1% Вампиризма
Robert Blaise

Есть ли предел у исцеления? Потерянные конечности, застарелые шрамы, рак, врожденные аномалии, хронические болезни, расстройства психики? На Новой Земле, спустя двести лет после катаклизма, перекроившего реальность, ответ чаще всего один: когда у вас кончаются деньги. Но бывают и исключения.

Фредди Штерн, двадцати одного года от роду, работал кассиром. Жизнь его была простой, хоть и жесткой: осиротев дважды, он десять лет пахал, не влипая в неприятности, с единственной целью — скопить на то, чтобы стать архичеловеком.

Мечта сбылась, когда он чудом выжил в смертельной схватке и во сне проявил не боевой Первозданный след. Он обменял его на 1% Вампиризма — дикую карту с туманными условиями, которую ему впарил продавец, не желавший рисковать.

Шагая рука об руку с Кровопролитием по тернистому пути наверх, он познает неизведанную суть своей силы. Он быстро понимает: сколько бы раз его ни разрывало на куски, он способен собрать себя заново. По крайней мере, телесно. Но что творится у него внутри? Что ждет его, когда он столкнется с прогнившими внутренностями общества архилюдей? Уцелеет ли его душа так же, как тело? Или та ее часть так и останется изломанной?

====================

Прохождение

Металлическое устройство для пыток, закрепленное вокруг головы Фредди, зазвенело, обозначая приход еще одного нежелательного утра.

Грязные простыни его маленькой кровати сдвинулись. С большим усилием он освободил руку из теплых объятий тонких одеял. Затем он повернул рукоятку будильника на своем головном уборе. Вращая ее все быстрее и быстрее, по мере того как раздражение пересиливало его утреннюю слабость.

Звук кристаллов, вибрирующих внутри, становился все ярче и, наконец—

Механизм сработал, раздражающее звенящее прекратилось, и замок открылся, позволяя ему, наконец, снять его. Он открыл глаза. Угнетающий серый потолок его комнаты встретил его, поддерживаемый узкими стенами с каждой стороны, углы которых украшала черная плесень. Его кровать была зажата в узком углу, где он не мог даже полностью распрямить руки.

Единственным источником света был луч солнца, пробивающийся сквозь шторы—достаточно, чтобы видеть, где он находится. Сняв с головы удручающее устройство для уничтожения сна, он распустил свои длинные до плеч жирные черные волосы и, пошатываясь, поднялся.

К счастью, он был среднего роста. Если бы он был выше, он не смог бы стоять прямо под низким потолком.

Двигаясь боком к окну, он повернул ручку. Оно открылось, впустив освежающий утренний ветерок, приносящий запах городской петричор. Наконец, подняв створку, он отодвинул шторы, и полный свет рассвета, уже сияющий над высокими зданиями, проник в его комнату.

Небо было особенно голубым в этот день, а облака от вчерашнего дождя все еще висели на горизонте, путешествуя в дальние края. Сияющие отражения разбегались от парящих зданий справа и прыгали по крышам с лужами повсюду.

«Черт возьми, мужик», — простонал он. «Почему мне надо работать сегодня?»

Маленькая студия, или как он предпочитал ее называть, подземная камера, в которой он жил, была старой, крошечной и тесной жилплощадью—и единственным домом, который у него был.

Корзина с его одеждой висела с низкого потолка. Под ней был старый сломанный сундук, в котором он хранил свои вещи. Он не был слишком большим, но занимал львиную долю его комнаты, оставляя лишь узкую L-образную дорожку от его кровати до двери.

Взяв рабочую одежду из корзины—белую рубашку, черные брюки и красный жилет—он понюхал их запах, поднося и отводя их от лица.

Он поднял бровь. «Протухшие вблизи, но незаметные на расстоянии», — оценил он. «Надеюсь, они не поймают меня за заимствование тестового парфюма снова».

Повесив форму на окно и помолившись, чтобы запах хоть немного улетучился, он сделал шаг через табурет и вошел в «кухонную» часть своей комнаты—холодильник, зажатый между мусорным ведром и входом в его квартиру.

Он перетащил табурет перед холодильником. Открыв его и ударившись дверцей о сундук, он схватил несвежий бутерброд с болонской колбасой который он наполовину съел вчера. Закрыв холодильник снова, он подтянул стул поближе и сел на него, используя маленький кулер как стол.

Его сиденье было низким, и у него не было места, чтобы сидеть прямо, поэтому он ел, сдвинув голову чуть вбок, едва не касаясь земли.

Когда закончил, он собрал крошки в руку и бросил их в мусор. Ведро ужасно пахло, с большим количеством мусора, сжатого в него, чтобы сэкономить на оплате за утилизацию.

Он снял одежду с окна и взял зубную щетку из стакана на холодильнике. Затем он надел тапочки, протиснулся между кулером и сундуком, затем он вышел из своей квартиры, все еще в старой пижаме.

Как только он открыл дверь, у него отпала челюсть.

Его сосед, полноватый мужчина средних лет с огромными усами, болтал с пожилой брюнеткой возле туалета. Молодой человек тут же посмотрел на часы на стене над ванной.

6:43 утра.

Страх сменился гневом, и он поспешил к соседу. «Джеймс, какого черта, мужик!»

Старший мужчина слегка отскочил назад, повернувшись к нему лицом. «Доброе утро», — осторожно поприветствовал его мужчина, откинувшись назад. «Все в порядке?»

Он толкнул старшего мужчину к туалету. «Залезай в туалет и поторопись!» — настаивал он. «Я следующий по расписанию!»

Мужчина махнул рукой. «Расслабься, никто не будет на тебя злиться за небольшое опоздание сегодня», — сказал он с улыбкой.

«Я опоздаю на работу!» — заявил он, выделяя последнюю часть фразы, чтобы убедиться, что она дошла.

«Работа?» Мужчина нахмурился. «Ты забыл, какой сегодня день?»

Его усталый, злой взгляд ответил на этот вопрос.

Старший мужчина неловко кашлянул, забежав в туалет и быстро закрыв за собой дверь.

Он слабо махнул пожилой женщине, все еще находящейся снаружи, стараясь изобразить приятное выражение. «Привет, Шэрон».

«Привет, Фред», — дружелюбно вернула она приветствие. «Как неприятно, что тебе приходится работать в годовщину! Я бы уволилась на твоем месте».

«О, поверьте мне, хахаха…» Он слегка рассмеялся. «Я бы тоже уволился».

Она хихикнула и повернулась, помахав ему на прощание. «Пока, Фред! Всего доброго! Надеюсь, тебя не задержат надолго!» И уже собираясь подняться по лестнице, она остановилась и повернулась к нему. «Эй, ты мог бы присоединиться к Джеймсу и мне на выпивку сегодня вечером, если не возражаешь!»

«Спасибо за предложение, но я думаю, я откажусь», — вежливо отказался он. «Тем не менее, эм… надеюсь, вы хорошо проведете время!»

«Жаль… Я предполагаю, что у тебя уже есть планы», — сказала она с подмигиванием. «Ну, хорошо проведи время!»

Его рука упала в легкий шлепок по бедру, и он прислонился к стене, как только она исчезла на третьем этаже здания.

Планы, да…?

По мере того как тикали часы, он услышал, как его сосед поет в душе. Нога нетерпеливо подпрыгивала на земле, и он сжимал зубы чуть сильнее с каждой минутой, что проходила.

6:48

6:49

6:50

Это было время начала его очереди, но он все еще слышал, как вода льется.

6:51

6:52

6:53—

Дверь отперлась, и как только Джеймс собирался извиниться за то, что занял его время, он проскочил мимо него и запер дверь. Он взглянул на унитаз, раздраженно сжав ягодицы. Похоже, ему снова придется справлять нужду на перерыве.

Он так быстро разделся, что услышал легкий треск от пижамы. Зайдя в душ он сразу же включил воду на максимальную температура, при этом вода была лишь тёплой

По крайней мере, домовладелец предоставлял чистые полотенца каждый день, по одному на человека, аккуратно сложенные в стопку. К сожалению, мерзкие люди, живущие в этом комплексе, часто брали себе больше одного, оставляя последним несколько влажных, вонючих тряпок.

И его это тоже не миновало. Однажды он схватил использованное полотенце и, к сожалению, попал на часть, которой кто-то вытирал гениталии, протерев им лицо. К счастью, сегодня его такая участь не ждала, так как он снова был на дневной смене.

Просушив себя и сердито завернув полотенце вокруг талии, он подошел к зеркалу. Он замер, когда внимательно посмотрел на себя. Всего неделю назад прошел его двадцать первый день рождения.  Сложно поверить

Будь то стресс или акне, оставившее пятна и шрамы на его лице и теле, он выглядел старым и изношенным; черные волосы, ниспадающие по бокам головы, контрастировали с глубокими мешками под его темно-коричневыми глазами.

Не было времени раздумывать о своей внешности. Да и не было ему до этого дела. По его мнению, не существует такого понятия, как "уродливый". Есть только бедные.

Зубная паста на щетке, щетка в рот, и через короткую яростную чистку зубов он уже одевался.

Застегивая белую рубашку и подтягивая черные брюки, он расчесывал мокрые волосы в сторону и надел красный жилет с логотипом магазина. Услышав стук в дверь ванной, он последний раз посмотрел на туалет с сожалением и поспешил наружу.

Вернувшись в свою квартиру, он схватил ключи и открыл холодильник, вытащив дешевое холодное кофе, которое он приготовил накануне вечером, одно из немногих удовольствий, которые он мог себе позволить, и пропустил его через фильтр.

«Буду надеяться, что я не обоср…сь».

Обычно, если он опаздывал в туалет, он просто бежал на работу. Его одежда уже начинала пахнуть, поэтому если он сегодня побежит, его могут уволить за то, что у него запах как из задницы. Или, что хуже, клиент может снова его ударить. В последний раз ему удалось избежать серьезных травм, так как, к счастью, он не разозлил архичеловека. В следующий раз ему может не повезти.

С кофе в руке и обувью на ногах он покинул квартиру и вышел из здания размеренным шагом, делая осторожные шаги по лестнице, чтобы не пролить кофе.

Открыв дверь, он вышел на улицу и —

«У воу!» — он отскочил назад, когда большой дракон почти раздавил его. Подонок, сидящий на зеленом ящере, даже не заметил его существования.

К счастью, кофе не пролилось на его рубашку. Он вздохнул с облегчением и вышел. Поглянув на сволоча, который уехал, не проявив ни капли заботы, он фыркнул.

Он не позволил помехе выбить себя из колеи. Шокировавший момент ускорил его сердцебиение, но, к счастью, не настолько, чтобы заставить его потеть. Поэтому он продолжил свой ежедневный ритуал и начал тридцатиминутный путь к своему месту работы.

В это время утреннего часа трафика было немного, особенно в его районе. Развалившаяся, полная ям дорога, по которой он шел, имела несколько мелких луж, и он старался не наступить в них.

Обычные кареты, запряженные драконами, медленно двигались по дороге, избегая ям, чтобы не сломать колесо. Запах мокрого дракодерьма заполнял его ноздри. Здесь, в этой части города, слишком редко убирали.

К его огромному удивлению, ему пришлось уклоняться от брызг, когда мчащаяся самодвижущаяся карета проносилась мимо него. Такие не появлялись здесь слишком часто, но судя по направлению, это не удивительно.

Исчезновение ям означало вход в двадцать третий район, и Фредди с завистью посмотрел на относительно новые здания. Хотя здесь жили немногие архи, магазины все еще продавали оружие, в основном гражданское для самообороны.

Кафе уже выставляли стулья на улицу, и музыка доносилась из нескольких источников. Звук кристаллов, предназначенных для целей, кроме нарушения слуха, был гораздо приятнее той военной преступности, которая будила его каждое утро.

В конце концов, чистая, но обычная дорога сменилась блестящей мраморной плиткой. Когда Фредди вошел в двадцать пятый район, он начал наиболее противоречивую часть своего ежедневного ритуала. В хорошие дни он восхищался этим. В плохие дни он строил в голове фантазии о террористических атаках.

Плавающие структуры, острова, платформы, цветные мосты, ведущие от одного высокого здания к другому, просторные балконы, преодолевающие гравитацию, и обширные дворы, некоторые в форме вращающихся шаров, напоминающих мини-планетные сады, — это лишь некоторые из вещей, которые его окружали.

Блестящий белый замок на плавающем острове высоко в небе, кольцевое здание слева от него и башня, которая была выше обоих плавающих объектов, были еще более впечатляющими.

Самый богатый район в его городе был сборищем домов могущественных архичеловеков и членов их семей, которые, вероятно, тоже были архами, вероятно, с талантами, которые они тратят на роскошный образ жизни.

Экзотические растения, привезенные из проходов, росли повсюду, вероятно, как способ показать, кто из жителей больше всего возомнил о себе. Несмотря на эту роскошь, в более чем половине домов он никогда не видел ни одного человека внутри или снаружи, что, вероятно, означало, что это чье-то второе, третье или четвертое, или какое-то еще жилье.

Когда он вошел в район, он увидел карету, которая почти забрызгала его несколько минут назад. Несколько крупных мужчин вытащили тяжелые металлические заборы изнутри кареты, которая, вероятно, была больше, чем казалось снаружи.

Фредди усмехнулся, глядя на острые шипы, покрывающие поверхность заборов.

Кто-то ремонтирует свои «идите нахер бедняки, декорации», что я вижу? — подумал он с усмешкой. Рад за них

Сделав глоток кофе, он продолжил путь, и вскоре другая карета обогнала его, остановившись у края района с другой стороны. Его охватило сильное чувство дежавю. Мужчины в похожей одежде, что и прежде, разгружали те же самые заборы.

Он приподнял бровь. Влиятельные люди ненавидят, когда кто-то копирует их. Но, вероятно, это не так. Какой-то богатый ублюдок, вероятно, строит длинный забор в небе или разделяет район пополам.

Эй, я слышал, что тебе нравится сегрегация, так что я добавил сегрегацию в твою сегрегацию!

Фредди немного рассмеялся, и рабочие бросили на него взгляд. Проходя мимо мужчин, он неловко помахал им. Он закончил последний глоток кофе и выбросил одноразовый стакан в мусорное ведро.

Как только он покинул район, он сразу же повернул направо и пошел по узким дорожкам между зданиями к месту своей работы.

Это был магазин среднего размера в двадцать четвертом районе, где он работал уже более восьми лет. Вывеска гласила «Charat Hypermarket».

Он прошел мимо знаков «специальное предложение», которые сам повесил вчера, и вошел в огромный магазин. Широкий ассортимент товаров простирался по невероятно большому зданию. Яркие ряды продуктов тянулись в обе стороны. Фрукты, овощи и другие подобные товары были слева, а кассы — справа.

Добравшись до задней части магазина, поприветствовав менеджера для начала смены и пробравшись в раздел парфюмерии, чтобы использовать образец, он направился к одной из касс. Это был один из немногих магазинов, которые работали сегодня, и люди любили забывать о мелочах до последнего момента. Если количество людей внутри было показателем будущего, сегодняшний день обещал быть долгим.

Хотя иногда работа могла быть утомительной, он не всегда ненавидел свою работу. Двенадцатичасовые смены были мучением, но у него не было жизни вне работы. Период затишья в полдень наступил, и он поймал момент для отдыха.

На стене немного в стороне от касс висел большой прямоугольный вещательный кристалл. Он был установлен под неудобным углом, но он мог видеть все на нем без особых проблем, хотя ему приходилось напрягать уши, чтобы слышать что-либо.

Тщательно одетый репортер говорил о годовщине. Фредди всегда считал немного мрачным, что это стало праздником. Ну, он был уверен, что те, кто находится у власти сегодня, ценят жертву.

«Эй! Молодой человек!»

— средних лет женщина с гневом подошла к его кассе.

Он внутренне вздохнул, О, черт возьми, вот и началось.

«Вы мне неправильно выставили чек! Вор!» — закричала она, указывая на него обвиняющим пальцем.

«Успокойтесь, мадам,» — успокоил ее он. «Пожалуйста, покажите мне ваш чек.»

С самодовольной, удовлетворенной улыбкой женщина вытащила чек из сумки и агрессивно засунула его ему в лицо. «Вы дважды выставили мне счет за салфетки!»

Он быстро прочитал его.

Будь Я проклят, Я действительно так и сделал.

Глубокая морщинка на его лбу только расширила улыбку на ее лице.

«Прошу прощения, мисс. Позвольте мне исправить свою ошибку.» Он дал женщине хорошо отрепетированную улыбку и потянулся за сумкой в ее руках.

«Стойте, что вы делаете!?» — спросила она, крепко держа сумку и отступая.

«О, прошу прощения,» — он отступил, — «но я должен пересчитать все заново, чтобы вернуть вам деньги.»

Женщина выглядела раздраженной, но, к его удивлению, сумела контролировать свой гнев и дождаться полминуты, необходимой ему для сканирования всего.

Не было никакого способа доказать, что она не купила два набора салфеток и не спрятала один. Как ветеран в этом бизнесе, он знал, как компания справляется с такими ситуациями. Шансы поймать мелкого вора не были достаточно высоки, чтобы оправдать риск потерять платящего клиента.

Поэтому "клиент всегда прав" — подумал он саркастически, желая всего худшего тому, кто использовал эту фразу без иронии.

Один товар за другим проходил через выгравированный металлический сканер, и общая сумма появилась на крошечном кристалле справа от него.

Он нахмурился и всосал воздух сквозь зубы, прищурив глаза и наклонившись вперед. «Что?» — прошептал он себе.

Сумма была больше, а не меньше, чем раньше.

Его сердце упало, когда он сравнил чек со списком на экране. «А, прошу прощения… Мисс, но… э-э… я, хе-хе… кажется, что… Я отсканировал салфетки дважды вместо того, чтобы сканировать печенья дважды. Это… будет… еще два доллара,» — сказал он, его голос становился все тише по мере продолжения.

Выражение лица охладилось, спина выпрямилась, руки скрестились...

О, черт возьми.

Небольшая очередь людей наблюдала, как менеджер отчитывал Фредди несколько минут, и женщине был выдан купон за причиненные неудобства.

Он поспешил извиниться, когда женщина вышла, но менеджер помахал ему рукой, шепча, чтобы никто из клиентов не слышал его и говоря быстро, так как он был в спешке: «У тебя хорошая репутация, не переживай, я понимаю, ошибки случаются; я не буду вычитать это из твоей зарплаты или что-то в этом роде,» — быстро выпалил менеджер и в спешке убежал. «Будь внимательней и не делай этого снова.»

«О… хорошо.»

Это не сделало ситуацию менее напряженной... или неловкой. Следующий раздражающий и грубый ублюдок подскочил к кассе, не дав ему времени оправиться, вытаскивая десятки банок пива из корзины.

Сегодня действительно будет длинный день.

Проведя чертовы пятнадцать минут в ожидании Дженни, хронически опаздывающей работницы ночной смены, чтобы она приняла его смену, он наконец-то направился домой.

Его рука крепко держала пластиковый пакет с банкой фасоли, которая станет его ужином сегодня, и он шел, оставляя позади еще один изнурительный рабочий день.

Из многих направлений доносилась глухая, громкая музыка, и он не мог не почувствовать себя особенно вялым сегодня.

200-летие, ага...

«Может, я развлекусь на 300-летие,» — пошутил он, но значительная часть его была серьезной.

Возможно, поэтому люди праздновали Разлом. Возможность дожить до чего-то через сто лет в будущем была бы невероятной привилегией для любого двести лет назад.

Вздохнув глубоко и опустив голову, он достиг роскошного двадцать пятого района. Как только он приблизился к повороту, он сразу же остановился.

«Ой-ой...»

Здесь был забор. И он блокировал путь через район. Он почувствовал, как у него начинается головная боль, но успокоил себя.

Мужчина подошел к забору и спокойно перепрыгнул через него, как будто его и не было, слегка испугав его. Повернувшись вправо, он увидел короткую очередь людей, ожидающих входа, и охранника, пропускающего их.

Просто сохраняй спокойствие, Фред. Ты справишься, — сказал он себе, вставая в конец очереди.

Процесс шел довольно быстро, и вскоре он помахал охраннику и попытался пройти, но мужчина немедленно остановил его. «Пожалуйста, предоставьте удостоверение личности или подтверждение того, что у вас есть дела внутри.»

«Что вы имеете в виду?» — он попытался сыграть дурака.

«Это частный район. Смертные не допускаются без разрешения.»

Какого черта!? С каких пор!? — в ярости думал он про себя, но это не проявлялось внешне.

С вежливой улыбкой он почесал голову и неловко рассмеялся. «О, ха-ха-ха, извините, извините, я иду на вечеринку сегодня вечером, так что можете просто пропустить меня?»

«Пожалуйста, предоставьте билет или имя человека, который вас пригласил,» — запросил охранник, вытаскивая список из своего костюма, и Фредди прикусил губу.

«Его имя Джон.»

Охранник приподнял бровь. «Джон, кто?»

«Джон… Смит.»

«Никто по имени Джон Смит не ожидает гостей,» — заявил охранник.

«Я не гость. Я… э-э… развлекатель? Да, я танцор. Ну, вы знаете» — он помахал руками у своего торса, — «особого рода.»

«Сэр, я попрошу вас отойти.»

Очередь за ним выросла, и он сделал последнюю попытку. «Наглец! У вас есть представление, кто мой отец!?»

Поглянув на банку фасоли, болтающуюся в пакете, который он нес в руках, охранник бросил на него плоский взгляд, а затем аккуратно, но решительно отодвинул его в сторону.

Черт возьми! — внутренне закричал он, неохотно поворачиваясь и крепче держась за пакет в своей руке.

Несколько людей в очереди рассмеялись над ним, но это было далеко не его самой большой проблемой.

Кусая кулак от разочарования, он отошел от толпы и сел на невысокую стену. Он не был здесь ради экскурсий; ему нужно было вернуться домой! Окинув взглядом забор «тварь-бастард», затем влево и вправо, он почувствовал, как немного дрожит, и ему пришлось сглотнуть комок в горле.

Уже почти 8 вечера. Двадцать пятый район не такой большой, но это было бы совсем другое дело, если бы ему пришлось обходить его целиком. Если он пойдет влево через оставшуюся часть двадцать четвертого района, где он сейчас находился, ему пришлось бы добавить еще сорок минут к своей ежедневной рутине, и туда, и обратно. Учитывая его рабочее время, у него оставалось всего три часа свободного времени в день, и большую часть из этого времени поглощали домашние дела. Даже этой ночью ему нужно было отправиться в чертову прачечную, чтобы постирать свою одежду.

Глубоко вздохнув и крепко сжав пакет, он пробормотал себе под нос: «Успокойся, Фредди. Ты справишься.»

Он мог бы пойти вправо, добавив всего десять минут к пути. Не то чтобы он был большим поклонником классового разделения... но вправду это было плохая часть в городе.

Двадцать шестой район был довольно крепко отгорожен от двадцать пятого. И этот простой прыжок через забор делал все классовые различие в мире.

Ему не повезло попасть на ограбление... Надеюсь.

«Ну ладно...» — выдохнул он, вставая и идя вправо.

Какое ограбление? Единственное, что имело хоть какую-то ценность на его теле, была чертова банка фасоли. И он предпочел бы потерять пару почек, чем идти домой больше часа.

Постепенно звуки музыки становились все более удаленными и приглушенными. Четкая линия, отделяющая двадцать шестой район, была видна невооруженным глазом, так как именно там заканчивался ремонт дороги.

Изношенные дороги, обшарпанные здания и мусор, валяющийся на углах, напоминали о горьковато-сладкой части его жизни.

Много людей прогуливались по улицам. Подростки собирались на каждом углу, и громкий разговор раздавался повсюду. Он не мог не почувствовать сожаления о своих предыдущих мыслях. Все, что он видел здесь, это люди, которые веселятся и живут своей лучшей жизнью.

Но он почувствовал гораздо меньше сожаления после того, как столкнулся с группой из трех пьяных, безрубашечных мужчин, которые обняли его, выхватили пакет с фасолью из его рук и высмеяли его, крича «мальчик с фасолью» и подобное.

К счастью, они вернули ему его еду, и он продолжил путь. Фасоль снова не будет в меню на некоторое время. В конце концов, он достиг поворота и выбрал еще одну короткую дорогу.

«О, да, это то место, где раньше был Грег» — подумал он.

Они водили его туда, когда он был маленьким. Еще одна причина не ходить по этому маршруту.

Идя по относительно узкому пространству между зданиями, он заметил, что кто-то оставил свои двери открытыми. Его несколько удивило, насколько ярко было внутри этого места.

Двери были огромные, и свет был далеко не естественным. Какая-то часть его кричала, что что-то не так, но он был слишком устал, чтобы связать все воедино.

Только когда он прошел мимо, повернув голову и рефлекторно нарушив частную жизнь предполагаемых владельцев, он понял, что это вовсе не дом.

Его рука крепко сжалась на продуктовом пакете, и его ноги замерли.

Мир закружился, когда он оказался прямо перед порталом, ведущим в бесконечное открытое поле золотистой травы.

----------

Вторжение

Его инстинкты обострились. Каждая пора сочилась потом. Его разум еще не успел осознать происходящее, но тело уже готовилось к ситуации жизни или смерти.

Огромное, неестественно голубое небо и мягко колышущаяся золотистая трава простирались так далеко за горизонт, что от этих масштабов он застыл на месте. Но его нос знал, что он чувствует. За успокаивающим запахом земли и травы таился оттенок опасности - аромат, с которым он столкнулся во время неприятного несчастного случая на работе - это был запах крови.

Трава зашевелилась.

"Ггегек!" - крикнуло на странном языке крошечное существо.

В зеленых текстурированных плащах и деревянных масках, миниатюрные человекоподобные существа высунули головы над травой. Со звуком трения металла о ткань в их руках появились блестящие кинжалы.

"Ггехег!" - закричал другой.

"Ггонгги!" - ответил тот, что рядом с ним.

В этот момент стало неоспоримо ясно. "О Боже... это прорыв...", - выдохнул он с чистым неверием.

Появилось еще одно из этих существ. Оно было неприятно близко. Его глаза встретились с двумя черными дырами, где предположительно были его глаза, и он не отводил взгляда. Каждая секунда казалась вечностью.

Внезапно существо присело и с громким стуком метнулось к нему, и он едва увернулся, бросив свое тело в сторону. О стену прозвенел металлический звон, и он обернулся, только чтобы увидеть, как существо пытается вытащить свое оружие из кирпича, в который оно вонзилось.

"Этого не может быть..." - сказал он, бросаясь вперед.

Оно наконец закончило вытаскивать свой кинжал. Затем оно повернулось к своим собратьям и закричало: "Гонгги ггон!"

Из прохода донеслась какофония криков и боевых кличей.

Он закричал и побежал как сумасшедший, размахивая пакетом с банкой фасоли, когда он помчался на середину дороги, чуть не споткнувшись об одну из многочисленных выбоин. Люди на улицах повернули головы в сторону кричащего безумца.

Едва переводя дыхание, он сумел выкрикнуть: "Прорыв! Бегите, спасайте свои жизни!"

В считанные мгновения все были на ногах.

Орда крошечных человекоподобных существ выбежала из-за здания. Люди закричали и побежали, спотыкаясь на ровном месте, когда они рассеивались. В запертые двери зданий снова и снова стучали люди, умоляя впустить их внутрь, подальше от надвигающейся опасности.

Для многих было уже слишком поздно.

Монстры, выливающиеся на улицы, были быстрыми, пугающе быстрыми. Они бросались и приземлялись на людей за считанные секунды, вытаскивая из ниоткуда крошечные, мерзкие кинжалы и перерезая горла, потроша одним быстрым движением и пронзая сердца с летальной точностью.

Он увидел, как обезглавленное тело молодой женщины упало замертво на землю, ее кровь быстро растекалась, и он захныкал, не в силах выбросить из головы эту жуткую картину.

Каждые несколько секунд раздавался громкий свист, и обычно за ним следовал крик, если жертвы могли даже это выдавить. Всякий раз, когда эти существа делали этот сверхъестественно быстрый рывок, раздавался зловещий звук, быстро ассоциирующийся с кровавым криком.

Его сердцебиение учащалось каждый раз, когда он слышал этот удар смерти, и он чувствовал, как напрягается его спина, ожидая, что скоро в нее вонзится клинок.

Звук раздался снова.

И снова.

И снова.

Жуткие удары становились все громче, и он не мог не обернуться. Одно из существ только что закончило закалывать до смерти пожилого мужчину, и когда он повернулся к нему лицом, оно почувствовало его взгляд и встретилось с ним глазами.

"Черт, черт, черт, черт", - повторял он, безумно убегая.

Дыхание сбилось, ноги горели огнем, ему было некогда об этом беспокоиться; топот крошечных ног этого существа становился все громче в его ушах, пока наконец -

Не было времени думать. Чисто рефлекторно он взмахнул пакетом, и когда он повернулся, он оказался лицом к лицу с существом, летящим на него, все двигалось как в замедленной съемке, когда он наблюдал, как банка фасоли столкнулась прямо с головой существа.

Удар разорвал банку и разбросал ее содержимое в пакет, который порвался, отправив дождь из бобов на улицу и отбросив нападавшего, заставив его оружие со звоном упасть на землю.

Оно все еще было живо, и когда он наблюдал, как оно пытается подняться, он схватил зазубренный кинжал, прежде чем оно смогло дотянуться до него.

Он бросился на монстра, подпитываемый большим количеством адреналина, чем он когда-либо испытывал в своей жизни, и вонзил зазубренное оружие, которое он сжимал обеими руками, в его спину, крича как маньяк "Сдохни, сдохни, сдохни!", игнорируя его вопли агонии. Тело существа было жестким, как дубленая кожа, но в конце концов зеленый плащ пропитался, и кинжал входил все глубже и глубже, каждый последующий удар выплескивал на него все больше крови. В конце концов, оно перестало двигаться.

Когда жизнь покинула его крошечный труп, он почувствовал что-то странное глубоко в торсе. Оно жгло. Внезапно у него закружилась голова, и он чуть не упал. В его зрении кружились неправильные формы, а в ушах звенели шумы и голоса, говорящие что-то, чего он не мог понять, пока обжигающе горячее ощущение не стало шипучим, шипя и распространяясь по его телу и онемевая его. Как раз когда он почувствовал, что вот-вот потеряет сознание, оно лопнуло как пузырь, и его зрение прояснилось.

С оружием в левой руке и порванным продуктовым пакетом в другой, он встал и побежал прочь, оставив труп позади.

Несколько существ появились рядом со своим изувеченным товарищем, и вскоре они обратили свои взгляды на его спину. "Ггехокк!?" - закричал один из них. "Ггегге хеггеррино гхоггиарра!"

"Гхоггиарра!" - эхом отозвались остальные.

"О нет... О нет, нет, нет." Его шаги ускорились; топот мгновенно последовал за ним, и так же, как и раньше, он услышал, как они догоняют его с пугающей скоростью.

Его хватка на кинжале усилилась, и он задумался, не стоит ли попытаться сразиться, но мгновенно осознал, насколько это глупо. Тем не менее, он не выпустил оружие.

Адреналин толкал его ноги быстрее, чем он когда-либо верил, что может бежать; его взгляд быстро искал любую надежду на спасение, и вскоре его глаза встретились с мужчиной в элегантном черном костюме.

Цепляясь за слабую надежду, что это не просто какой-то пьяный гуляка, он закричал: "Помогите!" Он чуть не споткнулся. "Помогите мне!"

Но мужчина внезапно исчез, и прежде чем он успел увидеть, куда, еще один удар раздался за его спиной.

Он снова обернулся, делая ставку на последний, дикий взмах. Однако, как только его глаза повернулись за спину, он понял, что уже слишком поздно, увидев существо почти над собой, с кинжалом, готовым -

Внезапно откуда ни возьмись вылетело копье, пронзив горло существа и пригвоздив его к стене.

Он споткнулся, упал на землю и откатился в сторону, чуть не порезавшись о кинжал. Появился мужчина, которого он видел мгновение назад, и вскоре рядом с ним появились несколько других.

Крепкий мужчина, одетый в дорогую, модную одежду, подбежал, яростно размахивая горячим клинком, чтобы разрубить одного из захватчиков пополам. Стрелы бесшумно вылетали из ниоткуда, поражая существ со смертельной точностью. Некоторые были убиты мгновенно, а другие были ужасно ранены, когда они бросились прятаться между зданиями.

Женщина в красном платье, держащая огромный молот, спрыгнула с крыши здания, чтобы превратить в кашу одного из убегающих существ, повернувшись и добив ударом в грудь второго и ударом томагавка по черепу третьего. Еще один из монстров как раз собирался оттолкнуться от земли, чтобы прыгнуть на нее, но небольшой участок земли под его ногой раскрылся, поймав его ногу внутри и превратив его в неподвижную мишень для скрытого лучника.

Копьеносец вытащил свое оружие из стены, освободив труп существа в плаще, который упал на землю.

Двое других помедлили и нерешительно наблюдали за мужчиной, пока один из них не начал кричать на него. "Гхоггиарра ггунги, ггуггинго! Ггонги!"

"Месть...?" - спросил мужчина с усмешкой, готовясь нанести удар. "Это вы вторгаетесь на вражескую территорию, малыш. Наше возмездие справедливо."

Копьеносец бросился вперед со скоростью, намного превышающей даже скорость маленьких существ, и чисто пронзил их головы быстрыми, резкими ударами, оставив после себя идеально круглые отверстия.

Его спаситель повернулся, и он попытался поблагодарить его, но обнаружил, что его горло сжалось.

"Здравствуйте!" - поприветствовал его мужчина. "Пожалуйста, подождите, пока мы разберемся с прорывом. Вы нам понадобитесь для свидетельских показаний."

Ему нечего было сказать на это. Мужчина побежал вокруг, собирая больше напуганных выживших.

Время летело одновременно неестественно медленно и необычно быстро. Все, что он мог вспомнить, были вспышки разговоров с кем-то еще и видом других плачущих и выкрикивающих имена, которые, вероятно, скоро появятся в некрологе.

Это казалось таким нереальным. Вскоре он вышел из этого странного оцепенения, сидя на улице рядом с несколькими другими, пока мужчины и женщины в форме собирались вокруг толпы.

Один из них завернул его тело в фольговое одеяло, и он сначала не понял, почему. Вскоре он заметил пронизывающий до костей холод, который наполнил его тело, и его почти полностью мокрую одежду. Пот покрывал его с головы до ног, и он неконтролируемо дрожал. Его руки были холоднее, чем он когда-либо помнил.

Когда настала его очередь, парамедик отвел его к стулу, где офицер сказал ему сесть. Они проверили его на наличие травм и зачем-то посветили светящимся кристаллом в его глаза. Они задали ему несколько общих вопросов о его самочувствии, на которые он либо кратко ответил, либо просто кивнул.

Внезапно кто-то где-то на заднем плане упомянул слово "страховка", и он оживился, мгновенно излечившись от своей травмы.

"Страховка?Где? Кто?"

"Сэр, с вами все в порядке?" Офицер перед ним помахал рукой перед его лицом, и он медленно моргнул, глядя на него.

"А?" спросил он тупо. "Ах, да, я в порядке. У меня... у меня есть маленький вопрос, е-если вы не возражаете, конечно."

Мужчина поднял бровь, но вскоре кивнул.

"Отлично, спасибо. Я просто хочу быстро узнать, получим ли мы, эм... какую-либо форму..." Он тщательно подбирал следующие слова, "компенсацию, за это ужасно травмирующее событие?"

Мужчина покачал головой. "Я не юрист, парень. Тебе придется обсудить это позже с кем-нибудь другим."

К их позиции подошла женщина в форме, и офицер повернулся, чтобы поприветствовать ее, затем снова к нему. Он сделал паузу, снова повернувшись к женщине, и передал ей вопрос Фредди.

Она на мгновение задумалась. "Я думаю, да. Подождите." Повернувшись к Фредди, она спросила: "Вы житель этого района или непосредственно соседнего?"

"Да!" поспешил он подтвердить. "Я живу в Районе 19!"

"Мммм," промычала женщина, покачав головой. "Это не непосредственно соседний," заявила она.

"Что!?" возмутился он. "Вы идете прямо из одного в другой!"

"Вы сначала проходите через небольшой участок Района 19."

"Это чушь собачья!"

Мужчина поднял руку, чтобы успокоить его. "Успокойтесь, сэр, пожалуйста. Общая страховка все равно покроет это," утешил он его. После этого он взял ручку и что-то записал в блокнот.

Фредди выглядел так, будто проглотил мочу. У него не было страховки. Даже медицинской.

"Подождите! Я... Я... Я раньше жил здесь! И граница так, так близко. Это не считается!?" выпалил он со странной дрожью в голосе.

Офицер даже не поднял голову. "Послушайте, вы можете нанять адвоката и подать в суд. Может быть, у вас есть шанс."

Как будто он мог позволить себе адвоката. Слезы наполнили его глаза, услышав это. Конечно, это была травмирующая трагедия, но если бы речь шла о выплате... ну, он бы пережил это.

"Подождите!" воскликнул он, снова подняв голову. "Извините, эм, я... я тоже убил! Да! Я убил одного из них!"

Два офицера бросили на него убийственный взгляд, и он поспешил объяснить. "Монстра! Одного из монстров! Н-не людей! Монстров. Я убил одного."

Офицер перед ним выпрямился и посмотрел ему в глаза. "Можете, пожалуйста, описать это более подробно?"

"Да, да, могу! Ух, я был... я нес пакет. Фасоль. У меня была фасоль в продуктовом пакете. Где мой пакет?" Он лихорадочно огляделся, и мужчина указал на его руки, где он все еще держал порванный пакет. "Да!" Он поднял испачканный коричневым предмет. "Этот пакет! В нем была банка фасоли! И тогда я... я взмахнул им! Как вжух, я услышал звук, который они издавали при рывке, а потом бум, банка фасоли в пакете ударила одного по голове; он мчался очень быстро, поэтому он влетел в нее, разбив его голову с этаким твунком, и эм, и потом я заколол его... и... эм... он умер."

"Ага. Точно," подтвердил офицер, что-то записывая. "Банка фасоли," сказал он, пунктуируя то, что он написал в блокноте, агрессивной точкой. "Кстати, вам, вероятно, следует пройти психиатрическое обследование после этого события."

"Что!? Нет, я не сумасшедший! Я-я действительно сделал это! Смотрите!" сказал он, вытаскивая зазубренный, окровавленный кинжал из фольгового одеяла, обернутого вокруг его тела, оружие, которое ему каким-то образом удалось скрыть во время медицинского осмотра.

Мгновенно офицер бросился вперед, схватив его за засохшее окровавленное лезвие и крепко вырвав его из руки, по-видимому, не боясь порезаться.

"Я не уверен, где вы это подобрали, сэр," сказал он с резкостью в голосе, "но даже если вы убили одного, смертные не получают оплату за убийства во время прорывов. Неквалифицированные лица должны эвакуироваться, а не рисковать своими жизнями ради денег," сказал он последнюю часть упрекающим тоном.

Мужчина осторожно передал оружие коллеге и снова повернулся к нему с намеком на любопытство в глазах. "Однако, если вы действительно это сделали, вы могли бы, возможно, проявить прайм."

Его настроение упало как камень, он сдулся. Да, конечно, прайм. С тем же успехом можно купить лотерейный билет.

В последней попытке он указал на офицера, уносящего кинжал. "Я получу что-нибудь за кинжал?"

Мужчина покачал головой, и он кивнул, разочарование ясно читалось на его лице. "Понятно."

Прежде чем ему разрешили уйти, его обыскали, чтобы убедиться, что он не взял никаких других опасных предметов у одного из захватчиков. Пластиковый пакет также был конфискован, по какой-то причине.

После этого мужчина спросил, есть ли у него что-нибудь еще для сообщения или дополнительные вопросы. У него не было, поэтому офицер перешел к следующей жертве.

Он собирался отправиться домой, но тут... он остановился. Каждый темный угол улиц перед ним казался смертельной ловушкой, и он почувствовал, как его охватывает глубокое чувство паники. Его дыхание участилось, сердцебиение ускорилось—

Он подпрыгнул, когда одна из женщин-офицеров положила руку ему на плечо. "Сэр, пожалуйста, подождите здесь," вежливо попросила она. "Мы скоро будем развозить жертв по домам."

Так что он остался и в конце концов был сопровожден в карету. Внутри она действительно была намного больше.

Транспорт был заполнен людьми с измученным видом, и у многих были пустые глаза. Случайные брызги крови покрывали некоторых из них; к лучшему или к худшему, не похоже, что это была их собственная кровь.

Свет в карете давал достаточно освещения, чтобы он мог подтвердить, что он действительно был одним из тех, кто был покрыт кровью. И судя по ужасным брызгам по всему его телу, он легко находился в верхнем эшелоне запятнанных жертв.

Пожилой мужчина, сидящий слева от него, с одеждой почти такой же кровавой, как у него, внезапно агрессивно схватил его за рубашку, и со слезами на глазах спросил: "Эй, ты... Ты тоже прятался под телом? Ты это сделал."

Фредди был напуган поведением этого незнакомца и изо всех сил пытался вежливо оттолкнуть его, но мужчина был настойчив.

"Да, ладно, я прятался под телом!" сказал он, пытаясь отделаться от мужчины.

Мужчина улыбнулся, хихикая и бормоча: "Ты сделал это... Да, ты сделал. Ты действительно это сделал!" Мужчина вздрогнул. "Конечно, ты бы это сделал," сказал он с болезненным выражением лица, защитно обхватив руками живот. "Это лучше, чем умереть."

Другие украдкой поглядывали на них двоих, и он избегал зрительного контакта. В конце концов, его имя было названо, когда они достигли его адреса.

Как только он вышел, он торопливо бросился в свое здание, тревожно проверяя каждую тень вокруг себя на наличие движения, и к концу он пошел полубегом. После того как он повозился с ключами от входа в свое здание, он закрыл двери немного сильнее, чем намеревался, и вздрогнул от громкого грохота.

Лестница была грозным противником после такого дня, но он заставил себя подняться. Когда он вошел в коридор второго этажа, он застонал, увидев время.

Было 2 часа ночи.

Да...

Нет.

Его страх перед боссом был недостаточен, чтобы помешать ему взять выходной завтра. Он громко застонал, осознав, что ему нужно снова спуститься на первый этаж. Он торопливо побежал вниз по лестнице, пока не добрался до контактного планшета.

Кто-то открыл дверь в здание, заставив его резко подпрыгнуть, и он заметил Джеймса и Шэрон, которые ввалились в коридор, явно пьяные в стельку. Тусклый свет наполовину разбитого коридорного фонаря затруднял видимость, поэтому они заметили и узнали его намного раньше, чем его забрызганную кровью одежду.

Когда они подошли достаточно близко, чтобы увидеть это, Шэрон закричала, а Джеймс упал на задницу, скуля от испуга. "Иисус Христос, Фредди!" закричал он. "Что, черт возьми, случилось!?"

Жертва, покрытая кровью, помахала руками, чтобы успокоить их. "Не волнуйтесь! Не волнуйтесь! Это не моя кровь!"

Глаза Джеймса расширились. "Чья же это тогда кровь!?"

"Это..." он поспешил объяснить. "О, Боже, был прорыв и... монстры. Просто..." он ущипнул себя за лоб и вздохнул. "Вы услышите об этом завтра в новостях."

Они немного успокоились, и Шэрон подошла к нему, обильно извиняясь, взяла его за лицо и осмотрела на наличие травм. "Ты в порядке!?" спросила она. "Тебе нужна помощь? Ты ранен!?"

"Не волнуйтесь... Я... Я в порядке."

Джеймс тоже подошел к нему. "Боже мой, Фредди, посмотри на себя! Я никогда в жизни не видел столько крови!" сказал мужчина, его взгляд выдавал намек на любопытство.

Шэрон схватила его за руку, и он оттолкнул ее рефлекторно, более агрессивно, чем намеревался, заставив их отступить.

Поднимая и опуская руки несколько раз, он наконец заговорил. "Я... Слушайте, мы поговорим завтра. Просто..." Он указал на планшет. "Мне нужно кое-что сделать, и я... я..." Он повернулся, скрывая кровавые пятна на своей одежде. "Мне нужно немного уединения сейчас."

Они кивнули и поднялись по лестнице, бросая на него несколько обеспокоенных взглядов, когда он повернулся к контактному устройству. Учитывая легкое дрожание его прикосновения, ему потребовалось несколько попыток, чтобы правильно написать имя своего босса и уникальный ID на маленькой каменной поверхности, но в конце концов планшет засветился.

Он положил горсть монет в открытый слот, расставаясь с тремя долларами, что было полным грабежом, и начал писать на планшете. Ему пришлось сделать буквы относительно маленькими, чтобы уместить все свое сообщение. Даже тогда содержание получилось довольно грубым.

Угрозы увольнения было недостаточно, чтобы заставить его раскошелиться на большую сумму, поэтому он отправил сообщение и вернулся к подъему по лестнице. Его ноги и ступни болели, когда он с большим усилием тащил себя вверх. Когда он снова оказался у своей квартиры, он отпер дверь и вошел внутрь.

Затхлый запах его комнаты сразу напомнил ему, что он должен был сегодня вынести мусор.

Он торопливо снял с себя окровавленную форму и бросил ее на пол, спрятав за мусорным ведром. Тяжело дыша, он отступил назад, но вскоре успокоился и плюхнулся своим вонючим телом на грязные простыни.

О, да... он вдруг вспомнил. Похоже, на ужин у меня сегодня будет сон. Или так он думал.

Однако он обнаружил, что заснуть невозможно. Он не чувствовал усталости. К своему собственному удивлению, он даже не чувствовал себя плохо, кроме нескольких синяков, полученных при двух падениях. Когда он немного успокоился, он почувствовал себя нормально. Поэтому он встал. Если он не собирается идти на работу завтра, он может не ложиться спать так поздно, как ему хочется.

Встав с кровати, он подошел к сундуку и открыл его. В углу была стопка книг, и он вытащил одну снизу.

"Магия до Эфира", - гласило название.

Это была его любимая книга. В ней рассказывалось о некогда славных технологиях, которых достигло человечество, прежде чем Разлом отнял их.

Автомобили. Телевизоры. Компьютеры. Самолеты.

Правда, Эфир позволял делать вещи, которых человечество не достигло даже тогда, но это не значит, что это было невозможно.

Большая часть старых технологий была воссоздана по-новому в рамках ограничений, наложенных измененной физикой, но он не мог не восхищаться мечтами людей тогда. Они осмеливались стремиться к таким достижениям, как сферы Дайсона, межпланетные путешествия и искусственный интеллект.

Большая часть его задавалась вопросом, можно ли было достичь больших высот сейчас или тогда.

У обеих эпох были свои преимущества и опасности. Жизнь не была легче тогда, но по крайней мере монстры были не более чем сказкой. По крайней мере -

Страницы книги захлопнулись с глухим стуком, и он обнаружил, что его сердце снова бьется быстро. Он положил книгу обратно в сундук и закрыл его. Комната казалась душной, поэтому он открыл окно.

Свежий наружный воздух не улучшил его самочувствия. Музыка, все еще эхом разносящаяся далеко и широко, наполнила его уши, и огни мерцали в небе, в основном исходя от плавающих структур. Он поднес руку ко рту, когда рвота подступила к горлу, и он не смог ее сдержать.

Кроме нескольких капель желтой жидкости, которые были быстро извергнуты с несколькими рвотными позывами, блевать было нечем. Он смотрел, как они падают на улицу внизу, и быстро закрыл жалюзи, захлопнув за ними окно.

Простыни плотно обернулись вокруг его тела. Забеспокоившись, он вскоре встал, чтобы проверить, заперты ли его двери. Снова вернувшись в постель, он впервые в жизни почувствовал благодарность за то, что его квартира такая маленькая и негде ничему спрятаться.

И все же, под ним было немного пространства. Он сдвинулся в сторону и проверил, немного посмеиваясь. Как глупо. Он был таким взрослым, а все еще боялся монстров под кроватью.

Пространство над его сундуком, где его корзина с одеждой свисала с потолка, было вне поля зрения. Поэтому он наклонился достаточно далеко вперед, чтобы убедиться, что и там ничего нет. Он также проверил внутри сундука, на всякий случай.

Осмотрев каждый угол своей комнаты и еще раз убедившись, что квартира заперта, он наконец упал на кровать... только чтобы снова встать с нее и передвинуть сундук перед дверью, чтобы заблокировать ее.

Он схватился за ручку окна, затянув ее и убедившись, что оно плотно закрыто.

Проверяя за мусорным ведром, на мгновение ему показалось, что его одежда сдвинулась, и он отпрыгнул назад, немного вскрикнув. Он пнул ведро вперед и на окровавленную одежду, чтобы скрыть ее от взгляда.

Этого было достаточно, чтобы вернуться в постель.

Бушующий звук его сердцебиения стучал в ушах, а вкус кислоты ощущался в горле. Приглушенные звуки снаружи постепенно стихли, и в конце концов усталость наконец победила, когда долгожданная хватка сна унесла его прочь.

Он проснулся от острой боли, которая, казалось, исходила отовсюду на его теле. Она шипела и потрескивала, онемевая его конечности. Вскоре за этим последила яркая вспышка зеленого света, и агония резко прекратилась.

Он проснулся с рывком, глубоко вдохнув и в панике осматривая комнату. "Это был сонный паралич? Кошмар? Что за черт, чувак...? Это просто продолжает..."

Тусклый свет, проникающий сквозь жалюзи, лишь слабо освещал его комнату, но этого было достаточно, чтобы заметить что-то необычное, сидящее на его кровати.

Там был шар. И у него было лицо.

Зеленое лицо, которое выглядело так, будто его натянули на сферу, сидело на его простынях, пристально глядя на него и широко ухмыляясь. "На что ты смотришь, чертова сука!?"

----------

Первозданный след

"Чтоб тебя..." - Фредди пнул зеленую физиономию с кровати, и та с визгом отлетела за мусорное ведро.

Ноги горели, а мышцы живота протестующе кричали, но он бросился поднимать шлем с пола у кровати и вскочил, случайно ударившись головой о потолок. "Ах!"

Существо снова заговорило: "Ты, выродок! Как ты смеешь так со мной обращаться?!"

"Какого..."

Когда его разум наконец осознал реальность происходящего, шлем выпал из рук с металлическим лязгом, а рот широко раскрылся от изумления. "Святые..." Он шагнул вперед, осторожно спускаясь с кровати. "Черт возьми!" Он схватил мусорное ведро, отпрянув при виде своей окровавленной одежды, а заметив зеленую физиономию на полу, уставился на нее, совершенно ошеломленный.

"Что ты уставился, идиот?!" - спросило существо. "Будь у меня слюнные железы, я бы плюнул тебе на ноги!"

Его лицо постепенно расплылось в дрожащей улыбке, и со слезами радости он потянулся к зеленой физиономии, поднимая ее в воздух, словно священный предмет. "Не могу поверить!" Он снова рассмеялся, слезы текли по его лицу. "Черт возьми, не могу поверить! Это же Первозданный след"

Он тут же захлопнул рот. Скользнув к кровати, он накрыл голову простыней и зашикал на зеленый шар, прислушиваясь к звукам в коридоре.

Никого не было.

"Клянусь, ты сумасшедший!" - сказал шар голосом куда громче, чем ему хотелось бы.

Поэтому он снова агрессивно зашикал на него. "Тсссс! Тихо, пожалуйста! Если кто-то узнает, они могут попытаться тебя украсть!"

"Как будто тебе есть дело!" - возразил шар. "Уверен, ты каждый день смотришь, как мужики пашут поля твоей жены!"

"Мужики что?!" - прошептал он в крик странному шару. "Я не женат!"

"Ха! Неудивительно".

Он глубоко вздохнул и успокоился. Сердце грохотало в груди, и он с трудом вспоминал, что делать дальше. Насколько он знал, если задать вопрос, праймы должны были отвечать, если у них был ответ.

Так что он решил задать вопрос. "Скажи мне, сейчас..." Но он не мог подобрать слова. Это было серьезное дело. В зависимости от ответа, все его будущее могло измениться.

Однако он должен был спросить. Вместо того чтобы долго размышлять, он заставил себя заговорить. "Скажи мне..." - произнес он, облизнув пересохшие губы. Зрение затуманилось, а желудок словно проваливался в бесконечную яму, становясь все глубже с каждой секундой, пока он заканчивал свой вопрос: "Какой силой ты обладаешь?"

Шар уставился на него всего на мгновение. Затем ответил на его вопрос: "Суперфермер!"

Он моргнул. "Прошу прощения?"

"Если ты примешь меня в свою душу, то станешь мастером-фермером! Все посаженные тобой культуры будут давать больший урожай, и ты даже сможешь купить себе жену на эти овощи! Чтобы смотреть, как другие мужчины уводят ее у тебя!" - сказал шар, а затем вернулся к своим громким крикам, проклятиям и бормотанию.

Недоверие излучалось от него. "Ты же шутишь, верно?" Но прежде чем зеленая физиономия успела ответить, он уже знал правду.

Его руки задрожали, глаза наполнились слезами...

"Нет". Моргнув, чтобы прогнать слезы, он чуть не прикусил язык от злости на собственную глупость. Уже только благодаря тому, что это был первозданный след, этот предмет стоил больше, чем все его сбережения и имущество вместе взятые, даже с не боевым талантом.

Спрятав шар под одеяло, он подошел к корзине с одеждой и надел свой единственный комплект повседневной одежды. Он все еще был грязным, и одежда пахла потом, но сейчас было не до этого.

Вернувшись к кровати, он схватил прайм, умоляя его замолчать, но тот наотрез отказывался прекращать кричать.

"Ладно. Если ты так хочешь играть," - сказал он, схватив простыню и завернув его так, что крики превратились в едва слышный шепот.

Он не осмелился оставить эту вещь в своей квартире, но и не мог набраться смелости вынести ее. Он отодвинул сундук, все еще преграждавший дверь, осторожно приоткрыл вход и выглянул в коридор.

Едва видимые часы показывали, что уже наступил ранний полдень.

Это были хорошие новости. Это означало, что в здании будет мало людей, а туалет, вероятно, пуст. Хотя его внешний вид был сейчас последним, о чем он думал, судя по тому, насколько грязным он себя чувствовал, он, вероятно, выглядел не слишком цивилизованно.

По крайней мере, ему следовало выглядеть презентабельно.

Сундук распахнулся, и он выбросил вещи, пока не освободил достаточно места для своего свертка из простыней. Засунув их внутрь и заперев сундук, он вышел в коридор.

Как только он вышел, какая-то женщина чуть не налетела на него и вскрикнула, резко отпрянув, едва не доведя его до сердечного приступа. Оправившись от шока, она странно посмотрела на него, а он приподнял бровь, когда она быстро прошла мимо. Игнорируя женщину, он бросился в ванную.

"Господи!" Зеркало в туалете мгновенно оправдало реакцию женщины. Его волосы были в полном беспорядке, а на лице все еще виднелись пятна крови, хотя они уже превратились в коричневые разводы. Быстро ополоснув лицо и намочив волосы, чтобы привести их в порядок, он сделал себя хотя бы немного презентабельным, хотя все еще ужасно пах.

Звук бегущей воды напомнил ему, что он жестоко хочет пить, и он наклонился под кран, наливая воду прямо в рот. Закончив, он приготовился уходить.

Его рука крепко сжимала ручку двери ванной, но он колебался. Тошнотворный запах его тела был очевиден даже для него самого, а там, куда он направлялся, лучше было избежать того, чтобы его выгнали за что-то столь мелкое. Поэтому он подавил свое нетерпение и заставил себя раздеться и принять душ.

Выйдя, он даже не стал проверять, чистое ли полотенце, быстро вытерся, надел одежду и выбежал. Вернувшись в свою квартиру, он отпер сундук и поднял стопку простыней.

Через несколько секунд он уже вышел из квартиры, спустился по лестнице и оказался на улице. Оказавшись снаружи, он немного замедлил шаг, но все еще сохранял быстрый темп.

Никто даже не взглянул на него.

Но След все еще можно было услышать вблизи, и когда мимо прошли трое молодых людей, один из них обернулся. "Эй, вы слышали крик?"

Он продолжал идти в том же темпе, и вскоре мужчины потеряли интерес, позволив ему вздохнуть с облегчением.

Вскоре он вошел в двадцать третий район и двинулся дальше. Люди уже собирались в кафе, и он услышал несколько разговоров о вчерашнем прорыве.

Легкий укол тревоги пронзил его, когда он вспомнил о жутком событии, но ему не потребовалось много усилий, чтобы подавить его.

Что-то там, жизнь продолжается, что-то еще - кому какое дело до этого!? Он нес в руках чертов первозданный след - мечту бесчисленного множества людей, возможность стать архчеловеком раз в жизни! Если он, нет, когда он вознесется, это, вероятно, будет не единственный раз, когда он станет свидетелем чего-то подобного.

Когда он увидел массивные красочные здания 25-го района, появившиеся между однообразными постройками двадцать третьего, тревожные мысли о вчерашнем событии быстро отошли на второй план. Он не сводил глаз с цели, и через несколько минут ходьбы оказался перед воротами. Они были перекрыты, и снаружи стоял охранник.

Его шаги замедлились, и он прикусил губу. "О, да черт возьми...!"

Как он мог забыть об этом!? Его ни за что не пустят внутрь!

Или... погодите. Разве прайм не считается оправданием того, что у него есть дела внутри? Но показывать его было не то, чего он жаждал. Зачем вообще поставили эти чертовы заборы?

Любой, кто мог ступить на частную территорию богатого арха, не умерев мгновенно, не был бы остановлен такими воротами. Черт, Фредди видел, как человек перепрыгнул через забор, и охранник проигнорировал его. Так зачем? Неужели это просто жестокая демонстрация превосходства над нами, жалкими смертными?

Он проглотил горькие чувства и подошел к стражнику.

"Пожалуйста, предъявите удостоверение или назовите причину входа," - произнес лысый мужчина в костюме.

Каждая клеточка его тела протестовала против разворачивания простыней, но он преодолел нежелание и развернул слои, обнажив кричащий зеленый шар внутри.

"Еще раз засунешь меня туда, и я обдеру твою задницу зубами!" - завопил он, выпучив глаза.

Все вокруг мгновенно обернулись на шум, а охранник просто кивнул, отступая в сторону, чтобы он мог пройти.

"Этот парень нес прайм?" - спросил кто-то.

"Везучий ублюдок," - прокомментировал другой.

Он проигнорировал незнакомцев и вошел в район, снова заворачивая прайм.

Хм... - подумал он. Это действительно было так просто.

Поклявшись бороться с несправедливостью когда-нибудь в будущем, когда он станет невообразимо богатым и могущественным, он прошел мимо охранника и вошел в 25-й район.

Он знал, куда идти, и с каждым шагом, приближавшим его к цели, его сердцебиение чуть ускорялось.

25-й район часто казался безлюдным, хотя он прекрасно знал, что это не так. Просто небесные мосты, соединяющие парящие сооружения, и подземная транспортная система были гораздо более популярными способами передвижения для жителей. А он даже не имел привилегии видеть, кто ими пользуется.

И все же, чем ближе он подходил к своей цели, тем больше людей, казалось, появлялось из ниоткуда, и количество очевидно, а иногда и вызывающе богатых людей, идущих по улицам, резко возросло.

Даже среди архлюдей были высшие и низшие классы. Хотя сила не была строго связана с этим, основным способом определения этого ранжирования было количество звезд в душе. Начиная с одной звезды, архлюди мало чем отличались от обычных людей. Но начиная со второй, появлялись заметные изменения, которые явно выделяли их.

Необычные физиологические черты, такие как неестественный цвет волос и глаз, сверхчеловеческая красота, выдающийся рост или телосложение, и, что наиболее заметно - аура. Те, кто обладал второй звездой и выше, излучали слабое чувство подавления для тех, кто был ниже их. Они могли сдерживать это, но... никто здесь не утруждал себя этим.

Прерывистое дыхание и шаткие шаги, тошнота, головокружение и сильная тревога сопровождали каждый его шаг. Путь вперед казался подобным ходьбе босиком по крутой горе, усеянной шипами и битым стеклом. Но со временем он привык к этому.

Наконец, перед ним возникло массивное, белоснежное здание Торговой Ассоциации Архчеловечества. Он осторожно приблизился. Большая площадь, вымощенная мрамором, раскинулась перед зданием, и десятки гравированных золотых шаров парили примерно в трех метрах над землей.

Длинная лестница вела ко входу, и единственное, что мешало многочисленным прохожим образовать толпу, был огромный размер двора.

Тревожно поглядывая на сверток из простыней, он быстро понял, что должен избавиться от них. Никто не осмелился бы украсть здесь, но его могли выгнать, если бы он вошел внутрь, неся что-то подобное.

С некоторым колебанием он вытащил все еще кричащий первозданный след и бросил простыни в ближайшую урну. Было довольно грустно смотреть, как они исчезают.

Первозданный след все еще кричал во всю мощь своих фигуральных легких, и он не мог набраться смелости войти в здание с чем-то столь привлекающим внимание. Несколько человек, одетых в одежду, вероятно, стоившую больше, чем вся его жизнь, взглянули в его сторону, заставив его поморщиться от их холодных взглядов.

Он сжал маленький зеленый шар и многократно просил его успокоиться, без особого успеха. Наконец, он не выдержал. "Ты, черт возьми, заткнешься наконец—"

"Сэр?" - раздался глубокий мужской голос.

Он подпрыгнул и обернулся, столкнувшись лицом к лицу с пожилым джентльменом в официальной одежде, сильно напоминавшим дворецкого. "А? То есть, э-э, здравствуйте, привет, как вы? То есть, э-э, кто вы? Нет, я—"

Мужчина усмехнулся и продолжил: "Прошу прощения за испуг. Я сотрудник ТАА," - сказал он, доставая как будто из ниоткуда небольшую стеклянную коробку.

Фредди озадаченно уставился на нее. "Что это?" - спросил он осторожно, прежде чем вспомнить добавить: "Если вы не против сказать... Сэр."

"Эта изолирующая коробка используется для сдерживания буйных первозданных следов," - объяснил он.

"Без обид, и я говорю это со всем уважением, но" - он скептически взглянул на стеклянную коробку - "откуда мне знать, что это то, чем вы ее называете?"

"Вы можете расслабиться, сэр." Мужчина указал на золотой шар, парящий чуть правее. "Уверяю вас, если бы кто-то попытался совершить кражу на территории ассоциации, они бы не ушли даже со своими жизнями, не говоря уже о вашем имуществе."

Он неловко усмехнулся в ответ на зловещее заверение, но с благодарностью взял стеклянную коробку, поблагодарив мужчину за помощь. После того, как он поместил первозданный след внутрь и закрыл устройство, он понял, что все еще может слышать, как тот кричит почти в полную силу.

Его охватило замешательство. Мужчина потянулся, чтобы опустить маленькую заслонку, которая мгновенно отрезала звук.

Он поморщился от своего невежества и кивнул мужчине в знак благодарности. "Спасибо, добрый сэр," - поблагодарил он мужчину. "Э-э, полагаю, я пойду дальше...?"

"Приятного пребывания, сэр," - сказал мужчина с улыбкой.

Он начал уходить.

"И, пожалуйста," - зловеще добавил дворецкий, - "не забудьте вернуть коробку."

Распрощавшись с мужчиной после этих смутно угрожающих слов, он вошел в здание, его сердце бешено колотилось в груди.

Три ступеньки вверх, и его мышцы живота и ног уже напоминали о вчерашних событиях. Превозмогая боль, он поднимался, и с каждым шагом и каждым роскошно одетым человеком, мимо которого он проходил, он чувствовал все больше стыда за свою потрепанную одежду и низкоклассовые манеры.

Наконец, он преодолел последнюю ступеньку и прошел через золотые ворота, ведущие в здание.

"Вау..."

Мрамор прекрасно подчеркивал теплое окружающее освещение, а темное дерево смягчало обстановку, создавая резкий, но привлекательный контраст между надменной роскошью и скромным, но изысканным деревом. Многочисленные картины украшали стены, красивые люстры свисали сверху, а мерцающие, парящие шары из пушистого голубого дыма создавали иллюзию неба на потолке.

Стараясь не выглядеть как деревенщина, он уверенно шел вперед, гордо держа коробку, даже с некоторым пафосом демонстрируя ее.

Однако, когда он осознал, что все здесь несли что-то ценное, обычно более значимое, чем его единственный первозданный след, он опустил коробку, держа ее небрежно, словно пакет с продуктами.

Продвигаясь вперед, он замедлил шаг в центре зала. У него возникла проблема. "Куда, черт возьми, мне идти?" - прошептал он себе под нос.

Бесчисленное множество людей сновало туда-сюда, входя и выходя из десятков дверей, выстроившихся вдоль стены напротив входа. Больше ничего нигде не было видно - ни стойки регистрации, ни кого-либо похожего на сотрудника, ничего.

Украдкой заглядывая в некоторые двери, он понял, что внутри них комнаты были больше, чем снаружи.

Богатые ублюдки явно помешаны на искажении пространства.

Небрежно приблизившись к входам, он заметил, что на дверях или над ними не было никаких обозначений. Он видел людей, ходивших вокруг, но толпа, входящая и выходящая, затрудняла понимание происходящего. Большая часть его хотела выбрать дверь наугад и проверить, что внутри, но остальная часть беспокоилась, что он случайно войдет туда, куда его не приглашали.

Так он шел вдоль стены, проходя мимо всех дверей, украдкой заглядывая в комнаты, и в конце концов у него закончилась стена для осмотра. В конце его путешествия его встретила удобная мраморная скамья, и он направился к ней.

Как только он собрался сесть, женщина буквально материализовалась из ниоткуда. "Сэр, вам не разрешено здесь сидеть," - заявила она, указывая на табличку с тем же сообщением прямо над его головой.

Его спина мгновенно выпрямилась. "Извините, мне так жаль," - извинился он. "Я не заметил этого, о боже."

Женщина кивнула ему и повернулась, чтобы уйти, но он воспользовался возможностью получить информацию. "Эй, эм..." - позвал он.

Она обернулась с бесстрастным выражением лица.

Он поспешил объяснить себя. "Я буду честен с вами. Я совершенно не представляю, куда идти. Не могли бы вы указать мне направление?"

Женщина приятно улыбнулась и указала на стену с неотмеченными входами. "Двери." С этими словами она развернулась и ушла.

Ну... спасибо ни за что, полагаю.

Он глубоко вздохнул и решил действовать наугад. Пусть будет первая дверь слева. Как только он вошел, он увидел ряд из более чем десяти администраторов слева от себя и еще больше дверей вдоль всех остальных стен комнаты.

В конце концов, он подошел к администратору-мужчине. "Здравствуйте!" - поприветствовал он мужчину. "Я здесь, чтобы продать или обменять первозданный след."

Мужчина указал за его спину, на стену справа. "Двери с 14 по 37."

Он кивнул и направился туда. Он быстро взглянул на другие двери, заметив некую иерархию. Каждая дверь от десяти до одного становилась все более роскошной, а первая выглядела как вход в спальню какого-нибудь императора.

Однако это его не касалось, и он повернулся к тем дверям, на которые ему указали. Над дверями горели лампочки; некоторые были красными, другие - зелеными. Хотя он сразу предположил, что зеленый означает свободно, а красный - занято, он все же спросил случайного прохожего, чтобы убедиться. Женщина, которую он спросил, посмотрела на него, как на слабоумного. Тем не менее, она подтвердила его догадку.

Он глубоко вздохнул и решительно вошел в первую комнату с зеленым светом над дверью.

Как только он открыл дверь, его ударило густое облако сигаретного дыма, не неприятное по запаху, и он увидел мужчину, сидящего в роскошном кожаном кресле. Торговец выглядел вневременным, с резкими чертами лица и неряшливой бородой.

Он вынул огромную кубинскую сигару изо рта, стряхнул пепел в пепельницу и заговорил грубым, глубоким голосом: "Садись, пацан."

Без колебаний он подошел и сел в шокирующе удобное кресло.

Мужчина указал на стеклянную коробку и жестом попросил передать ее.

Вместо того чтобы сразу отдать коробку, он уточнил: "Я здесь, чтобы продать или обменять мой первозданный след."

Мужчина медленно моргнул. "Да неужели!" - саркастически воскликнул он. "Дай мне эту чертову штуку, чтобы я мог посмотреть, что она делает!"

Он неохотно отдал стеклянный контейнер, и курильщик немедленно открыл его.

"Вы, ублюдки, можете вылизать мою задницу!" - выплюнул его обитатель.

"О, заткнись, ты, нытик. Какой у тебя талант?" - спросил он, выпуская большое облако дыма в ожидании ответа.

"Фермерство! Лучшее фермерство! Высшее фермерство! Твои урожаи будут лучше!"

Мужчина несколько секунд смотрел на первозданный след, затем на него, словно чего-то ожидая.

Казалось, он понял, что больше нечего сказать, поэтому продолжил: "Ладно." Мужчина фыркнул, снова закрыв коробку, затем повернулся к своему клиенту, который несколько секунд выжидающе смотрел на него.

Мужчина смотрел в ответ и нахмурился. "Так что будет? Обмен или продажа?"

"Э-э, я... Это неважно, нет, я имею в виду, это э-э—"

"Хватит болтать, пацан, у меня нет целого дня."

"Я-я имею в виду, это не неважно," - сказал он, спеша собраться с мыслями, - "но я в любом случае хочу получить другой первозданный след, так что если у вас есть какие-нибудь, я бы с удовольствием это сделал, да."

Торговец нахмурился. "Так ты хочешь обменять?"

"Э-э, да, я хочу сделать это, да."

"Чего ты хочешь?"

"Я... Я не думал об этом, но что-нибудь боевое, сэр..."

"Прекрасно." Мужчина наклонился, чтобы что-то проверить в ящике. "Как насчет того, чтобы я предложил тебе несколько идей, а ты посмотришь?"

"Это... эм..." - он задумался. "Это... меня вполне устраивает."

Мужчина кивнул и вытащил огромную коробку из ящика.

Он достал один из разноцветных шаров - серый, трехглазый первозданный след, который заговорил подавленным тоном: "Здравствуйте, ребята..."

"Что умеет этот?" - спросил он.

"Почему ты спрашиваешь меня?" - сказал мужчина, поднося серый шар к его лицу. "Спроси его."

"Э-э... Что ты умеешь?"

"Да ничего особенного, на самом деле," - ответил тот на его вопрос. "Я провожу свои дни в скуке."

"Нет, я имею в виду," - сказал он, спеша исправиться. "Какой силой ты обладаешь?"

"Крысиный хвост. Хвост, как у крысы... Я знаю, не очень круто..."

Его желудок упал. "Эм..." Он взглянул на мужчину. "Извините, если это покажется грубым, но даже сам первозданный след не считает свой талант особенно хорошим."

"А твой первозданный след довольно энтузиастичен," - сказал мужчина с хитрой улыбкой. "Не особо показательно, не так ли?"

"Справедливо, но это все равно... Если вы планируете предлагать мне такие вещи, я бы предпочел оставить свой." Он посмотрел на мужчину, на этот раз с гораздо меньшим трепетом.

Было ясно, что этот человек считал его простаком, и неудивительно почему. Как только он успокоился и подумал об этом, он понял, что ему не нужно спешить с продажей немедленно.

Мужчина убрал шар и достал другой, но когда Фредди встал с кресла и направился к выходу, мужчина заговорил: "Пацан, подожди минутку, куда ты идешь? Это было только первое предложение."

"Я..." - начал он, полуобернувшись. "Я сначала пойду и проведу оценку первозданного следа."

Мужчина пустым взглядом смотрел на него мгновение, а затем разразился смехом, закашлявшись.

Он был ошеломлен. "Что тут смешного?" - спросил он.

"Пацан, ты хоть представляешь, насколько дороги правильные оценки?" - спросил его торговец, а затем стал серьезным. "В лучшем случае, ты заплатишь полную стоимость дешевого первозданного следа за одну, и без нужных связей ты будешь ждать до шести месяцев, чтобы получить ее."

Колеблясь, он повернулся и серьезно посмотрел на мужчину. "Я знаю, что вам это должно казаться забавным, сэр, но при всем уважении, я хотел бы, чтобы вы отнеслись к этому серьезно."

"Что, черт возьми, ты имеешь в виду, щенок?"

Это снова заставило его колебаться, но что-то вскипело внутри, и он повысил голос чуть больше, чем хотел. "Крысиный хвост!? Серьезно!?"

"Что с ним не так?"

"Вы принимаете меня за идиота?"

"Да, принимаю," - сказал мужчина, самодовольно улыбаясь. "И твое идиотское поведение не убеждает меня в обратном."

Это послало холодок по его спине, когда он осознал, на кого он кричал. "Я... Я извиняюсь, сэр..."

"Ба!" - выплюнул он, нахмурившись. "Ты почти был мужиком, пацан. Не порть все, трусливо отступая!"

"Я... Что?"

"Садись обратно, черт возьми."

Несмотря на значительные колебания, он в конце концов заставил себя вернуться к креслу и сесть.

Человек вздохнул и пристально посмотрел на него. "Скажи-ка, ты имеешь отношение к тому взлому прошлой ночью?"

Глаза Фредди расширились. "Как вы узнали?"

"О, даже не знаю," язвительно протянул мужчина. "Бедный растерянный парнишка приходит с праймом, ведёт себя как побитый пёс на следующий день после происшествия. Просто совпадение, да?" риторически спросил он, качая головой. "Ты ведь знаешь, что столкновения с монстрами могут значительно повысить шансы проявления прайма, верно?" поинтересовался мужчина.

Фредди знал, что такое бывает, но никогда не слышал конкретных цифр. Это определённо не было гарантировано. Иначе некоторые... менее щепетильные личности легко создавали бы бесконечное количество праймов, подвергая смертных встречам со слабыми монстрами.

Торговец прищурился. "Кстати, не знаю, насколько ты это осознаёшь, но ты ведёшь себя немного... э-э..." Вместо того чтобы закончить фразу, мужчина покрутил пальцем у виска и присвистнул.

Фредди поморщился.

Мужчина вздохнул. "Ты уже был у психиатра?"

"Нет, сэр, не был."

"И не нужно".

"Что?"

"Не нужно этого делать. К чёрту их".

"Ну, я всё равно не могу себе этого позволить... но я..." Он замялся. "Если бы я вдруг смог... почему мне не стоит идти?"

Мужчина наклонился над столом, вынул сигарету изо рта и положил её в пепельницу. "Позволь спросить. Ты видел, как кто-нибудь умирал?"

Он слегка вздрогнул, вспомнив несколько свежих трупов так ярко, что на мгновение почувствовал себя прямо там, где впервые их увидел. "Да... сэр".

"Забавно, не правда ли," сказал мужчина, откидываясь назад. "Разве ты не просил у меня силу, ориентированную на бой?"

"К чему вы клоните?" ответил Фредди более резко, чем сам ожидал.

В ответ мужчина широко ухмыльнулся. "Сходи к мозгоправу. Знаешь, что они тебе скажут?" Мужчина подался вперёд. "Они скажут, что ты должен чувствовать себя плохо, грустить и выплакаться. Что нормально хныкать как сучка и избегать конфликтов до конца жизни," фыркнул он. "И ты, чёрт возьми, поверишь в это". Торговец откинулся назад. "К чёрту всё это. Ты сделал правильный выбор. Будь мужиком и готовься увидеть ещё больше".

Эти слова поставили его в тупик. Не поэтому он решил выбрать боевой талант. Он просто хотел быть независимым, свободным. С фермерским талантом он стал бы фермером. Навсегда. До самой смерти. Возможно, однажды он мог бы стать сам себе хозяином, конечно, но если бы кто-то захотел силой выбить из него пару услуг, он был бы бессилен защититься.

К чёрту это.

Его давней мечтой всегда было стать архчеловеком. Потому что он хотел иметь силу жить по своим правилам — и не лизать чью-то подошву.

Мысли вихрем кружились в его голове, но прежде чем он успел ответить, мужчина снова указал на стеклянную коробку с его праймом. "Ты понимаешь, что мы даже не спросили у твоей штуковины, какие у неё сродства, верно?"

"Простите?" тупо спросил он. "Погодите, оно может это сказать!?"

Мужчина вздохнул и слегка обмяк. "Парень, тебе стоит хотя бы попытаться скрыть, если ты настолько несведущ".

И снова, прежде чем он успел ответить, мужчина выхватил стеклянную коробку из его рук и снова открыл её, выпустив кричащий зелёный шар. "Какие у тебя сродства?"

Когда он наконец перестал вопить, то ответил: "Земля, естественно! И вода, естественно! И природа, естественно! Естественно," сказал он, тут же вернувшись к крикам.

Мужчина присвистнул, запер прайм обратно и откинулся на стуле. "Ну надо же. Три сродства. Редкая находка".

Эти слова звучали как деньги, но вместо того чтобы обрадоваться, он оскорбился. "Так вы действительно пытались меня обмануть раньше!"

"Чёртовски верно!" без тени раскаяния заявил мужчина, хлопнув ладонью по столу. "Я здесь, чтобы зарабатывать деньги, парень, а не заниматься благотворительностью". А затем с улыбкой продолжил: "Буду с тобой честен, малыш. В этом бизнесе быть первым торговцем, с которым общаются такие, как ты, по сути означает, что ты либо получаешь всё, либо не получаешь ни хрена. Догадываешься почему, а?"

И правда. Ему хотелось встать и уйти, чтобы услышать второе мнение.

"Так вот как будет," сказал торговец, переходя на более официальный тон. "Это неплохо. Есть недостаток в виде крайне ограниченного небоевого таланта, что значительно повлияет на цену. Но! Бои подходят не всем, а тройное сродство очень желанно".

"И это значит...?"

"Если бы это был боевой талант, ты был бы богат," пояснил он. "Но это не так, поэтому ты не разбогатеешь. Тем не менее, это хороший товар".

"Возможно, я хочу услышать второе мнение на этот счёт".

Мужчина нахмурился и махнул рукой. "Иди, пусть тебя обманут в другом месте. Лучшей сделки ты нигде не найдёшь. Как насчёт такого? Я сделаю тебе особое предложение". Мужчина выпрямил спину, отбросив сарказм и переключившись на чистый бизнес. "Если, и только если, ты продашь мне этот прайм прямо сейчас, я предложу тебе три вещи!"

Торговец поднял три пальца. "Во-первых, я дам тебе прайм приличной ценности, и я дам тебе тот, который, по моему мнению, подходит тебе лучше всего. Во-вторых, я предоставлю тебе двадцать пять тысяч долларов наличными. И в-третьих, я оплачу за тебя консультационный сбор и порекомендую тебя на немедленный приём, что позволит тебе пропустить дни или даже недели ожидания".

Ему хотелось узнать, какой прайм ему предложат и что означает консультация, но сначала нужно было обсудить более важный вопрос. "Пятьдесят тысяч долларов".

С ухмылкой мужчина парировал. "Двадцать шесть".

"Да ладно, это слишком маленькое увеличение. Я настаиваю на пятидесяти".

"Засунь себе эти пятьдесят, надеюсь, сам знаешь куда. Я на это не пойду," отказал мужчина.

"Ладно... Вы же знаете, что мы сойдёмся на сорока, так давайте перейдём сразу к делу".

Мужчина усмехнулся. "Тридцать — это максимум, что я могу тебе дать".

С несколько наигранной хмуростью, в основном чтобы скрыть ухмылку, Фредди согласился: "По рукам. Ну, не по всей сделке, но я доволен суммой".

Мужчина фыркнул и покачал головой. "Итак, прайм..."

"Могу я просто спросить, что вы имеете в виду под консультацией?"

"Один парень посмотрит на Прайм, который я тебе дам, и посоветует, как обращаться с силой или как подойти к твоему росту на первых порах".

"А... понятно". Это звучало довольно неплохо. Он не знал, хорошая ли это сделка, но в этом-то и была суть. Он ничего не знал. Во всех отношениях он был в полном неведении о восхождении и о том, что ему следует делать. И хуже всего, у него не было реального способа это выяснить. По крайней мере, бесплатно.

Все попытаются его обмануть, как и сказал мужчина, но здесь он хотя бы получит немного денег, и он довольно хорошо осознавал их ценность. А кроме того, он получит некоторую информацию, в которой нуждался больше всего.

Вместо того чтобы открыть коробку на столе, мужчина встал и подошёл к казавшейся пустой стене. Он коснулся случайных пустых мест, и появился контур, вскоре обнаруживший себя как шов выдвижного ящика, который открылся. Мужчина вытащил предмет и принёс его к столу.

Фредди сглотнул.

Это была ещё одна коробка, но вместо прозрачной она была полностью чёрной. Одним пальцем на защёлке мужчина открыл коробку и вытащил красный Прайм.

Этот казался торжественным и спокойным, держа глаза закрытыми.

"Давай, малыш," подтолкнул его торговец. "Спроси его, какова его сила".

Фредди сглотнул. На этот раз он чувствовал себя ещё более взволнованным, задавая вопрос, чем когда спрашивал у того, который проявился у него самого.

После нескольких секунд молчания он наконец открыл рот. "Скажи мне, След...

Какой силой ты обладаешь?"

----------

Один из сотни

"Немедленная консультация, как же, - с горечью подумал Фредди. Уже больше двух часов он простоял в очереди. Наконец осталось всего два человека, и потом наступит его черед.

Он поднял стеклянную коробку и внимательно посмотрел на красный След внутри, с закрытыми глазами и сомкнутыми губами. В голове все еще звучали его загадочные слова:

"Стократный вред врагу нанесешь, одну часть себе вернешь."

Честно говоря, он не до конца понял суть этой силы, пока торговец не объяснил ему.

Талант, которым оно обладало, назывался "1% Вампиризма". И у него была водная стихия.

Хотя торговец настаивал, что это отличная сила, Фредди почти сразу отказался от предложения. Исцеляться всего на 1 процент от нанесенного урона и иметь только одну стихию, да еще и воду? Уж лучше крысиный хвост.

Торговец убрал След и достал несколько других. Только увидев остальные предложения, Фредди передумал.

Торговец был готов расстаться с действительно ценными вещами - даже Фредди мог сказать, что эти Следы стоят немалых денег. И все же он настаивал, что это будет лучшим выбором для него.

И когда он наконец позволил мужчине объяснить, все встало на свои места.

Это была идеальная сила для того, кто начинает с нуля и без поддержки. Ну, не совсем идеальная. В идеале он получил бы что-нибудь сверхмощное, но для бюджетных талантов, если верить словам торговца, это был чертовски хороший вариант.

Лечение стоило дорого. Талант вроде этого отлично подходил для сокращения расходов.

Хотя он был более чем рад предаваться мечтам о славе и огромном богатстве, уровень смертности и ранней "пенсии" среди архлюдей без серьезной подготовки был ошеломляюще высок. Не говоря уже о том, что даже обычное медицинское лечение порой стоило целое состояние, не говоря уже об услугах специализированного целителя.

Кроме того, это открывало довольно привлекательные перспективы на будущее. По мере того, как он будет подниматься в рейтинге, ему не терпелось узнать, какие виды эволюции эта сила претерпит.

Станет ли он подобен бессмертному вампиру? Неубиваемым берсерком, способным противостоять целой армии, полностью игнорируя любые раны, просто сокрушая врагов, чтобы оставаться в отличной форме?

Да, вряд ли. Но мечтать не вредно. И его сердце было полно надежд.

Вскоре наступила наконец его очередь.

Когда он вошел, высокий загорелый мужчина с длинными волосами, собранными в хвост, практически набросился на него, пожимая руку и похлопывая по плечу. "Как дела, приятель?! Заходи, садись. Хочешь чего-нибудь выпить?"

"Э-э, привет, эм..." В голове у него все перемешалось, но был только один реальный вариант. "Я бы выпил кофе, если есть."

"Конечно, дружище, садись." Мужчина повернулся и провел рукой над кристаллической поверхностью. Через мгновение на ней появилась чашка с дымящимся горячим кофе.

Фредди слегка опешил.

Схватив чашку, мужчина поставил ее прямо перед ним, а сам сел на противоположной стороне стола. "Извини, подожди минутку, эм..." Его слова прервались, когда он посмотрел на что-то на портативном экране. "Я только проверю кое-что,"

"Конечно..."

Лишь бы это не сократило время моей консультации, мысленно добавил он.

Отложив экран с последним взглядом, мужчина повернулся к нему лицом. "Итак... Давай посмотрим, что у тебя есть."

"О, э-э, вот, пожалуйста," сказал он, протягивая мужчине красный шар.

"Мне нравится это веще." Мужчина улыбнулся, разглядывая невозмутимый предмет. "Немного напоминает моего дедушку," добавил он с веселым смешком. "Какой талант и стихия?"

"Это, э-э... 1% Вампиризма и водная стихия."

Мужчина выглядел впечатленным. "Черт... неплохо. Даже отлично. Особенно если ты независим."

Как только мужчина сказал это, Фредди мгновенно вздохнул с облегчением. Он смертельно боялся, что торговец продал ему какую-нибудь чушь. Это по крайней мере подтверждало, что он получил то, что ему обещали.

"Подожди секунду..." Мужчина снова повернулся к экрану.

Он отпил кофе, пока ждал... и чуть не выплюнул его от шока. Это была самая вкусная вещь, которую он когда-либо пробовал, и, похоже, в нее ничего не добавляли.

Насколько же дорогая эта консультация, если здесь такой кофе? - подумал он. Боже...

Вскоре мужчина снова посмотрел на него, неохотно отрывая глаза от экрана. "Итак... Первое, что я рекомендую - подумай о переезде в место с большим водоемом или что-то вроде пустыни. Первый вариант будет хорош, если ты хочешь стабильно расти, а второй будет отличным, если хочешь зарабатывать. Самое простое место для погружения - это мир с, скажем, огненными элементалями, но я не уверен, что ты сможешь найти там место. Теперь!"

Он повернулся и поставил на стол коробку, достав из нее три белых свитка и то, что выглядело как большой учебник, и передал их Фредди, который взял аккуратно свернутую высококачественную бумагу и восхитился гладкостью под пальцами. Все свитки были запечатаны лентой с надписями.

Мужчина указал на них. "Вот эти малыши," сказал он, проводя рукой над свитками, "все содержат эфирные отпечатки. Тебе нужно просто посмотреть на них, и способности будут вписаны в твою душу. Первая - Лягушачий Прыжок. Это будет твой пример использования гидравлического давления для передвижения. Вторая - Боевые Искусства Текущего Дождя. Она включает технику закалки Водное Тело и Текущий Удар.

"Техника закалки - это стандартная техника для воды. Отлично подходит для базового восстановления, прекрасна для здоровья и может эволюционировать в отличный усилитель жизненной силы. К сожалению, техника закалки Текущей Реки не входит в этот пакет. Я не могу выбирать твой путь за тебя, но рекомендую приобрести ее, если ты будешь придерживаться боевых искусств.

"Кстати о них, теперь у нас есть Текущий Удар. Он отлично подходит для использования импульса воды в твоем теле в бою. Только не используй его для ударов по чему-либо поначалу, иначе ты разорвешь свои вены и капилляры. Отрабатывай его в воздухе, пока твое тело не привыкнет.

"Третье - это заклинание Струя. Ничего особенного. Оно здесь просто для практики. Это отличный пример того, как материализовать воду из эссенции и как манипулировать ею. Не стоит тратить на него больше времени, чем нужно. Используй то, как оно ощущается, в качестве руководства для изучения основ манипулирования водой, а затем самостоятельно создай заклинание Создание Воды," сказал он, переходя к книге. "Наконец, у тебя есть Основы Сбора, адаптированные для водной стихии. Прочти ее полностью."

Он в шоке уставился на предметы. "Бес... Бесплатно?"

"Что значит бесплатно?" спросил мужчина, почти оскорбленный вопросом. "Это входит в стоимость консультации. К тому же, все это дешевые вещи, которые можно найти где угодно."

И все же... для него это было бесценно. Несмотря на некоторые сохранявшиеся сомнения по поводу выбранного таланта, он начинал думать, что эта сделка была лучше, чем он предполагал.

Вдруг мужчина нахмурился. "Теперь, насчет этого таланта..."

Что-то в том, как мужчина это сказал, заставило его кожу покрыться мурашками. Неужели с ним что-то не так?

Мужчина продолжил: "Я рекомендую тебе экспериментировать с ним как можно больше. Силы исцеления печально известны своей сложностью."

"В каком смысле?" спросил он, сдерживая беспокойство, бурлящее внутри.

"Ну, для начала, что вообще означает 1% Вампиризма?" задал вопрос мужчина, нахмурившись. "Можешь сказать мне, как оно описало свою силу?"

"Конечно, это было э-э..." Его мозг застыл, пытаясь вспомнить точные слова, но мужчина взял веще и сам спросил его.

После того, как веще повторило то же самое, что и раньше, мужчина положил его на стол и откинулся назад с глубоким хмурым выражением лица.

"Что-то... Что-то не так?" осторожно спросил он.

"Тут много чего можно сказать, поэтому я подведу итог как можно быстрее. Во-первых, что значит враг? Означает ли это, что оно позволяет исцеляться только от существ, которых ты считаешь врагами? Или от тех, кто считает врагом тебя? А как насчет "вернешь"? Вернешь что? Раны? Считаются ли болезни или расстройства? А как насчет шрамов? А что насчет чего-то вроде яда? Выведет ли оно его из твоего тела? А рак? Убьет ли оно бактерии или вирусы? Сможет ли восстановить потерянные конечности?"

"А как насчет самого урона? Один процент от чего? Допустим, ты убиваешь противника быстрым ударом в глаз. Исцелит ли это тебя в той же степени, как если бы ты уничтожил все тело? Если да, то произойдет ли это мгновенно или постепенно, по мере отмирания клеток? А как насчет понятия вреда? Сможешь ли ты поджечь лес и исцелиться на 1 процент от урона, нанесенного находящимся в нем существам? Будет ли кровотечение твоего противника считаться уроном, который ты нанес, если ты причинил эту рану?"

Он сидел ошеломленный потоком вопросов. Откуда, черт возьми, он мог это знать? Разве не работа консультанта - сказать ему это?

Мужчина мог понять, что он хотел сказать, по выражению его лица. "Все это довольно базовые характеристики сил исцеления. Существуют разные категории качества исцеления, и в зависимости от того, какое ты получишь, качество конечного продукта может сильно различаться. И даже тогда его качество может быть уникальным и специфичным для твоего таланта, а не соответствовать обычной шкале. Я видел силы, похожие на эту, раньше. В итоге они оказываются настолько полезными, насколько позволяют технические детали," заявил он. "Подожди, давай попробуем немного разобраться."

Мужчина взял веще и повторил вопросы, переформулировав некоторые из них несколько раз. Веще либо утверждало, что не знает ответа, отвечало крайне туманно, либо просто молчало.

"Понятно..." сказал мужчина, возвращая веще. "Без обид, но я задавался вопросом, почему этот старый хрыч дал тебе нечто столь ценное и даже добавил бонус. То есть, это должно быть нормально, но точные детали немного рискованны. Просто из любопытства, что, черт возьми, ты ему продал? Можешь не отвечать, если не хочешь, конечно."

"Я продал ему другой След" ответил он, не совсем сосредоточившись на том, что говорит. "Эм... У него был фермерский талант и три стихии."

Челюсть консультанта отвисла, и вскоре на его лице появилась улыбка. "Ты шутишь, да? Это же шутка?" Неуверенный взгляд на его лице был всем, что ему нужно. "О, чувак. О, боже. Это случайно не оно?" Он подвинул экран к Фредди, который с тревогой взглянул на него.

Поначалу он не был уверен, на что смотрит, но вскоре понял, что это какой-то аукционный сайт. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, что он видит, когда мужчина указал на веще, которое он только что продал.

Оно было в самом верху списка.

"Се-се-семь...! Семьдесят миллионов долларов!?" закричал он, вырывая планшет из рук мужчины и случайно роняя его от шока. К счастью, он не разбился, но это было последнее, что его волновало. "Что!? Как!? Нет, нет, нет... этого не может быть!" Он встал и начал ходить по комнате, схватившись за голову. "Я подам на него в суд. Я пойду и подам на него в суд!"

"Сядь, парень!"

"Нет, я его, блядь, убью!"

"Я сказал, сядь!" крикнул мужчина, и странная сила накрыла его, мгновенно отрезвляя.

Он дрожа сел и выглядел так, будто хотел сказать тысячу вещей, но прежде чем он смог что-либо произнести, консультант бросил на него строгий взгляд и заговорил ледяным тоном: "Будь осторожен со своими словами. Тебе следует быть благодарным."

"Благодарным...?" Он выдохнул. "За... За что!? Он обманул меня на—"

"Он, вероятно, спас тебе жизнь."

"Спас... Что?"

"Если бы ты знал ценность этой вещи, ты был бы мертв к концу дня. Нет способа анонимно выставить его на аукцион, и если бы неподходящий человек узнал о том, что у тебя есть, они забрали бы его и закопали тебя прежде, чем кто-либо узнал, что произошло."

Эти слова не слишком помогли унять его гнев. Если уж на то пошло, они только сильнее его разозлили. "Есть ли что-нибудь еще, о чем вы хотите проконсультировать меня?"

"Да," рявкнул мужчина. "Держи свой чертов рот на замке. Если ты будешь бегать вокруг и рассказывать кому-либо, что тебя 'обманула' ассоциация, ты об этом пожалеешь," предупредил он. "Они очень серьезно относятся к таким обвинениям."

"Ясно. Дайте мне мое чертов След." Он несколько грубо схватил стеклянную коробку и запихнул свитки в карманы, выбегая из офиса прежде, чем мужчина успел сказать что-либо еще.

Как раз когда он собирался покинуть здание, он заметил элегантно одетого джентльмена, который дал ему стеклянную коробку.

Он вытащил свой След и вернул коробку мужчине, бросив на него саркастическую ухмылку, когда сердито прошел мимо. "Они бы даже не ушли живыми, да?"

С ядовитыми мыслями, плавающими в его сознании, он вскоре вышел со двора на открытые улицы 25-го района.

Он запер двери своей квартиры, положил След и свитки в сундук и упал на кровать, измотанный. На улице уже темнело, и он застонал от времени, потраченного впустую на дорогу домой.

Деньги были отправлены прямо на его банковский счет, или, по крайней мере, он надеялся на это, но ему все равно пришлось нести След и свитки самому.

Он довольно сильно боялся, что кто-то видел, как он нес След раньше сегодня, поэтому он избегал выходить через те же ворота, через которые вошел. После нескольких других параноидальных обходов он наконец добрался домой.

На протяжении всего пути домой он кипел от ярости из-за случившегося, и теперь был полностью истощен.

Все его тело болело от напряжения, стресса и вчерашних событий. Макушка головы болела от того, что он ударился о потолок этим утром. Только когда он чуть не потерял сознание, он осознал, что не ел уже больше суток.

Он также умирал от жажды.

Схватив бутылку из холодильника, он выпил ее всю и вышел в коридор, чтобы наполнить ее снова. Туалет, к счастью, был свободен, и он вернулся в свою квартиру меньше чем за минуту.

Когда он снова сел на кровать, его мысли закружились.

Что ему теперь делать?

Он не ожидал стать архом в течение многих лет, даже десятилетий. Несмотря на восемь лет работы, все, что Фредди сумел накопить, составляло чуть более 19 000 долларов. Нельзя было даже мечтать о покупке Следа без как минимум ста тысяч, и даже тогда мудрее было бы копить на более ценное.

Ну, если только не хотелось крысиный хвост.

Это разозлило его. Когда он должен был радоваться тому, чего достиг сегодня, он чувствовал себя... грязным.

Использованным.

Годы изнурительной работы, плохие условия жизни, паршивая еда, отсутствие личной жизни — и внезапно это все больше не имело значения. Немного глупой удачи, и вот он здесь. Эмоции сталкивались, и он обнаружил, что его мысли погружаются в темную бездну.

Прежде чем они успели погрузиться достаточно глубоко, он легонько ударил себя по щеке и встал. "Думать об этом дерьме на голодный желудок — плохая идея."

Поэтому он решил пойти в магазин и купить что-нибудь поесть. Однако на выходе из здания он остановился. Ему ведь... больше не нужно экономить деньги, верно?

Вместо того чтобы выйти из здания и пойти купить бедняцкую бурду, он повернулся к контактному устройству. Но прежде чем подойти к нему, он вернулся наверх по лестнице.

Он постучал в одну из квартир, и изнутри послышался голос Джеймса: "Иду!"

Вскоре вышел полноватый мужчина средних лет, и его глаза широко раскрылись, когда он увидел его. "Фредди!?" воскликнул он, словно не мог поверить, кто стоит перед ним. "Я-я слышал новости! Черт побери, тебе чертовски повезло остаться в живых!"

"Да... это было... Эй, эм, мне очень жаль за то, что случилось вчера," извинился он, вспомнив, как грубо обошелся с мужчиной и его спутницей. "Я хочу загладить свою вину."

"Ты что!?" закричал Джеймс. "Фредди, ты с ума сошел!" Мужчина подошел к нему и крепко обнял. "Я бы и близко не был таким спокойным, как ты!"

"И все же..." Он осторожно отстранился. "Я подумал... не хочешь ли ты поужинать вместе."

"Ужин? Я как раз собирался приготовить что-нибудь, что мы могли бы съесть у меня..."

"Нет," прервал он, "давай закажем что-нибудь."

Мужчина замолчал на мгновение. "Я... Не хочу показаться скрягой, но—"

"Я угощаю."

Джеймс нахмурился и выпалил: "Нет...! Я не могу..."

"Джеймс. Это было... Скажем так, деньги сейчас для меня не проблема."

Это вызвало у мужчины шокированный взгляд, и после еще некоторых уговоров Джеймс наконец согласился.

"Извините за ожидание!" Фредди вошел в квартиру Шэрон, увидев ее и Джеймса, сидящих за столом. И его, и квартира другого мужчины были слишком маленькими для гостей, поэтому Шэрон предложила свою.

Несмотря на то, что она была самой большой, она все равно не была такой уж просторной. Едва хватало места для стола.

Он только что вернулся после отправки сообщения в местный ресторан с их заказом, и вскоре должны были доставить еду. Как только он сел с ними, они молча ждали несколько мгновений.

В конце концов Джеймс набрался смелости спросить: "Можешь... Можешь рассказать нам, что произошло?"

Он не был против того, чтобы поделиться, но. "Да, эм, знаете, давайте сначала поедим?"

Они кивнули и решили поговорить о чем-нибудь другом. Каждая тема, которую они затрагивали, казалась вынужденной, и разговоры быстро затихали. Джеймс немного рассказал о своем брате и работе, а Шэрон обсудила некоторые недавние политические события, о которых он знал, но которые его особо не волновали.

Затем, наконец, в дверь постучали.

Он встал, чтобы взять еду, и заплатил курьеру наличными, и вскоре все трое ели невероятно вкусную жареную свинину. Никто не спрашивал о цене, но было ясно, что это недешево.

Ему потребовалось большое усилие, чтобы сдержаться и не застонать от фантастической еды. Прошли годы с тех пор, как он в последний раз ел что-то настолько вкусное. Весь стресс, все тревоги и горечь смывались с каждым новым куском, который он проглатывал.

Шэрон достала из шкафа бутылку вина, извиняясь за низкое качество. Для него, никогда не пробовавшего алкоголь, оно на вкус было ужасным и, вероятно, осталось бы таким, независимо от того, насколько дорогим оно было.

После еды последовало несколько моментов непринужденной беседы. После короткого визита в туалет, который он также использовал, чтобы проверить свою квартиру, он наконец приготовился пересказать историю.

Тревоги не было. Удивительно, но он не боялся поделиться этим, и вскоре это стало похоже на пересказ какого-то забавного анекдота. Естественно, все становилось серьезным, когда разговор заходил о мрачных моментах, но это длилось всего несколько мгновений.

В безопасности их компании все это казалось таким смешным. Как он принял проход за яркую комнату, убил монстра банкой фасоли, допрос, страховка — все это. Не было другого способа пересказать это, кроме как через смех. Не было другого способа, как он мог это сделать.

Закончив рассказ на встрече с ними в коридоре, где он снова почувствовал, что их реакция была забавной, особенно реакция Джеймса, он сделал еще один глоток вина. Оно не очень легко проходило, но его хмурый взгляд смягчился, когда ранее употребленный алкоголь начал действовать.

Внезапно Джеймс нахмурился и посмотрел на него, широко раскрыв рот. "Фредди!"

"Ч-" попытался спросить он, но его прервала икота.

"Ты сказал, что деньги не проблема!" напомнил Джеймс с глубоким хмурым взглядом. "Только не говори мне, что ты тратишь свои сбережения?"

Шэрон тоже повернулась к нему. "Да! Я думала, тебе заплатила страховка!"

"Нет, вообще-то..." начал он, драматически делая паузу перед раскрытием. Он наклонился ближе, вспомнив, что его веще осталось одно в квартире, и убедившись, что шепчет, чтобы никто не подслушал их разговор. "Сегодня утром у меня проявился Первозданный След."

Мертвая тишина.

Им потребовалось время, чтобы оправиться от шока, но когда они это сделали, оба встали, чтобы пожать ему руку и поздравить.

Когда они снова сели, Джеймс спросил шепотом: "Расскажи нам больше! Что это?"

"Это был небоевой," сказал он, "с фермерским талантом."

Легкий намек на колебание промелькнул на их лицах, но они заставили его исчезнуть.

Шэрон кашлянула. "Тебе стоит попробовать продать его и посмотреть, сколько они готовы предложить! Если получишь достаточно денег, сможешь оплатить образование и получить работу получше! С этим ты однажды сможешь позволить себе лучший, если не захочешь этот!"

Джеймс добавил: "Да! Но эй, этот тоже может быть неплохим! Всем нужно есть! К тому же, кто знает, какие мистические растения ты сможешь выращивать!"

Поставив стакан после еще одного глотка, он пояснил. "Вообще-то, эм... Я уже обменял его."

Они переглянулись. Джеймс первым спросил: "Ну, и что ты получил?"

"Я получил След с... интересным талантом, на самом деле", он усмехнулся. "1% Вампиризма. Исцеляюсь на часть нанесенного мной урона."

"Фредди... это..." Шэрон спросила с открытым ртом.

"Боевой талант, да," подтвердил он то, что она не договорила.

"Ты с ума сошел?" спросила она строго.

"Нет..." он отрицал с хмурым видом. "С чего бы мне быть сумасшедшим?"

"Я не знаю, как ты смог позволить себе разницу," она выпалила, "но ты должен немедленно обменять его на небоевой!"

"Я не хочу этого делать," отверг он с нахмуренным лицом.

Джеймс вмешался: "Чувак, пожалуйста, не пойми меня неправильно, но... тебе чертовски повезло остаться в живых. Ты прошел через что-то подобное и все еще не усвоил урок!?"

"И какой урок я должен усвоить?" спросил он резко.

Шэрон закричала: "Это опасно!"

Джеймс повернулся к ней и схватил ее за плечо, пытаясь успокоить, но она продолжила: "Я потеряла отца и дядю из-за глупых мечтаний стать воинами. Все сбережения нашей семьи пропали, и мы даже не смогли вернуть их тела!" она кричала, слезы текли по ее глазам. "Не будь идиотом!"

"Я не чертов идиот!" он крикнул в ответ, и они оба отпрянули, выглядя шокированными. "Можете давать мне советы, но я не буду сидеть здесь и терпеть оскорбления."

Джеймс принял сочувственное выражение лица и заговорил мягко. "Фредди... не воспринимай это как оскорбление, но у тебя нет жизни."

Он скривился от этого. "Пфф! Ладно, вау! Без обид, чувак, боже."

"Я не имею в виду ничего плохого," сказал мужчина. "Твое детство было украдено у тебя, и... я не думаю, что у тебя есть правильный взгляд на жизнь, но ты... ты спешишь выбросить ее."

Он закатил глаза на это. "И какой взгляд есть у вас, а?"

"Фредди, я..."

"Вам обоим больше сорока," указал он, "но вы все еще снимаете жилье в паршивом комплексе, в разваливающемся районе, почти ничего не имея на свое имя, и без каких-либо признаков, что что-то изменится! Когда-либо!" обвинил он, а затем продолжил саркастически: "Без обид, Джеймс, но ты неудачник! Но эй, не обижайся, вот!"

Шэрон заговорила. "Фредди, не будь таким—"

"Не будь каким?" спросил он, а затем сделал еще глоток вина. "Я знаю, вы оба считаете, что пытаетесь помочь мне, и, очевидно, я не могу видеть вещи с вашей точки зрения. Но и вы не можете видеть вещи с моей." Его голос стал более дрожащим. "Я не хочу оставаться чертовым рабом! Жизнь, в которой я убиваю себя ради чьих-то интересов, не для меня! И, ладно, да, я понимаю. Я могу умереть. Но если я не буду бороться за жизнь, которую хочу, я... я... Тогда ради чего я вообще живу?"

И с этими словами он встал и направился к двери. Их разговор стал довольно напряженным, и они не следили за своим тоном. Он хотел поскорее вернуться и использовать веще.

Джеймс крикнул: "Фредди, подожди!"

Он остановился у двери, и мужчина средних лет продолжил: "Пожалуйста, подумай об этом... У тебя еще есть время..."

Отпустив ручку, он повернулся. "Я... Я сказал некоторые вещи, которые на самом деле не имел в виду. Я немного пьян, и я никогда раньше не пил алкоголь..." Он вяло усмехнулся.

"Фредди..."

"Ты прав, Джеймс," сказал он. "Ты прав. У меня действительно нет жизни. Я должен был быть где-нибудь, впервые выпивая с друзьями и, возможно, даже с любимым человеком... Уверен, я мог бы иметь это, найдя работу получше. Но я также хочу, чтобы моя жизнь имела смысл.

"Я не хочу просыпаться каждый день, чтобы делать одно и то же. Ты не можешь изменить свой талант, Джеймс. Как только ты принимаешь один, ты застреваешь с ним. Быть запертым, делая то, что ненавидишь, без возможности освободиться... Это... Я, черт возьми, убью себя, если мне придется снова пройти через это." Он хотел, чтобы это прозвучало как шутка. Не получилось.

Неохотно, они медленно кивнули, и Шэрон сказала: "Тогда удачи."

Джеймс добавил: "Удачи... Удачи, Фред."

"Спасибо." И с этими словами он поспешно покинул квартиру.

Его окно было открыто, чтобы проветрить вонь, и оно впускало свечение города внизу, слабо освещая его обнаженную фигуру, лежащую на кровати.

Фредди держал красный шар и вглядывался в его закрытые глаза. "Скажи мне След..."

Правильный ли я делаю выбор?

Сказанный или невысказанный, от стоического шара не было ответа. Ни от кого не было ответа.

Он чувствовал горечь, сожаление и просто... грусть.

И подумать только, я пошел туда, чтобы извиниться... подумал он, желая усмехнуться иронии, но из его легких вырвался лишь легкий выдох.

Мысль вернуться и снова извиниться мелькнула в его голове, но он проигнорировал ее. Он уже сказал им все, что нужно было сказать.

Так что, довольно буднично, он начал процесс становления архичеловеком.

Он быстро осознал, что понятия не имеет, как это делается. Поэтому он попробовал первое, что пришло в голову. "Я желаю принять твою силу в свою душу," сказал он.

Ничего не произошло.

Несколько мгновений красное лицо оставалось неподвижным.

Пока.

"Как пожелаешь."

Оно открыло свои желтые, светящиеся глаза, таящие в себе бесконечную агрессию — грязное желание, взвешивающее цену жизни — приглушенное спокойной поверхностью озера. Первозданный След засветился и начал превращаться в легкий красный туман, который просачивался в каждую пору его тела, оседая где-то глубоко внутри.

Когда последний завиток энергии исчез, он вздрогнул и выпустил задержанное дыхание. "Ну, это было жутко до чертиков."

Больше ничего особенного пока не должно было произойти. Поэтому он встал, взял зубную щетку и пошел в туалет. Там было пусто. Он спокойно почистил зубы и вернулся. Затем он переоделся в пижаму, закрыл окно и лег в постель.

Без простыней было холодно, поэтому он свернулся в позу эмбриона. Подушка была грязной, и от ее прикосновения лицо зудело. Началась сильная головная боль, и он обхватил колени в поисках подобия комфорта. Они не дали никакого.

Разнообразные боли по всему телу отзывались дрожью —

Тогда он уснул, плача.

----------

Перелистывание страниц

Холод... Запах... Ух...

Слово "головная боль" не могло в полной мере передать ту агонию, которую испытывал Фредди, проснувшись. Скудный свет проникал сквозь жалюзи, как и каждое утро, и его рука потянулась к прибору на голове.

Но что-то было не так. Звук, обычно мучивший его, отсутствовал, и...

Стоп... Где мой...

"Черт возьми!" - воскликнул он, резко садясь. "Черт, черт, о боже!"

Будильник валялся на полу! Как он мог забыть его надеть?!

Торопясь встать с постели, он вскочил, лихорадочно оглядывая комнату в поисках униформы. "Моя одеж..." - он со свистом втянул воздух сквозь зубы, вспомнив, где она.

Неудивительно, что в комнате стоял запах заброшенного морга. Подбежав к своему хлипкому мусорному ведру и на мгновение замешкавшись, прежде чем отодвинуть его, Фредди обнаружил кучу окровавленной ткани, некогда бывшей его рабочей формой.

"О нет", - простонал он с выражением полуотвращения-полупаники. "Который вообще час? Нет, какой сегодня день?! Четверг?" - прищурившись, спросил он себя. "Пятница? Точно, пятница, черт!"

Отодвинув засовы, он выглянул в коридор. У туалета толпились люди, но он проигнорировал их, взглянув на часы наверху.

9:31 утра.

"Почему?!"

Если он уже так долго проспал, почему бы хоть немного не почувствовать себя лучше? Почему он не...? Почему...?

Осознание обрушилось на него внезапно, и охватившая его спешка исчезла.

Он закрыл дверь.

Не думая, он подошел к окну и открыл его, затем сел на кровать и завороженно уставился на свою руку.

Он ничего не сказал о том, что опоздает сегодня, так что ему предстоит расплата, когда он встретится с менеджером. За мусорным ведром лежала куча окровавленной, зловонной одежды, с которой нужно было что-то делать.

И он был архом.

Он был архом.

Фредди Штерн - архичеловек.

Яркость последних нескольких дней, как ни парадоксально, мешала ему осознать, что все это реально. Те же механизмы мозга, которые не позволяли ему смешивать вымышленные шоу, увиденные на работе по БК, с реальностью, теперь мешали ему смириться с этим фактом.

Был один способ неопровержимо доказать это. Его рука дрожа потянулась к крышке на груди, и когда он коснулся ее, то не смог открыть, так как она была заперта. Глубоко вздохнув, он собрался с духом, чтобы встать.

Взяв ключ, спрятанный под треснувшей половицей под кроватью, он вставил его в замок и, повернув один раз, затем второй, отпер его. Его пальцы снова легли на крышку, и, нервно прикусив губу, он потянул ее вверх.

Свитки, которые он получил, все еще лежали точно там, где он их оставил. Хотя чувство тревоги утихло, вздоха облегчения не последовало. "Понятно", - прошептал он. "Похоже, я теперь действительно арх".

Хорошо, что это оказалось правдой, но особо радоваться пока было нечему. По крайней мере, не сейчас. На него навалилось множество обязанностей и задач, и предстояло принять несколько серьезных взрослых решений.

Толпа снаружи ясно давала понять, что в ближайшее время ему не удастся попасть в туалет, так что у него не было выбора, кроме как обойтись без этого. Он немного приведет себя в порядок на работе, если понадобится.

Ухватив за незапачканные кровью уголки одежду, лежавшую за мусорным ведром, он бросил ее в бак, а после того как переоделся в другой, едва ли более чистый наряд, взял мешок с мусором и вышел из квартиры, заперев дверь.

Пора было идти на работу, решил он. Выйдя из здания, он выбросил мешок в ближайший мусорный контейнер и отправился в путь.

То, что, вероятно, было сочетанием удара по голове, полученного вчера, ужасного качества сна, замерзания до смерти, вдыхания зловонных испарений всю ночь и мерзкого похмелья, вызвало у него такую сильную головную боль, что он почти забыл обо всех других болях, разбросанных по всему телу - а их было немало.

Ноги все еще болели, казалось, что в плечи вбили гвозди, а мышцы живота, шеи и ягодиц были напряжены и воспалены.

Привычка взяла верх, и он побрел по своему обычному ежедневному маршруту. "О, чтоб тебя!"

Ублюдочный Барьер, или, точнее, дурацкий забор, преграждавший ему путь, снова возник перед ним. Но на этот рас все было иначе.

Фредди - архичеловек - расправил плечи и уверенно подошел к стоящему на страже человеку. "Мне нужно пройти", - властно заявил он.

"Назовите причину или предъявите удостоверение, пожалуйста", - отозвался мужчина заученным тоном.

"Мне нужно попасть на другую сторону". Он поморщился от собственных слов. Что он, курица?

"Пожалуйста, предъявите удостоверение, сэр", - снова потребовал охранник.

Что происходит? - недоумевал он про себя. Разве он не чувствует мою силу или что там?

Судя по тому, что мужчина не выказывал ни малейшего намека на уважение к нему, он либо ничего не чувствовал, либо просто не обращал внимания.

Что ж, он и сам не ощущал ничего необычного в этом человеке. Он знал, что архи должны обладать особой аурой, он и сам это чувствовал. Но это касалось только тех, кто достиг второй звезды. А он находился в самом начале первой.

Разочарованно вздохнув, он посмотрел на мужчину. "Знаете что?" Желание отчитать его покалывало в горле целую минуту. Но. "Хорошего дня", - вот и все, что он сказал.

Он уже опаздывал на работу. Какой вред в том, чтобы не торопиться?

Итак, попрощавшись, он развернулся и начал свой путь в обход частного района. На этот раз он пошел длинной дорогой.

Джейсон, менеджер Фредди и давний знакомый, выдохнул, выслушав краткое объяснение отсутствия своего подчиненного. "Тяжело тебе пришлось", - сказал он. "Ты точно в порядке?"

"Да", - подтвердил он. "Все нормально".

Он рассказал ему о своем участии в прорыве пассажа, умолчав о том, что стал архичеловеком. Ему хотелось похвастаться, но пока у него не было возможности это доказать. К тому же, это могло без необходимости осложнить их рабочие отношения. Пока он не освоится со всем этим, он предпочел бы иметь гарантию работы.

"Ну..." Мужчина посмотрел на свой захламленный стол и вытащил бумагу из неаккуратной стопки. "Естественно, никто не мог бы требовать от тебя работать на следующий день после такого происшествия", - он протянул бумагу Фредди, - "но сегодня другое дело. В твоем сообщении ничего не говорилось об отсутствии, и мне пришлось заменять тебя последние несколько часов".

Фредди взглянул на предупреждение, где были изложены его проступок и наказание. Прежде чем он успел прочитать, менеджер зачитал его содержание. "Ты отработаешь половину смены на складе сегодня вечером", - сказал он с легким блеском удовлетворения в глазах. "И я вычту стоимость испорченной униформы из твоей зарплаты".

Головная боль усилилась, и его хватка на бумаге стала крепче, смяв ее.

"Иди. Вставай", - поторопил его менеджер, поднимаясь и направляясь к выходу из комнаты, но не забыв добавить: "Сначала получи новую униформу". Затем он вышел из комнаты и закрыл дверь.

Глядя на бумагу, он почувствовал, как что-то внутри него разбилось. Он перечитал содержимое, вглядываясь в слова. Наказание... хм?

Прошло несколько минут, и наконец дверь снова открылась, когда менеджер вошел, обнаружив Фредди сидящим на том же месте, где он его оставил. "Что ты делаешь?! Вставай!"

Медленными, размеренными движениями он скомкал бумагу в руках и бросил ее в мусорное ведро в углу. Он промахнулся, и шарик со стуком упал на пол.

"Что ты..." - попытался спросить мужчина, но...

"Я ухожу", - сказал он, вставая со стула и проходя мимо менеджера, задев его по пути.

"Уходишь?!" - взвизгнул мужчина, забегая перед Фредди. "Что это за поведение? Ты думаешь, ты крутой, потому что пережил прорыв?! Я серьезно уволю тебя, если ты не прекратишь валять дурака!" - прокричал он со строгим взглядом.

"Вы меня уволите...?" - спросил он мужчину, остановившись на этих словах. "Хорошо, тогда. Прошу прощения. Я немного не в себе. Сейчас же приступлю к работе".

Менеджер хотел добавить еще предупреждений, но был слишком занят, чтобы их высказывать. С ядовитым взглядом, предвещающим дальнейшую критику, мужчина ушел, а Фредди направился в подсобку переодеваться.

Вскоре он уже стоял за кассой. Головная боль грозила расколоть его голову, и с каждым ударом сердца волна боли пронзала лоб.

Подошел мужчина, с грохотом поставив большую корзину товаров на кассу. "Поторопись, парень", - сказал он.

Как только он собирался взять товар, он замедлился. Затем, не отрывая прямого взгляда от покупателя, исполнительный сотрудник мучительно медленно провел товары через сканер.

Спешащий человек все пытался заставить его ускориться. Но безрезультатно. Фредди не торопился, и когда он закончил, покупатель сердито убежал, очевидно, не преувеличивая, когда утверждал, что спешит.

Вскоре подошла женщина, неся несколько полных тележек товаров. Затем с самодовольной улыбкой она бросила коллекцию купонов, словно открывая сильную карту в покере.

Вместе они давали примерно 90-процентную скидку на покупку.

Игнорируя тот факт, что несколько уже истекли, он обратился к женщине. "Извините, мэм, но политика компании запрещает использование нескольких процентных купонов для одной покупки. Об этом даже написано на самих купонах".

"Где это написано?!" - спросила женщина с явно наигранным возмущением, указывая на купоны, показывая, что там действительно не было такого пункта - но было пятно как доказательство ее попытки его стереть.

Вместо того чтобы спорить, он взял купоны, разорвал их в клочья и выбросил кусочки в мусорку, небрежно повернувшись к женщине.

Она разинула рот. "Зачем ты это сделал?!"

"Зачем я сделал что?" - спросил он, невинно сверкая глазами.

"Ты порвал мои купоны!"

"Какие купоны?" - снова спросил он.

"Это возмутительно!" - заявила она. "Я подам в суд на эту компанию! Отведи меня к менеджеру!"

"Я и есть менеджер", - заявил он без малейшего намека на юмор.

"Это..." - попыталась она. "Ты лжешь!"

"Докажите", - бросил он вызов с улыбкой.

Женщина не знала, что делать, и, столкнувшись с толпой, которая с раздражением смотрела на нее, она предпочла покинуть магазин, оставив гору непокупных товаров позади. Гору, которую он и не подумал убирать.

По мере того как день шел вперед, новоиспеченный арх обнаружил, что справляться с грубыми покупателями стало легче, чем когда-либо. И с каждым прямолинейным решением его головная боль становилась чуть легче.

"Мммм, да", - подвел итог менеджер, кивая головой. "Ты уволен. Убирайся из моего кабинета."

"Спасибо, сэр!" - поблагодарил Фредди мужчину с сияющей улыбкой, вставая, чтобы уйти.

Менеджер фыркнул. "Этого ты и хотел, да?" - спросил он саркастически. "Что ж, извини, но так не бывает. Ты не получишь компенсацию за потерю работы в такой ситуации", - сказал он ему. "После всего, что мы для тебя сделали, так ты нам отплачиваешь? Я очень разочарован в тебе, Фредди."

"Не волнуйтесь", - настаивал он, поворачиваясь, его улыбка становилась шире. "Я получил всю компенсацию, которая мне была нужна."

По дороге домой походка Фредди стала пружинистой.

Воздух пах свежее; полуденное солнце, чей мощный свет он видел так редко, светило даже ярче обычного. Он даже не возражал, что ему пришлось обходить 25-й район.

Потому что, как удачно сложилось, 24-й район как раз был тем местом, где у него были кое-какие дела, которые нужно было завершить.

Хотя уплата налогов заставляла его душу хотеть покинуть тело, он не мог не ухмыляться, глядя на выписку из банка.

Доступный баланс: $42,812.13

Это были не просто сорок две тысячи восемьсот двенадцать долларов и тринадцать центов, нет-нет-нет. Это означало гораздо больше, чем просто число. Ведь все деньги, которые он сэкономил до этого момента, были нужны ему, чтобы стать архом.

Но учитывая, что он уже им стал? Теперь он мог делать с ними все, что ему заблагорассудится.

Конечно, он не спешил их тратить, но... эта сумма зависла в неловком лимбе. Ее было недостаточно, чтобы купить что-то вроде дома или квартиры, если только он не хотел развалюху, и слишком много, чтобы быстро потратить на повседневные нужды, особенно учитывая его бережливость.

Было много чего купить, конечно. Нужно было многое подготовить. Однако его ждало еще одно раздражающее дело, поэтому он отложил эти мысли на задний план и сосредоточился на текущей задаче.

Вернувшись на лестницу, ведущую к его квартире, он жевал дешевый сэндвич и взглянул на время на часах в коридоре.

21:46

То, что он считал незначительным делом, оказалось огромной головной болью. Он поднял новенькую карточку на свет, разглядывая ее. Это было его новое удостоверение. Кроме несколько более изысканного цвета и указания, что он арх с водной стихией, в нем не было ничего необычного.

Хотя, что интересно, никто не спросил его о таланте. Это имело смысл, полагал он. Имперское правительство вряд ли было единым, монолитным образованием. Многочисленные политические партии и организации предпочли бы сохранить информацию о своих членах в тайне, включая их причастность к этим партиям.

Но это не означало, что получить удостоверение было легкой задачей. К его изумлению, первое, что они сделали, когда он пришел регистрироваться как арх, это вызвали чертову полицию! Его бедное происхождение и отсутствие образования, очевидно, вызвали несколько тревожных сигналов, и им пришлось расследовать, откуда он получил свой прайм.

Так много для вышеупомянутой конфиденциальности; это, по-видимому, было роскошью, в которую нужно было родиться.

Это, естественно, уничтожило любое возбуждение, которое он чувствовал, и, к сожалению, это было не последнее, что стремилось испортить его настроение.

Семь. Не один, два, три, четыре, пять или шесть, а семь различных офисов - все на приличном расстоянии друг от друга - были необходимыми визитами для сбора всей документации. К счастью, все офисы работали круглосуточно. Архчеловеческая бюрократия, похоже, имела хотя бы некоторые привилегии. Наконец, с этой геркулесовой задачей покончено, он разобрался со своими непосредственными обязанностями.

Или так он думал.

Металлический, затхлый запах гниющей крови ударил в нос сильнее, чем коленом в лицо, когда он открыл дверь своей квартиры. "Ух, какого черта?!" - закричал он с гримасой, сердито топнув ногой.

Во-первых, в его комнате все еще воняло. Во-вторых, на его кровати не было простыней. И в-третьих, все было грязным. Он сжал переносицу и сердито выдохнул сквозь сжатые губы. "Так не пойдет", - сказал он.

Это была не та обстановка, чтобы начинать новую главу своей жизни. Такие вещи требовали определенной степени церемониальности, хотя бы немного помпезности. Как он должен был поверить, что его жизнь изменилась, если это были его условия жизни?

И снова он вернулся домой смертельно уставшим, съев лишь какую-то дешевую, сытную дрянь, и собирался спать как собака в вонючей, холодной комнате.

Если у него хватило решимости уволиться с работы, пора было также как следует привести свои дела в порядок.

Хотя он чувствовал себя измотанным, он хлопнул себя по лицу и расправил плечи.

Еще немного, подумал он. Я сделаю то, что должен сделать сейчас, и начну свою новую жизнь завтра.

Спустившись на первый этаж, он вошел в кладовку, где хранились чистящие средства. Несколькими быстрыми прыжками от туалета к своей комнате и обратно он вытер кровавое пятно и закончил чистить пол, окно, холодильник и другие пыльные поверхности.

Оставив окно открытым, чтобы проветрить комнату, он вышел из квартиры, заперев за собой дверь.

Вскоре он уже мчался по улице. Вскоре он добрался до входа в 25-й район. На этот раз снаружи стоял другой охранник, и он просто показал ему свое удостоверение, чего было достаточно, чтобы пройти. Никогда еще он не был так счастлив, идя по этому маршруту.

Выйти с другой стороны было еще проще, и после нескольких поворотов он достиг своей цели.

Гипермаркет Чарат, гласила вывеска. Хотя он не был особенно рад снова оказаться здесь, это был ближайший магазин, все еще открытый в этот час. С небольшой заминкой он вошел внутрь.

Не как сотрудник.

А как покупатель.

Добровольно тратить деньги было для него чуждым понятием. Глядя на тележку с товарами, он чувствовал, как его сердце сжимается от агонии. В конце концов, он собирался потратить сто долларов - за одну поездку в магазин! Вау!

В тележке не было ничего особенного. На самом деле он просто покупал новое постельное белье, причем довольно дешевое, а также немного новой одежды и обуви. Плюс еда, которую он будет есть на обед и ужин завтра.

Очереди, в которой ему пришлось бы ждать, почти не было, так что вскоре он уже выгружал свои покупки на кассе.

"Подожди... Фредди?" - спросила работница ночной смены, его бывшая коллега Дженни.

С неловкой улыбкой он немного помахал ей. "Да, это я собственной персоной..." - сказал он с усмешкой.

"Привет". Она немного засмеялась, но ее улыбка быстро исчезла. "Я, э... слышала о том, что было сегодня... Эм... Извини за то, что случилось", - сказала она.

"Что?" - тупо спросил он, несколько озадаченный ее словами. "О, нет-нет, ха-ха, не извиняйся. Это было... Ну, намеренно".

"Нет, я имею в виду..." - сказала она нерешительно. "Я имею в виду, это тоже, но о... ну, ты знаешь. О... прорыве".

"О!" - воскликнул он. "О, я понял! Да, нет, не волнуйся и об этом тоже", - успокоил он ее с усмешкой. "Я вышел из этого как бандит".

"Ты что?!"

"Я что? Нет, я..." - Он замахал руками. "Аааргх, нет, я имею в виду, черт возьми! Я ничего не украл!" - пояснил он. "Нет, но э-э, у меня проявился След на следующее утро".

"О", - сказала она, протягивая руку для поздравления. "Ух ты, это потрясающе! Поздравляю!"

"Спасибо!" - поблагодарил он женщину, неловко пожимая ей руку.

Она взяла одну из рубашек и пропустила через сканер. "Так что ты собираешься делать теперь?"

Ошеломленный, он просто уставился на женщину. Он задумался над вопросом. Что он собирался делать? Этот вопрос по умолчанию вызывал удушающее чувство тревоги. Или раньше вызывал.

Он почесал затылок, и его лицо преобразилось в самую искреннюю улыбку, которую он когда-либо дарил кому-либо, когда он честно ответил: "Я понятия не имею".

12:12, показывали часы, отмечая самое начало нового дня.

Так как он остановился, чтобы постирать свою новую одежду в круглосуточной прачечной, он вернулся домой довольно поздно. Но это было нормально. Не то чтобы у него была работа, на которую нужно было вставать завтра. Одна эта мысль оставляла его бесконечно довольным.

Вскоре он приготовился ко сну, укутался в новые простыни и приготовился проснуться к новой главе своей жизни.

Простыни теплые, обязательства выполнены, финансовые проблемы, по крайней мере на время, решены - наконец, последние остатки его головной боли исчезли, когда он закрыл глаза и заснул.

"Я обожаю тебя, Хозяин..." - позвал глубокий, булькающий голос. "Так почему ты предаешь меня? Искупай меня снова... Искупай меня снова! *Искупай меня снова!*"

"Хувахааба..." - Фредди вздрогнул, проснувшись, в панике оглядывая комнату, но никого не обнаружив. "О, черт возьми!" - закричал он, схватившись за прядь своих распущенных волос.

Вот тебе и пробуждение к новой главе жизни в спокойствии. Но испуг от этого кошмара длился недолго, так как возбуждение быстро пересилило его.

Он хлопнул в ладоши и потер их, как жадный гоблин, когда потянулся к сундуку. Он достал ключ, вставил его в замочную скважину и повернул, открывая замок и поднимая крышку сундука...

Обнаружив внутри свитки, которые он там спрятал.

----------

Эхо Нижнего Мира

Обширные поля были гораздо тише днем, чем ночью.

Золотистая трава простиралась до самого горизонта, насколько хватало глаз. Даже его могучее зрение едва различало желтую размытую полосу на краю далекого небосклона. Здесь обитали и чудовища. Многие прятались в высокой траве, но немало их парило в небесах - будь то обычные животные или монстры со звездами, сияющими в глубине их душ.

Хищники, парящие в воздухе, ныряли в желтые поля в поисках добычи, а наземные охотники выпрыгивали, словно рыбы из океана, хватая своими огромными пастями, усеянными острыми зубами, тех, кто летал над ними.

Человек стоял, скрестив руки за спиной, с хмурым выражением лица, словно навеки впечатанным в его черты. Он был одет в красные одежды, отделанные толстыми фиолетовыми шнурами, а его длинные спутанные белые волосы частично закрывали бледное лицо, на котором были изящно нарисованы красные линии, идущие от глаз и разветвляющиеся на щеках. Его бледные, призрачные глаза светились пронзительным светом.

Стоя уверенно и вглядываясь в горизонт, он размышлял о своем открытии. После более чем суток разведки он собрал достаточно доказательств.

Появился нулевой проход в измерение C-000421.

Это был лишь один из многих входов в ужасное, опасное измерение, простирающееся на площади многих земель, но он стал первым, появившимся с прямым соединением с Новой Землей. Вздох сорвался с его губ, но когда он затих, подобно унылому солнцу, пробивающемуся сквозь беспросветную тьму, на его лице мелькнуло подобие улыбки. Это было самое близкое к довольному выражению, которое появлялось на его лице за многие годы.

События приходили в движение. Грядут многочисленные конфликты. Но его клан занимал идеальное положение, чтобы извлечь выгоду из надвигающегося хаоса.

Неподалеку проползло крупное змееподобное чудовище, осторожно приближаясь к его позиции. Его запястья раскрылись, и его кровь образовала зазубренные лезвия, которые устремились к существу, разрывая его тело на куски прежде, чем оно успело среагировать.

Что ж, пришло время поделиться своим открытием с теми, кто ждал новостей.

Сам проход уже был укреплен тяжелой металлической дверью, и ему достаточно было просто приложить большой палец к небольшой поверхности, чтобы она открылась. В тот момент, когда преграда поднялась, он встретился с многочисленными посланниками, столпившимися в тесном переулке в ожидании подтверждения новостей.

После долгой, намеренной паузы он просто кивнул. Толпа почти мгновенно рассеялась, раздались звуки активирующихся коммуникационных кристаллов и торопливые шаги спешащих сообщить информацию тем, кто их сюда послал.

Размеренными, неторопливыми шагами он направился к близстоящей палатке. Она занимала всю улицу. Жителей щедро компенсировали за неудобства, но к этому моменту вся территория уже была эвакуирована.

Как только он отодвинул полог и вошел в палатку, он оказался лицом к лицу с мерзавцем, которого не хотел видеть.

"Янхалар, как приятно тебя здесь видеть!" - поприветствовал его жизнерадостный мужчина, одетый в повседневную уличную одежду. У него были угольно-черные волосы и змеиные глаза, темные, как сама пустота. На его ясном, веселом, красивом лице виднелись легкие отметины, свидетельствующие о его привычке натягивать улыбку.

В ответ мужчина получил лишь короткое ворчание и презрительный взгляд. Он заслуживал и того меньше.

"Да ладно тебе, бро," - сказал мужчина, бросаясь ему наперерез. "Даже обнять не хочешь!?" - спросил он с притворной обидой во взгляде, его змеиные глаза сузились в угрожающие щелочки.

В 25-м районе не существовало такого понятия, как лидер. Но этот человек был ближе всего к тому, чтобы считаться его владельцем. И не только района. Он был повелителем всего города Питтерсвилля.

Поскольку технически они были равны в иерархии империи, Янхалар имел полное право полностью проигнорировать его, но сегодня он был в относительно хорошем настроении, поэтому решил хотя бы поздороваться. "Здравствуй," - сказал он и больше ничего.

После короткой ошеломленной паузы мужчина разразился веселым смехом. "О, боже, ты такой же разговорчивый, как и в прошлый раз, когда мы виделись," - сказал он, вытирая маленькую слезинку из уголка глаза.

"Зачем ты здесь?" - прямо спросил Янхалар.

Повелитель города, казалось, был оскорблен этим вопросом. "Разве мне не позволено лично поблагодарить тебя за оказанную услугу?"

"Если возможно, да," - ответил Янхалар. "Я бы хотел запретить тебе это делать. Я здесь, чтобы получить свою оплату. У меня нет терпения для твоих игр."

"Не будь таким, приятель!" - сказал он с легким вздохом разочарования. Внезапно его осанка изменилась. "Итак... ты подтвердил это?"

Янхалар кивнул, радуясь, что наконец-то можно перейти к делу. "Действительно."

Повелитель города просто пожал плечами в ответ. "Что ж..." - начал он с хитрой усмешкой. "Не знаю, как ты, но," - сказал он, явно довольный, "я чувствую себя довольно взволнованным."

Янхалар снова кивнул.

"Ах, ладно, ладно," - сказал повелитель. "Я вижу, ты жаждешь увидеть товар. Пойдем." Он отошел в сторону, открывая комнату, полную предметов, аккуратно расставленных в витринах.

Он пристально посмотрел на мужчину, внимательно наблюдая за ним в поисках любых признаков слабости.

Повелитель просто закатил глаза. "Не волнуйся, ворчун. Я ничего не трогал."

Ни за что он не поверил бы в это. Но если бы тот осмелился хотя бы прикоснуться к чему-нибудь своими мерзкими пальцами, он не смог бы это скрыть. Поэтому он просто прошел мимо мужчины и вошел в комнату.

Все было покрыто засохшей кровью, некоторые предметы больше, чем другие. Одежда, снятая с мертвых жертв, низкокачественное оружие, украшения или другие разнообразные предметы, использовавшиеся для самообороны - все они обладали качеством, которое невозможно было искусственно воспроизвести.

На них была кровь, пролитая в трагедии, а точнее, в бойне, непосредственно вызванной появлением прохода.

Хотя он мог с первого взгляда определить, что многие из них излучали силу, пропитанные кровью и яростью, более пристальный взгляд дал бы ему лучшее представление. Поэтому он закрыл глаза.

Мгновенно они распахнулись, и он бросился к определенной витрине. Через мгновение он держал в руках то, что казалось обычным пластиковым пакетом. На нем было вонючее, засохшее коричневое вещество, и это была не кровь. Но то, чем был этот предмет или чем он был покрыт, не имело значения. Важно было то, что он увидел в Эхо Нижнего Мира.

С сердитой гримасой он обернулся и выплюнул: "Гарольд!"

Небрежно одетый мужчина склонил голову набок. "Что не так? Ах, я видел это. Довольно безумно, что..."

"Где это!?" Он бросился к мужчине, держа разорванный пакет, как сумасшедший. "Ты думал, я не замечу!?"

"Эй, успокойся..." - сказал Гарольд, его глаза стали холоднее. "Мы ведь не будем бросаться необоснованными обвинениями, правда?"

"Не говори мне эту чушь!" - закричал он. "Это катализатор! Уникальный След - нет... реликт!? И все же его нет рядом с ним в Нижнем Мире! Как ты это объяснишь!?"

"Во-первых... мне нужно, чтобы ты проявил немного вежливости," - сказал Гарольд, его глаза сузились, когда импульс энергии пробежал по его ноге и ушел в землю. Прежде чем Янхалар успел среагировать, он превратился в асфальтовых змей, которые обвились вокруг всего его тела, обнажив зубы у его горла.

Этого было недостаточно, чтобы по-настоящему сдержать его, но если бы он необдуманно разорвал их, он был уверен, что их конфликт перерастет в драку. Этот человек был не слабее его, и любые дальнейшие выходки могли привести к эскалации ситуации.

Он проклинал свою глупость. Но он не собирался отступать.

Однако, прежде чем он успел продолжить, Гарольд прервал его: "Просто успокойся, ладно? Если это уникальный предмет, он мог использовать что-то как сосуд и сбежать. Он мог прицепиться к окровавленной одежде жертвы и проявиться только позже."

Янхалар сдержал презрительное фырканье. Такое было маловероятно, но... не невозможно. По мере того как он успокаивался, он понял, что мужчина не сделал бы ничего настолько глупого, как забрать уникальный предмет, когда было столько доказательств того, что он проявился.

"Я понимаю..." - сдался он. Он не был идиотом. Его опрометчивое поведение было огромной ошибкой. Но с появлением этого прохода и грядущим переполохом... если бы он смог заполучить уникальный предмет...

Гарольд снял ограничения, и Янхалар отряхнул свои одежды.

Повелитель города подошел к пьедесталу, на котором стоял предмет, и поднял лежащую рядом бумагу. Он просмотрел содержимое. "Фредди Штерн... бла-бла-бла... все еще жив. Видишь? Он, вероятно, прицепился к этому парню," - сказал он, засовывая отчет в карман. "Если появился уникальный предмет, этот чувак может быть в большой беде. Ты подожди здесь, а я пойду и достану его для тебя."

"Что!?" - воскликнул он с недоверием, шагнув вперед. "Ты серьезно думаешь, что я позволю тебе заниматься этим!?"

"Приятель," - позвал Гарольд, прерывая его. "У тебя нет выбора. Этот бедный парень прошел через ужасные вещи всего несколько дней назад." Он цокнул языком, почесывая за ухом. "Вот почему я не понимаю вас, фриков. Если бы ты появился перед этим парнем, выглядя так, у него, вероятно, случился бы сердечный приступ!"

"Хмф..." - фыркнул он. Как будто его это волновало.

Но, к сожалению, он не мог спорить с повелителем города по этому поводу. Согласно их контракту, это было обязательством - а также правом - Гарольда забирать любые предметы, проявившиеся в результате этого инцидента. Если бы он пошел против этого пункта, это было бы достаточным основанием для мужчины отказаться от их сделки и заявить права на уникальный предмет для себя.

Он проявил достаточно опрометчивого поведения на сегодня. Кивнув головой, он наблюдал, как повелитель выходит наружу с легким разочарованием на лице. Он стиснул зубы, глядя на наглого ублюдка. Все, что он мог сделать в тот момент, это сдержать себя.

И ждать.

Вернувшись из туалета, наконец-то чистый, Фредди глубоко вздохнул.

Оказавшись снова в своей квартире, он взял руководство, лежащее на кровати.

Вскрывать печать на любом из трех свитков, прежде чем он прочитает эту книгу, было бы преждевременно. Вероятно, это не было опасно, но не было необходимости рисковать без нужды. Спешить было некуда. Он взял руководство и начал читать. Вскоре он понял нечто весьма огорчительное. "Эта книга скучна до чертиков..." - пробормотал он, переворачивая очередную унылую страницу.

Самообразование было постоянным спутником его жизни до этого момента, поэтому он не был полностью несведущ в том, как выглядят учебники. И это был именно он. Учебник. Сначала он был довольно уверен, что эти знания необходимы, но чем дальше он читал, тем больше чувствовал, что это довольно бесполезная чепуха, которая лишь затягивает текст больше, чем нужно.

История Разлома... История Архов... Он пробежался по содержанию, глубоко и устало вздохнув. История основных организаций...

"Боже, что это за чушь!?"

Изо всех сил сопротивляясь мощному желанию пропустить все это, он сел и заставил себя прочитать. Опыт научил его, что безрассудное пренебрежение разделами учебного материала - это рецепт катастрофы на более поздних этапах.

Разлом произошел в бла-бла-бла... Люди дали отпор, более выдающиеся бойцы проявили первичные Осколки, бла-бла-бла, основатели, Объединенные Архи... Ух.

Хуже всего было то, что все это он уже знал. Но, опасаясь пропустить что-то важное, он продолжал продираться через текст. К тому времени, как он закончил, он был уверен - он мог бы пропустить все это без каких-либо проблем.

Следующий раздел был просто озаглавлен "Сбор". Он отложил книгу на момент, чтобы поесть. В холодильнике лежали два бутерброда, что было на ступень выше по качеству, чем та дрянь, которую он обычно ел.

Закончив, он снова взял книгу и продолжил читать. "К черту это, приятель," - сказал он, пробегая глазами большую часть текста. Это была скучная, неактуальная информация, обсуждающая нудную теорию эфира. Он все равно прочитает это, чтобы убедиться, что не пропустил ничего важного... просто... позже.

Эфир был довольно прост, даже интуитивно понятен, насколько он мог судить. Это была мистическая энергия, приходящая неизвестно откуда, и всякий раз, когда она касалась чего-то, она становилась похожей на то, с чем взаимодействовала.

Он бегло просмотрел все абзацы, пока что-то важное наконец не привлекло его внимание.

...этот процесс, названный "сдвигом эфира", является способом создания виспов.

Виспы - это частицы настроенного эфира и его наиболее распространенная форма. Сбор виспов называется сбором. Сбор - это...

Далее в отрывке кратко описывалось, как это делается, но это было относительно просто, даже если существовало несколько методов. Однако, вместо того чтобы отложить руководство и попробовать это сделать, он продолжил чтение. Его внимание мгновенно привлек следующий раздел.

Эфиркосм и Эхо Нижнего Мира.

Фредди положил книгу рядом с собой, приняв сидячее положение на кровати. Хотя не имело значения, в какой позе это делать, он все же решил принять позу для медитации со скрещенными ногами. Просто потому, что находил это крутым.

Однако сидение в такой позе вызвало у него боль в спине, поэтому он решил лечь. Теперь настало время сосредоточиться. В первый раз это могло занять некоторое время, поэтому он приготовился оставаться в таком положении столько, сколько потребуется.

Его дыхание было ровным, и телесные потребности были отодвинуты в сторону, когда он сосредоточился, ища центр своего существа.

Огромная белая звезда - массивный небесный объект - появилась перед ним, заставляя его чувствовать себя бесконечно маленьким в ее присутствии, когда он...

...ахнув, он открыл глаза и вскочил, испугавшись. В книге ничего не говорилось об этом пугающем моменте. Похоже, это было описано в книге, но... черт.

На этот раз он вошел, ожидая увидеть то же самое. И вот она была.

Его первая звезда.

В чьем-то внутреннем эфиркосме не было реального размера. Это был лишь вопрос перспективы. С некоторым усилием он отодвинулся, отдаляясь, чтобы получить лучший обзор.

Да... так гораздо больше смысла.

Наблюдая за всей целостностью эфиркосма - проявленной проекцией его души - он видел, что он совершенно пуст. Тьма была почти всем, что он мог видеть в странном пространстве внутри, а подавляющая звезда выглядела не более чем пылинкой, до такой степени, что если бы он потерял концентрацию, ему потребовалось бы некоторое время, чтобы снова найти ее.

Снова сосредоточившись на звезде, он оказался перед грандиозным объектом. Она действительно казалась огромной, медленно клубящейся дикой энергией. Глядя на нее, он почувствовал головокружение.

Черт возьми, у меня в душе есть чертова звезда!

Если бы у него был голос, он бы радостно захихикал от восторга.

Все еще ненастроенная звезда была ярко-белой, сияющей радужной чистотой, которую мог проявлять только сырой эфир. Хотя это звучало как нечто особенное, в действительности это означало лишь то, что его сущность была бесполезна. Этот славный объект можно было сравнить с пустой чашкой. Теперь ему предстояло наполнить ее водой.

Он вышвырнул свое сознание обратно, обнаружив свое тело покрытым потом и слегка дрожащим. Это был довольно необычный опыт, но ему нужно было привыкнуть к этому. Отныне это станет частью его жизни.

Глубоко вздохнув, он снова успокоился. То, что он собирался сделать сейчас, было значительно сложнее. И очень опасно. Его колебания были вполне оправданны. Даже книга рекомендовала обратиться за терапией, если он не сможет справиться с тем, что собирался увидеть. Но хватит уже тянуть время.

Снова успокоившись, он появился внутри своего эфиркосма. Затем, немного сосредоточившись, он представил дверь. Строго говоря, это не обязательно должна была быть дверь, но ему нужно было сфокусироваться на чем-то, что он тесно связывал с понятием "выхода". Потребовались некоторые усилия, но вскоре перед ним появилась обычная деревянная дверь.

У него не было тела, которым он мог бы схватиться за ручку, но в этом не было необходимости. Для первого выхода требовался только воображаемый выход и намерение пройти через него. Поэтому он представил именно это - и шагнул в Нижний.

Его окружал то, что он мог описать только как радужный туман, нарисованный на реальности широкими мазками кисти. По мере того как туман постепенно рассеивался, или, скорее, стирался, сбоку от него открывался объект.

Это выглядело как огромный манекен, лежащий на поверхности. Он также казался нарисованным, и вскоре он понял, на что смотрит. Это был не манекен. Это было его тело.

И оно не было огромным. Вместо этого он был крошечным. Взглянув вниз, он рассмотрел проекцию, в которой оказался. Он не мог видеть свое лицо, естественно, но, похоже, был одет в голубое платье или мантию.

Это было Эхо Нижнего Мира - более глубокий слой реальности, существующий только в истинах и концепциях, доступ к которому можно получить, только проецируя свою душу. Все объекты внутри выглядели как карикатурное изображение их реальных аналогов. Но это было не все, что можно было там найти.

Туман вокруг него продолжал рассеиваться, и то, что казалось мелкими, красочными пятнами плавающей краски, осталось позади - виспы. Они трепетали и смещались, медленно падая или поднимаясь, не стесненные воздухом или гравитацией - ни то, ни другое на самом деле здесь не существовало - и изменяясь способами, соответствующими их родственному элементу.

Проекция, в которой он находился, имела много функций, схожих с его настоящим телом, хотя они ощущались странно преувеличенными. И как это было бы для его реального тела в такой ситуации, его сердце бешено колотилось, настолько сильно, что он мог видеть, как мультяшное сердце выпирает из-под его одежды.

Он уставился на рассеивающийся туман, постепенно теряя решимость по мере того, как тот все больше удалялся. Вскоре он должен был открыть по крайней мере одного, и вместо того, чтобы убежать, он решил остаться и понаблюдать.

Туман достиг пола под его кроватью, и из него выскочила голова существа. "Ребята, нам нужно поторопиться!"

Ох, черт возьми! - выругался он про себя.

Оно выглядело почти как мультяшный будильник, и все его тело было глубокого серого цвета. Оно было довольно маленьким, возможно, всего в два раза больше его сжатого кулака. Он пытался убедить себя, что это не страшно, но это не меняло реальности. Это был дикий вестник. И они могли, и часто становились агрессивными.

Проекция такого человека, как он, была жалко хрупкой, и если бы она была уничтожена... он бы умер. То, что стояло менее чем в метре от него, могло быстро превратиться во врага, и если оно решит напасть, у него будет лишь мгновение, чтобы среагировать и уйти, прежде чем оно достигнет его.

Его ситуация была сродни тому, чтобы стоять голым перед львом, и единственный способ выжить после его прыжка - это среагировать достаточно быстро.

"Секреты... это хорошо. И я... лучший... в их хранении, да, очень скрытный," - раздался голос слева, и он повернулся, чтобы посмотреть на говорившего.

Туман открыл сундук рядом с его кроватью, и на нем стояло еще одно существо. Оно выглядело как сморщенный, тучный старик с ключом, висящим на шее на цепочке.

"Я разобью солнце! Просто подожди, ты скользкий маленький светящийся шарик! Я до тебя еще доберусь!" Еще одно существо появилось у его окна. Оно выглядело как стеклянная панель с плавающим лучом света, проходящим через нее и преломляющимся на полпути.

Какое-то неразборчивое бормотание доносилось из-под кровати, и когда радужный туман наконец достиг его холодильника, он открыл еще одно существо, стоящее рядом со стаканом воды. Оно выглядело как прозрачный шар, содержащий внутри себя переливающуюся жидкость.

Оно плакало: "Может кто-нибудь уже выкинуть его?

"Заткнись!" - закричал сморщенный старик, сидящий на сундуке. "Ты разбудишь мои секреты! Негодяй!"

"Такими жалкими слезами никогда не утолить жажду этого ублюдка," - драматично провозгласила стеклянная панель.

"Думаю, пора тебе прекратить ныть!" - истерично завопил будильник.

"Ваааах!"

Ни один из них не казался агрессивным, по крайней мере, с такого расстояния. Но в книге было приведено достаточно примеров того, как казавшиеся мирными вестников внезапно убивали кого-то, так что он с трудом собирал мужество, чтобы двигаться.

Но он должен был. Ему нужно было найти водяной висп и схватить его - первую каплю в стакане, по сути. Это было необходимо для действительной активации его звезды. Но проблема заключалась в том, что те немногие водяные виспы, которые он видел плавающими в воздухе, находились довольно далеко от того места, где он был. Ему пришлось бы подойти и схватить их.

Ладонь его проекции лежала на бедре его тела. Он посмотрел на один из ближайших виспов и приготовился схватить его. В тот момент, когда он почувствовал бы, что хоть один из этих вестников проявил даже малейшую враждебность...

"Э-это ты..." - прервал его мысли глубокий, булькающий голос.

Он был значительно громче, чем голоса любого из вестников, и когда он заговорил, все остальные повернулись к мусорному ведру.

Он всем своим существом хотел уйти, но мрачное любопытство заставило его задержаться еще на мгновение. Решение, о котором он горько пожалел, когда кровавый скелет, втрое больше любого из вестников, появился из-за мусорного бака и открыл свою сочащуюся пасть. "Ты наконец пришел."

----------

Нежелательный поклонник

Фредди вернулся в реальность, и первое, что он сделал, было самым рациональным, что пришло ему в голову — "Твою мать!" — он запаниковал. "Господи Иисусе! Фу-фу-фу-фу-фу-фу-фу-фу—"

Так вот что имела в виду книга, когда упоминала терапию. Такая жуть существовала повсюду вокруг него!? И как он теперь должен спать по ночам, зная, что эта жуткая хрень прячется за его мусорным баком!?

А шёпот под кроватью...

О Боже, неужели это ещё одно чудовище?

Он слез с кровати и осторожно пнул воздух, опасаясь, что может коснуться чего-то невидимого. Наконец убедившись в том, что было относительно здравым смыслом, а именно, что он не мог почувствовать ничего живущего в Нижнем Мире, он наконец успокоился.

Не было реальной необходимости входить в Нижний Мир в своей квартире. Дикие остатки низкого уровня появлялись повсюду, так что он мог просто пойти в парк или куда-нибудь ещё, когда ему нужно было найти их.

Но... почему!? Не могли ли это быть милые котята или что-то в этом роде? Обязательно должен быть кровавый скелет!?

Он недовольно застонал, плюхнувшись обратно на кровать. К чёрту терапию. Ему нужен дезинсектор или—

"Пожалуйста," что-то прошептало ему на ухо, "вернись."

"О, чёрт—" Он подскочил с кровати, сердце бешено колотилось. Неужели ему это только показалось? Должно быть, так.

"О, пожалуйста, скажите, что мне это только показалось...! Пожалуйста..." — умолял он, застыв в ожидании, что что-нибудь произойдет. "О, слава Богу—"

"Пожалуйста... Хозяин."

"О чёрт, чёрт, чёртова дрянь, оно забирается на меня!" — закричал он, беспорядочно размахивая руками, пытаясь сбить невидимый скелет с воздуха.

Фредди снял рубашку и бросил её в угол комнаты, затем переместился за мусорный бак, используя его как щит от жуткой твари.

Стоя там, застыв, он не мог ничего нигде увидеть. В этой ситуации лучшим решением было бы просто убежать и поискать кого-нибудь, кто мог бы помочь ему. Но что, если эта штука всё ещё ползала где-то по его телу?

Это не должно было иметь значения — но имело! В этом существе явно было что-то ненормальное. По какой-то причине оно могло влиять на реальность за пределами Нижнего Мира.

Если оно всё ещё цеплялось за него, и если оно решит напасть, кто мог сказать, что оно не сможет причинить ему вред? Он точно этого не знал. Но... если оно могло влиять на него, то, возможно, он тоже мог влиять на него. Если бы он мог подтвердить, где оно находится и всё ещё ли на его теле, он мог бы сбросить его перед тем, как убежать.

Ладно, Фредди, туда и обратно, подумал он. Просто туда и обратно. Войти в то место и мгновенно выйти, как только подтвердишь, где оно. Ясно? Понял? Хорошо.

Поскольку он входил туда дважды, появление в своем эфирокосме было относительно легким. И на этот раз ему даже не нужно было представлять дверь, так как он уже знал, на что это похоже. Учитывая, что он стоял прямо, немного поразмыслив, он убедился, что его проекция появится над его головой, где он, скорее всего, будет в безопасности. По крайней мере, надеялся на это.

Отбросив тревогу, он сосредоточился на двери. Туда и обратно. Туда и обратно. Мысленно он появился внутри и—

Внезапный прилив онемения распространился по его боку, мир закружился вокруг него; мощная струя воды ударила по его проекции, и он полетел к стене, с мокрым всплеском врезался в неё и рухнул на землю за мусорным баком.

Что... только что произошло?

Он не мог двигаться, и его связь с реальностью казалась далёкой, мерцающей вспышками пронизывающего душу холода. Почему он не мог двигаться? С трудом повернув голову, он посмотрел на тело своей проекции. Посреди его торса зияла огромная дыра, и то, что выглядело как плавающие струйки краски, обильно покидало его проекцию.

"Уааах!" — завыл остаток стеклянного шара с вершины холодильника, жидкость внутри него плескалась. "Ты привёл его обратно сюда! Ты глупый глупый глупый! Уааах!"

Ах... Понятно.

Едва приподняв свою крошечную голову, он посмотрел на мусорный бак. Мгновение спустя окровавленная, капающая голова скелета выглянула из-за него, её пустые глазницы просверлили ещё одну пару дыр в его проекции. Неужели это конец...?

"Нет... пожалуйста," — умолял он, его слабый голос звучал хрупко и отдалённо, с намёками на неясное жужжание. "Я ещё ничего не сделал," — возразил он. "Я только что получил свой шанс. Пожалуйста. Пожалуйста, не убивай меня."

Багровый череп-призрак взирал на него, его размер возвышался над его безжизненной, мерцающей формой. Его глаза сияли холодным, багровым светом. Его пасть открылась с щёлкающим, резким рычанием, когда он отпрянул в ярости. Но вместо того, чтобы направить это на него, он повернулся лицом к стеклянному шару на холодильнике.

"Чего уставился!?" — выплюнул остаток стеклянного шара, посылая струю воды, которая омыла скелет, не причинив вреда. "Уааах! Ты страшный! Ты мне не нравишься!" — заявил он.

Затем скелет медленно начал идти к холодильнику и взбираться на него. Вскоре он пробрался наверх, и когда это произошло—

Он схватил остаток стеклянного шара, как мяч, и поднял его в воздух. Тот кричал, требуя, чтобы скелет остановился, но было уже поздно. Массивный кровавый костяной человек неоднократно бил его о холодильник, раскалывая его тело, пока оно не разбилось и не рассеялось на крупицы текучих синих пятен цвета. Затем кровавая тварь схватила горсть этих крупиц, спрыгнула вниз и подошла к нему.

Приблизившись к нему, она несколько грубо впихнула обрывки в его проекцию, словно пытаясь запечатать зияющую дыру в его груди. Как только эти крупицы коснулись его, он собрал крошечную частицу силы воли — всё, что смог — и поглотил их в своё тело.

Его проекция быстро восстановилась от полученных повреждений, и он почувствовал, как произошло изменение. Чистая, незапятнанная белизна его звезды преобразилась, приобретая пятнистый синий цвет, который быстро стал основным оттенком его ядра.

В тот момент, когда его проекция восстановилась, он промчался мимо скелета, коснулся своего тела, вернулся в реальный мир, перепрыгнул через мусорный бак и побежал, чтобы выбраться из квартиры.

Однако, когда его рука легла на дверную ручку, он почувствовал, как она дрожит. Пот стекал по его телу, а громоподобный звук колотящегося сердца эхом отдавался в ушах, словно барабаны войны. Кряхтя от усилия, он попытался заставить себя открыть дверь и просто уйти, но—

"Чёрт!" — крикнул он, снова возвращаясь в Нижний Мир, на этот раз стоя на левом плече, где он мог использовать свою голову как щит, если кто-то из других остатков попытается что-нибудь сделать.

Скелет стоял под его телом, тянувшись к неприметной серой форме, представляющей его ноги.

Он угрожающе замахал на него руками и закричал. "Нет! Плохой скелет! Немедленно слезь с меня!" — приказал он.

Несмотря на то, что он сам отдал команду, он всё ещё был удивлён, когда эта штука кивнула, послушно отпустила хватку и начала отходить назад.

"Этого не может быть..." — прошептал он.

Почему эта штука слушалась его? И почему она спасла ему жизнь?

Что касается остатков, они не были по-настоящему сознательными и не обладали тем, что можно было бы назвать "свободной волей". Они действовали одержимо, цепляясь за идею и следуя этой концепции в каждом своём действии. И для этого кровавого скелета следование за ним стало его парадигмой.

Обрывки были низшей естественной формой эфирных конструктов, и когда их собиралось достаточно, они формировали остаток. Остатки могли расти в силе, становясь реликтами, а те в свою очередь могли в конечном итоге стать духами и, наконец, эйдолонами.

Судя по его размеру и силе, эта штука не была остатком. Это был реликт. Они считались довольно редкими и должны были появляться только в чрезвычайно насыщенных эфиром средах. Так... почему один появился в его квартире?

Его разум внезапно сделал связь. Может ли это быть связано с инцидентом?

"Одежда!" — воскликнул он, глядя на мусорный бак. Действительно. Всего день назад там была собрана куча крови. К тому же, крови монстра.

В любом случае, был более важный момент, который следовало учесть. Персонифицированные эфирные конструкты в любой их форме всегда говорили правду, если их спрашивали. Так что спросить его стоило. "Ты," — позвал он. "У тебя... У тебя есть какие-нибудь намерения убить меня?" — начал он с самого насущного вопроса.

"Нет," — отрицал он. "Абсолютно нет, мой господин."

Неужели эта штука только что назвала меня "мой господин"?

"Хорошо, тогда... эм..." Его мысли помчались, пытаясь придумать, о чём спросить дальше. "Почему ты следуешь за мной?"

Он сдвинул свои пустые глазницы вверх на него. "Я есть кровопролитие," — объявил он. "А ты тот, кто проливает кровь. Я убеждён, что тебе суждено омыть вселенную красным, моё всё."

"А?" — выпалил он, совершенно ошеломлённый его словами.

"Через кровопролитие ты отверг смерть," — провозгласил он. "Ты променял мирное процветание на неопределенность насилия," — напомнил он ему. "Будь то удача, судьба или подавляющая сила, ничто не может помешать тебе идти по пути кровопролития."

Что ж... если бы всё, что он знал о себе, ограничивалось последними несколькими днями его жизни, даже он пришёл бы к некоторым выводам. Он ещё не закончил задавать ему вопросы, но как бы он ни формулировал, это существо, казалось, не имело никаких злых намерений по отношению к нему. Всё было совсем наоборот. Если на то пошло, оно поклонялось ему.

Оставляя его с важным решением — что именно ему следует делать? Если бы он попытался связаться с властями, он был уверен, что они избавились бы от него бесплатно. Чёрт, ему, возможно, даже заплатили бы за это. Но стоило ли оно того?

Нет, лучший вопрос заключался в том, было ли это умным решением. Это был реликт, что означало, что всё сказанное им до сих пор было правдой; что-либо меньшее было невозможно, как предписывала сама природа разумного эфирного конструкта.

Прежде чем принимать поспешные решения, он хотел увидеть эту штуку в действии. "Мой... эм... приспешник! Да! Я даю тебе приказ!"

Он поклонился ему. "Что угодно, Ваша Милость."

Фредди огляделся. "Избавься от всех остальных остатков в этой комнате!"

"Как пожелаете."

Кровавый скелет медленно двинулся к сундуку. Он схватился за край и медленно подтянулся.

"Секреты! Ты здесь за моими секретами! Что ж, я всегда ценю искателя—" Прежде чем пухлый остаток успел закончить фразу, кровавый скелет сжал кулак и обрушил его сверху на его голову, раскалывая череп, который немедленно начал распадаться на обрывки. А затем снова. И снова.

Четвёртый удар разбил тело морщинистого призрака на кусочки, и пухлый эфирный конструкт рассеялся в небольшое облако красочных обрывков.

Остатки были привязаны к определённым, специфическим концепциям. И такие концепции, чаще всего, имели сродство с несколькими различными элементами. Это существо, похоже, было создано из древесного и металлического эфира, и соответствующие металлические и деревянные пятна цвета уплыли от того места, где оно стояло.

Скелет спустился с сундука и подошёл к окну.

"Ты, негодяй!" — напало стеклянное полотно. "Будь ты союзником опаляющего—" И снова, прежде чем существо успело закончить, скелет подпрыгнул, схватил его за ногу и потянул вниз, разбивая о пол и разрушая на куски.

Остаток разбился на пятна прозрачных стеклянных пятен и частицы мерцающего света.

"Мы должны спешить! Скоро настанет время—" Остаток, похожий на мультяшные часы, был поднят и неоднократно разбит о стену, в конце концов разлетевшись на обрывки металла и кристалла.

И наконец, скелет наклонился, чтобы дотянуться под кровать.

Он вытащил то, что выглядело как крошечный бугимен — тёмный остаток с устрашающим внешним видом. Он рубил и размахивал когтями на кровавого скелета, будучи единственным, кто вообще оказал сопротивление. Но это было тщетно.

Скелет открыл свою пасть, намного шире, чем Фредди ожидал, что он сможет, и откусил голову крошечного существа, рассеяв его в порхающие пятна тьмы. "Это всё, мой сюзерен."

Эта штука чертовски страшная... но чёрт возьми, как она эффективна, подумал он.

"Ах, да... х-хорошая работа, эм..."

Должен ли он назвать скелет?

Прежде чем он смог на что-либо решиться, тот повернулся и посмотрел на него. "Кровопролитие. Я есть кровопролитие, так что ты можешь называть меня Кровопролитие," — представился он. Затем он наклонил череп. "Если только ты не хочешь назвать меня как-то иначе?"

"Эм, нет, эм... Кровопролитие подходит," — его голос дрогнул, очевидно, всё ещё способный это делать, даже когда он был в своей проекции. Он кашлянул. "Весьма милое имя, правда, очень... эм... Оно очаровательно," — нервно выдавил он. "Да, теперь, эм..." Он задумался, что делать.

Должен ли он сделать... уголок для этой штуки? Может быть, купить собачью лежанку? Или просто засунуть его под кровать? Ах, нет, он с таким же успехом мог бы обниматься с ним каждую ночь!

Да. Ни за что. Даже если бы он был на 100 процентов уверен, что оно не хочет причинить ему вреда, не было ни малейшего шанса, что он сможет заснуть с ним в своей комнате. Итак, он немного подумал об этом и в конце концов пришёл к выводу. В этом здании определённо не было других архов, кроме него, но даже если бы один появился каким-то чудом, он сомневался, что у них была бы причина проверять Нижний Мир. Это означало, что он мог спрятать эту штуку где угодно.

Однако поместить её посреди коридора было определённо неразумно, и на случай, если кто-то действительно проверит Нижний Мир, он предпочёл бы не прятать скелеты прямо перед своей дверью.

Запереть его в сундуке в своей комнате не сработает. "Объекты", или скорее их представление в Нижном Мире, если только они не были сделаны из специального материала, были в лучшем случае временным барьером для персонифицированных эфирных конструктов.

Ну, тогда... Туалет был... Нет. Просто нет. Как насчёт кладовки на первом этаже? Он подумал об этом. Что ж, это был такой же хороший вариант, какой он мог придумать. Теперь оставался только вопрос, как убедить скелет. Может быть, он мог как-нибудь заманить его наружу?

"Эй, эм... Кровопролитие?"

"Что такое, мой господин?"

"Ты знаешь, эта квартира..." — начал он, размышляя, как сформулировать своё предложение. "Она как-то тесновата и душная и всё такое. Разве ты не хотел бы быть где-нибудь ещё?" — спросил он уважительно.

"Мой повелитель, что бы вы ни пожелали, скажите. Я просто подчинюсь." Он сразу перешёл к сути, почти как если бы мог видеть паутину чепухи, которую он пытался сплести.

"О!" — воскликнул он, несколько обеспокоенный способностью этой штуки читать его намерения. "Ну, эм... ладно тогда! Следуй за мной." И с этими словами он покинул Нижний Мир.

Как только он появился в реальном мире, он открыл дверь и подождал, пока медленный скелет выйдет наружу.

Женщина прошла по коридору, та же самая, которую он случайно напугал накануне, и бросила на него полуиспуганный-полуобеспокоенный взгляд, когда она шла так быстро, что почти бежала вниз по лестнице.

В этот момент он осознал, что стоит полуголый с несколько ошеломлённым выражением лица, держа дверь открытой без видимой причины.

Пффф! Какая осуждающая! Я просто вывожу на прогулку своего невидимого домашнего скелета, Кровопролитие! Люди в наши дни, серьёзно...

Но да, ему, вероятно, стоило хотя бы надеть рубашку обратно.

Пока он вёл скелета, он несколько раз выходил и входил в Нижний Мир, и вскоре они оказались внутри кладовки на первом этаже здания.

Это было небольшое, обшарпанное пространство, заполненное старыми коробками, сложенными на гниющих полках. Здесь не было ничего ценного; в основном оно было заполнено полумусором, тем типом вещей, которые люди не хотели выбрасывать, но и не возражали бы, если бы их украли, если бы это случилось.

Вокруг лежало несколько пустых коробок, и в его голове промелькнула идея. "Эй, Кровопролитие. Можешь залезть в ту коробку?"

Скелет повиновался, и он вернулся в реальность, переместив коробку с того места, где она стояла, на другую сторону комнаты. Когда он вернулся в Нижний Мир, он обнаружил, что Кровопролитие всё ещё находился в картонном контейнере.

"Хм... Аккуратно." На секунду он подумал, что скелет просто останется там, где был, если он переместит коробку, но благодаря какой-то чертовщине Нижнего Мира, этого не произошло.

Он задумался, что произойдет, если он раздавит коробку с реликтом внутри, но это был эксперимент на другой день, и с чем-нибудь, что ему не жалко было бы раздавить.

"Эй, Кровопролитие," — позвал он, теперь снова в Нижнем Мире. "Ты не против остаться внутри этой коробки?"

Тот снова посмотрел на него этими жуткими пустыми глазницами и пробормотал: "Всё, что пожелаешь."

"Хорошо, тогда! Меня это вполне устраивает."

Он закрыл коробку, заклеив её скотчем. Затем он нашёл старый маркер, написал "хрупкое" на боку и сверху, и поставил её на одну из полок в дальнем углу.

И с этим он вернулся в свою квартиру и упал на кровать. Он усмехнулся. Затем он громко захохотал. "Боже мой," — сказал он, — "во что превратилась моя жизнь!?"

За несколько очень насыщенных событиями дней он прошёл путь от обычного кассира до арха, приручившего реликт! Это казалось настолько нереальным, что он не знал, что делать дальше.

Чем дольше это продолжалось, тем больше он жаждал подтверждения, что это реально и что он не под кислотным трипом. Лёжа на кровати, он не мог перестать хихикать. Его сердцебиение ускорилось, и он чувствовал, что дышит неконтролируемо, но не мог прекратить смеяться.

Это ничто, подумал он про себя, схватив свою дрожащую руку... Он просто очень взволнован. Нет, он не мог дождаться продолжения! Итак, без колебаний он снова вернулся в Нижний Мир.

Желание смеяться всё ещё сохранялось, но он чувствовал, как оно постепенно ослабевает в его проекции. Ну, по крайней мере, это был быстрый и лёгкий способ успокоиться. Он огляделся.

Его комната теперь была заполнена до краёв бесчисленными крупицами плавающего цвета.

Существовало несколько способов сбора. Он мог сесть и сосредоточиться на мыслях о чём-то связанном с водой, и в конце концов он мог смутно ощутить любые близлежащие водяные обрывки, а затем медленно привлечь их к своему телу.

Это был предпочтительный метод для правильного сбора. Но он был слишком слаб для этого в данный момент. Поэтому он прибегнул к другому, гораздо более практичному и обычно намного более медленному методу — делать это вручную.

Один водяной обрывок плыл по воздуху сбоку от него, и он потянулся, чтобы схватить его. В момент прикосновения почти не потребовалось усилий, чтобы поглотить его в своё тело.

"Хмм..." — промычал он, сосредоточившись на ощущении, которое произвело это действие.

Хотя у него было мало точек отсчёта, он мог сказать, что это не было очень... удовлетворительным? Насыщающим? Он задумался, с чем сравнить это чувство. Учитывая, что это был водяной обрывок... ну... если бы он испытывал жажду, обрывок, который он только что поглотил, был бы эквивалентен слизыванию капли росы с травинки. Может быть, даже меньше того.

И их было не так уж много вокруг. Хотя пространство внутри его квартиры буквально кипело обрывками, вода была в меньшинстве. Но ему не нужно было сосредотачиваться только на них. Подойдя к порхающему пятну тьмы, он сдержал его, схватив обеими своими маленькими руками. Когда он наконец применил достаточно силы, обрывок разбился, рассеявшись на эфирные белые частицы, большинство из которых почти сразу исчезло.

Однако небольшая часть была поглощена непосредственно в его проекцию. Разрушение обрывка, чтобы превратить его обратно в неприсвоенный эфир, давало ему менее десятой части пользы, но при отсутствии альтернатив это было лучше, чем ничего.

Внезапно мощная сила начала тянуть его проекцию обратно к телу. Что бы он ни делал, он чувствовал себя бессильным сопротивляться ей, и его ноги двигались сами по себе, чтобы вернуть его в реальность.

Как только он вернулся, он услышал стук в дверь, сопровождаемый мужским голосом. "Эй!? Есть кто-нибудь там?"

Он всё ещё дрожал в кровати, но заставил себя успокоиться, вставая. Часть его хотела проигнорировать это, но он опасался, что это может быть важно, и немного надеялся, что страховая компания могла передумать.

Дверь распахнулась, и его поприветствовал черноволосый мужчина, одетый в повседневную уличную одежду — серую толстовку с капюшоном и чёрные спортивные штаны. Его глаза казались немного змеиными; что-то было смутно странное в его радужках. Помимо этого, он был довольно привлекательным, а его бледная кожа была глаже отполированного фарфора. "Эй, парень!" — весело поздоровался он. "Ты случайно не Фредди Штерн?"

----------

Вся кровь, что есть

Фредди уставился на незнакомца, стоявшего прямо за дверью его квартиры. "Да, это я," - ответил он на предыдущий вопрос мужчины. "Эм... чем я могу вам помочь?"

"Вам, пожалуй, лучше выйти из квартиры," - непринужденно сказал мужчина. "Здесь может быть что-то опасное."

"Эээ, кто... кто вы?" - спросил Фредди скептически, не выказывая никакого намерения уходить и даже слегка прикрывая дверь.

Какой-то случайный тип заявился, утверждая, что в его квартире есть нечто "опасное", и теперь хочет, чтобы он ушел? Это пахло невероятной подозрительностью, и все инстинкты, отточенные за время пребывания в этом богом забытом комплексе, мгновенно обострились.

Однако мужчина не принуждал его уйти и не делал ничего неподобающего. Он лишь закрыл глаза на несколько секунд, но вскоре они распахнулись, когда он взглянул на Фредди. "Ты арх," - сказал он с легким удивлением, слегка приподняв бровь. "К тому же недавно вознесшийся. Хм..." - задумчиво произнес он, склонив голову набок. "Что ты делал в Нижнем Мире здесь?"

Что ж, это существенно меняло ситуацию. Судя по манере поведения мужчины, он, несомненно, сам был архом, и, основываясь на его поведении, он пришел сюда с определенной целью. Некоторые детали начали складываться. "Что-то опасное", вероятно, было Кровопролитием, и этот человек каким-то образом узнал о жутких останках скелета.

Однако мысль о том, чтобы признаться и выложить всё начистоту этому человеку, даже на секунду не пришла ему в голову. Для него, выросшего в приюте, уникальное сочетание "Это может быть авторитетная фигура" и "Возможно, я сделал что-то, что им не понравится" мгновенно запустило глубоко укоренившуюся привычку - "Пора врать изо всех сил".

"О, боже," - сказал он, качая головой. "Я зашел туда, а эта штука была под моей кроватью. Она просто взбесилась, перебив всех вестников в моей комнате, а в конце она была довольно сильно ранена, так что, хотя я едва её коснулся, она просто растаяла. Я чуть не наложил в штаны. У меня до сих пор руки трясутся, видите?" Его руки действительно всё ещё тряслись, хотя и по нескольким другим причинам.

Мужчина нахмурился, услышав это. "Господи! Тебе не следует делать такие вещи на твоем уровне," - упрекнул он. "Тебе повезло остаться в живых. Постой, а этот вестник, который бушевал в твоей комнате, выглядел как-нибудь окровавленным?"

"Нет," - сразу же отрицал Фредди. "Я бы сказал, что это был скорее мини-бугимен."

"Понятно," - сказал мужчина, кивая, вероятно, убежденный теневыми сполохами, которые он видел в Нижнем Мире. "Ещё один быстрый вопрос. Было ли что-нибудь странное за твоим мусорным ведром?"

"Да," - ответил Фредди с крошечной заминкой, но намеренной. Потому что он собирался не солгать; он собирался сказать правду. "У меня там была окровавленная одежда. Ах, я имею в виду, я не то чтобы кого-то убил - ну, вообще-то убил, но монстр в коридоре вло-"

"Окровавленная одежда?" Мужчина ухватился за эту деталь, как и ожидалось. "И где она сейчас?" - спросил он с явным оттенком срочности в голосе.

"Я... Э... Я выбросил её в мусор."

"Ах, чёрт," - выругался мужчина и щелкнул языком. "Когда?"

"Э... Д-день назад?" Он попытался вспомнить. "Да, что-то вроде того; извините, у меня было несколько сумасшедших дней, так что я-"

Мужчина застонал и развернулся, чтобы бежать. Однако на полпути вниз по лестнице он остановился и обернулся. "Ещё один быстрый вопрос. Ничего серьезного, мне просто любопытно," - сказал он, прищурившись. "Ты убил монстра пластиковым пакетом?"

Этот вопрос застал его врасплох, и он рефлекторно усмехнулся. "Да... наверное."

Мужчина ухмыльнулся. "Как, черт возьми, ты это сделал?" - спросил он с искренним весельем в голосе.

"Я э... Я-эм, я размахивал э, пакетом, то есть, там была банка, банка фасоли, и я размахивал ею как. Ну, знаете, как-"

"Ха!" - расхохотался мужчина, хлопая в ладоши от веселья. "Банкой чертовой фасоли!?" - прохрипел он. "Вот умора! Ты отфасолил эту тварь, черт побери!"

"Отфасолил?" - спросил Фредди со смешком.

"Знаешь что, малыш?" - сказал мужчина, махнув на него пальцем. "У меня странное чувство, что это не последний раз, когда мы встречаемся."

Я вроде как очень надеюсь, что это будет последний раз, подумал он, но всё же заставил себя улыбнуться.

Теперь, когда мужчина уходил, он наконец позволил своему любопытству немного свободы. "У меня тоже есть вопрос к вам, если вы не возражаете," - сказал он, - "эм, кто вы?"

Мужчина со странными глазами ухмыльнулся в ответ на вопрос, отмахнувшись. "Я просто какой-то случайный ублюдок," - небрежно заявил он и, явно торопясь, сбежал вниз по лестнице и покинул здание.

"А, понятно," - сказал Фредди в никуда. Он медленно закрыл дверь своей квартиры, и как только она была заперта, его ноги мгновенно потеряли всю силу, и он рухнул на пол, покрываясь холодным потом.

"Неужели мне нужно было ему врать...?" - прошептал он недоуменно себе под нос. "Он казался довольно милым..."

Но того, что кто-то просто казался милым, было недостаточно, чтобы остановить срабатывание привычки. Если уж на то пошло, это делало его еще более склонным ко лжи. Обычно, чем милее они казались, тем сильнее они били.

Если ты признаешься, мы будем с тобой помягче. Эти слова промелькнули у него в голове. Каждый ребенок в приюте попадался на это один раз. Только один раз. И больше никогда.

Он уткнулся лицом в колени, не в силах сдвинуться с места. По какой-то причине его первой реакцией было войти в Нижний Мир. В то мгновение, когда он появился там, ему стало немного легче.

Тревога и прилив адреналина остались позади, в его физическом теле. Он все еще не чувствовал себя хорошо; смутное ощущение беспокойства и общего дискомфорта все еще присутствовало, но его было легче игнорировать. Да. Это могло быстро превратиться в ужасную привычку. Но в данный момент, если это освобождало его от такого состояния, он не возражал против того, чтобы позволить этому стать привычкой. Бегство от проблем - это победа.

Рой разноцветных пятен эфирной краски мерцал в воздухе вокруг него, каждое из которых морфировало и менялось в соответствии со своей стихией.

Теневые сполохи были похожи на маленькие шарики тьмы; световые сполохи были крошечными созвездиями мерцающих огней; водяные сполохи текли по воздуху, как жидкость, ищущая путь через треснувший камень; древесные сполохи были похожи на ветви, растущие в случайных направлениях, увядающие и исчезающие на концах; металлические, кристаллические и стеклянные плавали кусками; а то, что казалось воздушными сполохами, выглядело как крошечные порывы мультяшного ветра, петлистые загогулины, летящие по воздуху.

Это было завораживающее зрелище, когда он наконец получил возможность спокойно наблюдать за ним.

Были даже некоторые, которых он раньше не замечал, и теперь, когда он их увидел, они выглядели как-то... фу. Кровавые отметины, крошечные массы того, что выглядело как пульсирующая, жуткая органическая материя, и комки... гнили? Были также небольшие скопления меняющихся черепов, которые, как он предполагал, представляли сродство к смерти.

Плотность была довольно высокой из-за недавно произошедшей бойни. Независимо от их природы, их эфир одинаково питал бы его душу, поэтому он начал собирать их без особых колебаний.

Его проекция не была медленной, но производила впечатление вялости. Бег в Нижнем Мире напоминал ему бег во сне. Его проекция казалась невесомой, а воздух, или скорее пространство вокруг него, было похоже на плотную жидкость, не позволяющую ему набрать инерцию. При ходьбе это было незаметно, но всякий раз, когда он пытался бежать, это сдерживало его движения.

Сначала он начал собирать все водяные сполохи, до которых мог дотянуться. Довольно многие плавали слишком высоко, чтобы он мог их достать. Поэтому он попытался прыгнуть. Его прыжок был удивительно высоким, и он испугался, когда понял, что вот-вот упадет обратно.

Однако при спуске он не только медленно парил вниз, но и когда снова подпрыгнул, даже позволив себе опускаться быстрее, он не почувствовал никакого удара.

Когда его ударила та струя воды, он, конечно, почувствовал, что упал на землю. Был удар, стук и всё такое.

Постепенно он осознал несколько вещей о движении в Нижнем Мире путем экспериментов. Строго говоря, "законы физики", или по крайней мере то, что от них осталось, здесь не действовали. Это было место идей и истин в концепциях - мир снов, который не любил играть по внешним правилам.

Прошло не так много времени, прежде чем он заменил физическое действие "бега" идеей "быстрого передвижения" и принял разницу между "спуском" и "падением". Его проекция порхала вокруг без страха получить травму, и собирать сполохи в пределах досягаемости стало гораздо проще.

Он перешел от насильственного дробления осколков эфира к их разделению и распутыванию, что занимало в два раза меньше времени и усилий. Одно разноцветное пятно за другим разбиралось и поглощалось маленькой проекцией.

В какой-то момент он действительно оказался вне досягаемости сполохов. Конечно, он мог просто подождать, пока они опустятся, но у него была идея получше. Вернувшись в свое тело, он поднял руку в воздух. Затем он сосредоточился, и его проекция появилась на его ладони.

"Успех! Теперь мне просто нужно-" Его прервало то, что рука, на которой он стоял, исчезла. Его проекция упала на землю внизу, приземлившись без каких-либо проблем. Но он с ужасом посмотрел на свое тело, увидев, что его рука исчезла.

"Что-то отрезало мою-" Но прежде чем он успел закончить, его рука снова появилась, но в расслабленном положении рядом с телом, а не висящей в воздухе. "О, да... Я забыл об этом."

При входе в Нижний Мир его тело оставалось в том же положении, в котором он его оставил, но оно не оставалось таким надолго, если поза требовала каких-либо усилий для поддержания.

Почти сразу после входа в Нижний Мир его рука расслабилась и опустилась, чтобы принять естественное положение рядом с телом. Учитывая, что движущиеся объекты не могли появляться в Нижнем Мире, если их движение не было повторяющимся, как вращение колеса или вентилятора, рука исчезла и появилась снова только тогда, когда стала неподвижной.

Это не было проблемой для его планов. Ему просто нужно было реагировать достаточно быстро. И снова он появился на своей ладони, и прежде чем рука успела исчезнуть под его ногами, он спрыгнул с руки. Водяной сполох попал в пределы его досягаемости, и он схватил его из воздуха, поглощая.

Постоянно меняя положение своего тела, он смог собрать каждый отдельный сполох эфира в своей комнате. Теперь оставалось только проверить свой прогресс. Это было...

Честно говоря, он едва мог заметить разницу. Звезда в его эфирокосме слегка изменилась. Но это было не на уровне нескольких капель воды в стакане. Это было больше похоже на тонкий слой конденсата, собирающийся на поверхности стекла.

Но это было нормально. Он был жив и здоров. Со временем он найдет лучшие места для сбора, чем эта убогая квартира.

Солнце уже садилось, и он чувствовал сильный голод. Все его тело болело, и он жаждал надлежащего отдыха. Поэтому он решил его получить. Он съел свой второй бутерброд, приготовился ко сну и лег в постель.

Было даже не 7 часов вечера. Но во многих отношениях он просто выдохся. Так же, как он говорил себе много раз в последнее время, он подумал об этом снова, погружаясь в сон.

Больше не было необходимости спешить.

Гарольд стоял на свалке, глубоко вздыхая. Он отследил отправку, человека, который её осуществил, даже место, где груз был выгружен, и все же...

Перед ним был пакет, наполненный обычным мусором и рабочей униформой, покрытой коричневыми пятнами. Это была засохшая кровь. И судя по количеству, это должна была быть очень тяжелая банка фасоли.

Поездка в Нижний Мир выявила проклятый объект, как и ожидалось. Униформа была густо пропитана кровью и аурой гнева. Настолько, что окружающие мусорные вестники не осмеливались приблизиться к ней.

Он не нашел то, что искал. Слава Богу.

Умиротворение этого кровавого младенца будет занозой в заднице, но это предпочтительнее, чем передача конкуренту такого огромного преимущества.

Он наклонился и поднял вонючую, пропитанную потом одежду из кучи мусора.

Пришло время возвращаться и, надеюсь, не вступать в смертельную схватку.

Жанхалар сидел в углу палатки, его ярость нарастала с каждой секундой. Его нога беспокойно постукивала по земле, и когда вход в помещение сдвинулся, его нога ударила по асфальту достаточно сильно, чтобы тот треснул.

Он поспешно встал и направился к правителю города. "Ты нашел это!?"

Вместо того, чтобы ответить на его проклятый вопрос, этот ублюдок просто протянул ему грязную одежду. Быстрая проверка в Нижнем Мире оставила его ошеломленным. Это был очень сильный проклятый объект. Но это был не уникальный объект. И остатков нигде не было видно.

"Гарольд..." Он попытался быть спокойным, но его верхняя губа все еще скривилась в оскале, когда он рявкнул: "Где это!?"

"Не нашел," - спокойно ответил правитель.

Он глубоко вздохнул. Мудрость и терпение могут свергнуть любую гору и пересечь любой океан.

Он был терпелив.

Теперь он будет мудрым.

Не говоря ни слова, он повернулся, чтобы выйти, и шагнул вперед.

Мгновенно земля превратилась в змей, которые обвились вокруг его лодыжек.

"Погоди-ка, партнер," - окликнул Гарольд. "Куда ты направляешься?"

"Ты провоцируешь меня на бой, Правитель?" - спросил он с леденящим спокойствием в словах.

"Это зависит," - ответил мужчина. "Куда ты идешь?" - спросил он снова.

"Наша сделка завершена. Разве мне не позволено уйти?"

"Не раньше, чем ты ответишь на мой вопрос," - заявил Гарольд.

"Хорошо, тогда позволь мне ответить встречным вопросом," - сказал он, пока кровь стекала по его рукам, формируя два красных клинка. Он повернулся лицом к правителю города, глаза налились кровью, а зубы обнажились. "Где твои доказательства?"

Гарольд пожал плечами. "Если ты сомневаешься в моем слове, обратись к Императрице." Змеи растворились.

Он втянул свои кровавые клинки и фыркнул. "У меня нет причин беспокоить ее чем-то подобным. Я сам посмотрю."

"Мы уже переступаем границу здесь, Патриарх," - заявил скользкий ублюдок. "Наши действия до сих пор можно оправдать защитой гражданских, но этот парень - другое дело. Хотя он только недавно вознесся, он архичеловек."

"И почему это должно меня волновать?"

"Мы можем объяснить это защитой, когда речь идет о смертных, но с юридической и моральной точки зрения ты не имеешь права ни на что, чем владеет этот человек," - строго сообщил Гарольд. "Ты получаешь эту одежду только потому, что он добровольно выбросил ее."

Это было верно. Технически. Но ему, конечно, было все равно. "Не принимай меня за дурака, Правитель," - резко выплюнул он. "Если этот человек держит остатки при себе, это не что иное, как отложенное самоубийство. Свежеиспеченному архичеловеку нечего делать с силами, которые ему не по зубам." Затем, с ухмылкой, он добавил: "Или ты намеренно проявляешь халатность, позволяя ему подвергать опасности свою жизнь?"

Гарольд усмехнулся в ответ. "Ну же. Разве не стандартная практика позволять вознесенным подвергать себя опасности по своему усмотрению?"

"Ты действительно веришь, что я приму это?"

"Я настоятельно рекомендую тебе это сделать," - сказал правитель города, затем ожесточил взгляд. "Если я узнаю, что ты вступил в какой-либо контакт с независимым архом, намереваясь к тому же украсть у него, я начну соответствующий юридический процесс," - пригрозил он, покачивая пальцем. "Четырехзвездочный арх, арестованный за мелкую кражу? Это было бы довольно позорно, не так ли?"

"У меня нет намерения что-либо красть, ты червь," - выплюнул он в ответ на оскорбление. "Я знаю свои права. Я куплю это."

"Ты не можешь этого сделать."

Его шея резко повернулась, и он зарычал. "Ты осмеливаешься запрещать-"

"Я ничего тебе не запрещаю, Жанхалар. Я просто констатирую факт," - сказал мужчина. "Можешь ли ты позволить себе купить вестник у него по рыночной цене?"

Он колебался с этим. "Я не-"

"Именно," - подтвердил правитель, "ты не собираешься покупать его по рыночной цене. Ты обманешь бедного мальчика. Он не сможет отказаться от 'предложения' от кого-то вроде тебя, даже если оно крайне невыгодно. Такой обмен нельзя считать добровольной сделкой, поэтому я буду относиться к нему так же, как к краже."

"Это решение не имеет юридической силы," - выплюнул он.

"Это решать императрице," - упрямо настаивал правитель.

Его выражение потемнело. "Ты бы зашел так далеко?" Он оскалил зубы, рыча на ублюдка. "Я не считал тебя человеком, который ведет себя подобным образом, Василиск. Если ты продолжишь, я буду считать это враждебностью по отношению к моей фракции. Ты уверен, что хочешь этого?"

"Объяви меня врагом тогда, и посмотрим, что произойдет. Я бросаю тебе вызов."

Жанхалар стоял, сохраняя зрительный контакт с правителем в течение нескольких секунд. Затем он повернулся и начал уходить. "Я взял все, что меня интересовало," - и с этими словами он покинул палатку.

"Ты мне нравился гораздо больше, когда молчал!" - крикнул правитель изнутри палатки, заставив его еще сильнее стиснуть зубы.

Улицы вокруг палатки были густо заполнены людьми в униформе. Дела уже двигались. Близлежащие здания уже разбирались в подготовке к превращению всей этой области в центр. С таким легким доступом к царству, это могло даже стать одним из крупнейших на планете.

Если бы он мог обеспечить позицию своего клана, они бы взлетели. А для этого ему нужна была сила.

Очень хорошо, Фредди Стерн, подумал он. Я покажу тебе, что происходит с теми, кто берет то, что по праву принадлежит мне.

Кровопролитие послушно сидело в маленькой коробке, ожидая дальнейших приказов Хозяина. Пока оно там ожидало, прошло много времени, но ничего не произошло.

Хозяин велел ему оставаться в этой комнате. Но не было никаких ограничений относительно передвижения по ней. Его скелетная рука коснулась барьера, окружавшего его. И когда оно сосредоточилось, оно начало проскальзывать через тонкую коробку. Понемногу оно продвигалось вперед, и вскоре прошло насквозь - и упало на землю с влажным шлепком крови, стекающей с его костей.

"Что ты такое, жуткая тварь?"

Кровопролитие повернулось, заметив маленького вестника, который выглядел как куча коробок. Не прошло и нескольких секунд, как существо превратилось в пятна падающих коричневых сполохов. Оно схватило один, сжимая его, пока не раздавило и не поглотило небольшую часть рассеивающегося эфира.

Несколько других вестников прятались вокруг полок и внутри коробок.

Схватив еще одного за его проволочные ноги, Кровопролитие сгибало тело своей жертвы, пока оно тоже не начало рассеиваться.

"Я буду готовиться, Хозяин..." - сказало оно нетерпеливо, "к славному дню, когда мы прольем всю кровь, что есть."

----------

Причины жить

Большой парящий автобус остановился у терминала под парящим островом, и из него вышел мужчина в черной толстовке с накинутым капюшоном.

Марк осознал нечто необычное, пусть и незначительное. Впервые примерно за семь лет на нем не было академической одежды. У них была форма на все случаи жизни, потому что, конечно же, если ты студент, то должен обеспечить, чтобы весь мир знал об этом в любой момент.

Его одежда стала немного маловата после того, как он нарастил мышечную массу, а синие джинсы были настолько узкими, что он боялся, как бы они не раздавили его яички до бесплодия. Он попытался немного размять ноги, чтобы ослабить их, но в тот же миг услышал громкий треск.

"Ладно," сказал он, сдаваясь. "Давай не будем возвращаться домой с наполовину голой задницей."

Он шагнул на левитирующую платформу, которая подняла его из зоны ожидания в воздух над 25-м районом, взлетая к ближайшему парящему острову с четырьмя соединенными зданиями.

Трава была инопланетного оттенка зелени, а окружающая растительность была настолько красочной, что некоторые могли бы предположить, что ее покрасили, чтобы она так выглядела. Фиолетовые розовые кусты, красные деревья, желтые кактусы и суккуленты практически всех цветов радуги.

Он заметил светловолосую девушку, махавшую ему с одного из съемных парящих балконов. Присмотревшись, он понял, что это была его тринадцатилетняя младшая сестра Сара. Она обернулась, с чем-то возясь, и платформа отлетела назад, прикрепляясь к их квартире.

Увидев, как она бежит обратно в здание, он приготовился к атаке, которая вот-вот должна была последовать. И, как и ожидалось, вскоре она выбежала, прыгнула на него и задушила в медвежьих объятиях.

"Что за—" спросила она, отстраняясь от его тела и стуча по его торсу. "Кажется, у меня брат-статуя."

Марк рассмеялся, откидывая капюшон и обнажая свои пшенично-светлые волосы до ушей и зелено-лесные глаза. "Как ты?"

Она проигнорировала его вопрос и подозрительно посмотрела на его пустые руки и карманы. "Ты мне что-нибудь принес?"

"Разве меня недостаточно?" сказал он, притворно обидевшись на ее слова.

Она надула губы и отвернулась, скрестив руки. "Грубиян!"

Он взъерошил ее волосы и поднял в воздух, заставив ее закричать: "Ладно, ладно, опусти меня!"

Марк рассмеялся и сказал: "Как насчет того, чтобы пойти увидеться с мамой и папой?"

"Да," подтвердила она, головокружительно хватаясь за голову, словно пытаясь привести ее в порядок. "Мама готовит ужин, а папа скоро будет дома, наверное, через час примерно?"

Марк кивнул, и вскоре они поднялись на лифте в свою квартиру.

Хотя его общежитие было достаточным, даже если ему приходилось делить его с тремя другими, он всегда забывал, насколько огромным был его дом. Одна только первая гостиная была достаточно большой, чтобы в ней можно было побегать. На самом деле, там был довольно прямой маршрут вокруг серии левитирующих диванов в центре.

Ему пришлось пройти через часть второй гостиной и короткий коридор, чтобы наконец добраться до кухни, где он нашел свою мать, моющую посуду. Она была невысокой блондинкой, которая не выглядела намного старше самого Марка.

"Марк!" поприветствовала она его. "Боже мой, ты так рано вернулся! Подожди—" Она вытерла руки и бросилась обнимать его, целуя в щеку. "Садись! Мы подождем твоего папу, а потом поужинаем, хорошо? Или хочешь сначала перекусить?" предложила она с озорной улыбкой.

"Хахаха, спасибо, мам, но я подожду."

Следующий час он беззаботно болтал с матерью и сестрой, которые старательно избегали темы его выпуска и будущего.

Вскоре, чуть раньше, чем ожидалось, его отец, строгий высокий мужчина с каштановыми волосами, тоже вернулся домой, и они сели ужинать. Это была утка хагель-хагель, зажаренная на корне курума.

Его отец делился историями с работы, в то время как мать пересказывала некоторые истории о его сестре, которые, судя по ее почти плачущим протестам, явно были рассказаны без ее разрешения.

Это было не так уж плохо. Было тепло и уютно. Он просто глупил. Ценить то, что у него есть, было гораздо лучше, чем плакать о несбывшихся мечтах. С этой мыслью он вытащил блестящий сертификат и положил его на стол. Все мгновенно замолчали.

Сертификат об окончании Академии Арки Аэроона.

Год 7.

Когда его представили таким образом, он почти выглядел как что-то, чем можно гордиться.

Марк Афронте, двадцатиоднолетний выпускник седьмого класса Академии Арки Аэроона. Впечатляющая строчка для резюме.

Но полный курс длился десять лет. Досрочный выпуск... Это был эвфемизм. Седьмой класс был довольно впечатляющим. Только около 6 процентов всех кандидатов дошли до этого уровня. Мысль, которая ничего не делала, чтобы унять его горечь.

Его отец встал и опустился на одно колено рядом с ним, положив твердую руку на плечо Марка. "Сынок," сказал он, "тебе есть чем гордиться. Я не буду рассказывать тебе обо всех людях, которых ты опередил, но я напомню тебе одну вещь — мы чертовски далеко продвинулись, если мы думаем плакать от таких новостей."

Это вызвало у Марка смешок, и он слегка кивнул.

"Нет, я серьезно," добавил его отец. "Если бы кто-то сказал мне десять лет назад, что я отправлю обоих своих детей в академию и что мой сын закончит ее на седьмом году, я бы потерял сознание."

"Перестань," сказал он, смеясь, но явно пытаясь сдержать слезы. Только тогда он осознал, что только что услышал. "Подожди, что!?"

Его семья одарила его своими лучшими ухмылками, а Сара приняла притворно высокомерное выражение лица.

"Что я могу сказать?" шутливо спросила она. "Думаю, мне придется вытянуть на десятку."

"Боже мой," сказал он, вставая и бросаясь обнимать сестру.

"Эй, отпусти—" Она приготовилась оттолкнуть его, но сдержалась, вместо этого нежно поглаживая его волосы.

Остаток вечера прошел гораздо веселее, и в конце концов он удалился в свою комнату, чувствуя себя вполне удовлетворенным. Он положил руку на дверную ручку, повернул ее и вошел внутрь. Дверь слегка скрипнула и быстро открыла комнату, в которой он провел мало времени.

Размер заставил его почувствовать себя неуютно. Она была намного больше, чем комната в его общежитии. Там была ванная комната, вход в которую находился чуть правее его кровати размера "император".

Приготовившись, он лег спать. Или, по крайней мере, попытался.

Высокий потолок, казалось, вращался над ним, и его сердце билось неестественно быстро. Как бы часто он ни закрывал глаза, он чувствовал необходимость открыть их. Он многократно переворачивался с левого бока на правый и обратно, не в силах остановить свой разум, бегущий со скоростью 10 Махов.

Он пошел в туалет и уставился на свое отражение; оно казалось чужим. Твердый, хорошо тренированный молодой человек с горящим огнем в глазах исчез, оставив вместо себя удрученного, растрепанного неудачника. Сколько бы раз он ни умывался, он не мог смыть стыд. Поэтому он вернулся в постель.

Он почувствовал боль за глазами, и наконец, он больше не мог их сдерживать. Слезы хлынули по его лицу, и он захныкал.

Ах, черт. Я думаю, я просто выплачусь и усну — вот о чем он думал, но этому не суждено было сбыться.

Трещины распространились, и все эмоции, которые он подавлял, хлынули наружу. Его плач вскоре превратился в рыдания, и вскоре его мать постучала в дверь.

"Марк!? Марк, это ты? Ты в порядке!?"

"У-У-Уходи, М-Мам," еле выдавил он.

"Что происходит?" сказал его отец с другой стороны.

Его мать что-то прошептала в ответ, и его отец крикнул. "Нет, я вхожу!"

Дверь открылась. "Марк!" позвал его отец, бросаясь вперед. "Все в порядке!?"

"П-Просто за-закройте... дверь, пожалуйста," сказал он им, натягивая одеяло на голову, чтобы спрятаться.

Но его отец не собирался с этим мириться, и через мгновение одеяло было снято, обнажая трясущуюся массу страдания под ним.

"Иди сюда," сказал его отец, поднимая его. "Все хорошо."

Он был чрезвычайно мускулистым, но сейчас, с опущенными плечами и согнутой спиной, он казался меньше, чем был очень, очень давно. "Я— Я неудачник, п-пап," сказал он.

"Не говори мне это—"

"Нет, я-я и есть. Я был так, так близок к тому, чтобы пройти, я все испортил. Я все это испортил. Все. Т-Теперь, мои друзья. Я— Я— Я больше не увижу их, пап. Я н-неудачник. Они теперь просто чу-чужие для м-меня."

Больше нечего было сказать. Он предположил, что даже его родители чувствовали, что это было неоспоримо. Его мать и отец, сидящие слева и справа от него, держали его, пока он наконец не успокоился.

"Ты тяжело работал последние десять лет," сказал его отец. "Гораздо больше, чем, я думаю, должен любой ребенок. Отдохни. Возьми год перерыва, просто заведи новых друзей и повеселись, хорошо? Все будет ждать тебя, когда ты вернешься."

Конечно. Он больше не был на переднем крае своего поколения, в любом случае. Было стыдно, что он чувствовал такое облегчение от возможности расслабиться, но он не мог отказаться от доброты своих родителей.

"Х-Хорошо. С-Спасибо, мама, папа. Я люблю вас."

Джон сидел на маленьком балконе, потягивая свою тринадцатую чашку чая и куря трубку, которую он практически никогда не гасил. Он был жирным на вид мужчиной с густой бородой и длинными черными волосами.

Прошло уже некоторое время с тех пор, как он стал резидентным балконным клошаром этого района. Уже некоторое время он не отрывал глаз от соседнего здания. В частности, он не переставал смотреть на квартиру на втором этаже, где проживала его цель.

Цель: Фредди Штерн.

21 год.

Недавно вознесшийся.

Житель 19-го района.

Безработный.

Известных живых членов семьи нет.

Миссия: Госпитализировать цель и изъять все Следы и/или останки в его квартире без прямого контакта.

Достаточно просто, подумал он, когда принимал миссию.

Сцена была подготовлена.

В момент, когда этот парень покинет здание, Джон использует тонкое заклинание дальнего действия, чтобы сдвинуть землю под ногами цели, а затем сломать ему ногу, руку или что-нибудь еще, когда тот упадет. Было бы немного странно, если бы здоровый двадцатиоднолетний парень случайно споткнулся среди бела дня и сломал конечность на ровном месте, но это было достаточно правдоподобно, чтобы не вызвать серьезного расследования.

Однако были некоторые проблемы.

Во-первых, это была миссия от анонимного клиента. Джон был готов делать некоторые неприятные вещи, но он редко принимал заказы, не зная, от кого они. Слишком рискованно. Но с той суммой денег, которую предлагал этот клиент? В форме предоплаты, к тому же? Черт, он бы отсосал за такие деньги, и он даже не был уверен, шутит ли он, когда думает об этом.

Вторая проблема заключалась в природе миссии. Это была не какая-то высокоуровневая цель, и кто-то, кто мог предложить столько денег, должен был быть в состоянии войти и разобраться с таким ничтожеством самостоятельно. Существовал риск, что это включало в себя другую влиятельную сторону. Но, как говорится: нет риска, нет награды. Так что это не было препятствием.

Теперь третья проблема была той, которая доставляла ему больше всего хлопот. Прошло уже больше недели с тех пор, как этот парень в последний раз покидал здание. Единственная причина, по которой он мог с уверенностью сказать, что молодой человек все еще там, был Нижний Мир.

Висп, в зависимости от толщины физического объекта, с которым он соприкасался, имел шанс либо отскочить, либо проскользнуть на другую сторону. Для большинства квартир здесь, так же как в них влетали виспы, они и вылетали. Но это не относилось к квартире этого парня. Что это значило? Он был там и собирал их.

И черт, какой же у этого тупого ублюдка был испорченный режим сна. Джон привык к слежке, но это было просто абсурдно. Существовала возможность, что парень знал, что за ним охотятся. Это означало, что Джону приходилось постоянно быть начеку, получая даже меньше сна, чем его цель.

В какой-то момент ему пришлось перейти с кофе на чай, так как он пил так много, что чуть не обделался.

Когда же этот ублюдок собирается— Его мысли были прерваны, когда он заметил что-то краем глаза.

По улице ехала карета — не просто карета, а парящая, полностью черная, с затемненными окнами и всем прочим.

Это было редкое зрелище даже в 25-м районе. А здесь это было чем-то, от чего у него упало сердце, особенно когда карета замедлилась и припарковалась прямо перед зданием его цели.

Из нее вышла бледнокожая женщина. На ней была арбузно-розовая шляпка-таблетка поверх небесно-голубого помпадура, и она демонстрировала экстравагантное золотое платье, когда шла в здание, за ней следовали три телохранителя в черных костюмах.

В тот момент, когда он увидел женщину, трубка выпала у него изо рта, рассыпав пепел по полу балкона. Он едва удержал чай от той же участи.

Вероятность того, что это было совпадением, была нулевой.

"Ну что ж," сказал он, вставая, почесывая за ухом и вытаскивая нижнее белье из задницы. "Думаю, придется вернуть предоплату."

Фредди сидел, свернувшись калачиком в одеяле, держа "Основы сбора" и перечитывая их в бог знает какой раз.

Нет необходимости спешить.

Эти слова стали чем-то вроде молитвы, и каждый раз, когда он произносил их, почти постоянная тревога немного утихала. Он повторял эту фразу снова и снова, и в конце концов он полностью убедился в этом факте.

А теперь? Прошло уже больше недели с тех пор, как он в последний раз покидал квартиру. Не считая, конечно, походов в туалет. И даже это было из-за отсутствия удобных бутылок и банок.

Сначала он тешил себя иллюзией, что у него просто нет причин уходить. Учитывая, что последняя еда, которая у него была, была съедена два дня назад, давно пора было признать, что это просто полная чушь.

Ну, технически, у него не было никаких причин уходить, кроме тех, которые он игнорировал, конечно, но было вполне естественно, что он наконец начнет искать какие-то.

Возможно, где-нибудь пообщаться, может быть, найти место для правильного сбора, просто, возможно, поискать способы найти работу теперь, когда он стал архом, может быть, поискать тренера, или присоединиться к какой-нибудь ученической или наемнической группе и погрузиться в проходы, но нет.

У него была мысль сделать это — и не один раз, а каждый раз, когда его мантра приходила на помощь.

Нет необходимости спешить, подумал он снова, откладывая все эти планы на неопределенное время.

Поэтому он снова открыл проклятое руководство. Он уже бесчисленное количество раз прочитал его, даже не пропуская скучные части. Наконец, придя к выводу, что читать его снова — пустая трата времени, он закрыл его и положил на кровать.

Затем он сосредоточился, и вскоре оказался внутри своего эфиркосма. Звезда в центре сияла теперь чуть ярче, и ее сопровождали четыре синих пятнышка, вращающихся вокруг нее. Он сфокусировался на одном, и оно появилось перед ним.

Вблизи оно выглядело как сферическая клетка из рун, пустая внутри. Это была эфирная оболочка, или, точнее, ядро способности нулевой стадии. И какую способность оно содержало?

Он вышел из эфиркосма и поднял палец. С небольшим усилием вода материализовалась прямо перед его поднятым пальцем и брызнула, разбрызгиваясь по его холодильнику.

Это было заклинание Брызг.

Использование его оставляло его с чувством некоторой пустоты и как будто холодный ветер пронесся над его сердцем и печенью. Расход эссенции был немного суровым для этого, поскольку он материализовал воду. Вскоре жидкость на его холодильнике исчезла; она не просто испарилась; она исчезла навсегда, вернувшись в эссенцию, которая просочилась сквозь ткань пространства и исчезла.

Его вторая способность была быстро продемонстрирована, когда он взмахнул рукой вниз в каратистском ударе. Внешне ничего заметного не произошло. Или вообще ничего, на самом деле.

Это была техника Текучего Удара. Это была атака, призванная добавить дополнительный импульс его взмахам, двигая воду в его теле. Она предпочитала определенные движения, которые составляли стиль боевых искусств Текучий Дождь.

Следующим был прием, для демонстрации которого у него не было места. Техника движения Лягушачий Прыжок. Она использовала гидравлическое давление, чтобы заставить тело прыгнуть.

И наконец, четвертая оболочка.

Он лег и расслабился. Вскоре вся вода в его теле потекла гораздо более плавно, от клеточного уровня до того, как циркулировала его кровь. Он мог поддерживать это только несколько секунд, и вскоре эти секунды прошли.

Это была техника закалки Водное Тело. Она должна была быть техникой закалки, но на самом деле она ничего не закаляла. Однако она заставляла его чувствовать себя чертовски хорошо. В течение нескольких минут после ее использования он почти чувствовал себя хорошо выспавшимся. Вот как, по его представлениям, чувствовали себя люди, которые могли позволить себе пойти в спа или получить массаж.

Хотя эти способности казались действительно скучными и слабыми, в реальности они были еще более скучными и еще слабее, чем казались. Потому что это было все. Он исчерпал свою эссенцию на сегодня, и пока он не восстановит ее, он не сможет использовать ни одну из них снова.

Это становилось все менее и менее проблемой по мере того, как он становился сильнее, естественно, но это не собиралось происходить в ближайшее время в такой бедной среде.

Прошли дни убийства вестиджей, когда он собирал спелые эфирные фрукты по своему желанию. Теперь он был ограничен диетой голодания, может быть, пять в час, если повезет.

Скоро настанет время. Ему нужно было пойти купить еды. "Пост", который он держал, становился все менее и менее уважительной причиной с каждой минутой.

Ему было страшно. Жуткие вещи в Нижнем Мире, случайные разрывы проходов, мерзкие ублюдки, злоупотребляющие своей силой, чтобы навредить ему. Мир был опасным местом, полным ужасных вещей.

Рационально говоря, он знал, что катастрофа не случится в тот самый момент, когда он покинет здание, но он не мог избавиться от неприятной паранойи, которую чувствовал.

Вдруг он услышал стук в дверь.

"Хмм?"

Кому могло что-то понадобиться от него так рано утром?

О черт, подумал он. Это домовладелец.

Этот ублюдок, вероятно, пришел посмотреть, жив ли он. Он не возражал заставить этого куска дерьма подождать, пока он не спеша надевал одежду. Снова раздался стук. Это было даже жутковато. Это казалось странным. Это было слишком… вежливо? Почти изысканно. Оба раза это были три идеально рассчитанных по времени стука, и они звучали практически идентично.

Никто из его знакомых так не стучал. И он не знал достаточно людей, чтобы списать это на то, что просто забыл о ком-то. Странное чувство тревоги забурлило внутри. Должен ли он проигнорировать это? Его скупой домовладелец установил только двери без глазков, так что если он хотел увидеть, кто это был, ему пришлось бы поприветствовать того, кто был снаружи.

В конце концов, он решил проверить, доверившись цивилизованному стуку. В мире не было такого головореза, который стучал бы так.

Когда он оделся, он подошел к двери и открыл ее.

----------

Мадам Морлеппе

Когда Фредди открыл дверь и увидел, кто стоит перед ней, он мгновенно захлопнул её. Это была рефлекторная реакция. Несколько мгновений он просто тупо смотрел на облупившуюся краску старой деревянной двери. Затем его начало трясти. Сердце бешено колотилось в груди, а по всему телу выступил пот, когда он осознал, что только что сделал.

"Чёрт возьми!" - мысленно закричал он. "Это же мадам Морлепп! Твою мать! Я только что захлопнул дверь перед её носом!"

Она была самой популярной ведущей ночного ток-шоу во всей стране, и он провёл немало ночных смен, наблюдая за ней по ВК. Это порождало вопрос - какого чёрта она здесь делает?

Страх обидеть её намного превзошёл чувство стыда, и он поспешил снова открыть дверь. "Приветствую, мадам. Я так сожалею," - извинился он, выходя из квартиры и опустив голову. "Моё жилище довольно... скромное, поэтому я инстинктивно скрыл его."

Она была на голову выше него, но даже если бы это было не так, он был уверен, что стоять перед ней заставило бы его чувствовать себя ничтожным. Её три телохранителя в затемнённых очках и аккуратных чёрных костюмах стояли чуть позади неё.

"Вы Фредди Штерн, я полагаю?" - спросила она своим кристально чистым голосом, ещё более прекрасным вживую.

"Да," - ответил он.

"Хорошо," - сказала она, поворачиваясь. "Следуйте за мной."

"Э-э, я, эм..."

"Что такое, дорогой?"

"З-зачем?" - спросил он, не в силах осмыслить происходящее.

На это она лишь улыбнулась. "Пойдёмте, и вы узнаете."

Ну, это, чёрт возьми, многое прояснило, подумал он.

Заметив его колебания, она пожала плечами. "Я не собираюсь тащить вас силой, дорогой. Вы пойдёте... или я зря потратила своё время?"

"Я," - сказал он, размахивая руками, пока палец наконец не указал на дверь. "Мне нужно, э-э... Мне нужно запереть дверь."

Она несколько секунд бесстрастно смотрела на него. "Хорошо," - сказала она. "Не стесняйтесь."

"Ладно... Я... Секундочку." Он заскочил в свою квартиру, взял ключи, вышел, запер дверь и вскоре последовал за мадам и её свитой.

Он не знал, почему она здесь, чего она хочет, и что, чёрт возьми, происходит. Часть его не хотела идти с ней. Что, если у неё плохие намерения? Она определённо была эксцентричной личностью, и к её прихотям не стоило относиться легкомысленно. Но отказ от её приглашения ничего бы ему не дал. На самом деле, обидеть её было бы явно неразумным выбором.

Хотя она и придерживалась своей профессиональной деятельности, это не меняло того факта, что она была Лордом.

Они вышли из здания и сели в парящий лимузин, который, как и ожидалось, был больше внутри, но не намного. Достаточно просторный, чтобы было комфортно, но не настолько, чтобы создать слишком большое расстояние между сидящими там людьми. Для него, сидящего напротив фигурально огромной знаменитости и рядом с её тремя буквально огромными телохранителями, немного дополнительного пространства было бы кстати.

Хотя ему и хотелось узнать, что происходит, он решил быть терпеливым. Его сердце выпрыгивало из груди, и как бы он ни старался сохранять спокойствие, его бросало в пот. К счастью, он не носил эту одежду, сидя взаперти, так что она была относительно чистой.

Он мог видеть через тонированное окно, и казалось, что они направляются к... Конечно. 25-й район. Она определённо не повезла бы его в трущобы.

Они пролетели над Ублюдочным Барьером, словно его и не было, а затем продолжили путь к—

О, чёрт, нет! - мысленно закричал он.

Даже до Ублюдочного Барьера в 25-м районе было много мест, закрытых для посторонних. Таких как любые из парящих островов или зданий. Куда, похоже, они и направлялись.

Учитывая тот факт, что они летели в чёртов воздух и направлялись в очень фешенебельный центр, он был готов вот-вот вырвать. К счастью, его желудок был пуст как никогда, и полёт был не особенно долгим. Вскоре летающий экипаж остановился, и дверь открылась.

Мадам жестом указала своим охранникам, которые вышли первыми.

Когда они вышли, она встала, и он повторил за ней, не зная, что делать.

Она встала прямо перед ним, мягко улыбаясь. "Не волнуйтесь, мой дорогой," - успокаивающе сказала она. "Я объясню вам всё, что вам нужно знать."

"О... хорошо."

"Во-первых, расслабьтесь. Мы направляемся в неформальное заведение. Оно не сильно отличается от обычных кафе или баров, которые вы посещаете."

Ах да. Из всех моих регулярных посещений кафе и баров. Да, саркастически подумал он про себя. Но её слова немного ослабили его тревогу. Возможно, дело было просто в её успокаивающем голосе.

"Но," - добавила она, "есть одна вещь, которую вам нужно знать."

Фредди насторожился, но прежде чем он успел спросить, что это, она крепко схватила его правую руку и подняла в воздух. "Вам нужно знать, как правильно сопровождать даму."

Он был ошеломлён силой её хватки, но её умелая направляющая рука не давала ему возможности не следовать её указаниям.

"Осанка прямая," - сказала она, положив палец ему на спину, и разряд прошёл по ней, заставив его мышцы напрячься так, что это имитировало идеальную осанку.

Это было правильно. Трудно было потерпеть неудачу, когда ему не нужно было ничего делать.

"Левая рука слегка сжата в кулак, большой палец поверх среднего и безымянного," - продолжила она, "и левая рука заведена за спину. Затем вы поднимаете правую руку в воздух и открываете ладонь. Голову держите высоко." За её указаниями следовали лёгкие прикосновения кончика её указательного пальца и импульсы эссенции, которые мягко приводили его тело в нужное положение.

Когда он встал так, как она хотела, она положила свою руку на его правую ладонь, на этот раз нежно. Её прикосновение было смущающе возбуждающим, и он надеялся, что у него не встанет. К счастью, стресс от ситуации, казалось, сделал это невозможным.

Она направляла его, как ходить, что означало, что пока он держал её за руку, она будет ходить за него, используя свою эссенцию для движения его мышц. Он не мог лгать себе. Это было жутковато. И, честно говоря, начинало серьёзно болеть.

"Вы в порядке?" - спросила она, вырвав его из размышлений.

"А?" - глупо спросил он. "Нет, я-я," - заикнулся он. "Я в порядке."

Её задумчивый взгляд окинул его фигуру. "Эта техника довольно интенсивна. Если хотите, я могу ослабить влияние и позволить вам работать самостоятельно. Ах, но," - сказала она с лёгкой улыбкой. "Не вините меня, если опозоритесь."

Посмотрев на неё долгую секунду, он немного рассмеялся. "Ха-ха, извините. Да, я... Я признаю, что это немного интенсивно, но я не против."

Изящная бровь приподнялась в ответ. "Вот это дух, молодой человек," - одобрительно сказала она. "Ну что ж, мы можем продолжить?"

"Да, э-э, ведите!" - принял он как можно более энтузиастично.

Она бесстрастно посмотрела на него и усмехнулась. "Дорогой, вы должны сопровождать меня."

"О, да, простите. Э-э... Пойдёмте." И с этими словами они вышли из экипажа.

Любоваться парящими структурами издалека - это одно, но видеть их вблизи - совсем другое.

Небесный остров был окружён миниатюрным лесом, посаженным кольцом вокруг него, где росли исключительно разбросанные золотые деревья с тонкими, королевско-красными лианами, свисающими с каждой ветви. Их путь был выложен радужными плитками, сформированными из причудливых кристаллов и блестящих металлов.

Они шли к тому, что можно было описать только как три здания, закручивающихся вокруг центра, с удивительно тонкими мостами, соединяющими их, некоторые из которых расширялись в большие платформы. В центре, прямо между ними, находилась массивная открытая площадка, облицованная деревом, заполненная занятыми столиками, а над ней парило несколько плавающих платформ, также несущих на себе людей.

Три телохранителя стояли впереди, и с каждым шагом гости, которые издалека выглядели как россыпь разноцветных муравьёв, становились всё более различимыми.

Хотя многие были одеты в то, что даже он признавал относительно обычной одеждой, яркое, красочное и вызывающе показное было здесь в порядке вещей.

В центре находился круглый бар, который, казалось, был местом, где готовили напитки.

Прямо как любое другое кафе, не так ли!? - саркастически размышлял он про себя.

Хотя он должен был чувствовать стресс до предела, на самом деле он думал, что чувствует себя прекрасно. Только тогда он заметил, что его сердце больше не билось так быстро, вероятно, из-за каких-то сил, которые она использовала на нём.

Через короткое время они ступили на деревянную платформу и двинулись вперёд. Остальные довольно открыто глазели на них, в основном сосредоточившись на... нём? Может, ему это только казалось?

Шепотки прояснили, что действительно, он был объектом интереса. По-видимому, мадам была здесь постоянной посетительницей. Обычно тот, кого она сюда притаскивала, и был тем, на кого все смотрели.

Женщина, сидевшая за столом, мимо которого они проходили, прошептала своей подруге: "Эй, кто это? Довольно дикий наряд. Он носит беднокор?"

Беднокор!? Сука!?

Если бы не помощь мадам, его низкий социальный статус был бы гораздо более очевиден. И наоборот, поскольку по одному его поведению невозможно было ничего сказать, люди предполагали, что он намеренно оделся так, чтобы выглядеть бедным, в каком-то, по крайней мере, по его мнению, совершенно безвкусном модном заявлении.

Он заметил что-то необычное сбоку от них. Там был участок, где были пришвартованы плавающие платформы. Многих из них не хватало на своих местах, но некоторые из оставшихся были... уродливыми. Просто отвратительными на вид.

Одним особенно неприятным нарушителем была неоново-синяя и розовая платформа, покрытая золотом. Смотреть на неё было больно глазам. Мнение, которое он, к счастью, оставил при себе, так как мадам повела его к этой платформе и поднялась на неё.

Охранники остались в режиме ожидания, пока они вдвоём сели, между ними находился стол среднего размера. Она провела своей картой через сканер, и безвкусное блюдце взлетело, оставив их парящими в воздухе в одиночестве. Оно поднялось значительно выше, чем любые окружающие платформы, и это определённо было не случайно. Какое-то мерцание на мгновение вспыхнуло вокруг них, заставив его подпрыгнуть от неожиданности, когда каждый его волосок встал дыбом.

"Не волнуйтесь," - хихикнула она. "Это всего лишь барьер приватности."

Это было... Ну, если быть честным, он не был уверен, что ему действительно нравилась эта приватность. Тот факт, что они находились так высоко в воздухе, тоже не особенно радовал. Вдобавок к этому, его мышцы болели, как никогда.

Мадам сняла шляпу и расслабилась, хотя её "расслабленность" всё ещё была бесконечно более достойной, чем то, что делал он.

Наклонившись, она вытащила ручку и небольшой планшет из скрытой секции сбоку стола. "Скажите мне, дорогой, что вы хотите поесть и выпить?"

Он чуть не сказал что-то вроде апельсинового сока и пиццы, что было его представлением о изысканной еде. К счастью, он вовремя остановился, прибегнув вместо этого к старому надёжному — "Я буду то, что мадам порекомендует."

Она рассмеялась гораздо громче, чем он ожидал. "О, вы об этом пожалеете," - поддразнила она, заставив его поморщиться.

Собиралась ли она заказать что-то отвратительное? Но шутка была на ней, потому что он буквально умирал с голоду. Даже если бы она положила перед ним наполовину съеденную падаль, он, вероятно, хотя бы попробовал бы кусочек.

Закончив записывать их заказ на планшете, мадам повернулась и молча уставилась на него.

Сглотнув, он наконец почувствовал, что уместно задать вопрос, который его мучил: "Мадам... Почему, э-э, я имею в виду, что—"

"Вам знаком код C-000421?" - спросила она, прерывая его.

"Э-э, код?" - недоуменно спросил он. "Я, э-э, определённо нет."

"Это код для царства прохода, с которым вы столкнулись."

Эти слова были как пощёчина, и как только она их произнесла, у него уже появилось представление о том, почему он здесь. Вместо того чтобы спрашивать что-либо, он просто ждал, пока она продолжит.

"Это не только самое опасное царство, которое мы когда-либо обнаруживали, но оно также в сто раз больше Новой Земли. Мы нашли много входов в него, но большинство уже находилось внутри царства прохода, обычно появляясь только после пятого шага," - сказала она, наклоняясь ближе. "Это первый прямой вход в него, появившийся в нашем мире. И вы, мистер Штерн, были первым, кто его нашёл," - объявила она, предлагая пожать ему руку. "Добро пожаловать в историю."

Это было слишком много информации для восприятия. Он рассеянно пожал ей руку, не в силах найти подходящий способ отреагировать на такие новости. Для начала, что это вообще означало для него? Хотя ему хотелось задать ей миллион вопросов, когда наконец стала ясна природа их встречи, он знал, что у него не будет такой возможности.

Это было интервью. И вопросы задавал не он.

Словно по сигналу, она убрала руку и устроилась поудобнее, поправляя платье, когда устраивалась в кресле. "Итак, Фредди, почему бы вам не рассказать мне что-нибудь о себе?"

"Вау, это сюрреалистично," - сказал он, не в силах сдержать улыбку. Он сделал вдох и спросил её в свою очередь. "С чего мне начать?"

"Просто расскажите мне историю своей жизни," - попросила она, показывая девичье волнение от начала беседы.

Он заметил, что у неё не было ни блокнота, ни записывающего устройства. "Вам... Вам нужно что-нибудь записать?"

Закатив глаза, она отмахнулась. "Милый, за кого вы меня принимаете?"

"О, да, я извиняюсь..." Он немного подумал и затем начал. "Меня зовут, как вы знаете, Фредди Штерн. Мне, э-э... Мне двадцать один год. Меня бросили при рождении, и первые девять лет своей жизни я вырос в детском доме в 26-м районе. Затем меня усыновила... ну, пара. Они не были лучшими людьми в мире, но знали, как веселиться.

"Для меня они никогда не были по-настоящему родителями, скорее как гораздо более старшие друзья. У них была проблема с наркотиками... среди прочего. Однажды, когда мне было двенадцать лет, я проснулся, а их просто не было. Домовладелец выгнал меня через две недели, так как я не мог платить аренду, а я не хотел возвращаться в детский дом, поэтому жил на улице несколько дней, пока не нашёл работу. В конце концов меня наняли на склад, и я работал там, пока мне не исполнилось семнадцать, когда меня перевели на кассу. Я работал там до недавнего времени, а затем, когда я стал архом, меня уволили."

До этого момента в основном кивая, она сменила тактику. "Скажите мне, Фредди, одним словом, как бы вы описали свою социальную жизнь?"

После минутного размышления он остановился на довольно удачном варианте. "Пустынная."

"О?" - промурлыкала она с улыбкой. "Одинокий волк, как я вижу? А как насчёт вашей трудовой жизни?"

"Снова одним словом?" - уточнил он.

"Нет, просто расскажите мне о ней."

"Хорошо, э-э." Он сделал паузу, задумавшись на мгновение. "Я работал по двенадцать часов в день."

"И вы делали...?"

"Да, я... был в основном кассиром, и самым интересным, что когда-либо со мной случалось, были встречи с надоедливыми покупателями."

"Хорошо, хорошо... А как насчёт вашего свободного времени?"

"Либо домашние дела, либо учёба."

"Учёба?" - вопросительно произнесла она. "Какие-то конкретные области?"

"Просто общие вещи. Я не особо ходил в школу, так что мне пришлось всё делать самому."

"Угу." Затем, с озорной ухмылкой, она задала большой вопрос: "А как насчёт вашей сексуальной жизни?"

"Ещё не родилась," - шутливо признался он.

Это заставило её нахмуриться. "Вы шутите?"

"Что?" - спросил он, тоже нахмурившись.

"Ничего, я просто... Ну, знаете, я просто думала, что... Знаете что, неважно."

По какой-то причине эти слова смутно оскорбили его. Что, она думала, что бедные люди совокупляются как животные?

Она задала ещё несколько вопросов, и как бы глубоко она ни копала, всё, во что она продолжала упираться, было камнем. Его жизнь до сих пор, кроме бурного детства, была удивительно неинтересной.

В какой-то момент над их столом завис небольшой плавающий диск, несущий их еду. Он уже был слишком ошеломлён, чтобы быть поражённым этим, но то, что нёс объект, определённо привлекло его внимание.

Так вот что она имела в виду... подумал он, качая головой.

Это были морепродукты. Точнее, это были устрицы, найденные только в определённом царстве прохода. Их нужно было есть, протыкая острой иглой маленькое, трудно находимое отверстие, что убивало их и заставляло раковину открываться.

Он недавно видел это в кулинарном шоу, поэтому был избавлен от смущения незнания, как их употреблять.

Там также был стакан с тёмно-коричневой жидкостью, вероятно, виски, но учитывая природу этого места, это могло быть что угодно.

Мадам смотрела на него с лёгким блеском веселья в глазах. Затем, с дразнящей улыбкой, она взяла кусок пиццы перед собой и самодовольно откусила. Как по-детски. Но по крайней мере, это соответствовало образу, который она создала для мира.

Однако это было наивно. Она недооценила силу проведения жизни перед вещательным кристаллом.

И не только он знал, как их есть, у него также был большой опыт поедания гораздо худшего, чем это. Поэтому, с небольшим колебанием, он воткнул блестящую иглу в одну из раковин—

—и чуть не уронил её.

Слабый импульс... чего-то, почти похожего на волну тёплой жидкости, пробежал по его телу. Это ощущалось восхитительно успокаивающе, и он вздрогнул от неожиданного стимула.

Устрица дёрнулась, и раковина открылась. Отложив странное ощущение в сторону, он проглотил её. Хотя текстура была довольно неприятной, на вкус она была довольно хороша. Пикантная сливочность наполнила его рот, и он удивлённо поднял брови.

Разочарование было легко читаемо на её лице. Стараясь не улыбаться с удовлетворением, он проигнорировал это, запив свою еду глотком напитка.

Он едва удержался от того, чтобы не выплюнуть всё на стол. Это было не просто крепко; это было интенсивно. Сильное жгучее ощущение распространилось по его рту и горлу, и слёзы подступили к глазам. Это сопровождалось настоящим потоком эссенции, резко усиливающим восстановление его крошечных запасов.

"Как вам гаревудский спирт?" - спросила она, с весельем на лице.

"Он... хорош," - выдавил он. И он имел это в виду, по крайней мере частично. К нему нужно было привыкнуть, но даже в таком виде он мог понять, почему такое изысканное место подавало этот напиток. Он был гораздо менее горьким, чем вино, которое он пил на днях у Шэрон.

Они продолжили трапезу, и он мог поклясться, что чувствовал тот же импульс с каждым уколом. Вскоре мысль пронеслась в его голове.

Не говорите мне... Это мой талант активируется? - задумался он.

Против... устриц? Это подтверждало, что он применялся не только к "врагам", или, по крайней мере, что значение "врага" не было таким специфичным, как могло бы быть.

"Всё в порядке?" - спросила она, заметив, что он немного рассеян.

"О!" Он вздрогнул. "Э-э, да, я... Я извиняюсь."

Они закончили есть, и интервью продолжилось. Она попросила его пересказать всю историю о том, как он столкнулся с проходом, начиная с того момента, который он считал интересным.

Он начал историю с того, как закончил свою смену.

Мадам слушала всё это, сохраняя профессиональную выдержку и задавая ему вопросы по мере необходимости — пока он не рассказал, что убил монстра банкой фасоли.

"Пфф!" Она фыркнула. "Вы что сделали!? Вы лжёте мне?"

"Я э-э—" попытался он, но—

"Знаете что, мне даже всё равно, если вы это выдумали," - заявила она. "Без обид, дорогой, но нам всё равно придётся кое-что придумать."

Он продолжил рассказ, и ничто больше не привлекло её внимания, даже тот факт, что он проявил первозданный след. Она спросила его, что он делал, и он поспешил объяснить, что обменял его на другой.

"Хмм... Чтобы упростить, мы просто скажем, что вы проявили этот второй. И я думаю, что на данный момент это всё. А теперь!" - сказала она, вытаскивая бумагу из-за спины и кладя её перед ним. "Я бы хотела, чтобы вы подписали этот контракт."

----------

Это всё реально

Итак... если подвести итог: мне не разрешено говорить кому-либо о том, что я видел в день происшествия - даже специалистам по психическому здоровью - без разрешения Мадам; я должен употреблять стероиды в течение следующих шести месяцев, чтобы хорошо выглядеть для интервью, и, наконец, мне не платят.

Готов ли он пожертвовать своим телом и разумом ради прогресса? Он колебался, да, но не был против. Именно это он и делал уже долгое время. Вопрос был лишь в том, стоит ли это того, что он получит взамен. Но проблема заключалась в том, что, похоже, он не получит многого.

Чтобы подписать контракт, ему пришлось бы отказаться от всех форм гонораров, и в нем не было пункта об оплате. Он перечитал контракт несколько раз, и хотя он не был юристом, контракт был прост для понимания даже для него, так что риск попасться на мелкий шрифт позже был невелик. Но никаких денег?

"Мадам..." - осторожно произнес он.

"Что такое, дорогой?" - спросила она, помешивая соломинкой в бокале с коктейлем. "Нужно что-то уточнить?"

"Нет, это... Ну... Простите, но я..." - Спрашивать было так нервно, что его тошнило, но если что-то и могло заставить его преодолеть тревогу, так это деньги. "Неужели я действительно не получу никакой компенсации?"

На мгновение она выглядела совершенно озадаченной, но быстро взяла себя в руки. "Прошу прощения?"

"Я прочитал контракт и не вижу ничего о том, что получу какие-либо деньги за участие. Может, я... неправильно истолковал какую-то часть?"

Мадам выглядела так, будто маленькая мушка пыталась попасть ей в глаза, когда она моргала, прогоняя недоумение. "Фредди, дорогой, о чем ты говоришь? Ты понимаешь, что значит быть гостем на моем шоу?"

"Ну да, но..."

"О, прошу, ты ничего не понимаешь. Сначала позволь мне кое-что прояснить," - сказала она, устремив на него стальной взгляд. "Получить место в моем шоу нельзя купить, и уж точно тебе не будут платить за это. Речь идет не о деньгах. Речь идет о бренде. Если тебя волнует компенсация, что ж, я предоставлю тебе временное жилье, пока..."

"Продано!" - воскликнул он и приготовился подписать контракт, пока она не передумала. Этого будет достаточно, чтобы оставаться финансово стабильным как минимум еще полгода, и согласно контракту, ему предоставят абонемент в спортзал и личного тренера, не говоря уже о бесплатных стероидах. Если она к тому же покроет стоимость аренды, это даст ему идеальную возможность...

"Я еще не закончила, дорогой."

"Что?! Правда?!" - спросил он, и в его глазах засияли звезды.

"Пфф!" - Она фыркнула. "Хотя твоя наивность очаровательна, тебе было бы полезно внимательно слушать, прежде чем с головой бросаться в это соглашение."

Он поморщился от этого, немного сжавшись, и кивнул, ожидая, пока она продолжит.

"Я упрощу для тебя, дорогой - расходы на проживание и все, что от тебя ожидается, будут полностью покрыты."

"Боже мой, это как..."

Это было много всего. Может, он даже сможет немного надавить. Рассердится ли она, если он будет есть три раза в день? Он, по крайней мере, надеялся, что во временном жилье будет туалет, которым ему не придется ни с кем делиться.

Однако Мадам еще не закончила. "А теперь позволь мне перейти к самому интересному," - дразнила она, делая долгий глоток своего напитка, заставляя его ждать. "Многие люди узнают, кто ты, после появления в моем шоу. В зависимости от того, как ты справишься с этим вниманием, оно может стоить больше любой суммы денег, которую я была бы готова дать.

"Лично я не верю в судьбу," - заявила она. "Но это только я. Скажи мне, дорогой, как ты думаешь, что люди предположат, услышав твою историю?"

Он задумался и уставился на стол. Хотя вопрос казался наводящим, он решил дать ей честный ответ, а не пытаться угадать, к чему она клонит. "Я думаю, люди предположат, что мне повезло."

"Ты почти прав," - сказала она, улыбаясь ему. "Только одна маленькая деталь - они не предположат, что тебе повезло...

"Они предположат, что тебе везет."

***

"За тобой приедут завтра утром," - объявила Мадам, высаживая его перед его зданием. "Не беспокойся о том, чтобы проснуться рано. Мои ребята умеют перемещать людей, не разбудив их. До скорого, мой дорогой мальчик. Муа!" - сказала она, посылая воздушный поцелуй и махая рукой, пока двери экипажа закрывались и он взлетал в воздух.

Фредди стоял там ошеломленный долгое мгновение, переваривая все произошедшее. Его ноги сами понесли его в здание и вверх в его квартиру, пока его разум блуждал.

Он лег на кровать, мысли бесконечно крутились в голове. Это будет его последний день в этом месте. Жуткая бригада переезда, очевидно, заберет его, даже если он не проснется, чтобы дать согласие.

Внезапно все это показалось таким чужим. С одной стороны, эта квартира была его безопасным местом, убежищем от всех суровых реалий внешнего мира. А с другой стороны, именно здесь он был в ловушке все это время, рабски трудясь в слабой надежде, что, возможно, он поднимется в сороковые или пятидесятые годы, если повезет.

Он слегка шлепнул себя, вставая, чтобы закончить последние дела перед отъездом.

В дверь постучали, и он встал, расплатившись с разносчицей, когда забирал еду.

Очевидно, его арендная плата почти удвоится в следующем месяце. Факт, о котором он был совершенно не в курсе до того момента, когда встретился с домовладельцем, чтобы сообщить ему, что уезжает.

Этот чертов засранец, вероятно, ждал до последней недели, чтобы уведомить жильцов, так как знал, что большинство не сможет найти другое место для переезда до того, как придется заплатить повышенную плату. Было ли это вообще законно? Возможно, но у здешних жильцов все равно не было денег, чтобы предпринять юридические действия против него.

Жареные куриные наггетсы в пивном кляре, которые он ел, были гораздо дешевле устриц, но они были более сытными и, по его мнению, гораздо вкуснее.

Небольшая часть его хотела попрощаться с Шэрон и Джеймсом, но ему было слишком стыдно это сделать. К тому же, что он должен был сказать? После того, что произошло между ними, это могло показаться хвастовством или попыткой задеть их чувства.

Он закончил есть, принял ванну и вернулся в свою комнату, размышляя, чем заняться в оставшееся время дня.

"О черт!"

А как же Кровопролитие?

"О, блядь!"

Стоп... Нет... Успокойся.

Рассуждая рационально, ему не нужно было брать реликт с собой. Он был уверен, что он ценный и что иметь послушный реликт - не обычное дело, но... эта штука была просто чертовски жуткой.

Не говоря уже о том, что он смертельно боялся попасть в неприятности из-за "владения" чем-то подобным. Его беспокоило, что, возможно, нужно было сообщить о его существовании кому-нибудь, и что если он этого не сделает, то может влипнуть в серьезные неприятности, вроде незаконного владения огнестрельным оружием в старом мире.

Было время, когда принятие сомнительных решений ради неопределенных выгод было правильным выбором. Это время прошло.

Но он не собирался делать что-то настолько глупое, как рассказывать кому-то об этом. Это был персонифицированный эфирный конструкт, а значит, он никогда не сдвинется с того места, где ему было велено оставаться. Он не мог. Эфирные конструкты не могли изменить свое мнение, поскольку у них не было "разума", который можно было бы изменить. У них не было свободной воли или самостоятельности. Черт, они даже не были по-настоящему живыми.

Поразмыслив об этом дальше, он быстро понял, что место, где он находился, было не таким уж плохим, чтобы его спрятать. Было маловероятно, что кто-нибудь обнаружит его в хранилище, и он не причинит никаких неприятностей. Он всегда мог использовать предлог "посещения Шэрон и Джеймса", чтобы попасть в здание и забрать его, если понадобится.

На этом он, наконец, закончил со всем, что должен был сделать.

Остаток дня он провел, играя в Нижнем Мире, совершенно не в состоянии заснуть. Между его дерьмовым режимом сна и тревогой, не дающей ему уснуть, рассвет наступил раньше, чем сон.

На следующий день прибыл гораздо менее роскошный экипаж, в котором находились бригада по переезду и помощник мадам Морлеппе.

Бригада состояла из четырех человек, одетых в грязно-белую униформу - на самом деле, на троих больше, чем нужно, поскольку один из мужчин просто запрыгнул внутрь и вынес сундук, неся его со сверхъестественной силой.

Помощник был красивым рыжеволосым мужчиной средних лет, или, по крайней мере, так казалось. Невозможно было определить настоящий возраст арха только по внешнему виду. Все они сели в экипаж, и началось еще одно квази-интервью.

Мэтт, помощник, продолжал задавать случайные вопросы о его повседневных привычках, и чем больше он спрашивал, тем более озадаченным становился. Объект его вопросов был не менее озадачен некоторыми из них.

Как часто у меня бывают сексуальные отношения!? - мысленно повторил он. Разве Мадам не сказала ему?

К тому же, разве регулярный секс не был просто мифом, распространяемым киноиндустрией? Не может быть, чтобы люди просто случайно занимались этим все время... Да, такие вещи просто не происходят, ни за что. Ну, может быть, были некоторые люди, которые это делали. Он просто совершенно не сублимировал тот факт, что в его жизни не было никаких действий.

Вскоре экипаж остановился, и люди внутри вышли.

Они припарковались перед небольшим комплексом зданий, окруженным аккуратным участком леса. Сами здания, которых было двенадцать, были относительно обычными, но чистыми. Стены в основном были оттенками серого или бежевого, и не было никаких парящих частей.

Одно здание, расположенное в центре, было значительно выше остальных, достигая примерно двадцати пяти этажей, в то время как остальные были от десяти до пятнадцати. Теперь, когда он присмотрелся поближе, это выглядело довольно похоже на место, мимо которого он проходил, когда шел в банк.

Нет, подождите, это и есть то самое место, - внезапно осознал он. Хм.

Он слышал об этом от коллеги однажды. Это был частный район, расположенный в 24-м округе.

24-й округ не был на уровне двадцать пятого, ни в коем случае, но и не был бедным - его можно было твердо отнести к среднему классу, с некоторыми исключениями среднего-высшего класса, такими как этот район.

Помощник отвел его к одному из невысоких зданий. По пути внутрь они прошли мимо нескольких веселых подростков, и его охватил приступ тревоги, когда он услышал их хихиканье и болтовню. Громкая социализация всегда почему-то вызывала у него стресс.

Коридоры были безупречно чистыми, выложенные аккуратно уложенной узорчатой плиткой и с несколькими ухоженными растениями.

Вместо того чтобы подняться по лестнице, помощник отвел его к... лифту!? Лифту! Вау! Он не был уверен, что когда-нибудь будет жить в здании с лифтом. Легкое возбуждение закралось в его сознание, и он помассировал затылок, чтобы снять напряжение.

Это вызывало у него чрезмерное волнение, и он насильно сдерживал свои ожидания, так как знал, что будет разочарован, если позволит себе слишком обнадеживаться. Лифт поднимался недолго, и они вышли на третьем этаже здания. Они повернули направо в коридоре, прошли мимо трех квартир, затем снова повернули направо и остановились у второй двери слева.

Фредди почувствовал, что между дверями было... необычно много пространства. Может быть, там были еще квартиры, но их входы были с другой стороны или что-то в этом роде?

Помощник достал ключ и открыл замок.

Когда дверь открылась, он сглотнул. "А, вам нужно что-то забрать, сэр?" - спросил он. Это имело смысл. Это была квартира помощника, и он, вероятно, пришел сюда, чтобы что-то взять.

"Простите?" - сказал Мэтт, повернувшись и протянув ему ключи. "Нет, у нас уже есть все, что нам нужно. А теперь пойдемте, я проведу вам краткую экскурсию по вашему жилищу."

Его сердце забилось, как бешеная собака, пытающаяся вырваться из клетки. Оно не успокоилось, когда они вошли внутрь.

Короткий Г-образный коридор вел в огромную спальню, гостиную такую большую, что он почувствовал нечто противоположное клаустрофобии, и даже целую просторную кухню. В каждой комнате вдоль стен были большие окна, и, судя по тому, что он видел снаружи, когда они прибыли, они пропускали свет только в одну сторону.

Однако там не было ни одного туалета.

Потому что их было три! Три туалета! В одной квартире!?

Один был в гостиной, за небольшим укромным уголком; второй - в коридоре; а третий - в его комнате.

На короткое мгновение он заподозрил, что где-то спрятаны скрытые камеры и что Мадам издевается над ним. Однако это быстро развеялось, поскольку он чертовски хорошо знал, что она не из таких. Или, по крайней мере, он отчаянно на это надеялся.

Холодильник был до отказа набит готовыми блюдами, которые лучше подавать холодными.

"Поскольку вы сказали, что не умеете готовить, мы наполнили ваш холодильник готовой едой. Однако, если хотите, вы всегда можете заказать еду через планшет здесь," - сказал он, указывая на полностью функциональный, огромный планшет, расположенный прямо рядом с холодильником. "В ящике рядом с холодильником есть меню, но учтите, что доставка еды может занять до двадцати минут. Кроме того, не беспокойтесь о том, что еда испортится. Там есть консервирующие надписи, и если вы когда-нибудь проявите интерес к готовке, просто дайте нам знать, и мы обеспечим вас свежими ингредиентами."

Он едва понял что-либо из того, что только что услышал. Его мозг все еще застрял на первом предложении. Этот человек действительно спросил его, умеет ли он готовить. Типа, десять минут назад. И за это короткое время они, кто бы они ни были, успели наполнить холодильник подходящей едой.

После этого экскурсия не стала менее безумной. Оказалось, что этот подозрительный черный прямоугольник в гостиной на самом деле был чертовым БС. Его собственный личный БС, на котором он мог смотреть все, что ему заблагорассудится. Также была система объемного звучания, которая распространялась по всей квартире.

"Вам не нужно беспокоиться о шуме, мистер Стерн," - сказал помощник. "Квартира полностью звукоизолирована." Он подмигнул ему. "Имейте это в виду."

Он был слишком ошеломлен, чтобы понять, что человек имел в виду.

Во всех туалетах были и душ, и ванна. В спальне была огромная кровать, а также гигантский гардероб с одеждой, подходящей для его телосложения. Более того, они были в нескольких размерах, вероятно, чтобы учесть возможный рост мышц, и даже был раздел женской одежды разных размеров, назначение которой было ему неизвестно.

Именно тогда его осенило. "А," - вскрикнул он, с малейшим намеком на разочарование в голосе. "Когда я познакомлюсь со своими соседями по комнате?" - спросил он помощника.

"Ваши соседи по комнате, сэр?" - спросил мужчина. "У вас их нет. Если только вы не выразите желание, чтобы кто-то переехал к вам."

Так что... он был здесь один? Теперь, когда он подумал об этом, здесь была только одна комната. Для чего тогда была женская одежда?

Бригада по переезду внесла сундук, и они спросили его, куда он хочет, чтобы вещи были размещены.

Большая часть была помещена в небольшую кладовку в его спальне, за исключением нескольких книг на полке в гостиной.

На этом экскурсия закончилась.

"Чувствуйте себя свободно обустраиваться в течение следующих нескольких дней," - сказал помощник. "Мы увидимся снова в среду в полдень, через три дня. До тех пор я настоятельно рекомендую вам познакомиться с районом."

Мужчина протянул ему маленькую карточку. "Вы можете использовать это для оплаты любых товаров или услуг здесь, но имейте в виду, что она ограничена бюджетом в тысячу долларов в день. Естественно, все, что вы не потратите, будет накапливаться. Теперь, если у вас нет дальнейших вопросов, я пойду."

Он лишь рассеянно кивнул, его мозг безнадежно не успевал за всем, что произошло. Помощник ушел, оставив его одного. Он повернулся, опасливо оглядывая коридор. Это просто не казалось реальным. Из одной комнаты в другую он метался почти час, слишком напуганный, чтобы прикоснуться к чему-либо из страха, что оно исчезнет перед его глазами.

В конце концов, он решил сесть на кровать. Аккуратно расправленные, высококачественные простыни и одеяло казались слишком священными, чтобы их тревожить, поэтому он просто сидел там в углу, сердце выскакивало из груди.

Когда он успокоился, он наконец решился на падение и лег в самом углу гигантской кровати.

Было около 3 часов дня, согласно огромным часам на стене. Никто не осудит его за то, что он вздремнет, верно?

В конце концов, накопившаяся усталость взяла свое, и он заснул.

Когда он проснулся, он чувствовал себя невероятно. Это был один из лучших снов, которые у него когда-либо были. И один из самых долгих, так как было 7 утра следующего дня. И теперь, когда он проснулся, он наконец был уверен.

Все это реально.

Поэтому он встал и принял душ. Вода там не просто притворялась горячей, и он включил ее так сильно, что она почти обожгла его. Он вошел в гардероб. Там пальцы пробежались по шелковистому, гладкому материалу ослепительно белой рубашки, когда он рассматривал ее. Вместо этого он выбрал синюю толстовку и рваные джинсы, такие мягкие, что трудно было поверить, что они сделаны из денима.

После того, как он переоделся, он съел холодный куриный салат из холодильника. Он был чертовски вкусным.

Он пошел в гостиную и включил БС, но не смог долго усидеть на месте. Он пописал в туалете, выбрав ближайший. Он пошел в свою спальню, затем в гардероб, затем в ванную, затем в гостиную, кухню, спальню, кухню, спальню, гардероб -

Что тот человек сказал?

"Квартира полностью звукоизолирована, верно?" - сказал он вслух, начиная бежать. Затем он начал хохотать. Затем он начал кричать.

"Святое дерьмо!" - кричал он, его глаза сияли от восторга. "Все это реально! Да, детка! Ууууууу!"

Он переключал каналы на БС, пока не нашел музыкальный канал, и немного прибавил громкость - не слишком сильно, так как не был уверен, что звукоизоляция идеальна. Следующие двадцать минут он прыгал вокруг, как возбужденный ребенок.

И как энергичный малыш, он быстро устал. Поэтому он сел на диван, поп-музыка все еще громко гремела на заднем плане. "Все это реально." И на этот раз за этим последовали слезы. "О... черт, все это реально, чувак."

Но это было не бесплатно. Хотя в контракте это было очень красиво сформулировано, это не меняло того факта, что его поставят на "химическую помощь", чтобы добиться внешнего вида, необходимого для интервью.

Он не был эндокринологом, но чертовски хорошо знал, что стероиды могут его подкосить. Тем не менее, странно, но он почти предпочитал это. Должен был быть какой-то подвох, какое-то чертово доказательство того, что это не просто слишком хорошо, чтобы быть правдой.

К тому же, они, вероятно, будут использовать какую-нибудь модную смесь с минимальными побочными эффектами. Он мог с этим жить. После того, как он выплакал свое чертово сердце и натер бедра так сильно, что ладони покраснели, он наконец расслабился.

Он пошел в туалет, чтобы умыться, а затем посетил гардероб. Он планировал немного прогуляться на улице, и хотя его нынешняя одежда была намного приятнее всего, что он носил, она была для него слишком повседневной.

Одетый в свободную черную футболку с длинными рукавами, простые нерваные синие джинсы и какие-то крутые кроссовки, он направился к двери. Каждый шаг казался тяжелее предыдущего, и он колебался, открывая ее.

Дверная ручка в его глазах могла бы светиться красным от жара, и ему не понадобилось много времени, чтобы понять почему. Он до смерти боялся выходить на улицу один, но заставил себя схватиться за нее.

Хотя он чертовски хорошо знал, что у него не будет привилегии запереться, использование этого как оправдание, чтобы оставаться внутри, пока он мог, не было оправданным. Ему предоставили возможность. Если он не сделает все возможное, то жертвы, на которые он был готов пойти, будут не жертвами решимости, а жертвами незнания последствий.

Дверная ручка повернулась, и дверь открылась.

Наконец пришло время ему выйти на улицу.

Марк нес гигантскую сумку, выйдя из лифта и ступив на третий этаж.

Хотя он мог бы нанять кого-нибудь, чтобы принести ее, дисциплина, вбитая в него в академии, не так легко исчезала.

Он дважды повернул направо и подошел к двери своей квартиры - или, точнее, к старой квартире своей семьи. Этот небольшой район в 24-м округе был тем местом, где когда-то жила его семья, и именно здесь он решил провести, по крайней мере, часть своего годового отпуска.

Возвращение к прошлому, чтобы обрести почву под ногами, было одним из лучших способов примириться со всем, что произошло. Это дало бы ему perspective на то, как далеко он продвинулся.

Двери соседней квартиры справа открылись, и оттуда вышел молодой человек. Насколько он помнил, то место раньше пустовало, так что это был кто-то новый.

Он казался... слабым. Невероятно слабым. После того, как он так долго был окружен монстрами, он забыл, как выглядят обычные люди.

Но это было несправедливо. Хотя он чувствовал невероятно слабое присутствие арха первой звезды, судя по его телосложению и языку тела, этот человек явно был гражданским.

Он не был склонен к чрезмерной критике. К тому же, это был его первый сосед. Было лишь вопросом времени, когда они познакомятся, и последнее, что он хотел сделать, это произвести неправильное первое впечатление.

Поэтому он выпрямил спину, глубоко вздохнул, надел свою самую дружелюбную улыбку и, когда мужчина направился к нему, поприветствовал его. "Привет, сосед! Я Марк Афронте! Я только что переехал сюда, и искренне надеюсь, что мы поладим," - весело сказал он, протягивая руку вперед.

"Ах! Да, э-э, привет," - ответил мужчина, неловко схватив руку Марка, пожав только два пальца слабым рукопожатием. Затем он просто кивнул и поспешно ушел полубегом. Он даже не представился.

Марк почесал затылок. "Парень, это было неловко."

Может быть, он слишком сильно надавил? Ну, он сделал свою часть, полагал он.

Он затащил огромную сумку в свою квартиру и прыгнул на кровать. Это было так ностальгично. Лист бумаги зашуршал в его кармане, и он вытащил его.

Это был контракт на работу, которую он принял. Деньги были нормальные, но не это было причиной, по которой он взялся за нее. Быть безработным - отличный способ скатиться в плохие привычки и потерять дисциплину, поэтому он хотел иметь хоть какое-то занятие.

Честно говоря, он был чрезмерно квалифицирован для этой должности. Он должен был стать личным тренером какого-то парня. К этому прилагалось бесплатное членство в спортзале, а рабочие часы были бы очень гибкими, не говоря уже о том, что не слишком требовательными.

Настоящая причина, по которой он без колебаний принял эту работу, заключалась в том, что ему была предоставлена особая привилегия. В этом районе не было продвинутых тренировочных объектов - за исключением частного под спортзалом, к которому ему будет предоставлен доступ как сотруднику.

Владелец не продавал членства в нем, так как это было частью операций какой-то более крупной организации, поэтому это был единственный способ получить доступ.

Учитывая, что он все равно будет проводить полдня в спортзале, и что ему действительно нужен был специальный тренировочный объект, он не мог и мечтать о лучшей позиции.

"Ну что ж," - сказал он, убирая бумагу, - "думаю, мне стоит распаковать вещи."

Оно... Зудит.

Кровопролитие так долго был заперт в этом ограниченном пространстве, и спустя некоторое время он обрел способность к чему-то невероятному.

Он мог точно чувствовать, где находится Хозяин. Его существование было как сияющий маяк для Кровопролития, и он терпеливо ждал, когда могущественный господин поднимется и отправится на свое завоевание. Но он не двигался. Так долго он оставался на одном месте, вероятно, собирая силы и вынашивая свои планы.

Хорошо. Реки будут течь кровью, а океаны утонут в крови. Все будет -

Внезапно кто-то вошел в здание. Это было существо зловещей природы, создание, которое проливало кровь с каждым шагом. И оно встретилось с Хозяином.

Они ушли, оба вышли наружу и отправились далеко. Но все было в порядке, так как вскоре после этого они вернулись. Но затем Хозяин снова ушел, на этот раз еще дальше. И он не возвращался.

Неужели он бросил его? Нет, заменил его?

Если такова была его воля, такова будет его судьба.

...

Или, может быть, он просто забыл о нем? Это было возможно. Хозяин жил ради более великих вещей, чем простой слуга вроде Кровопролития, и было бы не удивительно, если бы он потерял счет всему, что подготовил.

Тогда, как преданный слуга Хозяина, у него был только один выбор.

Кровопролитие прошел сквозь коробку и подошел к двери. Он положил костлявую руку на нее, и через несколько мгновений начал проходить сквозь нее.

"Подождите меня, Хозяин," - сказал он. "Я иду."

----------

Скромное начало

Хотя Фредди никогда прежде не бывал в столь небольшом сообществе, он решил, что ненавидит их всех с пылающей страстью.

"Эй, я тебя раньше не видел. Ты откуда? Просто в гостях или?.."

"Ты... Нет, постой, кажется, я тебя раньше не встречал!"

"Ты только что переехал?"

Один за другим люди приветствовали его и пытались завести светскую беседу, неизменно осознавая, что он чужак.

Здесь проживало, возможно, всего несколько тысяч человек, и они казались довольно тесно связанными между собой. Нельзя сказать, что Фредди был интровертом в строгом смысле слова. Однако он долгое время активно избегал людей. На дне общества не существовало такого понятия, как хорошая компания. Даже хорошие люди становились обузой, когда попадали в неприятности.

Вследствие избегания человеческого общения его социальные навыки, мягко говоря, оставляли желать лучшего.

Он обошёл окрестности, и его тренировка дала о себе знать — он стал более умело отвечать на приветствия. Вскоре ему уже нечего было открывать для себя.

Здесь было несколько кафе и ресторанов, разные офисы и довольно большой спортзал в одном из небольших зданий. Он был уверен, что внутри этих мест можно увидеть гораздо больше, но зайти туда было...

Дело в том, что каждое общественное пространство создавало какое-то... интимное ощущение. Люди внутри свободно передвигали стулья и столы, и грань между теми, кто просто проводил время вместе, и теми, кто устроил частную вечеринку, настолько стиралась, что войти туда было бы неловко.

В любом случае, у него были дела в другом месте, хотя оно казалось ещё менее привлекательным — он направлялся в спортзал.

Это была трёхэтажная часть здания, выкрашенная в чёрный и золотой цвета, с надписью "Спортзал Каргон" прямо над входом, который выглядел чертовски устрашающе.

Но каким-то образом, движимый неведомым бредом, он сумел пройти через дверь. Громкие стоны и лязг металла мгновенно заставили его сердце забиться чаще. Пространство в спортзале было обширным, и довольно много людей, больше, чем он ожидал, уже тренировались.

Теперь, у него не было ни малейшего представления ни о том, сколько весят эти штанги, ни о том, сколько человек должен быть в состоянии поднять — но твою ж мать.

Какой-то мужчина как раз жал лёжа металлический гриф с десятками толстых блинов с обеих сторон, и когда он закончил последний подъём и поставил штангу на стойки, земля, чёрт возьми, завибрировала.

Он ненадолго задумался о том, чтобы уйти, пока его не остановил высокий мужчина с короткой стрижкой, одетый в серые спортивные штаны и чёрную футболку. "Эй, приятель, кажется, я тебя раньше не видел".

Вздрогнув от неожиданного обращения, он слегка усмехнулся. "Я слышал это, наверное, раз двадцать за это утро".

"Новенький в нашем сообществе, я смотрю?" — спросил мужчина с лёгким смешком. "Так ты здесь, чтобы получить членство или просто на экскурсию?"

"Нет, я, эм... Думаю, у меня есть членство?" — сказал он полувопросительно. "Или, по крайней мере, я надеюсь его получить".

"Как тебя зовут?" — спросил его мужчина.

"Э... Фредди. Фредди Штерн".

"Оооо!" — лицо мужчины просветлело, когда он потянулся, чтобы пожать ему руку. "Ты гость Мадам!"

Это заставило нескольких людей обернуться. Он поморщился.

"Да, ты прав," — подтвердил тренер. "У тебя действительно есть членство. И у тебя..." — мужчина начал, а затем сделал паузу, повернувшись к входу. Он хлопнул в ладоши и указал пальцем на кого-то, кто только что вошёл внутрь. "У тебя также есть личный тренер".

Он обернулся и оказался лицом к лицу со своим первым соседом — человеком, перед которым он так основательно опозорился ранее этим утром.

"Марк," — позвал тренер. "Иди сюда! Этот парень — твой клиент!"

Невероятно накачанный молодой человек подошёл и пожал ему руку, его кожа была грубой, а пальцы обладали силой металлических тисков. "Приятно познакомиться! Полагаю, ты уже знаешь моё имя," — сказал он с лёгкой насмешкой.

На этот раз он крепко схватил его за руку и даже установил зрительный контакт. За последние несколько часов он получил достаточно практики на всю жизнь. "Ты, ты, ты," — сказал он, покачивая пальцем в сторону блондина. "Я не жаворонок, приятель. Ты просто застал меня врасплох. Кстати, я Фредди Штерн. Приятно познакомиться". Затем, с неловким смешком, он добавил: "Также... Э," — он замялся, хихикнув. "Я не помню ни слова из того, что ты сказал сегодня утром".

"Да, ты выглядел так, будто не слушал," — поддразнил жизнерадостный мужчина с озорной улыбкой. "Я Марк Афронте. Приятно познакомиться, Фредди".

"Ну что ж," — прервал их тренер, торопливо пожимая ему руку ещё раз. "Кстати, я Стив. Тоже приятно познакомиться. Эм... Итак," — сказал он, указывая на Марка, — "ты не начинаешь работать до среды, так что... типа..." — он помахал руками, пока наконец не вспомнил, что пытался сказать, — "наш парень пришёл на экскурсию, и ты не обязан это делать или что-то в этом роде, поскольку ещё не начал, но я думаю, было бы неплохо. Тебе решать".

"Абсолютно без проблем," — подтвердил Марк и повернулся к нему лицом. "Но ему нужна одежда".

"Да, да, просто вернись в раздевалку. Там полно всякого, всё чистое".

"Понял," — сказал Марк, стукнувшись кулаком со Стивом, направляясь к раздевалке.

Он мельком взглянул на сотрудника спортзала и последовал за своим новым тренером. В раздевалке была целая стена одежды, включая обувь, всех цветов и размеров.

Он выбрал простую белую футболку, синие шорты и белые кроссовки. Всё это было очень приятно на ощупь и, честно говоря, позволяло воздуху проходить слишком легко. Трудно было поверить, что он вообще одет.

Когда его тренер начал переодеваться, он чуть не вывихнул челюсть от изумления. Этот мужчина был до смешного накачан. Казалось, что у его мышц были свои мышцы, и он был настолько сосудистым, что от одного взгляда на его вены становилось не по себе. Однако оба эти детали быстро отошли на второй план, когда он заметил многочисленные слабые шрамы, покрывающие кожу мужчины.

"Итак," — сказал его тренер, закончив одеваться в полностью чёрный комплект одежды. "Сколько тебе лет, Фредди?"

"Мне?" — спросил он, отрывая взгляд от жутких отметин. "Эм, мне двадцать один. А тебе?"

"Ты шутишь?" — спросил он, поправляя шорты. "Ух ты, мы одного возраста!"

"Серьёзно!?" — в свою очередь спросил он, совершенно ошеломлённый.

"Да, я думал, ты немного старше".

"Я тоже".

Предположение, которое они, вероятно, сделали по совершенно разным причинам.

Его тренер взял два полотенца из стопки и передал ему одно, когда они выходили из раздевалки. Они обменялись несколькими простыми вопросами; чем больше они спрашивали, тем более странной становилась атмосфера между ними.

С его точки зрения, этот человек был абсурдно высокого класса — до такой степени, что это не имело смысла. Мало того, что мужчина был жителем 25-го района, он также был высококвалифицированным боевым архичеловеком с дипломом академии.

Тот замок, который Фредди видел каждый день по дороге на работу? Вот где этот парень, блять, учился!

С другой стороны, с точки зрения этого человека, он, должно быть, казался до смешного низкого класса. Когда атмосфера стала слишком неловкой, чтобы её выносить, они оба молчаливо согласились заткнуться и перестать задавать вопросы. У каждого своя история.

Хотя значительная часть истории Фредди была скрыта за соглашением о неразглашении.

Их экскурсия началась с первого этажа. Там находились все тяжёлые тренажёры для поднятия веса, и Марк прошёлся по нему, указывая и называя случайные предметы.

Он не понимал, что всё это такое, но если бы он останавливался, чтобы спросить о каждой отдельной вещи, они бы провели здесь весь день.

Второй этаж был заполнен предметами, по которым нужно было бить и пинать, начиная от простых боксёрских груш и заканчивая более сложными манекенами с подвижными частями или твёрдыми, но специфическими позами. Также с высокого потолка свисали какие-то верёвки.

Наконец, на третьем этаже была большая зона, которая, похоже, предназначалась либо для растяжки, либо для пилатеса, или чего-то подобного, а также стена, уставленная беговыми дорожками. Часть была отгорожена, и за дверью открывался огромный бассейн.

Дав ему краткий обзор того, где что находится, Марк отвёл его в угол третьего этажа. Несколько женщин растягивались прямо рядом с ними, и они с интересом разглядывали несомненно красивого тренера, пока тот объяснял некоторые вещи.

"Итак, какой у тебя опыт в спорте и физической активности?" — непринуждённо спросил Марк.

"Эм... У меня его, в общем-то, нет," — честно ответил он.

"Не пойми меня неправильно, это касается не только активных занятий спортом, но и любой casual активности, вроде игры в баскетбол с соседскими детьми, домашних тренировок, такого рода вещей".

"Э... Да," — сказал он, ненадолго опустив взгляд в пол. "Э... А перемещение коробок считается?"

"Зависит от обстоятельств," — заявил инструктор, меняя позу и облизывая губы. "Эти коробки были тяжёлыми?"

"Не особо," — сказал он. "Я не мог поднять ничего тяжёлого, так что мне поручали носить коробки с... пластиковыми стаканчиками или пакетами чипсов".

"Ладно," — сказал Марк, почёсывая голову. "Значит, можно предположить, что ты вообще ничего не знаешь, верно?"

"Ага".

"Не беспокойся об этом," — успокаивающе сказал Марк, похлопывая его по плечу. "Все с чего-то начинают. Итак, давай начнём! Каждая хорошая тренировка начинается с правильной разминки".

Следующие тридцать минут Марк снова и снова объяснял, как выполнять базовые упражнения на растяжку и разминку.

Это было несложно, но его координация была настолько плоха, что он не мог справиться даже с этим.

Там, где нужно было просто вращать руками, чтобы разогреть плечи, он путался, а там, где нужно было разогревать бёдра, он отставал и не мог поддерживать темп в одном направлении. Во время прыжков с разведением рук и ног он чуть не споткнулся и не упал буквально на ровном месте.

Это было настолько плохо, что одна из находившихся поблизости девушек спросила свою подругу, не кажется ли ей, что у него какое-то расстройство. Он даже не мог разозлиться на это, поскольку сам начинал задаваться тем же вопросом.

Следующим пунктом была короткая пробежка на беговой дорожке. Или, скорее, то, что должно было быть короткой пробежкой. Ощущение исчезающей под ногами земли, в то время как мир оставался на месте, вызвало у него сильную тошноту, и потребовалось немало усилий, чтобы, держась за поручень и шагая, привыкнуть к этому ощущению.

За привыканием последовал скованный бег, который вызвал у него боль в шее, поскольку он был абсолютно сосредоточен на том, чтобы не споткнуться. Хотя его тренер уверял, что всё будет в порядке, он не хотел быть раздавленным под движущейся беговой дорожкой.

Остальная часть вводной тренировки прошла не намного лучше.

Они полностью пропустили второй этаж и сразу перешли к весам. Тренер сказал что-то о "сплитах". Поскольку он был новичком, ему нужно было "разделить" свои мышцы на более мелкие группы и работать над ними по очереди.

Сегодня они должны были тренировать грудь и трицепсы. Вот тут-то его абсолютное отсутствие знаний и стало по-настоящему страшным препятствием.

Когда его попросили принести штангу, он неловко огляделся, ища что-нибудь похожее на колокол. Узнать, что эти металлические палки называются штангами, было довольно унизительно. Затем он не смог поднять штангу в жиме лёжа, даже без блинов.

По-видимому, он был настолько слаб, что это вызывало искреннее беспокойство. Узнав, на какой диете он жил, Марк выглядел обеспокоенным, но внезапно менее удивлённым его отсутствием мышечной массы и силы. Хотя он пытался это скрыть, мужчина казался явно встревоженным его объяснением того, как он жил.

Что касается весов, ему пришлось начать с маленьких гантелей.

Его тренер объяснил, как тренировать грудь с помощью гантелей, и, убедившись, что он делает это хотя бы немного правильно, причём с трёхкилограммовыми гантелями, заключил, что это достаточно безопасно, чтобы позволить ему немного поработать над этим, пока он сам сходит в туалет.

Ему было поручено сделать три подхода по двенадцать повторений с двухминутными перерывами между ними.

И вот он, который понятия не имел, что есть что, приступил к выполнению двенадцати подходов по три повторения. На третьем подходе он задумался, почему это так легко, и как раз в этот момент вернулся его тренер.

"Извини, это заняло у меня некоторое время. Все туалеты были заняты. Как далеко ты продвинулся?"

"Я только что закончил свой третий подход," — невинно сообщил он.

"О, так ты закончил?"

"Нет, у меня осталось ещё девять...?" — ответил он, его слова внезапно превратились в вопрос в конце.

"Что?"

"Что?" — спросил он в ответ.

Его тренер нахмурился. "У тебя осталось девять чего?"

"Подходов?"

"Подходов? Что? Ты имеешь в виду повторения?"

"А?"

"Что ты...?" — глаза тренера забегали, словно ища знак от благосклонного бога, готового прояснить ситуацию. "Просто покажи мне, что ты делал".

Затем он приступил к выполнению своего подхода из трёх повторений, и Марк так сильно хлопнул себя по лбу, что Фредди чуть не уронил гантели от испуга.

"О, чёрт возьми, чувак!" — его тренер разразился смехом. "Прости, что смеюсь, но это просто... О, боже. Мне придётся скорректировать свой подход к обучению тебя".

Фредди вернулся в свою квартиру, запирая за собой дверь. Физически он чувствовал лёгкую боль в мышцах, но в целом не чувствовал себя слишком уставшим. Ментально, с другой стороны, он был чертовски измотан.

Его тренер был необычайно терпелив и понимающ. Но это не мешало ему чувствовать себя смущённым. Было так много того, о чём он не знал, что и не знал бы о тренировках.

Наконец вернувшись в свою квартиру, он растерялся, не зная, что делать, поэтому просто включил БК и сел на диван. Однако вскоре он выключил его. Дело было не в том, что ему было скучно или что-то в этом роде, просто...

Это как-то напоминало ему о работе. Он не мог сосредоточиться на том, что смотрел, потому что подсознательно ожидал, что кто-нибудь прервёт его. И, ну, действительно ли это то, чем он хотел заниматься?

Несмотря на задержки и уроки, тренировка не была долгой. Откровенно говоря, она не продлилась бы и сорока минут, если бы он не был таким болваном. Помимо обещанных встреч, на которых он будет готовиться к интервью, это было всё, что он был обязан делать.

Означало ли это, что он просто позволит себе потратить впустую оставшееся время?

В течение следующих шести месяцев все его расходы будут покрыты. Вдобавок к этому, у него было тысяча долларов в день, которые он мог потратить на что угодно. Он не слишком много думал об этом, поскольку его хрупкий разум едва мог это осознать, но это означало, что у него будет более 180 000 долларов на расходы.

По-видимому, сумма настолько незначительная для Мадам, что она не считала её оплатой.

Для него же?

Это был его шанс стать настоящим архом.

Быстро перекусив, он выбежал на улицу. Только теперь он осознал, что здесь нет магазинов. После короткого опроса окружающих ему сообщили, что большая часть одного из зданий, а точнее, несколько верхних этажей, представляли собой практически торговый центр.

Это было чем-то, что не нуждалось в рекламе для такого маленького сообщества, поэтому снаружи не было никаких указаний на это.

Он вошёл в здание, нашёл лифт, а точнее, секцию с пятнадцатью лифтами, вошёл в один из них и выбрал одиннадцатый этаж. Здание было четырнадцатиэтажным, но лифт поднимался только на одиннадцать этажей. Кнопка, ведущая на верхний этаж, была окрашена в золотой цвет, указывая на то, что эта часть здания не была обычной.

"Боже мой".

Учитывая, как часто он сталкивался с искривлением пространства, можно было подумать, что им пользуются все и каждый. Торговый центр не был слишком щедрым на это, но они расширили доступное пространство как минимум ещё на 30 процентов.

Белый мраморный пол и стены, казалось, тянулись во всех направлениях, а стеклянный потолок рассеивал свет повсюду. Едва подвешенные мосты соединяли различные секции торгового центра над атриумом, и он был удивлён тому, сколько здесь было разных магазинов. Подавляющее большинство, казалось, были модными брендами, но некоторые магазины торговали боевым снаряжением и другими профессиональными инструментами.

Ему не потребовалось много времени, чтобы найти то, что он искал. Библиотека находилась как раз слева от того места, где он стоял, и он сразу же направился к ней.

Клерк спросил его, что он хочет, и он сообщил мужчине, что ищет руководства по водным искусствам или что-нибудь в этом роде.

Материала было много, и мужчина предложил ему купить стандартное руководство для начинающих. Идеальное место для начала, подумал он — пока кассир не сообщил ему, что оно стоит девятьсот тридцать семь долларов.

Господи боже, из чего сделана эта книга? — задумался он про себя.

Хотя его инстинкты бедняка изо всех сил пытались отговорить его от покупки, он прекрасно понимал, что рано или поздно ему придётся привыкнуть к таким ценам.

Сканирование карты унесло с собой частичку его души, и он вышел, держа в руках самый дорогой предмет, который когда-либо покупал.

Вернувшись в квартиру, он раскрыл книгу и быстро понял, почему она стоила так дорого. Сказал бы он, что цена была полностью оправдана?

Абсолютно да.

Даже если отбросить в сторону анимированные, движущиеся рисунки, визуализирующие то, о чём говорилось в тексте, и мерцающие руны, которые помогали ему почувствовать особый поток эссенции, книга содержала обширные разделы практически по каждому классу водных искусств.

Наступательные, оборонительные, движение, боевые искусства, ближний бой, дальний бой, чёрт возьми, даже как призывать водных элементалей — хотя это было несбыточной мечтой без специального таланта.

Единственное, чего в ней не хватало, это прямого эфирного отпечатка, подобного тем, что были в использованных им свитках. Они непосредственно внедряли в его душу эфирную оболочку, в то время как эта книга лишь учила его, как развить её самостоятельно.

Это всё равно была ценная информация, и учитывая, насколько хорошо она была изложена, он не сомневался, что только что совершил одну из лучших покупок в своей жизни.

Если только его не обманули, как невежду. Но он сомневался в этом. Если уж на то пошло, ему казалось, что это слишком дёшево за то, что книга ему предоставляла, даже несмотря на то, что его инстинкты пытались убедить его в обратном.

Хотя он хотел провести сегодняшний день, планируя свой график, вскоре книга поглотила его, и одна блестящая страница за другой переворачивалась.

Двести лет назад в один, казалось бы, ничем не примечательный день произошло нечто странное. Законы физики внезапно изменились — мир расширился во всех направлениях, расстояние между местами увеличилось в десять раз по сравнению с прежним.

Гравитация больше не работала по тем же принципам, как и рычаги, и давление. Тепло и холод из абстрактных понятий, действительных только с точки зрения человека, превратились в диаметральные свойства материи. Электричество всё ещё существовало, но больше не подчинялось прежним принципам, и было спорным, существуют ли вообще электроны.

Пространство стало податливым. Свет разделился на информацию, которая распространялась с бесконечной скоростью, но не несла энергии, и разрушительные частицы, которые могли двигаться настолько медленно, что даже относительно обычные люди могли воспринимать их движение. Тьма стала чем-то большим, чем просто отсутствие света.

Квантовая механика кто? Общая теория относительности что? Всё, что человечество знало о реальности, в одно мгновение разбилось вдребезги. Насколько утверждали архи старого мира, некоторые из которых дожили до наших дней, то, как всё ощущалось в повседневной жизни, осталось точно таким же. Но почти ни одна из старых технологий не была пригодна для использования.

Тем не менее, самым значительным изменением стало появление эфира.

Читая свою книгу, Фредди чувствовал себя... не разочарованным, как таковым, но скорее... Нет, он был довольно-таки разочарован.

Половина книги была просто: Вот крутая идея... но подождите, на самом деле она глупая как чёрт, и мы включили её сюда, чтобы заранее разрушить ваши мечты, прежде чем вы потратите время, пытаясь заставить её работать.

Что, водяное лезвие!? Вода, сформированная в меч, ни черта не режет, болван!

Боже мой, водяная пуля? Ты идиот, если даже рассматриваешь эту идею.

Щит из воды, говоришь? От чего ты защищаешься, от тёплого порыва ветра?

Однако книга не отвергала ни одну идею как объективно плохую, что было логично. Она просто давала представление о том, чего ожидать и, если кто-то хотел, как заставить это работать. Обычно к тому времени, когда кто-то заставлял работать одну из этих идей, он мог бы сделать гораздо больше с помощью способности, подходящей для водной стихии, но это не означало, что менее подходящие варианты всегда были неправильным выбором.

В конце концов, таланты могли легко превратить глупую идею в блестящую.

Тем не менее, это не меняло того факта, что вода имела чётко определённые сильные и слабые стороны. Водяные заклинания, наносящие урон, твёрдо относились к её недостаткам, за несколькими заметными исключениями, такими как Струя Давления или Обезвоживание.

Водная стихия преуспевала в двух вещах: поддержке и боевых искусствах —

Странный звон эхом разнёсся вокруг него, и его внимание было резко оторвано от книги. Его сердце бешено колотилось, и он сильно вспотел. Вскоре звон раздался снова.

"Постойте, это дверной звонок?"

Он никогда не жил в месте, где был звонок, поэтому это удивило его. Хотя теперь, когда он знал, что это такое, это не заставило его тревогу волшебным образом исчезнуть.

Часы показывали почти 6 вечера, и он не ждал гостей.

Звонок прозвенел снова, и он понял, что у него нет выбора, кроме как открыть дверь.

Может быть, это ассистент?

На секунду это заставило его запаниковать. Что, если его сегодняшний визит в спортзал или преждевременная встреча с тренером каким-то образом нарушили контракт? Как бы он ни думал об этом, ни то, ни другое не должно было быть проблемой.

О чёрт, что если мне не разрешалось тратить деньги с карты ещё?

Может быть, он неправильно расслышал мужчину? Может быть, он был слишком ошеломлён, чтобы услышать, что может использовать её только после среды? Что если он —

Его мысли были прерваны ещё одним звонком, и он знал, что, независимо от того, что или кто это был, пришло время встать и открыть дверь.

Каждый шаг казался, будто тащит его к палачу, и с большой неохотой он открыл дверь — только чтобы увидеть своего тренера, Марка, в процессе разворота, чтобы уйти.

"О," — сказал молодой человек. "Я думал, тебя нет дома, так что я—" — начал он, но остановился и вместо этого поклонился. "Я пришёл извиниться за своё поведение сегодня".

"Какое поведение?" — спросил он, с облегчением, что это не было неприятностью, но также и с замешательством.

"Я не должен был смеяться над тобой," — просто сказал мужчина, явно пристыженный.

"О, это?" — спросил он, слегка усмехнувшись. "Честно говоря, чувак, это было довольно забавно, даже с моей—"

"Нет, я действительно, действительно не должен был смеяться над тобой," — настаивал он, выпрямляясь после поклона. "Технически говоря, я ещё не начал работу, но высмеивание тебя в любой форме является довольно явным нарушением моего трудового договора".

"О... вот что ты имеешь в виду".

"Да. Эм... Это было совершенно непростительно, не говоря уже о крайней непрофессиональности, и если это заставило тебя чувствовать себя неуютно, ты должен попросить, чтобы меня заменили кем-то более квалифицированным".

"Ну... чёрт, чувак, ты ставишь меня в неловкое положение, эм," — сказал он, почёсывая затылок. "Мне действительно всё равно".

"Ты уверен?" — спросил он, немного сдуваясь.

"Я имею в виду, как ты сказал, ты ещё не работаешь, так что технически я заставил тебя работать сверхурочно без оплаты, не говоря уже о том, что нарушил твой график тренировок. Я думаю, это делает нас квитыми".

Мужчина вымученно рассмеялся, но его улыбка выглядела натянутой. "И всё же. Нет необходимости быть внимательным ко мне. Чувствовать себя комфортно, особенно когда только начинаешь, очень важно для того, чтобы влюбиться в процесс и построить мотивацию. Подумай об этом и поговори с Мэттом Кэнстоуном об этом," — предложил он. "Хорошего вечера, и увидимся". Он повернулся и пошёл прочь, но прежде чем он успел далеко уйти, Фредди подошёл и схватил его за руку.

Он не знал, почему сделал это, но его рот открылся прежде, чем он успел даже начать задавать себе вопросы о своих действиях. "Ты не хочешь поужинать со мной?"

"Эм... прошу прощения, что?"

"Нет, я—" Фредди отдёрнул руку. "Не как свидание или что-то такое, Боже, я— я не из таких," — поспешил он объяснить. "Просто, знаешь, мы соседи, и я подумал, что было бы, эм... Я подумал, что было бы круто".

Мужчина на мгновение замолчал, затем фыркнул небольшим смешком, почёсывая затылок. "Да, хорошо, это звучит отлично".

Это был маленький жест. Ничего особенного.

Но для него, кто слишком долго не пытался заводить друзей, это казалось отличной возможностью начать.

----------

Формальное представление

Это был первый раз, когда Фредди довелось оценить кухню в этом здании. Хотя на тарелке, где еще несколько минут назад красовался великолепный стейк, осталось лишь коричневое пятно, он чувствовал досаду из-за того, что это событие было омрачено неловкой атмосферой.

Марк, вероятно, согласился прийти лишь из вежливости и не проявлял особого энтузиазма. Любые попытки завязать разговор оказывались столь же эффективными, как если бы он пытался разбить бетонную стену яйцом.

В конце концов мужчина решил, что прошло достаточно времени, и его уход не покажется грубым. "Спасибо за ужин, мистер Стерн", - сказал Марк, поднимаясь со своего места. "Надеюсь увидеть вас снова".

Но не на работе, мысленно добавил Фредди.

Прежде чем эта гора мускулов успела уйти, он задал ему последний вопрос. "Почему... Почему вы согласились на эту работу?"

"Хм?" Марк обернулся.

"Просто, знаете... судя по вашим словам, я полагаю, вы весьма обеспечены", - сказал он. "Не поймите меня неправильно. Я не лезу в ваши дела или..."

"Все в порядке", - ответил тот. "Это не какая-то большая тайна. Владелец спортзала владеет здесь частным тренировочным комплексом. К сожалению, он не продает доступ к нему, но разрешает пользоваться своим сотрудникам".

"Звучит как отличная сделка", - прокомментировал он, кивая с очень впечатленным видом. "Честно говоря, будь я на вашем месте, я бы сделал все, чтобы сохранить эту работу".

"Я уже говорил вам, мои действия нарушают..."

"Но они не нарушают", - перебил он мужчину. "Вы еще не приступили к работе. К тому же, вас ведь не увольняют. Вы добровольно уходите".

Что-то промелькнуло в выражении лица блондина, и он ответил несколько более мрачным тоном. "Это всего лишь формальность. Это просто отговорка, которая не меняет того, что я сделал".

"Но я уже простил вас", - парировал он. "К тому же, меня это никогда особо не беспокоило".

"Это была серьезная ошибка".

"Но разве это значит, что ваш единственный выход - уволиться?"

"При всем уважении, мистер Стерн", - сказал Марк, поворачиваясь к нему лицом и хмурясь, - "почему вы так настаиваете?"

Этот вопрос заставил его поморщиться, но прежде чем он успел ответить, молодой человек продолжил. "Не беспокойтесь, вы не останетесь без тренера. Я уверен, они скоро найдут кого-нибудь на мое место. Доброй ночи", - предложил мужчина, снова разворачиваясь и начиная уходить.

Он колебался довольно долго, наблюдая, как мужчина уходит. Когда Марк уже почти вышел из кухни в гостиную, рот Фредди открылся. "Это из-за моего социального статуса?"

Марк остановился, "Нет, дело не в этом, я..."

"Вы уверены?" - спросил он, пристально вглядываясь в мужчину в поисках признаков лжи.

Мужчина лишь молчал, слегка отводя глаза.

Фредди почувствовал, как острая боль пронзила его грудь. "Я так и знал", - прошептал он.

"Нет, я..." - внезапно выкрикнул мужчина. "Клянусь Богом, это не имеет к этому никакого отношения!"

"Тогда почему?"

Глаза Марка опустились к земле, а челюсти сжались. "Меня действительно ни капли это не волнует. Но я не могу дать вам удовлетворительный ответ, поскольку это личная тема, которой, без обид, я не хочу делиться с незнакомцем".

Он молчал долгое мгновение, а затем кивнул. "Хорошо, я уважаю это. Но", - сказал он, глядя высокому мужчине в глаза, - "позвольте мне задать еще один вопрос. Если вас заменят, каковы шансы, что я получу кого-то, кого волнует мое происхождение?"

Это заставило мужчину поморщиться. "Я не знаю, но..."

"Но они не нулевые, верно?" - спросил он, уже зная ответ. "Если вы хотите уйти, я не могу вас остановить, но буду честен. Я..." Слова ощущались комком гвоздей, поднимающимся по горлу. "Я чертовски напуган всем этим, и... чего бы это ни стоило для вас, я чувствовал себя счастливчиком, получив вас в качестве тренера".

"И почему же?"

"Вы ни разу не накричали на меня", - сказал он, моргая, чтобы прогнать намеки на боль, появившиеся в уголках глаз. "Вы не ударили меня. Вы не угрожали мне. Вы не унижали меня. Ни разу за все наше общение вы не отнеслись ко мне, как будто я менее человечен, чем вы".

Двое мужчин смотрели друг на друга несколько долгих мгновений. Вспышка сочувствия боролась с нежеланием мужчины, и наконец Марк вздохнул. "Хорошо", - ответил он и предложил неохотное рукопожатие. "Думаю, я могу задержаться еще ненадолго".

Смущенная улыбка промелькнула на лице Фредди. "И я буду рад вас принять".

"Честно говоря, я тоже чувствовал себя счастливчиком, получив вас в качестве клиента", - сказал мужчина, неловко улыбаясь.

"И почему же?"

"Потому что вы не избалованный мальчишка, мистер Стерн".

Он хитро рассмеялся. "Пожалуйста, просто зови меня Фредди, чувак".

"Хорошо. Тогда и ты зови меня Марк", - разрешил он, улыбаясь. "Но я добавлю, что все еще чувствую вину за свои сегодняшние действия. Не стесняйся обращаться, если тебе понадобится помощь".

"Я могу воспользоваться этим предложением".

Марк снова собрался уходить, но затем остановился. "О, кстати, ты хочешь провести еще одну тренировку завтра, или подождем до послезавтра, когда мы официально начнем?"

Он немного подумал об этом, но решение не заняло много времени. "Я бы с удовольствием продолжил завтра".

"Тогда хорошо! Увидимся завтра в восемь".

"В восемь?" - спросил он. "Разве это не слишком поздно?"

"Хм? О, я пытался проявить внимательность, но если хочешь, мы можем перенести на семь".

"Да, так немного лучше, наверное", - пробормотал он, все еще слегка озадаченный.

"Отлично! Увидимся утром!" - сказал Марк, похлопав его по плечу, но замер, заметив выражение лица Фредди. "Что-то не так?"

"А... Нет... Хахаха... Все в порядке", - сказал он, слишком смущенный, чтобы отказаться от своих слов.

Он предполагал, что речь шла о восьми вечера, но стиснул зубы и смирился.

Мужчина уже оказывал ему огромную услугу, оставаясь. Если он хочет тренироваться утром, то, клянусь всеми богами, какие могут существовать, Фредди появится утром.

Они пожали друг другу руки и разошлись.

Его режим сна уже давно был ужасным, и в сочетании со всем, что он сделал сегодня, он чувствовал себя абсолютно измотанным. Было 7 вечера, и он не хотел еще больше нарушать свой режим сна, ложась слишком рано, поэтому он подождал еще два часа, рассеянно перелистывая страницы руководства по водным искусствам, на самом деле просто любуясь невероятными иллюстрациями, пока часы не пробили 9 вечера, и он отправился спать.

За исключением того, что он забыл включить будильник и опоздал на полчаса, второй день прошел гораздо более гладко, чем первый.

В немалой степени это было связано с новым подходом Марка.

Если быть совершенно честным, объяснения его тренера граничили со снисходительностью, поскольку он предполагал, что Фредди буквально ничего не знает, даже некоторых вещей, которые были здравым смыслом.

Но эй, все это было оправдано, потому что Марк чаще попадал в точку, чем Фредди хотелось бы признать.

Сегодня они делали упражнения для спины, причем Марк очень осторожно приучал его к становой тяге. То есть, он принес из кладовки швабру вместо металлического грифа. Они также делали тяги в наклоне и гиперэкстензии, причем мужчина убеждался, что Фредди полностью в курсе дела, прежде чем позволить ему начать.

В какой-то момент мимо них прошел грубый парень, взглянул на мизерный вес, который он поднимал, и усмехнулся.

Марк уже собирался окликнуть мужчину, вероятно, чтобы отчитать его, но тут Фредди громко застонал: "Уф, это лечение рака убивает меня, чувак".

Человек, который только что насмехался над ним, внезапно застыл, а Марк беззаботно улыбнулся, подмигнув Фредди и показав ему двойной большой палец.

Невозможно было иметь идеальную технику без некоторой тренировки, но ему нужно было знать, что такое "идеальная техника", прежде чем выработать плохие привычки и перекошенную осанку.

Следующими были подтягивания, которых он мог сделать ровно ноль. Но с помощью специального тренажера, поддерживающего его ноги, он мог как бы делать их, но только после того, как большая часть веса его тела уже была скомпенсирована.

После окончания тренировки они переоделись в купальные костюмы и пошли в бассейн, где выполняли упражнения на растяжку. К счастью, там был участок, где он мог стоять, не плавая, потому что это был его первый опыт в такой воде. Вообще.

Это было нечто - водный Архичеловек, не умеющий плавать.

Второй день пролетел быстро, и он покинул спортзал, чувствуя себя уставшим, но в целом хорошо.

Вернувшись в свою квартиру, он заказал немного "жареного джипура". По-видимому, это был птичий вид, похожий на курицу, хотя и во много раз вкуснее.

После этого было примерно 11 утра, и у Фредди не было абсолютно ничего, чем можно было бы заняться до конца дня. Он снова открыл руководство по водным искусствам, но вскоре закрыл его. Чтение его просто как-то угнетало.

Там было куча крутых вещей, которые он мог бы сделать в конечном итоге, но на данный момент это было как яблоко на самой высокой ветке, а он не знал, как залезть на дерево.

Он сел на ковер в гостиной, скрестив ноги. Опять же, вскоре ему стало слишком неудобно сохранять это положение, поэтому он перешел в положение лежа на полу.

Поскольку у него появилось лучшее чувство водных следов после возни в Нижнем Мире некоторое время, он наконец начал правильный сбор впервые в жизни.

Это оказалось гораздо сложнее, чем он ожидал. Он представлял текущую воду - реки, водопады, дождь, краны, все, что приходило в голову - и вскоре его душа отозвалась на эти образы, закручиваясь вихрем, который пульсировал в Нижний Мир.

Звезда в его эфирокосме бурлила, и он чувствовал, как она колеблется спокойной энергией.

Один за другим, словно голубые звезды, зажигающиеся в пустом ночном небе, следы загорались и начинали течь к нему. Один достиг его, без усилий просочившись в его душу, и казалось, что...

Он задохнулся, вставая, держась за грудь и тяжело дыша. "О черт, чувак".

Это было похоже на становую тягу для души. Он чувствовал себя так, будто крутился по кругу, а теперь, когда он остановился, мир все еще вращался вокруг него.

Медитативный сбор был намного быстрее, чем бегать по Нижнему Миру. Более того, он также собирал следы из воздуха и из-под земли, притягивая их к медитирующему человеку.

Однако существовали ограничения. Это привлекало следы только одной близости, даже если у медитирующего человека было несколько, в зависимости от того, на чем он сосредотачивался. Это также было утомительно и требовало много практики. И наконец, это нельзя было делать слишком долго.

Фредди был удивлен тем, сколько было следов, и он очень осторожно решил проверить Нижний Мир.

"Думаю, пора перестать удивляться всему".

Он не знал почему или как, но Нижний Мир здесь был переполнен разноцветными следами. Но было и что-то необычное.

Там не было первозданных следов.

Могла ли эта квартира быть защищена от их появления?

Он знал, что это возможно из "Основ сбора", но не ожидал, что в этой квартире будет такая функция.

Однако это только облегчило ему задачу, когда он сделал первое, что пришло в голову - его проекция прыгала от одного следа к другому, и он продолжал свой сбор.

Фредди был на улицах. К этому моменту он уже начал узнавать некоторых людей здесь.

Пройдя мимо доброй старушки, он подошел к следующей скамейке, сел и вошел в Нижний Мир.

Ему не потребовалось много времени, чтобы выжать свою квартиру досуха, и теперь, несколько часов спустя, он был на улицах, словно какой-то наркоман, в поисках большего.

В то время как его квартира была защищена от появления первозданных следов, улицы определенно не были. Но он обнаружил, что это не проблема.

Он появился в Нижнем Мире, и радужный туман постепенно отступил вокруг него, остановившись примерно в пяти метрах, обозначая относительно короткий диапазон, в котором он мог двигаться.

В его окрестностях не было первозданных следов, а один или два - это максимум, что он видел одновременно. Вероятно, кто-то, а может быть и несколько человек, очищали улицы, уничтожая все появляющиеся следы.

Он постепенно переходил от одной скамейки к другой, входя в Нижний Мир и обыскивая его в поисках добычи. Он не мог слишком далеко отойти от своего тела, так как радужный туман не позволял ему продвинуться дальше, чем позволял его диапазон, поэтому он решил физически перемещаться, чтобы достичь свежих областей.

Вскоре он заметил нечто необычное. Он подошел и сел прямо рядом с центральным зданием, двадцатипятиэтажным небоскребом в центре района.

Все вокруг него было переполнено эфирными следами. Было только одно объяснение, почему это так.

Там есть проход...

Этот район был построен вокруг прохода. Он не ожидал входа в межпространство в таком месте, но некоторые вещи вдруг начали обретать смысл, например, почему некоторые люди ходили в доспехах и носили оружие.

Хотя водных следов было много, по сравнению с полностью пустынной средой его прежней квартиры, их значительно превосходили воздушные, земные и множество других разнообразных следов.

После дня насыщения он начал задаваться вопросом - разве это не слишком легко? Он мог довольно быстро двигаться со своей проекцией, поэтому очистка непосредственного диапазона никогда не занимала больше десяти или около того минут.

"Основы сбора" даже не упоминали то, что он делал, как законный метод. Убийство первозданных следов и сбор массы следов был другой темой, но сбор блуждающих следов с помощью его проекции не должен быть настолько эффективным.

Вскоре эти сомнения превратились в сильное чувство тревоги. Мог ли он что-то напортачить? Или, возможно, он перенапрягался, делая это? Было сильное ощущение, что он не знает, что делает, и он решил попробовать кое-что.

Утром, перед тем как в его квартиру прибыла бригада грузчиков, он чувствовал себя довольно напряженным и уставшим. Тогда он пропустил практику со всеми своими другими способностями и сосредоточился на технике закалки Водного Тела.

Он посчитал, и когда он потратил всю свою сущность на это, он мог поддерживать ее примерно тринадцать секунд.

Фредди успокоился, устроился удобнее на скамейке, на которой сидел, и начал использовать технику закалки тела.

Один...

Два...

Три...

...

Четырнадцать...

Пятнадцать...

Шестнадцать...

...

Двадцать пять...

Двадцать шесть...

В этот момент его техника рухнула, оставив его чувствовать себя освеженным. Двадцать шесть секунд - ровно вдвое больше сущности, чем у него было всего несколько дней назад.

Для начинающих ожидался быстрый рост... но настолько?

Он усмехнулся.

По правде говоря, ему не с чем было это сравнивать. Может быть, он даже отставал от того, где должен был быть. С намерением вытащить голову из задницы и перестать так зазнаваться, он наконец направился домой.

Ужин, чтение, гигиена и, наконец, сон. Все остальное придет завтра.

Так вот когда это проявляется...

Фредди проснулся в чистой агонии, остро ощущая каждую мышцу, над которой он работал в последние два дня, и даже некоторые, которые, как он думал, вообще не тренировал, например, бицепсы.

Сегодня он должен был "формально" встретиться с Марком, своим тренером, и получить свое расписание. Мэтт должен был прийти в полдень, а сейчас было 9 утра, так что у него еще оставалось три часа до назначенной встречи.

Сначала он пошел в туалет и выпил тонну воды. Когда его сущность восстановилась, он без колебаний начал использовать технику закалки Водного Тела.

Некоторые техники закалки тела нулевой стадии имели крайне незначительные эффекты. Это была стандартная особенность. Пока эфирные оболочки были пусты, способность не имела связей со сверхъестественными концепциями. Техники нулевой стадии были более или менее просто ярлыками для того, что можно было сделать с чистым манипулированием сущностью. Ну, теоретически, по крайней мере.

Только когда истинная цель эфирной оболочки была выполнена, способность эволюционировала во что-то невероятное. И эта цель была довольно проста - захватить персонифицированный эфирный конструкт внутри, либо избивая его, пока он не станет слишком слабым, чтобы сопротивляться всасыванию в душу, либо просто убедив его войти добровольно.

В зависимости от того, с какими концепциями был связан эфирный конструкт, способность эволюционировала по-разному.

Когда он впервые вошел в Нижний Мир, на его холодильнике был первозданный след - тот, который чуть не убил его. Он выглядел как стеклянный шар с переливающейся жидкостью внутри, и если бы ему пришлось угадывать, это, вероятно, был первозданный след, связанный с какой-то концепцией "содержания жидкости".

Как только его техника закалки тела будет готова к улучшению, Фредди сможет поймать такой первозданный след в эфирную оболочку для способности. Полученный эффект радикально изменит его технику закалки тела.

Вероятно, способность эволюционирует в такую, которая закаляет его тело, делая его устойчивым к потере жидкости, либо через обезвоживание, кровотечение или, может быть, какой-то другой подобный эффект.

Естественно, не каждый первозданный след можно было втиснуть в каждую эфирную оболочку, и, что интересно, фактическая близость первозданного следа не имела большого значения.

Например, течение было чем-то присущим воде, но не каждая водная способность хотела или нуждалась в том, чтобы вода текла. С другой стороны, что-то вроде сжатия могло быть связано с множеством близостей, включая воду, поэтому даже если первозданный след был воздушной близости, он все равно мог поместиться во многие водные оболочки без проблем.

Подготовка способности к эволюции была длительным процессом, требующим обширной практики, поэтому техники закалки тела обычно требовали времени, чтобы стать полезными. К счастью для него, у него была одна из самых благоприятных близостей для его текущих обстоятельств. Вода составляла более 60 процентов тела человека и была необходима для многих функций.

И теперь эта вода циркулировала по его телу, безупречно выполняя свою функцию.

Его клетки восстановили баланс между внеклеточной и внутриклеточной жидкостью. Его кровь циркулировала в каждом уголке его тела, доставляя воду к органам и обезвоженным мышцам, а его спинномозговая жидкость снабжала необходимыми питательными веществами и кислородом его нервные клетки, смывая отходы.

Он не считал, сколько это длилось на этот раз, просто сосредоточившись на процессе внутри. Когда он открыл глаза, он чувствовал себя чертовски потрясающе. Это чувство не длилось слишком долго, но в тот момент его тело, по крайней мере в отношении функций, связанных с водой, находилось в отличном состоянии.

Не потребуется много времени, чтобы этот баланс снова нарушился, но чем больше он использовал технику, тем легче он достигал этого состояния и тем дольше оно длилось.

Теоретически, в конце концов, его тело достигнет этого баланса постоянно. Но задолго до того, как это произойдет, он разовьёт способность и добавит больше к ее функциям.

Его мышцы чувствовали себя значительно менее болезненными после этого, и он чувствовал себя полностью проснувшимся, как будто выпил хорошую чашку кофе.

Говоря о кофе...

Он пошел на кухню, заказав крепкий эспрессо. Прежде чем он прибыл, он принял душ и почистил зубы.

Теплая чашка вкусного кофе была как раз тем, что нужно, чтобы сопроводить чтение, и вскоре он наконец перевернул последнюю страницу руководства по водным искусствам. По-видимому, в этой книге не было информации о техниках закалки тела, так как их было так много, что требовался отдельный том.

Но это все равно оставило ему много пищи для размышлений.

Он мог выбрать быть либо поддержкой, либо мастером боевых искусств. Был также вариант водного заклинателя, но это был сложный путь. Если кто-то полностью посвящал себя чистому пути водных заклинаний, была большая вероятность, что они приобретут продвинутую близость при восхождении к звезде. Эта продвинутая близость в данном случае была ледяной близостью.

Лед, естественно, больше подходил для нанесения урона, чем вода, поэтому получить его было отличным способом стать могущественным магом - но это не было гарантировано. По крайней мере, не на второй звезде. Даже если бы он выковал идеальный, оптимальный путь, работая десятилетие над всеми заклинаниями, которые мог, максимум, чего он мог достичь, была 80-процентная вероятность получения ледяной близости.

Достаточно людей застревало на второй звезде, даже с приличным путем. Заклинатели только воды на второй звезде? Да, если у них не было таланта или второй близости, чтобы выручить их, они, вероятно, были обречены.

Вода могла делать много крутых вещей, если достаточно раз улучшить способности и залатать достаточно недостатков - но какого черта кто-то стал бы тратить время на это, когда можно просто делать то, в чем вода лучше всего?

Однако при принятии решения нужно было учитывать многие факторы.

Согласно книге, нужно учитывать "триаду предрасположенности" - свои близости, природный талант и главный талант.

Его близость и главный талант идеально подходили для боевых искусств, но это не означало, что это был лучший выбор для него. Ему все еще нужно было учитывать свой природный талант. Во-первых, его координация была ужасной, а это, вероятно, было главным требованием для изучения боевых искусств...

Звонок снова прервал его мысли, и он отложил книгу, вставая, чтобы открыть дверь.

"Здравствуйте, мистер Стерн", - сказал Мэтт, помощник. "Надеюсь, вы хорошо отдохнули".

"Я свеж, как только можно", - нервно усмехнулся он. "Итак, куда мы направляемся сначала?" - спросил он, хотя уже знал, что спортзал, скорее всего, будет их первым пунктом назначения.

"Следуйте за мной", - это все, что сказал мужчина, когда они вышли - но вместо того, чтобы направиться к спортзалу, они вошли в совершенно другое здание. Он оставался молчаливым на протяжении всего этого, и они подошли к лифту.

Он поднял их на седьмой этаж, и двери открылись в то, что казалось клиникой.

----------

Касаясь травы

Фредди потребовалось несколько мгновений, чтобы осознать, где он находится и что вот-вот произойдет, но когда это случилось, он почувствовал странное умиротворение.

Он мог бы пожертвовать куда более ценными вещами ради такой возможности.

Клиника источала типичную стерильную атмосферу: медсестры в белых халатах сновали туда-сюда с кипами бумаг. У него не было приятных воспоминаний о больницах - в последний раз его вынудили обратиться туда из-за смертельно опасной лихорадки. Лечение и последующие лекарства съели половину его сбережений, а оплачиваемый больничный ему даже не предоставили.

Однако это место создавало совершенно иное впечатление. В то время как та больница буквально разваливалась на части, с измученными сотрудниками, патрулирующими коридоры, и больными пациентами, ожидающими в длинных очередях, эта клиника выглядела скорее как идеализированная версия медучреждения, словно декорация для съемок фильма.

Впрочем, он и не ожидал меньшего от богатого закрытого района.

Мэтт подвел его к двери возле входа и велел войти. Похоже, ассистент собирался ждать снаружи.

Фредди глубоко вздохнул и толкнул дверь.

За столом сидел пожилой мужчина в очках, его черные с проседью волосы до ушей были заправлены за дужки очков. Его осанка была безупречной, и хотя он казался несколько робким, он был уравновешен и собран, со здоровым цветом лица и ясным взглядом.

Он улыбнулся, как только заметил вошедшего Фредди, и встал, чтобы пожать ему руку. "Приветствую, мистер Стерн. Я доктор Леонард Гарфилд. Рад познакомиться", - сказал он сердечным, на удивление громким голосом, пожимая Фредди руку почти до боли крепко.

"Я... э-э... тоже рад познакомиться, доктор".

"Давайте, присаживайтесь", - поторопил его доктор, спеша к своему столу. "Не волнуйтесь, сегодня будет простой медосмотр".

От этих слов Фредди выдохнул с облегчением, даже не осознавая, что задержал дыхание.

Мужчина слегка усмехнулся.

Фредди опустил взгляд, собираясь с духом, чтобы задать вопрос, но прежде чем он успел открыть рот, доктор заговорил: "Как я уже сказал, волноваться не о чем. Вы в надежных руках".

"А будут ли... Будут ли побочные эффекты?"

"Да", - прямо подтвердил доктор, кивая. "Так уж устроено человеческое тело. Однако", - сказал он, вырывая листок из блокнота, в котором делал записи, - "моя задача - сделать так, чтобы вы их даже не заметили. И, не хвастаясь, скажу, что я чертовски хорош в своем деле", - похвалился он с улыбкой и озорным подмигиванием. "Просто расслабьтесь".

Мужчина задал ему множество вопросов о здоровье и образе жизни. Доктор хмурился достаточно часто, чтобы Фредди осознал, что до сих пор вел весьма нездоровый образ жизни.

После этого мужчина взял несколько пробирок его крови. Было немного больно, но он стойко это перенес. Мужчина вышел из кабинета на несколько минут, забрав с собой образцы, и вскоре вернулся со стулом, который поставил рядом с Фредди. "Теперь, мистер Стерн, пожалуйста, снимите рубашку".

Он подчинился.

Мужчина положил палец ему на грудину.

Фредди ощутил нечто похожее на то, что сделала с ним мадам при первой встрече. Теплое, извивающееся ощущение проникло в его грудную клетку, и он почувствовал, будто его легкие и сердце поддерживают нежные, но крепкие руки.

"Хорошо, теперь сделайте несколько глубоких вдохов".

Он снова подчинился, глубоко дыша, пока мужчина не велел остановиться. Затем доктор встал, шагнул вправо и положил правую ладонь ему на грудь, а левую - на спину.

"У вас сродство к воде, верно?"

Фредди кивнул.

"Хорошо. Пожалуйста, используйте вашу основную технику закалки".

"Э-э..." Он замялся. "Я израсходовал всю эссенцию, так что я довольно истощен".

"Ничего страшного. Даже секунды будет достаточно, если сможете".

Он смог, и мужчина кивнул, почувствовав, как он ее использует. "А, обычное водное тело, хорошо, хорошо". Он кивнул, убирая руки. "Это будет полезно". Он вернулся к своему столу, но вдруг остановился и обернулся. "Просто чтобы убедиться, у вас нет других сродств?"

"Нет, а что?" - спросил Фредди.

"Некоторые люди склонны скрывать их по личным причинам", - сказал доктор, пожимая плечами. "Я медицинский работник, так что никому ничего не скажу, а знание облегчило бы мою работу", - сказал он, а затем странным тоном добавил: "Особенно если у вас есть сродство к крови".

Это заставило Фредди на мгновение замереть. "Нет... У меня его нет. Уверяю вас".

"О, ладно". Мужчина кивнул, поверив ему на слово. "Также я советую вам воздержаться от приобретения новых сродств в течение следующих шести месяцев".

Это заявление заставило Фредди встрепенуться. "Разве это вообще возможно?"

Доктор кивнул. "Существуют сокровища и другие редкие, особые методы, которые могут этого достичь, но использование любого из них может привести к серьезным проблемам для вас, особенно в случае сродства к крови".

"Я буду иметь это в виду, но..." - сказал он, усмехнувшись, - "я сильно сомневаюсь, что у меня будет доступ к чему-то подобному".

"Что ж, я бы не имел своей репутации, если бы не был тщателен в своей работе", - сказал он, сердечно похлопав Фредди по бедру и тоже усмехнувшись.

Вошел взрослый мужчина, похожий на медбрата, передал доктору бумагу и вышел.

Мужчина посмотрел на бумагу, вздыхая и хмурясь, читая ее содержимое. Прочитав, он встал, подошел к ближайшему шкафу и достал небольшую коллекцию того, что казалось контейнерами с лекарствами. Затем он что-то написал на бумаге и передал все Фредди, который заставил себя улыбнуться.

"Я думал, сегодня будет только осмотр..." - сказал он, глядя на почти дюжину лекарств на столе.

"Ну", - сказал доктор с усмешкой. "Я не вижу причин так бояться витаминных и минеральных добавок".

Он поморщился, прочитав этикетку на одной из бутылочек, и покраснел от смущения. "О..."

Там также была бумага с расписанием их приема... а также исчерпывающий список того, что он должен и не должен употреблять.

Увидев кофе и красное мясо в списке запрещенных продуктов, он чуть не расплакался.

"Небольшой совет", - добавил доктор. "Пока что используйте всю свою эссенцию на технику закалки и сообщите мне, как только она будет готова к развитию".

"Вы имеете в виду... что я не могу тренировать ничего другого?"

"Можете, если хотите. Но чем лучше вы научитесь ее использовать, тем меньше долгосрочных последствий увидите, не говоря уже о том, насколько быстрее вы сможете наращивать мышечную массу с помощью восстановления".

Это было заманчивой перспективой, но он не был готов полностью отказаться от своего права работать над другими техниками. "Я подумаю об этом", - сказал он уклончиво.

"Последний вопрос", - сказал доктор, беря бумагу, чтобы что-то записать. "Каков ваш главный талант?"

Этот вопрос заставил его замереть. Это был первый раз, когда кто-то спрашивал его о таланте после того, как он стал архом. Мадам знала, технически, но она интересовалась первозданным следом, который он проявил. Это вызывало вопрос - разве она не сообщила об этом доктору? Или, может быть, она была слишком занята для этого-

"Что-то не так?" - спросил его доктор, и он слегка вздрогнул.

Фредди почувствовал странное отвращение к идее ответить на вопрос. В конце концов победил разум, и он пришел к выводу, что лучше этому человеку знать. "Это 1% Похищения жизни".

Ручка доктора замерла над бумагой, и он медленно поднял взгляд, поправляя очки. "Вы знаете особенности его работы?"

Он покачал головой. "Немногие".

"У вас есть намерение использовать его?"

"Ну, я определенно не собираюсь подвергать себя опасности, это уж точно".

"Хорошо", - кивнул доктор. "Не следует".

После некоторых дополнительных советов и назначения регулярных осмотров он пожал мужчине руку и вышел, а Мэтт сразу же сопроводил его в спортзал. Очевидно, подготовка к интервью не начнется как минимум еще три месяца, так что до тех пор оставалось только одно.

***

Доктор Гарфилд уставился на бумагу, отмечая результаты медосмотра. Его предположение оказалось верным - в крови мистера Стерна был мышечный белок. Этого было недостаточно для точной диагностики типа мышечной дистрофии, но судя по тому, что он почувствовал в сердце мужчины, болезнь была смертельной.

Он откинулся на спинку стула и вздохнул. Это усложняло дело. Тело мужчины пока находилось в приличном состоянии, но его болезнь скоро даст о себе знать. Пытаться тренировать такое тело будет нелегко.

На мгновение он задумался, знает ли мадам о бедственном положении молодого человека. Маловероятно. Если да, то поставить его на такой график было равносильно попытке убить его.

Однако его мысли вернулись к дефекту сердца, который он обнаружил.

Несмотря на осложнения, на его лице появилась улыбка.

Похоже, его работа будет намного проще, чем он предполагал.

***

Третий день был посвящен проработке корпуса Фредди и легкой кардионагрузке. Он чувствовал, что даже с учетом воспаления это было слишком легко.

Объяснение Марка немного прояснило ситуацию. "Все, чего мы добьемся, слишком сильно заставляя тебя сейчас, - это увеличим вероятность травмы", - сказал он, но не преминул добавить: "Хотя ты прав. Если бы ты тренировался, чтобы стать мастером боевых искусств, ты бы работал гораздо усерднее".

"Тренировка, чтобы стать воином, означает напряжение физических, умственных и, в конечном счете, духовных сил. Ты стремишься к выносливости, стойкости, силе и знанию того, на что способно твое тело". Затем он пожал плечами. "Тренировка для достижения внешнего вида, с другой стороны... Не пойми меня неправильно, она может и будет довольно тяжелой, но нет необходимости мучить себя. Фактически, слишком много работы часто может быть контрпродуктивным". Он похлопал его по плечу. "Ты ведь стремишься стать бойцом, верно?"

Фредди кивнул.

"Тогда сосредоточься на своих способностях и накоплении. Тренировка тела, даже просто для наращивания мышц, не будет пустой тратой времени. Обещаю".

***

Было 15:00. Фредди поел, принял душ и выпил несколько добавок, а теперь лежал в постели, ощущая глубокую боль во всем теле. Что касается его обязанностей на сегодня, он с ними закончил.

Поэтому он немедленно погрузился в Нижний Мир.

Примерно через тридцать минут накопления он наконец почувствовал намеки на эссенцию, сопровождающую поглощаемые им призраки. Все призраки обладали определенной емкостью эссенции, но присвоить эту эссенцию при поглощении эфира было непросто. Однако чем сильнее становился человек, тем более выраженным был этот эффект.

И теперь накопление начинало становиться действенным методом ускорения восстановления его эссенции. Хотя, честно говоря, эффект был слабым. Даже после почти часа накопления, снова очистив всю свою квартиру, он получил лишь около секунды или двух использования своей техники закалки стоимостью эссенции.

Он вздохнул, встал с кровати, оделся и вышел из квартиры. Он хотел снова попрактиковаться в медитативном накоплении, но не собирался делать это где попало. Его тренировка была бы гораздо более полезной в области, богатой водными призраками.

Хотя в его спортзале был бассейн, там не было много эфира для накопления, так как он был далеко не единственным архом с водным сродством, посещающим этот зал.

Так что у него была миссия.

Пришло время найти подходящее место для медитации.

***

Расспросы на улицах оказались почти бесполезными. Единственными местами, на которые указывали люди, были либо платные места для накопления за пределами района, либо частные территории. Через лес были проложены некоторые тропы, но ни одна из них не вела к источнику воды.

Лишь когда маленький ребенок подслушал, как он спрашивает пожилую женщину, он получил некоторые ответы.

Мальчик сказал ему, что в небольшом лесу вокруг района есть пруд среднего размера. Небольшая проблема, однако, - хотя большая часть леса была окультурена, водоем находился в дикой части.

Это был не какой-то тропический лес или джунгли; черт возьми, он мог видеть здания на другой стороне даже с улиц. Это не меняло того факта, что он никогда не был в лесу. Он даже не помнил, когда в последний раз прикасался к траве. Вероятно, это было еще тогда, когда он ходил в парк со своими приемными родителями.

Так что ему было немного страшно. На самом деле, очень страшно. Очевидно, он не столкнется ни с монстрами, ни даже с дикими животными. Или, во всяком случае, он надеялся, что не столкнется. Всегда существовала угроза, что где-то там может оказаться незарегистрированный проход. Не большая, но достаточная, чтобы вызвать его фобию.

И все же он с удивлением обнаружил, что ему на удивление легко стиснуть зубы и сделать шаг вперед.

Все это оставило его глубоко неудовлетворенным.

В конце своих шести месяцев здесь он получит лишь впечатляющее телосложение, немного больше силы как арх и технику закалки тела первого уровня - а также возможные последствия употребления стероидов.

Простое накопление могло продвинуть его лишь до определенного предела. Без дорогих сокровищ или убийства монстров его прогресс замедлится, пока не упрется в глухую стену. Впечатляюще выглядящее тело было разумной основой для начала тренировок в боевых искусствах, но само по себе оно не было достаточно хорошим.

А обычная техника была просто чертовой роскошью.

Это было больше, чем он имел право просить, но он не собирался довольствоваться ничем меньшим, чем максимум того, что мог получить из этой ситуации. Он получал многое от этой сделки, но далеко не достаточно, чтобы быть готовым отправиться и стать исследователем проходов после того, как все будет закончено. А ему нужно было быть готовым. Хотя мадам представила это почти неизбежным, он не верил, что кто-то вложится в него только потому, что считает его "везунчиком".

У него не было иллюзий относительно своего реального статуса. Он был никем. И все, что он получил здесь, было предоставлено ему только потому, что он был полезен мадам. Его выбросят как мешок с испорченной картошкой, когда он исчерпает свою полезность.

Было только одно, что он мог сделать. Нет, было кое-что, что он должен был сделать - работать так усердно, как только мог, и искать способ взять дело в свои руки.

Не прошло много времени, прежде чем он достиг края леса. Его ладони начали потеть, он почувствовал, как обед подступает к горлу, а колени чуть не подогнулись. Легкая дрожь пробежала по его телу, когда он поднял ногу, чтобы впервые за почти десять лет ступить на траву.

Это был всего лишь шаг. Ничего больше, ничего меньше. И все же казалось, что он унес крошечную долю его тревог, и он сделал еще один шаг, чтобы убедиться в этом.

Каждый раз, когда он ставил ногу вперед, частица природы проникала в его тело, оживляя какую-то часть его, которую он потерял за все время пребывания в бетонных джунглях.

Это то, что люди имеют в виду, когда говорят, что нужно "прикоснуться к траве"? Потому что, хотя ему и не хотелось признавать это, поскольку его менеджер постоянно это говорил, это был чертовски хороший совет. Лес был редким, вероятно, искусственно посаженные деревья и лишь несколько низких кустов.

Несмотря на то, что его страхи значительно уменьшились, он все еще смотрел на каждый куст так, словно тот был ему должен денег, и убеждался, что ничего не скрывается внутри.

Чем дальше он углублялся в дикую местность, тем более дикой она становилась. Его нежная, выращенная в городе кожа царапалась при контакте с острыми ветками, и он начал беспокоиться, что повредит одежду.

Однако его беспокойство было напрасным, поскольку его одежда была сделана из какого-то чертовски прочного материала. Хотя пруд находился недалеко от улиц, ему потребовалось удивительно много времени, чтобы пробраться сквозь заросли и добраться до него.

И когда он это сделал...

Он был немного разочарован. Никого здесь не было, и нетрудно было догадаться почему. Вместо того чтобы назвать это прудом, правильнее было бы назвать это крошечным участком болота. Он был зарос высокой травой, даже несколько деревьев росло прямо в пруду, и в воздухе стоял неприятный запах.

Немалая часть его надеялась, что он наткнется на какой-нибудь безмятежный, живописный уголок леса, может быть, обнаружит одинокую девушку, вертящую палочку в воде и-

Он оборвал ход мыслей, прежде чем они зашли слишком далеко в этом направлении, и сосредоточился на настоящем. К счастью, там был крошечный участок песчаной поляны, на котором можно было сесть...

Но он был на другой стороне пруда. И к нему не было четкого пути. Он вздохнул и начал утомительный процесс добирания до него. С первым же шагом вперед он поскользнулся на илистом берегу и погрузил всю правую ногу в грязную воду.

"О, да пошло оно все".

Мокрый носок хлюпал в грязном кроссовке, и через несколько минут он добрался до песчаного участка.

Когда он это сделал, то сел, снял обувь и носок, чтобы дать им высохнуть, и принял полуудобную позу. Он провел несколько раундов медитации, остановившись только после того, как его душа начала болеть. Действительно, вокруг него было множество водных призраков, и он был доволен своим прогрессом в их сборе.

Планируя продолжить накопление в Нижнем Мире, особенно после того, как он притянул так много водных призраков в свое непосредственное окружение, он покинул свое тело-

И мгновенно вернулся. Его окружали следы. Лягушачьи, грязные, илистые массы нечистот и связанных с болотом концепций были повсюду, и он не собирался повторять ошибку, которую совершил в своей старой квартире.

Если бы только Кровопролитие был здесь, чтобы выступить в роли моего телохранителя...

Ну что ж.

У него не было причин оставаться здесь, но он все же решил задержаться еще немного. Участок песка был окружен колючими зарослями со всех сторон, и он хотел раздвинуть их, чтобы проложить путь сквозь них, чтобы не пришлось снова идти вдоль края пруда.

Ему нужно было что-то, чтобы раздвинуть кусты, поэтому он отломил ветку-

Хмм?

По его телу разлилось отчетливое, успокаивающее ощущение. Он отломил еще одну ветку, а затем пнул участок травы, и то же ощущение сопровождало оба действия.

Для этого было два возможных объяснения. Либо мать-природа была мазохисткой, и "успокаивающее ощущение" было его наградой за насилие над ней, либо бесконечно более вероятное объяснение - его талант срабатывал, когда он повреждал растения.

"Сначала устрицы, а теперь это?" - размышлял он.

Поначалу это не выделялось как что-то особенное. Просто причудливая особенность его таланта, нечто, что-

"Подожди, подожди, подожди, подожди, подожди, подожди, черт возьми, секунду...!"

Его талант срабатывал на растениях!? Это было... Нет, подожди, да? Разве это не полностью меняло природу его главного таланта?

Исцеление, которое можно использовать только в бою, было довольно строгим требованием. Что если он будет слишком ранен, чтобы сражаться? Иметь возможность просто пинать несколько кустов вокруг было-

"Подожди", - сказал он вслух, обхватив подбородок и расхаживая кругами.

Его мысли крутились вокруг довольно важного вопроса - а как насчет качества исцеления? Каждый раз, когда он использовал талант, по нему проходил легкий импульс успокаивающей энергии. Было ли это просто ощущением использования способности...

Или оно действительно что-то исцеляло?

От одной только мысли об этом его сердцебиение ускорилось. Его болящие мышцы...

Он немедленно схватил палку и начал колотить ею вокруг. Он отрывал листья, ломал еще больше веток и давил траву, стараясь нанести как можно больше повреждений.

Однако чем больше он это делал, тем больше беспокоился - в конце концов, даже легкие красные царапины на его руках не исчезали.

Может быть, он наносил недостаточно повреждений? Или исцеление...?

Вместо того чтобы делать поспешные выводы, он решил довести это до предела.

Он надел мокрую обувь и носок, пробрался сквозь заросли в спешке и вернулся на улицы. Он нашел магазин хозяйственных товаров, где продавались мачете, и купил один. Он стоил сорок долларов, и он купил его на свои собственные деньги. Кто-то мог наблюдать за его покупками по карте, и он хотел избежать подозрительных предметов в записи.

Когда он вернулся в лес, как только он вошел в дикую зону, он начал рубить траву, срезать ветки, кромсать кусты и топтать грибы. Даже несколько насекомых попали под его безудержный эко-терроризм.

Ощущение силы, входившей в его тело, было захватывающим, и он провел гораздо больше времени, чем ожидал, сражаясь с бедными растениями, словно они были его смертельными врагами.

Интенсивность ощущения активации его таланта сильно колебалась в зависимости от того, что он делал. Он не совсем понимал, что работало лучше всего, но позволил чувству направлять свои действия.

Потребовалось удивительно, даже тревожно, много времени, чтобы слабые царапины на его руках исчезли. После того как он немного разогрелся, чувство боли в теле утихло. А когда он наконец остыл...

Он ухмыльнулся.

Дело было не в том, что он чувствовал себя лучше после этого. Он чувствовал себя чертовски идеально. Хотя его руки устали от размахивания мачете, они не болели. Ничего не болело. Не было ни боли, ни мышечного напряжения. Потому что это, черт возьми, сработало.

Его талант ускорил восстановление мышц!

Хотя небольшая часть его хотела поделиться этой информацией со своим тренером и доктором, он сразу же отказался от этой идеи. Основываясь на том, что сказал его доктор, это могло что-то нарушить. Ни на секунду он не верил, что это подвергнет его опасности.

На самом деле, он готов был поставить все, что у него было, на то, что доктор беспокоился о том, что это помешает действию стероидов. Если лечение этого человека не сработает, это могло разрушить его репутацию.

Теперь... пока он следовал графику, его нельзя было привлечь к ответственности за любые неожиданные, странные эффекты, которые оказывал его талант... верно?

Но им не о чем было беспокоиться. Он обеспечит им телосложение героя боевика, которого они хотели. Потому что он собирался начать тренировки по боевым искусствам.

Пока он будет заниматься достаточным эко-терроризмом, чтобы восстановиться после ежедневной тренировки, а затем снова достаточно, чтобы восстановиться после личной тренировки, он мог посвятить вторую часть своего дня боевым искусствам.

Его тренер, несомненно, заметит, что что-то не так, но он, вероятно, сможет выкрутиться из этого. Он просто заявит, что это связано с его секретом, защищенным соглашением о неразглашении.

Крайне довольный, он сделал мысленную заметку купить в магазине книгу о боевых искусствах и лечении, спрятал мачете под кучей листьев в лесу и вернулся в свою квартиру.

Он съел огромный ужин, чувствуя себя дико голодным после тренировки с мачете, а затем принял душ. Он взял зубную щетку и засунул ее в рот, все еще вытирая волосы.

Зеркало перед ним было затуманено паром от горячего душа, поэтому он взял небольшой вентилятор и использовал его, чтобы рассеять туман. Не то чтобы ему нужно или хотелось смотреть на себя. Просто-

Конденсат рассеялся, открыв его лицо, и он уронил вентилятор. Тот со звоном упал в раковину и заскользил по полу, звук все еще дующего горячего воздуха эхом разнесся по большой ванной комнате, создавая фон, гармонирующий с внезапным звоном в его ушах.

Его лицо, то же самое лицо, на которое он смотрел бесчисленное количество раз, предстало перед ним. И шрамы от акне, которые мучили его кожу, старые, противные оспины его юности...

Почти полностью исчезли.

----------

Становление новичка

Фредди наблюдал, как Марк вошел в раздевалку. Молодой человек явно удивился, обнаружив его уже там.

"Сегодня пораньше, а?" поддразнил его тренер.

"Я опоздал всего один раз, а у человека уже сложилось мнение о моем характере, цк-цк," сказал он, цокая языком. "Чтоб ты знал, я уже много лет встаю рано."

Мужчина усмехнулся, качая головой. "Что ж, меня это устраивает..." начал он, но, подойдя ближе, приподнял бровь. Он сделал еще шаг, оглядывая своего клиента с разных сторон. "В тебе что-то изменилось," заметил он, почесывая подбородок.

"Ты заметил?" улыбнулся Фредди. "Мой доктор дал мне специальный крем от шрамов от угрей, и похоже, он творит чудеса."

"Ого, такой эффект после одного дня использования? Черт," сказал Марк, явно впечатленный.

"Ага," соврал Фредди. "Хорошая штука."

"Да, это просто невероятно," сказал мужчина, и в его голосе все еще звучала явная нотка недоверия. Затем он пожал плечами. "Кстати, надевай купальник. Сегодня мы будем плавать."

Он так и сделал, и они вдвоем отправились в бассейн. Вместо чего-то особенно сложного, они просто плавали, причем Марк инструктировал Фредди постоянно держать мышцы в движении. Учиться плавать оказалось на удивление трудно.

И это все, чем они занимались в тот день.

Марк предполагал, что его тело должно быть напряжено, и этот день был посвящен сглаживанию физического восстановления. Тренер не верил в "отдых" от тренировок, так как легкая активность всегда лучше, чем праздное безделье.

Эта тренировка была короткой, и Фредди ушел, "благодарный" своему тренеру. На самом деле, это было не более чем пустой тратой времени для него, так как он уже полностью восстановился после всех тренировок, которые они провели.

Вскоре он вернулся домой и взял с полки книгу.

"Искусство исцеления: Всеобъемлющее руководство".

Вчера, почистив зубы, он помчался в книжный магазин, где тут же потратил почти три тысячи долларов на руководство по водным заклинаниям. Затем, полчаса спустя, он вернулся в магазин, к несчастью "только что обнаружив", что они не делают возвратов, несмотря на огромную вывеску, гласящую об этом, и мог только обменять книгу на другую или несколько других такой же или меньшей стоимости.

Затем он обменял руководство по воде на книгу по искусству исцеления и дешевое руководство по боевым искусствам, что в сумме составило точную цену руководства по водным заклинаниям.

Причина, по которой он прошел через этот запутанный процесс, была довольно проста - он не хотел, чтобы в истории его карты появлялись странные покупки.

Он сомневался, что такая мелочь заставит кого-то расследовать его действия, но если он будет постоянно покупать странные вещи, это могло привести к тому, что кто-нибудь проверит его, что приведет к тому, что доктор узнает о том, чем он занимается.

Он вернулся домой и раскрыл свой новый учебник.

Исцеление варьировалось от минимального до высшего качества. Минимальное качество лишь останавливало кровотечение у цели, делая минимум необходимого для поддержания жизни. В противоположность этому, высшее качество могло восстанавливать тело на клеточном уровне, отращивать конечности и даже лечить чрезвычайно сложные недуги, включая хронические расстройства, неизлечимые болезни и рак.

И, да, это было единственное качество, способное удалить постоянные рубцовые ткани - включая шрамы от угрей.

Он знал, что это странно. С того момента, как он увидел свое лицо, он осознавал, что его талант не был обычным.

Но когда учебник подтвердил это... Ощущение было неописуемым. Весь стыд и сожаление о потере супер-фарминга первозданного следа испарились, когда чистая, неразбавленная радость наполнила его тело. Он захохотал, танцуя по квартире, словно только что выиграл в лотерею.

Исцеление высшего качества было действительно, действительно дорогим. Иметь практически неограниченный источник этого? Было трудно оценить такой ресурс в денежном выражении, если это вообще было возможно.

Однако, читая дальше об исцелении высшего качества, он узнал, что эта сила имела не такой уж незначительный недостаток.

Во-первых, она была более или менее совершенно бесполезна в бою. Даже зная, что это было всего лишь 1% похищения жизни, он изначально предполагал, что ему потребовалось так много времени, чтобы восстановиться, потому что он повреждал растения. Это было не так. Ответ был гораздо проще.

Какую бы энергию или концепцию ни извлекал его талант после того, как он повреждал живые существа, ее нужно было накопить огромное количество, чтобы исцеление дало какой-то значительный эффект. Его состояние вчера даже едва ли можно было назвать "раненым". Тем не менее, несколько легких царапин и небольшая мышечная боль потребовали много целенаправленного экотерроризма.

Это было бы абсолютным недостатком, если бы эффект был функционален только в бою. Но учитывая, что его можно было использовать на растениях...

Ему не нужно было быть полезным в боях. Он и так внесет достаточно большой вклад вне их.

Бесчисленное количество людей были вынуждены уйти на пенсию раньше времени из-за потери конечности или получения инвалидности. Для них решением было дико дорогое лечение, которое потенциально могло даже не привести к полному восстановлению.

Для него решением было просто разозлить некоторых защитников окружающей среды. Он не сомневался, что восстановление после чего-то вроде потери конечности могло занять недели, но у него была такая возможность. Он никогда не выбыл бы из боя, пока был жив. Это было сродни наличию максимальной страховки.

После обеда, упаковав еду в сумку, приняв добавки и надев комплект одежды, предназначенный для похода в лес, он схватил руководство по боевым искусствам и побежал в лес.

Он быстро нашел мачете и немного осквернил лес, просто чтобы убедиться, что он в отличной форме. Затем, прежде чем начать тренировку, он вытащил из сумки руководство по боевым искусствам и открыл его.

Это было ничего особенного. Конечно, оно все еще стоило несколько сотен долларов, но он уже начинал привыкать к непомерным ценам.

По большей части это были самые базовые, фундаментальные основы. Многое было вне его возможностей, учитывая, что у него не было партнера для спарринга или специального оборудования, но книга достаточно хорошо охватывала все, что он мог делать без этих двух вещей.

Первым были стойки. Много стоек. Любая поза, которую мог удерживать человек, могла быть использована по той или иной причине. Сила корпуса и стабильность были важны для занятий боевыми искусствами.

Далее шла гибкость. Он поморщился от массы болезненно выглядящих растяжек. То немногое, что он делал с Марком до сих пор, показало, что он был невероятно скован и имел ограниченный диапазон движений, мягко говоря.

Он даже не мог представить, как он сделает половину этих поз, не сломав себе кость или что-то в этом роде.

После этого рассматривался баланс. Все, от базовой постановки ног до стояния на шесте, что он хотел назвать чушью собачьей, было охвачено в этом разделе.

Большая часть книги была посвящена упражнениям на выносливость, прочность, силу, ловкость и множеству примеров приемов боевых искусств от простых до более сложных. Однако в самом конце...

Это был раздел, где рассматривались эфирные техники, начиная с закалки тела.

Техника закалки Водного тела была неплохой универсальной техникой. Однако ее цель заключалась в балансировке тела путем помощи потоку воды в нем. Проще говоря, она была слишком мягкой.

Эта книга не предоставляла никаких эфирных отпечатков или даже рунических скриптов потока сущности, но она называла и описывала многие техники всех распространенных элементов.

И... о боже, они были жестокими.

Техники закалки не наносили урон так же, как другие источники вреда. Способности могли навредить пользователю, естественно, но это отличалось от внешних источников повреждений. От большей части вреда, который можно было нанести себе напрямую через свои способности, также можно было восстановиться, с помощью сверхъестественной концепции, которая действовала как костыль для использования способностей - эта концепция называлась Эфирное Милосердие.

Это означало, что техники закалки могли сделать довольно много и все равно позволить полное восстановление.

Если только не зайти слишком далеко. Тогда человек либо становился калекой, либо просто умирал. Даже до достижения этой точки некоторые, казалось, были разработаны, чтобы проверить пределы терпения, болевого порога и силы воли.

Была одна, которая заставляла воду проникать в мышцы, чтобы закалить их, другая сжимала огромные количества жидкости в теле, и даже техника, которая циркулировала воду внутри тела так быстро, что казалось, будто вот-вот взорвешься.

Все они имели ограниченное использование, прежде чем их улучшали до первого уровня, когда их эффекты становились более направленными и существенными, но даже тогда он не мог представить, какой фрик подверг бы себя чему-то подобному.

Кроме того, в книге рассматривались некоторые стандартные техники боевых искусств. Боевые искусства Текущего Дождя с Текущим Ударом были, неудивительно, первыми среди водных типов. Это было настолько базовым, насколько это возможно, и, по-видимому, книга весьма высоко их оценивала.

Стиль был гибким, но элегантным, сосредоточенным на больших, решительных ударах с огромным количеством импульса за ними, перемежающихся с обманными движениями и парированиями, которые проходили сквозь защиту противника, как вода сквозь треснувший камень.

Это был сложный стиль для освоения, но, казалось, он стоил усилий.

Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, почему книга так высоко его оценивала. По сравнению с некоторыми другими сумасшедшими техниками, он был гораздо более приемлемым.

Была техника манипуляции спинномозговой жидкостью, направленная на максимальное увеличение времени реакции и повышение скорости обработки информации мозгом. На ее освоение уходило много времени, и до тех пор большинство пользователей выглядели как дергающиеся наркоманы при ее использовании.

Многие были водным эквивалентом способностей в стиле прилива крови, лучше всего подходящих для бездумных берсерков. Это имело тенденцию оставлять мужчин... возбужденными, скажем так.

Так что да, элегантность и гибкость были хороши по сравнению с этим.

Однако он колебался, стоит ли останавливаться на Текущем Кулаке. По крайней мере, он не был уверен, хочет ли он развивать способность, которая у него уже была. Эфирные оболочки, созданные самостоятельно, развивались значительно быстрее, чем те, что были внедрены через эфирный отпечаток. Более того, эфирные отпечатки вряд ли создали бы особенно совместимую способность изначально.

Это был вопрос проверки и оценки. Если она окажется достаточно хорошей, не стоило тратить время на ее воссоздание.

Но это было на потом. Сейчас ему нужно было сосредоточиться на предстоящей задаче - начать тренировки по боевым искусствам.

***

Книга была очень свободна в том, в каком порядке следует тренировать вещи, оставляя ему много решений. По-видимому, это было сделано намеренно, так как книга проповедовала независимость и "поиск своего пути".

Нога Фредди искала задницу того, кто написал этот бесполезный кусок дерьма, так как он понятия не имел, с чего начать.

Поэтому он выбрал первое по порядку и начал со стоек.

Повозившись с довольно базовой стойкой боевых искусств, низкой, с выставленной вперед ногой, другой в сторону, и обоими коленями, согнутыми примерно под углом сорок пять градусов, он быстро осознал нечто проблематичное - он был недостаточно гибким для этого дерьма.

Черт, у него даже не было достаточного баланса, чтобы принять эту проклятую стойку, не упав на задницу. И он должен был уметь удерживать эту стойку, прыгая вокруг!?

"Ладно, ничего страшного," заявил он. "Я просто начну с гибкости." Решение, которое каким-то образом оказалось еще хуже предыдущего.

Он уже знал, что его гибкость была дерьмовой, но это знал и его тренер, и Марк не заставлял его делать ничего, не введя его в это мягко.

Не потребовалось много времени, чтобы понять, почему.

При первой же попытке сделать шпагат он понял, что лучшее, что он мог сделать, было примерно тридцать градусов. Его ноги были едва разведены, а промежность уже ощущалась так, будто вот-вот разорвется, как кровавая пиньята.

Глубоко вдыхая, он попытался чуть-чуть надавить. В конце концов, это был единственный способ улучшиться. Ему просто нужно было немного потерпеть боль, пока он-

Фредди слегка поправил ногу, и она приземлилась на лист, который предательски не зацепился за траву внизу, заставив его растянуться гораздо шире, чем ожидалось, мгновенно послав острую боль разрыва через его пах и заставив его рухнуть на пол.

"Ох, черт, как больно!" он прошептал-закричал, изо всех сил стараясь, чтобы никто не услышал его голос и не пришел проверить.

Было чертовски больно, но только когда он попытался встать, он понял, почему Марк так осторожничал с ним. Это была травма. И не легкая. Мучительно ползя к месту, где он оставил мачете, он начал хромое завоевание, чтобы восстановить структурную целостность своей паховой области, изо всех сил стараясь срубить столько травы, сколько было необходимо, чтобы помочь ему восстановиться.

Похоже, это была куча травы. У него не было способа отслеживать время, и агония заставляла каждую секунду казаться вечностью, так что у него не было разумной системы отсчета, сколько времени потребовалось ему, чтобы излечиться от травмы. Но казалось, что это заняло целую вечность, и после он чувствовал себя истощенным.

"Хооо, ладно," сказал он, слегка раздвигая ноги, в двадцатый раз проверяя, все ли еще болит. "Не форсировать шпагат. Урок усвоен."

Остальная часть его тренировки была значительно более осторожной. Когда что-то казалось более болезненным, чем должно было быть, он мгновенно становился нерешительным и рефлекторно прекращал это делать. Даже помимо этого, многие упражнения были прерваны на полпути, потому что они были слишком неудобными или неприятными.

Честно говоря, он действительно начинал чувствовать себя не более чем изнеженным городским мальчиком.

Ползающие по нему насекомые заставляли его подпрыгивать, как будто любой чертов жук был смертельным ядовитым чудовищем, которое могло убить его малейшими царапинами своей челюсти. Случайные камни, ветки или даже "острая трава" мешали любой позе, требующей лежать на земле.

Когда ему нужно было просто подержаться за ветку некоторое время, его бедные, нежные руки слишком болели, чтобы удерживать хватку на грубой древесине.

К тому времени, как его "тренировка", если это можно было так назвать, закончилась, он сидел на земле и плакал. Ему было так стыдно за себя, и его плач только заставлял его чувствовать себя еще более жалким.

Какого черта история мастера боевых искусств начиналась так? Он терял веру в себя с каждой секундой. Может быть, он действительно просто не был создан для этого...

Он встал и схватил мачете. Оно полетело и срезало куст за кустом, быстро устраняя то, что едва ли можно было назвать повреждением.

Был ли он вообще на что-нибудь годен? Когда в последний раз он действительно чувствовал себя хорошим в чем-то? Его чувство собственного достоинства быстро ухудшалось под гнетом сомнений, и вскоре он уже собирал свои вещи и направлялся домой.

Было уже довольно поздно, и остаток дня он провел запершись в своей квартире, используя тот факт, что ему нужно было набирать массу, чтобы переедать.

С его истощением и более или менее идеальным физическим здоровьем, ему не потребовалось много времени, чтобы погрузиться в сон.

***

Фредди снова появился в спортзале вовремя, но немного более механически, чем вчера.

Марк снова заметил значительное улучшение состояния его кожи, как и он сам. Ему было недостаточно интересно, чтобы придумывать что-то, поэтому он просто пожал плечами и сказал, что крем, должно быть, творит чудеса.

Сегодня они делали упражнения для ног.

Они начали с обычной разминки и динамических растяжек и сразу перешли к приседаниям.

Мужчина даже не дал ему штангу. Понятно. Очевидно, он еще не был готов к этому. Даже выполняя приседания без веса, он слишком сильно дрожал и рефлекторно прибегал к размахиванию руками, чтобы облегчить себе задачу.

Марк вообще не предупреждал его об этом. Однако, когда они начали следующий подход, он подошел к нему. "Отличная работа!" подбодрил мужчина. "Хорошо, теперь, чтобы сделать это немного сложнее, ты будешь держать руки перед собой вот так." Он продемонстрировал, вытянув руки вперед.

Фредди приподнял бровь на мужчину, а затем сделал, как ему было сказано.

С каждым последующим упражнением происходило нечто подобное. Довольно очевидно, что он что-то делал не так, но пока это не было опасным или не подвергало его риску травмы, Марк просто выжидал, а затем предлагал исправление, как будто это было "дополнительным вызовом", никогда не упрекая его и не заставляя чувствовать, что он что-то делает неправильно.

Этот сукин сын, подумал он про себя, не в силах сдержать легкую улыбку на лице. Этот паршивец действительно заставляет меня чувствовать себя лучше...

Когда они закончили сегодняшнюю тренировку, к его удивлению, Марк пригласил его на обед, или скорее бранч, учитывая, что было еще относительно рано.

"С чего это вдруг?" спросил он своего тренера. "Разве ты не собираешься сегодня тренироваться?"

"Нет, мне нужно навестить семью," пояснил Марк. "Я обещал навещать их хотя бы раз в неделю. Я поработаю немного над сбором, правда."

"О, хорошо, хорошо... Так куда ты хочешь пойти?"

"Я думал пойти к себе домой," сказал Марк. "Я готовлю для себя сам."

"Правда? Черт, чувак, ты действительно мистер Совершенство."

Марк усмехнулся на это, а Фредди притворно сердито нахмурился на него.

Они направились к дому Марка, который на самом деле был немного меньше, чем его собственный. Возможно, это было немного постыдно, но он засчитал это как минимум за половину победы.

Молодой человек не шутил, однако. Он действительно умел готовить. После уничтожения огромной порции чего-то вроде лазаньи, он был готов снова отправиться спать. Пока не осознал кое-что. "О черт! Это было красное мясо, верно?"

Марк кивнул. "Да... Что-то не так?"

"Аргх!" Он хлопнул себя по лбу. "Мне нельзя его есть!"

"Что?" Марк чуть не вскочил, испугавшись. "Ты в порядке?"

"Нет, я имею в виду..." он застонал. "Мой доктор дал мне список вещей, которые я должен и не должен есть, и красное мясо там есть."

"О... вот ты о чем," сказал он, снова садясь и усмехаясь. "Ты меня на секунду напугал."

"Чувак, это серьезно!"

"Нет." Марк слегка покачал головой. "На самом деле не очень." Затем он немного усмехнулся. "Конечно, тебе лучше избегать этого, но давай, это уже из области перфекционизма."

Фредди бросил на него странный взгляд. "Странно... Я думал, ты больше придерживаешься правил."

"Правда?" Марк усмехнулся ему. "Извини, что разочаровал."

"О, вау," сказал он саркастически. "Осторожно, у нас тут плохой парень."

Марк рассмеялся на это. "Нет, я имею в виду... Следовать каждому чертовому правилу стоит тебе больше силы воли и счастья, чем стоит жертвовать. Я был бы чертовски подавлен, если бы не мог есть стейк. Смутные преимущества для здоровья от его избегания не стоят грусти."

"Мудрые слова," признал он с кивком. "Значит ли это, что я могу пить кофе тоже!?"

"Эм... может, не стоит?" предложил Марк с озорным смешком. "Но что я знаю? Я никогда не привыкал пить его. Кстати, давай перейдем в Нижний Мир."

Фредди поднял бровь на это. "Зачем?"

Марк, казалось, был озадачен этим вопросом. "Почему... бы... и нет?"

"Не знаю... Просто кажется странным."

"Это довольно нормально."

"Что?" он внезапно поморщился, сделав сердитое осознание. "Я сейчас испытываю культурный шок?"

"Я... Вроде того, да. Наверное." Марк почесал щеку.

Они оба незамедлительно погрузились в Нижний Мир.

Первое, что он заметил, была проекция Марка. Она была как минимум на 50 процентов выше его собственной и выглядела как карикатурная версия абсурдно мускулистого мужчины.

И, по-видимому, первое, что заметил мужчина, была проекция Фредди. "Святое дерьмо!" сказал он, восхищенно бросаясь вперед. "Твоя проекция такая крутая!"

"Что ты имеешь в виду?"

"Ты никогда ее не видел?" спросил Марк, тут же бросившись описывать проекцию, "Ты выглядишь как синий мрачный жнец."

Фредди тут же оживился, услышав это. "Это так чертовски круто. Расскажи мне подробности!"

"Итак, у тебя есть капюшон, ага, и там, где должно быть твое лицо, просто... чистая чернота. С двумя желтыми точками вместо глаз."

Он чувствовал себя, вероятно, как обычные дети на Рождество, когда стал весь взволнованным.

"Фредди," сказал Марк напряженным голосом. В его позе произошло заметное изменение, когда он принял боевую стойку и повернулся к окну.

"Немедленно возвращайся в свое тело."

Рефлекторно он повернулся к окну, на которое смотрел Марк, и увидел большую, окровавленную, скелетную руку, пробивающуюся через стекло.

----------

Спуск по течению жизни

Вскоре скелет вошел в комнату, с грохотом рухнув на пол в луже крови. Хотя Марк рефлекторно принял боевую стойку, ему не потребовалось много времени, чтобы развернуться и броситься обратно к своему телу.

Фредди наблюдал, как мужчина исчез, паникуя по совершенно другим причинам. "Какого черта ты здесь делаешь, Кровопролитие!?" - закричал он. Как, черт возьми, это вообще возможно!?

Осколок замер и склонил череп. "Я... кажется, я совершил ошибку. Я немедленно вернусь."

"Нет, ты не можешь вернуться сейчас! Аааррргх!" Он схватился за голову, лихорадочно соображая, как справиться с этой ситуацией.

Прежде чем он успел что-либо придумать, вновь появился Марк, бросившись к нему с невероятно высоким криком, его слова сливались воедино: "Какогочертатыделаешь!?" Он попытался силой оттащить Фредди, но его проекция оказалась на удивление трудно сдвинуть с места.

Маленький синий жнец попытался успокоить эту гору мышц. "Расслабься, Марк! Я знаю, что это такое!"

"Если бы ты действительно знал, что это такое, ты бы обделался и умер! Нам нужно убираться отсюда!"

"Нет, чувак, пожалуйста, позволь мне—"

Марк выглядел ошеломленным, его мультяшные глаза буквально вылезли из орбит, когда он посмотрел на него, затем на Кровопролитие, переводя взгляд туда-сюда. "Слушай, Фредди, я знаю, сейчас все выглядит спокойно, но это остаток. Ты понимаешь? Смерть. Мы умрем. Он убьет нас. Он НЕ выглядит мирным, а их внешность - хороший показатель их сущности, так что нам! Нужно! Уходить!"

"Но Кровопролитие слушается меня!" - наконец выкрикнул он.

"Что это вообще значит!?" - умоляюще спросил Марк, казалось, готовый оставить его одного.

"Кровопролитие," - позвал он, - "ты собираешься нас убить?"

Скелет немедленно опустился на колени, его костлявый череп коснулся пола в земном поклоне. "Я никогда не причиню вреда Кровавому и его слугам."

"Видишь?"

Он медленно начинал понимать, почему пребывание в Нижнем Мире было нормальным явлением. Челюсть Марка комично отвисла, достигая почти середины его торса. Это определенно было более выразительно, чем в реальности.

"Это... это безумие," - сказал Марк, осторожно поглядывая на распростертый остаток. "Эфирная конструкция, одержимая служением кому-то? Я никогда в жизни о таком не слышал."

"Правда?" Он был искренне удивлен это слышать.

Марк кивнул в подтверждение и, бросив прищуренный взгляд на остаток, повернулся к нему. "Ты хоть представляешь, насколько это полезно?"

"Честно говоря, нет."

"Ох, парень," - выдохнул Марк, оседая на землю. "Если бы я перечислил все возможные способы использования этого, я бы пробыл здесь весь день."

"Ты наверняка преувеличиваешь," - недоверчиво сказал он.

"Ты бы удивился, насколько мало," - сказал мужчина, все еще осторожно поглядывая на остаток. "Вот тебе пример. Допустим, у тебя есть могущественный союзник, гипотетически. Если бы он вошел с тобой в Нижний Мир, чтобы помочь подчинить след—"

"Это не сработало бы," - закончил он фразу.

Руководство, которое он прочитал, весьма четко указывало, что польза от внешней помощи в Нижнем Мире была минимальной. Это правда, что можно было помочь другому косвенно или, по крайней мере, обеспечить безопасность, но когда дело доходило до управления персонифицированной эфирной конструкцией, все было не так просто.

Если кто-то избил бы след до полусмерти, другому было бы невозможно заставить его войти в свою душу. Концепция "подчинения" была неразрывно связана с действиями одного человека. Сделать это за кого-то другого было все равно что пытаться дышать за кого-то другого.

"Именно," - подтвердил Марк. "Однако эта штука, с другой стороны," - сказал он, быстро кивнув в сторону Кровопролития, - "может подчинять следы для тебя. И это не считается внешней помощью."

Это было слишком много информации для осмысления. Судя по тому немногому, что он знал о подчинении эфирных конструкций, нечто подобное могло практически пропустить весь процесс.

"Я могу придумать много других применений, но сначала мы должны обсудить кое-что еще. Есть причина, по которой я пригласил тебя в Нижний Мир," - сказал Марк.

"Почему?"

"Потому что здесь практически невозможно шпионить за тем, что ты делаешь."

Подтекст сказанного Марком заставил Фредди содрогнуться. "Ты имеешь в виду...?"

"Я не знаю," - сказал он, - "но я не удивлюсь, если кто-то за тобой наблюдает."

От этих слов по спине Фредди пробежал холодок. "Что ты имеешь в виду?" - тревожно спросил он, ожидая продолжения от молодого человека.

Сидящий Марк глубоко вздохнул. "Черт, чувак, я только сегодня узнал, что ты подписан у Мадам."

"Что?" - выплюнул он. "Ты не знал этого?"

"Ну, ты мне никогда не говорил," - заметил мужчина.

"Тебе не сказали на работе?"

"Нет," - отрицал он. "Ну, это была действительно моя вина, так как я не спрашивал. Без обид, но у меня не было причин интересоваться, кто ты," - сказал мужчина, вздыхая. "Слушай," - сказал он, приняв мрачное выражение. Затем он указал на Кровопролитие. "Эта штука как-то связана с тем, зачем ты нужен Мадам?"

Он на мгновение задумался, не нарушит ли разглашение этого его соглашение о неразглашении, но в итоге кивнул в подтверждение. "В некотором роде. По крайней мере, косвенно."

"Тогда, вероятно, все хуже, чем я думал."

"Что ты имеешь в виду?" - спросил он.

"Ты когда-нибудь смотрел шоу Мадам?"

Он кивнул. "Вообще-то, довольно часто."

"Тогда ты должен знать, что она никогда не берет интервью у обычных людей; черт, она даже вскользь не упомянет кого-то без чертовски веской причины."

"Что ты пытаешься сказать?"

"Послушай," - сказал мужчина. "Без обид, но ты чертовски наивен. И тебя просто втянули во что-то, с чем ты не способен правильно справиться. Я не знаю, какого черта тебе досталось место в ее шоу, но я точно знаю, что после этого на тебя будут устремлены многие взгляды - слишком многие. И это не очень хорошо."

"Мне говорили не это," - сказал он, и в его голосе прозвучал странный всхлип.

"Еще бы," - грубо выплюнул мужчина. "Что она тебе обещала?"

Он колебался. "Она сказала, что некоторые могут увидеть во мне потенциал и взять под свое крыло."

Марк фыркнул. "Она знает об этой штуке?" - сказал он, указывая на Кровопролитие.

"Нет," - отрицал он. "Это секрет. Я могу доверять тебе, что ты сохранишь его, верно?"

"Да, мой рот на замке," - пообещал мужчина. "А как насчет твоего таланта? Ты можешь использовать свое исцеление на других?"

"Нет, я—" Он замер. Откуда он знал об этом?

Марк закатил глаза. "Твои шрамы от акне почти исчезли после использования твоего 'волшебного крема' всего дважды," - сказал он. "Ты принимаешь меня за идиота?"

"Справедливо," - признал он. "Черт, как же мне теперь скрыть это от врача?"

"Послушай." Марк вернул его внимание. "Мадам тебе не лгала. Предложения посыплются на тебя десятками. Но крупные организации вообще не будут заботиться о тебе. Их интересуют только элитные таланты и происхождение."

"Это проблема?" - спросил он.

"Проблема в том, что те, кто попытается подойти к тебе, не смогут предложить многого," - сказал он. "Единственные, кто будет искать тебя - это посредственные группы, пытающиеся использовать восходящую звезду в своих интересах."

"А если я просто откажусь?"

"Большинство из них уйдут," - сказал Марк. "Но если ты особенно слаб... Я видел дерьмо, в которое до сих пор не могу поверить. Некоторые люди просто злы, и особенно среди тех, кто только поднимается... Послушай, я просто говорю, что слышал истории о таких, как ты, и некоторые из них заканчиваются очень..." Он вздохнул, сгорбившись. "Очень плохо."

"О," - сказал Фредди, пытаясь рассмеяться, но обнаружив, что его голос дрожит. Он понял, на что намекает мужчина. Он сам это видел. Мужчины, набрасывающиеся на женщин, которые их отвергли, люди, обижающиеся на кого-то за отказ от их "щедрости", когда их намерения были эгоистичными.

Он лучше, чем кто-либо другой, знал, какова реакция самоуверенного ублюдка на отказ от того, кого он считает ниже себя. "Они нападут на меня, да?" - спросил он, уже зная ответ.

Марк неохотно кивнул.

"О, отлично!" - воскликнул он. "Какой-нибудь кусок дерьма может попытаться убить меня! Замечательно!" - закричал он, нервно смеясь. "Это просто моя жизнь! Именно то, что мне нужно! Каждый чертов раз, когда я добираюсь до лужи, мне приходится пересекать пустыню, чтобы добраться до следующей!"

"Успокойся! Эти люди не будут элитой; тебе просто нужно—"

"Я не могу!" - истерически закричал он. "Я, черт возьми, не могу, Марк!" Его проекция начала плакать большими мультяшными слезами, которые исчезали в земле. "Я глуп, и я ничего не умею!"

"Если ты будешь работать—"

"Я и этого не могу!" - заявил он. "У меня нет того, что для этого нужно! У меня нет ни ресурсов, ни знаний! Мой талант несуществующий, и у меня даже нет решимости, чтобы, черт возьми, работать ради этого! Меня окружает одно лишь несчастье!"

Казалось, Марк все пытался что-то сказать, но каждый раз, когда его рот открывался, он снова закрывался.

"Господин," - позвал Кровопролитие и начал идти к нему.

Марк повернулся к жуткому остатку, сглотнув и вызвав заметный бугорок, проползший по его горлу. Он застыл, явно не в силах остановить остаток, но видимо обдумывая попытку сделать это.

"Ты действительно окружен несчастьем—" - сказал он.

Это на самом деле заставило его немного усмехнуться. Даже эфирная конструкция, буквально одержимая им, соглашалась с его словами.

"—ибо твое существование гасит всякую надежду." Он остановился прямо над его телом, нежно проводя костлявой рукой по его капюшону, вырывая его из самоуничижительного состояния.

"Когда я родился, Господин, тебе было суждено умереть," - сказал он.

"Прекрати, Кровопролитие," - сказал он, отстраняясь. Затем, ища утешения в юморе, он пошутил, "Ты нарушаешь мое соглашение о неразглашении."

"Не бойся, мой господин," - утешал он его, кланяясь. "Любой, кто покусится на твою жизнь, потеряет свою взамен. Я ручаюсь за это своим существованием." Кровавый костяной человек не заставил долго ждать, чтобы сделать атмосферу крайне неловкой.

Марк воспользовался возможностью, чтобы очень выразительно указать на их настоящие тела в попытке убраться подальше от массивного остатка.

Вместо того чтобы покинуть Нижний Мир, он повернулся к остатку. "Эй, Кровопролитие, пожалуйста, подожди вон там в углу."

"Как пожелаешь." И скелет подчинился.

Фредди некоторое время стоял спиной к Марку и в конце концов набрался смелости заговорить. "Извини, что так разоткровенничался," - сказал он.

"Нет... Я... Прости, я... Я не знал, что сказать..."

"Ты хороший парень," - заявил Фредди. "И не волнуйся, я не сдаюсь. Мне просто нужно было выпустить это из себя." Он повернулся. "Вчера я... я кое-что осознал. Когда мне нужно было проявить силу воли, я обнаружил, что ее не хватает. Мое тело слабо и больно от неиспользования. И так же с моей решимостью." Его слова затихли, когда он взглянул на свою крошечную синюю перчатку, торчащую из длинных рукавов. "Значит ли это, что я никогда по-настоящему не использовал ее? Или, может быть, я просто не использовал силу воли так много, как думал?

"Так долго я думал, что усердно работаю и делаю все возможное. Но теперь я думаю, что просто спутал тяжелую жизнь с борьбой за лучшую. Знаешь, каково это - осознать такое?" - спросил он, и его голос снова задрожал. "Я имею в виду, кто я вообще такой? Я думал, что знаю, кто я, но теперь мне кажется, что я просто заблуждался. Я так долго не видел природы не потому, что у меня не было времени, а потому, что никогда не заставлял себя это сделать. Я слаб и болен, потому что был слишком ленив, чтобы оставаться физически активным.

"Я просто плыл по течению, будучи полностью уверенным, что я крутой, когда на самом деле я был просто диареей, стекающей по штанам жизни."

"Пффф!" Марк фыркнул и зажал рот. "Прости, но—"

"Хахаха, что за чертовщину я только что сказал?" - рассмеялся он.

Марк тоже усмехнулся. "О Боже, ну ты даешь, чувак."

Они еще немного посмеялись, и Марк наконец подошел, положив огромную руку на его одетое в мантию плечо. "Но теперь, кажется, я лучше понимаю твою проблему. Ты прав. Сила воли - это точно как мышца. Если ты ее не используешь, она не развивается."

Он немного поник, но Марк встряхнул его, прежде чем он успел снова впасть в самоуничижительное состояние. "Нет-нет, ничего подобного. Держи голову высоко. Сила воли может расти. Ты узнал сегодня что-то новое о себе, и ты не должен использовать это как оправдание, чтобы убежать от своих проблем. Они не исчезнут сами по себе."

Подавленный жнец поднял взгляд, слегка кивая головой.

"Но не волнуйся. Возможно, я ошибаюсь. Я понял, что лучше быть осторожным, но это не значит, что у тебя обязательно будут проблемы. В худшем случае ты мог бы где-нибудь спрятаться, пока все не утихнет. К тому же, у тебя есть моя помощь, хороший талант и эта жуткая штука, которая... смотрит на меня из угла... Нам нужно что-то с этим сделать. Подожди, я сейчас вернусь."

Марк подбежал к своему телу и исчез в нем. Через несколько мгновений его тело тоже исчезло. Движущиеся предметы не появлялись в Нижнем Мире, если их движение не было повторяющимся. Что поднимало вопрос о том, как Кровопролитие мог взаимодействовать с его телом, даже когда он был снаружи.

Была ли у него какая-то странная связь с ним?

Вскоре большой открытый пластиковый пакет вспыхнул в существование, вероятно, помещенный туда Марком, который также вошел в Нижний Мир. "Можешь сказать этой штуке залезть в пакет?"

Он кивнул и велел Кровопролитию забраться внутрь. После этого они покинули Нижний Мир, и Марк подошел к пластиковому пакету на полу. Он быстро закрыл его и смял в маленький шарик.

"Нет!" Он запаниковал. "Какого черта ты это сделал!?"

"Расслабься!" Марк поднял руки. "Все в порядке! Доверься мне," - призвал он, яростно моргая, надеясь, что Фредди промолчит о существе в пакете.

Он понял, к чему клонит мужчина. "Хорошо, я доверяю тебе. Я просто подумал, что все... эм... искры пропадут зря," - сказал он расплывчато, надеясь сбить с толку любого, кто может подслушивать их.

Мужчина с энтузиазмом ухватился за нить, предложенную Фредди. "Да, ты можешь транспортировать сгусток искр таким образом. Просто убедись, что они не. Покинут. Пакет," - сказал мужчина многозначительно.

"Чтооо?" - он разинул рот. "Жаль, что я не знал этого раньше. Это действительно удобно."

"Это точно. Теперь я должен поторопиться, иначе опоздаю на свой транспорт домой," - сказал мужчина, вручая Фредди пакет, который тот быстро положил в карман. "Мы поговорим завтра, а сегодня просто делай то, что считаешь нужным."

Они пожали руки и разошлись. Фредди остался с множеством мыслей.

Он никак не мог вынести ожидания, особенно после того, что сказал Марк, но он колебался. Было сопротивление идти в те леса, отвращение к мысли снова опозориться. Был риск, что кто-то может наблюдать за ним.

Что там говорил молодой человек? Сила воли действительно подобна мышце?

Если это так, то...

Пора начать ее тренировать.

Единственной причиной, по которой действия Кровопролития не вызывали кровопролития, было то, что следы не могли истекать кровью. Пруд, который недавно был заражен неприятными вещами, теперь был свободен от таких захватчиков и буквально кишел искрами водной близости.

Был небольшой страх, что кто-нибудь может заметить остаток в Нижнем Мире, но маловероятно, что кто-то заметит его, даже если за ним наблюдают.

Даже пятизвездочный архичеловек имел максимальный радиус видимости в Нижнем Мире пятьдесят метров. К тому же, не то чтобы у кого-то была причина шпионить за Нижним Миром вокруг него.

Он был доволен работой Кровопролития, когда ушел и начал сеанс медитативного сбора.

На этот раз, когда его душа начала болеть, он продолжал давить. Что касается упражнений на силу воли, это, возможно, было лучшим. Как бы сильно он ни давил, это не причинит ему реального вреда. Полная неспособность продолжать предшествовала травмам души на довольно большое расстояние.

Это не значило, что он мог достичь такого состояния только потому, что чувствовал мотивацию. Однако, когда одна искра за другой вливалась в его душу, достигая почти тридцати поглощенных, с болью, грозящей вырубить его, было ясно, что он готов попробовать.

Наконец рухнув, он тяжело дышал, испытывая специфический вкус мучений, характерный для истощения души. Это было, мягко говоря, не очень приятно. Когда это прошло, он чувствовал себя полностью истощенным и подавленным, и ему хотелось спать.

Но вместо этого он погрузился в Нижний Мир.

Водные следы, которые он привлек, были плотно упакованы в кокон вокруг него, и он прыгал вокруг, собирая их, пока они не стали редкими.

Делать это с душой в таком состоянии только больше истощало его, но он нашел в себе силы встать.

Как только он это сделал, в его голову закралась странная мысль. Я сегодня уже многое сделал, подумал он. Я уже довольно горжусь собой, спорил он. Может быть, на этом можно остановиться.

Но прежде чем такие мысли могли укорениться, он раздавил их и подошел к ближайшему дереву.

Марк сказал ему делать то, что он считает нужным. И после тщательных размышлений он пришел к одному довольно очевидному варианту. Его болевой порог был просто жалким. Черт, даже его порог "смутного дискомфорта" не был особенно впечатляющим.

Не будет преувеличением сказать, что количество боли, которую человек испытал, было подходящей мерой его общей силы, пусть и приблизительной.

Так что оставалось только одно. Пора почувствовать боль, подумал он, готовясь ударить чертово дерево.

Тот факт, что кто-то мог быть рядом и наблюдать за ним, нервировал. Но его это не беспокоило. Учитывая, как свободно он использовал свой талант, не было способа избежать того, чтобы доктор заметил, что происходит что-то странное.

Если он хотел использовать его, ему придется раскрыть, что он это делает. На самом деле, это не должно быть проблемой. С тем, что он знал о высококачественном исцелении, если что, это сделало бы работу доктора намного легче.

Отбросив это, он сосредоточился на задаче перед собой. Коричневая, неровная кора дерева выглядела грубой и шершавой. Последнее, что он хотел сделать, это ударить ее. Но он заставил себя сделать это все равно.

Он просто замахнулся левой рукой, стараясь не сломать ее в процессе. К сожалению, несуществующая форма в сочетании с отсутствием уверенности привела к травме среднего пальца, которая адски болела. Он тряс рукой в тщетной попытке избавиться от боли.

"Мммм, да, это отстой."

Мысль о том, чтобы бросить, воспользовалась моментом, но он отогнал ее.

"Нет! Ничего подобного! Ты мужчина! Кто мужчина? Ты! Теперь будь мужчиной и приготовься бить чертово дерево!" Он попытался ударить себя по лицу в "мужественной" попытке взбодриться и, к несчастью, решил сделать это левой рукой, что снова вызвало боль, распространившуюся по всей руке.

"Фуу—Нет, нет, боль хорошо, это хорошо, да," - пытался он убедить себя, крепко зажмурившись, чтобы остановить подступающие слезы.

Затем он приготовил правый кулак, сжав его сильнее и готовясь к серьезному удару. Удар, который превратился в не очень мужественную позу, когда он осознал кое-что — как он будет размахивать мачете, если обе руки будут повреждены?

Нет проблем. Вместо этого он пнет дерево. Наносить удары ногами в обуви было не особенно больно, поэтому он просто ударил голенью—

"Ааааах!" - он взвыл, рухнув на землю и агрессивно растирая место удара. Он дышал как рожающая женщина, затем застонал сквозь стиснутые зубы и наконец перешел на что-то вроде звуков пещерного человека, баюкая ногу, словно раненого ребенка.

Прошло довольно много времени, прежде чем боль утихла, и когда он встал, то решил, что просто будет бить кулаками и разберется с этим позже. Эй, если кто-то наблюдает, его спасут, если он попадет в беду. Верно?

...Верно?

"Ладно, Фред, ты справишься."

Его левая рука все еще адски болела, большая часть боли отдавала в предплечье, но он рассудил, что все это пройдет после некоторого растления растений.

На этот раз он убедился, что его кулаки плотно сжаты, даже если у него не хватало сил долго держать их в таком положении. Тем не менее, после первого удара он понял, что все не так уж плохо. Пока его кулак не приземлялся неловко, он вполне мог это делать. Он начал со слабых ударов и постепенно усиливал их.

Иногда он попадал костяшкой пальца или ушибал палец и корчился от боли, но он преодолевал это и продолжал, обливаясь потом. Вскоре он заметил кое-что. От этого ощущались самые слабые проблески похищения жизни. Он явно не собирался убить дерево такими ударами, но этого было достаточно, чтобы понять, что он действительно наносит какой-то урон.

Использование его таланта ощущалось хорошо. Очень хорошо. Сначала он активно не замечал этого, но теперь понял, что это своего рода зависимость. По мере того как он привыкал к боли в руках, его удары становились все сильнее, стремясь получить больше жизни от неподвижного растения.

Больше. Он хотел больше. Внезапно его левый кулак приземлился почти с максимальной силой, и он почувствовал, как что-то треснуло.

Голова Марка была переполнена мыслями обо всем, что произошло сегодня, когда он сошел с парящего экипажа и направился к платформе, которая должна была поднять его на его домашний остров.

Он не знал, почему пошел на такие усилия, чтобы помочь Фредди. Конечно, это было правильным поступком, но личное вмешательство в дела гостя шоу Мадам... Он будет в порядке, думал он. Надеялся.

Было трудно игнорировать страдания кого-то его возраста. Люди такие. Все, что нужно - это одна общая черта, и—

"Мистер Афронте?" - раздался несколько претенциозный голос сзади, и он повернулся лицом к его обладателю.

Низкорослый мужчина в гладком сером костюме с зачесанными набок волосами, залитыми гелем до предела, окликнул его, и он уже знал, что этот человек здесь, чтобы что-то ему продать. Обычно он просто проигнорировал бы его, но это было потенциально проблематично, учитывая, что мужчина каким-то образом знал его имя.

Он выслушает его, если не для чего другого, то хотя бы чтобы понять, стоит ли сообщать о нем властям.

"Я так рад, что встретил вас," - сказал мужчина, ведя себя фамильярно. "Я как раз направлялся по вашему адресу."

Что ж, это сделало ситуацию еще хуже.

"При всем уважении, сэр, я хотел бы знать, почему вы вступаете в контакт со мной," - вежливо сказал Марк, но с достаточной резкостью, чтобы любой понял, что это немного больше, чем завуалированная угроза.

Любой, кроме этого мужчины, очевидно. "Да, да, да, я скоро перейду к этому." Он вытащил из кармана явно декоративные очки и надел их, поправляя средним пальцем и вынимая какую-то бумагу. "Я журналист, и я просто хотел бы задать вам несколько вопросов."

Это каким-то образом одновременно раздражало его еще больше, но и успокаивало. По крайней мере, это объясняло его скользкость и вторжение в частную жизнь. Теперь пришло время этому человеку отчитать его за время, проведенное в академии, и—

"На вашей новой работе, я полагаю, вы работаете с человеком по имени Фредди Штерн. Это верно?"

----------

Бессмертный фрик

Взгляд Марка был одним из самых холодных, что он когда-либо бросал на кого-либо. "При всем уважении, сэр," сказал он, держа спину прямо и не отводя глаз. "Я не заинтересован в разглашении личной информации моих клиентов. Всего хорошего," выплюнул он, разворачиваясь и продолжая идти к левитирующей платформе.

"Я прошу не так уж много!" настаивал мужчина, но Марк решительно игнорировал его. "У вас ведь есть сестра, верно?"

Его шаги замерли. Он обернулся с яростью в глазах.

Мужчина увидел это и поспешил оправдаться. "Нет! Нет-нет, боже упаси, я ничего не намекаю! Я просто хотел дать вам предложе—"

"Убирайтесь с глаз моих," выплюнул он. "Разговор окончен."

"Она ведь пойдет в академию, верно?"

"Почему вы все еще говорите?" сказал он, делая несколько шагов к мужчине.

"Я могу помочь!" ответил мужчина, поднимая руки в защитном жесте и отступая на шаг.

"С чем?" выпалил он.

"У меня есть несколько связей в академии. Я мог бы сделать процесс поступления немного проще."

"Она уже—" начал Марк и остановился, не видя причин что-либо раскрывать. Не прощаясь, он снова развернулся и пошел прочь, на этот раз не намереваясь останавливаться.

"Знаете, это может быть сложно," крикнул мужчина. "Место в академии никогда не гарантировано до начала семестра." Но его слова остались без внимания. "Это ваш последний шанс," сказал он, и его голос стал немного менее скользким и раздражающим, и чуть более змеиным.

Ноги Марка снова замерли, и он обернулся еще раз, на этот раз готовый пустить в ход кулаки, если этот ублюдок не заткнется. Но когда он посмотрел на журналиста, то заколебался.

Что-то в нем изменилось.

Исчез слегка сутулый, слабый придурок. Вместо него стоял кто-то, кто играл роль, и, как змея, сбросившая кожу, его маска была отброшена.

Это была всего лишь попытка посеять сомнение в разуме Марка. И он знал, что лучше не поддаваться на это. "Как я уже сказал," произнес он. "Всего хорошего."

Мужчина не остановил его на этот раз, просто кивнув, когда он развернулся и ушел.

Крошечный осколок беспокойства проник в его разум, когда он ступил на левитирующую платформу, и он знал, что в эту ночь будет плохо спать.

Солнце садилось. Фредди лежал, растянувшись на лесной подстилке, наплевав на грязь и мусор. Все его тело дрожало, и он все еще чувствовал боль в запястьях.

Усталость глубоко проникла в его тело. Этот день оказался довольно познавательным.

Во-первых, он узнал, что его талант не исцелял его от недостатка энергии. Либо это, либо он был слишком занят восстановлением своего сломанного пальца, на что у него ушла большая часть дня.

Это был первый раз, когда он сломал кость. Воистину, если бы существовал чемпионат по глупым идеям—

Нет. Фредди оборвал этот ход мыслей. Потому что то, чего он достиг сегодня, было не просто глупой травмой. Это была победа. Над собой и... может быть, не над деревом, но все же. Было очень больно, но не невыносимо. Мог бы он сделать это снова? С колебанием, но да. Он верил, что мог.

На этот день этого было достаточно. В основном потому, что он не был уверен, что его тело сможет правильно восстановить потерянную энергию. У него еще были упражнения на завтра. Кровопролитие радостно запрыгнуло обратно в сумку, проведя весь день истребляя следы, разбросанные по лесу.

Он мог поклясться, что оно казалось немного больше, чем раньше. Возможно, ему не стоит выпускать его слишком часто. Если оно превратится в духа, это может обернуться проблемами.

Честно говоря, тот факт, что оно ослушалось его приказа оставаться в кладовке, тяжело висел у него на уме. Глядя, как кровавый скелет медленно забирается в сумку, которую он будет носить с собой, он не мог не беспокоиться, что его знания об этой конструкции были неполными.

Что-то в ней казалось отличным от множества следов и осколков, которые он видел разбросанными по этому сообществу. И, как он считал вполне понятным, это пугало его до чертиков.

Выйдя из Нижнего Мира, он вздохнул и смял сумку, положив ее в карман. Сумка не стала тяжелее, несмотря на осколок, который она несла. Так и должно быть.

Мачете отправилось в свое обычное укрытие, а он пошел домой, заснув почти сразу, как только его лицо коснулось подушки.

Фредди сидел рядом с Марком в раздевалке, нахмурившись. Его тренер только что закончил пересказывать историю о жутком журналисте, оставив у обоих неприятный осадок во рту. "Марк..." начал он. "Я действительно ценю, что ты послушал меня и остался, но—"

"Нет," мужчина сразу отверг его. "Я не собираюсь увольняться. Это мало что изменит на данном этапе. Даже если я уйду, меня, вероятно, все равно будут посещать любопытные придурки. Кроме того," сказал он, вставая, "это не такая уж большая проблема. Приставание к людям строго ограничено в моем сообществе. Вступать в контакт с кем-то один раз не является незаконным, но попытки запугивания жителей или неоднократное преследование, мягко говоря, не одобряются. Я уже сделал заявление, и этот парень больше не появится."

"Хмф," фыркнул Фредди. "Какие у вас тут причудливые правила."

Марк пожал плечами с хитрой улыбкой. "Что я могу сказать? Иначе я бы никогда не отбился от всех женщин."

"Да пошел ты, ублюдок," сказал он, ухмыляясь.

Они направились в спортзал, и Марк спросил: "Кстати, чем ты занимался вчера?"

"Сломал палец," похвастался он.

"А?" промямлил мужчина. "Ты... Ты в порядке?"

"Да, уже зажило. Смотри?" он похвастался, поднимая руку. "Как новенький."

Марк бросил на него странный взгляд. "Как вообще работает твой талант? Тебе не нужно делиться, если ты—"

"Да ладно, все в порядке," сказал он, кратко описывая 1% Похищения Жизни.

"Черт..." выдохнул Марк. "Это действительно безумно."

"Да," подтвердил он, переполненный гордостью. "Но с этим связано несколько оговорок."

"Например?"

"Ну, во-первых, я сомневаюсь, что это будет особенно полезно в бою."

Марк открыл рот, но остановился, чтобы подумать об этом, прежде чем слегка кивнуть. "Да, я понимаю. По крайней мере, пока."

Сегодня они занимались бицепсами и плечами; на этот раз тренер-блондин с зелеными глазами проявил значительно меньше милосердия.

"Приятель," выплюнул Фредди. "Что мне делать с этим?" Он указал на пятикилограммовые гантели, которые мужчина протягивал ему.

"Поднимай их над головой вот так." Марк продемонстрировал.

"Ты уверен?" он осторожно спросил. "Это кажется немного тяжелее, чем большинство вещей, которые мы делали."

"О, да ладно, это легко, как черт знает что. Кроме того, мне пришлось убедиться, что ты не травмируешься раньше. Теперь, когда я знаю, что это не будет проблемой..." Он поиграл бровями.

"Ты шутишь," сказал Фредди с невозмутимым выражением лица.

"Нет," весело отрицал Марк, показывая большой палец и ухмыляясь.

"Тебе разрешено это делать?" он спросил с насмешкой. "А как насчет контракта?"

"Зависит," ответил Марк в том же духе. "Ты готов оставаться травмированным только для того, чтобы я потерял работу?"

Он цокнул языком. "Просто дай мне их, ублюдок."

Мужчина злобно захохотал. "Посмотрим, как сильно ты сможешь. Это должно быть весело."

Это было совсем не весело. Мужчина, казалось, извлекал какое-то извращенное удовольствие из мучений Фредди.

"Еще один раз," сказал Марк, поднимая штангу в переднем подъеме. "Хорошо, теперь еще разок."

"Ты—кх!" простонал он, моргая от пота в глазах. "Ты уже три раза это говорил!"

"Ладно, но это действительно последний," соврал Марк.

Они продолжили изнурительную тренировку, завершив ее пробежкой, которая оставила Фредди задыхающимся. "Это... Это будет так каждый раз?" спросил он, не уверенный, что выживет, если все продолжится в таком духе.

"Нет. Будет намного тяжелее," сказал Марк, ухмыляясь его жалкому выражению лица. "Я меняю расписание. Мы сократим его до четырех дней. Будем делать тяни-толкай-ноги и добавим еще один день для завершения," сказал Марк, беря свою бутылку с водой и делая глоток.

"Что, черт возьми, все это значит?"

"День толкания будет охватывать мышцы верхней части тела, которые отталкивают предметы от вас. То есть грудь, передние дельты, трапеции и трицепсы. Затем мы сделаем тягу, это спина и бицепсы. День ног понятен сам по себе. И мы добавим один день для тренировки твоего корпуса, работы над шеей, предплечьями, несколькими изолированными мышцами и сделаем много кардио."

"Это кажется веселым," сказал он саркастически, задыхаясь.

"Так и будет," сказал Марк, но не шутливым тоном. "Я серьезно. Как только ты втянешься, упражнения могут стать довольно затягивающими. Выброс адреналина, эндорфинов и чувство личностного роста и триумфа. Это хорошие вещи."

Фредди хотел бросить ему колкий ответ, но вспомнил вчерашний день и кивнул. "Да. На самом деле, это действительно кажется довольно веселым."

Фредди снова оказался в лесу, на этот раз с Марком рядом. Он только что закончил свою растительную бойню, и его тренер выглядел так, будто с трудом мог в это поверить. "Это действительно работает? Не пойми меня неправильно, это не самый сильный талант, который я видел, далеко не самый сильный, но это просто кажется... как будто это действительно не должно работать."

"Я, конечно, рад, что это работает," сказал он.

"Теперь," рявкнул Марк, приняв более серьезный тон. "Я не могу позволить себе быть твоим тренером 24/7, так что тебе лучше постараться сегодня. Я покажу тебе, как выглядят правильные тренировки по боевым искусствам. Постарайся изо всех сил."

Как он уже предполагал, практиковать боевые искусства было трудно, когда ты один в лесу. Марк хорошо это знал и сделал все возможное, чтобы научить его всему, чему мог.

Все сводилось к большому количеству повторений. Марк пообещал, что в спортзале позаботится о том, чтобы его мышцы были достаточно натренированы, так что оставалось много работы над техникой.

Опять же, как и следовало ожидать, без руководства или партнера научиться драться было непросто. Это было похоже на попытку научиться играть на пианино без... ну... пианино. Но это не значило, что изучение музыкальной теории или тренировка ловкости были бесполезны.

От того, как принимать стойки, до того, как переходить между ними; как наносить удар кулаком до того, как наносить удар ногой. Многие атлетические достижения служили важной цели, такие как выполнение сальто назад, стойка на голове, быстрое лазание по дереву, нанесение удара ногой после быстрого разворота, и так далее.

И, наконец, он должен был быть гибким.

"Покажи мне свой шпагат," сказал Марк.

Эти слова заставили его напрячься, но вскоре он сделал шпагат.

"Это лучшее, что ты можешь?" спросил мужчина, прищурившись глядя на его ноги. "Нам придется это изменить."

Марк шагнул вперед и поставил свою ногу под ногу Фредди, толкая ее дальше.

"Ай! Чувак, какого—"

"Форсировать шпагат невероятно глупо, и все, к чему это приведет, - это травма. Для обычных людей, то есть. Для тебя же... Ты можешь пойти коротким путем."

Задница Фредди наконец коснулась земли, когда он сделал полный шпагат, даже не через час после того, как они начали. Он сильно потел и выглядел не очень счастливым.

Марк просто насильно раздвигал его ноги, как бы странно это ни звучало, до тех пор, пока не становилось больнее, чем должно было быть, а затем говорил ему исцелиться. Повторить, и вуаля, полный шпагат достигнут.

Хотя ему не нравился этот опыт, он должен был признать, что было довольно удовлетворительно видеть такой быстрый прогресс.

"Я думаю, мы должны заняться твоей спиной следующей," сказал Марк.

Он подумывал о том, чтобы убежать.

После нескольких изнурительных часов и довольно большого количества травм спины, плеч, локтей, коленей и практически всех сухожилий и суставов в теле, Фредди стал впечатляюще гибким человеком. Все что угодно, от рукопожатия за спиной до жуткого прогиба спины и скрещивания ног за головой, было полностью в пределах его возможностей.

Это ощущалось чертовски освобождающим - достичь такого обширного диапазона движений, даже если метод приобретения был довольно сомнительным. И очень болезненным тоже.

Тем не менее, любая "травма", которую Марк наносил ему, заживала гораздо быстрее, чем те, которые он наносил себе сам, демонстрируя, насколько хорошо молодой человек разбирался в вопросах человеческого тела.

Однако было одно, что он не мог игнорировать. "Результаты налицо, да, но не кажется ли тебе, что ты был слишком чертовски жесток со мной сегодня?" обвинил он. Даже в качестве одолжения, существует такая вещь, как зайти слишком далеко.

Марк немного съежился, услышав это, и кротко кивнул. "Да. Я был. Извини."

Хотя он хотел злиться на него, это было трудно сделать, когда результаты были так очевидны. Не говоря уже о том, что это было что-то, что мужчина делал ради него. Поэтому вместо того, чтобы что-то сказать, он сел на землю немного в стороне от Марка и ждал.

"Это не нормально, чувак," сказал Марк. "Вся эта история с этим жутким ублюдком оставила меня в плохом состоянии."

"Ты думаешь, он что-то сделает?"

"Я не думаю, что он может. Он не должен быть в состоянии, во всяком случае. Может быть, я просто параноик..."

Он похлопал мужчину по его массивной спине, и с легкой и недолгой улыбкой Марк кивнул в знак благодарности. "Теперь," сказал он, снова вставая. "У нас еще много чего нужно охватить."

Фредди практически вполз из коридора в свою комнату. Принять душ после такого дня было одной из самых сложных вещей, которые он когда-либо делал. Он был так уверен, что полностью исцелился, но отдающиеся эхом боли дали ему понять, что после такого дня нужно будет особенно убедиться, что он полностью восстановился.

После всего сделанного он сделал несколько выводов.

По-видимому, бить свое тело о дерево было правильной идеей, поскольку отличный способ стать жестким - это многократно избивать себя, пока ты больше этого не чувствуешь. В то время как удачные сальто назад были крутыми, неудачные были мучительными, и, наконец, он надеялся, что его уронили на голову в детстве или что-то в этом роде.

Почему? Потому что его отсутствие координации было настолько ужасным, что лучше бы это было травмой, от которой он мог бы исцелиться. Марк не был в восторге от его перспектив как мастера боевых искусств, но, по словам самого мужчины - пока он был жив, он мог позволить себе терпеть неудачи настолько катастрофически, насколько это было необходимо для того, чтобы научиться.

Хотя технически он восстановился от всего, что было с ним сделано, его уровень энергии был настолько низким, что он мог бы съесть целую корову. После того, как он уничтожил рекордные три полных приема пищи на кухне, истощение свалило его с ног, прежде чем он успел даже встать со стула.

Начать день с опоздания обычно было бы признаком плохой дисциплины, но в тот день это было совсем не так. Когда Фредди проснулся, первое, что он осознал, было то, что он сильно недооценил состояние своего тела.

Он испытывал такую сильную агонию, что едва мог встать с постели. Таким образом, не было особенно трудно объяснить Марку, что ему нужно было сбегать в лес и совершить небольшой экотерроризм, чтобы привести себя в форму. Что было правильным выбором, учитывая, что в тот день начиналось его новое расписание.

Во второй раз он выполнял упражнения для груди, и на этот раз Марк сказал ему просто поднять штангу саму по себе. Это было высокое требование, поскольку в прошлый раз он делал две трехкилограммовые гантели. На штанге было отмечено "20кг" - почти в три раза тяжелее, чем его предыдущий рекорд.

"Ты уверен, что я смогу это сделать?" осторожно спросил он Марка.

"Просто доверься мне. Я подстрахую тебя."

"Хорошо, тогда."

Ему объяснили, как правильно держать штангу, и после нескольких глубоких вдохов, выгибания спины и твердой постановки ног, он толкнул. Штанга удивительно легко поднялась с подставки, и он чуть не уронил ее из-за того, как сильно он переоценил ее вес. Она все еще была тяжелой, и последние несколько повторений потребовали больших усилий, но не столько, сколько он ожидал.

Он закончил полные восемь повторений и вернул штангу на подставку, чуть не взорвавшись от волнения. "Это было так легко!"

"Тебе лучше наслаждаться этим, парень," сказал Марк с странным акцентом. "Начальный рост - это действительно драгоценная вещь."

"Кто ты," спросил он, "какой-то мастер кунг-фу?"

"Хмм, да, ты ищешь порки, я вижу?"

"Нет, Учитель," ответил он, сложив кулак в ладонь.

Оба посмеялись над выходками друг друга.

Фредди снова посмотрел вверх. "Серьезно, я буду становиться в три раза сильнее каждый раз, когда тренируюсь?"

Марк фыркнул на это. "Малоподвижные мышцы входят в своего рода спячку. Если они тебе не нужны, твое тело не хочет тратить ненужные ресурсы на их поддержание. Просто переход от неактивного состояния к активному дает огромную разницу, и я подозреваю, что твой талант мог ускорить этот процесс."

Ускорить этот процесс, действительно. Но казалось, что в этом было что-то большее.

Его глаза скользнули по предплечью, когда он почувствовал себя... странно. Его тело казалось легким. Обычно движение причиняло боль. Напряжение мышц ощущалось некомфортно так, как он не осознавал до этого момента, когда вдруг обнаружил, что это чувство внезапно отсутствует.

Они продолжили остальную часть тренировки. Это было одно из самых веселых занятий, которые у него когда-либо были. Он чувствовал себя совершенно другим человеком. Больше некоторые из абсурдных весов, которые люди поднимали вокруг него, не казались невозможным достижением.

Обычно он избегал смотреть на свое тело, поскольку немного стыдился его, но он не мог не бросить взгляд на себя в зеркало в раздевалке. Его шрамы исчезли. Его плечи стали немного менее костлявыми, а его торс больше не был просто плоской, обвисшей поверхностью болезненно белого цвета.

То, что стояло в этом отражении, было несколько худощавым мужчиной. Но он был полон жизни, покрасневший, с отражающимся светом от его покрытого потом тела. И были едва заметные признаки силы, начинающие проявляться.

Марк проинструктировал Фредди тренироваться без рубашки и босиком, в одних только скудных шортах. В основном для того, чтобы он получил немного драгоценного витамина D и подвергся воздействию стихий.

В то время как его едва одетая форма не была проблемой, отсутствие обуви было настоящей болью в заднице.

"Ой, черт возьми!" В двадцатый раз за день он наступил на что-то острое в траве и поранил нежную подошву стопы. Просто стоять было трудно из-за того, насколько мягкими были его ступни, и его компрометированная опора портила почти все остальное. Однако он не собирался долго это терпеть.

Он многократно бил грубую кору подошвой ноги, исцеляя ее всякий раз, когда она начинала кровоточить. Даже после нескольких часов такого она не приобрела желаемой твердости, но просто привыкание к боли было достаточным, чтобы выбросить ее из головы.

Он падал много раз. Он наносил много неуклюжих ударов по дереву. Ему не удавалось удерживать стойку столько, сколько следовало.

Но каждый раз, когда он терпел неудачу, он делал глубокий вдох, исцелялся, если нужно, и продолжал работать.

К концу дня он сел в месте, где он специально проинструктировал Кровопролитие собирать духов с водной стихией. Послушный осколок выполнил свою работу, создав впечатляющее облако водного эфира.

Когда он медитировал, буря духов наводнила его душу, почти сразу же погрузив его в слишком сильную боль, чтобы справиться с ней. Но по сравнению с каплей росы с травинки, которую он получал до сих пор, этот сеанс ощущался так, будто он выпил полный стакан воды.

Фредди встал, подойдя к дереву. Наконец он был достаточно уверен, чтобы использовать Текучий Удар по цели. Вероятно, это будет не очень красиво. Он полностью ожидал снова сломать палец, поэтому он использовал бы левую руку.

Приняв позу, он потянулся к эфирной оболочке в своей душе, и сущность потекла через нее, образуя серию волн, которые проходили через его кровь. Вода в его теле перемещалась от одного конца к другому, постепенно теряя импульс с каждым циклом. Он почувствовал, как она достигла кончиков пальцев, и сжал кулак.

Теперь импульс собрался во всей его руке. Он отвел ее назад, ощущая изменение потока в своем теле. Идеально рассчитать время удара было бы сложно, но пока он обеспечивал, чтобы импульс служил для усиления удара, а не для его ослабления, он был бы доволен.

Было трудно отслеживать ощущение в теле, поэтому он закрыл глаза и сосредоточился.

Тик. Тик. Тик. Как удары колокола, кончики его пальцев вибрировали с каждым изменением импульса. Пока наконец...

Сейчас!

Его глаза распахнулись, и кулак полетел вперед, неся в себе всю силу воды в его теле; как раз когда удар приземлился, волна догнала его, почти идеально синхронизируя способность с его ударом.

Взрыв давления раздавил его костяшки, сорвал ногти с пальцев и мгновенно окрасил всю его руку в фиолетовый цвет. Локоть болел адски, а плечо, казалось, было вывихнуто. Он взвыл сквозь стиснутые зубы, ошеломленный тем, насколько сильно это его повредило.

Остаток дня он провел, frantically уничтожая растения, и к наступлению ночи он все еще был занят рубкой травы. Восстановление после этой травмы заняло слишком много времени, и теперь он знал, что серьезное повреждение может легко стоить ему целого дня.

Но страх перед этим не был таким сильным, как он ожидал. Потому что в точке удара, куда пришелся его кулак...

Остался легкий след в форме кулака на дереве.

Несмотря на плотный завтрак, Фредди все еще был голоден, когда закончил тренировку в день тяги. По пути домой он съел большой обед и даже упаковал немного еды, чтобы взять с собой в лес.

Он прошел через свою рутину, сосредоточившись на всех советах, которые дал ему Марк. Он использовал Текучий Удар, а затем, следуя за импульсом, просто искал движения, которые лучше всего дополняли этот поток, размахивая конечностями в пустом воздухе. Большие, полнотелые движения, как цунами, обрушивающееся на врагов, казались лучшими для того, чтобы позволить технике проявить себя, и ощущались наиболее естественными в использовании.

Любые из более сложных движений были совершенно за пределами его возможностей, и пока он не понял боевые искусства достаточно хорошо, он придерживался бы основ.

Не прошло много времени, прежде чем его сущность истощилась, и когда это произошло, он заметил что-то тревожное. Его руки и ноги были синими. Именно там концентрировался импульс, поэтому было естественно, что его слабые капилляры и вены не могли его удержать.

Обычно здесь вступала в действие Эфирная Милость. Но проблема была в том, что он уже какое-то время этим занимался. И он начинал терять чувствительность в конечностях.

Учитывая, что это было, вероятно, скорее всего, определенно чертовой чрезвычайной ситуацией, он поспешно работал над ее исцелением.

Остаток дня был проведен в удержании стоек, ударах по деревьям и работе над поддержанием гибкости.

Следующий день прошел гладко, но его аппетит стал настолько неукротимым, что начал мешать его расписанию. Он четыре раза прокрадывался в раздевалку, чтобы перекусить, используя оправдание, что ему нужно в туалет. И однажды он даже не лгал. Его желудок урчал, как дикий зверь, и зову природы нельзя было игнорировать.

Во второй половине дня он снова работал над своим Текучим Ударом; на этот раз его конечности были менее синюшными.

Четвертый день был наименее веселым, так как в основном был сосредоточен на кардио. Голод был настолько сильным, что он подумывал выпить сырого масла, чтобы получить калории. И когда он зашел в раздевалку и снял рубашку, было нетрудно понять, почему он чувствовал себя так.

Жир на его теле исчезал стремительно. Хотя его мышцы не сильно выросли, его телосложение полностью преобразилось всего за пару дней. Поверхность его тела была изрезана, и он начал беспокоиться, что что-то не так.

И так же беспокоился Марк. "Вау. Ну, это побило рекорд как самая экстремальная трансформация, которую я когда-либо видел. Ты вообще что-нибудь ешь?"

"Чувак, я только и делаю, что ем," парировал он. "Но я не перестаю чувствовать голод."

"Тогда скажи мне," начал Марк с невозмутимым видом. "Как у тебя с кишечником?"

Он поморщился от этого вопроса и запнулся: "О-они были... взрывными."

Марк вздохнул. "Да, как я и думал."

"Что ты имеешь в виду?"

"То, что ты достаточно ешь, не значит, что твое тело достаточно переваривает," пояснил Марк. "Ты радикально изменил свой образ жизни менее чем за две недели, и теперь твое тело изо всех сил пытается не отставать. Вероятно, ты усваиваешь лишь крошечную часть калорий, которые потребляешь, и, вероятно, именно поэтому ты так сильно теряешь вес."

"Но я не понимаю," сказал он. "Разве мой талант не должен справляться с этим?"

"В какой-то степени...?" сказал Марк, как будто сам не был уверен. "Вероятно, он предотвращает более серьезные побочные эффекты. Но дело в том, что способность твоего тела усваивать потребляемую пищу похожа на размер мышц. Даже исцеление высочайшего качества не может помочь тебе с маленькими мышцами. Точно так же оно не может отменить того факта, что твое тело не привыкло принимать так много пищи и тратить столько калорий."

"Понятно..."

В тот день Марк сказал Фредди отдохнуть и взять все легко. Он не полностью подчинился. Сначала он пошел в лес. Затем он съел небольшое количество еды и использовал свою технику закалки тела, чтобы помочь своей крови доставить все эти питательные вещества к клеткам. И, наконец, он размахивал мачете, чтобы помочь своему телу восстановиться от текущего состояния. Повторять и повторять.

Остальные короткие перерывы были потрачены на сбор, и он пошел домой немного раньше.

В конце концов, завтра утром была первая назначенная проверка у его доктора.

"...вот почему я подозреваю, что пища, которую я потреблял, каким-то образом активирует мой талант," Фредди закончил свое ложное объяснение. Он лежал на кровати в клинике, только что пройдя физический осмотр, и, естественно, объяснить свое резкое изменение было нелегко.

Он предоставил доктору объяснение, которое включало активацию его таланта при употреблении мяса или фруктов, что было лишь наполовину ложью, поскольку овощи и фрукты, если их есть сырыми, действительно активировали его талант.

Доктор кивнул. "Я полагаю, существует целый ряд возможных способов активации вашего таланта, о которых вы не можете знать, и это не невозможное объяснение." Затем доктор слегка улыбнулся. "Хотя это меня вполне устраивает. Это может устранить побочные эффекты вашего лечения, и даже если нет, это может сделать его менее необходимым. Вы уже на пути к тому, чтобы выглядеть достаточно хорошо даже без него."

Фредди воспрянул духом, услышав это, но следующее заявление доктора почти мгновенно погасило его воодушевление. "Вы достаточно стабильны, чтобы мы могли начать. Мы сделаем одну дозу завтра, а затем посмотрим, как быть дальше, через четыре недели."

Доктор Гарфилд наблюдал, как молодой человек покидает кабинет. Как только мистер Стерн вышел из комнаты, он побледнел.

"Черт возьми," прошептал он. "Что, черт возьми, это за талант!?" спросил он, почесывая голову. "Это не сработает. Если он продолжит делать то, что делает, пройдет совсем немного времени, прежде чем его сердечный дефект полностью исчезнет," сказал он, кусая ногти.

"Я должен действовать немедленно."

После приема у врача Фредди пошел в спортзал и объяснил свою ситуацию Марку. Молодой человек просто пожал плечами. "Расслабься. Исцеление высшего качества работает на эндокринную систему. Если оно причинит тебе какой-либо вред, ты должен быть в состоянии восстановиться без проблем."

...должен быть в состоянии...

...возможно, устранит...

Именно то, как Марк и доктор сформулировали это, заставило его колебаться. Тем не менее, в тот день он проглотил свою тревогу и сделал все возможное. Это был снова день толчка, и он превзошел себя по сравнению с прошлым разом. Затем, опять же, у него была идея пикника ненавистника природы в лесу.

На следующий день они снова сделали день толчка, и когда Марк отправился домой, чтобы увидеть свою семью, Фредди направился на встречу с доктором.

Голова Марка была полна мыслей о том, чтобы немедленно увидеть свою семью. Его добрая маленькая сестра, его терпеливая мать и его трудолюбивый отец. Но по какой-то причине его разум был наполнен мрачными мыслями. Тревога присутствовала все эти последние дни, и если это продолжится, он скоро присоединится к Фредди в клубе мягкого стула.

Когда он ступил на свой домашний остров, он сначала заметил, что их балкон был пристыкован к зданию. Хотя в этом не было ничего странного, то, что он не увидел свою сестру на нем, заставило его почему-то немного поспешить.

Он вошел в здание. Поднялся на лифте. Он остановился перед входом в свою квартиру, отпер его, а затем осторожно открыл дверь.

Фредди ждал в хорошо освещенной комнате, без штанов, лежа на жесткой кровати. Его сердце выскакивало из груди, и он не мог не бросать взгляд на дверь каждые несколько секунд.

Когда ручка повернулась, он слегка вздрогнул, и доктор вошел в комнату, неся маленькую коробку. "Буду с вами через секунду, мистер Стерн. Пожалуйста, дышите медленно и расслабьтесь."

Коробка со щелчком открылась, и мужчина вытащил гигантский шприц. Он все пытался взять свое дыхание под контроль, но вещество внутри не выглядело как что-то, что он хотел бы в своем теле. Черт, просто глядя на это, он чувствовал себя... испуганным. Гораздо больше, чем должен был бы.

Когда доктор шел к нему, каждый последующий шаг становился все медленнее.

"Вы... Вы в порядке, Доктор?" спросил он.

Руки мужчины сильно дрожали, и он уронил шприц. Он упал на пол и разлетелся на куски, когда руки доктора бессильно повисли по бокам. Почему-то он начал нервно хихикать, и его тело моментально покрылось потом.

«Как она узнала…?» - размышлял он.

Внезапно дверь приоткрылась, и женщина вошла внутрь. Крошечная черная шляпка украшала ее лазурные волосы, которые ниспадали на спину волнистыми локонами, а она была одета в полный серый костюм, дополняемый белыми туфлями на высоком каблуке.

Доктор сделал несколько шатких шагов назад, стараясь поприветствовать ее, «Л-леди… Мадам… Как…?»

Как только Марк открыл двери, его дыхание перехватило. Его квартира казалась пустой. Свет был выключен, шторы опущены, и не было привычного запаха еды. Никто сегодня не приготовил обед.

Он поспешил вперед, переходя из одной пустой комнаты в другую, пока, наконец—

Его мать появилась в одном из коридоров, стоя неловко.

«Мама!» - закричал он, бросаясь к ней с объятиями.

Она вздрогнула от испуга и обняла его в ответ, недоумевая, почему он так себя ведет. «Ты в порядке, Марк?»

«Я… Хахаха», он засмеялся, сдерживая слезы. «Я просто… Я не знаю, у меня было плохое предчувствие, когда я шел сюда, и я…» Внезапно он что-то понял. В глазах его матери были слабые следы слез, и они стояли прямо перед комнатой его сестры…

Откуда доносились рыдания.

«Что это…? Хаха…» Марк нервно засмеялся. «Она просто…»

Только когда она передала ему это, он заметил еще влажный листок бумаги в руках его матери.

Начинался он словами: «Мы приносим извинения за внезапное исправление…», и как только он их прочитал, его конечности окаменели, и весь цвет ушел из уже и так мрачного мира вокруг него.

Доктор сделал неустойчивые шаги назад, споткнувшись о шкаф, когда мадам приблизилась к нему. «Не подходи ко мне!» - закричал он.

Фредди уже спускался с кровати, и когда мадам подошла к нему вплотную, он схватил ножницы с полки сбоку и ударил ими высокую женщину, которая просто приняла удар открытой ладонью, позволив объекту проткнуть ее насквозь.

«Какого черта!?» - воскликнул Фредди, отступая назад, не зная, следует ли ему бежать или даже может ли он это сделать.

Внезапно рука доктора начала превращаться в отвратительную, слизистую массу плоти, трансформация распространилась по его руке и дальше по туловищу, превращая все его тело в отвратительную, пульсирующую биомассу.

«Какого черта!?» - снова закричал он. «Святая чертова мать, ты чокнутая—» Его колени подкосились, и он упал на пол.

С резким движением мадам наклонилась и вырвала у человека из груди еще бьющееся сердце. Пульсирующая биомасса замерла и сжалась, как будто вся жизнь была из нее выжата.

Ее рука, которую проткнули ножницами, даже не была ранена.

Она медленно повернулась к Фредди, который быстро отползал прочь.

Стена появилась за ним, и он врезался в нее, понимая, что у него больше нет места. Но мадам приближалась к нему.

«З-з-зачем!? Зачем ты это сделала!?» - закричал он.

Вместо ответа она шагнула вперед, присев и усевшись ему на колени, прижав указательный палец к его губам. «Шшш…» - утихомирила она его, разрывая его рубашку и используя ее, чтобы обернуть шлепающее сердце в окровавленный мешок. «Тебе повезло, что я поймала его», - сказала она, голосом еще мягче, чем обычно. «Он собирался убить тебя», - заявила она, подчеркивая слово "убить" с затягиванием импровизированного узла на мешке, который она сделала из его теперь окровавленной рубашки.

«У-убить меня!?»

«Медленно действующий, необнаружимый яд. Максимум три недели, и пух. Загадочный сердечный приступ, признанный вызванным твоим пороком сердца».

Сердце Фредди бешено колотилось, и дыхание было прерывистым. Он не мог вынести взгляда мадам в глаза, но она взяла его за подбородок пальцами, и его тело, полностью само по себе, повернулось к ней лицом в прямом зрительном контакте.

«Он бы так легко с этим справился», - продолжила она, «но твой талант его испугал, поэтому он допустил ошибку. Жаль». Внезапно она вытащила странную таблетку откуда-то и силой затолкнула ее ему в рот. «Знал ли ты, что употребление стероидов внутрь опасно? Для тебя, однако, такой риск отсутствует. Ты, маленький бессмертный уродец», - сказала она, постучав пальцем по его носу.

Он не хотел глотать таблетку, но мышцы его горла двигались независимо, проталкивая препарат вниз.

«Хороший мальчик», - сказала она, передавая ему сердце, все еще бьющееся в импровизированном мешке. «Подарок для твоего тренера…

«Чтобы убедиться, что он тоже не стал вдруг идиотом».

----------

Выше смертного пика

Два молодых парня сидели на кухне, их лица выражали усталость и растерянность. Между ними на столе зловеще пульсировал комок плоти, похожий на человеческое сердце — сердце умершего доктора всё ещё продолжало биться.

Было уже почти полдень, и наконец они закончили говорить о том, что было необходимо, преодолев постоянное чувство ужаса. Хотя их объединяла общая беда, подробности историй друг друга лишь усугубляли бурю эмоций в их душах.

Фредди рассказал, как его чуть не убили по непонятным ему причинам, а Марк объяснил, что академия задним числом аннулировала стипендию его сестры — отец решил платить за её обучение сам, поставив семью в тяжёлое финансовое положение.

Человек, который связался с Марком, явно добивался большего, чем просто задать «пару вопросов». И, вероятно, тот, кто стоял за этим человеком, также подкупил доктора.

Живой орган на столе был жестоким предупреждением для Марка: если к нему снова обратятся, он должен будет сделать такой же выбор — или его ждёт расплата.

Звонок прервал тишину, и Фредди неохотно встал, чтобы открыть дверь.

На пороге стоял ассистент Мэтт, держа среднего размера коробку.

Сердце Фредди почти выпрыгнуло из груди, когда он её открыл, опасаясь увидеть там отрезанную голову или что-то в этом роде, но внутри были просто упаковки с лекарствами. Он поблагодарил мужчину, закрыл дверь и вернулся к столу, чтобы снова сесть напротив молодого человека.

Список побочных эффектов на каждом из препаратов был настолько обширным, что Фредди задумался, сможет ли его талант превзойти их, прежде чем он умрёт.

Марк с неуверенностью указал на сердце на столе. «Хотя эта штука и угрожает мне, она, вероятно, также предназначена в качестве подарка для тебя».

«Как мило с её стороны», — с усталым смехом сказал Фредди. «Наверное, она влюблена в меня».

Марк хмыкнул, не в силах выдавить смех в ответ на шутку. «Я смутно представляю, что это такое, и хотя это выглядит отвратительно… это поможет тебе с твоим талантом».

Намеки обычно вызвали бы у Фредди тошноту, но сейчас его эмоции казались выцветшими и тусклыми после всего произошедшего.

По инструкции Марка, он вонзил кухонный нож в массу плоти. Его охватил прилив жизненных сил, каких он ещё не испытывал, и как только он извлёк лезвие, небольшая рана затянулась мгновенно, не пролив ни капли крови. Пока он будет кормить сердце сырым мясом, чтобы поддерживать его, оно сможет восстанавливаться после любых повреждений.

Это была, более или менее, батарея здоровья.

«Оно не будет жить вечно, — сказал Марк, — но протянет ещё как минимум три месяца».

Фредди слегка усмехнулся. «Как думаешь, чьё сердце она мне даст следующим?»

Наконец, Марк смог устало рассмеяться: «Надеюсь, не моё».

Марк по контракту был обязан тренировать Фредди каждый день, но график он контролировал полностью.

На втором этаже спортзала они ещё не были, так как он особо им не был нужен. Под предлогом того, что Марк хотел показать ему несколько упражнений, они начали практиковать удары.

Гулкие звуки ударов Марка заставляли сердце Фредди напрягаться, и его маленькая вмятина на дереве больше не казалась ему чем-то значимым.

Марк встал в стойку и обратился к нему: «Если ты хочешь основывать свои боевые приёмы на Текущем Ударе, тебе придётся работать над мощными, широкими движениями с большой амплитудой». Он поднял кулак чуть выше головы и приготовился нанести удар. Движение, в которое он вложил почти весь свой вес, закончилось глухим ударом по мишени, заставившим землю дрогнуть и побудившим нескольких мужчин в зале отойти от блондина подальше.

«Вот так, — сказал Марк, сопровождая удар пинком, вызвавшим подобный эффект».

Хотя Марк улыбался во время демонстрации, радость не достигала его глаз.

Фредди оказался в лесу, нанося удары и пинки изо всех сил. Хотя боль от неловко выполненного удара всё ещё ощущалась, серьёзные травмы от подобных упражнений постепенно становились прошлым.

Структура его рук менялась. Ноги тоже перестали выглядеть привычно. Всё его тело медленно начинало видоизменяться.

Каждый раз, когда он находил время, чтобы поесть, он буквально солил пищу своими слезами. Хотя это и не мешало ему тренироваться, он не мог перестать плакать.

Это было не его виной.

Так почему же?

Почему он чувствовал, что всё произошедшее с Марком — его вина?

Он был не настолько бестактным, чтобы пытаться извиниться, и не настолько наивным, чтобы думать, что может чем-то помочь — но он решил, что если когда-нибудь появится возможность, он найдёт способ отблагодарить Марка.

Избавившись от слёз и агрессии, он наконец повернулся и заговорил. «Я знаю, что ты там, — сказал он никому в частности. — Очевидно, что Мадам следит за мной, так что кто-то точно наблюдает за мной из тени. Ты, должно быть, невероятно скучаешь, не так ли?

«Почему бы тебе не выйти? Я уверен, что сидеть за каким-нибудь деревом и ковыряться в яблоке тоже не самое увлекательное занятие. Я не против зрителей, но было бы неплохо пообщаться с кем-нибудь во время тренировки».

Тишина.

Что ж, это было вполне естественно. Он был на 100 процентов уверен, что кто-то наблюдает за ним, и хотя это не заставляло его чувствовать себя комфортно, по крайней мере, это заставляло его чувствовать себя в безопасности.

Весь тот день он говорил вслух, пытаясь заманить своего наблюдателя в свет. Тот, кто наблюдал за ним, должен был быть хорошим бойцом, не так ли? В этом случае он, возможно, мог бы получить какой-нибудь совет. И он не боялся раздражать.

Он понятия не имел, что происходит. Но казалось, что он стал пешкой в игре, которую играют люди, гораздо более могущественные, чем он. Был ли у него хоть какой-то шанс защитить себя? Эта мысль заставила его забеспокоиться.

Но одно он знал наверняка — мадам пыталась защитить его. По крайней мере, на данный момент.

Будь то ад или половодье, не было никаких оправданий, чтобы не облегчить ее работу хотя бы немного легче.

Весь день он вел одностороннюю беседу. На следующий день он сделал то же самое. И на следующий день тоже. Но ответа не последовало, так что либо за ним никто не наблюдал, либо, что более вероятно, у них просто не было причин раскрывать себя.

На самом деле не имело значения, сколько групп мышц у них было. Он всегда мог полностью восстановиться к следующей тренировке.

Сначала он не решался принимать лекарства, но по мере того, как он читал больше о высочайшем качестве исцеления, он понял нечто весьма обнадеживающее. Высочайшее качество исцеления имело нечто вроде важного недостатка: оно было слишком размазанным. Его было трудно удержать и сосредоточить, а это означало, что оно всегда исцеляло все, что только могло в теле цели.

Это было недостатком, потому что старый шрам на ноге был явно менее приоритетным, чем отсутствующая конечность, но энергия распределялась между ними равномерно. У каждого по всему телу были разбросаны повреждения. Это резко ослабляло эффект высочайшего качества исцеления, так как у него просто было слишком много дел.

Поэтому вначале ему казалось, что его талант слишком медленный. Но теперь? Он наконец-то понял, почему мадам называла его бессмертным уродом. Потому что он и был бессмертным. Теперь он исцелен от всех последствий в своем теле, включая микроповреждения, ответственные за старение.

Это был чертовски приятный бонус, но ничего особенного в нем не было.

Арки, обладающие сродством к смерти, получали технику закалки Искрой смерти на первой звезде; арки, обладающие сродством к жизни, также не старели на трех звездах и выше; даже для других сродств высококлассные целители могли излечить старение так, словно оно ничем не отличалось от любого другого обычного недуга. Немногие арки умирали от естественных причин. Но тем не менее они умирали.

Если отбросить последствия возможной вечной жизни, это означало не только то, что теперь он заживал гораздо быстрее, так как лечиться приходилось меньше, но и то, что при употреблении стероидов не было реальной опасности. Вообще никакой. Помимо того, что у него не было скрытых дефектов, которые могли бы подвергнуть его риску внезапной кончины, баланс гормонов удалось восстановить без особых усилий. Возможно, даже слишком легко.

Он проглотил по одной таблетке из всех имевшихся у него лекарств, как только вернулся с тренировки, ведь только ночью, когда он спал, они могли сделать свое дело. Как только он нанесет удар по банку здоровья, его исцеление почти мгновенно уничтожит их присутствие в его теле.

На некоторое время он решил временно приостановить свои тренировки по боевым искусствам ради эксперимента.

Чтобы закончить тренировку всего тела, ему требовалось около трех часов. После получасовой пробежки до квартиры и обратно, где он колол сердце до полного восстановления, съедал большую порцию еды и уже мог вернуться и просто продолжить тренировку.

Конечно, Марка больше не было рядом, но он уже достаточно хорошо владел всеми упражнениями, чтобы не рисковать навредить себе в одиночестве. А если бы он и поранился, то... какая разница?

Некоторое время он доводил себя до абсолютного максимума и делал четыре ежедневные тренировки. Несколько человек подошли к нему, чтобы спросить, есть ли у него талант, который позволяет ему делать это, или он просто пытается покончить с собой, но он заверил их, что все в порядке.

Стив, служащий, был обеспокоен больше всех и, опасаясь за свою жизнь, попытался запретить ему это делать. Учитывая, что он почти сразу же отменил запрет и на следующий день выглядел смутно озабоченным, можно было предположить, что мадам или один из ее помощников устроили ему выволочку.

В конце концов он прекратил эксперимент. Результаты были впечатляющими, но они не были в четыре раза более впечатляющими, чем просто одна тренировка в день. Похоже, здесь действовало биологическое ограничение, которое нельзя было обмануть с помощью его таланта, по крайней мере, теперь.

Примерно через месяц вес его тела достиг 78 кг, что почти на двадцать больше его прежних 59. Он ни в коем случае не был массивным, но он был худощавым, так что большая часть этой массы приходилась на мышцы.

Он мог выжать 132,5 кг, приседать 236,5 кг и поднимать 262 кг. Поначалу почти при каждой тренировке он мог увеличивать вес на несколько килограммов и все равно выкладывался по полной, причем разница была особенно заметна после ночи отдыха. Со временем разница, которую он мог поднять, все больше сокращалась, пока все, что он мог сделать, - это добавить две крошечные пластины по 0,25 кг. В лучшем случае.

Ему не потребовалось много времени, чтобы приобрести силу и телосложение, близкие к элитным смертным, но рост застопорился слишком сильно. Он подумал, не побил ли он какой-нибудь рекорд по скорости роста, но, зная, как нелепо выглядят некоторые таланты, не стал на это рассчитывать.

Он стоял перед зеркалом в раздевалке и наблюдал за изменениями в своем теле. Он был до смешного худ, а количество жира в теле было намного меньше, чем положено по нормальным стандартам. Доходило до того, что он сомневался, будет ли что-то меньшее считаться повреждением и исцеляться его талантом.

Его кожа была загорелой и здоровой, волосы имели насыщенный увлажненный блеск, а глаза были ясными как день.

Он был очень доволен тем, как вырос, но теперь наконец пришло время. Примерно через месяц он приблизился к тому, что можно было назвать пиком смертной человеческой производительности.

Теперь он собирался выйти за ее пределы.

Прошла еще одна неделя, и на этот раз он почти полностью сосредоточился на своих боевых искусствах.

Зарядившись энергией "Струящегося удара", он с размаху приземлился на дерево, немного пошатнув его и вызвав появление малейших трещин. Затем удар ногой и, наконец, прямой.

Почти вся кора была содрана с самых нижних двух метров дерева, которое он выбрал в качестве жертвы, и оно выглядело заметно потрепанным, а некоторые куски даже отломились. Этого было недостаточно, чтобы растение упало - по крайней мере, пока, - но достаточно, чтобы понять, сколько труда ему пришлось приложить.

Он вытер пот со лба и подошел к биомассе, которая когда-то была похожа на сердце. Оно настолько зажило и разрослось, что уже не напоминало ничего, кроме причудливой, корчащейся кучи плоти. Оно больше не билось.

Через пару минут ножевых ударов он был в более или менее идеальном физическом состоянии.

Он подошел к небольшому пруду в лесу и сел рядом с ним, но вместо того, чтобы начать медитировать, поднял руку над водой. Из его ладони голубым светом потекла эссенция, вливаясь в воду, и он разогнулся. Вода чуть приподнялась и опустилась, оставив после себя потревоженную поверхность.

Несколько попыток спустя Фредди наконец извлек из воды крошечную сферу. От волнения круглая конструкция мгновенно разрушилась, но это не помешало его реакции.

«Я сделал это!» — воскликнул он, воодушевленный своим успехом.

В то время как его талант был идеальным обманом для ускорения физического роста, у него не было такого преимущества с контролем сущности. Марк сказал, что у него есть некоторый талант к контролю сущности, но он не был вундеркиндом.

И наконец то, ему впервые удалось сделать что-то большее, чем просто потревожить воду.

На мгновение он вошел в свой эфирный мир и стал наблюдать за результатом своих усилий.

Вокруг его звезды, значительно увеличившейся за последний месяц, мерцали четыре отчетливых голубых пятнышка. Эфирная оболочка "Струящегося удара" была самой яркой. Но в темноте мерцало еще несколько гораздо более слабых пятен. Он сосредоточился на одном из них, и оно появилось перед ним.

Он выглядел как небольшая масса морфирующих символов. Это было абсолютное начало формирования эфирной оболочки. Если Фредди добавит в нее несколько водяных виспов, она кристаллизуется и получится еще одно заклинание.

Он мог лишь на короткое время материализовать неустойчивую, плавающую каплю воды. По мере того как его контроль становился все тоньше и стабильнее, он мог формировать воду более свободно, и каждое его действие способствовало образованию еще одной эфирной оболочки.

Оставалось только одно. Он сосредоточился на понятии воды - идее, которая стала ему гораздо ближе в ходе всех его медитаций, - и привлек водяных виспов в свою душу. На этот раз, вместо того чтобы позволить им войти в свою звезду, он переместил их в раковину птенца перед собой.

Они без проблем просочились в него, и эфирная оболочка образовала нечто похожее на миниатюрную сверхновую из капель воды. Три синих символа, обозначающие понятия, связанные с водой, обернулись вокруг невидимого шара, образовав клетку из рун. Она была гораздо менее сложной, чем другие имевшиеся у него оболочки.

Выйдя из своего эфиркосма, он поднял руку и материализовал крошечную частичку воды, которая тут же упала на землю и исчезла.

Это было основополагающее заклинание для водных арков. Единственная причина, по которой ему не дали свиток для него, заключалась в том, что он должен был сделать его сам. Он должен быть предельно индивидуальным.

Это было заклинание "Создание воды". Оно создавало воду из сущности без каких-либо причудливых эффектов. Естественно, фальшивая вода исчезала, но пока она существовала, это была идеальная цель для работы над контролем сущности и формирования других эфирных оболочек. Причина, по которой ему пришлось самому создавать эту способность, была проста: поскольку он создал ее с помощью манипуляций с своей сущностью, созданная им вода была наиболее оптимальной для манипуляций с его сущностью.

Он сравнил действие "Создание воды" и "Струи", и разница была очевидна. Созданная вода была абсолютно бесформенной, в то время как  "Струя" направлял воду тонким потоком.

Но если  "Струю" было невозможно контролировать, то "Создание воды" была полностью в его власти. Вернее, от его компетентности, а ее у него было не так уж много.

Он отложил важный поход по магазинам, чтобы сосредоточить все свои силы на достижении этой цели. Теперь, когда он наконец закончил, по его жилам струилось возбуждение.

Уже некоторое время его техника закалки водного тела была совершенно бесполезна. Почему? Потому что вода в его теле уже была в идеальном балансе. Техника закаливания только испортила его. Можно было с уверенностью сказать, что в будущем эта способность ему почти наверняка не понадобится, так что оставалось только одно.

Он встал, дошел до дома и надел менее грязную одежду. После, он направился в библиотеку.

"Здравствуйте, сэр", - поприветствовал его клерк. "Вам помочь?"

"Да", - подтвердил он. "Я бы хотел купить самую опасную технику водной закалки, которую вы сможете предложить".

Переводчик на связи.

Всех приветствую, это мой первый перевод и хочу вас попросить указывать на мои ошибки в переводе если такие имеются.

Также хочу предложить вам выбор для некоторых названий, к примеру "эфиркосм", он же в оригинале "ethercosm", его можно оставить как "эфиркосм" или заменить на  "эфирное пространство", что честно говоря мне импонирует больше, ибо "эфиркосм" режет слух. Или вы может предложить более звучащее название для данного термина в комментариях!

Также вы можете предложить альтернативу и другим терминам, там же в комментариях.

----------

Просроченный

Фредди вернулся в лес, держа в руках два эфирных свитка. Оба они были посвящены техникам закалки. Первая называлась "Пучины Бездны". А вторая  "Сотня Мокрых Адов".

Он не стал скрывать свою покупку на этот раз.

Конечно, наиболее оптимальным было самостоятельное создание способности, но это не относилось к техникам закалки. Мало того, что создание более комплексных способностей было слишком сложным и длительным, так еще и немногие техники закалки соответствовали телу пользователя.

Нет, правильнее было бы сказать, что техника закалки направлена на то, чтобы причинить боль пользователю, чтобы закалить его, подобно тому, как молот обрушивается на раскаленную сталь, чтобы выковать ее. Хотя он был очень рад, что нашел "Сотню Мокрых Адов", даже если это стоило ему большей части его сбережений, а техника закалки "Пучины Бездны" была спонтанным решением.

Изначально его целью было найти "Струящаяся река", а точнее, технику, которая считалась наиболее оптимальной для использования в сочетании с "Струящийся удар".

Что заставило его передумать, так это... ну... он жил по принципу "самое простое - самое лучшее". Но в данном случае путь не обязательно был лучшим. Просто он был самым разведанным.

В результате "Струящейся реки" в теле появлялись потоки воды, которые поддерживали "Струящийся удар". С другой стороны, "Пучины бездны" просто сжимали воду в теле пользователя.

Разница была проста: если "Струящаяся река" значительно уменьшала обратную реакцию при использовании "Струящегося удара", то "Пучины Бездны" усиливали ее, но при этом увеличивали силу. Радикально.

Большая плотность воды, естественно, приводила к гораздо большему импульсу. Обычно это означало, что он стремительно приближается к тому, чтобы в очередной раз разорвать свои конечности, как хрупкие пакеты с кетчупом.

Именно поэтому он рискнул использовать "Сотню Мокрых Адов" и комбо из "Пучин бездны" и "Струящегося удара". Была и другая причина - "Пучины бездны" была одной из немногих техник закаливания, которые можно было обратить вспять. Так что он не мог сбежать с корабля и перейти на "Струящуюся реку". Это было бы просто средней тратой времени и денег.

По словам Марка, существовало соперничество между арками земли и воды. Объективно говоря, когда речь шла о внешней прочности, земля была королем. Но когда дело доходило до внутренней стойкости, вода становилась непобедимым чемпионом.

"Сотня Мокрых Адов" и подобные ей техники закалки были основными причинами такого положения дел. Но даже среди таких техник "Сотня Мокрых Адов" была самой экстремальной. Мало того, что она стоила дорого, так еще и перед покупкой ему пришлось подписать отказ о том, что он понимает риски, связанные с ее использованием.

Что касается внутренней стойкости, то это была единственная техника закалки, которая ему требовалась. Если, конечно, он сможет ее использовать.

Он бесцеремонно раскрыл свиток эфира. Руны, заключенные в нем, предстали перед его глазами, и он почувствовал, как их сила вливается в его дух, постепенно создавая основу эфирной оболочки. Не прошло и секунды, как некогда сияющие руны превратились в неясные следы ожогов на бумаге, и с большим всплеском образовалась оболочка в его душе.

Он повторил то же самое с другим свитком и наконец был готов. Фредди подхватил большую кучу плоти, которая значительно увеличилась, и положил ее себе на колени, держа нож близко к поверхности биомассы.

Сделав глубокий вдох, он инициировал "Сотню мокрых адов"...

И мгновенно потерял сознание.

В самом большом здании 24-го района находилась большая комната. Стены, пол и потолок были выложены прямоугольными темными металлическими пластинами, а прямо в центре находилась усиленная металлическая дверь, на первый взгляд ни к чему не подключённая.

На скамьях, расставленных по стенам комнаты, сидело несколько человек, готовых отправиться в проход за искусственным барьером. С тремя пронзительными звонками дверь распахнулась, и из нее вышел крупный бронированный мужчина с огромным мечом на спине, тащивший за собой массивную сумку. Его синтетические доспехи были окрашены в зеленые и желтые тона, сумка была того же цвета.

Каждый, кто замечал его, не мог не бросить на него взгляд, но прошло совсем немного времени, прежде чем он прошел через комнату со зрителями, не обращая на них внимания. Войдя в комнату, смежную с той, где находился проход, он подошел к клерку и опустил массивную сумку на стол.

Как только он выпустил добычу из своей хватки, он снял шлем, обнажив скрытые под ним прекрасные пшенично-светлые волосы и мерцающие зеленью глаза, сияющие ярким теплом осеннего пастбища.

Марк вежливо улыбнулся женщине и кивнул на собранную им сумку с частями монстров.

Клерк, женщина средних лет с короткими черными волосами, дала ему квитанцию, наклеила на сумку бирку и, подхватив ее, словно она ничего не весила, потащила в комнату в подсобке.

Он прошел в раздевалку, надел свою обычную одежду и отправился в тренировочный зал, к которому у него был доступ. В задних комнатах спортзала находился лифт, который уводил его глубоко под землю.

От высокоспециализированных тренажеров до комнат, полных големов и аниматроников, с которыми он мог сразиться, - это был объект, который прошел бы проверку качества даже в 25-м округе. Он был один, поэтому начал тренировку без всяких церемоний.

Облачившись в снаряжение и прихватив массивный тренировочный меч, он вошел в зал для спаррингов и подошел к планшету рядом с входом, выбрав себе одного противника - аниматронного мечника. Как только он приготовился, дверь на другой стороне комнаты открылась, и оттуда вышел его спарринг-партнер.

Это был серый манекен, по форме напоминающий взрослого мужчину среднего роста. Это была лишь разминка, и ему не потребовалось много времени, чтобы тщательно обезоружить марионетку и нанести ей хороший удар в грудь. При этом цвет поверхности аниматроника менялся: желтый обозначал легкие, оранжевый - тяжелые, красный - критические, а черный - смертельные повреждения.

Его талант "Переупорядоченная мускулатура" позволял ему с почти комической легкостью владеть большим двуручным оружием. Большинство его мелких мышц были значительно укреплены, и все его тело получило гораздо более широкий эффективный диапазон движений.

Ему не нужно было беспокоиться о том, что он повредит оборудование, ведь оно было рассчитано на гораздо больший урон, чем тот, который он мог нанести. Поэтому он быстро выбрал двух врагов на планшете. Завершение боя не заняло много времени.

Это была достаточная разминка, чтобы сразу перейти к пяти противникам - уровню, который, как он знал, был ему по силам.

Трое бросились на него клином, четвертый обошел его с фланга, а пятый преследовал из-за линии фронта. Марк бросился на противника во фланге, воспользовавшись его изолированностью, и прикончил его прежде, чем остальные смогли его достать.

Он нанес удар сверху, аниматроник заблокировал его мечом, отчего плечи и руки аниматроника засветились желтым. Удар ногой оставил оранжевое пятно на туловище, а поскольку в таком состоянии он не мог нанести ответный удар, не составило труда нанести удар в шею, оставив черное пятно, которое завершило бой.

Внезапно он услышал звуковой сигнал.

Он обернулся и заметил один из манекенов, застывший на месте. Лезвие почти касалось его спины, как раз в том месте, где в настоящем бою оно пронзило бы его сердце. Остальные тоже отключились, сигнализируя о его поражении.

Его глаза распахнулись. Он не мог в это поверить. Пнув от досады застывший манекен, он перешел в другую комнату, где стояли боксерские мешки.

После пятнадцати минут яростных ударов по стоящему перед ним объекту и криков, как у маньяка, у него наконец закончилась сущность.

Он опустился на пол рядом, сидел, обхватив колени руками и трясущейся рукой сжимая волосы.

Глаза Фредди открылись вскоре после того, как вырубился. Все его тело чертовски болело, и он тут же вонзил нож в мясистый сгусток перед собой.

"Черт возьми, что это была за срань!"

Он уже знал, что эта техника закалки будет... хлопотной, но не ожидал, что его вырубят мгновенно.

"Сотня Мокрых Адов" - это техника закалки, которая, по сути, обращала всю воду в теле человека против него самого. Практически все, что могло навредить человеку изнутри, было частью процесса закалки в "Сотне Мокрых Адов".

Скорее всего, ему не повезло, и первая попытка затронула что-то в его мозгу, чего, вероятно, не должно было быть. Благодаря "Милосердию Эфира" ему не грозила смерть от такой силы, но все равно было страшно осознавать, что она может вырубить его прежде, чем он поймет, что произошло.

Потребовалось немало ударов по мясистому сгустку, чтобы унять всю боль в теле, и он не решался попробовать еще раз. В последнее время боль и дискомфорт стали более привычными, но это не означало, что он мог терпеть подобное.

Тем не менее, он шел на это, рассчитывая, что ему придется просто напрячься и пройти через сложности, и теперь его гордость не собиралась ослабевать, даже если ему придется пострадать за свою самонадеянность.

С большой долей сомнений, он снова задействовал способность.

И тут он подумал что, возможно, то, что он вырубился, было удачей, ибо теперь жгучая боль быстро распространилась по телу, заставив его почти сразу же отменить способность. Он считал, что длительное медитативное собирание - это испытание силы воли. Но по сравнению с этим? Едва ли.

Это было сродни тому, как если бы его сварили заживо, но изнутри, и желание вырвать и расцарапать каждый сантиметр кожи боролось за приоритет. Он не мог дышать, его зрение превратилось в расплывчатые пятна, а слух отдавался невыносимо громким звуком приливов и отливов.

Быстро нанося удары по сгустку плоти, до исчезновения боли, он взял себя в руки и снова вздохнул.

Наконец-то он понял, почему ему пришлось подписать отказ и предоставить подтверждение того, что он уже совершеннолетний. Нетрудно было представить себе полчища слишком ретивых подростков, пробующих свои силы в этом методе пыток, получающих травмы.

Иронично, что он быстро осудил самонадеянных придурков, которые обожглись, получив эту технику, когда трудно было отрицать, что он вполне мог быть одним из них.

Смущение от того, что ему пришлось столкнуться с фактом, что он выбросил на ветер чертову кучу денег, заставило его хотя бы попробовать себя еще раз.

На этот раз, прежде чем он начал использовать технику, он уже наносил удары по массе плоти. В тот момент, когда он снова запустил ее, его внимание было приковано к потоку жизненной силы.

К его удивлению, это дало неожиданный результат. Да, в его жилах словно завелись злобные осы, а голова так и норовила взорваться, но ощущение, которое вызывал талант, отвлекало от желания отменить способность. Хотя и не настолько, чтобы не об блевать себя.

Использовать свой талант было приятно. Действительно приятно. Это было похоже на наркотик, и ощущения становились только сильнее, когда контрастировали с той агонией, которую он переживал. Нередко люди использовали... так сказать, фармацевтическую помощь, чтобы облегчить боль при закалке, но это была глупая идея и отличный способ навсегда изуродовать себя или просто умереть.

Но, учитывая его выбор наркотика, он не испытывал подобных опасений.

Его восприятие времени пошло наперекосяк, и, к его удивлению, его сущность иссякла раньше, чем желание остановиться взяло верх.

Хотя его талант помогал ему держаться, он, конечно, не справлялся с тем уроном, который наносила техника, и ему потребовалось немало времени, чтобы оправится.

Только тогда он смог наконец восторженно усмехнуться. Не так давно он задавался вопросом, что за урод может мучить себя ради силы.

Теперь он медитировал, чтобы восстановить хоть немного своей сущности, и подошел к дереву. "Струящийся удар" разлетелся, врезался в кору, сотряс дерево и оставил небольшую вмятину. Урон от удара остался. Обратная реакция не прошла.

Но его ухмылка все равно расширилась.

Разница уже была заметна.

На следующее утро он был в спортзале, продолжая свои занятия. Как и ожидалось, закалка не прибавила ему сил. Она и не предназначалась для этого. По крайней мере, не напрямую. Но со временем более прочное тело позволит ему прилагать больше усилий без боли и дискомфорта.

Уже некоторое время он замечал, что его тренер выглядит... не в своей тарелке. Поначалу это было вполне логично, учитывая ситуацию с его семьей, и он не был настолько бесчувственным, чтобы лезть не в свое дело. Но в тот момент, когда он наблюдал за молодым человеком... в нем было что-то не так.

Время от времени его взгляд уходил в сторону, но не так, как это бывает, когда кто-то отвлекается, задумавшись о чем-то.

Действительно, он мог узнать этот взгляд где угодно. Он не раз видел его в зеркале - это были глаза человека, перерабатывающего и смертельно уставшего.

Он закончил серию подтягиваний и подошел к Марку, щелкнув пальцами перед лицом блондина. "Алло? Проснись, проснись, милая!"

А?" Марк ошарашенно ответил, его глаза медленно сменили фокус. "О, прости... Я просто немного задремал".

"Хммм..." Он внимательно посмотрел на юношу и спросил: "Ты углубляешься в проход в главном здании?" У него было много причин подозревать, что Марк это делает, но он не хотел спрашивать об этом.

Мужчина кивнул, вытирая правый глаз тыльной стороной ладони. "Да", - ответил он без обиняков, видимо, не собираясь скрывать этот факт. "Не буду врать, это сильно нарушило мой график".

"Почему?" - спросил он.

Марк усмехнулся. "Потому что это чертовски утомительно, вот почему", - проворчал он, и его усталость, по крайней мере частично, была вытеснена разочарованием. "Я работаю в одиночку, поэтому мне приходится все делать самому. Разведка, переноска, бой, препарирование, все!" - кричал он, привлекая к себе взгляды. Он воспринял это как сигнал к тому, чтобы немного успокоиться. "Это просто слишком. К тому же я не могу быть небрежным, ведь всегда есть риск, что девиант застанет меня врасплох".

"Я не это имел в виду", - сказал он, покачав головой. "Я спросил, почему ты пошел в проход!" - сказал он, выйдя из себя немного агрессивнее, чем намеревался.

Марк усмехнулся.

Фредди покачал головой. "Чувак, ты не можешь так с собой поступать".

"Фред, - начал Марк, жестикулируя рукой. "Прости, что говорю это, и, пожалуйста, не обижайся, но это мое личное дело. Я ценю твою заботу, но в будущем, возможно, держи ее при себе, хорошо?"

"Ладно, ладно, чувак, успокойся", - успокоил он, подняв руки в издевательской защите. "Я не имел в виду ничего плохого".

Они продолжили тренировку, но не прошло и получаса, как Фредди вздохнул и снова открыл рот. "Ты уже подумал, что будешь делать дальше?"

Марк, казалось, был удивлен вопросом. "Не... правда... почему ты спрашиваешь?"

"Э-э-э...?" Фредди хотел спросить, но был так удивлен, что не смог вымолвить и слова. Неужели Марк до сих пор не понял этого? Ничего не сказав, он просто поднял руку и напряг свои внушительные бицепсы. "Видишь это оружие, парень?" Затем он шутливо поцеловал его и подмигнул Марку. "Твое руководство помогло мне пройти долгий путь, но я не думаю, что оно понадобится надолго".

"Что... Что ты говоришь?"

"Я имею в виду, реалистично..." начал Фредди, но приостановился, увидев выражение лица Марка.

Молодой человек выглядел потрясенным. Его трясло, а глаза смотрели на него, словно на палача.

"Вау!" сказал Фредди, делая шаг вперед. "Ты в порядке, чувак?"

"Держись от меня подальше!" крикнул Марк, сделав несколько неуверенных шагов назад, а затем, без предупреждения, бросился бежать.

"Подожди!" крикнул Фредди, побежав за ним. "Черт, какой он быстрый!"

Марк, судя по всему, бежал обратно к их дому, и, несмотря на то что Фредди был немного медленнее его, он прекрасно понимал, куда направляется блондин. Добравшись до квартиры Марка, он первым делом заметил, что двери не просто открыты...

Молодой человек прорвался сквозь них.

"Какого черта...?" - прошептал он себе под нос и с опаской вошел внутрь, обеспокоенный постоянными звуками ударов, доносящимися изнутри.

Он увидел, как его тренер переворачивает стол, а затем пинает его на две части. Затем, тяжело вздохнув, он повернулся и уставился на него ледяными кинжалами. "Это твоя вина".

"Что ты несешь, ты чокнутый!?" - крикнул он.

"Заткнись!" истерично закричал Марк. "Это твоя гребаная вина!" Он подошел к нему, схватил его за воротник и швырнул в ближайшую стену - удар мог бы серьезно ранить его, если бы он не стал намного жестче.

"Что ты..." - попытался сказать он.

"Я сказал, заткнись!" крикнул Марк. "Ты со своим чудаковатым талантом, со своими секретами... Ты в этом виноват!"

"В чем?" - проворчал он в ответ.

"Моя семья..." сказал Марк, задыхаясь и разражаясь слезами, когда он отпустил его и сделал шаткий шаг назад. "Мой контракт рассчитан на три месяца!" - кричал он. "Ты прав, зачем им его продлевать? Они уволят меня на хрен, и что тогда?" - кричал он, хватаясь за сердце и падая на землю. "Я мертв. Мадам убьет меня".

"Так, сначала успокойтесь, черт возьми!"

Марк заглушил рот одной рукой и закричал сквозь неё, его голос прозвучал как грубый шепот: "Они еще не связались со мной! Но как только я потеряю эту работу, они придут". Затем он схватился за голову, упершись ею в колени. "Они будут задавать мне вопросы... Они будут угрожать моей семье. Если я не отвечу, моя семья обречена. Если я отвечу... Мадам убьет меня. Она убьет меня, а ты получишь мое сердце. Я умру, Фредди".

Он не мог в это поверить. В последнее время с ним было что-то не так, но это... Это было гораздо хуже, чем он смел предполагать. И все же то, что прозвучало из его уст, не было словами утешения.

"Я ни в чем не виноват", - возразил он, едва сдерживая слезы.

"Разве это имеет значение!?" спросил Марк, задыхаясь от рыданий. "Ты действительно думаешь, что мне не все равно?"

Сжав кулаки, он почувствовал, что медленно паникует, теряя контроль над эмоциями. Но прежде чем до этого дошло, он тяжело сглотнул и открыл рот, чтобы заговорить. "Я знаю, что ты подслушиваешь".

Марк поднял голову, широко раскрыв глаза и разинув рот.

Он продолжил: "Думаю, этого достаточно. Я хотел бы попросить официальной аудиенции с мадам или ее представителем".

Дыхание Марка участилось, но он контролировал себя, просто сидя и ожидая.

Он был рад, что юноша хотя бы немного доверяет ему, но это не помешало ему подойти и дать ему хорошего пинка в живот.

"Уф, что за..."

"Не вздумай мне тут "чт-что за", ублюдок!" Фредди зарычал. "Это за то, что ты швырнул меня в стену!"

Марк опустил глаза, улыбаясь про себя. "Думаю, я заслужил хотя бы столько", - пролепетал он, не в силах говорить правильно.

Без всякого предупреждения Фредди наклонился и обнял гору мышц. "Не волнуйся, бро. Я сделаю все, что смогу", - пообещал он.

Марк схватился за короткий рукав спортивной рубашки и кивнул, дыша чуть легче.

Они оба ждали в развалинах того, что раньше было кухней Марка, и не прошло и двух минут, как в комнату вошел Мэтт Кэнстоун. Он бросил на них один взгляд и кивнул. "Очень хорошо. Мадам примет вас лично".

----------

Наивность

Фредди не мог не восхищаться внутренним убранством роскошного здания. Мэтт шел впереди них, ведя по разноцветным, гладким коридорам. Все было пластилиновым; преобладали розовый, бежевый и бирюзовый цвета, а цветы, растущие в пространстве, колыхались сами по себе, хотя воздух был совершенно неподвижен.

Их проводили в штаб-квартиру Мадам - большое, аляповатое здание, в котором преобладает цветовая палитра, вызывающая головную боль. А теперь помощник проводил их в кабинет Мадам.

Марк выглядел потрясенным, беспокойно оглядываясь по сторонам, а Фредди все пытался успокоить молодого человека одобрительными кивками и добрыми улыбками.

Последнее, чего он хотел, это осуждать, но если Марк не возьмет себя в руки, это только ухудшит его положение.

Мэтт провел их в просторную открытую прихожую с массивной золотой дверью по другую сторону, по которой эхом разносился ропот толпы. Дверной каркас выглядел как пушистые розовые облака, а над ним висел неоновый свет в форме мультяшной версии Мадам. Многочисленные люди сидели вдоль скамеек, окружающих комнату. Большинство из них были женщинами, одетыми, по крайней мере, по его мнению, в глупые наряды, которые выглядели как что-то из цирка на научно-фантастическую тематику.

"Боже, я ненавижу богатых людей", - думал он.

Вскоре они оказались среди странной толпы, сидя на одной из скамеек вдоль стен.

"Извините", - позвала женщина, сидевшая справа от них.

На ней был обтягивающий черный кожаный костюм с очень бледным макияжем, а ее рыжие волосы были собраны в пучок... боковым хвостом? Как хвостик, но начинающийся над ее правым ухом. Он также был странно жестким и далеко выступал наружу. С этим было пугающе неудобно жить, а учитывая, что при повороте головы ее волосы трепали другую женщину, сидящую рядом с ней, вероятно, так оно и было.

"Мне просто интересно, вы двое сирот?"

Он моргнул, удивленный вопросом.

"Охохохо, я должна быть права!", - заявила женщина без малейшего намека на стыд. "Не волнуйтесь, не волнуйтесь, поверьте мне, вам двоим повезло. Родители могут быть такой обузой".

Он понятия не имел, что заставило этого человека предположить, что он осиротел, и его немного раздражало, что она была права хотя бы наполовину. Но вместо того, чтобы ничего сказать, он просто вежливо кивнул ей с самой дрожащей улыбкой, которую он когда-либо дарил кому-либо, и обернулся. Необычные поступки женщины, казалось, вывели Марка из его испуганного состояния, по крайней мере, отчасти.

Оба мужчины немного вздрогнули, когда неоновый свет над большой дверью внезапно зажегся, и раздался удивительно громкий голос, когда Мадам сказала через динамики: "Приветствую вас, мои дорогие!»

"Здравствуйте, Мадам!" - хор женских и несколько мужских голосов эхом разнесся по комнате.

Внезапно дверь открылась с радужным световым шоу, а на земле внизу вспыхнули гигантские стрелы, выводящие того, кто был внутри, из здания. Двое мужчин в костюмах вышли через дверь, бросая отвратительные взгляды на людей в комнате. Они быстро вышли, и голос продолжил: "Я бы хотела, чтобы двое мальчиков, которые только что пришли, вошли внутрь, дорогие, и наша встреча, вероятно, займет некоторое время. Вы знаете, что это значит!?»

Как по команде, все женщины встали и закричали: "Кофе, чай и пирожное, лучшая подруга!»

"Господи Иисусе, это проклятый культ!", - подумал он, желая умереть от передергивания, которое он испытывал, и размышляя, не был ли приезд сюда ошибкой.

Большая толпа, собравшаяся в комнате, медленно ушла, и Мэтт, который на мгновение исчез неизвестно куда, снова появился и проводил их к двери. Замешательство постепенно сменилось страхом, когда трое мужчин вошли в кабинет.

Это была большая, преимущественно розовая комната. Одна из стен представляла собой массивное окно, из которого открывался вид на двадцать пятый и 24-й округа. Вокруг было разбросано множество диванов, пуфель и стульев, а стол посередине значительно вытягивался и образовывал формы сердца с обоих концов.

С другой стороны стола стоял пушистый стул спинкой к ним, и только когда они подошли прямо к столу, стул повернулся, обнажив сидящую на нем и нахально улыбающуюся им Мадам.

Ее лазурные волосы на этот раз были зачесаны назад в гораздо более обычную прическу, и на ней был бежевый костюм. С такой внешностью было бы нетрудно спутать ее с немного эксцентричной бизнес-леди.

"Мальчики", - позвала она знойным тоном, сохраняя улыбку на лице. - "Я слышала, вы хотите поговорить со мной о чем-то".

"Да", - заявил Фредди, отступив на шаг назад и открыв рот, чтобы...

"Постойте, дорогой", - сказала Мадам, подняв руку. - "Во-первых, почему бы вам не присесть?"

Он огляделся. Хотя там было много вещей, на которых можно было сидеть, все они были разбросаны по комнате. Не говоря уже о том, что "обычных" сидений катастрофически не хватало, что значительно усложняло выбор чего-либо.

"Я бы предпочел остаться стоять, Мадам", - вежливо сказал он.

Марк не мог удержаться от испуганного взгляда, скользнувшего между Мадам и землей. Она, безусловно, знала о его состоянии, но тактично игнорировала его.

"Я...» Он вздрогнул, но сделал паузу, чтобы сделать глубокий вдох. "Я хочу предложить вам сделку».

"Сделку?" - сказала Мадам с легким удивлением.

Он собрался с силами, заставляя себя выполнить задуманный план. "У вас есть сродство к жизни, верно?"

"Да, жизнь - одна из моих симпатий", - подтвердила она, и ее улыбка стала еще более забавной.

"Что ж, - продолжал он, - я думаю, мой талант пригодится вам".

"В каком смысле?" - скептически спросила она, прищурив глаза.

"Во-первых, я хотел бы", - сказал он, указывая на Марка, - "Чтобы его семье была гарантирована безопасность. А в свою очередь, ты можешь... Вы можете...", - Он старался, изо всех сил стараясь не дрожать. - "Вы можете делать со мной всё что угодно".

Таков был его план. Независимо от того, насколько тяжелую травму он получил, его талант мог ее исцелить. Он был идеальной мишенью, если она нуждалась или хотела, чтобы кто-то экспериментировал.

Он сделал это предложение не только для того, чтобы помочь Марку.

Независимо от того, как он думал об этом, покушение и то, что случилось с Марком, были слишком экстремальными.

Его история сводится к тому, что он избил бродячего монстра; неужели кто-то зайдет так далеко, чтобы сорвать интервью Мадам?

Это было нечто большее. Чего бы это ни стоило, он приблизится к Мадам и разгадает...

Его мысли были прерваны, когда Мадам наконец отреагировала на его предложение. Однако то, как она это сделала, оказалось не тем, что он ожидал увидеть.

Она вздохнула, на ее лице появилось раздраженное выражение, за которым последовал намек на... стыд? Виновность? Ее рука потянулась ко лбу и села, как будто у нее разболелась голова. - "Как мужественно с вашей стороны, дорогой", - выдохнула она, не впечатлившись, - "Но мне действительно не нужно то, что вы предлагаете". И затем, с еще одним вздохом, она встала. - "Думаю, я должна извиниться перед вами обоими".

Марк казался ошеломленным, но Фредди никак не реагировал на ее действия.

"Хотите верьте, хотите нет", - сказала она, - "Я не садистка, которая убивает людей ради спорта, и мне определенно не нравятся пытки или эксперименты над людьми», - объяснила она. "То, что произошло тогда, застало меня в плохом настроении, и я, возможно, немного перегнула палку. Надеюсь, ты, - сказала она, слегка кивнув Фредди, - понимаешь, что я сделала это ради твоей защиты".

"Что касается тебя", - сказала она, повернувшись к Марку, отчего тот вздрогнул. "Мне очень жаль, что угроза прозвучала так несвоевременно. Я не знала, что вы уже отказались от предложения, и уж тем более не представляла, что за этим последует. То, что вы сделали, заслуживало награды и поощрения, а не... этого. Сожалею о том, что случилось с вашей сестрой. Надеюсь, вы примете мои самые искренние извинения".

Марк казался озадаченным извинениями Мадам, но Фредди просто кивнул и поблагодарил ее. - "Благодарю вас, мадам. Я также приношу свои извинения за свою самонадеянность".

Это заслужило еще один взгляд, на этот раз от всех троих присутствующих в комнате.

Мадам подняла бровь, но никак не прокомментировала его поведение. "Что касается произошедших событий, я считаю, что было бы лучше сообщить вам обоим о том, что происходит. Как насчет того, чтобы присесть и устроиться поудобнее?"

На этот раз мадам взяла на себя инициативу, прежде чем они успели отказаться, переместившись на диван в форме полумесяца с небольшим журнальным столиком посередине.

"Вы, мальчики, хотите чего-нибудь выпить?" - спросила она.

"Нет, спасибо", - мгновенно отказался Фредди.

"Я... я бы хотел чаю, если у вас есть", - сказал Марк, поморщившись, вероятно, от последней части сказанного. "Какой Мадам порекомендует".

Мадам хлопнула в ладоши и устроилась поудобнее, сняв пальто с костюма и небрежно бросив его на диван рядом с собой. "Я сразу перейду к делу", - сказала она. "Фредди, дорогой... Кого ты обидел и как?"

Он нахмурился. Он еще не установил эту связь, но если это так...

"Именно это и приводит меня в замешательство", - призналась она, покрутив в руках волосы и выпустив воздух.

В этот момент, казалось бы, бесшовный участок стены раздвинулся, открыв вход, из которого вышла странно одетая официантка. На ней была откровенная одежда, состоящая не более чем из облегающего топа и короткой юбки.

Фредди никак не прокомментировал и не показал виду, что заметил необычный наряд, решив, что это не его дело.

Когда женщина поставила перед ним кофе, он отвлекся от своих мыслей. Запах был чарующим. Он тут же схватил его и поднял, словно собираясь сделать глоток, но затем приостановился, опустив его обратно и нахмурившись. "Мадам..."

"В чем дело, дорогой?"

На самом деле он не собирался пить то, что она ему подавала, так как просто не доверял ей ни капли.

Он едва сдержался, чтобы не поморщиться, когда Марк громко сглотнул. "Чай просто бесподобен!", - похвалил мужчина.

Мадам улыбнулась и кивнула молодому человеку, а затем снова повернулась к Фредди. "Вам не нужно чувствовать себя обязанным пить. Мне просто не нравится видеть своих гостей с пустыми руками".

"Спасибо, в любом случае", - сказал он.

Мадам сделала большой глоток своего коктейля и продолжила: "Итак... Я очень уверена, что все это было организовано одним человеком или организацией, но я понятия не имею, кем и зачем. Именно поэтому я спрашиваю вас, не обидели ли вы кого-нибудь. Можете ли вы сказать мне, встречались ли вы с кем-нибудь влиятельным или участвовали в каком-нибудь политическом мероприятии?"

Он задумчиво поджал губы и нахмурился. Затем он принялся пересказывать свой случай в АТА, рассказывая все в точности, без каких-либо пропусков или изменений, даже намеренно подчеркивая собственную наивность и глупость.

Немного поколебавшись, он решил рассказать о своей встрече с тем странным, небрежно одетым человеком, который навестил его в квартире. Хотя ему хотелось быть как можно ближе к правде, он ни за что не стал бы упоминать о Кровопролитии.

Он сказал, что мужчина проявлял странный интерес к его грязной одежде, но в тот момент, когда он это сказал, она, казалось, загорелась пониманием.

"Дерьмооо", - внутренне выругался он. Неужели он только что выдал критический намек?

"О Боже", - сказала женщина, отставляя коктейль. "Этого не может быть... Но подождите. Нет!" - сказала она с широкой ухмылкой. "Как же я до этого не додумалась?"

"Что... Что именно?" - осторожно спросил он.

"Хорошо, дорогой, - сказала она, - мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что произошло, когда ты столкнулся с монстром. Пожалуйста, не лгите и не изменяйте никаких деталей".

Он нахмурился, услышав ее слова, но согласился с просьбой и пересказал всю историю.

Она недоверчиво хихикнула, когда он закончил свой рассказ. "Невероятно. Значит, это существо должно было быть двухзвездочным монстром".

Марк слушал рассказ с напряженным вниманием, и когда она сказала это, он чуть не подавился. "Что!?"

"Что?" спросил Фредди, искренне смутившись.

"Позвольте мне объяснить это так, - начала она. "Как обстоят дела с вашим ростом в последнее время?"

Он задумался и честно ответил. "Немного замедлился".

"Понятно... После почти двух месяцев интенсивного сбора ты только начинаешь замедляться".

"Что-то не так?" - спросил он, нахмурившись.

Мадам насмешливо хмыкнула. "Да. Очень. Как вы думаете, почему люди сражаются с монстрами? Я обещаю вам, что это не от скуки - по крайней мере, для большинства. Это происходит потому, что ваш рост застопоривается, если вы не бросаете себе вызов".

Он уже знал об этом, но не представлял, когда это должно произойти. Он объяснял это тренировками по боевым искусствам и общим ростом, но, похоже, дело было не только в этом.

Мадам продолжила: "Конечно, можно просто победить себя с помощью тренировок и практики, но ставить на кон свою жизнь, чтобы выйти победителем в опасных ситуациях, гораздо выгоднее. Да, убийство монстра позволяет получить часть его эфира, но это еще не все. Он генерирует чистый эфир прямо внутри вашей души и способностей, которые вы используете, особенно если противник значительно сильнее вас".

"Итак..." начал Фредди. "Кто-то пытается убить меня, потому что я...?"

"Нет", - возразила Мадам, прежде чем он успел закончить фразу. "Хотя это правда, что у вас есть преимущество в росте, это временный толчок. Куда важнее то, что эта генерация чистого эфира сделала с окружающей вас средой".

"То, что вы сделали в этой ситуации, было невероятно маловероятно. Следовательно, сгенерированный чистый эфир, скорее всего, вызвал какую-то аномалию. Или несколько. Проявленный вами трехаффинный прайм-вестник - лишь один из них. А одежда, в которую вы были одеты и которая, скорее всего, стала мощным проклятым предметом, - еще одна".

А "Кровопролитие", скорее всего, будет третьим, понял он.

Но его внимание привлекло кое-что еще. "Проклятый предмет?"

"Мы к этому еще вернемся", - отмахнулась мадам. "Сейчас это не имеет значения. Главное - это возможность того, что созданное вами нечто окажется тем, что называют "уникальным"".

Фредди хотел было спросить, в чем дело, но тут же понял, что она все равно все объяснит, и промолчал.

Это будет нечто, понял он, как только заметил, что у Марка отвисла челюсть, когда он это услышал.

Мадам улыбнулась. "Уник - это эфирный конструкт, в которой заключена истинная душа".

Она шутливо ткнула пальцем в Марка и одобрительно кивнула. "Вполне адекватная реакция. Уники - это уникальные эфирные конструкты".

"Они содержат гораздо меньше ограничений и имеют бесценную стоимость. Уникальные проклятые предметы, например, могут увеличивать свою силу. Допустим, у вас есть проклятый меч, и вы используете его в бою. В зависимости от его сродства он будет обладать теми или иными необычными способностями. Обычно проклятый меч теряет силу с течением времени, превращаясь в мусор, как и любое другое оружие. С другой стороны, уникальный проклятый меч будет развиваться и расти вместе со своим пользователем".

"Затем у вас есть уникальные первичные следы. Проще говоря, они полностью игнорируют то, что вы уже являетесь архом, позволяя вам приобрести еще один талант и еще больше сродств".

Услышав это, он побледнел, но Мадам отмахнулась от него. "Не волнуйтесь, та маленькая вещица, которую вы продали, не была уникальным следом. Их было найдено всего три, и их цена выше той, которую можно озвучить в деньгах.

"Существует также множество различных оттенков уникальных сокровищ, каждый из которых обладает неким абсурдным эффектом, игнорирующим общепринятые ограничения, и последний тип уникальных сокровищ, который, вероятно, является наименее редким, но и наиболее труднодоступным - уникальные разумные эфирные конструкты".

Ему потребовалось приложить все силы на то, чтобы не выказать никакой внешней реакции, и каким-то чудом ему удалось удержать свое сердце от учащенного биения, обычного для подобной ситуации.

"Они, - продолжала она, - известны тем, что страшно опасны. Мы сталкивались со многими из них. Но они становятся слишком могущественными, пробираясь через проходы, и быстро превращаются в эйдолонов, которых никто не в состоянии подчинить себе. Если же удается обнаружить уникальный след... это уже совсем другая история. Их отличительной чертой является то, что они обладают истинной волей".

С каждой ее фразой его кровь становилась все холоднее.

"Однако их бесценность заключается в другом. Эфирные оболочки, а следовательно, и их способности, не могут быть развиты на основе случайной концепции. Должна быть какая-то связь. У уникальных способностей нет таких ограничений. Вы можете использовать любой уник для улучшения любой способности. Хотите, чтобы общая концепция смерти была привязана к огненному заклинанию? А как насчет слияния тепла и холода в нечестивую мерзость, не поддающуюся элементарной логике? А как насчет того, чтобы сделать воду острее меча?

"Не только это, но и то, что, поглотив уник, вы получите сродства, с которыми оно связано, а если у вас уже есть одно из сродств, оно превратится в уникальное сродство".

"Итак..." - начал он, задыхаясь. "Как вы думаете, я сгенерировал уникальный след?" - преувеличил он свою панику. Это было довольно легко, учитывая то, что он уже чувствовал.

Мадам нерешительно кивнула. "Возможно. И я начинаю строить несколько теорий о том, кто может за вами охотиться. Вероятно, оно исчезло там, где появилось, и вы входите в число подозреваемых, которые могли его похитить".

Его очень разозлило, что она сказала это так, будто он украл эту чертову штуку. Он был тем, кто ее создал. Она принадлежала ему по праву.

"В любом случае, - сказала она, допивая последний глоток коктейля. "Думаю, это все, о чем мы можем говорить. Я не могу поделиться другими подробностями, не ставя под угрозу вашу безопасность. Однако скажу напоследок, - начала она, мягко улыбнувшись им и смягчив голос. "Вы находитесь под моей защитой, и пока это так, вы можете не стесняться и сосредоточиться на своей работе. Я использую свое влияние, чтобы обеспечить вашу безопасность, и мы что-нибудь придумаем, когда вы выполните свои контрактные обязательства".

"Я...", - Марк пытался, но не мог заставить себя говорить.

"Можете расслабиться, - заверила его Мадам. "Ваша семья находится под моей защитой, и да, хотя в ваших услугах нет особой необходимости, мы продлим ваш контракт еще на три месяца", - сказала она, подмигнув ему.

"А как же...?" Он сглотнул. "Моя семья. Это поставило нас в... довольно прискорбное положение..."

"С этим помочь не могу", - категорично заявила она.

Он нахмурился, в его лице промелькнуло разочарование. "Почему?"

"Потому что это создаст уязвимость", - заявила она, снова наливая себе коктейль и вертя в руках соломинку. "Если я возьму это в привычку, мои враги возьмут за правило преследовать подчиненных мне людей, чтобы вынудить меня прибегнуть к своим личным средствам. Остановиться, как только я начну, будет непросто, потому что это будет стоить мне преданности моих подданных".

"Не могли бы вы...", - Марк попытался, но...

"Я бы с радостью сделала исключение, - сказала она, сочувственно улыбаясь, - но не могу. Однажды я уже совершила эту ошибку, и она навредила гораздо большему числу людей, чем помогла... Впрочем, не волнуйтесь..." Выражение ее лица потемнело. "Когда я узнаю, кто за этим стоит, я им отплачу. Никто не станет глумиться над моим именем и уходить от ответственности. Это я вам обещаю".

Марк и Фредди нервно сглотнули, и после еще нескольких бессмысленных разговоров отправились домой.

В квартире Марка уже навели порядок, вероятно, по просьбе Мадам, и отремонтировали его дверь. Они вошли в комнату, в основном молча, пока...

"Итак, - сказал Фредди, громко зевая. "Думаю, я немного вздремну".

"В моей гостиной? Чувак, иди домой", - сказал молодой человек, явно уставший от всего, что произошло сегодня.

"Нет", - отказался он. "Не думаю, что буду". Затем, явно изменив тон, он сказал: "Думаю, я хочу вздремнуть прямо здесь". Он быстро закрыл глаза и появился в Незере.

# П.П. Незер - это старое "Нетерэхо", в ориг. Netherecho. Перевести это лаконичней я не смог.

Марк не заставил себя долго ждать, и по мере появления манекена, изображающего его тело, появлялась и его проекция.

"Что ты...", - начал Марк, но...

"Не говори о Кровопролитии", - сказал он, - "и не верь ничему, что говорит Мадам". С этими словами он покинул Незер, и тот вскоре последовал за ним.

"Чувак, ты..."

"Твой диван чертовски неудобен, бро", - поддразнил он. "Думаю, мне больше нравится моя кровать. Увидимся завтра. Спокойной ночи". Он помахал мужчине на прощание и вышел из квартиры.

Мгновением позже он был у себя дома и подошел к определенному ящику на кухне. Там лежал скомканный пакет с продуктами, и, не закрывая ящик, он вошел в Незер.

Его проекция скользнула в ящик и подошла к маленькому скомканному мешку. Его крошечная рука легла на сумку, и, толкнув ее, он постепенно погрузился в нее, оказавшись внутри смятого пространства вместе с гигантским скелетом.

"Кровопролитие..." - поприветствовал он. Теперь он знал, как эта тварь ослушалась его и последовала за ним сюда, несмотря на то, что ей было прямо сказано не делать этого.

Потому что у него была своя воля.

Он не мог спокойно избавиться от Кровопролития и не мог использовать его сам, поскольку оно было слишком мощным, чтобы проникнуть в его душу. И продать его он тоже не мог. У него был только один выход - гарантировать, что она останется верна ему, и скрывать это любой ценой.

"Я принес ужасные вести", - продолжил он.

"В чем дело, милорд?"

"Га!" - злобно прошипел он. "Мои враги... они охотятся за тобой!"

"За... мной?"

"Да, мой верный приспешник, - сказал он, сжимая кулаки и поворачиваясь, чтобы посмотреть на стенку сумки с продуктами. "Они боятся того потенциала, которым ты обладаешь, того вклада в мои будущее планы, который ты можешь внести! Они хотят уничтожить тебя до того, как ты полностью раскроешь свой потенциал, но они не знают, где ты прячешься".

"Милорд... мы должны их искоренить?"

"Терпение, мое маленькое озерцо крови", - драматично заявил он. "Все придет со временем. Говоря о времени, у меня его осталось не так уж и много. Я поговорю с тобой снова, когда буду уверен, что они не наблюдают".

Он провел много времени, общаясь со следом, и понял, как он действует. Заставить его сделать то, что он хотел, было несложно, а вот заставить понять - сложнее. Если говорить в более доступных для понимания терминах, процесс ускорялся.

Кровопролитие кивнул и Фредди ушел, покинув Незер. "Где же оно было?", - Он почесал затылок, делая вид, что просто что-то ищет. "Кажется, не здесь... Ну, неважно".

Он продолжал заниматься своими обычными делами: ел, приводил себя в порядок и ложился спать. Или хотя бы попытался. Но он не мог.

Потому что каким, черт возьми, образом он мог выйти из этой ситуации живым?

----------

Стыд

Хотя то, что за ним присматривали, означало, что Фредди хотя бы в некоторой степени находится в безопасности, некоторые упражнения, которые ему приходилось выполнять, были до боли неудобными. Он снова присел на корточки как можно глубже и сделал еще один неуклюжий прыжок вперед - вероятно, уже в сотый раз подряд.

В тот день он впервые использовал технику "Лягушачий прыжок". От нее у него не только разболелась голова, но и появилось ощущение, будто ему в задницу что-то с силой засовывают, когда он запускает эту способность.

Ему очень повезло с "Струящимся ударом", которая ему вполне подходила, но эта версия "Лягушачьего прыжка" ему просто не подходила. Это означало, что ему придется покупать новую способность передвижения или создавать ее самому.

"Лягушачий прыжок" был неплохой способностью, но в последнее время он стал более амбициозным. Поэтому, если бы ему пришлось выбирать между легким выходом и вызовом, он бы всегда выбирал последнее.

Итак, он поставил перед собой задачу овладеть особой способностью - "Гидравлическое Напряжение". Это не была способность для перемещения, по крайней мере, строго говоря.

Это была общая техника боевых искусств, использующая нагнетание давления для напряжения конкретной мышцы. Она считалась одним из высших уровней мастерства для всех видов боевых искусств.

И ее нельзя было получить с помощью свитка.

Овладение этой способностью требовало огромных затрат времени и усилий. Каждый человек уникален, и эта техника должна была идеально соответствовать тому, кто её использует. Многие пытались и добивались создания частичной версии, которая работала только на отдельных группах мышц.

Но он был одержим желанием сделать её совершенной.

Что касается подвижности, "Гидравлическое Напряжение" было универсальным инструментом для всего: прыжков, рывков, бега, качания и практически всех форм паркура. По сути, "Лягушачий прыжок" был лишь ограниченной версией этой способности, сосредоточенной на прыжках.

Присев снова и сосредоточившись на воде в ногах, Фредди снова направил свою энергию, стараясь сжать воду, чтобы усилить напряжение мышц. Это снова не привело ни к чему, кроме судороги, и в этот раз он растянулся на земле.

В очередной раз он осознал, как ему повезло иметь 1% вампиризма. Одним из главных препятствий в овладении "Гидравлическим Напряжением" был постоянный риск травм, ведущих к откатам. Для него это было далеко не проблемой.

Прошло всего несколько дней с момента встречи с Мадам. Он уже заметил замедление своего роста, но за последние несколько дней темпы ухудшились намного сильнее.

Когда он почувствовал, что снова начинает исчерпывать свою эссенцию, он сел медитировать. Держать Кровопролитие в полной скрытности сейчас было оптимальным, поэтому он больше не имел помощи в накоплении энергии. Тем не менее, его улучшения были достаточны, чтобы это не стало значительным препятствием.

Синие виспы медленно текли к нему, проникая в его душу и слегка помогая восстановить эссенцию. Однако они, похоже, никак не влияли на размер его звезды. Он продолжал медитацию, но его запас водных виспов иссяк ещё до того, как истощилась его сила воли.

Глубоко вздохнув, он поднялся и продолжил обычные тренировки, слишком истощенный, чтобы продолжать практиковать техники.

Это и было его основной проблемой.

У него был "Струящийся Удар", техники закалки, "Создание Воды", а теперь и "Гидравлическое Напряжение". Это было похоже на нищего, составляющего огромный список покупок — эссенции просто не хватало на все.

Сосредоточившись на своей звезде, он ощутил её вместимость. Попытавшись оценить её, он смог приблизительно почувствовать, насколько продвинулся к тому, чтобы достичь пика потенциала своей первой звезды.

В этот момент он ощущал, что находится примерно на 27%, немного больше четверти пути к завершению своей звезды.

Даже с учетом замедления, он ожидал, что сможет увеличить свои запасы хотя бы на 10% в течение следующего месяца. А теперь? Он не был уверен, что увеличит их даже на 2%.

Это означало, что ему нужно было распланировать разные техники на разные дни, и он чувствовал, как его прогресс замедляется до уровне черепахи.

Нанося удары по изуродованному куску плоти, чтобы восстановится до идеала, он начал бить и пинать дерево. Его кулаки становились более мощными, а запястья расширялись. Верхняя часть его ступней ощущалась как сплошная кость, а подошвы — как дубленая кожа. Его голени были твердыми как железо.

Его физическое тело постепенно становилось всё более пригодным для боевых искусств. К сожалению, изменения замедлились и здесь, единственным заметным отличием оставался его постоянный набор веса и рост мышц, но даже это замедлилось.

То же самое происходило и с его силой в спортзале. Он мог жать 155 кг, приседать с 281 кг и поднимать 334 кг. Это было улучшение по сравнению с тем, что он мог сделать менее чем три недели назад, но учитывая, насколько сильно он вырос за три недели до этого, разница уже не казалась такой впечатляющей. На самом деле, большую часть этого улучшения можно было объяснить чистым ростом мышц.

Марк все равно легко утроил показатели, что было просто нелепо для арха с одной звездой.

Но, пожалуй, еще более впечатляющей, чем его сила, была его выносливость. Он был вечным двигателем и бесконечно бил по дереву, не сбавляя скорости.

Ни одно из его движений не вызывало благоговения. Это были обычные низкие, средние, высокие и прямые удары с несколькими основными вариациями. Даже с его телосложением и подготовкой мастера боевых искусств, тренировавшиеся против других людей, все равно надрали бы ему задницу.

Но на фундаменте, который он возводил, будет стоять небесная башня. Может быть. Надеюсь. Все, что он мог сделать в этот момент, - это класть по одному камню за раз.

Учитывая, что ему требовался каждый клочок эфира, который он мог достать, Фредди собирал практически все время. Марк был озадачен тем, что ему удается так много медитировать. Усталость души была мучительной, и его способность так хорошо справляться с ней свидетельствовала о том, как много силы воли он приобрел за последние два месяца.

Хотя в зале был большой бассейн с водой, это не означало, что здесь было много мух, которые можно было собрать. В конце концов, он был далеко не единственным архом с водным сродством в зале, и многие использовали техники восстановления и тому подобное после подходов, а затем собирались, чтобы восстановить потерянную сущность.

Это была проблема, но не очень серьезная. Если он достаточно сосредоточится, то сможет притягивать водяные струи издалека, собирая их за пределами здания.

Однако, когда некоторые из них подходили ближе, они отходили в сторону. Он смог втянуть в свою душу лишь часть из них, а остальные были потеряны в пользу другого члена зала, который случайно занимался сбором в это же время.

"Это чертовски раздражает", - подумал он, вздыхая.

Внезапно сзади раздался глубокий голос: "Эй, приятель, как насчет прогуляться?"

Он повернулся и уставился на лысого мужчину лет тридцати, который был выше его на целую голову, и хотя в нем было много жира, нельзя было не заметить, что он был горой мышц.

"Какие-то проблемы?", - спросил Марк у мужчины.

"Да", - подтвердил мужчина, глядя на Фредди. "Мальчик-с-пальчик ворует моих виспов".

Он нахмурился. "Какого хрена ты меня только что позвал, жирная задница?"

"О, вам это нужно?" - сердито спросил мужчина, шагнув вперед.

"Стоп, стоп, что-то случилось?", - На этот раз Стив пришел посмотреть, что происходит.

Мужчина повернулся лицом к тренеру и объяснил ситуацию. Стив лишь приподнял бровь и пояснил: "Послушайте, э-э... Вы ведь Гилберт, верно? Мы в... Мы в... Мы в спортзале", - напомнил он, преувеличенно махнув рукой. "Это не место сбора. Хотя некоторые считают это грубостью, нет ничего противозаконного в том, чтобы стащить несколько виспов, которые случайно подлетели. Это общественная собственность, которую может взять любой желающий".

"Но..."

"Никаких "но", - перебил тренер. "Мне все равно. Притеснение других пользователей противоречит правилам. Я предупреждаю вас: повторите это еще раз, и я лишу вас членства".

После нескольких секунд колебаний и еще одного враждебного взгляда на Фредди мужчина насмешливо хмыкнул и ушел.

"Не стесняйся, Фред, - сказал Стив, похлопав его по плечу. "Если он снова доставит тебе неприятности, дай мне знать". А затем он также повернулся и ушел.

Марк уже собирался что-то сказать, но его прервал Фред, хитро ухмыльнувшись. "Марк... Марки. Дорогой."

"Что?"

"Какова вероятность того, что этот парень набросится на меня, когда я буду выходить из спортзала?"

"Не волнуйся, - попытался утешить его Марк. "Пока я здесь, ты..."

"Нет, нет, нет, не поймите меня неправильно. Не то чтобы я его боялся..." - сказал он назидательно.

"Фредди", - сказал Марк, закатив глаза. "Неужели?"

"Да, в чем проблема?"

"Это просто..." Мужчина вздохнул. "Знаешь, это на тебя совсем не похоже".

"Что?" - спросил он.

"Я заметил, что ты..." сказал Марк с некоторым сомнением. "Послушай, уверенность - это хорошо, но не позволяй ей захлестнуть тебя с головой".

"Чувак", - сказал он, бросив на Марка раздраженный взгляд. "Я был готов оставить все как есть и быть выще этого, но нет, этот ублюдок пришел в поисках драки", - защищался он. "Я не виноват, если бы он шараебился по округе и нашел одну".

"И ты добровольно пойдешь на это?", - спросил его тренер. "Правда? Почему?"

"Я никогда не дрался", - сказал он. "Ну, не с детства. И у меня нет другого способа получить боевой опыт".

Марк закатил глаза и тяжело вздохнул. "Подобная уличная драка не считается "боевым опытом"".

"Я не согласен".

"Неужели?", - Марк сплюнул, его отчаяние переросло в неподдельный гнев. "Что, если этот человек наставит на тебя оружие? Даже если нет, ты..."

"Ты действительно думаешь, что я умру?"

"Ты думаешь, что ты...?" начал Марк, но потом приостановился, вспомнив, что за Фредди кто-то наблюдает. Кто бы это ни был, он вмешался бы, если бы драка стала опасной для жизни. "И все же это опасно".

"Потому что я могу получить травму?" - насмешливо спросил он.

"Ладно, скажи мне честно: это только потому, что ты хочешь сразиться с этим человеком?"

Фредди усмехнулся в ответ.

"Знаешь что, делай все, что хочешь, но, пожалуйста, - добавил Марк, - не выкидывай себя из зала".

"У меня есть два свидетеля того, что он - зачинщик", - уверенно заявил он. "Что бы ни случилось, виноват будет он".

Фредди вышел из зала.

Прошло уже много времени с тех пор, как он боялся боли. И до сих пор не боялся. Но он должен был быть честным. Вступая в драку, он немного нервничал. Это не был страх получить травму, но как будто... было бы очень неловко, если бы ему надрали задницу. Может быть, дело было в его мужском самолюбии, но он не мог отрицать, что здесь на кону стояла гордость.

И все же он решил пройти через это. Если предсказание Марка оказалось верным, подобное дерьмо может стать обычной частью его жизни. Даже если он получит по заднице, это будет стоить того, чтобы получить опыт.

Но, пройдя дальше, он понял, что мужчины нигде не видно. Он видел, как тот выходил из спортзала некоторое время назад, так что, возможно, ему надоело ждать или он серьезно отнесся к предупреждению Стива.

Он огляделся по сторонам, наблюдая за окружающими его людьми, пока не...

Подождите.

Это было на публике. Драка средь бела дня может привести к тому, что кто-то вызовет полицию.

Учитывая, что он приближался к своему зданию, нужно было срочно что-то предпринимать, если он хотел драки. Плавным движением, как будто так и было задумано с самого начала, Фредди повернулся и вошел в тесный переулок между своим и соседним зданием.

Ему не потребовалось много времени, чтобы преодолеть половину пути, и, сделав это, он остановился и обернулся.

Никто, похоже, не шел в ту сторону, и он прислонился к стене. Прячась в таком переулке, он чувствовал себя каким-то хулиганом, и, возможно, было бы несправедливо не заметить, что в этот момент он действительно затевал хулиганство.

Его праздные мысли были прерваны, когда в переулок вошел грузный мужчина, а точнее, Гилберт.

"Хилберт, да?" - позвал он, засунув руки в карманы и отчаянно жалея, что в руках у него нет сигареты, которую он мог бы резко выбросить в сторону.

Не говоря ни слова, мужчина просто пошел к нему, приближаясь так, словно собирался выбросить мусор. Хотя уверенность мужчины была пугающей, он не оставил бы это высокомерие безнаказанным.

Мужчина шагнул вперед и, оказавшись прямо перед ним, тут же отвел кулак назад, готовясь нанести прямой удар.

Атака, которая не может быть более простой.

Уклониться от удара или уйти в сторону оказалось гораздо сложнее, чем он ожидал, и ему даже не удалось как следует поднять защиту; вместо этого он получил огромный кулак прямо в лицо и кувыркнулся назад.

Мужчина тут же бросился вперед и ударил его ногой в живот, оттолкнув еще дальше. От прилива адреналина он поднялся с земли, и мужчина опешил. "Крепкий ублюдок", - сплюнул он.

Фредди с этим не согласился бы. Его лицо словно вмяли в землю, а внутренние органы словно переместились. В этот момент он подумал, что, возможно, ввязываться в драку с человеком вдвое крупнее его - не самая лучшая идея.

Мужчина снова бросился вперед, и он снова заколебался. Под широким замахом мужчины образовалась брешь, и ничто не защищало его от ответного удара, кроме его относительного размера и размаха.

Пока он наносил апперкот в лицо или бил ногой в живот перед ударом, его цель не могла защититься. Поэтому он попытался войти внутрь, активировав "Струящейся удар". Его кулак приземлился на лицо мужчины, но, столкнувшись с движущейся целью, он ошибся со своей способностью и потерял почти всю силу.

Его упреждающая атака в конце концов не смогла остановить мужчину, и на этот раз, поддавшись панике, он поднял левую руку, чтобы защититься. Удар мужчины пришелся некстати, и он схватил его за руку, чтобы отбросить в сторону.

Но прежде чем он успел это сделать, Фредди снова запаниковал, нанеся дикий удар с размаху прямо в лицо Гилберту, который, похоже, не ожидал такой атаки, поэтому не успел среагировать.

"Струящийся удар" приземлился с неприятным хрустящим звуком, и в глазах полностью дезориентированного Фредди человек как будто исчез из виду. Оглядевшись по сторонам и гадая, каким волшебством удалось исчезнуть этому огромному человеку, он наконец посмотрел вниз и обнаружил, что его цель лежит на земле без сознания. Только тогда он заметил прилив жизненной силы и понял, что случайно нанес критический удар, вырубив противника с одного удара.

"Хахаха...", - засмеялся он. "Хахахаха! Пошел ты, придурок!" - заорал он, ударив мужчину ногой в живот и отступив назад. Его лицо и шея чертовски болели, и он поднес руку, чтобы потрогать нос.

Она была совершенно разбита, а кровь лилась так сильно, что он почувствовал головокружение. "Черт..." - прошептал он.

Не дожидаясь, пока гора мышц поднимется, он приготовился бежать, но тут произошло нечто необычное - в его душу хлынул неожиданный поток сущности, и это было не немного.

Он не мог отвести взгляд от лежащего на земле тела.

В этот момент у него перехватило дыхание.

Голова мужчины была повернута под странным углом.

Фредди выдохнул, но дыхание было неглубоким.

На шее появилось темно-синее пятно, которое, похоже, быстро распространялось.

Его руки задрожали, и он не смог удержать левую ладонь от порыва поднести ко рту. "Это... Этого не может быть... Только от этого...?"

Внезапно сверху спустилась слишком быстрая фигура, чтобы он мог ее разглядеть, и подхватила мужчину, чтобы затем раствориться в воздухе.

"Подождите!" - закричал он, спотыкаясь. "Он...? О, Боже!" Его дыхание становилось все быстрее и короче. "О Боже!"

Он натянул рубашку на окровавленную голову, скрывая лицо, и бросился вон из переулка. Он был совсем рядом со своим домом, поэтому ему не потребовалось много времени, чтобы забежать внутрь и добраться до своей квартиры. Заперев за собой дверь, он сразу же бросился на кухню.

На земле неподалеку лежал кусок плоти, и он схватил нож, чтобы нанести удар. Но, увидев лезвие в своих руках, он не смог удержать его, и оно вскоре выпало из его рук, шмякнувшись на землю.

Дышать стало еще труднее: кровь хлынула и скопилась в носовой полости, и он начал откашливаться, а зрение помутнело. Собрав все силы, он схватил кухонный нож и ударил.Сначала он колебался, но успокаивающее ощущение пересилило его нежелание, и он в оцепенении продолжил наносить удары. Он не знал, сколько прошло времени, но уже немного успокоился и полностью исцелился.

Сидя на земле, потный, весь в крови, с ножом в руках, он прошептал: "Я... я убийца".

----------

Надоедливый враг

Когда Фредди вошел в зал, Марк поприветствовал его: "Привет, парень, как дела?". Затем он задал страшный вопрос: "Ну что... тот парень пришел за тобой?"

"Неа", - соврал он. "Он, должно быть, зассал".

"Понятно..." сказал Марк, его голос сбился. "Честно говоря, я немного подумал и решил, что разумнее всего будет просто извиниться".

Фредди молчал.

Марк продолжает: "Гораздо лучше нанести небольшой удар по своей гордости, чем иметь дело с неприятностями, которые того не стоят".

Фредди посмотрел на Марка отстраненным взглядом и улыбкой, которая не достигла его глаз. "Да. Я... я буду иметь это в виду".

Фредди не понадобилось много времени, чтобы рационализировать свои действия. Тот парень был тупицей, и он мог напасть на кого-нибудь другого. Если бы это случилось, роли могли бы поменяться местами.

Как бы он ни относился к этому, этот идиот был враждебным маньяком, которого следовало уничтожить. Более того, он был готов сказать, что если бы его снова поставили в такую ситуацию, он сделал бы тот же выбор, даже зная результат.

Но... его оправдания ничего не изменили.

Каждый раз, когда он просыпался утром, его запасы эссенции пополнялись. На следующее утро после этого случая он проснулся и проверил свои запасы эссенции - они составляли 28 % - на 1 % больше, чем накануне.

Каждый раз, когда он наносил удар по технике, частица ее силы казалась ему заимствованной. Украденной. И это навсегда останется его частью.

Днем, когда он был рядом с людьми или тренировался, с ним все было в порядке. Ночью все было иначе. Он неоднократно просыпался в холодном поту, кошмары будоражили его сознание, когда он закрывал глаза: образы того, как легко сворачивается шея, видения тела, появляющегося прежде, чем он успевал понять, что произошло.

Каждый раз, когда он тренировался, каждый шаг вперед и каждый прогресс... внезапно все стало таким тяжелым.

К чему именно он готовился?

Проходили дни, и вот однажды вечером, когда он уже собирался принять сбор лекарств...

В дверь позвонили.

Фредди подошел, ожидая, что это Марк. Но, посмотрев в подзорную трубу, он заметил вместо него Мэтта Кэнстоуна, ассистента.

Он не мог сдержать вздох, чтобы тот не сорваться с губ.

Немного поколебавшись, он повернул замок и открыл дверь.

"Здравствуйте", - сказал Мэтт. "Могу я войти?"

Мысли Фредди замерли, когда он услышал этот вопрос. "Конечно, не стесняйтесь. Я... Да, хотите, я закажу что-нибудь выпить?"

"В этом нет необходимости, но все равно спасибо".

Красивый пурпурно-волосый мужчина сидел на диване в гостиной, а он сидел напротив него, неловко сдвинувшись.

"Можете расслабиться", - сказал мужчина. "Я здесь не по делу. Я просто хотел поговорить с вами".

Что бы ни говорил этот человек, он никак не мог оказаться здесь без ведома Мадам. И если она позволила ему прийти сюда, то только потому, что она во что-то играет. Внешне он никак не проявлял своих подозрений, вместо этого притворяясь расслабленным.

"Я... Я в беде?" - спросил он.

"Нет, это не так", - сказал мужчина. Вскоре он добавил: "Можете не беспокоиться. Ситуация уже решена. Официально будет считаться, что Гильберт погиб во время погружения".

Хотя ему было стыдно, Фредди не мог не почувствовать облегчения. "Понятно... Спасибо, и я прошу прощения за причиненные неприятности".

Мэтт просто улыбнулся и слегка кивнул. Затем, по взмаху его руки, появилась большая бутылка с алкоголем, а рядом с ней - два стакана.

"А, понятно..." - подумал он. Так вот что он имел в виду, говоря "нет необходимости".

"Не хотите выпить со мной?", - спросил Мэтт, отвлекаясь его от раздумий.

"Э-э... лично я не в настроении. Но спасибо за предложение", - поблагодарил он. По правде говоря, он хотел сделать глоток, но боялся, что в него что-то подмешали.

"Понятно. Ничего страшного", - сказал Мэтт, наливая себе стакан и делая глоток. Глубоко вздохнув, он повернулся к нему лицом. "Это было похоже на то, как произошел мой первый случай".

"Произошло что?" - спросил он.

"То, как этот человек погиб от ваших рук".

Прямота заявления мужчины была для него как удар в живот, но он лишь кивнул в ответ, ожидая продолжения.

"Я отец-одиночка", - сказал Мэтт. "Когда моей дочери было два года, я повсюду брал ее с собой, потому что не мог оставить ее одну". Он налил в стакан еще немного резкого напитка и одним глотком выпил половину стакана. "Однажды вечером я задержался с покупками и взял ее с собой. Я ненадолго опустил ее на землю по ее просьбе, чтобы она погуляла сама. В этот момент и появился тот мужчина.

"Он выглядел бездомным и растрепанным. Уверенными шагами он подошел к моей дочери и потянулся, чтобы схватить ее. Я инстинктивно отреагировал и ударил его ногой по голове. Его шея сломалась, и он упал на землю".

Фредди помолчал, а потом сказал: "По-моему, вполне справедливо".

"Суд сказал то же самое", - добавил мужчина с вялой усмешкой и сделал еще один глоток. "Меня не наказали за мои поступки, но... я так и не примирился с тем, что совершил.

"Я не знаю, кем он был и почему поступил так, как поступил. Возможно, он был под наркотиками и увидел что-то, что заставило его потянуться к моей дочери. Я не знаю, было ли у него намерение причинить ей вред или забрать ее... Он не бросился на нее. У него не было хищного взгляда. Он просто протянул руку", - сказал он, жестикулируя. "Может, он просто хотел погладить ее по голове, а я осудил его по внешнему виду, прежде чем он смог доказать свою невиновность", - признался он, немного прослезившись. "А мой милый ангел...

"Она утверждает, что не помнит, как это произошло, но я вижу это в ее глазах. Она вскакивает, когда я появляюсь рядом с ней, не замечая ее. Она отводит взгляд, когда задерживает его на мне слишком долго. Даже если она не помнит, я уверен, что этот опыт до сих пор преследует ее, скрываясь в давно забытом уголке ее ранних детских воспоминаний".

Фредди слушал с восторженным вниманием, слегка кивая в ответ на слова мужчины. "Да, я... я определенно не хотел бы поменяться с вами местами".

Мужчина слегка хихикнул. "Действительно. И я бы поменялся с вами местами в одно мгновение".

"Так это вы за мной наблюдаете?", - спросил он, но помощник уставился на него с загадочной улыбкой.

Затем, не обращая внимания на вопрос, Мэтт сказал: "Я хотел бы дать тебе несколько советов. Во-первых, никогда не вступай в бой, если не готов убить своего противника. Никогда". Он позволил этому слову на мгновение закрепиться в памяти. "Позвольте спросить вас. Взяли бы вы в руки нож, если бы хотели с кем-то подраться, но не хотели бы серьезно ранить или убить его?"

Он нахмурился и покачал головой.

"Очевидно, нет, - сказал Мэтт. "Нож - это оружие. Оружие ранит и убивает по определению. Хотя безоружные кажутся менее враждебными, это не более чем заблуждение. Удар может привести к серьезным последствиям даже у смертных; для того чтобы убить человека, требуется гораздо меньше усилий, чем кажется. С архами все гораздо хуже. Особые конституции, таланты, техники... Они гораздо опаснее обычного ножа", - заявил он.

"Вы можете поверить, что научитесь сдерживаться или контролировать свою силу. Но когда вы на шаг от поражения, инстинкт берет верх".

Фредди внял словам и не мог не спросить: "Сэр, вы... Вы считаете, что это моя вина?"

Мужчина насмешливо ответил на этот вопрос. "Вина?" Он слегка рассмеялся. "Среди сильных мира сего нет такого понятия, как вина...

"Есть только стыд", - заявил мужчина, выражение его лица потемнело, - "и не у всех он есть".

Шли дни, и Фредди уверенно продвигался вперед.

Он чувствовал, что при таком распределении техник у него ничего не получится. Поэтому на время он вычеркнул из расписания "Создание воды". Это была важная способность, да... но для создания заклинаний. А с его многочисленными способностями получение новых было далеко не самой приоритетной задачей.

Он также приостановил "Пучины бездны". Таким образом, у него оставались только "Струящийся удар", "Сотня Мокрых Адов" и работа над созданием "Гидравлического напряжения". В один день он практиковал "Сотню Мокрых Адов", в другой - "Струящийся удар", и в оба работал над "Гидравлическим напряжением".

Хотя медитативный сбор был значительно быстрее ручного, это происходило только в том случае, если вокруг было достаточно виспов его сродства. Так как на исчерпание области уходило не так много времени, ему часто приходилось переходить на ручной сбор.

В самый обычный день, закончив работу в спортзале, он отправился в лес, чтобы поработать над своими техниками и боевыми искусствами. Иссушение всех водных виспов, как обычно, не занял много времени, и он вошел в Незер через свою проекцию.

И когда он появился, то, наконец, заметил долгожданное ощущение. Медитативное собирание можно было использовать только через свое тело, но из этого правила было одно исключение.

Эфирные конструкты могли существовать в нескольких формах, но все они должны были быть привязаны к какому-то якорю. Персонифицированные эфирные конструкты привязывались к концепции, эфирные оболочки - к душе, первобытные остатки - к реальности, а неперсонифицированные эфирные конструкты - к представлению физического объекта, персонифицированному эфирному конструкту или проекции.

В первом случае так создавались проклятые предметы. Второй случай - когда следы, например, оружие или предмет снаряжения. И третий вариант...

У каждого вознесенного был скрытый конструкт души, который он мог проявить и использовать через свою проекцию. Узнать, что получится, пока не получится, было невозможно, поэтому все зависело в основном от удачи. Тем не менее, в зависимости от природы своего таланта, можно было сделать неплохие предположения.

И вот тут-то и возникло то самое разовое исключение.

Его маленькая проекция села на землю, и он сложил ладони вместе. Когда он сосредоточился, размышляя не о воде, а о своем главном таланте, на его призыв откликнулись несколько близлежащих виспов.

Э-э...

Из земли выскочило несколько металлических шаров и полетело в его сторону, что было хорошим знаком, но тут произошло нечто необычное. Болото, на котором он тренировался, полыхнуло, и к нему понеслись маленькие шарики, похожие на расплавленные черепа.

Виспы смерти.

Металл и смерть, похоже, стали ингредиентами для того, что собиралась воплотить его душа. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что это будет. Оружие начало обретать форму, пока виспы собирались и концентрировались между его маленькими ладонями в перчатках.

Через несколько секунд раздался металлический лязг, и в его руках появилось большое оружие.

Ну конечно...

Он получил чертову косу.

Мерцая голубым блеском, коса представляла собой грозное орудие, изогнутое в виде большого полумесяца с древком вдвое выше, чем тело его проекции.

Конструкты души могут быть самыми разными. Хотя получить что-то вроде пучка цветов казалось ужасно скучным, не стоит забывать, что битвы - далеко не единственное направление когда иметь дело с остатками. У них не было такого понятия, как "желание жить", если только они не были явно привязаны к этой идее.

Очаровывать их цветами - надежная стратегия для того, чтобы заставить их добровольно заползти в душу или даже лишиться существования. В самом деле, будучи конструктом души, она обладала бы сверхъестественной притягательностью или иным образом увеличивала бы шансы на то, что убеждение сработает в таких обстоятельствах.

Но... что ж... нельзя сказать, что он был разочарован. Он сосредоточился на косе и попытался понять, что она делает. Он сосредоточился, с трепетом проталкивая через нее свою сущность, но, как бы он ни концентрировался, она не реагировала.

Да ладно тебе!

Какой бы ни была его особая сила, это был пассивный эффект. Если бы ему пришлось гадать, он бы сказал, что, скорее всего, при прикосновении к нему останки будут разлагаться. Хотя это выглядело замечательно, было общеизвестно, что конструкции души с активным эффектом намного превосходят те, что имеют пассивный эффект, по крайней мере в девяноста девяти случаях из ста.

Если пассивки были хороши во время продолжительного боя, то активации были гораздо лучше, когда речь шла об одном мощном противнике. А в Нерезе не было такого понятия, как "продолжительный бой", если только у человека не было нескольких винтиков и желания умереть.

С персонифицированными эфирными конструктами всегда следует бороться по одному. В таких случаях активная способность, наделяющая его оружие решительной, мощной атакой гниения, была бы бесконечно лучше пассивного эффекта.

В любом случае, по крайней мере в обозримом будущем, это не имело для него значения. Как только он закончит с контрактом и сможет отправиться в экспедицию, он сможет использовать Кровопролитие, чтобы разобраться со следами и реликтами.

Главная причина, по которой он сейчас заботился о своём конструкте души, и причина, по которой он был рад, что получил оружие, заключалась в том, что его можно было использовать для сбора виспов в ручном режиме.

Это было бы не намного быстрее, чем собирать их, но нищие не выбирают.

Фредди сделал несколько пробных взмахов своим оружием и не смог удержаться от легкого хихиканья. Коса казалась невесомой в его руках, и при каждом взмахе она оставляла на своем пути черный туман.

Охренеть как круто.

Теперь настало время проверить его с помощью ручного сбора.

Он нащупал небольшое земляное пятно чуть в стороне от себя и замахнулся на него. Коса без труда рассекла ее, и он почувствовал, как эфир и сущность переходят в его...

Внезапно его маленькие ножки побежали обратно к телу, и, оказавшись там, он моргнул. Он только что почувствовал что-то необычное, и это потрясло его настолько, что заставило выйти из Нереза. Тяжело сглотнув, он снова нырнул в воду и осторожно приблизился к другому виспу, замахнувшись на него.

Древесный висп был разрезан на части, и крошечная капелька эфира ощущалась так же, как и всегда. Но количество эссенции, извлеченное его взмахом, было гораздо значительнее, чем обычно.

Он много читал на эту тему и знал, что использование оружия для этого не увеличивает ни расход эфира, ни восстановление сущности. Это лишь ускорит процесс распутывания. Что может означать только одно...

"Только не говорите мне... что пассивка этой штуки...", - Слова дались ему нелегко, но, преодолев недоумение, он понял, с чем имеет дело. "Извлечение эссенции!?"

Это было абсурдно. Ни в одной из прочитанных им книг не было упоминаний о подобном. Конструкт души имел значение, да, но это было связано исключительно с тем, насколько проще или сложнее будет обращаться с олицетворенными эфирными конструктами.

Кое-что, что может повлиять на восстановление сущности, однако...

"Святые угодники!"

Это было на уровне таланта. Мало того, таланты, влияющие на восстановление сущности, были одними из самых желанных.

Он снова вернулся в свое тело и на этот раз глубоко вздохнул.

Расслабься, Фредди...  оно может быть не таким хорошим как кажется.

Меньше всего ему хотелось бы перевозбудиться и слишком бурно отреагировать. Поэтому он снова вернулся в Незер и начал пробный запуск своего нового конструкта души.

Наполнить свою сущность до полного объема он не мог, даже если собирал ее несколько часов подряд. Но когда душа была почти пуста, она восстанавливала сущность быстрее. Обычно он погружался в Незер примерно на пятнадцать-двадцать минут за раз, и этого хватало, чтобы восстановить примерно  5% сущности. Затем, потратив это время, он возвращался и повторял процедуру.

На этот раз он поступил как обычно, проведя в Незере около пятнадцати минут. Но чем дольше он там находился, тем сильнее ощущал тягу вернуться в свое тело, чтобы оно смогло справиться с шоком.

Потому что к тому времени, как он закончил, его сущность восстановилась не на 5%. Он восстановил почти 22%.

В течение следующих нескольких дней он проводил большую часть времени, не злоупотребляя новооткрытым читом, а обдумывая, как его скрыть. Ему не потребовалось много времени, чтобы прийти к идеальному решению. Он просто не хотел.

Заслуг в этом было мало. Мадам почти наверняка без колебаний выхватила бы Кровопролитие, если бы обнаружила его, но это было совсем другое. Кровопролитие было тем, что она могла использовать. А его талант - нет.

Кроме того, если он хотел остаться в безопасности после того, как покинет защиту мадам, использование этого преимущества для того, чтобы стать более могущественным, послужит ему гораздо лучше, чем его сокрытие.

Он не собирался афишировать свои способности и постарался замаскировать их как можно лучше, но если кто-то следил за ним, то не сразу обнаружил бы, что что-то не так.

Прошло еще больше дней, и его рост ускорился еще больше. Его звезда снова росла медленными темпами, но эфирные оболочки развивались стремительно. "Гидравлическое напряжение" была еще далека от завершения, но "Сотня мокрых адов" составляла не менее 20% и могла быть улучшена до способности первой ступени, а "Струящийся удар" приближался к 40%.

Когда время, проведенное здесь, перевалило за два месяца, он заметил нечто тревожное. Ему пришлось прекратить прием стероидов, потому что, попросту говоря, он стал слишком большим. Если вначале его мышечный рост был совершенно безумным, то теперь он несколько замедлился. Но он все еще продолжался. Его вес уже достиг 91 кг. Менее чем за три недели он прибавил в весе 11 кг.

Хотя часть этой массы объяснялась ограниченным использованием "Пучин бездны", судя по тому, что он знал о технике закалки, при том, как мало он ее использовал, она не могла добавить к его общему весу более 100 граммов.

Даже если его рост замедлится еще больше, еще четыре месяца такого развития приведут к тому, что его вес превысит 100 кг. С такой массой еще можно было бы справиться, но если бы он вырос намного больше, это серьезно нарушило бы его подвижность.

Фредди так же не отличался высоким ростом.

Марк, который был намного крупнее его, весил 115 кг. Но его талант и выбор оружия позволяли это. С другой стороны, ему нужно было оставаться мобильным.

Хотя он быстро вычеркнул стероиды из своего расписания, он не стал ограничивать себя в потреблении калорий. Иначе он мог просто умереть от голода.

В очередной обычный вечер Фредди уже готовился лечь спать, как в дверь снова позвонили. Он сразу понял, что это будет утомительно, но все равно заставил себя пойти туда.

Однако в тот момент, когда он заглянул в подзорную трубу, у него что-то скрутило живот.

Мадам стояла перед входом в его комнату, одетая в свободное белое платье, ее волосы были завязаны в два хвостика, а руки скрещены прямо на туловище. Ее ногти были накрашены каждый в свой цвет, а один палец игриво постукивал по предплечью. Несмотря на то что глазок был рассчитан на просмотр только в одну сторону, ее глаза показывали, что она прекрасно понимает, что он смотрит через другой конец.

Он сделал один глубокий вдох, чтобы успокоиться, и открыл дверь. "Приветствую вас, Мадам!" - прощебетал он.

"Фредди, дорогой, как я рада тебя видеть!" - сказала она, входя в квартиру.

"Да!" - согласился он. "Так чем же я обязан такому удовольствию?"

"Пожалуйста, хватит этого дерьма, молодой человек", - сказала она самым вежливым тоном, на какой только была способна.

Хлесткий удар на мгновение ошеломил его, и мадам с непринужденной улыбкой похлопала его по плечу, отчего он рефлекторно вздрогнул.

"Тебе не нужно притворяться, что ты рад меня видеть. Любой может сказать, что ты доверяешь мне примерно так же, как человек с СРК доверяет пердежу, так что давай не будем притворяться, ладно?"

Он нерешительно кивнул, и Мадам прошла мимо него. "Пойдемте присядем. Нам нужно поговорить о чем-то важном".

Сжав кулаки и шатаясь, он последовал за ней, и они сели на кухне.

Словно она получала какое-то нездоровое удовольствие от неловкого молчания и позволяла ему тянуться слишком долго, просто наблюдая за ним сверху вниз. И вот, наконец, она заговорила. "Ты быстро растешь".

"Так и есть, - подтвердил он, все еще немного запинаясь.

"Прекрасно. Хотя надо было хотя бы спросить, прежде чем бросать стероиды".

Фредди вздрогнул от этой мысли и подумал, не заставит ли она его вернуться к их приему.

"Не буду", - сказала она, словно прочитав его мысли. "Я все равно собиралась попросить тебя остановиться, поскольку урод, которому место в цирке, - последнее, что я хотела бы видеть на своем шоу". Затем, драматично вздохнув, она вызвала из воздуха коктейль и начала делать долгие глотки через соломинку.

Затем, как следователь допрашивает преступника, она открыла рот и спросила его: "Как именно тебе удалось разозлить патриарха клана Кравена?"

"Кого?" - спросил он, в искреннем замешательстве, но Мадам не подала виду, что его замешательство имеет какое-то значение для их беседы.

"Я буду с тобой откровенна. Если я приду к выводу, что ты знал, что он охотится за тобой, и решил обманом получить мою защиту, - сказала она, наклоняясь вперед и замораживая улыбку на губах, - я убью тебя немедленно."

Он стиснул зубы. В его сердце закипала ярость, но он сделал глубокий вдох и успокоился. В конце концов, он был невиновен. Даже если бы он хотел снести ей голову с плеч за эту угрозу, он был бессилен что-либо сделать.

"Мадам, - сказал он, на мгновение задумавшись над тем, что собирается сказать. Я понятия не имею, кто этот человек, и впервые слышу о клане "Крейвен", - честно ответил он, не сводя с нее взгляда на протяжении всего испытания.

Она прищурилась на него и сделала еще один длинный глоток своего напитка через соломинку. Коктейль иссяк, но она продолжала прихлебывать его, издавая при этом раздражающий звук. "Хорошо, я вам верю", - сказала она и с грохотом поставила стакан обратно на место.

Он не позволил себе расслабиться.

"Что ж, - сказала она, - я все же хочу попросить вас о нескольких вещах. Вы каким-то образом создали врага, с которым даже мне тяжело иметь дело, и, учитывая, что у меня нет иного выбора, кроме как защищать вас, я бы хотела попросить вас о полном сотрудничестве.

"Итак, - продолжила она, - полагаю, я должна рассказать вам о том, с кем мы имеем дело. Его зовут Джанхалар Крейвен, и он возглавляет клан воинов, со сродством крови".

Все произошло в одно мгновение.

Как только она упомянула о клане архов крови, он сразу же подумал о Кровопролитии, и как только он это сделал, ее рука изменилась, вытянувшись вперед, а ногти цвета радуги превратились в острые когти, которые вцепились ему в шею, высасывая кровь.

Склонившись над столом, выпростав руку из платья, она представляла собой совершенно нечеловеческую картину, но именно выражение ее лица вселило в его сердце страх смерти.

С убийственным выражением гнева на лице она прорычала. "Значит, ты все-таки что-то знаешь".

----------

Подлый

"Мадам! Пожалуйста!" взмолился Фредди, глядя, как острые, похожие на клыки, когти черпают кровь.

Мадам потянула его за стол и швырнула через всю комнату, а когда он приземлился спиной на стену, то пришел к выводу, что начинает презирать, когда его швыряют в проклятые стены.

"Пожалуйста, подождите!" - умолял он.

"Знаешь, что я ненавижу больше всего?" - спросила она, решительно шагнув вперед. "Идиотов, которые считают, что имеют право перекладывать на меня свои личные проблемы. Я артистка, Фредди, - сказала она таким тоном, каким пацифист точно не стал бы, - и мне не нравятся конфликты".

"Клянусь вам, Мадам, клянусь Богом", - сказал он. "Я и понятия не имел, что за мной кто-то охотится!" - честно признался он.

Ее глаза прищурились. "Тогда почему ты..."

"Я вспомнил кое-что... - перебил он ее, не решаясь дать ей договорить.

Она просто молчала, ожидая, что он продолжит.

"Хорошо, - сказал он, обливаясь потом. "Когда мы говорили об этом, я рассказал вам о человеке, который обратился ко мне".

Она прищурилась еще сильнее.

Я кое-что вспомнил, вернее, понял, что неправильно истолковал то, о чем он меня спросил!" - продолжал он. "Хотя его и заинтересовала моя одежда, он, вероятно, искал не это... потому что первое, о чем он меня спросил, - не видел ли я в Нерезе чего-нибудь кровавого".

Это заставило ее слегка приподнять брови, и она стиснула зубы. Она открыла рот, чтобы задать вопрос, но он прервал ее прежде, чем она успела это сделать. "Полагаю, он искал уникальный след! Учитывая, что этот другой аркан крови охотится за мной, вполне вероятно, что он еще не найден и я в списке подозреваемых!"

"Ну, - сказала она, - ты это скрываешь?"

"Я что, скрываю уникальный след?" - проворчал он, словно оскорбленный вопросом. "Я... я даже не знаю, как бы я его спрятал!"

По крайней мере, намеренно.

"Фредди, - выпалила она, ее голос был холоднее льда и острее кинжала. "Достаточно простого "да" или "нет"; ты скрываешь уникальный след?"

Он замер. Технически ответ на этот вопрос был отрицательным. Он скрывал уникальный реликт. Но хватит ли у него смелости отрицать это? По какой-то причине весь этот разговор заставил его почувствовать, что она может определить, лжет ли он.

"Нет..." И он сказал правду. Его сердце сжалось, словно холодные скелетные руки схватили его, и он замер. Это было тупо. Очень тупо. Даже если она заберет этот чертов реликт, это будет лучше, чем умереть. Все, что он мог сделать сейчас, - это удвоить усилия. "Нет, - повторил он, - я не скрываю ни одного уникального следа".

"Я хочу спросить тебя еще раз", - сказала она, делая еще один агрессивный шаг вперед. Ее высокое, стройное тело нависло над ним, как жнец, отбрасывая тень, а сузившиеся глаза мерцали, как стеклянные шары.

Он не смел поднять глаза. Капельки крови стекали с его шеи и струйками стекали по рубашке, и каждая капля означала еще один шаг к гибели.

"У вас, - начала она, - не было подозрений, что, подписав со мной контракт, вы навлечете на меня врагов?"

"Нет", - без колебаний отрицал он. "Я понятия не имел".

"Очень хорошо", - сказала она. "Следующий вопрос. Вы скрываете или не скрываете от меня что-то важное?"

Он вздрогнул. Не прошло и мгновения, как ее рука протянулась и обхватила его за шею, подняв все его тело в воздух.

"Подождите!" - прохрипел он.

"Что ты скрываешь?" Она требовала ответа, а ее тон ясно давал понять, что ему несдобровать, если он скажет что-то не то.

"Я... я... подождите, пожалуйста, дайте мне договорить".

"Говори".

"Хорошо, - сказал он, судорожно кивая. "На днях я обнаружил, что моя конструкция души может извлекать сущность из виспов!"

Ее губы дрогнули. Ее взгляд был устремлен в его глаза, и она смотрела в них так глубоко, словно изучала его душу. "Есть еще кое-что, - сказала она, приблизив свое лицо к его лицу.

"Я... Я..." Он едва мог говорить от ужаса. "Я... я сказал Марку... я... я рассказал ему некоторые... детали... Я нарушил соглашение о неразглашении".

Не в силах больше выносить тяжесть ее взгляда, он закрыл глаза и отвернулся, стиснув зубы в ожидании того, что сейчас произойдет.

Пока она не отдернула руку, позволяя его телу упасть на землю. "Хотя я не одобряю твое поведение, оно вряд ли выходит за рамки нормы для такого человека, как... ты", - отмахнулась она.

Ее язык заметно прошелся по верхним зубам под кожей, и она приложила палец к губам. "Я просто не могу отделаться от ощущения, что ты все еще что-то замышляешь", - сказала она. "Я, видите ли, умею читать людей", - заявила она, когда он присел и зажал ее подбородок между указательным и большим пальцами, чтобы она снова посмотрела на него. "И я практически чувствую... несоответствие. Что-то не сходится".

Он рефлекторно прикусил внутреннюю сторону щеки.

Она слегка улыбнулась. "Вот оно, - заметила она, вытянув руку и ткнув его в щеку, отчего он яростно вздрогнул. Затем, пожав плечами, она встала. "Тебе не запрещено хранить секреты, ты же знаешь".

Его телодвижения мгновенно изменились, и на лице, несмотря на попытки скрыть это, зажглась надежда.

"Что?" - спросила она. "Удивлен?" - поддразнила она. Затем ее улыбка исчезла. "Конечно, это не значит, что мне это нравится, но пока ты мне не враг и не делаешь того, что принесет мне неприятности, мне не нужно знать о тебе все. Ну, что ты на это скажешь... - сказала она дразняще. "Ты мой враг?"

Его губы сжались, и он сделал несколько глубоких вдохов через нос. "Я действительно не хочу этого".

Она долго смотрела на него. Затем она начала хихикать. Ее голова откинулась назад, когда она начала смеяться, и ее прекрасный голос эхом разнесся по его квартире, как крики экзотической птицы. "Вот это ответ, который мне нравится!" - заявила она. "Очень хорошо. Думаю, я достаточно вас побеспокоила. Спасибо, что уделили мне время, молодой человек", - просто сказала она и, развернувшись, стала уходить.

Он не мог поверить своим глазам. Каким-то чудом ему удалось сохранить Кровопролитие и остаться в живых. Но он не был удовлетворен. Огромная, пылающая ярость бурлила в его нутре, пока она тряслась, стараясь не закричать во всю мощь своих легких.

Как раз в тот момент, когда она собиралась выйти из комнаты, полагая, что ее не слышат, он прошептал под нос. "Ты чертова сука".

Комната замерла. Аура смерти мгновенно вернулась. Мадам стояла так неподвижно, что, не знай он обратного, поверил бы, что она статуя.

Комната слегка вибрировала от движения чего-то невидимого, перемещающегося по воздуху, а эфирная лампа, освещавшая помещение, мерцала, становясь все менее яркой. Она обернулась, на ее сжатых губах застыла каменная ухмылка.

"Вы не имеете права так со мной разговаривать", - сказала она. "Вы понимаете?"

Ему потребовалось несколько мгновений, чтобы избавиться от мгновенного паралича, и он судорожно кивнул.

"Хорошо. Не позволяй этому случиться снова. Если вам нужно выплеснуть свое разочарование, думаю, моего предыдущего подарка будет достаточно". Она жестом указала на шевелящуюся массу плоти, сидящую в углу его кухни. С этими словами она вышла и захлопнула дверь.

И он, как и предлагала мадам, подполз к куску плоти и стал бить его. Но гнев не проходил. Вместо этого с каждым ударом, который он наносил...

Злость только нарастала.

На следующий день Фредди пришел в спортзал, чтобы застать Марка с рукой, обмотанной бинтами. "Ого, ты в порядке?" - спросил он юношу. Марк выглядел так, словно движение причиняло ему боль, а его кожа казалась довольно бледной, глубокие мешки под глазами подчеркивали недостаток сна.

Марк поморщился и вздохнул. "Да, да", - сказал он. "Вчера во время погружения меня застали врасплох, и я получил порез на предплечье", - сообщил он. "Ничего страшного. Подобные вещи случаются довольно часто, когда ты погружаешься в одиночку. Удивительно, что мне так долго удавалось избегать травм".

Учитывая, сколько шрамов было на теле молодого человека, он был уверен, что это не более чем плюс один к длинной череде шрамов. Хотя он и не завидовал неспособности Марка быстро восстанавливаться, ему казалось, что его шрамы - это круто.

Каким бы крутым он ни был, внешне он всегда выглядел гладким, как полированный мрамор. Это было отстойно.

На протяжении всей тренировки Фредди постоянно бил свои личные рекорды.

Не намного, но этого хватило, чтобы Марк остался под впечатлением. "Ты сегодня в ударе, черт возьми".

"Я чувствую это", - сказал он. Чувствую глубокое разочарование.

Если он что-то и понял вчера, так это то, что вляпался по уши. Кем бы ни был клан Кревен, от них были одни неприятности. Большие неприятности. Если даже Мадам была недовольна тем, что приходится иметь с ними дело, то все, что угодно, кроме переезда через всю проклятую империю, не даст ему достаточно спокойствия, чтобы спать по ночам.

Список вещей, которые он мог сделать, чтобы повысить свои шансы выбраться из этой ситуации живым, был, мягко говоря, невелик.

В тот день он принял решение. Ему нужны были деньги. Много денег. Он повернул голову, чтобы посмотреть на своего тренера, и тут же задал животрепещущий вопрос.

Марк заметил его пристальный взгляд. "Ты в порядке?" - спросил он.

"Да... А... Ты не мог бы взять меня с собой на разведку?" - спросил он.

"Нет", - отрезал мужчина.

"Но..."

"Никаких "но"!" крикнул Марк, привлекая к себе взгляды. В следующее мгновение он немного успокоился. "Ты даже не представляешь, насколько опасно погружение", - сказал он. "Если с тобой что-нибудь случится, а поверь мне, это может случиться, Мадам убьет меня".

"Мы попытаемся ее образумить", - попробовал он. "Может быть, она позволит мне это сделать".

Марк насмешливо хмыкнул. "Нет", - сказал он, прикусив губу, когда на его лице появилось выражение глубокого разочарования. "Этого не случится".

Закончив работу, Марк отправился домой вместе с Фредди, так как его травма не позволяла ему тренироваться. Они направились вниз по улице и вскоре вернулись в свое здание.

Фредди повернулся к Марку. "Эй, ты хочешь..."

"Нет, сорри", - отказался мужчина. "Я уже приготовил обед".

Он неловко рассмеялся. "Ну, ничего страшного, верно? Просто возьми обед и приходи ко..."

"Фредди, - перебил его Марк. "Я... мне нужно уладить еще несколько дел. Мы пообедаем завтра или, может быть, поужинаем сегодня. Как тебе?"

Он кивнул ему и похлопал по плечу. "Ладно, шеф, ты - босс. Увидимся позже, парень. Отдыхай".

"Хорошо. Спасибо."

Марк направился в свою квартиру и закрыл за собой дверь, как только вошел. Трясущейся рукой он достал из кармана еще одну таблетку и сунул ее в рот, направляясь в ванную.

Он подставил рот под кран, глотнул воды и сглотнул, борясь с рвотным рефлексом, когда желудок попытался выбросить все, что в него попало.

Сняв повязки, он поморщился от боли, но стерпел. Увидев рану, он не смог удержаться от паники.

Глубокая воспаленная рана тянулась от тыльной стороны руки до локтя. Швы едва держались.

Он снова залил рану дезинфицирующим средством и промыл ее, морщась от боли, когда зажал красную рану и выдавил несколько столовых ложек гноя. Увидев это, он запаниковал еще сильнее, вытер рану стерильной тряпкой, нанес еще дезинфицирующее средство и снова перевязал руку.

Все было хорошо. Нет, все будет хорошо. Просто нужно было поторопиться с выздоровлением. А ему нужно было поскорее вернуться к своей работе.

Глубоко вздохнув, он вернулся в свою комнату и лег в кровать.

Однако сон давался ему нелегко.

Его рука горела. Очень, очень сильно.

Фредди закончил обед и уже собирался отправиться в лес, когда в его дверь позвонили. Это был Мэтт. В его руках была небольшая коробка, завернутая как подарок.

Он поднял бровь. "Что это?" - спросил он.

"Небольшой подарок от мадам", - сказал мужчина, отчего его горло слегка сжалось.

"Я... Я вижу", - сказал он, протягивая руку и принимая коробку.

Мужчина также протянул ему лист бумаги.

При беглом взгляде выяснилось, что это приглашение. На вечеринку.

Он взглянул на Мэтта и попытался вернуть приглашение, но тот поднял ладонь, останавливая его. "Ваше участие обязательно, согласно запросу Мадам".

"Скажи ей, что я отказываюсь", - попытался он, но...

"Я здесь не для того, чтобы вести переговоры, мистер Стерн. Сбор состоится в пятницу вечером. Пожалуйста, будьте готовы выехать не позднее 7:30. Хорошего дня". С этими словами он развернулся и ушел.

Его рука опустилась на бок, и он пожал плечами. "По крайней мере, я попытался". Он развернулся и направился в гостиную.

Какая-то часть его души боялась открыть шкатулку, опасаясь, что в ней окажется что-то опасное, но ведь Мадам не нужно было прибегать к хитроумным методам, чтобы навредить ему. Он открыл многочисленные люки и снял печать. Маленькая крышка откинулась, открыв крошечный, тщательно завернутый кусок мяса.

Там был небольшой листок бумаги с простейшим рецептом его приготовления. Судя по всему, ему разрешалось лишь слегка обжарить мясо, но даже это "снижало его эффективность".

Ему было не до этого, так что он съест его сырым. Какая-то часть его сознания все еще боялась, что в него подмешали что-то вроде сыворотки правды или еще какой-нибудь ерунды, поэтому, прежде чем приступить к трапезе, он приготовил нож и приблизился к сгустку плоти, приготовившись нанести удар, как только почувствует, что что-то не так.

Он содрал пластик и осторожно взял пальцами нежный кусочек. Когда его зубы добрались до мясистой субстанции, он откусил небольшой кусочек. Нож тут же выпал из его рук. Следующее биение его сердца было подобно удару метеорита в гонг, и вскоре он уже с силой запихивал сокровище себе в горло.

Успокаивающая и в то же время яростная сила наполнила его тело, проникая в душу и питая кости.

Его эфирная звезда мгновенно подскочила с 32% до 47% мощности, резко увеличив общий запас эссенции.

"Что это было, черт возьми!?"

Видимо, она лучше осознавала, какой стервой была вчера, чем он предполагал. Черт, если бы он мог рассчитывать на такие подарки, как этот, он бы без колебаний предложил себя для очередного избиения.

Он облизал пальцы, которыми схватил мясо, и даже это вызвало импульс силы в его теле. Он даже лизнул пластиковую упаковку.

Пустота коробки вдруг стала тяжелой, и, осознав, что в ней ничего не осталось, он почувствовал почти такое же разочарование, как когда проснулся и обнаружил, что его приемные родители исчезли. Его состояние было столь странным, что ему пришлось несколько раз уколоть сгусток плоти, чтобы убедиться, что его не накачали наркотиками.

Ну. По крайней мере, она умела извиняться. Хотя ему было неприятно признавать это, поскольку он знал, что именно этого она и добивалась, он не мог не чувствовать к ней меньше ненависти. Вздохнув, он встал.

Пришло время тренировок по боевым искусствам.

Фредди был озадачен тем, насколько резко увеличились запасы его сущности. И дело было не только в общей емкости. Сила конструкта души "Извлечение сущности" замедлялась тем быстрее, чем сильнее были заполнены его резервы. Это было в процентном соотношении, то есть при 50-процентном увеличении мощности скорость восстановления почти, но не совсем, увеличилась на 50 процентов.

Имея средства и более чем достаточную мотивацию, в тот день он по-настоящему заставил себя.

По его блестящему телу катились бисеринки пота, когда он снова и снова наносил удары по дереву. И наконец, после бог знает скольких ударов...

Дерево наконец  упало.

Фредди вернулся в свою квартиру в конце дня и первым делом постучал в дверь Марка. Он позвонил и в звонок, но молодой человек не отвечал.

"Наверное, его нет дома", - заключил он, чувствуя себя слегка обманутым.

Он вошел в свою квартиру и прошел на кухню. После ужина он притворился, что дремлет на столе, пока его проекция выползла наружу, чтобы навестить его любимого скелета.

"Мой сеньор, - поприветствовало его Кровопролитие, кланяясь. "Требуется ли вам мое служение?"

"На самом деле да, мой верный приспешник!" - резко заявил он.

Когда внезапно появился Кровопролитие, он упустил из виду одну важную деталь - как оно узнало, где он находится? Поэтому он решил спросить его именно об этом. "Скажи мне, Кровопролитие. Как ты можешь определить, где я нахожусь?"

"Все просто, мой господин, - ответил Кровавый. "Как бы далеко вы ни находились, я чувствую истинное направление, по которому должен идти, чтобы добраться до вас. Ибо это единственный путь, который лежит передо мной".

Если бы в его проекции была хоть одна бровь, он бы приподнял ее. "Как вы думаете, это сработает, если, скажем, я войду в проход?"

"Это не имеет значения", - без колебаний заявило Кровопролитие. "Расстояние и план - не преграда для моей верности".

Даже если они не знали ответа, олицетворенные эфирные конструкции не могли сказать что-то неправдивое. Это означало, что он могли выследить его, даже если он находился где-то в межпространстве.

Это было чертовски страшно, но в то же время открывало перед ним новые возможности.

"Скажи, Кровопролитие, - начал Фредди. "Ты можешь следить за временем?"

"Я всегда могу сказать, когда день наступил и прошел".

"Ты умеешь считать до семисот?"

"Да".

Фредди подумал, не проглядывает ли изнутри теневой капюшон, закрывающий его голову, очертания его омерзительной ухмылки, промелькнувшей в этот момент.

У него не было способа надежно спрятать "Кровопролитие". Единственная причина, по которой его не обнаружили, заключалась в том, что Мадам и Мэтт не учли возможности того, что проклятый пластиковый пакет может захватить реликт.

Это означало, что у него был таймер. Либо он найдет способ спрятать Кровопролитие до истечения шести месяцев, либо потеряет его. Невозможно было получить способность второго уровня за столь короткий срок, а значит, нужно было скрывать Кровопролитие. В любом случае, если бы ему дали возможность поглотить его, он бы не захотел этого делать.

В конце концов, это было Кровопролитие. Это был его верный приспешник. Какой жестокий хозяин стал бы пожирать своего подданного?

Его доводы определенно не были связаны с тем, что Кровопролитие мог превратиться в эйдолона. Не имел он отношения и к тому факту, что верный эйдолон - лучший союзник, о котором только можно мечтать.

Не-а. Определенно не имеет к этому никакого отношения.

Впрочем, фантазии о возможном будущем сейчас не были для него приоритетом. Больше всего ему нужно было найти способ сохранить реликт в тайне.

А благодаря тому, что он только что узнал, он был уверен, что знает идеальный способ сделать это.

----------

Вечеринка

Фредди сполз с кровати. Несмотря на прекрасное самочувствие, он чувствовал себя ужасно. Хотя стресс не мог настигнуть его физиологически, он, казалось, все еще оставлял на нем психологический след. Где проходит грань между "повреждением мозга" и "психической нестабильностью", он не знал, но становилось все более очевидно, что его талант не всемогущ.

Он умылся, позавтракал и направился к определенному ящику.

Учитывая, как мало он ходил по магазинам, мусора практически не было. Но когда мусор все же появлялся, ему оставалось только выбросить его в небольшой люк на кухне. Не церемонясь, он бросил в люк завернутый пластиковый пакет и беззаботно развернулся - как будто не он только что выбросил самое ценное, что у него было.

Он велел Кровопролитию ждать, пока мусор не попадет на свалку, а затем продолжать ждать, не покидая своего мешка ни по какой причине, пока не пройдет примерно два года.

Причина, по которой он выбрал два года, была несколько условной. Сначала он остановился на этом числе, потому что оно казалось самым безопасным, но потом подумал, не будет ли год достаточно безопасным, или лучше сделать пять или десять лет. Но это не имело большого значения.

Владение "Кровопролитием" нацепило на его спину мишень, а каков лучший способ ее снять?

Убедить своих преследователей в том, что у него ее действительно нет.

Естественно, непосредственно не владеть конструктом было логичным первым шагом. А вот второй шаг? У него было чуть больше трех месяцев, чтобы подумать об этом.

Он подошел к планшету и заказал себе очень большой капучино. Не было причин следить за своим здоровьем, так что отказывать себе не приходилось. К тому же ему нужно было что-то от утренней головной боли.

Кофе принесли быстро, и он сидел на диване в гостиной, потягивая кофе и обдумывая свои планы.

А пока что он будет откупаться от мадам, пока он еще ценен для нее. Что же касается того, что ему делать с неприятностями, в которые он попал, то у него было несколько идей.

Пока у него был 1% Вампиризма и Извлечение сущности, у него было все необходимое для успеха в качестве независимого арха. С его талантом он также не старел, поэтому мог позволить себе взять столько времени, сколько нужно, чтобы пыль осела.

Если какое-то слово и описывало его лучше всего, то это была _горечь_; бесконечная горечь от того, как несправедлив мир и как охотно власть имущие злоупотребляют им.

Он жаждал снова стать абсолютно неаффилированным ничтожеством. Он не мог удержаться от усмешки, когда в голове пронеслась нелепая мысль. Что, если я инсценирую свою смерть?

Воистину, все это сводило его с ума.

Он допил последний глоток напитка, с удовольствием запивая его, и встал. Пора было идти в спортзал.

На следующий день, в день вечеринки, на которую он был приглашен, Фредди закончил тренировку и отправился домой, прихватив с собой Марка.

"Ты уверена, что с твоей рукой все в порядке?", - спросил он в двадцатый раз за этот день.

"Я уже сказал тебе, что со мной все в порядке, - с нескрываемым разочарованием проговорил Марк.

"Ла-ладно", - Некоторое время он шел молча, но в конце концов добавил: "Я чувствую запах отсюда, знаешь ли".

Ноги Марка замерли, и он остановился.

Он повернулся к нему лицом. "Ты в порядке?"

"Да... просто... я чувствую себя немного уставшим".

Фредди сделал небольшую паузу, прежде чем кивнуть. "Я понял. Я больше не буду спрашивать".

"Д-да. Спасибо."

Они шли молча, и на этот раз, не успев даже пригласить мужчину на обед, Марк захлопнул дверь своей квартиры.

Фредди рано вернулся с тренировки в лесу и, как только вошел в свою спальню, заметил нечто странное.

Прямо посреди его спальни стояла совершенно новая вешалка с одеждой. Он подошел к ней и осмотрел несколько предметов одежды. С каждым новым предметом он все больше хмурился.

"Нет, блядь, я это не надену".

Нелепые сочетания цветов, черная кожа с дырками в самых откровенных местах, то, что по сути было просто веревкой, почти ничего не прикрывающей, и еще больше извращенных, грубых, богатых вещей.

На мгновение идея инсценировать свою смерть показалась ему очень хорошей. Он не хотел идти на эту вечеринку.

Чем больше он смотрел на эту груду греха, тем сильнее хотелось сделать все, что угодно, лишь бы выбраться с того собрания, для которого предназначалась эта одежда. Или это была просто неудачная шутка Мадам? Может быть, она надеялась, что он нарядится во что-нибудь нелепое?

Глубоко вздохнув, он выбрал самые обычные вещи, какие только смог найти. Это были облегающая белая рубашка и черные брюки, которые выглядели как обычные, но были сделаны из изысканного мягкого материала.

Там было несколько стеклянных коробок с украшениями, и он изо всех сил старался сделать вид, что набора для пирсинга "сделай сам" там нет, пока обдумывал свои варианты. Украшения, хотя и не были супердорогими, но определенно стоили немало.

Он выбрал часы, раздражающе толстое золотое ожерелье, кричащее "я высокомерный ублюдок", и маленькое элегантное платиновое кольцо.

Первым делом он принял душ, после чего надел все необходимое и внимательно осмотрел себя в зеркале.

Трудно было сказать, что он прекрасен, но отрицать, что статным, было невозможно. Его загорелая кожа была настолько гладкой, что от нее отражался свет, волосы были здоровыми и густыми, глаза - ясными, зубы - идеально ровными, а главное - абсолютно безволосая челюсть была выточена до совершенства.

И это еще не говоря о его теле, которое в обтягивающей рубашке демонстрировало все очертания его впечатляющего телосложения, даже сквозь него просвечивали слабые линии толстых вен.

О да, подумал он, высокомерно ухмыляясь, интересно, будет ли Мэтт смотреть, если я приведу кого-нибудь сегодня вечером?

Если говорить о Мэтте, то его появление не заняло много времени. "Я вижу, вы уже готовы к отъезду", - сказал помощник.

С жирной ухмылкой он ответил: "Вижу, ты за мной присматриваешь". Затем, хитро усмехнувшись и похлопав Мэтта по плечу, он вышел из квартиры и последовал за мужчиной.

Марк ударил своего отца.

Сила удара была невелика, но даже полусерьезный удар юноши повалил мужчину на землю. Его мать закричала, а сестра разрыдалась в истерике.

Его глаза налились кровью, и он уставился на лежащего на земле отца, оскалив зубы. "Не смей, мать твою", - ядовито прошипел он.

"Остановись! Просто остановись!" - закричала его сестра. "Тебе нужно лечиться...", - оборвал ее слова он, на мгновение подняв на нее здоровую руку, но быстро сдержался.

Он попытался дотянуться до нее, но она уже отступала. Он не дал ей уйти далеко, схватил ее за руку и заговорил с ней: "Послушай меня, Сара. Я этого не потерплю. Ты отправишься в академию", - сказал он с манией во взгляде.

"Сынок, пожалуйста, успокойся", - сказал его отец, поднимаясь с пола с огромным синяком на лице. "Ты не должен этого делать!"

"Заткнись!" - кричал он. "Заткнись... мать твою... Я этого не потерплю. Если вы отмените ее прием, клянусь Богом, я больше не буду иметь ни с кем из вас ничего общего. Я отрекусь от вас".

"Пожалуйста..." Сара заплакала.

Его мать осторожно прошла вперед, прикусив губу, когда он, сглотнув комок в горле, с горечью сказал: "Но ты же её потеряешь..."

"И что?" - прошипел он. "Ты считаешь, что использовать деньги, полученные от стипендии, для оплаты моего лечения - хорошая идея?" - продолжил он, разрыдавшись и сделав несколько шагов назад. "Со временем я решу вопрос с рукой. Если она упустит ее сейчас, то никогда не сможет поступить в академию".

"Мне все равно!", - крикнула Сара. "Я не хочу идти в эту дурацкую академию!"

Марк попытался улыбнуться, но получилось только хмурое выражение лица. Набравшись решимости, он подошел к двери и вышел из квартиры. "У вас нет выбора. Я собираюсь немедленно ее ампутировать". Выйдя на улицу, он захлопнул дверь, оставив после себя лишь тишину и рыдания.

---

Стандартной реакцией Фредди на новые вещи был широко раскрытый рот и внутренний диалог о том, насколько это абсурдно.

На этот раз все было по-другому. Когда он вошел в вызывающий припадки "клуб", до отказа заполненный мигающими огнями, дымом, который, будучи вдыхаемым, действительно восстанавливал некую сущность в его эфирной звезде, громоподобной, ужасной музыкой и мириадами цветов, будь то плитка пола, мебель, потолок или люди вокруг, единственное, что пронеслось у него в голове, было: "Я буквально ни черта не вижу."

Это место напоминало зону боевых действий больше, чем вечеринку. Где бы он ни стоял, он едва мог разглядеть пару футов в любом направлении, а тесная толпа, шум и не одна затяжка дыма, вызвавшая смешные ощущения в его нутре, полностью дезориентировали его.

Он не знал, относится ли это к особой породе богатых ублюдков, но если он когда-нибудь окажется среди богачей, то поклялся присоединиться к тем, кто предпочитает старинные чаепития мозговым бредням вроде этого.

Мэтт встал впереди него и задал несколько вопросов одному из официантов. Ни один из двух мужчин не кричал и не наклонялся ближе, отмечая впечатляющий слух...

Подождите.

Официант был двухзвездочным!? Что за чертово обслуживание...?

Мэтту не потребовалось много времени, чтобы кивнуть официанту и помахать ему рукой, чтобы он следовал за ним. После короткого, но жуткого пути через удушливую массу тел он оказался в небольшой приватной секции, расположившись на круглом диване перед причудливым столом.

Сначала он сидел один, но вскоре рядом с ним стали садиться другие. Большинство сидящих были совершенно незнакомыми людьми, но, к своему удивлению, он узнал мужчину, который сидел рядом с ним.

Это лицо заставило его слегка запаниковать, вспомнив нежелательные воспоминания, но он сдержал эти чувства, помахав симпатичному человеку и поприветствовав его: "Эй! Помнишь меня?" - крикнул он, но, похоже, в этом не было необходимости. Мужчина явно не пытался его услышать.

Мужчина сказал что-то обычным тоном, но вскоре понял, что Фредди его не слышит, и, наклонившись, прокричал: "Простите, но я не помню, чтобы видел вас раньше".

Он уже собирался крикнуть в ответ, но сдержал голос, поняв, что мужчине не нужно напрягаться, чтобы услышать его. "Ты тот самый копьеносец, который спас мне жизнь во время прорыва!"

Мужчина нахмурился. "Вам придется быть немного более конкретным!"

"Я первый, кого ты спас!"

Мужчина поднял бровь. "Сомневаюсь. Первый человек, которого я спас, был одной из жертв".

"Да!" подтвердил Фредди, ухмыляясь. "Это был я!"

"Что!?" Мужчина выглядел недоверчивым. "Нет, это был тот худенький мальчик, который..."

"Да! Это был я!" - повторил он про себя.

Мужчина окинул его взглядом, разинув рот. "Вы, должно быть, шутите!" Он слегка хихикнул. "Что за волшебное зелье ты выпил?"

Он весело рассмеялся. "О, ты даже не хочешь знать!"

Вскоре принесли напитки, и мужчина представился: "Меня, кстати, зовут Джон!".

"Приятно познакомиться. Меня зовут Фредди!"

Мужчина оглянулся и усмехнулся, едва заметно указав на него большим пальцем.

Фредди обернулся, заметив группу из четырех девушек, которые сидели по другую сторону стола, приглашающе помахав двум мужчинам и похлопав по пустым местам рядом с ними.

Марк выбежал из квартиры, полный решимости отправиться в ближайшую больницу и отрезать себе руку. Но не прошло и нескольких минут, как его шаги ослабли, а воля рассыпалась.

Спрятавшись на маленькой скамейке за несколькими деревьями на острове, он истерически рыдал, не в силах сдержать слезы. Он так сильно горел. И он чувствовал, как боль медленно нарастает.

Это казалось нереальным. Как вообще возможно пасть так низко за столь короткое время? Казалось, еще вчера он стоял вместе со своими товарищами по команде, один из элиты, первопроходец нового поколения архов, которые поднимут человечество на новые высоты.

Рыдая на этой скамейке, он чувствовал себя не более чем пустой оболочкой того человека, которым когда-то был.

Ему не следовало так углубляться. Его усилия были направлены на то, чтобы вернуть семью в нормальное русло, но чистая гордыня привела его к этой ситуации. Даже если бы они потянули его вниз, ему следовало найти новую команду. Даже если это привело бы к снижению прибыли, ему следовало сделать более длительный перерыв между экспедициями.

А теперь...

То, что сгнило в его руке, не было обычной инфекцией. Его поразила способность, нацеленная на смерть, - взмах когтей девиантного хищника. Эти существа обычно принадлежали к кровному родству, а девиантные представители их расы были исключительной редкостью.

Он был слишком беспечен. Вместо того чтобы убраться с дороги, он попытался защититься от удара девианта - если бы не усталость, он бы понял, что от него нужно уклоняться.

В его кости проникла сущность Смерти. Для устранения инфекции потребовалось бы заклинание святого сродства высокого уровня, а для устранения повреждений могло потребоваться до трех месяцев ежедневного исцеления.

Возможно, если бы он не был таким бесполезным, он мог бы вступить в какую-нибудь организацию и попросить их оплатить лечение в качестве аванса за его услуги. Но он уже пытался. Никто не хотел его брать. Он пробовал просить его и у мадам. Она тоже отказала.

Марк все еще был одно звёздочным арканом. Восхождение было серьезным делом, и прежде чем подниматься, следовало раскрыть весь потенциал своего ранга. Редкие события вызывали всплески эфира, а невероятные подвиги совершали то же самое, но глубоко в душе.

Качество развития таланта зависело от того, насколько высокого ранга он достиг на данный момент.

Он уже многое сделал, но недостаточно для того, чтобы развить свой заурядный талант в невероятный. Откладывание восхождения на вторую звезду было еще одним жадным, эгоистичным поступком, который привел его к этой ситуации.

Ему следовало оставить мысли о звездной славе, как только он бросил академию. Он должен был просто подняться. Он должен был отдохнуть, найти товарищей по команде, он должен был... он не должен был браться за эту работу.

Тяжесть его грехов и высота отчаяния подняли его на ноги. Не думая ни о чем, он пошел вперед и вскоре достиг края острова.

До земли было очень далеко. И мысль о прыжке казалась слишком естественной. Однако он не был настолько труслив, чтобы сделать это.

Но возможность выбора... Это немного успокаивало.

В углу зрения он заметил чье-то появление. Он не сразу узнал этого человека - того самого, из-за которого он оказался в этой ситуации, "гнусного журналиста". Однако на этот раз его не было видно.

Он был хорошо одет, стоял уверенно, глядя на раскинувшийся внизу город так, словно тот действительно лежал у него под ногами.

Ярость захлестнула Марка, но он знал, что у него нет ни единого шанса против этого человека. А кроме этого... он не мог заставить себя говорить.

Мужчина повернулся к нему лицом. "Вы должны ответить на один вопрос, мистер Афронте".

Марк ничего не ответил, его дыхание участилось, а сердце бешено колотилось. Он прикусил губу. Отвали, - хотел сказать он. Убирайся с глаз моих! хотел он крикнуть. Но рука болела. Пронизывающий до костей холод смерти просачивался все глубже, отвоевывая все более значительный кусок руки с каждым мгновением, когда она оставалась без лечения. "Что вы хотите знать?" - наконец произнес он.

Мужчина широко улыбнулся. "Насколько вам известно, обладает ли Фредди Штерн реликтом кровного сродства?"

----------

Афтерпати

Фредди всю жизнь считал, что для мужчин внешность не имеет никакого значения. В конечном счете наибольшее значение имели номер в банковской выписке, статус и наличие собственности.

Однако, когда он, относительно бедный человек с низким статусом, сидел в окружении женщин, которые, судя по тому, как они говорили, определенно были из богатых семей, ему пришлось несколько изменить свое мировоззрение.

Сколько бы промахов он ни совершал, его внешности, казалось, было достаточно для того, чтобы дать ему свободный ход. Даже когда он говорил ужасно неприятные вещи, некоторые из которых заставляли его физически отшатнуться, они просто хихикали и меняли тему разговора.

В последнее время он заметил, что стал гораздо красивее, хотя лицо у него было не такое уж и красивое. Но с наступлением ночи он понял, что недооценил себя. Сильно. Чего бы ни хотели эти девушки, у него это было, и как бы он ни старался оттолкнуть их своей аурой девственности, они все равно это получат.

От волнения у него чесались руки, и он то и дело тянулся к рюмке, чтобы снять напряжение. По мере того, как он выпивал один глоток за другим, ему не потребовалось много времени, чтобы вся жидкость заставила его посетить туалет.

Джон, который тоже был занят своими делами, постарался объяснить, как его найти, но... это было нелегко.

Фредди оправдался и встал, протискиваясь сквозь толпу на пути к цели. Протискиваться сквозь массу людей было чертовски сложно, и его габариты, а также алкоголь, бурлящий в его жилах, не облегчали задачу, но он, похоже, делал успехи.

Пока внезапный мощный удар по затылку не заставил мир Фредди потемнеть.

Вернувшись домой, Марк застал там свою семью, удивленную тем, что он вернулся так скоро. Они с облегчением увидели, что его рука все еще прикреплена к телу, и попытались утешить его, но он почти ничего не слышал. Их голоса доносились словно из-за закрытой двери, а звук далекого звона еще больше заглушал их.

Он протиснулся мимо них, прошел к своей комнате, зашел внутрь и закрыл за собой дверь. В большой спальне раздался звук закрываемой двери, и он подошел к кровати. Вскоре одеяла плотно укутали его, и он обильно вспотел, не в силах вытащить голову из-под одеяла.

Он слышал лишь бесконечный стук своего сердца, когда на его спину легла тяжесть его греха.

"О, Боже..." - выплюнул он, зажмурив рот, когда его глаза распахнулись, а в животе зародилось желание вызвать рвоту. Его трясло и била дрожь, зубы стучали все громче.

"Что я наделал?"

Мэтт Кэнстоун появился в приватной комнате, где сидела Мадам.

Гости уже расходились, когда мадам приложила ухо к контактному кристаллу, прослушивая сообщение.

"Мадам...", - сказал он, но она прервала его.

"Когда?", - отрывисто спросила она.

"Десять минут назад", - ответил мужчина. "Он вышел в туалет, но исчез в толпе. Никто из охранников не заметил, как он покинул помещение".

Она нахмурилась. "Я только что получила известие о том, что несколько человек ворвались в квартиру, которую мы ему предоставили. Они перевернули все вверх дном и даже прошли через лес, в котором он упражнялся".

Мэтт на мгновение задумался. "Я думаю, они..."

"У них не должно быть никаких доказательств", - проворчала она, кусая ногти. "Я сама не нашла никаких доказательств, а мы следим за ним уже..." Внезапно ее глаза широко распахнулись, когда она что-то вспомнила. Ее челюсть сжалась, и она откусила ноготь. "Так вот что он сказал своему тренеру..."

Мэтт молча стоял, сохраняя прямую осанку, и ждал. Вскоре она достала из своего накопителя коммуникационный кристалл и выбрала один из контактов.

Кристалл коротко звякнул, пока в нем не раздался веселый голос. "Мадам! Дорогая! Чем я обязан этому удовольствию?"

"Здравствуй, Гарольд. У меня есть новости, которые могут вас заинтересовать".

"О?" - сказал мужчина. "Что случилось?"

"Фредди Штерн был похищен".

Несколько мгновений длилось молчание, пока сквозь кристалл не донесся вздох. "Дай угадаю, Крэйвен?"

"Действительно", - подтвердила она. "Похоже, они уверены, что у него есть то, что им нужно". Ее челюсть сжалась еще сильнее. "Разве вы не сказали, что уже приняли меры, чтобы не дать им превысить свои полномочия?"

"Да!" - сказал он. "Для меня это такой же сюрприз, как и для тебя!"

Она стиснула зубы так сильно, что они скрипнули, но заставила себя расслабиться. "Ну что ж. Могу ли я предположить, что вы настроены на соблюдение закона?"

"Что ж, - начал он, - полагаю, у меня нет выбора".

"Как насчет пяти минут?" - спросила она.

"Встретимся на их территории!" И с этими словами он повесил трубку.

Мадам сжала кристалл так крепко, что он разлетелся вдребезги, и подняла глаза на своего помощника. "Мы уезжаем, немедленно".

Она сорвалась с места и бросилась к ближайшему окну, демонстрируя сверхчеловеческую скорость. Она распахнула окно и выпрыгнула наружу. Мэтт, казалось, исчез за ее спиной, растворившись в ночной темноте, двигаясь сквозь здания.

С другой стороны, она превратила свои руки в гигантские крылья и взлетела, паря над городом, направляясь прямо к штаб-квартире клана Кравен.

"Отправляйся в намеченное место и жди следующие два часа", - сказал Джанхалар одной из своих учениц, молодой женщине. "За это время исход будет решен".

Она кивнула и убежала.

Весь клан Крэйвена был в смятении. Заверещали сигналы тревоги, члены клана устремились вглубь подземного бункера, и все их операции остановились, пока они связывались со всеми членами клана, находящимися за пределами помещения.

Три старейшины поднялись и преклонили колени перед патриархом. Высокая стройная женщина и двое мужчин - один громоздкий и молодой на вид, другой пожилой и хрупкий. Все они были закаленными воинами клана Кравена, носили фирменную одежду и татуировки элитных членов.

Это старейшины, которые будут сражаться рядом с ним. Все трое были специализированы для ближнего боя. Они не были ни самыми сильными, ни самыми важными членами своего клана, но это было все, что ему разрешили взять.

Конфликты между лордами были обычным делом, что вполне естественно. Но императрица приказала бы перебить их как свиней, если бы они развязали тотальную войну и обрушили целые города в своих дрязгах.

Ему не нравились его шансы, с таким количеством союзников под боком, но он пришел не без плана. Хотя он и не хотел его использовать, в его рукаве был припрятан козырь, который позволит ему добиться своего, даже если это будет стоить слишком много в разрезе его клана.

Но даже в этом случае, если ему удастся заполучить реликт, это будет стоить того.

Не прошло и нескольких минут, как в помещении воцарилась смертельная тишина.

Легкая дрожь сотрясла землю под ним, как по команде, и вскоре последовало эхо от падения ворот посреди двора.

"Не бойтесь своей судьбы", - сказал он своим старейшинам, повернувшись к ним лицом. "Перед нами Василиск и Опаленный Плотоядец".

"Приготовьтесь к смерти".

"Вы прибыли быстрее, чем я ожидал, Мадам!", - Василиск радостно приветствовал мадам своим стандартным обезоруживающим тоном.

Они оказались прямо перед входом в комплекс Клана Крэйвен. Вход в него преграждали большие металлические ворота, частично окрашенные в красный цвет в виде силуэта мифического "вампира" - существа, принявшего облик шикарно одетого мужчины в экстравагантном плаще. Всю территорию окружала стена из камня с красным оттенком.

Перепрыгнуть через барьер было бы проще простого, но она решила, что лучше послать сообщение.

Не ответив на приветствие Василиска, она ударила ногой по металлическим воротам. Хотя они были скорее украшением, чем защитным барьером, тот факт, что она смогла отправить ворота весом в несколько тонн в полет, словно они были сделаны из пенопласта, заставил даже Гарольда сглотнуть.

Через несколько секунд появился патриарх в сопровождении свиты из трех могущественных трехзвездных архов.

Бледная кожа подчеркивала многочисленные красные линии на его лице. "Василиск, Опаленный плотоядец", - поприветствовал он их. "Добро пожаловать".

Мадам насмешливо улыбнулась. "Воздержитесь от использования этого инфантильного прозвища, когда обращаетесь ко мне, Повелитель крови".

"Я бы предпочел, чтобы ты использовал и мое настоящее имя, Нарцисс, - ответил он.

"Итак, - вмешался Василиск, - вы уже должны знать, зачем мы здесь. Выдайте молодого человека и заплатите штраф в размере..."

"Ты солгал мне, ублюдок", - сказал патриарх. "Не думай, что я это забуду".

"Итак, прежде всего...", - начал Гарольд, но не успел он договорить, как Мадам подняла руку и прервала его.

"О чем он вам солгал?"

Патриарх усмехнулся. "Разве ты не хочешь узнать?"

Мадам нахмурилась на долю секунды.

Кровавый арх насмехался. "Ты заржавел, Нарцисс", - проворчал он.

"Хорошо!" Василиск громко прервал их, встав между ними. "Все это не имеет отношения к текущей проблеме. Джанхалар, я ясно выразился, когда предупреждал вас. Кроме того, похищение? Вы знаете, к какой катастрофе приведет ваш проступок, если он станет достоянием общественности? Вы не можете делать все, что вам вздумается".

Джанхалар сжал кулак правой руки и поднял два пальца левой. В ответ на его жест трое старейшин, стоявших позади него, подались вперед, готовясь к бою.

"Честное слово, - пригрозил Гарольд, - идти на это - плохая идея". Он бросил быстрый взгляд на пылающую женщину рядом с ним.

Несмотря на то, что Джанхалар невольно вздрогнул, осознав опасность, он взял себя в руки. "Ты прекрасно знаешь, что это стоит того, что поставлено на карту..." Его слова были прерваны, когда стоявшая сбоку от него стройная женщина едва успела заблокировать шип из материала, похожего на кость, который вот-вот должен был вонзиться ему в глаз.

Она сделала это незащищенной рукой и теперь не могла снять её, как ни старалась.

Рука Мадам изменила форму, переместив кости так, что получился импровизированный арбалет: сухожилие служило тетивой, а осколок кости - снарядом.

По шее Джанхалара стекала струйка пота. Все трое старейшин вытащили изогнутые кинжалы-близнецы, причем женщина из-за ранения смогла удержать только один. Василиск покачал головой, готовясь к бою. Атмосфера вокруг них стала напряженной. Все шестеро присутствующих были готовы нанести удар, и вскоре игла опустилась.

Земля под ногами бойцов Крэйвена превратилась в каменных змей, но прошло совсем немного времени, прежде чем они бросились наутек, явно готовые к такой тактике. Тела всех трех старейшин окрасились в красный цвет, на поверхности кожи появились заметные выпуклые вены, и все они вызвали "Кровавый раж".

С громким треском в них устремилось еще несколько костяных болтов, и хотя им удалось блокировать большинство из них, громоздкий старейшина получил один из снарядов прямо в левое ребро, застонав от боли.

Из пор Джанхалара сочилась кровь, и вскоре она превратилась в броню, окружавшую его тело, и копья, которые он с пугающей скоростью бросал в своих противников.

Кожа Василиска вскоре покрылась каменной чешуей, помогая ему защищаться от летящих снарядов, но Мадам, похоже, без труда уклонялась от шквального огня, и даже уклоняясь от него, она умудрялась продвигаться вперед, прокладывая себе путь к старшему, который получил болт в ребра. Его походка была неуверенной, и Мадам не потребовалось бы много времени, чтобы догнать его.

Высокая стройная женщина, чья рука была пробита, мгновенно среагировала и бросилась на помощь товарищу, но тут почва под ней сдвинулась. Под ней появилась гигантская голова змеи, широко разинувшая пасть и готовая вгрызться в ее тело. Мгновенно среагировав, она прыгнула, но этого было бы недостаточно, чтобы избежать атаки четырехзвездного арха, уже попавшего в нее.

Челюсти змеи захлопнулись, и ноги женщины оказались рассечены чуть ниже колен. Она попыталась закричать, но Мадам хватило лишь мгновения, чтобы добраться до неё.

Повредив руку и лишившись ног, старейшина подняла кинжал, в ее теле бешено колотилось сердце, но эта слабая защита осталась без внимания, когда Мадам вонзила острые когти прямо в ее торс. Как только душа женщины должна была покинуть ее тело, в нее был послан импульс.

С громким треском и звуком растягивающейся до предела плоти тело женщины превратилось в причудливую биомассу, напоминающую монстра с двумя громоздкими руками. Опираясь на громоздкие конечности, существо ковыляло к патриарху.

Джанхалар разъяренно зарычал, отбивая гигантским копьем голову каменной змеи, но этот рык застрял у него в горле, когда мадам подхватила созданную ею мерзость, как маленькая девочка подхватывает куклу, и швырнула ее с такой скоростью, что он едва успел поднять защиту.

"Патриарх!" - крикнул тощий старик, и масса плоти начала светиться.

"Проклятье!" Джанхалар вскрикнул, выставив перед собой руки, чтобы блокировать удар; как раз вовремя: труп раскалился добела и взорвался, разбрасывая повсюду обугленную плоть и кишки, отбросив патриарха назад и перегрузив его броню из свернувшейся крови, отчего его защита рассеялась.

Мадам, воспользовавшись открывшейся возможностью, бросилась на раненого громоздкого старейшину, и Джанхалар использовал "Кровавый раж", чтобы увеличить скорость и попытаться остановить ее, но стоило ему сделать один шаг вперед, как появилась еще одна массивная змея, которая врезалась в его тело и повалила его на землю.

До раненого добрались, но он не собирался падать без боя. Несколько кровавых шипов, брошенных патриархом, просвистели в воздухе мимо головы Мадам, она увернулась с изящной грацией, но ее движение создало брешь.

Старец вонзил свои кинжалы-близнецы в тело мадам и каким-то чудесным образом достиг цели, погрузив оружие в ее плоть.

На его лице появилась тень ухмылки, но она исчезла, когда он понял, что крови нет. Ее ткани просто раздвинулись, чтобы позволить лезвиям войти в ее тело, и когти вырвали еще одно сердце, когда старейшина присоединился к своему товарищу, превратившись в чудовище.

"Домен патриарха!", - крикнул Джанхалар.

Воздух изменился.

Тело Джанхалара внезапно взорвалось струей крови, но она не просто брызнула на землю. Багровая жидкость начала парить и кружиться вокруг присутствующих, стремительно расширяя свой радиус и с каждой секундой увеличиваясь в объеме.

Бушующий тайфун вскоре накрыл всех сражающихся, и Василиск, несмотря на все свои попытки, не смог вовремя выйти из зоны поражения.

Густая, сочащаяся кровь покрыла Мадам и Василиска, резко сковывая их движения и пытаясь проникнуть в их тела, превращаясь в причудливые красные личинки, пытающиеся прокусить их кожу.

С момента, как способность была активирована, Мадам не пошевелилась ни на дюйм. А теперь она подняла руку в воздух и произнесла: "Пламя Жизненной Силы".

При соприкосновении с её рукой кровь вспыхнула. Сначала это были лишь редкие искры, которые тонули в бушующем кровавом вихре, но затем искры разгорелись, как лесной пожар, воспламеняя могущественную жизненную силу внутри крови, превращая всю область в бушующий ад.

Джахалар закричал и прервал действие своей способности, едва успев собрать достаточно крови, чтобы вернуться в своё тело и не остаться полностью опустошённым.

"Ороборос", — произнёс Василиск, и земля вокруг тела Джахалара приняла форму ещё одной змеи. Она окружила его тело, схватив себя за хвост, и сжалась вокруг него, не позволяя могущественному патриарху пошевелиться.

"Хорошо!" — закричал Джахалар, явно готовый сдаться. "Я продам сорок процентов!"

Мадам нахмурилась.

"Шестьдесят процентов", — ответил Василиск.

"Я—"

Едва патриарх попытался продолжить, Морлеппа бросилась вперед, таща за собой уродливую мясную массу. Пожилой мужчина, которого она оттолкнула, явно не осмеливался встать у нее на пути, видев, что случилось с двумя предыдущими. Ей потребовалось совсем немного времени, чтобы оказаться опасно близко.

"Согласен!" — выкрикнул Джахалар, и Василиск поднял стену из каменных змей, чтобы остановить Мадам от дальнейшего приближения.

Она закричала, швырнув мясной ком в преграду с громким треском, и кровавые брызги разлетелись на людей по другую сторону. "Что за черт!?" — завопила она. "Василиск, ты кусок—"

"Просто послушай меня, ладно?" — сказал он, подняв руки в знак умиротворения, но это, похоже, только больше ее раздражало. "Слушай, клан Джахалара управляет горнодобывающим бизнесом".

Ее лицо похолодело, когда она поняла, к чему он клонит. "Ты предательская свинья," — произнесла она.

"Ну, я бы не стал себя называть свиньей," — пошутил он.

"Ладно," — сказала она. "Теперь, когда он обездвижен, я сама заберу молодого человека".

Змеи на стене зашипели и вновь преградили ей путь.

Она медленно повернула голову к мужчине, и тот отпрянул с притворным страхом при ее безумном взгляде. "Мне нужно быть рядом со своими деловыми партнерами, понимаешь," — оправдывался он. "Вопрос репутации".

Змеиное кольцо, которое все еще удерживало Джахалара, рассыпалось в прах, и он смахнул его остатки с одежды, отходя в сторону.

"Послушай," — сказал Василиск, — "Я понимаю. Ты, наверное, чувствуешь себя обиженной, но подумай о глобальной картине! Уверен, мы можем договориться. Как насчёт десяти процентов моих акций?"

Мадам стиснула зубы так сильно, что они начали трещать один за другим, издавая звук, словно она жевала гравий. Потом резкий треск прекратился. "Я запомню это," — сказала она, разворачиваясь и уходя прочь.

"Двадцать процентов," — попробовал он.

В ответ она щелкнула пальцем, и Мэтт Кенстоун скользнул через тени, обезглавив последнего из живых старейшин и исчезнув прежде, чем Джахалар успел ответить.

"Ну, черт," — пробормотал городской лорд, глядя вслед Мадам.

Джахалар на мгновение испепелил его взглядом, потом фыркнул и, хромая, удалился.

Фредди вдруг почувствовал холод, когда порция воды плеснула на его обнаженное тело. В панике он попытался встать, но его голова болела так сильно, что он едва мог соображать. Головокружение и дезориентация накрыли его, и его вырвало алкоголем, который он выпил той ночью.

"Вставай!" — закричал грубый голос, и вскоре последовал удар ногой прямо в живот.

Кто-то схватил его за волосы и поднял с земли. Вокруг слышался злорадный смех.

Ещё одно ведро воды вылилось на его голову, но это было недостаточно, чтобы преодолеть сильную травму, полученную головой.

"Этот ублюдок такой мягкий," — произнес другой голос, громкий и мужской, и мгновение спустя кулак врезался в его живот, а рука, державшая его за голову, ударила её о стену, усиливая тошноту.

"Эй, Джаред!" — сказал третий голос, на этот раз с легкой гнусавостью. "Исцели его".

Через мгновение мягкое, тёплое прикосновение пробежало по верхушке головы Фредди, и он наконец осознал, что происходит. "Какого чёрта!?" — закричал он и, рефлекторно применив "Струящийся Удар" ногой, пнул человека перед собой. Его нога попала в рёбра противника, и тот согнулся, издав громкий стон.

Оглядев комнату, он понял, что тут особо не на что смотреть. Казалось, что это было заброшенное строение из грубого бетона с множеством ржавых металлических деталей. Единственный выход казался возможным через плотно закрытую металлическую дверь.

"Ты! Ты, ублюдок!" — раздался тот же грубый голос от человека, который только что терзал его.

Фредди посмотрел на него, но было трудно сфокусироваться. Однако в какой-то момент он почувствовал, как всё его тело сжалось от страха.

Первое, что он заметил, были ярко-красные татуировки.

Человек, всё ещё согнувшись, вскоре встал, возвышаясь над Фредди, массивный и лысый.

Остальные трое тоже были лысые, все покрыты красными татуировками от блестящих макушек до самых ступней.

Не думая, Фредди снова попытался ударить ногой здоровяка, но тот с лёгкостью поймал его ногу и швырнул его к стене позади, словно он ничего не весил.

Фредди ударился спиной о стену, и весь воздух выбило из его легких, пока он пытался отдышаться.

"Черт, он лупит, как грузовик," — произнес здоровяк, и остальные трое засмеялись.

Ох, я в полной жопе.

Внезапно металлическая дверь приоткрылась, и в комнату вошла молодая женщина в красных одеждах. Её щеки украшали тонкие красные линии, а глаза излучали ледяное спокойствие, от которого у него пошли мурашки по коже.

Четверо мужчин тут же поклонились женщине и отступили.

Она приблизилась к Фредди, и прежде чем он успел что-либо понять, его вновь отключило.

----------

Неизмеримая злоба

Фредди очнулся в месте, которое, как он больше всего опасался, оказалось именно там, куда он и ожидал попасть: стерильно белый потолок, кандалы по всему телу, привязывающие его к холодному каменному блоку, и множество острых, ужасающих предметов под рукой - ножи, пилы, плоскогубцы, кусачки...

Да... он подтвердил это мысленно. Камера пыток. Я в камере пыток.

Хотя его мысли казались спокойными, он был совсем не таким. Тем не менее он заставил себя успокоиться и сосредоточиться.

Как и прежде, он был один. Вероятно, так будет продолжаться недолго, так что теперь следовало подумать, пока еще есть возможность. Если бы желудок не был пуст, он бы не справился с желанием вырвать. Он собрался с мыслями и попытался разработать хотя бы половину плана.

Он появился не так быстро, как ему хотелось бы, но это было неудивительно, учитывая ситуацию, в которой он оказался. Во-первых, это почти наверняка были люди, которым нужно было Кровопролитие. Он не мог придумать никого другого, кто хотел бы так поступить с ним. Во-вторых, они собирались...

О, Боже...

- пытать его, до тех пор пока он не скажет им, где оно находится. Хорошо. Не очень. Однако не все надежды были потеряны. Во-первых, пока он отказывался сообщить о местонахождении Кровопролития, они, по крайней мере, не стали бы его убивать. Возможно. Ему не нужно было бояться того, что они с ним сделают, пока он мог выбраться живым, ведь он мог исцелиться от любого повреждения, нанесенного его телу... даже если бы они применили ту зазубренную пилу и...

Еще один толчок паники пронесся по его телу, и он начал непроизвольно двигаться. Он потянул за кандалы и услышал шорох цепей, вызывающий чувство клаустрофобии, которое никак не помогало ему успокоить нервы.

Думай, Фредди, сосредоточься.

Пока он жив, есть шанс, что он сможет уйти отсюда. В худшем случае он сможет выторговать у Кровопролития местоположение, и они смогут сохранить ему жизнь хотя бы на время, достаточное для того, чтобы убедиться, что он говорит правду. Может быть. Если они не пошли и не стали искать сами.

Он еще раз дернул за путы, на этот раз более отчаянно. Он попытался использовать "Струящийся удар", чтобы придать импульс своим метаниям, но было ясно, что это бесполезно. Дыхание стало прерывистым, и он уже начал задыхаться, когда его осенило ужасное осознание.

У него не было никаких полномочий. Он не контролировал ситуацию. Даже если бы он попытался объяснить своим похитителям, что Кровопролитие придет к нему, был бы хоть один шанс, что они ему поверят. Но даже в этом случае они, скорее всего, просто начнут рыскать по свалке и искать его. Так что ему пришлось сделать выбор. Единственный выбор, который у него был.

Расскажет ли он им, где именно находится Кровопролитие, и сразу же станет непригодным для использования, или же будет молчать, прикидываясь дурачком, сколько потребуется, молясь о чуде?

От одной только мысли о любом из вариантов ему стало дурно, и прежде чем он успел обдумать свой выбор, он услышал леденящий душу звук открывающейся с металлическим скрипом двери, которая находилась за его спиной, а значит, вне поля зрения.

Вошли три человека, одетые в те же причудливые красные одежды, что и женщина, которая его вырубила, и с теми же пунцовыми линиями на лицах.

Первым был мужчина с длинными белыми волосами и несколькими неприятными следами ожогов на коже. Судя по позе мужчины и сильному чувству подавления, исходившему от него, это был кто-то из весовой категории Мадам.

Вторая - молодая женщина, очень похожая на ту, что вырубила его, с таким же спокойным выражением лица, как и у мужчины рядом с ней, ее цель была неясна. Третьим был мужчина средних лет с короткими каштановыми волосами, который возился со стеллажом с орудиями пыток.

"Фредди Штерн, - сказал беловолосый мужчина. "Я - Джанхалар, патриарх клана Крэйвена, - представился он, его голос был спокойным, холодным и ровным. "Вы владеете уникальным реликтом, воплощающим концепцию кровопролития", - заявил он, и сразу же стало ясно, что он это точно знает. "Скажи мне, где он".

"Я...", - пролепетал он. "Я не знаю".

Беловолосый мужчина кивнул, а человек, стоявший слева от него, взял в руки пару стальных кусачек.

Его левый кулак рефлекторно сжался, но он не успел защититься, так как мужчина разжал его безымянный палец, обхватил его лезвиями инструментов и слегка сжал, пустив кровь.

"Я спрошу тебя еще раз, - сказал патриарх. "Где ты спрятал уник?"

Он долго размышлял над этим вопросом. Потерять палец для него не было большой проблемой - так он неоднократно пытался убедить себя. Его желание скрыть Кровопролитие ослабевало с каждой секундой, но он не мог сказать им об этом. Насколько он знал, единственная причина, по которой они должны были сохранить ему жизнь, заключалась в получении этой информации.

Поэтому он с покорной гримасой повторил: "Я не знаю".

И кусачки надавили на его палец. Сначала раздался тошнотворный хруст, пронзивший руку, а затем - разрыв, от которого по предплечью прокатилась мучительная боль. Обильно пошла кровь, и у него мгновенно закружилась голова.

Он закричал сквозь стиснутые зубы, и слезы навернулись ему на глаза. Не успел он это осознать, как мужчина переместился, на этот раз держа его за ногу и раздвигая длинный палец.

Он снова отрицал это. И снова человек резал.

Беспорядочным броском молодая женщина запустила окровавленное, растрепанное тело Фредди в тесную одиночную камеру и заперла большую стальную дверь, оставив его в темноте.

Он до сих пор отчетливо ощущал все, через что прошло его тело. У него не хватало безымянного пальца, а также нескольких пальцев на ногах; все тело было испещрено синяками, порезами, уколами и красными язвами. Все ногти были содраны, а мочка уха обгрызена, что, вероятно, предвещало потерю целого уха.

Он сидел на земле, свернувшись калачиком, и хныкал от любопытства. Даже без "1% Вампиризма" они еще не сделали с ним ничего по-настоящему калечащего. Возможно, это была просто часть шоу. Сделать несколько неприятных угроз, показать, что они готовы их выполнить, а затем заставить его ждать, полностью осознавая, что он может потерять глаз, руку, ногу или более важный палец. Этого боялся бы любой, особенно тот, кто сражался ради жизни.

Он не мог удержаться от смеха, хотя это больше походило на стон, чем на хихиканье.

Многие задумывались, каково это - пройти через пытки. Многим хотелось верить, что они выдержат их как крутые и плюнут в лицо своему мучителю, не обращая внимания на последствия.

Хотя он слишком сильно кричал, чтобы плюнуть в кого-нибудь, он присоединился к тому эксклюзивному клубу людей, которые молчали, что бы с ними ни делали.

Какая-то часть его тела испытывала жалкую гордость - печальная попытка справиться со своим положением, - но каждая другая клетка его тела кипела от ярости. Мужчина, который отрезал пальцы на руках и ногах, словно подрезал сорняки, девушка, которая, скорее всего, нашептывала рекомендации на ухо патриарху, пока тот решал, какие методы использовать, и сам патриарх. Он хотел, чтобы все они были мертвы, разорваны на столько кусков, на сколько он сможет разорвать их голыми руками.

Он задумался: неужели они не знают о его таланте? Неужели они не знали, что он может исцелиться от всего, что они с ним сделали?

Только тогда он понял. Скорее всего, им было все равно. Он знал, как он зол. Предательство, месть и ярость. И они тоже знали. Отпустить его - значит выпустить на волю потенциального врага.

Он не оставят его. Это был конец. Если не произойдет чудо, он умрет именно здесь. Если не в этот день или на следующий, то... в конце концов. Единственная альтернатива, о которой он мог думать, - это бессрочный плен, но и это выглядело довольно оптимистично.

Его кашляющие стоны перешли в плач и рыдания, когда он спросил: "О Боже... Чем я заслужил это?"

Где он совершил свою первую ошибку? В том, что умолчал о Кровопролитии? Когда он продал свой первичный след? Это было тогда, когда он решил пройти через 26-й округ?

Но... Нет... С самого начала - Баррикада Бастарда, афера, таинственный посетитель, черт, даже Мадам. Все, с кем он сталкивался, хотели использовать его в своих целях. Марк был единственным человеком, которого он встретил до сих пор и который не искал выгоды за его счет.

Разве не такова была тогда реальность? Неужели все было так естественно? Неужели он жил в джунглях, окруженный хищниками, которым достаточно почувствовать хоть каплю голода, чтобы сожрать его заживо?

Он вздрогнул, когда пораненная кожа соприкоснулась с камнем, и по его ноге прокатилась волна боли. Все тело болело и ныло, и, хотя он находился на полу в далеко не самой удобной позе, двигаться было слишком больно, чтобы менять ее.

Как долго он вел себя как идиот? Должен ли он был знать, что его положение - всего лишь добыча, и поэтому прятаться, никогда не поднимая головы над травой?

Сейчас он чувствовал себя полным дерьмом, осознавая это. Держась как можно дальше от общества, он, возможно, и был в некоторой безопасности все эти годы, но при этом оставался в полном неведении относительно некоторых истин, которые помогли бы ему не оказаться в подобной ситуации.

Его плач снова перешел в смех, на этот раз яростный и безумный. Многие раны на его теле вспыхнули и открылись, снова пошла кровь, но он не обращал на них внимания, поднимаясь на ноги.

Он подошел к двери и со всей силы обрушил на нее "Струящийся удар", оставляя на металле небольшие вмятины. Его жесткие руки не ломались от напряжения, уже привыкшие к такому обращению, но порезы отзывались болью при каждом ударе.

В конце концов он выдохся, но никто не пришел. Не было ни лица, в которое можно было бы ударить, ни цели, на которую можно было бы выплеснуть свою ярость. Ему некого было винить, кроме себя.

Он мог сделать только одну последнюю вещь... и он знал это. В тот день он молчал. А в ту ночь он был еще жив. Это было так жалко. Все, что у него было, все, на что он мог положиться, - это слепая надежда. Слабый шанс на то, что, может быть, он проживет достаточно долго, чтобы встретить чудо.

Не обращая внимания на больное тело, он использовал технику закалки водного тела. Он почувствовал, что его состояние немного улучшилось, как если бы он приложил холодный компресс к сломанной руке.

Как только он почувствовал, что доволен своим состоянием, он использовал "Сотню Мокрых Адов". Боль усилилась из-за бушующей в его теле воды, и он едва не упал без сознания, спасшись только тогда, когда у него закончилась эссенция.

Но каждый раз, когда это происходило, он быстро запрыгивал в Незер, собирал несколько виспов, которых было очень много, по большей части сродства крови, и продолжал использовать технику закалки.

Не было "1% Вампиризма", чтобы помочь ему восстановиться после увечий, но его тело уже достаточно привыкло к использованию этого таланта, чтобы он перестал быть необходимым.

В течение всей ночи он доводил себя до предела, стараясь как можно дольше закалять свое тело. Если он хотел продержаться до конца, ему понадобится любая терпимость к боли.

В конце концов наступило утро, и дверь открыл случайный охранник.

Столкнувшись с татуированным мужчиной, он почувствовал комок в горле.

Он действительно не хотел уходить.

Но у него не было выбора.

Кровопролитие чувствовало не только местонахождение своего хозяина, но и его состояние. И вот теперь, на протяжении всего последнего дня, он ощущал беспокойство.

У мастера были проблемы. Большие неприятности. Как бы ни хотелось Кровавому броситься к нему на помощь, он чувствовал нечто совершенно определенное через те узы, которые их связывали, - он не хотел, чтобы оно приходило.

Но почему?

Была ли причина, по которой Мастер так не любил приход Кровопролития? Может быть, это те враги, о которых говорил Мастер? Значит ли это, что... Кровопролитие было виновато в нынешней ситуации Мастера?

Не мог ли Мастер пожелать, чтобы это произошло раньше? Если это так, то... совершил ли Кровопролитие тяжкий грех?

Но теперь оно было беспомощно. Все, что оно могло сделать, - это покорно ждать. Но какая-то часть его знала. Мастер не умрет. Он знал это, чувствовал каждой частицей своей сущности.

Мастер не упадет, пока океаны не окрасятся в алый.

Время шло, и поначалу Фредди вытаскивали из камеры каждый день. К этому времени у него уже не хватало ушей и зубов, а всего пару часов назад у него отняли и яички.

И все же, несмотря на всепоглощающую уверенность в смерти, таившуюся на задворках сознания, ему едва хватало сил, чтобы упорствовать. Несмотря на то что он убеждал себя, что "1% Вампиризма" поможет ему восстановиться после всего, что они сделают, инстинктивное отвращение к тяжелым травмам и потере конечностей все еще было сильно, и оно разгорелось, когда эти кусачки уперлись в основание его орехов.

В первую ночь они бросили его в камеру без лишних предосторожностей, но с тех пор сначала сдерживали его, вероятно, чтобы он не покончил с собой. Почему они не сделали этого в первую ночь, он не знал. Но он был уверен, что это, так или иначе, была очередная стратегия, чтобы заставить его говорить.

Смирительная рубашка на все тело, кляп, чтобы он не смог откусить себе язык, и ограничители, которые удерживали его на месте. Хотя они ограничивали его физические движения, ничто не могло помешать ему использовать свою сущность.

Время от времени охранник возле его камеры бил металлическую дверь, скорее всего, чтобы разбудить его и дать ему устать и стать уязвимым. Это сводило его с ума. Когда он все-таки засыпал, то спал так крепко, что даже поджог не мог его разбудить.

По мере того как дни сменяли друг друга, он неизбежно все больше привыкал к мучениям. Несмотря на постоянную эскалацию того, что с ним делали, его сопротивление понемногу пересиливало желание отказаться от всего этого.

То, как они планировали его пытки, казалось, было рассчитано на то, чтобы методично подавить его волю. Но, похоже, его план по созданию сопротивления через "Сотню Мокрых Адов" выбил их расчеты из колеи.

Но Крэйвены были хороши в пытках. Он был впечатлен их все более вдохновенными методами и приемами. Когда они пришли к выводу, что простой боли недостаточно, они перешли к внедрению в его тело паразитов, которые поедали его изнутри.

И, к его радости, те, кто умирал всякий раз, когда он использовал "Сотню мокрых адов". Даже срабатывал "1% Вампиризма" на короткий промежуток времени.

Затем они перешли к наркотикам. Обезболивающие яды, нейротоксины, повышающие нервную чувствительность, и, наконец, снадобье, которое заставляло его испытывать неодолимое желание говорить и говорить буквально все. Это было самое близкое к победе средство, но, быстро сообразив, он откусил себе язык.

Они были вынуждены хирургическим путем прикрепить его язык и приживить его на место, но каждая последующая попытка использовать этот препарат приводила к тому, что он снова откусывал его, а если они пытались исправить его челюсть, чтобы он не мог этого сделать, то, естественно, он не мог произносить связные слова.

Они также пытались притупить его зубы, используя наждачную бумагу, чтобы соскоблить их, но он, к своему собственному удивлению, сумел использовать "Струящийся удар" при укусе, чтобы все же исказить их настолько, что они стали непригодными для использования.

В конце концов они приостановили физические пытки, решив подойти к делу более творчески. Однажды они попытались обманом заставить его подписать "магический контракт", по которому они не смогут причинить ему вред, держать его в тюрьме или убить, если он даст им нужную информацию. Разумеется, с помощью какой-то магической ерунды.

Это была впечатляющая работа. Эфирный шрифт, сверкающая бумага, блестящие буквы - все это было сделано из дорогого материала, излучавшего чувство власти и авторитета, - создавало довольно убедительный образ, но это была полная чушь. Вероятно, они рассчитывали на то, что он слишком измотан и в отчаянии, чтобы соображать достаточно ясно, чтобы понять это.

Но на самом деле все было совсем наоборот.

Примерно в этот момент он начал сомневаться, ищут ли они его семью или пытаются похитить кого-то, кого он считает дорогим, чтобы использовать его для принуждения к разговору.

Но вскоре он понял, что ему не на кого ориентироваться. Ему было наплевать на своих биологических родителей, а что касается приемных... ну... никто не знал, где они.

Возможно, он бы засомневался, если бы они привезли Марка, но похищение кого-то, кто жил в 25-м округе, навлекло бы на их голову гнев всего высшего класса, так что об этом не могло быть и речи.

Так... может, Шэрон или Джеймс? Но это было маловероятно. Учитывая, что стоимость аренды в этом комплексе удвоилась, скорее всего, из-за близости к скорому и очень важному проезду, они оба наверняка уже съехали, как и большинство тех, кто там жил.

И даже если бы они опросили всех, кто жил в этом комплексе, никто бы не признался, что знает его, даже эти двое. Основное правило жизни в несчастье заключалось в том, что если кто-то стучится и спрашивает, нет ли у тебя связи с кем-то из соседей, ты, не задумываясь, отказываешь ему, именно из-за таких ситуаций, как эта.

И тут... его осенило забавное осознание - осталось совсем немного, что они могли бы использовать, чтобы заставить его говорить.

И с каждым днем список вариантов становился все короче.

Теперь оставалось только узнать, что ждет его в конце этого списка.

Фредди был связан смирительной рубашкой, не в силах пошевелиться, снова заперт в стерильной камере пыток, в которой он уже успел неплохо освоиться. В его вены вонзилась игла - очередная тщетная попытка с помощью какого-то загадочного препарата заставить его говорить.

Он был уверен, что, увидев себя в зеркале, был бы шокирован. К этому времени от его волос осталось лишь несколько распущенных, болезненных прядей. Свет в его глазах значительно потускнел. Каждый дюйм его кожи был покрыт глубокими шрамами, а по всему телу беспорядочно росли отвратительные длинные волосы.

Его суставы болели, а мышцы атрофировались из-за недостатка движения и жалкой диеты из полусгнивших объедков, которыми он питался. В животе постоянно болело.

Он ждал в предвкушении, гадая, что они задумали на этот раз. Но когда наркотик просочился в его вены, он был застигнут врасплох. Поток сильного экстаза пронесся по его телу, и он обнаружил, что ему не хватает дыхания. Затем, не подвергая больше ничему, его притащили в камеру и бросили обратно.

Когда ощущения улеглись, ему стало намного легче дышать, и он даже заплакал просто от сильного облегчения, которое испытывал.

В конце концов он открыл рот и начал петь. "...всегда рядом со мной, всегда в моих мыслях. Люблю тебя, детка, ты владеешь моим сердцем. Я не могу избавиться от ощущения твоих рук вокруг моей талии..."

Это была привычка, возникшая в результате одной из их недавних попыток. Несколько дней подряд они крутили невероятно пошлую поп-песню, а потом обратились к нему с предложением выключить этот кусок дерьма, если он скажет им, где находится Кровопролитие.

Хотя они позаботились о том, чтобы он не смог уйти в Незер, спасаясь от музыки, заполнив комнату опасными остатками, они ничего не сделали, чтобы помешать ему использовать "Сотню Мокрых Адов", которые полностью оглушали его, так как звучали так, словно дракон мочился ему в ухо.

Вскоре они выключили его и стали искать другие способы заставить его говорить.

В течение следующих нескольких дней они продолжали вводить ему новый препарат, каждый раз увеличивая дозу, и он не мог понять, что же на самом деле делает этот препарат, кроме того, что заставляет его чувствовать себя невероятно...

Пока они не прекратят поставки.

А... так вот во что они играют.

Абстиненция была сильной, и он мысленно поаплодировал им за это. В ту ночь он не спал, дрожал и обильно потел, а яростная головная боль сверлила ему лоб. Он уже представлял, когда ему предложат наркотик, и знал, что на этот раз отказаться будет нелегко.

Наступил следующий день, но его никуда не потащили. Вместо этого в его покои вошла знакомая фигура.

Сам Джанхалар, который с течением времени все меньше и меньше участвовал в допросе, вошел в комнату с небольшим чемоданчиком. Он поставил его перед собой, открыл и обнаружил весьма щедрый запас наркотика, разделенный на множество маленьких бутылочек. Присев на пол, он жестом указал на открытый футляр и наклонился ближе.

Он сделал ему предложение. "Этого вам хватит на целый год", - сказал он, сделав паузу, чтобы его слова дошли до сознания. "Ты просто должен сказать мне, где спрятала уник. Вы уже знаете, что не покинете это место, пока мы не получим его, так почему же вы тянете время? Чего ты ждешь?" - спросил он, подталкивая чемодан вперед. "Ты доказал свою правоту. И вы потратили достаточно нашего времени. Идите. Возьми его".

Во рту у Фредди пересохло, и он сглотнул.

"Возьми..."

Он кусал губы и тяжело дышал.

"Возьмите!" - крикнул патриарх.

Непреодолимое желание выложить все начистоту заполнило каждую клеточку его тела, и он пошатнулся, пытаясь наклониться вперед.

И тут он открыл рот, чтобы заговорить. "Малыш Джанхалар отправился на прогулку с мамой и папой", - сказал он, дрожа и задыхаясь, вызвав хмурый взгляд патриарха.

Но он продолжил: "Они заметили еще одного ребенка, гулявшего с родителями. Маленькая девочка держала в руках блестящую игрушку, которую малыш Джанхалар хотел взять себе. И он закричал: "Мамочка, мамочка, папочка, папочка, пожалуйста, достань ее для меня!" - сказал он раздраженным голосом. "Его родители достали ножи и зверски убили всю семью, чтобы угодить своему маленькому промежному гоблину".

Затем он начал смеяться, гогоча. "Тебе это знакомо, Дженни, да? Тебя так, блядь, воспитывали!? Неудивительно, что ты такое испорченное отродье! А теперь ты наконец-то переступил порог!" - сказал он, плюнув в лицо патриарху. "В яблочко!"

Мужчина поморщился и закрыл глаза, чувствуя, как слюна стекает по щеке и, наконец, по челюсти. Он поднял руку и вытер ее рукавом. Подхватив с земли чемодан, он вышел из камеры и спокойно закрыл за собой дверь, оставив гогочущего Фредди одного в темноте.

Время шло, и это становилось очевидным. Либо они были заняты придумыванием другого способа, либо... сдались. Он чувствовал себя почти одиноким. Придумывание способов противостоять им стало для него игрой, единственным источником развлечения.

Мысли о побеге или о том, чтобы выбраться отсюда живым, давно оставили его. Даже если бы он просто оставался здесь и ждал, Кровопролитие все равно появилось бы. Ему в голову пришла довольно забавная мысль. А что, если они не заметят?

На самом деле существовала довольно большая вероятность того, что Кровопролитие доберётся до него, а они нечего не заметят. Судя по количеству кровавых виспов в Нерезе, олицетворенные эфирные конструкты с кровью, вероятно, не были здесь такой уж редкостью. Этот маленький глупый скелет как раз вписывался в эту картину.

На самом деле эта идея показалась ему просто уморительной.

Если оно придет, он скажет ему, чтобы оно проваливало. Он подумывал съесть его, чтобы еще больше насолить Джанхалару, но бедное Кровопролитие этого не заслуживало. К тому же он никак не мог довести способность до первой ступени.

Вообще-то...

У него мелькнула мысль.

По какой-то причине они сохранили ему жизнь. Хотя вероятность этого была невелика...

Он вспомнил, что говорила ему Мадам. В Межпространстве было много уникальных существ, но большинство из них превратились в эйдолонов, слишком могущественных, чтобы их можно было подчинить.

Так что если бы Кровопролитие  посетило его... не мог бы он сказать ему, чтобы оно отправилось туда, стало эйдолоном, а потом вернулось и спасло его?

У него уже была подобная мысль, но то, что "Кровопролитие" было уникальным, не означало, что оно гарантированно справится с такой миссией.

Теоретически это было возможно. Но вероятность того, что это сработает, была крайне мала. Не похоже, чтобы все просто игнорировали проклятого эйдолона, разгуливающего по городу. Его уничтожат прежде, чем он доберется до него.

И все же он задавался вопросом, почему вообще остался в живых. Ну, он полагал, что по сравнению со стоимостью уникальной персонифицированной эфирной конструкции содержание пленника в течение нескольких лет было едва ли затратным. Особенно если учесть, чем они его кормили.

Когда ему нечем было заняться, кроме как мечтать, он занялся тренировками, хотя пользы от них, скорее всего, не было никакой. По крайней мере, это было весело, и ему было на чем сосредоточиться.

"Сотня Мокрых Адов" сильно выросла благодаря его постоянному использованию. К настоящему моменту она была готова примерно на 90 %, что позволяло достичь порога для обновления.

К сожалению, он не мог улучшить его без доступа к следам, но это не означало, что ему нечем будет заняться. Даже если она не будет расти дальше, она все равно сможет закалять его тело, хотя эффективность будет быстро снижаться, потому что он привыкнет к ней.

Хотя использовать "Струящийся удар" можно было даже при полном сдерживании, способность от этого не выросла бы. Многократного использования было недостаточно для развития способности. Даже техника закалки требовала терпения и концентрации. Ключом к выращиванию эфирной оболочки было изучение того, на что она способна.

Его техники закалки могли развиваться просто замечательно, потому что ни одна из них не требовала движения, чтобы исследовать эти возможности.

Фредди еще не заставил кристаллизоваться оболочку "Гидравлической напряжения". Манипулировать водой и сгибать мышцы с ее помощью было возможно даже в его состоянии, но лучше всего было сочетать практику с движением, чтобы эффект не стал однобоким или громоздким во время практического использования.

Таким образом, у него оставалось всего четыре способности для развития: Сотня мокрых адов, Водяное тело, Пучины бездны и Создание воды.

Хотя Созидающая вода и превратилась в жидкость, ей потребовалось всего несколько мгновений, чтобы исчезнуть, так что угрозы затопления его маленькой клетки не было.

Дни шли, а он все больше погружался в свои способности.

Джанхалар сидел перед советом старейшин в штаб-квартире своей секты на Новой Земле впервые за несколько месяцев.

Зал совета представлял собой сооружение из холодного темного камня и шипастых украшений, а малиновая ритуальная резьба покрывала каждую поверхность в комнате.

"...и на сегодняшнем собрании мы завершим вопросы, связанные с окончательным переносом нашей штаб-квартиры в Фаралетал", - сказал один из старейшин, закончив свою речь перед собравшимися в зале десятками архов в багровых одеждах.

Так началась их встреча.

Один за другим поднимались вопросы, большинство из которых были настолько незначительными, что Джанхалар не хотел ничего другого, кроме как покончить с ними.

Хотя внешне он никогда бы не показал такого настроения, он чувствовал себя легкомысленно.

Казалось, не все надежды потеряны. В конце концов, возможно, существует способ отследить уникальный тайник, спрятанный Фредди Стерном. После почти восьми месяцев работы окровавленная одежда, кинжал и сломанная сумка, послужившая катализатором, наконец превратились в полноценные проклятые предметы.

Зазубренный кинжал был сильно усилен и омыт уникальной смесью крови. Пластиковый пакет был переплавлен в круглый пластиковый шарик в форме жемчужины, чтобы надеть его на кольцо. А окровавленная одежда была тщательно разобрана, подвергнута специальной обработке и использована для изготовления халатов в сочетании с дорогой тканью из малинового паучьего шелка.

Все три предмета обладали мощной силой крови и греха гнева. Кроме того, у кольца был намек на то, что оно может превратиться в уникальный проклятый предмет.

Хотя это была отличная новость, другая часть того, что могло сделать кольцо, привела его в еще больший восторг.

Оно резонировало. Свойства одного из катализаторов рождения уникального реликта остались, и хотя эта связь была слабой, она все еще существовала.

"Патриарх?" - позвал один из старейшин, и Джанхалар вернулся к разговору.

Хотя он и не был полностью внимателен, у него за плечами многолетняя практика, когда он лишь частично отвлекался на фоновые разговоры, подобные этому.

Но когда до его сознания дошло, о чем идет речь, он замер.

Кто-то предложил продать около пятисот политических заключенных, которых держали в этом месте.

"Кто это предложил?" - спросил он. "Пожалуйста, выходите".

К его полному удивлению, Рахал, брат Джанхалара, был единственным, кто встал. Его длинные черные волосы рассыпались по плечам, а пунцовые глаза открыто демонстрировали уверенность в себе.

"О чем ты думаешь?" спросил его Джанхалар.

Рахаль опустился на колени. "Думаю, это будет лучшим способом использовать наших пленников".

"Нет", - сказал Джанхалар. "Казните их всех".

"Патриарх, я прошу..."

"Ничто хорошее не приходит к тем, кто недооценивает своих врагов, Рахал", - сказал патриарх. "То, что вы предлагаете, равносильно тому, чтобы выпустить пятьсот потенциальных будущих угроз на волю - акт безумия, который я с удивлением наблюдаю от вас".

"При всем уважении, патриарх, вы были бы менее удивлены, если бы сначала выслушали меня".

Джанхалар открыто нахмурился. Брат выслушает его с глазу на глаз, но он не мог позволить себе открыто поносить и порочить его перед всеми важными членами клана. "Говорите, - разрешил он.

Рахаль кивнул и снова встал. "Патриарх, дорогие старейшины, позвольте мне представить вам кое-кого".

Получив кивок от Рахала, один из охранников вышел на улицу. Через полминуты вошел мужчина.

Его слегка пухлое тело было облачено в роскошный костюм; редеющие волосы были аккуратно причесаны, а на лице, хотя и полностью выбритом, виднелась густая щетина, которая легко могла бы перерасти в полноценную бороду.

"Спасибо за внимание, уважаемые старейшины, патриарх клана", - сказал мужчина с уверенной, спокойной улыбкой. "Меня зовут Стивен Уайт. У меня к вам деловое предложение".

----------

Гнилой

Рахаль сидел в маленьком кабинете, горько сокрушаясь о том, что на него взвалили эту задачу. Его брат, патриарх, был мелочным человеком. Хотя предложение Рахала в итоге было принято, это не помешало Джанхалару применить к нему невероятно детское наказание.

Ему было поручено рассортировать пятьсот заключенных и определить, куда каждый из них должен отправиться.

Было много разных секторов, куда он мог их отправить, и в зависимости от их индивидуальных способностей и талантов он должен был решить, где им место.

Самые низко ранговые из заключенных, не обладающие выдающимися талантами и происхождением, попадали в кучу разных проектов, где их отправляли в кабалу на ручную работу.

Что касается тех, кто обладал большей индивидуальной силой, то с ними следовало обращаться более... деликатно. Если их сочтут слишком опасными, то казнят немедленно.

Конечно, никто не выберется живым ни из одного проекта, на который их могут выделить, но Джанхалару не нравилась даже малейшая вероятность чуда. Любой, кому удастся сбежать, обязательно доставит неприятности в будущем.

Таким образом, он неторопливо перебирал большую кипу бумаг, быстро читая их и раскладывая по разным стопкам.

В конце концов он наткнулся на одну, которая сразу же заинтересовала его.

Фредди Штерн.

Человек, который молчал почти полгода, выдержав практически все виды пыток, которые они могли применить к нему.

По характеру это был именно тот тип людей, которые сразу же отправились бы на казнь, без лишних вопросов, но...

У этого человека не было абсолютно никаких достоинств - нулевое происхождение, некомпетентность во всех видах боя, и, кроме того, он был практически калекой из-за всех тех повреждений, которые нанесли ему чрезмерные пытки.

Взглянув на талант, Рахал сделал паузу.

1% Вампиризма.

Информация о нем была получена из первоисточника, а точнее, от того, кто продал этому человеку прайм. Торговец был весьма пессимистичен в отношении перспектив этого таланта.

Единственный случай, когда он может быть полезен, - это если качество исцеления соответствует первой помощи или минимальному уровню. Тогда оно действовало бы достаточно быстро, чтобы быть полезным в бою, но... даже в этом случае пользователь умирал, если получал слишком большой урон, если не исцелялся сразу после этого. В сочетании со сродством к воде все становилось еще хуже.

Если бы это был огонь или смерть, то с эволюцией или двумя эволюциями это можно было бы хотя бы пережить, но вода?

Если качество исцеления было природным, ситуация становилась еще хуже. Это было самое худшее качество исцеления, и навязывание его пользователю во время боя было сродни антиталанту.

А если бы качество было выше, сверхъестественное или даже высшее... разве это что-нибудь дало бы? Вода не способна нанести урон, низкий процент, высокое качество... и с этим искалеченным телом?

В этот момент он мог бы вообще не иметь таланта.

Рахал вздохнул. "Жалкий ублюдок", - пробормотал он себе подбородок, откладывая бумагу в кучу ненужных бумаг. На мгновение ему пришла в голову мысль казнить этого человека, чтобы избавить его от страданий. Но нет.

Ему некого было винить, кроме себя.

Если бы он сотрудничал, его давно бы уже помиловали.

Фредди сидел в своей темной камере, а вокруг его тела по нестабильной орбите плавал маленький шарик воды, теряя по несколько капель каждые несколько секунд. Когда последняя капля жидкости вышла из-под контроля его сущности, он снова использовал "Создать воду". Его руки оказались зажаты в очень грязной смирительной рубашке, и струя воды из его правой руки потекла на грязную одежду.

Со всей сосредоточенностью, на которую был способен, он извлек несколько капель зачарованной воды, прежде чем они успели исчезнуть, а остальное исчезло, вернувшись в сущность. Жидкость, которую он схватил, образовала еще один шар, и этот шар снова стал обтекать его тело.

Достижение пика способностей нулевой ступени и подготовка их к повышению уровня - не такое уж потрясающее достижение. Но зачастую это требовало много времени. Способности, ориентированные на бой, оптимально развивались в бою, а техники закалки требовали огромных затрат времени, сил и сущности.

Учитывая, что в этой мрачной камере у него не было ничего, кроме времени и сущности, ему почти не потребовалось времени, чтобы довести до совершенства эфирную оболочку для "Сотню Мокрых Адов". Теперь, когда он использовал технику закалки, поверхность его тела заметно вибрировала под воздействием бушующих внутри него сил.

Но чем дальше он использовал способность, тем меньше и меньше турбулентность могла ему навредить. Способность больше не росла, и, следовательно, его сопротивление резко превысило ее.

Затем он перешел к "Пучинам бездны". И снова почти не потребовалось времени, чтобы довести его до максимума и резко замедлить эффект. Его тело сморщилось, истончилось и увяло от недостатка движения и калорий, но он все еще был как минимум таким же тяжелым, как и до потери массы тела, исключительно за счет воды, которая была спрессована в его форму.

И наконец, он довел до максимума способность "Водное тело". Хотя 1% Вампиризма делал эту способность неактуальной, в его обстоятельствах он был уверен, что, скорее всего, только благодаря ей он мог нормально соображать. Она прекрасно снимала воспаление, облегчала боль в суставах и мышцах и улучшала здоровье.

Учитывая, как долго его держали здесь, вполне вероятно, что он уже умер бы от септического шока, если бы не использовал это.

Удивительно, но "Созидательная вода" еще не достигла максимума, но уже была близка к этому.

Несмотря на впечатляющий общий рост, в условиях полного отсутствия свободы и ресурсов он почти не продвинулся в развитии своей звезды. Ее мощность достигла лишь 55%, несмотря на бесчисленные часы работы, которые он потратил на ее сбор.

Но это было далеко не удивительно. Свободы у него было едва ли больше, чем у животного на промышленной ферме, не говоря уже о том, чтобы как следует тренироваться.

В кляпе, которым был заткнут его рот, была дырка. Когда приходило время "кормить" Фредди, входил работник или слуга, приставлял к отверстию кляпа воронку и выливал туда отвратительную жижу. Или, изредка, вполне пригодную жижу.

Он догадывался, что его еда - результат смешивания всех остатков того, что сотрудники и члены клана ели в тот день. Качество и количество еды варьировалось, а иногда он не получал вообще ничего.

Он был прикован прямо над дырой в земле, а в его костюме была лишь едва заметная щель, достаточная для того, чтобы он мог сделать свои дела.

Долгое время его жизнь сводилась к поиску способов развлечь себя. Когда у него закончились способности к развитию, он стал практиковаться в контроле сущности. Когда шар воды случайно коснулся его плеча, большая часть просочилась в ткань, а оставшаяся рухнула, когда он потерял контроль над ней.

Как раз в тот момент, когда он собирался снова создать Воду, гигантская стальная дверь его камеры открылась со слишком знакомым скрипом, заставив его рот наполниться водой, а слюнные железы принялись за работу.

Наступило время кормления.

В зал вошел крупный мужчина в приглушенной красной мантии. Это был не тот человек, которого он видел раньше. Он также не тащил ведро с помоями.

На краткий миг каждая клеточка его тела взорвалась от ужаса, когда он решил, что они вернутся к его пыткам. Но он мало что мог сделать, чтобы предотвратить это.

Остановившись прямо над ним, мужчина расстегнул кандалы, которыми тот был прикреплен к стене.

"О, черт", - только и успел подумать он, как мужчина подхватил его за плечо и выволок из комнаты.

Вскоре стражник с ним на плече добрался до огромной комнаты, вымощенной бледным камнем. По краям было несколько дверей, а в большом окне на потолке виднелся небольшой участок неба, которого он не видел уже очень давно.

Однако у него не было времени размышлять об облаках, поскольку его внимание было занято совсем другим. Несколько краснокожих направляли их, и множество голых, совершенно лысых заключенных выстраивались в шеренги, а треск плетей и властные окрики следили за тем, чтобы все они оставались на месте.

Он находился в конце этой линии. Он стоял на вершине металлической решетки размером два на два метра, и свет тускло освещал бассейн с жидкостью под ней. Его вдруг осенила мысль, что решетка сейчас откроется и сбросит его в бассейн, но...

Прежде чем Фредди успел отреагировать, мужчина обрызгал его вонючей жидкостью. При соприкосновении с ней кожа зашипела, и он почувствовал, как грязь и нечистоты расплавляются... вместе с одеждой и тем, что осталось от его волос - и то и другое исчезло под воздействием кислоты, которая могла быть только кислотой. Полученная смесь расплавленных органических веществ потекла по решетке, пополнив емкость с прогорклой жидкостью внизу.

Это, по крайней мере, объясняло, почему все были голыми и лысыми.

Вещество не выглядело опасным, но сильно раздражало, а попавшая в глаза капля жгла так сильно, что он едва мог видеть. К счастью, через несколько секунд его промыли из шланга.

Через несколько мгновений после того, как с его тела смыли последнюю грязь, его вытолкнули вперед в очереди, освободив место для другого заключенного, которому предстояло принять ванну.

Несмотря на то что он был весь промокший, ему не потребовалось много времени, чтобы высохнуть, и он почувствовал себя на удивление чистым. Небольшое количество воздуха, проникающего через кожу, щекотало ее холодным, но в то же время жгучим ощущением, которое не было совсем уж неприятным. Взглянув на свое тело, он обнаружил нечто, шокировавшее даже его самого.

Его кожа была настолько испорчена, что он даже едва ли выглядел человеком. Повсюду были разбросаны многочисленные бледные шрамы, разные по форме и размеру, и заметные "шишки", а также другие дефекты, включая черные пятна, заметно выступающие вены и участки желтой или иначе обесцвеченной кожи. Подняв глаза, он заметил, как несколько заключенных в панике отвели от него глаза, заметив его взгляд.

Ходить было не так мучительно, как он ожидал, но чертовски тяжело. Ноги не хотели идти прямо, а недостаток движения усугублял и без того плохую координацию. Не помогали и отсутствующие пальцы на ногах: какую бы роль они ни играли в поддержании равновесия, судя по тому, как сказывалось их отсутствие, это было весьма ощутимо.

На короткое мгновение он задумался о том, чтобы попытаться вырваться из шеренги и сбежать. Мгновение спустя один из таких мятежников вырвался вперед. Черная плеть вспыхнула красным светом, ударившись о череп мужчины, и через мгновение он уже лежал мертвый на земле.

План провалился.

После мучительного часа медленного продвижения вперед он добрался до конца очереди. Там ему выдали комплект полосатой оранжевой одежды с удобными клапанами и молниями, позволяющими надеть ее, несмотря на то что руки и ноги были закованы в кандалы. Обувь ему не выдали.

Достигнув конца камеры, он оказался в... другой камере, почти идентичной по размеру, форме и светло-серому камню, которым были вымощены пол, стены и высокий потолок; единственным заметным архитектурным отличием было отсутствие окон.

Еще одна вещь, которая застала его врасплох, заключалась в том, что, несмотря на его безумные ожидания того, что он увидит по ту сторону, заключенные просто сидели по всему полу, большинство из них дружелюбно болтали, а количество охранников значительно сократилось.

Когда его... почти вежливо проводили на место, ему также дали двухлитровую бутылку воды и сэндвич.

Не в силах сдержать недоумение, он осторожно огляделся по сторонам. Несколько раз он пытался спросить у кого-то из заключенных, что происходит, но большинство отвечало, что понятия не имеет, а затем, едва заметно, отходило от него на некоторое расстояние.

Это было не слишком удивительно. Ни один из пленников, которых он видел, не выглядел так, будто их пытали, по крайней мере не сильно. Одному Богу известно, что пронеслось у них в голове, когда они увидели его, но было ясно, что они не в восторге от того, что сидят рядом с ним. Они были осуждающими и грубыми, но он не стал бы жаловаться на то, что у него есть немного личного пространства.

Дверь, которую он до этого момента даже не видел, открылась, и голос выкрикнул изнутри имя: "Джеймс Хилфингер!"

Один из заключенных встал, подошел к двери и шагнул внутрь, а другой вышел, похоже, в приподнятом настроении. В его сердце зародилась слабая надежда, но он тут же погасил ее.

Он ни на секунду не поверил, что ему позволят выйти отсюда без всяких условий, но... увидев, как множество заключенных входят и выходят, причем большинство из них были по крайней мере немного счастливее, чем входили, а некоторые, наоборот, выглядели весьма расстроенными, он не мог не почувствовать некоторого трепета.

Однако о надежде не могло быть и речи. Это чувство было тщательно вытеснено из него.

Шли часы, а комната была уже переполнена. Вероятно, потребуется несколько дней, чтобы все заключенные закончили то, что ждало их по ту сторону, и он не мог не думать, что предпочел бы ждать в своей камере. К этому он, по крайней мере, привык.

Через некоторое время он почувствовал сонливость, и, к его полному недоумению, один из охранников подошел к нему и предложил чашку кофе. Это был пластиковый стаканчик, наполненный, судя по запаху, дрянным растворимым кофе, но это было настолько больше, чем он ожидал получить, что он не мог не насторожиться.

Но... как только он отказался от предложения, охранник лишь кивнул и отошел, предложив чашку другому заключенному, который с радостью принял ее. Он внимательно следил за женщиной, взявшей чашку, но даже спустя несколько часов не было никаких признаков того, что кофе оказал какое-либо негативное воздействие.

Впрочем, сказать об этом было трудно, учитывая, что она была явно расстроена его пристальным взглядом.

Спустя еще полчаса ожидания он наконец услышал его.

"Фредди Штерн!" - крикнула женщина, и он встал.

На любого, кто вставал, пристально смотрели. Однако взгляды не задерживались на нем надолго, и среди пленников тут же начинались перешептывания.

Как только он вошел в комнату, наручники с его запястий были сняты, и ему позволили войти в, казалось бы, совершенно обычное офисное помещение.

У входа стояли два охранника, а на другом конце большого стола сидел человек, который приветствовал его. "Здравствуйте! Меня зовут Стивен Уайт", - бодро представился он. "Я здесь, чтобы помочь вам выполнить свои обязательства перед кланом Крэйвен".

Это был формально одетый, немного пухлый мужчина средних лет с легкими признаками облысения на линии роста волос и приятным лицом с густой щетиной вдоль толстой челюсти.

Хотя он выглядел довольно вежливым, в нем было что-то такое, что ему сразу же разонравилось. Его поведение слишком сильно напоминало ему его прежнего менеджера. Отточенные манеры, улыбка "Пан Ам", бездушные глаза... ух.

"Сначала присядьте", - предложил мужчина, и он послушно сел в мягкое офисное кресло.

Мужчина протянул ему заранее подготовленный лист бумаги, и он, нахмурившись, взглянул на него. Это было заявление о том, что он должен компании Kraven Inc. ошеломляющую сумму в 13 321 739 долларов.

Прежде чем он успел что-то сказать, мужчина поднял руку. "Пожалуйста, подождите, мистер Стерн".

Нечего было уточнять. Поскольку дело не проходило через суд, оно явно не являлось юридически обязывающим документом. Но это не имело значения, потому что вся эта ситуация была полным дерьмом.

Мужчина указал на бумагу, как будто мог прочитать выражение его лица. "Это не просто бумага с цифрами. Это оценка вашего долга, основанного на краже имущества клана Крейвен, и эта сумма ограничена вашим статусом и характером вашего преступления".

Единственное, что мешало ему стиснуть зубы, - это то, что они почти полностью сгнили. Значит, такова будет его судьба в конце концов. На него повесили произвольно большой долг и собирались заставить его работать в рабстве, пока он его не "выплатит".

"Мистер Стерн, - сказал мужчина, щелкнув пальцами перед его лицом. "Не унывайте. Хотя эта цифра может показаться неподъемной, именно поэтому я здесь", - с гордостью заявил он. "Благодаря сотрудничеству с кланом Кравен и их корпорацией я выступаю в качестве официального менеджера по погашению долгов. Я подготовил для вас несколько вариантов, которые мы рассмотрим, но я скажу вам все прямо. Я считаю, что лучшим выбором для вас будет присоединиться к экспедиции по добыче полезных ископаемых на Фаралетал".

"Что?" - спросил он, поморщившись от того, как странно прозвучал его голос. Кляп так долго был у него во рту, что он почти разучился говорить.

"Горнодобывающая экспедиция", - повторил мужчина.

"Нет, я имею в виду..." - начал он, но вынужден был несколько раз откашляться. Мужчина терпеливо ждал, несколько секунд грея горло, прежде чем наконец спросить: "Что такое Фаралетал?"

"О!" - понял мужчина через секунду. "Прошу прощения. Да, вы не первый клиент, который не знает. Фаралетал - это название пограничного мира C-000421. Возможно, вам более знаком этот термин".

Ирония судьбы на мгновение ошеломила его. Пограничный мир, которий он открыл, теперь станет местом, где его отправят на рабский труд. Вот вам и звездная слава и вхождение в историю.

"Итак, - сказал мужчина, снова прерывая его размышления, - как я уже говорил, ваш долг не так уж велик, как вам кажется. Горнодобывающая экспедиция - очень прибыльный бизнес; по моим подсчетам, вам потребуется десять или даже всего пять лет, чтобы расплатиться с долгом!"

Вот это была чушь собачья. Тринадцать миллионов за пять лет? Этот человек, должно быть, всерьез принимает его за идиота.

"Я знаю, что это звучит удивительно, но поверьте мне, что деньги не достанутся легко", - сказал мужчина, в его тоне появился отблеск суровости. "Экспедиция по добыче полезных ископаемых пугающе опасна, а уровень смертности просто ошеломляет. Мы не можем и не будем принуждать вас к участию, если вы не хотите. Это самый быстрый способ вернуть долг и работа, которую мне было велено предложить каждому пленнику, но это далеко не единственный вариант".

Затем мужчина быстро перечислил множество работ, которыми он мог бы заняться, чтобы вернуть долг. Все они были связаны с работой на фабрике. И все они имели смехотворно долгий срок возврата долга, в среднем превышающий сто лет труда.

Очевидно, что эти предложения были сделаны для того, чтобы сделать экспедицию по добыче полезных ископаемых более приемлемой, но у него были другие планы. "Вот эта работа". Он указал на предложение. "Потрошить рыбу на фабрике. Думаю, я бы хотел этим заниматься".

Конечно, ему потребуется сто семьдесят лет, чтобы выплатить долг за счет этой работы, но это не страшно. В любом случае это давало ему достаточно времени, чтобы разработать и реализовать правильный план. Кроме того, он был практически бессмертен. Что такое сто семьдесят лет для человека, который никогда не умрет от старости?

Глаз мужчины при этом едва заметно дернулся, и он вдруг погрузился в глубокую задумчивость. "Вообще-то, - сказал Стивен, - я только что кое-что понял".

Он почувствовал щекотку в затылке и сильное желание врезать этому человеку по носу, так как у него возникло стойкое предчувствие того, что он сейчас услышит.

"Большинство, нет, все эти фабрики проведут общий тест на здоровье, прежде чем допустят вас к работе". Затем, взглянув на свои многочисленные шрамы и отсутствующий палец, он добавил: "Не обижайтесь, но, по-моему, у вас нет никаких шансов их пройти".

Я мог бы пройти их с блеском, если бы провел несколько дней в лесу, думал Фредди, но он вынужден был держать это в тайне.

Скорее всего, в клане Крэйвен не до конца понимали, как работает его талант. Это предположение он основывал на том, что они еще не превратили его в ферму живых органов.

Поэтому с ноткой горечи он был вынужден проглотить свои слова и спросить, уже зная ответ на свой вопрос: "Если это так, не могли бы вы просто показать мне все вакансии, на которые я претендую?"

И, как и ожидалось, мужчина лишь отложил в сторону экспедицию по добыче полезных ископаемых.

Однако он еще не закончил издеваться. "И в этой экспедиции не будет никаких общих требований к здоровью?"

Мужчина рассмеялся. "Как бы жестоко это ни звучало, но нет. Нет. Но!" - сказал он, переходя к тому, что, скорее всего, окажется ерундовым оправданием. "Таким людям, как вы, нужен какой-то способ вернуть долги, и это может оказаться лучшим вариантом".

Блядь, как же так! Он мысленно похвалил себя.

"Хорошо, - сказал он, все еще не закончив раздражать мистера Уайта. "Я бы хотел провести все медицинские осмотры на всех фабриках".

Мужчина вздрогнул. "Сожалею, сэр, но это невозможно".

"Почему бы и нет?" - спросил он с лукавой ухмылкой.

"Ну... вы можете зарегистрироваться только на одну должность, и если вы не пройдете их тест, то останетесь без работы".

"Итак... что произойдет, если я останусь "без работы"?"

Мужчина нахмурился. "Это не мне решать. Но если учесть, что это предложение связано с тем, что клан привел в порядок свои дела, готовясь к переносу штаб-квартиры... это будет их решение".

Он ухмыльнулся. "Так и надо было сказать с самого начала, придурок", - передразнил он, вставая, надевая кандалы на руки и выходя за дверь.

В маленькой, едва ли в человеческий рост, коробке Фредди лежал, испытывая дискомфорт.

Учитывая, что вход в Фаралетал представлял собой обнаруженный им проход размером примерно с двойную дверь, было очевидно, что он будет постоянно занят входящими и выходящими архами. Естественно, это означало, что протащить через него более пятисот заключенных будет нелегким испытанием - если, конечно, они не будут перевозить их вот так.

К счастью, он был один в своем контейнере, и его снабдили щедрым запасом воды и закусок.

Большую часть своего путешествия он провел в Незере. Это не только избавляло его от постоянной турбулентности, но и позволяло собирать все, что душе угодно.

Момент, когда они вошли в проход, было легко засечь по времени, судя по густоте виспов, которые вонзались в его коробку. Он недолго размышлял, каким образом эти виспы попали внутрь, когда он находился в движущемся объекте, который, по идее, даже не должен был быть активно виден в Незере, что еще раз напомнило ему о концептуальной природе базового слоя реальности и его упрямом отказе следовать последовательным правилам.

По мере того как путешествие продолжалось, его мысли все чаще возвращались к одной теме - прибытию Кровопролития. Судя по тому, что он обнаружил, прошло более полугода с тех пор, как он заключил сделку со скелетом.

После нескольких часов полета, который казался довольно неспокойным, они достигли места назначения. Крышка его ящика открылась, и ему разрешили выйти. Как только он это сделал, у него перехватило дыхание.

Небо, на котором не было солнца, но все равно светил яркий полдень, горизонт, уходящий во все стороны гораздо дальше, чем можно было предположить, и масштаб, затрудняющий дыхание. В данный момент они находились у подножия огромной горы, одной из многих в ряду шипастых темно-серых каменных масс, которые простирались так далеко в небо, что их вершины исчезали, превращаясь в неясные голубые очертания, и, возможно, простирались даже дальше.

На первый взгляд окружающая их растительность казалась обычной, но каждое растение так или иначе напоминало экзотическое, а воздух пах так, как он никогда не пах.

Почва под ногами была жесткой, и куда бы он ни посмотрел, его внимание переходило от одного безумного зрелища к другому; часто вдали появлялось летающее чудовище и исчезало слишком быстро, чтобы он мог разглядеть, что это было.

Слева от гор располагалось скопление плавучих островов, дальше в том же направлении - лес из гигантских свернувшихся деревьев, за ним - огромная пустыня, и, наконец, справа от гор - огромные, казалось, бесконечные золотые поля.

По краям горизонта виднелись многочисленные интересные строения, но не успел он обратить на них внимание, как человек, открывший его ящик, толкнул его к зияющему входу в заросшую пещеру.

Фредди не знал, удастся ли ему выжить в этой "горной экспедиции", но одно он знал точно.

За ублюдков, которые недооценили его, за тех, кто мучил его, за гнилой мир, который предавал его снова и снова, снова и снова, снова и снова...

Ему действительно нужно было вернуть долг.

Поэтому, чего бы это ни стоило, каким бы гнилым ему пришлось бы стать...

Он готов на все, лишь бы выбраться живым.

----------

Неизбежность

Как только большая толпа пленников и сопровождающие их стражники вошли в пещеру, казалось, будто они попали в совершенно другой мир.

Воздух вокруг Фредди стал иным; пол под его ногами был холоднее, мягче и покрыт дикой растительностью.

У входа пещера была огромной, переходящей в гигантский открытый грот, с грибными и кустарниковыми зарослями по стенам и полу, а сверху свисали массивные лозы. Всё выглядело блестящим и скользким, а звуки шагов бесконечно разносились эхом.

Необычный запах напомнил ему задний двор склада, где он раньше работал: там гнили старые коробки, а стены были покрыты плесенью, но с явным болотным оттенком, напоминавшим о небольшом заболоченном участке, рядом с которым он тренировался.

На это предприятие решились несколько сотен человек — по крайней мере, те, кто имел выбор, если он у кого-то вообще был. Все здесь, похоже, были мужчинами. Женщин, вероятно, отправили в другой лагерь.

Несмотря на обширность пещеры, здесь по-прежнему была значительная толпа.

Пленников вели по тропе, проложенной через заросли, и, в конце концов, они добрались до дальней части грота. Большие кристаллы в ржавых металлических оправах составляли фонари, висящие на стенах и освещавшие их путь вперёд, и по мере того, как пещера заканчивалась, свет вел их к узкому проходу, уходившему глубже под землю.

Часть стены справа от входа была закрыта металлическим барьером. Скорее всего, за ним находился проход.

У каждого пограничного мира было минимум два прохода, в зависимости от размеров и формы измерения.

Существовали пограничные миры класса А — размером от комнаты до большого здания, пограничные миры класса B, которые обычно были размером с биом, и пограничные миры класса C, представляющие собой огромные, обширные среды.

Мир, в котором они находились, был C-000421, или, точнее, Фаралетал, как его назвали. Хотя он классифицировался как мир класса C, его можно было бы отнести к совершенно другой категории, учитывая, что, по-видимому, он содержал целую сферическую планету, намного превышающую по размерам Новую Землю.

Попадая в пограничный мир, можно было пройти через другой проход, ведущий в совершенно иное пространство. Чем дальше удавалось продвинуться, или, скорее, чем больше "шагов" человек делал, тем экспоненциально возрастало число возможных миров, которые он мог достичь. Квазичетырехмерное пространство с почти бесконечным количеством миров называлось меж пространством.

Вдруг стало понятно, почему он все еще жив. Это место представляло собой практически тюрьму без возможности побега. Даже если бы ему удалось сбежать из лагеря, он оказался бы совершенно потерян и во власти множества монстров, которые быстро свели бы его к роли лёгкой добычи.

Это осознание заставило его стиснуть зубы. Выживание здесь оказалось намного сложнее, чем он предполагал. Стоя на месте, он даже не имел ни единого плана.

Заключенных выстроили в линию и велели идти по узкой тропе по одному. Пришлось ждать некоторое время, но вскоре он вошел в узкий коридор, вырубленный в камне. Пространства хватало, чтобы идти, держа голову высоко, но некоторым высоким пленникам впереди приходилось слегка нагибаться.

Эта тропа выглядела рукотворной: представляла собой круглую трубку, плавно спиралевидно уходившую под землю. Пол был вырезан в виде грубых, скользких ступеней. На стенах собрались мох и плесень, и болотный запах усиливался по мере того, как он углублялся в тесный коридор.

Он, как и все остальные пленники, был абсолютно босым. Многие из тех, кто шел впереди и сзади, замедляли шаг, так как их ноги были слишком мягкими, чтобы выдержать время от времени острый и всегда скользкий пол коридора в пещере.

У него не было таких проблем. Ноги у него были твердые, как дубленая кожа, а способность переносить боль позволяла бы ему идти дальше, даже если бы это было не так.

Запах не был невыносимым, но дышать становилось всё труднее по мере углубления. Он чувствовал, как горло сжималось и болело всё больше, будь то из-за аллергии или раздражающих свойств чего-то, что он вдыхал. Вскоре тесный туннель наполнился звуками людей, тяжело хватавших воздух; некоторые, казалось, уже были на грани панической атаки.

Вдруг вокруг них раздался мужской голос: "Не волнуйтесь из-за воздуха! Со временем привыкнете".

Прекрасно.

Голос был не только оглушительно громким, но и всё вокруг звучало так же. Закругленная, трубчатая форма туннеля создавала постоянное эхо, и ему казалось, будто вся экспедиция шла прямо над его головой, оставляя за собой бесконечный топот ног.

Время от времени кто-то из людей впереди или позади начинал кашлять или вскрикивать, и каждый раз это звучало так, будто они делали это прямо за его спиной. Отсутствие одного уха только усложняло ситуацию, так как он не мог понять, откуда доносились звуки. Это сильно дезориентировало.

У него всё ещё оставался канал, ведущий к барабанной перепонке, и он мог слышать, но из-за приглушенного звука в поврежденном ухе ситуация казалась ещё хуже.

Наконец, они добрались до другой естественной пещеры, ещё более заросшей, но заметно менее зелёной. Болотно-синий и грязно-коричневый были основными цветами растительности в этой пещере, хотя некоторые виды по-прежнему упрямо сохраняли оттенки липко-зеленого.

Их путь через естественную пещеру был коротким, и вскоре они снова пошли по искусственному туннелю.

Разница в том, как звуки распространялись в открытых гротах и в туннелях, была поразительной. В заросших залах эхо не было, так как растительность поглощала большую часть звука, давая ему редкие моменты тишины.

Их путь продолжался часами, всё глубже и глубже. Люди постоянно жаловались на головные боли, но у него таких проблем не было. Да, воздух вонял, было жутко холодно, и у него заложило уши от перепада давления, но в остальном он был в порядке.

Возможно, это было благодаря Сотне Мокрых Адов, которая сделала его тело довольно устойчивым. Единственное, что доставляло дискомфорт — холод, но он мог с ним справиться.

В конце концов, они вышли из туннеля, закрытого металлическими воротами, и, сделав несколько шагов, он понял, что они, наконец, достигли своего лагеря.

Грот, который, вероятно, служил их базой, был достаточно просторным. Он всё ещё был заросшим, но гораздо менее дико, чем те подземные пространства, через которые они проходили.

Большая часть растительности здесь была зелёной и лиственной, и среди высоких, тяжёлых тканевых палаток, расставленных по большей части пещеры, были проложены аккуратные дорожки.

Повсюду сновали рабочие, перетаскивая шахтёрское оборудование и большие мешки или тележки с добычей. Судя по их уставшему виду, они тоже вряд ли были добровольцами. Новоприбывшие были все начисто бритыми и без волос, но у многих из уже работавших здесь волосы успели снова отрасти.

Их группа прошла через лабиринт палаток и добралась до большой площадки, где им велели сесть организованными рядами и ждать начала лекции. Фредди не удержался и глубоко вздохнул, как только заметил того, кто должен был её провести.

Стивен Уайт, скользкий посредник, действующий как "менеджер по погашению долгов" клана Крэйвен, вышел на сколоченную, видавшую виды деревянную платформу перед большой толпой и вытащил маленький микрофон. Почти удивительно, насколько он его ненавидел после всего одной встречи. Настоящий чемпион наглости и подлости.

Неудивительно, что у этого человека был особый интерес к тому, чтобы привлекать сюда людей. Он будет тем, кто наживётся на их труде.

"Приветствую вас, джентльмены!" — сказал он, его радостный голос эхом разлетелся вокруг. "И добро пожаловать в Лагерь Фиолет!"

"Звучит очень привлекательно", — саркастично подумал Фредди, усмехнувшись и покачав головой.

"Я уже встретился со всеми вами лично и надеюсь, что у нас получится наладить рабочие отношения! А теперь!" — сказал он, почесав бороду и сделав несколько шагов по платформе. "Я расскажу вам о вашей роли здесь! Не переживайте, если что-то забудете — в конце вам выдадут справочник, где будет вся эта информация и даже больше.

"Для начала я хотел бы от всего сердца вас поприветствовать, установить некоторые правила и дать вам пару советов", — сказал он, на мгновение остановившись и окинув взглядом толпу. "Самое главное — будьте вежливы. Не вступайте в конфликты с вашими коллегами! В лучшем случае вас ждет дисциплинарное взыскание; в худшем — денежный штраф; в самом худшем — исключение из экспедиции".

В зале воцарилась мёртвая тишина. Все прекрасно понимали, что это означало.

"Теперь!" — сказал он, обернувшись. "Мы понимаем, что вы все архилюди. Мы знаем, что многие из вас — воины и что, как таковые, вы цените свою гордость и считаете, что поединки являются важной частью вашей жизни.

"Итак, если у вас возникнет конфликт, который вы посчитаете возможным решить только через сражение, вы можете провести санкционированный поединок. Для этого есть арена в одном из заброшенных жёлтых участков. Помните, что мы всегда следим за этим, так что не перестарайтесь. Имейте в виду, что оба участника должны дать своё согласие. Но прежде чем дойдет до этого, я хочу сразу кое-что пояснить".

"Вы не можете и не имеете права заявлять права на какую-либо территорию. Вам не полагаются ресурсы, если вы не добыли их самостоятельно и не вернулись с ними обратно". Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть важность сказанного, и оглядел зал. "Любой конфликт, начавшийся из-за территориальных споров, всегда будет приводить к немедленному исключению из экспедиции".

"Теперь, когда это разъяснено, запомните еще одну важную вещь. Вы быстро поймете, что здесь нет “заборов”, удерживающих вас. Во время работы не будет ни охраны, ни надсмотрщиков, и некоторые могут рассматривать это как возможность сбежать через пещеры, позабыв о своих моральных и юридических обязанностях".

"Если вы сделаете это, вы умрете", — сказал он, снова делая паузу, чтобы дать этим словам осесть в сознании слушателей. "На уже исследованных участках находятся наемники, и мы можем с относительной уверенностью сказать, что вам не грозит опасность, если вы остаетесь на освещенных и размеченных участках пещер. Но за пределами наших границ скрываются ужасные создания, которые могут представлять опасность даже для трех- и четырехзвёздных воинов. Выйти на них — это самоубийство".

"Существует множество правил, все из которых вы найдете в справочнике, поэтому я не буду разбирать каждое из них. Но есть еще кое-что, что вам следует знать. Вам будет установлен ежедневный план по добыче. Два дня из семи вы сможете отдыхать, и вам разрешено не выполнять план трижды в месяц или больше, если у вас есть веская причина, такая как серьезная травма или болезнь".

"А ваш дневной план составляет 3,500 долларов".

Это вызвало вздохи и возмущенные крики в толпе, но он быстро жестом заставил всех замолчать. "Я понимаю, что это звучит абсурдно. И, если честно, так оно и есть. Но именно поэтому все могущественные фракции Новой Земли делают всё возможное, чтобы поскорее закрепиться на Фаралетале. Вы скоро поймете, что это не такой уж строгий план. На самом деле, работники, которые уже здесь обосновались, в среднем выполняют его примерно за три часа работы в день".

Эти слова вызвали новый взрыв взволнованных возгласов, на этот раз совсем другого характера.

"Да, мои хорошие люди", — сказал он, разведя руки. "Человечество вступает в эру процветания и богатства, каких оно еще не знало. А вы! Вы находитесь на передовой".

Фредди закатил глаза с раздражением.

Мужчина продолжил: "Есть еще много правил и положений, о которых стоит упомянуть, но это я оставлю вам. Обязательно читайте справочник, чтобы не попасть в неприятности. А теперь, думаю, пришло время передать слово моему хорошему другу Киллиану".

Следующим вышел мужчина с длинными волосами и небрежной бородой, худощавый, но мускулистый. Первой темой, которую он затронул, было оборудование, которое им предоставят, и основные инструкции по его использованию. Примеры каждого из инструментов отображались на огромной голографической проекции рядом с ним.

Всем им выдадут стандартное горное оборудование: кирку, молоток и зубило, кувалду и клин, защитное снаряжение, облегчающий вес рюкзак, складное колесо для тележки, а также набор режущих инструментов и различные вспомогательные приспособления в зависимости от личных предпочтений и склонностей.

Затем он перешел к основам их работы. Их целью было прежде всего добыча руды. Сначала он объяснил, какие ресурсы можно обнаружить здесь, включая привычные медь, железо, золото, серебро, платину и так далее, описав, как выглядят соответствующие руды и жилы, и как их можно найти.

После этого он рассказал о рудах, уникальных для этой планеты. Их было много, и снова пленникам было велено обращаться к справочнику. Он показал кристаллы, драгоценные камни, металлы и другие экзотические материалы, которые можно было обнаружить здесь.

Некоторые из них были настолько ценными, что даже кусочек размером с ноготь мог многократно покрыть дневной план. Самым дорогим среди них был белый кристалл под названием "ценекит", который стоил более 100,000 долларов за грамм — колоссальная сумма.

Некоторые из этих материалов, включая ценекит, требовали особой осторожности при добыче, транспортировке и хранении, поэтому всем было настоятельно рекомендовано внимательно изучить справочник перед тем, как взаимодействовать с чем-то незнакомым.

После того как мужчина закончил описывать, что от них требовалось, он вкратце рассказал обо всех второстепенных способах заработка. Трупы некоторых монстров можно было продать за определённую сумму, хотя активная охота на них всячески не приветствовалась. Можно было ловить и собирать различные растения, жуков, грибы, мелких животных и многое другое, а также иногда проводились бесплатные лекции, объясняющие, как наиболее эффективно охотиться на эти виды и заниматься собирательством.

Кроме того, время от времени на доске в центре лагеря появлялись объявления о вакансиях, обычно с приличными ставками, а те, кто считал, что их специфические таланты или способности могли бы быть полезны иначе, могли подать заявку на выполнение специализированных заданий или ролей.

Затем мужчина кратко описал наиболее распространённые опасности, встречающиеся в пещерах. Конечно, самыми очевидными угрозами были монстры, но это далеко не все угрозы, с которыми им предстояло столкнуться.

Ядовитые насекомые, ядовитые грибы, неустойчивая почва, шаткие конструкции, живые растения, которые могли нападать или устраивать ловушки, и, по-видимому, даже духи — существа, которые могли временно воплотиться в физическую форму и напасть на них.

Духи представляли собой персонифицированную эфирную конструкцию, которая была на порядок сильнее остаточных проявлений.

Духи могли легко представлять угрозу двух- или трёхзвёздочного ранга и появляться из ниоткуда, становясь одной из самых непредсказуемых опасностей в пещерах, но это было обычным явлением во всём пространстве.

К счастью, их появление было редкостью, и, как правило, они не вступали в бой, если их не провоцировать. А даже если вступали, их физическая форма могла существовать лишь ограниченное время.

И, наконец, то, чего никто не хотел слышать, — была вероятность, что появится эйдолон.

Эйдолоны могли поддерживать физическую форму неограниченно долго. По сути, они существовали одновременно и в Нетехе, и в реальности, превосходя барьер между уровнями бытия. В некоторых случаях они представляли угрозу четырёх- или даже пятизвёздочного ранга. Так что, если кто-то наткнётся на эйдолона, который решит напасть, тот человек обречён. И, учитывая, что конструкции, достигшие такого уровня силы, обычно были агрессивными, почти всегда случалось именно так.

Последним обсуждаемым моментом был график работы. Вернее, его отсутствие. В пещерах не было ни дня, ни ночи, так что строгих рабочих или спальных часов не существовало. Однако в лагере всё же были часы, огромные, прикреплённые к потолку сверху, которые отсчитывали время, чтобы все могли знать, когда им нужно выполнить свою квоту.

Им также показали аварийную систему — невероятно раздражающий сигнал тревоги, который срабатывал в чрезвычайной ситуации. При его активации всем рабочим предписывалось либо спрятаться, либо как можно скорее вернуться в лагерь.

Когда вводный инструктаж закончился, всем пленникам вручили справочник и показали их жилые помещения. Каждому выделили небольшую палатку для сна. Нарушение чужого личного пространства считалось серьёзным правонарушением, даже если там почти нечего было взять. Им также показали, где они могут получить еду, и на этом инструктаж завершился.

На следующий день у них должен был начаться первый рабочий день, через двадцать часов. До тех пор они были свободны делать что угодно.

Толпа разошлась, многие — в значительно более приподнятом настроении, чем можно было ожидать от рабов. Но причина была очевидна.

Им была дана степень свободы, которой никто не ожидал бы, работая рабом где-то. Конечно, их жизни были под угрозой, но все знали об этом, когда шли сюда. Он был вынужден сюда прийти, но был уверен, что большинство других имели выбор, когда выбирали, где хотят работать.

Это навело на мысль — а легальна ли эта операция?

Он задумался об этом. Могут ли люди здесь действительно выплатить долг и затем получить свободу? Какая-то часть его категорически отказывалась верить, что это так.

Ему выдали листок с номером, и он направился к палаткам.

Он нашёл палатку с номером 765, написанным над входным клапаном, и вошёл внутрь. В ней можно было стоять в полный рост и спокойно лежать. Краю палатки лежали аккуратно сложенные одеяло и футон, несколько комплектов одежды и кучка предоставленного им оборудования.

В углу стояла небольшая лампа, и, потянув за висящую с неё верёвку, он убедился, что она работает.

В общем и целом, было довольно уютно.

Фредди порылся в снаряжении и нашёл флягу. Затем он вышел и направился к месту в лагере, где раздавали еду.

Средних размеров участок земли был свободен от палаток, но наполнен множеством столов и стульев. Здесь было полно людей, и вид длинной очереди сразу отбил у него аппетит.

Вместо этого он подошёл к одной из многих больших бочек, стоявших неподалёку, открыл кран и наполнил свою флягу водой.

Большинство людей его не замечали в толпе, но те, кто его замечал, тут же отводили взгляды.

Направляясь обратно к своей палатке, он прошёл мимо толпы, случайно подслушав несколько разговоров.

Многие обсуждали свои долги и то, как скоро, по их мнению, смогут их выплатить. Он даже услышал, как один мужчина интересовался, сможет ли он остаться здесь работать бесконечно, даже после того, как расплатится с долгом.

Всё это оставило у него странное, глубоко неправильное ощущение. Он подслушал только двух человек, упомянувших, сколько они должны, и оба называли ничтожные суммы — менее 200 000 долларов, что было немалой суммой, но блекло по сравнению с тем, что повесили на него.

Вскоре он оставил толпу позади и шёл между палатками. Ему потребовалось несколько минут, чтобы снова отыскать свою палатку, и, когда он наконец её нашёл, он вошёл и лёг, чтобы поспать.

Но сон не приходил.

Он знал прекрасно, в чём дело.

Они всё ещё не знали, где находилось Кровопролитие. Пока не было достаточно веских доказательств, что оно исчезла, они, вероятно, не прекратят поиски. Он мог воссоединиться с Кровопролитием, если Крэйвен её не найдёт. И если Крэйвен её не найдёт, они по-прежнему будут считать, что он знает, где она находится.

И пока у них будет хоть малейшая причина верить, что он знает её местонахождение, они не позволят ему уйти туда, где он мог бы вернуть её себе — или предоставить другой фракции информацию о её местонахождении.

Сердцебиение участилось от этих мыслей.

По словам Стивена, долг в 200 000 долларов можно было выплатить менее чем за три месяца. Так почему же они позволили ему оказаться в месте, где он мог рассказать кому-то, готовящемуся к освобождению, где находится Кровопролитие?

Ответ на этот вопрос, тёмный и удручающий, был прост.

Никто не покинет эту экспедицию живым.

----------

Тот, кто у власти

Как только Фредди понял, что его беспокоило, ему не потребовалось много времени, чтобы с этим смириться. Для него это ничего не меняло, хотя где-то глубоко в подсознании его слегка тошнило от себя за то, что он так легко это принял. Он прекрасно знал, что у него нет ни одной причины заботиться о судьбе остальных, кто был здесь вместе с ним. Ужасные вещи происходили постоянно. Такова уж была жизнь. Единственная судьба, которую он стремился изменить, — его собственная.

Более того, получение хоть какого-то подтверждения своей правоты было для него, будто груз с плеч. Обстоятельства его положения были ясны. Пора было искать выход.

После того как он проспал почти тринадцать часов подряд, Фредди чувствовал себя вполне хорошо. Он уже привык к запаху и холоду, и у него всё ещё оставалось почти шесть часов до начала первого рабочего дня.

Поэтому, как и следовало, он взял руководство и начал читать.

Бегло взглянув на список распространённых руд и сокровищ, он сразу пролистал остальное и перешёл к разделу с правилами. Он не собирался в скором времени погашать долг. Хоть он и хотел выполнить норму как можно быстрее и эффективнее, не погибнуть было важнее.

Правила стали для него приоритетом, затем — угрозы, которые могли поджидать в пещерах.

Читая правила, он развеселился. Прошло немало времени с тех пор, как он делал что-то забавное, так что даже чтение этих дурацких запретов вызвало у него смех.

Не собираться в группы более пяти человек без присутствия персонала, не собираться в группы, не подниматься на высоту, не развивать способности (за исключением производственных целей), не тренироваться, не общаться с людьми по установленным паттернам, не скрывать никакие материалы, полученные от других рабочих, не проповедовать религии, не... и так далее.

Правила явно были направлены на то, чтобы раздавить любые шансы на организованное сопротивление, а одно из них даже прямо указывало, что тот, кто донесёт о подозрительном поведении, получит неплохое вознаграждение.

Несмотря на то что тренировки, сборы и развитие способностей были запрещены, это его не остановило бы, и, к черту, это бы не остановило большинство людей. В правилах даже была предусмотрена очень удобная лазейка для производительности. И, пока никто не увидит, кто бы сказал, что его рост произошёл из-за работы или тренировок?

Что касается собраний, не имело смысла постоянно отслеживать каждого человека, и даже тогда требовалась немалая наблюдательность, чтобы определить, стали ли однозвёздочные хоть немного сильнее. Единственное, что администрация могла надёжно отслеживать, — это поднялся ли кто-то на новый уровень или нет.

Но остальная часть правил существовала не просто так. Они делали доверие практически невозможным.

Остальное свободное время Фредди потратил на изучение угроз и опасностей пещеры. Бессмысленно было знать об источниках руды, если он мог случайно угодить в смертельную ловушку из-за недостатка знаний.

Наконец, раздался звон колокола, вырывая его из сосредоточенности. Это был сигнал начала нового дня. Хотя, строго говоря, он мог начинать работать когда угодно, пока выполнял норму в течение следующих двадцати четырёх часов, он всё же поднялся.

Рядом с его футоном стоял большой ящик. Внутри он обнаружил новый серый рабочий костюм и набор необходимых инструментов.

Он надел одежду — серо-коричневую камуфляжную униформу из плотного, грубого материала, усыпанную множеством карманов и отделений, большие металлические ботинки, шлем, очки и пояс для инструментов.

На поясе он закрепил аптечку, универсальный нож, металлическую дубинку, сумку с облегчением веса и зубило, а к ремню через плечо пристегнул кувалду и кирку.

Были и другие инструменты, которые он мог взять с собой, но большинство из них он хотел попробовать позже или просто не знал, для чего они предназначены.

Не задумываясь, он вышел из палатки и последовал за потоком людей к большому входу в пещеру на другой стороне лагеря.

В первый день в диких пещерах Фредди уверенно прошёл мимо людного участка, где сотрудники экспедиции организовывали рабочий процесс, и направился искать место, где мог бы спокойно работать в одиночестве.

Вся близлежащая территория была заполнена рабочими. Растительности почти не было, а в стенах виднелись тоннели, укрепленные массивными балками, которые, судя по всему, были установлены с помощью манипуляций земной стихией.

Вокруг царил шум и пыль, и хотя архи, владеющие воздухом, пытались удержать её под контролем, у них это плохо получалось из-за архов с земляным или водным сродством, которые, ударяя кирками с такой силой, что каменные осколки летели во все стороны.

Некоторые просто клали руки на стену и, используя либо способность, либо талант, либо чистую силу, заставляли куски стены отламываться и падать вниз.

Архи с земной способностью явно чувствовали себя здесь как дома, а архи с другими способностями вынуждены были проявлять больше изобретательности.

У всех стихий были стандартные атакующие способности, позволяющие усиливать удары, но здесь встречались и более оригинальные применения. Например, женщина с природным сродством использовала корни, чтобы вырывать куски камня, арх с огненным сродством вызывал мини-взрывы в трещинах, а арх со сродством к смерти использовал небольших неживых слуг для работы.

Эти существа были собраны из костей мёртвых монстров; силы у них было немного, но они надёжно помогали переносить тяжёлые грузы.

Хотя вид их вызывал неприятное ощущение.

Звук металла о камень оглушительно раздавался по всей пещере, сопровождаясь полукомандами от организаторов. Хотя на деле это скорее были просьбы, вроде «Пожалуйста, отойдите» или «Не подходите к этому краю, если можно».

Он был абсолютно уверен, что каждого пленного здесь убьют так или иначе.

И это только усиливало ощущение отвратительности подобного "подъёма боевого духа."

Многие рабочие смотрели на него, когда он проходил мимо, и было совершенно очевидно, что его внешний вид вызывал у них дискомфорт. Учитывая, что если он хотел выбраться отсюда, ему нужно было готовиться вдали от чужих глаз, его самого это соседство тоже не радовало.

Наконец, он прошёл мимо основного ядра экспедиции и оказался в менее проработанном районе. Каждый исследованный участок был отмечен различными знаками. Самыми простыми из них были фонари, освещавшие влажные, сверкающие очертания всей системы пещер.

Кроме того, множество знаков указывало на секции, характерные особенности областей, потенциальные опасности, общий уровень угрозы, направления, встречаемые руды, рекомендованные инструменты для определённых мест и так далее.

Навигация по пещерам была сущим кошмаром. Всё было покрыто плотной растительностью, цвет которой менялся от зоны к зоне. Вначале он прошёл через участки, где растения почти полностью вырубили — сам того не заметив. Лишь когда он зашёл в менее исследованную часть пещеры, он понял, как выглядит действительно заросшая пещера.

Дойдя до массивного металлического забора, ограждавшего стену густых зелёных лоз, грибов и мягких белых… деревьев? Огромных грибов? Внутри слышались приглушённые звуки движений, не говоря уже об отсутствии освещения. Только тогда он понял, что в неисследованную зону без мачете и фонаря идти было бы безумием, и, возможно, растения были не единственным, через что придётся пробиваться.

И это было проблемой. Серьёзной проблемой.

Недолго думая, он развернулся и вернулся в уже исследованную зону, чтобы начать добычу полезных ископаемых.

Хотя небольшая вырубка растительности не сказалась бы на его состоянии, чрезмерное использование таланта могло преждевременно раскрыть его истинные возможности. Беспокоиться об этом или нет зависело от реакции руководителей экспедиции.

Они могли бы и не обратить на это внимания. Но могло ли такое действительно произойти?

Нет.

Скорее всего, его бы просто использовали в качестве подопытного для испытаний алхимических снадобий. В лучшем случае. А в худшем — ради какой-то ещё более зловещей цели, о которой ему даже не хватало храбрости подумать.

Но это не значило, что он мог оставаться в том же состоянии. Его тело постепенно разваливалось. Найти способ использовать 1% Вампиризма, не привлекая внимания, было довольно высоким пунктом в его списке приоритетов.

Первое, что ему нужно было сделать, — это найти место, где он мог бы оставаться незамеченным. Чем меньше взаимодействий с другими, тем лучше.

Однако, как он скоро обнаружил, найти уединённое место было непросто. Почти в каждом закоулке пещер находился кто-то, надеясь найти удачное местечко для добычи руды. Полная приватность оказалась проблемой, которую ему придётся решить со временем. На данный момент выбор стоял между людьми и монстрами.

На какое-то время он согласился на редких одиночек, рассеянных по пещерам.

И, к его удивлению, он нашёл место, которое выглядело совершенно заброшенным.

Уровень опасности: низкий.

Рекомендованные инструменты: стандартная кирка, кувалда и клин.

Известные месторождения руды: отсутствуют.

Это был первый раз, когда он столкнулся с местом, где не было ценных месторождений. Даже ему не особо хотелось здесь копать, но он всё-таки решил пройтись по участку и проверить, нет ли скрытых местечек для уединения.

Пещера представляла собой голый камень, без следа растительности.

Но, к своему изумлению, первым, что он нашёл внутри… были люди. По меньшей мере десять мужчин. Причём они не были одной группой, все направлялись в разных направлениях. Один из них, коренастый парень с длинными волосами, проходя мимо него, показался ему побитым, с порезанной губой и синяком под глазом.

"Что за…?" подумал он. Неужели он наткнулся на какое-то место сборов?

Движение людей следовало вполне очевидному маршруту, и ему стало любопытно. Он непринуждённо последовал за несколькими мужчинами, которые, казалось, шли в одном направлении. Вскоре он услышал слабый звук. Глухой и неразборчивый, как будто сливающиеся шёпоты, звон металла и отдалённые стоны, под которыми чувствовался непрерывный гул… ветра?

Постепенно звуки становились чётче. Это были крики. Мужчины, наконец, подошли к узкому повороту, за которым открылась большая, просторная комната.

"Да бей же его!"

"Ты чё, дебил? Ногу не хватай!"

"Хахаха, вот это ему будет больно!"

В центре помещения стояли двое огромных мужчин, одетые только в боксёрские трусы, окружённые толпой болельщиков, сидевших на импровизированных трибунах. Бой между ними явно не был утончённым поединком боевых искусств, но видно было, что ни один из них не был новичком.

"Ах, так вот где проходят санкционированные бои…" понял он.

Вместо того чтобы оставаться, он решил развернуться и уйти, но прежде чем успел сделать это, несколько мужчин быстро подошли к нему, окружив и загнав в угол.

"О, началось," подумал он.

"Кто у нас тут?" — произнёс один из них, тощий и грязный.

"Новичок, смотрю?" — сказал бородатый мужчина слева, подмечая его внешний вид, который был типичен для новоприбывших. У всех, кто находился здесь давно, волосы уже отросли, что делало новичков легко узнаваемыми. "Думаю, ты уже понял, что здесь к чему."

Фредди ухмыльнулся, и два человека перед ним поморщились, заметив ужасное состояние его зубов. Один из них даже прикрыл нос рукой, пытаясь, судя по всему, избавиться от запаха.

"Ты что, уголь на завтрак ешь, поганый ты урод?" — спросил тощий, но бородатый положил ему руку на плечо, останавливая.

"Слушай," — обратился он к Фредди. — "В этом месте есть… традиция. Мне объяснять дальше?"

Как бы в подтверждение его слов, один из бойцов нанёс удар другому по печени, и тот упал на землю. Волна одобрительных и возмущённых выкриков пронеслась по толпе, и Фредди заметил, как люди передавали друг другу мешочки, вероятно, со ставками.

Пара мужчин выбежала на арену и начала исцелять обоих бойцов. Особых навыков это не требовало, хотя сквозь слой крови трудно было разглядеть, что они делали, но стоящий на ногах явно почувствовал облегчение.

"Ну ладно," — сказал Фредди с самым радушным тоном, на который был способен. — "Веселитесь, парни. А я пойду, у меня дела."

"Погоди-ка," — мужчина схватил его за плечо. — "Мне кажется, ты не до конца понял меня."

Остальные подошли ближе, и он почувствовал, что догадывается, к чему это ведёт. Их было слишком много, чтобы сопротивляться, и сопротивление было бы бессмысленным, так что он решил ускорить неизбежное, чтобы не тратить зря своё время.

Бородатый мужчина явно собирался что-то сказать, но он его перебил: "С кем мне предстоит драться?" – спросил он.

Лицо мужчины слегка изменилось, и он ухмыльнулся: "Узнаешь, когда выйдешь на ринг".

Фредди кивнул и ждал, пока мужчина побежал к нескольким людям, указал на него и поманил его рукой. После короткого разговора с теми, кто, по всей видимости, был организаторами, ему велели подождать несколько минут, пока найдут противника.

"Помни", – сказал ему один из ринг-лидеров, – "никаких смертельных приёмов, минимум внешних способностей и не целиться в яйца".

Без смертельных приёмов, да? – подумал он с иронией. Что за глупость.

Он отложил свое снаряжение и снял защитные очки, готовясь к бою. Никто ещё не дрался, поэтому большинство людей смотрели на него и на другого организатора, который бегал, ища противника.

Он почувствовал, как его тело охватило волнение, пока он ждал, сидя в углу арены. Было трудно понять, что он чувствует. Это было просто волнение? Возможно, страх. Пока он пытался разобраться в своих чувствах, его противник уже шагнул на ринг.

Он поднялся, сделал несколько шагов вперёд и вышел на гладкий каменный пол арены —

"Стой!" – кто-то крикнул сзади. "Форма, парень! Сними её!"

Без лишних слов он кивнул и послушно снял форму. Когда он расстегнул и постепенно снял серый костюм… гул толпы стал тише, и, когда он закончил раздеваться, в зале повисла мёртвая тишина.

Отсутствующие пальцы, шрамы, ожоги и другие отметины на его коже были ужасны. Казалось, что его пропустили через гигантский блендер, затем в печь, а потом ударили молнией. Каждый дюйм его тела был покрыт следами, и вдобавок ко всему он был довольно худощав.

Долгие дни заточения стоили ему большей части мышечной массы, и даже сейчас он чувствовал скованность. Но, несмотря на всё это, он стоял прямо, как стрела, и двигался с абсолютной уверенностью.

Он не был уверен, что выиграет, но и терять ему было особо нечего. "Сотня Мокрых Адов" на пике первого уровня практически исключали возможность его смерти от одного удара другого обладателя одной звезды.

А травмы он переносил неплохо.

"Эй!" – кто-то крикнул позади, и он почувствовал, как кто-то хватает его за руку. "Стой! Ты... Ты точно уверен, что сможешь драться?" – спросил человек, с отвращением глядя на его изувеченную кожу.

"Всё нормально", – сказал он, резко выдернув руку с большей силой, чем этот человек ожидал.

Последнее, чего он хотел, – чтобы его считали слабым. Слабые – это добыча. Он больше не собирался быть на милости других.

Его противником оказался лысый мужчина примерно такого же роста, но с чуть большим количеством мускулов и заметно полнее. Ещё один обладатель одной звезды, как и он сам, и как и ожидалось.

Его глаза были зелёными, лицо чистое, и на его теле было достаточно боевых шрамов. Тем не менее, в его взгляде читалась неуверенность, когда он всматривался в Фредди, несмотря на явную попытку казаться уверенным.

Тело Фредди стало результатом пыток. Многочисленных пыток. И любой здравомыслящий человек задавался бы вопросом: какой же сумасшедший может стоять так гордо, несмотря на свои травмы, независимо от того, как они были получены.

Подойдя прямо к мужчине, Фредди стоял, спокойно разглядывая противника. Его защита была открыта, и он просто стоял, ожидая начала боя.

Человек, который должен был судить бой, бросил взгляд на кого-то рядом с ним, и, получив утвердительный кивок, наконец взмахнул рукой.

"Начали!"

Лысый противник ринулся вперёд, пытаясь воспользоваться полной беззащитностью своего противника. Его движение было необычно плавным и быстрым, вероятно, благодаря какой-то его способности.

Его кулак угодил прямо в центр торса Фредди, который ощутил, будто камень врезался ему в живот. Мужчина использовал "Тектонический Удар", и его камнеобразная кожа явно была результатом долгих тренировок. Но и помимо этого, удар был исполнен мастерски.

Но Фредди не сдвинулся ни на дюйм.

"Струящийся удар" можно было использовать по-разному, но суть заключалась в том, чтобы направлять воду внутри тела в определённое место. Как раз в момент, когда удар должен был достичь цели, Фредди использовал "Струящийся удар", чтобы сосредоточить плотную, тяжёлую воду в середине торса, компенсируя импульс.

Эхо от удара разнеслось по его телу, и, несмотря на внутреннюю прочность, он почувствовал боль. Но он проигнорировал это. Шок от того, что его удар оказался бесполезным, кратковременно обнажил противника, и Фредди рванул, чтобы схватить его запястье.

Всё это время в заточении он едва мог двигаться. Но одно движение ему удавалось, и часто оно происходило непроизвольно, когда он пытался справиться с болью от "Сотни Мокрых Адов" — сжимать кулаки.

Сильная хватка его левой руки была как железные тиски, даже с отсутствующим безымянным пальцем, и мужчина застрял, не в силах освободить руку, теперь явственно испуганный тем, где оказался.

Наконец, это начало складываться. Под всем тем стыдом и паникой, которые он испытывал, когда убил того человека в переулке…

Он оттянул кулак назад. "Струящийся удар" направил его руку в мощный боковой, и когда Фредди увидел, как удар достигает подбородка противника, он почувствовал это. Вот оно. Азарт решающего удара. Удовольствие от того, как жизненная сила проникает в его тело.

Всю свою жизнь он был пылинкой. Жалким существом, которое хищники могли топтать и играть с ним.

Когда его противник рухнул на землю, потеряв сознание от удара, а толпа застыла в абсолютном шоке, он понял, что именно испытывает.

Освежающий прилив от того, что теперь он — сильный.

----------

Шаг в бесконечность

После этого боя никто не встал на его пути, когда он снова направился в пещеры. Толпа дико орала, и он слышал, как эти звуки постепенно затихали, когда он покидал это место.

Удар послал по его телу заметный импульс исцеления, но не очень сильный. В конце концов, это был всего лишь 1% Вампиризма, и огромного количества исцеления, необходимого для того, чтобы помочь ему оправиться от многочисленных шрамов и постоянных травм, не хватит на один удар.

Однако он совсем забыл, как хорошо использовать свой талант. Поэтому он вышел из импровизированной арены, чувствуя себя бодрым и отдохнувшим. Но ему определенно было не по себе.

Честно говоря, если бы ему снова пришлось сражаться с тем же человеком, он не был уверен, что сможет победить, по крайней мере, так легко. Подобная ловушка не сработает дважды, и в тот момент, когда кто-нибудь поймет, насколько он плох в реальном бою, никто не позволит себе поддаться на такую уловку.

Но...

"Пффф!" - фыркнул он, пройдя немного в сторону от толпы. "Хахахахахахаха! Выражение его лица! Ха! Черт возьми, он такой: 'О, черт, этот человек меня убьет, да?'. Хахахахахах!"

Его смех раздавался вокруг, хотя желудок уже сводило. Несмотря на то, что его трюк с "Струящимся ударом" сработал, в ближайшее время он не станет основой его боевого стиля. Внутренние органы были словно раздроблены, и не похоже, чтобы они успели зажить.

Несмотря на то, что сила удара была такой, словно внутри него прогремел взрыв, повреждения оказались на удивление незначительными. "Сотня Мокрых Адов" соответствовала своей репутации.

"А теперь пойдемте делать настоящую работу".

Немного осмотревшись, он выбрал относительно уединенное место. Изредка мимо проходили рабочие, но это было достаточно далеко, по крайней мере, чтобы никто не работал рядом с ним. Слишком далеко - и он попадал бы в опасные зоны, где риск появления монстра был слишком велик, чтобы относиться к нему легкомысленно.

Он выбрал участок стены, к которому уже приступил другой рабочий. Нарост был содран, и участок стены размером примерно два на два метра был явно обработан, но снят был только поверхностный слой.

Положив свое снаряжение на пол рядом с собой, он взял кирку и поднял ее. По его рукам пробежал "Струящийся удар", и инструмент опустился со всей силой, на которую был способен, но неловко отскочил от неровной поверхности и вывернулся из руки, потянув за собой одну из мышц предплечья.

"Ой, что за..."

Неужели эта стена была настолько прочной?

Шум от удара был оглушительным, и он до сих пор слышал его отголоски в пещере.

Подняв свой инструмент с земли, он начал снова; на этот раз он замахнулся, не используя Струящийся удар. Это было чертовски сложно. Отсутствующий безымянный палец на левой руке мешал держать рукоятку, а если кирка приземлялась под неправильным углом, она могла просто вывернуться или отрикошетить. Удивительно, но даже то, что у него не хватало пальцев на ногах, было помехой. Он старался правильно направлять свою силу, так как занять правильную позицию было непросто.

Однако с некоторой практикой у него начало получаться. Каждый последующий взмах приземлялся все точнее, и вскоре он уже передавал силу на стену, а не на руки. Каждый удар приземлялся с металлическим лязгом, и от него летели искры. Но он почти не продвинулся вперед.

Стена была твердой, и он начал подозревать, что это место было заброшено не просто так. Несколько осколков породы откололись, и, насколько он мог судить, ничто в них не указывало на то, что это руда.

Крошечный осколок камня откололся и ударил его в незащищенное горло. Кровь не пошла, но он несколько испугался.

Учитывая медленный прогресс, он начал подозревать, что все делает неправильно. Вытащив руководство из ремешка на поясе, он перешел к разделу инструментов, который при первом прочтении полностью пропустил.

"Ааа, хорошо", - пробормотал он, осознавая.

Очевидно, бить киркой прямо в центр такой твердой породы, как эта, было не лучшей идеей, если за этим не стояла значительная сила. Задача состояла в том, чтобы наносить удары там, где структурная целостность камня была слабее всего - по швам, изгибам, изломам и местам, где камень выступал. Или так, или просто найти более мягкий материал.

Беглый взгляд на почти гладкую каменную поверхность не обнаружил никаких недостатков. Может, он действительно выбрал не то место? Он видел, как это делали другие рабочие, и, хотя для этого требовалась определенная сила, нередко случалось, что отваливались большие куски камня.

Лень было читать обильный текст в руководстве, и он решил попробовать что-нибудь сделать. Отложив кирку в сторону, он взял в руки кувалду.

В его руках вновь заструился "Струящийся удар", и под тяжестью кувалды, его плотного тела и импульса способности инструмент приземлился с гулким стуком, мгновенно отколов большой кусок стены. Хотя казалось, что обрушилась вся каменная поверхность, это был относительно тонкий слой. Тем не менее, это был прогресс, и с его удалением он начал замечать некоторые из тех слабых мест, о которых говорилось в книге.

Взяв кирку и отбив несколько щепок, он обнаружил большую трещину, идеально подходящую для принесенного им клина. Это был небольшой треугольный кусок металла, предназначенный для того, чтобы вставлять его в трещины и бить по ним кувалдой. Его предназначение заключалось в том, чтобы раскалывать большие куски камня.

Поэтому он быстро вставил клин в трещину и замахнулся кувалдой. Он совершенно не попал по клину, и кувалда соскользнула по скале, пролетев чуть правее его ноги.

Он застыл на месте, прекрасно понимая, что только что чуть не раздробил голень на миллион кусочков. Снова подняв инструмент, он повторил движение, на этот раз чуть медленнее, и сумел попасть в клин. Так он делал несколько раз, пока, наконец, почувствовав себя достаточно уверенно, не использовал "Струящийся удар".

К его собственному удивлению, он приземлился прямо на маленький кусочек металла, но камень не откололся. На самом деле большая часть силы передалась обратно в его руки, и он почувствовал, как его кости напряглись до предела.

Проклиная и ругаясь в ожидании, пока к рукам вернется чувствительность, он повторил это чертово движение, и ему пришлось замахнуться семь раз, пока, наконец, от стены не откололся массивный валун, едва не отдавив ему ногу при падении.

Едва избежав столкновения с кувыркающимся куском скалы, он подумал, что, возможно, рабочие не должны иметь столько свободы, сколько они имеют.

Фредди проклял свое решение не брать с собой складную тележку только потому, что она показалась ему неудобной. Уменьшающая вес часть сумки ни в коем случае не избавляла от лишнего веса. Помещенное внутрь дерьмо все еще оставалось тяжелым, может быть, процентов на семьдесят меньше, но это было не так много, как казалось, когда пара крупных кусков руды уже стала тяжелее его самого, даже после уменьшения. Он понял, что для того, чтобы выполнить свою норму, потребуется несколько поездок туда и обратно.

Так он думал.

Вернувшись в лагерь, он положил сумку на прилавок, где ее схватил крепкий мужчина и высыпал на пол за его спиной. Он подобрал один за другим осколки и, даже не глядя, бросил их в одну из корзин за спиной.

Закончив считать руды, он повернулся к нему и сказал: "Хм, 4 200. Имя?"

Он уставился на мужчину, совершенно ошеломленный. Взглянув на часы над собой, он понял, что с начала дня прошло всего около семи часов. И эта сумка была лишь малой частью той работы, которую он действительно проделал. Он подобрал несколько интересных кусков породы, даже не зная, что это такое, и, похоже, сорвал джек-пот.

"Фредди Штерн", - ответил он.

Мужчина что-то записал и оттолкнул его.

Ну что ж. У него оставалась большая часть дня, и он мог делать все, что захочет. Он покинул строй, неся свое снаряжение в палатку.

Все это ставило его в тупик. Но, возможно, в этом и был смысл. Возможно, эта экспедиция была призвана обезоружить рабочих и дать им ощущение безопасности, свободы и легкости, чтобы они не бунтовали и не протестовали.

Таким образом, им требуется меньше персонала, чтобы держать их под контролем. Или, может быть, они делают это таким образом, чтобы поощрить людей добровольно остаться даже после того, как их долги будут погашены?

Что-то во всей этой истории продолжало грызть его. Так или иначе, его цели не изменились. У него по-прежнему был план.

Оставив в палатке практически все свое снаряжение, оставив только форму и ботинки, взяв лишь дубинку и кинжал для самообороны, он быстро вернулся в пещеры. А затем начал их исследовать.

Ближайшие окрестности, обозначенные как зеленая зона, по большей части были такими же. Чистые заросли, постоянно населенные рабочими, многочисленные туннели, пробитые в твердом камне, и множество указателей с подробным описанием направлений, характеристик участков, предупреждений и так далее.

Кроме того, казалось, что работа подсчитывалась, а прибыль делилась в зависимости от заслуг рабочих, что означало, что роли можно было распределить более равномерно. Один человек добывал, другой переносил руду, третий устанавливал опорные балки и так далее.

Так называемые "желтые зоны" появлялись, как только человек выходил за пределы ближайшей территории. Это была территория, которая уже была в основном исследована, но она не была обработана так тщательно, как зеленые зоны, поэтому некоторые опасности все еще могли присутствовать.

Для желтой зоны было характерно отсутствие организованных групп, многочисленные неаккуратные дыры в стенах, участки ободранной местности, меньшее количество знаков и указателей, а также чуть менее выраженное освещение. Растительность присутствовала, но была явно нарушена постоянным движением многочисленных рабочих, стремящихся выйти на улицу.

Еще дальше начинались красные зоны. Это была та часть, которая уже подвергалась контакту, то есть люди исследовали ее и прокладывали через нее путь. Большая часть растительности была удалена с помощью огня или других специальных талантов. Некоторые из недавно захваченных участков все еще были обуглены, в то время как другие, особенно те, где было мало перспективных рудных месторождений, уже начали восстанавливаться.

Больше других характеристик красную зону отличало отчетливое чувство опасности. Шумы, едва уловимые на слух, смещения, едва уловимые вибрации и жуки. Много жуков.

И наконец, абсолютный рубеж, с которым он уже столкнулся в тот день, - «черная зона».

Пройдя мимо обугленных останков недавно захваченной «красной зоны», он оказался в открытой пещере, которая становилась все более узкой, чем глубже. В конце концов стены сомкнулись над ним, и за поворотом он оказался у входа в другую пещеру. В ту, которая еще не была занята.

Это была та часть пещер, до которой еще не добрались, и что ждало его внутри, можно было только догадываться. Он не мог оторваться от созерцания этого места, выглядывая из-за стены. Один только вид заросших, густых, явно нетронутых пещер внушал чувство благоговения и волнения. Это была не просто дикая местность. Это было нечто запредельное, шаг в необъятную бесконечность межпространства.

Это было похоже на взгляд в ночное небо, но если бы можно было прогуляться среди звезд. Тяжесть мира, который, казалось, не имеет границ, известных человечеству, была непомерной, и смотреть на вход в лабиринт, из которого практически невозможно выбраться, было все равно что смотреть в пасть зверя, готовящегося проглотить его целиком. Что может ждать его там? Сколько существ, неизвестных сокровищ, а может быть, и других цивилизаций?

Человечество уже познакомилось с несколькими видами разумных существ; черт, даже он сам, когда столкнулся с этими маленькими созданиями. Но большинство из них выглядели довольно примитивными, а самым развитым видом были кхорки - свинолюди, достигшие квазисредневекового уровня развития.

Отбросив эти праздные мысли и повернув назад, чтобы убраться подальше от этой весьма опасной зоны, он продолжил исследование.

В конце концов он почувствовал себя в основном удовлетворенным. Подземка была опасной, да, но за ней строго следили. Он не заметил никаких монстров даже в красных зонах, так что, по крайней мере, они не казались обычной угрозой, с которой можно столкнуться каждый день.

Самой большой возможной угрозой казалась непредсказуемая структурная целостность пещер.

Проходя мимо лысого старика, долбившего стену, он стал несчастным свидетелем одного из таких происшествий. Значительный кусок стены откололся и упал на мужчину. Он успел отклонить большую часть веса левой рукой, но импульс от удара раздробил предплечье и повредил спину мужчины, повалив его на землю.

Фредди спокойно наблюдал за стеной, проверяя, не рухнет ли она еще больше. Как только она не подала признаков этого, он помог мужчине и отнес его в часть пещеры. Они не обменялись ни единым словом. Раненый мог лишь издавать болезненные стоны и делать глубокие вдохи.

Он все равно постарается не попадать в ситуации, когда ему понадобится такая помощь. Ну, или попытается.

Фредди отошел от суматохи и ненадолго вошел в Незер, чтобы оказаться на его плече, где он был хотя бы частично скрыт от опасности.

Заросший листвой пол пещеры превратился в прекрасную картину пышных, естественных зарослей. Вокруг него вспыхнули многочисленные сгустки эфира. Многие из них были земными и природными, но было и несколько водных, бесчисленное множество тех, которые он даже не мог распознать, и даже несколько огненных. Их было так много, что он едва мог видеть.

Впрочем, в Незере это вряд ли было проблемой. Он просто заставил себя игнорировать их существование, и они исчезли из его поля зрения.

Вокруг него появилось несколько следов. Одно из них выглядело как антропоморфная женщина в платье из листьев, разлегшаяся на полу. Чуть в стороне от нее лежал небольшой камень с проросшими сквозь него корнями. А за ним находилось то, что выглядело как довольно большой каменный голем. Он имел форму мускулистого мужчины и то и дело сгибался, словно осматривая себя в воображаемом зеркале.

Черт.

Когда он увидел следы, как только проверил Незер, его охватило неприятное чувство предчувствия.

Существо заметило его почти мгновенно. «Кто ты, киска? Слабый и хрупкий!» - произнесло оно грубым мужским голосом. Затем оно указало пальцем на свою грудь. «Я твердый. Твердый как камень! Каменная твердь и сила!»

Он догадался, что это концепция твердости, но может быть и что-то вроде силы через твердость? Трудно было сказать, что именно. И уж точно он не был настолько любопытен, чтобы ждать, пока оно нападет на него. Он немедленно покинул Незер, быстро переместившись в другую область и проверив все еще раз.

В основном он искал места, богатые водяными виспами, но при этом старался проверять каждый попавшийся объект. Они не обязательно должны были быть связаны с водой, чтобы представлять для него ценность. Он довел до максимума три техники закалки, доведя их оболочки до нулевой стадии.

Для мастеров боевых искусств не было ничего необычного в том, чтобы иметь несколько техник закалки, но иметь три, будучи при этом однозвездочным, было определенно необычно. Три техники закалки, "Создание воды", "Гидравлическое напряжение", "Струящийся удар" и еще одна способность, которую он отчаянно хотел развить, означали, что у него есть семь способностей, над которыми нужно активно работать.

Для большинства людей рост до одной звезды занял бы слишком много времени и не стоил бы таких усилий. Возвышение как можно быстрее, как правило, было гораздо лучше для жизни, учитывая мгновенный прирост силы. Но он не торопился с возвышением, поскольку ему было запрещено это делать и у него было огромное количество сущности, с которой можно было работать.

Когда человек поднимался в ранге и достигал новой звезды, его талант развивался вместе с ним. Хотя это было относительно непредсказуемо, существовало множество способов изменить направление роста таланта.

Первым из них были достижения, которые, как правило, улучшали качество таланта. Но второй способ был не менее важен.

В зависимости от того, какими способностями обладал человек, его талант, как правило, развивался, чтобы по возможности приспособить его к этим способностям. Это не обязательно должно быть чем-то значительным, но иногда крошечное изменение природы таланта могло изменить мир.

Известны случаи, когда даже небоевые таланты становились боевыми, хотя это случалось редко, и талант редко был чем-то особенным. Однако его волновало не это.

Количество способностей, которыми обладал человек, не сильно влияло на направление таланта. Если они были схожи по характеру, то да. Но если у человека была коллекция кардинально разных способностей, мало сочетающихся друг с другом, это могло испортить направление.

Поэтому от способностей, которые не используются в боевом стиле, рекомендовалось избавляться, что он и сделал со "Струёй" и "Лягушачьим прыжком".

Таким образом, у него оставалось три техники закалки для развития тела, способность передвижения в виде "Гидравлического напряжения", когда он ее получит, атакующая способность в виде "Струящегося удара", полезная способность в виде "Создания воды" и особая способность, к которой он приложит все усилия.

Хотя у него не было активных защитных способностей, семь из них все равно были почти вдвое больше, чем стандартные четыре у арха, над которыми работали до достижения второй звезды.

В конце концов он ступил в особенно заросшую и влажную часть желтой зоны. И один короткий шаг в Незер показал именно то, что он искал.

Пришло время усовершенствовать его технику закалки.

----------

Озеро

Подземные пещерные системы после интеграции Земли в межпространство стали довольно страшной зоной, в которую было страшно соваться, и, если верить Фаралету, так было с любой планетой, испещренной ходами.

Многочисленные порталы, ведущие в разные миры, часто приводили к появлению нежелательных вредителей, вторжений, болезней и других проблем, создавая нестабильную обстановку.

Лагерь Виолет был загружен до отказа, пытаясь справиться с этой нестабильностью, и одна конкретная зона, с которой они столкнулись, отлично иллюстрировала проблему, которую просто невозможно было решить — место, которое преимущественно оставалось в красной зоне и часто называлось Пустошью.

Здесь не было ни значительных залежей руды, ни растительности, ни какой-либо ценности для добычи. Что-то, вероятно, инвазивный вид или иной природный феномен, полностью очистило эту подземную часть от всего, что имело хоть какую-то ценность.

В первые дни существования лагеря, когда эта зона только была обнаружена, она стала довольно популярным укрытием для многочисленных самозваных повстанцев и других нарушителей спокойствия. Естественно, администрация не допустила, чтобы это продолжалось.

В относительно открытой пещере заканчивался поединок между двумя мужчинами: маленьким, щуплым стариком и высоким, мускулистым юношей. Коренастый юноша побеждал, но на самом деле старик имел все преимущества с самого начала. Его талант, позволяющий временно увеличивать досягаемость его оружия, и сродство с воздухом делали его хорошим противником против высокого сродства с огнём.

К сожалению, как и большинство бойцов на этом убогом ринге, старик был лишь жалким трусом, и его поединок завершился предсказуемым и позорным поражением.

Среди зрителей, сидя в одном из верхних рядов грубо обработанных каменных сидений, сереброволосый мужчина смотрел на бой своими светло-голубыми глазами, презрительно наблюдая за зрелищем. Его необычно здоровая кожа блестела в свете факелов, пока он подносил к губам флягу с самодельной "лунной настойкой", которую продал ему какой-то случайный идиот ранее тем же днем.

На вкус это было неплохо, даже если напиток был слегка ядовитым и, вероятно, мог вызвать катаракту при частом употреблении. Он запомнил лицо продавца и пока отложил мысли о том, что с ним сделать.

Насколько знали сидящие рядом с ним и кричащие, как бешеные животные, Питер был просто очередным долговым рабочим, отправленным в шахты, даже если его статус обладателя двух звезд, которыми могли похвастаться немногие на этой экспедиции, выделял его среди остальных.

На самом деле Питер, как и более половины обладателей двух звезд, замаскированных под обычных рабочих, был одним из сотрудников экспедиции, даже если его присутствие здесь также было своего рода наказанием.

Его задача была проста — находиться там, где назревают самые большие проблемы, и, что важнее всего, внимательно наблюдать. Вся эта арена была организована самой администрацией лагеря, потому что "лучше дьявол, которого знаешь".

С учетом того, насколько велики были пещеры, остановить всех нарушителей было бы невозможно. Позволить им собираться в месте с "слабым" надзором значительно упрощало работу администрации. Это также помогало удерживать этих зверей в рамках и повышало моральный дух —

Арена внезапно взорвалась аплодисментами, когда бой, на который Питер не обращал внимания, завершился еще одним постыдным финалом, и мужчина, сидящий рядом с ним, вскочил, размахивая руками. Дико размахивая, он задел предплечье Питера, и лунная настойка тут же вылетела у него из рук. Питер посмотрел на него смертоносным взглядом, но кричащий зритель был слишком занят, визжа, как обезьяна, чтобы заметить это.

С тяжким вздохом он поднял наполовину пролитый напиток с земли и сделал большой глоток.

Да, его работа могла быть и лучше, но действительно ли она была настолько плоха, чтобы заслужить отправку в это место? Вздохнув, он опустился на свое сиденье. Как же низко он пал.

Он не был легендарной фигурой своего поколения, но всё же дошел до третьего года обучения в Академии Исилон. Лишь треть всех студентов доходила до этого этапа, и это среди тех, кто вообще поступил в академию.

Смотреть, как эти головорезы сражаются, было, наверное, высшей формой пытки. Хотя… иногда ему попадались… интересные поединки.

Ранее в тот же день он стал свидетелем боя одного из "перспективных новичков", как его называли, и человека по имени Фредди Штерн. О фигуре, покрытой шрамами, всё ещё говорили среди зрителей, и даже он должен был признать, что был несколько заинтригован. По крайней мере, ему стало достаточно интересно, чтобы вернуться в лагерь и проверить документы этого человека.

Однако то, что он обнаружил, оказалось совсем не тем, что он ожидал увидеть.

Имя: Фредди Штерн.

Возраст: 22 года (архичеловек на 8 месяцев).

Срок погашения: от 15 до 20 лет каторги.

Приговорен за: [СЕКРЕТНАЯ ИНФОРМАЦИЯ].

Это был единственный человек во всей экспедиции, у которого причина приговора была засекречена. Если этого было недостаточно, то об этом человеке не было практически ничего даже отдаленно примечательного.

Формальное образование: Нет.

Фракция: Нет.

История достижений: Нет.

Ничего.

Даже его сродство к воде и талант на 1% Вампиризма казались пустыми, хотя и вызывали некоторое удивление. Питер был уверен, что этот человек обладает сродством к земле и, возможно, талантом, специализирующимся на защите. Даже его обширное образование в области способностей оставляло его в полном недоумении относительно того, что этот человек делает в бою против своего противника.

Был ли он практиком техники закалики "Пучины бездны"? Но, учитывая, что он был однозвездочным, он не мог стать достаточно тяжелым, чтобы поглотить весь импульс такого удара. Кроме того, он был уверен, что тот человек использовал на своем противнике «Струящийся удар». Использовать "Струящийся удар" с дополнительной плотностью  "Пучин бездны" было бы поступком абсолютного безумца.

Мало того, что такая комбинация привела бы к абсурдной обратной реакции, так еще и стоимость использования "Струящегося удара" резко возрастала на более высоких рангах, делая его одновременно и дико дорогим, и крайне саморазрушительным.

Но самым удивительным было то, что он заметил только при втором просмотре документа. Этот человек был архичеловеком всего восемь месяцев. Мало того, почти шесть из этих восьми месяцев были отмечены как проведенные в плену.

Эта загадка грызла его, и он знал, что не сможет отвлечься от нее, пока не достигнет хоть сколько-нибудь удовлетворительной развязки.

Поэтому он наконец обратился к таланту этого человека.

Нет... Пожалуй, это не имело особого значения. Даже если он впервые видел талант, напрямую преобразующий урон в исцеление, многие таланты исцеляли пользователя после убийства врага, и хотя среди них были и исключительные таланты, большинство из них были бесполезны.

Если человеку требовалось исцеление, он, скорее всего, уже не мог на равных противостоять противнику. Если же он не мог стоять на равных с противником, то не мог сражаться и активировать свой талант. И даже если им удавалось выиграть бой, талант срабатывал только после того, как необходимость в нем отпадала, если только они не получали опасных для жизни травм, которые можно было бы предотвратить, если бы вместо этого у них был атакующий, защитный или ориентированный на движение талант.

Единственным сценарием, в котором они могли преуспеть, было сражение с более слабыми противниками, обладающими высокими атакующими способностями, но в этом случае физическое, умственное и душевное истощение становилось более серьезной проблемой.

Даже если бы его особый талант как-то обходил все эти проблемы, он не принес бы особой пользы за шесть месяцев плена, а судя по состоянию тела мужчины, качество исцеления не могло быть выше естественного.

Вообще-то...

Питер подпер подбородок рукой, размышляя об этом. А что, если у него исцеление минимального качества?

Правда, даже при всего одном проценте конверсии, этого было бы достаточно, чтобы поддерживать мужчину в живых при большинстве ранений, которые не были бы мгновенно смертельными.

Вдруг все как будто встало на свои места. В первые два месяца своего пути как архичеловека этот человек, вероятно, провел время, сражаясь либо в более слабом мире, либо в искусственно созданной среде. Это объясняло бы его необычно мощные способности и уверенность в бою. На самом деле Питер просто предполагал, что раны этого человека были результатом пыток.

А что если они, по крайней мере частично, были результатом безрассудной охоты на монстров?

Механизм закрутился, и на его лице появилась ухмылка. Если добавить таинственного покровителя, чтобы объяснить засекреченную часть документов, учесть отсутствие предыстории и абсурдно долгий срок, то можно получить довольно ясную картину происходящего.

Этот человек, вероятно, был учеником политического врага клана Крэйвен.

И теперь, когда он об этом подумал, его поведение в бою могло быть полной случайностью. Если он использовал "Струящийся удар", не исключено, что импульс способности полностью случайно нейтрализовал удар его противника. Хотя выстоять против отката от такого взаимодействия впечатляюще, это, вероятно, было ничем по сравнению со всеми другими травмами, которые он пережил.

Возможно, его вывод был ошибочным, но он сомневался, что сильно ошибался. Так или иначе, существование этого человека внезапно стало намного менее интересным.

Мысли о таинственном Фредди Штерне были отложены в его обширную коллекцию незначительных любопытных вещей, которые он замечал за время своего пребывания здесь, и он снова сосредоточился на наблюдении за очередным скучным боем.

Когда два бойца вышли на поле, по рядам пронеслись многочисленные шепоты. Ведь один из двух бойцов был обладателем двух звезд — но еще несколько дней назад он таковым не был.

Питер предположил, что урок давно не преподносился, и мысленно записал имя человека в список на казнь.

И в этот момент его осенила случайная мысль.

Если Фредди Штерн был учеником кого-то важного, должно было быть в нем что-то многообещающее. И если в нем было что-то многообещающее…

Почему, черт возьми, ему позволили участвовать в горной экспедиции?

Звуки разрушающегося камня эхом разносились по влажным пещерам, когда Фредди запустил еще один "Струящийся удар" в стену. Примечательно, что он не взял с собой никакого горного инструмента, поэтому его голые руки были задействованы в этом деле. Его кулак ударился с треском, и, наконец, еще один маленький камень отломился, расширив отверстие ровно настолько, чтобы он мог в него пролезть.

Он поставил фонарь впереди, чтобы осветить путь, и на его лице появилась улыбка, когда он заметил мерцающее отражение. Пробираясь через узкий, скользкий камень и поднимая фонарь, его глаза наконец увидели то, что он искал.

Небольшое озеро находилось в гигантской, пустой пещере. Вода капала со сталактитов, свисающих сверху, и собиралась в водоем, при этом растительность в основном была не слишком густой.

Запах был невероятно затхлым, и каждая поверхность казалась скользкой, но это было не то, что могло бы его надолго остановить.

Взглянув на маленький туннель, через который он пролез, он передвинул большой камень, чтобы скрыть вход.

Место, в котором он оказался, находилось в красной зоне — влажной и относительно бедной. Никто, кроме водных архов, не пришел бы сюда намеренно, и даже они, вероятно, избегали бы этого места, чтобы не привлекать подозрений, будто они пытаются собирать сущность или развивать способности. Это делало зону относительно пустынной, но даже при этом он хотел быть осторожным, чтобы не быть пойманным на этом занятии.

Он поставил едва ли украденный фонарь на вершину камня и исследовал ближайшую территорию. Казалось, что других путей в эту пещеру не было.

Что-то вроде каменистого берега окружало все озеро, хотя он был слишком неровным и скользким в большинстве мест.

Входить в воду было исключено, и он позаботится о том, чтобы сохранять как можно больше тишины, пока не убедится, что вода не кишит монстрами.

Сказав это, он схватил один из крупных камней и, воспользовавшись инерцией "Струящийся удар", метнул его через озеро. Камень ударился о поверхность воды, и несколько тревожных секунд спустя... ничего не появилось.

Побросав камни один за другим, он выяснил, что, по крайней мере, ничего не рвалось из озера, чтобы его сожрать. На данный момент этого было достаточно.

Сконцентрировавшись, он перенес свое сознание на плечо своего тела и вошел в Незер.

Толщина водяных вихрей, окружавших его проекцию, создавала ощущение, будто его тело полностью погружено в воду. Быстро сосредоточившись и пытаясь сквозь нее увидеть, он обнаружил именно то, что искал.

Небольшой фонтан радостно кружился вокруг. Крошечная водяная змея скользила по воздуху, петляя и обвиваясь вокруг других следов. Маленькое сердитое облако гонялось за трехногой рыбой, пока нечто, похожее на морского жителя с трезубцем, не попыталось ударить по расколотому камню, из которого бесконечно вытекала вода.

Как и ожидалось, независимо от того, на какую оболочку он сосредотачивался, большинство следов казались легко интегрируемыми. И, к счастью, поблизости не было видно никаких реликтов, по крайней мере, в пределах его восприятия.

Теперь оставалось только сделать выбор.

Четыре способности ждали улучшения. Он знал, чего хотел только для двух из них.

"Создание Воды", как и ожидалось, лучше всего сочеталось бы с обычной концепцией воды. Это сделало бы способность более эффективной: она производила бы больше воды, требовала бы меньше эссенции и была бы проще в управлении.

Второй была "Пучины бездны". Ему требовалась компрессия — либо общая компрессия, либо компрессия жидкости, либо компрессия воды. В итоге он собирался наложить все три, так что неважно, с чего начать.

Тут начинались сложности. "Водяное Тело" ему больше не нужно — по крайней мере, в стандартной версии. Наиболее популярная версия этой способности улучшала физическое восстановление, используя концепцию жизни из воды. Нет нужды говорить, что это стало бы лишним с его талантом. Возникал вопрос — что же ему делать с этой способностью?

Просто выбросить её было бы неплохим вариантом, но это казалось слишком большой растратой. У него не было настоящего вдохновения, поэтому он решил прислушаться к интуиции и посмотреть, что найдет. Терять было особо нечего, и если выйдет неудачно, он удалит её.

И, наконец, остались "Сотня Мокрых Адов" и огромная проблема. Руководство по развитию "Сотни Мокрых Адов" стоило в десять раз больше свитка. Нет нужды говорить, что информация по ней не была доступна в открытом доступе. В то время как с "Водяным Телом" он мог рискнуть, "Сотня Мокрых Адов" были критически важными. Это была его единственная способность, имеющая действительно синергетические отношения с его талантом, и потерять ее было бы больнее, чем использовать её.

Но он совершенно не представлял, что делать.

Тем не менее, он решил отбросить эти мысли. "Сотня Мокрых Адов" могли подождать, пока он не завершит работу с первыми тремя способностями. К тому времени он, по крайней мере, лучше разберется в концепциях, с которыми работает, и обретет хоть какой-то опыт в развитии способностей.

Убедившись, что на горизонте не притаились остатки, он спрыгнул к относительно изолированному отблеску фонтана.

Фонтан кружился вокруг и напевал мелодию, и он попытался подружиться с ним, начав танцевать.

Однако, как только он сделал шаг к нему, отблеск пронзительно закричал.

Что за… — его мысли бешено закрутились, пока он едва успел увернуться от выплеска воды.

“Ужасное создание!” — завопил фонтан. — “Обманщик! Ты стремишься отравить меня!” — Внезапно он вынужден был остановиться, обнаружив гигантский трезубец, воткнутый в его бок.

“Подлая тварь!” — крикнул другой отблеск чуть дальше. — “Ты хоть когда-нибудь прекратишь нарушать покой моего королевства!?” — спросил отблеск морского человека, явно намеренный сразиться с фонтаном.

“Опять ты!” — взвыл фонтан во всю глотку. — “Ты, ты, ты! Когда ты наконец поймешь, что вода должна течь, чтобы—”

“Молчать!” — закричал морской человек, прыгая вперед.

Враждебность между двумя следами не осталась незамеченной Фредди. Это был его шанс.

Он напряг горло своей проекции, чтобы изменить голос, затем поднял косу на фонтан, произнеся шепчущим, зловещим тоном: “Ты враг мира и будешь уничтожен.”

“Что—” фонтан отвернулся от морского человека к нему, явно ошарашенный. — “Гррррнууррргх, этого достаточно!”

Вода, непрерывно текущая через фонтан, внезапно прекратилась, и основная часть следа начала надуваться, явно готовясь к мощному выбросу воды, все еще решая, на кого направить его.

Однако, прежде чем он успел это сделать, морской человек прыгнул на него, вытащив трезубец и приготовившись нанести удар. Тем не менее, он оказался в ужасной позиции и находился точно там, куда собирался направить свой выброс фонтан.

Сильный поток воды пробил плечо морского человека, оторвав всю его руку и откинув его назад. Однако, прежде чем фонтан смог нанести больший урон, коса прорезала его спину.

Отблеск развернулся, но он уже вновь опускал свое оружие, на этот раз целя кончиком прямо в лицо следа.

Фонтан схватил косу своими маленькими каменными руками прежде, чем удар пришелся, и снова начал надуваться, готовясь к новому выбросу.

Это плохо! — он запаниковал, дергая косу, но обнаружил, что она застряла в хватке существа.

Потеря своей душевной конструкции была серьезной проблемой. На ее восстановление требовалось почти полгода или восхождение. Однако, прежде чем он успел решить, отпустить её или нет, морской человек врезался в фонтан плечом, сбив его в сторону. Заряженный выброс промахнулся, безвредно пролившись по земле.

Он, наконец, нашел рычаг, чтобы выдернуть косу обратно, отрезав пальцы фонтана, и в панике провел по его телу глубокий разрез. Когда вода потекла через трещины, тело отблеска внезапно распалось на коллекцию водных и земных эфириальных сущностей.

Эти сущности не просто разлетелись. Половина устремилась к морскому человеку, а другая половина направилась в душу Фредди. Земные сущности превратились в чистый эфир, большая часть их силы была утрачена в процессе, в то время как водные сущности плавно влились в его душу, пополнив бурлящую массу эфира, составлявшую его звезду, подняв её до 57% завершения.

Его проекция испытывала бешеное сердцебиение, и он не мог удержаться от постоянного беспокойного оглядывания по сторонам. Каждая клеточка его существа умоляла вернуться в тело, но он знал, что реальной причины для этого не было. К тому же…

Рука морского человека отросла заново, как только сущности впитались в его тело, и он снова схватил трезубец. Гордо стоя на своем рыбьем хвосте и глядя в направлении озера, которое находилось чуть за пределами поля зрения Фредди, он обернулся к маленькой форме синего жнеца.

Фредди стоял, лицом к значимому следу, который улыбнулся ему и сказал: “Спасибо за твою помощь, маленький жнец. Могу я узнать твое имя?”

----------

Прибыль

В пятнистом Незере пещер, густо пропитанном водой, тьмой, землей и загадочными виспами, которых Фредди даже не мог опознать, прозрачная змея из извивающейся воды скользила по воздуху, петляя над разукрашенным полом в заданной последовательности.

Внезапно в воздухе просвистел острый синий трезубец, захвативший водяную змею за хвост. Оружие не задержалось в жидком теле надолго, но даже после того, как оно упало на землю, узор движущейся воды уже не был таким плавным, как прежде.

Змея зашипела, повернувшись к виновнику своей раны: "Ты, тварь! Как смеешь нарушать—" Но прежде чем она смогла закончить свою фразу, бледно-голубой силуэт косы обвился вокруг её шеи и рванул вниз, разрывая поток воды на части и распуская создание в виспы эфира, составлявшие его сущность.

Фредди рухнул на землю, неуклюже хватаясь за синюю косу, изо всех сил стараясь удержать свою проекцию от дрожи, вызванной возбуждением, пока очередной поток эфира вливался в его душу. Это было самым чистым убийством, которое он и Безмятежность сумели выполнить до сих пор, обеспечив ему 60% прогресса с его звездой.

"Определенно", - подумал он. Безмятежность, человекообразный реликт, помешанный на концепции жидкой неподвижности, оказался чертовски полезным союзником. Упомянутый след подошел к своему оружию, выдернул его с земли и выпрямился, с гордостью осматривая окрестности в поисках новых нарушителей.

Фредди использовал природу реликта, привязанного к концепции "жидкой неподвижности", чтобы убедить его стать союзником, играя роль "смерти". Ведь трупы весьма неподвижны и не имеют привычки беспокоить водоемы. Уговорив реликта, он отправился с ним в крестовый поход через небольшую сделку.

Союз с реликтами был распространенной практикой. Прямое противостояние с ними — наоборот, редкостью. Персонифицированные эфирные конструкции были чрезвычайно могущественны по сравнению с мощью проекции арка, так что без капли креативности не обойтись, даже если у кого-то был сильный душевный конструкт.

Только безумцы, желающие собственной гибели, решались сражаться с обитателями Незера в "честном" смертельном бою.

Концепция жидкой неподвижности не имела большого значения для Фредди. Она отлично подошла бы к навыкам вроде "Шага по воде", "Щита воды" или "Материализации водяного оружия", но его умения для неё не годились. Поэтому временный союз оказался максимумом, на который он мог рассчитывать.

Безмятежность всё же не была Кровопролитием. Это существо не имело привязанности ни к верности, ни к служению, и уж точно не было человеком, напомнил он себе в сотый раз. Это не человек. Ему нужно было дважды убедиться, чтобы не забывать этого.

Не потребовалось бы многого, чтобы реликт внезапно решил, что Фредди должен умереть, поэтому во всех их совместных сражениях он следил за беспощадным реликтом так же пристально, как и за любым из их противников.

К слову, дела шли не лучшим образом. Это была отличная возможность попытаться добыть улучшение, но его усилия пока не увенчались успехом.

Большинство реликтов, с которыми они столкнулись, либо были слишком непредсказуемыми, чтобы рисковать, их природа оставалась неясной, либо они не подходили для каких-либо из его способностей.

Но, черт возьми, это был эффективный способ развивать свою звезду. Никогда раньше он не прогрессировал так быстро. Он поручил Кровопролитию зачистку Незера, но более активное участие, похоже, было намного эффективнее для преодоления тупиковых моментов. Учитывая риск для жизни, это было логично.

Его первая звезда была сформирована примерно чуть более чем наполовину, и он уже видел её завершение на горизонте.

Отвлекшись от мыслей о своём росте, он сосредоточился на текущей задаче — выборе следующей цели. Фредди держался как можно дальше от Безмятежности, чтобы не рисковать раздражать или провоцировать её, и просто наблюдал, позволяя реликту выбрать следующую цель. Чем меньше он вмешивался, тем меньше был риск, что она обернётся против него.

"Хм", - фыркнула Безмятежность, подняв свой трезубец. "Там."

Фредди повернулся в указанном направлении и быстро заметил их следующую жертву. Это был практически полностью неприметный водяной сгусток, который изменял форму и двигался, словно грубые подобия конечностей, чтобы перемещаться.

Даже без допроса он уже знал, что это за существо. Его рукава слегка шевельнулись, и зловещий ветер пронёсся под подолом его мантии, создавая красочное зрелище, словно едва сдерживаемое волнение. Это была общая концепция воды — то самое, что ему нужно для оптимального улучшения заклинания "Создания воды".

"Хорошо", - коротко ответил он, приближаясь к цели.

Когда они подошли на расстояние атаки, Безмятежность подняла трезубец и метнула его вперёд, а Фредди отклонился, чтобы зайти с фланга.

К удивлению Фредди, водяной сгусток отразил оружие в воздухе, и ему пришлось отступить, когда создание приготовилось разрушить его хрупкую проекцию. Уклоняясь от удара с минимальным запасом, он отступил, поднимая защиту.

Безмятежность зарычала: "Почему ты двигаешься?" спросила она негодующе. "Твой священный долг — оставаться неподвижным!"

Водяной сгусток не смотрел на Безмятежность, но Фредди чувствовал, как её внимание переключается на реликт. Затем, глубоким, журчащим голосом, он произнес: "Безмятежность... течение... вместе делают меня целым."

"Богохульство!", - завопила Безмятежность, стремительно бросаясь вперёд.

Поднимая кулак, мормон готовился к рывку, но огромный водяной щупальце ударило его по голове, прерывая атаку и впечатав его в землю с облаком комичного дыма.

"Ой-ой."

Этот след был могущественным. Он, вероятно, находился на грани превращения в реликт.

Взрыв воды ударил в торс Безмятежности, и на его теле появилась заметная вмятина.

Захват следа такой силы дал бы небольшой начальный толчок для его способности первого уровня "Создание воды", но не принес бы никаких других преимуществ. С другой стороны, если Безмятежность проиграет, это создание, скорее всего, станет реликтом, и в таком случае он не был уверен ни в своей победе, ни даже в возможности сбежать.

Почти рукообразный придаток выскочил из тела следа и ударил по рёбрам Безмятежности, отбрасывая реликта в сторону и заставляя его согнуться.

Заметив открытие, Фредди решил действовать. Он бросился вперед, схватил оставленный на земле трезубец и метнул его в Безмятежность. Реликт успел поймать оружие на лету и мгновенно взмахнул им, ударив противника по боку.

Трезубец столкнулся с мощной защитой в виде гигантского пузыря воды, но в этот момент Фредди появился с незащищённой стороны и резко опустил свою косу, оставляя за собой огромный разрез и всплеск жидкости.

Он тут же почувствовал, как внимание следа переключилось на него, но уже в следующую секунду Безмятежность вновь атаковала, протыкая цель и нанося ощутимый урон. Пока след был отвлечён, Фредди нанес ещё один быстрый удар, а затем отошёл назад.

Это была вся помощь, которую он мог безопасно оказать. Если Безмятежность победит, всё будет хорошо, но если проиграет, Фредди останется на безопасной дистанции, чтобы избежать опасности.

Держа расстояние от схватки, он следил за сражением двух следов, одновременно убеждаясь, что никто другой не вмешается. Куски обоих бойцов разлетались во все стороны, и он был уверен, что Безмятежность не сможет одержать верх в этом бою, если будет сражаться одна.

Вода, составлявшая тело общего концепта воды, хаотично колыхалась, пытаясь собрать силы для новой атаки, но состояние её было заметно лучше, чем у противника, который буквально разваливался. Однако, когда она готовилась нанести удар, синий жнец внезапно появился снова и провёл косой по её телу.

Его удар был неуклюжим, оставив лишь поверхностный порез, но он и не планировал большего — это была лишь мера предосторожности.

Маленький жнец сосредоточился, обращая своё внимание внутрь, где интенсивная сила готовилась вырваться из его души. Через мгновение перед ним появилась небольшая сфера эфирных рун, формирующих замкнутую оболочку. С оглушительным хлопком она рванулась вперёд, ударив в след. Одна за другой вдоль его тела начали расти синие эфирные цепи, но в процессе сопротивления несколько из них сломались.

Фредди поморщился от отголоска боли, пронёсшегося через его душу, но выдержал, заставляя цепи сжиматься сильнее. Аквамариновые оковы подчинялись его воле, и спустя мгновение цепи проникли в его проекцию и быстро утянули след в его душу.

Когда водяная масса уменьшилась и устремилась в обширную пустоту его эфиркосма, бой уже закончился. Оболочка "Создание воды" окутала след, и за считанные секунды он оказался полностью заключён в тюрьме из мерцающих эфирных рун.

Поток успокаивающей энергии прокатился по его душе, и теперь даже на расстоянии он мог видеть яркое голубое пятно, вращающееся вокруг его звезды, не концентрируясь на нём специально.

Вернув своё внимание к Незеру, он быстро осмотрел окрестности, чтобы убедиться в безопасности. Единственный след поблизости — Безмятежность — был в ужасном состоянии. После того, как Фредди столь жадно забрал весь след себе, Безмятежности не хватало эфира, чтобы восстановиться после полученного урона.

Она была уязвима, и, продолжая ощущать эйфорию от недавней победы, он задумался, стоит ли попытаться напасть на неё. Он чувствовал, как все три оставшихся оболочки, включая "Тело воды", резонируют с этой концепцией. Это могло сработать.

Но... позволив возбуждению пройти, он остудил голову и обдумал ситуацию. Он практиковал "Струящийся удар". Для Безмятежности в его репертуаре не было места.

"Скажи мне, маленький жнец", — произнесла она, половина её тела отсутствовала, а трезубец был сломан. — "Мы успокоили бушующие приливы?"

Слегка кивнув, он шагнул вперед и рассёк водяного пополам на уровне пояса, распуская её тело и поглощая поток эфира. Через мгновение он уже покинул Незер и вернулся в своё тело.

Он слегка привалился, глубоко выдыхая. "Это не было живым существом", — пробормотал он себе под нос, напоминая. — "Это было не Кровопролитие."

С глубоким вздохом он отбросил такие мысли и сосредоточился на более существенных вещах. Его испорченное настроение немного улучшилось, когда он поднял руку и использовал "Создание воды", свою первую способность уровня один.

Поток жидкости, достаточный, чтобы заполнить огромное ведро, вырвался наружу, и он обнаружил, что управлять им стало гораздо проще. Раньше он мог контролировать лишь крупную каплю, примерно размером с человеческий глаз. Теперь он справлялся с массой воды размером с яблоко.

Он уменьшил её размер, чтобы получить больше свободы действий, а затем приступил к интенсивной тренировке управления своей сущностью.

С каждым новым движением, которое он тестировал, он ощущал, как сотни — нет, тысячи — латентных эфирных оболочек материализовывались в его душе. То, что раньше представляло собой едва заметный набор из нескольких кусочков неясных голубых обломков, теперь превратилось в значительное туманное облако бледного аквамарина, которое освещало его душу так, что это напоминало ему бескрайнее ночное небо.

Каждая из этих оболочек содержала специфическое движение, своеобразное намерение, и могла быть развита в полноценную способность через повторение. Конечно, подавляющее большинство из них были бесполезны, представляя собой лишь крошечные вариации сверхспецифических применений управления сущностью, но всё же это было завораживающее зрелище.

Пещера, в которой он всё ещё находился, была в основном пустой, за исключением камней и воды, что делало её почти идеальным местом для тренировок. А у него была одна способность, которую он хотел создать уже очень давно.

Стихия воды была известна своей слабостью в наступательных способностях которые не являются частью боевых искусств. Те, кто становился заклинателями воды, обычно выбирали этот путь только в случае, если их талант покрывал недостаток атакующего потенциала. Те же, кто оставался верен чисто наступательному стилю на протяжении своей первой звезды, имели высокую вероятность получить стихию льда при переходе ко второй звезде.

Однако достижение продвинутых стихий не было гарантией, что делало это рискованным выбором, на который решались немногие. Большинство заклинателей воды специализировались на поддержке — ещё одной области, где вода блистала.

Но это не значило, что вода не имела наступательных заклинаний. На более высоких уровнях выделялись такие способности, как "Обезвоживание" или "Бурная волна", но одна способность сразу бросалась в глаза с самого начала.

Фредди поднял руку, открыв ладонь наружу. Затем он сосредоточился. Создание воды нулевого уровня было ограничено в своей функции, как и большинство способностей этого уровня. Оно просто создавало фиксированное количество жидкости без какой-либо формы, и только после этого вода могла манипулироваться сущностью. Но наличие в его арсенале общего концепта воды кардинально изменило ситуацию.

Теперь, хотя максимальное количество создаваемой воды оставалось прежним, минимальное он мог контролировать так, как хотел.

Сконцентрировавшись, он сосредоточил "Создание воды" в центре своей ладони. Вода уменьшилась в крошечный шарик, и, как только он попытался впихнуть в него больше воды, он уже начал покрываться потом от напряжения. Вскоре его контроль дал сбой, и сжатый шар воды взорвался, разбрызгиваясь по его ладони, на землю и в воздух.

Хотя это было далеко от того, что он пытался сделать, результат оказался удивительно хорошим для первой попытки. Это вселило в него надежду, что ему удастся достичь своей цели.

"Струя давления" была самой мощной наступательной способностью нулевого уровня для воды. Конечно, у неё было множество недостатков, таких как ограниченная дальность, безумная стоимость сущности и сложность получения способности. Но если говорить исключительно о её уроне, она была на вершине даже по сравнению с другими стихиями.

Сконцентрированная струя воды под высоким давлением была одним из самых эффективных методов резки материалов на Старой Земле. Эта мощь, воплощённая в форме способности, и была именно тем, что он хотел добавить в свой арсенал.

Если бы не его душевный конструкт с "Извлечением сущности", то даже думать о получении сразу и "Гидравлического напряжения", и "Струи давления", оставаясь лишь на одной звезде, было бы абсолютной глупостью.

Это всё равно было нелегко и заняло бы много времени, но его неплохая скорость восстановления сущности давала ему хотя бы шанс.

Хотя он планировал потратить оставшуюся часть дня на тренировку способностей, сейчас он осознал, насколько сильно устал. У него не было 1% Вампиризма, чтобы физически поддерживать себя, и его измождённое тело явно нуждалось в отдыхе.

Он решил кое-что проверить.

Достав нож из ножен, он полоснул несколько грибов. Поток вампиризма был бодрящим, но… как только он остановился, эффект исчез. Поэтому он продолжил. Он занимался этим некоторое время, но вскоре понял, что нужно прекратить.

Цвет его кожи начал заметно меняться. Он ничего не делал слишком очевидного, но мог сказать, что его кожа стала выглядеть менее… болезненной. Он вздохнул. Проблема высшего качества исцеления заключалась в том, что оно распределялось равномерно между всеми травмами тела.

За это короткое время оно практически не помогло внутренним проблемам, но уже заметно улучшило его внешний вид.

Хотя многие люди отворачивались, увидев его, другие открыто пялились. Рабочим было запрещено носить маски или использовать другие методы сокрытия лиц, как гласили правила, прописанные в уставе.

Если бы он злоупотреблял своим талантом, прошло бы совсем немного времени, прежде чем люди заметили бы изменения в его внешности. Если бы они заметили изменения, они бы задумались о причине.

А отчаявшиеся люди — зрелище крайне неприятное.

Если бы кто-то, у кого была травма или другая проблема со здоровьем, увидел, как он внезапно поправился, он бы не сказал: "О, черт возьми, этот изуродованный парень выздоравливает! Я так рад за него!"

Нет.

Они бы сказали: "Эти шрамы исчезают. У него есть доступ к высококлассному исцелению. Мне нужно исцеление высшего качества".

Затем они подходили к нему и спрашивали, как он это сделал. Он бы отмахнулся от них, потому что, очевидно, не мог использовать талант самоисцеления на других. Конечно, они не скажут: "Ах, прости, приятель, я думал, ты сможешь мне помочь! Черт, как жаль!"

Нет.

Они скажут: "Этот ублюдок что-то от меня скрывает". Потому что им ничего не стоило поверить ему. Для них реальность, в которой Фредди был лжецом, была единственной, в которой у них оставалась надежда найти решение своих проблем.

Поэтому они стали допытываться. Они спрашивали снова и снова. Они распускали слухи, угрожали ему и даже, возможно, нападали на него, пытаясь найти ответ.

И как только они придут к выводу, что там ничего нет, они будут разочарованы. Злиться.

Зависть.

Если я не могу получить это... этот ублюдок тоже не должен это иметь.

Была причина, по которой он так долго оставался одиночкой. Единственная причина, по которой он общался с Джеймсом и Шэрон, заключалась в том, что эти двое были самыми милыми людьми из всех, кого он встречал. Но даже тогда он сводил общение к минимуму.

Единственное, что страдание любило больше, чем компанию, - это создавать еще больше страданий. Отчаявшиеся люди почти отчаянно сдерживали друг друга, боясь лишь одного - увидеть, как те, кто им дорог, добиваются успеха без них.

Если он хотел полностью выздороветь, ему нужны были две вещи: правдоподобное оправдание того, как он это сделал, и сила, чтобы защитить себя от тех, кто хочет также.

С покорным вздохом он решил вернуться в палатку. Ощущение от использования своего таланта вновь придало ему решимости.

Поэтому он подошел к большому камню и отодвинул его. Это требовало усилий, и он почувствовал, как его локти, плечи, спина и колени закричали в знак протеста, который он проигнорировал с холодной беспощадностью диктатора, приказывающего своим солдатам маршировать на холоде.

Выбравшись из своего маленького укрытия и закрыв его с другой стороны, он развернулся и начал свой долгий путь обратно в лагерь. Это было не так уж далеко, но несколько километров могли показаться марафоном, если идти через невероятно негостеприимные пещеры и узкие проходы.

Но когда он начал свой обратный путь, то не сразу понял, что у него возникла проблема.

Протест тела - тот самый, который он игнорировал все это время?

Да, похоже, он превратился в настоящий бунт.

С внезапной судорогой и ощутимым разрывом он почувствовал, как часть правой ноги в районе голени напряглась, а чуть ниже колена появилось несколько небольших комков чего-то.

"Что за...", - закричал он сквозь стиснутые зубы.

Его нога застряла в неудобном положении, и с очередной вспышкой боли он почувствовал, как коленная чашечка выскочила из впадины и двинулась вниз по ноге. Еще один болезненный стон вырвался из его губ, и он почувствовал, как боль распространяется вверх по ноге и по бедру, достигая ягодиц и поясницы.

Особенность пыток заключалась не только в боли. Многочисленные надрезы, уколы, различные яды и наркотики не просто причиняли боль. Все, что с ним делали, влекло за собой определенные последствия, от которых тело не могло оправиться естественным путем.

Он настолько привык игнорировать боль, настолько успокоился из-за того, что на горизонте его ждет идеальное выздоровление, что до этого момента не осознавал главной проблемы. Боль, опустошающая его тело, кричала ему, что что-то не так. И одна из таких ошибок наконец достигла предела.

Еще один болезненный рык вырвался из его губ, и он наконец не смог удержаться на ногах. Когда он рухнул на землю, сухожилие, соединявшее его промежность, тоже натянулось, и он почувствовал, что теряет контроль над другой ногой.

Игнорировать боль было легче, когда человек верил, что она не повлечет за собой никаких необратимых последствий. Острая пища могла причинить такую же боль, как и облизывание раскаленного утюга, но реакция человека была совершенно иной. Существовало представление о безопасности, чувство защищенности в том, что это не более чем доброкачественное ощущение, которое в конце концов пройдет. Все виды боли становились именно такими, если смотреть на них через призму его таланта.

Но в тот момент, когда агония возвестила о невозможности двигаться в смертельно опасной части пещер, куда мало кто отваживался соваться, ох, как было больно. Внезапно боль стала невыносимой.

Его губы разошлись, чтобы закричать о помощи, но он прикусил их, чтобы не издать ни звука. С такой же вероятностью он мог привлечь внимание того, кто не хотел бы обнаружить его в таком состоянии.

Недолго думая, он инстинктивно потянулся за ножом и принялся резать поросль мха. Это принесло некоторое облегчение. Но это практически ничего не дало, чтобы исправить катастрофу, происходившую с его ногой.

Усилием воли он заставил себя не резать дальше. Ничто, кроме полного выздоровления, не вернет его колено на место.

А он еще не приготовил никаких отговорок. У него не было плана. Но он не собирался позволять кому-либо издеваться над собой и дальше. Поэтому, стиснув зубы и не в силах пошевелить ногами, он пополз обратно к лагерю.

Ухватившись одной рукой за выступ скалы, он напряг все силы и переместил левую ногу, пробираясь вперед по мшистой земле.

От мучительной боли и паники каждая секунда казалась веком, и он едва мог определить, сколько времени прошло.

Его туловище застряло, ползая по полу, поэтому одежда не раз задевала острые края. Рабочая форма была сшита из прочных материалов, чтобы не рвалась, но пока она была на нем, он не надеялся, что ему удастся преодолеть те места, за которые она зацепится.

Перевернувшись на спину, он расстегнул молнию и стянул форму, сняв ее и металлические сапоги, оставшись в одних трусах.

Продолжая идти вперед, он быстро заметил разницу в защите. Без нее его тело скребло по зазубренным краям, и, хотя кровь почти не текла, торс постоянно покрывался синяками от ударов о твердые поверхности.

По одной из его ног ползло что-то склизкое. Быстрый взгляд вниз показал, что это гигантская сороконожка, и он был вынужден приостановиться и подождать, пока она не оставит его в покое. Как раз в тот момент, когда она собиралась уходить, его ногу снова свело судорогой, и небольшой толчок испугал существо, заставив его мгновенно развернуться и вонзить огромные клыки в его кожу.

"Фффффффууу!", - прорычал он сквозь стиснутые зубы.

Не обращая внимания на тварь, он продолжил движение, и та, решив, что с нее хватит «самозащиты», скрылась вдали, оставив его с еще большей болью.

Он поднимался по крутым уступам и спускался по узким тропинкам, несколько раз сталкиваясь то с очередной ядовитой тварью, то с ядовитым растением, к которому нельзя прикасаться голой кожей.

Зов его таланта, умоляющий использовать его, шептал ему на ухо. В конце концов, такими темпами он вполне может не успеть вернуться в лагерь. Но он не поддался искушению. Если он полностью исцелится, возвращение в лагерь все равно будет невозможным.

Одна часть пещеры была ужасно холодной, даже ледяной. Другая была настолько острой, что он истек бы кровью, если бы его кожа не была такой прочной, а еще одна пещера была полна отвратительных грибков и растений, которые определенно не должны взаимодействовать с голой кожей.

Однако с каждым шагом вперед он становился все увереннее и решительнее.

Но если дух был готов, то тело уже давно выдохлось. Его хватка ослабла, и чем дольше он шел, тем труднее становилось дышать. Зрение расплывалось, а слух был еще более глухим, чем обычно.

Как далеко он зашел в пещеры? Какова вероятность того, что до сих пор он не встретил ни одного человека? Может, он продвинулся не так далеко, как ему казалось?

Или другие рабочие просто не обращают на него внимания?

Однако в конце концов до его сознания донесся шум человеческой речи. Уже некоторое время он не следил за знаками, а просто пытался двигаться вперед в надежде добраться до кого-нибудь.

Несколько фигур, которых он не мог опознать сквозь оцепенение, подняли его с пола.

"Отнесите его в медицинскую палатку", - услышал он чьи-то слова. Этого было достаточно.

С этими словами он наконец позволил глубокой темноте унести себя прочь.

----------

Стимулы для собирателей

Фредди очнулся в почти полностью темной комнате, дезориентированный. Потребовалось несколько мгновений, чтобы сфокусировать зрение, и в этот момент он увидел грязную, драпирующуюся брезентовую ткань, которая составляла потолок, похоже, грязной, плохо освещенной палатки.

Сбоку от него раздался странный, пугающий звук, заставивший его вздрогнуть, когда он попытался повернуться к нему лицом, но все его тело, которое, как он только что понял, было обмотано бинтами с головы до ног, болело даже от одного упоминания о движении.

Ему не потребовалось много времени, чтобы определить приглушенные звуки как болезненные стоны, а когда до него наконец донесся резкий лекарственный запах, он не сразу понял, где находится.

Он бы вздохнул с облегчением, если бы смог сделать больше, чем короткий, болезненный вздох. Кто-то притащил его в палатку медиков, и теперь он приходил в себя.

Сразу же за расслаблением безопасности пришло острое чувство страха. Он почему-то сомневался, что эта услуга будет бесплатной. Нет, он знал, что не будет. Но проблема была не в этом. Его пугало то, каким образом этот мерзкий лагерь попытается получить плату. Впрочем, об этом он подумает позже. Пока же ему нужен был отдых.

Мгновение спустя его внимание привлек надсадный кашель. Он был настолько сильным, что на мгновение он забеспокоился, что кто-то из них вот-вот свалится с ног.

Однако, как ни удивительно, кашель исходил от кого-то, кто приближался к нему. "Эти чертовы споры", - произнес голос старика, протиснувшись сквозь сжатое горло и сменившись долгим бульканьем и звуками слюны. "О, привет", - продолжил голос, и мгновение спустя прямо над его лицом возникла долговязая фигура.

Это был мужчина на пороге ранней старости. Редко кто из тех, кто предположительно являлся архичеловеком, выглядел настолько старым. Обычно такие люди становились архами в более позднем возрасте или давно вознеслись.

Этот человек был лыс на макушке, имел грубое, обветренное лицо и невероятно выраженные усы, несмотря на то что, судя по длинной, вязкой небритой "бороде", с трудом отращивал волосы на лице в других местах.

"Ты очнулся... верно?" - спросил мужчина, взмахнув рукой перед его неподвижной головой.

Он утвердительно кивнул головой - это движение далось ему с трудом, несмотря на слои ограничителей, - и, собрав все силы, выдавил из себя кроткое "Да".

"Хорошо. Давайте проверим вас". Весь мир внезапно покачнулся, когда мужчина без труда поднял кровать, на которой он лежал. После короткого головокружительного путешествия через несколько палаток он, наконец, оказался на земле, готовый вот-вот вырвать и умереть.

Затем последовали одни из самых долгих получасов в его жизни. Старик внимательно изучал свое состояние, а для этого ему пришлось содрать многочисленные слои дерьма, в которые было заковано его тело.

Но бинты были не единственным, чем были обмотаны его конечности. Деревянные шины не давали двигаться всему телу, а правая нога, которая предала его в пещерах, была связана проводами, удерживающими вместе сложную конструкцию из металлических деталей.

Его тело по большей части онемело. Чувства, наряду со старой доброй знакомой болью, постепенно возвращались в конечности, когда он почувствовал, что кровь снова течет свободно.

Когда все было наконец вытащено, включая многочисленные иглы, расположенные вдоль правой ноги, промежности и правой стороны поясницы, он понял, насколько плоха его ситуация.

Весь его торс покрылся струпьями, и, поскольку это был уже просто огромный шрам, он, вероятно, не будет выглядеть по-другому. Впрочем, о внешнем виде он не думал.

Он мог чувствовать. Его ноги функционировали, чего бы это ни стоило, но он знал, что они будут болеть при каждом шаге, и не был уверен, сколько их выдержит.

"Молодой человек".

Повернувшись лицом к доктору, медику или кем там был этот человек, он отвлекся от своего тела.

Мужчина придвинул стул из угла палатки и сел рядом с ним, пристально глядя ему в душу. "Как тебя зовут?"

Он бесхитростно улыбнулся и несколько раз прокашлялся, чтобы проверить горло, прежде чем сказать: "Вы, наверное, уже знаете это".

"Знаю", - подтвердил медик. "Но я все равно хотел бы услышать, как вы представитесь".

Он на мгновение задумался, а затем удовлетворил просьбу мужчины. "Фредди", - ответил он. "Меня зовут Фредди Штерн".

"И сколько тебе лет, Фредди?"

"Мне двадцать... нет... нет, да, мне двадцать один год".

"Вы выглядите неуверенным", - поинтересовался старик.

"Скажем так, - сказал он с сухим смешком, - мне кажется, что с моего последнего дня рождения прошло гораздо больше года".

Мужчина слегка хихикнул, но по выражению его лица было видно, что ему это не кажется смешным. "Что ж, приятно познакомиться, Фредди. Я Фрэнк".

"Позвольте мне услышать, доктор. Как выглядит моя ситуация? Можете быть со мной откровенным", - пошутил он.

П.П. Тут не переводимая игра слов на англ. Frank это и имя и слово frank - откровенный,  искренний, честный. И наш гг просит его "быть Френком с ним".

"Очень смешно, молодой человек", - сказал он с наглой ухмылкой. "Возможно, у вас дела обстоят лучше, чем я думал".

"Но если серьезно", - перебил он с суровым выражением лица.

Старик вздохнул. "Кроме того, что ваше тело находится в тяжелом состоянии, а несколько болезней просто ждут своего часа, ваше состояние стабильно. На данный момент. Как вы уже знаете, у вас возникла чрезвычайная ситуация, угрожающая жизни, и поэтому стоимость вашего лечения была добавлена к тому, что вы уже задолжали".

Он не смог удержаться от хихиканья.

"Что-то смешное?" - спросил доктор.

"Меня просто очень забавляет, - честно признался он, - что тяжесть моего состояния имеет большее значение с точки зрения денег, чем с точки зрения здоровья".

"Не волнуйтесь", - сказал старик, не разделяя его веселья. "Сейчас я перейду к этой части. Ваше физическое состояние плохое. И скорее всего, оно ухудшится, чем улучшится. Но конечности у вас в основном целы, так что это плюс, и, насколько я знаю, в ближайшее время вы не рискуете окончательно потерять какие-либо важные функции организма. По крайней мере, при нормальных обстоятельствах это было бы не так". Его лицо стало кислым, и он почувствовал, как за бурным выражением лица медика скрываются ужасные новости.

"Ваш необычайно большой долг в сочетании с частично искалеченным телом заставил этих кусков дер..." Он откашлялся. "Я имею в виду... руководителей проголосовать за одноразовый запрет для вас. Вам частично запрещено дальнейшее экстренное лечение".

"Ух..." Он немигающе уставился на него. "Что?"

Доктор продолжил без паузы: "Вы были признаны "крайне маловероятным“, что сможете выплатить всю сумму долга, поэтому вам больше не разрешат вам увеличивать долг, даже если ваша жизнь будет под угрозой". Последнюю фразу он произнес с таким омерзением, что он удивился, почему этот человек вообще здесь работает.

Вскоре старик продолжил: "Однако у вас есть один вариант. Если вы будете стабильно поставлять продукцию более чем в два раза превышающую дневную норму, вам могут дать кредит, а если потребуется лечение, вы сможете погасить второй кредит на других условиях, параллельно с основным долгом, который вы должны компании".

Что ж, это было хреново. Даже не дослушав мужчину до конца, он понял, к чему все идет. "То есть, по сути, меня заставляют работать в два раза больше, если я хочу иметь право на неотложную помощь?"

С насмешкой медик кивнул и глубокомысленно нахмурился. "Именно. А с вашим телом, если вы будете работать больше, это только увеличит вероятность того, что вам понадобится помощь".

Он на мгновение задумался, и... что ж... это было не так уж плохо. Но что-то в том, как старик это сказал, вызвало у него любопытство. "У меня к вам небольшой вопрос, если вы не возражаете".

Мужчина кивнул и продолжил - "Вы сказали, что мне могут дать кредит, если я доставлю больше дневной нормы, верно? Могу ли я потратить этот кредит в другом месте? Скажем, на неэкстренное лечение?" - поинтересовался он.

"Плохая идея", - отмахнулся доктор. "Хотя профилактические меры были бы разумными, вам нужно иметь хотя бы немного кредитов на случай другой чрезвычайной ситуации".

"Ну, я не обязан тратить весь свой кредит на экстренное лечение", - возразил он. "Или обязан?"

"Это зависит от обстоятельств. Вы можете взять более длительный срок погашения с гораздо худшими процентами".

На самом деле это звучало как отличное решение. Долг все равно был полной ерундой, почему его должно волновать, сколько времени уйдет на его "погашение"? "А если бы у меня было в два с половиной раза больше дневной нормы кредита?" - спросил он.

Мужчина вздохнул и положил лоб на ладонь. "Такой объем работы было бы нелегко выдержать, даже если бы вы не были инвалидом".

"Ну ладно...", - размышлял он вслух. После нескольких секунд раздумий он решил, что может просто спросить его прямо: "Что бы вы посоветовали мне делать, если бы я хотел исцелиться как можно быстрее?"

"Молиться о чуде".

На это он закатил глаза. "Реалистично, я имею в виду".

"Это самая реалистичная надежда, которая у вас есть", - прямо заявил мужчина.

Но Фредди продолжал с нетерпением смотреть на него, ожидая более правдивого ответа.

В течение долгого времени медик просто смотрел на него. А потом сквозь суровое выражение его лица пробилась крошечная улыбка. "Знаете..." - начал он. "Я не буду вам лгать, мистер Штерн. Вы попали в уникально ужасную ситуацию. Но..." Пробежавшись взглядом по избитому, покрытому шрамами телу Фредди, он добавил: "Вы - крепкий ублюдок, не так ли?"

Он пожал плечами. "Хандрить и плакать по этому поводу - не поможет. Так что я могу посмотреть, на чем я стою".

"Что ж, - сказал доктор, - полагаю, у меня сейчас перерыв, и нет никаких неотложных дел. Думаю, я могу дать вам несколько советов".

Через несколько дней положенный Фредди минимум отдыха закончился, и он был вынужден вернуться на работу. Он был далеко не готов к этому, но у него не было выбора.

В течение следующих нескольких дней ему пришлось смириться с... ну... многими вещами. Во-первых, у него жутко болела нога, а это, по словам врача, не очень хорошо. Поэтому он должен был делать все возможное, чтобы ее беречь. Второе, с чем ему пришлось смириться, - это то, что ему придется работать с другими людьми.

В желтой и красной зонах все было с высоким риском и высокой отдачей. Найти хорошее место, добыть хорошую руду, и не нужно было много работать, чтобы выполнить дневную норму. В зеленой зоне, однако, все было совсем не так. Она была упорядочена, роли четко определены, и, что хуже всего, прибыль делилась по справедливости.

Одна из главных причин, почему ему не нравилась перспектива общения здесь, заключалась в том, что большинство рабочих не выживет. Заводить друзей, чья жизнь была на таймере, - отличный способ нагрузить себя ненужным эмоциональным багажом.

К счастью - в нездоровом смысле - ему не нужно было беспокоиться об этом. Но вот что касается разделения прибыли с людьми, с которыми ты не собирался дружить, так это то, что люди - отстой. Особенно, когда приходится работать, рискуя жизнью.

Поначалу большинство рабочих держались от него на расстоянии, но по мере того как они привыкали к его странному присутствию, вскоре началось жестокое обращение. Он показал себя более чем способным к работе, но рефлекторной реакцией большинства шахтеров было: "Фу, этот гребаный калека забирает часть моих денег!? Это что, благотворительная организация?" Что, к сожалению, и следовало ожидать.

Нет нужды говорить, что необходимость постоянно доказывать, что его часть прибыли была заработана, а не пожертвована ему из жалости, расстраивала до крайности. И особенно трудно было доказать, что за его ежедневной зарплатой, которая всегда была как минимум вдвое больше дневной нормы, нет никакого обмана.

К тому же большинство людей здесь были настолько некомпетентны, что даже "калека" справился бы с работой лучше. Как он неоднократно доказывал, инвалиды не заслуживали сравнения с этими абсолютными расточителями кислорода.

С грубым обращением и предрассудками он мог смириться. Грубые клиенты давно приучили его к этому на прежней работе. Но некомпетентность убивала его, причем несколько раз почти в буквальном смысле.

Не в одном, а в трех случаях, буквально в первые несколько дней работы, чья-то ошибка едва не стоила ему травмы. Он не мог таскать грузы, и ему приходилось размахивать киркой. Из-за спешки его коллег при добыче руды верхние камни часто оказывались плохо закрепленными и неустойчивыми.

Когда он размахивал киркой, то мог удариться, как чертова транспортная тележка, поэтому нередко случалось, что куски отламывались, несмотря на то что казались относительно надежными. Он кричал кому-нибудь, кому угодно, чтобы подправили балки, когда видел, что камень отделяется от стен, но его мольбы почти всегда игнорировались, воспринимаясь лишь как крики человека, с которым нужно нянчиться, потому что он "задерживает всех остальных".

В один из таких случаев один из рабочих обрушился на него с критикой, которая особенно напомнила ему бурение его старого менеджера. Тот кричал и обвинял его в том, что он, бездельничая, крадет свою часть прибыли.

Поначалу его реакция была спокойной и собранной, но в какой-то момент он просто сказал ему, чтобы тот взял эту чертову кирку и сам попробовал ею помахать.

Мужчина поступил так, как ему было предложено, научив бедного маленького Фредди, как это делает "настоящий мужчина, который не боится ни одного камешка", но тут же вышеупомянутый камешек размером с валун обрушился на ногу мужчины, превратив ее в кашеобразное месиво. Не так давно он бы почувствовал себя виноватым за такой поступок, но в тот момент он лишь сожалел, что человек не умер.

Из-за этого у него начались неприятности с персоналом, но свидетелей произошедшего было предостаточно, так что его отпустили. После этого люди уже не так охотно задирали его, и к нему вернулась прежняя настороженность.

В общем, после того, что он увидел за первые несколько дней работы с другими людьми, он был готов рискнуть и отправиться в путь самостоятельно. Да и безопаснее, наверное, было.

Но... его тело было не в восторге от этой идеи.

Нести груз в одиночку было практически невозможно. Правое колено, казалось, готово было взорваться от нагрузки, а это означало, что если он хочет заработать деньги на добыче, то зеленая зона - лучшее, что ему светит.

По мере усиления боли спать становилось все труднее. Икры и квадрицепсы то и дело сводило судорогой, а колено трещало при каждом движении во сне, часто пробуждаясь от боли.

С каждым днем ему требовалось все больше силы воли, чтобы не сбежать в пещеры и не исцелиться, и не раз он спрашивал себя, стоит ли скрывать свое высочайшее качество самоисцеления.

Но чем больше времени у него было на размышления, тем увереннее он чувствовал себя в своем решении скрывать его. В немалой степени это было связано с еще одним советом, который он получил от доктора.

Фрэнк, медик, дал много полезных рекомендаций. Но большинство из них сводилось к тому, как сохранить свое здоровье и безопасность, за исключением одного необычного совета, который вселил в него надежду.

И план.

Узнав об инциденте, в который был вовлечен этот человек, Питер, серебряноволосый мастер яда, был абсолютно уверен, что это последний раз, когда он слышал о Фредди Штерне. Последующая неделя, проведенная им в коме, лишь подтвердила эту уверенность.

Как один из наблюдателей, он, естественно, должен был работать в зеленой зоне, чтобы быть начеку и не пропустить ни одного проступка со стороны рабочих.

Поэтому, естественно, он одним из первых узнал, когда этот человек вернулся на работу. Поначалу он был уверен, что Фредди долго не протянет со своими травмами. В конце концов, он не справится с дневной нормой и будет "изгнан" из экспедиции.

Этот человек не только выполнял вдвое больше обычной дневной нормы, но и делал это постоянно, с трудолюбием и эффективностью проклятого голема. Когда он использовал свои способности, его взмахи обладали такой мощью, что Питер несколько дней ломал голову. Каким, черт возьми, боевым искусством владел этот человек? Он использовал "Струящийся удар", который, очевидно, был лишь нулевой ступенью, но его сила была необычайной.

Медицинское заключение, согласно которому вес его тела превышал рост и объем тела на 21 кг, показало, что дело в технике закалки "Пучины Бездны".

В глазах Питера этот человек был абсолютным безумцем, но, судя по его изуродованному телу, опасная комбинация, похоже, не сильно его потрепала. Неужели у него тоже есть "Сотня Мокрых Адов"? Что за чертов урод!

Его праздные размышления были прерваны, когда преподаватель назвал его имя, и он встал.

В данный момент он посещал одну из лекций по собирательству. Занятия проходили в одной из больших палаток. На занятиях рассказывали в основном о таких элементарных вещах, как поиск трав, способы их добычи и хранения, основы безопасности и так далее...

Для высокообразованного арха с природным сродством и небоевым талантом "Мастер яда" это было на уровне возвращения в детский сад и изучения основных фигур. Именно поэтому он и выполнял роль "помощника". По правде говоря, он был гораздо более квалифицирован для проведения этого занятия, чем нынешний преподаватель, но ему предстояло сыграть свою роль в качестве одного из наблюдателей.

Кормовики составляли лишь крошечный отдел в этой экспедиции, и их работа была второстепенной по сравнению с добычей руды. Но доставлять алхимические продукты было дорого, а иногда и невозможно. Обеспечение экспедиции необходимыми ресурсами имело решающее значение для ее успеха. В условиях столь масштабных сбоев его работа в качестве наблюдателя была необходима для того, чтобы никто из рабочих не создавал проблем.

Указывая пальцем на большое полотно, на которое проецировалась презентация, он жестом указал на корни, соединяющие два растения на рисунке, и начал объяснять: "Как вы видите, эта корневая система создает связь между двумя травами совершенно разных видов. Это пример квазипаразитических отношений. Папоротник кровохлебка не крадет у орхидеи корончатой питательные вещества, а вместо этого впрыскивает ей гормон, подавляющий рост. То, как папоротник кровохлебка устанавливает местное господство, весьма увлекательно".

"Он достигает этого несколькими способами. Во-первых, он распространяет токсины, временно парализуя репродуктивную систему окружающих растений. Затем он подавляет их рост. Но, что интересно, на самом деле он не стремится уничтожить конкурентов, а совсем наоборот. Он использует окружающую флору как..." Его слова оборвались, когда входные створки внезапно распахнулись, и в комнату вошла знакомая фигура.

Несколько человек обернулись, и вскоре по замкнутому пространству разнесся шепот.

Фредди Штерн прошел несколько шагов вперед и остановился, осматривая внутреннюю часть палатки. Зона отдыха состояла из рядов деревянных стульев, выстроенных в аккуратные линии. Толпа была значительно плотнее в задней части помещения, и единственным местом, где можно было найти сидячие места, были два первых ряда.

Не раздумывая, он пробрался к первому ряду, который находился прямо перед презентацией, нашел место в самом центре и уселся, уставившись на Питера в ожидании продолжения объяснений.

"Э-э... На чем я остановился?" Он попытался прийти в себя. "Так, на папоротнике кровохлебка".

Поначалу Фредди был в замешательстве по нескольким причинам. Этот класс казался гораздо более продвинутым, чем тот, который он ожидал найти. Однако по мере того, как лекция продолжалась, он в конце концов понял, что происходит.

Как только это произошло, он первым поднялся и подошел к рыжеволосой преподавательнице. "Здравствуйте!" Он изо всех сил старался казаться веселым, но от его напускной энергичности он казался каким-то ненормальным.

"Привет! Вы ведь новенький в этом классе, верно? Добро пожаловать на борт!" - сказал мужчина, пожимая ему руку. Если Фредди и чувствовал себя неловко, то никак этого не показывал.

"Спасибо", - ответил он, на этот раз уже не так радостно. "Я просто хотел спросить, есть ли какой-нибудь материал, который я могу почитать? Похоже, мне нужно наверстать упущенное".

Мужчина коротко кивнул. "Не беспокойтесь об этом", - сказал он, повернулся, подошел к ближайшему шкафу и достал большую стопку лаконичных книг. В самом низу стопки лежал относительно нормального размера справочник, а остальные, похоже, были изданиями еженедельных отчетов.

Не требуя ничего взамен, мужчина просто передал коллекцию материалов для чтения. "Путеводитель в самом низу - это основная часть, а остальное - отчеты о новых и необычных растениях, с которыми мы не сталкивались раньше. Если вы встретите что-то новое, то когда-нибудь сами сможете пополнить эти знания".

В его объяснениях звучала наивная радость, выдававшая волнение ученого в своей стихии. Этот человек был самым счастливым из всех, с кем он сталкивался здесь до сих пор. Естественно, это могло означать только то, что у него все в порядке с головой.

Не задавая лишних вопросов и не собираясь больше общаться с этим человеком, он просто взял стопку книг и вышел из палатки.

Как он быстро понял, пытаясь посетить их все, занятий по собирательству было много. Их было от трех до семи в день, и содержание варьировалось от повторения основ до новейших новостей об открытии совершенно новых свойств у невиданных ранее видов, встречающихся только в этих пещерах.

Некоторое время его график фактически сводился к работе в желтой зоне, вне зоны действия обтекаемой секции, пока он не зарабатывал свою дневную норму, а затем возвращался в свою палатку для учебы.

Как он быстро понял, добыча пищи была довольно непопулярным занятием. На это было несколько причин. Это было сложно, трудоемко, опасно и требовало серьезного первоначального обучения, которое многие не хотели проходить. Но главная причина заключалась в том, что это было не особенно выгодно.

Эта экспедиция располагалась в районе, богатом залежами руды. Однако в плане алхимических ингредиентов здесь не было ничего особенного.

На занятиях было много студентов, которые не были собирателями, в том числе и он. Тот, кто посещал все или хотя бы большую часть запланированных лекций, часто получал в награду образцы алхимических продуктов.

Несмотря на то, что пещеры не были особенно богаты сильнодействующими растениями, добыча пищи была необходима для экспедиции. Ресурсы были труднодоступны, и все такое. Поэтому администрация лагеря установила некоторые стимулы для тех, кто хотел стать собирателем.

Предоставленные им образцы были в лучшем случае некачественными, а в худшем - откровенно провальными, но все равно представляли немалую ценность для тех, у кого не было альтернативы. Его мало интересовали вонючие кремы и зелья, вызывающие вспышки прыщей.

Он хотел хорошего дерьма. Настоящее дерьмо. Такими вещами награждали самых значительных жертвователей. Конечно, даже если он приобретет тонну целебных сокровищ, ему потребуется бог знает сколько времени, чтобы полностью восстановить свое тело. Но ему это было не нужно.

Ему нужно было только подлечить кожу и вылечить зубы, а об остальном позаботится 1% Вампиризма.

Кризис с поставками, в котором находился лагерь, только укрепил его решимость скрывать особенности своего таланта. Если кому-то и нужны были бесконечные запасы частей тела, так это такому месту, где люди постоянно их теряли.

На данный момент ему было над чем работать. Он нашел благовидный предлог.

Ему просто нужно было больше силы.

----------

Правильный выбор

Несмотря на то что Фредди едва выполнил дневную норму, он чувствовал себя смертельно уставшим. Его тело боролось, и постоянное издевательство над ним ничуть не помогало.

С дрожью в руках и хромой походкой он поплелся обратно в лагерь. Он посетил общественную "баню", вернее, очистительный пруд, в котором стирали одежду и мылись.

Зачарованная эфирным письмом, вода внутри обладала сильными очищающими свойствами и делала гигиену простой, хотя, по общему признанию, и неприятной. От холодной жидкости исходило неприятное жжение, после которого кожа становилась раздраженной, сухой и красной. Пруд был крошечным и тесным, и пользование им всегда сопровождалось грубыми, нетерпеливыми толчками со стороны тех, кто ждал своей очереди.

Завершив дела, сходив в небольшую подземную пещеру неподалеку и вернувшись в палатку, он облачился в другую форму, начав свой первый день на второй работе.

Костюм собирателя сильно отличался от шахтерского. Основное внимание уделялось легкой ткани и камуфляжу, в котором преобладали оттенки зеленого и коричневого. В качестве контраста со стальными ботинками ему выдали легкие резиновые кроссовки, которые приглушали звук шагов.

Он повесил на пояс складной желтый знак, который должен был использоваться для быстрой идентификации, если он случайно напугает рабочего, маленькие ножницы, острый как бритва скальпель, тонкий шпатель и большую сумку с набором специальных контейнеров на случай, если ему попадутся более редкие растения. Естественно, там же лежали его обычный кинжал и дубинка для самообороны.

Он также взял с собой небольшой сачок, который можно было использовать для ловли редких летающих жуков, но он использовал его скорее как оружие против кусающихся и жалящих тварей, чем как инструмент для их ловли.

С этим он был готов.

Обратный путь в пещеры был мучительным испытанием, и он подумал, нельзя ли немного подлечиться. Когда мучения стали невыносимыми, он достал нож и срезал несколько более сочных грибов.

Небольшой целебный разряд не принес никакой пользы, кроме кратковременного облегчения боли. И это было скорее недостатком, чем лекарством, поскольку он полагался на свои ощущения, чтобы понять, не слишком ли он себя перегружает.

Судя по его недавнему опыту, его нога была в том состоянии, в котором калека может быть эквивалентом "немного устал". Возможно, у него было достаточно сил для короткой вылазки в желтые зоны.

Для собирателей заброшенные желтые и красные зоны, а также края черных зон были единственными местами, где можно было постоянно находить хорошие травы. Поскольку добыча полезных ископаемых была главным приоритетом экспедиции, поджог вновь открытых пещер был основным способом их очистки. Это был самый безопасный способ захвата неизведанных территорий, и растения, естественно, не были его поклонниками.

Но даже в этом случае на восстановленных природой территориях встречались в основном более распространенные экземпляры, поскольку более редкие растения прорастали гораздо дольше или только в сложных условиях.

Пройдя через густонаселенную зеленую зону, затем через тесную череду пещер с преобладанием зелени и грибков, он вышел в желтую зону, расположенную неподалеку от ранее обнаруженного им скрытого озера.

Это было не самое лучшее место для собирательства, но он мог бы поискать следы, пока их нет.

Влажные пещеры были ужасным местом для проведения времени. Затхлый запах мха, сильная влажность и отсутствие твердой, не скользкой почвы, на которой можно было бы стоять, превращали это место в сущий кошмар. Мысли о прогрессе в развитии своих способностей заставили его забыть о том, что по склизкому камню этой пещеры будет трудно передвигаться, учитывая состояние его ног.

Как и ожидалось, грибы и мох были в этой местности главным источником возбуждающих трав. Корона бабочки была самым ценным грибом, который он смог найти. Это был золотисто-крылатый гриб с замысловатыми узорами и восковой, блестящей поверхностью. От него пахло хвоей и старым маслом.

В целом у собирателей была значительно меньшая ежедневная потребность в прибыли: чтобы выполнить свою норму, им нужно было заработать всего около тысячи долларов. Но даже несмотря на это, работа все равно была сложнее, чем добыча полезных ископаемых. Не говоря уже о том, что более низкая зарплата отпугивала многих, кто хотел "уйти" как можно скорее.

Корона с бабочкой стоила около сорока-пятидесяти долларов за штуку. Хотя это казалось довольно дорого, одна вещь за другой работали в тандеме, чтобы сделать реальный заработок монументальной болью в заднице.

Во-первых, извлечение было деликатным процессом. У этих грибов был заметный, окрашенный в зеленый цвет шов вдоль середины, который был практически единственным местом, где их можно было разрезать, не выпустив весь сок, который они хранили в своем теле. Что еще больше усложняло дело, этот шов представлял собой тонкую, извилистую линию, которая в некоторых грибах имела разрывы, что делало невозможным их извлечение.

Их можно было удалить со стены, но это не было идеальным решением. Мицелий вел глубоко в камень, и слишком сильное его повреждение могло привести к тому, что гриб быстро завянет и потеряет все свои свойства.

Учитывая это, а также то, что процесс добычи, обнаружения и даже просто идентификации драгоценных трав требовал времени... Да. Если бы не поощрения, он бы в любой день недели бил дерьмом об стену.

Он начал резать, и тут же, как и ожидалось, сработал 1% Вампиризма. Его аккуратное, методичное извлечение не оказало заметного влияния на его тело. Пока он случайно не укололся об один из грибов.

Из него тут же потек белый сок, и он с удивлением понял, что этот всплеск исцеления был гораздо более значительным, чем те, которые он обычно получал, когда просто резал. Эффект был мгновенным, а значит, на давно мучивший его вопрос наконец-то был получен ответ. Вызывая кровотечение, он не получал длительного исцеления, но, похоже, это влияло на общее количество получаемой им жизненной силы, а значит, его талант все равно регистрировал травму как более значимую.

Вскоре он заметил, что не все грибы одинаковы. Некоторые оказывали заметно большее влияние на его талант, и он решил, что это означает, что они более спелые или что-то в этом роде.

Срезав всего семь грибов, три из которых он случайно испортил, и сохранив их, просто бросив в сумку, он позволил себе немного передохнуть под одним из фонарей. Он очень устал, ведь ему пришлось несколько минут сосредоточиться, пока он делал надрезы вдоль шва. Еще большей проблемой было не двигаться в неудобных позах.

Источник света осветил узкий угол пещеры, в которой он отдыхал, и влажная гладкая каменная стена заблестела, как множество драгоценных камней, на мгновение заворожив его своей красотой.

Потный, усталый и в полной агонии, он решил, что находится в достаточной безопасности, чтобы передохнуть. Да и ему самому это было необходимо. Он буквально не мог позволить себе повторения того, что случилось в прошлый раз. Прислонившись к стене и закрыв глаза, он вошел в Незер.

"Да ладно", - раздраженно ответил он на мгновенное появление большой груды сдвинутых камней - гигантского остатка.

По мере роста его звезды расширялся диапазон, который он мог активно воспринимать, входя в Незер. Этот остаток находился на внешнем краю его поля зрения, что позволяло ему находиться на комфортном расстоянии, но никакого пространства было недостаточно, когда перед ним стояло нечто, способное смести его с лица земли, если бы оно обладало хоть какой-то формой дистанционной атаки.

Сосредоточившись на скалистой массе эфира, он обследовал окрестности на предмет интересных следов. Обычный набор из воды, тьмы, земли, металла и так далее присутствовал, а несколько обугленных остатков, вероятно, возникли в результате пожара в близлежащих пещерах.

Один из них выделялся. Но не по хорошей причине. Прямо рядом с тем местом, где покоилось его тело, танцевала рыба с мускулистыми, похожими на человеческие, ногами, отделенная от всех остальных останков в этом районе. Причудливо выглядящие эфирные конструкции были далеко не редкостью, но эта была одной из немногих, которые едва не заставили его громко рассмеяться. Не то чтобы он рисковал обидеть его этим.

Когда он наблюдал за работой следа, его внимание привлекло нечто необычное.

Каждый водный след имел определенную степень резонанса с его эфирными оболочками. Это не имело никакого отношения к тому, насколько "хорошим" выбором был след для той или иной способности, но, напротив, указывало на то, насколько тесно он был связан с заложенными в него концепциями.

Например, способность "Создание воды" положительно вибрировала в ответ на общую концепцию воды; в этом случае это был отличный выбор. Но было множество примеров, когда в способности вкраплялись едва ли сносные идеи, и это был секрет того, как заставить ее работать, например, вписать остроту в "Создание водного оружия".

Что застало его врасплох, так это то, что этот след резонировал не с одной, а со всеми тремя его техниками закалки, и мало того. Все они резонировали так же сильно, если не сильнее, чем "Создание воды" с обычным водным следом.

Возможно, это концепция закалки?

Одного взгляда на его внешний вид было достаточно, чтобы понять, что это, скорее всего, не он.

Итак... что же это было?

Давайте узнаем, подумал он.

Не сводя глаз с груды камней, он прыгнул вниз и приземлился чуть поодаль от танцующей рыбы. Он подошел к ней, пританцовывая, и эта, к счастью, не обиделась на то, что он подражает ей.

К сожалению, похоже, ему это слишком понравилось. "Мммм", - промурлыкал он глубоким мужским голосом. "Прибыл идеальный экземпляр. Ваше семя будет оптимальным для..."

Не успело оно закончить фразу, как он уже мчался к своему телу. Мгновением позже он вышел из Незера, дрожа от страха.

Почти избежав самого травматичного опыта в своей жизни, он остро осознал, как сильно ему не хватает Кровопролития.

Ну что ж... Рыба с ногами, брачный танец, оптимальное семя... Резонанс с техникой закаливания... Хммм, - внутренне размышлял он.

Он был уверен, что знает, что это за штука. Слишком многое совпадало, чтобы это было не так. Скорее всего, это была концепция эволюции. Если очень постараться, то технику закаливания можно было определить как метод насильственного "развития" желаемых черт. Более эффективный внутренний круговорот воды, более плотная жидкость в теле и большая внутренняя прочность - вот три черты, которые он "развивал".

Это заставило его задуматься: а чего именно можно достичь с помощью концепции эволюции? Будет ли она чем-то похожа на общую концепцию закалки? Или, может быть, это будет более конкретное или даже более обобщенное понятие?

В любом случае, он не знал. Он не хотел рисковать "Сотней Мокрых Адов" и уже знал, что сжатие лучше для "Пучин бездны".

После быстрого посещения эфиркосма он стоял перед пустой оболочкой, в которой хранилась его техника закалки "Водного тела". Это была одна из самых распространенных способностей, особенно среди небоевых архов, обладающих сродством к воде. Трудно было бы найти арха воды, который не обладал бы ею хотя бы в какой-то форме.

Для тех, кто сражался ради жизни, развитие этой способности по стандартному, улучшающему здоровье маршруту "Универсальная вода" или "Жизнь из воды", было роскошью. Чаще всего люди развивали ее как временный боевой стимул или технику закалки, повышающую силу или выносливость.

У него не было знаний, необходимых для того, чтобы превратить эту штуку в нечто оптимальное. Но он знал, что в том, как она работает, есть какая-то ловушка. Некоторые из его путей напрямую пересекались с "Сотней Мокрых Адов". У него не было проводника, который подсказал бы ему, какие концепции следует использовать, или наставника, который посоветовал бы ему лучший путь.

Что бы он ни делал, он стрелял в темноту. Можно было попытать счастья.

...

Да, но ведь ему придется как-то бороться с этой рогатой рыбой, не так ли?

С неопределенным планом он снова нырнул в Незер. Рыба все еще танцевала возле его тела, и ему казалось, что он знает, что делать.

Мысленно подготовившись, он еще раз протанцевал путь к рыбе с громоздкими человеческими ногами.

"Мммм, мой сладкий, сладкий любовник вернулся ко мне", - произнесло оно, источая страсть. "Ммм, да, ты, аппетитная крошка. Я поглощу тебя целиком".

Это дерьмо того не стоит, - только и успел подумать он, пробираясь поближе к следу.

Как раз в тот момент, когда он подошел к рыбе и она раздвинула свои мерзкие волосатые ноги, он взмахнул косой и рассек одну из конечностей.

"Аааргх! Ты ужасен в прелюдии!" - воскликнула рыба, падая на землю.

Вот и все. Теперь оставалось только... Внезапно мимо его головы пролетел огромный камень, и ему пришлось изо всех сил уклониться, чтобы не попасть под удар. Камень врезался в тело рыбы, оставив ее почти полностью обездвиженной, на грани разрыва.

Дерьмо!

Что-то, что он сделал, привлекло внимание следа, и, не раздумывая, он наколдовал эфирную оболочку для "Водного тела", метнул ее в рыбу и убежал, прежде чем процесс поглощения успел завершиться.

Гигантская масса камней неслась к нему с ненормальной скоростью, и за долю секунды до того, как она успела раздавить его проекцию, бесплотные цепи закончили втягивать в его душу останки, и он вернулся в свое тело.

Он в панике открыл глаза и тут же огляделся в поисках угрозы. Когда он понял, что находится в безопасности, то немного успокоился. По его ноге скользнула сороконожка, но он схватил эту гадину и швырнул ее через всю комнату.

Безжалостный стук сердца отозвался резкой болью в колене, и, вздохнув, он встал, готовясь отправиться на отдых. Он даже не приблизился к своей норме, так что ему придется использовать один из своих выходных дней.

Пока он вставал, его техника закаливания находилась в процессе эволюции в эфиркосме. Когда процесс завершился, его охватило успокаивающее чувство, и он смог немного успокоиться.

Хотя он и хотел проверить свою новую способность, сначала нужно было вернуться в безопасное место.

Обратный путь по пещерам был нелегким. Когда он вышел из тесных туннелей на открытое пространство, к нему подошла разношерстная группа из четырех человек.

О, черт возьми...

"Как дела, чувак? Ты тот парень со шрамами, верно?" Высокий долговязый мужчина с оскаленными зубами улыбнулся ему.

По бокам от него стояли двое невысоких мужчин, оба явно физически крепкие. Он не стал бы оценивать их телосложение как у искусных мастеров боевых искусств, но они определенно выглядели как люди, долгое время занимавшиеся ручным трудом.

Ни один из этих троих не удостоился от него более чем беглого взгляда.

Четвертый мужчина, стоявший немного позади остальных троих, производил совершенно иное впечатление. Он был среднего роста, может быть, чуть выше его самого, с длинными черными волосами и всклокоченной бородой. Его зеленые глаза были острыми, как у хищника, и он, в отличие от своих соотечественников, не выглядел податливым.

Остальные трое пытались задавать ему вопросы, но его взгляд ни на мгновение не покидал приближающегося человека. Несмотря на то что этот человек был однозвездочным архом, он инстинктивно понимал, что этот человек опасен.

"Привет, партнер!" - поприветствовал его мужчина, его веселый тон контрастировал с его устрашающим телодвижением. Учитывая, что остальные трое мужчин сразу же замолчали, было очевидно, что когда этот человек говорит, другие его слушают. "Ты один из тех, собирателей, верно?"

Он просто кивнул.

"Слышал, ты недавно получил травму", - сказал мужчина. "Я видел ваш матч в Пустошах. Жаль, что ты не можешь вернуться", - прокомментировал он с улыбкой, которая, вероятно, должна была быть приятной, но больше походила на усмешку. "Скажите... не могли бы вы подсказать брату?"

"Что вы хотите знать?" - спокойно ответил он.

"Что ты сделал в том бою?"

Решив, что скрывать это бессмысленно, он ответил: "Вовремя применил "Струящийся удар", чтобы нейтрализовать импульс атаки".

Мужчина на мгновение задумался, затем нахмурился. "Вот это дерьмо, да?" Затем, почесав голову, он спросил: "Ты серьезно? Впечатляющие вещи. Очень жаль, что вы больше не вернетесь".

"Это угроза?" - осторожно поинтересовался он.

"Нет, нет, Боже упаси!" - горячо возразил мужчина, отмахиваясь от него. "Я просто делаю замечание". Глаза мужчины закрылись. "Ты не в том состоянии, чтобы тебя избивали".

Фредди едва удержался от того, чтобы не прикусить губу. Как только он понял, что происходит, как по команде, мужчина продолжил. "Скажите... вы, наверное, тоже уже поняли, да?"

"Что понял?"

"Этот лагерь", - заявил мужчина с презрительной усмешкой. "Мошенническое "здравоохранение", дорогая еда, выставление счетов за порчу оборудования... штрафы за малейший проступок... Я здесь гораздо дольше, чем вы, зеленорогие, и не видел почти никого, кто бы ушел. Обычно уходят те, кто обладает высокоэффективными небоевыми талантами или имеет минимальные долги... а остальные?

"Они продолжают выбивать из нас долг за долгом... за долгом... пока у нас не останется надежды когда-нибудь расплатиться", - прорычал гризли, источая злобу и ненависть. "Эта работа - не что иное, как условная камера смертников".

"Послушай, - перебил Фредди. "Я очень устал, и мне нужно пойти отдохнуть. Поболтать с вами было весело, но мне пора идти".

Мужчины коротко взглянули друг на друга, и вождь наклонил голову к нему. "Вы, собиратели, получаете... особые привилегии, как я слышал, верно?"

"Ага, - подтвердил Фредди. "Кремы, зелья, таблетки, инъекции, всякая всячина. Что, ребята, хотите торговать?" - предложил он.

Все они недолго колебались.

"Да...", - медленно произнес мужчина. "Наверное, так можно сказать".

"И что же ты предлагаешь?" спросил Фредди, скрестив руки и приподняв бровь.

"Вы поставляете нам товары. Мы даем вам место в нашем экипаже".

Он подпер подбородок рукой. "И что эта ваша команда сделает для меня?"

"Послушайте, - сказал мужчина, немного сменив позу. "Я вижу, что вы настроены скептически, и я это понимаю. Но ты уже знаешь это. С таким телом, как у тебя? Ты, блядь, мертвец, чувак", - прямо заявил он. "Черт, да мы все, наверное, ходячие мертвецы. Почему бы не рискнуть? Поработать вместе? Если на нашей стороне будет достаточно людей, у нас будет шанс свергнуть лагерь".

"Угу..." Он кивнул. "Что ж, думаю, ты прав", - ответил он. "Но что, если я скажу "нет"?"

Едва заметное изменение их позиций сказало ему все, что нужно было знать. Если он скажет "нет", то умрет. Если не прямо там, где он стоял, то довольно скоро.

"Ну..." Мужчина резко поднял взгляд. "Мы рады не будем..."

"Вообще-то я за", - мгновенно согласился он. "Вы, ребята, правы. Я давно это знал. Просто мой талант не годится для боя, вот я и подумал..."

Они внезапно расслабились, и глава шагнул к нему, чтобы положить руку на плечо. "Я понимаю. Мы все напуганы. Но не волнуйтесь", - сказал мужчина с легкой улыбкой. "Вы просто должны снабжать нас товарами, и я обещаю, что все, что вы нам дадите, мы вернем в десятикратном размере, когда выйдем на свободу. Клянусь своей жизнью". Затем он пожал ему руку. "Убедитесь, что вы ничего никому случайно не разболтали. Стража не будет действовать без достаточных доказательств того, что мы делаем, но мы позаботимся о том, чтобы об этом не узнали". А потом, едва заметно потянувшись, добавил: "Что бы нам ни пришлось сделать".

Они пожали друг другу руки и вскоре разошлись. Фредди вернулся в лагерь, продал четыре гриба, которые приобрел за небольшие деньги и без особых преимуществ, и сразу же направился в одну из официальных палаток.

"Он рассказал им все о тех, кто угрожал ему", - их внешность, планы и все остальное, что он помнил. В считанные часы было начато расследование, мужчин задержали и допросили, нашлись новые свидетели, чтобы дать против них показания, и к концу дня...

Фредди стоял в толпе рабочих, все они были до смерти напуганы и напряженно наблюдали за происходящим.

Чтобы стать "изгнанным" из лагеря, многого не требовалось. Большинство, вероятно, знали, что это означает смерть, но, по крайней мере, можно было хоть как-то откреститься от этого.

Когда четверо мужчин стояли связанными, хныкая и плача, с кляпами во рту, он смотрел на них холодным, немигающим взглядом.

Захудалый бизнесмен Стивен Уайт произнес короткую, пошлую речь о верности и честности. А как только он закончил, мужчин обезглавили, чтобы сделать из них пример того, что случается с теми, кто восстает против администрации.

За проявленную лояльность он получил небольшую услугу по своему выбору. Он попросил снять с него запрет на экстренное лечение, и это желание было немедленно исполнено, равно как и дополнительная задолжность за не экстренное лечение его ноги.

В конце концов его встретили сладкие объятия палатки, и он опустился на землю, смертельно уставший. Его мысли вернулись к моменту детства - тому, чего не было уже очень давно.

"Ты не должен бояться, Фред", - сказал его приемный отец.

В тот вечер юный Фредди сидел на короткой стене в 26-м районе и вместе с отцом наблюдал за ночными улицами.

"Многие рэкетиры делают ставку на то, что вы будете слишком напуганы, чтобы сообщить о них властям. Всегда есть шанс, что копы не примут мер и вас зарежут, но ублюдки, угрожающие вам, в конце концов все равно зарежут вас. Не бойтесь постоять за себя".

С нежной улыбкой, которой ему не хватало больше всего на свете, отец погладил его по голове и повторил: "Ты никогда не должен бояться".

Глаза Фредди распахнулись, он задремал, не заметив этого. По телу разлилась тошнота, и он заставил себя подняться, отплевываясь от едва переваренной жижи, тяжело оседавшей в желудке.

В его сознании на мгновение мелькнул образ обезглавленных тел мужчин, но он отогнал его. Его разум бросился оправдывать свои действия, но ему было не до оправданий. Все это было отброшено.

Он просто хотел спать.

Обычно в такие моменты, в беспокойные ночи, не дававшие ему покоя, он задавался вопросом, почему они исчезли. Но в этот момент, когда желудочная кислота обжигала горло, он наконец смирился с этим.

Опрокинуть такой никчемный кусок дерьма, как он...

Это был правильный выбор.

----------

Штурм

В течение следующих нескольких дней Фредди постепенно освоился со своей новой работой. И в немалой степени этому способствовало то, что он недавно обновил "Адаптивное водное тело" первой ступени.

Обновление дало неожиданные результаты в нескольких аспектах. Когда его "Создание воды" было обновлено, внешняя оболочка, по сути, не изменилась, кроме нескольких незначительных корректировок отдельных рун.

"Водное тело" было простой оболочкой, едва ли более сложнее, чем "Создание Воды". Но обновленная версия...

То, что когда-то было горсткой бесплотных линий, протянувшихся по невидимой сферической поверхности, превратилось в запутанный беспорядок из сотен и сотен рун: одни накладывались друг на друга, другие соединялись причудливыми нитями, а третьи смещались, когда он пытался наблюдать за ними напрямую.

Фредди не знал ничего сложнее основ, поэтому эта новообразованная оболочка оставила его в полном недоумении. Неужели этот след был чем-то примечателен? Или концепция эволюции была более редкой или сложной, чем он думал?

Люди должны были чувствовать, что именно делают их способности, с помощью своего рода интуитивного "чувства души", но эта штука была абсолютной загадкой. Конечно, он чувствовал, что она делает, но не понимал этого. Главная проблема заключалась в том, что... ну... оболочка была похожа на страницу, заполненную текстом. Но он мог наблюдать только всю страницу сразу, не фокусируясь ни на одном слове, или только одно слово за раз.

Проблема заключалась в том, что он не знал, где начинается и где заканчивается страница, поэтому мог лишь наблюдать за словами, расположенными совершенно не по порядку. Как бы он ни читал, даже если бы знал все отдельные слова, без порядка их можно было расположить практически бесконечным числом способов.

По мере того как он использовал свою недавно усовершенствованную технику закалки, если ее вообще можно было так назвать, он понял, что она делает. В основном.

Его колено все еще болело, но по мере использования "Адаптивного водного тела" ему становилось все легче и легче справляться с этим. Пещеры, которые часто вызывали головную боль из-за быстро меняющейся температуры, ужасных запахов и, вероятно, токсичных испарений, больше не беспокоили его. И наконец, отвратительная еда, от которой у него расстраивался желудок, стала намного легче в животе - хотя он все равно решил перейти на платные продукты, когда почувствовал, что может себе это позволить.

Это не была техника исцеления. Она не заставляла проблемы волшебным образом исчезать. Она просто помогала ему адаптироваться и лучше справляться с проблемами. Эта способность позволяла ему "эволюционировать", чтобы лучше справляться с текущими обстоятельствами. Это происходило исключительно за счет движения воды в его теле, а учитывая, что вода составляла большую его часть, она могла сделать очень многое.

Однако в принципе она была полной противоположностью технике закалки. В то время как техника закалки была направлена на то, чтобы заставить тело исправить возникшую проблему, эта способность помогала исправить уже существующие проблемы, что делало ее... техникой адаптации? Техникой эволюции?

Фредди впервые столкнулся с подобным, будь то на практике или в теории.

У него были свои догадки о том, как это помогает ему адаптироваться: снабжает питательными веществами важные части тела, добавляет дополнительную жидкость, удаляет примеси и т. д. Но на самом деле процесс был настолько сложным, что с тем же успехом можно было считать его чушью вуду.

Хотя он казался исключительным, он не был лишен недостатков. Во-первых, потребление эссенции было интенсивным. Она действовала медленно и быстро истощала его.

Во-вторых, хотя эта способность отлично адаптировала его к текущим обстоятельствам, которые, по его мнению, были основаны на предыдущих двух-трех днях его жизни, она поднимала важный вопрос: что произойдет, когда он исцелится и покинет пещеры? Означает ли это, что вся адаптация сойдет на нет? Если да, то это лишает технику закалки одного из главных преимуществ - постоянного воздействия на телосложение.

Тем не менее он придумывал множество способов использования этой способности, и ему уже не терпелось дать ей еще одно усовершенствование.

Даже на нынешнем этапе она чудесно помогала ему в работе. Его колено теперь разрушалось гораздо медленнее, и оно мешало ему двигаться гораздо меньше, чем раньше.

По мере того как он становился все более опытным в добыче пищи, его ежедневный доход увеличивался в несколько раз.

Опытные собиратели могли определить состояние растения по его увяданию, упругости, цвету, количеству листьев, размеру отдельных частей и множеству других признаков, по которым можно было судить о состоянии и ценности травы. Однако даже эксперты мало что могли понять о растениях, о которых они практически ничего не знали.

Для Фредди же проверка состояния травы была пустяковым делом.

Одного пореза или даже крошечного тычка было достаточно, чтобы он буквально ощутил, насколько здоровым является все, что угодно. Его 1% Вампиризма сильнее реагировал на органические вещества с повышенной жизненной силой.

Хотя редкие экземпляры были неплохим бонусом, большую часть дохода он получал от постоянного сбора высококачественных распространенных трав.

Поначалу лучшее, что он получал от своих усилий, были полуиспорченные, некачественные, неэффективные и в остальном несовершенные продукты. Но не прошло и недели с начала своей новой карьеры, как он уже был среди элиты.

Хотя он строго придерживался заброшенных желтых зон, проводя так много времени в пещерах, он увеличивал свои шансы столкнуться с опасностью. В четырех отдельных случаях он был на волосок от того, чтобы столкнуться с монстром.

Дважды ему удавалось сбежать, прежде чем монстр мог последовать за ним. Однажды он получил своевременную помощь от находящихся поблизости разведчиков, а в последний раз, когда он оказался загнанным в угол, он каким-то образом умудрился отпугнуть существо, ударив дубинкой по стене и завопив как идиот.

Забавно, что он каким-то образом не видел, с чем имеет дело в каждой стычке, а слышал только шумы из-за угла.

По мере того, как его ценность и качество его наград росли, он, наконец, начал делать заметные успехи в своем выздоровлении. Он мог выбирать то, что хотел, поэтому он запросил относительно обычный набор продуктов, именно то, что можно было бы ожидать от человека, имеющего дело с его конкретным состоянием. Хотя он стремился исправить свою кожу, чтобы скрыть эффект 1% Вампиризма, ему нужно было как-то обосновать, почему его общее состояние так быстро улучшалось.

Наконец, преодолев отметку в $10 000 дохода в день, он посетил медпункт, чтобы получить не экстренное лечение колена. Никто из присутствующих не был достаточно квалифицирован, чтобы провести ему операцию, но как раз оказался элитный целитель, способный обеспечить ему сверхъестественное качество исцеления, всего на одну ступень ниже высшего качества.

Этот человек был там, чтобы лечить исключительно персонал, и ни один работник не должен был... иметь доступ к их услугам. Его маленькая выходка с подавлением мятежа и его ценность как поставщика высококачественных трав высшего уровня, похоже, предоставили ему некоторые уникальные привилегии. Администрация, вероятно, посчитала, что повышение его производительности было стоящей инвестицией.

Ему не потребовалось много времени, чтобы улучшить "Пучины бездны". Между жидкостным сжатием, водным сжатием и просто сжатием он первым обнаружил след жидкостного сжатия и без колебаний развил свою способность. Он достиг максимума в увеличении веса его тела на 30%, и теперь он мог продолжать увеличивать его до 60%.

Но "Сотне Мокрых Адов" придется подождать. Ничто из того, что он нашел до сих пор, не стоило того, чтобы рисковать.

Вскоре дни превратились в недели. С каждым днем ​​его кожа выглядела здоровее.

По мере того, как он продолжал получать все больше и больше качественных трав, администрация продолжала вкладывать в него средства. И по мере того, как его доход увеличивался, увеличивался и его кредит на не экстренное лечение, который он использовал для восстановления своих отсутствующих зубов.

Целитель работал над тем, чтобы отрастить ему отсутствующее ухо, безымянный палец и пальцы на ноге — его яички, к сожалению, не поддавались лечению ниже высшего качества. Лечение могло помочь отрастить мошонку, но она была бы не более чем пустым мешком.

Он все еще чувствовал довольно громкие отголоски своего предыдущего состояния. Но внешне, с каждым прошедшим днём было все труднее сказать, что с ним что-то не так. Немного исцеления, которое он получил от 1% Вампиризма во время добычи, было достаточно только для умеренного ускорения его восстановления. Но оно постепенно накапливалось.

В конце концов, персонал решил, что он достаточно исцелился, чтобы прекратить предоставлять ему услуги целителя. Это был именно тот момент, которого он ждал. Он дрожал в предвкушении, когда отправился в уединенное место, неся мачете на поясе с инструментами.

Он уставился на густые, зеленые лозы. Его рот наполнился слюной, и все его тело затряслось, когда он поднял мачете — и опустил его. Невольный всхлип сорвался с его губ, когда он почувствовал сильный прилив жизненной силы. Поэтому он снова взмахнул лезвием.

По всему телу, одна за другой, заживали его многочисленные раны. Он чувствовал хлопающее эхо под кожей, резиновое растяжение в мышцах и сухожилиях, щелчки в суставах и костях и слабое электрическое покалывание от мозга до кончиков пальцев ног и рук.

Вечно присутствующая скованность, комковатая рубцовая ткань, онемение, боль. По мере того, как проходили минуты и все больше пещерных трав разрезалось, все это исчезало. Пустой мешок между его ног снова ощущался полным, и он выплевывал свои искусственные зубы один за другим, пока его настоящие отрастали, чтобы занять их место.

Когда он наконец перестал чувствовать изменения, он бросил мачете и заплакал, свернувшись в позе эмбриона в темном углу пещеры.

После всего этого времени.

После всех этих страданий.

Наконец он снова был цел.

Джанхалар стоял посреди оживленной улицы в семнадцатом районе. Несмотря на густую толпу, оставляющую мало места для пешеходов, все, кто сталкивался с ним, обходили его стороной. Он стоял, как морской хищник среди стаи рыб, с почти идеальным кругом личного пространства по обе стороны.

Патриарх Крэйвенов не стал маскироваться ради удобства этих животных.

Он сосредоточил все свое внимание на предметах, которые были на нем: красная мантия, зазубренный кинжал и жемчужное кольцо, которое сильно напоминало тот уникальный реликт, которую он искал.

К этому моменту его веко развило постоянный тик. Каждый раз, когда он не мог найти чертову уникальность, его ярость поднималась на более высокий уровень. Она все еще была там. Кольцо было доказательством этого. Так почему же он не мог ее найти?

Он обыскал все места, где этот ничтожный негодяй мог даже теоретически спрятать реликт. Как такая ситуация вообще возможна? Они не нашли ни единого доказательства того, что уникальный предмет был украден Мадам, Василиском или кем-то еще третьим. Так как же едва разумная однозвездная обезьяна умудрилась его спрятать?

Он прервал этот поток мыслей, сделал глубокий вдох и снова сосредоточился на задаче. Внезапно его шаги споткнулись, и он решил остановиться на этом. Это была его третья прогулка по всему Питтерсвиллю. Остаток явно не был в городе.

Пришло время расширить область поиска.

"Хуак! Ур! Хуа!", - выдыхал Фредди с каждым ударом, который он посылал по гигантскому валуну.

Каждый кулак приземлялся с гулким треском, и его голые руки быстро продвигались вперед, раздавливая камень в кучу гальки. Он вернулся в скрытую пещеру и, как он давно предвидел, вернулся к тренировкам.

Его тело ощущалось божественным. Он питался гораздо лучше в последнее время и восстановил большую часть потерянных мышц. Это, в сочетании с его недавно улучшенными "Пучинами бездны", вероятно, подняло его вес тела выше 100 кг. И, о боже, он чувствовал импульс за своими ударами.

Однако, к сожалению, его "Струящийся удар" рос довольно медленно. Он подтолкнул его к завершению примерно на 90% с помощью своего использования во время раскопок, но это было медленное достижение, и к тому моменту он почти дополз до остановки.

Нетрудно было сказать, почему так было. Это не было полезной или способностью закалки. Это был боевой навык, что-то, что он должен был использовать в бою, чтобы увидеть его рост. Если уж на то пошло, то, насколько далеко ему удалось продвинуться без боя, было удивительно.

Но он не торопился его завершить. В конце концов, не то чтобы у него не было способностей, над которыми можно было бы работать.

Сделав растяжку, немного подлечившись, перекусив и немного попользовавшись "Адаптивным водным телом", он встал и приготовился поработать над способностью, которой он давно не уделял внимания.

Незаконченная оболочка для "Гидравлического напряжения" одиноко лежала в его эфиркосме, все еще далекая от завершения. Поэтому он принялся за работу.

После многих часов неуклюжих прыжков и махания конечностями он быстро понял, насколько амбициозной была его идея создать эту способность. "Гидравлическое напряжение" было способностью высокого уровня. Несмотря на то, что он много практиковался в манипуляции сущностью, проявить ее, будучи однозвездочником, было довольно сложной задачей.

Если быть честным, если у него действительно был талант к манипулированию сущностью, то, учитывая то, сколько он работал над этим, находясь в плену, он уже должен был быть намного лучше. К счастью, его душевный конструкт был рядом, чтобы помочь ему компенсировать это.

Даже несмотря на медленный прогресс, он мог позволить себе работать над ней столько, сколько у него было времени. Спустя много часов практики он начал понемногу понимать, что к чему.

Как он обнаружил, один из ключевых трюков на самом деле был довольно контр-интуитивным.

Каждый раз, когда он использовал "Гидравлическое напряжение", он, в общем, сгибался. Он концентрировался на мышце, манипулируя водой внутри нее, и старался сгибать и разгибать ее одновременно. Засечь время было непросто, но он уже давно пришел к выводу, что это ключ к тому, чтобы все получилось, но он ошибался.

Использование внутренней водной манипуляции для сжатия мышцы также запускало рефлекс сгибания мышцы даже без сознательной мысли. Расслабление мышцы заранее было трюком, чтобы заставить ее работать последовательно.

Это казалось очевидным, но сделать это было непростой задачей. Это было не только контр-интуитивным, но и противоречило мышечной памяти всей жизни и базовому инстинкту.

Однако, как ни удивительно, ему потребовалось гораздо меньше времени, чтобы освоиться. Возможно, все это время, проведенное за... близким знакомством с внутренними механизмами своего тела, помогло ему лучше контролировать его. А может, дело было в чем-то другом. В конце концов, он просто гадал.

Когда ему наскучила практика, он поменялся с другой способностью, которую пытался развить - "Струей давления".

Ему не потребовалось много времени, чтобы отказаться от этой затеи, по крайней мере на данный момент. Сколько бы он ни тренировался, пока у него не будет достаточного навыка управления сущностью, он не сможет этого сделать. Как бы он ни старался, он не мог даже направить воду в жалкую струйку, не говоря уже о сжатой струе, которой можно было бы что-то разрезать.

Он не перестанет пытаться получить эту способность, но для этого ему сначала придется сосредоточиться на отсутствии у себя контроля.

Попробовав разные методы закалки, проверив Незер на предмет чего-нибудь, чем можно было бы улучшить "Сотню Мокрых Адов", ничего не найдя и пособирав еще немного, он взял сумку с сегодняшней добычей и вернулся в лагерь.

Он начал свою обычную послерабочую рутину. Продал свои товары, привел в порядок вещи, помылся, посетил пещеру туалет и, наконец, поел.

Оказалось, что отвратительная таинственная похлебка была не единственным блюдом в меню. Он мог получить гораздо более вкусную еду в обмен на увеличение квоты на следующий день.

Вкусное грибное рагу, довольно дорогое блюдо, которое он предпочитал, приятно парило на столе перед ним. Ложка погрузилась в него, и он потащил сливочное блюдо в рот. Действительно, такой прием пищи обошелся ему в заметную сумму. Несколько сотен долларов. Цены на еду взлетели до абсурда. То, что было вполне обычным блюдом, продавалось по цене роскошной кухни.

Не то чтобы он возражал. Он бы предпочел отложить выплату долга как можно дольше.

"Эй, это тот парень", — раздался голос позади него.

"Придурок", — ответил гнусавый голос. "Наверное, получил это рагу от самого Стивена Шита".

Ах, вот оно что. Его трапеза была бы неполной без не очень-то тонкого дерьмового разговора буквальной за его спиной.

Привилегированное отношение персонала к нему не осталось незамеченным. Не потребовалось много времени, чтобы уродство отчаяния проявилось.

Подавляющее большинство слухов вокруг него рисовали его как некоего злодея. То ли теневой ублюдок, наживающийся на чужом труде, то ли еще более теневой агент или "платный актер", тайно работающий с персоналом лагеря, то ли еще что. Он не сомневался, что подобную чушь распространяют сначала рабочие, которых он видел в шахтах, а потом его коллеги-собиратели.

Так или иначе, ему это было удобно. Будь то его исцеление или другие выгоды, все это было списано на его связь с администрацией лагеря.

Закончив трапезу, он встал, и горсть отвратительных бесплатных помоев попала ему на шею, прямо под ухом. Через несколько столиков от него шумная компания мужчин гоготала от восторга. Действительно, это тоже было обычным явлением. Он даже не потрудился вытереть еду, выходя из закусочной.

Когда он возвращался к очистительному пруду, на него намеренно налетел грузный мужчина. Учитывая его обманчивый вес, этого было недостаточно, чтобы опрокинуть его, но он решил поиздеваться и рухнул на землю, как тряпичный мячик. С громким стуком его тело упало на землю.

Затем он встал. "Эй", - сказал он, повернувшись лицом к человеку, который столкнулся с ним. "Смотри, куда идешь, приятель. Еще раз тронешь меня, и я сломаю тебе позвоночник", - пригрозил он. Его провокация не сработала.

Мужчина лишь усмехнулся и ушел, выглядя слегка поспешно.

Он вздохнул. Если бы только эти трусы осмелились сделать с ним еще что-нибудь. Драться за пределами арены было запрещено. Если, конечно, речь не шла о самообороне. Он не хотел возвращаться в Пустоши по многим причинам, главная из которых - его дурная репутация.

У людей и так было достаточно причин его ненавидеть. Проигрыш ему на арене мог просто нажить ему слишком много врагов.

Подойдя к пруду, он умылся и вернулся в палатку.

Пока он лежал там, он не чувствовал себя уставшим, как обычно. Сон все еще тянул его веки, но это было обычное, здоровое желание человека, который провел целый день без сна, а не обычный, вызванный болезнью и болью инстинкт отдыха и восстановления.

Не было ничего такого, что он хотел бы сделать сейчас и не смог бы сделать завтра, поэтому он решил...

Шум полога палатки вырвал его из полудремы, и большая, крепкая рука бросилась к его ноге и резко вытащила его наружу.

Все его тело дернулось, и он упал на землю.

Несколько человек стояли вокруг него, но он был слишком ошеломлен и сбит с толку, чтобы сосчитать их. Однако не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что происходит.

"Это ты настучал на Росса, да?" — завизжал один из мужчин. "Ты его сдал, как сучка!"

Не успел он сориентироваться, как кинжал вонзился ему прямо в бедро, а дубинка врезалась в голову. Он полностью ожидал, что его вырубят, и рефлекторно повалился набок. Его едва не затошнило, когда он понял, что все еще находится в полном сознании, а на голове лишь легкая головная боль и синяк.

"Перережь ему горло", — сказал один из мужчин, и кинжал метнулся ему в шею.

Повинуясь инстинкту, он поднял правую руку и отразил удар, схватив мужчину за запястье и остановив атаку.

"Что за… аааааргх!?" — закричал мужчина, сжимая и тянув, используя вес своего тела как рычаг, чтобы повалить мужчину на землю и отбросить его в сторону.

Резкая боль в бедре даже не заставила его вздрогнуть, когда он поднялся на ноги. Рана была даже не такой уж глубокой.

Остальные мужчины тут же бросились на него.

----------

Враг народа

Фредди посмотрел на пятерых мужчин, бросившихся на него и на того, кто все еще лежал на земле. Все они закрывали лица коричневыми матерчатыми масками. У троих были короткие волосы, у двоих - длинные, а тот, кого он повалил, был лысым.

Прежде чем он смог различить что-то еще, он просто развернулся и побежал через лабиринт палаток.

"Помогите!" - кричал он. "Помогите!" - закричал он еще громче.

Его бедро обильно кровоточило.

Люди бросались ему наперерез, а его преследователи бежали по горячим следам. Палатки возвышались так высоко, что их не было видно, и были упакованы так плотно, что маневрировать по ним было головокружительно.

"Держите его!" - крикнул один из них.

Он схватил и потянул за собой все, что попалось под руку, чтобы замедлить приближение людей, обрушив при этом несколько палаток и даже людей, и хотя они двигались быстрее его, он остался впереди, хотя и ненамного. "Пучины бездны" дали о себе знать, так как из-за возросшей массы тела ему с трудом удавалось делать быстрые повороты.

Внезапно с резким свистом - и, скорее всего, с помощью таланта - один из кинжалов пролетел и ударил его в спину. "Ак!" Удар не был глубоким, но его хватило, чтобы один из мужчин достал его дубинкой, слегка задев затылок, но ударив достаточно сильно, чтобы затуманить зрение.

Не обращая внимания на боль, он продолжил бежать, врезаясь в плотную толпу рабочих и пробиваясь сквозь них, как шар для боулинга, что даже вызвало небольшой отклик у его таланта. Для этой цели его плотное тело было как нельзя кстати. Масса кричащих, растерянных людей представляла собой серьезное препятствие для его преследователей.

"Стой! Куда ты идешь!" - закричал другой из нападавших, но Фредди не успел понять, к кому он обращается.

Повернув раз, потом два и, наконец, миновав еще одну небольшую толпу рабочих, находящихся в состоянии повышенной готовности, он решил, что находится в безопасности - пока колено внезапно не врезалось ему в бок, отправив его тяжелое тело кувырком прямо в палатку, обрушив ее на него и похоронив в толстой ткани.

"Черт, черт, черт..." - прохрипел он, отчаянно пытаясь выпутаться из тяжелой ткани.

"Не волнуйтесь!" - закричал кто-то. "Я вижу его!"

Кинжал вонзился прямо в ткань, едва не попав ему в глаз, но благодаря быстрой реакции попал в лоб, к счастью, не пробив кость, но все же заставив его попятиться.

Он поднял руки, чтобы защитить лицо, и кинжал безжалостно располосовал ему руки, но, к счастью, благодаря его закаленному в "Сотне Мокрых Адов" телосложению раны оказались слишком мелкими, чтобы он мог истечь кровью, однако они быстро накапливались.

Второй нож присоединился к усилиям первого, хотя и с гораздо меньшей точностью, и в конце концов мужчины достаточно разорвали ткань, чтобы он смог выбраться.

Там было только трое мужчин - двое с длинными волосами и лысый, но у него не было времени раздумывать, где остальные. Человек слева от него бросился на него, и он, почти не грациозный, ошеломленный, взмахнул правой рукой, нанося "Струящийся удар" открытой ладонью, застал человека врасплох почти идеальным ударом и мгновенно вырубил его.

Атака, которую он не заметил в пылу сражения, пронеслась мимо, и лысая фигура вонзилась ему в живот. Он рефлекторно отмахнулся, нанося контрудар, но этот боец оказался гораздо опытнее: он уклонился назад, уходя с пути атаки, и успел отойти на некоторое расстояние, как раз вовремя, чтобы его товарищ ударил Фредди по затылку металлической дубинкой.

Он почувствовал, как раскололся череп, но этого все равно было недостаточно, чтобы вырубить его, поэтому, пылая адреналиновой яростью, он схватил оружие мужчины, а затем и его руку, пытаясь оттолкнуть его в сторону. Внезапно мужчина словно укоренился на месте, и при беглом взгляде выяснилось, что так оно и есть: его буквально привязали к земле корни - благодаря способности, связанной с природой.

Те же древесные усики обвились вокруг его рук, и он крепко держался на месте, пока лысый мужчина приближался, чтобы прикончить его. Оставшись без выбора, он вызвал "Струящийся удар" и со всей силы откинул голову назад.

Его физический вес в сочетании с импульсом его способности помог ему вытянуть человека за корни и оказаться на пути надвигающейся атаки, в результате чего лысый мужчина случайно ударил своего спутника.

Если бы у него не было "Сотни Мокрых Адов", чтобы предотвратить взрыв мозга, этот трюк убил бы его. Из-за того, что "Струящийся удар" влил в его голову столько воды, у него закружилась голова, а в глазах появились большие черные пятна.

На мгновение он потерял сознание, а еще через мгновение оказался на земле, а сверху на него навалился умирающий человек.

С яростным ревом лысая фигура метнула кинжал прямо ему в лицо, и он едва успел защититься, подставив руку. Лезвие прошло сквозь его ладонь и вышло с другой стороны, почти  угодив в его глаз, и он схватился за клинок, не давая вытащить оружие.

Атакующие удары мужчины засвистели, когда он решил вместо этого наносить усиленные ветром удары в незащищенный бок, но не смогли причинить ему никакого реального вреда.

"Сдохни, кусок дерьма!" - кричал мужчина, как бешеное животное, продолжая наносить удары и хрюкая от напряжения.

Вытащив наконец вторую руку из-под хромой фигуры, он схватил лысого и отбросил его в сторону, а сам выполз из-под другой фигуры, все еще удерживая кинжал вместе с рукой противника, пока они оба рвались к ногам.

Мужчина нанес удар в лицо Фредди, значительно увеличив скорость, и тот приземлился прямо на его щеку... но не причинил никакого вреда. Мужчина нанес еще один удар, и снова он словно врезался в стену из дубленой кожи. Он побледнел и попытался отступить, наконец осознав, что у него не хватит сил, чтобы нанести реальный вред голыми кулаками.

Но пальцы Фредди крепко держали руку мужчины, хватка была крепче железных тисков, и вырваться было невозможно, так как он, не обладая большим изяществом, чем лысый, подражал ему, нанося шквал ударов, слишком неистово, чтобы правильно выбрать время для нанесения "Струящихся ударов".

Его кулак приземлился на живот и лицо мужчины, но неудачная способность свела на нет большую часть силы. Мужчина попытался защититься другой рукой, но кулак Фредди раздробил ему запястье вместе с ладонью.

Он быстро исчерпал запас энергии в своих диких замахах, но продолжал наносить обычные удары, которые причиняли гораздо больше боли, чем неудачные "Струящиеся удары".

Кулак дважды ударил мужчину по печени, закрутил его и повалил на спину, а третий удар пришелся по носу, разбив его в кровавую массу. Удар за ударом создавал постоянный приток жизненной силы в его тело, которого было недостаточно, чтобы хоть как-то повлиять на его текущее состояние, но в конце концов кулак сильно ударил мужчину в подбородок, едва не отправив его в нокаут.

Мужчина потянулся к земле и схватил что-то.

Он снова бросился в атаку и не заметил, как мужчина замахнулся массивным железным колышком для палатки прямо ему в голову, слишком быстро, чтобы увернуться, и тупое оружие приземлилось с громким металлическим лязгом и треском разламывающейся кости.

Он был слишком ошеломлен, чтобы защищаться, когда мужчина снова замахнулся колышком и ударил его по шее. Когда мужчина снова поднял оружие, готовясь нанести третий удар, он рефлекторно поднял руку, блокируя удар предплечьем, и схватил мужчину за руку. Держа его за обе руки, он притянул его к себе и врезался лбом в изуродованный нос мужчины. Его противник обмяк и упал на землю.

Сущность не рвалась, и он понял, что человек не умер.

"Вот он, - крикнул кто-то со стороны Фредди, - вот..."

Он повернулся лицом к трем другим мужчинам, которые в какой-то момент отделились.

Взгляды мужчин метались между его обильно истекающим кровью телом... и их товарищами.

Он выпрямил спину, не обращая внимания на струйки крови, стекающие по телу. "Ну что?" - позвал он. "Ты собираешься напасть на меня или как?"

"Он блефует!" - крикнул один из них. "Берите его, пока он слаб!"

В ответ он поднял бессознательного мужчину в воздух и схватил его за шею. "Сделайте один шаг вперед, и вы сможете попрощаться с Лысым".

Мужчины замерли. "Черт!" - крикнул один из них. "Отпусти его!"

Он сильнее сжал шею мужчины. "Или что?" Он хихикнул. "Ты собираешься убить меня? Я делаю это только для того, чтобы избавить себя от проблем с персоналом. Если бы не они... я бы перерезал вас всех до единого".

Это было очень похоже на блеф. На самом деле у него так кружилась голова, что ему потребовалась вся сила воли, чтобы не шататься на ногах.

Патовая ситуация между двумя сторонами продолжалась, когда вокруг них начали собираться люди.

Между тремя людьми в масках и Фредди, который был весь в крови, никто не спешил встать на чью-либо сторону.

"Черт!" - закричал один из троих мужчин, сорвавшись с места и бросившись бежать. Через несколько секунд за ним последовали двое его друзей.

Как только мужчины скрылись из виду, он бросил бессознательного мужчину и начал идти, направляясь в лазарет, чтобы получить необходимую помощь. "Шоу окончено, ребята. Отойдите в сторону".

"Отойти куда, придурок!? Ты опрокинул мою палатку!" - кричал кто-то из толпы.

"Вы, ублюдки, пролили мой груз на улицу!" - кричал другой человек. "Половину украли!"

"Это ты тот чертов парень со шрамами, да?" - обвинил длинноволосый мужчина, выходя из толпы и подходя к нему, заходя прямо в его личное пространство и тыча пальцем в нос. "Все! Этот парень - гребаный стукач! Вот почему он..."

Прежде чем мужчина успел продолжить, Фредди схватил его за палец и вывернул, сломав его, и прежде чем мужчина успел закричать, он со всей силы ударил его ногой в живот, отчего того вырвало на землю, а затем он бесцеремонно потерял сознание в куче собственной блевотины.

"Или вы убираетесь с дороги, или я убираю вас с дороги!" - крикнул он толпе, уверенно шагая прямо к ним.

Никто больше не хотел рисковать, и вскоре перед ним расстилалась свободная дорога, по которой он шел.

Он потерял много крови. Раны не были глубокими, но достаточно серьезными, чтобы угрожать его жизни. Скрежеща зубами, шатаясь, он зашагал вперед.

Несмотря на весь нанесенный им урон, его талант оказался совершенно бесполезным в этом бою. Каким бы чудесным он ни был вне боя, это было напоминанием о том, что во время сражения он практически ничего не меняет.

Для него, который до этого момента почти полностью полагался на него вне боя, он казалась божественной силой. Теперь же он осознал всю тяжесть этой потери. Никто из этих людей не обладал потрясающим талантом, позволявшим ему сократить разрыв за счет чистой силы.

Но так будет не всегда.

Почва под его ногами была испещрена кровавыми следами, и хотя кровотечение замедлилось, оно все еще активно убивало его. Но он категорически отказывался терять сознание. Ни за что на свете никто не стал бы ему помогать.

"Эй, что с тобой случилось?" - спросил кто-то, но он не мог собраться с силами, чтобы повернуться к ним лицом.

Однако серебристые волосы и пронзительные голубые глаза привлекли его внимание: перед ним шла фигура с поднятыми руками и предлагала помощь.

"Вы..." Это был ассистент, который помогал с лекциями, а также один из его коллег-собирателей.

"Да, да, э-э-э...", - сказал мужчина, разглядывая свое окровавленное тело. "О, парень, у тебя сильное кровотечение. Мы должны оказать тебе помощь".

"Не волнуйтесь", - сказал он. "Я могу добраться туда".

"Нет, подождите", - настаивал мужчина, приседая перед ним и поворачиваясь спиной, предлагая прокатиться на спине.

Он попытался отказаться, но, пытаясь повернуться в другую сторону, упал, перекинувшись через спину мужчины.

Со странной, почти практической легкостью мужчина поднял его, и он сдался. Если этот человек готов помочь, он мог бы принять его предложение.

Мужчина нес его довольно уверенно, но его вес все же сказывался. К концу пути серебристоволосый выглядел изможденным, с трудом переводил дыхание и обильно потел.

Когда они добрались до палатки, мужчина опустил его на землю. "Мужик..." - сказал он, вытирая пот с глаз. "Ты чертовски тяжелый", - заметил он, пытаясь отдышаться.

Вскоре к нему привели медика, и его раны были обработаны. Как и в каждом подобном случае, было начато небольшое расследование. Он рассказал свою версию событий и остался нервно ждать приговора, не зная, что скажут о нем свидетели. Скорее всего, они будут нелестными.

Однако, к его удивлению, сотрудники быстро пришли к выводу, что он невиновен. Даже подозрительно. Может быть, они просто прислушивались к слухам о его благосклонности, чтобы приманить тех, кто хотел на него напасть?

В благодарность за то, что он разобрался с несколькими нарушителями порядка, с него сняли плату за лечение. Один из троих, которых он вырубил, был мертв, а двое других будут публично казнены. Учитывая слухи, которые люди уже распускали о нем, ему было неприятно это слышать. Трое мужчин, которые убежали, не были пойманы.

К счастью, его раны оказались не слишком сложными. Ничего такого, что не зажило бы само собой и не вызвало бы подозрений в его таланте.

Только когда его оставили в полном одиночестве отдыхать в вонючей палате для выздоравливающих, до него наконец дошло.

Шестеро мужчин напали на него, пока он спал, и почти сумели убить.

Он отчетливо помнил реакцию толпы. Неужели его репутация действительно стала настолько плохой? Возможно, боссом нападавших был тот человек, на которого он настучал, но это могло быть и совершенно не связано.

Даже если это правда, какие у этих людей были доказательства того, что это его рук дело? Но нет... этим людям не нужны были доказательства или веские причины, чтобы обвинить его. Слухов о привилегиях, которыми он был наделен, было достаточно, чтобы вызвать подозрения.

"И это должен быть я", - сокрушался он. "Это просто чертовски необходимо, чтобы это был я, не так ли?"

Наверное, дело в многочисленных визитах к элитному целителю. Это было неизбежно, и он смирился с тем, что удар по репутации неизбежен.

Но это было плохо.

Очень плохо.

После еще нескольких часов отдыха его наконец отпустили. Раны все еще болели, голова кружилась, но зелье восстановления из его тайника справилось с самыми серьезными повреждениями.

Выходя из палатки, он услышал голос. "О, слава Богу!" - позвал кто-то сзади. "Ты жив!"

Обернувшись, он увидел, как серебристоволосый мужчина поднимается с земли неподалеку. "Э-э..." - начал он, несколько озадаченный. "Привет?"

Мужчина смахнул пыль со своей униформы собирателя, шагнул вперед и протянул ему руку для рукопожатия. "Меня зовут Питер Вейн".

"Хорошо, Питер... э-э-э... почему вы все еще здесь?" - спросил он, не отвечая на приветствие.

"О, я..." Мужчина выглядел ошеломленным. "Я помог привести вас сюда, так что я был заинтересован в том, чтобы увидеть..."

"Спасибо... за помощь, я имею в виду", - сказал он. "Но... теперь со мной все будет в порядке".

"Понятно", - ответил он, окидывая взглядом состояние своего тела. "Скажи, ты ведь довольно сильный, верно?"

Он поморщился. Действительно. Он был довольно силен, но... судя по его постыдному поведению, ему еще предстоит пройти долгий путь, чтобы правильно использовать эту силу. "Я бы сказал, что я довольно крепкий, да", - подтвердил он, тщательно подбирая слова.

"Должен признать, - начал мужчина с застенчивой улыбкой. "Я видел ваш бой в Пустошах. Ты был очень..."

"Слушай, - перебил он, - ты здесь по какой-то причине или..."

"Я... Знаешь, есть кое-что, о чем я хотел бы с тобой поговорить", - начал мужчина.

Фредди с любопытством посмотрел на него. Сдвинутая поза, нервный взгляд, принужденная улыбка... Этот человек, или, скорее, Питер, чего-то хотел. Хотя он слишком устал и испытывал сильную боль, чтобы беспокоиться, он не мог отделаться от ощущения, что что-то не так. Он хотел уйти... но инстинкты подсказывали ему остаться.

Мужчина огляделся по сторонам. "Может, нам стоит пойти в более уединенное место?"

Так они и сделали, отправившись в укромное местечко в углу главной пещеры.

Питер начал. "Вы когда-нибудь задумывались, почему власти позволяют арене существовать?"

На самом деле он хотел сказать не совсем то, что хотел, потому что до сих пор его это не волновало, но... "Да...", - неуверенно предложил он, любопытствуя, к чему клонит этот человек.

"Верно? Это подозрительно, не так ли?" - сказал мужчина. "Я часто бываю на трибунах, и люди часто показывают рост, которого они не должны были достичь, просто выполняя свою работу, но персонал все равно не замечает этого, несмотря на то, что это несомненное нарушение правил".

"Фигурально", - сказал он. Вероятно, персонал не может утруждать себя проверкой роста каждого человека. "А как насчет восхождения?"

"Нет, это гарантированное изгнание", - уточнил мужчина. "А за двухзвездниками вроде меня следят гораздо тщательнее, но кроме этого, похоже, их больше ничего не волнует".

Двухзвездный? внутренне удивился он. Этот человек был двухзвездочным? Действительно, как он ни пытался сосредоточиться на нем, он не мог определить, насколько тот силен. Это означало, что человек мог прекрасно скрывать свое присутствие, подтверждая, что он на звезду выше его. "Итак?" - начал он. "Что насчет арены?"

"Я просто хотел спросить... вы планируете вернуться?"

Он прищурился на мужчину. "Почему?"

"Ну..." - начал мужчина, его глаза переместились. "Вы сможете вернуть долг гораздо быстрее".

"Через ставки, вы имеете в виду?" Он слышал о системе ставок, действующей на арене. Естественно, если бы вся эта операция была законной, это был бы идеальный способ для него выбраться оттуда. Но это было не так, поэтому он не проявлял к этому никакого интереса.

"Да", - подтвердил мужчина. "Но не только это, ты еще и довольно силен... Возможно, меньше людей станет за тобой охотиться, если ты покажешь, из чего сделан".

На это он рассмеялся. "Может быть. А может, и нет. Это все, о чем вы хотели поговорить?"

Мужчина на мгновение задумался, затем покачал головой.

"Тогда перейдем к делу. Чего вы хотите?" - спросил он.

"Ну... мне просто интересно... и, пожалуйста, никому не говорите, что я спросил вас об этом, но... чисто теоретически, если бы вы пытались сбежать, что бы вы сделали?"

Фредди замер. В глубине его сознания закралось подозрение, пока он смотрел на мужчину. Затем он улыбнулся. "Я бы сдался", - сказал он, усмехаясь. "Это место, похоже, более или менее непроницаемая тюрьма".

"А что, если я скажу вам, что в этом нет необходимости?" - предложил мужчина, и выражение его лица стало немного мрачнее.

"В любом случае я предпочел бы вернуть долг", - сказал он. "Зачем рисковать?"

"Я-" начал Питер, внезапно показавшись крайне встревоженным.

"Если это все, о чем вы хотели поговорить, то я пошел", - сказал он, кивнув и отвернувшись.

"Подождите!"

Но Фредди не остановился.

"Там... там слухи!"

Он сделал паузу, медленно поворачиваясь лицом к рыдающему мужчине. "Что ты имеешь в виду?"

"Я..." Мужчина передернулся, его глаза забегали, пока он глотал воздух. "Они... они говорят, что ты можешь... знаешь... Ты можешь не получить свободу после того, как вернешь долг..."

Его глаза закрылись, превратившись в щели. "По-моему, это глупый заговор".

"Я... я не уверен", - сказал мужчина. "Нет никакой гарантии, что они просто отпустят нас".

"И откуда у вас такие слухи?" - спросил он.

"Я... Просто поговорил".

"Ага", - сказал он. "Просто интересно, вы сказали, что у вас две звезды, верно?"

Мужчина кивнул.

"Мне просто любопытно, но, насколько я знаю, двухзвездочные здесь - это только небоевые архи, да?"

Мужчина нерешительно подтвердил: "Да. Никто из нас не обладает боевыми талантами", - заявил мужчина, и не успел он среагировать достаточно быстро, как Фредди схватил его за шею и повалил на землю, сдерживая мужчину, заведя его руку за спину.

"Закричишь - и ты труп", - пригрозил Фредди. "А теперь скажи мне, какого хрена тебе от меня надо?" - спросил он.

"Пожалуйста! Аргх! Я расскажу тебе все!" - умолял мужчина.

"Дай угадаю, хочешь завербовать меня в повстанческую группу? Посмотрим, как к этому отнесется персонал!"

"Я здесь не для этого!" - защищался он.

"Тогда докажи это!"

"Я..." Мужчина закашлялся, вдохнув немного пыли. "Я просто хочу помочь тебе!"

"Ты лжешь", - сказал он, еще больше вдавливая голову мужчины в землю и сильнее натягивая его руку. "Ты здесь из личного интереса. Так скажи мне, ублюдок, чего ты хочешь?"

"Вы правы!" признал Питер. "У тебя могущественный хозяин... Я прав?"

Он сделал паузу. Вместо того чтобы отрицать это, он подыграл. "Откуда вы это знаете?"

"Информация в ваших документах!" - сказал мужчина. "Она засекречена! И ваша сила..."

"Откуда, черт возьми, вы знаете, что в моих документах?" - допрашивал он.

"Потому что я здесь работаю!" - заявил мужчина. "Я замаскированный сотрудник!"

О... к черту такую жизнь, - внутренне выругался он. Он только что напал на сотрудника. У него мелькнула мысль убить человека и спрятать его тело, но он сдержался. "Какого лешего вы затеяли этот заговор?" - спросил он.

Мужчина сделал несколько успокаивающих вдохов. "Я не собираюсь вечно торчать в этой дерьмовой компании!" - крикнул он. "Я хочу предложить вам обмен. Я помогу вам выбраться из этого места! А взамен... пожалуйста, убедите вашего мастера взять меня под свое крыло!" - сказал он. "У меня есть талант мастера ядов, но он бесполезен в бою. Я никогда не хотел иметь не боевой талант!" - крикнул он. "Мне нужна услуга от кого-то могущественного, чтобы он помог мне изменить мою следующую эволюцию!"

Фредди надолго прижал мужчину к земле. Насколько он знал, этот человек мог лгать, но его мотивы были достаточно эгоистичны, чтобы хотя бы отдать ему должное.

Обычно он не стал бы рисковать с такой подозрительной фигурой, как эта.

Но у него не было даже намека на план, как выбраться из этих пещер. Бежать было равносильно самоубийству. А какой еще у него был выбор?

Глубоко вздохнув, он стиснул зубы. Такая возможность не представится ему дважды.

"Хорошо, - сказал он, отпуская шею мужчины. "Я принимаю твою сделку".

Естественно, поскольку у него не было хозяина, он не мог выполнить свою часть сделки. Было ли это бесчестно? Ему было все равно. Ему нужен был способ выбраться оттуда.

В конце концов Фредди вернулся в палатку. Там он собрал свои вещи. Оставаться там пока было слишком опасно. Поэтому, по крайней мере на время, он переберется в заброшенную пещеру.

По дороге каждый, кто смотрел на него, казался подозрительным. К любому, кто хотя бы поднимал руку, проходя мимо него, он относился так же, как если бы у него в руках был кинжал.

Как мало нужно человеку, обладающему особыми способностями или талантом, чтобы убить его в такой толпе? А если на него набросятся несколько человек, насколько велика вероятность того, что он снова победит?

Разговор с переодетым сотрудником был коротким. На данный момент он будет искать способы вывести его из состава экспедиции.

До следующей встречи он должен был сам позаботиться о своей жизни.

Одно было совершенно очевидно - ему нужно научиться правильно защищаться, а махать руками в пустую, не имея рекомендаций, было недостаточно.

Его репутация казалась непоправимой, но кто сказал, что он должен ее исправлять?

Нет, у него была идея получше.

----------

Акула в пруду

Самая большая проблема, которую Фредди заметил после переезда из главного комплекса, заключалась в том, что стало практически невозможно следить за временем. К счастью, он не пропустил ни одного дня и у него ещё оставались выходные, поэтому это не имело серьёзных последствий.

Решение проблемы оказалось простым. Он просто отправился в центр распределения снаряжения и попросил маленькие карманные часы. Да, такие выдавали. Бесплатно. Он и не знал. Когда он задумался, это показалось логичным. Люди должны были возвращаться из пещер вовремя, а для этого им нужно знать время. Даже идиот мог бы догадаться до этого.

Сказать, что он стыдился того, что не знал этого раньше, значит ничего не сказать.

Спать в холодной пещере поначалу было трудно, но его "Адаптивное Водное Тело" помогло ему привыкнуть куда быстрее, чем это было бы возможно в обычных условиях. Однако ничто не могло помочь ему привыкнуть к ползающим по телу мерзким гигантским многоножкам, которые иногда его будили.

Сначала он просто расстелил свой футон на случайном клочке мха и справлялся с проблемами по мере их поступления. Но со временем он нашёл и отшлифовал приподнятую каменную платформу и начал спать там. Ожидая, что камень окажется крайне неудобным, он был удивлён, обнаружив, что он, честно говоря, может быть даже лучше, чем кровать, которую он использовал, снимая своё жильё.

Его общая продуктивность и скорость погашения долга упали до чуть выше обязательной ежедневной квоты. Это казалось немалой суммой, но для него, зарабатывавшего более двадцати тысяч долларов в день в свои лучшие времена... да, это было значительное замедление. Он планировал вернуться к своему прежнему уровню, чтобы не потерять полученные преимущества.

Причина его резкого снижения продуктивности была проста — он тратил подавляющее большинство времени на тренировки.

"Струящийся Удар" продемонстрировал огромный прогресс после его сражения с теми людьми, и через несколько дней практики его техника достигла завершённого состояния.

Кроме того, прогресс его звезды поднялся до 65%.

Он тренировал "Струящийся Удар", пробивая ясную тропу вокруг небольшого озера. Он мог дробить камни одним сильным ударом кулака. Честно говоря, это было глупо, так как он часто ломал кости и сдирал кожу до крови, но исцеление проходило достаточно легко, а его кости становились менее хрупкими по мере нагрузок.

После этого он взвалил на спину валун размером с его торс и начал бегать кругами по пещере.

"Пучины бездны" были феноменальной техникой закалки. Более плотное тело означало, что врагам сложнее было его сдвинуть, а большая масса увеличивала силу его ударов.

Но, как он понял в бою с нападавшими, это также значительно замедляло его. И с обновлением техники эта проблема никуда не делась.

На первом круге вокруг озера он смог пройти лишь половину пути, прежде чем упал от изнеможения. Его пресс и поясница горели, словно в огне, а икры казались готовыми лопнуть от перенапряжения. Не говоря уже о позвоночнике, бёдрах, плечах, шее и коленях. Без его таланта эти части тела уже были бы разрушены навсегда.

Такие интенсивные тренировки, естественно, требовали много энергии. Для этого грибы оказались настоящим благословением, и, к счастью, он был профессионалом в нахождении съедобных грибов и других полезных трав.

Хотя для превращения сырья в полезные алхимические продукты требовалась серьёзная обработка, некоторые ингредиенты могли оказывать ограниченный полезный эффект даже в сыром виде. Конечно, существовали сокровища, которые не требовали обработки, но это было не то, что ел Фредди. Совсем.

Сырые ингредиенты были тяжело усваиваемы, иногда ядовиты, или имели другие нелетальные или лишь слегка летальные побочные эффекты.

Однако 1% Вампиризма в сочетании с "Адаптивным Водным Телом" и, возможно, естественной адаптацией его организма позволяли употреблять их без особых проблем — и с большой пользой.

Улучшенная регенерация, повышенный уровень энергии, улучшенная концентрация, слегка ускоренное восстановление эссенции, небольшой, но заметный рост выносливости, прочности, скорости, рефлексов и даже силы. Он думал яснее, видел острее, слышал чётче и чувствовал себя… хорошо. Слишком хорошо.

Возможно, он получал больше, чем ожидал.

Все эффекты были не такими выраженными или долгосрочными, как после обработки трав, но даже небольшой прирост буквально во всём нельзя было недооценивать.

Это снова напомнило ему о невероятности его таланта.

Его ежедневный рацион состоял из постоянных перекусов травами и поглощения максимально возможного количества белка. В углу пещеры находилось отверстие, которое он быстро заполнял отходами. Оно начало переполняться, и запах распространялся на другой конец пещеры.

Его тренировки, помимо того, что они уничтожали его позвоночник и суставы, также включали в себя много практики управления эссенцией.

Фредди почти ничего не знал о стандартных упражнениях по управлению эссенцией, но, имея в своём распоряжении уйму времени, он постепенно начал разбираться в этом самостоятельно.

По мере его наблюдений выделялись основные переменные: во-первых, он работал либо с внутренним, либо с внешним источником воды; во-вторых, объём жидкости; в-третьих, количество отдельных капель, которые он мог одновременно контролировать; в-четвёртых, сложность формы, которую он пытался поддерживать; в-пятых, непрерывное время удержания воды в воздухе; в-шестых, степень её сжатия; в-седьмых, сложность траектории, по которой он её перемещал; и, наконец, в-восьмых, скорость, с которой он её ускорял.

Для внутреннего манипулирования водой ему хватало упражнения "Гидравлическое напряжение". Возможно. Он мало что понимал в этой теме, поскольку все его внутренние способности были получены из свитков эфира.

Поэтому попытки обучаться через практику казались ему на данный момент лучшим вариантом.

Для остальных переменных он разработал конкретные упражнения, сосредотачиваясь на каждой из них по отдельности.

Может быть, это объяснялось его навыком "Извлечение сущности", который обеспечивал его достаточным количеством энергии для тренировок. Как только он начал применять новый набор упражнений, его навыки манипуляции резко улучшились.

Он перестал ограничиваться формой шара, и объём воды, который он мог контролировать, резко увеличился.

Если капли были достаточно малы и их форма оставалась аморфной, он мог сначала управлять двумя, но вскоре их количество выросло до семи.

Удержание других форм, помимо шара, оказалось для него настоящим вызовом. Это давалось ему сложнее всего, и самая сложная фигура, которую он мог поддерживать, кроме шара, была куб — и тот шаткий.

Карманные часы, которые он носил, показывали, что он лучше всего справляется с продолжительным удержанием воды в воздухе. Это не удивляло, так как он тренировался в этом аспекте большую часть времени, находясь в заточении.

Что касается сжатия, то это было, как он считал, практически невозможно. Это напоминало попытки сжать слизь руками — чем больше он давил, тем сильнее она выскальзывала через пробелы в контроле. Он предположил, что, если он хочет добиться успеха в этом, ему сначала нужно научиться создавать почти идеальную сферу. А это оказалось непросто. Лучшее, что у него получалось, — это нечто большее похожее на яйцо.

Траектории он освоил лучше, благодаря времени, проведённому в одиночной камере. Он без труда контролировал воду, вращающуюся вокруг его тела, и почти научился создавать несколько последовательных кругов, хотя пока только близко к рукам, где его контроль был самым сильным.

Скорость же вызывала у него трудности. Проблема заключалась в том, что он терял контроль над водой сразу же, как только она начинала ускоряться. Но он быстро понял, что в этом и заключался смысл. Рано или поздно вода всё равно выходила из-под контроля — нужно было лишь работать над тем, чтобы придать ей как можно больше скорости перед этим.

В первые несколько дней его прогресс был взрывным.

Скоро он смог пробегать полный круг вокруг озера, затем два, три, четыре, пять. Вскоре он начал бегать достаточно долго и быстро, чтобы взять валун побольше.

Когда он разделил свои манипуляционные упражнения на отдельные навыки, он сразу понял, чего ему так не хватало.

Вскоре он мог контролировать весь объём воды, который создавал его навык "Создание Воды" первого уровня. Это превышало объём воды в его теле вдвое, и вскоре он мог удерживать её в воздухе более минуты.

Количество капель, которые он мог одновременно удерживать, выросло с семи до двенадцати, что было впечатляюще, учитывая, что сложность задачи возрастала экспоненциально. Но двигать их он пока не мог.

Куб стал менее шатким, а к нему присоединилась призма, тогда как шар наконец-то выглядел ровным, хотя бы с некоторых углов.

Наконец, он добился пусть и минимального, но прорыва в сжатии. Теперь он мог заметно сжимать шар воды на долю секунды.

Ещё он научился ускорять маленький шарик воды настолько, что тот мог пролететь половину озера.

Эти улучшения в манипуляции быстро отразились на его навыке "Гидравлическое напряжение". Он стал лучше целиться в нужную область мышцы и быстрее, сильнее её напрягать. Его точность, сила и контроль росли настолько, что он даже мог использовать манипуляцию напрямую, чтобы имитировать упрощённую версию способности через ручное управление.

Был ли он достаточно хорош, чтобы кристаллизовать навык? Да, безусловно, но он не собирался довольствоваться чем-то меньшим, чем идеальный результат.

В конце концов, проверив Незер достаточно раз, он нашёл то, что ему нужно, — концепцию турбулентности.

Потратив почти полдня на попытки подчинить хаотичный остаток энергии, представляющий собой практически массу турбулентной энергии, Фредди, благодаря упрямству, всё-таки сумел ослабить его достаточно, чтобы внедрить в "Сотню Мокрых Адов".

Твердость была бы великолепным выбором, поскольку она напрямую усилила бы эффект закалки, но его выбор оказался гораздо более эффективным, хоть и значительно более опасным и болезненным. Твердость ускоряла бы результаты, но турбулентность многократно увеличивала сложность задачи.

Испытывая новую версию техники, он почти пожалел о своём выборе. Это напоминало его первые попытки использовать способность, только теперь не было "мясного пузыря", который помог бы справиться с агонией.

Поверхность его кожи заметно вздрагивала и двигалась в отвратительном, скользком танце, когда он активировал технику закалки. Однако он почти этого не замечал, так как что-то подобное происходило и с его глазами, из-за чего он почти ничего не видел. Ногти отслаивались, кровоточа из-под ногтевых пластин; из рта, ушей, глаз и носа текла кровь, и он был уверен, что его внутренности пытались завязаться в узел.

Это было неустойчиво. Он не мог долго продолжать в том же духе. Была ли эта модернизация ошибкой, зависело от того, сможет ли он найти способ справиться с улучшенной способностью.

Он также обнаружил множество способностей, которые можно было бы использовать в "Струящимся ударе", но, честно говоря, не знал, какие из них ему нужны. Да и не нужно было, если уж на то пошло. Он даже нашел концепцию потока, которая сильно перекликалась с его способностью, но, хотя она и была хороша, он знал, что это не оптимальный выбор.

Поэтому, вместо того чтобы думать о том, что нужно способности или чего хочет он сам, он попробовал мыслить нестандартно. Это была техника, увеличивающая силу ударов. Она была направлена на сокрушение блоков и передачу силы. Так что... может, импульс подойдет? Нет, это было не совсем то.

Но потом это случилось. Как только он увидел этот предмет, то сразу все понял. Это был металлический шарик, который подпрыгивал каждые несколько секунд, а затем замирал, едва коснувшись поверхности. И он почувствовал его. Не резонанс - он был в лучшем случае посредственным, но он знал, что это именно то, что ему нужно.

Это был след переноса силы.

Толпа в Пустоши была такой же дикой, как и всегда.

"Взять его!"

"Убейте ублюдка!"

"Проломите ему череп!"

В матче не было ничего особенного. Это был санкционированный матч между двумя бойцами. Никого не волновало, почему они дерутся. Для большинства Пустоши были местом, где можно было увидеть кровь, покричать и выплеснуть свое разочарование. Это было самое близкое к терапии место в лагере Вайолет, кроме персонала, в штате которого был настоящий психотерапевт - Лео. Хороший парень.

Питер потягивал слегка цитрусовый коктейль через импровизированную соломинку, которую он смастерил из щетки от колесной молнии. Она придавала всему, что он пил, горьковатый привкус и помогала отвлечься от других неприятных вкусов. Но эффект уже начал ослабевать.

Допив напиток, он бросил соломинку на землю рядом с собой, небрежно отбросив ее в сторону.

Прошло несколько недель после разговора с Фредди. Он совершил крайне опрометчивое нарушение контракта, но все равно пошел на риск. Почему? Все было просто. У этого человека, скорее всего, был хозяин, который пытался его спасти. Оказав помощь Фредди, Питер попытался заслужить услугу.

Ему предстояло пробыть здесь еще всего один месяц, но отъезд не улучшил бы ситуацию. Он вздохнул, подумав об этом. Нет, на самом деле отъезд из лагеря Вайолет уменьшил бы его доход до менее чем 10 процентов от того, что он зарабатывал здесь. К счастью, благодаря его работе у него были кое-какие сбережения, которые он мог вложить в себя, но этого было далеко не достаточно, чтобы добиться тех перемен, которые он хотел увидеть.

Для удовлетворения своих амбиций ему нужно было стремиться к большему - как говорится, нет риска, нет награды.

У него было несколько идей, как помочь этому человеку, но... чтобы обсудить их, ему придется поговорить с Фредди. Он знал, что тот все еще жив, поскольку выполняет свою дневную норму, но, похоже, у него началась паранойя. Взять его в руки было все равно что пытаться выхватить мокрое мыло из воздуха.

Впрочем, винить его было не за что. Он видел, в каком кровавом состоянии тот находился.

Питер отпил еще и полушутя-полусерьезно зааплодировал, когда один из бойцов нанес сильный удар.

Когда закончился поединок между человеком с немного усиленной выносливостью и человеком с умеренно усиленной силой - как обычными, так и простыми талантами, - и более выносливый из них просто победил своего противника, - толпа затихла, готовясь к следующему поединку.

Взяв паузу, чтобы подумать о своем будущем, Питер...

"Ублюдки и джентльмены!" - крикнул диктор, выходя на сцену. Это был человек с длинными сальными волосами, одетый в черную рубашку без рукавов, сшитую из старой, засаленной униформы.

"О?" Его внимание внезапно вернулось к рингу. Матчи объявлялись нечасто. Но обычно он знал, кто выйдет на поединок, заблаговременно.

Может, это какое-то особое событие? спросил он, наполовину готовый к разочарованию, но...

"Сегодня у нас особый поединок. Немногие из вас, вероятно, помнят, но некоторые могут вспомнить странного человека. Некоторое время назад новичка отправили на дедовщину. Но он вышел с гордо поднятой головой, демонстрируя тело, выкованное в аду... и доказал, что эти шрамы у него не спроста".

Ни хрена себе, подумал он, когда на его губах появилась жирная ухмылка.

Реакция остальной толпы, однако, была не столь позитивной.

По залу пронеслись возгласы и насмешки.

"Это стукач!" - кричал кто-то.

"Ублюдочный засранец! Устройте ему ад!"

"Убейте крысу!" - начал один человек, и...

"Убейте крысу!" - присоединились другие.

Он знал о печальной репутации этого человека. В самом деле, любой, кто получал такие блага, мог получить их, лишь продавшись кому-то, кто замышлял недоброе, так что его дурная репутация не была неожиданностью... но чтобы настолько...

"Сейчас, сейчас", - кричал диктор, успокаивая публику. "Вы же не хотите разозлить персонал, издеваясь над их золотым мальчиком", - пошутил он, добавив свою колкость. "Но я говорю серьезно. Вы знаете, что случилось в прошлый раз, когда вы, суки, зашли слишком далеко".

Это заставило толпу мгновенно остыть.

"Итак! Пришло время..."

"Знаете что, куски дерьма!?" - заорал новый голос, когда Фредди, одетый в облегающий черный костюм, один из предметов комплекта форвардера, вышел из пещеры. "Выходи, мать твою! У кого-нибудь есть проблемы со мной? Выходи на ринг!"

У Питера отпала челюсть.

В толпе стало еще больше издевательств и освистываний, а несколько человек, похоже, были готовы встать и драться.

"О, ты хочешь пойти!? Ты хочешь, блядь, пойти!?" Фредди раздул пламя. "Идите сюда, ублюдки! Я возьму вас всех сразу!"

"Какого черта он делает?" недоумевал Питер.

"Тишина!" - закричал диктор, но это едва успокоило толпу. Питер бросился к Фредди, схватил его за руку и с силой затолкал обратно в пещеру, попутно пнув его под зад.

Невообразимо, подумал он, качая головой. Этот болван пытается убить себя.

Фредди не просто повел себя как вспыльчивый тупица, сделав то, что сделал. В тот день он хотел доказать, что не шутит.

Возможно, он немного увлекся, но в нем было столько разных трав, что ему так и хотелось откусить кому-нибудь голову. Он был очень близок к тому, чтобы выскочить в зал и устроить драку.

Когда он закончил разминку, бокс с тенью и растяжку в пещере, а диктор успокоил зрителей и объявил о начале боя, он стоял наготове.

Был ли он хорошим бойцом? Определенно нет.

Обладал ли он убийственным боевым талантом? Нет.

Был ли он уверен в том, что сможет победить в поединке любого из присутствующих? Безусловно, да.

Он выпутался из облегающего костюма и обнажил невероятно рельефные мускулы, прикрыв ими лишь стандартные боксерские трусы.

Если говорить об однозвездочных архах, то, насколько он знал, его сила была на уровне среднего и высшего эшелона воинов. Большинство богатых элитных детей все равно могли бы с легкостью вытереть об него пол. Боевые таланты высшего класса не были тем преимуществом, которое он мог бы легко преодолеть. И это была лишь часть.

Сокровища, обучение, секретные способности, высокоуровневые алхимические продукты, практически бесконечное количество эликсиров для восстановления сущности, исцеление и многое другое - все это качественно отличало его от тех, кто стоял на вершине.

Впрочем, никто здесь не был такой элитой. Людей с особо опасными талантами отправляли в другие места, а большинство работников лагеря обладали небоевыми талантами или просто слабыми.

К тому же внешние техники в этих боях были ограничены. По вполне очевидным причинам никто не мог напрямую поразить противника огненным шаром. Это были санкционированные матчи, которые проводили сотрудники лагеря. Естественно, они устраивали их не для того, чтобы посмотреть, как их работники убивают друг друга. Смерти случались и раньше, но только потому, что лучше пусть они произойдут на ринге случайно, чем в пещерах по преднамеренному умыслу.

Кроме того, использование оружия было запрещено. Он не мог и мечтать о более оптимальных условиях. Его противник не был лучшим из тех, кого могла предложить арена, но это не повод для самоуспокоения.

"Ты справишься, Фредди", - сказал он, похлопав себя по щекам.

"А теперь! Бойцы! Выходите в Пустоши!"

Он вышел на улицу трусцой, выпячивая грудь и крича на зрителей. На этот раз его никто не освистывал. Вместо этого они радостно кричали: "Крушитель черепов! Крушитель черепов!"

Только тогда он повернулся, чтобы посмотреть на своего противника.

Это был человек, которого он несколько раз видел мельком, но никогда не обращал на него особого внимания. В тот момент, когда гигант ростом более двух метров стоял, раздевшись донага, обнажив мускулы, до предела натянувшие его загорелую кожу, в его голове пронеслась только одна мысль.

Твоюж...

----------

Крушитель черепов

Марк проснулся с онемевшими руками: большие пышные шторы в спальне были задернуты на окнах, и свет едва различал теплые, мягкие причины этого. С левой стороны от него лежала красивая женщина-брюнетка, а с другой - статная блондинка.

"Сукин сын..." - прошептал он себе под нос. "Только не снова..."

Вытащив руки из-под двух своих обнаженных спутниц, он встал и пошел в туалет.

Подъем на звезду часто сопровождался заметными физиологическими изменениями, которые становились тем сильнее, чем выше человек поднимался. На второй звезде он получил густую, полную бороду черных волос. И он не очень-то старался держать ее в узде, хотя свои светлые волосы стриг очень коротко.

Умыв лицо, он посмотрел на себя в зеркало и встретился взглядом с собственными зелеными глазами. Забавно, подумал он, как часто он не узнает себя. На мгновение он взглянул на свою руку. На ней красовался еще один из длинной череды шрамов. Но всякий раз, когда он смотрел на него, он болел гораздо сильнее, чем любой другой.

Отмахнувшись от этих мыслей, он вернулся в большую спальню и вошел в другую дверь на противоположной стороне. Там у него был небольшой кабинет. Вытащив из ящика бумаги, он взял авторучку и начал писать.

МНЕ ТАК ЖАЛЬ, ЧТО...

Он тут же нацарапал это и выбросил бумагу в мусорное ведро.

МНЕ БЫЛО ВЕСЕЛО ПРОШЛОЙ НОЧЬЮ...

И снова.

СПАСИБО ЗА...

"Хгааа", - простонал он. Приложив ладонь ко лбу, он сделал глубокий вдох и решил быть честным.

ПРИВЕТ. Я МАРК, ЕСЛИ Я НЕ ПРЕДСТАВИЛСЯ ВЧЕРА ВЕЧЕРОМ. Я НЕ ЧАСТО ЗАНИМАЮСЬ ПОДОБНЫМИ ВЕЩАМИ.

Да, это так, но не потому, что он этого хотел.

Я ПРОСТО ХОТЕЛ СКАЗАТЬ, ЧТО, НАВЕРНОЕ, МНЕ БЫЛО ВЕСЕЛО, НО Я МАЛО ЧТО ПОМНЮ. Я ПОКИНУЛ КВАРТИРУ И БУДУ ГУЛЯТЬ ВЕСЬ ДЕНЬ. ВАМ НЕ НУЖНО СПЕШИТЬ ВЫХОДИТЬ. ЕСЛИ ВЫ ХОТИТЕ, ВЫ МОЖЕТЕ ЗАКАЗАТЬ НАПИТОК ИЛИ ЗАВТРАК НА ПЛАНШЕТЕ РЯДОМ С ХОЛОДИЛЬНИКОМ. Я УГОЩАЮ.

УВИДИМСЯ.

Последнюю часть он тут же вычеркнул.

ПОЖАЛУЙСТА, УХОДИТЕ...

И снова.

"Знаешь что, к черту все". Он сдался. К его возвращению они все равно уйдут. Надеюсь.

Он надел свою форму как можно тише, чтобы не разбудить девочек. Черный с красным костюм военного образца был надет на него за считанные минуты, а на голове красовалась фуражка с эмблемой Крэйвена.

Прошло немало времени с тех пор, как он получил эту работу, работая в их ополчении. В глубине души он жалел, что подписал с ними контракт, но...

Это был единственный способ избежать покушения со стороны мадам.

Он вышел из квартиры и зашагал по длинному коридору. В конце концов он добрался до двери.

Постучав и подождав некоторое время, отец открыл. "Привет! Заходи. Твоя мама только что приготовила завтрак".

Так он и сделал. Его мать выглядела веселой и довольной. Отец, как всегда, был рад его видеть. Сара, его сестра, уже ходила на уроки. Никто из них не знал, что он на самом деле сделал, чтобы заслужить эту привилегию. И никогда не узнают.

Пока он ел мамину еду, отец спросил: "Есть новости об академии?"

"Основное здание уже построено", - сообщил он отцу. "Но они планируют построить много специализированного оборудования и комнат. Эфирные технологии быстро развиваются благодаря притоку новых ресурсов, поэтому они должны учитывать все новые достижения, если не хотят устареть слишком быстро".

"Понятно, понятно", - сказал его отец. "Ну, как работа?" - осторожно спросил он.

Марк нахмурился. "Хорошо", - сказал он. "В последнее время были замечены кое-какие неприятности, но ничего такого, с чем императрица Кайя не смогла бы справиться, если случится худшее". Постояв еще немного, он добавил: "Но да. Основать постоянное поселение невозможно, если рядом нет пятизвездочного корабля. Но проход находится под юрисдикцией Американской империи, и, естественно, политика затрудняет это".

"Только не убейся", - предупредила его мама. "Я слышала страшные истории, знаешь ли".

"Не волнуйся, мама", - утешил он ее.

Пока я работаю рядом с этим чудовищем, все будет хорошо, - внутренне добавил он.

Закончив трапезу, он попрощался с родителями, вышел и зашагал по обширному лабиринту коридоров. В конце концов он добрался до лифта и вошел внутрь. Он находился на тридцать седьмом этаже, поэтому сквозь стеклянные стены был виден весь город.

Массивный купол окружал весь Стархолд. Его металлические укрепления, похожие на паутину, частично скрытые за несколькими большими плавучими островами, обеспечивали прочность и устойчивость купола из армированного стекла. Полусфера не пропускала летающих существ и защищала поселение от суровой, быстро меняющейся погоды. Многочисленные здания строились, насколько хватало глаз, и каждый день, осматривая город, он замечал несколько недавно законченных и несколько только что начатых.

Это было единственное постоянное поселение, основанное на Фаралетале. И он был в числе первопроходцев, заселявших его. Благодаря невероятному количеству ресурсов, которые человечество добывало в этом проходном царстве, переведенном в класс D, Стархолд переживал взрывной экономический рост, а эфирные технологии становились все более совершенными с каждым днем.

К слову об эфирных технологиях, его карман начал вибрировать. Он вытащил из кармана портативное устройство дальней эфирно-волновой связи и вычислений, или, как они называли его в честь технологий Старой Земли, телефон, и на секунду задержал палец на огромной красной кнопке.

"Эй, Марк!" - раздался голос.

"Я буду через несколько минут, Нахар", - ответил Марк.

"Конечно, будешь", - со смехом поддразнил мужчина. "Даже две такие красавицы не смогут удержать тебя..." Не успел голос закончить фразу, как звонок прервался, и он покачал головой.

Поднявшись на нижний этаж, он шагнул ко второму лифту, прижал палец к сканеру и вошел внутрь, на этот раз спустившись в подземелье. Менее чем через минуту спуска он вышел и вошел в штаб-квартиру ополчения Крэйвена.

Стены были серыми, а залы заполнены мужчинами и женщинами, одетыми в форму, похожую на его собственную. Они направлялись на утреннюю тренировку, которую ему, как оперативнику, находящемуся под непосредственным командованием высокопоставленного лица, посещать не полагалось. Он все равно участвовал, когда мог, но чаще всего был занят другими делами, а также личными тренировками.

Это не зависело от официального ранга. Хотя многие завидовали его привилегиям в войсках, к сожалению, он получил их благодаря дружбе с...

В центре связи, окруженный мужчинами и женщинами, наблюдавшими за многочисленными экранами, на которых мелькала важная информация, на диване сидел мужчина, перед которым на столе стояли семь пустых бутылок из-под спиртного.

На нем была форма члена семьи Крэйвен, жуткие красные линии по всему лицу, рыжие волосы и... солнцезащитные очки... несмотря на то, что был день, а они находились под землей.

"Марк!" - поприветствовал он его. "Тебе было весело прошлой ночью?"

"Я... не помню...", - застенчиво ответил он, глядя на некоторых офицеров, которые смотрели на него с наглыми улыбками.

Нахар щелкнул языком. "Ты чертовски легкомысленный".

"Нууу да ладно". Он поспешил сменить тему. "Полагаю, сегодня у нас важная миссия".

"Нет, такой нет, Марки-му", - отрицал он. "У нас есть работа".

Он был категорически не согласен с этим утверждением. Сегодня они должны были присоединиться к отряду по подавлению массовых беспорядков. Ежедневно Стархолд заполоняли полчища монстров, пытавшихся прорваться через барьер. Работа на передовой была опасной, кровавой и утомительной.

Но он полагал, что нет ничего удивительного в том, что все, что связано с кровью, кажется молодому мастеру рутинной работой.

Внезапно телефон Нахара громко зазвонил. Он не спешил брать трубку, как только увидел, от кого она. Ответив на звонок, он приложил трубку к уху и ответил на нее случайными "Угу" и "Будет сделано, папаша!".

Положив трубку, он застонал.

"Что это?" спросил Марк.

"Похоже, ты сегодня один, Марк. Меня только что вызвал старик Дженни", - сказал он, вставая и потягиваясь. "Члены основной семьи должны вернуться на главную базу..."

"Судя по всему, он скоро принесет хорошие новости".

В Пустошах существовало два типа поединков, и в зависимости от того, о чем договаривались бойцы, они проводили либо один, либо другой.

Первый тип - турнирный бой. Там была круговая граница; любой боец, который покидал эту границу или был отброшен, дисквалифицировался. Бои судились, и если кто-то оказывался в нокдауне, ему давалось время подняться, если же нет - он выбывал. Существовала также система очков, и судья мог по своему усмотрению закончить поединок или объявить перерыв, когда посчитает нужным.

Второй тип был другим - с жесткими ограничениями. Сотрудники разрешали его только в том случае, если у обоих бойцов были кредиты, чтобы позволить себе длительное лечение, и они владели защитной техникой закаливания. Это было связано с тем, что второй тип - это бой на выбывание.

До смерти дело не доходило - иногда.

Но здесь не было барьера, за который можно было бы оттолкнуться. Не было никакой милости, если человек падал на землю. Оставалось только сдаться, потерять сознание или, ну вы знаете, умереть.

Когда диктор наконец назвал сегодняшний матч вторым типом, толпа взорвалась от восторга.

Противник Фредди - абсолютно гигантский мужчина - стоял уверенно. Учитывая его прозвище "Крушитель черепов", это, вероятно, было не первое его родео.

Трибуны эхом повторяли его имя, что вскоре переросло в скандирование "Размозжи ему череп!", которое Фредди по какой-то загадочной причине не очень нравилось.

У этого массивного мужчины конечности были толстыми, как стволы деревьев, а весил он больше, чем Фредди, даже с учетом "Пучин бездны". Его кожа была цвета бронзы, а лицо - удивительно красивым, несмотря на суровый вид. У мужчины были длинные волосы, какие бывают только у тех, кто долгое время был частью экспедиции.

Не позволяя себе паниковать, он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Диктор все еще объявлял бой, так что у него оставалось несколько десятков секунд до начала.

Каждый мускул его тела кричал от энергии, кровь била по венам с гулким стуком в ушах, а нервы были натянуты настолько, что легкий ветерок мог спровоцировать преждевременный прыжок на человека.

Его противник был крупным, что делало его большой мишенью. Он, вероятно, не отличался большой скоростью, особенно учитывая его рост. По многим причинам Фредди не приходилось опасаться причинения вреда, поэтому он постановил, что...

"Матч начинается!" - крикнул диктор, и гигантский мужчина бросился вперед.

Черт! - внутренне воскликнул он, пока его мысли вихрились. Несмотря на то что он уже готовился, начало боя застало его врасплох, и теперь Крушитель Черепов несся на него со скоростью быка, увидевшего красное.

Не имеет значения, подумал он, опускаясь в стойку и готовя "Гидравлическое напряжение". На долю секунды мышцы его ног надулись, как воздушные шары, и он с взрывным дребезгом, как струна баллисты, бросился вперед, нанося неуклюжий, но достаточный по силе "Струящийся удар".

Мужчина не ожидал столь стремительного рывка, поэтому не успел выставить надежную защиту...

Кулак Фредди приземлился на грудь Крушителя Черепов с треском и звуком сминаемых ребер, а его первый "Струящийся удар" пропустил воду через руки и передал ей огромный импульс словно от пушечного ядра.

Как будто массивный человек весил меньше воздушного шара, который кто-то выбил из воздуха; его тело отлетело назад, отскочило от земли с кровавым треском и врезалось спиной в дальнюю стену арены, прямо под трибунами, оставив на камне трещины, изо рта мужчины обильно потекла кровь, а толпа затихла.

"Я... Я... Я сдаюсь", - с трудом выдавил из себя Крушитель Черепов, когда его глаза закатились обратно в череп, и он обмяк.

Фредди приземлился на землю и встал, недоумевая. Но это продолжалось недолго. Жирная, безудержная ухмылка расплылась по его лицу, когда он окинул взглядом притихшие трибуны. "Ну что?" - спросил он, направив свой звериный оскал на зрителей. "Кто-нибудь еще хочет попробовать? Ну!?" - крикнул он. "Есть добровольцы? Давайте, кто еще хочет попробовать разбить~мой~череп!?"

Один из зрителей попытался освистать его, вероятно, ожидая, что к нему присоединятся другие. Никто этого не сделал. Лысый мужчина стоял в одиночестве. Фредди уставился на него прямо, и сидящие рядом с ним попятились.

"Я спросил, не хочет ли кто-нибудь еще попробовать? Ну же, люди, у нас нет целого дня! Никого нет?" По мере того, как он снова спрашивал о стойке, натиск начал ослабевать. "Ну же, трусы! Я знаю, что по крайней мере трое из вас хотят реванша; как насчет этого?"

Диктор подошел к нему и похлопал по плечу, прошептав: "Уходи с ринга, чувак. Ты доказал свою правоту".

"Ни хрена я не доказал", - прошипел он. "Черт!"

Но, быстро кивнув, он все равно начал уходить. Дыхание сбилось, и он почувствовал, как на плечи опустился тяжелый груз. Снова. Каждый его шаг казался вечностью, а мир вокруг лишился красок, когда пришло осознание.

Никто в этой экспедиции не должен был быть хорош в бою.

Как же отреагирует администрация на то, что он настолько силен?

Был ли он достаточно ценен, чтобы это сошло ему с рук?

Не был. Не в последнее время. Они поймут, что все это время он, по сути, тренировался.

Его дыхание участилось, когда он почувствовал, как по лицу потекла струйка пота.

Станут ли они приводить его в пример?

Его взгляд остановился на трибунах, и он сразу же заметил серебристоволосого мужчину. Подняв руку в знак "подожди меня", мужчина встал и протиснулся через трибуны.

Фредди вошел в боковую пещеру, надел одежду и как можно тише покинул Пустоши.

В небольшой боковой пещере он заметил сереброволосого мужчину, который махал ему рукой, чтобы он подошел к скрытому месту.

"Чувак, это было потрясающе!" - крикнул он Фредди. "Ты действительно..." Мужчина поперхнулся, когда Фредди схватил его за горло и, размахнувшись, ударил спиной о стену пещеры. "Почему... ты... ты...?" - задыхался он.

Этот человек был двухзвездочным, но это не имело значения. Он был не боевым архом, и сырая сила Фредди значительно превосходила его.

"Ради твоего же блага я очень надеюсь, что ты нашел способ вытащить меня отсюда", - сказал он.

"Я... Пожалуйста...!" - взмолился мужчина и слегка ослабил хватку, чтобы тот смог заговорить: "У меня есть несколько идей! Но почему ты.."

"Потому что ты должен был, блядь, сказать", - закричал он, ударив мужчину о стену, - "что эти ублюдки с арены", - он снова ударил мужчину, - "так чертовски слабы! Черт побери!" Он повалил мужчину на пол.

"Почему ты...?"

"Читай настроение, имбецил!" - оскорбился он. "Они сделают из меня пример. Я - ходячий мертвец".

Мужчина пытался отдышаться. "Не волнуйся", - успокоил он его, глотая воздух. "У меня есть способ обезопасить тебя на время".

----------

Черепичные равнины

Стивен проснулся от звона будильника - щебетание птиц сопровождалось слабым оранжевым светом, освещавшим его комнату, имитируя восход солнца. Его жилые помещения были преимущественно элегантного белого цвета с несколькими оттенками серого, в основном для того, чтобы дорогая мебель марки Cloudego выделялась. В его комнате были фальшивые оконные перегородки с меняющимся светом, имитирующим время суток: в данный момент светился "Оптимизм утра" - обстановка, которая нравилась ему больше всего.

Когда он проснулся и вошел в большую столовую, его уже ждал теплый завтрак, а слуг, как и положено, не было видно. Жареный бекон, яичница на сковороде и вафли на гарнир - все это очень напоминало о доме. Дом, который он так ненавидел. Но завтрак все еще был там, ежедневное напоминание о том, как далеко он зашел в жизни.

Поэтому он поел, умылся, надел свой костюм "Шакал" - изысканный черный комплект - и направился в коридор жилого корпуса административного персонала лагеря Вайолет.

С левой стороны находились двери в другие комнаты, а с правой, по крайней мере в той части, где он жил, - одностороннее окно, тянувшееся по всей длине тропы и замаскированное снаружи лишь камнем, наблюдавшее за длиной и шириной лагеря внизу.

Он не смог удержаться от того, чтобы не взглянуть на него. При виде рабочих муравьев на его губах заиграла довольная улыбка.

Что ж, тогда ему лучше поторопиться, чтобы успеть на собрание.

Когда он вошел в зал заседаний, то, как обычно, пришел первым. Прийти раньше, чем на полчаса, означало опоздать по его меркам, а для босса - вдвойне.

Один за другим входили члены администрации.

Кайла, высокая чернокожая женщина, работавшая директором по закупкам, пришла первой и села через три места слева от него. Они обменялись вежливыми кивками и беззаботно поболтали об ужасных условиях жизни.

Парк - специально отведенная зона с изготовленным в седьмом поколении небесным проектором и тщательно продуманной флорой - будет закончен только через три недели! Вот уже несколько месяцев никто из них не видел внешнего мира, и это сводило их с ума.

Стивен нашел способ справиться с ситуацией, проводя дополнительное время в камере сенсорной депривации и массажном кабинете, но с каждым днем его плечи становились все жестче. Кайла еще что-то говорила о каком-то хобби, но он не обращал на это внимания.

Следом прибыл Джон, их худой, кроткий бухгалтер, а затем Маркус, Свен, Лия, Гарри, Лиам и Бертрам. Все девять сотрудников собрались за столом, и совещание началось.

Первой темой этого дня стал недавний спад производительности и то, что они могут с этим сделать. Несколько досадных проблем, таких как отказ предыдущего повара, готовившего еду для работников, продлить контракт и неожиданное снижение сбора трав, из-за которого стало сложнее производить основные лечебные мази и другие продукты, повышающие производительность, - вот лишь некоторые из предполагаемых причин внезапного снижения доходов.

Прогнозировалось повышение производительности в связи с появлением нового, более эффективного оборудования и лучших мешков для хранения, что еще больше усложняло ситуацию.

После этого они вкратце обсудили последние новости в сфере транспорта. Благодаря недавно разработанному парящему механизму новые грузовые корабли могли работать на двадцать процентов дешевле. Многие ресурсы до поры до времени просто хранились на складах, поскольку их транспортировка приносила компании чистые убытки, так что это была отличная новость.

Вкратце были обсуждены некоторые обновления в развитии Стархолда, а также соответствующая информация из братских лагерей, таких как женский лагерь "Аквамарин".

Затем начались разные темы, где любой участник мог предложить свою тему.

Стивен ненавидел эту часть, но делал все возможное, чтобы отнестись к предложениям с юмором. Чаще всего эти болваны предлагали какую-нибудь банальную ерунду, чтобы почувствовать себя важными.

Но когда он взял бумагу у Лиама, невысокого пухлого мужчины, который работал начальником отдела алхимии, он был ошеломлен.

Прищурившись и нахмурившись, он прочитал вслух: "Сотрудник: Наблюдатель Питер Вейн; отчет о деятельности заметного работника. Объект: Фредди Штерн. Краткое содержание отчета: после поединка на специально отведенной боевой арене, где Объект продемонстрировал заметное мастерство, он был замечен убегающим вглубь красной зоны Пустошей. Мотивом побега, вероятно, является страх перед действиями персонала в ответ на его боевые качества...?" После того как он прочитал это вслух, оно не показалось ему менее глупым. "Скажи, - обратился он к Лиаму, - почему именно ты предложил эту тему?"

"Н-ну..." Лиам запнулся, говоря довольно быстро. "Я... э-э... Рабочий, упомянутый... в том отчете... Он очень заметный человек среди рабочей силы. Он занимает третье место по заработку за месяц... э-э-э... причем в собирательстве, и единственная причина, по которой он не занял первое место, заключается в том, что на него напала организованная группа повстанцев и впоследствии сократила его рабочее время до минимума", - проговорил он, делая паузу, чтобы перевести дух. "Скорее всего, на него напали из-за предполагаемых "особых привилегий", которые он получил от..."

"Ближе к делу, Лиам", - с улыбкой прервал его Стивен. "У нас нет целого дня".

"Да, э-э..." Мужчина сделал паузу, чтобы собраться с мыслями. "Я считаю, что мы должны послать за ним группу наемников".

"Почему?" - спросил он, откладывая бумаги на стол. "Вербовка кого-либо в отдел наемников не является материалом для встречи".

"Вообще-то именно поэтому я и заговорил об этом", - сказал Лиам, вновь обретя уверенность в себе. "Я не думаю, что этого человека стоит нанимать в отдел наемников. Этот человек был довольно незаметным источником высококачественных трав, необходимых для производства нескольких лекарств, и я считаю, что его отсутствие сыграло свою роль в недавнем спаде. Учитывая, сколько он мог поставлять, мы планировали сделать некоторые лекарства для снятия мышечной усталости и лечебный крем для кожи местного действия доступными для покупки по временной квоте, что..."

"Да, но я не понимаю", - отрезал он, насупив брови. "Насколько нам известно, он даже не пропал. Он просто сбежал в пещеры. Это сообщение было сделано несколько часов назад".

"И все же я считаю, что проверить его было бы разумным решением", - упрямо продолжал Лиам. "Выступление этого человека на арене было показательным. Он явно тренировался в целях самообороны и, возможно, теперь опасается возмездия. Если мы сможем развеять его страхи, он станет ценным сотрудником. Если что, я хочу, чтобы он рассказал, каким способом собирал полезные травы с такой точностью и последовательностью. И, учитывая, сколько он зарабатывает, я не удивлюсь, если он продлит свой рабочий контракт и решит остаться даже после его истечения".

"Хммм... Понятно", - сказал он, слегка кивнув, немного раздраженный тем, что это, похоже, действительно было в какой-то степени актуальной темой. "А как насчет боевого мастерства?" - спросил он.

"О... точно", - сказал Лиам, перетасовывая какие-то бумаги, просматривая их. "Семь присутствующих наблюдателей, включая вышеупомянутого Питера Вейна, оценили его как... элитного в силе и неизвестного в мастерстве".

"Элитный по силе?" - переспросили сразу несколько человек, а затем повернулись друг к другу, перешептываясь.

"Подождите!" воскликнул Гарри, высокий мужчина с длинными вьющимися волосами и глава транспортного отдела. "Разве это не самый высококлассный парень!?"

"Да, он такой", - подтвердил Лиам. "Но это не имеет значения. Он... Он был допущен к регулярному лечению, так что он не опасен".

"Вы уверены в этом?" добавил Маркус, мускулистый начальник службы безопасности, впервые за все время встречи. "Он продемонстрировал элитную мощь в матче на Пустошах. Я видел подробный отчет; его противником был Лэнс Феттер, человек, которого на арене обычно называют "Крушителем черепов". Хотя мистер Феттер не является особенно впечатляющим воином, несмотря на его крупное телосложение и силу и выносливость выше среднего, мистер Штерн отправил его в полет, как проклятую тряпичную куклу".

"Что ты хочешь сказать?" спросил Стивен.

"Я думаю, он боится не просто так", - сказал громоздкий мужчина. "И в том, чтобы сделать из него пример, есть смысл".

Из-за угла подняла руку брюнетка в больших очках.

"Вы можете говорить, Лия", - разрешил Стивен.

"Я не думаю, - начала она высоким голосом, - что мистер Штерн станет проблемой. Судя по его предыдущему поведению, он проявлял антисоциальные наклонности, но не был замечен в бунтарстве. Более того, он показал себя довольно неконспиративным человеком".

"Это значит, что он умный", - сказал Маркус, насмехаясь. "Позвольте мне спросить вас всех кое о чем. Даже нам не дано знать, почему этот человек здесь. Но неужели вы думаете, что человек, участвовавший в испытании "высшей категории", прибывший в таком виде, а затем практически полностью восстановившийся и преуспевший в бою и добыче пищи, - обычный парень?" - спросил он, нахмурившись. "Нас предупредили, чтобы мы следили за всеми, кто может проявлять необычные черты. Нужно ли напоминать вам, что этот человек недавно участвовал в нападении шести человек: троих он уничтожил, двоих смертельно ранил, а одного убил?" - сказал он, оставив остальных в созерцательном молчании.

Прежде чем кто-то успел ответить, он переместился в своем кресле, взял лист бумаги и продолжил: "Знаете, я давно наблюдаю за этим парнем. Я все равно собирался упомянуть о нем в один из этих дней. Судя по всему, он практически жил где-то в пещерах".

Это вызвало несколько шокированных вздохов.

Бертрам, самый пожилой из них, глава отдела кадров, поднял руку. "Я общался с Маркусом по этому поводу", - сказал он, привлекая всеобщее внимание. "Этот человек не ел и не спал в лагере, что означает, что он жил достаточно автономно. Если бы это было просто паранойей, вызванной нападением, это не имело бы особого значения. Но, судя по его физическому состоянию, он не испытывает трудностей".

"Это точно", - сказал Маркус. "Спасибо, Бертрам. Это главная причина, по которой я не спускал с него глаз. Если у этого человека хватит находчивости жить вне лагеря, он может стать огромной занозой в заднице в мгновение ока. Ему разрешили регулярное лечение, а значит, и ликвидацию. Я предлагаю разобраться с ним немедленно".

"Вау!" Лиам полувскрикнул, вставая. "Это слишком большой скачок, вам не кажется?"

"Успокойся", - сказал Стивен. "Маркус, Лиам, пожалуйста. Мы находимся в профессиональной обстановке. Ваши мнения приняты к сведению. Если никому из вас нечего добавить, это будет поставлено на голосование".

Никто не поднял руки.

Тогда он продолжил: "Итак, хорошо. Все, кто хочет поставить вариант на голосование, пожалуйста, поднимите руки".

Лиам и Маркус подняли руки.

"Лиам, представляй первым".

Коротышка встал и сказал: "Я считаю, что мы должны дружелюбно подойти к мистеру Штерну и попытаться убедить его, что он не в опасности".

"Предложение принято к сведению. Маркус, ты встал".

Грузный мужчина поднялся и сказал: "Пошлите отряд убийц".

"Принято к сведению. Я бы хотел добавить третий вариант", - сказал он, вставая. "Я предлагаю послать за ним отряд с приоритетом на захват, а не на уничтожение. Как только он будет задержан, мы сможем разобраться с ним и понять, готов ли он заключить с нами сделку". Он сел обратно. "Те, кто поддерживает предложение Лиама, пожалуйста, поднимите руки".

Поднялась только рука Лиама.

"Кто за предложение Маркуса, пожалуйста, поднимите руки".

Маркус и Бертрам проголосовали.

"Все, кто за мое предложение, пожалуйста, поднимите руки".

Все остальные подняли руки вверх, и он едва скрыл ухмылку. "Очень хорошо. Маркус, пожалуйста..."

"Подайте запрос немедленно".

Фредди сидел в куче поросли, одетый в свою камуфлированную форму. Вскоре из соседней пещеры появился Питер и встал посреди пространства перед ним.

Он не сразу убедился, что за сереброволосым мужчиной никто не следит, а когда убедился, наконец вышел из кустов и показался.

Сотрудник протянул ему бумагу, и он взглянул на нее.

Это была заверенная печатью копия официального отчета, в котором говорилось, что Питер был свидетелем того, как он убежал в Пустоши. Хорошо. Человек выполнил свое обещание и отправил собак по ложному следу.

"Эй, Питер, - позвал он, не отрывая глаз от отчета, - я знаю, где находится уникальный след крови, который хочет заполучить патриарх Крэйвен".

Выражение лица мужчины мгновенно потемнело, и он спросил с дрожью в голосе: "Зачем... Зачем ты мне это сказал?"

Фредди посмотрел ему прямо в глаза с непринужденной ухмылкой, подмигнул и сказал: "Теперь, когда ты знаешь то, что тебе знать не положено, в ближайшее время ты не будешь делиться со мной своим участием. Прости, приятель, ничего личного. Я просто хочу убедиться, что ты не ударишь меня в спину".

Питер прикусил нижнюю губу и кивнул, на лбу выступили капельки пота.

"Итак, - сказал он, передавая ему копию отчета, - как насчет того, чтобы обсудить детали?"

Таким образом, двое мужчин сели.

Питер начал. "Я работаю в хранилище, в отделе алхимических продуктов. Я мог бы пронести вас в транспортный ящик, который доставит вас в Стархолд, но как только вы туда попадете, вам придется каким-то образом покинуть склад и... уклониться от проверки безопасности".

Он пристально посмотрел на мужчину. "Что?" - спросил он.

"Это мой план", - сказал Питер.

"И?"

Нахмурившись, Питер спросил: "И что?"

"Это все, что у тебя есть?" - недоверчиво спросил он.

"Пока да".

Словно магнитом притянутая друг к другу, ладонь встретилась с его лбом в одном из самых громких фейспалмов, которые он когда-либо делал в своей жизни. "Питер", - сказал он. "Не обижайся, но это очень глупая идея".

Мужчина сдулся. "Я понимаю, что это вряд ли сработает. Но это место не зря называют неизбежной тюрьмой", - сказал он. "Мне потребуется некоторое время, чтобы разработать более обоснованный план".

"И что же мне делать до тех пор?"

"До тех пор?" спросил Питер. "Тебе следует спрятаться".

На краю Пустошей у малоизвестного входа бок о бок стояли три человека. Слева стояла женщина среднего роста в толстых стальных доспехах, ее волосы были скрыты под простым и практичным шлемом. Ее экипировка сияла полированным блеском и представляла собой элегантный, функциональный, стильный и современный дизайн, откровенно отражающий каждую копейку, которую она стоила. Ее оружием был длинный топор с головкой из стали, пропитанной ценекитом, и рукоятью из синтетического углеродистого сплава.

Справа стояла другая женщина, на голову выше, одетая в менее тяжелые доспехи, обеспечивающие большую гибкость, с большим акцентом на синтетический материал, позволяющий увеличить диапазон движений и скорость. У ее бедра висела сабля из твердого кристаллического материала под названием фертрен, способного не расколоться даже при прямом столкновении с другим клинком.

А в центре стоял черноволосый мужчина ростом ниже двух своих спутников. Доспехов у него не было, так как они мешали его таланту и способностям к огненной стихии, поэтому в свободной черной рубашке, защитных очках и без головного убора он выглядел наименее внушительно из всех троих.

"Пошевеливайтесь", - сказала высокая женщина, вернее, Элен, двум другим, шагая вперед.

Двое других последовали за ними. Пройдя немного, вторая женщина, Дженни, простонала: "Чертовски не люблю ходить в это место. У меня от него мурашки по коже".

"Как ты думаешь, из-за чего возникли Пустоши?" спросил Джошуа. "Насколько я слышал, большая часть его была исследована, и ничего примечательного не было найдено".

"Может быть, как... - размышляла она, - инопланетные термиты?"

"Сосредоточьтесь на задании, вы двое, - предупредил Элен, - и перестаньте болтать. Вы предупредите цель о нашем присутствии. Джош, смотри в оба. Любые тепловые сигнатуры по умолчанию обозначены как враги".

"Хорошо, капитан", - сказал он несколько саркастически.

Они прошли по пещерам, не найдя ничего примечательного. По мере того как они шли, Джошуа выглядел все более обеспокоенным.

"Как дела, Джошуа?" спросила Дженни. "Ты в порядке?"

"Да, да", - сказал он. "Просто необычно, что нигде не видно никаких тепловых сигналов. Такое ощущение, что я ослеп. Это странное место".

Они шли через открытые пещеры и ныряли в узкие проходы, но не находили ничего примечательного. Не было даже проходов, что было самым странным. Что могло помешать даже им появиться?

В конце концов они зашли в тупик. Как раз в тот момент, когда они собирались развернуться и пойти по другому пути, Джошуа воскликнул: "Подождите!".

Двое других повернулись к нему лицом.

"Что это?" Элен спросила.

"Посмотри туда!" Он указал пальцем на место, куда смотрел.

Они оба повернулись туда, куда он указывал, но ничего не нашли.

"Ты в порядке?" спросила Элен, в ее тоне не было ни капли юмора.

"Да... Простите, я забыл, что вы, ребята, не видите тепла, просто, - сказал он, указывая на участок потолка, - вон та часть стены холодная. Гораздо холоднее, чем вокруг".

"Это... плохо?" Дженни спросила.

Он вдохнул и полуобернулся к ним лицом. "Ну, я не знаю, - признался он, - но это, вероятно, означает, что там есть проход, прямо за стеной. Это единственное объяснение, которое у меня есть".

"Итак..." начала Дженни. "Убираться на хрен и докладывать?"

"По контракту мы обязаны проверять любые встречные проходы на предмет непосредственной опасности, - напомнила Элен, - так что именно это мы и собираемся сделать".

"Я..." сказал Джошуа. "Мне это очень... очень не нравится, ребята. Не знаю, что-то в этом срабатывает на мои инстинкты. Думаю, Дженни может быть права".

Элен повернулась к нему, и он почувствовал, как она нахмурилась даже сквозь защитную маску.

"Если мы повернем назад, то будем наказаны за игнорирование этого", - сказала она. "Вы можете уйти, но я не заинтересована в том, чтобы трусость стоила мне зарплаты".

"Нет никаких доказательств того, что мы здесь были", - умолял Джошуа. "Кроме того, эта штука похоронена за стеной. Мы сохраним все в тайне и уйдем. Пожалуйста."

"Я же сказала", - повторила она. "Не стесняйся, уходи".

Неловко взглянув друг на друга, Дженни и Джошуа уступили и шагнули вперед.

Обе женщины обладали сродством, связанным с землей, поэтому совместными усилиями они создали из близлежащего камня лестницу, по которой поднялись на холодный участок скалы. Несколькими взмахами плоской стороны топора Дженни пробила стену и открыла небольшое пустое пространство.

И круглый, метровой ширины проход на потолке, светящийся мутным серым светом.

В нем было что-то не так, и даже Эллин могла это почувствовать. Но они уже поставили на карту свою гордость, поэтому, вместо того чтобы следовать своим чувствам, они пробирались вверх, приседая в крошечном пространстве, пока не достигли цели.

Первой поднялась Элен, за ней Дженни и, наконец, Джошуа.

"Святой..." прошептала Дженни.

Небо было однотонным серым туманом, а пол был выложен из гигантских квадратных каменных плит шириной не менее десяти метров. И все. Пустое, безликое небо и повторяющийся пол простирались бесконечно во все стороны. Головокружительно далеко. Больше, чем даже умопомрачительно огромные горизонты поверхности Фаралетала.

Все трое как один проглотили.

"Хорошо..." осторожно сказал Элен. "Я поняла, о чем вы говорили. Я ничего не видела. Проверьте Незер".

Джошуа закрыл глаза. Но потом снова открыл их. "Я..." - прошептал он, когда его глаза потускнели, и повернулся к двум своим спутникам. "Да, - согласился он с чем-то, - я действительно хочу этого..."

"Джош?" спросила Элен, помахав рукой перед его лицом. "Дженни, проверь Незер".

"Я..."

"Я сказала, проверьте Незер!" - крикнула она, и та неохотно повиновалась.

И как только она это сделала, она начала кричать. Ее голос стал грубым от того, как громко она кричала, и она вцепилась когтями в свое тело, пытаясь что-то отодрать, крича при этом: "Отойдите от меня! Убирайтесь..."

Внезапно рука Джошуа вырвалась и схватила Элен за шею, с силой прогнув синтетический материал, защищавший ее, когда он сжал и потянул ее вниз.

Его глаза смотрели прямо в ее, и она видела, как его зрачки превратились в жуткую квадратную форму.

"Кто ты, женщина?" - мягко спросил он со странным акцентом, и она потянулась за саблей, но что-то схватило ее за руку. Может, это был невидимый дух?

Дженни все еще кричала о кровавом убийстве, и Элен, не в силах что-либо предпринять, бросилась в Незер в последней попытке выяснить, что происходит.

А потом она обмякла, ее глаза стали квадратными, как у Джошуа.

"А, понятно", - сказал он. "Товарищ".

Существо, владеющее телом Элен, вырвало его руку из цепкой хватки на ее шее и сплюнуло. "Ты помог мне, - сказало оно, - и я буду терпеть твое сопровождение, пока мы не узнаем, где находимся".

Когда Дженни наконец успокоилась и попыталась встать, двое ее спутников повернулись к ней.

Квадратные глаза наблюдают, проникая глубоко в ее душу.

----------

Сокращающийся путь

Они сказали, что Джанхалар, правящий патриарх клана Крэйвен, улыбнулся только один раз в своей жизни. Это было не тогда, когда родился его ребенок, и не тогда, когда он прошел церемонию бракосочетания.

Единственный раз, когда он когда-либо по-настоящему улыбнулся, был, когда он достиг третьей звезды и развил свой талант.

Для Крэйвенов кровь была всем, и его кровь была особенно особенной. Его талант, метко названный Кровью Патриарха, делал его кровь невероятно мощной. Будь то создание настроенного на кровь оборудования или алхимические цели, жидкость, текущая по его венам, была как чистое золото для любого арха сродства с кровью. Даже питье ее в сыром виде, как говорили, увеличивало богатство и качество собственной крови, очищая костный мозг и вены.

В своем багровом величии его кровь была подобна ключу, который мог открыть потенциал любой другой крови, с которой она была смешана, при этом сама по себе имела превосходное качество и боевое применение.

Вот почему в тот момент, во второй раз в жизни, копаясь в мусоре на свалке, словно последнее из отбросов человечества, он улыбался от уха до уха.

Получив уникальный реликт крови, он мог не только создать невероятно мощную новую способность, но и приобрести уникальное сродство. Возможно, это подтолкнет его к получению пятой звезды - ступени, на которой он не мог продвинуться уже более тридцати лет, застряв на 90 % достижения четвертой звезды.

Он поднял разбитую посудину, словно она весила меньше перышка, и закинул ее за спину, а затем превратил свою кровь в лопату, чтобы подгрести под нее. Кольцо не отвечало. Но он знал, что она уже близка.

Через несколько часов и самое позднее через несколько дней она будет у него в руках. Наконец-то. После столь долгого времени. После того как он потерял всякую надежду, реальность наконец-то одумалась и исправила свою ошибку.

Наконец-то.

Он победит. Как ему всегда было суждено.

Лагерь Вайолет, каким бы опасным, грязным и изнурительным он ни был, был надеждой многих архилюдей — светом, сияющим в конце длинного темного туннеля.

Для многих сырая среда пещер была улучшением до нечеловеческих стандартов заключения в учреждениях Крэйвена. Здесь иногда было тепло; была цель, к которой нужно было стремиться, выход. Была надежда.

Но некоторые, как бы они ни старались, не могли опередить инфляцию своего долга. Поломка или потеря снаряжения наказывались сурово. Поломка или потеря конечности наказывались еще хуже.

Через лабиринт палаток недовольный великан пробирался вперед. Это было правдой; он не был героем. Он не был великим воином, несмотря на то, что его телосложение заставляло многих думать иначе.

Прижимая все еще болезненную рану на груди, он, которого прозвали Крушителем черепов, молился о скорейшем возвращении в Пустоши. Это было не просто место для урегулирования обид и веселья. Многие делали ставки и подделывали контракты, которые сотрудники лагеря с радостью исполняли так, как им было выгоднее всего, — урезая кредит или устанавливая более строгие ежедневные нормы, чтобы заставить одного работника вернуть долг другому.

Для него, у которого был долг в пять миллионов долларов, который недавно сократился до чуть менее четырех миллионов, успешная карьера бойца на ринге была единственным способом хотя бы мечтать о его погашении.

С его сродством к земле и впечатляющим телом он имел там свое место. С его талантом, улучшенным обонянием, ему было суждено никогда не достичь вершины.

Несколько низших людей отступили с его пути, когда он сердито пробирался мимо них. Густой лес палаток был мучением для навигации, а плохое освещение не особо помогало.

Какой, черт возьми, безумный талант был у этого ублюдка-стукача? Разве те, у кого были мощные боевые таланты, не должны были быть отстранены даже от участия в этой экспедиции? И если да, то есть если у этого ублюдка действительно не было ничего особенного...

Он вздохнул. Если у этого человека не было впечатляющего таланта, у него определенно был выдающийся потенциал. Но это было нормально, неохотно признал он. Он никогда не хотел быть воином. Он хотел стать шеф-поваром.

Если бы только он не поддался своей жадности и не отравил...

Внезапный, неожиданный разбивающий ближайший фонарь заставил его подпрыгнуть так, что обе его раны заныли и добавили еще одну к его гордости.

"Что за..." — спросил он своим глубоким голосом.

Лампа разбилась, и маленький огненный кристалл оказался на открытом воздухе. Когда он работал на кухне, он работал со многими из них, поэтому знал, насколько строго они были спроектированы с учетом максимальной безопасности. Разбитый огненный кристалл...

Он должен был быстро остыть и деактивироваться... но этого не произошло. Совсем. Маленький осколок начал светиться ярче перед его глазами, а затем загорелся.

"Вы, должно быть, шутите!"

К счастью, если он правильно помнил, палатки были сделаны из огнестойкого материала. Но когда кристалл наконец нагрелся достаточно, чтобы прожечь металлическую оболочку, в которой он был заперт, он упал на ткань палатки, которая начала гореть.

Используя свой талант, он поднял большой кусок земли и пнул его на палатку, но это было бесполезно: пламя распространялось неестественно быстро.

Слабая искра едва коснулась края его униформы, приземлившись на рукаве его ноги. Затем она вспыхнула, зажглась желтым адом, который обжигал красным, фиолетовым и, наконец, чисто белым, распространяясь по всему его телу.

Горячий воздух превратил его легкие в чистый пепел, он даже не смог издать крик, просто беззвучно упав на землю, пока адское пламя перекидывалось на другую палатку.

А где-то вдалеке, у дальнего входа в открытые пещеры, кроваво-оранжевым светом дьявола сверкала пара глаз с квадратными зрачками.

Он наблюдал крики грязных обезьян в шкурах, когда они разбегались от его нечестивого пламени. Их примитивные хижины яростно горели, и чуть больше двух третей уже были пеплом.

Но его глаза уже кровоточили.

Схватившись за голову, чтобы отогнать головную боль, он мрачно рассмеялся. "Когда-то я мог одним взглядом обращать города в пепел... а теперь посмотрите на меня. Посмотрите, во что я превратился".

Его спутница, мастер меча, которая вселилась в высокую женщину-обезьяну, бросила на него пугающий взгляд.

Она склонила голову набок и задумалась: "Кем ты был?"

"Владыка гордой расы калишиттов", — заявил он. "Демон шести звезд. А ты?" — спросил он в свою очередь.

"Чемпион", — сказала она, — "прекрасного попполоне зверолюда. А также шести звезд".

"Понятно", — сказал он, кивнув. "И какая сила сделала тебя чемпионом?"

Вместо того, чтобы что-либо сказать, она подняла в правой руке, несомненно, высококачественный хрустальный меч. Незначительным движением другого запястья появилась почти идентичная копия оружия, с призрачным блеском.

Наблюдая за горящими, кричащими существами, несущимися к ним, она взмахнула рукой и бросила копию оружия. Когда она взлетела, она не вращалась, но пролетела с изящной грацией могучей стрелы, прямой и верной, прямо через лоб безволосого мужчины.

С его смертью появилась еще одна копия, которую она бросила прямо сквозь тело другой жертвы в живот второй. С этим появились две копии, и с помощью способности она удержала оба кристаллических оружия на плаву.

Его глаза слегка расширились, увидев это. Так значит, у нее тоже была продвинутая способность? Кристалл, а может быть, даже металл. Впечатляет.

Затем она запустила их, убив троих. Появилось три оружия. Затем она убила пятерых, и снова вокруг нее появилось такое же количество оружия.

"Понятно", — сказал он. "Талант, достойный чемпиона".

Телефон Стивена был какофонией звонящих и накладывающихся друг на друга голосов. Нажатием обоих больших пальцев он заставил замолчать всех, кроме офицера наблюдения.

"Говори мне немедленно!" — потребовал он. "Что, черт возьми, происходит!?"

"Меньше минуты назад большой пожар охватил лагерь!" — раздался голос, полный паники и смятения. "Есть… Я…"

"Вызывайте наемников!"

"Они там, сэр", — ответил офицер наблюдения пораженно. "О-они там были".

"Дж-Джош... Элен..." Стоящая на коленях, безрукая, обожженная обезьяна, которая несколько минут назад стояла с гордостью воина жизни и воды трех звезд, теперь умоляла, как жалкий червяк. "Что... Что с вами случилось, ребята!?" — закричал он. "Откуда эта сила..."

К счастью, женщина с саблей оборвала его слова и отрубила ему голову, положив конец жалкому нытью.

"Меня зовут Фиррита", — наконец представилась она. "Или так было раньше. Я больше не знаю, кто я или что я", — повторила она его мысли. "Я смутно помню, кем я была и за что выступала... но подробности неясны. И большая часть власти, которой я когда-то обладала, похоже, утрачена".

Что бы с ними ни случилось, они оба оказались в одинаковой ситуации.

"Я никогда не предам своих родных", — сказала она, — "это то, во что я искренне верила, когда была собой. Теперь, когда я воплощаю одного из этих мягких, мясистых подземных жителей, я не принимаю их как своих". Затем она повернулась к нему. "Ты самый близкий мне родственник".

Он улыбнулся ей. Если бы это было ему полезно, он бы в мгновение ока ударил ее в спину, сам не имея таких жалких слабостей. Но иметь временного слугу было как раз то, что ему было нужно.

"Меня зовут Каефальге", — представился он. "Раньше я был Санае Иллитит Каефальге, но этот титул больше не имеет значения. Мы можем быть где угодно в Великом Лабиринте, а это значит, что мы, скорее всего, никогда не найдем наши старые дома". Он поднял руку, предлагая ей захват. "Альянс — лучший выбор для нас обоих".

Она рефлекторно протянула руку с открытой ладонью, а затем отдернула ее.

Он поднял бровь, глядя на нее. "Это приветствие твоего народа?"

"Нет…" — отрицала она. "Кажется, так эти обитатели приветствуют друг друга. Это тело все еще хранит некоторые привычки своего предыдущего владельца".

Он покосился на нее. "А... понятно... мне кажется, я тоже чувствую то же самое. Очень хорошо. Тогда мы поприветствуем друг друга". Он сделал ей тот же жест. "Пожатие рук. Действительно, элегантное приветствие".

"Что за хрень!?" — раздалось где-то сбоку, и они оба повернулись к одной из обезьян, которая, судя по всему, только что вернулась в свое поселение.

Это был человек с серебристыми волосами и яркими голубыми глазами. Ему не потребовалось много времени, чтобы заметить их присутствие. Как только он это сделал, он развернулся и побежал обратно в пещеры так быстро, как только мог.

Каефальге поднял руку, готовясь метнуть огненное копье в убегающую цель, но Фиррита схватил его за запястье, остановив атаку.

"Что это значит?" — спросил он. "Не говори мне, что ты собираешься пощадить это существо?"

"Вовсе нет, — заявила она. — Я просто хочу дать вам предложение".

Он поднял бровь.

"У моего народа, — сказала она, — есть традиция".

"О?" — размышлял он. "И что это за традиция, о которой вы говорите?"

Она улыбнулась ему. "Новые друзья сближаются благодаря охоте".

Он улыбнулся ей в ответ. "Очень хорошо".

Девять главных администраторов лагеря Виолет появились на поверхности, уйдя через скрытый лифт, и только они были на буксире. Это была экстренная эвакуация, поэтому им пришлось уйти немедленно.

Они все выглядели больными по той или иной причине. Некоторые из-за страха, некоторые из-за беспокойства или чувства вины. Но Стивену было плохо от осознания того, что он только что потерял так... так много денег.

На поверхности, в скрытом ангаре, находился корабль. Это была элегантная форма стальной конструкции, напоминающая гигантскую таблетку с окнами. Они поднялись на борт, и Стивен приготовился нажать кнопку. Но прежде чем он успел это сделать, Лиам подбежал, схватил его за руку и отдернул ее.

"Лиам", — сказал Стивен, кипя от злости. "Что, ради Новой Земли, ты делаешь!?"

"Я-я..." — попытался мужчина. "Мы... Есть... Корабль... Он большой. Т-там есть место по крайней мере для д-двадцати человек", — сказал он, обильно потея.

Стивен стиснул зубы. "Ладно, тогда все, кто за то, чтобы вынести эту глупую идею на голосование, поднимите руки".

Никто не сделал этого. Поэтому Стивен нажал...

"Подожди!" — закричал Лиам, крепче сжимая его руку.

"Маркус!" — рявкнул Стивен, и здоровенный мужчина встал и ударил Лиама по затылку, мгновенно вырубив его... Затем, без дальнейших протестов, Стивен наконец нажал кнопку.

Корабль тронулся с места, оторвался от земли и улетел вдаль.

Бросить лагерь на произвол судьбы.

Питер бежал, спасая свою жизнь. "Блядь!" — закричал он, уворачиваясь от призрачной сабли, едва не поскользнувшись на мокром камне.

Ему нужна была помощь. И она ему нужна была скоро. Поэтому он побежал так быстро, как только мог, к...

Внезапно слева от него взорвался огненный шар, обжег половину его тела и заставил его упасть на землю.

Зрение в левом глазу погасло. Чувства в большей части тела исчезли. С нависшей над ним угрозой смерти он сделал единственное, что мог сделать.

Он кричал, звал на помощь.

Фредди сидел, прислонившись к стене своего тайного убежища, и неоднократно ударялся головой о каменную стену пещеры.

Он не мог не вздохнуть. Он так устал. Устал надеяться, устал работать. Устал постоянно убегать от одной проблемы или другой.

Риск его поимки был невелик. Его было нелегко опознать — мускулистых мужчин среднего роста с черными волосами было не так уж и сложно найти, и вполне вероятно, что вскоре его сочтут мертвым.

Человек, помогавший ему, Питер, был просто очередным отчаянным, эгоистичным придурком, пытающимся пробраться в мир. Так что он снова оказался один, часть его ждала, что приготовил этот человек, а другая часть пыталась придумать свой собственный план.

На данный момент тренировка была его лучшим вариантом. Не было ничего плохого в том, чтобы собрать больше силы. Его звезда была на уровне около 71% своей емкости, и пока он сражался с монстрами в пещерах, у него не должно было возникнуть проблем с достижением второй звезды.

Что он будет делать после этого, это на потом. Возможно, если поискать как следует, он найдет подходящую возможность, но... это становилось удручающим. Пещеры были одиноким местом — даже в лучшие времена. И он устал от одиночества.

Он скучал по Марку. Честно говоря, он бы поцеловал этого человека в лоб, если бы увидел его. Был еще Стив, тренер по спортзалу, хотя он был немного придурком. И Джеймс, Шерон... Все эти люди, которых он принимал как должное. Он вообще принимал людей как должное.

В тот момент ему не хотелось ничего, кроме мира и добрых друзей.

Вдруг до его ушей донесся слабый звук крика. Он был едва слышен, и он удивился, что заметил его.

Он подошел ближе к куче камней, которая блокировала вход в его пещеру, и отодвинул ее в сторону, внимательно прислушиваясь, пытаясь понять, есть ли что-то, о чем он должен беспокоиться...

И сразу понял, что это очень даже так. Потому что кто бы это ни был, они кричали его имя.

Осторожно пробираясь наружу, он следовал за слабыми отголосками, которые сначала становились громче, а затем тише.

Каефальге наслаждался агонией своей добычи, чувствуя, как его сердце кипит от радости под музыку воплей жалкого существа, страдающего от боли. "Я скучал по этому", — сказал он. "Такое чувство, будто я не получал удовольствия от себя уже очень, очень давно".

Фиррита подняла руку. "Замолчи. Его крики могут привлечь другого представителя его вида. Мои инстинкты говорят мне, что он не бежал в этом направлении без причины".

Каефальге никогда не терпел, когда ему говорили молчать. Но он потакал женщине. Она могла считать это наградой за то, что не была такой мягкой, какой он боялся ее видеть.

Вскоре после этого, как раз когда их добыча уже почти выбилась из сил… на ее зов прибыл еще один представитель ее вида.

Из своего укрытия Фиррита подняла саблю, чтобы метнуть ее в прибывшего мужчину, но на этот раз ее остановил Каефальге. "Нет…" — прошептал он, злобно ухмыляясь. "Давайте понаблюдаем".

Через несколько минут Фредди добрался до поляны, где он встретился с Питером, но снова обнаружил его на том же месте.

"Фре… Фредди…" На этот раз, однако, он лежал на полу, покрытый пеплом и сажей. Половина его тела была сильно обожжена, его серебристые волосы обуглились до хруста, а добрая часть лица отсутствовала. Его левый глаз вывалился из глазницы, плоский, сдутый и едва держащийся на нерве. Его униформа была опален, а синтетический материал частично расплавился и сросся с кожей.

"Фраээх… Фридди… По-помоги мне. Помоги мне", — кричал мужчина через раненое горло, выплевывая кровь, когда он выдавливал слова. "Я умираю", — сказал он. "Я-я умру".

Он неуверенно отступил от раненого мужчины.

"Мой глаз", — слабо прохрипел мужчина. "Мое тело… Помогите… Я не чувствую своего…" — попытался Питер. "Я не могу…"

Сильное желание блевать охватило Фредди, когда он наклонился в сторону, выплеснув варево из грибов, которое он съел в тот день, на скользкий пол пещеры. "Какого хрена!?" — закричал он, тяжело дыша. "Что, черт возьми, произошло!?"

"Лагерь…" выдохнул мужчина. "Огонь…" сказал он, поднимая свой единственный здоровый глаз, который расширился. "Они…" было последнее, что он выдавил из себя, теряя сознание.

Подойдя к нему и осторожно положив палец на шею мужчины, с необожженной стороны, он подтвердил это. Его сердцебиение пришло одно за другим, каждое медленнее предыдущего, а затем и вовсе прекратилось.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он попытался подумать.

"Лагерь… Пожар? Они?" — прошептал он в панике, поворачиваясь лицом к тропинке в лагерь. Он поклялся, что слышит слабый, далекий звук, но это могло быть его воображением. Лагерь был не слишком далеко от его укрытия, но лабиринт тропинок наверняка заглушит любой шум прежде, чем он достигнет его.

Он сглотнул. Что ему делать? Лагерь был уничтожен?

Комок встал у него в горле, когда он осознал это с ужасом. Может ли... Может ли это быть эйдолон? Или, может быть, монстр такой же силы? Если нет, то... что?

Они? О ком говорил этот человек?

Внезапно просторная пещера начала надвигаться на него. Единственной причиной, по которой он был хотя бы отдаленно в безопасности, стоя там, было то, что окружающая территория регулярно очищалась от монстров. Если бы... Если бы лагерь понес непоправимый ущерб...

"О, дерьмо!" — прошипел он. "Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо…"

Была причина, по которой лагерь не держал своих заключенных на поводке. Если его здесь бросить, то шансы когда-либо добраться до цивилизации были... нулевыми.

"Что, черт возьми, мне тогда делать!?" — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь, схватив прядь своих волос обеими руками.

Он же не мог вернуться и проверить! Это было самоубийство! Нет... на самом деле... подождите...

Он подпер подбородок, пока его мысли бежали в тревожной гонке. Если лагерь действительно был уничтожен, то, скорее всего, кто-то был бы послан для расследования.

Сможет ли он использовать это в своих интересах?

Его взгляд медленно переместился на обугленный труп у его ног.

Он сглотнул.

Наклонившись, он тщательно проверил одежду мужчины, морщась всякий раз, когда он касался чего-то липкого. К его ужасу, вонь горелой плоти была совсем не неприятной, а контраст между запахом жареного мяса и зрелищем перед ним заставил его почувствовать тошноту.

В конце концов ему удалось найти удостоверение личности. Это был довольно хорошо замаскированный кусок пластика, который четко идентифицировал мужчину как сотрудника.

Фредди кусал ногти от беспокойства. На ней было изображение лица Питера, но от жары оно слегка расплавилось, пластик слегка согнулся и стало трудно разобрать. Тем не менее, это был явно молодой человек с серебристыми волосами.

Он почувствовал короткую щетину черных волос на макушке. Он понятия не имел, как ее замаскировать, но если бы он мог что-то найти... Ему в голову пришла мысль, и он сглотнул, снова взглянув на труп. Действительно, хотя у него не было серебристых волос, их не было и у жертвы ожога, которая лежала бездыханной рядом с ним. Все, что осталось на его голове, были ужасные ожоги.

… А что, если он сожжет свое лицо и волосы? Это сделает его совершенно неузнаваемым. Он был немного массивнее Питера, но это не было тем, что не могло бы изменить немного голодания и интенсивной кардионагрузки. Вдобавок ко всему, они были одного роста, и если бы он сжег свои голосовые связки, никто бы не узнал его по речи. Но были еще и "Пучины бездны". Его вес был явно неестественно высоким, поэтому ему пришлось придумать технику, чтобы отменить плотность воды и вернуться к нормальному весу тела.

Наконец, в его голове начало формироваться нечто похожее на реальный план.

Вполне вероятно, что кто-то обязательно появится, пусть и не скоро.

И его... нет... Питера Вейна найдут прячущимся в пещерах, его лицо и тело получат серьезные ожоги, а голосовые связки будут повреждены настолько, что их невозможно будет восстановить.

На мгновение он почувствовал себя чужим в собственном теле. Он невесело хихикнул и загнал эти чувства вглубь. Когда дело касалось выживания, не было места для сомнений в себе. Неважно, что ему приходилось делать.

Со всей решимостью, на которую он был способен, он схватил мертвое тело за необожженную руку и бросился к яме в нескольких пещерах отсюда, где он быстро спрятал его, а затем бросил несколько больших камней, чтобы похоронить его. Его скоро съедят жуки.

Вернувшись в свою тайную пещеру, он закрыл вход. Рука, державшая удостоверение личности, сильно дрожала, и он случайно выронил его. Подняв его обратно, он решил положить эту вещь в безопасное место. Он не доверял себе, что не потеряет его.

В конце концов он нашел легко опознаваемый маленький уголок, завернул удостоверение в кусок ткани, отрезанный от собственной формы, положил его туда, а затем положил большой помеченный камень, чтобы накрыть его.

Затем... пришло время для самой сложной части. Ожоги должны выглядеть убедительно. Они должны выглядеть так, как будто он получил их в это время. Это будет нелегко. Возможно, он мог бы использовать огненный кристалл из одного из фонарей, и с помощью манипуляции эссенцией он мог бы заставить воду испариться, то есть он мог бы относительно легко высушить несколько листьев или корней и использовать их в качестве растопки.

Сделав глубокий вдох и проглотив тошнотворное чувство, подступившее к горлу, он передвинул камень к выходу, чтобы выйти и найти...

Внезапный взрыв огня разнес в порошок камень, который он держал. Он отлетел назад, пролетев короткое расстояние, и плюхнулся в подземное озеро.

Осколок камня попал ему в глаз, а по всему телу были заметные ожоги, хотя он ничего не сломал.

Черт! — мысленно выругался он. Неужели то, что уничтожило лагерь, преследовало Питера!?

Его мысли кружились. В пещеру наверху был только один вход. Знало ли то, что напало на него, что он там? Он понятия не имел, но знал, что плыть на поверхность было бы глупой идеей.

Перемещая воду вокруг своего тела, он быстро погрузился на дно озера. С его уровнем физической подготовки он, вероятно, мог продержаться некоторое время. В течение этого времени ему просто нужно было оставаться неподвижным и не двигаться.

Из страха, что простое пребывание на дне озера сделает его уязвимым, он использовал водные манипуляции, чтобы продвинуть свое тело дальше. Его левый глаз обильно кровоточил; он был темным, и даже с учетом близости к воде он не работал над развитием подводной зрительной способности.

Он просто переместился туда, где было темнее всего, чтобы быть максимально скрытым. Погружаясь глубже в тень, он чувствовал, как усики водорослей щекочут поверхность его кожи, но он продолжал погружаться глубже. Схватив несколько кусочков водорослей, он разорвал их, надеясь немного исцелить себя. Однако, к его удивлению, удушающее чувство в легких уменьшилось. Его единственный здоровый глаз резко открылся.

Может ли исцеление высшего качества отменить... удушье? Еще один захват некоторых растений подтвердил эту теорию. Это немного успокоило его. Значит, у него было больше времени, чем он изначально думал.

Схватив одну траву за другой, он продолжал погружаться все глубже в маленькое отверстие, чтобы быть максимально скрытым.

Только он подумал остановиться, как его рука коснулась чего-то липкого. С рефлексом такой скорости, что уклониться было невозможно, щупальце обхватило его плечо, прямо под мышкой, и начало втягивать его глубже.

"Что за фигня?" — мысленно вскрикнул он, застигнутый врасплох внезапным появлением монстра.

Но прежде чем он успел что-либо сделать, конечность потянула сильнее, втянув его в узкую, неровную дыру, где грубые края резали и царапали его кожу, оставляя большие открытые раны по всему телу.

Через несколько бурных секунд он обнаружил, что его засасывает в пасть гигантского осьминога, в три раза превосходящего его по размеру. Бросившись схватить кинжал, висевший на поясе, он нанес несколько ударов, пока ужасное существо кусало его за ногу клювовидной пастью, глубоко вгрызаясь в бедро. Он закричал, теряя весь воздух в легких, когда он вталкивал "Струящийся удар"  в свои замахи.

Прилив вампиризма немного облегчил боль, и после еще нескольких хороших ударов существо перестало двигаться.

С дымкой крови, окружавшей его, он едва мог видеть, где он находится, но одно выделялось — это было ярко. Подплыв, он через несколько мгновений оказался на берегу миниатюрного озера в тропическом лесу.

"Что за…!?"

Его просто протащили через проход? Хотя это был ужасный опыт, который оставил его ужасно раненым, это также могло спасти ему жизнь, поэтому он предположил, что это как-то сгладило ситуацию.

Деревья вокруг него были яростно насыщенного зеленого цвета, а то немногое, что росло вокруг его ног, было кустистым и желтым. Наверху он увидел небо, но оно было необычным, мерцающим странным, изменчивым светом.

Пробираясь к небольшой поляне, держась за кровоточащее бедро и время от времени тыча ножом в дерево, мимо которого он проходил, чтобы немного залечить рану, он наконец увидел его. "Ух ты", — не удержался он, чтобы выдохнуть с благоговением.

Поддельное небо, скрывающееся за гигантскими плавающими камнями, казалось поверхностью жидкости, если смотреть снизу. Оно мерцало и менялось с турбулентным колебанием большого водоема, и каждые несколько секунд мимо проходила волна, оставляя за собой мерцающий след блестящего, рассеянного свечения.

Это было прекрасно. Он надеялся, что вокруг больше не будет монстров.

Спустя некоторое время, после того как он потыкал в кусты и деревья, его нога зажила достаточно хорошо, чтобы он мог стоять, и, по крайней мере, она больше не кровоточила.

Сквозь густую тропическую растительность его внимание привлекло странное зрелище, и он медленно приблизился к нему, осторожно осматривая окружающую обстановку.

Наконец, выйдя из густого леса, он оказался на красивом, живописном пляже.

Океан простирался далеко во всех направлениях, и время от времени из него на короткий промежуток времени выскакивала какая-нибудь красочная фигура, вероятно, это была деятельность рыб или что-то еще; издалека ее было трудно разглядеть.

Посчитав, что активной угрозы нет, он отступил, убедившись, что не подходит слишком близко к воде. Он не хотел повторения того, что произошло всего несколько минут назад. Отступая, он снова ударил по дереву. Честно говоря, эти штуки содержали в себе гораздо больше жизненной силы, чем казалось очевидным. Он не занимался этим долго, но его состояние уже улучшалось.

Поэтому он сделал еще один взмах. Когда он нанес удар, что-то почувствовалось глубоко неправильно. Как будто весь мир наклонился под самым легким углом, но достаточно, чтобы он понял, что что-то не так.

Затем почва начала вибрировать. Море начало бурлить. Весь остров поднялся, и он потерял равновесие.

Когда он упал на землю, он увидел титаническую тень длинной змеиной головы, поднимающейся из-под поверхности океана, когда она повернулась, чтобы посмотреть на него. Десятки жемчужных глаз, украшающих голову чего-то похожего на смесь дракона и черепахи, нацелились на него.

Существо широко раскрыло пасть, а его язык разделился на сотни щупалец, которые бросились на него.

Не было адекватного способа отреагировать. Не было никаких шансов на спасение.

Ни одной связной мысли не пришло ему в голову, когда одно из щупалец схватило его за ногу, подняло высоко в небо и утащило в пасть левиафана.

Кровопролитие чувствовало это. Мастер был в беде. Глубокой беде. Большей беде, чем все остальные беды, в которых он был вместе взятые, и путь крови быстро высыхал.

Он должен был оставаться послушным. Но... какой в ​​этом смысл, если некому было подчиняться?

В подземелье под ним он чувствовал ближайший путь к Мастеру. Подтягиваясь вниз, он перемещался из одного тесного пространства в другое, в конце концов упав в то, что казалось вагоном, погребенным под тоннами и тоннами мусора.

И в этом вагоне, прямо на том, что раньше было его крышей, был проход. Ему нужно было торопиться. Это был первый из многих шагов, которые ему предстояло сделать. Но он сделает все, чтобы успеть туда вовремя.

Джанхалар весело свистнул и сгреб еще одну кучу мусора. В тот момент он чувствовал, что нет ничего, что могло бы испортить ему настроение, — и ему потребовалось всего лишь мгновение, чтобы пожалеть об этой мысли.

Кольцо на его пальце, центр интенсивного резонанса, чувство, которым он наслаждался...

Внезапно наступила мертвая тишина.

----------

Не боясь грязных рук судьбы

Когда его затащили в пасть зверя, Фредди застыл, невероятно напуганный; его рука сжимала кинжал мертвой хваткой, но плечо было заблокировано, из-за чего он не мог даже замахнуться, и когда многочисленные острые зубы пролетели прямо мимо его лица, он остался беспомощным, фактически ожидая, когда существо закроет свою пасть и пронзит его сотнями острых, похожих на иглы выступов.

Но этого не произошло.

Вместо этого его втащили в заднюю часть горла, поскольку гигантское чудовище, вероятно, посчитало его слишком маленьким, чтобы даже потрудиться жевать; щупальце сжало его достаточно сильно, чтобы сломать ему позвоночник и несколько других костей, а затем его столкнули вниз, в чистую тьму, где, с изуродованным телом, он был бессилен сопротивляться, когда горячая, вонючая, скользкая глотка поглотила его, снова сокрушив его тело и толкая его дальше в головокружительном путешествии, где верх и низ, лево и право, перед и зад смешивались в единстве, от которого он не мог сбежать.

Он попытался резать кинжалом, но плоть была больше похожа на скользкий металл, чем на настоящую органическую ткань, и без какой-либо опоры он не мог приложить практически никакой силы к своим ударам.

В одно мгновение удушающий туннель из напряженных мышц исчез, и он упал в коротком свободном падении, ударившись спиной о жидкость, которая тут же начала шипеть.

Он закричал, и вдох, который он сделал после этого, обжег его так сильно, что ему показалось, будто легкие расплавились.

Желудочная кислота зверя была сильной; верхний слой его кожи уже поддавался ее разъедающей силе, а учитывая глубину жидкости и постоянное плескание при движении зверя, у него не было никаких шансов куда-либо выбраться.

Он быстро приближался к состоянию потери сознания и знал, что если это произойдет, то все кончено — смерть неизбежна.

Внезапный рывок заставил его упасть на стенку желудка, и его кинжал задел твердый край. И снова желудок оказался слишком сильным, чтобы поддаться острому куску металла в его руках, и в следующий момент он уже упал обратно в жидкость, продолжая плыть к другому берегу реки Стикс.

Время уходило. С каждым мгновением различие между кромешной тьмой и надвигающимся беспамятством становилось все размытее.

Он поднял руку и применил "Создание воды". Из его руки вытекла большая ёмкость жидкости, которая омыла его и временно разбавила кислоту. С этим его разум немного прояснился, но достаточно, чтобы на мгновение нормально поразмыслить — достаточно, чтобы он поплыл вперёд, проталкиваясь сквозь боль, пока не достиг стенки желудка, а затем сделал взмах, наполненный "Струящимся ударом".

Кинжал вошел всего на несколько сантиметров в поверхность, но этого оказалось достаточно, чтобы 1% Вампиризма послал мощную волну исцеления по его телу, не сделав практически ничего, но прояснив его разум достаточно, чтобы дать ему надежду на то, что его план осуществим, — пока весь мир не начал вибрировать.

Существо закричало с таким рвением, что желудочная кислота начала испаряться, и его слух был уничтожен в одно мгновение. Сильная вибрация едва не разорвала его сердце, но он прорвался и сделал еще один взмах.

Левиафан начал шевелиться, корчась от боли, и его отбросило на другую сторону живота, где он снова атаковал.

Время бежало быстрее, чем ожидалось, и не было никакой возможности дышать, поскольку его легкие были разъедены, и он быстро задыхался. С маленьким кинжалом и его недостаточной силой, у него не было возможности держаться за живот дольше одного удара, после чего его бы отбросило обратно в глубины кислотного ада.

Перед ним стояла лишь одна безрассудная авантюра, единственное, что удерживало страх неминуемой гибели, — он нырнул в бассейн плещущейся кислоты, в ее гнилостных, вонючих потоках было почти невозможно маневрировать.

Но одна за другой "Создание воды" разбавляла вязкую жидкость достаточно, чтобы он смог плыть вперед, хотя он понятия не имел, в каком направлении плыть. В конце концов он достиг дна желудка и проследовал по краю по пути, который, как он предполагал, вел вниз, хотя это был едва ли надежный знак.

Удача была на его стороне, и фортуна, должно быть, нашла его ситуацию достаточно забавной, чтобы смиловаться. Там он обнаружил вход, который привел его глубже в кишечник, где жидкость становилась гуще, а кислота сильнее.

Вся поверхность его кожи уже была повреждена и не поддавалась восстановлению обычными средствами, а смерть от шока наступала через несколько секунд.

Используя остатки своей эссенции, он задействовал "Гидравлическое напряжение", упершись ногами в одну сторону кишки, и воткнул кинжал в другую, и, несмотря на то, что он вложил в него почти все силы, лезвие едва вошло в поверхность.

Он был совершенно глух, но вибрации, распространяющиеся по вязкой жидкости, подсказали ему, что владелец кишки не доволен его планом.

С остатками его сущности, " Струящийся удар" протек через его тело, и импульс передался кинжалу, проталкивая его глубже внутрь. Еще одна волна исцеления нахлынула на него.

Порез становился все глубже и глубже, и вскоре он почувствовал, как теплый поток крови смешивается с безжалостным пищеварительным соком, облегчая непрекращающуюся боль и придавая ему сил.

После целой вечности, пока он двигал кончик, чтобы расширить рану, он подумал, что сделал разрез достаточно большим, чтобы пройти насквозь. Схватив свободный кусок ткани, он подтянулся мертвой хваткой и пополз наружу из кишок левиафана.

После почти часа рытья мусора как маньяк, Джанхалар все еще не смирился с этим. Он был так близок, стоя на том, что казалось финишной чертой долгого, изнурительного путешествия, только чтобы внезапно обнаружить себя заблудившимся в глубине леса.

Что, черт возьми, произошло? Что, черт возьми, могло произойти? Ничего, кроме самой реальности, которая встала на свой путь, чтобы издеваться над ним, не было достаточно рациональным, чтобы оправдать этот безбожный уровень несчастья.

И тут он почувствовал это. Связь между его кольцом и Кровопролитием, которая была полностью мертва всего лишь мгновение назад, снова ожила. Но что-то было не так; это было по-другому.

«Не говори мне... он стал духом!?»

Если это так, то было только одно объяснение случившемуся, и как только он сделал вывод, кольцо снова вспыхнуло. В своем мысленном взоре он увидел путь. Это была багровая дорога, путь вперед, пробираясь через метафорически колено-высокую реку крови. Не колеблясь, он побежал по ней.

Примерно в миле отсюда он увел его под землю. Копаясь в мусоре с рвением, не похожим ни на что, что он проявлял в своей жизни, он добрался до закопанной старой повозки и увидел ее.

Там был проход, который вел в пустынное царство, возможно, категории B. И тропа в его мысленном взоре уже вела к другому проходу, на другой стороне.

Все чувство времени исчезло, когда Фредди отчаянно цеплялся за последнюю нить надежды, которая у него была. Снова и снова он резал плоть, не зная, где он вообще находится. Безумно высокая температура тела бьющегося левиафана поджаривала его заживо, а нехватка кислорода заставляла его чувствовать, что он постоянно находится на грани удушья.

Но благодаря чудесному действию его таланта, он все еще был жив.

Размахивая уже погнутым и тупым кинжалом, словно зверь когтями, — все инстинкты обострились до предела, — он был всего лишь зверем, пытающимся выжить.

Хотя сначала он думал, что это его воображение, к тому времени он был уверен, что его тело уменьшается. Такой яростный, сильный голод бушевал в его животе, что он знал, что его тело, должно быть, пожирает само себя заживо, будь то через безумное потребление калорий или через выбрасывание тканей, которые были хорошо проварены.

В любом случае, это был кризис; его замахи уже слабели, а обезвоживание становилось критическим. В какой-то момент он начал кусаться, даже не осознавая этого, — глотая изуродованную плоть и выпивая кровь, как паразит.

Это было невкусно, и это было явно не пригодно для употребления человеком. Каждая крошка и капля мяса и крови были словно проглатывание грозы, которая грозила уничтожить его тело всем эфиром, что был сконцентрирован внутри, и только благодаря своему таланту непрерывно восстанавливать повреждения он мог проталкиваться через это.

Время от времени ему приходилось нырять в плотские пределы Незера, чтобы пополнить запасы своей сущности, и каждый раз он обнаруживал вокруг себя все больше и больше кровавых струек.

В какой-то момент его слабость начала покидать его. Хотя его тело ощущалось как не более чем скелет с несколькими нитями плоти, невероятная сила наполняла его до такой степени, что его укусы могли разрывать плоть, как сырое тесто.

Бесконечное удушье больше не беспокоило его. Мысли о побеге испарились, и он просто предался нескончаемому потоку жизненной силы, вливающейся в его тело.

Затем он начал слабеть. И какое бы воздействие плоть ни оказывала на его разум, оно на короткое время отодвинулось в сторону, когда у него возникла ужасающая мысль — левиафан был мертв, а он все еще был заперт глубоко внутри его тела.

Вновь обретенный пыл, теперь рожденный паникой, охватил его, и он устремился вперед, словно крот, роющий норы, отчаянно ища выход.

С каждым взмахом жизненная сила становилась все тоньше; вскоре он снова задыхался. Сжимая разорванную плоть силой тисков, он продолжал тянуть себя вперед, пока один нисходящий удар за другим прокладывали путь — пока его клинок не ударил по кости и ее кончик не откололся.

Черт! — мысленно закричал он, ужас наполнил его.

Пробираясь вокруг кости, он продолжал толкаться, все больше не зная, куда идет. Но в конце концов он прорвался и упал в открытое пространство — скользкий туннель, по которому он немедленно начал скользить.

Вонзив кинжал в стену, он сделал глубокий вдох, но воздух казался разреженным. Здесь было мало кислорода, и сильный запах свежего мяса наполнил его легкие. С усилием вдыхая, он выбрал путь и пробрался наверх. Был шанс пятьдесят на пятьдесят, что он идет правильным путем, а что, если он не сможет протиснуться сквозь лабиринт зубов?

Затем тропинка перед ним снова исчезла, и он рухнул вниз — прямо в желудочную кислоту.

"Блядь!" — прохрипел он и бросился вставать. Темнота была абсолютной. Не было никакого способа определить, где путь назад. Он уперся в бок живота и все равно прыгнул с помощью "Гидравлического напряжения" но врезался в твердую поверхность, отскочив от нее и вернувшись обратно в желудочную кислоту.

Нехватка кислорода была уже далеко не просто причиной головокружения. Если бы не его пиковая однозвездная сниженная потребность в кислороде, он, вероятно, уже был бы мертв.

Желудочная кислота снова разъедала его плоть, но он снова поднялся. И не смог сделать попасть прыжоком во второй раз. А затем и в третий раз. В четвертый раз он добрался до дыры и едва успел за нее уцепиться. Сделав несколько отчаянных рывков, он снова поднялся.

Предстоял еще один кризис. Когда мышцы расслабились, горло зверя начало закрываться. Обратный путь был не подъемом через открытый туннель, а проползанием через плотно закрытый барьер из мясных лоскутов. Он думал, что раздвинет их и проберется, но это было легче сказать, чем сделать. Слизь высыхала, превращаясь в клей, который запечатывал проход.

Но это как раз то, что ему было нужно. Он больше не был скользким, и, несмотря на то, что он снова столкнулся с нехваткой воздуха, ему, по крайней мере, не пришлось пробираться наверх с помощью кинжала.

Подползая, он изо всех сил старался не думать о том, какой длины шея у зверя. Вместо этого он поспешил вперед. В какой-то момент он на мгновение потерял сознание и решил, что не может позволить себе прекратить бить по плоти, хотя исцеление уже угалсо.

Его истощение становилось все сильнее. Горло становилось все более липким. Этого не должно было случиться.

В панике он снова бросился царапать горло, затем протолкнулся в мышцу. К счастью, в смерти плоть зверя, похоже, стала немного нежнее, и он обнаружил, что ободрился, размахивая кинжалом быстрее и молясь, чтобы снова не задеть кость.

В какой-то момент резать стало труднее, и он с трудом продвигался вперед. К тому времени его кинжал уже было трудно назвать клинком, так как он затупился до такой степени, что только сила его взмахов делала его пригодным для использования. Внезапно он увидел слабый луч света, и в щель хлынула вода.

Расширив отверстие, он вытолкнул себя и поплыл. Весь мир закружился, и вместо того, чтобы стать ярче, казалось, что поверхность темнеет. С каждым мгновением последние крупицы его сил истончались, и стена абсолютного истощения приближалась.

И тут что-то его укусило.

Он рефлекторно закричал и потерял остатки воздуха в легких, когда повернулся лицом к нападающему. Это была огромная рыба с гигантскими зазубренными зубами, большинство из которых глубоко вонзились в его ногу, где им, по общему признанию, было не за что укусить, кроме тонких мышц, жесткой кожи и костей.

Стая этих тварей окружила его, и он взмахнул кинжалом, усилив свое движение приемом «Гидравлическое напряжение», который под землей действовал лучше, чем "Струящийся удар".

Кинжал вонзился в голову зверя, и мощный удар, ознаменовавший критический удар по его мозгу, заставил мир снова озариться светом.

Остальная часть стаи кружила вокруг него, настороженно глядя на него, и он запаниковал. Почему они не подошли ближе? Они ждали, пока он утонет? Если так, то им не пришлось долго ждать! В отчаянии он порезал свое тело, надеясь, что запах крови приманит некоторых из них и они подплывут поближе.

Это сработало немедленно. Трое из стаи оторвались и бросились на него, но вместо спасения он столкнулся с еще одним кризисом. Их атаки были беспощадны, они наносили острые, неприятные укусы по его телу. Его атаки были недостаточно быстрыми.

Один из них схватил его за руку, и он поймал что-то в горле, чтобы удержать его на месте, пока он наносил удары. По чистой случайности его многочисленные удары убили другого. Пока он сдерживал удушье, потеря крови прикончила бы его в первую очередь.

Еще один из этих демонических отродий бросился на него, и в рефлекторной реакции он обнял его. Рыба уплыла с безумной скоростью, и он едва уцепился за ее скользкую кожу, оставаясь прикрепленным только благодаря своей недавней практике прилипания к скользким поверхностям.

К его огромному неудовольствию, рыба нырнула вниз, и если бы он не был закален "Пучинами бездны", он был уверен, что потерял бы сознание из-за сильного давления. Но затем она изменила курс. Она начала подниматься, еще одно движение, которое убило бы его, если бы он был незакаленным смертным.

Он с тревогой наблюдал, как поверхность стремительно мчалась ему навстречу, и, не желая дать чудовищу повернуть обратно, отпустил его, когда тот был в десяти метрах от берега, и поплыл вверх.

Дюйм за дюймом, славное обещание воздуха приближалось, и с решительным толчком его голова наконец вынырнула над поверхностью.

Сделав первый вдох, который казался вечностью, он испытал лучшее чувство в своей жизни. Конечно, рыба, которая укусила его за ногу мгновением позже, испортила все, но сильный удар по ее глупой голове и убийство снова улучшили все.

Хотя его внимание было сосредоточено на том, чтобы доплыть до берега, он не мог не заметить состояние своего тела — поверхность его кожи была белоснежной, все волосы оплавились, ногти были малиново-красными; он был настолько худым, что больше напоминал хорошо забальзамированную мумию, чем человека.

На самом деле, если бы он не использовал возможности манипулирования водой, он бы тонул из-за того, насколько плотным было его тело, как из-за отсутствия жировой ткани, так и из-за "Пучин Бездны".

Но все же, с трудом, он пробрался к берегу и приземлился. Подтянувшись на песке, он почувствовал себя слишком уставшим, чтобы даже дышать.

Только он собирался поддаться искушению и заснуть, как до его ушей донесся мужской голос. "Как невероятно…" — пробормотал кто-то, и он быстро бросился вставать — и не смог.

Он не мог встать на ноги, как бы ни старался, и все, что он мог сделать, это поднять голову, чтобы осмотреться.

Перед ним стояли двое — невысокий мужчина и высокая женщина. Женщина стояла, неся хрустальную саблю, которую она небрежно перекинула через плечо, а мужчина сидел на корточках без оружия, наклонив голову на него.

Кем бы они ни были, он не был рад их видеть, а от их странных, жутких, квадратных глаз у него на теле встали дыбом все волоски — или встали бы дыбом, если бы они у него остались.

"Как вы думаете, он пройдет испытание?" — спросила она.

"Посмотрим", — ответил он. "Мне любопытно увидеть средства этих жителей. Давайте посмотрим".

"О чем, черт возьми, они говорят?" — подумал он, но потом кое-что понял.

Хоть это и было абсурдным способом, технически он только что убил существо, находившееся Бог знает как высоко над ним... так почему же он не почувствовал, как эфир проник в его душу?

Затем он заглянул в свой эфирный космос.

"О... так вот куда все пошло", — только и смог он сказать, увидев бурю, бушующую вокруг его звезды.

Клочья темной, теневой воды обвились вокруг него, вращаясь вокруг него, но ни одна из них не утонула и не поглотилась. Вместо этого они начали рассеиваться, по-видимому, исчезая, пока...

"Ак!" — выдохнул он, внезапно почувствовав, что что-то пытается пробраться наружу из его души, и открыв глаза, он понял, что это чувство было недалеко от истины.

То, что казалось картиной, запечатленной в реальности, представляло собой длинную шею с чудовищной головой, напоминающей левиафана, которого он только что убил, но более зловещую, зловещую и злобную, которая смотрела на него с убийственным видом.

"Неприемлемо", — прорычал он глубоким, громовым голосом, полным яда. "Это... это не может быть прощено. Я не паду перед тобой, паразит!" — проревел он, наклоняясь, чтобы впиться зубами в его душу, словно пытаясь откусить кусок от яблока.

Боль, намного превосходящая все, что он когда-либо испытывал, охватила все его существо, и было чудом, что атака души не лишила его сознания.

"Как жаль…" — прошептал мужчина.

"Какой позор", — посетовала женщина. "Без талисмана его душа слишком уязвима. Стоит ли нам положить конец его страданиям?" — спросила она, затем приподняла бровь. "Что это?"

Внезапно Фредди почувствовал, что бремя, которое он терпел, значительно уменьшилось. С кровью, капающей из его костлявых рук, мираж его давно потерянного — нет, подождите, это было Кровопролитие!

Остатки скелета… или, скорее, дух скелета , как теперь казалось, схватил голову левиафана и потянул ее назад, пытаясь извлечь вторгшуюся конструкцию из его души.

"Хозяин… — сказал он. — Извините за опоздание".

Слезы подступили к его глазам, и он почувствовал себя переполненным эмоциями. Никогда бы он не поверил, что способен испытывать такую ​​радость при виде чего-то столь... Нет, Кровопролитие было драгоценным маленьким манчкином, стоящим каждой пролитой им слезы, но окруженный таинственными людьми, и уверенный, что они хотят его смерти, он не знал, что делать.

Краем глаза он заметил багровый след, спускающийся с одного из плавучих камней-островов. Красное пятно неестественно быстро опускалось, и когда поднятый песок рассеялся, сквозь него проглянуло изображение человека.

Он стоял высокий в своих малиновых одеждах, его красные татуировки отмечали многочисленные линии на его щеках, а его белые волосы падали на спину. Злое, яростное выражение висело на его лице, и он мгновенно бросился на Фредди и Кровопролитие.

"Этот ублюдок..." — все, что успел вымолвить Фредди, прежде чем внезапно мощный взрыв огня поглотил окровавленного арха, и сабля полетела ему в лицо со скоростью выпущенной стрелы. Металлическое лезвие было отклонено, и огонь исчез с взрывом кровавого тумана.

"Кто ты, черт возьми!?" — закричал Джанхалар, его глаза покраснели, а тело закружилось в багровом тумане. "Я знал, что кто-то могущественный должен был быть вовлечен! Ты, жалкая скотина, ответишь за свои грехи!"

"Кефальге!" — закричала женщина.

"Я знаю! Этот воин силен. Держись поближе к…" — начал он, но его слова оборвались, когда мимо его лица пролетел острый снаряд свернувшейся крови.

Патриарх Крэйвенов побежал на них, не спуская глаз с Кровопролития и стараясь как можно скорее закончить бой.

Этот момент отвлечения внимания был не очень хорошей идеей. В этот короткий момент коротышка создал яркий оранжевый шар, а через несколько секунд он превратился в мощный взрыв яркого, горячего огня.

Фредди был захвачен взрывом и брошен в океан вместе с левиафаном и Кровопролитием, который его удерживал.

Его кожа была сильно обожжена, и удар ошеломил его. Возможно, если бы он был в сознании, у него хватило бы сил что-то сделать... но в его теле больше не осталось сил.

По мере того, как поверхность океана становилась все дальше, он погружался и в море, и в глубины бессознательного состояния.

Кровопролитие показало, что ситуация отчаянная, но пока оно еще живо, оно не сдастся.

"Отпусти меня, мерзкая тварь!" — закричал надоедливый нарушитель, но Кровопролитие сжало его еще крепче.

Подтянувшись вперед, он использовал брешь, которую этот вредитель создал в душе Мастера, чтобы также заползти в нее. Прекрасная голубая звезда, бурлящая с прохладной, методичной беспощадностью Мастера, и россыпь крошечных пятнышек вокруг нее были священным, святым зрелищем —

"…и не то, что можно осквернить такой безнравственной вульгарностью!" С первобытным криком Кровопролитие вонзил свои когтистые руки в шею жалкого отброса, преграждавшего путь этому первозданному храму, и чудовищное существо укусило его в ответ, сломав одну из багровых костей в его руке.

Хотя Кровопролитие не собиралось сдаваться, он мог поклясться, что его значительно превосходят.

"Скажи мне, о великий Мастер!" — умолял он. "Что мне делать!?" Он жаждал мудрости, бесконечного источника знаний, которым, как он знал, обладал его хозяин.

Именно тогда он увидел, как другие мерзкие вещи вторгаются в душу его хозяина, но это было нечто иное. Они были заключены в клетки, как животные, которыми они и были, и вместо того, чтобы сеять хаос, их сила постоянно истощалась — их мощь полностью подчинялась воле Хозяина.

Конечно... Это было просвещение. Именно так и надо обращаться с такими зверями.

С зубастой ухмылкой, навсегда запечатленной на его лице, становящейся все шире, Кровопролитие заглянуло сквозь поверхностный слой души Мастера. Как всегда, аура Кровопролития была густой — на этот раз во много раз больше, чем когда-либо прежде. Он вонзил в нее один коготь, временно одолжив у Мастера и пообещав, что будет усердно работать, чтобы вернуть этот долг.

Фредди проснулся, но он появился не в своем теле, а в своей проекции, окруженный мерцанием далеких звезд.

Я умер? — спросил он, но вскоре понял, что это святая святых его эфиркосма — внутренней части его души.

Зачем он здесь? Именно тогда он увидел громоподобную бурю кровавых струек, бурлящих в гигантском вихре.

Что за...

Глубоко внутри клочья кристаллизовались, превращаясь в неровную, беспорядочную клетку.

Разум, переполненный вопросами, он плыл вперед, отчаянно пытаясь выяснить, что, черт возьми, происходит. Когда шторм утих, он увидел нечто, что сдуло его.

Кровопролитие стояло — почти разорванное на куски — когда оно поместило последнюю руну на странной формы красную клетку. Багровый шрифт, образующий неровный барьер, внезапно запульсировал, приняв вместо этого глубокий синий свет.

Внутри него парящая голова левиафана была полностью заперта, совершенно неспособная прорваться сквозь барьер. Ее рев затих, и она постепенно впала в кататонию, как и другие эфирные конструкции, запертые в его душе.

"Крово… пролитие…" — позвал он, чувствуя, как комок подступает к горлу его проекции. "Что ты делаешь?" — спросил он.

"Я... я... я чиню тебя... хозяин", — слабо проговорило оно, когда одна из его костей распалась на струйки крови. "Я больше не могу поддерживать себя... но все в порядке. Я сделал все, что мог... я выполнил свое предназначение".

"Н... Нет", — отрицал он. Этого не могло быть.

Мысли о власти были отброшены, когда он плакал настоящими слезами печали. Из всех людей, которых он встречал... из всех жалких, недостойных отбросов, с которыми он сталкивался, именно этот тупой, кровавый скелет любил его больше всех.

У него вырвался легкий смешок, когда он подумал об этом. Как абсурдно. Он хотел отрицать это, хотел списать его поведение только на причуду его природы, но он знал, что это не так. Не совсем так. Кровопролитие было уникальным. У него была настоящая душа.

В каком-то смысле это был человек. Это была не просто бездумная конструкция эфира. И его жизнь, которой он так щедро злоупотреблял, в этот момент была отдана на откуп ради спасения его собственной.

Он ни за что не допустит этого.

"Кровопролитие!" — крикнул он командным тоном.

Он слабо оживился. "Что это, Мастер?" — спросил он, готовый внять его словам даже в последние мгновения.

"Подожди немного…" — сказал он дрожащим голосом. "Я спасу тебя", — пообещал он с улыбкой.

Собрав все силы, он заставил себя проснуться.

В его теле практически не осталось сил. С его плотностью он опустился на дно, и он уже мог видеть слабые тени хищников, плывущие в темноте вокруг него. Собрав всю волю, которую он мог собрать, он попытался пошевелить рукой. Но казалось, что это бесполезно. Каждая клетка его тела кричала о субстанции, а ему нечего было ей дать.

Поэтому вместо того, чтобы двигать телом, он сосредоточился на "Гидравлическом напряжении". Его истощенное тело было вынуждено двигаться сквозь сущность, заставляя ее действовать, а его рука двинулась, чтобы сорвать кусочек водоросли. С этим темнота вокруг него стала немного ярче. Поэтому он потянул еще. И еще. Мир вокруг него становился ярче с каждым сорванным кусочком, и утопление отодвигалось на еще один момент.

Нападение плотоядной рыбы было таким внезапным, а его тело настолько онемело, что ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что что-то снова пытается откусить ему руку. С большей силой, чем он ожидал, "Гидравлическое напряжение" схватило костный выступ, который, как он предположил, был языком, и потянул. Он извивался и сопротивлялся ему, но его воля возобладала, когда существо выплюнуло кровь и перестало двигаться.

Он вырвал один из острых зубов существа и продолжил движение.

Все, что попадалось ему на пути, будь то рыба или водоросли, разрывалось на части, когда он впадал в ярость. Каждая капля сосредоточенности, которую он мог собрать, уходила на контроль над водой, чтобы продвинуться дальше.

Его изуродованное тело медленно собирали по кусочкам.

С каждой пролитой каплей крови появлялось все больше рыб; на этот раз он приветствовал их натиск, сражаясь с ними. Он укусил в ответ и использовал силу "Гидравлического напряжения", чтобы раздвинуть их челюсти, едва не утонув. Его талант делал гораздо меньше, чем он хотел, и раны продолжали накапливаться, но, к счастью, зубы тварей могли сделать лишь немногое с его костлявым, жестким телом.

Он на мгновение заглянул в свою душу. "Кровопролитие!" — потребовал он. "Окажи мне свою помощь!"

Он понятия не имел, что он хотел, чтобы оно сделало, но оно все равно кивнуло. Сконцентрировавшись на мгновение, он начал медитировать. Мысли о спокойной воде и спокойных озерах были полностью отброшены, когда он представил себе реки крови.

И тут же его душу пронзила сильная ответная реакция. Действительно, у него не было кровавого сродства. Он никак не мог привлечь струйки крови.

Но Кровопролитие почувствовало, что он пытается сделать, и со слабым светом в глазах поплыло к его звезде. Стоя рядом с бурлящей массой эфира, оно погрузило в нее коготь.

Фредди чувствовал, как будто его сердцевину пронзили, но появились мельчайшие намеки на красноту. Затем он вернулся к медитации.

Он чуть не задохнулся от шока, когда сделал это. Вода вокруг него была густой от многочисленных струек крови, и, игнорируя рыбу, терзающую его тело, он сосредоточился на том, чтобы поглотить их.

В конце концов, ему пришлось дать отпор, хотя бы для того, чтобы устранить ущерб, нанесенный нехваткой кислорода; затем он быстро взглянул на свою душу — и замер, как только это произошло.

Там, вращаясь вокруг своей звезды, была еще одна неровная клетка. Кровопролитие было внутри нее, целое, но неотзывчивое.

"Кровопролитие!" — закричал он. "Кровопролитие, нет!" — закричал он, схватив странной формы клетку с рунами. "Это не то, чего я хотел…"

"Это был лучший способ сохранить мне жизнь", — ответил он.

"Ох". Он отступил назад. "Ты жив!" — внезапно понял он.

"Хозяин, мне нужно твое согласие".

Прежде чем он успел спросить о чем, он почувствовал это. Клетка перед ним напряглась, пытаясь кристаллизоваться, но не смогла. Кивнув, он выковал способность. В глазах Кровопролития вспыхнул бушующий красный свет, и клетка затвердела в своей странной форме с гигантским всплеском крови, которая переместилась к его звезде.

Огромный прилив силы вошёл в него, когда он почувствовал, как синяя масса света медленно разделилась на синюю и красную половины.

Но прежде чем он успел обдумать свою новую привязанность, он бросился обратно наружу. Там он все еще сражался с несколькими рыбами. Он размахивал снова и снова, исцеляя себя, но... он накопил слишком много ран. Его талант был разделен между одним слишком большим количеством кризисов, чтобы успевать за утоплением.

Отчаяние от неудачи охватило его, но в то же время слабый голос Кровопролития раздался из его души: "Не волнуйся, Мастер…" — он утешал его. "Дальше я сам".

Кто были эти люди? Только на пике двух звезд они обладали таким мастерством и силой, что могли почти противостоять ему в бою. Почти.

Женщина была тяжело ранена, его недавний удар повредил ее правое запястье, а несколько предыдущих ударов оставили синяки на ее животе. Один глаз мужчины был закрыт, а его походка была неуверенной. Эти дураки не продержатся долго, но они в любом случае не были его главной заботой.

"Почему ты стоишь у меня на пути!?" — спросил он.

В ответ мужчина ухмыльнулся. "Откажитесь от этого духа, и мы не будем вам мешать".

Джанхалар нахмурился. "Ты жалкий убл..."

Внезапно, природа связи его кольца с духом снова изменилась. Он все еще мог чувствовать, где оно было, но было что-то тревожное в этой связи.

Он должен был быстро...

В момент его отвлечения женщина внезапно призвала призрачный клинок, отражающий форму другого, который она все еще держала в руке, и бросила его в него. Внезапное появление оружия было неожиданным, и поскольку он не был к этому готов, оно слегка зацепило его щеку, заставив несколько капель его крови отлететь и упасть в океан.

Возможно, ему следует поторопиться и использовать "Домен Патриарха"...

Внезапно что-то стало глубоко неправильным. Его чувства вспыхнули, и он почувствовал что-то чрезвычайно тревожное. Те капли крови, которые он только что потерял, — они двигались, присоединяясь к огромному объему крови, которая собиралась на дне океана.

Мужчина приготовился выпустить еще одно огненное копье, но прежде чем он успел это сделать, Джанахар закричал и бросился в воду.

Там он увидел массивную тушу океанического чудовища... и всю его кровь, текущую через рану на шее, собирающуюся вокруг того места, где, как он чувствовал, находился дух. Глубокое, глубокое чувство паники охватило его. Он чувствовал, где именно находятся несколько капель его крови. Со всей своей силой он продолжал пытаться извлечь их, но это было бесполезно. Она была слишком разбавленной, слишком рассеянной.

Нет! — мысленно закричал он. — Нет, нет, нет! Если хоть одна капля попадет в эту массу крови…!

Удушье почти одолело Фредди. Его мысли были плывущими, и он не был полностью здесь. Его разум в основном спал, усталый, слабеющий, поскольку клетки его мозга погибали, крича о кислороде.

"Я собрал всю кровь, какую только мог", — заявил Кровопролитие.

"Что бы что?" — спросил он ошеломленно.

Его клетка на мгновение дрогнула, а глаза загорелись глубоким багрово-красным светом.

Странный набор из двух слов влился в его разум. Не колеблясь, он произнес их.

"Кровавая Жертва".

Фиррита и Каефальге остались на поверхности, зажимая раны.

Женщина тяжело вздохнула. "Этот человек... его навыки примитивны, но он все еще обладает силой четырех звезд. Нам следует отступить?"

Каефальге нахмурился. "Это, возможно, лучший выбор", — сказал он, "но этот скелет — прекрасная возможность. Мы находимся в неизвестной части Великого Лабиринта. Каждое преимущество, которое мы сможем найти, послужит нам на пользу".

Она усмехнулась. "Ты говоришь «мы», — заметила она, и в ее голосе прозвучала легкая нотка раздражения. — Мы оба рискуем своими жизнями, но только один из нас обретает дух".

Он улыбнулся. "Ты права в своем скептицизме, женщина, поэтому я скажу тебе открыто: я хочу эту вещь для себя", — признался он.

Она покачала головой. "Если бы мы могли это получить, я бы с радостью передала это вам, но я не думаю..."

Внезапно они оба замерли. Их инстинкты вспыхнули, и они огляделись. Они зажужжали, пытаясь определить источник. Всеобъемлющая жажда крови окружила их, вызывая образы смерти и разрушения.

"Что, во имя богов, это такое!?" — крикнула Фиррита, пот струился по ее телу.

Казалось, что сама реальность кровоточит. Затем, с взрывом потустороннего, огромного давления, океан поднялся титанической волной, когда огромный, кровавый позвоночник взмыл в небо, за ним последовал еще один, а затем еще один. Три огромных черепа, капающие кровью, несли на костлявых, змеевидных колоннах, и появились более тонкие, колючие придатки, поднимающиеся, как щупальца, из воды и хлещущие остров с огромной, сокрушительной силой, когда все море приняло цвет крови.

"Если подумать, — сдался Каефальге, — вы правы. Мы должны уйти. Немедленно".

Джанхалар вылетел из воды, отброшенный назад сильной волной, когда его выбросило на берег. «Что, во имя...!?» — закричал он, в ужасе уставившись на существо, излучающее огромную ауру крови.

Этого не могло быть. Это было невозможно. Он все еще чувствовал дух и где он был, так что, черт возьми, это было? Оно не могло эволюционировать в эйдолона, и даже если бы это произошло, это было намного больше, чем любой эйдолон, о котором он когда-либо слышал.

Однако мысли о том, чтобы развернуться и сбежать, не были у него на уме. Вместо этого, чистая, первобытная ярость кипела, когда он ревел в небо. Выплеснув свою ярость, он сделал глубокий вдох и успокоился. Его взгляд стал острым, а его решимость превратилась в клинок. На своем имени Джанхалар, патриарх того, что однажды станет высшим кланом крови, он поклялся своей жизнью, что не выйдет из этого царства без этого духа в своем распоряжении.

Фредди вырвался из оцепенения, когда река жизненной силы хлынула прямо в его тело, быстро выталкивая удушье. Вода вокруг него окрасилась в красный цвет. Когда он всплыл на поверхность, он замер, его разум ничего не понимал, пока он смотрел на титаническое существо из крови и костей.

«Ккк...» — пробормотал он. «Кровопролитие?» — спросил он, боясь ответа.

Одна из титанических голов повернулась к нему, заставив каждую мышцу в его теле напрячься, и он услышал голос в своей голове. «Да, Мастер», — ответил он.

Он ухмыльнулся. Безумная, недоверчивая усмешка распространилась от одного уха до другого, и он начал смеяться.

Затем он услышал рев, доносившийся с пляжа.

Все его вопросы были прерваны огромным копьем застывшей крови, которое пронзило его спину, мгновенно раздавив сердце.

Он ахнул, обернувшись к виновнику, который уставился на него с безумным взглядом в глазах. Однако прежде, чем наступила смерть, он почувствовал, как копье выталкивается из его тела. И как только оно вышло, нанесенный им ущерб исчез, как будто его и не было.

"Боже мой", — сказал он. "Это же куча вампиризма…" Но как? "Не говори мне…" — подумал он, обернувшись и уставившись на бесконечный океан багрово-красного. Он убивал все, чего касалась эта вода?

Каждые несколько мгновений в его душу врывался небольшой поток дымков. Каждое убитое им существо снабжало его эфиром, и как и в случае с любым собранным дымком, небольшая часть этого напрямую работала на пополнение его сущности.

В тот момент… до тех пор, пока длилось то, что сделал Кровопролитие… у него были практически неограниченные сущность и жизненная сила.

Чувствуя себя опьяненным потоком силы, он повернулся лицом к патриарху Крэйвенов. "Кровопролитие!" — закричал он. "Атака!" — скомандовал он, не зная, чего ожидать.

Одна из трех массивных голов нырнула вниз, устремляясь к Джанхалар, который уже бежал, чтобы убраться с ее пути. Многочисленные щупальца препятствовали его продвижению, в то время как второй череп впился в плавучий остров, который он бросил в патриарха.

Чего бы он ни ожидал, это было определенно не то.

Первый череп врезался в сушу, подняв гигантское облако пыли и послав ударную волну, в то время как приземлившийся метеорит оказал еще более значительное воздействие. Несмотря на все это, появился образ ублюдка Крэйвена, его ноги скользили по цунами, созданному этими двумя атаками, и устремились прямо на него.

Точно. Океан крови, похоже, тоже пошел ему на пользу.

Он быстро нырнул под воду, пытаясь спрятаться от обезумевшего лидера клана, но это было бесполезно. Беловолосый мужчина мгновенно бросился за ним, летя со скоростью торпеды.

В руке мужчины появился большой шип крови, и он замахнулся, разрезав свое тело на части почти без сопротивления — и с еще меньшими последствиями. Независимо от того, что делал Джанхалар, его почти бессмертия, казалось, было достаточно, чтобы сохранить ему жизнь.

Однако, когда он потянулся к голове, почти бессмертный не захотел подвергать сомнению пределы своего нынешнего состояния, и, к счастью, Кровопролитие тоже не захотело этого делать, и оно замахнулось своей третьей головой на них двоих, подняв еще одно кровавое цунами и разделив их, когда позвоночник вытолкнул его над поверхностью океана.

Позвоночные столбы создали большой мост в небе, по которому он мог пройти, и без колебаний он использовал "Гидравлическое напряжение", чтобы бежать вперед. Или, ну, он попытался. Его тело чувствовало себя жалким слабым, даже несмотря на все исцеление. Не говоря уже о том, что нестабильный, трясущийся позвоночник был не самым удобным для бега по нему.

Чтобы не упасть, он обнял костяной мост, но этого оказалось недостаточно.

Поднявшись из океана, словно кровавый дракон, Джанхалар прыгнул на позвоночник прямо перед ним и в мгновение ока оказался рядом с ним. Как раз в тот момент, когда безумец собирался превратить его мозг в кашу кровавым копьем, другой позвоночник одним движением врезался в бок мужчины и снова сбросил его в воду.

Массивные головы старались изо всех сил, но патриарх был крошечной, быстрой целью. Хотя несколько минут назад он был несколько уверен в себе, он внезапно понял, что действительно сражается с четырехзвездным Лордом.

И побег был невозможен.

Патриарх Крэйвенов снова прыгнул, отскочив от трех последовательных колонн, когда он летел к Фредди, и на этот раз взмах достиг цели, прорезав шею своей цели. Мясистые усики выросли, чтобы попытаться снова соединить голову Фредди с остальной частью его тела, но патриарх отбросил его голову, прежде чем это произошло.

Падая в океан, он все еще был жив, хотя он был буквально просто головой, качающейся в бушующих приливах. Его исцеление работало сверхурочно, чтобы восстановить его клетки. Понемногу, формируясь из ничего, кроме бесконечного потока жизненной силы, который он получал, он чувствовал, как остальная часть его тела отрастает обратно, но патриарх уже был на пути к его полному убийству.

Дерьмо, дерьмо, дерьмо, дерьмо!

Ситуация была отчаянной. Мир вокруг него замедлился до ползания при неудержимом приближении неминуемой смерти. Он мгновенно стал гипер-осознающим все вокруг себя... включая определенную, еще не кристаллизованную оболочку, бесцельно парящую в его эфиркосме.

С порывом воли он кристаллизовал оболочку, удерживающую левиафана. Всплеск темной, жуткой воды с меняющимися внутри формами вошел в его звезду, разделив ее на три части, поскольку она добавила третий компонент.

Не имея времени обдумать свою новую привязанность, он перефокусировался, что было легче сказать, чем сделать, учитывая, что он был безвольной головой, плещущейся в бурлящем океане. Он не знал почему, но Кровавая Жертва, способность, которую он использовал для вызова Кровопролития, должна была быть названа, чтобы ее можно было использовать. Заметив краткую вспышку разгневанного патриарха, пробирающегося сквозь воду, его губы прошептали: "Ярость Левиафана!"

Внезапно из его головы выросли костяные выступы, которые раскололи его череп и разорвали плоть, образовав большую костяную голову, такую ​​же, как у левиафана, укусившего патриарха.

Джанхалар был застигнут врасплох, вероятно, потому, что обычно не ожидаешь столь яростного нападения летающей головы, и атака укусила его за руку, остановив его натиск, но не причинила никакого вреда.

Мгновение спустя "Ярость Левиафана" исчезла, словно ее и не было, оставив после себя пустоту из воды, которая взорвалась с громким стуком.

Возникла неловкая ситуация, когда Джанхалар с недоверием уставился на бестелесную парящую голову.

В панике он снова произнес: "Ярость Левиафана!".

И снова произошло то же самое, но на этот раз патриарх защищался.

Его новая способность, казалось, не стоила абсолютно ничего по сути, но взамен наносила колоссальный урон его телу. Когда он снова промахнулся, он осознал истинный вес использования "Ярости Левиафана" таким образом. Урон, нанесенный его голове, восстанавливался невероятно медленно, и он даже ничего не мог видеть, поскольку его глаза были уничтожены.

В следующий момент на них снова обрушился огромный череп, и его снова оттолкнули. Вторая голова схватила его зубами и, с огромным ливнем кровавой океанской воды, подняла его на одну из плавающих скал. Оттуда он мог видеть только колеблющийся красный потолок, и все, что он мог слышать, было напряженное противостояние, происходящее внизу, пока Кровопролитие продолжало бой.

Повреждения восстанавливались со скоростью улитки, и пока его руки постепенно отрастали, он подполз, чтобы лучше рассмотреть. Выглядело это не очень. Несмотря на эти чудесные обстоятельства, преодоление разрыва с элитным четырехзвездочным Лордом было не шуткой.

Человек постепенно уничтожал Кровопролитие. Он проявил гигантское копье, взмахи которого звучали как треск молнии. Внезапно все тело человека излучало ужасающую ауру, когда появилось изображение четырех звезд, горящих глубоко внутри тела человека.

Он поднял руку, и с багровым светом вырвалось огромное копье крови, превратившееся в красное пятно, когда оно врезалось в один из позвоночников, сбив один из трех гигантских черепов, а позвоночник разлетелся у основания.

"Блядь!" — закричал он. С одной головой, опущенной на счет, прошло совсем немного времени, прежде чем мужчина закончил бы бой. Не раздумывая, Фредди толкнул себя в свободное падение и полетел в сторону боя.

"Кровопролитие!" — скомандовал он, и один из гигантских черепов двинулся вниз, чтобы отклонить направление его падения. "Брось меня в этот кусок дерьма!"

Кровопролитие послушно подчинилось, и он, который еще даже не отрастил ноги, рухнул с силой падающей звезды. "Струящийся удар" пронесся по его телу, и он приготовился нанести мощный удар.

Он был на пути к полному промаху.

Поэтому он проигнорировал ответную реакцию неудавшегося "Струящийся удар" и закричал: "Ярость Левиафана!" Голова снова бросилась к патриарху, снова укусила мужчину за руку и сдернула его с колонны, на которой он стоял.

"Ты ублюдок!" — закричал Джанхалар. "Что ты наделал!?"

Голова левиафана снова исчезла, и как раз в этот момент Кровопролитие ударило позвоночником в патриарха. Мужчина ловко уклонился от атаки, выпустив из руки струю крови под высоким давлением, когда оба мужчины рухнули в океан, арх крови устремился на него, вонзив кровавый шип, который прошел в нескольких дюймах от того, чтобы пронзить его мозг, но...

"Ярость Левиафана!" — пробормотал он как можно быстрее, используя костяные шипы в качестве импровизированного щита, который принял на себя основную тяжесть атаки, будучи раздавленным силой удара патриарха и отбросив Фредди назад, почти потерявшего сознание, но все еще живого.

Мгновение спустя один из гигантских черепов выхватил Фредди из воды зубами, а другой запустил в Джанхалара огромный небесный камень.

Молодого человека оттащили обратно к берегам острова, где он почувствовал, как его ноги наконец-то отросли. Его тело было ужасно худым, едва больше кожи и костей. Он приготовился, когда последнее цунами собиралось накрыть его, но полезное щупальце позвоночника подняло его над ним. Хорошее Кровопролитие.

Этот сумасшедший ублюдок нигде не был виден, но он знал, что лучше не верить, что это его прикончило. Действительно, в следующий момент он заметил красную вспышку, выскочившую на берег и мчащуюся на него с невероятной скоростью.

Джанхалар нанес удар по голове Фредди, и щупальцеобразный позвоночник снова двинулся, чтобы заблокировать его атаку, но мужчина применил невероятную грубую силу, чтобы отбросить его с пути с оглушительным ударом ломающейся кости, продолжая свою атаку, теперь уже ничто не стояло между ним и его целью.

"Ярость Левиафана!" — снова крикнул Фредди, но мужчина взревел, взмахнул копьем, раздробил костяную головку на щепки и метнул копье в цель, которое полетело прямо в рот Фредди, раздробив ему зубы, пронзив затылок и пролетев насквозь, разорвав позвоночник, мгновенно лишив его возможности двигаться и поставив на грань смерти.

Мужчина снова поднял руку, и в поле зрения вновь мелькнуло устрашающее сияние четырех зажигающихся звезд, возвещая о нападении, которое невозможно будет пережить.

Но-

Несмотря на то, что его нервы были перерезаны, ничто не помешало Фредди двигать своим телом с помощью "Гидравлического напряжения". Как раз когда патриарх снова выстрелил копьем крови, половина основных мышц Фредди напряглась со всей силой. Он качнул головой достаточно далеко, чтобы атака прорезала только боковую часть его головы, а не разнесла его мозг на части — атака, которая вырубила бы любого другого, но для него, который вынес нескончаемые мучения и закалил свое тело "Сотней Мокрых Адов", это было достаточно терпимо.

Его челюсть отвисла, сломанная и обездвиженная, что не позволяло ему использовать "Ярость Левиафана".

Патриарх уставился на него широко раскрытыми глазами, стиснув зубы и готовясь к новой атаке.

Это было то же самое лицо, которое этот человек делал всякий раз, когда его методы пыток не срабатывали.

То же самое уродливое выражение, к которому Фредди так привык.

Каждой клеточкой и частичкой своего существа он заставил воду во рту и челюстные мышцы двигаться. Ярость Левиафана.

У патриарха не было времени увернуться, и у него не было оружия, чтобы защитить себя.

Вместо этого его кожа приобрела глубокий багровый оттенок, когда он использовал способность формировать тонкий слой защитной крови по всему телу, как раз когда все его тело было схвачено пастью левиафана. "Ос… Освободи меня!" Его способность успешно помешала ни одному из зубов вонзиться и нанести должный урон. "Освободи меня!" Но он был пойман в ловушку, погребен в оболочке металлической крови и удерживался на месте челюстью цвета слоновой кости.

Кровавая броня снова влилась в его тело, когда Джанхалар, внезапно совершив всплеск силы, напряг мышцы и начал разрывать голову на части.

Как будто к костям Фредди были прикреплены рычаги, и с каждым толчком все больше трещин раздавалось по его изуродованному телу. Но он ничего этого не чувствовал.

Крово... пролитие, мысленно позвал он.

Скелет смотрел на него сверху вниз. Он не нападал. Двое мужчин были слишком близко друг к другу, и любая атака, достаточно мощная, чтобы ранить патриарха, вероятно, убила бы и его.

Сделав еще один толчок, кровавый архичеловек приблизился еще на один шаг к своему освобождению.

Приток вампиризма ослабевал, и затраты на поддержание "Ярости Левиафана" перевешивали затраты на восстановление.

Пустые глазницы Кровопролития уставились на них. Затем его челюсти начали трещать, его огромные глаза засияли, как две алые звезды, а все царство стало на оттенок краснее.

Борьба Джанхалара прекратилась, когда мужчина замер от внезапного присутствия кого-то.

Кровопролитие закричало, весь Пограничный мир сотряся от его гулкого голоса. Две его оставшиеся головы полетели вниз к ним, отбрасывая тень на свои формы.

"Нет!" — закричал патриарх, утроив усилия, когда одна голова приблизилась, чтобы укусить его. "Нееет!"

Другая голова укусила Фредди. Затем, с огромной силой и нутряным звуком разрываемой плоти и ломающихся костей, скелет раздвинул их тела, сломав тупик.

Разум Фредди опустел, и он начал угасать.

Последнее, что он услышал, был голос Кровопролития, говорящего: "Я верю в тебя, Мастер", когда голова, держащая патриарха, поднялась высоко в воздух и с огромной силой рухнула на пляж. Последнее, что он почувствовал, был огромный поток вампиризма, когда его разум дрогнул, и он потерял сознание.

Фредди потребовалось неизвестное количество времени, чтобы проснуться. Но когда он проснулся и заставил себя подняться, он быстро понял, что находится в гораздо лучшей форме, чем искалеченный патриарх, чья левая рука была согнута за спиной. Но мужчина уже был на ногах и волочил ноги вперед.

Глаза его расширились. Кровопролитие прекратилось, и, похоже, его способность исчерпала топливо, которое поддерживало ее активность.

Он не знал, что делать.

Джанхалар уставился на него налитыми кровью глазами. "Ты..." — обвинил он. "Что... ты сделал...?" — закричал он. "Что ты сделал с духом!?" — потребовал он ответа.

Почувствовав внезапный всплеск эмоций, он ответил: "Я... я ничего не сделал. Я ничего не сделал, ты, кусок дерьма!" — закричал он, чувствуя, как по его лицу текут слезы. "С самого начала я не сделал ни одной вещи, которая заслуживала бы твоего осуждения! А ты позволил себе всю возможную свободу, на каждом шагу, чтобы…"

"Замолчи!"

"Вы были..."

"Я сказал зат..."

"Нет, ты..."

"Заткнись, паразит!" — закричал Джанхалар.

"Я не заткнусь!" — отказался он. "Дайте мне говорить!"

"Ну, я не позволю тебе говорить!" — настаивал мужчина. "Ты не имеешь права говорить при мне!" — кричал мужчина, топая ногой и закатывая истерику с безумием в глазах. "Встань на колени и извинись!"

"Ярость Левиафана!" — вместо этого сказал Фредди, нанеся внезапную атаку, от которой патриарх был бессилен защититься, поскольку его тело было укушено и изуродовано еще больше.

Джанхалар с трудом дышал, а кровь текла по его телу, словно по нему текло целое озеро. Багровая жидкость прорезала небольшой ручеек на песке, прокладывая себе путь к поверхности моря.

Урон, нанесенный Фредди, компенсировал часть полученного им урона, но не намного. Когда голова Левиафана отодвинулась, все его тело осталось в дырах, а несколько костей были сломаны. Без бесконечного потока исцеления истинная природа цены этой способности наконец раскрылась.

Это было совершенно калечащим. Нет, это было больше, чем просто это. Использование его... Это было самоубийством.

Но свою задачу он выполнил.

Джанхалар больше не мог встать, хотя отчаянно пытался.

"Ты всю жизнь такой был... жалкий придурок?" — пробормотал Фредди, едва находя в себе силы говорить.

"Не… человеческий… мусор…", — ответил патриарх, снова поднимаясь.

"Ты…" — попытался сказать он, едва держась на ногах.

Он ничего больше не мог сделать. Он не мог даже пошевелить ни одним мускулом. Даже в своем абсолютно дряхлом состоянии этот человек все еще был слишком большим для него, чтобы справиться.

"Понятно…" — сказал он, смиряясь со всем, что должно было произойти. Если он все равно умрет, то заберет с собой и этого человека. "Ярость Левиафана".

Способность вылетела снова; на этот раз патриарх Крэйвен был пронзен даже без малейшей защиты, чтобы остановить атаку. "Ты…" — выдавил мужчина, ненависть, ярость и гордость в его глазах погасли. "Ты…" — выдохнул он… когда последние остатки его силы воли замерцали, как свеча под порывом ветра. Костлявая голова Левиафана снова втянулась, и Джанхалар, патриарх клана Крэйвен, упал на землю.

Мертвый.

Фредди вскоре последовал за ним. Чувство катарсиса наполнило его тело, когда он понял, что вскоре присоединится к этому человеку. Вот оно.

Мне придется столкнуться с еще одним «испытанием» или чем-то в этом роде? — размышлял он с ноткой юмора, вспоминая слова тех странных людей. Нерешительно он снова взглянул на свою душу.

Но на этот раз вокруг его звезды не было бури, и не было никакого суда. Огромный поток клочьев хлынул, как река крови, прямо в его звезду, которая вздулась. За несколько мгновений она достигла 90% завершения, затем 95%, 99%, а затем она перелилась через край. Поверхность его звезды бурно бурлила, готовая взорваться в любой момент.

Его глаза слегка расширились.

Не колеблясь, он отбросил все бесполезные способности и зажег Нову вознесения. Мгновение спустя большая масса эфира яростно взорвалась, осветив весь его эфиркосм и перековав его эфирным пламенем. Как только туман рассеялся и избыток энергии спал, он увидел две звезды. Одна полная и почти твердая на вид, а другая размером примерно в десятую ее часть, обе бурлили светло-голубым цветом воды, темно-красным цветом крови и темно-синим цветом таинственного третьего сродства.

Поток естественного исцеления хлынул в его тело, не сделав ничего, кроме ускорения его естественного восстановления. Но этого было достаточно, чтобы вытащить его из края смерти и дать ему шанс.

В его душе зазвучал голос - сладостный зов давно забытых времен, - когда жестокие желтые глаза снова открылись.

Освобожденный от оков, чтобы вынести требуемую тяжесть, неограниченный, нетронутый грязными руками судьбы.

Бенджамин сильно трясся, когда шел по пещерам около лагеря Виолет. Он все еще был новичком в этой работе, поэтому отправка в глушь, где что-то сожгло сотни людей, выбила его из колеи , мягко говоря.

Он стоял рядом со своими двумя коллегами, прекрасной Еленой и подтянутым Генри.

Он знал, что опасность была хорошо разведана; он старался убедить себя, что они в относительной безопасности, но с каждым шагом, который они делали все дальше в эти населенные призраками пещеры, он чувствовал, как его колени слабеют.

Внезапный звонок телефона Генри заставил его вскрикнуть, и он обернулся, покраснев, когда Елена странно на него посмотрела.

Вот дерьмо. Он пожалел об этом. Мне просто пришлось пойти и... Он замер. Его желудок сжался, когда он заметил, что что-то приближается к ним из тени. Какой-то упырь ковылял к ним, и прежде чем он успел закричать, он запустил в него "Каменную пулю". Человекообразный монстр согнулся, и он приготовился снова атаковать, убедившись, что Елена увидела, какой он крутой, пока...

Внезапно Генри бросился на него и схватил за руку, крича: "Идиот! Это человек!"

"Чт... Что?" — тупо спросил он.

Генри грубо толкнул его, когда он пошел вперед.

"Ох… черт", — выругался он, поняв, что, действительно, то, в кого он только что выстрелил, было… выжившим. Человеком с сильными ожогами по всей верхней части тела. Он только что напал на тяжело раненого выжившего. О, чувак.

Генри осторожно подтолкнул мужчину в более удобное положение и осмотрел его. Затем он заговорил в телефон, который все еще был на связи с сержантом. "Сержант Джефферсон, я нашел еще одного выжившего. Похоже, это мужчина, тяжело раненный, с тяжелыми ожоговыми шрамами по всей верхней части тела. Он был преждевременно идентифицирован как угроза, и он подвергся атаке "Каменной пули", первая стадия. Я запрашиваю подкрепление на моем месте. Вышлите медицинскую помощь".

Затем Генри увидел странный предмет, который обожженный мужчина крепко сжимал в руках. Осторожно извлек его, он добавил: "Я хотел бы запросить более высокий приоритет. Мужчина был идентифицирован как сотрудник, официальный сотрудник лагеря Виолет…"

"Его зовут Питер Вейн".

----------

Этот человек не мой сын

Крэйвен Индастрис Фаралетал Торговое и информационное агентство

Отдел раскопок, добычи продовольствия и спелеологии

Место раскопок активности Фаралетала: Лагерь Вайолет: Отчет о расследовании разрушений

ОТЧЕТ: CVDCSR-00056

*Это расшифрованное всеобъемлющее резюме всех отчетов и разделов отчетов, относящихся к Субъекту и его участию в инциденте уничтожения лагеря Вайолет. Отчеты, упомянутые в этом резюме: CVDR-00003-07, CVDR-00367, CVDR-01154, CVDR-01794, CVDR-01832, CVDR-01837.

Тема отчета: Спасение и восстановление объекта: Питер Вейн.

Раздел из CVDR-00003-07:

Объект был обнаружен в «красной зоне» R-CV214 командой наемников из трех человек на третий день спасательной операции, через четырнадцать дней после инцидента с уничтожением лагеря Вайолет. Из-за серьезного уродства верхней части тела, Объект был ошибочно идентифицирован как угроза одним из членов отряда, который преждевременно использовал способность — Стадия первая: Каменная пуля — и серьезно ранил Объекта, вызвав ушибы мышц, внутреннее кровотечение и фрагментацию реберных костей. Оказание первой помощи стабилизировало состояние Объекта, после чего он был возвращен в Стархолд для дальнейшего лечения.

Раздел из CVDR-00367:

После тщательного медицинского обследования Субъект был признан не находящимся в опасной для жизни ситуации. У Субъекта остались изнурительные последствия повреждений, полученных во время инцидента с уничтожением лагеря Вайолет. Последствия включали, но не ограничивались: тяжелыми рубцами от ожогов третьей и второй степени на верхней части туловища, руках, шее и общей области головы; тяжелым нарушением сенсомоторной функции, включая нарушение зрения, нарушение слуха, полную потерю обонятельной функции и обширное повреждение нервов вдоль области, затронутой ожогами; повреждением легких, серьезной потерей емкости легких; полным разрушением голосовых связок. Окончательный прогноз восстановления был «частичным, с низкими шансами на восстановление независимой функции». Требуемое лечение было оценено как «обширное и длительное».

Раздел из CVDR-01154:

После трех недель лечебных усилий персонал клиники предположил, что у Субъекта может быть обширное повреждение мозга. Повторные неудачи в общении с Субъектом показали, что он крайне невосприимчив, и в исключительных случаях он не мог передать связную информацию, независимо от используемого средства. Лечебные усилия продвигались медленно; большая часть повреждений была неизлечима никакими средствами, кроме высококачественного исцеления или эфирной медицины с эквивалентным эффектом. Из-за неспособности Субъекта дать согласие на дорогостоящее лечение, департамент подал официальный запрос на продолжение без согласия, аргументируя это необходимостью из-за тяжести состояния Субъекта.

Раздел из CVDR-01794:

Разрешение на продолжение лечения было получено. Состояние субъекта начало улучшаться. Ожоговый ущерб был смягчен, большая часть поврежденной нервной ткани была восстановлена, и некоторая степень сенсомоторной функции была восстановлена. Прогноз выздоровления субъекта был обновлен до «частичное выздоровление вероятно». Прогноз выздоровления субъекта в отношении умственной функции был обновлен до «неопределенный».

Раздел из CVDR-01832:

У субъекта начали проявляться признаки ПТСР на двадцать восьмой день лечения. Субъект совершил акты крайнего членовредительства, демонстрируя, вероятно, суицидальные намерения. Используя острые предметы, Cубъект нанес себе: полное разрушение глаз и серьезные рваные раны вдоль лица, рук и туловища; используя чистящие химикаты, субъект нанес себе отравление и кислотные ожоги вдоль разорванной кожи и мышечной ткани. Жизнь субъекта была сохранена благодаря своевременному вмешательству.

Раздел из CVDR-01837:

Глаза Субъекта были реконструированы, а его зрение частично восстановлено. Часть нанесенного самому себе ущерба была вылечена; рубцы и потеря функции остались. Физически Субъект находился в стабильном состоянии. На тридцать третий день лечения одобренный судом аудит активов Субъекта показал, что стоимость лечения превысила чистую стоимость Субъекта. Психиатрическая оценка признала Субъекта нестабильным и неспособным вернуться в рабочую среду. Страховая компания отказалась покрывать расходы на лечение, утверждая, что самонанесенный характер травм Субъекта предшествовал психиатрической оценке психической нестабильности. Члены семьи и знакомые отказались покрывать дальнейшие расходы на лечение. клан Крэйвен и Крэйвен Индастрис отказались покрывать дальнейшие расходы на лечение, сославшись на все подписанные документы между Крэйвен Индастрис и Субъектом. Все соответствующие государственные органы отказались субсидировать дальнейшие расходы на лечение.

В стабильном, но сильно физически и психически истощенном состоянии, Субъект был выписан из клиники. Суды постановили, что не существует менее ограничительной альтернативы, и назначили ближайшего родственника Субъекта, его биологического отца Мэтью Вейна, полноправным опекуном над Субъектом. Субъект был выписан из Крэйвен Индастрис. Мэтью Вейн получил полную компенсацию.

Конец отчета.

Ясным солнечным весенним днем ​​в сельской местности недалеко от Питтерсвилля, рядом с небольшим городком под названием Имперта, черный автомобиль проезжал по старым, обветшалым дорогам, проезжая мимо редколесья и больших полос зеленых, золотистых и грязных сельскохозяйственных угодий.

Внутри транспортного средства, которое все больше напоминало то, что на Старой Земле когда-то называли «автомобилем», но с колесами в пять раз большими, на водительском сиденье сидел мужчина в темных очках, а сзади — крепко скованный человек.

Водитель все время поглядывал в зеркало; у жуткого ублюдка, которого он вёз, было изуродованное и покрытое шрамами лицо, а на голове вместо волос были изуродованные ткани. Видимо, он сам это сделал. Покачав головой, водитель снова перевел взгляд на дорогу.

К счастью, он отказался работать где-либо в Фаралетале. Оплата просто не стоила риска.

Примерно через двадцать минут езды они, по всей видимости, достигли места назначения — старого, унылого дома в сельской местности.

На деревянном крыльце сидел тучный, неряшливый, лысеющий мужчина в грязной майке и шортах-карго — идеально подходящий под описание Мэтью Вейна.

Припарковав повозку, выйдя из нее и подойдя поприветствовать мужчину, водитель снял солнцезащитные очки и пожал мужчине руку. «Вы, должно быть, мистер Вейн, я прав?»

Мужчина кивнул в ответ, не отрывая глаз от машины. «Ты его привез?» — спросил он глубоким, гнусавым голосом.

«Да». Затем водитель заколебался. «Но я вас предупрежу: вам следует приготовиться к худшему».

Мэтью кивнул.

Они добрались до дверей, и водитель осторожно открыл их. На заднем сиденье, частично окутанный темнотой автомобиля, сидел Питер Вейн, слегка повернув в их сторону свое изуродованное лицо.

Мэтью оставался на удивление спокойным, когда он вытаскивал связанного Питера за руку. Он повернулся лицом к водителю и кивнул. «Спасибо», — коротко поблагодарил он, утаскивая сына.

«Ну…» — размышлял водитель, чувствуя, как его охватывает огромное облегчение, когда он наконец выгрузил свой багаж. «Полагаю, нет хорошего способа реагировать на что-то подобное».

Мэтью вошел в свой дом, волоча своего — нет, этого гребаного калеку за руку. Коридор был тесным, с дерьмовым старым коричневым ковром, который он не мыл двадцать лет, и грязно-белыми стенами, которые он не красил еще дольше. Мимо кучи изношенной, неиспользованной обуви и сломанной двери, ведущей в туалет, он потащил связанное существо в то, что раньше было его комнатой, а теперь служило хранилищем для всякого дерьма.

Но между грудами пустых коробок и бутылок все еще была кровать. Единственная причина, по которой он поленился ее выбросить.

Он агрессивно бросил мальчика на грязный, вонючий матрас, подняв облако пыли, затем повернулся и захлопнул дверь, не в силах больше смотреть на него.

Возвращаясь в гостиную, он прошел мимо старого, дырявого, разваливающегося дивана и подошел к холодильнику. Открыв его, он достал пиво. Оно было едва ли даже холодным, учитывая, насколько слабым стал холодильник. Не беспокойся, подумал он, вспоминая положительную сторону этого дерьма. По крайней мере, у него были деньги, чтобы заменить его. Но эта мысль не заставила его даже ухмыльнуться.

Усевшись на скрипучий диван, он уставился на сломанный BC — последний оставшийся признак беззаботной жизни, которой он когда-то жил. В конце концов, его взгляд переместился на сильно заплесневелые и поврежденные дымом стены.

# П.П. Я не понял что имеет автор под "BC", если есть догадки буду рад.

Что бы подумала об этом сценарии его покойная жена?

Их кусок дерьма, гоблин из промежности, приполз обратно.

Выглядит вот так.

«Какая гребаная шутка». Вздох сорвался с его губ, когда он сделал большой глоток дешевого пива. Вскоре после этого пустая бутылка присоединилась к коллекции своих собратьев, сидевших на журнальном столике. Затем он выпил еще одну. И еще одну.

К седьмому пиву он обнаружил, что плачет. Каким бы никчемным он ни был, Питер все еще был его сыном. Так почему? Почему он не мог вернуться по собственной воле? Он почувствовал, как гнев закипает в его груди. Почему он должен был вернуться в таком виде ?

Вставая, он вышел в коридор и приоткрыл дверь. Питер... сидел, казалось, пытаясь встать на ноги. По какой-то причине это заставило Мэтью почувствовать себя глубоко обеспокоенным.

Он нахмурился и отступил на шаг.

Затем он усмехнулся. «Ты жалкая крыса», — ядовито выплюнул он. «Я тебя не узнаю. Даже под всеми этими шрамами ты совсем не похож на сына, которого я помню. Дай угадаю, привилегия твоей блестящей второй звезды, о могущественный архичеловек!?» — поддразнил он, размахивая бутылкой и проливая немного пива. Невольный смешок сорвался с его губ. «И посмотри, куда это тебя привело. После побега посмотри, как далеко ты зашел...» Затем пузырь в его груди лопнул. «Тебе не следовало возвращаться в таком виде», — сказал он. «Тебе не следовало возвращаться!» — закричал он. «Не в таком виде!»

С яростью, не похожей ни на что, что он когда-либо испытывал в своей жизни, он размахнулся стеклянной бутылкой и разбил ее об изуродованную, неузнаваемую голову своего сына. Мгновенно он сделал шаг назад, уронив разбитую стеклянную бутылку. «Мне жаль», — поспешил он извиниться. «Мне так жаль, я не знаю, что на меня нашло…» — попытался он, но его сын, казалось… был в порядке.

В его голове уже кипела буря эмоций, но темные тучи мгновенно развеялись, наступив под натиском чистой тьмы, когда он увидел, как его сын согнулся , а затем с громким треском разорвал путы, словно это была просто бумага.

Он сделал шаг назад, потом еще один, почти падая на землю. Его сын... или кто бы это ни был, встал. Неуклюжим, слепым взмахом он с невероятной силой схватил лицо Мэтью.

«Ты не Питер», — было последнее, что он сказал, прежде чем почувствовал, как его затылок ударился о стену, череп прогнулся, и мир потемнел.

«Блядь, сумасшедший ублюдок!» — подумал Фредди, бросив человека на землю и схватив его кровоточащий лоб. Заметный всплеск исцеления пронесся по его телу.

Одетый только в обтягивающее, окровавленное и залитое пивом нижнее белье и рваную смирительную рубашку, он снова рухнул на грязную кровать и взял себя в руки.

Жизнь просто не давала ему возможности отдохнуть.

Сначала этот придурок в пещере подумал, что он монстр, и чуть не убил его вместо того, чтобы спасти, потом его почти обнаружили, так как они просто продолжали лечить его, хотя он и постарался изуродовать его до неузнаваемости, а теперь он напал на случайного незнакомца. Конечно, это была самооборона, но все же. Парень, вероятно, не собирался так это оставлять.

Зрение Фредди было ужасно повреждено. Все, что он видел, были размытые формы. Но восприятие двухзвездной арки было безумно хорошим. Несмотря на то, что он почти ничего не видел, он все еще чувствовал некоторую уверенность относительно формы комнаты и общего расположения вещей вокруг него.

Он держал уши открытыми — хотя он едва мог что-либо слышать — чтобы убедиться, что там больше никто не живет, а затем медленно вошел в коридор. Там он направился к тому, что он считал выходом. Как только он приоткрыл дверь и не увидел ничего, кроме яркого размытого зеленого и желтого, он был уверен, что он прав.

Его сверхъестественное восприятие, похоже, имело предел. Он не мог сказать, есть ли вокруг дома или есть ли другие люди. Но он также не мог оставаться внутри. Этот человек в конце концов встанет. К тому времени он должен был уже давно уйти, иначе он был бы в глубоком дерьме.

Прищурив глаза, что как бы помогало ему лучше видеть, он медленно вышел наружу. Попытав счастья, топча траву босыми ногами, он пришел к выводу, что его талант не развился до 10% Вампиризма, на что он надеялся. Казалось, что это даже не 2% Вампиризма. Но ощущалось по-другому. Хотя было трудно сказать, как именно.

В конце концов он нашел нечто похожее на сарай или, скорее, на размытую коричневую коробку, но это могло быть лишь ограниченным количеством вещей в, как он надеялся, уединенной сельской местности.

Там, порезав палец, он обнаружил косу. Это был обычный фермерский инструмент, ничего особенного, но именно то, что ему было нужно. Однако держать его в руках было трудно. Его руки были повреждены немного сильнее, чем он предполагал, и его хват был неустойчивым. Тем не менее, он выстоял.

Прекрасно сыграв роль послушного сына, он подстриг газон.

Его талант был другим. Количество жизненной силы, поступающей в его тело, было таким же, но то, что она делала... отличалось. Она вроде бы была быстрее, но потом перестала быть таковой.

Решив оставить тайну эволюции своего таланта на потом, он ускорился. Постепенно разбросанные по телу разного рода боли исчезли. Зрение восстановилось, и он чувствовал себя прекрасно. И снова неконтролируемое желание плакать от радости взяло верх, и он заплакал, чтобы выплеснуть это из себя. Всегда было приятно вернуть все это. Это было облегчение и радость в такой степени, что он почти думал, что может подсесть на это.

Вернувшись в дом, который был грязным как дерьмо и разваливался во многих отношениях, он нашел холодильник и взял пиво.

«Ура», — сказал он впервые за долгий месяц, — «за то, что больше никогда не придется быть изуродованным до неузнаваемости!» Затем он сделал большой глоток, осушив бутылку одним глотком. На вкус она напоминала бутилированную мочу, но ему отчаянно хотелось выпить.

Взяв на кухне нож, он наклонился и осмотрел свою икру, которую, к счастью, врачам осматривать не пришлось.

Сделав довольно большой надрез, он вонзил его в икру и вытащил оттуда маленькое золотое кольцо. Он стащил его с тела Джанхалара, закопал в своей ноге, а затем заживил его, чтобы спрятать там.

Это было кольцо-накопитель. Надев его на палец и влив в него немного эссенции, он заглянул внутрь. Это было похоже на погружение в его эфирный космос; он воплощал свою маленькую проекцию жнеца и мог появляться там, где хотел.

Пространство было не таким уж большим, размером с большую коробку, может быть, немного больше кубического метра. Оно было плотно забито всяким хламом, который он не успел осмотреть в прошлый раз. Кинжал, который излучал ужасное чувство и напоминал ему о чем-то, что он не мог точно определить, а также кольцо, которое казалось безумно опасным, были внутри пространства после того, как он забрал их у мертвого патриарха Крэйвенов.

Мантии мужчины тоже казались чем-то причудливым, но они были изорваны до неузнаваемости. Глядя на них в Незере, он понял, что они были полностью уничтожены, не имея никакой ауры проклятого предмета. Поэтому он оставил их позади, прямо на теле мертвого ублюдка, которое покоилось на дне того океана.

Человек, которого он только что вырубил, тяготил его мысли. Была вероятность, что он встанет в любой момент. Стоит ли связать этого человека? Быстрыми шагами он вышел из кухни и вернулся в коридор.

Еще до того, как он вошел в комнату, он заметил нечто сбивающее с толку.

Внутри комнаты, где на полу лежал мужчина, растекалась лужа крови. Большая лужа.

Осторожными шагами Фредди подошел к комнате и посмотрел вниз.

Глаза мужчины остекленели. Кожа побледнела. В том, как отдыхали его лицевые мышцы, было что-то сверхъестественно жуткое.

«Вот дерьмо…» — пробормотал Фредди, наконец осознав это.

Мужчина был мертв.

На короткий момент его тело охватило чувство облегчения. Затем он спохватился. «Что, черт возьми, со мной не так...?» — пробормотал он, но его самобичевание было неискренним.

Честно говоря, он не чувствовал никаких настоящих угрызений совести. Он сделал то, что сделал, в целях самообороны, и даже тогда он просто хотел вырубить человека.

Немного обеспокоенный своей очевидной хладнокровностью, он проигнорировал труп и снова выглянул наружу. Тщательно осмотревшись во всех направлениях, он был уверен, что поблизости нет соседей. Он мог разглядеть несколько домов вдалеке и то, что казалось маленькой деревней, но кроме этого, крупных поселений не было видно. Затем он схватил косу, чтобы вылечить свою раненую ногу, которая все еще кровоточила.

Однако в тот момент, когда он взмахнул косой, его застали врасплох — его нога мгновенно перестала кровоточить. Затем, когда он продолжил, она зажила гораздо быстрее, чем он ожидал, но это было очень необычно. Казалось, что какая-то странная красная ткань удерживала рану закрытой, и после того, как он некоторое время смотрел на нее, ткань начала изнашиваться, медленно распадаясь и снова открывая рану.

«Что за…!?»

Это был эффект исцеления качества первой помощи! Его талант упал в качестве? Нет, это не имело смысла; он был полностью исцелен, так что... как? Почему?

Снова схватив инструмент, он взмахнул им, повторив эффект. Сначала его рана мгновенно перестала кровоточить. Затем она затянулась этой красной мясистой тканью. Затем ткань начала превращаться в сырую кожу, которая затем зажила в рубцовую кожу, и, наконец, шрам исчез.

Это было совсем не похоже на то, как это работало раньше. Раньше рана оставалась там до тех пор, пока последняя клетка не была тщательно реконструирована. Исцеление высшего качества так не работало. Это было не исцеление высшего качества.

Прокручивая в голове все, что он знал о целебных свойствах, он вскоре понял, что происходит. «Не говори мне...» — прошептал он. «Это...?»

Развился ли его талант до динамического качества исцеления или чего-то в этом роде? Исходя из того, что он знал, это восстановление прошло путь от минимального до первой помощи, затем естественного, сверхъестественного и, наконец, высшего качества, адаптируясь к тому, что ему было нужно больше всего в тот момент.

На мгновение он был невероятно разочарован, обнаружив это. Пока он не понял кое-что — это было совсем не плохо.

Сказать, что минимальное и высшее качество лечения шло от худшего к лучшему, было бы... невежественно. Словно — что было бы лучше, повседневные, дешевые ингредиенты или высококлассная кухня? Последнее, очевидно, но если кто-то голодал и у него было всего сто долларов, чтобы прокормить себя на следующую неделю, естественно, он выбирал первый вариант.

Исцеление происходило по схожим принципам.

Хотя минимальное качество исцеления сделало, ну, минимум, оно сделало это очень хорошо. За то же количество жизненной силы, которое требуется для незаметного клочка высшего качества исцеления, минимальное качество исцеления может спасти жизнь.

И все, что оно делало, это останавливало кровотечение, по сути. Технически, оно временно останавливало «разложение», так что он мог отсрочить смерть от яда и тому подобное.

Тогда это было качество первой помощи. Это сшивание тканей вместе временным, хрупким связующим. Опять же, это было словно пластырь, но такой, что мог легко спасти жизнь.

После этого, было естественное качество, которое, возможно, было худшим качеством исцеления. Оно могло делать свою работу примерно так же хорошо, как ручная хирургия, что, естественно, означало, что оно оставляло после себя много последствий и редко делало идеальную работу.

Следующим было сверхъестественное исцеление, и по сути это был младший брат высшего исцеления. Оно могло делать почти то же самое — отращивать конечности, лечить то, что обычно не восстанавливается само по себе, и тому подобное, но только хуже. Кроме того, это обычно считалось «лучшим» качеством исцеления, поскольку оно было намного более рентабельным, чем высшее качество, которое считалось скорее роскошью.

Правда, конечности, отросшие с помощью сверхъестественного качества исцеления, были далеки от совершенства. Они выглядели обесцвеченными и часто имели незначительные деформации. Но разница между высшим и сверхъестественным качеством исцеления в большинстве практических случаев, как правило, была разницей между небольшим удлинением культи и отращиванием целой руки. Независимо от того, насколько близка к оригиналу была удлиненная культя, каждый хотел бы вернуть себе целую руку.

Учитывая, что его эволюция таланта исправила его основную проблему с ним — его неиспользование в бою — он был в восторге. Однако небольшая часть его все еще была немного раздражена. Учитывая, чего он достиг, разве это не должно было стать 50% Вампиризма? Что ж, он просто надеялся, на лучшее.

Ну что ж.

Необходимо было рассмотреть различные усовершенствования и новые полномочия, но приоритетным оказался другой вопрос.

Хотя в утверждении, что это была самооборона, есть доля смысла, нельзя отрицать, что он только что убил совершенно невинного человека. Вдобавок ко всему, он понятия не имел, где он находится.

«Что, черт возьми, мне теперь делать?»

----------

Возрождение

Прохладный, приятный ветерок ранней весны ласкал высокую пшеницу, переносил облака пыли по вспаханной земле и шелестел ветвями ближайшего дерева. Высокое солнце припекало палящим полуденным жаром, и только несколько крошечных облаков испещряли края далекого горизонта.

Там, в разорванной смирительной рубашке и белом нижнем белье, забрызганный кровью и пахнущий пивом, стоял жнец с косой в руках, внимательно осматривая дом, где он — менее двадцати минут назад — унес жизнь человека.

Он не был в восторге от того, что сделал это.

Его первоначальный план состоял в том, чтобы дождаться ночи, когда он сможет улизнуть, но все пошло наперекосяк, когда мужчина разбил бутылку о его голову.

Перед домом был сарай для инструментов. За ним была небольшая конюшня с двумя зелеными селезнями внутри; одомашненные, умные животные использовались либо для перевозки, либо как сельскохозяйственные животные. Перед ним стояла крошечная, потрепанная повозка.

Редкие дома указывали на то, что близлежащая местность является сельским поселением, а дорога вела туда, где они были застроены более плотно.

Фредди глубоко вздохнул, неся косу в сарай.

Пока он шел спокойно, его мысли неслись с бешеной скоростью.

Он пережил невероятные обстоятельства, и было искушение поверить, что это наконец-то закончилось. Но он знал лучше. Он был в дерьме так глубоко, как никогда.

Во-первых, он понятия не имел, где он находится. Во-вторых, были ли у Питера еще члены семьи? А что, если кто-то направлялся навестить его отца? Правда, судя по тому, что он видел, этот человек не производил впечатления социального человека, но возвращение сына-калеки было тем, о чем люди говорили.

И затем была третья, самая насущная проблема — у него не было удостоверения личности. Возможно, это не было бы самой большой проблемой в мире, если бы он намеревался связаться с властями и рассказать свою историю. Но это была глупая идея на слишком многих уровнях, чтобы сосчитать — и он больше не доверял властям.

Сделав глубокий вдох, он переориентировался. Шаг за шагом.

Сначала он вошел в разрушающийся дом и в ужасно грязный туалет. Там были кучи картонных трубок и нестиранной одежды, толстый слой грязи на полу, толстый слой известкового налета на унитазе и ванне и слои ржавчины на кранах. Единственной хотя бы отдаленно чистой частью комнаты было зеркало.

Он подошел к нему и взглянул на себя. Он был немедленно ошеломлен своей внешностью. На его голове не было волос, как он уже знал, но даже помимо этого он выглядел иначе. Совсем иначе. С каждой звездой у архилюдей появлялись новые заметные физиологические черты. Для него это, казалось, было становление намного красивее, и еще немного красивее и... выше?

Ого, подумал он про себя. По крайней мере, я действительно выиграл в эволюционную лотерею по части внешности.

Он пошел в другую комнату в доме и поискал там одежду. Все выглядело на четыре размера больше, чем ему нужно, и ничего не было чистым. Наверху шкафа стояла коробка. Он стащил ее и заглянул внутрь.

Внутри была одежда, и она была, возможно, всего на один размер меньше. Судя по тому, как они пахли плесенью, ими давно не пользовались.

Единственными вещами, которые не выглядели на нем совершенно нелепо, были простая белая футболка и черные спортивные штаны, которые ему пришлось завязать довольно крепко, чтобы они держались на месте вокруг талии, и ему пришлось подвернуть рукава штанин, чтобы они сидели выше его ног. Говоря о ногах, он умудрился откопать старые кроссовки из дальнего угла комнаты Питера.

Они были его размера.

Но они не подошли.

Взглянув на свои ноги, он понял, что они тоже изменились в структуре, стали шире и, возможно, даже немного длиннее. Неужели его эволюция заставила его ноги вырасти? Вздохнув, он все равно надел кроссовки. Ему что-то было нужно.

В кольце для хранения было не так уж много места. Но со вспышкой эссенции и тихим хлопком рубашка исчезла и оказалась прижатой к верхней стенке маленькой коробки.

Затем он подумал. Он спланировал. Времени на создание идеального решения не было, поэтому он придерживался основных моментов и действовал быстро.

Мысль о том, чтобы сжечь дом, мелькнула у него в голове, но это привлекло бы слишком много внимания слишком рано. Стоит ли захоронить тело в поле? Найти хорошее место и вырыть достаточно большую яму для громоздкого мужчины не заняло бы и нескольких минут работы, и насколько он знал, кто-то уже мог быть на пути туда.

Все, что ему было нужно, — это отсрочить обнаружение тела на некоторое время. Ровно на столько, чтобы он успел сбежать.

Хотя он и отказался от идеи поджечь дом, он взял с собой зажигалку, на всякий случай.

Затем он поискал деньги. Он нашел кошелек в гостиной и сейф в спальне. К счастью, мужчина был скрягой, поэтому сейф был ржавым хламом, который взорвался всего от одного Струящегося удара. В кошельке было всего пара сотен баксов, но в сейфе было почти тринадцать тысяч долларов. Каким-то образом он втиснул деньги в крошечное пространство, оставшееся в кольце для хранения. Не было никакой надежды что-то вместить, не избавившись от чего-то еще.

Он закрыл все окна, задернул все шторы, опустил жалюзи и вышел на улицу.

Там он нашел повозку позади дома.

Один за другим Струящийся удар превратили его в кучу хлама, который он небрежно бросил в дом, где его никто не увидит. Затем он вошел в конюшню. Судя по единственному набору поводьев, маленькая повозка, вероятно, предназначалась для того, чтобы ее тянуло только одно из этих существ.

Оба зашипели на него, как только увидели, и он осторожно приблизился к ним. Для одного из них он поменял грязную воду и высыпал огромную кучу еды, чтобы тот был сыт. Для другого он вытащил его, убил несколькими сильными ударами, пошел в дом и бросил внутрь, спрятав его на кухне, где запах, как он надеялся, не достигнет крыльца.

На всякий случай он подтащил тачку с навозом поближе к крыльцу, чтобы его замаскировать.

Таким образом, если бы кто-то пришел, это выглядело бы так, будто этот человек куда-то ушел. Это было достаточно правдоподобно. Если бы уловка сработала хотя бы на несколько дней, этого было бы достаточно.

Заперев двери дома и выбросив ключи далеко в пшеничные поля, он обернулся. Он бы предпочел, чтобы никто из жильцов его не видел.

Итак, он поискал направление, где было меньше всего домов, и обнаружил, что оно ведет к большому лесу.

Затем он ушел.

Густой полог наверху пропускал несколько солнечных лучей. Лес был густым из-за низких кустов, земля была покрыта листьями, и по большей части, если не считать далекого щебетания птиц и шелеста ветвей, было тихо.

Это был третий день побега Фредди.

Сидя на земле, он поднял палец над ртом, и через несколько мгновений потекла тонкая струйка воды. Пить воду, созданную из эссенции, было глупой затеей. Она просто исчезала, когда попадала в его тело, поэтому ему приходилось конденсировать настоящую воду из воздуха. Однако заставить воду испариться с помощью контроля эссенции было намного проще, чем конденсировать ее. Но он освоил это за несколько дней практики. Сильная жажда была чертовски мотивирующим фактором.

Если бы его тело было по-прежнему так же плотно заполнено водой, как и менее двух месяцев назад, ему не потребовалась бы вода в течение нескольких недель, но чтобы замаскироваться под Питера Вейна, ему пришлось бы отменить Пучины бездны с помощью техники, которую он в шутку называл техникой  очищения мелких луж. Потребуется некоторое время регулярного использования Пучин бездны, чтобы восстановить утраченный прогресс.

Пучины бездны могли увеличить вес тела только на 30% за стадию. На первой стадии это могло быть 60%. Учитывая, насколько он был тощим в данный момент, ему не потребовалось бы много времени, чтобы достичь максимума.

Оглядевшись по сторонам, он наконец почувствовал себя достаточно безопасно, чтобы сделать перерыв. Хотя три целых дня бега могли показаться излишеством, всегда была вероятность, что кто-то с особым талантом появится и выследит его. Чем дальше он будет, тем лучше.

Он надеялся, что это дело не покажется ему настолько важным, чтобы вызывать кого-то вроде него, но с исчезновением предположительно инвалида Питера Вейна все может осложниться.

Благодаря уменьшению веса он чувствовал себя легким, как перышко, и уже чувствовал влияние своего улучшенного телосложения, соответствующего уровню двух звезд, хотя он все еще оставался пугающе худым.

Присев на небольшой поляне в нескольких шагах от дерева, он наконец-то взглянул на кольцо. Оно было забито целой кучей контейнеров, сумок, бумаг, кучей случайных гаджетов, с которыми он не был знаком, и несколькими флаконами с... кровью. Конечно.

Сначала он достал все бумаги. В основном это были либо документы, либо личные записи патриарха. Там было много случайных контрактов и всего такого. Насколько он мог судить, большая часть из них была информацией, которая могла бы быть полезна Крэйвену или его врагам. Но для него там было мало ценного. Учитывая, что он не собирался раскрывать, что именно он убил патриарха, он избавлялся от этих документов.

Хотя у него возникло искушение достать зажигалку и поджечь их, он понимал, что в лесу это не очень хорошая идея по нескольким причинам.

Вместо этого он разорвал их, использовал Создание воды, чтобы превратить в бумажную кашу, а затем закопал.

Там было что-то похожее на некое контактное устройство, спрятанное среди других вещей. Он был параноиком, что если вынуть его хотя бы на мгновение, кто-то узнает о его местонахождении. Лучше оставаться в безопасности.

Помимо флаконов с кровью и случайных лекарств, казалось, что там подозрительно не хватает расходных материалов. Никаких эликсиров восстановления сущности, лечебных зелий или усилителей; вполне вероятно, что Джанхалар использовал их во время боя, а он не заметил этого. Это имело смысл. Мужчина использовал многочисленные способности и, без сомнения, несколько раз слил весь свой запас сущности.

Было несколько случайных таблеток и других вещей, но ничего такого, ради чего он был бы готов рискнуть своей жизнью.

На самом деле, он боялся практически всего в этом кольце. Техники, к которым он не хотел прикасаться, потому что боялся, что их можно будет отследить; таблеток и всего, что он не хотел принимать, потому что мог умереть; крови, которую он вообще не мог использовать — что, если кто-то ее почует? Возможно, это была просто паранойя, но личное содержимое четырехзвездного архичеловека не было тем, с чем можно было играть.

Он мог взаимодействовать с вещами внутри кольца и расставлять их по своему усмотрению, а удаление всех бумаг освободило довольно много места, поэтому он разделил оставшийся инвентарь на две стопки. Первая была для того, от чего он хотел избавиться. Все, что было связано с эфиртехом, с любыми знаками отличия Крэйвена на нем, и все флаконы с кровью, отправлялись на эту сторону. Вторая, однако...

Во-первых, там были кольцо и кинжал. Это было все снаряжение, которое было на теле мужчины, кроме мантии, которая была разорвана на бесполезные куски. Все случайные таблетки и другие расходные материалы тоже были здесь. Он не знал, для чего они использовались, но их определенно нельзя было отследить. Вероятно.

И затем был последний предмет. Его он вынул, будучи полностью уверенным, что с ним безопасно взаимодействовать.

В конце концов, это было то, с чем он уже был хорошо знаком.

Открыв маленькую стеклянную коробку, он вытащил из нее главный след. Это был багрово-красный шар с острыми, зазубренными зубами и широко раскрытыми, дикими глазами.

«Кто это, дитя мое, — сказал он женским голосом, — кого ты хочешь видеть истекающим кровью ?»

«Какой у тебя талант?» — спросил он, переходя к сути.

«Если ты пригласишь меня в свою душу, — ответил он, — то за каждую уникальную каплю крови, которую ты потребишь, ты получишь больше власти над своей собственной».

«Хм», — размышлял он. Он предположил, что это было наращиваемое усиление, которое усиливало манипуляцию эссенцией, по крайней мере, для кровного родства.

Черт, это чертовски хорошо, подумал он. Учитывая формулировку, он предположил, что это означало, что контроль сущности будет улучшаться всякий раз, когда пользователь потребляет кровь нового вида. Было практически бесконечное количество различных животных и монстров, что делало это невероятно мощной силой.

«Какое сродство вас связывает?» — спросил он.

«Кровь, жизнь и смерть», — ответил он.

Долгое мгновение он просто смотрел на то, что держал в руках, широко открыв рот. «Свяяяяяятые угодники ...

Но погодите. «Я хочу принять твою силу в свою душу», — попытался он. Разве Мадам не рассказала ему что-то об уникальных первородных?

«Ты дурак! Ты явно уже пробудился!» — закричал он.

Что ж, план провалился. Она не была уникальной, так что он не мог претендовать на нее, и продать ее тоже не представлялось возможным. Это было похоже на способ заявить фракции Крэйвена, что он связан со смертью их патриарха.

Но все равно, это был чертовски крутой талант. Три сродства, и у него были сродства жизни и смерти!? Безумие. Джанхалар держал его для будущего преемника?

«Хммм…» И если бы он сейчас владел им… «Хех», — ухмыльнулся он. Он был уверен, что это был удар, от которого клан Крэйвенов не сможет легко оправиться. Поделом этим ублюдкам.

Если его прайм-суперфермер стоил не менее семидесяти миллионов, то это...

Должно быть, он стоил миллиарды . Это имело смысл. Один такой маленький шарик мог бы легко укрепить будущее целой фракции. Это заставило его задуматься — почему бы не отдать его своему собственному ребенку? Или, может быть, использовать его как политический инструмент в один прекрасный день. Не все было потеряно. Будет шанс использовать его. В конце концов.

И все же вернуть его на ринг было все равно что бросить своего первенца в реку. Даже миллиард долларов, нет, даже миллион звучал так, словно мог залатать огромную дыру в его сердце в форме денег. Вздохнув, он обратил внимание на кинжал.

И снова, когда он увидел его, он инстинктивно поднял руку, чтобы защитить свое горло. Это также произошло, когда он впервые посмотрел на него. Он излучал сильное чувство опасности и угрозы жизни. И он заставил его шею почувствовать зуд. Вытащив его на мгновение, он подержал его, привыкая к нему. Держать его было приятно, или как там ощущалась кровавая, жестокая версия приятного. Но что-то его беспокоило.

Его вид щекотал что-то в глубине его сознания. Видел ли он это где-то раньше? Идея казалась абсурдной, но, возможно, Джанхалар использовал его в качестве орудия пыток в какой-то момент, а он просто забыл об этом.

Вернув его обратно, он достал кольцо.

Теперь это. Это было странно. Кольцо было сделано из сухого, почти липкого, красного материала. На ощупь оно было похоже на вяленое мясо, а жемчужина на нем выглядела — и ощущалась — неожиданно дешевой. Как будто это был просто кусок пластика. Но присутствие, которое излучала эта вещь, было ясно по одному поводу. Это была не просто игрушка.

Это дало ощущение, которое он не мог точно определить, но клялся, что оно было связано с его душой. Возможно, это резонировало с его кровным родством?

Осторожно схватив его большим и указательным пальцами, он медленно надел его на безымянный палец другой руки. Оно было довольно большим, и он боялся, что оно свалится, но как только он надел его...

Кольцо внезапно сжалось, обвиваясь вокруг его пальца.

«Блядь!» — закричал он и рефлекторно потянул его, но он не сдвинулся с места. Резкая боль пронзила его плоть, когда он почувствовал, как эта штука впитывается в его кость. Но затем, в одно мгновение, боль исчезла, как будто ее никогда и не было.

«Бляяяяяя…» выдохнул он. Ну, это была ошибка. Но это не был конец света. С его талантом он мог отрубить себе палец и…

«Подожди», — сказал он, затихая и сосредоточиваясь на странном объекте. Ощущение, которое он смутно чувствовал раньше… Он был прав. Эта вещь была связана с его душой. А точнее — она была связана с Кровопролитием.

Вот так Джанхалар его и нашел. Он все думал, как, черт возьми, выглядит этот человек.

«Что это, Мастер?» — раздался в его разуме голос Кровопролития.

Фредди был удивлен, услышав это. Кровавый скелет иногда говорил, но это редко длилось долго. Согласно тому, что он сказал ему ранее, он, похоже, имел ограниченную энергию и не мог говорить слишком часто.

Вместо того чтобы тратить редкую возможность на пустые размышления, он спросил: «Кровопролитие, чувствуешь ли ты что-нибудь странное с этим кольцом?»

Вместо ответа на его вопрос, присутствие Кровопролития внезапно исчезло.

«А?» — тупо выпалил он.

Из его кольца вытекла струя красной жидкости и упала на землю, вращаясь в вихре. Мгновение спустя кровавый скелет стоял там, примерно на высоте его талии.

Он моргнул.

Кровопролитие тут же опустилось на колени и простерлось ниц. "Я довольствовался служением Мастер через Жертву Крови, чтобы быть рядом, когда он больше всего во мне нуждается. Подумать только, Мастер может быть таким щедрым..."

Фредди не смотрел на свою душу. Случилось ли что-нибудь с его способностями, его не волновало. Первым делом он поднял скелет и крепко обнял его, смеясь как маньяк.

«Ты вернулся!» — подбодрил он. «Ты действительно вернулся наружу!»

Он не думал о выгодах, пользе или прибыли. В тот момент он видел только, как его друг снова освобождается. Почти любой осудил бы его за то, что он считал уникального духа приятелем, но он не уважал мнения других. Никто не заслуживал плевать на жертвы, которые принес ради него этот чертов маленький чудак. И аргумент о том, что «духи — не люди», тоже не имел никакого веса, поскольку у Кровопролития была настоящая душа.

Конструкт, казалось, был несколько сбит с толку его поведением, а его привязанность придавала его рубашке такой вид, будто он обнимал кого-то до смерти, но его это не волновало.

В конце концов он отложил Кровопролитие и облегченно, удовлетворенно вздохнул.

Проверяя свой эфиркосм, он заметил…

Клетка все еще была там. Часть ее была согнута, создавая отверстие, но это не привлекло его внимания.

Нет. Его внимание привлекло нечто совсем другое. Его первую звезду окружало гигантское красное кольцо.

Первая звезда Фредди уже была довольно большой. По сравнению с ней, его вторая звезда была всего лишь около десятой части ее объема. Появление этого странного явления застало его врасплох.

Он тут же вернулся и посмотрел на кольцо. Это был истинный эффект того, что сделал этот предмет?

«Мастер», — позвал Кровопролитие, заметив его замешательство. «Это кольцо у тебя на пальце. Если хочешь знать, я могу рассказать, что оно делает».

Фредди посмотрел на Кровопролитие и кивнул. «Да, черт возьми!» - сказал он, погрозив Кровопролитию кулаком.

«Вы…?» — началось. «Вы хотите ударить меня?»

«Нет!» — яростно отрицал он. «Ты должен ударить меня своим кулаком».

«Если это то, чего желает Мастер». Затем он поднял костлявую руку и неуклюже взмахнул кулаком вперед. Он попал точно.

Фредди ухмыльнулся.

«Это кольцо, — сказал он, продолжая свое объяснение, — уменьшает расход эссенции на способности крови и увеличивает их силу».

«Что!?» — пролепетал он, чувствуя, как в груди закипает волнение. «Насколько?»

«Расходы растут от ста частей до, возможно, девяноста семи», — заявлялось в нем. «Что касается мощности, то она растет от ста частей до чуть более ста двух».

Ну. Это показалось мне совсем не впечатляющим. На 3% ниже стоимость и на 2% выше мощность. Ну, он был уверен, что эта вещь ценная, но он ожидал большего от предмета, который произошел от патриарха клана крови.

«Мастер», — добавил Кровопролитие.

"Хм?"

«Это кольцо глубоко связано с концепцией кровопролития. Я чувствую, что через кровопролитие его сила будет расти».

Это заставило его разум опустеть. Он разинул рот, медленно повернувшись лицом к мясистому украшению. Он вспомнил разговор, который имел с Мадам давным-давно. Тогда она сказала ему, что единственный способ для предмета вырасти…

Он сглотнул. Это был уникальный предмет. Хотя уникальные предметы были наименее ценными среди уникальных, это все равно полностью меняло ситуацию. Он не мог выставлять это напоказ, поэтому ему нужен был способ спрятать это. Ему нужно было купить перчатки или что-то еще как можно скорее.

Перед этим он обратился к Кровопролитию. «Твоя оболочка все еще в моем эфиркосме. Значит ли это, что у тебя есть способ вернуться?»

Он медленно кивнул. «Я могу вернуться и уйти, пока Мастер носит это кольцо».

« Просто для ясности: ты теперь дух , верно?»

«Верно.»

«И как долго ты сможешь оставаться в реальности?» — спросил он.

Он сделал короткую паузу, а затем ответил: «Я не чувствую никаких ограничений».

Фредди нахмурился. «Разве это не должно быть ограничено для духов?» Духи могли покидать Незер и входить в реальность, но обычно это длилось лишь короткое время, максимум несколько минут.

«Я не знаю», — просто сказал он.

«Хм… ладно. Ну тогда, э-э… Ты бы хотел…?» — он не знал, как сформулировать свой следующий вопрос, но все равно попытался. «Ты бы предпочел… прокатиться… в моей душе, или как на моей спине, или…?»

«Однако, Мастер, прошу…»

«Нет», — прервал он его, размахивая руками и грозя пальцем. «То, что «Мастеру угодно», в данном случае — это то, что ты предпочитаешь», — заявил он, указывая на него пальцем. «Итак, что же это будет?»

«Ну, хорошо. Я думаю, что в душе будет удобнее».

«… Но ты действительно этого хочешь? — спросил он. — Или ты так говоришь, чтобы мне было легче?»

«Я... я не понимаю. Все, что я хочу, — это служить Мастеру», — сказал он. «У меня нет других желаний».

«Хорошо!» — сказал он. «Если ты действительно хочешь служить мне, то я приказываю тебе загадать желание. Я хочу, чтобы ты захотел один из двух вариантов по причине, которая не включает в себя мою личную выгоду».

Скелет тупо уставился на него. Через несколько секунд он начал дрожать, затем он начал трескаться и из его костей сочилась кровь.

«Ого!» — подпрыгнул он. «Ты в порядке?»

«Я... я не могу этого сделать, Мастер. Я подвел тебя», — сказал он, продолжая ухудшаться.

«Ладно, ладно, я понял, можешь остановиться, тебе не нужно было этого делать, я просто пошутил, ладно?» — торопливо сказал он, спотыкаясь на собственных словах.

Внезапно трещины начали затягиваться, и Кровопролитие снова встало на ноги. «Прошу прощения. Я неправильно истолковал ваши слова».

Он нахмурился, его руки все еще тянулись к Кровопролитию. Но его пальцы немного сжались, и он откинулся назад. Его взгляд смягчился. «Кровопролитие», — сказал он. «Ты можешь вернуться в мою душу».

Скелет повиновался, растворившись в жидкости, которая потекла по воздуху и попала в кольцо, оставив после себя тишину в лесу. Одиночество.

Ну что ж, подумал он про себя. Пришло время продолжить поиски цивилизации.

Вздохнув, он повернулся и продолжил ход.

Ему потребовалось всего несколько часов, чтобы наткнуться на дорогу. Оттуда было просто отследить его до поселения. Проходя через лес, он заметил вдалеке мерцающие стеклянные здания. Это был не такой большой город, как Питтерсвилл, а скорее городок среднего размера, насколько он мог судить.

Наконец, на табличке появилось название города — Добро пожаловать в Имперту.

----------

Выгодная покупка

Имперта была городом средних размеров, в нем проживало всего около пятидесяти тысяч человек. В одном из его красивых уголков проходила улица. Она была чиста от грязи, выбоин и прочих признаков износа. На оживленном проспекте преобладали кареты, передвигаемые не дрейками, а были самодвижущимися экипажами - с каждым днем они становились все дешевле и доступнее, даже для смертных.

Между небольшим рестораном и юридической конторой находился бутик. Двери открылись, и оттуда вышел мужчина выше среднего роста.

На нем была фирменная белая толстовка с капюшоном с изображением фиолетового восточного дракона и простые черные спортивные штаны. У него была, казалось, стрижка под ежик, но это была ранняя щетина, растущая из того, что еще несколько дней назад было блестящей лысой головой.

Фредди вышел из магазина и выбросил грязную старую одежду в ближайший мусорный бак. Новая, но нестиранная одежда чесалась на его коже, но он привык к гораздо большему дискомфорту.

Улицы были оживленными, включая тротуар. Множество людей ходили по улице, их одежда была достаточно разной по сравнению с прошлым годом, чтобы он почувствовал, как много всего изменилось за время его отсутствия. Он тяжело вздохнул, повернулся и пошел.

Больше всего ему нужно было найти себе удостоверение личности. Не просто поддельный кусок пластика, а настоящий, зарегистрированный правительством документ, удостоверяющий личность. Было два способа получить его: законно и…

Другим путём.

Единственные, кого он когда-либо называл родителями, были... проблемными личностями. Действительно. Они научили его нескольким вещам, которые ни один ребенок никогда не должен был знать.

Существовало распространенное заблуждение. Многие, кто жил в хороших районах, считали, что преступления происходят в подворотнях. Возможно, иногда да.

Нет, реальность преступной деятельности была куда более удручающей. Примерно половина из них происходила за закрытыми дверями. А вторая половина...

Он отправился на прогулку по оживленному проспекту. Затем свернул на менее населенный. Нетронутые здания, крупные логотипы солидных корпораций и признаки процветающей жизни постепенно исчезали. Улицы становились все более запущенными, здания - старее, а люди... беднее.

Половина - за закрытыми дверями, а остальное - на виду.

Он прошел мимо старого закрытого магазина и взглянул на свое отражение в разбитом стекле. Это была проблема. Его одежда подходила для этой работы, а стрижка соответствовала цели. Но то, как он себя вел... Нет, так не пойдет.

Его осанка была слишком прямой, а лицо слишком спокойным и чистым. Он подошел к стеклу и хорошенько рассмотрел себя.

Затем он нахмурился, приподнял губу в полуулыбке и сморщил нос.

Поколебавшись некоторое время, он решил, что его лицо выглядит вполне уместно. Затем он повернулся на бок и поправил позу. Сгорбился. Он засунул руки в карманы и даже немного спустил штаны.

Хорошо.

Сразу же изменилось отношение людей к нему. Прохожие освобождали для него больше места. Люди оборачивались, чтобы проследить за ним, если шли впереди, и либо ускорялись, чтобы оказаться как можно дальше от него, либо замедлялись настолько, чтобы он мог их обогнать.

Но чего то не доставало его образу. Он прошел мимо тату-салона. Через некоторое время он вышел оттуда с тремя новыми татуировками. Первая изображала паутину с черной вдовой прямо под левым глазом. Затем большая россыпь змеиной чешуи покрывала часть правой стороны его лица и шеи. И наконец, на правом виске красовалось серебряное сердце.

Дешево, безвкусно и именно то, что ему было нужно. Из трех серебряных сердец серебряное было самым впечатляющим. В нем говорилось о человеке из ранней эпохи Разлома. Тот, кто использовал свой талант, чтобы поработить тысячи женщин в личный гарем. Он был одним из первых трехзвездных на планете и использовал свою силу исключительно для личной выгоды. Зачинщик геноцида, психопатический серийный насильник, один из самых презираемых людей, когда-либо живших на Земле, и кумир для самых низких отбросов общества.

Осталась еще одна мелочь. Он зашел в ближайший магазин и купил пачку сигарет. Вот. Совершенство.

Через некоторое время он прошел мимо подростка, который что-то курил. Это не пахло табаком.

«Эй, малыш», — повернулся он к мальчику. «Кто тебе это продал?»

Парень взглянул на него и облизнул губы. "Угостити меня порцией, и я расскажу".

Не раздумывая, он ударил мальчика ногой по голени и схватил его за шею. "Слушай меня, мелкий засранец", - угрожающе прошептал он. "Скажи мне, кто тебе это дал, или я сломаю тебе колени, ты меня услышал?"

Мальчик сильно запаниковал и уронил косяк, подняв руки. "Ладно, ладно, черт возьми, отпусти меня!" Затем, когда его отпустили, он поднял с земли дымящийся свёрток.

Небольшая щель в двери открылась и кто-то заглянул в неё. Раздался резкий стук , когда мужчина заметил, кто стоит снаружи. Маленькое отверстие тут же захлопнулось. Прошли секунды и сложились почти в минуту. Было ясно, что он не собирался открывать дверь.

«Вот так, — подумал он, — этот ублюдок, вероятно, охотится только за безопасными целями вроде подростков».

Затем, с ухмылкой и легким чувством, что эта ролевая игра доставляет ему больше удовольствия, чем следовало бы, он поднял ногу и от его Струящегося Удара дверь широко распахнулась.

«Что за фигня!?» — заорал мужчина в обшарпанной квартире. Это был невысокий, сильно татуированный азиат с длинными черными волосами, завязанными в хвост. «Что ты возомнил о себе… бок…» — простонал он, когда Фредди схватил его за шею и ударил об стену.

«Что... ты думаешь, что ты...?», - он продолжил пытаться.

«Заткнись и слушай меня», - сказал Фредди, заставив его замолчать и выпустив на волю свою двухзвездочную ауру.

Лицо мужчины мгновенно лишилось всякого цвета, а подросток бросился бежать. Это была вполне адекватная реакция.

Архилюди относились к высшему классу общества. Даже с мусорным талантом одних способностей было достаточно, чтобы зарабатывать на жизнь. Но независимо от таланта, каждый двухзвездный был намного выше простых людей.

Учитывая его нынешний вид, а также его поведение и поступки, любой в этих водах мог сделать только один вывод - он не был обычным головорезом.

«Хорошо», — поспешно сказал мужчина. «Пожалуйста, только не убивайте меня. У меня есть младшая сест...»

«Мне плевать, что у тебя их дюжина», — сказал он, крепче сжимая горло мужчины. «Избавь меня от этого дерьма. Либо ты делаешь то, что я тебе говорю, либо вылетаешь в окно. Понятно?»

Мужчина кивнул.

Сидя в темном углу заброшенного склада, Фредди небрежно курил сигарету. Он давно не курил. Человек, которого он заставил привести его сюда, был немного в стороне, сидя на другой старой картонной коробке. Он казался немного напряженным, но гораздо более расслабленным, осознав, что не умрет в этот день.

Он бросил мужчине сигарету, и мужчина поймал ее в воздухе. Они немного поговорили. Он продал мужчине какую-то чушь о том, что у него были разногласия с предыдущим боссом, и как ему теперь нужна новая личность.

После нескольких часов ожидания в темный угол вошли трое мужчин. Черный мужчина и двое белых за ним. Он был верхним звеном цепи — поставщиком, который занимался дистрибуцией нескольким дилерам, и хотя он не был двухзвездочным, он был близок к вершине первой звезды. Это был высокий, грузный мужчина с большими руками, в чисто женском берете, подчеркнутом блестящим золотым ожерельем.

Его мужественное, точеное лицо постоянно хмурилось. Двое других рядом с ним были одеты в повседневную одежду и, казалось, были обычными головорезами. «Что это?» — спросил он азиата хриплым голосом, наклонив голову в сторону Фредди.

Прежде чем он успел получить ответ, Фредди прервал его: «Это, ублюдок, твой чертов клиент!»

Двое головорезов изменили позу, и мужчина поднял руку, чтобы остановить их. «Чего вы хотите?» — спросил он.

«Информация», — сказал он. «Дилер удостоверений личности. Никаких подделок. Только настоящие, зарегистрированные документы».

Мужчина нахмурился. Затем, прищурившись, переступая с ноги на ногу и глядя на него сбоку, он сказал: «Может быть. А мне-то что?»

Не колеблясь, он достал десять тысяч долларов, убедившись, что все видят, как он вытащил их из накопительного кольца и положил деньги в коробку рядом с собой. «Десять тысяч».

«Эй, ну же», — сказал мужчина, широко ухмыляясь. «С таким артефактом хранения у тебя, я уверен, ты мог бы предложить немного...» Но прежде чем он успел закончить предложение, Фредди поднял ногу, инициировал Струящийся Удар и ударил ею о землю, разбив ее с громким грохотом.

«Я могу и шею тебе свернуть», — пригрозил он. «Или ты это берешь и даешь мне контакт, или иди на хер», — сказал он, уже подбирая деньги и собираясь уходить.

Мужчина сглотнул, глядя на огромный след, оставленный техникой Фредди на земле. «Подожди», — крикнул мужчина. «Ладно, договорились. Я даже сам тебя туда отведу».

«Это действительно было так сложно?» — спросил он, подходя и протягивая ему деньги.

Когда они начали выходить, мужчина пересчитал купюры и остановился. «Подождите!» — крикнул он. «Я насчитал девять».

«Да», — подтвердил он. «Если бы ты держал рот закрытым, их было бы десять. А теперь показывай дорогу».

Поколебавшись мгновение, мужчина вздохнул и сдался.

Поездка в экипаже длилась довольно долго. Они выехали из города и вошли в лес. Он немного волновался, что они вывезут его в глушь и убьют, но он был уверен, что победит, если это произойдет.

В конце концов они достигли поляны в лесу. Дорога стала намного приятнее, и они въехали в нечто, похожее на какой-то загородный закрытый поселок, вроде той части двадцать четвертого округа, где он был, когда был под началом Мадам. За исключением этого места, здесь не было больших жилых зданий.

В основном это были шикарные особняки, некоторые из которых возвышались над землей.

Фредди усмехнулся, увидев это. Но он стал значительно осторожнее. Проехав через ворота с каким-то удостоверением личности, они въехали в богатое поселение.

В конце концов мужчина припарковал автомобиль перед особняком, и все вышли из него.

Они вошли в здание. Роскошное, современное и хорошо оборудованное, оно имело все предметы роскоши, которые только мог пожелать мужчина. Они стояли в открытом вестибюле с несколькими дверями, ведущими в сторону, и большой лестницей, ведущей на верхний этаж. Справа от двери сидел телохранитель в костюме, чистивший апельсин, и настороженно поглядывал на них. А из двери на втором этаже кто-то вышел.

Одетый только в обтягивающие леггинсы и шубу, мужчина с ослепительными золотистыми волосами до ушей и голубыми глазами вышел на открытое пространство. И его широкая улыбка, обнажающая его жемчужно-белые зубы, и многочисленные драгоценности, свисающие с его частично обнаженного тела, ярко сияли.

Часть его туловища, не прикрытая шубой, открывала точеное, покрытое шрамами тело человека, которому не чужда смертельная опасность.

«Добро пожаловать!» — радостно приветствовал он их. «В мою скромную обитель».

Открыто вздохнув от раздражения, Фредди нетерпеливо почесал затылок.

Черный мужчина, стоявший рядом с ним, вышел и сказал: «Вот он».

«Хммм?» — улыбнулся мужчина в пальто и посмотрел на них сверху вниз. «Ну, поднимайтесь», — пригласил он, затем щелкнул пальцами. «Марси, принеси пять чашек кофе в конференц-зал».

На беседу были приглашены все присутствующие.

Комната для совещаний была относительно сдержанной, в основном монохромной серой комнатой с круглым диваном, держащим большой журнальный столик посередине. Кофе вскоре прибыл, и Фредди схватил чашку, поставленную перед дилером, который привел его сюда, и обменял ее на свою.

Золотоволосый мужчина улыбнулся в ответ, а черный покачал головой, уверенно сделав глоток, вероятно, уже зная, что вероятность подделки напитка равна нулю. Это его расслабило, но он не показывал этого внешне.

Человек в пальто хлопнул в ладоши, потирая их, прежде чем протянуть руку для рукопожатия. «Зовите меня Спайк», — представился он. «Приятно познакомиться…» Последнее слово он произнес невнятно.

Фредди немного подумал, а потом сказал: «Ты можешь называть меня Рабом».

«Раб, да?» — хихикнул он. «Это чертовски хороший псевдоним. За ним стоит какая-то история?»

«Да», — сказал он, но отказался вдаваться в подробности.

Мужчина моргнул. «Ладно. Так что привело вас сюда?»

«Поссорился с боссом, — ляпнул он. — Придется сменить личность».

«Весело», — усмехнулся Спайк. «Кем ты был? Киллеаном? Джоном? Ты одеваешься как Журавль». Он выдал несколько предположений. Затем его взгляд задержался на мультяшном драконе на толстовке Фредди, когда он приподнял бровь. «Только не говори мне... Василиск?»

Ни одно из имен не вызвало у него никакой реакции, и в конце концов мужчина сдался. «С тобой не весело, Раб. Ладно». Он вздохнул. «Давайте перейдем к делу. Чего ты хочешь?»

«Действительное удостоверение личности», — заявил он. «С сродством к воде».

«Действительное… удостоверение … личности…» Мужчина позволил этому сорваться с языка, втягивая воздух сквозь зубы и издавая звуки поцелуя. «Ладно». Затем, взмахнув рукой, он извлек пластиковую прозрачную папку для документов. Внутри была небольшая стопка бумаг формата А4 и удостоверение личности. «Если вы хотите, чтобы это было законно», — сказал он. «Это все, что я могу вам дать».

Фредди схватил папку и достал удостоверение личности. «Лиам Каттингсворт» было именем человека на удостоверении личности. Это был человек с совсем другими чертами лица, чем у него. Но эволюция может быть непостоянной; черт, даже он больше не был похож на себя после своего вознесения.

Остальные бумаги, судя по всему, содержали всю историю жизни этого человека.

«Это был один из моих головорезов», — сказал золотоволосый мужчина. «Умер два года назад. О его смерти так и не сообщили. Живых членов семьи нет. Его полная история жизни прямо здесь, включая фотографии старых знакомых и основную информацию о них», — кратко представил он содержимое. «Это первоклассный материал. Лучше вы нигде не найдете».

Это, возможно, не было слишком преувеличенным. Такие документы невозможно подделать. Нужно иметь слишком много связей в правительстве, чтобы это было жизнеспособно. Единственный способ заполучить что-то подобное — завладеть чужой жизнью.

Естественно, при таком количестве информации это будет недешево.

Очевидно, он надеялся сменить свое законное имя. Но это будет возможно не раньше, чем через полгода. Если сделать это раньше, это, скорее всего, вызовет подозрения. После двухлетнего перерыва в истории жизни внезапно появиться, выглядеть по-другому и захотеть сменить имя — это ряд тревожных сигналов, которые могли бы заставить некоторые режимы Старой Земли съёжиться от стыда.

На самом деле, вполне вероятно, что его допросят, как только он появится в другом облике, неважно как. Вдобавок ко всему, на случай, если кто-то узнает о его новом появлении и попытается вступить с ним в контакт, ему нужно знать все, что он может, чтобы сыграть роль этого человека наилучшим образом.

Полученная информация оказалась весьма ценной.

Он тяжело дышал. Это будет чертовски дорого. Он надеялся бросить в этого человека какую-нибудь случайную штуку из кольца и покончить с этим, но теперь он вспотел. Единственными ценностями, которые он мог дать, были расходные материалы, которые не имели никакого очевидного отношения к Крэйвену.

Там были разбросаны мешочки с травами и ряд контейнеров с таблетками и жидкостями, всего в его распоряжении было девять различных предметов.

Однако он понятия не имел, сколько они стоят. Была вероятность, что они стоят либо намного больше , чем он думал, либо намного меньше. Просто безрассудно выбросить их было бы не очень хорошей идеей.

Но что еще он мог предложить? Все, что из этой кучи «нет-нет», было большим, черт возьми, табу. Слишком рискованно. Прайм был снят с повестки дня. Слишком ценно. Кинжал…

Фредди закрыл глаза и скрестил руки, делая вид, что размышляет.

В своем эфирном космосе он подплыл к клетке Кровопролития и выплыл наружу. «Кровопролитие», — позвал он. «Расскажи мне все, что ты знаешь о кинжале в моем хранилище».

Он задумался на мгновение, прежде чем спросить: «Может ли оно расти в силе так же, как кольцо?»

«Нет», — отрицал он.

В этом случае он был бы гораздо более готов отказаться от этого. Но. «Что-нибудь еще?» — спросил он.

«Это тесно связано с концепцией кровотечения».

Фредди собирался спросить, то же ли это, что и кровопролитие, но знал, что дух, вероятно, не сделал бы между ними различий, если бы это было так. «Ладно». Он кивнул. «Насколько это ценно?»

Кровавый скелет наклонил голову на него. «Я не знаю».

«Фигуры», — сказал он. «Ну, тогда что ты думаешь? Мне оставить его?»

«Хозяин не использует кинжалы в бою, но я верю, что это оружие все равно может быть полезным».

«Как?» — спросил он.

«Он заставляет раны кровоточить. Чем больше крови он проливает, тем больше крови Мастер может использовать с Кровавой Жертвой. И этот объект обладает поистине феноменальной кровавой аурой».

Если бы сама концепция Кровопролития так говорила, он бы в это поверил. Он открыл глаза. Золотоволосый мужчина перед ним сверлил его взглядом, и он встретил его взгляд, размышляя, как сформулировать свое следующее предложение.

Через пару секунд он открыл рот. «Вот вам сделка», — начал он. «У меня сейчас мало денег, но я стащил несколько вещей из сейфа одного из моих боссов, прежде чем уйти».

Это заставило всех в комнате нахмуриться.

«Ублюдок заслужил это, ясно?» — бросился он защищаться. «В любом случае, у меня есть кое-какие горячие товары. Расходные материалы. Но я даже не знаю, что это такое. Но, учитывая, где я это нашел, я знаю, что это должно стоить хороших денег».

Это немного подняло им настроение. Хотя мужчине, похоже, не понравилась идея такого удара в спину, он был немного снисходителен, поскольку понял, что может извлечь из этого выгоду.

«Итак, позвольте мне спросить вас», — сказал он, прищурившись. «Есть ли у вас эксперты?»

«Да, у меня есть парень», — подтвердил Спайк.

«Приведите его сюда». Затем, одним движением пальца, он достал сигарету и зажигалку. Прикурив, он глубоко затянулся и выдохнул дым. «Я буду вытаскивать предметы по одному. Вы отвернетесь, пока я передам их оценщику. Затем он скажет вслух, что это такое. Вы можете принять предложение или отказаться.

«Если вы принимаете предложение, вы получаете вещь, а я получаю бумаги. Если вы говорите «нет», я могу увеличить предложение. Я не собираюсь говорить вам, сколько вещей у меня есть. Если у меня все закончится, сделка недействительна, так что не будьте жадными».

Мужчина криво усмехнулся. «Договорились».

----------

То, что нельзя купить за деньги

Комната для совещаний была примерно в два раза больше гостиной среднего класса. Серый диван с журнальным столиком стоял на одном конце, а большой стол для совещаний — на другом. В дальнем углу было окно, выходящее на дерево, которое частично закрывало соседний участок земли, где располагался большой красный особняк.

На столе стояло несколько чашек кофе. Некоторые были пусты, а другие давно остыли. Двери открылись, и служанка принесла несколько свежих, дымящихся чашек. Фредди чуть было не поблагодарил женщину, но сдержался, решив, что это будет не в его характере. Он закурил еще одну сигарету. Это была почти последняя. Он прижал ее к губам и сильно затянулся, наполняя легкие до краев. Каждый раз, когда он чувствовал горячее, жгучее ощущение, он выигрывал момент, когда его нервы могли немного успокоиться, но по мере того, как никотин начинал действовать, его беспокойство умножалось.

Те полутелохранители, с которыми он сюда пришел, стояли в стороне, наблюдая за столом. Золотоволосый Спайк стоял чуть поодаль, повернувшись ко всем спиной.

А прямо перед Фредди сидел мужчина. Он был довольно высок; молод на вид, но от него исходила аура старости. Его одежда и манеры казались пришедшими из другого времени. Щеки мужчины были немного впалыми, но не нездоровыми; кожа была бледной, но естественного оттенка; лоб был широким, подбородок выраженным, его черные короткие волосы были разделены пробором посередине, а его острые зеленые глаза, казалось, могли пронзить любую маскировку в мире.

«Приятно познакомиться, мистер Раб», — поприветствовал мужчина Фредди. «Меня зовут Август. Я буду оценивать товары, которые вы представляете для соглашения между вами и мистером Спайком». Он говорил лаконично, отработанным, вежливым и уважительным тоном.

Причина, по которой Фредди хотел, чтобы Спайк смотрел в другую сторону, была проста — он понятия не имел, насколько хорошо этот человек разбирается в вопросах расходных материалов. Хотя Август казался достаточно приличным человеком, внешность и манеры могли быть обманчивы.

Если бы Спайк увидел представленные товары и признал их ценными, Август мог бы преуменьшить их функцию. Чтобы свести к минимуму возможность такого развития событий, переговоры будут проходить следующим образом:

Сначала он выносил предметы по одному, после чего их оценивали.

Затем Август описывал их. Ему не разрешалось называть предметы. Ему разрешалось только объяснять, что они делают и сколько доз в них содержится.

Наконец, после оценки он мог предложить предметы Спайку или забрать их обратно.

Однако он добавил правило: если он замечал, что Август в какой-либо момент намеренно пытался ввести его в заблуждение относительно стоимости товара, он немедленно разрывал сделку и уходил.

Хотя он мог бы попросить мужчину также указать денежную стоимость предметов, делать это не имело смысла. Потому что даже если бы он это сделал, как бы он оценил законность этой цены? Мужчина мог занижать ее настолько, насколько хотел, но в конечном итоге единственным, что имело значение, было знание обеими сторонами стоимости таких предметов. Цена могла только ввести его в заблуждение, а не информировать.

К счастью, благодаря своим обширным урокам добывания пропитания он был знаком с ценами на различные классы предметов. Он был далеко не экспертом, но и не забывчивым тоже.

Наконец, сделав последний вдох дыма, оставшегося от сигареты, он погасил все еще тлеющий окурок в пепельнице и встретился взглядом с Августом. Затем он комично распахнул глаза, высунул язык, раздвинул пальцами ноздри и сделал другие глупые рожицы и выражения.

Август был ошеломлен — но Спайк не подал виду, что что-то заметил. Хорошо. У него, вероятно, не было таланта восприятия, который позволял бы ему видеть за спиной или что-то в этом роде.

Разобравшись с этим, он погрузил свое сознание в кольцо на своем пальце. Хотя он понятия не имел, какие предметы были самыми ценными, он все равно пытался выбрать то, что, как подсказывала ему интуиция, было наименее дорогим. Всего было девять предметов, и он сделал свой первый выбор.

С тихим хлопком в его руке появилась пластиковая коробка, наполненная многочисленными круглыми зелеными таблетками.

Август вежливо принял коробку, извлек одну из таблеток, а затем долго и пристально на нее посмотрел. Он вытащил увеличительное стекло и провел им по ней, затем понюхал, сделав глубокий вдох. Закончив, он положил ее в коробку и вернул контейнер.

Как только Фредди получил предмет, Август начал его описание. «Мощное лекарство с временным эффектом усиления восприятия. Повторное использование может навсегда повысить остроту чувств, но существует большая вероятность негативных последствий для здоровья, которые экспоненциально возрастают при длительном употреблении. В частности, они вызывают почти гарантированную импотенцию, увеличивают риск сердечной недостаточности и могут привести к проблемам с почками. Всего существует 123 дозы».

Фредди задумался. Это было довольно ценно. Побочные эффекты были резкими, и это определенно снижало их ценность. Тем не менее, с таким количеством таблеток, это, несомненно, вылилось в большую сумму денег.

«Я не собираюсь предлагать этот предмет», — сказал он, убирая его обратно в кольцо для хранения. Причина была проста — он хотел использовать их сам. Побочные эффекты не были для него недостатком из-за его таланта, и эффект определенно того стоил.

Затем он вытащил следующий предмет.

Это был небольшой белый тканевый мешочек с кусками грязно-цветного порошкообразного вещества внутри. Все это вместе могло бы заполнить, возможно, руку среднего размера.

Август поднял бровь, когда увидел, что было внутри сумки. Он тут же закрыл ее и вернул обратно, то есть он уже с первого взгляда понял, что это такое.

«Следующий пункт», начал он, «кровяной эликсир со свойствами стероида. Одной дозы достаточно, чтобы убить взрослого смертного человека, и она гарантированно разрушит гомеостаз тела. Его основное применение — выращивание животных. Всего тридцать доз».

«Да, я заберу это обратно», — сказал он. Он понятия не имел, стоило ли это использовать, но знал, что это не было особенно ценным.

Следующий пункт был готов.

Это было хлопьевидное фиолетовое вещество, хранившееся в коричневом шелковом мешочке. Август схватил крошечный кусочек, понюхал его, осмотрел, затем положил обратно и слегка лизнул кончик пальца. «Яд», — сказал он. «Чрезвычайно сильный яд». Его слова были невнятными, и ему пришлось вытащить зелье из своего личного кольца для хранения и выпить глоток. «Здесь, вероятно, двести или больше доз».

Спайк усмехнулся. Действительно. Даже Фредди задавался вопросом, что за сумасшедший ублюдок Джанхалар таскает с собой такие штуки.

«Я предложу этот предмет», — сказал Фредди, подталкивая сумку вперед.

Спайк задумался на некоторое время. «Я возьму это, но этого недостаточно».

«Ты уверен в этом?» — Фредди назвал это блефом. «Это может быть последняя вещь, которая у меня есть».

«Если так, то у вас недостаточно активов для торговли».

Между ними повисла долгая пауза, а затем Фредди фыркнул. «Хмф». Он вытащил следующий предмет.

Это был крем, хранившийся в круглой емкости.

Август, похоже, был очень впечатлен. «Это целебное средство высочайшего качества, наносимое на поверхность кожи. Его достаточно, чтобы покрыть всю поверхность кожи среднего взрослого мужчины примерно полтора раза».

«Я тоже это предложу», — не колеблясь, сказал Фредди. По сути, он ему был ни к чему.

«Принято, но недостаточно», — сказал Спайк.

«Да ладно, чувак», — запротестовал он, качая головой. «Не жадничай. Мы говорим о высшем качестве. Я точно знаю, что это должно стоить целое состояние».

«Цена?» — спросил Спайк, усмехнувшись. «Это средство для кожи, Раб. Это, вероятно, самое бесполезное лекарство высшего качества из всех существующих. Перестань тянуть и просто иди дальше».

«Это все равно стоит кучу денег. Я не идиот. Приуменьшите ценность другой вещи, и я вылет».

Спайк молчал еще секунду. «Как скажешь. Все равно недостаточно». Мужчина поднял файл с документом и помахал им. «Мне не нужно преуменьшать ценность того, что ты предлагаешь, чтобы понять, как отчаянно ты в этом нуждаешься. Так что давай, Раб, повышай предложение».

Снова тишина.

После нескольких долгих вдохов Фредди щелкнул языком, вытаскивая следующий предмет. В запечатанном пакете из синтетического материала были тонкие корни. Этого вещества было совсем немного.

Август, казалось, был в восторге, словно это вызвало у него какие-то приятные воспоминания. «А, действительно, это очень сильное лекарство, используемое для успокоения нервов и снижения тревожности. Здесь пять доз».

Фредди нахмурился. Это казалось обычным и обыденным, но когда оценщик заметил его хмурое лицо, он погрозил пальцем. «Не ошибитесь, мистер Раб. Это драгоценная вещь. Многие у власти используют ее, чтобы пережить стрессовые периоды. Но, к сожалению, от нее мало что осталось».

«Я буду честен с тобой, приятель», — встрял Спайк. «Я уже знаю, что это такое. Это молочно-розовый корень алии. Ты используешь его для приготовления чая. Я мог бы это принять — я пью эту дрянь постоянно — но это ничего не изменит. Пять доз — это как тридцать тысяч».

«Ладно, тогда», — сказал Фредди. «Я заберу его обратно. Я просто выпью его сам».

Пришло время для следующего предмета. Он извлек еще один небольшой пакет. Материал был невероятно приятным на ощупь, и он знал, что вступает на территорию серьезной ценности.

Август принял суровое выражение, когда потянулся за ним. Когда он открыл сумку, он резко вдохнул и посмотрел на Фредди с пораженным выражением. Его рука слегка дрожала, когда он передал предмет обратно.

«Это…» — нерешительно начал он. «Это невероятно мощное лекарство. Прием его может ввести человека в особое медитативное состояние, чтобы… легче проявить следующую звезду».

Как только мужчина закончил свою оценку, Фредди мгновенно схватил два предмета со стола и положил все три обратно в кольцо для хранения. Прежде чем он успел обернуться, телохранители заблокировали дверь, а Спайк бросился на него. Он быстро подбросил стол и толкнул его вперед, но мощный порыв ветра отбросил его в сторону.

Он заметил блондина, замахивающегося на него коротким мечом. Ветер кружился вокруг его тела, развевая его шубу и развевая волосы.

Фредди почти получил удар, но он использовал свою голую руку, чтобы заблокировать его, позволив мечу пронзить его насквозь, а затем замахнулся на человека Струящимся ударом. Спайк был архом, связанным с воздухом, и с небольшим порывом ветра его голова быстро ушла с пути атаки.

К несчастью для него, мужчина не заметил, что Фредди уже пронзил его руку до самой рукоятки и схватил кулак мужчины стальной скобой — движение, которое, казалось, стало его фирменным знаком.

Он оттянул руку мужчины назад, и Спайк не смог увернуться, когда Фредди ударил его ногой в живот. Атака достигла цели, даже безошибочно рассчитав время для Струящегося удара, но... это было так, как будто он ударил по подушке. Толстый слой воздуха защищал мужчину, и без дополнительного веса Пучин бездны большая часть удара была поглощена.

Блондин был отброшен назад, а его оружие отнято. Фредди направился в угол комнаты, разглядывая окна, но внезапно металлический барьер захлопнулся, закрыв и его, и двери. Спайк и его люди уже окружили его.

Во времена, когда он был собирателем, самой дорогой травой в пещерах была роза «Звёздный огонь».

Каков его эффект?

Его можно было превратить в эликсир, который облегчал проявление следующей звезды. Фактически, это растение ценилось так высоко, что персонал предлагал полное прощение долга, если его находили — независимо от того, насколько значительным был долг.

Это тоже имело смысл. Выращивание звезды могло быть медленным, но даже если она ползла со скоростью улитки, это все равно было в основном вопросом времени и упорства. Однако проявление следующей звезды ... Это было сложнее. Вторая звезда была относительно легкой, но с тех пор многочисленные люди проводили практически всю свою жизнь, не имея возможности добиться прогресса.

Предмет, который мог бы облегчить это? Забудьте о покупке его за деньги — его продажа была эквивалентна предоставлению крупной политической услуги.

Фредди вытащил меч из раненой руки и сердито посмотрел на Спайка, но за его яростным взглядом читалось понимание. В мире, где количество звезд в душе человека фактически помещало его в совершенно другой класс, все, что могло облегчить прогресс, было бесценно. Судя по тому, что ему говорили его чувства, этот человек был на второй звезде — и, вероятно, застрял на вершине.

Этот человек был слишком силен, чтобы Фредди мог сразиться с ним в прямом бою.

Вот почему Фредди, не колеблясь, вытащил сумку с драгоценным эликсиром и зажигалку. «Сделаешь хоть один чертов шаг ближе, и эта крошка загорится», — пригрозил он.

«Будь благоразумен, Раб», — сказал Спайк. «Ты не уйдешь отсюда живым, если сожжешь это».

На это он усмехнулся. Затем он начал кудахтать как сумасшедший. В его смехе не было никакой фальши или игры. В конце концов, он действительно находил это забавным. Сколько раз он мог оказаться в подобной ситуации? Отдать сумку было невозможно. Это не было вопросом побега — его гордость не позволяла ему отдать ее.

Между тем, чтобы быть отнятым у него по праву, и просто умереть, он выбрал бы последнее. Больше никакого дерьма.

Поэтому он внезапно положил мешок обратно на ринг и заменил его другим. Телохранители мгновенно отступили, и Август побледнел, когда побежал в другой угол.

Спайку не потребовалось много времени, чтобы понять. «О, боже…» — прошептал он.

«Ага», — сказал он, держа в руках сумку с почти двумя сотнями доз чрезвычайно сильнодействующего ядовитого порошка. «Я, возможно, не смогу спастись, но я могу гарантировать, что вы, ублюдки, пойдете ко дну вместе со мной».

Однако Спайк лишь усмехнулся. «У меня есть сродство с воздухом. Ни одна крупинка этого не доберется до меня, даже если ты разбросаешь ее по комнате».

«О, я так не думаю», — сказал он с опасным блеском в глазах. «У меня есть способ удержать тебя там, где ты, черт возьми, сейчас находишься, и я точно знаю, что ты не сможешь этого избежать».

Это заставило блондина нахмуриться. Не было возможности проверить, о чем именно он говорил. Если бы у него был талант, позволяющий ему сдерживать Спайка, или, что еще более вероятно, предмет, который он украл у своего «предыдущего босса», он бы вполне мог выполнить свое обещание взаимного уничтожения.

Щелкнув языком и почесав затылок, Спайк застонал. «Ладно», — сдался он. «Извините за то, что сделал это».

«Даже если ты вылижешь мою щель начисто, я не прощу тебя», — сказал Фредди. «А теперь, пожалуйста, уйди с дороги, чтобы я мог...»

«Подожди, помедленнее», — призвал Спайк. «Не торопись».

«Дай угадаю», — сказал он с сардонической усмешкой. «Ты хочешь купить у меня эликсир вознесения?»

«Раб, мой парень», — сказал Спайк, подбирая документы со стола. «Если ты уйдешь без этих бумаг, ты ходячий мертвец».

Он не мог этого опровергнуть. С их точки зрения, учитывая, что у него был эликсир, это, вероятно, выглядело так, будто он ограбил кого-то чрезвычайно богатого и могущественного. Что, честно говоря, было правдой. Если он уйдет без этих бумаг и его история не окажется полной чушью, то ему действительно будет очень и очень хреново.

Но к счастью, этот сценарий был полностью выдуман. «Я рискну», — сказал он.

«Август», — крикнул Спайк. «Сколько там было доз?»

«Д-примерно пятнадцать, я думаю», — ответил мужчина.

«Что!?» — выплюнул мужчина. «Черт возьми, Раб. Кого ты, черт возьми, ограбил!?»

«Это не твое дело».

«Это полностью мое дело», — сказал Спайк, и на его лице расплылась мерзкая ухмылка. «Если я распущу слух… ну… не пройдет много времени, как владелец придет за тобой. В таком случае я даже могу получить свою долю в качестве вознаграждения».

«Попробуй», — сказал он. Правда, даже несмотря на то, что его история была выдумана, если Спайк распространит слух, он в любом случае окажется в затруднительном положении. Но он был готов пойти на многое, чтобы обеспечить свою безопасность. Даже если ему придется годами жить в лесу или снова калечить себя, он будет делать это, пока не уйдет достаточно далеко, чтобы уйти от опасности.

Судя по хмурому лицу, Спайк ясно ощутил решимость в этих словах. Он щелкнул языком. «Ты сумасшедший ублюдок, ты знаешь это?» — сказал он, вздыхая. «Ладно, я понял. Я сделаю тебе предложение».

«Ты что, не слышал меня?» — сказал Фредди. «Ты думаешь, деньги могут...»

«Я ничего не говорил о деньгах, болван», — сказал мужчина, вытаскивая из своего кольца-накопителя небольшой предмет. Это была платиновая карточка размером с ладонь.

Фредди показалось, что он откуда-то узнал этот предмет.

«Это платиновая карта члена Башни Йорка», — объяснил золотоволосый мужчина.

Глаза Фредди мгновенно расширились.

«Верно», — сказал Спайк. «Я понимаю, что эликсир, которым ты владеешь, не купишь за деньги. Но у тебя его много. Даже если ты используешь их все на себе, тебе не понадобится пятнадцать доз».

«И вы хотите обменять его?»

Спайк облизнул губы. «Я могу согласиться на половину».

«А зачем, по-твоему, мне эта карта?»

«Потому что это тоже», — сказал Спайк, размахивая маленькой карточкой, — «тоже то, что нельзя купить за деньги».

----------

Капучино, фраппучино, макиато, латте и эспрессо, пожалуйста!

Мир архилюдей был неуловимым, мистическим местом для большинства смертных. Информация была скудной, а распространяемые слухи часто были грубо преувеличены, если не намеренно вводили в заблуждение.

Однако некоторые субъекты были слишком известны, чтобы легко стать жертвой дезинформации. Например, подавляющее большинство знало, что у арок есть таланты и склонности, почти все знали, что их сила измеряется в звездах, и все знали о существовании межпространства.

Что, почему и как в межпространстве все еще было в основном неизвестно, даже двести лет спустя. Это было особенно актуально для пограничных миров, известных как Аномалии.

Временные явления, как застревание в вечной петле, где время внутри сбрасывается время от времени; аспекты четвертого измерения, как одновременное существование в нескольких различных состояниях; и, во многих случаях, оттенок разумного замысла. Они присутствовали в большинстве аномальных миров.

Некоторые предполагали существование богов или высших существ — многие даже молились им, следуя сомнительным религиозным предписаниям, в то время как другие предполагали, что само межпространство может быть разумным. Ни одно из этих предположений не было натяжкой. В конце концов, эфирные конструкты были способны к ощущению, так кто мог сказать, что межпространство не было просто гигантской, чрезвычайно мощной разумной эфирной конструкцией или не управлялось существами, которые были эквивалентом этого?

Аномалии как таковые были общеизвестны. А точнее, Одиннадцать Великих Аномалий были известны достаточно хорошо, чтобы большинство смертных имели хотя бы смутное представление о том, что они собой представляют.

Среди них Башня Йорка, расположенная прямо в центре того, что раньше было «Нью-Йорком» на Старой Земле — Нью-Йорк после Разлома — была среди этих Аномалий, и она была единственной, расположенной в Американской Империи. Ну, если только Фаралетал к тому моменту не был объявлен Великой Аномалией.

Фредди стоял посреди зала заседаний, окруженный телохранителями и лицом к Спайку. Одна его рука кровоточила. В другой было достаточно ядовитого порошка, чтобы убить всех в комнате десять раз.

Когда золотоволосый человек размахивал платиновой картой, с каждым взмахом Фредди чувствовал, как ее облик щекочет что-то в глубине его сознания. Он провел много времени перед телеком из-за своей работы, так что, вероятно, он видел это в какой-то момент. То ли из-за низкой громкости, то ли из-за того, что кто-то прервал его просмотр, он не помнил точно, что это было. Он просто знал, что это было драгоценно.

«В самом деле», — сказал Спайк, любуясь маленьким прямоугольником в своих руках. «Я получил эту малышку давно, когда их было гораздо легче получить. Императрица Кайя полностью прекратила их раздавать, но она все еще держится за обещание, стоящее за ними».

Это была та часть, где ему нужно было быть осторожным. Он действительно хотел спросить, что за хрень это за обещание, но он знал, что спрашивать будет ошибкой. Учитывая, как Спайк вел себя, словно он должен был знать, что это такое, выдача его невежества позволила бы этому человеку придумать все, что он захочет.

Но он знал одно. Было пять рангов этих карт. Бронзовый, серебряный, золотой, платиновый и черный.

Поэтому он спросил: «Это ведь второй лучший вариант, да?»

«Ага», — подтвердил Спайк. «Двадцать процентов бонуса во время аукциона», — добавил он для удобства.

Глаза Фредди широко распахнулись. Наконец-то все встало на место. Он знал, что это было.

В Башня Йорка было всего 186 слотов в день, разделенных на пять категорий, по одному на каждую звезду. Однозвездочный имел 100 слотов, двухзвездочный — 50, трехзвездочный — 25, четырехзвездочный — 10, а пятизвездочный — только 1.

Каждый день многочисленные фракции сражались на аукционе за место в башне. Двадцатипроцентный бонус за аукцион — это не шутка. Даже в самом низу списка цена легко достигала миллионов.

И это не было неожиданностью. В башне было сто этажей; чем выше поднимался человек, тем большую награду он мог получить.

Увидев этот предмет, Фредди сглотнул. Затем он просто заявил: «Нет, черт возьми, мне это дерьмо не нужно».

Спайк не лгал, когда говорил, что эту карту нельзя купить за деньги. Для крупных фракций, которые ежедневно сражались на этих аукционах, эта маленькая вещь могла сэкономить — и заработать — абсурдную сумму денег в долгосрочной перспективе. Черт, для бесчисленных фракций этот предмет мог означать разницу между невозможностью постоянно участвовать и, наконец, возможностью себе это позволить. Так что, по сути, иметь это было эквивалентно наличию огромной мишени на спине. Вероятно, поэтому Спайк хотел от нее избавиться.

«Ну, я не позволю тебе отказаться», — прямо заявил Спайк.

«Нет, черт возьми», — снова отказался он. «Это дерьмо убьет меня».

«Именно поэтому я не позволю тебе уйти», — сказал Спайк. «Давай, сука, убей нас обоих, если ты этого хочешь», — сказал он дразняще, маниакально ухмыляясь, пока пел слова. «Бросай этот чертов мешок с порошком в потолок, но я не позволю тебе уйти отсюда, зная, что это у меня».

Телохранители и Август слегка побледнели. Никто ничего не сказал, но, похоже, они знали, что если он не примет сделку, то, скорее всего, их жизни тоже будут потеряны.

«Зачем заходить так далеко?» — не мог не спросить он.

«Это просто, на самом деле», — сказал Спайк, слегка улыбнувшись. «Наличие этого у меня — обуза, но я также не могу этим воспользоваться. Я не создан для погружений. И я не настолько большая шишка, чтобы продать это, не исчезнув от кого-то. С другой стороны, — сказал он, облизывая губы, — «тот эликсир, который ты мне дал, — это именно то, что мне нужно».

Фредди рассмеялся. «Трусость, ты не думаешь?»

«Честно? Да», — подтвердил мужчина с нахальным смешком. «Но вы ничем не рискуете, если возьмете это. Уйдите достаточно далеко и не представляйтесь Лиамом Каттингсвортом, пока не смените имя, и вас не смогут выследить», — предложил он. «И еще, не забывайте — если вы отдадите мне эликсир, у вас тоже будет компромат на меня».

Он фыркнул. «Это другое. Я собираюсь стать никем на некоторое время. У меня не будет репутации, необходимой для того, чтобы мое слово имело хоть какую-то ценность».

«Правда», — признал Спайк. «Так что мы оба уйдем отсюда с минимальным риском быть обнаруженными. Я получу то, что мне нужно, а ты…» Он посмотрел на карту. «Ну, у тебя есть хороший шанс попробовать себя в башне. Я не знаю, насколько ты хорош в бою, но я думаю, что это стоит того».

Он усмехнулся. Честно говоря, это была не такая уж плохая сделка. Это было далеко не то, что ему было нужно в тот момент, но он, безусловно, мог бы использовать это в будущем. Эта платиновая карта была очень похожа на первобытный след, который он спрятал в углу кольца хранения Джанхалара — слишком ценная, чтобы продать ее без ужасных последствий. Однако было одно важное различие.

Это... Это он мог использовать сам. И правда, ему не было нужды в пятнадцати дозах эликсира. Честно говоря, он не знал, понадобится ли он ему. С его талантом и особыми способностями, вполне вероятно, что он сможет поддерживать свой рост без такой опоры. И, насколько он знал, эта карта определенно стоила больше, чем семь доз эликсира.

Поразмыслив, он пристально посмотрел Спайку в глаза и спросил: «Откуда мне знать, что карточка не поддельная?»

Фредди и Спайк стояли снаружи посреди двора. Двое мужчин осторожно приблизились друг к другу. Фредди достал небольшой пакетик с семью дозами эликсира. Спайк достал платиновую карту и документы.

Когда они встали прямо перед друг другом, каждый из них передал свои предметы правой рукой и взял другие левой. Как только торговля была закончена, Фредди запрыгнул обратно Гидравлическим напряжением и покинул двор. Никто не погнался за ним, и Спайк просто помахал рукой, возвращаясь в свой особняк.

Пока он чувствовал, как это делает Спайк, он снова проверил карту, просто чтобы убедиться. Когда он наполнил ее своей сущностью, она вспыхнула эфирным письмом. Движущиеся белые символы трансформировались, и, глядя на них, он чувствовал себя бесконечно маленьким. Каждый знак излучал полную силу пятизвездного архичеловека — в данном случае подпись императрицы Кайи, неоспоримое доказательство того, что эта карта была настоящей.

В пластиковой папке находилась вся документация, которую обещал Спайк, включая удостоверение личности.

Он оглядел богатый район и быстро спрятал предметы в кольце хранения. Вокруг никого не было — в целом, богатые архилюди редко ходили по своим общинам, по какой-то причине.

Он прошел немного и дошел до ворот, откуда ему разрешили выйти без каких-либо проблем.

И вот, как только он вышел в пустыню,

Он побежал.

Несколько дней спустя он выбрался из леса. Исчезли его ужасные татуировки. Он сжег кожу и зажил заново. Его волосы тоже стали немного длиннее, а одежда была довольно грязной, хотя он продолжал мыть ее водой Создания воды.

В городе он купил новую одежду — простую черную футболку с длинными рукавами и синие джинсы. Он подбодрил себя, а затем нашел нужный правительственный офис. Прежде чем войти внутрь, он купил в ближайшем магазине бутылку с водой. Затем он взял одну дозу молочно-розового корня алии и размешал ее в воде, надеясь, что вода не должна быть горячей, чтобы эффект проявился.

Смесь немедленно успокоила его нервы. Не так сильно, как он ожидал, что, вероятно, было связано с неправильным способом заваривания, но достаточно. Со спокойным выражением лица он направился в кабинет и зарегистрировал свое — или, скорее, Лиама — «вознесённого» ко второй звезде.

Рабочие на удивление не заподозрили ничего из-за его внезапной перемены во внешности. К счастью, мужчина на фотографии был немного полноват, так что разницу можно было правдоподобно наполовину списать на потерю веса. Они задали ему несколько обычных вопросов, но он не зря потратил последние несколько дней на изучение документов. Он преуспел в проверке и через несколько часов ожидания получил обновленное удостоверение личности — теперь со своим лицом.

Вздохнув с облегчением, не похожим ни на один из тех, что он испытывал прежде, он вышел на улицу. Он чувствовал себя так, словно с его плеч свалилась огромная ноша.

Хотя он все еще был относительно беден, имея в кармане всего около трех с половиной тысяч долларов, необходимость найти работу на самом деле не была такой острой, как он считал.

Такие вещи, как жилье и деньги на еду, просто не были для него приоритетом. Конечно, когда он привык к комфортной жизни и постоянному источнику еды, он чувствовал, что никогда не сможет обойтись без этого.

Но он только что провел последние несколько дней, ночуя в лесу и поедая чертовы таинственные грибы, некоторые из которых оказались ядовитыми. И он чувствовал себя прекрасно. Черт, это было даже улучшение по сравнению с его жизнью в пещерах! Или ужасной клиникой. Излишне говорить, что за последний год он стал значительно менее избалованным.

Но он не собирался продолжать жить как животное. Пришло время вернуться в общество.

После короткой прогулки по городу он нашел довольно большое кафе недалеко от центра. Музыка внутри была чем-то, что он не узнал. Большая часть декора была в приглушенных красных и серых тонах, а половина кафе находилась на слегка приподнятой платформе. Потолок был высоким. Там фонари висели низко, но были выключены, так как много света проникало через большие окна, выходящие на улицу.

Люди удобно расположились вокруг. Молодые девушки потягивали любопытный чай, шумные подростки сидели на диванах в глубине, громко разговаривая о чем-то или отдыхая, а люди постарше заполнили большую часть менее удобных мест в середине комнаты.

Его внимание привлек уникальный дизайн и большая толпа, но кроме этого у него не было причин заходить внутрь. Но как раз когда он собирался пройти мимо...

Ноги у него замерзли. Единственные разы, когда он когда-либо был в кафе, были либо очень давно, когда его брали приемные родители, либо когда его коллеги подбивали его присоединиться к ним, что случалось так редко, что он мог сосчитать все случаи по пальцам обеих рук.

Кроме этого, у него просто не было привычки ходить. Для него это казалось ненужными тратами. Конечно, это было не слишком дорого, но ему приходилось экономить каждую копейку до крови. Или... ну, раньше ему приходилось так делать.

Немного подвигав плечами и осмотревшись, он осторожно повернулся и вошел в кафе. Потому что почему бы и нет? Он никуда не торопился.

Пройдя вперед, он нашел небольшую секцию в глубине и выбрал более удобный на вид стул среди нескольких пустых столов. Там он и сел.

Через несколько мгновений подошел официант. «Привет, что бы вы хотели заказать?» — спросил его высокий шатен.

Он помолчал и задумался. «Я... Эм... Могу я сначала проверить меню?»

«Конечно», — с улыбкой сказал мужчина и повернулся, чтобы обслужить другого гостя.

Проверив меню, Фредди почувствовал себя ошеломленным. Когда бы он ни сидел в кафе, он обычно заказывал самый дешевый вариант. Либо простой эспрессо, либо, например... воду.

Однако на этот раз его взгляд медленно переместился на более дорогие варианты. Он понятия не имел, в чем разница между латте, капучино, фраппучино и макиато, но он знал одно.

Он... ну... Он хотел это выяснить.

Итак, когда подошел официант, Фредди сделал заказ. «Я буду латте, большой, как большой размер».

Официант нахмурился. «Вы имеете в виду венти?»

«Да, это… и, э-э», — он снова взглянул на меню, — «я также буду мятный капучино».

«Минти?»

«То, что ты сказал?»

«О, венти!» Официант неловко рассмеялся. «Ты имеешь в виду вместо латте?»

«Нет, нет, с», — поправил Фредди.

Взгляд официанта метнулся к пустому месту рядом с Фредди, и он, вероятно, предположил, что сейчас подойдет еще один человек.

«Да, и еще я возьму себе коктейль «Венти Фраппучино»», — добавил он.

Там было всего два стула, и мужчина, казалось, был сбит с толку тройным заказом. «Это, э-э…» Он колебался. «Это все?»

«Нет», — сказал Фредди. «Я тоже возьму венти макиато. И знаешь что? Дай мне, черт возьми, еще и эспрессо».

Официант странно на него посмотрел. «Позвольте мне подтвердить… Вы заказываете пять напитков?»

«Да», — подтвердил он.

«Мы не разрешаем перетаскивать стулья», — предупредил официант. «Поэтому, если у вас гости, пожалуйста, садитесь за стол, который может вместить достаточное количество человек...»

«О, нет, хахаха», — прервал он, смеясь. «Это все для меня».

Официант тупо уставился на него. «Ну ладно, тогда. Э-э… Не могли бы вы оплатить счет авансом?»

«Конечно», — подтвердил Фредди. «Никаких проблем. Кстати, раз уж ты этим занялся, можно мне еще и бутылочку виски?»

«Целую бутылку, сэр?»

«Да. Я также возьму большую бутылку апельсинового сока».

«Мы этого не предлагаем».

«А, ладно. Тогда просто…» Его голос затих, когда он взглянул на меню. «Просто дайте мне штук пять маленьких».

В этот момент официант начал казаться довольным. «Знаете что? Конечно, ваш заказ сейчас принесут. Это все?»

Он долго думал об этом, облизывая губы. «Это будет... все... да... пока».

Мужчина усмехнулся. Он вернулся в бар и передал предложение Фредди. Женщина, работающая в баре, выглядела удивленной, а официант указал на Фредди. Они помахали ему с веселыми улыбками, и он помахал в ответ.

Через несколько минут его заказ был на столе. Стол подростков рядом с ним заметил гору напитков.

«Эй, посмотрите на этого парня!» — указал один из них с радостным смехом.

«Ублюдок заказал все меню».

«Чёрт!»

Он не мог не рассмеяться. Ну, а потом он отправился в город. Попробовав один напиток за другим и заметив разницу, ему ничего не оставалось, как допить их. Сначала хихиканье вокруг него стало громче. Они были шокированы тем, что он на самом деле все это выпил.

Но потом, немного позже, смех начал стихать. Потому что он на самом деле пил все это. Больше, чем... ну... смертный человек мог вытерпеть. Это означало только одно. И смертные знали, что лучше не издеваться над архилюдьми по любой причине. Они быстро покинули магазин, когда поняли, над кем смеялись.

Напитки пошли вниз, и его настроение взлетало с каждым глотком. Конечно, его желудок болел как в аду. И его сердце колотилось из груди. Но он чувствовал себя таким освобожденным. У него была свобода, нет, сила, чтобы сделать что-то подобное. Это было все, о чем он мечтал. Это было то, ради чего он трудился годами — мечта, к которой он неустанно шел.

Допив все напитки на столе, он вышел. Все его тело тряслось, и он дергался, как будто его одежда была полна огненных муравьев. Мимо него прошла старушка, и он повернулся к ней, закричав: «Да, черт возьми, сука!» и чуть не доведя бедную леди до сердечного приступа.

Затем он повернулся лицом к улице и, продолжая кричать как сумасшедший, побежал вперед, чувствуя себя более свободным, чем когда-либо в своей жизни.

Патриарх клана Крэйвен не был чужд длительным исчезновениям. Хотя он был лидером, он был прежде всего воином, и именно на основе его личной силы строился клан. Но он все равно был лидером. Хотя старейшины имели полную власть действовать в его отсутствие, позволяя ему свободно перемещаться, если это было необходимо, он взял за правило никогда не отсутствовать дольше месяца.

Он сказал им, что если пройдет месяц, а патриарх так и не вернется, это произойдет только в одном из двух случаев: либо он в большой беде...

Или он был мертв.

В любом случае, когда месяц отсутствия прошел, они начали его поиски. Те, кто потреблял кровь патриарха, под влиянием таланта Джанхалара, могли ощущать слабые следы его присутствия, хотя они были ужасно слабы после того, как прошел целый месяц.

Тем не менее, с большой поисковой группой они прочёсывали окрестности Питтерсвилля. В конце концов, они обнаружили зарытый проход на свалке. В пустынном биоме, куда их привёл проход, было больше следов патриарха. Они последовали за ними.

Они прошли через кладбище, огромные джунгли, заброшенную пустошь и небольшой лес, следуя за слабыми следами его присутствия, пока они несли их вперед. Пограничные миры, через которые они путешествовали, были многочисленны, и старейшины не могли не задаться вопросом, за чем именно гнался патриарх так глубоко в межпространстве.

Затем, после долгой недели поисков, они обнаружили область, где след терялся.

Их встретила сфера проходов класса C, в которой находился небольшой мертвый океан. Вся сфера воняла смертью и гнилью. Там был огромный труп чего-то похожего на гигантскую черепаху-левиафан, панцирем которой был целый остров. Прочесав дно всего океана, они нашли единственный проход, который привел их глубже в другую океаническую среду.

Никаких следов патриарха не было, кроме сильного присутствия его крови, которое они чувствовали. А его крови здесь было много. Слишком много.

Гниль затрудняла поиски, а океан был до краев заполнен невероятно агрессивными и сильными плотоядными рыбами.

Вскоре у них появилась идея, что здесь произошло. Судя по обширным разрушениям, патриарх сражался с огромным монстром. А затем он... Они не стали делать поспешных выводов. Но на тот момент им не удалось обнаружить больше никаких следов.

В сфере класса C было четыре прохода. Тот, через который они вошли, находился на дне океана, другой был спрятан в небольшом пруду, его пункт назначения — некое подобие подземной пещеры, и четвертый, спрятанный на всем пути в глубине леса — проход, который вел в обширную сферу класса C с плавающими островами, морем грохочущего тумана и тьмы внизу.

На них светили три ложных солнца, и густой туман клубился, извергая наверх огромные массы грозовых облаков широкими колоннами — один из плотных потоков тумана, накатывавших на остров, лаская его своей двойственностью: нежной влажностью и яркими молниями.

Летающие существа, похожие на виверн, парили в небесах. Золотые и зеленые леса покрывали массу земли, мерцая здоровым, ярким сиянием.

Им там было мало что делать. Они не собирались ничего исследовать.

Один из мужчин, который был с ними, кивнул головой. Он также носил красные одежды и имел морщины на лице, но его нрав был явно не воинским. Его препроводили туда, где разрушения были наибольшими, где он использовал свой талант.

В его глазах окружающая среда превратилась из чахлого леса в чистый белый песок. Однако были и черные пятна и тропы. Везде, где песок был потревожен разумным существом за последние две недели, девственные пески почернели.

Его глаза расширились, когда он заметил две пары следов. Они были похожи по размеру, и обувь, которая оставила эти следы, казалось, была подходящим снаряжением. Люди...? Возможно, люди, которые были с патриархом?

Но было что-то странное. Следы уходили в море, ныряя на дно. Потом они что-то вытаскивали и несли в лес. Пока он хотел отслеживать следы, его глаза начали высыхать. Он достиг своего предела, поэтому он отменил свой талант.

«Вон там», — сказал он, указывая в сторону рельсов.

Когда старейшины обнаружили следы, отслеживать их по обычным следам стало намного легче.

Они последовали по нему, в конце концов добравшись до небольшой пещеры, которую они не заметили во время предыдущей разведки. И в этой пещере...

Старейшины ахнули. Там был труп. Он лежал на земле, его плоть гнила и была изуродована, но все они узнали его. С первого взгляда они поняли, кому принадлежали эти рваные одежды.

Грудь была выдолблена. Именно там была сконцентрирована техника закалки «Лужа крови». Сердце лежало в стороне, пустое, лишенное всего своего вещества.

Ярость обрушилась на них, и следопыт силой активировал свой талант. Они снова пошли по следу. Он вел в царство с парящими островами.

Они не знали, как умер патриарх. Это было почти невозможно сказать, учитывая, что это было, кажется, более двух недель назад и учитывая, сколько гнили и разрушения пронизывали это безбожное царство. Но они предположили, что он погиб, сражаясь с этим левиафаном.

Его кольцо для хранения, драгоценный предмет, хранивший определенные ценности, которые клан Крэйвенов не мог позволить себе потерять, тоже исчезло.

И когда они смотрели на бурлящее море тумана и слышали гром, они вглядывались вдаль, окидывая взглядом землю...

Ища воров, которые его украли.

----------

Новые начинания

Разлом сильно изменил то, как работает реальность. Эти изменения сделали одно из величайших изобретений и наиболее часто используемых образцов старой технологии совершенно бесполезным.

То, что когда-то называлось автомобилем или, по-простому, машиной, просто больше не работало. Как вообще могло произойти изменение таких фундаментальных аспектов реальности без полного разрушения ткани вселенной, оставалось загадкой и по сей день.

Однако существовало множество теорий. Учитывая, что компьютеры и, что еще важнее, старое оружие больше не работали, некоторые предполагали, что тот, кто был создателем межпространства, если таковое существовало, намеренно подправил реальность, чтобы гарантировать, что вновь интегрированные виды не получат никаких неправомерных преимуществ. Если бы у человечества все еще был доступ к ужасному оружию массового поражения, которое у них когда-то было, они были бы сродни инвазивному виду, выпущенному в межпространство.

Несмотря на то, что даже сама реальность работает против них, люди отличались особым упрямством. И действительно, даже когда она вырывалась из их рук, с течением времени все больше и больше старого воссоздавалось заново.

Фредди размышлял об этом, садясь в автобус. Он был на станции в Имперте, отправляясь в путешествие в Нова-Йорк.

Автобус был серым транспортным средством, которое выглядело почти точно так же, как и старые транспортные средства, которые он видел в местном музее. Все, за исключением колес. В то время как старые были спроектированы так, чтобы быть маленькими и элегантными, те, что были на автобусе перед ним, были гигантскими. Охватывая более двух метров в диаметре, они были отполированы так гладко, что он мог видеть свое отражение внутри, когда двигался в очереди людей.

В конце концов он вошел внутрь, оставив позади шум улиц, когда он сел в транспортное средство. Было тесно, и люди спешили занять лучшие места. Он медленно двинулся в конец.

По дороге он увидел множество пустых мест. И не занял ни одно из них. Это был его первый раз в автобусе, и найти место, чтобы сесть, оказалось на удивление сложно.

Он прошел мимо симпатичной девушки, которая сидела одна, рядом с ней было свободное место. Мысль сесть рядом с ней даже не пришла ему в голову, так как ее острый взгляд ясно дал понять, что она не желает сидеть рядом с ним. Был момент искушения, когда он хотел сесть там, просто чтобы досадить ей, но провести неделю рядом с незнакомцем, которому некомфортно находиться рядом с тобой, быстро надоест.

Похожая история произошла с пожилой женщиной, и он прошел мимо вонючего старика, с которым сам не хотел сидеть рядом. Он взглянул на заднюю часть автобуса, где увидел дверь. На мгновение он подумал, что это может быть вход в VIP-купе или туалет, но когда она открылась, оттуда вышла... стюардесса. Мало того, он еще и почувствовал запах еды. Ага. Кухня? В автобусе? Женщина несла напитки, проталкиваясь мимо него, пока он продолжал свой путь. Это был шикарный автобус.

В конце концов, когда он добрался до конца автобуса, он заметил совершенно пустое сиденье. Однако, приблизившись, он понял, что место не было полностью пустым. На нем стоял огромный чемодан.

Он огляделся вокруг, не заметив никого, кто спешил бы объявить его своим. Затем, не колеблясь, он поднял его и положил в середину ряда.

«Эй!» — раздался глубокий мужской голос.

Фредди повернулся лицом к массивной фигуре, сидевшей на сиденье позади того, которое он пытался занять.

«Это мой чемодан!» — заявил мужчина.

«Молодец», — ответил он.

Но мужчина снова схватил чемодан и бросил его обратно на сиденье.

Как раз в тот момент, когда Фредди собирался снова его снять, мужчина закричал: «Не смей его трогать, придурок! У них закончилось место для хранения, и мне пришлось купить второй билет, чтобы нести кейс с собой!»

«Справедливо», — сказал он, снова схватив чемодан. «Но как насчет того, чтобы положить его сюда вместо этого?» — сказал Фредди, толкая его на сиденье рядом с мужчиной, которое было совершенно пустым. «Вот и все. Это два билета, не так ли?» — саркастически спросил он.

Не обращая внимания на протесты мужчины, он сел.

Мужчина встал и поставил свой чемодан на сиденье рядом с собой. «Я бросаю тебе вызов, чтобы ты его передвинул», — сказал надоедливый придурок.

Он мог точно сказать, к чему это приведет. Либо он отступит, либо ситуация обострится. Мудрым решением было бы уйти. Проблемы были нежелательны. Он мог легко остудить этого парня, но это было бы проблематично, если бы вмешались власти. С другой стороны, он действительно не хотел быть тем, кто отступит.

На мгновение он поймал несколько обеспокоенных взглядов, направленных в его сторону, и ему в голову пришла мысль. Он подавил ухмылку, грозящую искривиться на его губах, открыл рот и закричал. «Помогите! Этот маньяк нападает на меня!»

«Ты, ублюдок!» — недоверчиво пробормотал мужчина. «Тебе лучше заткнуться, а то...»

«Помогите!» — продолжал кричать он. «Пожалуйста, помогите мне!» — кричал он с такой убежденностью, что весь автобус встал на ноги и повернул в их сторону.

И, конечно же, они увидели огромного мужчину, делающего угрожающие жесты бедному старому Фредди.

Через несколько минут мужчина вышел на улицу, неся рядом с собой семь чемоданов.

Он весело помахал рукой разъяренному грубияну и начал свой путь в самодовольном молчании.

Не было никакого немедленного открытого разрушения, когда Земля впервые была интегрирована в межпространство. Никакие огромные звери не высыпали и не разрушили ландшафт. На самом деле, в начале было очень мало проходов, и большинство из них вели в относительно безопасные сферы.

Но не было никакой необходимости во внешнем влиянии. Старая цивилизованность основывалась на роскоши, предоставляемой технологиями. Как только комфорт был отнят, исчезла и цивилизованность. В течение нескольких дней бродячие банды рейдеров грабили магазины и врывались в дома. Начали происходить ранние проявления праймов, и множество людей за одну ночь приобрели магические сверхспособности.

Оружие больше не работает , думали они. Я могу поставить десять человек на колени голыми кулаками. Это была мысль бесчисленных амбициозных людей. Поэтому они использовали эту силу, ознаменовав начало всемирной гражданской войны с жертвами, которые затмили даже древние китайские конфликты.

Населению потребовалось много времени, чтобы оправиться от смутного периода, но как только это произошло, оно резко увеличилось.

В немалой степени, за это нужно было благодарить колоссальный рост доступной недвижимости и ресурсов. Конечно, межпространство было отличным источником и того, и другого, но там было опасно, и это ограничивало возможный размер поселений. Это также делало жизнь суровой для тех, кто не был архом.

На самом деле причиной демографического взрыва стало нечто совершенно иное — изменения, которые претерпела сама Земля.

Хотя, с географической точки зрения, общая схема континентов была почти такой же, общая площадь поверхности планеты была в десять раз больше, чем до Разлома. Однако, как ни странно, гравитация не изменилась. Она была постоянной во всем пространстве между ними, что озадачило ученых, занимающихся этой темой.

Пока автобус ехал с одной остановки на другую, медленно выезжая из Имперты, к счастью, Фредди остался один на своем месте. Он сокрушался, что не взял с собой «Магию до эфира» . Это была его любимая книга, и он действительно хотел снова почувствовать комфорт, держа ее в руках.

Он устал. В его теле поселилась глубокая усталость, которая отказывалась уходить. Это было не физическое истощение. Он был здоров и достаточно спал.

Нет, его усталость была психологической.

Он наконец-то достиг безопасности после стольких лет. Его инстинкты требовали, чтобы настало время отдохнуть.

Массивные здания Имперты остались позади, когда автобус наконец скрылся в глуши. Он ехал в размеренном темпе, как, по его мнению, обычно делают автобусы.

Затем, как только он выехал на открытую дорогу, он ускорился. Очень сильно. Он издал смущенный вопль удивления, когда автобус продолжал ускоряться намного быстрее, чем он ожидал. Деревья на обочине дороги стали размытыми, и появился крутой поворот, но автобус продолжал ускоряться, поворачивая в скручивающем движении, которое заставило его держаться изо всех сил.

Благодаря какой-то ерунде с эфирными технологиями автомобилю удалось прочно закрепить колеса на дороге.

Однако, когда он привык к этому, беспокойство быстро перешло в детское волнение, которое развеяло усталый туман. Он знал, что мир огромен, но не осознавал, насколько далеко находится Нова-Йорк. Поездка на автобусе продлится больше недели. Учитывая, как быстро они ехали, это внезапно заставило его ощутить масштаб. Самым захватывающим было то, что он находился относительно близко к Нова-Йорку. Насколько же далеко был остальной мир?

Он должен был быть честным. Когда началась поездка, он чувствовал себя довольно подавленным. Питтерсвилл был близко, и он не мог рискнуть отправиться туда, но все же, даже с этим фактом, оставить его позади было... ну, это было слишком легко. За двадцать один год жизни там он построил для себя так мало, что мог просто уйти, не оставив ничего существенного после себя. Конечно, был Марк, с которым он хотел бы связаться когда-нибудь снова, но это было все.

Ни семьи, ни друзей, ни любовников. Ни карьеры, ни имущества, ни... ничего.

Автобус в конце концов выехал из леса. Снаружи показались обширные зеленые равнины диких пастбищ, трава тянулась до самого горизонта. Мягкие облака щекотали голубой градиент небес, а силуэты далеких гор разбросаны по дальним концам того, что он мог видеть.

От этого зрелища у него перехватило дыхание. Как будто его сердце нежно поддерживали добрые, неземные руки, полные надежды.

Если бы... если бы у него было что оставить после себя... что бы он хотел, чтобы это было? — задавался он вопросом.

Что он хотел построить на том месте, куда он пойдет? Кем он хотел стать?

Он исследовал свои желания и обдумывал следующий шаг в своей жизни. Если честно, он не был семейным человеком. Несмотря на то, что отсутствие родителей оставило ноющую дыру в его сердце, он никогда по-настоящему не заботился о семье или родственниках. Найти жену и остепениться было просто не тем, чего он хотел.

Он хотел завести друзей. Он хотел стать чертовски богатым. Пережить приключения, сделать себе имя, стать сильным — настолько сильным, чтобы никакая мадам или джанхалар не могли тащить его за нос и диктовать ему его жизнь. И он хотел веселиться .

Он вспомнил ту ночь, когда Мадам заставила его пойти на эту вечеринку. Стиснув зубы, он слегка ударился головой о сиденье.

«Блядь, чувак…» — прошептал он себе под нос.

Ощущение того, что по обе стороны от него девушки, громкая музыка, наполняющая уши, алкоголь, текущий в горло, и просто это чувство важности. Черт. Это было хорошо. Он хотел еще.

Даже тот факт, что его похитили во время вечеринки, не смог испортить ему воспоминания о ней.

Поездка продолжалась. В конце концов, солнце село, и наступила ночь. Он проспал ее, только чтобы проснуться от сильного дождя и грома. Мрачное, гнетущее чувство снова вторглось в его кости. Это происходило каждый раз, когда шел дождь. Но на этот раз оно было слабее. Возможно, это был кондиционер автобуса, но, возможно, просто он изменился. Он стал менее мягким.

Еда, подаваемая в автобусе, не была изысканной, но ее было много. На завтрак он ел яичницу с рисом, на обед — картофельное пюре и рагу, а на ужин — обычную курицу и довольно унылые на вид овощи, которые явно были заморожены в течение длительного времени.

Дорога вела его вниз по множеству равнин, через огромные леса и вверх к возвышающимся до небес горам. Там он увидел скопление огромных плавучих островов, о которых он когда-то слышал, и стал свидетелем водопада, который вытекал из прохода высоко в небе. Сам проход находился выше облаков, поэтому казалось, что сами небеса плачут рекой.

Гигантские соколы-кельпены с их поразительными зелеными и синими крыльями парили в небесах, бросая свой хищный взгляд на землю в поисках добычи. Один пролетел прямо над автобусом, и он почувствовал, как его яйца поднимаются обратно в тело от страха, который его охватил. Эти существа были еще больше вблизи; размах крыльев окутывал весь автобус своей тенью.

Каждый день он становился свидетелем все более захватывающих зрелищ: руины поселений старого мира, потоки плавучих камней, поднимающиеся в небо, и реки, простирающиеся до самого горизонта как в ширину, так и в длину.

Ночью они прошли мимо действующего вулкана на горе Уссусрус, внушающей благоговение горы, которая достигала ошеломляюще высокой точки в воздухе. Огонь, бушующий внутри, и лава, текущая по ее склонам, освещали ночное небо своими обжигающими оттенками, а текущая магма, которая остывала, затвердевала в огромные огненные лавины, которые искрились вниз по склону горы. Он мог видеть слабые очертания зданий клана Леффен, выстилающих стороны титанического зрелища, дома знаменитых архилюдей огненного сродства.

Каждый раз, когда он видел это, у него возникало жгучее желание подойти поближе, увидеть вершины, нырнуть на дно и опустить свою чертову руку в лаву.

Он хотел прокатиться на спине гигантского сокола и перелететь с одного плавучего острова на другой.

Как раз в тот момент, когда он почувствовал, что может ехать так вечно, появились огромные очертания города, над которым висела серая дымка, — искусственное поселение, целующее оба конца того места, где Новая Земля встречалась с небом.

Нова-Йорк.

Еще через шесть часов они прибудут в пункт назначения.

Марк шагал по каменному коридору, тревога наполняла каждый его шаг. Коричневые рунические узоры, нарисованные засохшей кровью, были разбросаны по всем стенам рядом с ним, а металлический привкус был крайне неприятен.

Время от времени мимо него проходил член клана Крэйвен. Большинство относилось к его существованию с тем же безразличием, с каким они относились к пустому воздуху, но некоторые приподнимали бровь при его присутствии.

В конце концов он дошел до конца коридора. Когда он это сделал, он сглотнул. Несколько минут назад его пригласили в покои патриарха. Это была его первая встреча с патриархом Крэйвенов, и он чувствовал, как пот стекает по его спине.

Собравшись с духом, он подошел к массивной каменной двери с изображением шикарно одетого мужчины и слегка постучал. Дверь медленно поползла, все время скрипя. Учитывая, как плавно и быстро работали другие двери в этом здании, он знал, что так и задумано. Тем не менее, это сделало свое дело, добавив драматизма всему происходящему и усилив его беспокойство.

Когда двери достигли высоты его глаз, он заметил фигуру, одетую в красные одежды, сидящую за большим столом. Всего лишь мгновение спустя он увидел и лицо, но, увидев его, нахмурился. «Нахар?» — спросил он своего непосредственного начальника.

Вместо того, кого он ожидал увидеть, его встретил молодой мастер, или, скорее, сын Джанхалара, мужчина с алыми волосами, с которым он регулярно работал. Однако его ехидное отношение и игривый характер нигде не были видны, и даже солнцезащитные очки, которые он носил практически везде, исчезли. Марк вздрогнул под прямым взглядом кроваво-красных глаз мужчины. Что бы ни происходило, это было серьезно.

«Сядь», — приказал Нахар.

«Да... сэр», — подчинился Марк, шагнув вперед.

Офис был именно таким, каким его можно было ожидать. Холодным, сухим и темным. Стол был единственным, что было сделано из дерева, и даже он был мертвенно-бледным материалом, который горел зловещим мраком.

В тот момент, когда он сел на удивительно удобный каменный стул, дверь за его спиной с грохотом захлопнулась. Он вздрогнул.

Они сидели молча, и Марк чувствовал тихое, но бурлящее беспокойство внутри Нахара.

«Я буду говорить прямо», — сказал Нахар, глядя на него. «То, что вы сейчас услышите, не является публичной новостью и, надеюсь, не будет ею еще некоторое время», — заявил он, прищурив глаза. «Мой отец мертв».

Глаза Марка резко распахнулись. «Что?»

Нахар кивнул. «Да». Он щелкнул языком и нахмурился. «Я всегда знал, что мой папаша — болван, но это…», — сказал он со вздохом. «Это действительно отстой».

Он разинул рот. «Не говори мне, что ты...»

«Ага», — подтвердил мужчина кивком. «Я новый патриарх».

«Но ты...» — начал он, но...

«Да, я трехзвездный арх», — подтвердил Нахар. «Чёрт, мне ещё даже тридцати нет». Он снова вздохнул. «Честно говоря, я надеялся никогда не стать патриархом. Технически, я не должен был этого делать. Мой отец не готовил меня к этому», — сказал он, горько улыбнувшись. «Но на данный момент нет никого более квалифицированного. Я пригласил тебя сюда, чтобы предложить тебе повышение. Ну, ты останешься на той же работе, но ты знаешь, что это значит».

«Это», — начал он, но замялся. «Неужели нет никого более квалифицированного?»

«В этом клане есть много старых пердунов, которые могли бы заменить тебя, если ты откажешься, но я бы не был поклонником этого», — прямо признал он. «Все они просто жадные до власти ублюдки, которые хотят улучшить свое положение в клане».

Буря эмоций назревала в сердце Марка. Это были большие новости. Ужасные и меняющие жизнь — именно те новости, которые он никогда не хотел слышать.

Нахар, как обычно, мог читать его насквозь и сразу заметил его опасения. «Да, я буду честен с вами; мое предложение далеко от повышения мечты в такое время», — сказал он, вставая со своего кресла, чтобы пройтись. «Без четырех звезд наше влияние быстро упадет, и нас ждут трудные времена.

«Императрица, к счастью, предлагает два года защиты любому клану, который потеряет голову подобным образом, но это не меняет того факта, что нам придется отказаться от большой части власти. К тому времени, как эти два года истекут… клан Крэйвен будет бледной тенью того, чем он сейчас является».

Вместо того, чтобы что-то сказать, Марк опустил взгляд в землю. Пот струился по его бакенбардам, и он чувствовал пульс на затылке. Почему сейчас? Почему снова!?

«Будет ли моя…?» — начал он, боясь задать вопрос.

«Если ты останешься со мной, у твоей сестры все равно будет место в академии. Не волнуйся», — успокоил его молодой мастер.

Это ответило на его вопрос, но вздох облегчения все еще застрял на полпути к горлу. Насколько это было хорошо, на самом деле? Работать над тем, чтобы все было под контролем в разваливающемся учреждении, было нелегкой задачей. И как всего лишь двухзвездочный, его безопасность была далеко не гарантирована, пока он занимал хоть сколько-нибудь важную должность.

Это был не тот выбор, который он мог сделать легкомысленно. С одной стороны, он сделал бы все ради безопасности своей семьи и будущего своей сестры. С другой стороны... смерть не обеспечила бы ни одну из этих двух вещей.

«Я хочу дать тебе время подумать об этом, но я не могу себе этого позволить», — прямо сказал Нахар. «Я знаю, что это ужасно по отношению к тебе, но тебе нужно принять решение сейчас. События уже движутся, и...»

Три громких стука прервали его слова. Выражение лица Нахара тут же стало бурным. Действительно, любой, кто осмеливался появиться без предупреждения в кабинете патриарха, был нежеланным по той или иной причине. Но у Нахара не было выбора, кроме как впустить их.

Двери медленно раздвинулись, открыв фигуру в жемчужно-белом костюме. Камень поднялся над грудью мужчины и открыл его лицо. Он был чрезвычайно привлекателен, с острыми, привлекательными чертами. И его глаза, и волосы были абсолютно черными, настолько темными, что, казалось, поглощали весь свет вокруг.

Мужчина вошел в комнату с уверенностью короля, а Нахар выглядел чрезвычайно бледным.

Марк узнал этого человека, но не мог сказать, откуда. Он знал, что не встречал его лично, так что он, возможно,...

Его мысли застыли, и в горле появился гигантский ком. Он знал, кто это был.

Это был Гарольд Маскарт.

Человек, также известный как Василиск.

----------

Сомнительные деловые вопросы

Марк наблюдал, как фигура в белом уверенно вошла в комнату.

Василиск раскинул руки и радостно улыбнулся им. «Привет, ребята! Как у вас дела в этот прекрасный день?» — спросил он, и Марк поспешил встать.

Он попытался выразить свое почтение и тут же скрыться, но мужчина положил ему на плечо твердую руку. Прикосновение вызвало дрожь по его позвоночнику, но все, что сделал мужчина, это слегка помассировал плечо, смеясь.

«Не волнуйтесь, молодой человек!» — сказал он. «Ничего важного, вам не обязательно уходить только из-за меня! Все, что мне нужно, — начал он, устремив хищный взгляд на Нахара, — это немного поговорить с вашим боссом».

Марк хотел отказаться и уйти в любом случае, но повиновение было более мудрым выбором. По той или иной причине мужчина хотел, чтобы он остался, и он не хотел рисковать разозлить его своим упрямством.

Василиск принял на удивление убедительное выражение сочувствия, когда подошел к Нахару. «Дорогой мальчик, мне так жаль слышать о кончине твоего отца». Он выразил свои соболезнования, небрежно показав, что знает нечто, что ни в коем случае не должно быть публичной информацией. «Как вы, возможно, уже знаете, у нас с Дженни были некоторые деловые отношения. Сейчас тебе должно быть очень, очень тяжело, и я надеялся помочь тебе уладить некоторые из этих... испытаний, прежде чем какие-нибудь стервятники все усложнят».

Даже Марк мог учуять, как запах больших проблем сочится из этих слов. Но в тот момент он не мог позволить себе быть чем-то большим, чем пассивным наблюдателем. Василиск закончил давать свои «соболезнования», когда сел на то место, где Марк сидел минуту назад, и жестом пригласил Нахара присоединиться к нему за столом.

Затем двое мужчин начали обсуждать вышеупомянутые деловые отношения между ними. Василиск сначала предложил выкупить оставшиеся 40% прав на горнодобывающую экспедицию, которые все еще удерживал Крэйвен. Нахар явно хотел отказаться, но, похоже, не смог.

Затем человек в костюме продолжил предлагать купить одну вещь за другой. Марк знал кое-что о бизнесе, но у него не было системы отсчета для обращения с деньгами в таких масштабах. Двое мужчин небрежно швырялись миллиардами долларов, и, по крайней мере на первый взгляд, Василиск, казалось, помогал клану Крэйвен, предлагая купить все, что они не могли себе позволить защитить.

Нахар много улыбался. Это было в его природе. Марк был знаком с этим и многими из многочисленных оттенков усмешки, которые принимал этот человек. Они обычно были едва заметными. Но в этот момент любой мог сказать, насколько напряжены были его плотно сжатые губы.

В конце концов, двое мужчин пожали друг другу руки и встали. Гарольд весело насвистывал, обернувшись. Перед тем как уйти, он снова положил руку на плечо Марка. «Кстати, я считаю, что должен сказать вам слово благодарности. Если бы вы не предоставили клану Крэйвен определенную информацию, я бы никогда не смог установить такие... плодотворные деловые отношения». Он хихикнул.

Услышав это, Марк помрачнел.

«Итак, чтобы отплатить за твою услугу, позволь мне дать тебе часть информации в ответ», — продолжил Василиск, сузив глаза в змеиные щели. «Не беспокойся о том, что этот мальчишка отомстит тебе». Он ухмыльнулся. «Я думаю, он уже мертв», — небрежно заявил он, похлопав Марка по плечу и выходя из комнаты.

Как только каменная дверь закрылась, Нахар со всей силы ударил кулаком по отвратительному деревянному столу. «Вот сукин сын!» — закричал он, когда его удар достиг цели и оставил заметную вмятину на впечатляюще прочном дереве.

Но Марка это не волновало. Буря закипела в его груди, и он уставился на Нахара, сильно трясясь. «Ты…» — попытался он, изо всех сил сдерживая желание закричать. «Ты сказал, что…»

«Расслабься!» — приказал Нахар. «Этот ублюдок сказал это только для того, чтобы разозлить тебя», — сказал он со вздохом. «Я не лгал тебе. Я только сказал тебе то, что сказал мне мой отец — Фредди Штерн был допрошен и заключен в тюрьму за кражу собственности Крэйвена. Гарольд сказал то, что он сделал, только для того, чтобы посеять между нами раздор и еще больше вывести меня из равновесия в наших переговорах. Не попадайся в эту ловушку».

Грудь Марка немного сдулась, а плечи поникли. Он сглотнул комок в горле и нерешительно кивнул. Внутренне он все еще сопротивлялся желанию содрогнуться, но, по крайней мере, он верил, что Нахар был с ним честен. В основном. Но у него были сомнения.

Они стояли там в тишине некоторое время. Он не мог выкинуть мысли о Фредди из головы. Он уже некоторое время откладывал вопрос о местонахождении этого человека. Он достаточно раздражал Нахара этим вопросом, и у молодого мастера не было никаких ответов, поскольку Джанхалар отказывался что-либо говорить.

Теперь патриарх был мертв. И его сын, должно быть, имел доступ к информации. Поэтому он спросил: «Насколько все плохо? Твое положение, я имею в виду...» Хотя он хотел узнать о Фредди, он не мог заставить себя спросить. Пока нет. Но у него на уме было еще одно. Он беспокоился, что потеряет обещанную ему милость.

Нахар горько и мрачно улыбнулся. «Плохо. Очень плохо», — сказал он, вяло посмеиваясь. «Я оцениваю, что мы потеряем более двух третей нашего высшего эшелона».

Он был ошеломлен этими словами. Как?

Когда он собирался спросить, Нахар ответил: «Верность — вещь непостоянная. Позвольте мне спросить вас: вы были бы здесь, если бы я не мог предложить вашей сестре место в новой академии?»

Он нерешительно помедлил несколько мгновений.

«Не волнуйся, — успокоил его Нахар. — Это все еще на повестке дня».

Это заставило его выдохнуть, хотя он и не знал, что держал его в себе. Затем, обдумав предыдущий вопрос мужчины, он решил быть честным. Он покачал головой. Если бы этого не было, он ни за что не стал бы здесь работать.

С самого начала он был категорически против союза с Крэйвеном, но это был единственный способ обеспечить будущее его сестры, защитить его от мести Мадам и вылечить его раненую руку. Его рука уже зажила, и он был достаточно укреплен, чтобы Мадам не могла причинить ему вред без последствий.

Единственной причиной, по которой он остался, было образование его сестры.

«То же самое касается и многих старейшин», — продолжил Нахар, невозмутимый своим ответом. «Преданность и личный интерес идут рука об руку. Все они ищут власти и процветающего будущего и упорно трудятся, чтобы заслужить это». Затем он пожал плечами. «Деньги — это хорошо, но настоящее богатство приходит с правами и собственностью. Если пребывание в клане Крэйвен не может помочь им удержать эти права, они заберут свою долю и уйдут. Это происходит постоянно».

«Понятно…» — подтвердил Марк. Это имело смысл. Да, императрица действительно защищала клан Крэйвен, но такая защита только останавливала других от их уничтожения. По сути, это была политика, введенная для предотвращения возникновения гражданских войн. Но у нее не было причин помогать им удерживать власть, которую они уже потеряли.

Его рассеянные размышления были прерваны вопросом Нахара: «Хочешь с ним встретиться?»

После минуты ошеломленного молчания он понял, о ком говорит Нахар. Он отвел взгляд, печаль, горе и сожаление мелькали в его полузакрытых глазах.

Безопасность его семьи, образование его сестры, исцеление его травмированной руки — он пытался использовать эти причины, чтобы оправдать свои действия, но ничто из этого не изменило фактов. У него был выбор ампутировать руку. Его семья была бы бедна некоторое время, но они могли бы раздобыть средства и в конце концов оправиться. Его сестра могла бы пойти в менее престижную академию.

Но вместо того, чтобы пойти по этому пути, он нанес удар в спину другу. У него не было настоящего оправдания тому, что он сделал. Поэтому он не знал. Хватило ли у него смелости снова встретиться с ним лицом к лицу? Хватило ли у него смелости встать перед этим человеком и сказать: «Я — причина, по которой тебя поймали»?

Багровые глаза его босса заглянули в его душу, снимая поверхностные слои. Они провели вместе много пьяных ночей, и Нахар прекрасно знал, насколько Марк чувствовал себя виноватым за то, что он сделал. До тех пор он не мог сделать ничего, кроме как предложить ему многочисленные... утешения.

Но теперь нужно было сделать выбор.

У него был выбор задвинуть все под ковер и оставить Фредди жить дальше в неведении о том, что произошло на самом деле. Но это было неправильно.

Его живот скрутило, а задняя часть горла стала водянистой, как будто его вот-вот вырвет. Придется заплатить цену. Он был должен этому человеку больше, чем кому-либо другому, кого он когда-либо встречал. И как бы любезно он это ни выразил и как бы горько он ни извинялся, отношения между ними будут разрушены навсегда. Продираясь сквозь это чувство, он решил. «Я хочу его увидеть». Несмотря на все это, он все еще был полон решимости поступить правильно.

Нахар кивнул. У мужчины, должно быть, было много дел в тот момент, но он, не колеблясь, отложил их все в сторону, чтобы удовлетворить просьбу Марка.

Они расспрашивали людей и копались в бумагах.

То, что они нашли, было не совсем тем, что они ожидали найти.

Фредди действительно держали в плену в Питтерсвилле. Но его и всех пленников там... продали.

Открытие заставило Нахара нахмуриться. А Марку стало дурно.

Двое мужчин вернулись в кабинет патриарха, неся огромную стопку бумаг, связанных с испытанием. И как только дверь закрылась, и они снова остались одни, он не смог сдержаться и разразился хохотом. «Рабство…?» — выдохнул он, пытаясь поверить в это.

Он рассеянно сидел в кресле, а Нахар стояла на другой стороне комнаты, повернувшись к нему спиной.

Дискриминация по признаку родства была распространенной проблемой. Многие люди дискриминировали определенные сродства из-за склонности ассоциировать эти понятия со злом. Это считалось неприемлемым, потому что у власти нет моральных ценностей и все такое. Но у людей они были.

Он уже знал, что Джанхалар не был хорошим человеком. Но и Мадам тоже. И Василиск тоже. Те, кто был у власти, были готовы сделать все, что нужно, чтобы добиться этого, поэтому он не удивился, узнав, что многие из них не были особенно добродетельными.

Это было еще одно, что он рационализировал. Конечно, лидер может быть чертовым гулем, но это не обязательно означает, что весь клан такой.

Теперь, когда он понял, что за поверхностной жуткостью и кровавыми стенами скрывается нечто большее, он не мог сдержать выплеснувшееся на поверхность отвращение, которое он подавил.

«Марк», — позвал Нахар, вырывая его из раздумий. «Мне нужно, чтобы ты меня выслушал, ладно?»

Как бы ему ни было противно находиться в такой ситуации, он был слишком глубоко в ней, чтобы устраивать самодовольные истерики. Нахождение там было в немалой степени его собственной виной. Было бы глупо сейчас болтать. Кивнув головой, он согласился выслушать объяснения Нахара.

«Я... я буду честен. Хотя я не знал об этом конкретно, я уже был знаком с... тенденциями моего клана».

«О, правда?» Он позволил своему недоверию вырваться, прежде чем сдержаться. «Извините, я...»

«Нет, ты... Ну, ты не ошибаешься. Я тоже не в восторге от этого открытия». Он повернулся к нему лицом, почесывая затылок. «Это нехорошие новости», — сказал он, глядя на огромную стопку бумаг, включая копию контрактов, которые он только что подписал с Василиском. «Если он в экспедиции... мы просто потеряли право что-либо с этим сделать».

С каждым мгновением отчаяние все сильнее сжимало его сердце. Он чувствовал, будто падает в бездонную яму. Что он натворил? Все это время он верил, что Фредди в конце концов освободится.

Он знал о таланте этого человека и о том, что несколько лет в плену не были для него большой проблемой. С бесконечным запасом высококачественного исцеления он был бессмертен. Возраст не был для него проблемой.

Но это…

Слова Василиска вдруг раздались в его ушах. Фредди... он действительно умер?

Наконец, позывы к рвоте оказались слишком сильными, и он опорожнил желудок на пол. Его дыхание было прерывистым, сердце колотилось в груди, а холодный пот покрывал его.

Внезапно раздались удары в каменные двери.

Нахар намеревался проигнорировать их, но вскоре они снова пришли. На этот раз они были громче. Внезапно оба мужчины замерли, почувствовав это. Пока Гарольд скрывал свое присутствие, человек снаружи выпустил его. Это был еще один четырехзвездный архичеловек. Нахар сжал кулаки и неохотно нажал кнопку, чтобы открыть двери.

Они медленно скользили вверх, и мужчина с алыми волосами выглядел так, будто хотел пнуть своего покойного отца за то, что он спроектировал их для этого. И затем вход наконец показал, кто там стоял.

Сначала ее зеленые туфли на шпильке; затем ее длинные бежевые чулки; ее мини-юбка цвета лайма; ее открытый бледный живот; мешковатый черный укороченный топ с длинными рукавами; и, наконец, ее лазурные волосы, заплетенные в косички.

«Привет, мальчики», — весело поприветствовала их мадам Морлепп.

Оба мужчины мгновенно активировали свои защитные способности и прыгнули на другую сторону комнаты. Вот оно. Они собирались умереть... или так они думали.

Но мадам лишь закатила глаза и насмешливо улыбнулась. "Правда? Я даже пыталась одеться так, чтобы не выглядеть пугающе", - заявила она, жестикулируя от разочарования их реакцией. "У вас двоих совершенно неправильное мнение обо мне".

Они не были убеждены. Пока Василиск умудрялась приближаться к ним в одиночку, толпа встревоженных членов клана настороженно стояла позади нее, блокируя ей путь обратно. Не то чтобы они могли остановить ее, если бы она захотела просто пройти сквозь них.

«О, пожалуйста», — сказала она, видя, что они все еще не убеждены. «Вы должны знать, что Кайя казнит меня, если я трону кого-нибудь из вас. А теперь успокойтесь и давайте поговорим как взрослые».

Нахар выглядел так, будто хотел убежать, но ничто из того, что она сказала или сделала до сих пор, не показывало, что она ищет драки. И она была права. Если бы она осмелилась напасть на них, она бы навлекла на себя ответный удар императрицы. Таким образом, у них не было выбора, кроме как успокоиться и выслушать ее.

Двери в комнату для совещаний были закрыты после того, как слуга убрал рвоту Марка, и, согласно ее просьбе, он должен был остаться с ними, пока они разговаривали.

«Во-первых, — начала она, глядя на Марка, — я просто хочу сказать, что не держу на тебя зла. Твое предательство произошло из-за моей ошибки. Если бы я была мудрее, я бы приняла решение спонсировать твое выздоровление и образование сестры. Недостаток информации сбил меня с толку, и я ошиблась. Так что не волнуйся, я здесь не для того, чтобы мстить».

«Тогда почему ты здесь?» — напрямую спросил Нахар, чье терпение истощилось после недавнего общения с Василиском.

«Я хочу, чтобы вы передали мне Фредди Штерна», — прямо заявила она.

Увидев это, оба мужчины широко раскрыли глаза.

Нахар вздохнул. «Боюсь, я не смогу вам в этом помочь. Его отправили участвовать в горнодобывающей экспедиции, а мы... мы уже потеряли на нее права».

«Его информация есть где-то в ваших записях», — заявила она. «Откопайте ее и передайте мне. Я разберусь с остальным».

«Что ты...» — начал Марк, но Нахар бросил на него убийственный взгляд, предупреждающий о последствиях. Вместо того чтобы прислушаться к голосу разума, он проигнорировал мужчину и продолжил: «Чего ты от него хочешь?»

«Почему я должна тебе это рассказывать?» — многозначительно спросила она, в ее глазах играло веселье. «Ты не имеешь права знать», — поддразнила она.

Он поморщился от этого. «Я...» — попытался он, но у него не было аргументов. Все, что он мог сделать, это сжать кулаки от разочарования.

Она открыто посмеялась над ним. «О, боже, как забавно. Что ты строишь из себя праведника?» — спросила она, поддразнивая. «Это ты втянул его в это затруднительное положение, так как ты смеешь вести себя так, будто я делаю что-то не так?»

Опять же, он не мог этого опровергнуть. Его зрение становилось размытым, а головная боль в затылке усиливалась.

Тем временем Нахар вздохнул и начал рыться в стопке бумаг, уже удобно разложенных на его рабочем столе. Вскоре они нашли то, что искали, но это снова оказалось сюрпризом.

Судя по всему, его отправили в лагерь Вайолет — лагерь, который был уничтожен.

Взгляд Марка потемнел еще больше, и он почувствовал, как мир вращается перед его глазами. Все больше и больше он чувствовал, что Василиск не нес чушь. Но что-то было необычным. Мадам вела себя так, словно это не выходило за рамки ее ожиданий.

На самом деле она вела себя так, словно знала , что он все еще жив.

«Не могли бы вы дать мне копии всех этих записей?» — вежливо попросила она.

Глаз Нахара дернулся. Это была абсурдная просьба, во всех смыслах. Даже Марк знал, что она не имела права требовать этого, но молодой мастер не решался отказать ей.

Нахар положил локти на стол и положил нос на скрещенные пальцы. «Если вы не против, я хотел бы узнать, что вы хотите сделать с мистером Штерном. И прежде чем вы скажете, что вам не нужно мне рассказывать, я позволю себе не согласиться. Принуждение меня к передаче такой информации может считаться актом агрессии против моего клана».

Она улыбнулась ему. «Раз уж ты так любезно спросил», — саркастически сказала она, допуская гнусавый намек в голосе, — «я могу тебе сказать. Я записала его на собеседование, но он еще этого не сделал».

Оба мужчины непонимающе уставились на нее.

Мадам вздохнула, закатила глаза, затем, с пыхтением, призвала изысканный коктейль, который она сделала большой глоток, а затем вернулась в свое устройство хранения с хлопком воздуха , устремленного, чтобы заполнить вакуум. «Боже всемогущий», пробормотала она, глядя между ними. «Вы, люди, должны перестать забывать, что я в первую очередь журналист, во вторую — артист, а в третью — все остальное!»

«Без обид, мадам, но…» — начал Нахар. «Хм… неважно». Он оставил эту тему. Дальнейшее любопытство лишь напрасно разозлит ее.

Она улыбнулась в ответ, затем коснулась губ, прищурившись на Нахара. «Но я полагаю, что брать эту информацию бесплатно было бы не очень честно, не так ли?» — сказала она, постукивая по губам. «Знаешь, дорогой, мне кажется, у меня есть для тебя предложение… если ты хочешь меня выслушать».

----------

Жить, а не выживать

Последствия были неизбежной реальностью для живых организмов — это можно было даже назвать симптомом жизни. Ткани могли регенерировать. Но повреждения всегда оставляли след. Шрамы, хрупкость, слабость, усталость — лишь некоторые из последствий, но справиться с двумя из них было особенно тяжело. Первое — это утрата функции.

А вторым была боль.

«Тьфу, чувак, моя спина убивает меня», — услышал Фредди жалобу пожилого мужчины.

«Да», — согласился другой. «У меня такая шея, что я едва могу повернуть голову».

«Вы двое хотя бы можете ходить», — добавила женщина. «У меня заклинило колено».

Многие познакомились во время недельной поездки на автобусе. Когда поездка наконец закончилась и люди встали, чтобы уйти, они поделились своими горестями. Действительно, сидеть почти целую неделю было чертовски изнурительным опытом.

Время от времени они останавливались, чтобы дать всем размять ноги, но это не могло помочь.

Или так Фредди наблюдал со стороны. Но он был в порядке. Последствия — долгосрочное ухудшение здоровья, от которого страдали другие, — для него остались в прошлом.

Не только это, но он был чертовски силен, даже если он был довольно худым в тот момент. Также, Адаптивное водное тело помогало довольно сильно, даже если он чувствовал, что это, вероятно, было излишним.

Он подождал, пока остальные уйдут и расчистят ему путь. Долго ждать не пришлось, так как у него не было багажа, поэтому он мог уйти, как только освободится.

Когда он вышел на улицы Нова-Йорка, его встретило довольно обычное зрелище. Они были довольно далеко от центра города. Фактически, они находились на окраине. Здания, большинство из которых не превышали пяти этажей, были простыми и относительно старыми. В нескольких кварталах к северу и югу было много новых зданий, построенных по мере расширения города, но та часть, в которой он оказался, стояла там уже долгое время.

Дорога была относительно узкой, но места для разъезда транспортных средств было достаточно.

Он сделал глубокий вдох. Пахло дурно — затхло. Города обычно так пахнут. Вокруг было много мусора, а здания ограничивали циркуляцию воздуха. Но он был удивлен тонкой разницей, которую он почувствовал. Чего-то не было, или, по крайней мере, чего-то не хватало.

В предыдущем городе, где он жил, была определенная проблема, которая была у большинства городских районов. Поскольку многие использовали селезней в качестве транспорта, должны были быть специальные места, где эти животные могли бы справить нужду. Некоторые уважали это, другие нет. В любом случае, это заставляло улицы пахнуть дерьмом.

Но здесь этого не было, как ни странно. На самом деле, он чувствовал, что селезней было слишком мало. Слишком мало? Нет, их вообще не было. Он привык видеть их много на улицах. Вместо них было множество самоходных экипажей. Может, это было просто особенностью Нова-Йорка. Он бы не стал жаловаться в любом случае.

Без всякого проводника он просто выбрал случайное направление и пошел. Было еще раннее утро, так что у него был целый день, чтобы обосноваться. Естественно, это было нелегко.

Во-первых, он был чертовски разорен. Молочно-розовый корень алии в его кольце для хранения можно было пустить на карманные деньги, но он немного беспокоился о внимании, которое это привлечет. Это было не так уж важно, и сумма не была большой, но все равно ему было не по себе. Все в кольце для хранения на его пальце было ходовым товаром; если бы это было возможно, он бы предпочел сохранить все это в тайне.

Возможно, он был немного параноидальным, но он не мог осуждать себя за такие мысли.

На данный момент у него осталось 700 долларов, что было довольно проблематично. Этого не хватало даже на первый взнос за аренду дерьмовой, забитой хижины, учитывая, где он был. И ему все еще нужно было есть.

Но была одна покупка, которую он должен был сделать прежде всего. Зайдя в ближайший комиссионный магазин, он купил перчатки. Они были сделаны из искусственной черной кожи и странно пахли, но стоили всего восемьдесят центов, так что он не стал жаловаться. Два кольца на его левой руке не были чем-то необычным издалека, но он не стал бы выставлять их напоказ, чтобы быть в большей безопасности.

Затем ему нужно было где-то остановиться, хотя бы на несколько ночей. После короткой прогулки по улицам и краткого допроса нескольких жителей его направили в паршивый отель.

Ему потребовалось около получаса, чтобы добраться туда, и в итоге он оказался в еще более старой и отвратительной части города.

Как только он нашел отель, каждая чертова клетка его тела кричала, что он должен развернуться. Прямо над входом висела гигантская вывеска «HOTEL». Она была сделана из того, что когда-то было синим пластиком. Теперь это был просто пластик, большая часть краски с которого отслаивалась, а буква E была немного повреждена, из-за чего с определенного ракурса она выглядела почти как «HOTFL».

Вздохнув, он вошел внутрь. Вестибюль был... ну, по крайней мере, чистым. Вроде того. Когда-то давно стены были белыми, и с тех пор они состарились до нежно-бежевого цвета там, где краска не облупилась. Справа была закрытая деревянная дверь, а слева — узкая лестница, ведущая наверх.

Там его встретила удивительно красивая девушка, сидевшая за стойкой регистрации, которая выглядела так, будто могла развалиться в любую секунду. «Привет! Добро пожаловать!» — поприветствовала она его несколько более низким голосом, чем он ожидал.

У нее были темные волосы, доходившие до плеч, и она носила простую черную футболку. Ее радужки были обычного коричневого цвета, но их обрамляли одни из самых красивых глаз, которые он когда-либо видел.

Поймав себя на том, что пялится на нее, он кашлянул и ответил на ее предыдущий вопрос. «Да, э-э, привет». Он замолчал, пытаясь вспомнить, зачем он здесь. «Я хотел узнать, могу ли я снять комнату».

«Как долго вы планируете здесь пробыть?» — спросила она.

Он задумался, а потом спросил: «Сколько стоит ночь?»

«Вот, пожалуйста», — сказала она, протягивая ему прайс-лист. Цены варьировались от сорока долларов по минимуму до девяноста долларов по максимуму. «Но!» — добавила она, подняв палец. «Вы можете получить скидку в двадцать процентов, если останетесь на неделю или дольше!»

Это было довольно дёшево. Исключительно дёшево. Он надеялся остаться не дольше трёх ночей, если это возможно. Но если бы он выбрал самый доступный вариант и остался на семь дней... он заплатил бы всего 224 доллара — приемлемая цена. Если бы он не смог найти лучшее место для проживания к концу, он, вероятно, мог бы позволить себе ещё одну неделю.

Еды не было, но для него это не было большой проблемой. Он ел помои в буквальном смысле слова. И он знал толк в экономной кухне. Он будет в порядке.

Он заплатил женщине вперед и был доставлен в его комнату. Они поднялись по узкой лестнице, едва не наткнувшись на мужчину, от которого пахло дымом, пивом и потом.

Женщина подвела его к двери с цифрой «130» и открыла ее.

Только тогда он понял свою ошибку. Он не смог подсчитать это в уме. В каком отеле можно остановиться менее чем за 900 долларов в месяц?

Ответ, даже по меркам того, кто жил в настоящей пещере, был... что это было ужасно. Даже нечеловечески.

Он всегда сравнивал размер своей старой квартиры со шкафом. Он понятия не имел, о чем говорил.

«Вот и все…» — сказала женщина, ее слова затихли, так как даже она не могла собрать энергию, чтобы поднять настроение в зале. Если это можно так назвать.

Тугая дверь открывалась в, ну, шкаф. На полу лежал футон. Это все, для чего хватило места, но и он едва влез.

Окна не было. Единственная полка над головой была единственным местом, куда он мог положить свои вещи. Также там стоял неприятный запах с нотками мочи. Стены были исписаны самым дерьмовым граффити, которое он когда-либо видел. Член на члене на стикмене с сиськами. На еще большем числе членов. Случайные заявления о том, что кто-то гей, были самым умным письмом, которое он мог расшифровать.

Но он заплатил за это, и... это было лучше, чем улицы, по крайней мере. Было также множество замков и цепей, которые гремели, когда открывались двери, чьей целью было запереть дверь изнутри достаточно плотно. По какой-то причине это не внушало чувства безопасности. Совсем.

Бросив сочувственный взгляд на женщину рядом с собой, он спросил: «Тебе, должно быть, пришлось пережить немало дерьма, да?»

«Ага», — подтвердила она, усмехнувшись. «Иногда буквально».

Он в свою очередь рассмеялся. Женщина вручила ему довольно громоздкую связку ключей и многозначительно предупредила его, чтобы он никогда не оставлял там ничего ценного, если он может себе это позволить. Хотя места почти не осталось, он мог бы хотя бы хранить деньги в кольце для хранения, так что с ним все будет в порядке.

Она также полушутя предупредила, что кто-то может принять его комнату за туалет, поэтому он должен держать ее запертой любой ценой. Гениально. Это объяснило, по крайней мере, смутный запах мочи.

Поблагодарив девушку и последовав ее совету запереть двери, он вышел из отеля на улицу.

«Ну что ж», — пробормотал он себе под нос. Никогда еще он не чувствовал себя настолько мотивированным найти чертову работу.

Среди однозвездных многие все еще могли считаться относительно простыми людьми. Будь то те, кто ушел на пенсию из-за травмы, те, кто все еще был новичком во всем этом, или те, кто упустил возможности, предоставленные им статусом арха, такое зрелище было не редкостью. Их иногда называли «Юпитерами» — неудавшимися звездами.

Однако среди двухзвездочных людей лишь немногие могут сказать, что живут обычной жизнью.

На данный момент Фредди нужна была обычная заработная плата, чтобы встать на ноги, прежде чем он сможет подготовиться к работе, поэтому он был весьма удивлен, обнаружив, что найти работу практически невозможно.

Было две основные проблемы. Первая заключалась в том, что он был двухзвездным архом.

Да, действительно.

Причина, по которой это было проблемой, заключалась в том, что никто не хотел нанимать его на обычную работу. Большинство ссылались на тот факт, что было ясно, что он не задержится надолго. А другие утверждали, что не могут позволить себе платить ему. И они, к сожалению, были правы.

Для архилюдей были установлены минимальные зарплаты. Он буквально не мог зарабатывать меньше десяти тысяч долларов в месяц, потому что никому не разрешалось платить ему такие маленькие деньги.

Вот тут-то он и столкнулся со второй проблемой. Наем в качестве двухзвездного арха был довольно строгим процессом. Любое учреждение, нанимающее двухзвездных, требовало углубленной оценки его знаний, опыта, таланта, склонностей и способностей. К черту это, подумал он, но это было бессмысленное занятие в любом случае, поскольку такие организации искали небоевые таланты.

Поэтому он отказался от обычной работы и решил попробовать свои силы, присоединившись к группе наемников.

В конце концов он нашел огромное здание, которое служило центром для независимых наемников, и дал ему шанс. Все хотели нанять его там, не задавая вопросов. Этого следовало ожидать. К сожалению, все они потребовали, чтобы он подписал контракт как минимум на год работы.

Если он хотел договориться о лучших условиях, все хотели, чтобы он продемонстрировал свои боевые навыки против одного из их членов и дал им подробное описание своего таланта и способностей. Но он не хотел этого делать — слишком большой риск быть опознанным.

Конечно, был более постоянный выбор присоединиться к большой организации, но он отложил этот вариант на некоторое время. Слишком ограничительно, и с его талантом он имел значительно меньше пользы от таких организаций, чем могли бы другие.

Глубоко вздохнув, он вышел, зная, что у него осталась только одна реальная возможность.

Ему придется самостоятельно вникать в суть отрывка.

Это была огромная проблема.

Обычный метод стать независимым в качестве арки был простым, хотя и трудоемким и сложным. Большинство находили довольно обычную работу на неполный рабочий день или что-то, что их склонность облегчала, и делали это, одновременно тренируясь и собирая знания в свободное время.

Существовало множество занятий для тех, кто мог позволить себе заплатить за них: это были занятия по боевым искусствам, использованию способностей или любым другим бесчисленным менее захватывающим навыкам, необходимым для безопасного погружения.

В конце концов, если человек действует самостоятельно, ему, помимо ведения боя, приходится управлять ресурсами, вести разведку, отслеживать местоположение, оказывать первую помощь, обслуживать снаряжение; он должен знать как территорию, в которую отправляется, так и монстров, которые ее населяют, а также сопутствующие опасности и многое другое.

На кону были травмы, потеря имущества или, в худшем случае, смерть. Чем больше человек знал и чем лучше он был подготовлен, тем ниже были шансы совершить критическую ошибку.

Как бы абсурдно это ни звучало, тот факт, что он был двухзвездным, был плох для его обстоятельств. В конце концов, никто не ожидал, что люди получат свою вторую звезду, не собрав все свои силы в кулак.

Поспрашивав окружающих, он обнаружил, что, к сожалению, ближайший проход, открытый для независимых, находился в трех часах ходьбы от места, где он остановился.

Он уже провел весь этот чертов день, бегая как идиот, а солнце уже садилось.

Вздохнув, он оставил работу завтрашнему Фредди, пока сегодняшний Фредди пошел за едой. Прождав сегодня в нескольких вестибюлях, он стащил множество случайных дерьмовых закусок и конфет, но это вряд ли можно было назвать полноценной пищей.

Ну, то, что он получил, тоже не было большим улучшением. Он купил две огромные буханки хлеба и съел их по пути. Эй, двухдолларовая еда была двухдолларовой едой; кроме того, у него был 1% Вампиризма, так что ему, вероятно, не нужно было слишком беспокоиться о своей диете.

Подождите, может ли его талант просто... порождать питательные вещества, которых ему не хватало? Он, несомненно, мог создавать ткани из ничего, как он убедился, вырастив целое тело из одной головы. Хм. Интересная мысль, решил он, откусывая последний кусок второй буханки. Вскоре после этого он добрался до отеля, и его настроение мгновенно упало, когда он вспомнил, где он будет спать этой ночью.

«Добро пожаловать в эту дыру», — саркастически произнес он, входя внутрь.

Его встретил очень пьяный мужчина, облокотившийся на стойку регистрации и подошедший к администратору довольно близко. Он приподнял бровь, наблюдая за происходящим. На самом деле она неплохо справилась с мужчиной. Ледяная позиция, меткие угрозы и некоторые захватывающие навыки манипулирования заставили мужчину уйти обратно в свою комнату.

После того, как этот скользкий тип ушел, он коротко поаплодировал женщине, но это прозвучало довольно вяло из-за перчаток на руках, и бросил ей нахальную ухмылку. «Молодец, мисс. Я бы и сам не справился с ним лучше».

Она покосилась на него и скрестила руки на груди. «Разве ты не должен, типа, помогать в таких ситуациях? Алло!? Девица в беде!?» — саркастически спросила она.

Уверенно приблизившись, он посмотрел на маленькую женщину. Она была довольно привлекательна. Она ему понравилась. Он был далеко не самым харизматичным парнем в мире, но он все равно подошел, решив испытать свою удачу. Что могло случиться в худшем случае?

«Ну», — сказал он, подходя и прислоняясь к стойке. Его разум ринулся придумывать что-нибудь очаровательное, что можно было бы сказать. «Я боюсь кармы, понимаете. Не хотел бы я, чтобы кто-то прервал мою попытку, не так ли?»

Она не смогла сдержать короткий взрыв смеха.

Это был успех? Наверное. Он мысленно дал себе пять и немного выпрямился.

Покачав головой, она потянулась за какими-то бумагами. «Знаешь, я все думала, как только ты сюда вошла… Э-э, почему?» — нахмурившись, спросила администратор.

«О?» — вопросительно прощебетал он, приподняв бровь. «Не уверен, что ты имеешь в виду».

Секретарша закатила карие глаза. «Да ладно».

«Что?» Он пожал плечами, защищаясь, пытаясь понять, что происходит, но не в силах этого сделать.

«Знаешь, если кто-то заходит сюда, выглядя хотя бы отдаленно нормально, иллюзия обычно рассеивается, как только он открывает рот», — сообщила она ему. «Я просто не могу понять, что, черт возьми, с тобой не так».

Он фыркнул. «Ладно, вау. Э-э… с чего бы мне начать?» — задумался он. «А как насчет того времени, когда я жил в пещерах, питаясь только грибами и песком?» — в шутку предложил он.

Она фыркнула. "Конечно, приятель. Начни с той части, где ты обнаруживаешь огонь".

По какой-то причине он обнаружил, что сглотнул довольно тяжело. «Ну», — сказал он наводящим тоном, чувствуя легкое волнение в груди. «Если ты скоро закончишь работу, я, возможно, мог бы пригласить тебя… выпить и поделиться еще чем-нибудь». Это был не самый разумный способ потратить свои деньги, но он не был настолько уж разорен.

«Эм... Дай-ка я подумаю...» — сказала она, постукивая пальцем по виску, делая вид, что размышляет. «А как насчет... нет?» Она отклонила предложение.

Там он обнаружил себя прислонившимся к стойке, уставившимся на симпатичную девушку. Всего лишь мгновение назад, пока она немного угасала, он чувствовал себя довольно уверенно. Но вдруг...

«А», — подумал он вслух. «Полагаю, ты, э-э», — он почесал затылок, — «не собираешься в ближайшее время заканчивать работу?»

«Нет, это не то», — сказала она, убирая принесенные ею бумаги в другой ящик.

«Тогда, э-э… в чем проблема?»

«Извините», — сказала она, — «но мне это просто неинтересно».

«Ох... Ладно. Ну, извините за беспокойство», — извинился он, уходя, и чуть не споткнулся, сделав первую ступеньку на лестнице.

Что, черт возьми, происходит? Ладно, ну, его отвергли, но это не было такой уж большой проблемой. Ради бога, он прошел через полгода пыток! Так почему же это так сильно его задело?

Глубоко в горле ощущалось напряжение, а в уголках глаз ощущалась слабая боль. Он чувствовал себя немного больным, а его пульс был повышенным.

«Ого, это действительно отстой», — решил он, не зная, как относиться к своим чувствам.

Когда он наконец приблизился к своей «комнате» и устроился, обнаружив, что он слишком высок, чтобы лечь и вытянуть ноги, он уставился на почти полностью темный потолок. Дверь не была полностью запечатана, поэтому свет все еще просачивался из коридора, мигая на мгновение, когда кто-то проходил по коридору. На полминуты он оценил источник света, думая, что это поможет ему быстрее найти насекомых, когда они ползут по его телу. Затем он вспомнил, что он больше не в пещерах. Ну, здесь все еще могут быть насекомые, но... Он вздохнул.

«Что самое худшее может случиться, черт возьми?» — высмеял он себя.

Он чувствовал себя отвергнутым. Это было настолько обычным делом, что это казалось странным. После всего, что он пережил, всего ужаса и страха и... Сдавленность в горле усилилась, и ему стало трудно дышать.

Эмоции стали для него всего лишь вопиющей слабостью. Поэтому он подавил их. Отключил их в целях самообороны.

Но он пытался вернуться в общество, не так ли? Теперь за ним никто не гнался. Угроза смерти и бессрочного плена больше не висела над его шеей, как лезвие гильотины. Возможно, она все еще была где-то там, но она была далека от проблем, с которыми он сталкивался в тот момент.

Больше всего в этой паршивой комнатенке болело не жгучее лезвие, кромсающее его кожу, и не горячий стержень, прижимающийся к его спине. Не было никакого отрубания частей тела, никакого патриарха, стоящего над ним, как дьявол, и планов, как сделать его агонию еще хуже, которые крутились за его бледными, омерзительными глазами.

Нет. Больше всего в тот момент ему было больно от того, что он пытался приударить за симпатичной девушкой, а она не проявила интереса, поскольку ему так и не удалось почувствовать себя комфортно.

Как жалко. Как обыденно.

Какое облегчение.

Внезапно две струйки слез появились, стекая по сторонам его головы. Радость от того, что с ним все в порядке, облегчение от того, что он в безопасности, затопили его, и он был бессилен это остановить.

Больше всего его терзала, хотя он даже не осознавал этого, нескончаемая печаль от того, что его сломали, разбили на жалкие, бесчувственные осколки, низвели до уровня низменного животного.

Он думал о людях, которых он убил. Он думал о людях, которых он ранил. Каждое его действие на пути к выходу из затруднительного положения казалось ему оправданным. Слишком оправданным.

Образ лысого бодибилдера, который напал на него в переулке, переплетался с образом пьяного отца, который не мог смириться с судьбой своего сына. На поверхностном уровне в обоих случаях он просто защищал себя. Но на самом деле так ли это было?

Опасность для его жизни стала слишком удобным оправданием, и вместе с ней в его сердце пробралась тьма — готовность сделать непростительное. Все, чтобы выжить.

Но теперь он мог жить.

И он был так расстроен и печален, но в то же время счастлив и взволнован, чувствуя это, действительно...

Оказалось, что он все еще способен на это.

----------

Носки за 299 долларов

Сколько себя помнил, Фредди ненавидел прогулки. Когда у него не было денег, времени, сил, друзей, хобби или вообще какой-либо причины выходить из комнаты, он выходил на прогулку только тогда, когда его заставляли это делать.

Его шаги всегда проходили мимо достопримечательностей, которыми он был слишком беден, чтобы наслаждаться, и в качестве награды его ждали только раздражающие хлопоты и обязанности. Излишне говорить, что ничто в ходьбе никогда не приносило ему удовлетворения.

Поэтому он проснулся расстроенным.

В этом отеле не было душа, только раковина, где он мог хотя бы помыть подмышки, а в сочетании с тем фактом, что ему пришлось пройти мимо администратора, возникло ощущение, что его день начался просто ужасно.

И затем он вышел на улицу.

Город Нова-Йорк был гигантским местом. Это не было просто совпадением. Плотность эфира была неотъемлемой частью архилюдей, и здесь его было много, как можно было увидеть по многочисленным огонькам, мерцающим в Незере, когда он взглянул.

Это имело много последствий, и среди них был тот факт, что вокруг было много проходов. Естественно, большинство из них были частными или имели иным образом ограниченный доступ, а ближайший, в который он мог войти с его квалификацией, находился далеко, поэтому ему пришлось идти так долго.

Время от времени он с горечью отрывал взгляд от чего-то, что казалось забавным. Это была просто его привычка. Он научился отвергать и презирать все интересное, потому что ненавидеть это было лучше, чем тосковать по этому, когда он знал, что никогда не сможет себе этого позволить.

Вот тогда он наконец понял это. Вот тогда он наконец открыл глаза.

Вдалеке слева от него стояло огромное, шикарное здание. Он понятия не имел, что это такое. Но если это было просто жилое здание, он внезапно почувствовал, что это не было каким-то районом, куда у него никогда не будет доступа. Может быть, он даже будет там жить в конце концов. Может быть, он будет владеть местом где-то еще более шикарном.

Он жадно осматривался. С каждым новым видом, с каждой новой достопримечательностью, которую он замечал, его шаги ускорялись. Когда он видел клуб, он думал о том, чтобы... зарезервировать столик. Купить бутылки, угостить друзей. Потанцевать под гребаную музыку. Там был ресторан, и он мог там поесть. Кафе. Он мог сидеть там, потягивая кофе или что угодно, что его душе угодно.

Когда он вошел в еще более богатый район, его взгляд стал острее. Там было несколько чертовски красивых экипажей. Он хотел один. Библиотеки, разные магазины сокровищ, магазины оборудования и многое другое предстало перед его глазами, и теперь он действительно чувствовал, что все это стоит прямо перед ним. Мерцающее стекло снаружи, хорошо освещенные интерьеры, богатые люди, входящие и выходящие. Наконец, все это существовало в том же мире, в котором он жил.

Вскоре после этого он окажется среди этих людей.

На протяжении всей прогулки он чувствовал себя хорошо. Не было никакой усталости или боли в ногах. Мили исчезли под ним, прежде чем он это осознал, и он прибыл к месту назначения.

Это было большое, хорошо укрепленное здание без окон. Его не пустили туда без удостоверения личности, подтверждающего, что он был архичеловеком, и когда он его показал, он шагнул в еще один, чуждый ему мир.

Первое, что он заметил, было то, что почти все в комнате были в доспехах, более или менее. Многочисленные независимые арки сидели вокруг огромного вестибюля, многие группами либо болтали на мирские темы, либо обсуждали стратегии погружения.

Второе, что привлекло его внимание, была реклама. Рекламы было так много. Для классов, инструкторов, страховых компаний, оборудования и торговцев расходными материалами было так много разных продуктов, что он был ошеломлен тем, как сильно его внимание переключалось.

Тот факт, что вся эта контактная информация была так легкодоступна, было приятным сюрпризом, но реальность дала ему болезненное напоминание. Контактная информация была в кодах, которые можно было использовать только через коммуникационный эфирные технологии. Кайф, который он испытывал по пути туда, быстро спал. В конце концов, мечты о богатстве — это одно, а вот заработать его — совсем другое.

Он сделал глубокий вдох и сосредоточился. Он мысленно проверил свой бюджет. У него было около четырехсот пятидесяти долларов, ничтожная сумма, которая не могла позволить себе практически ничего.

В некоторых объявлениях мелькали цифры вроде «ВСЕГО $999! СПЕЦИАЛЬНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ ПО вставьте случайную причину», а затем продукт был похож на… дерьмовую кожаную шляпу или что-то в этом роде. Это был стандарт цен, с которыми он имел дело.

Особенность мира архилюдей в том, что никто никого не вел за руку. Если бы он хотел ворваться в проход, совершенно ничего не зная и не имея ничего, кроме спортивных штанов, прикрывающих его немытую задницу, большинство из них просто сказали бы ему, что это плохая идея. Но никто не имел права останавливать его, если бы он хотел это сделать.

Это была его собственная ответственность — справиться с собой и остаться в живых. И это была его привилегия — отбросить эту осторожность на ветер.

У него не было достаточно денег. И первое, что ему было нужно, была информация. Поэтому он потер руки и тревожно выдохнул воздух через губы, мысленно готовясь.

Пришло время просить незнакомцев о помощи.

Вчерашняя неудача, словно игла, пронзила его пузырек уверенности. Худшее, что мог сделать здесь кто-либо, — это отказаться делиться информацией. Однако он на собственном горьком опыте узнал, насколько неловким и неудобным может быть этот отказ.

Он слегка ударил себя по щеке. Он не был здесь, чтобы подцепить симпатичных девушек. Он был здесь, чтобы убедиться, что он не умрет от чего-то, к чему он должен был быть готов.

Архилюди со второй звезды и далее естественным образом излучали чувство давления. Однако это было нелегко заметить, и большинству приходилось сосредотачиваться, чтобы его ощутить. Но также можно было подавить это явление и скрыть свою силу от тех, кто слабее, и, в какой-то степени, от тех, кто был на том же уровне.

Двухзвездочные могли прятаться друг от друга с относительной легкостью. При трехзвездочном звании сокрытие своего присутствия от чувств другого трехзвездочного звания уже требовало немалого мастерства. А четырехзвездочные не могли по-настоящему прятаться друг от друга без определенного таланта или чрезвычайно дорогого снаряжения.

К счастью, здесь он имел дело максимум с двумя звездами, которые все публично демонстрировали свое присутствие, как будто это был знак чести. Если он просил о помощи, он должен был убедиться, что выглядит так, будто она ему нужна. Была вся идея сказать: «Эй, я большая шишка с двумя звездами; помоги мне, и, может быть, ты получишь что-то взамен», но он не чувствовал, что это был мудрый выбор. А именно, потому что ему на самом деле нечего было предложить.

По беглому взгляду он оценил, что двухзвездочные составляли менее пяти процентов от всех присутствующих, что делало их заметным меньшинством. Каждая двухзвездочный арх, которого он видел, действительно выглядел как таковой, с аурой опыта и строгости вокруг них. То, как они держались, снаряжение, которое они несли, — те, кто добрался до второй звезды, сделали это, собрав все свои силы.

И вот он. Худой, симпатичный парень, понятия не имеющий, какого хрена он делает. Если уж на то пошло, активная демонстрация того факта, что он двухзвездный арх, просто привлечет нежелательное внимание, а те, кто «усердно трудился» ради своей власти, могли бы интерпретировать его образ как образ избалованного богатого мальчика, которому никогда не приходилось трудиться, чтобы достичь того, чего он достиг. Его шрамов больше не было. У него не было никаких доказательств того, что он когда-либо дрался.

Итак, он закрыл глаза и вошел в свой эфирокосм. Там две трехцветные звезды, одна намного больше другой и окруженная красным кольцом, кружились на своей вечной орбите. Они ярко сияли, транслируя свое существование миру, как солнце, сияющее на земле сверху.

Сосредоточив свою власть над душой, он напряг волю, и свет померк. Выдохнув от напряжения, он почувствовал, что мир вокруг него слегка приглушен. Это была обратная сторона подавления своего присутствия — потеря части сверхъестественного восприятия.

Он немного поправил позу и почувствовал себя готовым, как никогда.

С всепоглощающим блеском он осмотрел вестибюль. Весь первый этаж представлял собой просто большую открытую площадку. Вдоль стены с другой стороны комнаты стояло несколько клерков, а рядом находилась большая дверь в подвал, где находился проход; рядом с ней находилась лестница, ведущая на второй этаж, где можно было починить оборудование и обработать травмы.

В этой комнате красные диваны окружали деревянные журнальные столики, а рядом с ними стояло несколько разноцветных стульев. Многие группы людей занимали эти места, и он увидел только два пустых стола.

Его взгляд переместился на ближайшую к нему группу. Три человека сидели на красном диване, кресла были заняты тяжелыми рюкзаками с их оборудованием. Судя по слабому чувству давления, которое он чувствовал от них, они, несомненно, были двухзвездочными.

Первое, о чем он подумал, когда проанализировал их, было то, что он почти пожалел о том, что обладает талантом, который так эффективно устраняет травмы.

Вся группа была сильно изуродована, показывая множество признаков битвы и опыта. Он видел, как другие смотрели на него, когда он был один, и выглядел так, будто проиграл бой садистскому дуэту блендера и тостера, но вид ужасающих шрамов на других действительно заставил его взглянуть на это по-другому.

Высокий, грузный мужчина с большим носом и подстриженными каштановыми волосами сидел слева, а рядом с ним сидел еще более высокий, но худой мужчина, чьи волосы были светлыми, а рот растянулся в широкой улыбке, обнажив ряд ярких зубов. Еще правее от него сидела светловолосая женщина, тоже довольно высокая, поразительно похожая на парня в середине.

У мужчины слева была огромная красная отметина по всей правой стороне лица, простирающаяся до его волос, которые были значительно менее густыми вдоль красной области, показывая, что он, вероятно, потерял половину своей головы в какой-то момент. У того, что посередине, были две уродливые отметины на обеих щеках, почти как если бы что-то пронзило одну и вышло из другой, а у женщины был длинный шрам над левым глазом, голубая радужная оболочка которого была немного бледнее, чем у его партнера.

У всех троих было множество других мелких отметин, разбросанных по всей коже. У этих людей явно был опыт. Он подходил к ним первым.

В тот момент, когда он сделал один шаг в их направлении, все трое обратили на него свои глаза, немедленно заметив его приближение с реакцией, которую позволяли только острые как бритва инстинкты, отточенные в опасности. Это заставило его временно остановиться, прежде чем он восстановил свою решимость и продолжил приближаться.

Когда он подошел к их столику, первым его окликнул светловолосый мужчина, сидевший посередине. «Привет!» — весело поприветствовал он. «У вас к нам дело?»

«А, да», — сказал он. «Мне просто интересно, не знаете ли вы, где я могу найти информацию об этом прорыве».

«Новичок здесь?» — спросила женщина, разглядывая его одежду. На нем не было ничего вычурного. На самом деле, он все еще носил фиолетовую толстовку с драконьим белым капюшоном, которую купил для своей маскировки хулигана. В любом случае, он был здесь не для того, чтобы копаться, а чтобы разведать обстановку и проверить все. И он предпочел, чтобы эта деталь была очевидна для других.

«Да», — ответил он. «Я новичок в городе, просто хочу сориентироваться».

«Да, хорошая идея», — продолжила женщина. «Если вам нужна информация, вы должны пойти к клеркам и попросить руководство. Они раздают их бесплатно тем, кто зарегистрировался».

«О, хорошо, спасибо!» — сказал он и чуть было не повернулся, чтобы последовать их совету.

Но мужчина слева остановил его. «Подожди», — крикнул он. «Ты ведь новичок, да?»

Фредди кивнул. «Да».

«Вам определенно стоит прочитать руководство, но если у вас есть время, мы могли бы поделиться советами!» — предложил он. «Мы погружаемся здесь уже много лет».

«Да!» — согласилась женщина. «Я была бы рада это сделать!»

«Меня это устраивает», — согласился мужчина в центре.

Это поставило его в тупик. Он не ожидал получить столько помощи, не бесплатно. «Что вы хотите взамен?» — осторожно спросил он.

В ответ вмешался мужчина в середине. «Без этих разговоров», — отчитал он. «Это несколько минут для нас, а вы можете…» — начал мужчина, но внезапно нахмурился. «Подожди, ты двухзвездный?»

Его глаза широко распахнулись. Как этот человек видел его насквозь? Талант восприятия? Его разум бросился искать хоть какое-то оправдание, но троица уже значительно изменила свое поведение.

«А, извините», — извинился блондин. «Я решил, что вы новичок, поэтому и проболтался. Без обид».

«Да…» — начала женщина, но она уже не выглядела такой извиняющейся. «Я вообще этого не заметила».

«Я тоже», — сказал мужчина слева, нахмурившись и глядя на него.

«Э-э…» — попытался он, но с трудом смог сформулировать хоть слово. «Я э-э… Да, я здесь новичок, так что я… я просто… Знаете, просто ради конфиденциальности».

«Не круто, чувак», — сказал человек со шрамами, покачав головой. «Зачем ты притворяешься новичком? Есть много поставщиков информации; просто выкладывай деньги и покупай продвинутое руководство».

«Нет, он этого не заслуживает», — упрекнул своего спутника блондин. «Он предложил нам отплатить, так что я не думаю, что он такой человек», — сказал он, затем повернулся к Фредди. «Прошу прощения за вторжение в вашу личную жизнь. Мой талант уловил это, и я затявкал, прежде чем подумал. Я уверен, у вас есть на то причины».

«Все… нормально», — неуверенно предложил он, не зная, стоит ли уйти и попробовать с кем-то другим.

Но прежде чем он успел принять решение, блондин продолжил: «Если вы ищете информацию, мое предложение все еще в силе».

Он уставился на мужчину, чувствуя себя несколько противоречиво. С одной стороны, возможно, принять предложение было приемлемым вариантом. Но с другой стороны... что, если он все равно предложит им вернуть деньги? Это было бы дружественным, дружеским поступком, и, возможно, это могло бы перерасти во взаимовыгодные отношения. Или просто в дружбу. И то, и другое было бы для него большой помощью.

Но… когда он подумал об этом дальше, он решил не делать этого. У него не было денег, а все остальное в его Кольце Хранилища, которое он в любом случае не хотел раскрывать, было слишком дорогим, чтобы отдавать. И кроме того, если бы незнакомец предложил таинственные лекарства, разве кто-то просто принял бы их и поверил, что они безопасны?

Нет.

Ответ на это был однозначный: нет. Если только они не были безумны, конечно.

Итак, он вздохнул и сел. «Я принимаю ваше предложение, и... спасибо». Он чувствовал себя немного виноватым из-за того, что не отплатил им в любом случае, но он воздержался от слов вроде «Я не могу сейчас этого сделать». Чем меньше он лгал, тем меньше было шансов, что они будут болтать дерьмо за его спиной, когда он показывал, насколько он способен.

Это было неприятно, но как бы он ни был раздражен, это не было оправданием для совершения глупостей. Хватит этого.

Трое искателей приключений поделились своим опытом, погружаясь в проход в течение следующего получаса. Двое рядом с блондином поначалу, казалось, чувствовали себя немного неуютно, но атмосфера становилась более расслабленной по мере того, как они продолжали говорить.

Во-первых, хотя здесь область прохода не была Аномалией, она была хабом, чего и следовало ожидать. Каждая неаномальная область прохода содержала внутри по крайней мере три прохода, но они не всегда были легкодоступны.

Они могли быть похожи на те, что он видел на плавучих камнях в том океанском царстве. Или они могли быть на дне большого водоема, на высокой, отвесной скале, на плавучем острове или даже лежать необнаруженными, расположенными где-то недоступном или труднодоступном месте. Черт, был прецедент, когда проходы были слишком узкими для того, чтобы взрослый мог протиснуться через них. Также был тот факт, что некоторые проходы вели в безумно опасные или негостеприимные миры, и такие порталы обычно были запечатаны.

Таким образом, существовала дифференциация. Проходы, которые вели в так называемые «слепые миры» — пространства без других легкодоступных проходов внутри — назывались слепыми проходами. В то время как те, которые имели другие проходы внутри, назывались ступенчатыми проходами или, в просторечии, хабами.

В этом мире было семь других, из которых три были пригодны для использования, а два также были проходами. Уровень сложности этого мира был оценен как D-, что в основном означало, что для входа с приемлемым риском нужно было быть либо в группе однозвездных, либо новичком с двумя звездами.

Они признались, что уже перешли на более сложную ступень, но пообещали, что их опыт не устарел.

По большей части, в этом мире был только один вид монстров. Раньше их было больше, но чрезмерная охота привела к тому, что большинство из них были истреблены.

Область была закодирована как C-899923, верхняя средняя область класса C. По большей части она состояла из густо засаженных лесом областей, но вокруг были разбросаны скалистые участки с более редкой растительностью, а внешний периметр окружали суровые, отвесные скалы.

«Теперь, существа...» — начала женщина. «Хм, как бы это сказать? Они выглядят так, как будто у обезьяны и ленивца родился ребенок с лицом крота, который только что вошел в свою фазу «это не просто фаза, мама».

Двое мужчин рассмеялись, кивнув в знак согласия, а Фредди приподнял бровь, увидев красочное изображение.

«Это черные, свирепые звери», — продолжила она, — «которые в основном живут под землей. У них есть иерархия, похожая на иерархию муравьев или пчел; девять из десяти — рабочие с ложкообразными ногтями, предназначенными для рытья, в то время как примерно один из десяти — это охранники с острыми когтями. Они такие же большие, как собаки, но бойцы немного массивнее. Тем не менее, даже рабочие могут легко забить человека до смерти своей невероятной силой и ударами, сродства с землей. Не будьте самодовольны».

Он кивнул. Они поделились еще кое-чем о флоре и географическом расположении местности. По-видимому, скалистые участки были довольно экстремальными, что создавало ограниченную видимость в некоторых местах. Было легко попасть в окружение или даже роиться сверху, и, по их словам, если бы у их руководителя группы не было его таланта, они бы много раз терпели неудачу.

Ну, их много раз обманывали. Они теряли людей в мире и раньше. И все они едва не погибли хотя бы раз. Фредди не нужны были никакие доказательства — их шрамы были более чем достаточным доказательством.

«Будь осторожен, куда идешь», — предупредил его человек посередине. «Любое место, где ты не можешь видеть больше, чем на 180 градусов, следует рассматривать как ловушку. Тебя загонят в угол. Тебя окружат. Их толпа может появиться над тобой гораздо быстрее, чем ты думаешь. Всегда оставайся осторожным».

После еще нескольких советов они завершили свою лекцию. Он кивнул и пожал им руки, две стороны расстались с несколькими необязательными фразами «увидимся» и «надеюсь, мы встретимся снова». Закончив с этим, он подошел к стойке и зарегистрировался.

Процесс был простым; они просто записали его личный номер удостоверения личности и имя, отметив его как зарегистрированного исследователя в этой области. Он бы предпочел не использовать свое удостоверение личности, но это было неизбежно. К счастью, такие заведения, как это, были довольно тактичными, когда дело касалось конфиденциальности. Они основывали большую часть своего бизнеса на доверии.

Ему вручили путеводитель, совершенно бесплатно, и даже каталог близлежащих магазинов и поставщиков оборудования. Это был первый раз, когда он оценил, что ему дали рекламу.

Список магазинов был на потом. Теперь пришло время читать.

Он удобно устроился в одном из немногих свободных мест, где мог посидеть один, и принялся понемногу изучать обширное руководство.

Не так много новой информации было обнаружено, и после того, как он закончил, он просмотрел каталог. На первой же странице он нашел носки за 299 долларов.

«Что за фигня…» — воскликнул он, но сдержался, вспомнив, что находится в общественном месте.

Реклама уже дала понять — оборудование для арха дорогое. Но носки? Чертовы носки? Серьёзно? Хотя, как бы это ни было раздражающе, рекламный текст в каталоге ясно говорил о том, почему они такие дорогие.

Во-первых, они были разработаны так, чтобы быть устойчивыми к проколам, порезам и разрывам, ультракомфортными, отталкивающими жидкость и устойчивыми как к кислоте, так и к огню. И, вдобавок ко всему, ткань была переплетена нитью, которая блокировала поток эссенции и не позволяла таким вещам, как способности с сродством жизни, проталкиваться сквозь ткань.

Учитывая, сколько они сделали, их цена неудивительна. Но это был всего лишь минимум. Хотя у них действительно были все эти функции, это было только технически так. Они были оценены как соответствующие одной звезде. Те, что были на две звезды, начинались с более чем тысячи долларов.

«Ладно, — прошептал он, захлопывая каталог. — Думаю, я пойду и спрошу совета у других людей».

Когда он вернулся в отель, уже наступила ночь. На самом деле, когда он начал идти, уже наступила ночь. Администратор помахала ему рукой с некоторой сарказмом, но, честно говоря, его это не волновало. Оказавшись в номере, он тяжело вздохнул.

Что ему делать?

Строго говоря, ему не нужно было нижнее белье класса "двух звезд" или большинство случайных грязных штучек или что-то в этом роде. Но ему нужна была броня. Ему нужна была надлежащая экипировка. И ему нужен был опыт.

Правда, уровень сложности D- означал, что соло-двухзвездник должен был быть в состоянии погружаться там с приемлемым риском, но хотя у него и было две звезды в душе, он не совсем подходил под традиционное определение двухзвездного воина. При таком уровне силы он должен был собраться с духом. Этот уровень сложности подразумевал, что у него должно быть как минимум несколько лет опыта и все необходимое снаряжение за плечами.

Но у него этого не было.

Так что же ему делать? Присоединиться к партии? Ему эта идея не нравилась, пока нет. У него было слишком много секретов, слишком много того, что он не хотел показывать другим. О продаже чего-либо в своем кольце тоже не могло быть и речи. Слишком много риска, слишком много неизвестности. Крэйвены потеряли своего чертового патриарха — кто знает, за чем они следят? Может быть, даже просто иметь при себе кольцо было риском, на который ему не стоило идти.

Тускло освещенная, крошечная комната кружилась над ним, пока его мысли кружились. Каков был риск, если бы он в одиночку отправился в этот проход? То есть, каковы были шансы умереть? Один из десяти? Один из двадцати? За время своего сегодняшнего расследования он услышал несколько историй о людях, которых окружали, сталкивавшихся с монстром-девиантом и просто о том, как много дерьма шло не так. И он чертовски хорошо знал, что если с ним случится что-то подобное, он облажается.

В ту ночь он почти не спал. На следующий день он проснулся поздно и чувствовал себя ужасно, все еще не в силах отвлечься от всего. Он снова отправился в переходный узел и попросил у других совета и помощи. Многие отвергли его напрочь. Это было больно. Его сердце сжималось каждый раз, когда он видел неодобрительные, незаинтересованные выражения, отворачивающиеся от него, но он каждый раз преодолевал это и пытался снова.

В конце концов, две партии однозвездных поделились своими историями. Обе потеряли людей. Обе столкнулись с опасными для жизни ситуациями, и даже до этого дня у них почти каждый день что-то шло не так.

Оставшееся время он провел, перечитывая руководство, и снова вернулся поздно, потратив весь день на сбор информации. Снова он провел беспокойную ночь и проснулся, чувствуя себя еще хуже, чем вчера.

«Проклятые города, — пробормотал он себе под нос. — Недостаточно растений, чтобы убивать».

Может, он бы почувствовал себя лучше, если бы мог немного использовать свой талант, но бить было некого. Все в городе было либо мертвым, либо неживым, за исключением людей и нескольких животных, которые проходили мимо. Ну, на некоторых улицах были деревья, но бить их было бы действием полного безумца. И нарушением общественного спокойствия.

Он застонал от разочарования и снова рухнул на футон.

Вместо того, чтобы покинуть отель, он большую часть дня размышлял над своими вариантами. Возможно, он мог бы начать работать над своим кровавым сродством, но это была не очень хорошая идея. Он не имел ни малейшего представления о том, как что-либо делать, связанное со способностями крови, и знал из рассказов, что экспериментировать самостоятельно может быть очень опасно.

Подняв палец, он сосредоточился, и без особых усилий его кровь просочилась сквозь поры и собралась на указательном пальце. Как бы он ни концентрировался, он не мог заставить ее плавать. Сделать это с водой было одно — кровью было чрезвычайно трудно манипулировать, когда она не контактировала с телом.

Но.

Небольшим усилием воли крошечная капелька крови превратилась в острую иглу. Или, по крайней мере, приняла ее форму. Попытка проткнуть что-то ею мгновенно заставляла ее разрушаться, и... Наверное, на этом стоит остановиться. Это уже стоило ему нескольких капель крови.

Без техники закалки Бассейн крови использование кровного сродства было опасным. Легко было увлечься и потерять больше крови, чем можно было себе позволить, и лучшим вариантом в таких ситуациях была кома.

Но была еще… другая близость.

С небольшим усилием воли он сосредоточился и появился в своем эфирном космосе, уставившись на темно-синюю часть своих звезд.

----------

Ясный разум, здравые решения

Стоя в своем эфиркосме, Фредди уставился на темно-синюю часть своего ядра, завороженный. И испуганный. Была причина, по которой он еще не проверил это сродство — потому что оно казалось опасным. И не в хорошем смысле.

Это дало ему ощущение, что он не может оторвать от него глаз и отчаянно хочет оглянуться назад, чтобы убедиться, что там ничего нет. Это было удушающе и тревожно, как будто нырнул в океан и посмотрел вниз, в темноту внизу, только чтобы увидеть, как извивающиеся тени приближаются. Его эфиркосм, центр его души, был в безопасности... но даже эта часть общепринятого знания рассыпалась, когда столкнулся со зловещим сродством.

Он собрался.

Проплывая сквозь свой эфирный космос, он приблизился к оболочке, в которой был заперт Левиафан. Тот же глубокий синий цвет выковал руны, которые удерживали его, и, как и в случае с Кровопролитием, клетка была сформирована совсем не так, как любая из его других эфирных оболочек.

Он зарычал на него, когда он приблизился, и ему пришлось заставить себя успокоиться. Он был в ловушке без возможности сбежать. Вероятно. Тем не менее, он знал, что не было особых причин для паники.

«Левиафан», — позвал он. «Ты...? Ты знаешь, что такое это глубокое синее сродство?»

«Нет», — коротко ответил он, сделав минимум, чтобы ответить на его вопрос.

Это заставило его остановиться. Он не знал? Разве это не должно было быть его сродством?

Поэтому он спросил: «Разве это не твоя склонность?»

«Нет. Моя близость — к воде», — заявил он. «Моя природа, возможно, помогла исказить это, но именно твоя душа создала эту штуку. А теперь убирайся с глаз моих!» — потребовал он.

Исказить её…

Его разум вернулся к тому, что однажды сказала ему Мадам. Поглощая уникальное, вы приобретаете сродства, с которыми оно связано, и если у вас уже есть одно из сродств, оно разовьется в уникальное сродство.

Его взгляд упал на синеву с искажённым оттенком в его звёздах. Значит, это была уникальная стихия?

Он покинул эфирный мир и медленно выдохнул. Затем поднял руку. Его сущность прошла через слой тёмно-синего цвета и преобразовалась в новое сродство. Но оно не могло покинуть его тело. Ну, это не стало сюрпризом. Чтобы манипулировать чем-либо с помощью сущности, требовалась цель. А если это действительно уникальная стихия, созданная из воды…

Собрав силу воли, он использовал Создание воды и вызвал объём, равный ведру. Управляя своей сущностью, он удерживал воду в воздухе и попытался наложить на неё новую стихию. На мгновение показалось, что управление может рухнуть, но, к его удивлению, он обнаружил, что так же легко может манипулировать водой с этой новой стихией.

Но как только он это сделал, всё резко изменилось. В воде появились тени, похожие на искажающиеся силуэты, которые на мгновение замерцали, и он инстинктивно выронил её. Вода плеснулась на его ноги и на землю.

«Ай!» — закричал он. «Что за…»

Что-то ужалило его в ноги. Мало того, футон, похоже, был слегка порван после того, что он сделал.

Сняв штаны, он обнаружил несколько тонких порезов, укусов и царапин, как будто он породил бешеную кошку и гнездо ос прямо в своих штанах. К счастью, кровотечение было лишь незначительным. Но это не помешало ему почувствовать себя невероятно сбитым с толку.

Снова создав лишь крошечную каплю воды, он наделил ее странным сродством. И снова размытые, плавающие формы проявились внутри. Он осторожно поднес воду ближе к стене и прижал ее к ней.

То, что выглядело как многочисленные крошечные жала, когти, челюсти и другие отвратительные придатки, прикрепленные к призрачным, омерзительным существам, кристаллизовалось и начало атаковать стену. Он наблюдал за этим несколько мгновений, загипнотизированный, а затем позволил воде испариться. На стене были тонкие, неглубокие порезы, следы укусов и трещины.

«Что это, черт возьми?» — прошептал он.

Он снова погрузился в свой эфиркосм. Применив манипуляцию с совершенно новым сродством, он ожидал увидеть в своей душе целый фон из темно-синих пятнышек. Красных уже было много с тех пор, как он проверил сродство крови. Это были семена эфирных оболочек, еще не сформированные и привязанные к идее, единственной, конкретной функции, которую могло выполнять сродство.

Но то, что приветствовало его, было чем-то, чего он совсем не ожидал. Вместо россыпи крошечных, неразвитых пятнышек он увидел две темно-синие эфирные оболочки, уже почти полностью сформированные, которые сияли так же ярко, как и все, что он видел. Они были очень сложными и замысловатыми, с бесчисленными меняющимися рунами на их поверхности.

Он не имел ни малейшего понятия, что это такое, поэтому он попытал счастья, спросив Левиафана.

Он зарычал на него со злобной усмешкой. «Если это единственные две оболочки, которые появились», — предположил он, «то это все, что может сделать твое сродство».

Это было... Он поплыл обратно к двум оболочкам. Это было? Эти две оболочки были всем набором сил целого сродства!?

Он покинул эфирокосм и схватился за голову в отчаянии. Так что... в общем... они сделали... что именно? С помощью дополнительных экспериментов он раздвинул границы своего нового сродства.

Видимо, чем больше капля воды, которую он держал, тем сильнее были атаки и тем больше требовалось эссенции для ее наполнения. Огромные пасти, стрингеры и когти не были тем, что он хотел испытывать на стенах или чем-либо еще в этой комнате. Не то чтобы там было что-то еще. Поэтому он смыл воду обычной водной эссенцией, чтобы заставить жутких фантомов уйти.

Больше всего его удивило то, что, как бы он ни старался, эта близость, казалось, ограничивалась одной функцией. Она просто превращала обычную воду в... что бы это ни было. Жуткую воду? Опасную воду? А как насчет глубинной воды? Хотя это казалось подходящим, это создавало запутанное совпадение с Пучинами бездны, которая была связана с обычной близостью к воде.

«А как насчет гиблых вод? » — размышлял он. Это звучало достаточно круто. «Может, это души тех, кто погиб от моих рук? Муахахаха… Боже, я теряю контроль». Хотя это была классная идея, это определенно не тот случай. Но было бы забавно увидеть старика Дженни, размахивающего там своей палкой.

Даже после всех этих экспериментов статус в его душе не изменился. Две оболочки стояли там, как и тогда, когда они были созданы. Поэтому... он кристаллизовал их.

Первое из двух было фактически тем же самым, что он делал с манипуляцией эссенцией. При использовании оно превращало обычную воду в испорченную. Но самое интересное было то, что это было очень, очень просто в использовании. Раньше это тоже не было сложно использовать, но теперь это не требовало практически никаких усилий.

«Не говори мне...» Он попытался использовать эту способность вместе с Созданием воды. Обе оболочки загорелись одновременно. С полной легкостью он проявил сгусток гиблой воды. Однако расход эссенции был ужасным — по крайней мере, вдвое больше, чем при использовании Создание воды отдельно.

Хм. Здорово. По сути, это означало, что он получил своего рода способность к аугментации. Осознание этого заставило его вздохнуть с облегчением. По крайней мере, эта способность будет полезна. Хотя она была бы для него гораздо более ценной, будь он заклинателем, он все равно отчаянно нуждался в чем-то подобном. В конце концов, у него не было возможности атаковать с расстояния, за исключением, например, броска камня.

Его внимание переключилось на другую способность. Если первая усиливала внешние техники, преобразуя воду... Делала ли вторая то же самое, только для внутренних способностей?

«О, черт возьми, нет».

Он ни за что не стал бы проверять это без крайней осторожности. Было слишком мало целей, чтобы он мог использовать свой талант, поэтому он оказался бы в трудном положении, если бы получил серьезную травму.

К счастью, был относительно безопасный способ проверить это. Он тщательно сосредоточился на Гидравлическом напряжении. По всем намерениям и целям это должно было считаться внутренней техникой, если эта способность работала так, как он предполагал. Он попытался использовать ее с указательным пальцем. У него ничего не получилось. В конце концов, в пальцах не было мышц, потому что мышцы, которые двигали пальцами, находились в ладони и предплечье.

Таким образом, он сосредоточился на своей ладони, слегка двигая большим пальцем и пытаясь наделить это движение способностью Гидравлического напряжения  и другой способностью.

Ничего.

Ну, Гидравлический Флекс сработал, но не было даже малейшего отклика от другой способности. Это заставило его нахмуриться. Возможно, ему пришлось использовать надлежащую технику закалки.

От одной только мысли об этом ему становилось плохо, но он хотел пройти через это. Даже если это будет своего рода закалка, он выживет. Он уже достаточно использовал Сотню Мокрых Адов, чтобы пережить подобное. Но он не стал пробовать Сотню Мокрых Адов; вместо этого он использовал Адаптивное Водное Тело.

Но опять же. Ничего.

Как будто для того, чтобы он мог использовать эту способность, требовалось выполнить какое-то условие. Но что? Он перепробовал все, что мог придумать. Использование на настоящей воде не помогло. Не сработало и использование на испорченной воде. Он не активировался, когда он пытался использовать любую из своих способностей, даже когда проверял ее с помощью Сотни Мокрых Адов.

На самом деле, называть эту способность Сотней Мокрых Адов больше не казалось уместным. Несколько секунд использования оставили его ошеломленным и хватающим ртом воздух. Она стала по-настоящему пугающей после обновления. Поэтому он решил переименовать ее в Тысячу Мокрых Адов.

После того, как он наконец проверил и это, все, что он знал, было то, что он понятия не имел, что делает эта способность. Ну... он выяснит это в конце концов, он надеялся. Возможно, он упускал очевидное, но не видел леса за деревьями или что-то в этом роде.

В любом случае, хотя наличие дальнего боя и успокаивало, это не решало магическим образом его проблемы. Ему нужно было снаряжение. Ему нужны были деньги.

Худший вариант развития событий? Ему придется идти одному и без экипировки, чтобы начать. Но он был там всего лишь четвертый день. Еще было время разобраться во всем. Поэтому он снова встал.

Фредди прошел трехчасовой путь до центра и вошел внутрь, снова усевшись на диваны. Там он ждал, осматривая комнату в поисках тех, кто готов был ему помочь. Но он увидел очень мало групп, которые он еще не спросил.

Большую часть дня он просидел там, надеясь, что кто-нибудь подойдет к нему с ответом. Страх и беспокойство навалились на него, как обвал, и он пошел домой с опущенной головой, не добившись ничего, кроме сбора информации и свидетельств, которые сообщили ему мало о чем, чего он еще не слышал.

На пятый день он отчаялся. Он спросил одну из сторон, не могли бы они одолжить ему немного денег, но взгляды, которые они на него бросили... Стыд, который он чувствовал в тот момент, убил всякое желание попробовать это снова. На самом деле, он был настолько смущен, что ушел и провел день в кафе.

На шестой день он нервно прогулялся по городу. В его голове вертелось множество идей, большинство из которых были невероятно глупыми. Он думал о том, чтобы кого-нибудь ограбить. Эй, если бы он зашел в переулок и кто-то первым напал на него, это было бы честной игрой, не так ли?

Он даже подумывал обратиться к ростовщикам, но его бывшие приемные родители предупредили его никогда не иметь дела с ростовщиками. Никогда. Даже если у него, казалось бы, совсем не осталось вариантов.

Может, вместо этого продать орган, подумал он, но где? Как? Кому? Слишком высоки были шансы вляпаться в дерьмо.

Проснувшись утром седьмого дня, его навестила администратор, который был больше похож на управляющего отелем, чем на кого-либо еще. Он должен был покинуть этот номер к вечеру. Нехотя он заплатил еще за три ночи. Оставшуюся часть дня он решил отдохнуть. Но это обернулось плохо.

Плотные стены, казалось, давили на его тело и раздавливали его. Это заставило его почувствовать себя так, будто он снова в камере, в которой его держали между сеансами пыток, неуверенно ожидая, пока решится его судьба. Его сердце бушевало в груди, и он чувствовал, что каждое прошедшее мгновение было еще одним мгновением, в котором он все глубже погружался в бездонную яму.

В его сознании промелькнула мысль о массивной голове левиафана, вздымающейся далеко в небо. Эти кротообразные обезьяны, которых называли "гореллы", жили колониями, как муравьи или пчелы. Если бы ему повезло, его съела бы королева, которая случайно решила прогуляться снаружи, когда он был там.

Он знал, что так думать глупо, но ничего не мог с собой поделать. Казалось, что весь мир сговорился против него, и, как много раз до этого, одна-единственная оплошность или очередной приступ нелепой неудачи могли стоить ему всего.

К шести часам вечера того дня он почувствовал себя настолько измотанным и напряженным, что был пугающе близок к тому, чтобы сбежать в лес.

«Вот именно…» — прошептал он. У него ведь был молочно-розовый корень алии, да?

Судя по тому, что сказал Спайк, одна доза стоила около шести тысяч долларов. Стоит ли ему просто перестать быть трусом и продать ее? Каковы были шансы, что это дерьмо будет отслежено?

Стоная от разочарования, он вышел из комнаты. Посетив регистраторшу, он попросил у нее чашку кипятка. Она повиновалась, и он принес ее обратно в свою комнату.

Он уже однажды выпил чашку этого напитка. Но он приготовил его кое-как — просто холодная вода в пластиковой бутылке. На этот раз он хотел выпить дозу как следует. Если он стоит столько денег, то лучше бы он был хорошим.

Первое отличие, которое он заметил, был цвет. В прошлый раз, когда он его готовил, он выглядел слегка зеленым; теперь он был ярко-розовым. И вместо травяного запаха он имел сладкий аромат, как спелые фрукты.

Как только он сделал глоток, почувствовав вкус теплого молока, его глаза широко распахнулись. Возникло видение штормового, хмурого дня. Но дождь внезапно прекратился, и прорвался единственный луч солнца.

Образы удобной кровати, теплого супа, материнских объятий, безопасности и всего успокаивающего, что он мог придумать, промелькнули в его сознании, словно вытащенные на поверхность милосердными руками. Холодная вода определенно не была правильным способом приготовления. Возможно, она даже ничего не сделала, и он просто находился под эффектом плацебо.

Хотя он и был на вкус молочным, он был немного горьковатым, что почти испортило его вкус поначалу, пока он не привык к нему. Возможно, он снова приготовил его несколько неправильно, но он был не хуже несладких растворимых кофе, даже в таком виде.

Все мрачные и безнадежные мысли были развеяны, словно их и не было.

«Господи Иисусе…» — простонал он, чувствуя разочарование в себе.

Это случилось снова.

Слишком часто он вбивал себе в голову, что должен что-то сделать, а затем игнорировал все доводы против этого. Продавая свой прайм, который он проявил, подписывая контракт с Мадам, сражаясь с тем парнем из спортзала, присоединяясь к арене Пустошей; каждый раз, черт возьми , он сосредотачивался на возможных преимуществах того, чтобы что-то сделать, при этом полностью и абсолютно игнорируя последствия.

Больше ничего. Ничего подобного.

Он не мог войти в проход один и без снаряжения. И он не хотел этого делать.

После этой мысли у него словно гора свалилась с плеч. Наконец-то он снова мог дышать. Ну и что, что он пока не мог этого сделать? Он слишком хотел начать. Пока что он был жив и здоров. Черт, да он был практически бессмертен. Его талант обеспечивал ему вечную молодость. То, что он не мог сразу увидеть решение, не означало, что его не было.

Не было нужды играть в рулетку исследователя и убиваться как идиот. Даже если ему пришлось бы жить в лесу, быть бездомным или переехать в сельскую местность, где он мог бы подстригать газоны или что-то в этом роде, скрывая свою личность.

Еще не было и 7 вечера, но все, чего он хотел, это спать. Так он и сделал. Он мирно спал и видел во сне мягкие пастбища и цветущие поля. Легко было понять, почему молочно-розовый корень алии был так популярен среди лидеров, сталкивающихся с огромным стрессом.

Проснувшись, он почувствовал себя хорошо отдохнувшим и умиротворенным. Он умылся, оделся и вышел на улицу. Там он побродил в поисках вдохновения. Проходя мимо банка, он отметил, что ему нужно снова открыть счет.

Его шаги остановились.

Он медленно повернулся лицом к зданию с толстыми стеклянными панелями на фасаде.

Затем он вошел внутрь.

***

Банки были довольно строги с тем, кому они давали деньги. Это тоже имело смысл; они должны были гарантировать, что тот, кому они давали кредит, мог его вернуть.

Ему в голову пришла шальная мысль. Обычно считалось, что архи с двумя звездами держатся на плаву. Поэтому он вошел в банк и открыл счет. Прежде чем он успел спросить, леди, помогавшая ему открыть счет, сделала ему предложение.

Через полчаса он вышел на улицу. Открытие счета займет несколько дней, но как только это произойдет, он станет гордым заемщиком 100 000 долларов. Он взял кредит.

Двухзвездочные арки могли получить столько просто так; не нужны были кредитные баллы или подтверждение занятости или что-то еще. Конечно, это была не особенно значительная сумма для настоящего двухзвездочного, но для него этого было бы достаточно, чтобы начать.

После нескольких дней ожидания, наконец, настал этот день. Он получил свою карточку и попрощался с отелем, чувствуя себя новым человеком, когда вышел на улицу.

«Ну что ж, — сказал он. — Пора идти за покупками».

----------

Настроен до мелочей

«Вам не обязательно платить немедленно, сэр», — дружелюбно сказал хозяин, потирая руки. «Вы можете остаться на две недели, а потом решите».

Фредди окинул взглядом свою новую съемную квартиру и кивнул головой. «Хорошо, спасибо. Тогда увидимся через две недели».

Они пожали друг другу руки, и мужчина ушел, выглядя довольно довольным. Легко было понять, почему он был так счастлив. Две звезды в этом захудалом здании были, вероятно, его единственным самым большим знаком престижа.

Не то чтобы это было ужасно, в любом случае. Здание, в котором он снимал квартиру, было в десять раз лучше, чем его старое жилье. И само пространство было чистым, аккуратным и хорошо обставленным. Было только немного плесени в маленьком углу ванной.

Он стоял в маленькой гостиной однокомнатного дома и оглядывался, выдыхая от удовольствия. Арендовать что-то подобное за более чем пять тысяч долларов в месяц было преступлением, но район был очень конкурентным, так что это не было сюрпризом.

С его новым состоянием он, вероятно, мог бы снять еще более приятное место, но он не собирался безрассудно тратить взятые в долг деньги. Но он также не хотел жить в дыре, и у него были веские причины снимать жилье поближе к центру. Нет смысла тратить несколько часов в день на ходьбу.

Уже был полдень, и в тот день у него было много дел, поэтому он начал немедленно. Первым делом он отправился за продуктами. Меньше чем через час его новое жилье было заполнено всем необходимым. Мыло, шампунь, туалетная бумага, основные продукты питания и так далее. Это стоило меньше сотни долларов.

Если честно, он вообще не имел ни малейшего представления о том, как готовить. К счастью, не было нужды в чем-то изысканном.

Он был далек от придирчивости в еде, поэтому, пока он не начал получать стабильный доход, он воздерживался от того, чтобы инфляция образа жизни поглотила его финансы. К счастью, у него была привычка и опыт бережливости, которые помогали ему всю жизнь.

Он запер квартиру, вышел на улицу и пошёл к основному месту назначения на тот день. Возле здания, в котором находился общественный проход, находился торговый центр. Но это был не обычный торговый центр.

Белое здание выглядело чистым, без окон и в целом непримечательным снаружи, но чтобы попасть внутрь, ему пришлось предъявить удостоверение личности, чтобы доказать, что он архичеловек. Хотя раньше он бы насмехался над такими социальными барьерами, в этом случае он полностью понимал, почему смертным там не место.

Проталкиваясь сквозь удушающую массу входящих и выходящих людей, он наконец шагнул внутрь. «Еще больше пространственного расширения», — размышлял он. «Давно такого не видел».

Действительно, торговый центр был по крайней мере в три раза больше, чем казался снаружи. Это был не первый раз, когда он входил в подобное место, но в прошлый раз оно явно было больше нацелено либо на небоевых архилюдей, либо просто на богатых людей в целом.

А этот торговый центр?

Каждый магазин внутри продавал какую-то форму оборудования. Там были оружейные магазины, всевозможные поставщики ресурсов, торговцы оборудованием — черт, он даже видел магазин, торгующий эфирными конструктами. Это была для воинов.

Внутри люди делились пополам на тех, кто был одет повседневно, и тех, кто был вооружен до зубов и в полном снаряжении — оружие лежало на виду.

Во время своих повторных визитов и целыми днями бездельничанья в вестибюле он не просто сидел и размышлял, что делать.

Он тоже наблюдал.

Много раз он видел, как люди снимали свое оборудование, часто для лечения немедленных, но относительно безобидных травм, а иногда просто для того, чтобы снять удушающие предметы и позволить себе дышать. Люди использовали широкий спектр инструментов, одежды и доспехов, и, сопоставляя увиденное с каталогом, который ему дали, он составил довольно хорошее представление обо всем, что ему нужно было заполучить.

Сначала его глаза обшарили магазины в поисках чего-то, что нужно всем. Он искал нижнее белье. Не просто какое-то нижнее белье, а этот цельный комбинезон, который он видел довольно часто.

Ему не потребовалось много времени, чтобы найти магазин, где это продавалось.

Учитывая все сходства и практически неограниченное количество различных талантов, неудивительно, что у людей был разный спектр конкретных потребностей в отношении нижнего белья. Огненные арки нуждались в огнестойкости, некоторым требовалось воздействие на кожу или прямой контакт, чтобы их способности или таланты работали, другим нужно было, чтобы каждый дюйм их тела был прикрыт, и так далее.

Пройдя мимо отдела женского нижнего белья, он направился в отдел мужских комбинезонов. Там снова был широкий выбор одежды. Он пробежал взглядом мимо тех, которые оставляли открытыми ноги, руки и голову, и направился прямо к полной защите тела.

Этот цельный комбинезон, имеющий только одно отверстие для глаз, которое можно было расширить, чтобы в него поместиться, закрывал все тело от пальцев ног до макушки, и, как и было заявлено, оставлял только одну маленькую щель, через которую можно было видеть.

Он видел, как очень немногие носили что-то подобное. Учитывая то, что он прочитал в статье, было довольно странно, что его так редко использовали. Главным преимуществом такого боди было то, что оно закрывало все. Оно было разработано, чтобы отталкивать жидкости, и пропускало воздух только в одном направлении, что делало его отличным способом защиты от вредных веществ, будь то жидкости или газы. Он также фильтровал воздух, который выпускал наружу, снижая вероятность того, что что-то уловит запах вашего тела.

Проблема с пограничными мирами заключалась в том, что даже при наличии всей информации, которую можно было получить, всегда оставался риск, который просто невозможно было предусмотреть, — риск появления девиантов.

Монстры не были похожи на так называемый «просвещенный вид». В то время как существа, подобные людям, использовали основные черты, чтобы приобрести талант, монстры имели врожденную, специфическую для вида черту и от рождения обладали эфирной звездой в своей душе. В некоторых случаях появлялись девианты.

Девианты были, ну, девиантами. Они не были похожи на своих обычных сородичей. Их талант и склонности обычно отличались, а иногда у них просто была дополнительная склонность сверх обычных вещей, которые получали другие члены. Не было точного числа того, как часто они появлялись, но для горелов прохода, в который он собирался углубиться, это было примерно около 1%. Хотя это казалось редким, на самом деле это было не так. Если он встречал только десять в определенный день, он встречал девианта в среднем раз в десять дней, но, вероятно, он видел бы гораздо больше.

Они различались по силе: некоторые из них были намного слабее обычных представителей своего вида, в то время как другие могли стать настоящим кошмаром, против которого приходилось формировать специальную команду.

Но тогда, учитывая, что жизнь, природа и смерть обладают способностями, позволяющими производить некую форму смертоносной субстанции, и что эти способности часто проявляются у девиантов, почему не все носят полную защиту?

Все было просто — выглядело странно.

Хотя это могло показаться ужасной причиной для того, чтобы поставить под угрозу свою безопасность, это не так. Вовсе нет. Потому что когда человеческое взаимодействие стало валютой, тщеславие перестало быть тщеславием. Восприятие людьми других имело значение.

Фредди прочно вошел в категорию вещей «к черту репутацию». И куда это его привело? Шестеро мужчин, похоже, избили его до смерти, пока он спал. Он не выполнил свою часть работы по установлению ожиданий, поэтому другие создали свои собственные. Не было друзей, которые бы встали рядом с ним, и каждый был волен изображать его таким, каким хотел его видеть. И они хотели, чтобы он был стукачом-придурком, на котором они могли бы выместить свое разочарование.

Если смотреть через эту призму, то это было совсем не странно. Как люди будут смотреть на человека, который выглядит слишком осторожным? Его будут считать либо трусом, либо плутом, либо человеком, которому не хватает опыта. Ни одна из этих трех вещей не была желательной для партий, ищущих членов. Размышляя дальше, он пришел к выводу, что люди постоянно идут на, казалось бы, ненужный риск ради имиджа.

Многие отказывались принимать лекарства, когда болели, выполняли всевозможные опасные трюки, чтобы произвести впечатление на других, делали татуировки, которые могли затруднить трудоустройство, и так далее. Но всегда это было по какой-то причине. Всегда это было с мотивом в голове. Они определяли свою репутацию, чтобы ее не определили за них.

Но на этот раз все было не так, как в пещерах. Это не было местом отчаяния и злости; это был дом мечтаний и приключений, надежд и стремлений. Если кто-то одевался странно или казался слабым, его просто оставляли в покое. Изгой, возможно, да, но кого это волновало? Его это точно не волновало.

Для него быть одиночкой было предпочтительнее на данный момент. Не только его личность была поддельной, но и слишком много его секретов не могли быть использованы перед другими, включая его два самых важных козыря. Безрассудное хвастовство было бы реальным способом навлечь на себя неприятности. Таким образом, отталкивание других и получение дополнительной защиты было, очевидно, правильным выбором.

Важно было то, что на этот раз он сам выбирал свою репутацию.

Что касается внешнего вида, у него было несколько вариантов боди. Во-первых, это были обычные цвета, такие как белый, черный, бежевый и так далее. Во-вторых, камуфляж, оттенки которого зависели от типа окружающей среды. И, наконец, третий — черный как смоль. Не просто обычный темный, а темный как пустота. Он был настолько черным, что ткань выглядела так, будто кто-то вырезал из реальности кусок в форме боди. Но от цены у него свело живот.

«Семнадцать тысяч, Господи…!» — заметил он. «Я слишком беден, чтобы даже смотреть на эту ерунду».

И, кроме того, ему не было необходимости в чем-то подобном. Камуфляж был хорош. Кроме того, большая часть, если не вся, комбинезона в любом случае будет покрыта другим снаряжением. Так что цвет не был так уж важен.

Это все еще было недешево, почти четыре тысячи долларов, но качество оправдывало цену.

Он не только отталкивал жидкость и газ, но и был огнестойким, устойчивым к разрывам, порезам, резке и прокалыванию, не распадался даже при небольшом повреждении, был суперудобным, обеспечивал полную свободу движений и даже обещал быть частичным барьером для способностей и талантов, связанных с прикосновением. Он был уверен, что более дорогие модели обеспечивали гораздо лучшие версии всех этих вещей, но это было все, что он мог себе позволить.

Также, по-видимому, он должен был носить носки и боксеры поверх , а не под костюмом. Это не имело особого смысла, и выглядело как чертовски глупо, но он подчинялся. Пара так называемых «фильтрующих метеоризм» эластичных трусов и высокие защитные носки позже, он потерял еще семьсот долларов.

Следующим шагом была обувь. Обувь была важна. Не только было множество способностей, которые могли ударить из-под ног, но он также был мастером боевых искусств, поэтому его обувь должна была выдерживать довольно сильные удары и обеспечивать надежную опору. Опора была важна. Даже решающая для любого мастера боевых искусств.

Как только он вошел в магазин, он увидел коллекцию предлагаемой обуви. Больше всего его поразило, как здесь, так и в магазине, то, что вся обувь имела чрезвычайно широкие носки. Сначала он задавался вопросом, почему, но когда он спросил об этом у рабочего, то был ошеломлен ответом. По-видимому, это была единственная форма, которая действительно подходила для стопы. Узкие шипы были просто неправильными, так как они слишком близко прижимали пальцы ног друг к другу.

Еще одна жертва, которую люди принесли ради внешнего вида. Но рациональная. Потому что они были просто чертовски уродливы на вид.

«Утиные лапки — отвратительные туфли», — подумал он в шутку. Ну, все их носили, так что они не были чем-то из ряда вон выходящим.

Модель, которую ему пришлось купить, была самой дорогой частью снаряжения, которое он мог получить в тот день, и стоила ему почти двадцать тысяч долларов. Опять же, хорошая обувь была для него квинтэссенцией. С его тяжелым телом и интенсивным Струящимся ударом ему нужна была обувь, способная выдержать множество повреждений.

Ему пришлось купить высокопрочную модель, которую было бы легко обслуживать. Такая комбинация не была дешевой с любым снаряжением. Что касается внешнего вида, он выбрал камуфляж для всего. Это был довольно популярный выбор по понятным причинам. И выглядело это чертовски круто.

Он получил толстые леггинсы, жесткую рубашку, толстую, усиленную кольчугой водолазку, защитный жилет, наплечники, металлические наручи, толстые кожаные перчатки с жесткими костяшками, наколенники и пластины для голени; затем, после этого, он купил усиленную синтетическую куртку и штаны, которые можно было надежно закрепить на его ботинках с помощью стандартных крючков, встроенных в оба предмета одежды. И, наконец, но не в последнюю очередь, полный шлем с синтетическим, небьющимся забралом.

Оружие не было его коньком, по крайней мере, пока, так что мало что могло помешать этому, но он все же взял стандартный охотничий нож и мачете, достаточно короткий, чтобы влезть в его кольцо для хранения. Что касается другого снаряжения, он купил факел на эфирных технологиях, флягу и аптечку первой помощи, которые ему почти наверняка не понадобятся, но он взял их на всякий случай, если он не сможет использовать свой талант по какой-либо причине.

В качестве последней покупки он получил большой рюкзак. В его кольце для хранения не хватило места для части разного оборудования, и было бы лучше, чтобы другие не знали, что у него есть кольцо для хранения.

Когда он закончил покупки, он потерял более 70 000 долларов. Одна лишь мысль о потраченных деньгах заставила его потеть. Ради бога, он купил в среднем оборудование низкого и среднего уровня! Насколько чертовски дорогим будет полный комплект высокого класса?

Закончив с покупками, он вернулся домой. В гостиной его новой съемной квартиры было большое зеркало. Так что осталось сделать только одно, подумал он, продолжая надевать все свое снаряжение. Ему потребовалось почти пятнадцать минут, чтобы крепко закрепить все ремни и завязать все узлы. Закончив, он увидел свое отражение.

«Пфф!» — фыркнул он. «Чёрт, я выгляжу как полный зануда», — простонал он, но всё равно улыбался. Честно говоря, он выглядел чертовски круто. Как потный старомодный хард с фетишем армейского-слэш-средневекового-воина, да, но всё равно круто. Полный шлем был особенно резким. Как раз вишенка на торте, которая ему была нужна.

Остаток дня он просто отдыхал. Он был слишком напряжен за последнюю неделю, и ему нужно было начать свою карьеру исследователя хорошо отдохнувшим и с ясной головой. С этой целью он также принял еще одну дозу молочно-розового корня алии. Крупное вложение, но необходимое.

Хотя он был напуган, он также был переполнен волнением. Как он знал по опыту, он был слишком нервным, чтобы спать без посторонней помощи. Отбросив мысль о том, что это может перерасти в зависимость, он допил чай и рано ушел, мечтая о радугах над зелеными пастбищами, плюшевых мишках и теплых одеялах, и единорогах, летящих над облаками.

Проснувшись, он был настолько свеж, насколько это вообще возможно. После скромного завтрака из слегка подгоревших яиц, любезно предоставленного ему отсутствием опыта работы с настоящей плитой, он надел свою старую экипировку и отправился в центр.

Люди расступались перед ним, когда он проходил мимо них по улицам, и в конце концов он достиг своей цели. Как только он вошел внутрь, многие глаза обратились на него. На самом деле, слишком многие.

«О, боже», — прошептал он себе под нос.

Некоторые люди смеялись и слегка толкали своих товарищей по рукам, привлекая к нему внимание. Не многие, однако. Среди толпы, сидевшей в вестибюле, он заметил только двух человек, которые обратили на него внимание.

Все бы ничего, если бы так и осталось, но какой-то брюнет встал и шагнул вперед. «Эй, спецназовец, куда ты направился?» — поддразнил он с улыбкой.

Мужчина явно был опытным, судя по нескольким шрамам на щеках, а его снаряжение, хотя и казалось высококачественным, было довольно потрепанным и изношенным, демонстрируя многочисленные признаки тщательного обслуживания и ремонта.

Фредди молчал, уставившись на мужчину. Что делать в этой ситуации? Молчать? Играть в слабака?

Прежде чем он успел придумать план, мужчина обнял его за шею и наклонился, грозя пальцем и шепча: «У тебя хорошее снаряжение. Я вижу, что ты знаешь свое дело. Не мой стиль, но практично. Ты ждешь свою команду?» — спросил мужчина.

Он просто смотрел на него, пытаясь придумать, что сказать.

«Нет? Ах, так ты один?» — заключил он, втягивая воздух сквозь зубы. «Не самая лучшая ситуация. Как насчет этого: мы с ребятами собираемся погружаться в десять, когда все соберемся, и ты можешь пойти с нами. Я не могу обещать тебе место в команде, но нам нужен кто-то, кто будет охранять наше оборудование и, возможно, поможет нам вернуть мясо. Ты получишь хорошую долю! Нас шестеро в группе. Я могу предложить тебе пять процентов от доли. Что скажешь?»

Он понятия не имел, выгодная это сделка или нет. Хотя он был категорически против вечеринок с другими, игры в помощника... Это, безусловно, обходило некоторые из главных причин, по которым он предпочел бы остаться в одиночестве. Учитывая, как этот человек выразился, от него не ожидали, что он будет сражаться рядом с ними, только охранять их снаряжение, пока они сражаются, и помогать им нести вещи.

Опыт был ценным, и это было намного безопаснее, чем идти в одиночку. Это дало бы ему отличный шанс увидеть, как погружаются другие, и он был оптимистичен, что узнает несколько вещей, которым гиды не могли бы его научить, независимо от того, сколько они стоят. Если бы все пошло наперекосяк, он всегда мог отказаться от сделки и поставить собственную безопасность на первое место.

Но.

«Десять процентов», — потребовал он. Их было шестеро, а он один — пять процентов были слишком маленькой долей, даже для того, что он собирался сделать.

«Пфффф...» — пробормотал мужчина. «Нет, черт возьми, мужик». Он нахмурился и покачал головой, глядя на своих товарищей по команде жестом «посмотрите на этого парня». «Это не ставки помощника; я бы заплатил столько новому члену команды. Я могу дать вам шесть».

«Восемь», — сказал Фредди.

«Шесть или никакой сделки», — заявил мужчина. «Ты не будешь в боевых частях, ты будешь только...»

«Я все еще могу в конечном итоге сражаться», — прервал он мужчину. «Не то чтобы я был в безопасности, просто потому что я остаюсь позади. К тому же я могу нести большой вес». Он решил не упоминать тот факт, что он был двухзвездным. Одного ублюдка, пытавшегося уговорить его помочь, было достаточно.

«Как я уже сказал, шесть — это все, что я могу вам дать», — сделал свое последнее предложение мужчина.

С этими словами он просто пожал плечами, развернулся и направился к лестнице. В его шагах не было ни капли колебания. Он шел походкой человека, искренне отказывающегося от сделки. Потому что, ну, так оно и было.

Мужчина позвонил снова через несколько секунд. «Хорошо, отлично!» — крикнул он. «Но при одном условии. Ты сказал, что можешь много нести, да?»

Он кивнул.

«Тогда посмотрим!» — сказал он, указывая на одного из членов своей команды. Мужчина был довольно мускулистым, но не из тех, кто излучал силу. Тем не менее, учитывая отношение другого парня, у этого парня, вероятно, был талант к увеличению силы. «Если ты сможешь победить его в армрестлинге, — сказал он, — я дам тебе восемь процентов; нет, черт возьми, я дам тебе десять. Но если ты проиграешь, я дам тебе шесть, как и обещал».

Он понятия не имел, сможет ли он победить этого человека в армрестлинге. Но ему было все равно. «Нет», — наотрез отказался он. «Мы собираемся погружаться, а ты хочешь рисковать, что твои товарищи по партии покалечат себя?» — спросил он с насмешкой. «Забудь об этом; я не хочу погружаться с тобой».

«Ладно, ладно, патологический ты ублюдок», — сдался мужчина. «Восемь процентов».

«Девять процентов», — отпарировал он, улыбаясь под своим полным шлемом. Чуть больше половины ставки, которую получат все остальные. Этого должно быть достаточно.

Мужчина закатил глаза так сильно, что казалось, будто он пытается найти надоедливого шершня, летающего над его головой. «Ты должен быть лучшим помощником, которого я когда-либо видел в своей жизни!»

Фредди улыбнулся под шлемом. «Значит, мы договорились».

----------

Подготовка

Фредди сидел рядом с людьми, с которыми он заключил сделку; пока их было только трое: их лидер сидел на маленьком стуле, а двое других — на диване рядом с Фредди.

Человек, в силу которого лидер так верил, был тихим типом, щеголяя короткой стрижкой, даже короче его собственной, его длинный меч лежал в ножнах, а его черный синтетический карбоновый шлем лежал на столе перед ними. Мужчина был одет в черное — не как смоль , как те вещи, которые Фредди видел в магазине снаряжения, но достаточно темный, чтобы быть почти невидимым в ночное время.

Под журнальным столиком были сложены три сумки, все в том же стиле, что и его собственная.

Трое членов группы лениво болтали, воздерживаясь от любых разговоров о самом погружении, пока не прибыли остальные трое членов их команды. Они говорили о погоде, делились историями о своих вылазках и вечеринках, на которых они недавно были, и в целом придерживались мирских, повседневных дел.

«Итак», — крикнул третий мужчина, парень с длинными черными волосами, в толстом зеленом пальто и с луком на спине, и повернулся к нему лицом. «Как тебя зовут, солдат?» — ехидно спросил он.

«Ф...» Он прикусил язык. Он был очень близок к тому, чтобы представиться как Фредди. Потом он понял, что на самом деле забыл имя на своем удостоверении личности.

«О, черт, что это было?» — подумал он. «Леонард?»

Это показалось мне неправильным.

«Меня зовут Лиам», — сказал он, внезапно вспомнив это. «Лиам Джонсон», — добавил он, поделившись вымышленной фамилией, на которой остановился.

Когда пройдет полгода или около того, это будет указано в его удостоверении личности, поэтому он начал представляться заранее, чтобы убедиться, что это именно то имя, под которым его знают, а не то, которое указано в удостоверении. Он хотел, по возможности, не оставлять следов на виду.

«Ну, приятно познакомиться, Лиам. Меня зовут Роберт», — представился лучник, кивнув головой.

«А, точно», — вспомнил фехтовальщик. «Я Кайл».

«Меня зовут Теодор», — добавил лидер, подняв руку с ухмылкой на лице.

«Ну, скажи мне честно», — продолжил лучник. «Ты новичок в погружениях?» — прямо спросил мужчина. Двое других, похоже, тоже заинтересовались.

«Честно?» — промычал он. «Вроде того? Я и раньше сражался с монстрами, но не в таких подземельях», — полностью признался он. «Что, новое снаряжение выдало меня?»

Глаз лидера дернулся. «Чувак... у тебя нет опыта?» — спросил он, выглядя совершенно возмущенным и, по-видимому, готовясь отказаться от заключенной ими сделки.

Но он быстро пресек это. «Не волнуйтесь, у меня достаточно опыта, чтобы справиться самому».

Мужчина поднял бровь. «Расскажи мне о своих навыках», — потребовал он.

Фредди колебался. Было бы лучше, если бы они знали его основные способности ради безопасности всех участников, но он воздержался от того, чтобы делиться всем. «У меня есть сродство с водой, и мой Струящийся удар находится на первой стадии», — заявил он. «У меня также есть довольно продвинутое Гидравлическое напряжение, и я использую Сотня Мокрых Адов в качестве своей основной техники закалки. Я тренировался в рукопашных единоборствах, хотя, надо признать, я не самый талантливый в этом, поэтому я сосредоточился на развитии своих способностей, чтобы компенсировать это».

«Пфффф», — фыркнул лидер. «Да ладно, я расхваливаю твое резюме, но будь реалистом!»

«Что?» — пробормотал он в замешательстве.

«Продвинутое Гидравлический напряжение и Сотня Мокрых Адов. Ха!» — фыркнул он. «Приведите сюда партию Молодого Мастера; вы думаете, мы вчера родились?»

«Э-э…», — пробормотал он. «Я имею в виду, если вы хотите, чтобы я продемонстрировал, я был бы рад…», — предложил он, но не знал как.

«Ладно, тогда», — сказал мужчина, и на его лице отразилось веселье. «Если у тебя есть Сотня Мокрых Адов, тебе не стоит бояться армрестлинга с моим приятелем».

Фредди закатил глаза. Должно быть, этому человеку очень нравится смотреть армрестлинг.

«Черт возьми, с Гидравлическим напряжением», — продолжил мужчина, — «вы даже можете победить!»

Он хотел возразить, но... понял, что сказать: «Это не мне будет больно», — это прозвучит слишком высокомерно . Вздохнув, он повернулся к мечнику. «Какая у тебя доминирующая рука?»

Мужчина ответил: «Правая».

Он кивнул ему. «То же самое. Тогда давай оба сделаем лево. Тогда, даже если я сломаю тебе руку, это не помешает твоему фехтованию».

«Ооохохохохо», — захихикал лучник, хлопнув в ладоши. «Вот это боевые слова. Мне нравится этот парень».

«Ладно», — сказал лидер, пожимая плечами с выражением, выдававшим его ожидание. «Давайте начнем. Уберите все это дерьмо», — попросил он, убирая с журнального столика всякие бутылки и бумаги.

«Э-э-э», — начал он, приподняв бровь. «Все в порядке? Не будет ли у нас неприятностей, если мы сломаем стол?»

«Нет, не волнуйтесь», — махнул рукой мужчина. «У них есть персонал, любящий природу, который может починить сломанные столы за считанные секунды. Такие идиоты, как мы, — обычное явление в этих краях».

Хотя он был довольно силен, он был чертовски тощим. Он немного поправился, но все еще был довольно далек от своей эры бодибилдера. Двухзвездное телосложение имело почти вдвое больший физический потенциал, чем однозвездное, но он не слишком его раскрыл.

Тем не менее, он был на сто процентов уверен в своей победе, даже если у этого человека был мощный талант, связанный с силой. Причина была проста — у него была вторая звезда. Хотя его общая емкость сущности все еще составляла всего около 110% от максимума, который мог иметь однозвездный, учитывая, что его звезда добавляла только еще 10%, теперь он мог удвоить потребление сущности при использовании способности. Все, что ему нужно было сделать, это задействовать обе звезды одновременно. Гидравлическое напряжение с двойной мощностью было бы более чем достаточно, чтобы сократить разрыв. Ему просто нужно было убедиться, что это не слишком заметно.

Два противника заняли позицию. Фредди крепко схватил стол правой рукой и сжал левую руку другого мужчины. Двое мужчин уставились друг на друга, оба сделали несколько поддразнивающих рывков, чтобы вывести противника из себя и слегка проверить его силу, и напряжение вокруг них росло.

Люди начали шептаться. Довольно много прохожих подошли поближе, образовав небольшую толпу зрителей.

Лидер партии занял позицию. Через несколько мгновений он взмахнул рукой вниз. «Начали!»

Оба мужчины потянули.

«Гах!» — простонал Фредди, которому тут же пришлось прибегнуть к полному физическому напряжению, чтобы удержать свою руку от удара. Неудивительно, что они были так чертовски уверены.

Но... даже без Гидравлического напряжения он на самом деле держался. Лицо мужчины покраснело, и он выглядел вспотевшим, не то чтобы ему было намного лучше — скорее, он жалел, что не снял этот дурацкий шлем.

По мере того, как матч прогрессировал, становилось все более очевидным, что он проиграет. Но это происходило очень медленно. Хотя мужчина уже получил полное преимущество и взял рычаг под свой контроль, скорость, с которой его рука опускалась, была не особенно быстрой.

Он не был удивлен; его выносливость и сила воли были необычайными, поэтому он мог продолжать идти без помех даже перед лицом боли и дискомфорта. Но победа без Гидравлического напряжения была бы невозможна.

Как раз в тот момент, когда его рука собиралась упасть слишком низко, чтобы у него был шанс на восстановление, он активировал свою способность, используя только одну звезду. Это было так, как будто человек внезапно стал невесомым. Когда эссенция текла через воду в его конечности, она сжимала и напрягала его бицепсы, в то время как его хватка на столе становилась достаточно сильной, чтобы заставить дерево треснуть.

Все тело мужчины развернулось, и его отбросило в сторону, когда тыльная сторона его ладони врезалась в поверхность стола, разбив ее в щепки.

На долгое мгновение в зале воцарилась мертвая тишина. Затем раздались крики одобрения.

В пятнадцатый раз Фредди щедро извинился перед Кайлом. Учитывая его разговоры о «риске травм членов партии», он чувствовал себя самым большим лицемером. Теперь руку мужчины бинтовала довольно сердитая на вид блондинка, заклинательница сродства с водой по имени Петра.

Прибыли остальные три члена группы, включая высокого лысого чернокожего мужчину по имени Лэнс, который был драчуном, принадлежащим к стихии земли; Петру, как уже упоминалось выше; и Беатрис — рыжеволосую заклинательницу, принадлежащую к стихии огня, и жену Теодора, которая была в разгаре спора с ним из-за того, что он нанял помощников, не посоветовавшись со всей группой.

Он посмотрел на свою левую руку, глубоко задумавшись. Он понятия не имел, что Гидравлический Флекс был настолько мощным. Время, проведенное в пещерах, не предоставило ему достаточно возможностей по-настоящему проверить его. Но даже без него... даже как недавно вознесенный двухзвездный и мастер боевых искусств... должен ли он действительно обладать силой, сравнимой с тем, у кого есть преданный талант к этому?

Нет. Ответ на это был нет. Определенно нет. Может быть, если бы у него было больше мышечной массы, он мог бы оправдать это, но это...

«Извините», — позвала Петра, слегка постукивая его по предплечью.

«А?» — сказал он, поворачиваясь к ней лицом. «Ой, извините; что это?»

«Мы начинаем встречу», — вежливо сказала она, глядя на него с явной неприязнью. «Так что вам, вероятно, следует обратить внимание, если вы все еще идете с нами».

«Ох!» — воскликнул он. «Да, мне очень жаль».

«Хмф», — фыркнула она, поворачиваясь лицом к остальным.

Когда они устроились на своих местах, было много признаков того, что их мысли все еще были заняты армрестлингом. Роберт презрительно усмехнулся Кайлу, Теодор постарался не делать этого под злобным взглядом Беатрис, Лэнс покачал головой с неодобрением, Петра все еще выглядела довольно раздраженной, учитывая, что ее жених только что получил ненужную травму перед погружением, а Кайл, казалось, был глубоко пристыжен.

Но как только Теодор открыл рот и начал собрание, все это мгновенно исчезло. Жизни зависели от основательной подготовки. Не было места для драмы.

Область, в которую они погружались, была сложной. Многие области находились под землей или имели постоянные ночи или дни, в то время как другие имели некую форму цикла день-ночь, которая могла напоминать или не напоминать Новую Землю. Там, где они погружались, было последнее, но это был худший тип, который можно было себе представить.

Ночь была почти черной, а дни — обжигающе жаркими — и ни один из них не длился определенное количество времени. Оба могли длиться от пятнадцати минут до более чем пятидесяти часов, и невозможно было предсказать их продолжительность. Когда прийдёт время смены, это произойдёт в мгновение ока. Яркий день превратится в кромешную тьму, а глубины ночи станут ослепительно солнечными в одно мгновение — и если это произойдёт во время боя, лучше адаптироваться по-быстрей.

Горелы жили под землей, поэтому им не приходилось особо полагаться на свои глаза.

Чтобы сделать ситуацию еще хуже, Багровые сумерки появлялись каждые полгода или два года. Ни день, ни ночь, это было состояние, когда небо становилось кроваво-красным, а горелы сходили с ума. Это был единственный раз, когда королевская стража выбралась на поверхность, и между ульями начинается настоящая война.

К счастью, последний раз Багряные сумерки появились два месяца назад, так что риск их появления был минимальным еще долгое время. Но, к сожалению, это имело существенный недостаток — циклы были нарушены.

У Горелей были королевы, которые жили недолго, где-то от двух до трех месяцев, в зависимости от размера улья — короче в больших и длиннее в маленьких. Все становилось довольно суматошным, когда наступало время для рождения новой королевы.

Разные виды монстров относились к девиантам по-разному. Некоторые следовали за самыми могущественными представителями своего вида, девиантными или нет. В то время как другие... избавлялись от них. Для горелов это было сложно. Они терпели девиантов большую часть времени, но в те несколько дней, когда они меняли королев, охранники становились гиперопекающими, в результате чего все девианты были изгнаны из гнезда или убиты.

Интересно то, что в более крупных ульях, хотя там было больше девиантов, туннели были слишком длинными для большинства из них, чтобы сбежать, в то время как в более мелких ульях, где было меньше девиантов, гораздо больше из них смогли выбраться на поверхность из-за более коротких путей эвакуации.

Находиться рядом с небольшими ульями, которые меняли королев, было безумно опасно. Это также было довольно популярно. Почему? Потому что у девиантов после смерти был шанс проявить прайм-след. Их убийство было одним из немногих способов получить праймы, и, как Фредди узнал на собственном горьком опыте, праймы могли стоить довольно дорого.

Первые несколько месяцев после Багровых Сумерек всегда были сложными. Ульи спорадически теряли своих королев, и отслеживать циклы становилось сложнее. Борьба с девиантами могла быть прибыльной, но это был высокий риск, высокая награда. Они могли быть самыми разными сложными, и для менее опытных групп лучше было обходить их стороной.

Это был план их партии, и у него не было возражений. Это было разумное решение. Шансы получить прайм были в пределах однозначных цифр — неразумная авантюра, учитывая сопутствующую опасность.

Планирование маршрута и распределение ролей заняло у них меньше двадцати минут. И Беатрис, и Петра были в ярости, обнаружив, что он был в своем первом погружении, и единственной причиной, по которой они не выгнали его, было то, что он был по крайней мере полностью экипирован и доказал, что он достаточно силен, чтобы превзойти их главного силача, а также достаточно внимателен, чтобы использовать не доминирующую руку.

Тем не менее, хотя они и решили позволить ему остаться, они строго проинструктировали его о том, что делать.

«Никогда не выходи из поля зрения», — повторила сама Петра. «Всегда сообщай нам о чем-либо приближающемся, даже если ты думаешь, что мы это увидели. Не борись ни с чем; ты только помешаешь; даже если ты думаешь, что мы проигрываем бой, ты не должен вмешиваться. Мы не можем свободно использовать свои способности, пока все наши члены не будут знать правильные сигналы и не будут обучены реагировать на них. Если ты все еще хочешь действовать, жди, что тебя поразит огненный шар Беатрис или стрелы Роберта. Если что-то или кто-то пойдет на мешки, твоя задача — задержать это, пока мы не сможем отреагировать. Не сделаешь этого, и ты потеряешь свою долю. Мне нужно повторить что-то еще?»

Он задумался на мгновение, затем покачал головой.

«Ладно», — сказала она. «Ну что ж. Думаю, нам пора идти».

Хотя он и беспокоился о разделении доходов, оказалось, что его опасения были напрасны. Все они должны были подтвердить, что они в одной партии, и лидер представил акции с их согласия, пока клерк записывал их. На мгновение он испугался, что этот процесс раскроет имя в его удостоверении личности, но это было то, о чем ему не стоило беспокоиться. Хотя ему и пришлось предоставить свое удостоверение личности, это было только для того, чтобы все задокументировать, и имя не было передано членам его партии.

Как только они закончили это, они спустились в комнату. Почти сразу же неприятный привкус в воздухе ударил его чувства. Он узнал этот запах. Это был запах крови, и он даже мог уловить слабый намек на обугленную плоть.

Это вызвало крайне неприятные воспоминания, но он не показал никаких внешних признаков того, что это его расстроило. Было легче скрывать вещи, когда никто не мог видеть его лица. В конце концов, они, наконец, вошли в вестибюль, который напрямую соединялся с проходом.

Первое, что бросилось ему в глаза в главном зале, был массивный портал с другой стороны. Это был самый выдающийся проход, который он когда-либо видел, достаточно широкий, чтобы десять человек могли пройти рядом без особых проблем.

И через этот проход несколько человек тащили трупы монстров. Большинство из них были в прозрачных пластиковых пакетах.

Они выглядели немного меньше, чем он ожидал, но их описание как резких обезьян-ленивцев было верным. Их мех собирался в черные шипы, а на груди краснели отблески красного.

Здесь не было уютных кушеток, только жесткие скамейки и деревянные стулья; на некоторых из них раненые люди лечили свои раны прямо на открытом воздухе. У одного из них была огромная рана вдоль живота, и часть его внутренностей вываливалась.

«Слава богу, что я решил поработать с оборудованием, прежде чем прийти сюда», — только и думал он, сочувственно морщась, когда человек кричал, когда его внутренности заталкивали обратно в кишки.

«Отвратительный день», — сказал Теодор. «Сосредоточься».

Кайл, который выглядел более устрашающе в своем рабочем режиме, постепенно смещался к Фредди, пока не встал рядом с ним. «Так... у тебя тоже есть талант силы, так?» — спросил мужчина, как будто ответ был уже очевиден.

Его губы сжались, пока он обдумывал свои слова. Он уже заранее подготовил то, что скажет другим. «На самом деле, нет», — отрицал он. «У меня есть талант, усиливающий регенерацию». Что было достаточно близко к истине, чтобы никто не усомнился в этом.

Даже если кто-то замечал, что его талант работал сильнее, когда он сражался, он всегда мог сказать, что убийство вещей или сражение заставляли его талант работать на пределе возможностей, или что он мог вручную иногда повышать эффективность или что-то в этом роде. Пока он придерживался достаточно близко к истине, было бы легко оправдать несоответствия.

«Ух ты!» — сказал мужчина, нахмурившись в замешательстве. «Какого черта ты тогда такой сильный?»

«Стероиды», — просто сказал он, снова солгав. «Их много».

Мужчина поморщился. «Да, это имеет смысл. Но ты не шутил насчет Гидравлического напряжения», — признал он, посмеиваясь. «Эта штука, должно быть, близка к первой стадии, верно?»

Его губы снова вытянулись в линию, когда он это услышал. На самом деле, он был готов только на 30%. «Да», — подтвердил он в любом случае.

«Мужик, у тебя, должно быть, был...» Мужчина попытался продолжить разговор, но вмешалась Петра.

«Тихо там. Мы входим в проход».

Итак, они прошли через массивный вход. К счастью, был день, и они вышли на поляну. Солнце палило нещадно, светя почти прямо сверху. Деревья были срублены, и большая территория была очищена от растительности. Она была довольно каменистой, с множеством кустарников, покрывающих камни, и деревьями средней высоты, редко торчащими из неровной местности. Нагретый воздух кружился над каменоломней вокруг них, скручиваясь и трансформируясь с нагретым воздухом, исходящим от них.

Не раздумывая, Теодор свернул с намеченного маршрута, и они начали свою охоту в абсолютной тишине.

----------

Профи в действии

Зеленый, желтый, красный и черный. Это были цветовые коды, используемые для обозначения опасности областей в пограничных мирах. Это был первый раз, когда Фредди понял, что эта система не была уникальной для погружных экспедиции.

Когда они вошли в зеленую зону, обозначавшую стартовую зону, он не мог не оглядеться вокруг в изумлении.

Этот мир имел довольно уникальную географическую планировку. Камень доминировал на большей части ландшафта, а выносливое дерево и низкий кустарник были единственным, что могло там выжить. Через каменистую почву было проложено множество троп, каждая из которых была четко обозначена, их начало украшал весьма информативный знак, указывающий, куда ведет дорога, с фрагментом более крупной карты, напечатанной под знаками, подробно описывающими места гнезд, входы, горячие точки и многое другое.

«Ух ты…» — выдохнул он. Как человек, который так долго работал в пещерах, где подобные знаки несли значительно меньше информации, он не мог не оценить ценность этих отметок.

Он внимательно следил за знаком у дороги, по которой они ехали. Красных зон не было. Хорошо. Всего два гнезда, и оба, похоже, были среднего размера.

Дорога, по которой они спускались, была вымощена плоским камнем, и ее поверхность была настолько гладкой, что блестела. Огромное количество подошв обуви, украшавших эту поверхность, отполировали ее за века.

В конце концов, каменистая местность стала более гладкой, а деревья стали выше. Их прогулка была в основном молчаливой, без особых разговоров между ними, но случайный, далекий шум нарушал тишину. Он был неопределенным, но звучал как удар или лязг или что-то в этом роде, и в одном направлении он даже мог заметить столб дыма, поднимающийся в воздух.

Затем они прошли мимо другой группы. Это была команда из пяти человек, несущая связанные тюки с трупами горелов, завернутые в пластиковые пакеты, и они махали им, когда они проходили мимо, весело унося свою добычу.

Вскоре они приблизились к краю зеленой зоны, и далекие звуки стали яснее. Это был грохот срабатывающих способностей, лязг металла, встречающегося с когтями, звуки взрывов и крики — так много криков.

Спокойная прогулка там не дала ему иллюзии безопасности, но она была обманчиво тихой. Звуки вокруг него прояснили — они не шли по лесу — они входили в зону боевых действий.

Лес становился гуще, деревья становились такими высокими и пышными, что их путь погружался во тьму под пологом.

Внезапно забрало шлема стало душить, и хотя большая часть его зрения была сохранена, даже если он лишился краев зрения, он почувствовал себя более слепым, чем ему хотелось бы.

Неожиданно чья-то рука легла ему на плечо, и он подпрыгнул, встав лицом к человеку, который ее туда положил.

Теодор, брюнет-лидер партии, кивнул ему и слегка похлопал по плечу. «Ты нервничаешь?» — шепотом спросил мужчина.

Он решил быть честным и кивнул головой. Действительно. Это было серьезно. Он думал, что будет более подготовленным, что его время работы в пещерах и опыт борьбы и убийства левиафана позволят ему быть спокойнее, но он не вошел в эти ситуации готовым к борьбе.

И, если быть честным, воспоминания о его битве с морским чудовищем и патриархом заставили его, если что, уйти на пенсию и никогда больше не встречаться с другими монстрами. У него не было никаких иллюзий о величии — единственная причина, по которой он выжил в той ситуации, заключалась в том, что у него просто оказались нужные инструменты в нужное время. В основном это была удача.

Регулярные поиски, настоящая борьба, в которой на кону была его жизнь, где он полагался только на свои знания, умения и способности, были для него чем-то совершенно новым.

«Не волнуйся», — сказал мужчина, улыбаясь ему. «Все мы здесь тоже с чего-то начинали, и мы все еще живы». Он немного посмеялся, натягивая куртку Фредди. «Когда я вошел сюда в первый раз, на мне была старая куртка моего дедушки и три пары джинсов, надетых друг на друга».

Некоторые из присутствующих посмеялись над этим.

«И у тебя были мы — не забывай об этом», — сказала жена мужчины, Беатрис.

«Извините, вы правы», — признал он. «Мне даже удалось выжить, несмотря на то, что они у меня были!»

«Эй!» — запротестовала женщина, и он невесело усмехнулся.

«Расслабься», — снова сказал он, похлопав его по спине. «Ты сильный, хорошо экипированный и, надеюсь, не будешь напрямую ввязываться в драку. Все будет хорошо».

«Чувак, не говори таких вещей», — вмешался Роберт. «Ты нас сглазишь».

«Ладно, хватит болтать!» — прервала Петра. «Мы уже в опасной зоне! Держите глаза открытыми и рты закрытыми».

Настроение мужчины заметно испортилось, и он покачал головой. Он наклонил голову и прошептал ему на ухо: «Не пойми ее неправильно. Она не полная... э-э... ну, ты знаешь... Только во время погружений. Ее сестра умерла во время одного из них, так что...»

«А, ладно», — сказал он, но, честно говоря, ничего из того, что сделала эта женщина, его не раздражало. Все, что она действительно сделала, это следовала протоколам безопасности и справедливо сказала им молчать. В конце концов, Горель в первую очередь полагался на свой слух.

«Движение», — сказал Теодор, внезапно став серьезным, и резко повернулся вправо. «Два тридцать».

Группа замолчала. Все мгновенно сняли свои сумки, держа их в левой руке, а в правой держа оружие, если оно у них было.

Теодор и Лэнс были единственными из них, кто, по крайней мере на первый взгляд, казался безоружным. Но белые перчатки лидера были явно не обычным предметом одежды, а у Лэнса были металлические перчатки, больше похожие на рукавицы. Роберт держал свой лук, Кайл — свой меч, а Петра и Беатрис держали небольшие посохи.

Они не сказали Фредди, что именно это значит, но он передразнил их и сделал то же самое, держа сумку в левой руке. Никто его не отчитал, так что это, по крайней мере, не было ошибкой.

Их группа замерла, когда они сошли с мощеной тропы в лес. Сразу стало ясно, что кричал Лэнс. Небольшая группа существ сновала вокруг свежевырытого входа, собирая в кучи мертвые ветки, вырванные кусты и грибы. Маленький туннель, по которому они двигались, выходил из стороны большого каменного образования.

Когда они приблизились примерно на пятьдесят метров к своим целям, Теодор поднял правую руку, указал пальцем в воздух и взмахнул им.

Он знал, что это значит. Здесь они оставят свои сумки. Все они, включая его, бросили свой багаж в большую кучу. Он достал из рюкзака кусок веревки и связал все сумки вместе. Он привязал небольшой груз, который они ему предоставили, к концу веревки, забросил его вверх и через высокую ветку, а затем потянул, подняв их багаж над землей.

Лэнс хотел было ему помочь, но отступил, поняв, что ему не составит труда поднять такой груз в одиночку.

Привязав остаток веревки к дереву, он кивнул, и остальные двинулись к своим целям, подкрадываясь все ближе.

Роберт взобрался на дерево, демонстрируя невероятную ловкость с его близостью к воздуху, двигаясь так, как будто воздух тащил его за собой, а не оказывал сопротивление. Лэнс и Кайл разделились, оба мужчины следовали за одним из двух заклинателей, а Теодор остался там же, где и был, лишь осторожно спрятавшись за деревом.

Когда все заняли позицию, мужчина поднял руку вперед. Он сделал жест «пальцевого пистолета» правой рукой, а затем внезапно выстрелил лучом света в одно из существ.

Горел был ошеломлен, но атака не нанесла никакого вреда. Все, что она сделала, это оставила белый, светящийся след на мехе существа. Затем сработала другая способность, отметив еще одного зверя, на этот раз красным цветом. Горел настороженно следили за направлением атак. Сработало несколько таких способностей, отметив каждого горела другим цветом.

Вскоре после этого монстрам явно надоело это, и они бросились в лес на поиски того, кто это сделал.

«Лэнс!» — крикнул лидер.

Драчун тут же схватил большой камень неподалеку и с огромной скоростью бросил его в сторону входа в туннель. Снаряд пробил над отверстием, обрушив его и не дав возможности подкреплению подойти.

«Роберт! Красный, синий, голубой, стреляй!» — закричал Теодор, и затем лучник выстрелил в монстров, отмеченных красным, синим и голубым соответственно.

Первые двое были поражены прямо в туловище, а третий — в ногу, но хотя стрелы были довольно сильными, их все равно едва хватило, чтобы замедлить их.

«Петра, зеленый, пузырь! Беатрис, красный и голубой, стена огня!» — скомандовал мужчина.

В течение следующих нескольких мгновений тот, у кого была зеленая метка, оказался в ловушке плавающего пузыря воды, а группа монстров была разделена между голубыми и красными горелями пылающей горячей стеной.

Теодор продолжал выкрикивать имена, цвета, способности, а иногда и числа, используя 360-градусную систему, чтобы сообщать, откуда что-то приходит или куда оно должно идти.

Меч Кайла рубил с такой ловкостью и точностью, что редко, если вообще когда-либо, требовалось больше одного взмаха, чтобы прикончить монстра. Петра, обладавшая набором навыков другого наиболее распространенного пути водных архов, использовала свои вспомогательные способности, чтобы ослабить противников, заманивая их в плавающие пузыри или превращая почву под их ногами в грязевые лужи.

Лэнс продемонстрировал истинную силу земного сродства, избивая существ жесткими, как камень, ударами и пинками, поднимая и сдвигая почву, чтобы сломать опору монстра и получить преимущество. Беатрис, хотя и избегала использовать свои способности непосредственно на монстрах, вероятно, чтобы уберечь их тела от уничтожения, могла легко контролировать ход битвы, сегментируя области с помощью Стены огня.

Там было около дюжины горелов, превосходивших отряд численностью в два раза, но всего через несколько минут и без каких-либо видимых помех существа были мертвы, а их отряд победил.

Командная работа, планирование, настройка, синергия — все это рисовало картину эффективной и смертоносной группы опытных охотников. И Теодор, несмотря на то, что не нанес ни одной раны ни одному из существ, легко внес наибольший вклад. Его способность маркировать позволяла без труда точно определить врага, о котором он говорил, что позволяло ему быстро и четко передавать информацию в бою.

«Вы, ребята, потрясающие», — не удержался Фредди, когда они подошли к нему.

Теодор громко рассмеялся. «Впервые видишь профессиональную партию в действии?»

Это было не так. Не совсем так. Он видел много боевых кадров, работая кассиром. Но воспоминания об этом — из того периода, когда он мало что знал или вообще ничего не знал о мире архов — были размытыми и туманными. Кадры не были сняты так, чтобы быть понятными смертным, и никто не приложил усилий, чтобы объяснить, что происходит. Также не помогало то, что большинство кадров, которые он видел, были из новостей; таким образом, они были хаотичными и несфокусированными.

«Да», — сказал он. «Это было довольно эпично».

«Я ценю комплименты, — сказал лидер, — но вам, вероятно, следует быть осторожнее, чтобы не пропустить что-нибудь, что может приближаться и не следить за нами все время».

«Не волнуйтесь», — нервно сказал он. «Поверьте мне, я оглядывался по сторонам… много».

Мужчина усмехнулся и попросил его положить их снаряжение. Как только сумки вернулись на землю, они достали пластиковые пакеты и перчатки. Затем они собрали трупы и некоторые части, которые стали жертвами меча Кайла или особенно сильного удара Лэнса, и поместили их в сумки, стараясь упаковывать по одному телу за раз.

Мешки можно было запечатать, потянув за небольшую нитку. Затем, используя пластиковые крючки и стойки, их можно было связать в связки.

«Вот где твоя работа действительно нужна», — сказал Теодор, поворачиваясь к нему лицом. «Тебе придется нести много этих вещей. Мы не закончим охоту, пока не возьмем хотя бы еще одну партию такого размера». Затем, указывая на веревку, к которой были привязаны сумки, он добавил: «Просто для протокола: ты охраняешь сумки, чтобы никакие придурки не попытались стащить одну или две сумки, пока мы отвлечены».

Затем он указал на мешки с монстрами. «Вот товары, которые действительно будут в опасности. Горелы чувствуют запах крови своих сородичей, и они склонны собирать трупы, чтобы утащить их обратно в улей. Существует довольно высокая вероятность того, что вам придется защищать тела от нападения».

Он поморщился.

«Итак, теперь вы видели их в действии. Я предоставлю вам выбор», — сказал мужчина. «Вы можете помочь нам оттащить эти трупы обратно в хаб, чтобы продать и вернуть их, или охранять их, пока мы сражаемся с другой группой. Если вы выберете первый вариант, то, согласно нашему соглашению, вы должны будете нести большую часть нагрузки, чтобы мы могли оставаться в форме для следующего боя. Но если вы выберете...»

«Давайте сначала заберем их», — ответил он без колебаний. Он был уверен в бою; он действительно был уверен, но не было никакой необходимости рисковать. И если он в чем-то преуспел, так это в переноске тяжестей на спине.

Теодор пожал плечами. «Я тоже предпочитаю этот вариант».

Все с этим согласились. Перетаскивание двух десятков трупов монстров будет нелегкой задачей.

Итак, не колеблясь, он поднял один из мешков. Эти вещи были довольно тяжелыми; судя по опыту, он мог сказать, что мешок весил около 40 кг, чуть больше половины веса среднего взрослого мужчины. Схватив стойку, он сцепил вместе шесть мешков.

«Ух ты, ух ты, ух ты», — сказал Теодор, положив руку ему на плечо. «Успокойся, приятель. Эти штуки не легкие, и нам придется идти некоторое время, чтобы вернуться в проход. Это больше пятисот фунтов, которые ты пытаешься тащить. Ты пытаешься убить себя?»

Он собирался подцепить еще двоих, чтобы в общей сложности получить восемь, и считал, что способен это сделать, но остановился по просьбе мужчины. Действительно, он потерял много мышечной массы с момента пика своей силы. Возможно, он немного опережал события.

«Тогда я ограничусь шестью», — сказал он, прикрепляя две ленты, которые обхватывали его руки, позволяя носить стойку как рюкзак. Он также привязал к ней свой рюкзак. Это добавило еще пятьдесят фунтов к весу, но он все равно должен был это сделать. Если нет, он бы снял сумку.

Прежде чем Теодор успел его остановить, он взвалил груз на спину... и встал. Он был действительно довольно тяжелым, и он мог сказать, что семь уже слишком много.

«Этого вполне достаточно», — сказал он.

Теодор приподнял бровь. «Ладно, спартанец». Затем, с нахальной улыбкой, он добавил: «Если ты сможешь донести это до самого прохода, я добавлю еще 1% к твоей зарплате».

Фредди кивнул. «Договорились».

И так они начали свое путешествие. На обратном пути Теодор оставался сверхбдительным и несколько раз менял направление, заявляя, что впереди опасность. Под руководством этого человека отряд всегда выбирал самый безопасный путь.

Что касается остальных сумок, то все они несли по одной. Им потребовалось около часа, чтобы вернуться. Каждые несколько минут они бросали на него вопросительные взгляды и, казалось, все больше удивлялись тому, что он прекрасно справляется.

Теодор немного устал от тяги своего веса, и даже девушки показали признаки легкого износа, хотя и меньше, чем их лидер. Хотя это было не так уж плохо, все они были однозвездными. Только у Кайла был преданный талант, чтобы помочь ему нести свою долю; всем остальным приходилось полагаться на свои тела.

Также неудивительно, что Теодор боролся. В конце концов, этот человек был архос со сродством света, а у сродства света было очень мало методов закалки. Архи сродства света почти гарантированно получали сродство святости при вознесении, и это, по крайней мере, давало им несколько вариантов. До тех пор, однако... им было мало на что положиться.

К концу их путешествия Фредди был довольно измотан, но не настолько, как должен был быть. По крайней мере, по их словам. Они хвалили его силу и выносливость, когда высаживали тела у стойки и возвращались в проход.

Еще через час ходьбы, восполнения жидкости и перекусов все они восстановили силы.

И он тоже. Но хотя на них были небольшие признаки усталости, он был в полном порядке. Для него это не стало сюрпризом. Он много использовал Адаптивное водное тело, когда таскал на спине огромные валуны. Однако для других...

«Что за хренов сок ты пьешь, чтобы быть таким чертовски крутым?» — спросил Роберт, глядя на него с явным замешательством на лице.

Он усмехнулся. «Поверьте мне, если бы вы знали, какую подготовку я прошел, вы бы не удивились».

Наоборот, это только подогрело любопытство остальных, но Петра быстро оборвала их допрос, как только они снова ступили в лес, что еще больше подняло ее в его глазах.

Не прошло и десяти минут поисков, как они наткнулись на другую группу горелов. Но это было другое. Последняя группа состояла только из рабочих. Эта — нет.

«Три охранника и шесть рабочих», — сказал Теодор, используя способность разведки издалека. «Что вы думаете?»

«Проблем быть не должно», — неожиданно сказала Петра. «Я могу держать охранника в пузыре, а Беатрис может взорвать еще одного. Мы потеряем тело, но это сведет риск к минимуму».

Теодор кивнул. «Точно так же. Но вместо Огненного шара, я думаю, мы могли бы обойтись Отрицательным давлением Роберта. Если нам это действительно нужно, Беатрис может облегчить нашу ношу позже, если все станет слишком суматошным».

После нескольких секунд раздумий они кивнули в знак согласия.

«Ты слышал, шеф, — сказал он лучнику. — Целься в голову».

Роберт кивнул.

Они снова приблизились к позиции, начав бой с Теодора, отмечающего всех противников. Петра поймала одного стражника в пузырь, как и обещала, а другого стражника поразила стрела, летевшая с невероятной скоростью, в результате чего половина его головы оказалась разнесена на куски.

Фредди следил за боем, но на этот раз он отнесся к своей роли наблюдателя более серьезно, наблюдая за лесом, окружавшим их. Внезапно до его ушей донесся звук чего-то, царапающегося по соседнему дереву, и он повернулся лицом к шуму.

Из-за дерева рядом с ним на него уставился очень сердитый горел.

Судя по его крупному телосложению и острым когтям, это был охранник. А судя по зеленым полосам, идущим по всему его телу…

Это был девиант.

----------

Черная как смоль аура

Времени на раздумья не было. Фредди стоял, лицом к лицу с зелено-полосатым охранником, не зная, что делать. Существо явно гналось за ним, а не за сумками, поэтому он принял мудрое решение отступить, крича «Девиа...!», но это было все, что он успел сказать, прежде чем существо выпустило пучок скользящих лиан и опутало его тело с головы до ног.

Стражник бесстрашно бросился на него, готовясь выпотрошить его когтями.

Сработало Гидравлическое напряжение, напрягая мышцы и вырывая связывающие его лозы.

С рвущимся звуком ему удалось освободить верхнюю часть своего тела, и мощным хватом он начал снимать лианы с ног, но существо было почти на нем, заставляя его отпрыгнуть в сторону и перекатиться обратно на ноги. Монстр развернулся, готовясь снова связать его лианами, но атака ударила по пустому воздуху, когда он снова упал в сторону, наконец освободив свои ноги.

Монстр снова бросился на него, готовясь ударить его когтями, и на этот раз он ясно увидел сверкающий блеск жидкости — вероятно, яда. Стиснув зубы, он сосредоточился.

Его первая звезда зажглась, ярко сияя, когда сущность изнутри вытекла наружу, и вторая звезда присоединилась к ней, когда стражник достиг его, удвоив выход сущности. Его нога взмахнула с помощью Струящегося удара.

Горел не уклонялся. Горелы вообще имели тенденцию не уклоняться от атак.

Большая ошибка.

Его нога приземлилась на челюсть, захлопнув его мерзкую пасть, раздавив зубы, расколов череп и сломав шею с нутряным звуком лопающихся позвонков и разрывающейся плоти. Когда сила удара передалась через его ногу, инерция существа полностью прекратилась, заставив его остановиться, когда кровь хлынула из его глаз и рта. Даже всхлип не раздался, когда охранник безжизненно упал на землю.

Вскоре он последовал за ним, не в силах удержаться на ногах. «Фуууууууу!» — выругался он, держась за бедро, которое вместе с коленом и лодыжкой адски болело от ответного удара.

Активация обеих его звезд с помощью Струящегося удара была не очень хорошей идеей. Использовать его в действии в первый раз было глупо. Учитывая, что он использовал Пучины бездны, ему приходилось быть особенно осторожным, чтобы убедиться, что он может справиться с силой своих атак. К счастью, он нанес сильный удар, закончив бой, прежде чем ему пришлось столкнуться с последствиями своей ошибки.

Вампиризм влился в его тело, отменяя часть урона. Этого было достаточно, чтобы он мог встать на ноги, но это оставило его в замешательстве. Даже с 1% Вампиризма, разбить голову этого существа и убить его на месте было действительно недостаточно, чтобы компенсировать ответную реакцию? Это его беспокоило.

Но это не было большой проблемой. Травмы, полученные в результате использования способностей, восстанавливались почти сверхъестественным образом. Это был костыль — Эфирное Милосердие — явление, которое делало возможным использование способностей без полного уничтожения тела.

Его боевые ботинки... Они были в порядке. За исключением капель крови на них, они держались крепко, выдерживая силу его атаки без каких-либо сбоев. Хорошо. Его решение потратиться на них было мудрым.

Его глаза скользнули по телу перед ним. Нигде не было никаких следов. Если бы они собирались проявиться, то они бы проявились к этому моменту.

Он вздохнул и посмотрел на остальных. Отряд действовал так, как будто ничего не произошло, полностью сосредоточившись на своей битве. На какой-то момент он даже подумал, что они не заметили, что он в беде. Однако, когда их последний противник упал, они мгновенно развернулись и бросились к нему.

Ах... подумал он, наконец-то осознав что-то. Они заметили. Но они сосредоточились на том, чтобы сначала закончить драку.

Мудрое решение.

Как и ожидалось от профессионалов.

«С тобой все в порядке!?» — спросил Теодор, бросаясь вперед. «Не двигайся! Люди часто получают травмы, даже не подозревая об этом…» — сказал он, замолкая, пока внимательно осматривал свою одежду на предмет порезов, разрывов или каких-либо признаков кровотечения.

Убедившись в том, что Фредди уже знал — что его нигде не ударили, — мужчина закрыл глаза и стиснул зубы.

Прежде чем Фредди успел спросить себя, почему этот человек это делает, Петра подошла к нему и дала ему пощечину. «Что, черт возьми, с тобой не так!?» — закричала она. «Почему ты не проверил деревья!?» — потребовала она, разъяренная явной оплошностью человека.

Действительно. С его световым сродством у него должно быть несколько наблюдательных и разведывательных способностей. Его работа заключалась в том, чтобы не допустить ничего подобного.

«Мне жаль», — вот все, что мог сказать мужчина. Он выглядел расстроенным, и Фредди поймал на себе настороженный взгляд мужчины, но тут же отвел взгляд, встретившись с ним глазами. Должно быть, он чувствовал себя виноватым из-за своей ошибки.

«Блин, мужик…» — сказал Роберт, уставившись на труп девианта и приподняв бровь. «Чем, черт возьми, ты ударил эту штуку?»

«Струящийся ударом», — выдавил он с болезненным стоном. «Я приземлился довольно хорошо, но перегрузил ногу», — солгал он, готовясь встать. Он не приземлился хорошо. На самом деле, он довольно сильно просчитался, и единственное, что его спасло, — это то, что за ним стояли две звезды силы.

Боль в ноге значительно утихла, но он все еще явно отдавал предпочтение другой ноге. Кража жизни компенсировала большую часть урона, что помогло скрыть масштабы полученного им отката.

«Подожди», — сказала Петра. «Успокойся». Она подошла к нему и положила руку на бедро его раненой ноги. Успокаивающий импульс вошел в его тело, и он сразу понял, что делает женщина. Это была исцеляющая способность.

Для любой формы долгосрочного исцеления жизненная близость была намного лучше. Но когда дело доходило до оказания первой помощи, вода имела преимущество. Она могла легко остановить внутреннее кровотечение и помочь все исправить.

Хотя это было довольно успокаивающе на ощупь, как только способность прекратилась, боль вернулась, совершенно не ослабев. Он притворился, что чувствует огромное облегчение, и просто терпел боль, ведя себя так, будто это не было большой проблемой. Убедить их было легко. Никто там не верил, что он был двухзвездным, и обычный Струящийся удар ни в коем случае не должен был нанести такую ​​серьезную травму, как та, которую он получил.

Они молча собрали тела. Они настаивали, чтобы он на этот раз не торопился, но он потребовал нести большую часть груза, используя свой «талант регенерации» как аргумент, почему им не нужно беспокоиться. В конечном итоге он нёс трёх охранников, которых они сбили.

Хотя он все еще чувствовал сильную боль, она ни в коем случае не была изнурительной.

На обратном пути они прошли мимо нескольких других партий. Никто ничего не сказал на протяжении всего пути.

Пройдя обратно через проход, они выгрузили тела и сели ждать. Оплата за обычных горел была быстро и легко рассчитана. Они взвесили тела и оценили ущерб ценным частям. Что касается девианта, то он был выставлен на аукцион на одном из каналов Ethernet, где он ждал всего пять минут. Было много людей, чья работа заключалась в том, чтобы извлекать девиантные трупы с таких аукционов.

Ему дали квитанцию. Он взглянул на нее и быстро понял, что это квитанция.

В документе было указано количество извлеченных тел, как рабочих, так и охранников, средняя стоимость за килограмм, а также была отдельная часть, где было просто написано: «Девиант x1». В конечном итоге общая сумма, полученная ими как участником, составила... 9100 долларов.

То, что произошло, было абсолютным опустошением этого числа. Во-первых, была плата в размере пятидесяти процентов.

Господи Иисусе... он звал внутренне. Но такова была цена погружения в «бесплатные» общественные проходы.

Затем он вычел девяносто процентов, которые шли его членам партии, и из оставшейся суммы пять процентов на налоги. Видимо, это было все. Как двухзвездный, это были все налоги, которые он должен был заплатить.

В конечном итоге, цифра внизу его квитанции составила четыреста тридцать семь долларов. Прежде чем он успел об этом подумать, к нему подошли остальные.

«Эй…» — позвала Беатрис. «Мы говорили об этом, и в качестве извинения мы хотели бы отдать вам деньги за девиантный труп. Вы их заслужили, и это ошибка этого идиота», — она ударила Теодора по руке, — «с которой вам пришлось бороться в первую очередь».

Он уставился на них, мельком взглянув на бумагу в своей руке. Действительно, это было почти две тысячи долларов, но... его глаза снова метнулись к последней сумме, которую ему заплатят.

Четыреста тридцать семь долларов... Цифра крутилась у него в голове, перекатываясь, словно грязный камень, на языке, пока он тихонько шевелил губами.

Он был в противоречии. Часть его кричала от восторга. Конечно, эти деньги было легко заработать. То, что случилось с ним и девиантом, было неправдоподобным сценарием, до такой степени, что он начал думать, что он действительно проклят.

И даже тогда он ушел, не получив реальных повреждений; даже его оборудование осталось невредимым.

Но была и другая его часть. Часть, которая хотела большего. Зверь, который голодал всю свою жизнь, теперь обильно пускал слюни, когда перед его глазами появилась огромная куча еды.

«Я не могу этого принять», — сказал он, отвергая их.

Когда они уже собирались поспорить, он поднял руку и сказал: «В обмен на эту ошибку я хотел бы кое-что еще».

Они терпеливо смотрели на него.

«Я хотел бы повторить это еще несколько раз», — попросил он. «Сегодня я многому научился, и если бы вы могли показать мне окрестности и научить всему, что знаете о том, как погружаться здесь, по крайней мере, пока я не найду более постоянного решения, я был бы очень признателен».

Внезапно Теодор спросил: «Как насчет того, чтобы присоединиться к нашей партии?» Он, казалось, был немного слишком нетерпелив.

Фредди неловко рассмеялся. Он уже наполовину ожидал, что ему сделают такое предложение, поэтому он использовал подготовленный ответ. «У вас, ребята, уже довольно сбалансированный состав; добавить меня было бы...»

«Тридцать процентов», — сказал Теодор, даже не моргнув.

"Прошу прощения?"

«Если вы присоединитесь к нам, я буду готов платить вам тридцать процентов от всего, что мы зарабатываем».

Это было... чрезвычайно щедрое предложение. До такой степени, что он был уверен, что у мужчины возникла какая-то странная идея. «Слушай, — сказал он, — мне очень повезло иметь дело с этим девиантом. Я не могу сказать, что это отражает мою...»

«Пятьдесят процентов», — предложил мужчина. Все вокруг уставились на него с широко открытыми глазами, но никто ничего не сказал, чтобы остановить его. Они полностью доверяли своему лидеру и, вероятно, имели веские основания полагать, что он принимает обоснованное решение.

«Ого-го», — подумал Фредди, внезапно остро осознав, что этот человек, возможно, не так уж и заблуждается, как он полагал.

Теодор огляделся. «Давайте перейдем к диванам наверху».

Так они и сделали.

Когда они сели, Теодор сел рядом с ним. «Я лидер нашей группы по нескольким причинам», — сказал он. «Самая главная из которых — мой талант. Взглянув на большинство живых существ, я могу увидеть относительную угрозу, которую они представляют, как своего рода ауру».

Фредди замер.

Мужчина продолжил: «Когда я смотрю на тебя, я вижу…» Он долго смотрел на него. «Ничего. Абсолютно ничего», — сказал он. «Вот почему ты привлек мое внимание. Обычно те, кого я не замечаю, обладают либо талантом, который мешает мне воспринимать такую ​​информацию, либо дорогостоящим оборудованием, делающим то же самое. Я не верю, что у тебя есть ни то, ни другое, но я все равно не могу понять, чего ты стоишь».

Множество мыслей крутилось в его голове, но он просто ждал, не показывая внешне никаких своих волнений. К счастью, его лицо было скрыто.

«Я бы солгал, если бы сказал, что знаю все о своем таланте», — сказал мужчина. «Но я думаю, что причина, по которой я не вижу вашей ценности, заключается в том, что мой талант просто не может ее определить. Вы непредсказуемая переменная, нечто, что нельзя измерить простыми средствами. Вероятно, у вас очень ситуативные способности или вы преуспеваете при определенных обстоятельствах. Я уже сталкивался с чем-то подобным».

Это было именно так. При правильных обстоятельствах он мог победить элитного четырехзвездного архичеловека — невероятный подвиг. Но в прямом поединке? Он даже не был уверен, сможет ли противостоять среднестатистическому двухзвездному воину. Черт, да он, вероятно, будет бороться с элитными однозвездными воинами с его недостатком навыков.

«У меня есть несколько забавных теорий о том, кем вы можете быть или что вы здесь делаете», — продолжил мужчина. «Но в любом случае, я не сомневаюсь, что вы талантливы. На самом деле, я бы поставил все, что угодно, что вы намного сильнее любого из нас. Когда я говорю «вступайте в партию», на самом деле я говорю, что мы все вас поддержим. Я даже подпишу соглашение о неразглашении, если вы хотите сохранить свои способности в тайне. Что вы скажете?» — сказал мужчина, сохраняя твердый зрительный контакт, ожидая ответа.

Это было хорошее предложение. Отличное, на самом деле. Но это не очень его устраивало. Этот человек был хитрым, амбициозным и решительным. Он действовал со скрытым мотивом и, оглядываясь назад, пытался с самого начала получить представление о своих способностях.

«Прошу прощения, но я хотел бы продолжить работу в качестве помощника».

«Понятно…» — сказал Теодор, вздохнув. «Я уже распорядился, чтобы деньги за девианта были отправлены на ваш счет», — добавил он. «Так что вы не можете отказаться от такой суммы». Он нахально подмигнул ему.

Фредди рассмеялся. «Спасибо. Я действительно это ценю».

«И я хочу еще раз извиниться», — Теодор поник. «Я обещаю, что в следующий раз ничего подобного не произойдет».

Теодор наблюдал, как Лиам Джонсон встал и ушел. Потирая руки и кусая кулак, он вздохнул. «Как вы думаете, он согласится, если я предложу семьдесят процентов?» — спросил он остальных.

«Что ты видела?» — со знанием дела спросила Беатрис.

Он не лгал. Он честно не мог видеть ауру этого человека...

Пока он не увидел, как этот человек дерется.

Этот девиант не был совпадением. Конечно, он его видел. Даже замаскированное, это существо не могло скрыть от него свою ауру. Но не то чтобы он пытался убить Лиама. Все это время у него был Пронзающий Луч и достаточно эссенции, готовый вмешаться, если человеку понадобится спасение.

Он просто хотел проверить его. Если его догадка была верна, Лиам был сыном кого-то могущественного. Многие семьи отправляли своих детей сражаться и пробиваться самим, вместо того чтобы баловать их неограниченными ресурсами и привилегиями. Привлечение такого человека в свою команду, даже временное, могло бы резко повысить их положение и финансы.

Но в этот момент... В ту секунду, когда Лиам замахнулся ногой, чтобы ударить девианта...

Он увидел её.

Ауру.

«Тьма кромешная», — сказал он остальным, чувствуя, как по его позвоночнику пробегают мурашки, когда он живо вспомнил это зрелище. «Это было жестоко и бурляще, как электрический огонь, и это проявилось в большом изображении капающего черепа, смотрящего прямо в мою душу. Я никогда не видел этого в своей жизни», — сказал он, слегка всхлипывая. «Нам нужно заполучить этого человека в нашу команду. Даже если нам придется умолять его присоединиться».

Фредди вернулся в свою квартиру. Когда он вошел внутрь, он быстро пожалел, что купил так много сложных слоев брони. Все это нужно было аккуратно снять и постирать. К счастью, у него была способность к воде — без нее сушка одежды была бы кошмаром.

Его ужин состоял из дюжины яичниц и белого хлеба, и как только он поел, он пошел в комнату и лег на кровать.

Хотя он почти восстановился, он все еще чувствовал намеки на боль в бедре. Какого черта этот удар так сильно его ранил? Даже со всем вампиризмом... Это было тревожно. Очень тревожно. Первая мысль, которая пришла ему в голову, была, что это были Пучины бездны. И он, вероятно, был прав.

Он уже восстановил потерянный прогресс — 30% дополнительного веса. Это было около максимального значения нулевой стадии Пучин бездны. Использование такого количества избыточной воды с помощью Струящегося ударп и даже использование двух звезд... Он чувствовал это. Это было похоже на то, как если бы сифон был напрямую подключен к его бассейну эссенции, высасывая шокирующее количество только за одну эту способность.

Чем больше массы в его теле, тем больше эссенции Струящийся удар будет потреблять. В конце концов, ему нужно было больше воды для перемещения. Он решил использовать Пучины бездны бессистемно, и чем больше времени проходило, тем больше он начинал предполагать, что совершил ошибку.

Ему давно пора было привести свои способности в порядок. Теперь, когда он как следует вник, ему нужно было узнать, на что он способен. Деньги тоже не будут проблемой.

Пришло время присоединиться к учебному комплексу.

----------

Живое оружие

Квартира, в которой жил Фредди, находилась в пяти минутах ходьбы от хаба. А учитывая, что весь район был построен вокруг хаба и переходов внутри него, это означало, что он был в пяти-десяти минутах ходьбы от всего.

На самом деле, ближайший к его месту жительства учебный центр находился всего в двух минутах ходьбы — все, что ему нужно было сделать, чтобы добраться туда, — это выйти из здания и пройти по улице.

В общем, с учетом того, что он заработал ранее в тот день, у него оставалось всего двадцать семь тысяч долларов. С непомерной арендной платой и верой в то, что было бы разумно иметь какие-то сбережения, он решил не платить за членство, когда только переехал.

В конце концов, ежемесячный членский взнос здесь составлял более десяти тысяч долларов в месяц. Вокруг было много более дешевых, но они были серьезно недоукомплектованы по сравнению с этим заведением, по крайней мере, согласно рекламе этого места.

Когда он подошел к мега-спортзалу, он моргнул. Снаружи это место имело самый безвкусный, самый показной фасад, который он когда-либо видел. Вся поверхность была покрыта драгоценными камнями, золотом и искусством, в основном могущественными воинами и прочим.

Это был такой детский внешний вид, что он был совершенно ошеломлен. Реклама была достаточно дурацкой, но это... Тем не менее, из того небольшого разговора, который он подслушал, люди говорили только хорошее об этом месте. Ну, в основном.

Вздохнув, он вошел внутрь.

Первое, что привлекло его внимание, был шум. Он был громким; стоны, крики, удары и треск разносились по всему зданию. Напротив, не было вообще никакого запаха. Казалось, что воздух был абсолютно чист, оставляя головокружительную сенсорную пустоту в отличие от вонючего города снаружи.

Интерьер застал его врасплох. Во-первых, здесь не было никакой роскоши, ее заменила клиническая, холодная белизна стен и серый цвет потолка и пола, выделялись только деревянная стойка администратора и, дальше по коридору слева, красные синтетические подушки на тренажерах, а также люди, которые ими пользовались.

Внутри все было не так открыто, как он ожидал. Оно было разделено на отдельные зоны с многочисленными указателями и маркерами, указывающими, куда ведут те или иные пути по коридорам.

Мужчина-регистратор даже не взглянул на него, когда он вошел; он был занят чем-то записывающим.

И он подошел к нему. «Привет», — поздоровался он.

Мужчина на мгновение поднял глаза. «Здравствуйте, добро пожаловать в учебный центр Санторио», — сухо сказал мужчина. «Вы здесь впервые?» — спросил он, мельком взглянув на перчатки, которые он носил, чтобы скрыть кольца.

«Да, я хотел бы получить членство», — ответил он.

Мужчина протянул ему бумагу. Похоже, это был краткосрочный контракт.

Ему потребовалась вся его воля, чтобы не выругаться на абсурдные цены. Видимо, вся эта штука с «ценами от десяти тысяч долларов в месяц» была дешевым маркетинговым трюком. Потому что, хотя цены действительно начинались там... они там не заканчивались.

Десять тысяч долларов в месяц, и я могу приходить сюда только раз в неделю!? - мысленно закричал он, не в силах осознать увиденное.

Он понятия не имел, что за чертовски важное оборудование было у этих людей, но оно не могло стоить так дорого.

«Хм…» — начал он, нахмурившись и взглянув на мужчину, готовясь спросить, чем обусловлена ​​такая цена.

Вместо того, чтобы дать ему высказаться, мужчина просто закатил глаза и нахально вручил ему небольшой каталог. Это было подробное руководство о том, что предоставлял каждый уровень и все услуги, которые можно было получить в учебном центре.

«Э-э... спасибо». Он схватил каталог и ушел, сев на небольшую скамейку у входа в спортзал.

Как только он начал анализировать цены, он съёжился. По нескольким причинам. Во-первых, что, чёрт возьми, было с этим соглашением об именовании? Уровни были Рыцарь, Барон, Виконт, Граф, Маркиз и Герцог. Говорите о претенциозности. И цены были абсурдными! Рыцарь стоил десять тысяч, Барон — двадцать тысяч, Виконт — тридцать, Граф — пятьдесят, Маркиз — сто тысяч долларов, а уровень Герцог стоил двести тысяч долларов в месяц.

Огромные скидки предоставлялись тем, кто приобретал годовое членство, что, вероятно, и было целью ценообразования. Тем не менее, даже тогда Герцог стоил ошеломляющий миллион долларов в год.

Сделав глубокий вдох, он вздохнул и посмотрел на преимущества.

Все, что давало членство в Рыцарь, — это доступ к объекту раз в неделю. А именно, оно предлагало три часа доступа к зоне с тренировочным оборудованием, жалкие десять минут в комнатах для сбора, пятнадцать минут в зоне тестирования способностей и двадцать минут в комнате для симуляции боя.

Что касается того, что это за зоны, кроме зоны с тренажерами, он понятия не имел. Дальше по списку были дополнительные преимущества, предоставляемые более высоким рангам, а Герцог просто сказал: «неограниченный доступ ко всем объектам».

Вместо того, чтобы долго размышлять об этом, он встал, неловко вернул каталог и вышел. Хотя ему было чертовски любопытно, что такое испытательная зона и боевые имитационные камеры, его любопытство не было десятитысячным в месяц. Пока нет. Экономическая эффективность оплаты членства здесь не стоила того. Вместо этого он спустился в другой спортзал, который был примерно в пяти минутах от его квартиры, и вошел.

Десять минут спустя он сердито выскочил. А почему он был в ярости, все просто — они отклонили его заявку! Судя по всему, этот спортзал не принимал двухзвездных архилюдей; им это было запрещено законом, потому что их оборудование не соответствовало стандартам, требуемым для двух звезд.

Это имело смысл. Если бы штанга сломалась под таким весом, с которым может справиться мощный двухзвездный спортсмен, это могло бы привести к серьезной травме. Черт, даже к смерти . Но это был второй раз, когда ему запретили доступ к чему-либо только потому, что он был двухзвездным спортсменом. Об этом было что сказать.

Вскоре он добрался до спортзала, который находился в пятнадцати минутах езды от его дома, но, черт возьми, ему просто нужно было место, чтобы что-нибудь поднять и ударить.

Хотя он был намного дешевле, чем Санторио, спортзал Тэкмана все равно был дорогой тысячей долларов в месяц за полный доступ. Что касается его интерьера, он сильно напоминал ему то место, где они с Марком тренировались.

Однако были и небольшие различия. В то время как то место больше подходило для небоевых архилюдей, это было создано для воинов.

Первый этаж был почти идентичен, но на втором этаже, помимо секции с манекенами, была добавлена ​​целая зона для занятий паркуром со множеством рукоходов, канатов и полос препятствий, на которых несколько человек тренировались с впечатляющим мастерством.

Что касается третьего этажа, то он также был ориентирован на кардио- и выносливостные упражнения, но помимо беговых дорожек там также была площадка для скалолазания и бассейн, имитирующий бурлящие воды.

Он записался и направился в переполненную раздевалку, игнорируя нескольких полуголых мужчин. К сожалению, это место было не таким шикарным, как Каргон. Бесплатной спортивной одежды не было. Он выругался себе под нос, но смирился со своей участью. Ничего страшного. Он и так уже носил повседневную одежду, и это не было концом света, если он немного вспотел.

Как только он вышел в спортзал, его настроение мгновенно изменилось. Это вызвало у него... ностальгию. В этот краткий миг он вернулся в более простое время, в место, где невинный, молодой парень тренировался, чтобы хорошо выглядеть для шоу.

Этот человек давно умер.

Вместо него вышла ожесточённая душа.

Он только что понял, что у него нет возможности использовать свой талант. В его спортивной сумке не было удобных комочков плоти, и не было леса, который он мог бы эко-терроризировать. Ему придется что-то с этим сделать.

Однако на данный момент это не было приоритетом.

Поднявшись на второй этаж, он столкнулся с манекенами. Несколько человек уже использовали их, и, насколько он мог видеть, ни один из них не мог ударить так же сильно, как он. Сами манекены представляли собой примерно человеческие конструкции из твердого материала, но он не был уверен, насколько они были прочными.

Затем он спустился и поискал сотрудника. Он спросил у мужчины, сколько могут выдержать эти болванчики, и мужчина просто сказал, что ему запрещено использовать только внешние способности. Не бросать огненные шары и не колоть их, и даже при двухзвездочной силе он должен быть в порядке.

Хороший.

Он вернулся на второй этаж. Звуки людей вокруг него были нежелательным отвлечением. Несколько мужчин и женщин использовали манекены рядом с ним, нанося удары руками и ногами, усиленные всевозможными внутренними способностями.

Женщина с огненным родством использовала технику Воспламененные мышцы. Это была способность, которая увеличивала физическую силу человека, искусственно ускоряя метаболизм. Ее можно было сравнить с Гидравлическим напряжением, потому что она срабатывала в используемых мышцах. Ключевое отличие было в том, что эта версия была проще в использовании, чем Гидравлическое напряжение, и более мощной, но также потребляла гораздо больше эссенции. Она также истощала пользователя гораздо быстрее.

Однако внешне это выглядело совершенно иначе. Пот испарялся с ее красной кожи, и он чувствовал жар от того места, где он находился. Ее удары кулаками и ногами приземлялись с твердым стуком, и их скорость была впечатляющей.

Прямо рядом с ней был человек с земным сродством, использующий Тектонический удар. Эта способность была похожа на Струящийся удар, но имела одно ключевое отличие. Не было необходимости рассчитывать время. Она просто добавляла импульса атакам. И наоборот, она была намного хуже идеально рассчитанного Струящегося удара, но она была настолько более последовательной, что компенсировала это несоответствие более чем достаточно.

С другой стороны от Фредди был еще один человек, на этот раз арка сродства воздуха. Он поднял бровь от того, что все четыре элемента были расположены рядом. Забавное совпадение.

Что касается этого человека, то он использовал Удар ветра — простую способность, которая использовала воздух вокруг конечностей, чтобы увеличить их скорость. Что касается ее силы, то она была самой слабой из четырех стихий, но не имела себе равных по ловкости. Чаще всего ее использовали в паре с оружием.

Ну что ж. Пришло время ему заполнить недостающее звено.

Он встал в стойку. Ничего особенного. Честно говоря, если бы его увидел кто-то, кто тренировался в настоящих боевых искусствах, он бы, наверное, высмеял его. С его нынешним телом он оценил свой базовый вес примерно в семьдесят пять килограммов — с Пучинами бездны он был почти на сотне.

Он взглянул на свои две звезды. Они были полностью заправлены.

Отведя кулак назад, он применил Струящийся Удар.

После долгой практики, пока его цель была неподвижна, он мог без особого труда рассчитать время Струящегося Удара. Его рука вытянулась, неся составной импульс волны, движущейся через его тело.

В тот момент, когда вся сила собралась в конце, его костяшки пальцев встретились с туловищем манекена.

Удар был с глухим стуком, заставив людей вокруг него подпрыгнуть от неожиданного звука. Он отвел кулак назад и снова взмахнул им. Туловище манекена деформировалось под его ударами, но оно было разработано для этого. Оно вернется обратно после того, как он закончит.

Один удар за другим истощали его запасы, и к концу он израсходовал всю свою сущность.

Четырнадцать плавных ударов. Это все, что он мог выдавить. Это было не так уж много. На самом деле, их было слишком мало, но он не был удивлен, увидев это.

Он отошел, прошел на середину комнаты и сел. Он нырнул в свой эфиркосм. Он увидел там две свои тусклые и бледные звезды, и только красное кольцо вокруг его первой светилось ярко. В совокупности его общая емкость сущности составляла около 110%.

Это означало, что один Струящийся Удар израсходовал чуть менее 8% его общих резервов.

В этот момент он не мог не спросить себя — было ли ошибкой использовать Пучины бездны с ним?

С каждой новой звездой архилюди могли удваивать выход своей сущности. Но их общая вместимость увеличивалась только на одну звезду, и это на пике. Фредди мог удвоить расход сущности, но на данный момент у него было лишь немного больше сущности, чем у пикового однозвездника.

В начале третьей звезды все станет намного хуже. Учетверенный выход, но только 210%.

Как только он наберет четыре звезды, его производительность увеличится в восемь раз, но составит 310%.

Не то чтобы не было никаких путей обойти это. Оборудование, такое как кольцо на его пальце, могло бы работать на сокращение расходов, и были также спутники, но он был слишком беден, чтобы даже мечтать об одном из них.

Он прикусил губу.

С каждым лишним весом Струящийся Удар становился дороже. С каждой звездой эта цена удваивалась.

Он не питал иллюзий по поводу своего таланта как мастера боевых искусств. У него была сила, но его мастерство в ней было... не слишком впечатляющим, мягко говоря. И не то чтобы Струящийся Удар был легкой способностью.

На его текущей траектории эта способность становилась все более и более козырной картой. Хотя он мог использовать ее четырнадцать раз, это была далеко не единственная его способность, а с двумя дополнительными сродствами она только приобретала больше конкуренции. Довольно скоро он мог позволить себе использовать ее только несколько раз; он должен был быть уверен в своей способности ее применить. В противном случае он бы выбросил большую часть своих резервов без причины.

Ситуация только ухудшилась, когда выход его эссенции увеличился вдвое.

Чем больше росли его Пучины бездны, тем больше стоила способность. Когда он станет трехзвездочным, он сможет увидеть, как способность достигает 30% расхода сущности. Учетверение этого числа сделало бы его ультимативным приемом, а не тем, что кто-то будет бросать в бою по своему усмотрению. При четырех звездах? Черт, он мог бы, возможно, превысить 200% от общего выхода. Но в этот момент способность могла бы заставить всю его руку взорваться под нагрузкой.

Он с размахом принимал большинство решений относительно своего пути, но теперь, когда он мог не торопиться и все обдумать, он начал понимать, что его фундамент был нестабилен.

Это было практически чудо, что ему удалось разработать Гидравлическое напряжение и усовершенствовать свою Сотню Мокрых Адов — и, говоря об этом, Тысяча Мокрых Адов было чем-то, в использовании чего он пока не был уверен. В те несколько раз, когда он пытался, он действительно чуть не умер.

Также была еще не разработанная оболочка для Струи давления. Ему придется глубоко задуматься, стоит ли над этим вообще работать.

Но это было потом.

Теперь ему нужно было решить, продолжать ли развивать Пучины бездны и использовать Струящийся удар. Это было смертельное комбо, но оно имело свою цену.

Честно говоря, он действительно хотел сохранить его и просто посмотреть, куда это его приведет. Технически он мог просто работать над Пучинами бездны  до определенной точки и остановиться, когда он будет доволен своим весом, но это было неоптимальным решением. В этот момент было бы лучше отменить Пучины бездны и начать работать над Струящейся рекой. Эти две техники закалки нельзя было использовать одновременно, потому что они сталкивались по своей функции. Обе были направлены на сжатие воды — одна в каналы, а другая просто в целом.

Другим решением было бы отказаться от Струящегося удара и положиться на Гидравлическое напряжение в бою. Это был не тот вариант, который он хотел выбрать. Гидравлическое напряжение просто не было так хорошо для рукопашного боя, как Струящийся удар.

Вздохнув, он закрыл глаза. Он попытался выполнить сбор, но воздух был лишен водяных виспов, как и следовало ожидать в месте с таким количеством архилюдей. Вместо этого он вручную собрал несколько свободных виспов, которые он мог нанизать на косу своей проекции, и вернулся в реальность, когда у него было достаточно эссенции.

Он снова приблизился к манекену. Сосредоточившись на своем ядре, обе его звезды зажглись, и он взмахнул кулаком. Струящийся удар приземлился с оглушительным грохотом, который сотряс пол под его ногами.

Люди рядом с ним снова странно на него посмотрели и на этот раз отошли на некоторое расстояние.

Он стиснул зубы и снова отступил. Он медленно снял перчатку.

Его рука болела как черт. Вены вдоль предплечья вздулись, став фиолетовыми; кожа на костяшках пальцев была немного темнее, и он явно страдал от внутренних повреждений, включая трещины в костях.

Это было уже так плохо при выходе всего 16%. Насколько хуже станет позже?

Сделав глубокий вдох, он сжал раненый кулак, наслаждаясь болью. Действительно ли он был готов пойти по этому пути?

Может и нет. Но он ничего не терял, если просто попробовал. Обучение, которое ему пришлось бы пройти, чтобы сделать это комбо пригодным для использования, было бы совершенно адским, несравнимым со всем, что он делал до этого момента.

Но у него был талант. У него были и Ярость Левиафана, и Кровавая Жертва.

И родство, которого он еще не коснулся.

Склонность, считающаяся непревзойденной, превращает тело человека в живое оружие.

----------

Движение

Эфирное милосердие. Это явление в одиночку делало возможными большинство способностей. Сверхъестественное восстановление после отдачи эфира было единственной причиной, по которой вообще существовали техники закалки, а некоторые сродства, такие как огонь или смерть, были бы совершенно бесполезны без него.

Фредди внимательно наблюдал, как его рука восстанавливалась после Струящегося удара, который он применил против манекена. Треснувшая кость, лопнувшие вены, разорванная мышца — все это медленно возвращалось в прежнее состояние, словно само время перематывалось. Не прошло и нескольких часов, как рука зажила.

Но он это чувствовал. Последствия все еще оставались. Он привык к тому, что у него практически идеальное тело, и теперь даже самые мелкие несовершенства выделялись.

По крайней мере, какое-то время ему придется жить с ними.

Пока он восстанавливался, он совершил быструю поездку в ближайшую библиотеку. Клерк с любопытством посмотрел на него и его явно серьезную травму руки, но это не было чем-то необычным в мире архилюдей.

Что касается того, за чем он пошел, то это была, конечно, книга. Она обошлась ему всего в несколько сотен долларов. Что касается того, что это было, то это было очень похоже на руководство по водным способностям, которое он купил в частном районе, только гораздо менее изысканное — «Родство крови: всеобъемлющее руководство для начинающих».

Не было никаких эфирных отпечатков, направляющих потока сущности, движущихся картинок или чего-либо, кроме простого, скучного текста. И на то была веская причина. Он перестал использовать такие костыли для своего развития. Чем больше архечеловек развивал свою силу, тем больше была потребность в уникальном понимании его сродства и синергии с его талантом.

Однажды он мог наткнуться на интересную, многообещающую идею для техники закалки. Но она не имела бы никакой ценности, если бы он не мог разработать ее сам.

Расплачиваясь по счету, он прошел в тихий уголок библиотеки, сел между двумя пыльными книжными полками, на которых лежали старые исторические труды, и начал читать.

Книга была во многом просветительской. Он не зашел слишком далеко, но быстро понял, что ему нужно для начала.

Первой была техника закалки Бассейн крови. Это была способность, которая фактически была основой всего сродства. Без нее, во всех, кроме самых необычных случаев, использование крови в качестве оружия было практически невозможно.

Эфирное милосердие действительно действовало на потерю крови из-за использования сродства, но оно не могло предотвратить смерть пользователя из-за потери крови.

Появилась техника закалки Бассейн Крови. Это была способность, очень похожая на Пучины Бездны, с одним ключевым отличием. В то время как Пучины Бездны работала над сжатием жидкости в теле, Бассейн Крови был нацелен на увеличение объема крови.

На нулевой стадии это называлось Лужей Крови; оно расширяло вены и могло увеличить общий объем крови примерно на 25%. Это было очень мало. Настолько мало, что арки крови считались практически бесполезными до улучшения способности до первой стадии — когда она официально превратилась в Бассейн Крови.

Ключевым отличием на первом этапе было то, что эта способность создавала нечто похожее на пространственное хранилище внутри сердца кровавого арха посредством таких концепций, как внутреннее хранилище или увеличенная емкость.

В то время как Пучины Бездны работали с шагом в 30%, вместимость крови Бассейна Крови росла экспоненциально. Сначала она составляла 25% в Луже Крови, затем удваивалась в Бассейне Крови, пятикратно увеличивалась в Озере Крови и, наконец, в Море Крови она могла увеличиваться до двадцати раз. Книга только предполагала, как выглядит четвертый этап, поскольку единственные люди, которые могли получить способности четвертого этапа, должны были быть как минимум элитными четырехзвездочными архилюдьми, и немногие из них охотно делились секретами своих способностей.

Что касается использования Пучин Бездны и Лужи Крови, то с этим не должно быть никаких проблем. Интересно, что способности вообще не взаимодействовали. Не то чтобы не было случаев столкновения техник закалки из двух разных cродств, но это было не так распространено, как в пределах одного родства.

Читая дальше, он обнаружил, что родство крови имело то, что можно было бы грубо определить как три основных пути, за исключением особых исключений. Все три пути определялись одной и той же техникой закалки, и поскольку все они были направлены на изменение свойств крови в теле арха, можно было выбрать только один.

Богатая Кровь, Красный Яд и Багровая Ртуть были тремя основными техниками закалки сродства крови.

Богатая Кровь делала кровь, ну, богатой. Она давала невероятную физическую производительность через Прилив Крови, способность, которая потребляла кровь для повышения силы. Это был довольно однозначный путь, но он не был плохим. Его мощь нельзя было разумно сравнивать со сродством воды и земли, когда дело касалось общей полезности для боевых искусств, но когда дело касалось чистой силы и выносливости, это было лучшее, что было, если говорить о базовых сродствах.

Это также был путь, который имел наибольшую совместимость с укрощением монстров через кровавые пакты. Но это было довольно редко, даже если большинство людей пробовали это, если у них была такая возможность.

Красный Яд делает кровь невероятно токсичной, сначала просто ядовитой, затем кислотной, затем некротической и, в конечном итоге… взрывоопасной. Что казалось неуместным, но идеально подходило для пути. Это был самый популярный путь для большинства архов крови, так как он был сосредоточен на заклинаниях и дальнобойных способностях. Такие пути были, как правило, более популярны, так как мало кто хотел сближаться и лично вступать в схватку с существами, с которыми они сражались.

И, наконец, Багровая Ртуть, которая также была путем, по которому следовал Джанхалар. Что касается этой техники закалки, кровь человека становилась металлической, что делало ее невероятно легкой для коагуляции в оружие или снаряды. Ее можно было использовать как на близком, так и на дальнем расстоянии.

Что касается того, какую способность он выберет... он был неравнодушен к Богатой Крови. Она лучше всего сочеталась с его стилем. В книге даже говорилось, что этот выбор был модным в сочетании с другой склонностью, поскольку он значительно упрощал путь крови, сводя его к единственной технике закалки и только к одной основной способности.

Конечно, большинство из тех, кто пошел только по этому пути, обладали и другими способностями, но когда у человека было несколько способностей, с которыми можно было работать, лучше было оставить одну из них основной, а остальные — второстепенными, чтобы не перегружать себя слишком большим количеством неразвитых навыков.

Но... он задавался вопросом. Красный Яд определенно не подходил для его текущего пути, если только он не хотел полностью перепрофилировать себя как заклинателя, но у него был веский аргумент в пользу Багровой Ртути— он был наиболее эффективен по эссенции.

Да, Богатая Кровь звучит здорово. Но Прилив Крови — основная способность пути — хотя и очень мощная, пожирала эссенцию, как никто другой. Багровая Ртуть, с другой стороны, в основном полагалась на способности вызывать оружие. Сама кровь становилась как металл; таким образом, чтобы придать ей форму оружия, не требовалось так уж много эссенции, достаточно было сравнительно небольшого всплеска, чтобы она свернулась.

Но тут возникла совсем другая проблема — какое оружие он будет использовать? Оружие не было его коньком, поскольку у него никогда не было учителя, формального образования или какой-либо другой возможности научиться им пользоваться.

Выбор был непростым.

Но пока не было нужды торопиться.

Как только его рука зажила, он пошел обратно в спортзал. По дороге туда он внезапно вспомнил что-то. Улучив момент, чтобы погрузиться в свою душу, он посоветовался со своим хорошим другом Кровопролитием о том, что ему следует делать.

«Тебе следует закалить свою кровь в металл», — немедленно посоветовал он.

Он приподнял бровь. «Почему?» Естественно, он оценил совет духа, но ему было любопытно узнать его рассуждения.

«Кинжал, которым ты владеешь», — начиналось оно. «Его сила перейдет в любое оружие, которое ты наколдуешь, пока ты его держишь».

Это заставило его остановиться. «Серьёзно!? Оно всё равно будет работать, если я превращу это оружие в снаряды?»

«Нет, не будет», — пояснил дух.

Это было немного отстойно. Он все еще живо помнил копья, которые Джанхалар бросал в него во время их боя. Это была чертовски мощная дистанционная атака, и она зависела от физической силы, что было его огромным преимуществом. Не то чтобы он все еще не мог сделать что-то подобное, но было обидно, что усиление распространялось только на оружие, которое он все еще держал.

«Есть ли еще какие-то причины, по которым ты хочешь, чтобы я пошел по этому пути?» — спросил он на всякий случай. Основывать свой выбор на одном оружии, которое даже не было уникальным, было не самым лучшим долгосрочным решением.

«Я могу только посоветовать вам лучший путь, если вы хотите пролить больше крови», — говорилось в нем. «У меня нет никаких предложений по чему-либо еще».

«Это справедливо», — сказал он.

Хотя он мог в конечном итоге потерять кинжал, одного знания того, что эффекты такого оружия могут быть переданы оружию, которое он создал, было достаточно, чтобы возвысить Багровую Ртуть в его глазах. Все еще оставался вопрос, какое именно оружие он будет использовать, если решит пойти по этому пути, поэтому он решил поразмыслить над этим подольше. Ему не нужно было делать выбор, пока он не закончит Лужей Крови.

Когда его травма почти зажила, он вернулся в спортзал. Затем он начал тренировку.

Он вошел в него, придерживаясь немного ниже своего предыдущего лучшего результата. Как всегда, он сначала тщательно разогрелся, затем приготовился к жиму лежа, приседаниям и становой тяге. Это был не самый разумный график для тех, кто не мог быстро восстановиться после таких упражнений, и риск получить травму был относительно высок, но тренировать все тело каждый день было для него комфортно.

Сначала он начал со скамьи, установив вес в 120 кг, примерно на двадцать ниже своего предыдущего максимума. Он потерял много мышечной массы и не стал рисковать, переоценивая себя.

Как только он положил руки на штангу, он понял — это будет легко. И как только он надавил, он это подтвердил. Фактически, это было так легко, что он бросил подход на полпути и добавил еще 10 кг.

Опять же, это было слишком просто.

Поэтому он добавил еще десять.

И еще.

И еще раз, еще один.

К тому времени, как он поднял жим лежа на 180 кг, он только начал ощущать нагрузку.

В итоге он сделал десять повторений по 200 кг и не стал напрягаться больше, поскольку предыдущие тестовые подходы его утомили.

Чувствуя себя вполне уверенно, он начал приседать с 200 кг. В итоге он сделал 250. Что касается становой тяги, он сделал 300. Ни один из них не был достаточно хорош для максимума, который он мог сделать, и он мог сделать десять повторений, даже не вспотев.

«Это безумие», — пробормотал он себе под нос. Какого черта я обладаю такой чудовищной силой? Конечно, я должен быть слабее, чем был на пике, но нету ощущения этого.

И тот факт, что он был двухзвездным, тоже не был веским объяснением. Он был еще в начале пути, далекий от осознания всего потенциала своего улучшенного телосложения.

С каждым последующим упражнением он проверял себя, приближаясь к тому, что он чувствовал своим пределом. Хотя он не был самым сильным человеком в этом спортзале — далеко нет — он определенно был выше обычной толпы. И это было только начало.

Он закончил тренировку в довольно хорошем настроении. Вернувшись домой, он принял душ, съел две дюжины очень крутых яиц и большую кастрюлю варёного картофеля и лег спать.

Проснувшись на следующий день, он приступил к новому распорядку дня.

Сначала он надел снаряжение, затем отправился в хаб. Там он присоединился к группе Теодора и работал их помощником. После того, как это было закончено, он отправился в спортзал. Сначала он тренировал свои способности, работая над развитием Струящегося Удара и Гидравлического Напряжения. Как только он истощил свою сущность, он нагружал мышцы и использовал перерывы между подходами, чтобы нырнуть в Незер и восстановить свою сущность.

Закончив с этим, он вернулся домой. Вернувшись домой, он работал над Лужей Крови.

Удивительно, но ему потребовался всего один день, чтобы усовершенствовать оболочку. На самом деле, это было довольно легко сделать. Все, что ему нужно было сделать, это синхронизировать импульс эссенции с биением своего сердца, временно повышая свое кровяное давление и растягивая свою сердечно-сосудистую систему.

Хотя это и вызывало жуткую головную боль, по сравнению со сложностью создания Гидравлического Напряжения и болью от использования Сотни Мокрых Адов, разработка была детской забавой.

Учитывая, что это было на удивление легко, он включил технику закалки прямо в свой обычный график. Он еще не решил, какой путь выберет, поэтому отложил решение еще на некоторое время, пока не сможет улучшить Лужу Крови до Бассейна Крови.

Сначала он недолго использовал Адаптивное Водное Тело. Затем он работал над Пучинами Бездны и Лужей Крови, пополняя запасы своей сущности между каждым сеансом.

В конце концов он почувствовал, что сделал достаточно, и завершил день обычным сбором.

Хотя плотность эфира в Нова-Йорке в целом была довольно велика, это не означало, что там было так много виспов, чтобы ходить вокруг. В его квартире не было даже никаких следов. Это имело смысл. Бесчисленное множество архилюдей жили в этой части Нова-Йорка; все они должны были заниматься сбором.

В конце концов, все, на что он мог довольствоваться, были свободные пучки разнообразных продвинутых сродств, вокруг которых не было достаточно архилюдей, чтобы поглотить их. Как и ожидалось от города, стекло, металл, ржавчина, ткань и дерево были наиболее распространенными.

Хотя до этого он не задумывался об этом, он понял, что растет невероятно медленно. Это было очень тревожно. Учитывая его относительно недавние достижения, разве он не должен был блистать на ранних стадиях своей второй звезды?

Это была проблема, которая беспокоила его настолько, что он вышел из своей квартиры и пошел в библиотеку, чтобы найти объяснение. Там он оплатил членство, позволявшее ему брать по одной книге за раз, которую он мог брать где угодно. Уровень, на который он подписался, который давал полный доступ ко всем базовым и промежуточным текстам, стоил 8000 долларов в месяц, и он потратил столько, не колеблясь. Если бы он приходил сюда ежедневно, как он намеревался, членство окупилось бы достаточно скоро.

Немного побродив, он довольно быстро нашел объяснение своей нынешней проблемы. Это была еще одна из тех вещей, о которых он слышал, но никогда не понимал, что это такое — аура.

Ауру было легче всего увидеть, наблюдая за проклятыми объектами в Незере. Это был эфир, принимающий форму, прикрепляясь к объекту. В этом случае объектом была душа архичеловека. И это можно было легче всего увидеть, наблюдая за внутренней частью эфирокосма.

Звезды, по сути, были аурическими конструктами. Но они не были всей аурой, которая была в душе.

Была также скрытая аура. Ее можно было рассматривать как противовес звезде, существующий незримо под поверхностным слоем души. Именно эта форма ауры позволяла рости звезде, выступая в качестве ее основания.

Скрытая аура росла всякий раз, когда архичеловек совершал выдающийся подвиг. Будь то создание мощного объекта, победа над могущественным врагом, преодоление его пределов, поглощение могущественного сокровища или любое другое сложное, невероятное событие. Чем больше было скрытой ауры, тем больше могла быть звезда.

Вот почему борьба или, по крайней мере, какая-то форма профессии были важны для развития силы. Без скрытой ауры рост застаивался и замедлялся, пока не останавливался совсем. Это также было наиболее значимой причиной узких мест в развитии арха.

Так что же произошло? Разве его действия до сих пор не можно было считать довольно невероятными? Честно говоря, учитывая то, чего он добился, он просто не мог поверить, что у него нет скрытой ауры. Но по мере того, как он читал дальше, он понял, что, к сожалению, это именно так.

С каждым вознесением вся скрытая аура в душе поглощалась, стирая лист. Это не означало, что она была потрачена впустую; на самом деле она шла на улучшение таланта, поэтому многие люди откладывали вознесения до тех пор, пока не соберут достаточно скрытой ауры, чтобы существенно повлиять на качество и силу своего таланта.

Это вызвало еще один вопрос:

«Что!?» — прошептал он себе в подбородок и сердито почесал голову.

Если бы это было так, разве его талант не должен был измениться гораздо сильнее, чем это произошло?

Итак, он продолжил читать. В конце концов, он наткнулся на абзац, который заставил его поднять бровь.

Таланты не созданы равными. Некоторые обладают значительно большей силой, чем другие, и, таким образом, количество скрытой ауры, необходимое для запуска значительной эволюции, увеличивается пропорционально. Если не предоставлено достаточно скрытой ауры, талант либо изменится минимально, либо не изменится вообще.

Прочитав эту часть, он медленно закрыл книгу. На его лице застыло хмурое выражение. Он молча прошел весь путь домой.

Когда он собирался лечь спать, он не мог не задать себе вопрос: насколько же силен 1% вампиризма?

Следующее утро и остаток дня прошли примерно так же, как и предыдущий. Просыпаемся, погружаемся, тренируемся, закаляемся, собираем, читаем и спим.

Теодор продолжал делать абсурдные предложения, которые все были проигнорированы. Фредди не был тем, кем его считал лидер партии. И, честно говоря, он хотел сбежать в одиночку, как только он сможет это сделать.

Что касается денег, то он заработал немного. Большинство дней колебалось между 200 долларами по минимуму и 600 долларами по максимуму, за редкими исключениями. Тем не менее, он немного перерабатывал свои расходы, и на данный момент этого было достаточно.

Ни разу он не сталкивался с кризисом, подобным тому, что был с девиантом. Фактически, на него вообще никто не нападал. Но несколько раз он замечал подозрительных людей, слоняющихся неподалёку от того места, где он охранял сумки. Если бы его там не было, они, скорее всего, попытались бы их украсть.

Судя по слухам, подобные вещи были довольно распространены.

Загроможденная и опасная обстановка в пограничных мирах затрудняла преследование таких воров и облегчала возможность преступникам избежать наказания.

Много раз он также был свидетелем того, как ночь внезапно превращалась в день, а день внезапно превращался в ночь. Это было ужасно. Когда день превращался в ночь в разгар битвы, этого было достаточно, чтобы подвергнуть большинство партий смертельной опасности. Горелам не нужно было зрение; они в основном полагались на свои другие чувства, поэтому для них это было так, как будто почти ничего не изменилось.

К счастью, в их отряде был Теодор, светоносный арх, который мог мгновенно решить проблему, используя свою способность — Рассеянный Звездный Свет — чтобы выбросить множество парящих шаров света и осветить все поле битвы.

Хотя казалось, что так быть не должно, когда ночь внезапно сменилась днем, это тоже не было оптимальным вариантом. Человеческому зрению потребовалось несколько решающих мгновений, чтобы привыкнуть к внезапному изменению яркости, что могло быть довольно дезориентирующим в ситуации, когда решается вопрос жизни и смерти.

Не прошло и нескольких дней с начала работы с ними, как он начал таскать с собой мачете и бить по растениям, когда они погружались. Когда они спросили его, что он делает, он отказался вдаваться в подробности. Он никому не причинял вреда и не делал ничего примечательного, так что они просто оставили его в покое, списав его поведение на странную привычку.

Это была одна из многих причин, по которым со временем он все больше отдалялся от группы из шести человек, вместо того чтобы сближаться с ними. Его странное поведение, настойчивость Теодора, его отказ показать свое лицо и разрыв во власти между ними, который становился все более и более очевидным по мере того, как он демонстрировал все большие и большие подвиги, привели к расколу, который ясно показал — это был лишь вопрос времени, когда они расстанутся.

Его тренировки в спортзале шли гладко. Хотя он так и не выздоровел полностью, учитывая, как мало он мог размахивать мачете, этого было более чем достаточно, чтобы он видел постоянный прогресс.

Он стал более массивным. Его тощее телосложение быстро росло, догоняя то, что было раньше. Несколько раз ему приходилось подгонять свое снаряжение под его растущее тело.

Через некоторое время его Гидравлическое Напряжение наконец-то достигло пика нулевой стадии. Вместо того чтобы спешить с его улучшением, он не торопился, внимательно изучая способности и сродство к воде, чтобы убедиться, что он не сделал неоптимальный выбор.

С другой стороны, Струящийся Удар вообще не рос. Ему нужно было чаще использовать его в бою, чтобы увидеть его улучшение.

Что касается его закаливающих техник, то Пучины Бездны увеличили бонусный вес до 40%, а Лужа Крови приблизилась к пику нулевой стадии.

Он до сих пор ничего не узнал о загадочной второй раковине погибшего водяного существа.

Удивительно, но Адаптивное Водное Тело вообще не изменилось. И он понял почему, почитав в библиотеке.

Эволюция была чем-то, что называлось великой концепцией. Следы, содержащие такие концепции, были редки, но не слишком исключительны.

Великие концепции существовали только как следы. Они не могли вырасти в реликты. И, как следствие, любая способность, улучшенная через них... тоже не могла вырасти. Это не обязательно было чем-то ужасным; это просто означало, что способность делала то, что делала, и всегда будет делать только это. Способности, улучшенные через великие концепции, нельзя было оценить по линейной шкале мощности, поскольку их полезность часто была разной. Так было и с Адаптивным Водным Телом.

В конце концов, следуя этому графику в течение месяца, он, наконец, достиг вершины Лужи Крови.

Он улучшил эту способность с помощью частицы «внутреннего расширения», которую нашел в лесу, когда они отдыхали во время одного из своих походов.

И с этим его Лужа крови была улучшена до Бассейна крови.

Этого было достаточно. К тому моменту он знал наизусть большинство безопасных участков в проходе. Хотя он тренировался ежедневно, его рост заметно замедлился, и он застоялся.

В тот день, когда он вошел в хаб, он улыбнулся слегка разочарованному взгляду в глазах Теодора, когда тот сказал: «Очень хорошо. Ты был лучшим помощником, которого я когда-либо видел в своей жизни. Я уверен, что мы будем видеть тебя достаточно часто». Затем, с улыбкой на лице, он нахально добавил: «Если ты когда-нибудь решишь снять эту чертову маску, я бы с удовольствием пригласил тебя выпить».

Он усмехнулся. «Может быть, когда-нибудь», — уклончиво сказал он.

Затем он помахал всем остальным, прощаясь, повернулся и направился вниз по лестнице...

И начал свое первое сольное погружение в проход.

Три фигуры стояли у входа в пещеру руин того, что когда-то называлось лагерем Вайолет. Все они были одеты в дорогую боевую форму, черную с оттенками грязно-коричневого камуфляжа.

Первый был высоким, светловолосым, бородатым мужчиной с обеспокоенным выражением лица. Он смотрел в устье пещеры с явным страхом в глазах, а в его сердце боролся хаос чувств.

Вторым был молодой человек с яркими рыжими волосами и глазами, с тонкими багровыми линиями, пролегающими по его лицу. Он стоял бесстрастно, с любопытством глядя вперед.

А третьей была женщина, ее небесно-голубые волосы были завязаны в практичный хвост. Серьезная форма резко контрастировала с тем, что она обычно носила, но расслабленная улыбка все еще висела на ее лице.

Наконец, после столь долгого ожидания, когда последний из разведчиков покинет это место, им представилась такая возможность.

«Мадам», — предложил Нахар, махнув правой рукой. «Давайте начнем».

Пришло время начать поиски Фредди Штерна.

----------

Мастер абъюзер

Фредди полностью сосредоточился на взращивании Лужи Крови. Когда он приблизился к завершению, его дилемма разрешилась — он решил выбрать Багровую Ртуть. Было много причин выбрать его вместо Богаторй Крови, но для него важнее всего была эффективность эссенции.

Хотя он уже принял решение, у него все еще не было Багровой Ртути, и, таким образом, он не мог по-настоящему использовать родство крови для чего-либо ценного. Но после месяца наблюдения за партией в действии и наблюдения за множеством других, сражающихся с горелами, он был уверен, что в любом случае оно ему не понадобится.

Выйти в промежуточный мир в одиночку возлагал на него куда большую ответственность нежели погружение с группой. К счастью, был день, но, если уж на то пошло, это его беспокоило, так как это означало, что в любой момент могла внезапно наступить ночь.

В воздухе витала атмосфера опасности и неопределенности; его спина казалась более уязвимой, чем когда-либо прежде. Как только он прошел начало зеленой зоны и вышел из поля зрения, он достал из своего кольца небольшой шарик.

Это была таблетка, усиливающая восприятие. Эта штука была довольно большой, так что проглотить ее было бы непросто. Это был также его первый раз, когда он принимал ее, и он надеялся, что это не вызовет у него никаких проблем. Но даже если бы это и произошло, у него всегда был талант заставлять эти проблемы исчезать.

Он вытащил из рюкзака бутылочку и принял таблетку. Ничего не произошло. Он огляделся, пытаясь понять, изменилось ли что-нибудь в его восприятии. Тропа, по которой он шел, имела под ногами характерный гладкий камень и была окружена высокими, зазубренными скальными образованиями. Валуны вокруг него были большими и выглядели неустойчивыми, с многочисленными трещинами и небольшими выступами, которые закрывали мертвые листья, и пятнами прорастающей травы, разбросанными вокруг.

Он наблюдал за мхом у самого дна, проводя пальцами по его нежной, пушистой поверхности и одновременно ощупывая ее. Он ничего не чувствовал из-за перчаток, но слышал мягкий царапающий звук грубой ткани, трущейся о поверхность.

Изменения происходили медленно, но по мере того, как они происходили, они прибывали внезапными всплесками. Неописуемая мшистая поверхность становилась яснее, даже через прикосновение перчатки. Он отскочил назад, когда внезапно услышал лязг металла и крики горелов. Это было далеко. Настолько далеко, что он обычно ничего не слышал с такого расстояния.

Когда он отступил и огляделся, он обнаружил, что все его чувства обострились. Глинистая почва, зеленый, свежий порыв ветра и слабые ноты горящего меха, текущей крови и гниющих трупов заполнили его ноздри. Звуки вдалеке становились все более отчетливыми, и он почувствовал большую уверенность в том, что может определить, с какой стороны они доносятся.

Там была группа из трех человек — нет… группа из четырех человек — направлявшаяся по другой тропе прямо за скальным образованием, перед которым он стоял. Он слышал лязг их доспехов, трение ткани и лязг оружия.

Камень перед ним внезапно стал выглядеть более фактурным — просто взглянув на поверхность, он остро осознал, какие его части более хрупкие, чем другие.

Он сглотнул.

Это было... гораздо более мощно, чем он ожидал, во многих отношениях. Его спина и задница обильно вспотели, и он чувствовал себя крайне неуютно в своей броне. Каждое несовершенство, каждая выпуклость и поворот, которые не идеально подходили его чувствительной коже, были словно горячая точка на поверхности его тела, заставляя его неловко ерзать, пытаясь заставить это чувство уйти.

Затылок внезапно начал болеть, и вскоре возникло ощущение, будто виски пронзают сверла. Дыхание участилось. В ушах раздался пронзительный гул. Глаза непроизвольно забегали, из-за чего он потерял чувство направления и еще больше закружилась голова.

Он быстро вытащил мачете из кольца хранения и побежал к ближайшему растению. Бедный саженец так и не понял, что его ударило. В один момент он вырастал, чтобы стать могучим деревом; в другой — был срублен.

Но его бессмысленная резня на этом не закончилась. Он срезал траву, топтал мох и жестоко срывал цветы с их высоких насестов на каменных стенах, окружавших его. Через некоторое время побочные эффекты утихли, и он, наконец, смог дышать.

Вспоминая того человека, Августа — человека, который рассказал ему, что это за лекарство, — этот человек на самом деле не сразу понял, что это за таблетка. Он понял это только после того, как хорошенько понюхал и проанализировал ее, вероятно, благодаря своему таланту.

Он сказал, что лекарство сильное. Он также пояснил, что у него серьезные побочные эффекты. Но Фредди не ожидал чего-то настолько сильного. Возможно, эти таблетки либо не предназначались для употребления таким образом, либо ему нужно было стать по крайней мере трехзвездочным, чтобы безопасно их принимать.

Ну, это не его забота. Но было приятно знать, что он был прав, отвезя их в безопасное место, где он мог бы устранить побочные эффекты. Теперь, когда он чувствовал себя хорошо, он не мог сдержать улыбку, расползающуюся по его лицу.

Эффект от их действий был поистине великолепным.

Он встал и продолжил путь. Вскоре он услышал шорох. Он взобрался на ближайший камень и посмотрел в направлении, откуда доносился звук. Неподалеку от того места, где он был, прямо за скалистым образованием и в лесу, стражник-горель осматривал местность, поднимая листья и обнюхивая все вокруг.

При обычных обстоятельствах он никогда бы не заметил черный мех существа, скрывающегося в тени.

Итак, без лишних слов, он пошел к нему. Двигаться по неровным каменистым участкам не рекомендовалось из-за опасности рассыпания камней под ногами, что могло легко привести к перелому ноги или двух, в зависимости от того, насколько ему не повезет.

Но по мере продвижения вперед он обнаружил, что отличить камни, которые «казались» нестабильными, от тех, которые не были такими, было просто. Трудно было сказать, что именно двигало его восприятие, когда он ощущал это, но он чувствовал себя довольно уверенно. На самом деле, слишком уверенно, когда он наступил на камень, который был не совсем устойчивым, и чуть не споткнулся, когда он сдвинулся под его ногами.

Ладно, эта таблетка могла быть сильной, но это был не талант восприятия. Естественно, у нее были пределы. Поэтому, продолжая, он делал это с осторожностью.

В конце концов он миновал зыбкую почву, ступил на твердую и вошел в густой лес под теневым пологом.

Он немедленно вынул фонарик из своего кольца для хранения, заставив его появиться в его руке с тихим хлопающим звуком воздуха, вырывающегося из него, и включил его, чтобы разведать местность на предмет других горелов. Он не мог слышать или видеть ничего больше, но охранник-горел уже обнюхивал воздух, явно почувствовав его приближение, поскольку он двигался вокруг, как гиперактивная, громоздкая собака, и проверял каждое направление, хрипя и рыча.

Фредди взял фонарик в левую руку, оставив его включенным на случай, если день внезапно станет ночью, и вытащил кинжал, держа его в правой руке. Оружие было очень угрожающим, выглядело зазубренным и неровным. Было ясно, что удар этой штукой оставит сложные, неприятные травмы, и это, вероятно, было сделано намеренно, чтобы еще больше настроить оружие на концепцию кровопролития.

Если честно, кинжалы были не его коньком. Оружие вообще не его конек. Но он мог легко держать рукоять обратным хватом и все равно бить. Ему не нужно было использовать кинжал только потому, что он держал его в руке.

И он понял еще кое-что. Это было не совсем оружие. Вспоминая свою битву с Джанхаларом, вооружившись знанием того, что оно может переносить свой эффект на любое заколдованное оружие, он быстро понял, что этот человек никогда не использовал кинжал напрямую. На самом деле, Фредди даже едва осознал, что этот человек вообще держал кинжал.

Вероятно, это означало, что этот предмет не предназначался для нанесения ударов, а скорее напоминал прославленный жезл в форме кинжала.

Держа фонарик и нож в обратных хватах, готовые к использованию, он шагнул вперед, пока горел наконец не определил его местоположение и не побежал на него.

Когда он до него дошел, он пнул его, даже не используя Струящийся Удар или Гидравлическое Напряжение. Существо приняло его ногу в лоб и было отброшено назад. Как только оно переориентировалось, он пнул его снова, на этот раз в затылок. На этот раз оно не поднялось, просто скулило и выло, когда он опустил ногу и сломал ему шею. Поток эфира влился в его звезду, заставив ее немного вырасти.

Все эти слова о том, что Багровая Ртуть не нужна? Да... После месяца наблюдений за тем, как другие сражаются с этими тварями, он пришел к неоспоримому выводу. Он был слишком квалифицирован для этой сферы.

Проблема с оценками опасности и рекомендациями заключалась в том, что владельцы проходов стремились защитить себя юридически. «Приемлемый риск» для группы однозвездных и новичка с двумя звездами означал, что если кто-то удовлетворял этому требованию, то с ним в основном все было в порядке, если только он не облажался или ему не повезло. Люди все еще ежедневно получали травмы, потому что, ну, в мире не было недостатка в идиотах, жаждущих как-нибудь серьезно облажаться.

Даже тогда его сила не была как у среднестатистического двухзвездного. У него было не только великолепное снаряжение, но и фантастические способности, и честно говоря, невероятный талант. Если и был кто-то, кому не нужно было бояться погружаться здесь в одиночку, так это он. Он подобрал мертвого, в основном неповрежденного гореля и потащил его обратно. Дорога туда заняла у него около двадцати минут ходьбы, а обратный путь был примерно таким же.

Когда он оставил его на прилавке, он уже заработал почти столько же, сколько заработал за последний месяц в среднем.

А затем он направился обратно. Следующей добычей он наткнулся на трех рабочих-горелов, тащивших ветки. Он поднял огромный камень. Активировав Гидравлическое Напряжение, он бросил его с силой бога, ударив одного из бедняг прежде, чем тот успел среагировать. Двое других зашипели и зарычали, немедленно бросившись на него.

Проблема с горелами была в том, что у них было родство с землей. Но эти твари были глупее камней, которыми они должны были бы манипулировать. Что касается их контроля сущности, то максимум, что они могли сделать, это добавить немного импульса к своим ударам в своего рода квазитектоническом ударе. Важно было помнить, что их атаки все еще могли ломать человеческие кости, как сухие ветки. Ну, других людей. Не его.

Как только первый до него добежал, он использовал Струящийся Удар и ударил его прямо ему в лицо. Передача силы сработала, отправив коренастого рабочего в полет, как футбольный мяч, и врезавшись в дерево в двадцати метрах.

Когда прибыл третий, он схватил его за качающуюся руку, небрежно приняв на себя основную тяжесть удара, поднял его, как младенца, и ударил им спиной вперед о ближайший валун.

Неправильно было бы сказать, что он был здесь в полной безопасности. Всегда был риск, что что-то пойдет не так. Достаточно было одного девианта и немного высокомерия, чтобы задушить любого слишком усердного исследователя.

Но... да.

Он уже достаточно насмотрелся на этот мир.

Он знал, какие места были опасными, а каких частей следовало избегать. Пока он придерживался мест, немного удаленных от проторенных дорог, где не было достаточно горелей, чтобы беспокоить партии, его опыт погружения был сродни тому, как если бы он зашел в детский сад и выбил дерьмо из вечно живой кучки малышей.

Он снял рюкзак и открыл его.

Складные стойки, которые он использовал для переноски трупов горелов, были отложены в сторону, и он достал закуску.

Это был хлеб. На самом деле, его огромный рюкзак был в основном заполнен только хлебом. Почему хлеб? Потому что хлеб был дешевым и относительно питательным.

С тех пор, как он обнаружил, что мощные таланты меняются минимально с эволюциями, он гораздо лучше взглянул на 1% Вампиризма. И, честно говоря, хотя он уже знал, что талант мощный, он все еще сильно недооценивал его.

С тех пор у него был долгий месяц, чтобы все обдумать и почитать о высококачественном исцелении и просто об исцелении в целом.

Когда он вытащил большую буханку хлеба и откусил, он вытащил банку энергетического напитка из упаковки на двенадцать банок и осушил ее. Уже некоторое время он ел только хлеб, а пил только кофе, молоко или энергетические напитки.

Здоровый ли это образ жизни?

Это был просто не тот вопрос, который ему когда-либо приходилось задавать.

Концепция здорового образа жизни к нему просто не применима.

Он мог бы пить чистое масло, и все равно был бы в золоте. Адаптивное Водное Тело очень помог с ускорением и улучшением пищеварения, и пока он устранял все нездоровые побочные эффекты своего желудочного терроризма, его диета просто не имела значения.

Месяц его работы в качестве помощника был невероятно плодотворным. Он не только получил возможность основательно ознакомиться с этой сферой, но и ближе познакомиться с тем, как на самом деле зарабатываются деньги.

По большей части, единственным самым большим препятствием для прибыли была усталость. В конце концов, не так уж легко было постоянно таскать туда-сюда трупы здоровенных монстров. Это было утомительно, а уставшие своды стопы были значительно более восприимчивы к совершению критической ошибки в неподходящий момент. Однажды он увидел, как Кайл получил сильный удар по колену. Лечение обошлось мужчине более чем в две тысячи долларов. Риск просто не стоил того.

Для других это было так. Но не для него.

Он допил энергетический напиток и доел последний кусок буханки хлеба. И с этим он поднял тела, и на этот раз он побежал, неся их обратно. Он не был таким уж уставшим от путешествия, но он все равно выпил еще один энергетический напиток.

Затем он вернулся в мир и нашел еще одну небольшую группу рабочих горелов, забил их до смерти и снова унес обратно. А затем выпил еще один энергетический напиток. Он повторял одно и то же снова и снова.

Вскоре люди это заметили.

«Разве этот парень не был помощником Тео и его банды?» — его улучшенное восприятие позволило ему подслушать вопрос одного человека. «Что, черт возьми, с ним случилось?»

Он пробежал мимо группы из четырех человек, когда снова выходил. Они посмеялись над ним, сделали несколько уколов и сказали, что он, вероятно, умрет к концу дня. Увидев, как он тащил на спине восемь рабочих, что в общей сложности составило пятьдесят семь человек за тот день, они остались без дальнейших комментариев.

И вот, как раз когда он собирался снова отправиться в путь, день померк и наступила ночь. В отличие от того, во что многие привыкли верить в тот день, он на самом деле не был склонным к самоубийству придурком. Он все еще чувствовал себя довольно пьяным от всех этих энергетических напитков, но он мог сказать, что его сосредоточенность ослабевает. Его внимание все чаще и чаще рассеивалось. Несмотря на то, что он мог исцелить последствия жестокого обращения со своим телом, казалось, что его мозг мог выдержать только определенное количество работы в течение одного дня.

Когда он отсчитывал время в тот день, он немного подождал и получил свой счет.

Широкая улыбка растянулась от уха до уха, когда он увидел номер на чеке.

12 571 доллар.

«Двенадцать тысяч… о да, о да, двенадцать тысяч… о да, о да», — пел он по дороге в спортзал.

«Двиииииииинадцать, бляяять, тысячь…! А, а, а, двенадцать, мать их, ТЫСЯЧ! Эээ!» и продолжил, начав тренировку.

Рядом со скамьей, на которой он тренировался, стоял огромный пластиковый контейнер. Это был некогда пустой молочный кувшин, который он переделал, наполнив его до краев энергетическим напитком, который он пил во время тренировки.

Он продолжал петь себе под нос, когда устанавливал вес на штангу. Поставив 625 кг, он, наконец, начал подход. Подняв его один раз, затем дважды, он собрал волю и силу, чтобы поднять его в третий раз, наконец, преодолев свой предел.

Хотя это было впечатляюще, он не позволил этому завладеть его головой. В конце концов, Марк мог поднять больше, даже когда он был однозвездным. Иногда он действительно скучал по этому парню.

Тем не менее, он добился устойчивого прогресса, и пока он продолжал в том же духе, он продолжал расти. Звериные стероиды все еще были в его Кольце Хранения, но он не собрал яйца, чтобы попробовать их.

Когда он отошел от скамьи, он направился к стойке для приседаний, где он мог легко поднять 900 кг. «Двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah», — продолжал он петь, явно раздражая парня, который тренировался рядом с ним. Но он был в слишком хорошем настроении, чтобы позволить этому остановить его. «Двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah», — продолжал он. «Двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцатьтысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah». И просто продолжал. «Двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч, yeah yeah, двенадцать тысяч…»

«Ты не можешь, пожалуйста, заткнутся нахуй!?» — заорал мужчина рядом с ним. «Ты, придурок!»

«Ой, извините», — сказал он извиняющимся тоном. «Я не хотел...»

«Что, черт возьми, с тобой не так!? А!?» — заорал мужчина, вставая и сердито бросая гантель на землю, бросаясь на него и вторгаясь в его личное пространство. «Еще раз так сделаешь», — пригрозил он, указывая пальцем себе в лицо, — «и я засуну тебе ногу в задницу!»

«Ладно, мне правда жаль, и я перестану, обещаю», — повторил он, но не смог сдержать улыбку. Не то чтобы он чувствовал угрозу со стороны этого парня.

Однако мужчине явно не понравилось выражение его лица. «У тебя ко мне какие-то проблемы?» — спросил он, подходя еще ближе. «Встретимся снаружи, и мы все уладим; как тебе такое?»

«Нет, я...» — начал он, внезапно немного сникнув.

«Что, теперь ты испугался?»

«Расслабься», — настаивал Фредди. «Не нужно прибегать к насилию. Я сказал, что мне жаль», — напомнил он мужчине, выражение его лица потемнело, а правая рука дернулась.

«Оставайся на своей чертовой полосе, киска», — бросил мужчина в последний раз, прежде чем отступить, чтобы продолжить упражнение.

Фредди просто пожал плечами и пошел к стойке для приседаний. Там он сделал чертовски большой глоток из своей энергетической бутылки, готовясь к сету. Один вес за другим поднимался на штанге. 300 кг... 400 кг... 500 кг...

Мужчина немного помедлил, глядя на то, что он делает.

600… 700… 800… 900…

1000… 1100…

1200 кг.

Он сделал еще один глоток из своего кувшина и залез под штангу. Затем он начал сет. Он сразу же почувствовал, что вот-вот прогнется под безумным весом. В конце концов, это было на 300 кг больше его максимума... когда он не использовал Гидравлическое Напряжение.

Когда он активировал способность, казалось, что его груз уменьшился вдвое. Сосредоточившись на всем, на что он был способен, он опустился в низкий присед и снова поднялся. Его мышцы звучали как резиновые перчатки, растянутые до предела, и он сделал это снова, закончив сет на шестом повторении.

К тому времени, как он положил штангу обратно на стойку, парня уже нигде не было видно.

Его тело болело как в аду, и он чувствовал себя совершенно измотанным. Тем не менее, он не мог перестать смеяться. «Это того стоило».

Закончив тренировку, отправившись домой и приведя себя в порядок, Фредди плотно поужинал и решил немного отдохнуть. Он устал. Его тело болело из-за его тупости, и он не мог использовать свой талант, так что ему придется с этим смириться.

Время постепенно шло, и ему пришлось выпить еще один энергетический напиток, чтобы снова сосредоточиться. Хотя он никогда не заболел бы, злоупотребляя этими вещами, казалось, что есть предел полезности. Время постепенно шло, поскольку нежелание что-либо делать просачивалось в его кости.

Вскоре часы показали 9 вечера. Это было уже на час позже того времени, когда он обычно посещал библиотеку. Это была хорошая привычка, которую он хотел сохранить, поэтому он заставил себя собраться, встать и выйти на улицу.

Когда он вышел из здания, чтобы посетить библиотеку, он внезапно передумал. В тот день... честно говоря, разве он только что не достиг того, о чем мечтал долгое время? Он очень далеко ушел от своих дней в маленькой квартире-студии, и если бы этот Фредди мог его сейчас увидеть, он бы плюнул ему в лицо.

К черту библиотеку. Никакого занудного дерьма на этот вечер. Пора праздновать, решил он, отправляясь за быстрым походом по магазинам.

Белая рубашка за тысячу долларов? Почему бы и нет? Безвкусные, честно говоря, уродливые рваные джинсы? Они стоят две тысячи долларов, а логотип Habuji, крупной компании по производству одежды класса люкс, был спереди и в центре. Они отправились в корзину.

Завершив поездку относительно недорогими кроссовками за 500 долларов, которые стали для него небольшим разочарованием, когда он осознал, сколько денег он тратит, он надел эту глупо расточительную одежду и направился в место, куда он давно хотел сходить.

Как будто калейдоскоп бабочек порхал вокруг его сердца. Он нервничал и должен был настроиться.

Вскоре он появился перед ночным клубом.

А затем неловко втиснулся в длинную очередь.

----------

Упс

Немногие люди пережили уничтожение лагеря Вайолет. Когда Марк шел рядом с Нахаром и Мадам, он сам стал свидетелем его уничтожения. Согласно отчетам, лагерь подвергся нападению некой огненной сущности. Никто из тех, кто видел, что напало на лагерь, не выжил, чтобы раскрыть, что это было.

Наиболее распространенным предположением было то, что это был какой-то эйдолон, связанный с концепцией огня, но был и худший сценарий, что это было преднамеренное нападение, либо какой-то человеческой группой, либо неизвестным разумным видом. Независимо от того, что именно произошло с лагерем, результат был ужасающим.

Разрушение было настолько основательным и ужасным, что ничего из того, что было разрушено, не было восстановлено или даже очищено; едва нетронутые трупы усеивали помещения того, что когда-то было жилой зоной лагеря. Марк почувствовал, как его желудок упал, когда он стал свидетелем разрушения; вот где был Фредди?

Опять же, он понятия не имел, на чем именно Мадам основывала предположение, что он все еще жив, но больше не думал об этом. Все, что он знал, это то, что она была уверена, и они были на миссии, чтобы найти его.

Согласно отчету, нескольким выжившим удалось спрятаться в близлежащих пещерах, но Фредди Штерна среди них не было. Мадам утверждала, что он все еще жив, и наиболее вероятным сценарием было то, что он прячется где-то в пещерах. С его талантом выживание даже в таких условиях не было чем-то невероятным. Таким образом, они начали свои поиски.

По большей части Нахар и Марк не присутствовали здесь, чтобы помочь его найти; Мадам прекрасно справлялась с этой частью, и ей определенно не нужны были никакие телохранители.

Но они заключили с ней сделку; Нахар обещал представлять Крэйвенов в компенсации Фредди за несправедливость, которую он претерпел от их фракции, в то время как Марк, с другой стороны, был там только для того, чтобы признать вину за свое предательство и извиниться. Сначала они посадят его и объяснят ситуацию со всех сторон, как только найдут его.

Марк понятия не имел, почему она так сильно отходит от своего пути ради Фредди. Не то чтобы он был против, но было необычно, что кто-то ее положения отходит от своего пути ради кого-то, кто, казалось, был намного ниже ее. Ее мотивы и намерения не были его делом, чтобы судить. Его роль заключалась в том, чтобы изначально загнать беднягу в эту ситуацию, и что бы она ни собиралась с ним сделать, он не имел права об этом говорить.

«Держитесь поближе ко мне, мальчики», — сказала она. «Если мы приблизимся к нему, я узнаю». Это были все инструкции, которые получили Нахар и Марк.

За первые несколько часов поисков они нашли лишь несколько разбросанных монстров и пару животных. В конце концов, они наконец наткнулись на зону, которую искали. Это была бесплодная территория, полностью лишенная жизни. Единственное, что там примечательно, — это то, что когда-то было дуэльной ареной.

У Крэйвенов все еще была копия каждого отчета, сделанного до немедленного уничтожения лагеря Вайолет. Что касается отчетов, в которых упоминался Фредди, они нашли один, в котором упоминалось, что он сбежал в глубь Пустошей, куда за ним была отправлена ​​группа разведчиков. Если он действительно это сделал и все еще скрывался в этой области, то было бы понятно, как ему удалось выжить.

Маловероятно, что он все еще находится в настоящих Пустошах; эта область действительно соответствовала своему названию. Стены, казалось, были ничем иным, как простой грязью и голым камнем.

Наиболее вероятной возможностью было то, что он временно спрятался в Пустошах, а затем вернулся в пещеры. Однако не было никаких фактических подтверждений, что это так, и судя по обстоятельствам, по которым он сбежал в первую очередь, наиболее вероятным сценарием было то, что он просто продолжил бы бежать, либо уйдя через другую сторону, либо, в наиболее вероятном сценарии, найдя проход где-то внутри.

Однако, продолжая поиски, они сразу же обратили на себя внимание.

«Кажется, в этой области нет проходов», — прокомментировал Марк.

«Действительно», подтвердила мадам.

Эта область была невероятно нервирующей. Она была тихой, спокойной. На краю их восприятия мелькало странное ощущение.

В конце концов, похоже, даже сама мадам начала разделять это мнение. «Эта область действительно неестественна».

Внезапно она остановилась; ее глаза прищурились, взгляд стал острым. Она закрыла глаза, а когда снова их открыла, то выглядела расстроенной и обеспокоенной. И Нахар, и Марк отреагировали немедленно. Если она вела себя так, то впереди определенно была опасность. Марк заставил появиться свой гигантский меч, а Нахар призвал кровавые кнуты с лезвиями. Она не сказала им убрать оружие.

По мере того, как они продвигались вперед, в воздухе вокруг них отчетливо ощущалось леденящее ощущение. В конце концов, они заметили его. Небольшое отверстие было близко к вершине одной из пещер.

Там они заметили круглый проход, встроенный в потолок, излучающий холодный свет.

Фредди пришлось долго ждать, чтобы попасть в клуб. Очередь, в которой он стоял, была одной из немногих. Она же была и самой длинной. Он простоял там около сорока минут и в конце концов добрался до входа.

Когда он приблизился, вышибала попросил его предъявить удостоверение личности. Он вытащил его и протянул мужчине, который немедленно отреагировал, подняв брови. Мужчина вытащил устройство из кармана и приложил его к удостоверению личности.

Устройство запищало, засветившись зеленым, и мужчина встретился с ним взглядом. «Э-э, сэр», — начал вышибала. «Очередь для двух звезд там», — сказал он, указывая на гораздо более короткую очередь, которую Фредди считал для VIP-персон.

Он поморщился от этого. «Нет, чувак». Он неловко рассмеялся, отмахиваясь от вышибалы. «Я скромный тип. Я предпочитаю стоять в очереди». Он поморщился от собственных слов.

«Ну…» Мужчина заколебался. «Если это то, чего вы хотите, то это, безусловно, в ваших правах», — заявил он, отступая в сторону, чтобы пропустить его.

«Да», — неловко подтвердил он, проходя мимо мужчины и входя в клуб.

Вышибала снова остановил его, схватил за руку и дважды прижал к спине небольшой кубик. Когда он поднял его, на его коже остались два маленьких логотипа клуба.

Фредди понятия не имел, что именно это было, но, вероятно, это было подтверждением того, что он вошел законно.

И снова на него обрушились яркие огни и музыка, настолько громкая, что от нее лопались барабанные перепонки. Он понятия не имел, куда идти и что делать, поэтому просто шел вперед, проталкиваясь сквозь толпу людей в поисках места, где можно было бы устроиться.

Ряд залов выстроились вдоль переполненного клуба. Большинство из них были пусты, хотя клуб был переполнен. Поэтому он направился к ним и сел в одном из них.

«Сэр, вы здесь, чтобы забронировать столик?» — спросил один из официантов почти сразу же, как только он сел.

Фредди замер, желая укусить себя за свою глупость. «Нет», — сказал он. «Я хотел узнать, могу ли я купить один из этих залов».

«Купить? Хотите забронировать зал?» — спросил мужчина.

«Да, именно это я и имел в виду».

«Извините, сэр, но все они уже заняты на ночь», — виновато сказал мужчина, взглянув на логотипы, прижатые к тыльной стороне ладони. Как только он их заметил, его взгляд слегка изменился. «Но у нас все еще открыт один из VIP-залов…»

«Сколько это будет стоить?» — спросил он мужчину.

«Зал? Ничего. Но вам придется купить как минимум премиум-сервис на десять человек».

«И сколько это будет стоить?» — снова спросил он.

«35 000 долларов», — ответил мужчина.

«Боже мой!» — воскликнул он. «Знаешь что? Ты можешь просто показать мне столик или что-то в этом роде?»

Мужчина улыбнулся. «Конечно, сэр», — сказал он. «Пожалуйста, следуйте за мной».

Мужчина провел его через толпу людей, пробираясь через помещение и достигнув одного из заброшенных углов, где указал на несколько круглых столов, за которыми никто не стоял.

Он поблагодарил мужчину, заняв свое место за столом, пока официант спрашивал его, что он хочет заказать. Хотя он понятия не имел, как он хотел, чтобы другие присоединились к нему, он не собирался стоять там один.

Пока официант терпеливо ждал, пока он сделает заказ, он попытался вспомнить свой предыдущий поход в клуб. Что там пили люди? Он вспомнил ассортимент разнообразных напитков, сделанных из всевозможных причудливых эфирных ингредиентов, а что касается обычных напитков…

«Я возьму одну бутылку водки, одну бутылку виски и бутылку коктейля», — сказал он.

«Мы не продаем коктейли в бутылках», — сказал мужчина, явно удивленный просьбой.

«Тогда дайте мне десять стаканов», — сказал он вместо этого.

«У тебя есть какие-нибудь предпочтения? Если нет, я могу просто принести тебе десять случайных напитков», — услужливо добавил мужчина, уже понимая, что Фредди — полный идиот.

«Конечно».

Мужчина кивнул ему с насмешливой улыбкой, подмигнул, поднял большой палец вверх и одними губами произнес: «Удачи».

«Спасибо», — прошептал он в ответ. Как только мужчина скрылся из виду, он закрыл лицо руками и застонал. «Просто расслабься», — сказал он себе. «Подумай немного, прежде чем говорить. Дыши. И расслабься. Просто расслабься. Успокойся. Все хорошо; все круто; ты мужчина. Ты мужчина на сегодня. Да, все верно; ты мужчина. Теперь веди себя как мужчина!»

К счастью, его никто не услышал.

Мужчине потребовалось на удивление мало времени, чтобы принести ему напитки. Не прошло и десяти минут, как он уже не стоял там как идиот; теперь он стоял там как идиот со столом, полным напитков, которые никто не пил, даже он сам.

Несколько человек обошли его и прошли мимо, и он выжидающе посмотрел на них. Он посмотрел слишком пристально, как показалось, поскольку большинство людей восприняли его взгляд как предупреждение, а не приглашение. Прошли минуты, и ведерко со льдом медленно превратилось в ведро с водой. В конце концов он, наконец, сдался и схватил один из коктейлей. «Ммм, сладкий», — пробормотал он.

Поставив свой напиток, он обернулся и заметил две знакомые фигуры, разгуливающие вокруг. Первым был Роберт, долговязый, бледнокожий, длинноволосый лучник с неряшливой бородой, а вторым был Лэнс, высокий, лысый черный драчун.

«Эй!» — крикнул он, помахав им рукой.

Двое мужчин посмотрели на него, нахмурившись, а затем друг на друга, по-видимому, совершенно не понимая, кто он такой. Это не было неожиданностью, поскольку ни разу, общаясь с ними, он не снимал шлем. Помахав им несколько раз и покричав достаточно восторженно, двое мужчин наконец сдались и двинулись вперед.

«Эй... мужик», — Роберт поздоровался с ним осторожно, пожимая ему руку. «Мы тебя знаем?»

«Я Фре…» — начал он, но оборвал себя. «Я Лиам», — сказал он вместо этого.

«Лиам?» — закричал мужчина, явно сбитый с толку. «О, ты имеешь в виду этого Лиама !?»

«Да», — подтвердил он. «Это я!»

«Йоу, что за фигня, мужик?» — с энтузиазмом поприветствовал его Лэнс, заставив его поднять бровь. «Что?» — спросил мужчина, смеясь и сильнее сжимая руку. Обычно этот мужчина себя так не вел. Совсем.

«Что случилось со всей этой историей с маской?» — спросил Роберт. «Я думал, ты скрываешь свою личность?»

«Ну, это никогда не было связано с моей личностью», — сказал он, почесав голову. «Мне на самом деле все равно, видят ли люди мое лицо; я просто... Ну, если честно, мне просто не хотелось сближаться ни с кем на работе».

«А, понятно, хорошо», — сказал мужчина. «Я понял». Затем он, казалось, колебался мгновение, прежде чем спросить: «Тогда, э-э… Не против, если мы к вам присоединимся?»

«О, да, да, конечно», — с энтузиазмом сказал он. «Вы, ребята, были, эээ… повышены из коллег до знакомых!» — пошутил он. «Я отношусь к этому гораздо более спокойно».

«Логично. Кстати, ты гораздо симпатичнее, чем я думал», — шутливо добавил лучник, слегка толкнув его локтем. «Я думал, ты будешь уродливым ублюдком».

«Ага», — согласился Лэнс, усмехнувшись. «То же самое».

«Извините, что разочаровал?» — спросил он вопросительным тоном, одарив их нахальной ухмылкой. «Ладно, так вот», — сказал он, пытаясь придумать, что еще сказать. «Не стесняйтесь брать все, что хотите. Я угощаю сегодня вечером».

«Конечно, приятель», — сказал Лэнс, потянувшись за виски. «Бог знает, нам нужно выпить».

«Что-то случилось?»

«Да», — сказал Роберт. «Вообще-то, наша партия сегодня распалась».

«Что!?» — закричал он. «Какого черта это произошло? Я был с вами, ребята, только сегодня утром!»

«Тео и Беатрис разводятся», — заявил скандалист.

«Ну, это возникло из ниоткуда», — сказал он, опешив.

«Для тебя, может быть», — саркастически прокомментировал Роберт. «Не для нас. Они вели себя не совсем по-своему с тем, кто, ну, как бы чужак. Но да, они много ссорились. Я думаю, ты даже видел, как они это делали несколько раз. Тео — манипулятор-мудак, а Беатрис — помешанная на контроле, так что эти двое никогда не ладили особенно».

«Ух ты, — выдохнул он, искренне сбитый с толку. — Я в шоке, услышав это».

«Да», — подтвердил Лэнс. «Эти двое — основные части работы».

«Так, подожди», — начал он. «Твоя партия распадается из-за развода?»

«Все просто, на самом деле», — сказал Роберт. «Если бы нам пришлось выбирать между Теодором и Беатрис, или любой другой стороне пришлось бы выбирать, все бы выбрали Тео, потому что он просто намного полезнее. Для меня и Лэнса он — очевидный выбор, но Беатрис и Петра — лучшие друзья, а Кайл и Петра помолвлены. Я уверен, что вы можете сложить два и два».

«А, да. Так вы, ребята, просто... Теперь вас только двое и Тео?»

«Нет», — отрицал мужчина. «Только я и Лэнс. Тео взял неопределенный перерыв в погружениях, потому что сейчас он не совсем в том состоянии ума».

Он выдохнул воздух сквозь сжатые губы. «Разумно. Но это действительно отстой; мне жаль, что так получилось».

«Нет, все нормально», — сказал Роберт. «Наша партия уже некоторое время немного не в порядке. На самом деле, сейчас самое время для нас расстаться. Буду честен — с тех пор, как ты работаешь с нами последний месяц, мы буквально удвоили свой доход. У меня сейчас гораздо больше денег, чем когда-либо в жизни. Спасибо за это».

«Это мне следует поблагодарить вас за всю работу», — пошутил он.

«Кстати», — прервал его Лэнс. «Ты правда сегодня в одиночку принёс пятьдесят семь гребаных горелей?»

«Да», — подтвердил он, улыбаясь.

«Ты ёбаный зверь!» — сказал Лэнс с ухмылкой, подавая ему кулак. «Мы всегда знали, что ты что-то из себя представляешь, но, чувак…»

«Ладно, ладно, хватит углубляться в разговоры», — сказал он, беря стакан и наливая себе виски. Честно говоря, он хотел еще один фруктовый коктейль, но это показалось ему более мужественным поступком. «Я буду честен с вами, ребята. Я раньше так не выходил, и понятия не имею, что делать», — сказал он с ноткой стыда, скрытой за смехом. «Я имею в виду, что я уже был на вечеринке, но это было в частной обстановке. Так что да, все это немного сложно. Я уже опозорился раз десять с тех пор, как сюда вошел, так что, знаете… есть какой-нибудь совет?»

«На самом деле, ты кажешься чертовски молодым», — сказал Роберт. «Сколько тебе лет?»

«Мне двадцать два года», — сказал он.

«Двадцать два!?» — заорал Лэнс. «Ни за что, мужик. Мне сорок, а этому ублюдку тридцать пять. Как ты уже такой сильный? Ты из богатой семьи? Давай, расскажи нам».

«Послушайте, меня не особо волнует сохранение моей личности в тайне, но у меня есть кое-что, что я хотел бы сохранить при себе, так что я был бы благодарен, если бы вы отнеслись к этому с уважением».

«Ладно, без проблем», — сказал Лэнс. «Извините, что спрашиваю».

«Не переживай. Так вот», — он вернулся к теме, — «по поводу этого совета…»

Двое мужчин ухмыльнулись, мельком взглянув друг на друга.

Роберт ухмыльнулся. «Просто расслабься, мужик», — сказал он, подтолкнув его локтем. «Самая важная часть у тебя уже есть».

«И что это?»

Ухмылка лучника стала шире. «Ты заплатишь за выпивку».

На следующий день Фредди проснулся с жгучей головной болью и заметным провалом в памяти. «Что за фигня случилась, мужик?» — спросил он себя, но внезапно замер, услышав дыхание рядом с собой.

Там он заметил человека. Голого человека. Точнее, голую женщину. На мгновение в его животе забурлила смесь тревоги и восторга. Затем он почувствовал, как его желудок быстро сжался, когда он узнал, кто это был.

Он знал ее относительно хорошо, учитывая предыдущий месяц работы с ней.

Потому что это была Беатриса, бывшая жена Теодора.

----------

Сложная ситуация

«О, черт возьми», — прошептал Фредди себе под нос, медленно вытаскивая свое голое тело из простыней, вставая и выбираясь из комнаты. Он медленно приоткрыл дверь, чтобы еще раз, более внимательно взглянуть на женщину, лежащую в его постели.

«Да», — подтвердил он. Это действительно была жена Теодора. «К черту мою жизнь», — прошептал он, медленно закрывая дверь, не издавая ни звука. Его мысли кружились, когда он пытался придумать, что делать в этой ситуации.

Стоит ли ему просто выйти из квартиры? Он был совершенно голым, а его одежда лежала в комнате, в шкафу, как раз рядом с голой женщиной, спящей в его постели.

Просто прекрасно.

Поскольку уйти было невозможно, возник вопрос — какого черта ему делать? Должен ли он разбудить ее? Но если он сделает это, будучи полностью голым, это, вероятно, не так хорошо пройдет. Так должен ли он одеться? Он, вероятно, разбудит ее, сделав это.

Это оставило ему только одну возможность — молча заползти обратно в кровать и притвориться спящим. Каждая мышца в его теле протестовала против этого действия, когда он открыл дверь и осторожно пробрался к кровати, изо всех сил стараясь скрыть свои интимные части, сгорбившись в крайне неудобной позе.

Затем он осторожно протянул руку и схватился за угол простыни, готовясь лечь.

Затем он услышал женский голос. «Что за фигня!?» — закричала она, вставая, явно запаниковав, и создала огненный шар, готовясь бросить его в него.

«Иисус Христос!» — закричал он. «Не бросай в меня эту штуку!»

«О, боже», — сказала она, гася огненный шар. «О, боже, боже, боже, этого не может быть». Выражение крайней агонии промелькнуло на ее лице, когда она повернулась, скрывая свое тело. «Пожалуйста, выйди из комнаты».

Он подчинился, так как не желал сгореть заживо. Когда он вышел из комнаты и закрыл дверь, он услышал, как женщина громко ругается, торопливо надевая одежду. В конце концов, шум стих, и он обнаружил себя стоящим в неловкой тишине. Все еще голым.

Он мельком заглянул в ванную и достал полотенце, чтобы прикрыться. Секунды ожидания вскоре превратились в минуты, и как раз когда он начал уставать стоять там и гадать, собирается ли она вообще выходить из комнаты, дверь внезапно распахнулась.

«Мне очень жаль», — сказала она, проталкиваясь мимо него с натянутой улыбкой. «Пожалуйста, одевайся».

Одеваясь и выходя из комнаты, он был полностью готов обнаружить, что она покинула квартиру.

К сожалению, ему не так повезло.

Женщина сидела за маленьким столиком в гостиной, на одном из двух стульев. Ее лицо было крепко спрятано в руках, и она даже не взглянула на него, когда он вошел в комнату.

Поэтому он ждал, не зная, что делать, пока между ними продолжалось неловкое молчание.

«Эй», — наконец позвала она. «Ты... Лиам, да?» — нерешительно спросила она, явно боясь ответа.

«Да, это я», — неловко ответил он.

«О боже». Она издала болезненный стон агонии и начала плакать. «Ты всего лишь ребенок, и я… о боже, что я наделала?»

Ладно, подумал он про себя. Это не сулит ничего хорошего моему эго.

«Ух ты, ух ты, ух ты», — прервал он. «Мне кажется, тут какое-то недоразумение, потому что я не несовершеннолетний!»

Это, похоже, совсем не успокоило женщину. Она продолжала рыдать, бормоча извинения и извинения за то, что она сделала. Фредди отдал бы буквально все, чтобы не оказаться в такой ситуации.

Время шло, в основном в тишине, изредка прерываемой рыданиями женщины. Из того, что он едва мог расшифровать, женщина, казалось, чувствовала себя невероятно виноватой из-за того, что «использовала его». Хотя он был молод и относительно неопытен в межличностных отношениях, он не чувствовал себя ужасно из-за того, что произошло.

Чувствовал ли он стыд? Наверное, каждый бы чувствовал себя в таких обстоятельствах, но чувствовал ли он себя использованным? Черт возьми, нет. На самом деле, он даже не чувствовал себя особенно виноватым из-за того, что произошло. Хотя, говоря эмоционально, это было не так уж и просто, это правда, что женщина была технически разведена. Это не было похоже на то, что он захватил жену какого-то парня или что-то в этом роде. Технически.

Пока он неловко стоял в стороне, события прошлой ночи медленно возвращались к нему, по одному отвратительному фрагменту за раз. Все началось, когда он, Лэнс и Роберт начали пить. Эти два старых ублюдка быстро опустились из полуреспектабельных людей в двух похотливых стариков в его глазах. Они беззаботно обзывали всех вокруг, приглашая молодых девушек с некоторыми из самых пошлых, самых грубых однострочников, которые он когда-либо слышал в своей жизни.

Он начал вечер, довольно сильно выпив, чтобы заглушить стыд, который он чувствовал, и заглушить съеживание, которое он испытывал. Хуже всего, самой неловкой частью всей этой ситуации было то, что некоторые девушки действительно подходили. И он думал, что ему не хватает самоуважения.

В какой-то момент, как раз в то время, когда его память начала становиться обрывочной, Беатрис и Петра материализовались из ниоткуда. Судя по всему, они случайно наткнулись на троих мужчин. Петра проявила инициативу, чтобы вывести Беатрис, чтобы помочь ей забыть о событиях дня. Честно говоря, это был удивительно безответственный поступок со стороны женщины, которая так много внимания уделяла осторожности.

Судя по всему, развод был на сто процентов виной Теодора. Остальные понятия не имели, что произошло, но, судя по всему, он принял довольно важное решение без участия Беатрис. Когда она заявила ему об этом, он занял очень оборонительную позицию, послав ее к черту. Вся ситуация вышла из-под контроля, и Теодор в конце концов сказал, что они явно не созданы друг для друга, и прекратил все отношения.

Первую половину ночи они провели, успокаивая ее, пока она плакала, а вторая половина ночи прошла в его памяти как в полной темноте.

Пока неловкое молчание продолжалось, он взглянул на настенные часы; было уже больше 2:00 вечера. Честно говоря, у него не было никаких планов на этот день, кроме как просто отдохнуть или сделать что-то для себя, поскольку он уже некоторое время чертовски много работал. Теперь вопрос был только в том, что именно он будет делать со всей этой ситуацией.

«Эй», — неловко позвал он, пытаясь придумать, что сказать. «Не пойми меня неправильно; это не то, что я тебя выгоняю или что-то в этом роде. Просто, знаешь, ты действительно хочешь быть здесь, и...»

«Извините, но, э-э, — прервала она его, — могу ли я остаться здесь еще ненадолго?»

В тот момент ему очень хотелось сказать «черт возьми, нет» и выгнать ее, но он решил хотя бы спросить: «Эм... можешь сказать мне, почему... конкретно?»

«Ну», — сказала она, вздохнув на мгновение, — «я должна была остановиться у Петры, потому что, знаете, Теодор как бы выгнал меня, и я... Я не знаю, я просто... Я боюсь, что он придет искать меня. Я не хочу его видеть».

Ему пришлось сдержаться, чтобы не спросить, в чем его проблема, но он закрыл рот. Он не был социопатом, и он не выгнал бы девушку, если бы она захотела спрятаться там на день. Кроме того, вся эта ситуация была отчасти его виной.

Однако была одна маленькая проблема. «Не могли бы вы... э-э... Разве вы не предпочли бы остановиться в отеле вместо этого?»

«Я потеряла свой кошелек», — сказала она.

Он поморщился. «Если хочешь, я могу, э-э... одолжить тебе денег?»

Она бросила на него короткий взгляд покрасневшими глазами, а затем снова отвернулась, на ее лице отразились вина и стыд.

«Я, э-э... Слушай, мы оба можем согласиться, что это чертовски неловко. Типа, я просто... я дам тебе деньги; тебе даже не придется мне их возвращать».

Она немного усмехнулась. «Так ты хочешь, чтобы я ушла?»

Он поморщился от этого. «Нет, это не... Да ладно, не делай этого со мной. Мы оба знаем, что это ни к чему не приведет, и, э-э...» Он агрессивно почесал затылок, подыскивая слова.

«Я поняла. Спасибо», — пробормотала она. «Дай мне немного, и я пойду».

«Да... Я ээ... Извините. Еще раз, пожалуйста, не поймите меня неправильно».

«Все в порядке».

Казалось, каждое слово, слетавшее с его губ, ухудшало ситуацию, поэтому вместо того, чтобы продолжать бессвязную речь, он сел на маленький диван в другом конце комнаты и замолчал.

Он постукивал пальцами, отчаянно пытаясь притвориться, что думает о чем-то важном. Он бы убил за газету, чтобы хотя бы притвориться, что он что-то читает. Или книгу.

Честно говоря, казалось, что женщина хотела остаться там. Или она просто боялась уходить? Фредди жил довольно близко к хабу, и был хороший шанс, что она наткнется на Теодора где-нибудь снаружи.

Несколько раз он невольно поглядывал на женщину. Ее профиль был повернут к нему, а сама она смотрела в стену, слегка отвернув от него голову.

Черт, она такая чертовски горячая. Его разум предал его, когда эта мысль пришла незваной.

Если быть совсем честным, он... заметил женщину во время работы с их партией. Ну, он также заметил Петру, но... ну... женатые женщины и все такое. Он не был дегенератом, и ему не нравилась измена. Черт, до вчерашнего дня он был девственником.

Очень постыдная мысль пришла ему в голову. Было все это, что... ну... много чего произошло, а он ничего не помнил.

Это была глупая мысль.

Сейчас совершенно не время делать ход, Фред. Успокойся, черт возьми, — отчитал он себя.

Это вызвало еще один из серии сложных вопросов — что ему теперь делать? Она сказала, что уйдет через некоторое время, но ситуация становилась все более неловкой с каждой секундой. Хотя он мог просто сидеть и ждать, он хотел... помочь... может быть?

Хотя он, казалось, был достаточно хорош для другого дела, он определенно не был достойным плечом, чтобы поплакаться. Что он должен был сделать — дать ей совет? Он даже не знал, как правильно разговаривать с официантом, не говоря уже о том, что говорить в такой ситуации.

Вдруг он услышал стук в дверь. И он, и взъерошенная женщина посмотрели на небольшой коридор, ведущий к входу, потом друг на друга. Именно в этот момент он вспомнил — или, скорее, не вспомнил — как именно они с женщиной вернулись в квартиру.

Знали ли остальные, куда они пошли? Кто-нибудь видел, как они туда шли?

Он взглянул на нее, и она лишь беспокойно пожала плечами, словно тоже не имея ни малейшего представления об этом.

Внезапно он вспомнил, что это, скорее всего, был арендодатель. Они настроили автоматическую оплату аренды через банк, но могла возникнуть проблема, и он мог прийти сюда, чтобы проверить, все ли в порядке.

Он вышел из маленькой гостиной в еще более узкий коридор, закрыв за собой дверь, чтобы дать женщине немного уединения и себе тоже, на всякий случай, если что-то произойдет, будет каким-то смущающим. Когда он полууверенно подошел к двери, он заглянул в глазок и взглянул.

«О, черт возьми, моя жизнь». Он выдохнул. Прямо за дверью стоял брюнет, резкий мужчина с несколькими шрамами на лице.

Это был Теодор.

Откуда, черт возьми, этот человек вообще знал, где он живет?

Он пришел сюда, чтобы убить меня?

Фредди ни за что не откроет эту дверь — так он думал, но затем Теодор начал стучать громче и собирался закричать. Как только мужчина открыл рот, он быстро открыл дверь, вышел наружу и закрыл ее за собой. Честно говоря, он был настроен на драку; казалось, что это, вероятно, обернется чем-то отвратительным — или так он предполагал.

Но мужчина не выглядел рассерженным; скорее, он был лишь слегка удивлен столь агрессивным выходом из квартиры.

«Эй, — осторожно поприветствовал его мужчина. — Ты, э-э... Лиам, да?»

«Да... Это э-э... Это я. Я... Да. Мгм». Он кивнул так небрежно, как только мог.

«О, ну, уф», — сказал мужчина, вытирая лоб в шутливом жесте, имитирующем вытирание пота. «На секунду я подумал, что взял не того парня».

«Откуда вы узнали, где я живу?» — нерешительно спросил он, ожидая, что мужчина скажет что-то вроде «Роберт сказал мне», или «Лэнс сказал мне», или «Петра сказала мне».

Но нет.

«Честно говоря», — начал мужчина свое объяснение, — «я уже некоторое время знал, кто ты. Знаешь, вся моя работа заключается в том, чтобы быть наблюдательным, и я много хожу. Я видел тебя несколько раз в районе, и, знаешь, высокий парень, похожее телосложение, никакой видимой ауры, исходящей от моего таланта. Это было довольно очевидно, на самом деле. Мне просто нужно было сложить два и два.

«Я видел, как ты однажды вошел в это здание, и спросил у домовладельца: «Здесь живет Лиам?». И да, с тех пор я знаю, где ты живешь. Извините, это, знаете ли, довольно навязчиво, но это было, ну, да».

«Угу... ладно», — медленно сказал он, начиная подозревать, что мужчина понятия не имел, что Беатрис находится в его квартире. Еще он заметил, что, когда он впервые встретил его, мужчина был на пике первой звезды.

Фредди мог это сказать, потому что для кого-то из низшего ранга было сложно скрыть свой прогресс от кого-то более высокого ранга. Тогда он мог сказать, насколько он был силен. Но теперь он не мог. Это могло означать только две вещи: либо человек приобрел какое-то сокровище, чтобы помочь скрыть свою силу, либо он вознесся на звезду.

Что порождало еще один из мучительно длинной череды все более сложных вопросов — если он приехал сюда не для того, чтобы забрать свою бывшую жену, то какого черта он здесь делает!?

Поэтому он спросил: «Вы можете мне объяснить, в чем дело?» Он старался быть вежливым, но был явно на грани.

Хотя эта ситуация была намного лучше, чем ситуация, когда мужчина вошел сюда с ножом, готовый заколоть его насмерть, все равно было чертовски странно, почему он выследил его таким образом.

«Я здесь, чтобы сделать вам еще одно предложение», — сказал мужчина.

Фредди собирался отказаться, ожидая очередной сомнительной сделки насчет вечеринки или чего-то в этом роде.

Но мужчина поднял руку и прервал его, прежде чем он успел что-либо сделать. «На этот раз, — сказал Теодор, — я не тот, кто делает предложение». Затем он вручил ему письмо-приглашение.

Фредди взломал его, проверяя содержимое. Это было еще одно предложение присоединиться к партии, но это было нечто иное.

Этот человек не лгал; это предложение было не от него. Это даже не было предложением вступить в партию напрямую; это было предложение принять участие в собеседовании-слэш-оценке.

Но даже тогда он не был особенно готов принять предложение.

Он не только не был заинтересован в работе с другими, но и с особой неохотой шел на сотрудничество с этим человеком, который с самого начала был подозрительным.

С тех пор как Теодор сообщил остальным, что уходит на длительный бессрочный отпуск, он выглядел гораздо более подозрительно, внезапно появившись у двери с чем-то подобным в руках.

Но мужчина почувствовал его намерение отказаться, уже имея немалый опыт получения отказов, и снова прервал его. «Ты не сможешь продолжать копаться в этом направлении».

«Что?» — воскликнул Фредди. «Зачем?»

«Ты невероятно талантлив и чрезвычайно квалифицирован для этой сферы», — пояснил мужчина. «Ты думаешь, что владелец позволит тебе истребить всю популяцию горелов?»

Вот это его не на шутку разозлило.

Теодор снова это заметил и вмешался. «Если вы беспокоитесь о сокращении дохода, не беспокойтесь. Если вы сможете пройти это собеседование, все, что вы могли бы заработать, погружаясь таким образом, померкнет в сравнении. Вы не обязаны давать мне ответ немедленно, но знайте, что если вы продолжите охотиться таким образом, владелец вмешается, и вам придется либо ограничить свою охоту, либо перейти в более сложную область в хабе. Собеседование через неделю, так что у вас еще есть немного времени. Подумайте об этом». И с этими прощальными словами мужчина развернулся и ушел.

Он закрыл дверь, обернулся и прошептал себе под нос: «Да, к черту это».

Причина, по которой он не хотел работать с другими, не была полностью произвольной. У него были секреты, которые он должен был скрывать, и такие теневые ситуации, как эти, он хотел избегать любой ценой. Единственное, о чем он будет думать в течение следующей недели, это как не дать владельцу ограничить его доход.

Он вернулся в дом, пошел в свою комнату и спрятал пригласительное письмо. Женщина не спросила его, кто это был, и она явно не догадалась, что это был ее бывший муж.

Хотя отвлечение заставило его на мгновение забыться, он все равно оказался в невероятно неловкой ситуации.

Вздохнув и потратив немного времени на то, чтобы успокоиться, он снова сел на диван.

Прошло несколько минут.

Через некоторое время он начал разочаровываться.

Чего она ждала? Божественного вмешательства?

Теперь, когда он об этом подумал, не было ни единого шанса, что ее страх столкнуться с Теодором сможет перевесить невероятную неловкость обстановки.

Может ли быть, что она просто парализована из-за всего произошедшего?

Пока он колебался, что сказать, часы тикали. Если он хотел хоть как-то использовать свой выходной, ему нужно было выгнать ее. Но как, черт возьми, он должен был это сделать?

Когда молчание наконец затянулось, он решил просто быть честным. «Эй, э-э... Беатрис?»

«Хммм?» — пробормотала она, поворачиваясь к нему лицом.

«Послушай, гм… Я буду с тобой честен: я бы хотел, чтобы ты ушла».

Она на мгновение удивилась, но он не дал ей времени отреагировать. «Я не знаю, что тебя здесь держит, но это становится более чем немного неловко». Он встал, вытащил пару сотен долларов из своего кошелька и положил деньги на стол перед ней. «Возьми это и заплати за номер в отеле».

Женщина нахмурилась, глядя на деньги, затем подняла на него взгляд. Она отвернулась с отвращением и встала. «Извините за беспокойство», — сказала она, оставив деньги на столе и устремившись к выходу.

Фредди открыл рот, но не смог придумать, что сказать.

Он просто в ошеломленном молчании наблюдал, как женщина вышла из квартиры, оставив его в гробовой тишине.

Совершенно сбитый с толку, он хмуро смотрел на дверь в течение долгой минуты. «Что?» — выплюнул он.

«Что, черт возьми, я сделал не так?»

Теодор отправился домой, все еще чувствуя себя немного подавленным. Лиам был монстром. Когда он поднялся до второй звезды, он был уверен, что развитие его таланта наконец позволит ему заглянуть сквозь ауру Лиама. Но этого не произошло.

Однако его талант изменился не только в плане того, что он стал более мощным и способным обнаруживать присутствие. Теперь, когда он смотрел на поверхность тела существа, даже если он не мог видеть его ауру, он мог чувствовать слабые места, видя их как светящиеся пятна на теле. Чем ярче были эти пятна, тем сильнее было слабое место.

На этот раз это не было случаем отрицания таланта; его талант все еще явно работал на человека, но человек выглядел тусклым. За исключением очевидного, такого как значительные артерии и глаза, у человека, казалось, не было слабых мест на всем его теле.

«Значит, он не лгал и о Сотне Мокрых Адов, да?» — размышлял он.

Судя по поведению мужчины, Теодор предположил, что Лиам, скорее всего, откажется явиться.

«Ну что ж… — сказал он, вздохнув. — Мне придется попросить Джейкоба прислать кого-нибудь еще».

----------

Таинственные обстоятельства

Марк сглотнул, глядя на круглый проход, проделанный в каменном потолке.

«Отступайте», — строго сказала мадам.

И он, и Нахар повиновались, не задавая никаких вопросов. После нескольких минут осторожного, но поспешного отступления от прохода они наконец покинули нервирующую область.

Взгляд Марка стал острее, когда он взглянул на Мадам. «Может ли этот отрывок быть связан с тем, почему вы ищете Фредди?» — спросил он.

«Господин Афронте», — рявкнула она, и в ее голосе не было ее обычной веселости. «Пожалуйста, заткнитесь».

Он слегка опустил голову, молча извиняясь.

Следующие несколько минут прошли в тишине. Они не решили, что делать дальше; ну, они не могли. Проход все усложнял. Он был явно аномальным, и был ненулевой шанс, что он мог быть связан с уничтожением лагеря Вайолет.

Когда они прочитали все отчеты, в которых резюмировалось то, что произошло в лагере Вайолет, одной из вещей, которая выделялась, было то, что случилось с Фредди Штерном. Все дело вокруг него было немного аномальным.

В тот же день, когда произошел инцидент с уничтожением лагеря Вайолет, он сбежал в Пустоши. Затем на его поиски были отправлены разведчики. И не какие-то случайные слабаки; элитные агенты. Лучшие профессиональные двухзвездочные агенты с многолетним опытом. Но они не вернулись со своей миссии. Даже их тела так и не были опознаны.

Проблема всего этого дела в том, что хотя и был проведен поиск по окрестностям, и были найдены выжившие и оборудование, расследование того, что именно произошло, ну... не было таким уж тщательным. Оно было направлено только на одно — опровергнуть, что лагерь был уничтожен конкурирующей фракцией. В конце концов, это было единственное, что имело значение.

Расследование закончилось в тот момент, когда они пришли к выводу, что некая форма враждебной сущности из пещер была ответственной. Что касается того, что именно это было, это на самом деле не имело значения; это означало лишь то, что эта область была слишком опасной для продолжения раскопок. Следствием этого стало то, что расследование оставило после себя много нерешенных вопросов, которые никто не хотел связывать.

Марк не мог остановить свой взгляд, медленно двигавшийся в сторону Мадам. Ее спина была прямой, выражение лица было каменным и суровым, а руки скрещены. Она молчала; она что-то обдумывала.

Почему она искала этого мужчину?

Таинственные обстоятельства исчезновения мужчины становились все более странными с каждым новым открытием. Марк подавил чувство тошноты, которое бурлило в его животе. Что теперь? К чему это привело? В каких ужасах этого человека он был виновен? Но он подавил это чувство.

Сейчас не время для нервного срыва.

Внезапно они услышали звук шагов, направляющихся к их месту. Все трое, включая Мадам, немедленно встали в стойку и повернулись лицом к звуку.

До сих пор они не встретили ни одного живого существа в Пустошах. Когда трио увидело перед собой фигуру разлагающегося тела женщины, они поняли, что это все еще не изменилось.

«Нежить!» — воскликнул Нахар. «Здесь, должно быть, где-то поблизости находится девиант, связанный со смертью», — заключил он, сохраняя спокойствие и оглядываясь по сторонам, пассивно осматривая местность.

Тело женщины уже сильно разложилось, и нежить едва могла ходить. По бокам доспехов стекал отвратительный гной, а шаги хлюпали от искалеченной гнилой плоти на ногах.

«Подождите», — внезапно выдохнул Марк, поднимая руку. «Посмотрите на снаряжение. Разве его не носил один из трех разведчиков, посланных за Фредди?» — вспомнил он.

«Действительно», — подтвердил Нахар. «Это Дженни Уокер».

Нежить все еще неловко ковыляла к ним. Такая нежить не должна была представлять угрозы для их отряда, но именно в этот момент и Марк, и Нахар заметили, что Мадам не потеряла бдительности.

«Где... Где я?» — раздался низкий, булькающий голос немертвой женщины.

Марк невольно отступил назад от удивления. «Эта штука умеет говорить!?»

«Существо?» — спросил нежить. «Говори? Кто ты? Что... Где я?» Он перевел свой налитый кровью взгляд на свою гниющую руку. Его глаза резко распахнулись, обнажив слабые очертания черных квадратных зрачков.

Внезапно по пещерам раздался звон, когда болт пронзил череп зомби. Рука мадам превратилась в арбалет из сухожилий и костей, и она уже отращивала еще один костяной снаряд.

Нежить не упала на землю. Мадам снова выстрелила. Раздавались отрывистые звуки и влажные удары, когда болт за болтом вонзались в гниющую плоть нежити, но атаки не смогли ее сбить.

«Наглость!» — завизжало существо. «Богохульство! Ты смеешь поднять руку на Верховную Жрицу? Немыслимо!»

Еще один осколок кости вылетел, но на этот раз нежить увернулась от него. Ни Марк, ни Нахар не могли почувствовать его до этого момента, но когда существо выпустило всю свою силу... они поняли, что это был трехзвездочный противник. И он был силен.

Нежить закричала от кровавого убийства, когда ее тело начало трансформироваться. Оно росло, заменяя гниющую, искалеченную плоть твердыми конечностями, обтянутыми серой кожей. Тугая броня растянулась до предела, и ее куски полетели в стены пещеры, где впивались в них с металлическим лязгом и рикошетили с громким звоном.

Внезапно, с резким движением, Мадам рванулась вперед и пронзила всю свою правую руку через центр туловища нежити. Существо поначалу казалось невозмутимым, но затем Мадам отступила.

Однако ее правая рука, которую она только что внедрила в нежить, осталась на месте, отделившись от ее тела.

А потом он начал светиться.

Двое мужчин быстро отступили, спрятавшись за ближайшим препятствием, когда сияющая конечность загорелась. После оглушительного взрыва вскоре последовал звук гниющей плоти, разбрызгивающейся по всем стенам. Взрыв эхом разнесся по пещере, кружась в пустом пространстве и звуча так, словно раздавались десятки других взрывов.

«Вот дерьмо!» — выдохнул Марк.

Мадам внезапно появилась прямо перед ними, ее правая рука и все оборудование на ней отсутствовали.

«Теперь можешь выходить», — сказала она. «Это навсегда мертво».

«Это действительно было необходимо?» — спросил Нахар, многозначительно глядя на отсутствующую конечность Мадам.

Действительно. Хотя те, у кого есть родство с жизнью, могли относительно легко отращивать конечности, возвращение их в идеальное состояние было дорогостоящим и отнимало много времени. И она должна была быть в состоянии одолеть это существо даже без такой жертвы.

«Об этом должна беспокоиться я, дорогой» — сказала она, отращивая мясистый отросток взамен утраченной конечности. Выражение ее лица было неспокойным, когда она смотрела на россыпь зловонных, гниющих внутренностей. «Это первый раз, когда мы видим что-то подобное».

Марк и Нахар сразу поняли, о чем говорит женщина. Оба мужчины были высокообразованными и сразу заметили одно и то же. Безмозглую нежить можно было создать с помощью способностей, связанных со смертью, но сделать ее разумной было просто невозможно. Не говоря уже о создании нежити не просто со звездой, а с тремя. Если кто-то — или что-то — с такой силой существовало, последствия были колоссальными. Это быстро нарастало.

Двое мужчин ждали в стороне, пока Мадам осматривала труп. Что бы она ни искала, она не была удовлетворена ответами, которые нашла. «Следуйте за мной», — сказала она. «Мы возвращаемся в этот проход».

Так они и сделали. Они вернулись по своим следам и обнаружили жуткое круглое отверстие, встроенное в потолок. Его аура была такой же тошнотворной, как и в первый раз, когда они его увидели. Женщина закрыла глаза, вероятно, изучая Незер. Оба вскоре осторожно последовали за ней, осматриваясь сами.

Почти сразу же, как только они закрыли глаза, они резко открыли их, взвизгнув и сделав несколько испуганных шагов назад. «Что это, черт возьми?» — закричал Нахар.

Марк молча повторил это утверждение. Он никогда в жизни не видел таких огоньков — черные как смоль глаза с квадратными зрачками окружали проход, пристально глядя в их души.

Мадам щелкнула языком, развернулась и побежала обратно. Двое мужчин последовали за ней, спрашивая, куда именно она бежит, но она отказалась вдаваться в подробности.

После почти получаса пути они наконец выбрались из Пустошей. Оказавшись там, мужчины увидели, как Мадам бросается на первого попавшегося монстра, толстую ящерообразную тварь, которую она схватила за затылок, а затем резко побежала обратно.

Двое мужчин последовали за ней; в конце концов они вернулись. Как только они это сделали, Мадам резко сломала шею ящерицы и бросила ее прямо перед круглым отверстием. Затем она закрыла глаза.

Не в силах сдержать любопытство, двое мужчин тоже взглянули. Клочья постепенно собирались вокруг трупа; они бросались на него, но большинство просто отскакивали. Это продолжалось долгое время — все, что на самом деле происходило, это то, что все больше и больше из них врезались в тело.

Внезапно, когда пучки стали достаточно плотными, некоторые отскочили и начали плыть к ним, целясь в их тела. Марк инстинктивно отреагировал и покинул Незер; Нахар вскоре последовал за ним. Но Мадам решила остаться, вероятно, вручную защищая свое тело от вторжения этих странных, ненормальных пучков.

После весьма тревожного получасового ожидания глаза Мадам наконец-то открылись, и она уставилась на труп ящера, который неловко пошевелился и начал подниматься на ноги. Она создала в левой руке плотный огненный шар и бросила его в монстра, вызвав сильный взрыв крови.

Пока они молча стояли, наблюдая за обугленными останками, у всех них возникла одна и та же мысль: что, черт возьми, происходит?

Рахал мог сказать о смерти своего старшего брата только одно — так ему и надо. Джанхалар всегда был эгоистичным, сосредоточившись на себе, используя оправдание, что он делает это для клана. И посмотрите, к чему это его привело. Он умер, а его тело было осквернено. Критически важные сокровища, которые он хранил в своем личном кольце для хранения — где они были «наиболее безопасными» — теперь были утеряны, поставив под угрозу будущее всего их клана.

И, как это бывало с каждой глупой ошибкой, которую совершал его брат, именно Рахал должен был сделать так, чтобы они не были потеряны навсегда.

Окруженный тремя старейшинами с каждой стороны, со своим разведчиком, следовавшим за ними, Рахал повел группу из восьми человек в то, что казалось погоней за дикими гусями через межпространство. Его длинные белые волосы тянулись по спине, а красные линии на его лице образовывали концентрические круги. Он был очень похож на своего брата, единственным заметным исключением были его поразительные голубые глаза.

К счастью, у них была помощь Лэрема; в противном случае они не могли бы отслеживать этих людей. Кем бы они ни были, они были очень искусны в сокрытии доказательств своего ухода. Ну, по крайней мере, поначалу. За первые десять проходов они не оставили почти никаких следов, но затем, вероятно, посчитав себя достаточно безопасными, они перестали беспокоиться.

Прошло уже больше месяца, и максимум, чего смогла добиться их поисковая группа, — это не отставать от убегающих людей. Так глубоко в промежуточном пространстве было опасно. Смертельно. Сложные испытания и пугающие чудовища таились за каждым углом, и поэтому им приходилось осторожно продвигаться вперед.

Однако люди, за которыми они следовали, по-видимому, не были ограничены теми же препятствиями. И они не казались глупыми или безрассудными. Ни один отвратительный хищник не был потревожен на их пути, и они невольно не попали ни в одну адскую среду до сих пор. Эти люди были экспертами в навигации в пространстве, и с каждым мгновением они все больше убеждались, что они вовсе не люди.

Их поиски не были вопросом мести за осквернение тела их патриарха. Нет, у них были более важные причины, чтобы пойти за этими людьми. В распоряжении Джанхалара было два сокровища, которые нужно было вернуть любой ценой. Первым был экстракт розы звездного огня. А вторым был прайм-след. Оба были настолько важны, что даже их смерть была бы стоящей инвестицией, чтобы вернуть их.

Иными словами, они пришли готовыми умереть.

Они пробирались сквозь джунгли. Грязь покрывала их униформу, а звуки отвратительных попугаеобразных монстров, визжащих во все легкие, разносились вокруг них, когда сами растения двигались, чтобы атаковать их и замедлить их продвижение.

Хотя они убедились, что им достаточно безопасно путешествовать, они не могли позволить себе медлить. Не было уверенности, знала ли их добыча, что за ними следят, но в любом случае они двигались быстро.

И снова они оказались в растерянности относительно того, куда идти дальше, и Ларему пришлось снова использовать свой талант. Мужчина продолжал использовать свой талант, пока его глаза не начали кровоточить, и в конце концов он заметил следующую тропу, довольно далеко от того направления, в котором они двигались.

Но это было не все, чему он стал свидетелем. «Береги себя», — сказал он слегка гнусавым голосом. «Я думаю, они близко».

Рахал приготовился к бою.

Он был заклинателем по специализации. Хотя его талант к усилению манипуляций кровью не был материалом патриарха, он очень гордился им. По силе единственным человеком во всем клане, кто мог его превзойти, был Нахар. Этот парень был настоящим монстром.

Он вытащил палочку из своего Кольца Хранения и крепко сжал ее. Она была сделана из кости, с красным кристаллом наверху. Все остальные тоже приготовились и двинулись вперед.

Действительно, Ларем говорил правду. Их добыча была недалеко — двое преследователей... отдыхали, по-видимому, не осознавая, что на них нападают. Поначалу он считал, что они потенциально могут быть достаточно сильны, чтобы им было все равно. Пока он и все старейшины вокруг него наконец не почувствовали силу дуэта.

«Что?!» — не удержался он и вскрикнул от шока.

Хотя и удивительно хорошо скрытое, присутствие этих людей было... двухзвездочным!? Он не знал, улыбаться ему или хмуриться. Что-то было не так. Они явно могли постоять за себя даже в глубинах диких проходных сфер — так как?

«Не теряйте бдительности, — сказал он своей партии. — Никогда не знаешь, что они могут скрывать».

Они скоординировали свою стратегию и окружили своего врага. Как только они подошли достаточно близко, Рахал смог разглядеть их лица. Эти двое, похоже, были невысоким мужчиной и высокой женщиной, присевшими и разговаривающими. Их волосы были черными, а их снаряжение было приличным, но ничего особенного. Они выглядели немногим больше, чем два обычных кавказских архилюдей.

Однако внимание Рахаля привлекли их глаза.

Их зрачки имели форму жутких квадратов, и вокруг них царила атмосфера чего-то неправильного.

В конце концов, все бойцы заняли свои позиции. Вспышкой воли Рахал проявил свою силу, и остальные, воспользовавшись сигналом, выскочили из кустов и окружили свою добычу.

Их цели не запаниковали; вместо этого они быстро, но осторожно повысили свою бдительность и приготовились к бою.

«Похоже, нас окружили», — констатировал мужчина с сильным акцентом, который звучал почти как у ближневосточного жителя, но не совсем.

«Не вступай в бой, Каефальге», — приказала женщина, к большому огорчению мужчины. У нее также была необычная манера говорить, но это было не столько из-за акцента, сколько из-за того, что она слишком выговаривала слова и говорила медленно, но четко. «Дипломатия всегда на первом месте».

«Не учи меня дипломатии, Фиррита», — ответил мужчина.

Рахал осторожно наблюдал за их обменом, оценивая ситуацию. Все в них было странным. Их позиция была необычной, но он мог чувствовать большой опыт, исходящий от того, как эти двое держались. В этом не было никакой фальши — их сила была на виду. Они были действительно двухзвездными. Но их опыт совсем не соответствовал их силе.

Вместо того чтобы ходить вокруг да около, он решил перейти сразу к делу. «Вы двое ограбили труп человека, внешне похожего на нас. Верните все, что вы взяли».

----------

Самозванец

В середине лесного пограничного мира с удушливой, влажной средой джунглей двое людей стояли на коленях полуголыми перед восемью людьми, окружавшими их. Первый из двоих — невысокий, черноволосый мужчина — держался твердо, пока фигура в красных одеждах сканировала его тело.

Другая женщина, высокая, одетая только в нижнее белье, ждала, пока они закончат, не сводя глаз с Рахаля.

Они сдались довольно легко. Это было мудрое решение. Мало того, что их окружили, так еще Рахал и старейшины принесли специальные инструменты, чтобы помочь их сдержать, и они их даже не прятали.

Рахал взглянул на разведчика, которому поручил их обыскать. Мужчина покачал головой.

«Проклятия!» — выругался он себе под нос, повернувшись к невысокому человеку. «Ты. В чем твой талант?»

«Я могу заставить огонь гореть сильнее одним лишь взглядом», — мужчина легко выдал информацию.

Рахаль назвала имя одного из старейшин, и женщина вытащила зажигалку. Когда она щелкнула ею, мужчина продемонстрировал свой талант, заставив небольшое пламя быстро разгореться. Старейшина щелкнула зажигалкой, и огонь погас.

«А ты?» — спросил он, повернувшись лицом к женщине.

«Дайте мне в руки оружие», — попросила она.

«Джахир, пластиковая вилка».

Скаут кивнул, вытаскивая из сумки на спине кусок пластикового столового прибора и вкладывая его в руки женщины. Она сжала его и с легкостью создала в своей второй руке эфирную копию вилки.

Это значит, что ни у одного из них не было таланта к хранению информации.

За исключением обстоятельств, слишком экстраординарных, чтобы их реально ожидать, эти двое не имели возможности спрятать предметы, если они были у них. Он вздохнул и ущипнул себя за лоб. Головная боль обосновалась прямо на макушке и спустилась вниз. Абсолютно фантастично; они только что провели проклятый месяц, бегая по межпространству, как идиоты!

«Мы же говорили, что у нас его нет», — сказала связанная женщина. «Единственное, что мы сделали, это забрали эссенцию сердца. Мой спутник — тот, кто ее употребил. Я знаю духовную ценность такого предмета для тех, кто идет по пути крови, и если вы желаете удовлетворения, вы можете взять мою голову».

Она поклонилась, и, как ни странно, ее спутник выглядел весьма удивленным ее словами.

«Мне не нужна твоя чертова голова», — сердито выругался Рахал, его глаза налились кровью. Он так сильно укусил ноготь большого пальца, что от него откололся большой кусок. Он выплюнул его, шагнул вперед и наклонился, чтобы заглянуть женщине в глаза. «Мне нужна информация», — рявкнул он. «Расскажи мне! Что ты делала в том мире!? Кто ты!?»

Коротышка оживился. «А, это будет немного длинная история. Но мы видели, кто убил вашего патриарха», — поделился мужчина, усмехаясь.

Рахал резко развернулся. «Что!?» — спросил он. «Это был не левиафан!? Кто это был!? Ты знаешь их местонахождение!?»

«Понятия не имею», — сказал мужчина, радостно ухмыляясь.

Он пнул мужчину в лицо, повалив его на землю, и повернулся к женщине. «Ты больше хочешь говорить?»

«Мой спутник говорит правду», — сказала она. «Мы видели начало битвы, в которой погиб ваш патриарх, но мы бежали сразу после этого. Мы вернулись только спустя долгое время, и то только из-за любопытства моего спутника».

«Чушь!» — выплюнул Рахал. «Я думаю, на самом деле произошло то, что ты взяла предметы с его тела и вернулась позже, когда вспомнила о сердечной сущности!» — обвинил он, ткнув пальцем в ключицу женщины. «А теперь скажи мне, что ты с этим сделала!»

Женщина лишь пожала плечами. «У нас нет возможности доказать свою невиновность», — сказала она. «Делайте с нами, что хотите».

«Ладно», — сказал он, ударив женщину в живот. Она согнулась, когда он пошел. «Ты расскажешь нам все, что знаешь», — продолжил он, пока женщина харкала кровью. «Если у меня когда-нибудь появится хоть малейшая причина подозревать, что ты лжешь, я убью вас обоих без колебаний».

Мужчина рассмеялся. «Вы никогда нам не поверите, когда мы вам расскажем», — сказал он. «Так что можете сразу же нас убить».

«Это мне судить», — сказал Рахаль. «А теперь говори!»

И они говорили, они говорили. Их история была самой запутанной, бессмысленной информацией, которую когда-либо получал Рахал. И не потому, что это была откровенная ложь. По крайней мере, части того, что они говорили, имели смысл.

Патриарх был в середине погони за кровно-родственной эфирной конструкцией, связанной с концепцией кровопролития. Начало их истории выстраивалось в линию. Но детали были... откровенно абсурдными.

Рахал утвердил себя как, вероятно, самого важного среди старейшин исключительно благодаря тому, как хорошо он владел информацией. Его память была эйдетической. Поэтому он мог осторожно складывать части вместе. Была небольшая проблема — даже детские мультфильмы имели более правдоподобный сюжет, чем небылица, которой поделились с ним эти двое.

Первое, с чем они столкнулись, был однозвездный архичеловек, убивающий левиафана. Это было существо, которое они считали истинным виновником смерти своего патриарха. И, судя по всему, оно умерло от чертовой одной звезды.

Затем явился дух кровопролития, чтобы спасти жизнь человека. А почему его нужно было спасать? Видимо, убийство существа, настолько превосходящего тебя по уровню, подавляло твою душу. «Обычный» способ избежать этого — использовать своего рода талисман. Проблема была в том, что он никогда об этом не слышал. Никто никогда не убивал что-то настолько превосходящее их на первой звезде. Это было невозможно. Или должно было быть.

Кто эти люди, чтобы говорить о таких вещах с такой уверенностью? Это не было похоже на преднамеренную деталь, которую они опустили, чтобы сбить их со следа.

Была еще одна проблема — прибытие духа крови. Они утверждали, что он не был с человеком, а появился из ниоткуда, только для того, чтобы патриарх вскоре последовал за ним.

Это соответствовало тому факту, что патриарх мог отслеживать духа крови. Проблема с их историей заключалась в том, что слишком много деталей выстраивалось в ряд.

После этого несколько событий привели к тому, что из океана поднялись гигантские скелетообразные головы, и тогда патриарх начал сражаться с ними, а эти двое убежали.

Смеяться было нетипично для членов клана Кравен. Но кудахтанье старейшин было понятно.

Рахал, с другой стороны, не смеялся.

Женщина стояла неподвижно, выражение ее лица было безмятежным, пока она ждала их решения. Не было ни малейшего намека на юмор, даже после абсурдной истории. Мужчина, с другой стороны, казалось, купался в ее абсурдности, открыто хихикая над ними, так сильно, что это сбило с толку Рахаля.

Он вздохнул. Они недооценили этих двоих. Хоть они и были двухзвездными, они не были новичками. Обычные методы допроса на них просто не подействовали бы. И он был уверен, что даже пытки не сработают. Что бы в них ни было, это должно было быть связано с их странными личностями.

Итак, наконец, пришло время задать вопрос, который висел над головой каждого с того момента, как они впервые увидели этих двоих. «Почему вы двое носите квадратные контактные линзы?» — наконец спросил он. «Это признак какой-то секты?» — спросил он скорее себя, чем их. Затем он обернулся. «Кто-нибудь здесь знает какие-нибудь организации с такой вещью, как их подпись?»

«Вообще-то», — сказал мужчина, выглядя очень довольным собой. «Я считаю, что мы получили их…» В середине предложения пространство вокруг рта мужчины изменилось, и его слова превратились в пронзительные визги и свисты.

Окружающие старейшины приготовили оружие. Но сражаться было нечем.

Не прошло и секунды, как мужчина замолчал. Его рот кровоточил, губы выглядели так, будто их разрезали. «О, — сказал он, — понятно».

Марк и Нахар сели на плавучий корабль, который должен был доставить их обратно в Стархолд. Серый, утилитарный, металлический интерьер вполне точно отражал настроение Марка, когда он сидел там, не в силах отвлечься от темы.

Это было досадно. Больше, чем молчание Мадам и запутанная природа всего дела, его раздражало то, что, по сути, он не заслуживал знать. Его роль там заключалась в том, чтобы взять на себя вину, которую он по праву заслужил, признаться в своих грехах, чтобы мужчина не направил несправедливо свой гнев на Мадам.

Кстати, она, наконец, тоже поднялась на борт корабля и вошла в небольшую комнату сбоку, оставив двух мужчин наедине.

Нахар подошел и сел рядом с ним, похлопав его по плечу. «Что ты думаешь?»

Взгляд Марка на мгновение скользнул к мужчине, и у него хватило сил только на то, чтобы поднять его достаточно высоко, чтобы взглянуть на колени Нахара, когда он снова опустил их на пол. «Я не знаю. Я действительно не знаю».

«Понятно», — сказал Нахар. Он позволил моменту повисеть некоторое время, снова похлопав Марка по плечу. «Но ты жадный».

Это его поразило и он наконец посмотрел мужчине в лицо. «Каким образом?» — спросил он.

«Ты берешь на себя всю вину».

Это... Это звучало как оправдание. Действительно, это не он отправил Фредди в тот лагерь, но он был тем, кто послал его по этому пути. Он не сделал всего, но он сделал достаточно. Как бы он ни был напуган встречей с ним, тот факт, что они не смогли найти этого человека, был бесконечно прискорбен. Больше всего на свете он хотел встретиться с ним лицом к лицу и извиниться. Но, скорее всего, у него не будет возможности сделать это.

Хотя тело может быть еще живо... его владельцем может быть уже не тот человек.

Нарцисса прошла мимо двух молодых людей и вошла в свой личный отсек, выдохнув. Ее дыхание было шатким, а мысли метались. Дрожащей рукой она извлекла блокнот из своего кольца для хранения. Он появился с хлопком воздуха, вытесненного, чтобы вместить его.

Блокнот был розовым, вычурным, с многочисленными сердечками и цветами, нарисованными по всему телу. Она перевернула его и открыла.

Ее глаза пробежались по записям, которые она сделала. Все ее догадки и предположения, все детали, которые, как она считала, идеально сошлись. Время уничтожения лагеря и спорадическая сигнатура жизненной силы, которую она чувствовала, подробности в отчетах, которые они прочесали, и ее собственный разведывательный отдел, собиравший информацию заранее.

Медленно, почти со страхом, она пришла к окончательному выводу своих размышлений.

ФРЕДДИ ШТЕРН УНИЧТОЖИЛ ЛАГЕРЬ ВАЙОЛЕТ.

Ее талант лучше всего проявился, когда о нем никто не знал.

Это была Сигнатура Жизни. Она действовала как квази-отслеживающая способность, которую она могла направить на цель и, если цель оставалась близко, могла почувствовать ее положение. Если кто-то был прямо перед ней, она могла почувствовать тонкости того, как работало тело этого человека, как в целом, так и в данный момент.

Она могла определить, когда кто-то готовится к атаке, потому что чувствовала напряжение его мышц. Можно было даже частично определить, лжет ли человек или говорит правду, основываясь исключительно на его физической реакции.

Чем дальше отслеживаемая сущность уходила, тем слабее становилась способность. Не потребовалось много времени, чтобы аспект отслеживания перестал работать вообще. Но связь нельзя было разорвать. Даже войдя в другой мир. Ну, ни одним из способов, которые кто-либо еще не открыл, но никто даже не узнал, что делает ее талант, не говоря уже о том, как ему противостоять.

Хотя она не могла направить его на бесконечное количество целей, она могла использовать его достаточно много раз одновременно, чтобы всегда иметь трекер на каждом человеке, который был важен для нее в тот момент. Одним из таких людей был Фредди Штерн.

Одним из самых ценных аспектов ее таланта было то, что она могла определить общее состояние здоровья любого, на ком она его использовала, даже если связь была хрупкой. Она поддерживала свою связь с Фредди на случай, если ей когда-нибудь представится возможность вернуть его.

Потому что как посмели эти ублюдки? Их отвратительный поступок запятнал ее репутацию, а количество неприятностей, в которые она попала за то, что позволила похитить человека, находящегося под ее защитой, было астрономическим.

Они заплатят за это, поклялась она тогда. Если будет достаточно времени, она отомстит. История бедного старого Фредди, жертвы отвратительного заговора, выйдет в эфир перед миллионами людей, показывая городского лорда и патриарха клана такими чудовищами, какими они были.

Это был бы удар по их репутации, который могла нанести только она, вероятно, достаточный, чтобы запятнать ее на следующие сто лет, если не навсегда.

Пока Джанхалар, этот хитрый старый ублюдок, не решил отправить беднягу в горнодобывающую экспедицию на Фаралетал. Она тогда поверила, что все кончено. Даже она не могла спасти кого-то в такой ситуации. Вся экспедиция была организована таким образом, что делала побег практически невозможным для кого-либо. Но она не могла заставить себя разорвать связь с молодым человеком.

Его жизнь, даже через одномерную дыру, через которую она ее наблюдала, была кровавым зрелищем. Его физическое состояние претерпевало такие взлеты и падения, левые и правые повороты, которые заставили бы любого ошеломиться, что, черт возьми, с ним происходит.

Но ничто из того, что он пережил ранее, не могло даже сравниться с тем, что она чувствовала в тот день, когда лагерь был уничтожен. В этого человека влился океан жизни, в то время как он сам снова и снова был на грани смерти.

Только после того, как ее шпионы пронюхали новости, она сделала свой вывод. Фредди Штерн нашел некое уникальное сокровище и приобрел огненное сродство. Затем он приступил к разрушению лагеря, едва не погибнув от рук защитников.

Все идеально выстроилось. Ну, в основном так и было. Что касается того, как он получил такой мощный всплеск мощности так внезапно, это можно было приписать только переменной X — или, скорее, гипотетическому сокровищу.

Она сделала глубокий вдох и выдохнула, чтобы вымыть часть стресса из своего тела. Ну что ж. Вот и вся гипотеза. По-видимому, он действительно обнаружил то, что казалось еще одной Великой Аномалией, и его тело похитила какая-то форма ужаса за пределами понимания. Замечательно. Был ли он полностью или частично захвачен этими тварями, все еще оставалось загадкой, но одно было несомненно — согласно ее таланту, его тело все еще было живо.

Но... Они достаточно побегали, чтобы прийти к выводу, что этого тела нигде нет поблизости. Поскольку оно потерялось в пещерах, это уже не имело значения. Эта пещерная система была так далеко от Стархолда, что это существо, скорее всего, никогда больше не будет взаимодействовать с другим человеком. С некоторой грустью от неудачного поворота событий она сосредоточилась на своей связи с мужчиной, готовая разорвать ее и двигаться дальше.

Однако.

Пугающая возможность пробралась в глубины ее сознания — а что, если бы он не убежал в пещеры? Даже эта нежить, похоже, была разумной, так что маловероятно, что мужчина был одержим безмозглым зверем.

Он также должен был обладать тем же или похожим талантом, что и он сам; в противном случае приток исцеления не имел бы смысла. Ее разум на мгновение отключился.

По крайней мере, некоторое время то, что находилось в теле мужчины, находилось в течение длительного периода в серьезно поврежденном состоянии. Она попыталась проанализировать это и пришла к выводу, что он, скорее всего, страдал от серьезных ожогов, скорее всего, как побочный продукт нетренированного тела, так щедро использующего огненное сродство-сокровище.

Но почему она не зажила? Сначала она пришла к выводу, что это может быть связано с тем, что он использовал для получения этой силы, либо с ответной реакцией, либо с компромиссом, который он не мог просто свести на нет своим исцелением. Способность духа могла бы оправдать такое явление.

Но что, если это не так?

А что, если бы этот человек или существо, овладевшее им, притворились одним из выживших и стали ждать спасательную команду?

Она поспешно бросилась к стопке бумаг в углу комнаты. Она просматривала один отчет за другим. В конце концов, она заметила что-то подозрительное. Один из спасенных людей был серьезно ожоговым; по-видимому, сотрудник. На каком основании они сделали такой вывод? Какие доказательства они использовали, чтобы доказать личность мужчины? Она копнула глубже.

То, что она нашла, поразило ее до глубины души. Удостоверение личности...? И это все?

Конечно, они должны были стараться больше; ей нужно было это знать.

И в конце концов она нашла то, что искала:

Место раскопок активности Фаралетала: Лагерь Вайолет: Отчет о расследовании разрушений

ОТЧЕТ: CVDCSR-00056

Тема отчета: Спасение и восстановление объекта: Питер Вейн.

Но там не было ответов, которые она хотела услышать. «О, боже…» — выдохнула она, откладывая бумаги. Больше не было места сомнениям. Она подтвердит это, нанеся визит этому человеку по имени Мэтью, но у нее было чувство, что она знала, что найдет.

Обычно это не было бы ее заботой. Но это была возможность. Она не могла уничтожить Василиска, вынося его грязное белье на всеобщее обозрение...

Но он был единственным владельцем этой экспедиции. Он был тем, кто будет нести ответственность за риски, на которые пошли безрассудные лагеря рабов. Им нужно было быть только так далеко, чтобы гарантировать, что ни один из заключенных не сможет сбежать и что никто не сможет их спасти. Если бы они были ближе, было бы легче предотвратить что-то подобное.

На ее губах появилась легкая улыбка.

Сначала ей нужно было собрать доказательства. Но этого, без сомнения, было бы достаточно.

Пришло время сообщить императрице последние новости.

----------

Странная встреча

Проводив взглядом свою возлюбленную, с которой он встречался на одну ночь, выходящую из квартиры, Фредди оглядел ее.

Небольшая гостиная была освещена лучами позднего весеннего полуденного солнца, и весь мир был у него под рукой.

Настроение у него было испорчено, но увы, он принял решение. Сегодня он отдохнет.

Ему потребовалось около тридцати минут, чтобы заскучать. В конце концов он перестал лежать на кровати и смотреть в потолок.

Он не чувствовал себя таким уж уставшим. Скорее, он чувствовал беспокойство.

Спешки как таковой не было, но предупреждение Теодора тяготило его.

Главная проблема с погружением заключалась в том, что всегда присутствовал риск. Даже при сверхквалифицированности опасность была. Он слышал истории о Багровых Сумерках — событии, которое время от времени случалось в этом мире. Ни разу это не обходилось без жертв.

Если он рисковал, то это должно было быть ради достаточной прибыли. Он был достаточно безопасен, занимаясь обычными исследованиями в этом мире еще некоторое время. Но что, если его ограничат? Черт, что, если его заставят взяться за более сложный мир вместо этого?

Если это произойдет, ему нужно будет стать достаточно сильным, чтобы с этим справиться.

Приняв сидячее положение в середине гостиной, он сделал несколько дыхательных упражнений, чтобы успокоиться. Он изучал, как лучше всего создавать методы закалки, и теперь он применял свои знания на практике.

Сначала он не торопился. Он сосредоточился на своем дыхании. Неизбежно, его разум блуждал. Когда это происходило, он признавал отвлечение и отпускал его, возвращая себя в настоящее.

Отвлечение внимания во время выполнения техники закалки существенно замедляло прогресс, поэтому перед началом работы советовали заняться медитацией.

Когда он почувствовал, что достаточно сосредоточен, он нырнул в свой эфиркосм. Первым шагом к созданию техники закалки было позволить мельчайшим струйкам эссенции попасть в ту часть тела, которую он пытался закалить. В этом случае он позволил эссенции влиться в его кровь.

Он постепенно начал поглощать ее, забирая часть обратно, заменяя ее свежей сущностью. Затем он просто наблюдал. Слушал, что сущность говорила ему. Это был беспорядок. Она рассказывала ему истории о том, как текла кровь, насколько она была густой, сколько ее было, куда она уходила, где она была создана, из чего она была сделана и какой цели она служила.

Он продолжал слушать, сосредоточившись на информации, которую хотел узнать. В конце концов, он услышал ее. Историю металла. Она была перемешана и неясна — пока что, но он выпустил этот кусочек сущности обратно в свою кровь и снова прислушался. Через многочисленные циклы он услышал достаточно.

Железо текло по его венам, переносимое эритроцитами, которые помогали транспортировать кислород по его телу. Затем, имитируя поток эссенции, который он наблюдал, он подготовил эти клетки к принятию еще большего количества железа.

Это был изнурительный процесс, который требовал гораздо больше внимания, чем Бассейн Крови. В конце концов, он решил сделать перерыв и понял, что он очень голоден. Это было правильно — он ничего не ел в тот день.

Затем он поднял глаза и посмотрел на часы на стене.

Его глаза слегка расширились. Уже было 9 вечера? Он так долго сидел там, не замечая...

Он усмехнулся, вставая. Он приготовился приготовить себе ужин, так как не заметил эфирную оболочку для Багровой Ртути в своей душе, уже достаточно сформированную, чтобы кристаллизоваться, и Кровопролития, с благоговением взирающего на работу своего хозяина.

«Я не верю, что такое правило существует», — сказала ему женщина.

Это было на следующий день, и Фредди стоял в хабе, полностью вооруженный, и разговаривал с секретаршей. Он только что спросил ее, есть ли какие-то правила относительно чрезмерной охоты.

«Однако», продолжила женщина, «были случаи, когда владелец вручную вмешивался, чтобы помешать определенным людям погружатся, если их стиль был слишком разрушительным».

«Продолжай...» — призвал он.

«Эксперт по ядам и некий заклинатель огня — два главных виновника того, почему горелы — единственный оставшийся живой вид монстров в королевстве. И были случаи, когда сильно переквалифицированным группам запрещалось входить, потому что они отгоняли других исследователей. Что касается вас... сэр, — нерешительно сказала она, — вы находитесь в начале второй звезды. Пока вы находитесь в рекомендуемом диапазоне силы и не уничтожаете собранные тела, на вас не будет наложено никаких ограничений на ваши исследования», — заверила она его.

Он на это промычал. «Спасибо за информацию», — сказал он, затем повернулся и пошел к одному из пустых диванов в вестибюле.

Ну, тогда это все усложняет.

Он вытащил письмо из кармана и открыл его. Он еще не прочитал его целиком. На этот раз, вместо того чтобы просто просмотреть содержимое, он не торопился и прочитал все.

Письмо было официальным приглашением от человека по имени Джейкоб Санторио. Текст вонял корпоративным копирайтером, настолько полным банальностей и хвастовства, что его тошнило от чтения.

Подводя итог — Джейкоб, сын Леонарда Санторио, создавал новую партию. Леонард, как упоминалось по крайней мере трижды в тексте, владел всем этим хабом, который, как он только что узнал, на самом деле назывался Хаб Санторио…

Он не знал, смеяться ему или плакать, когда вспомнил название самого большого близлежащего учебного центра. Так что эти ублюдки, по сути, владели всем этим районом, не так ли?

Письмо продолжилось вежливо сформулированным приглашением принять участие в интервью, которое должно было состояться через неделю. Не было никаких угроз или предупреждений или каких-либо признаков того, что он не мог просто отказаться явиться.

Но он знал, что лучше не ослаблять бдительность. Было бы странно, если бы Теодор предупреждал его таким образом без надлежащей причины. Ему, вероятно, «было поручено» «тонко намекнуть» на «ограничения», если Фредди «не появится».

Итак, вкратце, его мягко принуждали присоединиться к недавно сформированной партии, угрожая мелкими репрессиями, если он этого не сделает. Что касается того, почему они хотели его, Теодор, вероятно, поделился практически всем, что знал о Фредди. Исходя из того, как он себя представил и как действовал, было очевидно, что он был сильным, осторожным и трудолюбивым.

К тому же он был крепким, что было желательно для бойца ближнего боя.

Хотя обычно он злился на подобные издевательства и злоупотребления властью, он должен был признать, что было трудно злиться на такое чертовски хорошее предложение.

Жизнь в пентхаусе с покрытием всех расходов на проживание, полный доступ к их учебным заведениям, которые, как он уже знал, были чрезвычайно дорогими, если бы он хотел платить за них сам, и справедливая, основанная на заслугах доля прибыли, которая не будет включать безумную плату в размере 50%, от которой страдали все остальные.

Естественно, это не досталось ему даром. Ему не предлагали место в этой партии — его приглашали на собеседование. Ему все равно нужно было пройти, чтобы вступить.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он обдумал свои варианты. Хотя присоединение к партии было заманчивым, это была не очень хорошая идея. Его уникальное сродство, Кровавая Жертва и Ярость Левиафана были тем, что не следовало раскрывать по собственной прихоти.

Что-то вроде ледяного сродства было бы легко сдуть, поскольку водные архи достаточно часто приобретают его после возвышения, но эта история с гибельной водой, очевидно, была сложнее.

Две особые способности были еще более странными, и их открытие могло вызвать нежелательное любопытство.

Всегда была возможность просто сохранить их в тайне, но насколько это было возможно? Были ли методы, которые они могли использовать, чтобы проверить его душу? Он недостаточно разбирался в этом вопросе, чтобы рискнуть.

Он почти скучал по Фредди из прошлого, тому наивному маленькому тупице, который не думал ни секунды, прежде чем принять глупое решение. Насколько использование мозга улучшило качество его жизни, настолько же это было чертовски утомительно порой.

На данный момент он решил проигнорировать угрозу. Не было смысла ограничивать себя, пока у него еще была возможность максимизировать прибыль. Что касается того, пойдет ли он на интервью… он решит к следующей неделе.

Он незаметно спрятал письмо в своем Кольце-хранилище, где оно не шуршало и не создавало шума, и спустился в подвал.

«О, боже», — вздохнул он, спускаясь вниз.

Вестибюль был переполнен, как черт, и многочисленные менее опытные партии сидели вокруг и ждали. Взгляд на большой проход подтвердил это. В королевстве была ночь.

В то время как более опытные партии не обращали на это внимания, новички имели тенденцию отступать, когда наступала ночь. Хотя это было опасно, он не колеблясь проталкивался сквозь толпу и выходил через проход.

Ночь была слишком частой, чтобы сидеть и ждать, пока она пройдет. Не говоря уже о том, что даже когда был день, она могла смениться ночью в любое время. Избегание этого делало людей менее подготовленными к встрече с этим в неподходящее время.

Свет от фонарей вестибюля проникал в проход, освещая окрестности, словно свет из гаража в глухую ночь. Напротив, мир был похож на безлунную ночь с грозовыми облаками вдалеке — чистая темнота, за исключением прерывистых вспышек красочного света, исходивших из многочисленных мест, где сражались исследователи.

Глубоко вздохнув, он пошел, достал фонарик и включил его.

Он уже принял одну из таблеток, усиливающих восприятие. По какой-то причине она ощущалась сильнее, словно недостаток света заставил его тело компенсировать, усилив слух. Мягкий шелест листьев и далекие, приглушенные отголоски боя наполняли его уши, придавая миру жуткий фон, который задерживался вдоль его позвоночника, готовя его к опасности в любой момент.

Повернув часть фонарика, он убавил свет до минимума. Он мог видеть достаточно хорошо даже с небольшим количеством света, и чем слабее он его держал, тем меньше были шансы, что монстр заметит его и бросится на него прежде, чем он будет готов к встрече с ним.

Охота ночью была намного менее удобной, чем днем. Даже с улучшенным восприятием было почти невозможно увидеть монстров в темноте, даже если бы он мог их услышать.

Через некоторое время он услышал звуки отдаленного шороха. Он взобрался на скалу и попытался посмотреть в их сторону. Они были примерно в пятидесяти метрах. Днем он мог легко определить количество горелей и их виды, даже с такого расстояния.

Но ночью? Их темный мех почти незаметно сливался с тенями, и он едва мог уловить хоть малейшее движение. Если бы он посветил фонариком, они бы увидели его и бросились на него. Не зная, во что он ввязывается, атаковать было глупо.

А что, если один из них был девиантом? Ему повезло накануне, так как он не встретил никаких девиантов, но они были постоянной опасностью. Вздохнув, он спустился со скалы.

Он продолжал идти и в конце концов надеялся найти группу, где он мог бы с уверенностью определить, что там один или два существа, просто на слух.

Он шел вперед, и со временем его беспокойство росло все больше и больше.

В его животе забурлило плохое предчувствие, словно интуиция пыталась ему что-то подсказать.

Но он ничего не услышал. Он ничего не увидел. Но он прислушался к своим кишкам.

Он остановился, на мгновение осматривая окрестности с помощью фонарика. Свет озарил близлежащие скалы, но он ничего там не обнаружил. Тем не менее, он решил поддаться инстинктам и изменил курс, немного отступив назад, чтобы свернуть на более безопасную тропу.

Но чувство не ушло. Скорее наоборот, оно стало еще сильнее. Что-то было глубоко неправильно. Как по команде, как раз когда он об этом подумал, все вокруг осветилось, и день сменил ночь. Он не мог не вздохнуть с облегчением, но мгновение спустя это оказалось преждевременным.

Неправильно поставленная нога сбила камень позади него. Фредди развернулся, чтобы посмотреть, что это было. Менее чем в трех метрах от него, на вершине скалы, стоял маленький кроваво-красный горел с почти полуметровыми кровавыми когтями, нависая над ним и готовясь нанести удар.

«Сукин сын !» — закричал он, когда горел бросился на него, и он поднял защиту, блокируя удары его когтей своими наручами, но атака, словно горячий нож сквозь масло, разорвала его броню и глубоко вонзилась в правую руку, выпустив кровь и заставив его частично потерять чувствительность в пальцах.

Он застонал, уклоняясь от очередного удара, и как раз когда тот собирался нанести третий, он пнул его Струящимся Ударом, но горел уклонился и отступил, освободив между ними некоторое пространство.

Абсолютно наивысшим приоритетом в работе с девиантом было определение его таланта. Но в этом случае ответ был очевиден — эта штука могла скрывать свое присутствие, поэтому он не услышал ее, когда она преследовала его.

Его кровное родство, по-видимому, было основано на крови Багровой Ртути, о чем свидетельствовали длинные, похожие на металл, когти.

И была огромная проблема. Эта штука была мощной. Она была по своей природе рабочим, как можно было заметить по ее маленькой форме. Когти были созданы способностью, и ее ложкообразные пальцы можно было увидеть под ними, сжатые в крепкие кулаки.

Эта штука была проблемой. Большой проблемой. Она не двигалась, как другие тупые, неуклюжие горелы. Она была изящной и явно была опытным охотником. Судя по ее силе, которая была на уровне второй звезды, он был далеко не первой ее жертвой.

Он не рычал и не принимал ненужных поз, а просто оценивал его холодным, беспощадным взглядом убийцы.

Однако жаль. Он знал его талант, и поскольку он изучал путь Багровой Ртути, он чертовски хорошо знал, какие трюки он может выкинуть.

Но он понятия не имел, на что он способен.

«Ты заплатишь за то, что разбил мою броню, мелкий засранец», — заявил он, двигаясь вперед.

Он быстро увернулся в сторону и бросился на него, используя свои длинные когти, чтобы ударить его по уязвимым ногам. Он явно не ожидал, что внезапно окажется окутанным большим пузырем темной воды.

Бульканье вырвалось из его уст, когда огромное, жуткое жало вонзилось ему в глаз, острые фантомные челюсти укусили его ногу, а огромный, призрачный коготь разорвал его спину. Когда сущность, стоящая за атакой, иссякла, а вода исчезла, оставив сбитое с толку существо на мгновение ошеломленным, его тепло приветствовали ударом прямо в лицо, который снес ему половину головы и мгновенно убил его.

Прилив вампиризма наполнил его тело, и он выдохнул, почувствовав острое облегчение, когда раны на его предплечье закрылись и перестали кровоточить.

Этого было достаточно, чтобы запустить почти естественное исцеление, что означало, что его раны не откроются внезапно снова в ближайшее время. Но ему все еще нужно было восстановиться. Хотя это могло подождать. Ему нужно было вернуть эту штуку обратно в хаб, прежде чем кто-либо из ее товарищей почуял запах ее крови.

Как раз когда он подвешивал существо на стойку, он услышал за спиной перекатывание камней и удивленный девчачий визг. Он обернулся, заметив едва бронированную — нет, едва одетую — женщину, спотыкающуюся о скальное образование и едва восстановившую равновесие, прежде чем она последовала за камнями на их пути к земле внизу. Она была одета в более или менее обычную одежду, на ней была грязная, рваная белая футболка и спортивные черные штаны. Ее волосы были яркого оттенка блонда, а глаза были пронзительно фиолетовыми.

На ее коже были странные пятна, и она вообще производила впечатление, что у нее какая-то отвратительная болезнь. Ее щеки были опухшими, а в углу левого глаза было темное пятно.

На долгое мгновение у Фредди сложилось впечатление, что это был кто-то, кого нужно спасти. Однако ее тон и поведение не соответствовали этому предположению.

Она выдохнула воздух через губы и застонала. «Это было близко…»

Его глаза сузились до щелочек, когда он наблюдал, как арка спускается по формации. Насколько он мог судить, она была слаба. Жалко так. Почти в начале первой звезды.

Это было невероятно подозрительно. Фиолетовые глаза были необычны, делая их чертой, которую обычно получали из-за вознесения. Не говоря уже о том, что ее глаза, казалось, слегка светились. Но эта женщина, по крайней мере, насколько он мог судить, еще не вознеслась. Либо это, либо она это скрывала.

Закинув труп горела за спину, он крикнул: «Кто ты?»

«О, черт!» — выругалась она. «Ты уже убил его!» — выплюнула она без всякого стыда.

«Прошу прощения?»

«Неважно», — сказала она, уныло вздохнув. «Я пойду. Извините за беспокойство», — сказала она.

Затем она начала проходить мимо него. Он снова передвинул труп горела и освободил ей место, чтобы пройти.

«Что!?» — сердито спросила она. «Я здесь не для того, чтобы грабить тебя! Некоторые люди…» — возмущенно выплюнула она, покачав головой. Но затем, как раз когда она собиралась пройти мимо него, она остановилась и сделала глубокий вдох через нос.

На мгновение ее глаза метнулись к трупу горела, который он прятал за спиной, широко раскрыв глаза от удивления. «Подожди-ка», — сказала она, а затем посмотрела на него. Ее фиолетовые глаза светились — своего рода обжорство, которое выводило его из себя. «Это ты».

Он рефлекторно сделал шаг назад и поднял защиту одной рукой. Эта женщина узнала его?

Женщина пошевелилась, и он приготовился защищаться, но…

«Пожалуйста!» — взмолилась она, простершись перед ним на земле. «Дай мне одну из твоих рук!»

----------

Подходящее оружие

Фредди уставился на больную женщину, распростертую на земле у его ног. «Уххх…» — пробормотал он, не понимая.

Труп горела, висевший на стойке за его спиной, капал кровью на землю позади него. Солнце ревело в вышине, и звуки далекого боя становились громче с каждым мгновением, поскольку все больше и больше партий вступали в бой, используя день как сигнал, чтобы наконец-то устроить засаду на горелов, которых они, вероятно, уже некоторое время преследовали.

«Простите... Что вы только что сказали?» — спросил он, не уверенный, правильно ли он расслышал женщину в первый раз.

«Пожалуйста!» — умоляла она. «Я сделаю для этого все, что угодно! Это даже не обязательно должна быть целая рука! Я могу обойтись и кулаком! Или даже пальцем! Пожалуйста!»

О чем говорит эта сумасшедшая женщина!? — пронеслось у него в голове. — Послушайте, леди, э-э… Я не совсем понимаю, в чем ваша точка зрения, но я не собираюсь жертвовать кому-либо части своего тела.

«Пожалуйста! Это не должно быть проблемой для тебя!» — настаивала она. «Ты сможешь вылечить их обратно в конце концов!»

Это застало его врасплох. По какой-то причине у него сложилось впечатление, что она не имела в виду, что он может заплатить за исцеление. «Что заставляет тебя так думать?» — осторожно спросил он, сохраняя голос ровным.

«А?» Она подняла голову, явно сбитая с толку. «Твой талант, конечно».

Его глаза широко распахнулись под шлемом, и легкий пот проступил по его коже, скапливаясь под доспехами и пропитывая его цельное нижнее белье. Он старался не выдать этого наружу. «Я не могу этого сделать», — прямо отрицал он. «И я не знаю, как вы пришли к такому выводу, но я хотел бы попросить вас...»

«Пожалуйста!» — снова закричала она. «Ты хочешь, чтобы это осталось тайной!? Я никому не скажу, обещаю. Клянусь своей жизнью!» Девочка поползла вперед и еще глубже уткнулась лбом в землю. «Всего один палец!»

«Держись от меня подальше!» — крикнул он, отпрыгивая назад и усиливая защиту.

Эта женщина была невероятно подозрительной. Насколько он знал, у нее может быть какая-то форма незаконного, зловещего таланта. Проявление таланта не следует правилам, созданным человеком. Но люди все равно создают правила.

Некоторые формы талантов должны были быть немедленно утилизированы, если кто-то их проявлял. Были некоторые действительно безумные вещи, как печально известный талант Детской Бомбы, с помощью которого некий террорист уничтожил полгорода.

Люди обычно отказывались от них добровольно, так как наградой обычно были большие деньги. Но некоторые этого не делали.

Что бы ни затевала эта женщина, это вполне могло быть требованием активировать некую форму проклятия или что-то в этом роде. Он не сомневался, что это поможет ей в некотором роде — но чего это будет ему стоить взамен?

«Ладно! Я... я...» — пробормотала она, вставая на ноги, выглядя совершенно побежденной. «Я больше не буду вас беспокоить. Извините за мое позорное поведение. Но...» — начала она снова, поднимая на него свои пронзительные фиолетовые глаза. «Пожалуйста, рассмотрите это. Мое предложение все еще в силе. Я сделаю все, что вы захотите в...»

«Пожалуйста, просто», — прервал он ее. «Вы можете просто уйти, мисс?»

Ее рот слегка приоткрылся, когда она кивнула, ее глаза упали на землю, а плечи поникли. Не говоря больше ничего, она повернулась и ушла.

«Что, черт возьми, только что произошло?» — прошептал он себе под нос.

Это было... определенно интересная встреча, мягко говоря. Он чувствовал себя сбитым с толку совершенно странной последовательностью событий.

Независимо от ее ситуации, она все еще была однозвездной, совершенно не экипированной, бегающей по проходному царству. И, учитывая разрывы на ее одежде и явные признаки естественного исцеления под ней, она выбралась из по крайней мере одного боя живой.

Наблюдая за ее формой, несмотря на легкое опущение разочарования, он мог видеть твердость в ее шаге, равновесие в ее походке. Она была хорошо обучена. Она была сильна. И вдобавок ко всему, она направлялась глубже в промежуточный мир, вероятно, ища еще одну битву.

Тяжело вздохнув, он поднял извращенца-гореля на спину и побежал обратно в вестибюль.

Пока он бежал, он слышал шум нескольких групп горелов, бегущих к нему. Естественные скальные образования, окружавшие тропу, замедляли их приближение, и его решительного бега было достаточно, чтобы каждый раз терять их. Тем не менее, эффект от трупа этого извращенца на других его сородичей был неоспорим. Ему нужно было торопиться.

Через несколько минут он наконец вернулся и высадил девиант у стойки. Он не мог не вздохнуть, когда понял, что он не выдал прайм. Ну, не было смысла сетовать на природу удачи.

После этой пробежки он почувствовал себя довольно измотанным. Перед тем как вернуться, он сел на одну из скамеек, чтобы попить воды, съесть хлеб и осушить банку холодного кофе.

Некоторое время он использовал адаптивную систему водолечения, чтобы восстановить внутреннее равновесие, несколько минут медитировал, еще несколько минут занимался собирательством, чтобы восполнить утраченные запасы, а затем снова занялся охотой.

В основном охота прошла хорошо. День затянулся, и он мог охотиться так же эффективно, как и в первый день. Всякий раз, когда начинала наступать усталость, он снимал ее либо баночным кофе, либо энергетическим напитком.

Вместо того, чтобы сократить свое погружение, он решил остаться здесь подольше на этот раз. Спортзал мог подождать. Прибыль была его приоритетом.

Он старался свести потребление своей сущности к минимуму, но чем больше он охотился, тем сложнее становилось это делать. Даже будучи здоровым, он имел свои пределы. Вскоре ему пришлось все больше полагаться на Гидравлическое Напряжение, чтобы эффективно уклоняться, и он не мог собрать силы для основательной атаки без Струящегося Удара.

Его тело чувствовало слабость и истощение, а перерывы между боями становились все длиннее — как для восстановления сил, так и для пополнения истощающихся запасов эссенции.

Головная боль медленно поднималась по его лбу и перешла в затылок.

Преследуя как хищник, он нацелился на небольшую группу из трех рабочих горелов. Не колеблясь, он побежал к ним, уже убедившись, что окружающая местность свободна от других угроз.

Горелы зашипели и зарычали на него, но он бросился вперед, приняв на себя удар, подкрепленный Струящимся Ударом… и промахнулся, споткнувшись и упав на землю.

Как только он пришел в себя, ему пришлось использовать Гидравлическое Напряжение, чтобы увернуться от тяжелого кулака, летевшего ему на голову, а ногу пронзила острая боль, когда его укусила горель.

Он схватил слишком вытянутый кулак горела, который пытался размозжить ему череп, и Струящимся Ударом взмахнул его телом, рассчитав возможность использовать перенос силы, чтобы отправить существо в полет к ближайшему дереву, но этого оказалось недостаточно; оно с грохотом рухнуло на землю, воя и хромая, но не упало.

Пришло время отчаиваться.

Он замахнулся, чтобы пнуть того, кто кусал его ногу, активируя обе свои звезды, чтобы разнести его череп на куски. Удар агонии пронзил его правое бедро и колено, а его ступня чувствовала себя так, словно способность отделила ее кожу, превратив ее в рыхлый мешок крови.

Пришел третий горел, и он использовал Создание Гиблой Воды, чтобы остановить его. Способности было достаточно, чтобы нанести существованию тяжкие увечья, но она сохранялась, и ему пришлось использовать ее снова. Оба раза он чувствовал довольно существенный поток вампиризма, а во второй раз одна из призрачных челюстей сильно укусила существо в щеку; с этим оно было отогнано, сбежав вместе с тем, кого он ранее бросил в дерево.

Он тяжело глотнул воздуха, чувствуя, что тонет. К счастью, ему не пришлось прибегать к Ярости Левиафана. Пот и кровь покрывали большую часть его тела, а руки тряслись.

Ему потребовалось немало времени, чтобы размахивать мачете по траве, чтобы полностью исцелиться, но даже тогда что-то было не так. Как он мог так упасть в начале боя? Он не помнил, что произошло. Как будто на мгновение мир потемнел, когда он взмахнул кулаком.

Он пытался поднять на ноги единственного убитого им горела. Когда он прикреплял крюк к толстой шкуре за его шеей, все потемнело, и он пришел в себя только после того, как упал на землю.

«Какого хрена?» — прошептал он. Он исцелился. С его телом не должно было быть ничего странного. И, насколько он мог судить, он не чувствовал себя плохо. Он даже не чувствовал усталости. Он чувствовал себя полностью проснувшимся...

И снова его охватил очередной приступ слабости, но он сохранил присутствие духа достаточно долго, чтобы осознать, что происходит. Он засыпал!

Он потянулся за сумкой и вытащил энергетический напиток. Решив оставить труп горела позади, он побежал обратно в вестибюль — только для того, чтобы день внезапно сменился ночью.

«Ох… черт!» — закричал он. «Бля, бля, бля, бля!»

Это было плохо. Действительно плохо. Он напрягал свой мозг до предела, пытаясь не заснуть. Один энергетический напиток за другим попадал ему в горло, и в какой-то момент ему пришлось остановиться, чтобы выблевать свои кишки.

Вспышки усталости случались все чаще и чаще. Но в конце концов он заметил тусклый свет в проходе, ведущем обратно в вестибюль. Когда он подошел достаточно близко, чтобы оказаться в зеленой зоне и вне опасности, он вздохнул с облегчением — вздох, который подтолкнул его к краю. Его глаза закрылись, и он рухнул на землю, немного впереди прохода.

«Мне нужно перестать попадать в такие ситуации», — устало подумал он, по крайней мере, испытывая облегчение от того, что он сможет заснуть где-нибудь, где его вряд ли ограбят.

Он не знал, сколько времени прошло, но в конце концов он проснулся. Он обнаружил себя лежащим на скамейке в вестибюле. Как и ожидалось, кто-то нашел его и отнес обратно внутрь. Поднявшись, он огляделся. Люди сидели вокруг него, но никто даже не взглянул на него, когда он проснулся.

Он обратил внимание на свои вещи, чувствуя, что оба кольца все еще на его пальцах. Все его снаряжение все еще было на его теле, даже если большая его часть была сильно повреждена и залита кровью. Его сумка была прислонена к стене. Заглянув внутрь, ничего не пропало. Не то чтобы там было много всего изначально.

Чтобы убедиться, что все в порядке, он повернулся лицом к группе, сидевшей справа от него. «Извините», — обратился он к человеку спереди.

«Хм?» — промычал мужчина. «Вам что-то нужно?»

«Произошло ли со мной что-нибудь странное, пока я спал?»

Мужчина, казалось, был сбит с толку вопросом. Он взглянул на своих товарищей; все они пожали плечами. «Я не знаю», — сказал мужчина. «Никто тебя не трогал, если ты об этом. Мы сидим здесь, может быть, часа два, а ты был без сознания с тех пор, как мы пришли».

«Два часа!?» — закричал он. Обернувшись, он увидел часы в дальнем конце комнаты.

9:57 вечера

«Господи Иисусе…» Он начал эту последнюю охоту около 3 часов дня, может быть, за полчаса до того, как отключился, то есть он был без сознания уже… сколько… почти семь часов?

Он пытался спросить несколько других групп, но все они говорили одно и то же. Никто не видел, что произошло.

В конце концов он добрался до клерков. Там ему сказали, что кто-то затащил его внутрь, обнаружив его без сознания неподалеку от прохода, и что человек, который привел его обратно, попросил не называть его имени.

Клерк также выписал ему счет за экстренное медицинское обследование, которое пришлось провести, поскольку его нашли окровавленным и избитым. Его тело было в полном порядке, поэтому они просто оставили его спать на скамейке, но это не помешало им взять с него 5000 долларов за услугу.

Хотя это и заставило его захотеть ударить кого-нибудь, не было особого смысла бороться с ними из-за этого, поэтому он просто оставил это и попросил подсчитать его прибыль за тот день. В квитанции была указана стоимость медицинского счета, и оставшиеся 20 913 долларов после вычета расходов и сборов. Это были большие деньги. Один только девиант ушёл почти за десять тысяч. Ну, сам труп стоил 5000, но, по-видимому, за него была назначена награда в размере почти 5000 долларов сверх этого.

Несмотря на внушительную прибыль, он был недоволен.

В конце концов, похоже, он достиг предела, и у него было предчувствие, что он знал, какой это предел. Хотя он мог предотвратить постоянный ущерб, казалось, что злоупотребление энергетическими напитками и кофе могло завести его только до определенного момента.

Его талант мог исцелять от повреждений, но, ну... похоже, простая потребность во сне не считалась. Он задумался об этом.

Он знал, что его талант может исправить ущерб от недостатка сна. Но, похоже, он не мог помешать его мозгу просто отключиться из-за нехватки энергии. Кстати, несмотря на часы сна, он чувствовал себя смертельно уставшим.

На втором этаже здания был магазин, где можно было починить снаряжение. Это было то место, куда он ходил, чтобы отрегулировать его ранее, и повреждение его снаряжения было более чем достаточно серьезным, чтобы оправдать еще один визит. Он пошел в одну из комнат для снятия одежды и снял все, положив в небольшую корзину в углу. Корзина втянулась в стену, забрав с собой его одежду.

Он ждал голым примерно пятнадцать минут, и его снаряжение вернули ему. Починенное, но... явно потрепанное.

Наручи имели заметные следы, где были заполнены порезы, а нижнее белье имело новые заплатки ткани, добавленные там, где оно было разорвано. Его брюки и куртка также были сшиты вместе.

Исправления были относительно грубыми и простыми, так что это стоило ему всего несколько сотен долларов. Хотя они могли взимать любую плату за медицинские услуги, техническое обслуживание оборудования должно было оставаться доступным по одной простой причине: если стоимость ремонта была слишком высокой, люди просто покупали новое оборудование.

Честно говоря, видимое обслуживание было приятно. Если бы у него не было шрамов, которые можно было бы показать, по крайней мере, его оборудование было бы доказательством его опыта.

По дороге домой он купил в магазине десять килограммов говяжьей печени. Вернувшись, он спрятал большую ее часть в морозилке, а из остатков приготовил ужин. Печень была отличным источником пищевого железа, и ему ее нужно было много, чтобы вырастить свою Багровую Ртуть.

Закончив с едой, он решил использовать час перед сном, чтобы поработать над техникой закалки. Когда он начал, он был весьма удивлен. Оболочка была уже практически готова.

«Хм…» — размышлял он. Это был сюрприз, но чертовски приятный. Это означало, что он мог бы закончить с этим вчера. Проделав дополнительную работу по полировке оболочки, он, наконец, кристаллизовал ее.

К сожалению, скудная россыпь виспов не могла надолго подпитать его сущность, поэтому всего через десять минут он завершил свой день, растянувшись на кровати и мгновенно уснув.

Фредди прибыл в центр на следующий день, вернувшись поздно, так как проспал.

Если предыдущий день чему-то его и научил, так это тому, что если он хочет охотиться больше, ему придется охотиться эффективнее. И если он хочет этого, ему нужно меньше полагаться на сущность и беречь выносливость.

Обычно хорошим способом сделать это было использование оружия. Гораздо меньше энергии уходило на то, чтобы вонзить копье в глаз горела, чем на то, чтобы забить его насмерть.

Он вышел в мир, снова столкнувшись с... ночью. Великолепно.

Что касается всей этой истории с копьем... он должен был признать это; он не мог представить себя держащим оружие. На этой ноте он вынул кинжал из кольца для хранения. Он появился у него в руке. Честно говоря, он едва знал, как правильно его держать.

Многочисленные идеи проносились в его голове, пока он исследовал все, что он делал о кровном родстве. Среди первых была идея проявить прямое расширение кинжала, либо удлинив его, либо превратив в меч. Эта идея была хороша, но из того, что он понял, она не сделает эффект кинжала более эффективным, чем простое создание целого меча во второй руке.

Но мечи были непросты в использовании. И, честно говоря, они не очень соответствовали стилю, который он создавал.

На его лице появилась легкая улыбка, когда он почувствовал зуд в костяшках пальцев.

Хотя обычное оружие ему не подошло бы...

Он нашел способность, которая могла бы это сделать.

----------

Отслеживание прогресса

Тот факт, что сейчас была ночь, довольно усложнил жизнь Фредди. Он должен был сформировать новую способность в тот день, но если это была ночь, он никак не мог позволить себе использовать что-то экспериментальное в ситуациях жизни или смерти.

К счастью, у него было решение.

Свернув на тропу, которую он обычно избегал, он начал свой путь. Его обогнала группа из трех человек, одетых в самое блестящее снаряжение, которое он видел за последнее время. Они полностью проигнорировали его, и судя по тому, что он даже не мог обнаружить их силу, вполне вероятно, что они были пиковыми двухзвездочными.

Раньше он их нигде не видел, но в любом случае они его не интересовали.

Ему потребовалось довольно много времени, чтобы добраться до места назначения. Он шел быстрым, торопливым шагом, не переходя на бег, в основном для того, чтобы оставаться максимально тихим и незаметным. Он наткнулся только на одного стражника-горела, которого быстро прикончил ударом ноги в голову. Просто из вежливости он перебросил труп через стену в лес, чтобы убедиться, что там не соберется отряд горелов.

Это может оказаться незначительным неудобством для тех людей, которые направляются туда, куда он направляется.

Примерно через час пути он наконец добрался до нее — границы мира. Высокие, зубчатые скалы окружали внешний периметр, а прямо в конце пути в стене была металлическая дверь.

За ним был еще один проход, ведущий в гораздо более опасную зону. По обе стороны от входа стояли два охранника, настороженно поглядывая на него. Он помахал им и вместо этого повернул налево.

Как и в случае с первым проходом, окружающая местность этого была пустынной. Это было потому, что все ульи горелов были вручную разрушены, и любая попытка построить новый будет немедленно остановлена.

Все еще существовал риск, что в этих краях будет бродить бродячий девиант, но он не особенно боялся этого. Точно так же, как большинство людей избегали таких проходов, как чумы, монстры тоже инстинктивно знали, что ничего хорошего не выйдет, если они будут прятаться у входа в опасную зону.

Примерно через пять минут бега трусцой он добрался до места, куда хотел. Это была поляна прямо у обрыва. Ничего интересного или уникального в ней не было. Но для него это было бесценно.

Потому что это был кусочек чистой дикой природы.

Это не было идеальным решением проблемы отсутствия доступа к лесу. Для начала, растения здесь были редкими и редкими, и не похоже, что он был единственной аркой, которой требовалось уединение.

Но на данный момент сойдет и так.

Сначала он нашел близлежащий камень, сел на него, затем вытащил блокнот. Он едва мог разглядеть написанное в темноте ночи, благодаря своему двухзвездному зрению и таблетке, усиливающей восприятие, поэтому он воздержался от привлечения внимания с помощью своего фонарика.

На первой странице блокнота была записана его новая привычка.

Он начал более тщательно отслеживать свой прогресс; таким образом он мог понять, как он растет и где отстает. Это также помогло ему лучше понять, к чему у него есть доступ.

Он прищурился, читая написанное.

СБОР:

Вторая звезда — 112% емкости эссенции

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: динамическое качественное исцеление

КОНСТРУКЦИЯ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

МЕТОДЫ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Лужа Крови: Этап 1 — 3% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 0 — 2% Прогресс

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: этап 1 — завершение

Тысяча Мокрых Адов: Этап 1 — 1% Прогресса

Пучины Бездны: этап 1 — 9% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Ничего

Сродство воды:

Струящийся удар: этап 1 — 15% прогресса

Гидравлическое Напряжение: этап 0 — готов к обновлению

Создание Воды: этап 1 — 20% прогресса

Струя Давления: Незаконченная оболочка эфира

Сродство гиблой воде:

Гиблая вода: Стадия ?—? Прогресс

Другая Способность: Понятия не имею

УНИКАЛЬНЫЕ (?) СПОСОБНОСТИ (Понятия не имею, какие именно):

Кровавая Жертва: Стадия ?

Ярость Левиафана: Стадия ?

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -3% стоимости сущности, +2% силы для способностей, связанных с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития.

ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кинжал кровотечения: атаки ближнего боя вызывают дополнительное кровотечение.

Первое, что бросилось в глаза, — это отсутствие активных способностей крови. Это было главной причиной, по которой он был там в тот день. Но это было не единственное, что стоит отметить. Он также еще не улучшил своё Гидравлическое Напряжение. Хотя поиск нужного ему рудимента занял бы некоторое время, он точно знал, что с ним сделает.

Помимо этого, существовал также пробел в знаниях относительно его гиблого сродства с водой и предварительно названных «Уникальных способностей». Как бы он ни искал, он не нашел никаких упоминаний о том, что кто-либо когда-либо делал то, что он сделал с Кровопролитием и Левиафаном.

Его кольцо также пока не набрало силу, несмотря на учиненную им резню горелов. Поэтому он понятия не имел, чего ожидать. Возможно, потребуется много времени, чтобы увидеть заметный прирост; возможно, он получит от него огромный прирост силы достаточно скоро. Время покажет.

Вернув блокнот в свое Кольцо Хранения, он сосредоточился. Пришло время начать развивать свою новейшую способность. Ему потребовалась буквально секунда, чтобы заметить серьезную проблему: его перчатки не позволяли крови свободно течь через них. Это... Да, это придется изменить.

Сняв перчатки, он почувствовал себя уязвимым, и не мог описать это. Он носил эти штуки везде, так как не хотел, чтобы кто-то видел его кольца. К сожалению, ему нужны были руки свободными, если он хотел использовать способность, которую он выбрал.

Оружие не было его коньком. Для него его тело было оружием. А с той способностью, которую он собирался создать, это мало что изменило бы.

Кровь скопилась вокруг его костяшек, выливаясь из кожи вокруг пальцев на правой руке. Когда он сжал руку в кулак, поверхность вдоль его пальцев между костяшками в конечном итоге полностью покрылась кровью, превратившись в своего рода толстую красную пластину. Сосредоточившись на контроле своей сущности и делая это медленно, он заставил кровь медленно образовывать крошечные шипы вдоль поверхности.

Это было чертовски сложно. Сделать один или два шипа было относительно легко, но кровь все еще была жидкой — ему приходилось вручную поддерживать ее форму, пока она не была готова к свертыванию. Три маленьких, или, черт возьми, даже три больших шипа было легко. Но он не собирался довольствоваться этим.

Постепенно, по мере того, как он все больше привыкал к манипуляциям кровью вне своего тела, шипов становилось все больше. Они были довольно зазубренными и противными, но, к счастью, это совсем не мешало способности, которую он пытался сформировать.

В конце концов, его правый кулак был покрыт примерно двумя десятками шипов, достаточно толстых, чтобы не сломаться легко, и достаточно противных, чтобы нанести серьезный урон. С этим достижением эфирная оболочка была достаточно завершена, чтобы кристаллизоваться в его новую способность — Кровавый Кастет.

Что касается способностей Багровой Ртути, эта была довольно редкой. Было много лучших, менее странных вариантов, из которых можно было выбирать. Но эта подходила ему идеально. Ему едва ли пришлось менять свой стиль, и такой брутальный придаток был идеален для максимизации эффекта 1% Вампиризма.

Он пролил кровь, образовавшуюся на правой руке, и согнул пальцы. Затем он использовал свою новую способность. Тут же на костяшках его правой руки образовались шипы свернувшейся крови длиной с палец. На его лице расплылась широкая улыбка. Расход эссенции был минимальным — настолько малым, что он едва почувствовал, как она оставила след в его резервах. Это было еще одним преимуществом этой способности.

Он не только использовал мало крови, но и стоил минимальное количество эссенции из-за небольшого объема.

Его хищный взгляд искал ближайшее дерево. Он встал и приблизился, замахнувшись на него. Сразу же все шипы рассыпались в кровавую жижу при ударе. Как и следовало ожидать. Это была нулевая стадия, совершенно новая способность.

Вполне естественно, что это будет отстой.

И его Багровая Ртуть все еще почти ничего не делало, то есть его кровь была в основном просто обычной. Тем не менее, он был вполне удовлетворен. Говоря о Багровой Ртути, пока ночь еще длилась, он решил потратить еще немного времени на работу над техникой закалки.

По привычке он вошел в Незер, чтобы заняться сбором и пополнить свою сущность.

«Иисусе...» — закричал он, уклоняясь от атаки каменного обломка и бросившись обратно в свое тело.

«О, да», — пробормотал он, тяжело дыша после этого скримера. «Чуть-чуть забыл, что я в промежуточном мире».

Но это не большая проблема.

У него был доступ к чему-то вроде телохранителя.

«Приветствую тебя, Мастер», — сказало Кровопролитие, отдавая ему честь, как только появился перед ним.

«Кровопролитие!» — с энтузиазмом приветствовал он. «Так приятно снова видеть тебя снаружи!»

Он перешел к сути. «Тебе что-нибудь нужно, Мастер?»

«Да», — сказал он, и на его лице появилась широкая ухмылка. «Ты можешь очистить окружающий Незер для меня? О, и, пожалуйста, собери клочья вокруг моего тела, чтобы мне было легче их собирать».

«Как пожелаете», — сказал он, исчезая из реальности.

Вскоре он последовал за ним в Незер, как раз вовремя, чтобы стать свидетелем того, как он отрубил голову каменистому останку.

«Давай, Кровопролитие!» — подбадривал он его. «О, и кстати. На всякий случай, если найдёшь хоть каплю текучести, не убивай её и принеси мне в целости и сохранности, ладно?»

Он кивнул и вернулся к своей резне.

В этой области не было надземных источников воды, но существовала небольшая вероятность того, что где-то на поверхности можно было обнаружить следы текучести.

С этим, в течение следующих нескольких часов он проводил время, весело развивая свою новую технику закалки и купаясь в потоке виспов. Медленно, но верно, его Багровая Ртуть взлетела с жалких 2% до 39% прогресса. К этому моменту он почувствовал себя довольно неуютно, почти как если бы его кровь сжигала его тело изнутри. Это было потому, что его клетки крови были готовы принять больше железа, но просто не было железа, которое можно было бы принять.

Но это не проблема. Он уже учёл это ранее в тот день. Он пошарил в рюкзаке и выудил оттуда маленькую бутылочку с железосодержащими добавками. Затем он выпил всю бутылочку. Проблема решена! Так, что это было гораздо легче употребить, чем огромную кучу говяжьей печени.

Как раз в тот момент, когда он собирался продолжить работу над своей техникой закалки, мир побелел, и кромешная тьма сменилась теплым солнечным светом.

Он оторвался от земли и внезапно понял, что чувствует присутствие Кровопролития довольно далеко от того места, где он был. Теперь, когда он об этом подумал, он понял, что уже давно не видел скелета. Двигаясь с оттенком паники, он бросился в направлении духа и через несколько минут достиг его.

Войдя в Незер, он обнаружил окровавленный скелет, тянущий за ногу испуганный след. Существо, которое он тянул, было похоже на джинна, плавающей массой прозрачного, колеблющегося газа.

«Привет, Мастер», — приветствовал его Кровопролитие. «Я уловил след текучести, как ты приказал».

«Текучесть?» — спросил он, поворачиваясь лицом к неустойчивому следу. «Хм…»

Ну... воздух был жидкостью, предположил он. Это было не то, что он ожидал увидеть, но для всех целей и намерений это было бы вполне нормально.

«Отличная работа, Кровопролитие!» — сказал он. Затем он бросился вперед и атаковал бедный остаток. «Держи эту штуку при себе», — приказал он.

Несколько секунд спустя беспомощная эфирная конструкция была на грани рассеивания. Как раз в тот момент, когда она начала распадаться, эфирная оболочка Гидравлического Напряжения вылетела из его души и поймала ее, затянув обратно внутрь.

Действительно, это был лучший выбор для его первого обновления Гидравлического Напряжения. Была возможность использовать гидравлическое давление, но это просто повторило бы ошибку, которую он совершил с Струящимся Ударом и Пучинами Бездны.

Когда кто-то думал о вязкости, он не думал о воде. Они думали о меде, сиропе, масле, мыле или какой-то другой густой жидкости. Но это не меняло того факта, что были вещи более жидкие, чем вода. Воздух был одним из примеров.

Использование концепции текучести на Гидравлическом Напряжении снизило люфт, увеличило скорость и сократило расход эссенции. Не было никакого увеличения мощности, но это было прекрасно. Мощность стоила дорого. И для него он уже платил кровавую цену за Струящийся Удар.

Если он продолжит идти по пути смехотворно дорогих Струящихся ударов, то другие способности должны будут быть максимально экономически эффективными.

Когда он покинул Незер, он дал своей недавно улучшенной способности пройти тест. Изменение было сразу заметно. Раньше у нее была неловкая задержка, из-за которой он напрягался. Теперь это было в прошлом. Фактически, он мог держать способность активной все время, и это ощущалось совершенно естественно как пассивное улучшение производительности мышц.

Очевидно, это было недопустимо, если он хотел, чтобы его запасы эссенции не испарились в воздухе. Поддержание его в активном состоянии во время движения потребляло в среднем около 0,5% эссенции в секунду. Это означало, что у него оставалось всего несколько минут до того, как закончится сок.

Использование этого было чертовски приятным. Это также не напрягало его мышцы так сильно, оставляя после себя ощущение, что он хорошо потянулся.

«Так вот в чем сила не быть идиотом?» — подумал он в шутку, с благоговением глядя на свою руку.

Но все же это действительно заставило меня взглянуть на вещи с другой стороны. Неудивительно, что эта способность имела такую ​​репутацию.

Он закончил свою небольшую тренировку, пополнив запасы эссенции. Затем он отправился на очередную охоту.

Третий день охоты прошел гораздо лучше первых двух, и он закончил счет на отметке 14 429 долларов. Это было меньше денег, чем днем ​​ранее, но они были заработаны с меньшими сложностями. На этот раз он свел потребление энергетических напитков к минимуму и немного усерднее старался поддерживать свою выносливость. Он больше не бегал по карьерам и не мчался обратно в вестибюль, чтобы продать свой товар.

Однако он лазил по деревьям, тщательно отслеживая все, что происходило поблизости. Вместо того чтобы бегать туда-сюда, он не спеша упаковывал трупы и переносил по десять за раз.

В тот день он увидел двух девиантов — белого и оранжевого, вероятно, связанных со светом и огнем.

Он держался на почтительном расстоянии от обоих. Белый мог использовать Ослепляющую Вспышку, которая была отвратительной вещью, чтобы попасть под нее, а огненный мог использовать... огонь. И он понятия не имел, какие у них таланты. В любом случае, сражаться с ними было не очень хорошей идеей.

Его улучшенное Гидравлическое Напряжение было приятно использовать в бою, а Кровавый Кастет, хотя и был довольно бесполезен, становился все менее и менее хрупким каждый раз, когда он использовал эту способность. И она быстро росла, достигнув 52% прогресса за один день боев. Большинство способностей нулевого этапа быстро росли, когда их использовал двухзвездный, и, учитывая, как далеко он зашел, прогресс не стал сюрпризом.

Дотащив последний груз, он подошел к ближайшей скамейке и поник. Он был чертовски уставшим. Больше морально, чем физически. Это был тяжелый рабочий день, и у него не было никакого желания заниматься спортом или учиться.

Он полез в сумку и вытащил свой блокнот. На самом деле он вытащил его из своего Кольца Хранения. Он просто пытался сделать вид, что он был в его рюкзаке.

Как раз когда он собирался записать свой прогресс за день, к нему подошел человек. Это был мужчина среднего роста, наполовину азиат. На первый взгляд он показался немного занудным с аккуратными волосами, зачесанными на бока, и громоздкими доспехами. На второй взгляд стало очевидно, что этот человек был силен.

Его оборудование было в отличном состоянии, но не выглядело новым. Было много следов ремонта, но они были едва заметными, явно высококачественной работы. И много работы. Он был одет в толстую черную куртку с дутым жилетом поверх нее, темные брюки, частично покрытые чешуей, и ботинки, которые, как знал Фредди, должны были стоить не менее ста тысяч долларов. На спине у него также висел шлем.

Он вернул блокнот обратно в сумку и осторожно поприветствовал мужчину: «Здравствуйте. Чем могу вам помочь?»

«Прошу прощения, если это грубый вопрос», — начал мужчина четким, хорошо поставленным голосом, — «но это вы тот человек, которого вчера нашли без сознания за пределами королевства?»

«Почему это тебя беспокоит?» — спросил он с легким раздражением в голосе.

«Пожалуйста, не обижайтесь», — настаивал мужчина. «Я просто пришел спросить о женщине, которая привела вас внутрь».

Его глаза сузились. «Какая женщина?»

«Простите?» — спросил мужчина. «А, вы не знаете?»

«Сотрудники сказали мне, что этот человек пожелал остаться неизвестным», — ответил он.

«Это облом», — сказал мужчина, вздохнув.

«Можете ли вы хотя бы сказать мне, как она выглядит?» Он все еще не имел ни малейшего понятия, о ком говорил этот человек.

«А, точно, извини. Ее должно быть легко узнать — кожа шелушится, и она выглядит опухшей. Кроме этого, она блондинка и у нее фиолетовые глаза».

Его глаза под шлемом расширились, он едва не задохнулся.

Вот кто меня сюда притащил!? Эта сумасшедшая сука!?

Он сразу испугался, что она могла что-то с ним сделать, но... ну, все его конечности были на месте. И он не почувствовал ничего тревожного.

Мужчина, говоривший с ним, внезапно обернулся и крикнул: «Эй! Мисс!»

Фредди поднял голову и увидел женщину, о которой они говорили. Она выглядела значительно хуже, чем когда он видел ее вчера и как раз собирался войти в проход.

Мужчина бросился за ней, и она остановилась, повернувшись к нему лицом. Они были довольно далеко от того места, где был Фредди, поэтому ему пришлось напрягать уши, чтобы услышать разговор. Без таблетки, усиливающей восприятие, он, вероятно, ничего бы не понял.

Они быстро поговорили. Мужчина представился как Филлип Паркер и сказал женщине прекратить копаться в проходе. Ее не обязательно запрещали — ну, пока нет. По-видимому, она не приносила трупы убитых ею монстров обратно в вестибюль. Оставлять тела после себя не запрещалось, но она не принесла ни одного.

Это не было бы большой проблемой, если бы она отдавала трупы другим искателям, но, судя по всему, то, что она с ними делала, заставляло их быстро гнить и разлагаться в течение нескольких часов.

Это был по сути вандализм. Доступ в этот мир был свободным, потому что охотничья плата покрывала цену. Ее стиль охоты не был разрешен.

Она много извинялась, говоря, что начнет приносить трупы обратно. Мужчина сделал ей строгое, но вежливое предупреждение и ушел, посоветовав ей беречь себя и лечить все, что у нее есть, пока не стало хуже. Какой славный парень.

Женщина обмякла, когда начала поворачиваться. Ее глаза на мгновение метнулись в его сторону, но она просто вздохнула и повернулась, идя по проходу.

Кулаки Фредди сжались. Какое, черт возьми, ей дело? Разве она не помогла ему попросить то, что ей было нужно взамен?

Ярость закипела в его груди. Это не его проблема, сказал он себе. Она была невероятно подозрительна, утверждал он. Но его гнев только рос. Потому что, несмотря на все усилия, которые он приложил, чтобы остановить себя, его ноги держали его и несли вперед.

Через несколько мгновений он схватил женщину за руку. Она вздрогнула и обернулась, удивленная его появлением.

«Скажи мне», — рявкнул он. «Какого черта тебе надо?»

----------

Искры жизни

Филлип вышел из Хаба Санторио, глубоко вздохнув. Он провел грубыми пальцами по аккуратно причесанным волосам, когда возвращался.

У него был не лучший день в жизни. Вся прошлая неделя была ужасной, на самом деле.

Всего несколько минут назад он закончил поручение, которое ни в коем случае не должно было быть его обязанностью. Он не только чувствовал себя ужасно из-за того, что испортил день той женщине, но и потерял несколько часов, разыскивая ее.

«Этот человек действительно возмутителен», — прошептал он, качая головой.

Медленно, но верно его шаги привели его обратно в учебный центр Санторио. Там он поприветствовал щеголеватого клерка и направился по правому коридору, пройдя большую часть объекта, пока не добрался до лифта.

Четыре кнопки были сбоку, включая ту, на которой он находился. Остальные были для трех верхних этажей. Вместо того, чтобы прикоснуться к любой из них, он вынул ключ из своего кольца для хранения и поднял небольшой, почти невидимый люк. Он вставил ключ и повернул его. Из кристалла, встроенного в стену, раздался приятный звон, и лифт тронулся. Но он не поднялся — он спустился в приватную часть здания.

После почти минутного ожидания он вошел в подземную камеру. Массивы гиперспециализированных машин и другого оборудования пустовали, поскольку в тот момент ими никто не пользовался.

Не колеблясь, он повернулся и пошел к двери в дальнем конце комнаты. Он прижал палец к сканеру, и через несколько мгновений дверь поднялась. Еще до того, как она полностью открылась, он уже двигал головой вправо, чтобы уклониться от снаряда, который, несомненно, прилетит.

Как и ожидалось, он вовремя увернулся от 10-килограммовой гантели, которая могла разбить ему лицо.

«Что я говорил о том, чтобы не беспокоить меня во время тренировок, гребаный ботан!?» На полу зала для симуляции боевых действий, скрестив ноги, сидел высокий мужчина без рубашки, демонстрируя свое рельефное телосложение, испещренное несколькими выцветшими шрамами, и длинные, пышные, светлые волосы, завязанные в хвост за спиной.

Этим человеком был Джейкоб Санторио. Двадцатитрехлетний негодяй , который не уважал никого и ничего.

Семья Джейкоба была достаточно могущественной, чтобы Филипп не мог использовать свою собственную силу в качестве щита против него, поэтому ему приходилось терпеть все, что этот человек бросал в него, будь то настоящие снаряды или глупые поручения, которые должны входить в обязанности сотрудника хаба.

«Извините за беспокойство, Джейкс», — ехидно сказал Филлип. «Но, согласно нашему соглашению, я имею право приходить сюда, когда захочу, даже если ваше королевское высочество занято позированием на земле».

«Следи за языком, сырный стейк», — парировал Джейкоб. «Я все еще имею последнее слово, останешься ты или нет».

Хотя исключение Филлипа из партии вызвало бы гнев по меньшей мере у троих человек, с которыми не стоило связываться, это не означало, что Джейкоб был достаточно умен, чтобы этого не сделать.

Стиснув зубы, он сглотнул желчь и решил проявить себя как более порядочный человек. «Да, я извиняюсь».

Блондин усмехнулся: «Заткнись. Я работаю над новой способностью».

Нужно было терпение святого, чтобы не сломаться в этот момент и не накричать на этого человека. Во-первых, почему он создавал новую способность в комнате для моделирования боя? Во-вторых, почему он не перешел в комнату для сбора и не сделал это там, как положено? И в-третьих, почему фоновый шум моделирования боя вообще должен его беспокоить? Он никак не мог работать над чем-то настолько деликатным, что требовало абсолютной тишины.

Конечно, он знал почему.

Потому что Джейкоб был избалованным парнем.

Сдерживая еще один вздох, он оказал услугу мужчине. Он планировал немного попрактиковаться против кукол, но его вполне устраивало немного потренироваться, пока Джейкоб не закончит с тем дерьмом, что он делал. Он сел на землю и сосредоточился. Его сущность влилась в его кости. Благодаря своей металлическому сродству он сосредоточился на металлических свойствах кальция, как...

Внезапная боль пронзила его голову и шею, когда металлический лязг отдался эхом в его черепе. Открыв глаза, он заметил еще один 10-килограммовый звон гантели о землю неподалеку, когда небольшая струйка крови потекла по его голове. «Какого хрена, Джейкоб!?» — закричал он, его терпение наконец иссякло.

«Что, черт возьми, ты делаешь!?» — закричал мужчина, как будто это Филипп сделал что-то не так.

«Что я делаю, как тебе кажется!?» — спросил он, затыкая рукой кровоточащую голову. «Я пытаюсь успокоиться!»

«В камере боевого моделирования этого делать нельзя!» — сказал мужчина.

Он посмел... Он посмел сказать это!?

Ярость закипела в его груди, но прежде чем он успел что-либо сказать, мужчина вытащил из своего кольца для хранения еще одну гантель, швырнул ее в него и закричал: «Это мой спортзал!»

Филипп едва успел увернуться, когда мужчина продолжил кричать: «Мои правила! Дома можешь делать все, что хочешь, но здесь ты слушаешь меня!»

Двое мужчин уставились друг на друга. В конце концов, Филлип отвернулся с сердитым ворчанием, встал и вышел из комнаты.

«Всего шесть месяцев, — сказал он себе. — Всего шесть месяцев, и тебе больше никогда не придется его видеть».

Его воспитали так, чтобы он всегда был большим мужчиной. Вместо того, чтобы закатить истерику, которая привела бы к конфликту между их семьями, он проглотил свою гордость и ушел. Филлип открыл выход, не сводя глаз с хихикающего мужчины-ребенка.

Как только дверь открылась, вошла брюнетка с короткой стрижкой в откровенном наряде. «Эй, ребята, что с вами случилось?» — заметила она, глядя на кровь, текущую по его лицу.

Это была Рейчел Блэк, вторая из трех других людей в их группе. Пока что его впечатление о ней было как о легкомысленной... Хм... Был ли более уважительный синоним для слова «шлюха»?

Он скорее зарычал, чем улыбнулся, наклонив голову в сторону мужчины-ребенка.

«Мы спарринговались, и он немного замялся», — весело сказал Джейкоб. «Ничего страшного, правда, Филлип?»

Его натянутая улыбка исчезла. Только в этот раз он решил не быть большим мужчиной. «Твой парень бросил гантель мне в голову», — сообщил он ей.

К его удивлению, женщина просто рассмеялась и спросила: «Почему ты не увернулся?»

Какая милая девочка.

Кивнув, он слегка улыбнулся. «Может быть, если бы внутренняя часть моей головы была такой же легкой, как у тебя, я был бы немного быстрее», — выплюнул он, отвернувшись и повернувшись к выходу.

Она уставилась на него, пробормотав себе под нос: «Какой придурок», в то время как пронзительный взгляд Джейкоба прожег дыру в его спине.

Его прервал вошедший еще один человек. На этот раз это был брюнет, его лицо среднего возраста было покрыто многочисленными шрамами.

Теодор Осборн.

Из трех товарищей по команде, он ненавидел этого человека меньше всего. Он был немного подлизой, но, по крайней мере, он был подлизой с равными возможностями.

«Хе-хе-хе, пацан. Во время тренировки все немного пошло не так?» — спросил старший мужчина, игриво хлопнув себя по плечу. «Вот, держи; я немного поработал над этим; может, поможет», — сказал он, поднимая руку и направляя свое святое сродство.

Базовая способность исцеления протекла сквозь пальцы мужчины и радикально облегчила боль, которую чувствовал Филлип. Она была сверхъестественного качества, как и все заклинания святой близости, но она была слабой, достаточно сильной, чтобы остановить кровотечение на время, пока он не применит более постоянное решение.

«Спасибо», — сказал он, проходя мимо мужчины и направляясь в одну из комнат для собраний.

«Привет, Тео!» — поприветствовал Джейкоб вошедшего. «Ты уже слышал что-нибудь от этого парня?» — спросил он как раз вовремя, чтобы двери захлопнулись и Филлип остался в тишине.

Какая изматывающая компания. Он отчаянно надеялся, что тот, кто пройдет это чертово собеседование, не окажется полным мудаком.

Теодор вошел в комнату, пройдя мимо Филиппа и Рейчел.

«Привет, Тео!» — поприветствовал его Джейкоб. «Ты уже слышал что-нибудь от этого парня?» — спросил мужчина, когда Филипп вышел из комнаты, прижимая к себе кровоточащую голову. Двери закрылись.

Он на мгновение замер, поджав губы. Он пока ничего не слышал от Лиама, потому что... ну... они не были настоящими друзьями. Но, честно говоря, даже с этим...

«Я ничего от него не слышал», — сказал он, пожимая плечами. Но он знал, чего ожидать от общения с этим человеком некоторое время. «Но не возлагай больших надежд…»

«Этот парень, вероятно, слишком упрям, чтобы явиться».

Стоя немного в глубине пограничного мира, практически прямо перед большим проходом, Фредди потянул женщину за руку, удерживая ее на месте и ожидая, пока она ответит на его вопрос.

Она оглянулась на него. «Что?» — спросила она, ее голос слегка дрожал.

«Я сказал», — повторил он, — «что вы хотите ?»

К его полному недоумению, женщина вдруг прослезилась. «Я... я извиняюсь! Я вас чем-то обидела?» — кротко спросила она.

«Это ведь ты вчера привел меня внутрь, да?» — спросил он.

«Н-надо было…» — заикаясь, пробормотала она. «Разве мне не следовало этого делать?»

«Нет, я имею в виду...» Он внезапно обнаружил, что ему трудно подобрать нужные слова.

«Мне жаль!» — снова извинилась она. Потом она начала рыдать.

Он резко отпустил ее руку и сделал шаг назад. Стороны вокруг них посмотрели в их сторону и бросили на него кинжальные взгляды. Честно говоря, он хотел, чтобы земля разверзлась и поглотила его целиком.

«Пожалуйста», — начал он, умиротворяюще поднимая руки и смягчая тон, пытаясь спасти ситуацию. «Перестань плакать. Я просто хочу знать, почему ты подошла ко мне на днях».

У нее перехватило дыхание, когда ее глаза, сияющие яркой искрой надежды, поднялись, чтобы встретиться взглядом с двумя отверстиями в его шлеме. «Ты собираешься дать мне...»

Его палец мгновенно метнулся и прижался к ее раздутым губам, остановив ее прежде, чем она успела закончить свой вопрос. «Давай уйдем куда-нибудь в уединенное место, ладно?»

Женщина, которая теперь молчала как никогда, быстро кивнула.

Они вдвоем спустились по одной из самых безопасных троп, затем поднялись по каменистой местности, пока не нашли небольшую скрытую дыру, возможно, пять метров в диаметре, расположенную между несколькими большими валунами. Они спустились вниз, где он сел на ближайший камень, положил локти на колени и скрестил пальцы.

Женщине стало не по себе под его взглядом.

Он не просил поговорить с ней просто по доброте душевной. Главной причиной, по которой он был там, был разговор женщины с тем мужчиной. Он сказал что-то о том, что она заставляет трупы горелов гнить и увядать.

Обычно большинство людей предположили бы, что это означает, что она была архичеловеком, связанным со смертью. Но это не имело смысла. Заклинатели, связанные со смертью, могли это сделать, конечно, но определенно не на ее уровне силы.

Он предполагал, что она была архечеловеком жизненного сродства. И если его догадка была верна, он примерно представлял себе, что делал ее талант.

«Ты...» — начал он, прищурившись под шлемом. «Твой талант как-то связан с искрами жизни, не так ли?»

Глаза женщины на мгновение расширились, но она не была слишком удивлена. Она кивнула. Для любого, кто знал, что такое искры жизни, это было довольно очевидно.

Та вещь, которую Мадам дала ему после убийства доктора, была, по сути, захваченной искрой жизни. Вся жизненная сила, или, скорее, «жизненная сила», которую живое существо содержало в своем теле, была частью его искры жизни. Вещи не умирали по-настоящему, пока все клетки в их теле не были мертвы, поэтому, если кто-то силой извлек искру жизни из недавно умершего трупа, он немедленно начинал гнить, поскольку все клетки прекращали функционировать одновременно.

Единственной причиной, по которой он обладал этими знаниями, было то, что он искал способы заполучить что-то вроде сердца того доктора. Это был один из лучших инструментов, которые у него когда-либо были в жизни, и эта женщина могла быть как раз ключом к тому, чтобы снова заполучить его. Потому что не было никакой надежды заполучить его иначе.

Не то чтобы он мог купить его в магазине. Только четырехзвездные архилюди обладали способностью улавливать искры жизни без определенного таланта, а вступить в контакт с Лордом, не говоря уже о том, чтобы заставить его сделать то, что он хотел, было для него просто невозможно.

Он глубоко вздохнул, обдумывая свои следующие слова. Сначала он должен был знать, чего именно она от него хочет и почему. «Я спрошу тебя еще раз — чего ты хочешь?» Но прежде чем женщина успела ответить, он добавил: «Сначала скажи мне, почему ты обратилась ко мне».

Женщина сглотнула. «Потому что у тебя есть высшая...»

«Ты ошибаешься», — тут же возразил он. «У меня нет таланта целителя высшего качества». Честно говоря, он знал, что больше не сможет этого скрывать, но если он продолжит отрицать, женщина, возможно, раскроет, как она об этом узнала.

«У тебя есть!» — закричала она. «Извините, я не хотела кричать... эээ...»

«Зачем тебе часть моего тела?» — спросил он, но тут же заметил нерешительность на ее лице. «Я точно знаю, что это как-то связано с какой-то твоей болезнью. Не знаю, смотрелась ли ты в зеркало, но сегодня ты выглядишь гораздо хуже, чем два дня назад».

Она поморщилась.

«Ты можешь скрывать все, что хочешь, — сказал он, — но не жди, что я буду сотрудничать, если ты не собираешься быть со мной честной». Это было справедливо. Пока она не докажет, что ее талант не повредит ему, он не собирался иметь с ней дело.

Сделав глубокий вдох, она села на землю и скрестила ноги. Действие казалось болезненным, учитывая ее морщась и шипя. Затем она подняла ладонь перед собой, и мгновение спустя над ней засиял маленький розовый свет.

Когда он это увидел, его глаза расширились.

«Мой талант, — начала она свое объяснение, — это Манипулирование Искрой Жизни».

Он сглотнул. Это было что-то, конечно. Искра жизни, существующая отдельно от живого существа, была достаточно абсурдной и уже чем-то, чего мог достичь только талант. Теперь, в зависимости от того, что она могла с ней сделать, это могла быть либо божественная сила, либо, судя по ее текущему состоянию, в основном бесполезная.

«Я могу манипулировать искрами жизни определенным образом», — продолжила она. «Но есть условия, и это далеко не так просто, как я надеялась, когда получила свой талант. Во-первых, я могу «украсть» искру любого живого организма без души. Это касается растений, маленьких жуков, недавно убитых существ или свежих частей тела. Затем», — сказала она, поднимая вторую руку и проявляя другую, немного более яркую искру, — «я могу объединить их». Она немедленно продемонстрировала.

Но предостережение было сразу же очевидно. Когда две искры слились, получившаяся была не такой яркой, как обе вместе взятые, а где-то посередине. «Как вы видите», — вздохнула она, — «это относительно бесполезно. Но есть и другая функция». Рядом с ней росло небольшое растение. Это был густой, тускло-зеленый куст. Она потянулась к нему и сорвала горсть листьев. Затем она извлекла из него искру.

Хотя она была немного слабее других, которые она показывала, самым большим отличием было то, что эта искра мерцала. «Когда живое существо ранено или больно, его жизненная искра становится нестабильной. Как только недуг исцеляется, искра снова стабилизируется. Но пока она все еще нестабильна», — она поднесла другую искру ближе к нестабильной и соединила их, но на этот раз результат был другим: искра вообще не росла, но она перестала мерцать — «я могу «подкормить» ее другой искрой, чтобы стабилизировать ее».

Она снова повернулась и сорвала еще одну горсть листьев, на этот раз с совершенно другого растения. «Я могу сделать это, пока искра все еще является частью живого организма». Она продолжила вставлять вновь объединенную искру в поврежденное растение. Отсутствующие листья мгновенно выросли снова, возникая с такой скоростью, что это на мгновение шокировало его. Но снова, обратная сторона была легко очевидна.

Хотя растение снова стало целым, теперь оно слегка провисло, а на поверхности листьев появились признаки изменения цвета.

Его взгляд переместился с обвисшего растения на женщину, которую он нашел грустно вздыхающей. Так вот что с ней случилось. Должно быть, она залечила травму посредством такого слияния и теперь страдала от последствий.

Но что-то другое было у него на уме. «Твой талант незаконен?» — спросил он прямо. Если причина, по которой она к нему обратилась, была такой, какой он ее считал…

«Что?» — спросила она, явно сбитая с толку. «Нет! Почему ты так думаешь!?»

«Этот побочный эффект», — указал он. «Это потому, что искра исходит от двух разных видов?» Если это так, то она могла исцелить себя только искрами других людей.

«Нет!» — отрицала она, но потом нахмурилась и задумалась. «Ну, нет, не совсем. Возникла бы проблема, если бы я попыталась использовать искру жизни растения, чтобы исцелить животное, но пока это два животных, два жука или два растения, с этим не должно быть никаких проблем... особенно...»

«Так в чем же подвох?» — спросил он.

«Ну… нестабильная искра переваривает стабильную. Она использует переваренную жизненную силу, чтобы заполнить свои трещины, но это не идеальное решение. Жизненная искра — это все, чем является организм. Все несовершенства и изъяны встроены непосредственно в жизненную силу. И если несовершенная жизненная сила используется для исцеления травмы…»

«Исцеление также будет несовершенным», — закончил он за нее предложение, наконец поняв, что она ищет.

Она кивнула. «Когда живые существа получают травмы, искра теряет жизненную силу. Я чувствую это, и когда я встретила тебя, я думала, что горель, с которым ты сражаешься, — это то, что я искала, но это... Это не так; это был ты», — сказала она, ее глаза горели, когда она смотрела на него. «Если то, что я почувствовала, было жизненной силой, потерянной во время незначительной травмы, я даже не могу себе представить, как выглядит твоя жизненная искра. Если бы я вынула ее из твоего тела, она, вероятно, ослепила бы меня!»

Ему не понравилась эта формулировка, но он проигнорировал ее, продолжив отрицать. «Но это не значит, что у меня есть талант целителя».

«Ну», — начала она, — «либо это, либо ты самый богатый человек на всей планете», — сказала она, немного посмеиваясь с неловкой улыбкой на лице.

Он кивнул. Он знал о ее таланте, чтобы уверенно сказать, что она не представляет реальной угрозы. К счастью, она все еще не знала, как работает его талант —

«Кроме того, я видел, как ты наступил на растение по пути сюда. Из высвободившейся жизненной силы очень малая ее часть была отфильтрована и впитана в твое тело. Так работает твой талант!?»

Он схватил свой шлем и глубоко вздохнул. «К черту мою жизнь…» — прошептал он.

Итак, как ему заставить эту женщину замолчать?

----------

Новый союзник?

Фредди сидел на валуне, держа шлем обеими руками. Женщина, с которой он разговаривал, все время твердила о возможных способах работы его таланта, все это было слишком близко к истине, что бы оставаться спокойным.

Не было никаких доказательств существования «удачи» или «судьбы». Но если они и были, то его были мусором. Он давно перестал делать ставки на то, что все просто сложится для него.

Дело в том, что большинство талантов, около 60-70 процентов, были просто прямыми усилениями какой-то физической или умственной характеристики. Они различались в более мелких деталях, но было много случаев, когда бесчисленное множество людей обладали практически идентичными талантами.

Его талант технически относился ко второй по распространённости категории: простые усиления — в данном случае регенерация, но с условием активации — в данном случае нанесение урона.

Было много таких талантов. Увеличение силы, которое активировалось только против нескольких противников, или усиление регенерации, которое становилось сильнее с увеличением нанесенного урона, или увеличение скорости, которое активировалось после парирования удара, — но эта единственная дополнительная переменная имела колоссальное влияние.

Гораздо большее количество таких талантов было уникальным. Конечно, у многих людей был талант регенерации с условием, связанным с убийством или сражением, но, скорее всего, ни у кого больше не было 1% Вампиризма с прикрепленным к нему лечением высшего качества.

Эта женщина знала более или менее точно, в чем его талант. Если бы она распространила эту информацию, часть информации, которая служила бы более или менее уникальным идентификатором для него, вышла бы в мир.

Информация была силой. Поэтому неудивительно, что многие люди зарабатывали деньги, собирая ее. То, что казалось обыденным слухом о том, что делал его талант, могло в конечном итоге оказаться в информационном пакете, который один из этих дилеров продавал крупным организациям. И в основном каждая крупная организация покупала такие пакеты тысячами.

Затем их сотрудники сортировали эту информацию и сообщали обо всем важном своему начальству.

Шансы на то, что это станет проблемой, были ничтожно малы.

Но не были равны нулю.

Существовала ненулевая вероятность того, что такой слух достигнет клана Крэйвен или Мадам.

Мадам была более вероятна.

Она не только точно знала, в чем заключается его талант, но и была более искусна в сборе такой информации.

Хоть это и было ничтожно мало, такая возможность была.

И если это возможно, он не хотел, чтобы кто-либо когда-либо узнал, что он все еще жив.

«Эй, ты в порядке?» — спросила женщина, вероятно, наконец поняв, что он не обращает внимания ни на одно слово из того, что она говорит.

«Да, я просто... у меня просто появились некоторые идеи», — неопределенно ответил он.

«О... Хорошо... Так ты...?»

Он вскочил, вскочил на ноги. Женщина была застигнута врасплох и отступила назад, когда он выпрямил свое громоздкое тело и посмотрел на нее сверху вниз. «Я думаю, наши таланты могли бы очень хорошо объединиться».

Она медленно кивнула. «Это значит, что...»

«Что вы скажете насчет того, чтобы сформировать со мной команду?» — предложил он.

Ее глаза расширились, и она запнулась. «Я бы... Я думаю, это было бы здорово. Но разве мы не должны сначала...»

«Отлично!» — воскликнул он, протягивая ей руку и с энтузиазмом пожимая ее.

У него не было способа заставить ее замолчать. Но сохранение их синергии в тайне было бы в ее интересах, если бы они стали членами партии. Это было временное решение в лучшем случае, но оно сработало бы, пока он не придумает что-то другое.

В худшем случае ему придется снова сменить личность и...

Его мысли были прерваны, когда женщина внезапно обрыгнула его куртку. Она издала противную, мокрую отрыжку и закашлялась. «Мне так жаль!» — извинилась она. «О, это так неловко. Я просто почувствовала внезапный приступ тошноты, и я…»

Он использовал Создание Воды и смыл большую часть рвоты. Точно. Она умирала, не так ли? На кратчайший момент ему в голову пришла мысль, что он мог бы просто оставить ее в покое и позволить ей умереть, унеся с собой в могилу истину своего таланта.

Он тут же отбросил эту мысль. Эта готовность сделать что угодно все еще теплилась в глубине его сознания.

Он был не таким, он не хотел быть таким, и ему было наплевать на опасность для собственной жизни.

На его пути уже осталось достаточно непреднамеренных убийств. Ему нужно было прекратить добавлять больше, пока это не превратилось в привычку.

Оставалось спросить еще об одном: «Являетесь ли вы членом какой-либо официальной организации?»

Женщина посмотрела на него и покачала головой. «Нет», — сказала она. «Я независима».

«А как же семья?» — спросил он. «Друзья? Насколько вы устоялись в этой области?»

Этот вопрос, казалось, немного расстроил женщину, но она ответила: «У меня есть несколько друзей, но я с ними толком не общалась... и, вероятно, не буду в ближайшее время».

«Хорошо», — сказал он. Это было все, что он хотел знать.

Когда женщина взяла себя в руки, он снял перчатку с правой руки, на которой не было колец, и спросил: «У тебя есть нож?»

Она с энтузиазмом кивнула, вытаскивая один из воздуха, безрассудно показывая, что у нее есть предмет для хранения. Ну, не то чтобы она особенно старалась спрятать подозрительное кольцо на пальце. Он снова вздохнул. Да... это была женщина, которой никогда нельзя доверять хранить секреты.

Нож, который она ему вручила, был суперострым, так что отрезать палец было бы достаточно легко. Пока он мысленно выбирал, какой из пальцев принести в жертву, она сказала: «Подожди! Мне понадобятся два пальца, на самом деле».

Он поднял бровь под шлемом, но все равно повиновался, отрезав себе мизинец и безымянный палец одним плавным взмахом. Он также непреднамеренно немного порезал средний палец, не будучи искусным в обращении с оружием. Он заставил кровь свернуться небольшим всплеском эссенции крови, и его раны закрылись. Небольшое преимущество кровного родства.

Женщина поймала летящие пальцы в воздухе, а затем принялась... складывать их вместе? Две кровавые дыры были соединены, и прежде чем он успел спросить, какого черта она делает, они вспыхнули небольшой вспышкой розового света и слились.

Ее полустрадальческое выражение лица медленно сменилось искренним весельем, когда она засветилась, как свеча. «Ха-ха-ха…» — усмехнулась она. «Сработало», — сказала она, начиная плакать. «Сработало!» — закричала она от радости.

Он не чувствовал себя таким уж воодушевленным, когда наблюдал за кривым двойным сращением пальцев в ее руках. Он наблюдал, как оно дергается, и чувствовал, как его обед бурлит в его желудке.

Она выдохнула. «Ладно, теперь посмотрим, сработает ли это».

И снова, прежде чем он успел спросить, что именно, она влила в палец жизненную сущность. Он знал, что она делает, ну, по крайней мере, ориентировочно. Перегрузка живой ткани жизненной сущностью мутировала каждую клетку в менее специализированную. Это сделало бы пальцы менее пальцами и более просто большой массой сильно взаимосвязанных, но независимых одноклеточных организмов. Вот как это сердце, которое дала ему Мадам, могло питаться мясом.

Он знал, что она делает и почему она пытается это сделать, но... он не был уверен, что это сработает. Оба они с трепетом наблюдали, как пальцы, казалось, расплавились, сливаясь в шар невзрачной розовой ткани. Когда слияние было завершено, женщина посмотрела на него. «Пожалуйста, можешь принести труп горела?» — попросила она.

Он ожидал, что она попросит его сделать это. Не колеблясь, он вскочил на ближайший валун и выскочил. Вскоре после этого он обнаружил небольшую группу рабочих. С помощью Гидравлического Напряжения он бросился в толпу, размозжил череп ближайшему горелу и потащил его обратно, где его ждала женщина.

С трупом в руках женщина использовала нож, чтобы отрубить большие куски мяса и скормить их маленькому шарику розовой ткани, по одному куску за раз. Маленький шарик жадно пожирал их, медленно увеличиваясь в размерах, пока не увеличился вдвое.

Сглотнув, женщина нервно прижала к нему палец. Через несколько мгновений ее улыбка вернулась. «Оно не потеряло ни капли качества!»

Это было грандиозно.

Эта куча тканей не могла прожить дольше полугода, но в течение этого периода...

Многочисленные куски мяса проникали в шар ткани, пока весь труп горела не исчез. Затем женщина использовала манипуляцию эссенцией, чтобы аккуратно отделить небольшой кусочек ткани, который она отложила в сторону.

Нажав пальцами на больший кусок, она заставила большую массу мяса сморщиться и прекратить извиваться в одно мгновение. Затем ее тело начало меняться.

Ее шелушащаяся кожа сбросила излишки, свисающие кусочки, и обесцвечивание быстро исчезло. Ее раздутое лицо начало сочиться жидкостью, сжимаясь, и почти постоянное хмурое выражение боли исчезло с ее лба, когда она медленно выдохнула.

Они оба уставились на дисплей, открыв рты от изумления.

Ее яркие, фиолетовые глаза смотрели на два отверстия в его маске. Она была действительно красива, теперь когда ее лицо не выглядело так, будто она проиграла битву со стеной.

На ее лице долгое время играло жуткое выражение. Она выглядела почти как наркоманка, которая только что приняла большую дозу своего любимого наркотика. Этот взгляд вызвал у Фредди неприятные воспоминания.

Мелодичный смешок сорвался с ее губ, когда она прижала руки к лицу. «Принеси мне еще горель», — сказала она.

Он не двинулся с места.

«Эээ…» Она замялась. «Пожалуйста?»

Фредди медленно поднял руку и использовал Создание Воды. Поток жидкости хлынул на женщину, смывая выброшенные жидкости. «Ты воняешь дерьмом», — услужливо добавил он.

Женщина быстро моргнула. «Спасибо... я полагаю».

Он вздохнул и взобрался на ближайший валун, ища очередного гореля, чтобы принести его обратно.

Фредди уставился на два отросших пальца на своей руке. Если у цели была душа и она соглашалась на это, женщина могла использовать эти искры, чтобы исцелить ее. Она только что сделала это с ним, и он уставился в изумлении.

Они были не такими идеальными, какими могли бы быть, если бы его талант отрастил их заново; он это чувствовал, но этого было достаточно, чтобы сделать одну вещь очевидной.

Он наблюдал, как женщина создала седьмой сгусток плоти и высосала из него искру жизни. «Вот и все», — сказала она. «Я могу хранить в своем теле только пять за раз».

«Только?» — спросил он, хихикая. «Ты хоть представляешь, насколько это мощно?»

Она кивнула. «Да, черт возьми! Я, наверное, только что стала лучшим целителем, типа, когда-либо!»

«Лучший целитель, да?» — повторил он с ноткой резкости в голосе.

«Что?» — спросила она. «Есть проблема?»

«Нет... нет, я просто задаюсь вопросом», — сказал он. «Знаешь, просто мы официально стали командой, и я думаю, будет лучше, если ты будешь держать меня в курсе того, для чего ты хочешь использовать эту силу».

Она напряглась, нахмурившись. «Что ты имеешь в виду?»

«Поправьте меня, если я ошибаюсь, но я только что спас тебе жизнь, не так ли?» — спросил он.

Выражение ее лица потемнело. «Да... и?»

«Расслабься», — призвал он. «Я не собираюсь пугать тебя или что-то в этом роде. У меня есть только одна просьба. Не позволяйте никому узнать об этом», — медленно произнес он, угрожающе наклоняясь, чтобы сделать свою точку зрения максимально ясной. «Никто. Ни один человек не должен знать, как работает синергия между нашими талантами».

Похоже, это было не то, что она ожидала услышать. «Ты хочешь, чтобы я сохранила это в тайне?»

«Да», — сказал он. «У нас были бы большие проблемы, если бы люди узнали о том, что мы можем сделать».

«Конечно», — подтвердила она, немного расслабившись. «Это само собой разумеется. Нас, вероятно, посадили бы в тюрьму, как животных, и выкачали бы все, что у нас было».

Он поднял бровь под шлемом. Ну что ж. Она не была совсем безнадежной, как оказалось.

«Я вообще ничего не собиралась об этом говорить», — сказала она. «Сказав это, э-э…» — она замолчала. «Привет?» — Она помахала ему рукой. «Если мы собираемся работать вместе, разве мы не должны представиться?»

Он усмехнулся. «Меня зовут Лиам Джонсон», — сказал он.

«Я София Саммер», — представилась она в свою очередь.

«Приятно познакомиться, София».

«То же самое, Лиам», — сказала она. «Ты не против снять шлем, чтобы я могла увидеть твое лицо?»

«Я бы хотел его оставить», — отказался он. «По личным причинам».

Она кивнула. «Если это то, чего ты хочешь».

Он внимательно посмотрел на нее, и легкая улыбка появилась на его лице под маской. «Как ты себя чувствуешь?» — спросил он ее.

«Лучше, чем я когда-либо чувствовала себя в жизни», — сказала она со смехом, протягивая руку над головой. «Серьезно, я чувствую себя прекрасно. Неужели всегда так легко дышится?»

Он усмехнулся. «Ну ладно». Он встал. «Как насчет того, чтобы пойти и посмотреть, что ты можешь сделать?»

Одинокий рабочий обнюхивал листья, выискивая в земле грибы и личинки.

Убедившись, что поблизости нет других горелей, он кивнул женщине, и она вышла вперед.

Она настаивала на бое голыми руками. Это застало его врасплох. Она что, ходила и сражалась с горелами безоружной, как однозвездная? Даже с оружием это было безумным подвигом. И эта женщина тоже могла быть немного не в себе.

Рабочий тут же заметил ее и бросился на нее, сжав свои ложкообразные пальцы в увесистые кулаки.

Он замахнулся на удар сверху, но она ловко увернулась, подкравшись к нему ногой из его слепой зоны и попав прямо в челюсть. Существо закричало, довольно разозлившись на внезапную атаку, когда оно развернулось к ней.

За этим последовала демонстрация мастерства в боевых искусствах, не похожего ни на что, что он когда-либо видел в своей жизни. Женщина сражалась совершенно безоружной, демонстрируя безумный уровень мастерства, нанося один удар за другим. Вскоре она нанесла сильный удар ногой в глаз существа, превратив его в кровавое месиво, и вскоре другой глаз тоже ослеп. Это не помешало ему броситься на нее, так как ему не нужны были глаза, чтобы сориентироваться, но это сделало невозможным для существа предсказать ее следующий шаг.

Один за другим удары обрушивались на голову монстра, пока у него не закончилась энергия.

Она нанесла удар топором по затылку существа, и оно перестало двигаться.

К концу показа Фредди остался с кислым выражением лица. Во-первых, эта женщина была хороша. Намного лучше, чем он. Хотя она утверждала, что полностью независима, никто не станет таким хорошим без обучения с раннего детства.

Это означало, что у нее было прошлое, которое она скрывала.

Он был бы лицемером, если бы критиковал ее за то, что она скрывала свое прошлое. Но это не меняло того факта, что разгневанная семья могла прийти, чтобы найти ее и «позаботиться о нем» в процессе.

«Как долго ты работаешь архом?» — спросил он.

«Примерно три недели», — сказала женщина.

Он моргнул. «Прости?»

«Да, я в этом новичок», — сказала она, хватая ртом воздух. «Но я занимаюсь боевыми искусствами уже почти пятнадцать лет».

«Пятнадцать лет, говоришь…» — прокомментировал он. «Кажется, это ужасно долго, чтобы провести без прайма. К настоящему времени ты мог бы быть как минимум пиковым двухзвездочным. Есть ли причина, по которой ты откладывал это так долго?»

На мгновение она выглядела немного ошеломленной этим вопросом, но довольно быстро взяла себя в руки. «Эх, длинная история».

Он уставился на нее.

«Эээ…» — начала она. «Все в порядке?»

«Да, да… Мне просто интересно, понимаешь», — сказал он. «Я просто предполагаю, но ты, вероятно, ждал так долго по собственному выбору; ну, по крайней мере, по чьему-то выбору, я прав?»

Она встретилась с ним взглядом. «Есть проблема?» — спросила она.

«Нет, нет... Нет... Ничего особенного. Просто скажи мне одну вещь: какова вероятность того, что разгневанный член клана убьет меня, когда придет за тобой?»

Она застыла, услышав вопрос, и уставилась на него широко раскрытыми глазами. «Тебе не о чем беспокоиться», — сказала она. «Я не из такой среды».

Они долго смотрели друг на друга.

«Не пойми меня неправильно», — успокаивал он ее. «Я не пытаюсь тебя в чем-то обвинить. Я просто хочу убедиться, что не впутаюсь в чью-то семейную драму».

«Не беспокойтесь об этом», — сказала она.

«Ладно, ладно», — сказал он. «Ну, тогда, э-э… Пойдем, найдем монстров, которых можно убить».

Им не удалось найти другого одинокого горела, с которым можно было бы сразиться, но вскоре они наткнулись на небольшую группу из трех существ: двое рабочих обнюхивали листья, а охранник лениво сидел в стороне.

Он просто подошел к ним, и когда он был в двадцати метрах, они заметили его. Охранник добрался до него первым из-за своей превосходной скорости.

Его эго было слегка уязвлено, и он почувствовал желание немного покрасоваться. Поэтому, когда появились монстры, он постарался сделать вид, что прикладывает как можно меньше усилий.

Не церемонясь, он начал Струящийся Удар и поднял ногу. Тупое чудовище практически насадилось на его ногу, проглотив удар подбородком и мгновенно умерев. Двое других были не намного лучше, так как получили удар в голову и упали с потоком крови, хлынувшим из их треснувших черепов.

«Ч... Ух ты...» — сказала София. «Это ээ... Это какая-то сила. Разве не много отдачи?»

Он поднял бровь на это. Она могла сказать это, просто наблюдая, как он однажды использовал Струящийся Удар?

«У меня есть талант к исцелению, помнишь?» — напомнил он ей. «Я могу вынести бремя без особых проблем».

Она нахмурилась, затем покачала головой из стороны в сторону, размышляя о логике, стоящей за этим. «Немного экстремально, если ты меня спросишь, но, эй», — она взглянула на труп горела, который принял на себя основной удар Фредди, — «это определенно работает».

Он улыбнулся под шлемом. Плюс одно очко для команды Фредди.

На этой ноте они и начали свою первую совместную охоту, не видя причин останавливаться на достигнутом.

Однако, похоже, у нее тоже было свое эго.

«Ого, что ты делаешь!?» — спросил он, заметив, как она бежит к группе из пяти человек.

«Не волнуйтесь!» — сказала она. «Я просто хочу посмотреть, как я справлюсь с ними».

«Это безумие…» — прошептал он.

Она не преуспела против них. Совсем. Там было двое охранников и трое рабочих. В течение первых двух минут женщина получила две смертельные травмы — первая была ужасным порезом на шее, который почти обезглавил ее, а вторая была длинной раной по всей длине руки, которая могла бы обескровить ее.

Она мгновенно залечила обе раны и просто продолжила бой. Видя, что у нее нет шансов одержать верх, он вмешался и убил горелов, прежде чем они прикончили ее.

«Какого черта!?» — закричала она. «Зачем ты меня прервал?»

«Зачем я...» — заикался он. «Ты хоть представляешь, как близко ты был к смерти раз пять только что?»

«Да», — сказала она, невинно моргая. «Я довольно слаба в рукопашном бою, поэтому я пытаюсь улучшить свои навыки».

Он моргнул ей. «Ты что?» Он усмехнулся. «Ладно, конечно».

«Да, у меня есть несколько вредных привычек, от которых я пытаюсь избавиться», — заявила она.

«И вот как вы решили это сделать?»

Она подняла бровь. «Что в этом плохого?» — спросила она. «Мой талант может излечить до пяти серьезных травм; почему бы мне не использовать это в своих интересах, чтобы тренироваться в условиях высокого риска?»

«Да», — согласился он несколько снисходительно, — «но ведь голова не может вырасти снова, если ее оторвет коготь горела. Понятно? Так что, может, немного сбавим «высокий риск», ладно?»

Что-то в том, как она посмотрела на него в тот момент, не укладывалось у него в голове. «Ладно», — сказала она, садясь на землю. Она вытащила маленький комок плоти из своего Кольца Хранения и начала скармливать ему куски плоти горела, одновременно пытаясь восстановить две искры, которые она потеряла в бою.

Фредди покачал головой, наклоняясь, чтобы сложить в мешки и уложить на вешалку только что убитые ими трупы.

«Что ты делаешь?» — спросила она его.

«Я упаковываю тела?» — ответил он с некоторым замешательством.

«Почему?» — спросила она.

Он моргнул. «Чтобы продать их? Чтобы заработать денег?»

«О! Да, я забыла».

Его челюсть сжалась. Ага. Вот именно, это был тот, кто не работал ни дня в своей жизни. Покачав головой, он закончил собирать трупы.

Они молча вернулись в вестибюль и оставили тела.

Когда они вернулись в царство, женщина указала в направлении. «Эй, на этот раз нам стоит пойти туда».

Ноги у него замерзли. «Эта тропа ведет к нескольким крупным ульям», — сказал он. «Я думаю, лучше их избегать».

«Нет, не волнуйся», — сказала она. «Я охотилась в этом районе, и там не так уж и плохо. Большинство более могущественных партий охотятся там, так что, если что, риск меньше, так как большинство девиантов отбраковываются».

Он покосился на это. Честно говоря, та же идея пришла ему в голову. Правда, в этой области был более низкий риск встречи с девиантами, но там было слишком много горелов. Входы в большие ульи были разбросаны по всему месту, и они были похожи на неиссякаемый фонтан добычи.

Он не особенно боялся больших групп горелов; на самом деле, меньший риск девиантов, вероятно, был справедливой сделкой в ​​его случае. Но для нее... Он взглянул на женщину рядом с собой и приподнял бровь. «Ты уверена, что с тобой все будет в порядке?»

Она закатила глаза. «Я же говорила, я уже некоторое время там охочусь. К тому же, ты забываешь о… ну, знаешь?»

Ну, она была права. Не то чтобы травмы были для кого-то из них большим риском, и с ним рядом с ней вряд ли что-то получит шанс вывести ее из строя прежде, чем он сможет это предотвратить.

Они спустились по тропинке и направились в лес. Он внимательно следил, куда они направлялись, постоянно мысленно сверяясь с тем, где они находились на карте.

Они находились около одного из самых больших входов в большой улей, но этот вход находился в углублении. Если бы они хотели добраться до него оттуда, где они были, им пришлось бы спрыгнуть с небольшой скалы, а у горелов не было привычки так лазать, так что место, где они находились, было относительно безопасным.

«Эй, иди сюда!» — крикнула женщина, перебегая через большой валун.

Куда, черт возьми, идет эта женщина? — спросил он себя, чувствуя себя опустошенным энергичным и беззаботным отношением Софии.

Он пробрался через валун и сполз вниз. Его глаза расширились, когда он понял, где они находятся, и пригнулся. «Чёрт!» — выругался он. Они были прямо на краю обрыва, спрятанные за несколькими хлипкими кустами.

«Иди сюда!» — позвала она. «Иди сюда, посмотри!»

«Иди посмотри что, сумасшедший...!?» — прошептал он с криком. Он застонал, пробираясь сквозь кусты и направляясь к Софии, которая смотрела вниз, в углубление. «Иисус Христос», — позвал он, когда сам увидел это зрелище.

Сотни рабочих, словно муравьиный поток, пробирались по нескольким тропам, проложенным в низине, направляясь в лес.

Они оказались прямо на краю красной зоны, наблюдая сверху за армией врагов.

«Разве это не круто!?» — спросила она. «Давайте немного спустимся. Они гораздо менее скоординированы в больших группах, когда находятся на поверхности. Будет легко убежать», — заявила она, поворачиваясь к нему лицом, яркий свет сиял в ее фиолетовых глазах.

Она, должно быть, издевалась над ним... верно?

«Да ладно», — выплюнул он. «У нас нет на это времени».

«Ты прав!» — закричала она, вставая на ноги. «День может превратиться в ночь в любой момент; нам следует поторопиться».

«Тише!» — попросил он. «А что, если…» Его слова были прерваны, когда она потянула его за руку…

И сбросила его прямо со скалы.

----------

Кровопролитие всегда рядом с тобой

Врезавшись в склон, Фредди приземлился на свой рюкзак и, развернувшись, проехал вниз по оставшейся части короткого холма, поскольку багаж на спине не давал ему катиться, и в конце концов остановился за большим валуном, скрыв его от горелей впереди.

Благодаря своей стойкости и толстой броне он не получил серьезных травм, но его куртка была слегка повреждена и сильно нагрелась от трения.

Вскоре за ним последовала София, изящно соскользнув вниз и приземлившись прямо рядом с ним в приседе.

«Что ты, черт возьми,…» — прошептал он ей, но…

«Тссссс!» — заставила она его замолчать. «Они нас услышат!»

«Ни хрена себе!» — он махнул ей рукой, сжимая воображаемую шею, а забрало его шлема намекало на яростное выражение лица.

Она проигнорировала его открытую угрозу и выглянула из-за валуна, украдкой поглядывая на массу монстров впереди.

Он же, с другой стороны, смотрел на скалу, ища любое место, куда он мог бы вернуться. Но это было безнадежно. Она была слишком крутой, а порода слишком гладкой. Возможно, профессиональный альпинист мог бы это сделать, но его шансы были не очень. Наиболее вероятным результатом попытки подняться наверх было бы падение в разъяренную массу горелов, которые заметили его попытку побега.

Сделав глубокий вдох, он молча присел на корточки рядом с обезумевшей женщиной. Ее глаза прочесывали каменную впадину, залитую горелами, бог знает что творилось у нее в голове. Планировала ли она путь к отступлению? Тот факт, что она была той, кто втянула их в эту ситуацию, намекал на что-то гораздо менее разумное.

Но они остались незамеченными. Орды горелов на самом деле работали им на пользу, маскируя издаваемые ими звуки ужасающими звуками сотен разъяренных обезьян-ленивцев, волочащих свои ложкообразные ногти и когти по пыльной земле.

Все было именно так, как она сказала.

Монстры были мастерами маневрирования в туннелях, поскольку их чувства были почти полностью разработаны для обработки именно этого. На открытом пространстве, среди огромного количества существ, марширующих по огромным полосам, они не могли сразу распознать нарушителей, даже если эти нарушители шли прямо к ним.

Это не означало, что ситуация не станет отвратительной, если существа их заметят. Но это означало, что их шансы уйти, не спровоцировав панику, были выше, чем может показаться на первый взгляд.

Пока он пытался придумать выход из ситуации, тело женщины сдвинулось, когда она начала вставать. Самая быстрая рефлекторная реакция, которую он когда-либо испытывал, заставила его руку броситься на нее, как разъяренная змея, схватив ее предплечье в тисках и потянув вниз. «Не смей, черт возьми!» — рявкнул он, предупреждая, чтобы она поняла, что он не высказывает пустую угрозу.

«Не волнуйся!» — успокаивала она с ухмылкой. Она подняла свою свободную руку, и с пыхтящим звуком в ее руке появился причудливый короткий меч. «Я верю в тебя!»

Затем она ударила плоским концом металлического меча по валуну, издав пронзительный звон.

Мгновенно звуки движения горела стихли. Армия монстров рядом с ними подползла к остановке, все они агрессивно нюхали воздух и держали уши открытыми, чтобы не пропустить звук.

Невыразимый ужас пробежал по его позвоночнику, когда он увидел, как женщина снова подняла меч и опустила его прежде, чем он успел что-либо сделать, чтобы остановить ее.

Дзинь, раздался звон меча.

Мгновение спустя вокруг них раздалась оглушительная какофония шипения, рычания и визга.

«Почему!? Почему!?» — взмолился он, отпуская сумасшедшую и вставая, оглядываясь в поисках спасения. То, что он увидел, ошеломило его. «Ох... дерьмо!» — закричал он, замахнувшись кулаком, чтобы отбросить одного из многочисленных горелов, которые в это время прыгали на него с выпущенными когтями, готовые разорвать его на куски.

Женщина радостно рассмеялась, прыгнула в толпу монстров, размахивая мечом и просовывая его в крошечные отверстия с безупречной техникой, пока она проплывала сквозь массу тел, каким-то образом избегая многочисленных атак, летящих в ее сторону.

Он едва отразил агрессивный удар охранника, оставивший глубокие дыры на его наручах, и отпрыгнул назад, пытаясь освободить место между собой и густеющей толпой существ, целящихся в его жизнь.

Гидравлическое Напряжение активировалось, по его ногам потекли теплые потоки, когда он отпрыгнул назад, но бежать было некуда — позади него была отвесная каменная стена, а впереди — цунами монстров, и все, что он мог сделать, — это стоять на месте и сражаться.

Не успев снять перчатки, он создал Кровавые Кастеты и разорвал их на части. В его левой руке появился зазубренный кинжал, сжатый в обратном хвате. Струящийся Удар полетел вперед, разбив череп горела, а его рука с кинжалом ударила другого, Кровавые Кастеты треснули и раскололись, они всё еще были хрупкими; затем он неуклюже порезал лицо еще одного.

Оружие пролило столько крови, что горел отступил и рухнул, вероятно, потеряв сознание из-за внезапного падения кровяного давления.

За считанные мгновения толпа монстров стала слишком густой, чтобы с ней справиться; единственное, что обеспечивало хоть какую-то защиту, — быстро накапливающаяся стена из трупов горелов, но она не могла обеспечить ему безопасность вечно.

Менее чем за двадцать секунд боя на полной мощности, щедро используя Струящийся Удар и Гидравлическое Напряжение, когда это было необходимо, у него осталось всего 34% эссенции, и всего лишь после четырёх Струящихся Ударов он останется ни с чем.

Он застонал. «Кровавая жертва!» — закричал он, прибегая к последнему отчаянному усилию.

Но Кровопролитие не отреагировал.

«Почему!?» — все, что он смог вымолвить, когда на него набросилась куча горелов. Их когти и зубы разорвали его броню в клочья, но его тело не получило большого урона за пределами поверхностного слоя кожи; даже он быстро затягивался приливом жизненной силы, когда он наносил ответный удар.

Его кинжал едва держался в руке, когда он разрывал одного гореля за другим, и относительно быстро он обнаружил себя погребенным под грудой трупов, по иронии судьбы, в безопасности, поскольку тупые звери продолжали наваливаться на него. Но это убежище было в лучшем случае временным.

Масса монстров наверху продолжала наваливаться, пока их не стало так много, что он начал задыхаться. Их попытки пробраться сквозь мертвецов только ускорили это, так как он был буквально залит кровью, которая текла мимо кучи тел.

«Кровавая жертва!» Он попробовал снова. «Кровавая жертва!» И снова. «Почему это не работает!?»

«Мастер…» — внезапно в его голосе раздался голос Кровопролития.

«Кровопролитие!» — крикнул он. «Где ты!?»

«Успокойся, Мастер…» — сказал он.

«Не время для — аааргх!» — закричал он, когда его ноги наконец достигли цели, и несколько горелов начали царапать их, оставляя глубокие порезы и едва не отрезая ему ступни.

«...никогда не приходи первым», — продолжал он. «Я — следствие твоего существования; я — ужас пролитой крови».

«Гааргх!» — продолжал кричать он, пытаясь отдернуть ноги.

«Не волнуйся, Мастер... Кровопролитие всегда рядом с тобой...» Его голос внезапно оборвался, и его присутствие, казалось, исчезло.

У него не было времени думать о загадочных словах. После долгой борьбы он, наконец, собрался с силами, чтобы спрятать ноги в кучу трупов, где их не могли достать другие монстры.

Вонь была невыносимой. Все вокруг него воняло, как мокрая собака, капающая кровью. Но в моменты паники, когда он лежал погребенный под грудой тел, едва способный двигаться, он внезапно обнаружил, что успокаивается. Это был не первый раз, когда он оказался в такой ситуации, не так ли?

Отбросив осторожность исследователя, он позволил инстинктивному животному, которое вытащило его живым в прошлый раз, взять верх. Его левая рука крепко сжала кинжал, когда он начал рубить. Зазубренное лезвие прорезало массу крови, когда он медленно двинулся вперед.

Небольшой, но непрерывный поток жизненной силы влился в его тело, почти мгновенно залечивая его кровоточащую рану и запечатывая его плоть слоем временной ткани, созданной с помощью качественного лечения, сравнимого с первой помощью.

Ему не составило большого труда откопать себя обратно, когда горел вонзил окровавленные когти прямо в его шлем, едва не пронзив его, но от удара кинжала его лапа обильно истекла кровью, он взвыл, завизжал и попятился.

Несколько других бросились заполнять пробел, толпясь, словно пчелы, перед его глазами, и не давая возможности различить их. Просто следя за тем, чтобы его хватка на кинжале не соскользнула, он резал. В конце концов, он создал достаточно места.

С взрывом всей своей сущности, которую он мог собрать, он вытолкнул себя наружу, едва прорвавшись мимо огромной массы монстров, собирающихся вокруг кучи трупов. Хаос сыграл ему на руку, поскольку многие существа не смогли уследить за его местоположением, продолжая искать его в куче трупов.

Среди какофонии визгов найти хоть одного человека, от которого пахло бы только кровью горела, для этих бессловесных тварей было почти невозможно.

Это был бы его возможность отступить.

Шипы на его кулаках были стерты до состояния потрескавшегося, тонкого слоя крови, поэтому он использовал немного своей сущности, чтобы восстановить их. Это было невероятно эффективно с точки зрения сущности, стоило ему мизерной суммы, чтобы восстановить их, даже если он не любил терять больше крови.

Они не продержались долго, но дополнительная грубость его ударов делала их достаточно эффективными, так что ему не приходилось многократно использовать Струящийся Удар, чтобы нанести урон.

Каждый убитый им горел восполнял крошечную часть его сущности. Убийство монстров приводило к приливу эфира, который толкал его звезду дальше, и, как и в случае с любой другой формой сбора, небольшая часть этого эфира превращалась в сущность — очень немного, однако.

Каждое убийство приводило к возврату лишь около 1% эссенции, что делало практически невозможным что-либо, кроме замедления его истощающихся резервов — или так он думал.

За ним бежала огромная толпа горелов, но перед ним они были относительно разбросаны. Если кто-то на него нападал, он делал все возможное, чтобы увернуться и отбросить их в сторону, оставив большинство с по крайней мере легким кровоточащим ранением.

Этого было достаточно, чтобы замедлить его, и несколько раз это стоило ему ужасного пореза на ногах или спине. Хотя минимальное качество лечения быстро остановило кровотечение, а качество лечения первой помощи залатали его, на этом уровне восстановление не могло сохранить функцию его тела. Он чувствовал, что его ноги слабеют; его равновесие было шатким, а шаги неровными.

Хотя его окровавленные костяшки пальцев трескались при каждом ударе, они все равно передавали эффект кинжала, из-за чего его атаки приводили к обильному кровотечению.

В какой-то момент он начал ощущать, как откуда-то из толпы позади него, словно бы случайные, порывы эфира.

Те, кого я ударил, истекают кровью!? — подумал он.

Состояние его тела ухудшалось, и, спасая себя тем, что он восстановил немного эссенции, он позволил себе нанести Струящийся Удар по голове одного из существ. Кровавые Кастеты разлетелись от удара вместе с черепом горела, а приток вампиризма наконец поднял качество исцеления до естественного, где оно могло хотя бы немного восстановить его функцию.

Ноги стали менее онемевшими, а спина напряглась. Еще один Струящийся Удар раздавил костяшки пальцев на другой руке и грудь охранника, еще больше усилив качество исцеления.

Острые ощущения заставляли его двигаться вперед и атаковать все, что попадалось ему на пути. Его движения были неуклюжими, и он часто не мог сделать многого, но он продолжал двигаться вперед, ободренный, казалось бы, непрекращающимся потоком сущности, вливавшимся в его душу.

Как только к нему вернулась уверенность в себе, он заметил эту сумасшедшую, сражающуюся с другой толпой, и, увидев ее в действии, у него перехватило дыхание.

Она сделала так, что это казалось таким простым.

Вмешиваясь и выключаясь из действия, используя их ограниченные чувства, чтобы пасти их, как пастух пасет овец. Всякий раз, когда они собирались, она отступала на ближайшую поляну, всегда следя за тем, чтобы стена не отрезала ей путь к спасению.

Хотя она была достаточно впечатляющей и без оружия, ее фехтование было чем-то, что стоило увидеть. Она выполняла причудливые прыжки и перевороты с минимальными усилиями, просовывая свой меч через самые маленькие отверстия, чтобы разрезать тела своих противников. Он наблюдал, как она получила ужасный удар по спине, и слышал ее крики, но всего через секунду она использовала свой талант, чтобы залечить рану, и продолжала сражаться, оставаясь непоколебимой.

«Что за монстр», — не мог он перестать думать.

Будучи архичеловеком, она была невероятно слаба, однако ее талант, мастерство и физические возможности позволили ей сократить разрыв настолько, чтобы выжить даже в превосходящих силах.

Его рассеянность стоила ему жизни, когда он споткнулся о маленького рабочего и покатился по земле. «Черт!» — закричал он, наблюдая, как на него надвигается орда.

В отчаянии он использовал Создание Воды на максимальной мощности, активировав обе звезды и превратив ее в Гиблую Воду.

Его душа кричала в агонии от колоссального выброса эссенции, когда он чувствовал, как каждая капля вытекает из его звезды, словно сок из апельсина, раздавленного гидравлическим прессом, в результате чего почти 53% мгновенно исчезло.

Но результаты были впечатляющими. Несколько бочек воды появились над ним, как раз когда толпа горелов спустилась. Даже он не был пощажен атакой, поскольку многочисленные жала, укусы и царапины атаковали его кожу, некоторые из которых оставили глубокие рваные раны, но прилив кражи жизни был более чем достаточным признаком того, что его атака причиняла больше вреда его врагам, чем ему самому.

Вода омывала его и окружающих монстров, затопляя область и отталкивая его. Когда он наконец покинул адскую субстанцию, чувствуя, как каждый дюйм его кожи капает кровью, он услышал это — каждый горел в округе кричал так громко, что это почти оглушило его. В течение следующих нескольких мгновений он чувствовал, как его сущность постепенно возвращается к 20%, отмечая около двадцати убийств.

«Вот дерьмо…» — выдохнул он.

Когда вода сошла, осталась только растущая река крови, и он наблюдал, как десятки горелов истекали кровью из ног и порезанных ступней.

В этот самый момент солнце померкло, и день внезапно превратился в ночь. Вместо того, чтобы ругаться или кричать, он молчал. Его зрение было сильно подорвано, и он даже не увидел горела, который врезался в него, но поскольку тот продолжал кричать и бежать, вполне вероятно, что он его тоже не заметил.

Хаос, созданный его трюком, проявил каскадный эффект визга и паники, заставив монстров разбежаться во всех направлениях. Вибрация под его ногами и далекий грохот намекали на то, что настоящая орда из них возвращается в свое гнездо, чтобы либо посмотреть, что происходит, либо броситься на защиту своих товарищей.

Он ничего не видел. Ночная тьма в этом мире была почти абсолютной, и без источника света его глаза не имели никакой обратной связи. Он не мог двигаться. На данный момент горелы были слишком дезорганизованы, чтобы определить его местоположение, но не потребуется много времени, чтобы порядок восстановился и они выследили его.

Это было довольно близко к худшему сценарию. Если бы все еще был день, их зрение было бы бесполезным для его выслеживания, но ночью ему пришлось бы использовать фонарик, который бы нацелил на него прожектор, в результате чего большая часть гнезда затопила бы его и разорвала бы на куски.

Он дышал тихо, пока секунды превращались в минуты, и дикие крики постепенно стихали до разрозненных вскриков. Его осторожное дыхание медленно превращалось в паническое хватание ртом воздуха.

Внезапно он что-то заметил. Это была эфирная оболочка для Кровавой Жертвы. Он почувствовал, как она тихо резонирует, и он был уверен, что если он использует способность в этот момент, она не подведет его, как в прошлый раз.

Затем он услышал звуки шагов. Они были тихими, но неоспоримыми. Один из горелов приближался к нему. Он мысленно зафиксировался на оболочке для Кровавой Жертвы, готовый использовать способность в любой момент. Это было далеко не гарантией победы, но могло отвлечь его, пока он будет бежать. Он был на сто процентов уверен, что монстр закричит в любой момент и привлечет остальных к...

Но вместо этого он прошептал: «Эй... Следуй за мной!» Это была сумасшедшая. Она схватила его за руку и потянула куда-то, и он решил, что у него нет другого выбора, кроме как последовать за ней.

Каждый волосок на его коже встал дыбом, когда он услышал, как иногда горель останавливается около них и нюхает воздух. Но каждый раз он слышал звук приземления камня где-то в двадцати метрах, вероятно, брошенного женщиной, чтобы отвлечь внимание. Это сработало, и вскоре они вышли на склон и поднялись наверх, оставив позади звуки шарканья.

«Ууу, это было близко!» — сказала она, вынимая что-то из своего Кольца Хранения с хлопком воздуха. Это был фонарик, заметил он, так как она включила его как раз вовремя, чтобы осветить кулак, летящий прямо ей в лицо.

Он ударил ее со всей силы, сдерживаясь только от использования Струящегося Удара, и отправил ее кувырком по земле. «Что, черт возьми, с тобой происходит!?» — закричал он. «Ты что, с ума сошла!?»

----------

Конфликт

В кромешной темноте ночи София рухнула на землю, отброшенная мощным ударом. Фонарик, выпавший из ее рук, со стуком упал на близлежащую землю и приземлился таким образом, что осветил скорченное тело раненой женщины, часть света упала на покрытую коркой, окровавленную, разорванную броню, покрывавшую тело Фредди.

Он наблюдал, как ее кровоточащий нос быстро восстанавливается, когда она сжигает еще одну искру, и все это время он изо всех сил старается удержаться от того, чтобы заставить ее использовать еще одну. «Я задал тебе вопрос!» — закричал он. «Ты с ума сошла!?»

«Почему ты это сделал!?» — закричала она, принимая сидячее положение.

«Что, черт возьми, ты имеешь в виду, почему !?» — закричал он, не заботясь о том, кто или что может их услышать. «Ты только что пыталась убить меня , черт возьми!?» — закричал он, указывая на все еще раздающиеся эхом крики горелов, ищущих их.

Она выглядела шокированной этим обвинением. «Что!? Нет, я этого не делала!»

«Чего еще ты могла пытаться добиться, сбросив меня со скалы в орду монстров! Что, по-твоему, должно было произойти?»

«Я ожидала, что ты умеешь драться!» — утверждала она. «Если бы ты не загнал себя в угол в самом начале, с тобой все было бы в порядке!»

Его челюсть отвисла под маской шлема. Недоверчивая усмешка чистого недоверия растянулась на его губах, когда он издал растерянный смешок. «Ты чт... — это твое оправдание!? Так это моя вина!? Посмотрим, что по этому поводу скажут власти, ты, черт возьми...» Его слова застряли у него в горле, когда он почувствовал внезапную, жгучую боль, распространяющуюся по спине и животу.

Глаза Софии выпучились, когда она увидела торчащие из его туловища черные как смоль когти.

Он повернулся так быстро, как только мог, стиснув зубы от гнева на свою глупость, когда он столкнулся с омерзительной формой бледно-шерстяного девианта, который услышал их крики. Холодное, тошнотворное чувство исходило от его когтей, когда существо сосредоточилось, и он почувствовал, как все его тело онемело, когда его кишки быстро сгнили от вливания сущности сродства со смертью, хлынувшей через атаку.

С яростным рычанием он завел руку ему за спину, застав девианта врасплох, поскольку тот, вероятно, ожидал, что тот не сможет двигаться под парализующим потоком сущности. Его рука приземлилась на череп существа с мощной хваткой, когда он выжал Гидравлическое Напряжение до максимума, пытаясь раздавить его голову. Этого было недостаточно.

Он взревел от боли, когда он удвоил свою атаку, одновременно замахиваясь другим когтем на его руку. Его неуклюжий, рефлекторный взмах был заблокирован металлическими наручами, пока он зажигал обе свои звезды и использовал Струящийся Удар; сила бушующей волны воды достигла его руки, перейдя в его хватку, когда и кончики его пальцев, и череп девианта взорвались под давлением, забрызгав близлежащую область кровью и мозговым веществом.

Его трясущаяся рука схватила руку существа и выдернула ее из спины, когда он рухнул на землю, едва оставаясь в сознании. Пронзительный холод проник в его кровь, и звук отдаленного звона отразился от криков женщины, когда она бросилась ему на помощь.

«Держись от меня подальше!» — закричал он со всей силой воли, на которую был способен. «Мне не нужна твоя помощь!» Он наблюдал, как ее лицо превратилось в выражение благоговейного ужаса, когда он заставил себя подняться на ноги. Сосредоточившись на мгновение, он вытащил мачете из кольца для хранения и начал рубить близлежащую траву. Его талант едва успел остановить кровотечение.

«Ты не можешь исцелиться от этого!» — закричала она, схватив его за руку. «Смертельная сущность вторглась в твое тело, и...»

«Заткнись!» — упрямо крикнул он, отталкивая ее руку. «Не говори мне, что я могу делать, а что нет!»

Она испуганно попятилась, а он побрел вперед, непрерывно размахивая травой под ногами.

Ощущение течения времени становилось все более далеким, пока он продолжал размахивать своим мачете. Постоянное жужжание, размытое зрение и пятна чистого черного цвета делали почти невозможным прямое зрение, когда он бродил в темноте. Несколько раз он обнаруживал себя лежащим на земле, даже не понимая, как он там оказался, но каждый раз он заставлял себя подняться, борясь со слабостью, нарастающей в его душе, теле и разуме.

Был свет. Кто-то светил фонариком перед его ногами. Это была та самая сумасшедшая. Она все пыталась ему помочь, но он оттолкнул ее, отказываясь принимать помощь от кого-то вроде нее.

«Ты избалованный ребенок», — сказал он, чувствуя себя так, будто вспоминает разговор из прошлого, а не ведет его в настоящем. «Пятнадцать лет занятий боевыми искусствами?» — спросил он в бреду. «Какая же у тебя, должно быть, была распущенная жизнь», — обвинил он. «Ты, должно быть, думаешь, что я настолько ниже тебя… Я покажу тебе, когда закончу исцеление… с кем ты играешь».

Женщина что-то сказала, но это было похоже на отдаленное жужжание, похожее на звук комара, летающего около его ушей.

«Заткнись», — потребовал он. «Просто смотри».

Время размыто.

Он почувствовал утешительное ощущение слез, струящихся по его лицу. Он плакал? Почему он плакал?

Образы счастливых моментов из его жизни перемежаются с внезапным осознанием того, что он сражается с горелями.

Не обращая внимания на их укусы и царапины, он замахнулся на них мачете так же, как он рубил траву, чувствуя, как сильные импульсы жизненной силы проносятся по его телу, возвращая его с грани смерти и рассеивая образ жизни, мелькавший перед его глазами.

В какой-то момент день моргнул, прогнав ночь. Либо он вернулся неожиданно быстро, либо он блуждал в этом состоянии гораздо дольше, чем осознавал. Женщина тоже исчезла.

Будь то трава или бродячие монстры, он продолжал рубить и исцеляться, чувствуя, что избегает того, что, как он был уверен, должно было стать неминуемой смертью. В конце концов, словно он внезапно проснулся, бред рассеялся, прочистив его разум.

Он не мог не усмехнуться. «На этот раз я не потерял сознание», — гордо сказал он.

Хотя его тело было целым, сущность смерти не была изгнана из его тела. Он чувствовал холод, и чувство болезни и слабости не исчезло, даже когда он исцелился и фактически полностью выздоровел.

Медленно подняв руку, он заметил, как она дрожит. Он сжал пальцы в кулак.

Он все еще чувствовал усталость, и его разум был затуманен. Несмотря на это, он заставил себя идти вперед, желая, чтобы его ноги несли его по тропе, ведущей обратно к проходу. Хотя он был полностью в ясном сознании, он продолжал отключаться, как будто ему не удавалось зафиксировать в памяти новый опыт.

Единственной эмоцией, которую он чувствовал, была холодная, кипящая злость. Как только он доберется до этой женщины, он свернёт ей шею и закопает её тело глубоко в мире, где его никто не найдёт. Её действия были непростительны. Она не избежит наказания.

В конце концов, он добрался до второго этажа вестибюля. Но он не помнил, как он туда попал. Пробравшись в кабинку для раздевания, он снял свободные части доспехов, которые все еще держались на его окровавленном теле, и положил их на стойку. Они были настолько рваными и порванными, что большинство из них были мусором, но он не думал об этом.

Пока он ждал, пока его починят, он сел на скамейку в кабинке для стриптиза прямо перед зеркалом, показывающим его отражение. Его кожа была мертвенно-бледной и обвисшей, глаза ввалились, а волосы выглядели плоскими, как будто они поредели.

«Может быть, я мог бы немного вздремнуть…» Его слова оборвались, глаза закрылись, и он уснул.

Фредди проснулся и открыл глаза. Холодный потолок лазарета приветствовал его, его серый, безрадостный блеск идеально отражал то, что он чувствовал. «К черту мою жизнь…» — пробормотал он, поднося руки к лицу, потирая глаза и глубоко вздыхая.

Оглядевшись, он заметил несколько десятков коек, зарезервированных для тех, кто вернулся с ранениями из раскопок, примерно половина из них была занята другими выздоравливающими исследователями.

Он вздохнул. Вот вам и не потеря сознания. Даже если бы они не лечили его от чего-либо, сам факт того, что он там был, означал, что ему выставят огромный счет.

Но он просто не мог собраться с силами, чтобы злиться на это по какой-то причине. Нет, он просто чувствовал усталость.

Его рука выглядела отвратительно и сдулась, а ногти были фиолетовыми. Он чувствовал, как будто все его тело обвисло, как размягченное мясо.

Медсестра вошла в палату и увидела, что он не спит. Женщина сказала ему, что его состояние стабильное и что ему разрешено уйти, если он хочет. Ему вручили документ с подробным описанием медицинского обследования и... счет, конечно. Но это было не то, что он ожидал увидеть.

Общая стоимость составила $34,586. Только около $15,000 составил счет за больницу, самая значительная часть которого была потрачена на обширные тесты, которые они ему провели, чтобы выяснить, что с ним не так, а остальное было ценой ремонта брони. Ему не обязательно было платить за последнее, но если бы он этого не сделал, его оборудование было бы продано с аукциона, чтобы покрыть расходы, а излишки денег были бы возвращены ему.

И снова он столкнулся с чем-то, что должно было его разозлить, но он не смог собраться с силами, чтобы почувствовать это. Он просто подписал форму и разрешил оплату, затем подождал, пока прибудет его оборудование. Когда оно прибыло, оно выглядело чертовски потрепанным.

Шлем выглядел так, будто его отбили молотком после того, как он был раздавлен, на куртке и штанах были десятки заплаток, а один из наручей был совсем новым, и, вероятно, его следовало полностью заменить. Однако его обувь была в основном в порядке, что еще раз доказывало ее ценность.

Глубоко вздохнув, он снова надел доспехи, заменив больничный халат и вышел на улицу.

Выйдя из комнаты, он оказался в вестибюле второго этажа. Там он увидел безумца, который был виновен во всем этом, спящим на скамейке неподалеку. На этот раз он смог собраться с силами, чтобы почувствовать гнев.

Он подошел к ней и щелкнул по лбу, чтобы разбудить ее.

«Ой!» — закричала она. «Что за…» — вздрогнула она, повернувшись и столкнувшись с ним лицом к лицу. «О… Привет?»

«Не смей мне «приветствовать»», — холодно бросил он.

Хотя он фантазировал о том, как он отомстит, по какой-то причине теперь, когда он столкнулся с женщиной, стоящей перед ним, он почувствовал, что часть гнева немного спала. Он все еще был в ярости, но теперь, с ясным умом, он увидел гораздо более приемлемый способ справиться с ней.

«Мы доложим о том, что вы сделали», — заявил он, не оставляя места для споров. «Или вы сотрудничаете, или я сам получу то, что мне причитается. Ваш выбор», — пригрозил он.

«Перед этим, могу ли я...»

"Нет."

«Просто выслушайте меня!»

«Вставай и...» Слова застряли у него в горле, когда женщина подняла руку и, дунув, призвала черный как смоль первозданный след.

Его глаза сузились. «Где ты это взял?»

«Оно проявилось, когда ты убил девианта», — сказала она, поднимая руку и протягивая ее ему.

"Ты пытаешься купить мое прощение? Это все равно принадлежит мне, понимаешь?"

«Я просто хочу, чтобы вы меня выслушали», — сказала она.

Он выхватил прайм из ее руки. Глядя в кошачьи, черные глаза прайма, он спросил: «Каковы твои склонности?»

«Тьма и смерть», — сказал он, хихикая с дрожью в голосе.

«Какой у вас талант?»

«Если ты примешь меня в свою душу, — начиналось объяснение, — тебе будет дарована сила спешки при уничтожении врага».

«Ускорение при убийстве», — размышлял он про себя. Двойное сродство и боевой талант… Он читал о ценности праймов и о том, как она обычно рассчитывается. С такими характеристиками его можно было бы продать за один-три миллиона долларов.

Он снова посмотрел на женщину. Хотя он все еще сдерживал свой гнев, теперь это было похоже на попытку сжать кусок мыла. Радость, эта жалкая штука, боролась за ограниченное эмоциональное пространство, которое было у него в голове в тот момент. Ну... она, похоже, не собиралась убегать, подумал он, вздыхая, когда сел рядом с ней.

«Говори.»

Она снова посмотрела на него, а затем опустила глаза, ее плечи заметно расслабились, когда она выдохнула. «Спасибо».

«Тебе не за что меня благодарить», — заявил он, медленно садясь рядом с ней, его действия напоминали действия смертного старика, пытающегося сесть. «Я все равно доложу о том, что ты сделала, после нашего разговора».

«Что!?» — закричала она. «Но...»

«Но что?» — прервал он, поворачивая голову к ней, две дырки в его шлеме открывали усталые, омерзительные глаза под ними. «Ты пытаешься намекнуть, что не кража моего прайма считается расплатой?» Он усмехнулся. «Поторопись и говори. Я хочу пойти домой и поспать. Тот факт, что я был на грани смерти из-за тебя », — медленно проговорил он, «изрядно меня измотал».

Она прикусила губу и отвернулась, сжимая руками подол своей грязной, рваной рубашки.

Несколько долгих минут они оба сидели молча. Он хотел сказать ей, чтобы она поторопилась и заговорила, но усталость, овладевшая его телом, делала даже открытие рта изнурительным.

Наконец она заговорила. «Вы когда-нибудь слышали о синдроме снятия острой боли?»

Он нахмурился на странный вопрос. Его уставший разум пополз в угол, где он хранил информацию по таким темам, и как только он извлек нужную информацию, его глаза слегка расширились. «Чёрт…» прошептал он.

Выдавливание прыща.

Хруст спины.

Вытаскивание занозы.

Все три действия имели одну общую черту — они были приятными. Выполнение любого из них часто сопровождалось острым чувством облегчения. Это облегчение наполняло тело и разум химическими веществами удовольствия.

Хотя это могло привести к появлению вредных привычек, таких как склонность выдавливать прыщи, как только они появлялись, это редко наносило вред человеку.

Однако все стало немного иначе, когда дело дошло до лечения эфиром.

Когда человек страдал от какой-либо формы недуга достаточно долго, чтобы организм успел к ней приспособиться, экстремальная доза исцеления, примененная в течение короткого периода времени, имела аналогичный эффект — с одной лишь небольшой разницей: она была гораздо более экстремальной.

Фредди уже дважды испытывал нечто подобное. Один раз в пещерах, когда он наконец-то исцелился от последствий столь длительных пыток, и один раз — ненадолго после убийства Мэтью Вейна.

За время работы в библиотеке он прочитал много тем, связанных с исцелением. Одна из этих тем касалась синдрома острого обезболивания — APRS.

Сам Фредди имел относительно небольшую чувствительность к APRS. Его реакция проявлялась неконтролируемым желанием разрыдаться и заплакать, с кратковременным, но сильным чувством эйфории сразу после этого.

Не все отреагировали одинаково.

Некоторые люди теряли сознание, другие тут же обделались, а некоторые... ну, некоторые реагировали так же, как будто приняли большую дозу тяжелых наркотиков.

Он вспомнил момент, когда София исцелила себя. То, как ее лицо вспыхнуло от экстаза, и то, как она задрожала от этого ощущения. Было ясно, в какую категорию она попала.

Он усмехнулся, когда наконец сложил все воедино. «Да. Я знаю, что это такое. Что ты пытаешься сказать?»

Она колебалась, слегка съёжившись, и выглядела раскаявшейся, по крайней мере, на первый взгляд. «Я не полностью контролировала свои действия, когда делала то, что делала».

«Ммм… Я уверен, что это не так».

«Я хотел бы извиниться. Я не соображал, когда я...»

«Хотя эффект может быть довольно растормаживающим», — оборвал он ее, — «это не похоже на то, что в тебя вселился призрак, который принял за тебя решения. У тебя были свои причины, и ты приняла свое решение». Он повернулся, чтобы посмотреть на нее. «Я видел, как обычные люди принимали жесткое дерьмо», — заявил он, краткая вспышка боли промелькнула сквозь дрожь в его глазах и рывок вниз по губам. «Некоторые вещи сводят людей с ума, но эффект APRS был бы ближе к спидболу. Я уверен, что это повлияло на твое мышление, но это не сделало твой выбор за тебя. Так почему же, и будь честна со мной здесь — почему ты это сделала?»

Она замерла, глядя на него, в ее глазах мелькнуло выражение страха. Она отвела взгляд. «Когда я сбросила тебя со скалы, я не ожидала, что ты будешь таким... неопытным».

«Позволь мне задать тебе вопрос, прежде чем ты продолжишь. Твоё объяснение будет заключаться в том, что ты просто оскорбляешь меня? Потому что если ты планируешь обвинить меня в этом, просто скажите мне об этом сейчас, и мы сразу же отправимся к администрации, чтобы подать жалобу».

Она встретилась с ним взглядом через щели в его доспехах. Ее рот открылся, но усталый, мертвый взгляд в его глазах заставил ее замолчать. Вместо этого она сделала глубокий вдох и хлопнула себя по щекам. «Ладно», — сказала она. «Я знаю, что все, что я скажу, прозвучит как оправдание, но…»

«Мне все равно», — сказал он. «Если вы хотите оправдываться, оправдывайтесь; если вы хотите оскорбить меня, оскорбляйте; просто, пожалуйста, покончите с этим».

Сделав еще один глубокий вдох, она кивнула. «Хорошо», — сказала она. «Когда я сбросила тебя со скалы, я не пыталась тебя убить».

«Я уверен, что это не так».

Она поморщилась. «Да... В моей голове все было совсем по-другому».

«Мммм», — продолжал он саркастически отвечать.

«Я думала, что, да, ты суперсильный, но по какой-то причине ты показался мне слишком осторожным», — пробормотала она. «А потом я поняла, что, да, ты видел во мне только новичка! Может быть, ты чувствовал ответственность за мою безопасность, поэтому я хотела доказать, что тебе нечего бояться!»

Его бровь приподнялась под шлемом.

Она продолжила. «Мой план состоял в том, чтобы блеснуть своими навыками и доказать, что мы можем справиться с чем угодно! Даже если мы что-то испортим, мы сможем прекрасно восстановиться, если не умрем мгновенно. Если подумать, синергия между нашими талантами делает риск вполне логичным, поскольку фактическая опасность минимальна, относительно говоря, конечно, но все же».

Чем дольше он слушал эту женщину, тем сильнее становилась его головная боль.

«Когда я увидела, что тебя окружили…» — продолжила она. «Как ты так плохо сражаешься?»

Он фыркнул. «Это не твое дело».

«Послушай», — сказала она. «Я... я могу тебе помочь! Я знаю кучу всего о боевых искусствах, и если ты мне позволишь, мммм...»

Наконец, он не мог больше слушать ее. Его правая рука метнулась вперед, и он захлопнул ей рот. «Пожалуйста, перестань говорить». Он вздохнул.

Она посмотрела на него, и ее глаза широко раскрылись. Вероятно, полагая, что она потерпела неудачу, она замахала руками и попыталась убрать его руку, которая была сжата стальной хваткой вокруг ее рта.

Теперь, когда его ярость утихла, чем дольше он слушал ее болтовню, тем очевиднее становилось — она не была злой, она была просто глупой. Ну, глупость была грубой — лучше сказать, что она была неопытной. Защищенной, может быть. Избалованной.

Ее мыслительный процесс был эгоистичным и явно из совершенно иного мировоззрения, чем его собственное. Она, без сомнения, привыкла видеть элитных двухзвездных людей, которые знали, как использовать имеющуюся у них силу, гораздо лучше, чем он.

Все еще…

Злонамеренная или нет, она была огромной обузой. Погружаться с ней после ее выходки было немыслимо. Но она была посвящена в один из его самых больших секретов.

Он не мог просто так ее отпустить.

Когда он взглянул на извивающуюся женщину, пойманную в его хватку, он почувствовал, как его внутренности пронзила острая боль отвращения. Во многих отношениях эта женщина воплощала все, что он ненавидел в обществе архилюдей.

Она была настолько привилегирована и оторвана от реальности, готовая делать все, что ей заблагорассудится, с жизнями других. Его гнев вспыхнул снова, когда он подумал — а накажут ли ее, если он донесет на нее? Каковы были шансы, что кто бы ни был ее клан или семья, они услышат об этом и потянут за какие-то ниточки, чтобы освободить ее?

Или еще хуже…

Каковы были шансы, что они отомстят ему?

Одна эта мысль заставила его сильнее сжать ее рот. Она взвизгнула.

Должен ли он просто… позаботиться о ней?

Он замер.

Эта мысль пришла ему так легко. Черт, не потребовалось никаких усилий, чтобы придумать полноценный план. Притвориться, что прощаешь ее, взять ее на еще одну вылазку и просто... позаботиться о ней.

И вот так проблема исчезнет.

Но... он не хотел этого делать. Он не хотел опускаться так низко. Если бы он встал на путь, который сделает все возможное для достижения своих целей... он бы просто вписался. Просто еще один архичеловек со склонностью к жестокости. Образ лужи крови, разливающейся вокруг трупа скорбящего отца, промелькнул в его сознании.

Нет… он не хотел этого делать.

Это не тот человек, которым он хотел стать.

Но проблема осталась прежней. Он не мог просто так ее отпустить. Даже если она не болтала о его таланте, все равно был шанс, что она раскроет свой талант, и он вляпается в ситуацию по доверенности.

Женщина, казалось, окончательно отказалась от попыток освободиться, и как раз в тот момент, когда ее глаза наполнились слезами, он отпустил ее.

Она ахнула и потерла покрасневшие щеки.

«Расслабься, — сказал он. — Я не собираюсь на тебя доносить».

Она замерла. Ее пронзительные глаза обратились к нему с «Правда!?», сияя, словно звёзды.

Он закатил глаза и положил шлем на руку.

«Но», сказал он, «наша маленькая партия не получится. Ты не тот человек, с которым я хочу погружаться».

Прежде чем она успела открыть рот, он прервал ее. «Это не значит, что мы не можем продолжать сотрудничать».

От этой женщины все еще была какая-то польза.

Хотя ее рассуждения были глупыми, она не ошибалась. Он был ужасен в бою. Это была его самая большая слабость. Все, на чем он был сосредоточен до этого момента, было наращивание своей силы, но его способность использовать ее была, мягко говоря, недостаточна.

В его голове промелькнули детали, которые она упомянула. Действительно, он царски испортил этот бой. Пока она продвигалась вперед, прокладывая себе путь сквозь массу монстров, прежде чем они обрушатся на нее, как лавина, он застыл, пока его буквально не погребла груда тел.

Она знала, как бороться. Это был редкий шанс получить опеку от того, кто родился и вырос в влиятельной семье.

Он наклонился вперед, положив подбородок на скрещенные руки. «Наши таланты синегригуют. А еще ты можешь...»

«Вот именно!» — закричала она, хлопнув в ладоши, словно вспомнив что-то. Она обратила на него свои пронзительные фиолетовые глаза, в которых светилось безумие, и заявила: «Я думаю, что могу сделать нас бессмертными!»

----------

Владение

Фредди уставился на женщину, чувствуя себя более уставшим, чем когда-либо в своей жизни. «Мы уже бессмертны», — напомнил он ей.

«Нет», — сказала она, поправляясь. «Я не говорю о таком бессмертии».

Его мозг был слишком вялым, чтобы уловить то, что пыталась сказать женщина, и прежде, чем он понял, что она имела в виду, она подняла руку и проявила искру жизни — но она была не розовой. Она была отвратительной, мерцающей серой.

Его глаза мгновенно широко распахнулись. «Где ты это взяла?» — спросил он.

Она ухмыльнулась. «Труп девианта, которого ты убил».

Не было такого понятия, как самая сильная техника закалки. У каждой были свои функции и цели. Но когда люди думали о самых известных, большинство вспоминало Искру Нежити.

Сродства не были равны. Это было, пожалуй, наиболее очевидно в случае со сродством смерти. В то время как универсальная техника закалки нулевой стадии сродства воды была Водное Тело, относительно незначительным повышением баланса жидкостей в организме, универсальная техника сродства смерти делала пользователя неубиваемым.

Ну, не совсем. Но это было достаточно близко. Когда существа, близкие к смерти, наполняли свои тела своей сущностью, они делали свою искру жизни устойчивой к самой смерти. Проще говоря, клетки в их теле больше не умирали ни от чего, кроме как от прямого уничтожения.

Единственным способом «убить» их было разрушение мозга, что заставляло душу покидать тело, и даже это не мешало телу просто жить дальше, по крайней мере до тех пор, пока его полностью не поглотили грибки и бактерии.

Это имело множество недостатков. Настолько много, что некоторые страны вообще запретили технику закалки Искра нежити.

Первым существенным недостатком был тот факт, что пользователю пришлось бы пережить невообразимые страдания, если бы большая часть его тела была уничтожена.

По этой причине не было большой редкостью, когда нежить-архилюди доходили до состояния, когда они молили о смерти.

Или, что еще хуже, в случае другого серьезного недостатка, а также главной причины, по которой во многих культурах эта техника была полностью запрещена, пользователь становился настолько безумным, что его фактически низводили до монстра.

Его усталость волшебным образом исчезла, как только он понял, на что смотрит. Многочисленные импликации и возможности заполонили его голову до такой степени, что у него заболела голова.

Она открыла рот, чтобы что-то сказать, но он ущипнул себя за лоб и поднял руку, чтобы остановить ее. «Нет», — сказал он. «Не сейчас. Мы можем поговорить об этом позже».

Кивнув, она спросила: «Значит, завтра утром?»

«Который сейчас час?» — спросил он.

«Сейчас час ночи», — ответила она, указывая на огромные часы на другом конце комнаты, которые он не заметил.

Он вздохнул. «Просто иди домой пока. Увидимся завтра в полдень, если я смогу проснуться вовремя». Он начал вставать. «Если не проснусь, жди меня в вестибюле».

«Подождите!» — крикнула она.

Остановившись, он повернулся к ней лицом. «Что?»

«Я...» — начала она, почему-то покраснев. «Я... сейчас я бездомная. Могу ли я переночевать у тебя?»

Он моргнул. «Что?» — спросил он ошеломленно.

«Ну, я... я сейчас немного разорена...» — объяснила она.

Это его ошеломило. Слегка сжав челюсти, он потер надвигающуюся головную боль. Эта проклятая сущность смерти, циркулирующая по его телу, не делала его жизнь легче.

Он собирался сказать, что ей просто нужно снять жилье где-нибудь. Он даже дал бы ей денег. Но знает ли она, как это сделать? Не говоря уже о том, что был час ночи. У него не было сил помочь ей найти место для ночлега.

На мгновение ему пришла в голову мысль дать ей пятьдесят баксов и объяснить, как проехать к той дыре, где он разбил лагерь, когда впервые приехал в Нова-Йорк, но...

Драматично вздохнув, он обернулся. «Конечно», — сказал он. «Просто… Неважно. Иди за мной».

«Да, сэр!» — весело крикнула она, шутливо отдавая ему честь и вставая со скамейки.

Фредди надеялся, что поздний час будет означать, что ему придется избегать людей, насколько это возможно. К сожалению, в таком большом городе внимание было неизбежно.

Оказалось, что когда огромный мужчина в маске и полном боевом снаряжении тащил маленькую женщину в грязной, рваной одежде, у людей возникали странные мысли. Взгляды, которые он получил во время этой прогулки, были одними из самых отвратительных, которые он когда-либо видел в своей жизни, и шлем в маске был единственным, что не давало ему умереть от смущения.

Также совсем не помогало то, что София выглядела относительно молодой. Высококачественное лечение устранило все признаки старения, так что внешне было невозможно сказать, сколько ей лет. Она просто выглядела молодой.

Его шаги замерли. Тревожное чувство забурлило в его животе, когда он повернулся лицом к странной женщине. «Сколько… Сколько тебе лет?» — спросил он. Если она изучала боевые искусства пятнадцать лет, ей должно было быть по крайней мере… двадцать… верно?

«Мне тридцать два года!» — весело ответила она.

«Пффт, — выплюнул он. — Извините!?»

«Что?» — спросила она. Она уперла руки в бока и приподняла бровь. «Чему ты так удивлен? Подожди, сколько тебе лет ?» — вернула она вопрос. «Нет, подожди, дай угадаю! Эээ… сорок… четыре?»

Он хмыкнул. «Достаточно близко. Ты ошибся всего лишь в два раза».

Она побледнела. «Тебе восемьдесят восемь!?»

«Что? Нет, тупица, мне двадцать два!»

Она разинула рот. «Оооох…» Потом нахмурилась. «Подожди, что!? Боже, ты такой чудак, однако».

«Это говорит тридцатилетний подросток», — парировал он, качая головой.

«Должно быть, она приехала из какого-то чертовски странного места», — лениво размышлял он.

На протяжении короткого пути обратно в квартиру он чувствовал, как к нему возвращается жизнь. К сожалению, он не мог ничего сделать, чтобы изгнать сущность смерти из своего тела, поэтому ему пришлось ждать, пока она медленно вытечет через столкновение с его жизненной силой.

К счастью, ему не пришлось беспокоиться о том, что он может заболеть смертельно. Обычно что-то подобное может оставить человека прикованным к постели на месяцы.

За несколько минут они добрались до его дома. Как только он вошел внутрь, он понял, что возникла серьезная проблема — где она будет спать?

Маленький диван-кресло был недостаточно большим, чтобы спать на нем, и, насколько он знал, в спальне не было запасных простыней. На кровати было только одно одеяло.

Вздохнув, он вошел в спальню и схватил свое единственное покрывало. Он сложил его пополам и положил на пол в гостиной, сделав импровизированный футон.

Она заглянула в его комнату, прищурившись, а затем снова посмотрела на него.

Он вздохнул. «Что?»

«Знаешь, настоящий джентльмен предложил бы свою...»

«К сожалению, я не настоящий джентльмен, и я вышвырну тебя на улицу, если ты не будешь держать рот закрытым».

«Принято к сведению», — шутливо сказала она, снова отдавая ему честь.

Он покачал головой. Теперь, когда они были в помещении, он заметил, что она пахла... ну... точно так же, как выглядела. Его собственное тело, по крайней мере, было вытерто начисто в лазарете, в то время как она излучала вонь запекшейся крови и пота.

«Сначала можешь принять душ», — предложил он.

«О, теперь ты ведешь себя как джентльмен?» — издевательски сказала она. «Мне понадобится хотя бы смена одежды».

Он вздохнул, заходя в свою комнату. Что касается одежды, то у него ее почти не было. По мере того, как он становился все больше и больше, он постоянно вырастал из своей одежды, и когда что-то становилось ему мало, он жертвовал это в близлежащую благотворительную организацию, мимо которой он проходил, когда шел в библиотеку.

Все, что у него было в тот момент, это гигантская серая толстовка с капюшоном и роскошная облегающая белая рубашка, если говорить о верхе, а его спортивные штаны были гигантскими. Рваные джинсы, которые он купил, также были слишком велики. Технически, у него также была его спортивная одежда, но она была спрятана в его личном шкафчике в спортзале.

«Ууууу…» — прощебетала она, наклонившись над ним и заглянув в его шкаф. «Как мужчины могут так жить?»

«Богатство от женщины, у которой ничего нет ». Снова вздохнув, он бросил ей облегающую рубашку. Она все еще была примерно на семь размеров больше, но это было все, что он мог предложить.

Она слегка нахмурилась, когда поднесла нос к рубашке. «Это пахнет дымом», — сказала она, наклоняясь еще ближе. «О, и женские духи. Тьфу. Мерзость».

Рыча от досады, он вырвал рубашку из ее рук и пошел в туалет. Выдавив на рубашку несколько капель мыла для рук, он использовал Создание Воды и вытер ее над раковиной. После тщательного смывания проявленная вода быстро испарилась обратно в водную эссенцию и исчезла, оставив рубашку полностью сухой.

«Вот тво…» — начал он, поворачиваясь, чтобы передать ей рубашку, и обнаружил, что она смотрит на него с абсолютно подавленным выражением лица. «Что?» — спросил он.

«Ты не просто постирал модную рубашку с мылом для рук! Ты животное!»

Он закатил глаза. «Лучше, чем женские духи и дым, не правда ли?» — сказал он, бросая ей рубашку обратно.

Прищурившись, она спросила: «А у тебя случайно нет потайного шкафа с дополнительными низами?»

«Нет», — сказал он. «Если хочешь, можешь взять спортивные штаны».

Она застонала. «Если ты так стираешь одежду? Нет уж, спасибо большое», — сказала она, слегка отстраняясь с его пути, чтобы он мог выйти из ванной.

Он ушел и сел в гостиной, пока она заканчивала. Больше всего в тот момент он хотел спать. Взаимодействие с этой женщиной было более изнурительным, чем сущность смерти, которая буквально убивала его.

Наконец двери ванной открылись, и она...

«Какого черта ты творишь?» — спросил он, уставившись на нее.

Она присела на корточки и натянула рубашку на колени, и теперь она ковыляла вперед, как толстый белый пингвин. «Я не хочу, чтобы вы видели мои ноги», — заявила она.

Он наблюдал, как она медленно идет к импровизированному футону. Затем она перевернулась и легла. Он не смог удержаться от смеха, покачал головой и снял шлем. Он повернулся лицом к женщине, которая теперь смотрела на него широко раскрытыми глазами. «Хм?» — промычал он ей. «У меня что-то на лице?»

«Ой, — сказала она. — Я думала, ты прячешь лицо, потому что ты уродлив... а теперь это действительно неловко » .

«Для протокола, я не «прятал лицо». Я защищал голову . И спасибо за комплимент», — сказал он с ухмылкой. «Но, пожалуйста, держи руки подальше от меня; я знаю, что у тебя есть некоторые проблемы с самоконтролем».

«Ха-ха. Не волнуйся, твой характер будет держать меня на расстоянии».

«Что не так с моей личностью?» — спросил он. «Вообще-то, не отвечай на этот вопрос».

«С чего мне начать…?»

«О, что это? Ты хочешь спать на улице?» — спросил он, приложив ладонь к уху.

Она закрыла рот и бросила на него раздраженный взгляд. Затем она перевернулась на другой бок. «Спокойной ночи».

«И тебе спокойной ночи», — ответил он приторно-сладким голосом, направляясь в ванную. Наконец, как следует приведя себя в порядок и приготовившись ко сну, он вошел в свою комнату и передвинул тумбочку к двери, чтобы заблокировать ее.

К сожалению, на двери спальни не было ключей, и он хотел убедиться, что она не сможет пробраться в его комнату и перерезать ему горло или что-то в этом роде. Он не думал, что она сделает это, но она показала себя достаточно опасной, чтобы оправдать осторожность.

Должно быть, она услышала звук, с которым он передвигал мебель, и вдруг начала смеяться в другой комнате.

«Да, да», — сказал он. «Смейся сколько хочешь, сумасшедшая… Ты уже пыталась убить меня однажды. Я не собираюсь рисковать».

Вместо ответа она лишь громче рассмеялась.

Он покачал головой и лег на кровать. Через несколько мгновений его глаза захлопнулись, и он уснул.

Рахал вошел в подземную часть их комплекса. Серые бетонные стены тускло отражали слабый свет эфирных ламп, разбросанных по коридорам.

Он медленно двинулся вперед, пока не достиг конца пути, по которому он шел вниз. Там он развернулся и вошел в лифт.

Там было семь кнопок, каждая из которых вела на свой этаж. Вместо того, чтобы нажать одну из них, он удерживал 5, 6 и 2 одновременно в течение трех секунд. Они светились желтым при нажатии и, после удержания, становились красными.

Лифт спустился на два этажа вниз, а затем повернул направо и направился в секретную тюремную камеру.

Выйдя, он вошел в небольшую комнату, которая была почти пуста, если не считать четырех человек, находившихся в ней. Единственной примечательной ее особенностью было большое одностороннее стеклянное окно, выходившее в камеру, где содержались крепко связанные заключенные.

Трое охранников стояли в стороне с оружием в руках.

А в центре комнаты, в шикарном офисном кресле, сидел Нахар, молодой патриарх клана Крэйвен.

Рахал шагнул вперед и встал перед ним на колени. «Приветствую тебя, Патриарх», — приветствовал он племянника.

«Йо, дядя», — в свою очередь поприветствовал его Нахар. «Есть новости об образцах крови?»

Он старался не вздыхать. «Ничего. Насколько можно судить по тестам, эти двое — обычные люди».

«Понятно», — вздохнул молодой патриарх. «Что нам с этим делать…?» — спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Двое заключенных, запертых в комнате, оба висели на тяжело укрепленных металлических цепях. Сама камера была защищена, чтобы предотвратить любую возможность побега.

Первый из двоих, мужчина, представившийся как «Каефальге», отдыхал с закрытыми глазами. И у него, и у женщины — Фирриты — были многочисленные мелкие шрамы вокруг рта.

Этих двоих бесконечно допрашивали, и некоторые вопросы были... запрещены. Это был единственный способ выразить это. Кто бы ни был их покровителем, он наложил на них некое проклятие, и если они пытались поделиться информацией о чем-то, вокруг их ртов появлялось странное, блокирующие явление, которое блокировало любой исходящий звук и оставляло раны на их языках и в области рта в целом.

Честно говоря, это всех напугало.

Что касается их истории о том, что случилось с бывшим патриархом, то либо они идеально синхронизировали выдуманную историю, либо говорили правду. Рахаль был убежден, что они почти наверняка лгут. Но, к сожалению, все было не так просто.

Вопросы об их происхождении или любая информация об их прошлом, казалось, подвергались цензуре через это странное проклятие. Самым необычным в этой цензуре было то, что они сами, похоже, не знали, что она была на них наложена, и, по-видимому, понятия не имели, что им разрешено говорить, а что нет.

Все только усложнялось с деталями, которые они непреднамеренно пропускали. Упоминания странных культур и таинственных мест, информация о природе эфира, которая казалась более продвинутой, чем та, что была у человечества, и полное отсутствие знаний о современном обществе выделялись больше всего.

Они только что вернулись с охоты на этих людей ранее в тот же день, и как только молодой патриарх увидел их, он потребовал, чтобы их поместили в изолятор самого строгого режима, который у них был.

После того, как Рахаль услышал подробности миссии патриарха у мадам Морлепп, его реакция была мгновенно оправданной.

Эти двое были ответственны за разрушение лагеря Вайолет, инцидент, произошедший примерно в то же время, что и смерть патриарха.

Это открытие нисколько не смутило Нахара. Он просто задал им один-единственный уточняющий вопрос: «У человека, который, как вы утверждаете, убил патриарха, тоже были квадратные глаза?»

Они сказали нет.

«Если позволите, молодой патриарх, — начал Рахал. — По какой причине вы спросили, были ли у той звезды, которую они, как утверждают, видели, тоже квадратные глаза?»

Нахар щелкнул языком, постукивая указательным пальцем по ноге, глядя на двух повешенных заключенных. «Потому что человек, которого они описывают, может быть тем человеком, которого искала мадам».

Глаза Рахаля расширились, когда он поднял голову. «Ты имеешь в виду…»

«Действительно», — сказал Нахар. «Фредди Штерн».

Это заставило его замереть. Если это так, то нелепая история их двух пленников стала просто более правдоподобной. Эйдетическая память Рахаля была одной из главных причин, по которой он занимал эту должность, поэтому ему, естественно, потребовалось всего лишь мгновение, чтобы вспомнить связь этого человека с реликтом кровопролития.

И если не объяснить напрямую, то, по крайней мере, оправдать интерес Мадам к этому человеку.

«Как это возможно?» — выдохнул он.

Однако он не хотел в это верить.

Однозвездный убил его брата, патриарха? Это было просто слишком абсурдно, чтобы даже думать об этом.

«Я не знаю», — сказал Нахар. «Но огромные черепа, которые они, как утверждают, видели, также могут быть как-то связаны с этим. Аномальной мир, которое мы обнаружили, было населено странными пучками, которые вторгались в тела. Это, несомненно, и есть происхождение этих двоих».

«Вы предполагаете, что человек, убивший патриарха, тоже был одержим?»

Нахар задумался. «Я не знаю», — сказал он. «Возможно. Но если бы его глаза не изменились, это мог бы быть другой тип одержимости. Или, может быть, он перевернул его, поглотив некую форму силы, преодолев испытание?» — размышлял мужчина. «В любом случае, это сулит неприятности. Человек, которого искала Мадам, все еще жив. Она, казалось, была в этом уверена… И если это так, то где-то там есть безбожное чудовище, способное сражаться намного выше своего ранга».

Выражение лица Рахаля стало жестче. «Как думаешь, он придет мстить?»

Нахар задумался над вопросом. «Надеюсь, что нет», — сказал он. «У нас и так более чем достаточно проблем, с которыми нужно разобраться».

----------

Аукцион

Марк обнаружил, что идет по темному лесу, и приглушенная луна едва освещает его путь.

Это была самая темная ночь, когда произошло самое страшное.

Он не помнил этого места — по крайней мере, сначала. Но по мере того, как его шаги продвигали его вперед, мимо деревьев и низких, разбросанных кустов, он в конце концов учуял ноту, которая щекотала его сознание. Это был болотистый, неприятный запах.

Он уже был здесь раньше. В далекие времена, когда все было проще. Когда он был невинен.

Когда образ деревьев наложился на воспоминание, его дыхание участилось. Пот выступил на его теле, а руки задрожали. Он знал, где он находится. Медленно, с невыразимым ужасом, он повернулся лицом к небольшому участку болота.

Маленький пруд зашевелился. Он пузырился и кипел, переполняясь гнилостной жидкостью, когда фигура пробиралась наружу. Грязь и водоросли стекали по телу мужчины, когда он выпрямлял спину. Хотя его тело было скрыто глубокой тьмой, тени скрывали его черты и скрывали глаза, Марк сразу узнал его.

«Привет, чувак», — поприветствовал его Фредди. «Давно не виделись».

«П…» — начал Марк, обнаружив, что слова застряли у него в горле. «Держись от меня подальше!» — закричал он, когда его ноги внезапно подкосились, и он упал на землю, отталкиваясь назад.

«Хм?» — промычал мужчина, медленно наклоняя голову, пока она не наклонилась под углом девяносто градусов. «Что с реакцией?» — спросил он, шагнув вперед. «Что, ты стал слишком богат, чтобы разговаривать со мной?»

Марк кричал и рыдал, пытаясь извиниться с каждым вдохом, но это было так, словно он глотал колючую проволоку.

Образ Фредди медленно двигался в бледном свете, волоча за собой болотистую растительность. Тяжело шагая, он вышел из темноты, и луна осветила его квадратные глаза. «Да ладно, чувак, это не смешно».

Марк проснулся с криком, кружась, оглядываясь, ища призрака в темноте ночи. Никого не было. Его крики постепенно перешли в мучительные вопли, когда его горло сдалось. Он не мог успокоиться.

Он свернулся в клубок, обняв колени, и зарыдал, а образ ужасных глаз запечатлелся в глубине его сознания.

«О, боже…» — пробормотал он себе под нос, дрожа и потея, натягивая одеяло на голову. «Мне так жаль…»

«Что на завтрак?» — спросила София у Фредди, как только он вышел из спальни.

«И тебе доброго утра, нахлебник», — ответил он, покачав головой в изумлении. Где, черт возьми, эта женщина находила столько энергии в такую ​​рань?

Конечно, уже было за полдень, и ее голод не стал сюрпризом. Он сам почувствовал себя намного лучше, хотя все еще чувствовал себя немного нездоровым. Эссенция смерти почти исчезла из его тела, оставив после себя много повреждений. И снова он обнаружил, что ему повезло иметь 1% Вампиризма, талант, который мог заставить ужасное чувство уйти.

Она продолжала смотреть на него выжидающими глазами, и он вздохнул. «Садись. Я принесу еду».

София с радостью повиновалась, плюхнувшись на один из двух стульев, стоявших рядом с маленьким столиком. Она напевала мелодию, покачивая головой влево и вправо. Ему потребовалось много времени, чтобы распознать в инопланетных хрюканьях попытку пения.

«Насколько ты можешь быть глух к музыкальному слуху?» — поддразнил он.

Женщина просто проигнорировала его, продолжая нести свою чушь.

Он подошел к холодильнику и открыл его. За исключением нескольких яиц, которые лежали там почти месяц, разбросанной всякой дряни, которая испортилась некоторое время назад, и огромных пакетов с консервированным кофе и энергетическими напитками, он не нашел в холодильнике ничего съедобного. Он должен был пойти в магазин вчера, но это вылетело у него из головы, учитывая все, что произошло.

Пожав плечами, он подошел к шкафу. Он открыл его и вытащил пакет с трехдневным хлебом. Он еще не заплесневел.

Он долго смотрел на хлеб, затем повернулся лицом к сидящему за столом нахлебнику. Технически говоря, женщина имела доступ к тому же преимуществу, которое давал ему его талант. Легкая улыбка тронула его губы.

Подойдя к столу, он швырнул пакет с черствым хлебом и открыл его. На полсекунды женщина выглядела выжидающе, но ее ожидание сменилось замешательством. «Это всего лишь хлеб. Где еда?»

«Вот еда », — сказал он, вынимая кусок хлеба и отправляя его в рот. Он был сухим и чёрствым. «Ммммм, питательные вещества».

Она улыбнулась и уставилась на него, скрестив руки на груди. «Ты серьезно собираешься это есть?» — спросила она.

«Да», — кивнул он и продолжил жевать.

«Ладно», — сказала она, ее улыбка стала шире, когда она указала на сумку. «Продолжай», — бросила она вызов. Казалось, она считала, что он просто издевается над ней. К сожалению для нее, он не издевался.

Чтобы действительно вбить это, он взял большой стакан воды. Затем, без тени юмора или нежелания в своем движении, он обмакнул кусок черствого хлеба, чтобы намочить его, и положил размокшее тесто в рот.

Сначала ее улыбка стала немного натянутой. Но пока он продолжал есть, на ее лице появилось выражение чистого ужаса. «Ты серьезно собираешься это есть!?» — спросила она, выглядя совершенно с отвращением.

«Ну, это все, что у меня есть».

« Закажи что-нибудь », — скорее приказала она, чем предложила, вытаращив глаза в недоумении. «Разве ты не знаешь, насколько важна твоя диета?»

Он улыбнулся от уха до уха. «У нас есть бесконечный источник исцеления высочайшего качества», — напомнил он ей, широко улыбаясь. «Пока мы снабжаем себя достаточным количеством питательных веществ, наши тела будут оставаться совершенно здоровыми, независимо от того, как мы получаем энергию».

«И вы думаете, для этого достаточно одного хлеба?»

«Зачем мне тратить деньги на что-то еще?»

«Эээ…» Она моргнула. «Ты же знаешь, что твоему организму нужно больше, чем просто пустые углеводы, да?»

Его улыбка стала еще шире, когда он встал и открыл еще один шкаф. Он вытащил еще один небольшой пакет и вывалил его на стол.

Из него вывалилось множество плохих добавок и поливитаминов, некоторые из них скатились со стола и упали на пол.

Она с ужасом наблюдала, как он наполнил миску многочисленными таблетками, залил их водой, а затем съел их ложкой, словно хлопья.

«О, боже мой…» — прошептала она. «О! Боже мой! — закричала она. «Меня сейчас стошнит!» Она приложила руку ко рту и издала рвотные звуки.

Он проглотил еще одну ложку таблеток и широко ей улыбнулся.

Фредди весело помахал Софии на прощание, когда она вышла из квартиры, держа в руках одолженную 100-долларовую купюру, которую она использовала, чтобы купить новую одежду и что-нибудь поесть. Как только она ушла, он помчался в туалет, не в силах сдержать катастрофу, которую он сотворил в своем желудке. Употребление таких добавок было не очень хорошей идеей.

Спустя полчаса он выполз, потный и изнурённый, бледный и сжимающий живот. «Это того стоило», — сказал он, спотыкаясь, направляясь к выходу из квартиры.

Он и София договорились встретиться вечером, так как у него было несколько дел, о которых нужно было позаботиться. Первое из которых было то, что он жаждал сделать как можно скорее — продать прайм след.

Обычно он был слишком параноидальным, чтобы продать его, опасаясь быть обманутым, но статус двух звезд давал множество привилегий, которых не было у людей более низкого ранга в обществе. Одной из этих привилегий был доступ к определенным специальным услугам.

Учитывая, что он активно погружался, он учел возможность найти прайм. И он, естественно, исследовал лучший способ его продать. Хотя вариантов было много, у него реалистично было только два. Первый был таким же, как и с праймом Суперфермера — продать его торговцу.

Это был рискованный вариант, и трейдеры, естественно, хотели, чтобы шансы были в их пользу. Но они также могли потерять деньги во время такой сделки. Они были теми, кто рисковал, выставляя на аукцион прайм, поэтому, если все шло плохо, они терпели убытки.

Имея дело с такими простаками, как Фредди, им было чертовски легко получить прибыль, поэтому, если они могли, они всегда шли по этому пути. Но по мере того, как их клиентура увеличивала свою личную власть и уменьшала свою наивность, они были вынуждены стать немного более... гибкими.

Вот тут-то и появился второй вариант — услуга, которую он мог получить только как сертифицированный двухзвездный архичеловек или член уважаемой организации. Он собирался поручить торговцу продать ему прайм. Конечно, это стоило бы ему 10% от общей прибыли, но это исключало риск быть полностью обманутым.

Фредди дошел до местного отделения ATA, которое находилось всего в десяти минутах ходьбы от того места, где он снимал жилье. Здание было намного меньше того, что он видел в Питтерсвилле, и хотя внутри оно имело похожий стиль, выглядело значительно более изношенным.

Он направился в офис трейдера и вошел внутрь, где его встретил пухлый лысеющий мужчина.

Они поговорили, и он решил поручить это трейдеру. Трейдер предложил ему миллион долларов авансом, и ему потребовалась вся его сила воли, чтобы отказаться. Мужчина был настойчив, утверждая, что это более безопасный вариант для него, но он оставался упрямым.

Даже если в конечном итоге он заработает меньше денег, ему будет гораздо легче с этим смириться, чем если бы его снова обманули.

Существовало три различных типа аукционов, в которых они могли участвовать. Первый — аукцион пули, который длился всего час; второй — день, а третий — неделю. Более длинные аукционы были лучше для более экзотических праймов, поскольку они давали нужным покупателям больше времени, чтобы найти их и начать конкурировать.

Аукцион пули был лучшим выбором для прайма, который продавал Фредди. Это был желаемый прайм со многими потенциальными покупателями, и он не будет бороться за достижение разумной цены, в то время как он, скорее всего, будет глубоко похоронен в более длительных аукционах. Он последовал совету трейдера.

Чем больше денег он зарабатывал, тем больше денег зарабатывал трейдер. Их интересы идеально совпадали.

Оба мужчины подписали документы, скрепив свое соглашение официальным письмом, и без лишних слов прайм был выставлен на продажу.

То, что произошло, было самым напряженным часом в его жизни. Сначала он потел, пока прайм боролся за то, чтобы пробиться через пятьдесят тысяч долларов. Только примерно через пятьдесят минут он перешагнул отметку в сто тысяч.

Глубокая яма образовалась в его животе, пока он наблюдал, как цена дюйм за дюймом двигалась вперед. Он собирался понести огромный убыток? Его гордыня снова пришла, чтобы укусить его за задницу? Но затем, когда таймер тикал ниже пяти минут, он увидел, как цена мгновенно взлетела выше двухсот тысяч. Он чуть не подпрыгнул со стула от волнения, и еще раз, когда цена подскочила еще на пятьдесят тысяч долларов.

Цена больше не росла понемногу, но когда она подпрыгивала, то взлетала на десятки тысяч, как минимум. Он подбадривал ее, тревожно кусая костяшки пальцев, наблюдая, как растет цена.

Пятьсот тысяч.

Шестьсот тысяч.

Семьсот тысяч.

Таймер опустился ниже десяти секунд, и он ждал последнего толчка, с тревогой предвкушая массивную серию прыжков... Которая так и не наступила. Цена выросла еще несколько раз, завершив аукцион на отметке 780 000 долларов.

Он обмяк в кресле, наблюдая, как обратный отсчет доходит до нуля. 10% досталось трейдеру, так что его окончательный счет составил 702 000 долларов. Он бы заработал на 300 000 больше, если бы продал прайм заранее.

Вместо того, чтобы разозлиться и закатить истерику, он просто улыбнулся и пожал плечами. Ну и ладно.

Его это искренне не беспокоило. В его собственных глазах это был просто один из аукционов, кто знает, сколько праймов он продаст в своей жизни. Если он продолжит нести бремя риска, то в долгосрочной перспективе он выйдет победителем.

И, безусловно, этой суммы было более чем достаточно для его текущих нужд.

Фредди сидел в вестибюле Хаба Санторио, прибыв на тридцать минут раньше назначенной встречи с Софией. Он был одет в полную экипировку, но даже несмотря на это, по одному только языку его тела было легко понять, что он в отличном настроении.

После уплаты налогов и закрытия кредита в банке у него на банковском счете осталось в общей сложности 649 412,12 долларов. Это была не особенно впечатляющая сумма для двухзвездного воина, но тем не менее это была надежная подушка безопасности.

Наконец, София появилась, и они направились к проходу.

«Сколько денег ты заработал?» — спросила она его.

«Не твое дело», — ответил он.

Она надулась, но второй раз спрашивать не стала.

Когда они вошли в царство, они обнаружили, что уже день. Они направились к укрытию, где состоялась их первая встреча, и перелезли через валуны, пробираясь в маленькое отверстие.

Он сел, положив ногу на ногу. «Итак», — начал он, глядя на нее снизу вверх, — «давайте поговорим об этой искре нежити».

----------

Нежить

Фредди стоял рядом с Софией, хмурясь на крошечный комок плоти на земле. На первый взгляд, кусок мяса ничем не отличался от любой другой пойманной искры жизни, с ее неопределенным извиванием и розоватым оттенком. Но это было не только не то же самое, это было что-то, что, теоретически, даже не должно было существовать.

«Ты уверена, что твой талант легален?» — спросил он женщину, его взгляд прожигал дыру в затылке ее черепа, пока она вспотела.

«Я... Ну... Я на самом деле никогда не оценивала это, так что...»

Фредди вздохнул, пощипывая лоб. Какой ужас. «Не могу поверить, что это действительно сработало», — сказал он. «Ты хоть представляешь, насколько эта штука опасна?»

Она медленно кивнула.

Было две основные причины, по которым Фредди не мог заполучить захваченную искру жизни до встречи с Софией. Первая заключалась в том, что при обычных обстоятельствах ее могли создать только четырехзвездные архилюди. Но была и другая причина.

Потому что открытая продажа этих вещей в магазине была абсолютно незаконной.

Пойманная искра жизни, по сути, представляла собой кучу паразитических, пожирающих плоть микроорганизмов, которые находились в мощных симбиотических отношениях между собой из-за общей для них искры жизни.

Естественно, искре жизни все еще нужно было питаться, чтобы клетки могли оставаться живыми. Но по мере того, как она питалась, она размножалась, создавая новые партии клеток. Однако не все эти клетки были идеально интегрированы в единую искру жизни, небольшое количество становилось более независимыми, а некоторые становились более похожими на раковую или рубцовую ткань.

Вот почему захваченная искра жизни существовала всего около полугода. Именно столько времени требовалось в среднем для того, чтобы одна искра жизни распалась на кучу более мелких, которые пожирали друг друга, пока не осталось ничего.

Не нужно быть гением, чтобы вывести довольно важную деталь — употребление в пищу пойманной искры жизни было очень, очень опасным. После употребления искры жизни микроорганизмы разделялись и попадали в кровоток. Иметь тело, полное микроскопических пожирателей плоти, было не лучшим для здоровья.

Фактически, выживаемость смертных составляла менее 1 процента, а для однозвездных — всего около 10 процентов без лечения. Конечно, при правильном лечении каждый архечеловек мог бы выздороветь от этого недуга, но это было бы только в том случае, если бы он знал, что с ним происходит, и вовремя обращался за соответствующей помощью.

Проще говоря, искры жизни могут быть мощным биологическим оружием, способным нанести огромный ущерб, если его применит злонамеренная сторона, желающая заразить множество людей. И кусок плоти, лежащий на земле у их ног…

Это была не обычная пойманная искра жизни.

София успешно соединила искру нежити с обычной искрой жизни, создав захваченную искру нежити — возможно, это был первый случай, когда человек создал ее.

Даже пятизвездочные не могли сделать то, что только что сделала София, поскольку технически искра нежити принадлежала к сродству смерти, а не к сродству жизни. Однако сродство смерти просто не имело власти манипулировать искрами жизни — даже если это были искры нежити — из-за чего подвиг выходил за рамки всех известных сродств.

Последствия существования этой штуки были многочисленны и весьма проблематичны. Во-первых, что случится, если кто-то поглотит такой объект? Фредди знал, что, будучи немертвым, эти клетки будут полностью невосприимчивы к большинству распространенных форм лечения, используемых для решения такой ситуации.

Но это было не первое, что пришло ему на ум. Его взгляд медленно переместился на искру, а затем снова на Софию. «Когда ты говоришь, что можешь сделать нас бессмертными… Ты ведь не предлагаешь слить эту штуку с нашими жизненными искрами, не так ли?»

Она почесала голову. «Я была так рада, что смогу извлечь один, что даже не подумала об этом... но да, это мой план».

«Это полное безумие», — выплюнул он.

«Я знаю», — сказала она, но она не выглядела извиняющейся. На самом деле, она повернулась к нему с ухмылкой. Ее рука двинулась к искре нежити, и, словно разделяя глину, она разделила массу мяса на две части. «Я тоже могу сделать столько, сколько захочу».

«Ты понимаешь, что вещь, которую ты держишь в руках, — начал Фредди, — по сути, эквивалент супербиологического оружия, которое, возможно, можно использовать для убийства невообразимого количества людей?»

Она кивнула.

«И тебя не смущает возможность поиграться с этим?»

«Смотри», — сказала она, поворачиваясь к нему лицом. «Если я соединю наши жизненные искры с искрой нежити, это должно сделать то же самое, что делает техника закалки Искры нежити».

«Так и должно быть?» — спросил он. «Конечно, тогда ты иди первым».

Она поморщилась.

«Что?» — снова спросил он, посмеиваясь. «Ты ведь не боишься, правда? Того, что что-то может пойти не так? » — поддразнил он, фыркнув на нее.

К его полному ужасу, выражение ее лица сменилось решимостью, когда она вытащила одну из искр из шара плоти и вонзила ее в свое тело.

«Иисус Христос!» — закричал он, отпрыгивая назад, слыша, как колотится его сердце в груди. Несколько долгих мгновений он просто наблюдал, как тело женщины начало меняться. Оно менялось понемногу, ее плоть извивалась и корчилась, пока она стояла безмолвно, ее рот был слишком деформирован, чтобы что-либо сказать.

Но затем в ее теле вспыхнула искра жизни, когда она сожгла ее, чтобы исцелить себя, а затем еще одна, и еще одна, пока, наконец...

Ее тело снова приняло облик молодой женщины, ничем не отличаясь от прежнего.

Он наблюдал за ней, беспокоясь, что этот процесс мог разрушить ее разум или свести ее с ума.

Через несколько секунд она открыла рот и рассмеялась. «Сработало!» — закричала она. «Я нежить!» — захихикала она, не обращая внимания на то, что ее может услышать стая горелов.

Фредди потерял бдительность, но его опасения не исчезли.

«Ну?» — сказала она, нагло улыбаясь ему. «Чего ты ждешь? Ты слишком горд, чтобы признать, что ты был неправ?»

«Что ты предлагаешь?» — осторожно спросил он.

Она закатила глаза. «Иди сюда! Я сделаю с тобой то же самое!»

Он нахмурился. «Неужели со мной случится то же самое, что случилось с тобой?»

Склонив голову набок, она нахмурилась. «Я... Что ты имеешь в виду?»

«Я тоже начну так же меняться?»

«О!» — воскликнула она, поняв, к чему он клонит. «Не волнуйтесь, босс!» — отдала она ему честь. «Я буду наготове, чтобы вылечить вас».

«Я не думаю, что это будет необходимо», — сказал он.

«Не говори мне, что ты струсил?» — недоверчиво спросила она. «Да ладно! Есть трус, а есть дурак».

«Я не это имел в виду». Он подошел к ней и вытащил мачете из своего кольца для хранения. Ловким взмахом, подкрепленным плавным ударом, он отрубил себе половину руки и замахнулся лезвием в ближайшую траву, чтобы остановить кровотечение. «Сначала сделай мою руку немертвой, затем стабилизируй ее, а затем соедини с моим телом».

Она щелкнула языком. «Я могла бы сделать то же самое! Почему ты не предложил этого раньше?»

Он усмехнулся: «Ты начала слияние еще до того, как я успел подумать о более безопасных способах его осуществления, идиотка. Я не виноват, что у тебя нет инстинкта самосохранения».

Посмотрев на него еще несколько мгновений, она со стыдом отвернулась, поняв, что он прав.

В течение следующих нескольких минут она повторила тот же процесс с его рукой. То же самое произошло и с ее телом, сначала превратившимся в безбожную массу извивающейся плоти, затем восстановившимся, когда она использовала несколько искр жизни, чтобы стабилизировать его. Как только это произошло, она приделала его отрубленную руку на место и, с его согласия, снова слила ее с его телом.

Это было ощущение, не похожее ни на что из того, что он когда-либо испытывал. Сначала рука казалась совершенно чужой, как будто она пыталась прикрепить к его телу конечность совершенно другого вида. Затем в его тело проникло ощущение холода, а в руке разлилось тепло. Он почувствовал, как в глубине его души поселилась какая-то твердь. Казалось бы, если бы жизненная сила была прочно привязана к телу, это давало бы ощущение безопасности и комфорта. Но этого не произошло. Вместо этого он почувствовал себя запертым в собственном теле.

Это было страшно, даже ужасающе.

Но когда чувство угасло, все, что осталось, было ясное, отчетливое ощущение, которое он ощущал всем своим существом. «Я нежить», — понял он, внезапно осознав, насколько София была уверена в успехе своего эксперимента. Он мог это чувствовать, но это ощущалось не так, как он думал.

Он ожидал, что нежить будет ощущаться... холодной... отвратительной... и болезненной, возможно, как когда она впервые инициировала слияние. Но он чувствовал себя в безопасности. Это было почти так, как если бы его жизненная сила была приклеена к его телу, тогда как раньше она ощущалась как вода в хрупком сосуде. «Ух ты».

Затем он поднял мачете и вонзил его прямо себе в сердце. Потребовалось много сил, чтобы протолкнуть его через слои брони, но с его огромной силой и Гидравлическим Напряжением он едва справился с этим.

Это слегка напугало Софию, но когда она поняла, что он делает, она успокоилась и просто наблюдала.

Кровь хлынула из огромной раны, как вода из крана, высасывая из его тела почти всю кровь, которая в нем была. Но когда давление упало, он не почувствовал желания потерять сознание. Конечно, было головокружение и сильная головная боль, а рана на груди болела как черт, но он не запаниковал. Инстинкт, который кричал бы на него всего несколько минут назад, был мертвенно молчалив, когда он стоял с абсолютной уверенностью, что дыра в его туловище не убьет его.

И он был прав.

Он вытащил мачете. Потеря крови все еще заставляла его чувствовать себя немного слабым. Не настолько слабым, но чувство все еще было. В его теле осталось совсем немного крови, но это не было большой проблемой, так как он все еще мог двигаться. Для смертного тела недостаток кислорода означал смерть. Для немертвого тела это означало лишь умеренный недостаток энергии.

«Сначала самовосстановление и отсутствие старения, потом нежить… Сколько еще ждать, пока я стану полностью непобедимым?» — шутливо спросил он, немного посмеиваясь. Затем он посмотрел на Софию.

Она посмотрела на него с отвращением. «Фу, это так мерзко».

В течение следующих полчаса они обсуждали несколько вещей. Самым важным, в чем они сошлись, было сохранение их бессмертия в абсолютной тайне. Ни у одного из них не было сродства смерти, так что ходить с немертвыми телами было бы очень подозрительно.

Всем хотелось бы узнать, как им это удалось, и если бы могущественная фракция пронюхала о таланте Софии, ну... каждый мог бы догадаться, чем бы это обернулось.

Фредди также попросил ее дать ему одну из захваченных искр нежити. По вполне понятным причинам он хотел носить одну в своем кольце для хранения. Эти штуки намного превосходили обычные искры жизни; для него они были способом использовать свой талант практически где угодно.

Крошечная, неуравновешенная часть его задавалась вопросом, что случится, если он откусит от одной из этих штук. Тот факт, что ответ почти наверняка был «судьба хуже смерти», означал, что он воздержится от попытки.

Сделав глубокий вдох, Фредди встал, собираясь уходить. Он собирался помахать Софии на прощание, но вместо этого улыбнулся ей. «Эй…» — крикнул он, слегка улыбнувшись. «Ты не хотела бы пойти со мной сегодня вечером?»

«Ооо, я вижу, парень снимает свой кадр?» - дразняще предложила она, но он отмахнулся от нее.

«Не льсти себе, ты, маньяк, — сказал он. — Я просто подумал, что было бы уместно немного отпраздновать».

Она подняла бровь. «Я удивлена. Я думала, ты не хочешь иметь со мной ничего общего».

«Ты не ошибаешься». Он повернулся к ней лицом. «Но у нас есть довольно большой общий секрет», — указал он. «Я буду честен — ты мне не нравишься. Ты незрелая, импульсивная и, честно говоря, ты просто сумасшедшая. Я не собираюсь когда-либо снова подвергать свою жизнь опасности, доверяя тебе нашу общую безопасность».

«Я не понимаю». Она посмотрела на него с легкой враждебностью. «Так зачем же притворяться, что это не взаимовыгодные деловые отношения?»

«Нет никакого притворства, — заявил он. — Это именно то, что есть».

«Так что же тогда с приглашением?» — спросила она его. Прежде чем он успел ответить, она продолжила: «Позволь мне прояснить кое-что — ты мне тоже не очень нравишься; почему ты решил, что я хочу тусоваться?»

«Ну, вот так», — сказал он, меняя позу. «Если мы не можем терпеть друг друга, как долго, по-вашему, продлится наше партнерство?»

Казалось, она долго размышляла. Потом вздохнула и подняла голову. «Конечно. Как хочешь», — сказала она. «Раз уж ты угощаешь, думаю, я смогу найти для этого время».

Он фыркнул. «Я бы не пригласил тебя, если бы ожидал, что ты заплатишь, мисс Бездомная».

Она тут же бросила небольшой кусок мяса прямо ему в лицо. Он увернулся.

Они договорились встретиться в 23:00 того же вечера перед клубом, куда он ходил в последний раз.

Фредди решил немедленно отправиться в путь, в то время как София хотела опробовать свое новое тело в действии, поэтому он предоставил ее заниматься безумными выходками, а сам перепрыгнул через валун и направился к асфальтированной дороге.

Хотя у него было время и силы, чтобы отправиться на охоту, было несколько вещей, которые он хотел сделать теперь, когда у него было тело нежити. Для начала, риск умереть от экспериментов со своими силами был почти полностью устранен. Тысяча Мокрых Адов и страшный мешок зверских стероидов в его кольце-хранилище сразу пришли ему на ум.

Но ему нужно было кое-что запомнить — он не был бессмертным. Не по-настоящему. Тяжелое повреждение мозга все равно убьет его или, возможно, оставит необратимые последствия, и он не знал, насколько его талант может помочь ему с этим справиться. Кроме того, если его когда-нибудь оставят в изуродованном состоянии, где он не сможет двигаться или получить помощь, бактерии, насекомые и грибки будут медленно пожирать его тело, в конечном итоге убив его в любом случае.

Честно говоря, он был соблазнен силой немертвого тела и не уделил время, чтобы как следует обдумать свое решение. Но теперь, когда он мыслил здраво, он знал, что решил бы принять его в любом случае.

Бытьё нежитью было самым значительным преимуществом сродства к смерти, и оно было только что подано ему на серебряном блюде. ​​Не говоря уже о том, что его талант был прямой противоположностью самому заметному недостатку нежити.

Он был весь в улыбках и радостях, когда он практически выскочил из этого мира. На обратном пути на него напала группа из трех рабочих-горелей, но расправиться с ними не составило почти никаких усилий. Он потратил немного времени, чтобы прицепить трупы к стойке, не потрудившись положить их в пластиковые пакеты, и продолжил свой путь.

Менее чем через пятнадцать минут он вернулся в коридор и вошел в вестибюль.

Как только он это сделал, к нему подошел мускулистый, высокий мужчина с длинными светлыми волосами и положил руку ему на плечо. «Привет», — поприветствовал его мужчина. «Вы Лиам Каттингсворт, верно?»

«Да, это...» — начал Фредди, но остановился, поняв, что мужчина обращается к нему по имени, указанному в его удостоверении личности... а не по псевдониму, который он использовал.

«Меня зовут Джейкоб Санторио. Я хотел бы поговорить с вами минутку».

----------

Интервью

Хотя это и не выходило за рамки возможного, Фредди совершенно не ожидал оказаться сидящим рядом с Джейкобом Санторио, сыном владельца Учебного центра Санторио и Хаба Санторио .

Несмотря на свои внушительные размеры, он выглядел чертовски маленьким рядом с возвышающейся фигурой Джейкоба. Рост мужчины, должно быть, составлял почти семь футов, а огромная масса мышц, покрывавшая его тело, смело можно сказать, повергала в смятение даже Марка Афронта. К тому же он был двухзвездочным, намного выше его уровня, и не делал ничего, чтобы скрыть свою силу.

Из-за подавленности было сложно точно оценить тех, кто был выше тебя, но, основываясь исключительно на том, насколько подавленным он себя чувствовал, этот человек, должно быть, был на уровне около 50–70 процентов прогресса со своей второй звездой.

Это было не так уж и далеко от его собственного уровня, но для кого-то вроде него, вполне вероятно, что человек ждал много лет, чтобы подняться до своей второй звезды. Его тело само по себе было свидетельством многих лет интенсивных тренировок.

Фредди был довольно нервным, и хотя он пытался это скрыть, это также стало довольно очевидным, когда его поместили рядом с мужчиной, который сидел, опираясь правой рукой на диван, на котором они сидели, скрестив ноги, и курил огромную кубинскую сигару, стряхивая пепел на пол, как будто он был хозяином этого места. Ну, он действительно владел этим местом, но все же. Его действия послужили довольно острым напоминанием, несомненно, преднамеренным.

Наконец, почти ровно через пятнадцать минут после того, как они сели, Джейкоб наконец повернулся к нему. «Тебе дали приглашение на собеседование. Оно через два дня. Ты придешь?»

Он не показывал никаких внешних признаков того, что вопрос его беспокоит, но он чувствовал себя не в состоянии ответить, когда сталкивался с этим. Конечно, он предпочел бы не терять право погружаться здесь, или, по крайней мере, он хотел бы избежать серьезного ограничения. Он мог бы найти другое место для погружения, но потеря охотничьих угодий, с которыми он был так хорошо знаком, все равно была ударом.

Обдумав свои ответы, он набросал тот, которым был вполне доволен. «Прошу прощения. Это заманчивое предложение, но работать с партией — не мой стиль».

«Вы уверены», — заметил мужчина. «Это собеседование, а не открытое приглашение. Почему вы так уверены, что пройдете?»

«Неважно, сдам я экзамен или нет, — сказал он, меняя позу, — если награда — это то, за что я не хочу бороться».

«А что, если я пригрожу вам запретом погружаться здесь?»— спросил мужчина, снова стряхивая сигару. «Это стоит вашего времени?»

Он стиснул зубы. Было две основные причины, по которым он не хотел идти на собеседование: его уникальный набор навыков и его украденная личность, и обе они, скорее всего, будут скомпрометированы, когда его будут окружать люди, заинтересованные узнать о нем как можно больше. Это также связывало его с другими людьми таким образом, что он не чувствовал себя комфортно, и если это был тот человек, на которого он собирался работать, у него было еще меньше желания присоединиться.

«И что именно вы получите, если забаните меня?» — он наконец повернулся к мужчине. «Я не был бы хорошим членом команды, и, как вы сказали, я даже не гарантированно пройду».

«О, я делаю это не для того, чтобы что-то получить», — заявил мужчина, ухмыляясь от уха до уха и попыхивая сигарой. «Я просто мудак».

Фредди усмехнулся: «Очаровательно».

«Слушай, малыш», — начал Джейкоб. «Мне не нравится видеть, как такие придурки, как ты, злоупотребляют тяжелой работой моего отца, которая помогает всему работать. Если ты не можешь оказать нам простую услугу, мы тоже не можем оказать ее тебе».

«Разве тебе недостаточно забирать 50 процентов от всей прибыли, которую я зарабатываю, рискуя своей жизнью?» — фыркнул он. «В следующий раз, когда я отключусь от истощения, может, тебе стоит обмануть меня пожестче».

Джейкоб не подал виду, что укол задел его, вместо этого он снова затянулся сигарой. «В любой момент времени от двух до трех сотен человек работают, чтобы этот проход был достаточно безопасным и оставался открытым. Вы платите за их услуги».

«Да неужели?» — усмехнулся он. «Если это так, скажите мне, сколько денег на самом деле уходит рабочим».

«Им платят столько, сколько они зарабатывают», — сказал Джейкоб, стряхивая пепел прямо в лицо Фредди.

«Знаешь что?» Он встал, собираясь уйти. «Твой проход, твои правила; делай, что хочешь. Если ты не хочешь, чтобы я был здесь, я перееду в другое место».

«Я передумал, — вдруг сказал мужчина, посмеиваясь. — Я не собираюсь вас банить».

Шаги Фредди остановились. Он обернулся.

Джейкоб встал с дивана и подошел к нему. «Не знаю, что, черт возьми, этот ублюдок в тебе нашел», — сказал он, гася сигару о шлем Фредди. «Я забираю свое приглашение обратно». Мужчина прошел мимо него, хихикая. «Я не хочу, чтобы рядом со мной был такой трус, как ты».

И с этими словами мужчина просто ушел, оставив его в разочарованном и недовольном молчании.

«Какой чертов придурок».

По дороге домой Фредди заехал в мясную лавку, чтобы купить огромный мешок ненужных мясных отходов. Это было невероятно дёшево.

Вернувшись в квартиру, он бросил мешок с мусором на землю, вытащил пойманную искру нежити и положил ее рядом. Затем он сел и сосредоточился.

Он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, а затем включил «Тысячу Мокрых Адов».

Боль пронзила все его тело, настолько сильная, что он едва мог оставаться в сознании. Каждый раз, когда он использовал его, он чувствовал, как глубокий страх смерти проникает в его душу. Теперь, когда у него было тело нежити, он думал, что это изменится.

Этого не произошло.

Потому что риск смерти на самом деле не исчез. Тысяча Мокрых Адов была безумно мощной. Настолько мощной, что существовал реальный риск, что ее использование может разрушить важную часть его мозга и сделать его полностью недееспособным.

Если бы это произошло, то был бы ненулевой шанс, что он... просто умрет. Потому что кто его вылечит? Кто его спасет, если он окажется в такой ситуации?

В глубине его сознания возникла мысль.

Небольшим усилием воли он освободил Кровопролитие из его оболочки. Скелет тут же опустился перед ним на колени, оставив на ковре гигантское кровавое пятно. «Что вам нужно от меня, мой Мастер?»

Он встал и принес зазубренный кухонный нож, протягивая его маленькому скелету. «Можешь попробовать ударить им по этому куску плоти?»

Скелет кивнул, замахиваясь на искру нежити. Нож вонзился прямо в искру, но ничего не произошло. Он не почувствовал, как его талант сработал от этого. Он вздохнул. Казалось, если он хотел, чтобы урон от Кровопролития считался уроном, который он наносил, ему нужно было призвать его через Кровавое Жертвоприношение, а не просто выпустить из оболочки.

Говоря о Кровавой Жертве, он вспомнил кое-что. Несколько дней назад он пытался использовать эту способность в бою, но потерпел неудачу. Кровопролитие нашептывало ему на ухо какую-то загадочную чушь, но он хотел получить более подробный ответ, почему он не может активировать эту способность.

«Кровопролитие», — позвал он. «Сколько крови мне нужно, чтобы активировать Кровавую жертву?» Он подозревал, что не сможет использовать способность, потому что не пролил достаточно крови, чтобы она сработала. Но...

«Любая сумма будет достаточна», — заявил скелет.

Он замер. «Что? Подожди, так… когда я сражался с теми монстрами, почему я не мог использовать эту способность?»

Кровопролитие подняло голову. «Потому что не было кровопролития».

Фредди нахмурился. «Разве это не было кровопролитием?»

«Пока нет», — ответил скелет.

"Что ты имеешь в виду?"

«Кровопролитие существует только как следствие резни. Оно созревает, когда заканчивается резня » .

Он на мгновение задумался над его словами. «Так... ты хочешь сказать, что... мне нужно сначала перестать сражаться, чтобы использовать эту способность?»

Скелет на мгновение, казалось, обиделся на чрезмерное упрощение, но догадка Фредди, похоже, была достаточно близка. «Это верно».

«Ой. Это действительно отстой. Можно я просто, типа, поставлю бой на паузу? Это будет считаться?»

Скелет замер на несколько мгновений, но в конце концов кивнул в знак подтверждения. «Если вы сможете отцепиться, да, это сработает».

Это было... лучше. Но он не всегда мог позволить себе роскошь отстраниться во время боя.

Вздохнув, он посмотрел на скелет. «Кровопролитие», — крикнул он, но затем замер. Он хотел, чтобы скелет помог ему, если он окажется в отчаянном положении. Но как? Если его мозг был поврежден до такой степени, что он не мог проснуться самостоятельно, ему понадобится внешняя помощь, если он захочет подняться. В худшем случае он действительно может просто умереть.

«Ладно, мы попробуем кое-что», — сказал он, взяв зазубренный нож и положив его рядом с телом. Затем он лег на землю рядом с ним, изображая, будто потерял сознание.

«Хозяин... что ты делаешь?» — спросил Кровопролитие.

«Кровопролитие, мне нужно, чтобы ты взял нож, вложил его мне в руку, а затем переместил мою руку, чтобы ударить этот кусок плоти. Ты можешь это сделать?»

«Все, что пожелаете», — сказал он, двигаясь вперед, чтобы выполнить его указания.

Он поднял кухонный нож и вложил его ему в руку. Затем он начал сжимать его пальцы один за другим, пока он изо всех сил старался не поддаться желанию двигаться самостоятельно. На какой-то момент он удивился силе духа. Он был определенно сильнее взрослого смертного человека. Но если подумать, это не должно было быть сюрпризом.

Скелет был довольно неуклюжим, когда дело касалось таких вещей, и он изо всех сил пытался поднять руку, удерживая нож на месте. После нескольких попыток ему это удалось, затем он бросил ее на комок плоти лезвием вниз. Крошечный импульс кражи жизни пробежал по его телу, и он вздохнул с облегчением.

Скелету может потребоваться несколько часов возни, чтобы исцелить его достаточно, чтобы проснуться, но это было намного лучше, чем быть оставленным на милость... никого, в общем-то. Может быть, хозяин выломает двери через несколько недель, но он не мог представить, чтобы кто-то вошел в его квартиру до этого момента.

«Спасибо, Кровопролитие». Он снова встал. «Пожалуйста, оставайся рядом со мной. Если я потеряю сознание, делай то, что ты только что сделал, столько времени, сколько потребуется, чтобы я проснулся».

Кровопролитие кивнуло.

Фредди скормил искре нежити несколько кусков кожи, жира и большой кусок кости, положив его себе на колени. Схватив зазубренный нож, он приготовился нанести удар. Затем он активировал Тысячу Мокрых Адов.

Сдавленный стон вырвался из его уст, когда он отчаянно взмахнул ножом, но всего через две секунды использования он не смог удержать его. Это был самый долгий срок, который ему удавалось удерживать его активным. Сглотнув, он схватился за голову. Пронзительная головная боль грозила разнести его череп на части, но он выдержал, пока исцелял себя и готовился начать снова.

И снова ему не удалось продержаться дольше двух секунд. И снова. И снова. Но каждый раз, когда он пытался, ему удавалось продержаться на долю секунды дольше.

Но после пятой попытки он внезапно обнаружил, что не может продолжать. «Что за фигня?» Способность отказалась срабатывать. Он нырнул в свой эфирокосм, чтобы взглянуть.

Оболочка для Тысячи Мокрых Адов продвинулась примерно на 1%, увеличившись до 2% завершения, а турбулентный остаток внутри покоился без дела. Казалось, что с этим все в порядке. Но когда он сосредоточился на своей звезде, он немедленно обнаружил проблему.

Ты шутишь, что ли?

Тусклый блеск его звезд отметил, что они оба были пусты. Он был полностью лишен сущности. В тот момент его максимальная емкость составляла 114%, увеличившись на 3% после его рискованной встречи с ордой горелов. Но все же, всего через десять-двенадцать секунд использования... Тысяча Мокрых Адов высосала все до последней капли.

Это означало, что за секунду использования он потреблял около 10% эссенции, что делало его самой дорогой способностью, даже по сравнению с использованием Струящегося Удара с обеими активированными звездами.

Он не пользовался способностью достаточно долго, чтобы заметить, но это была огромная проблема. Он стиснул зубы. Если бы только он не был таким глупым с выбором улучшения. Чувство разочарования переполняло его, но он отказывался сдаваться.

Он покинул эфирокосм и сделал глубокий вдох. Затем он нырнул в Незер, собирая пучки своей косой, пока не восстановил достаточно эссенции, чтобы продолжать.

Отсутствие виспов вокруг него сделало этот процесс долгим и утомительным. Ему потребовалось почти двадцать минут, чтобы продержаться еще несколько секунд, и к 10 часам вечера он достиг только 2% прогресса в технике закалки, достигнув 4% завершения.

Все его тело было вспотевшим, а головная боль не прошла даже после полного исцеления. Мешок с мясными отходами был пуст, но захваченная искра не выросла ни на йоту. Он нахмурился.

Похожая вещь произошла с искрой жизни, которую дала ему Мадам. Она росла со временем, но это не коррелировало с количеством мяса, которым ее кормили. Большая часть массы, казалось, растворилась в воздухе. То же самое, казалось, происходило и здесь, но эффект был гораздо более выраженным.

Что бы ни делала нежить с куском плоти, это явно мешало ему расти. Первое, что пришло на ум, это то, что он, скорее всего, рос посредством митоза. Технически, разделение клетки можно рассматривать как смерть одной, чтобы могли родиться две.

Может ли нежить помешать этому?

По крайней мере, это значительно снизило потенциальную угрозу, которую эти вещи могли представлять для людей в целом. Не обязательно большое, но и не незначительное бремя свалилось с его плеч с этим осознанием. Ура, за невиновность в создании пандемии, уничтожившей человечество.

Сделав глубокий вдох, он успокоился. Ему нужно было подготовиться к вечернему выходу. Он честно думал, что после всего случившегося он не будет в настроении покидать свою квартиру, но, если уж на то пошло, все оказалось наоборот.

У него было жгучее желание выбраться куда-нибудь и развлечься, отвлечься от всего и отпраздновать свои успехи.

Ему не потребовалось много времени, чтобы собраться. Через полчаса он уже был на улице, направляясь к месту, где договорился встретиться с Софией.

На мгновение он почти прошел мимо нее. Затем красивая женщина в красном платье, на которую он пытался не смотреть, помахала ему рукой. «Эм... Алло? Земля вызывает Лиама?»

Он остановился и повернулся к ней лицом. «Ух ты», — сказал он, усмехаясь. «Ты выглядишь такой цивилизованной, что я тебя почти не узнал».

Она фыркнула. «Ха-ха». Затем она подошла к нему. Она была намного ниже его ростом, даже на шпильках, и с его массивным телосложением она выглядела рядом с ним как ребенок.

Они вдвоем ждали в очереди, и его забавляли странные взгляды, которые бросали на него люди.

Он в шутку погладил ее по голове. «Не волнуйся, малышка, мы найдем твоих родителей в мгновение ока!»

Она подняла голову и со всей силы укусила его за руку, не сдерживая ни малейшего желания.

К сожалению для нее, это не дало практически ничего. Кожа на его руках была жестче дубленой кожи.

На этот раз он встал в очередь с двумя звездами, где ожидание было намного короче. Потребовалось меньше минуты, чтобы дойти до конца. Он получил две отметки, в то время как София, как однозвездочная, получила только одну.

Она, казалось, чувствовала себя в клубе довольно комфортно, не показывая никаких признаков того, что она не в своей стихии. Они немного погуляли, и София, по-видимому, искала место, которое они могли бы занять.

Это был вечер пятницы, так что клуб был переполнен. Они не опоздали ни в коем случае, но большинство людей, похоже, пришли пораньше, чтобы занять место, оставив открытыми только несколько паршивых столов в самом конце, рядом с туалетами.

В любую другую ночь он бы просто пожал плечами и терпел, но в тот день? Он не хотел позволять отодвигать себя на второй план.

Наконец к ним подошел официант.

Фредди поднял руку, чтобы показать две отметки на ней. «Открыты ли какие-либо VIP-залы?» — спросил он.

«Осталась одна», — сказал официант. «Но вам придется заплатить вперед. Это нормально?»

«У меня тут кредитка», — сказал он с ехидной ухмылкой.

На какое-то время он подумал, что София будет критиковать его за то, что он так выбрасывает деньги. Но вместо этого она, казалось, была впечатлена. «Ого, я не думала, что у тебя хватит смелости потратить столько денег на вечеринку».

«Ты ни хрена обо мне не знаешь», — сказал он. «Давай, пойдем».

София подняла руки. «Ладно, ух ты. Задело твое эго?»

«Я вижу, кто-то хочет лишиться привилегий VIP-зала?»

Она сделала вид, что закрывает рот на молнию, и быстро отдала ему честь. «Нет, сэр».

«Разве ты только что не закрыла рот на молнию?»

«О, точно». Она закрыла рот. Затем она пробормотала что-то совершенно неразборчивое с закрытыми губами. Вероятно, это было «Нет, сэр».

Он усмехнулся и покачал головой.

Фредди ожидал, что VIP-секция будет в уединенном углу. Но нет. На самом деле это были те самые броские места прямо в центре клуба. Ну, имело смысл, что те, кто тратит нелепые суммы денег на такую ​​роскошь, хотели бы, чтобы это было где-то, где они могли бы так сильно напрягать свое богатство, как только это вообще возможно.

Он знал, что ему так больше нравится.

VIP-залы были разделены небольшими стенами и размещены вокруг огромного круга в центре клуба. Бар находился внутри этого кругового образования, и там были небольшие окна, хотя они были захлопнуты. Он увидел, как одно из этих окон открылось, когда поднос среднего размера проплыл через него и приземлился на столе в середине зала справа от того места, где они должны были сидеть.

Его внимание привлек ассортимент напитков и искусная расстановка их рядом с бокалами ручной работы, и он не обратил внимания на сидящих за столом.

Его взгляд медленно переместился на изображение массивного блондина. Он сразу узнал в этом человеке Джейкоба Санторио, но это едва ли стоило его внимания.

Вместо этого, люди, на которых он смотрел, были мужчиной и женщиной, которые яростно ссорились, стоя прямо у входа в гостиную и споря. Они заметили его, когда он подошел достаточно близко. И судя по ужасному взгляду, который Теодор и Беатрис бросили на него... он довольно хорошо догадался, из-за чего они ссорились.

Ох, черт возьми, моя жизнь.

----------

Саботаж

Фредди сидел в отдельной кабинке, закрыв лицо руками, а София кричала рядом с ним, смеясь так сильно, что едва могла дышать.

«Ты... Ты...» — пробормотала она. «Ты собака!» Несмотря на резкие слова, ее веселье от ситуации оставалось ясным как день. Она сделала глоток напитка и издала тихий стон удовольствия, снова хихикнув, едва не выплюнув напиток, когда заставила себя проглотить его.

Он честно не знал, почему рассказал ей о том, что сделал. Да, она донимала его около получаса, отказываясь оставить эту тему, пока он не пролил чай, но он все равно был удивлен, что он действительно сдался и поделился своей историей о граничащей с адюльтером измене.

«Можем ли мы, пожалуйста, оставить эту тему?» — взмолился он. «Ты удовлетворила свое любопытство; теперь либо заткнись, либо я тебя выгоню».

«Ладно, ладно», — сказала она. «Еще один раз — бахахахаха!»

Он щелкнул ее по лбу, и она отшатнулась. «Ой!» — вскрикнула она. «Это чертовски больно!»

«Ты думаешь, я смогу рассчитать время для Струящегося Удара одним щелчком?» — пригрозил он. «Хочешь, чтобы я узнал?»

«Ладно, я поняла, чувак». София сделала еще один глоток напитка. «Так... ты просто планируешь сидеть здесь один всю ночь?»

«Что?» — усмехнулся он. «Твоя компания не считается?»

«Правда?» Она подняла бровь. «Ты серьезно потратил столько денег только что бы, побаловать меня? Ты в меня тайно влюблен?»

Он закатил глаза. «Мой план был найти несколько человек, которые присоединятся к нам; может быть, несколько симпатичных девушек».

Она ухмыльнулась от уха до уха. «Ну, что случилось, большой парень?»

Его рука потянулась к бокалу изысканного шампанского, и он одним махом выпил его, содрогаясь, когда оно опускалось. «Мне больше не хочется».

Она фыркнула, но ее насмешливая улыбка исчезла, когда она кивнула. «Да. Я поняла». Она сделала глоток и поставила стакан. «Вы были друзьями с этим парнем?»

«Кто? Теодор?» — спросил он. Затем покачал головой. «Нет, черт возьми. Этот парень — гребаный придурок».

Она посмотрела на него проницательным взглядом. «Но тебя это все еще беспокоит, не так ли?»

Вздохнув, он налил себе еще один стакан. «Я случайно причинил боль многим людям в своей жизни. И, кажется, становится только хуже». Он снова залпом осушил весь стакан и тут же налил себе еще один. «Каждый раз у меня было оправдание». Он снова осушил стакан. «Они причинили мне боль первыми. У меня не было выбора. Я не хотел этого делать». Он снова отхлебнул. «Но как бы оправданно это ни было, в конце концов мне всегда больно. А если так будет продолжаться?» Он снова попытался выпить, но...

Рука Софии крепко сжала его запястье, заставив его остановиться. Она наклонилась вперед, ее светлые волосы закрыли глаза. «Не надо», — тихо сказала она.

Он вырвал руку из ее хватки, пролив часть напитка на пол, и осушил остаток стакана. Он поставил его обратно на стол, бросив на нее ухмылку, которая не коснулась его глаз. «Со мной все будет в порядке. Ты даже не знаешь меня. Не притворяйся, будто тебе не все равно».

Они оба сидели молча.

Его глаза сканировали танцующую толпу, наблюдая за массой людей, веселящихся и наслаждающихся собой. Огни мерцали на танцполе, и музыка заполняла его уши, заглушая даже его мысли, но не делая ничего, чтобы облегчить его кислое настроение.

Стакан, из которого он собирался сделать глоток, коснулся его губы. Он оттянул его и поставил на стол, бросив на Софию быстрый взгляд.

Наконец он открыл рот. «Ты чувствуешь себя виноватой из-за того, что чуть не убила меня?»

Она казалась расстроенной из-за этого расспроса, поэтому он раскрылся. «Не пойми меня неправильно», — сказал он, вздохнув. «Мне просто любопытно».

После долгой минуты молчания она ответила на вопрос. «Не совсем виновна, нет…» — сказала она. «Но… я признаю, что были допущены ошибки. И я принимаю решение больше не ставить себя или других в такую ​​ситуацию. Я прошла тест, профессор?»

Он усмехнулся: «А что бы ты чувствовала, если бы я умер в такой ситуации?»

«О, пожалуйста», — сказала она. «До этого не дошло, так какое это имеет значение?»

«Просто подыграй мне немного, ладно?»

Она застонала. «Да, конечно, я бы чувствовала себя виноватой».

Между ними снова повисла тишина.

По мере того, как шли минуты, никто даже не предложил присоединиться к ним. Неприятная атмосфера между ними была совершенно очевидна любому, кто бросил хотя бы взгляд.

Вместо того, чтобы позволить настроению стать еще более кислым, он решил сменить тему. Они ведь приехали туда, чтобы узнать друг друга получше, не так ли? Естественно, он не собирался рассказывать ей какие-то особенные подробности о себе, но все же, даже что-то неопределенное было гораздо предпочтительнее удушающей тишины.

«Ладно». Он хлопнул в ладоши и потер ладони. «Давай, хватит об этом. Давайте поговорим о чем-нибудь».

«Хорошо... О чем вы хотели бы поговорить, сэр?» — саркастически ответила она.

«Расскажите мне что-нибудь о себе».

«Хмммм», — простонала она. «Я должна?»

«Ну давай же.»

«Как насчет того, чтобы ты пошел первым?»

Он щелкнул пальцами, образовав пистолеты, и направил их на нее. «Ладно, конечно, конечно, э-э... Знаешь что, как насчет этого — спроси меня о чем-нибудь конкретном».

Даже не рассказывая свою реальную историю, он запомнил всю биографию Лиама Каттингсворта, человека, чью личность он взял. Он не стеснялся заимствовать некоторые детали из этих документов.

«Ладно, конечно... Эм... Хм. Дай мне минутку подумать». Она подперла подбородок и прищурила глаза, а ее брови заплясали в такт ее внутренним размышлениям. «Кошки или собаки?»

«У меня никогда не было домашних животных, так что... Но да, э-э... если бы мне пришлось говорить, я бы, наверное, выбрал... ни то, ни другое ».

«Ух ты. Ты ненавидишь животных?»

«Я бы не заходил так далеко », — усмехнулся он. «Я просто никогда не понимал идею держать животных в качестве домашних питомцев. Зачем позволять себе заботиться о том, что проживет такую ​​короткую жизнь?»

«Есть способы продлить жизнь вашим питомцам».

«Дорогие способы. Я бы лучше потратил свои деньги на что-нибудь другое. В любом случае, теперь моя очередь», — сказал он, меняя тему. «Э-э… ​​Ты училась в колледже?»

«Нет», — сказала она.

Он подождал некоторое время, и когда стало ясно, что она не собирается продолжать, он махнул рукой.

«Что?» — спросила она. «Ты задал мне вопрос, на который можно было ответить «да» или «нет», а я дала тебе ответ».

«Ладно, это справедливо», — признал он. «Каким ты был в качестве...»

«Я полагаю, теперь моя очередь?» — прервала она его.

Он вздохнул и закатил глаза. «Конечно, продолжай».

«Ладно, эээ…» Она постучала по губам указательным пальцем. «О, ладно, этот хорош; чего ты все время так боишься?»

Он замер на вопросе. «Что ты имеешь в виду?»

«Ну… Когда ты впервые меня встретил, ты отскочил, как будто увидел дьявола. А еще у тебя есть одержимость все держать в секрете. Черт, ты даже заблокировал дверь своей чертовой спальни своей тумбочкой, чтобы, что, не дать мне убить тебя во сне?»

«Это вполне разумные вещи, которых стоит бояться, спасибо большое».

«О, правда?» Она искоса взглянула на него. «Да ладно, признай хотя бы, что тумбочка была немного параноидальной».

«Не знаю, как ты, а я видел мир таким, какой он есть, София», — сказал он. «Мир — ужасное место ужасных людей, которые жаждут сделать его еще хуже, черт возьми. Так что да, вот почему я боюсь. Я был по другую сторону этого уравнения».

«Многое проецируете?»

«Простите!?» — закричал он.

Она пожала плечами. «Ты просто говорил о том, что причиняешь боль людям и все такое. Ты когда-нибудь задумывался о том, что мир не так уж и ужасен, и что это может быть твоя собственная вина, пусть и совсем чуть-чуть?»

«Нет, черт возьми», — сказал он, чувствуя, как в груди нарастает гнев. «Я бы даже не назвал преувеличением сказать, что этот мир — ад. Я пережил такое дерьмо, которое твоя избалованная задница даже не могла себе представить».

Она помолчала. «Ты не знаешь мою жизнь».

«Ты чертовски права, я не знаю. Ну же, просвети меня. Докажи, что я не прав».

«О чем?»

«Докажи мне, что ты не просто избалованная гребаная принцесса». Он наклонился.

Она уставилась на него. «Ладно, как насчет того, чтобы ты немного отступил?»

«Хотя я тебя не знаю, в одном я абсолютно уверен: ты совершенно новичок в реальном мире. Хочешь знать, откуда я это знаю? Потому что ты, очевидно», — он ткнул в открытую кожу чуть ниже ее шеи, — «еще не усвоила, что нельзя просто делать и говорить все, что хочешь».

«Не трогай меня», — сказала она с уничтожающим взглядом, откидываясь назад.

Он немного остыл и отстранился. Он снова схватил стакан и отпил. «Ладно, теперь моя очередь задать вопрос. Кто ты, черт возьми?»

Ее глаза встретились с его взглядом на долгое мгновение. «Спроси меня о чем-нибудь еще».

«Нет», — отказался он. «Или скажи мне, или убирайся к черту с глаз моих».

По какой-то причине в этот момент музыка стала почти громче. Воздух стал более удушливым, толпа — более оглушительной, а огни — ярче.

После нескольких долгих секунд пристального взгляда она улыбнулась улыбкой, которая не коснулась ее глаз. «Ладно».

Затем она встала и ушла.

Он наблюдал, как ее фигура медленно скрылась из виду, смешавшись с толпой и исчезнув. Он прикусил костяшки пальцев и бросил стакан, который держал в руке, на пол. «Чего я боюсь, а?» — усмехнулся он. «Избалованная девчонка».

Вся эта идея внезапно показалась ему такой глупой. Зачем он пытался удержать ее рядом? Зачем он пытался, сделать что, наладить связь? Наладить отношения? Он спас ее от ужасной смерти, а она отдала ему пойманную искру нежити. Она ему больше не нужна, и он ей не нужен.

На какой-то момент он забеспокоился, что она сама влипнет в неприятности и, через посредника, влипнет в неприятности и ему. Как только он понял, что у него возникла эта мысль, он едва удержался от желания пнуть стол.

Она не ошиблась.

И он это ненавидел.

Он ненавидел жить в мире, где ему нужно было быть таким параноидальным — где ему нужно было быть таким осторожным и расчетливым. Сделай неправильный поворот — и он внезапно стал выжившим после нашествия монстров. Подпиши неправильный контракт — и он внезапно стал обузой. Владей не тем — и он внезапно стал вором.

Одно неверное движение — и он внезапно станет либо мертвецом, либо убийцей.

Он наконец понял, почему его так беспокоила история с Беатрис. Он сделал Теодора врагом. А этот человек дружил с Джейкобом, который показал, что более чем готов злоупотреблять своей властью, чтобы усложнить жизнь Фредди.

Вот в таком мире он жил. В мире, где без поддержки со стороны власти любая, даже самая незначительная ошибка могла перерасти в серьезную проблему.

Если он даже не мог выйти выпить, не беспокоясь, то...

«К чему именно я стремлюсь?»

Полная непобедимость?

Абсолютная власть?

И что было до того, как он достиг этой точки?

Неужели он всегда будет бояться?

…

Неужели он всегда будет параноиком?

К его столику подошли две девушки. «Эй», — окликнула одна из них. «Не возражаете, если мы к вам присоединимся?» — спросила она, перекрикивая громкую музыку.

«Не стесняйтесь, садитесь», — сказал он, вставая и выходя из клуба.

В течение следующих нескольких дней Фредди сосредоточился на том, чтобы заработать как можно больше денег, тратя каждую свободную секунду на тренировки.

Он отложил посещения библиотеки и спортзала, сосредоточившись на развитии своих способностей.

Настал день интервью, но никто его не искал и ничего ему не говорил.

София, казалось, избегала его всякий раз, когда он встречал ее в центре.

Хорошо.

Казалось, мир наконец-то оставил его в покое по большей части. По крайней мере, на время. Тем не менее, он уже строил конкретные планы по переезду в другой хаб. У него даже была цель в голове, и он уже изучал детали, окружающие ее. Все было, по крайней мере, на поверхности, в порядке.

Но он чувствовал себя более обеспокоенным, чем когда-либо за долгое-долгое время. Постоянное чувство... пустоты пронизывало его тело, и как бы он ни старался отвлечься, как только наступал следующий тихий, одинокий момент, он погружался в ту же яму отчаяния.

Прошла неделя, и он сидел в вестибюле Хаба Санторио, наблюдая за проходящими мимо толпами, пока он небрежно потягивал кофе. Он не носил шлем, и, как он, вероятно, должен был ожидать... никого это не волновало. Он читал журнал о знаменитых архилюдях.

У некоторых из этих людей были таланты, даже однозвездные, которые могли уничтожить его прежде, чем он успеет подумать о том, чтобы дать отпор. Мгновенная телепортация, Святой меч, Телекинез — черт возьми, был парень, чей талант позволял ему создавать полуразумных металлических големов, которые могли самостоятельно наращивать свою силу с течением времени.

Он не мог не чувствовать бесконечной горечи от этого. Будет ли у него когда-нибудь шанс против кого-то вроде этого? Нет, ну правда? Это была сила, которая, казалось, существовала в отдельном мире от его собственного, как что-то, о чем он слышал в древнем мифе, а не читал в гребаной газете.

Даже обладая странными, уникальными способностями в душе, он просто не мог конкурировать с истинной элитой общества.

Эта мысль с каждым днем ​​беспокоила его все больше и больше.

Он сердито захлопнул бумаги, которые читал, и швырнул их на стол, вытащив вместо них из рюкзака блокнот.

Только одно постоянно улучшало его настроение — отслеживание прогресса. Фантазировать о пике могущества — это одно, но даже если он не был самым могущественным человеком в мире, чем он был сильнее, тем больше у него было свободы.

СБОР:

Вторая звезда — 116% емкости эссенции

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: динамическое качественное исцеление

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

МЕТОДЫ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Бассейн Крови: Этап 1 — 57% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 0 — 98% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: этап 1 — завершение

Тысяча Мокрых Адов: Этап 1 — 13% Прогресс

Пучины Бездны: Этап 1 — 23% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Кровавый Кастет: Стадия 0 — 95% прогресса

Сродство воды:

Струящийся Удар: этап 1 — прогресс 24%

Гидравлическое Напряжение: Этап 1 — 7% прогресса

Создание Воды: этап 1 — прогресс 23%

Струя Давления: Незаконченная оболочка эфира

Сродство гиблой воды:

Гиблая Вода: Стадия ?—? Прогресс

Другая Способность: Понятия не имею

УНИКАЛЬНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Кровавая Жертва: Стадия ?

Ярость Левиафана: Стадия ?

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -4% стоимости сущности, +3% силы для способностей, связанных с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития.

ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кинжал кровотечения: атаки ближнего боя вызывают дополнительное кровотечение.

Он сосредоточил большую часть своих усилий на выращивании Тысячи Мокрых Адов, Кровавых Кастетов, Басейна Крови и Багряной Ртути, поэтому они показали самый значительный рост. Хотя Тысяча Мокрых Адов, казалось, прогрессировал мучительно медленно и становился только медленнее со временем, его влияние на его выносливость было уже довольно заметным, даже при 13% завершении первой стадии.

Это тоже имело смысл. С этой способностью он создал нечто, что в большинстве случаев не могли использовать даже обычные люди. Излишне говорить, что неудивительно, что это оказало такое огромное влияние.

Его Кровавые Кастеты все еще были довольно хрупкими, и всякий раз, когда он использовал их против горелов, они трескались, как хрупкий камень. Это не было неожиданностью, учитывая, что он еще не улучшил ни Кровавые Кастеты, ни Багровую Ртуть. После того, как он улучшил и технику закалки, и способность, шипы должны были иметь свойства кованого железа.

Это все еще не самое прочное вещество в мире, но оно было бы большим улучшением по сравнению с тем почти бесполезным мусором, которым оно было в данный момент.

Создание Воды и Пучины Бездны выросли гораздо меньше, чем могли бы, но это произошло в основном потому, что он не вкладывал практически никаких усилий в их развитие.

И наконец, к его удивлению, уникальное кольцо стало сильнее. Это заняло так много времени, что он начал подозревать, что оно будет расти вечно, так что это был приятный сюрприз.

Честно говоря, он сильно недооценил ценность этого кольца. Увеличение силы, хотя и казалось относительно небольшим, на самом деле помогло ему развивать свои способности гораздо быстрее, а снижение стоимости эссенции позволило ему больше работать над своими способностями, что со временем привело к дополнительному росту.

Ценность товара будет расти экспоненциально с каждым дополнительным процентом снижения стоимости или мощности.

Затем была его звезда, сидевшая на 116% эссенции. Он должен был признать, что был сильно разочарован скоростью своего роста. Но он мог, по крайней мере, понять, почему это заняло так много времени.

Во-первых, у него не было доступа ни к какому сокровищу роста. Если бы он попытался купить что-то для полурегулярного использования, он бы быстро исчерпал свои сбережения, даже с теми деньгами, которые он зарабатывал.

У него также не было доступа к надлежащему месту сбора. Более того, когда он собирался, он в основном сосредотачивался на пополнении своей сущности, а не на продвижении своей звезды вперед.

Возможно, самое важное, что он просто не достиг многого заметного. Инцидент с ямой Гореля, правда, немного подтолкнул его, но в остальном он просто собирал низко висящие фрукты, выжимая силы, которые просто ждали, чтобы он вложил в них немного времени.

Вздохнув, он отложил блокнот обратно, в целом довольный своим прогрессом.

Он продолжал потягивать кофе, наблюдая за проходящими мимо людьми.

Вскоре он заметил Софию. Она избегала смотреть на него, торопясь вперед, врываясь в проход. Он усмехнулся.

Вскоре после этого он заметил еще одного человека. Это был Теодор, идущий бок о бок с четырьмя другими людьми. Каждый из них нес оборудование, которое, вероятно, стоило миллионы долларов. Одно только их оружие выглядело так, будто его цена исчислялась семизначными числами.

Первым среди них был Джейкоб, светловолосый гигант, одетый в легкую броню, которая открывала большую часть его тела. Был ли этот человек аркой, связанной с огнем? Если подумать, Фредди понятия не имел, в чем заключались способности этого человека, но он предполагал, что этот человек сражался в ближнем бою. Никакого оружия не было прикреплено к его боку, но перчатки без пальцев, которые он носил, выглядели сделанными из изысканно тонкой серебристой металлической чешуи, что, вероятно, указывало на то, что этот человек был либо заклинателем, либо, возможно, драчуном. Возможно, смесью того и другого.

Вторым был Филлип, азиат, который подошел к нему, чтобы спросить о Софии. Он был удивлен, увидев этого человека в группе, но было логично, что у него были связи с администрацией, если он был в той же партии, что и Джейкоб. Мужчина был одет в полный пластинчатый доспех, со шлемом на спине, и он нес большой щит с коротким мечом, привязанным к поясу.

Он не узнал последних двух — невысокую чернокожую женщину с вьющимися волосами, собранными в практичный конский хвост, одетую в то, что, по всей видимости, было жемчужно-белыми мантиями для боевых искусств, и немного более высокую кавказскую брюнетку в черных кожаных доспехах. Обе женщины несли клинки, женщина в белых мантиях держала изогнутую саблю, а женщина в черном — кинжал в ножнах.

Что касается Теодора, то этот человек, похоже, значительно улучшил свой стиль. Раньше он носил кинжал на боку, но теперь, похоже, перешел на элегантный короткий меч, заменив свою легкую броню на ту, которая обеспечивала среднюю защиту.

Никто из группы даже не взглянул на него — ни трое незнакомцев, ни Джейкоб, ни Теодор. Последние двое, вероятно, игнорировали его, но для первых троих он был абсолютным никем.

Он чувствовал себя расстроенным. Он не верил, что его причины избегать собеседования были просто отговорками, но он бы побоялся прийти на собеседование, даже если бы этих причин не было.

Он боялся потерпеть неудачу. Он хотел верить, что он, по крайней мере, становится кем-то особенным, и смертельно боялся, что это восприятие будет разрушено. В тот день, когда он испытает себя на серьезном испытании, он хотел быть готовым. Он хотел не иметь никаких оправданий. Он хотел быть готовым — и к успеху... и к неудаче.

Сделав глубокий, дрожащий вдох, он допил последнюю каплю своего напитка. Он подождал еще несколько минут, а затем спустился в проход, войдя в царство.

Был день, поэтому в вестибюле ждало совсем немного людей. Когда он впервые прибыл, в королевстве все еще царил хаос после последних Багровых Сумерек. Но с тех пор ульи горелов стабилизировались, что сделало королевство более безопасным для погружения, поскольку исследователям наконец удалось отследить циклы королевы.

Он вошел внутрь и проглотил одну из таблеток, усиливающих восприятие. Они больше не помогали ему в его восприятии, поскольку он, похоже, выработал к ним большую устойчивость. Но взамен его восприятие стало значительно острее, даже когда он их не принимал.

В его кольце их оставалось еще около 80, и он подумывал продать их за дополнительные деньги, так как они ему уже почти пригодились, и он видел большую ценность в освобождении места на складе.

У него в кольце все еще было три других лекарства, о которых он не имел ни малейшего представления, и он планировал вскоре провести их оценку.

Он проследовал по одной из троп, по которым он часто ходил в последнее время. Это было относительно малоизвестное место для охоты между двумя небольшими ульями. Добраться туда было настоящей головной болью, поскольку не было никаких проложенных троп, ведущих к этому участку, и именно поэтому ему нравилось туда ходить.

Никто не хотел тащить тела через высокие, неустойчивые валуны. Таким образом, никто не потревожит его во время охоты.

Вскоре он выследил трех стражников-горелов, разведывавших местность. В тот момент иметь дело с этими существами стало тривиальным. Они были весьма предсказуемы, и их поведение редко менялось.

Каждый раз, когда он приближался к одному из них, тот шипел и рычал, как только замечал его, бросаясь на него и пытаясь разорвать его на части. Они не делали ничего, чтобы парировать или подготовиться к атакам, в основном полагаясь на свое громоздкое телосложение и дикие замахи, чтобы сломать защиту своих противников.

Все, что ему действительно было нужно, это одна меткая атака, чтобы покончить с ними. Спустя несколько мгновений у его ног лежали три мертвых стражника-горела, а его  Кровавый Кастеты были основательно разбиты. Он воссоздал их небольшим всплеском сущности, удивляясь тому, как мало стоила реконструкция его оружия.

Они были не просто дешевы по сути; из-за своей конструкции в виде относительно тонких шипов они также не потребляли много крови. С его Бассейн Крови на 57% прогресса и его телом нежити ему не нужно было беспокоиться о том, что у него закончится кровь.

Как только Кровавые Кастеты перестанет ломаться так часто, у него появится довольно много дополнительной крови, и он задумался, какие еще способности развить, чтобы использовать свои резервы. Мысленно он все еще размышлял над идеей создания метательных дротиков или копий для более надежной формы дальних атак, но научиться правильно их использовать может оказаться непросто.

Быстро разгребая трупы, он вернулся в вестибюль. Добравшись до прохода, он обнаружил там нечто, чего не ожидал увидеть.

Несколько человек стояли у входа в огромный проход и спорили о происходящем.

По какой-то причине размытый барьер, похожий на непрозрачное стекло, преградил вход обратно в вестибюль.

Он подошел к группе людей. «Эй», — крикнул он. «Кто-нибудь может мне сказать, что здесь происходит?»

«Это вы нам скажите», — сказал долговязый мужчина. «Мы вернулись и обнаружили эту штуку здесь примерно десять минут назад. Я говорю, что это, вероятно, связано с техническим обслуживанием».

«Ты тупой ублюдок!» — выругался невысокий рыжий мужчина. «Зачем им нас за это блокировать?»

«Я не знаю!» — парировал мужчина. «Зачем кому-то это знать?»

«Не могли бы вы отойти в сторону?» — попросил Фредди.

Мужчины подчинились, двигаясь так, чтобы он мог приблизиться. Он положил на землю рядом с собой измученные трупы горелов и ударил кулаком по барьеру, не используя никаких способностей.

Сам по себе он не казался прочным, но барьер явно поглотил силу удара.

Он отдернул руку и попытался использовать Струящийся Удар. Удар пришелся почти идеально по времени, но барьер даже не мерцал.

«Ладно…» — сказал он, разминая плечи. На его кулаках появилисьКровавые Кастеты, когда он активировал обе звезды и нанес еще один удар. Красные шипы разлетелись на куски, а барьер слегка замерцал, волнообразно колыхаясь, как поверхность озера, в которое кто-то бросил камень. Эффект длился всего несколько мгновений, прежде чем он снова успокоился, выглядя так, будто ничего не изменилось.

Фредди почувствовал гораздо меньшую отдачу благодаря растущей Тысяче Мокрых Адов, но у него не было времени любоваться своим ростом.

По какой-то причине кто-то заблокировал проход. Такое иногда случалось с общественными проходами, и почти каждый раз причина была одна и та же — саботаж. Пока он был закрыт, Хаб Санторио терял деньги.

Вздохнув, он поднял изваленные трупы, подошел к ближайшему валуну и сел на него.

Что мне теперь делать?

Может потребоваться некоторое время, чтобы кто-то взломал барьер. Связанный с этим риск вряд ли будет оправдан, если кто-то не сможет держать проход закрытым хотя бы несколько дней.

Он мог просто подождать, но это казалось пустой тратой времени. Если он уже был в ловушке, он мог бы также использовать возможность потренироваться в проходе.

Краем глаза он уловил образ светловолосой женщины и, повернувшись, увидел Софию, несущую на спине труп гореля. Она внезапно уронила его, просто стоя и глядя на проход.

Хм?

Ее реакция была немного странной.

Может быть, она испугалась?

Он чуть не фыркнул при этой мысли, но она, похоже, действительно была напугана, и не чуть-чуть.

«Как скажешь», — подумал он, отворачиваясь.

Несколько секунд спустя он не смог удержаться и взглянул на нее.

Ее реакция становилась все более странной.

Ее ноздри раздувались, она часто дышала, глаза были широко открыты, а рот слегка приоткрыт.

Он нахмурился. Она что-то об этом знала? Обычно он воспринимал это как знак, что ему не следует вмешиваться, но по какой-то причине что-то в ее реакции вызвало тревогу в его голове.

Да пошло оно всё.

Он встал и медленно пошёл к ней.

Когда он приблизился на несколько метров, женщина на мгновение повернулась к нему лицом, а затем снова посмотрела на непрозрачную преграду.

«Привет», — неловко поздоровался он.

«Лиам, — позвала она. — Нам нужно бежать».

Он нахмурился. «Ты что-нибудь знаешь об этом барьере?»

«Просто… иди и спрячься где-нибудь, ладно?» Она повернулась, чтобы уйти, но он схватил ее за запястье. «Отпусти меня!»

«Хорошо, прежде всего, успокойся», — сказал он.

«Нет!» — закричала она. «Отпусти меня!»

«Скажи мне, что происходит!» — потребовал он. «Знаешь, что это?»

«Лиам, послушай меня», — сказала она, глядя на него безумным взглядом. «Этот барьер не падет еще по крайней мере три месяца, и к тому времени, как это произойдет, все это царство будет кишеть монстрами!»

Он нахмурился. «Что?»

«Это создаст искусственный разрыв! Лиам... послушай меня...

«Мы находимся в эпицентре террористической атаки».

----------

София Саммер

Фредди последовал за Софией через лес. Они двигались осторожно, медленно приближаясь к внешнему краю промежуточного мира.

Честно говоря, он не хотел следовать за ней, но она явно знала больше, чем поделилась. Он хотел знать, что происходит. «Куда, черт возьми, ты идешь?» — спросил он ее сердито шепча.

«Внешний край», — прошептала она в ответ.

«И что ты собираешься там делать?»

Она не оглянулась на него, но немного замедлила шаг. «Я собираюсь зарыться в землю».

«Что?» — выплюнул он, но…

«Тсссс», — шикнула она на него. Все еще был день, так что они могли ясно видеть окружающую обстановку, но она вела себя так, словно в любой момент ожидала опасности.

Гнев кипел в глубине его нутра. С каждой секундой он чувствовал себя все более и более готовым прерваться и перестать следовать за ней, но из-за своего упрямства он продолжал следовать за ней, придумывая способы убедить ее заговорить.

Внешний край был довольно далеко, и в сочетании с внезапной гипербдительностью Софии им потребовалось некоторое время, чтобы достичь ее цели. Они вышли из леса и вышли на поляну без всякой растительности, прямо рядом с массивными, зубчатыми скалами, окружающими внешний периметр области прохода. Все, что стояло под их ногами, было мертвой, сухой почвой.

«Ладно», — сказала она, вытаскивая из Кольца Хранения небольшой нож. Затем она опустилась на колени и принялась копать землю, используя кинжал как импровизированный совок.

Он стоял в стороне и наблюдал.

В конце концов она остановилась. Она глубоко вздохнула и агрессивно потерла лицо. «Ты думаешь, я сумасшедшая, да?»

«Я знаю , что ты сумасшедшая», — поправил он ее. «Я просто хочу знать, что ты скрываешь», — сказал он, оставаясь в вертикальном положении и прищурившись глядя на нее.

«Ты оставишь меня в покое, если я тебе скажу?»

«С удовольствием».

День внезапно погас, и на мир опустилась ночь. Оба они просто взглянули на небо, уже привыкшие к этому явлению, наблюдавшие его не раз.

Она вдруг начала смеяться. Смесь смеха и недоверия пронзила ее тело, когда она огляделась. Затем слезы потекли по ее лицу. «Зачем?» — сказала она, сглатывая и шмыгая носом, когда рыдала. «Зачем им нужно было сюда приходить?»

Зачем кто-то сюда пришёл?

Он наблюдал, как женщина рыдала в темноте несколько долгих минут. Затем она подняла кинжал и продолжила копать. Но ей не потребовалось много времени, чтобы снова остановиться. «Ты спрашивал меня о том, кто я». Она повернулась к нему лицом. «Ты действительно хочешь знать?»

«Это связано с тем, что происходит?»

Она кивнула.

«Поможет ли мне знание?»

Она помолчала. «По крайней мере… ты узнаешь, насколько плоха ситуация на самом деле».

Тьма вокруг них внезапно стала удушающей, и Фредди почувствовал, как холодок пробежал по его позвоночнику. Он сделал вдох, чтобы успокоиться. «Расскажи мне. Я хочу знать».

«Я…» — начала она, тяжело сглотнув. «Я выросла в культе».

Его брови подпрыгнули. Это было... не совсем то, что он ожидал услышать. Внезапно его осенило. «Они стоят за этой атакой».

Она неохотно кивнула. «Да. Я узнаю этот барьер».

Он почувствовал, как где-то в глубине души у него закипает гнев. «Ты знала, что они это сделают?»

Она несколько секунд смотрела в землю. «Нет», — сказала она. «Если бы я знала, что они придут сюда, я... я...»

Прошло несколько долгих минут молчания. Затем он вздохнул и подошел, встал на колени рядом с ней, достал свой охотничий нож и начал копать.

«Что ты делаешь?» — спросила она его.

«Как это выглядит?» — спросил он. «Я копаю яму, чтобы похоронить себя».

Она уставилась на него, ее губы слегка дрожали. «Ты...»

«Что мне делать!?» — сердито выплюнул он. «Я тебе доверяю? Нет, я тебе не доверяю!» Он сердито бросил кинжал в землю, от которой тот отскочил и покатился по сухой почве. «Назови мне хоть одну чертову причину верить, что ты не часть того, что происходит».

«Я не хочу быть», — сказала она, выражение ее лица было трудно разглядеть в темноте. «Я бы предпочла быть сейчас где угодно, Лиам». Дрожь пробежала по ее голосу. «Я бы предпочла быть мертвой».

Он замер от этих слов, и почувствовал, как его гнев немного стих. Он был напуган. Он был так чертовски напуган.

Но... она тоже.

Он лучше, чем кто-либо другой, мог сказать, насколько силен был ужас в этих словах.

Когда он посмотрел на нее, тяжесть того, насколько она была чужой, была как мокрое одеяло, давящее на его спину. Это была незнакомка. Кто-то, о ком он действительно ничего не знал.

Зачем ему ее выслушивать? Зачем ему давать ей шанс? Он уже сделал это однажды, что вполне могло быть причиной, по которой он изначально оказался в этой ситуации.

Может быть, если бы я убил ее тогда… подумал он, вспоминая момент после того, как она вытащила его из оврага. Достаточно было бы просто добавить к удару Струящийся Удар.

На него опустилась тьма, и он обнаружил, что прикусывает внутреннюю часть щеки.

«Если ты не хочешь меня выслушать, — сказала София, — я пойму». Она снова взяла кинжал и продолжила копать.

Звук ее лезвия, скребущего землю в темноте, был для него как звук вилки, царапающей тарелку. «Ты пытаешься мне насолить?»

«Я ничего не делаю», — сказала она, хныча. «Ты не поверишь ничему из того, что я скажу. И если честно, я не хочу оказаться одной из твоих «ошибок».

Эти слова были словно удар в живот. Он стиснул челюсти так сильно, что услышал треск зуба, посылая дикую боль вниз по его челюсти. Его пальцы дернулись, когда он почувствовал желание отдернуть руку и замахнуться на нее. Он почувствовал желание проявить насилие. «Тогда продолжай», — сказал он, вместо этого зарывая пальцы в землю. «Я слушаю».

Она перестала копать. Долгую минуту они оба ничего не делали, просто стояли, как были, оба кипя. Но тьма ложной ночи поглотила все это. Надвигающаяся на них опасность взяла верх.

«Я всю жизнь прожила как пешка, — сказала она. — Я даже не знаю, кто мои родители».

«Я тоже. Ты не особенная».

Она бросила на него суровый взгляд, который он почувствовал даже сквозь темноту.

«Что? — выплюнул он. — Я никогда не говорил, что буду молчать».

Она долго смотрела ему в глаза, потом покачала головой и продолжила. «Помнишь, я говорила, что занимаюсь боевыми искусствами уже пятнадцать лет?» — спросила она. «Это была ложь. Но ты бы, наверное, не поверил мне, если бы я сказала, что начала тридцать лет назад».

«Тридцать лет назад, ух ты», — ехидно заметил он. «Должно быть, это был чертовски богатый ребенок».

«В этом культе нет богатства», — сказала она.

«А, так все равны? Ты что, выросла в коммунистической утопии?»

«Вовсе нет», — сказала она, и в ее голосе прозвучали нотки тревоги и гнева. «Но, по крайней мере, у всех одна и та же отправная точка».

Он хотел сделать еще один ехидный комментарий, но он мог сказать, что если он снова откроет рот, она, вероятно, не продолжит свое объяснение. Фыркнув, он отвернулся.

После нескольких напряженных минут молчания она продолжила: «Моя жизнь началась как жизнь ребенка-солдата. Культ просто называл нас «Детьми», хотя некоторым из нас было за сорок. Они тренировали нас до мозга костей с того момента, как мы научились ходить, и как только Ребенок становился достаточно умелым, его отправляли сражаться с монстрами. Никто из нас не был архом. Все, что у нас было, — это одно оружие на выбор. Монстры были слабее, но это не делало случайных девиантов менее смертоносными.

«Только раз в год сильнейшему члену Детей разрешалось принять прайм и вознестись до архичеловека, а затем ему разрешалось присоединиться к культу в качестве элитного члена. Любой, кто не смог сделать это к сорока годам, становился Слугой. Если кто-то проявлял прайм или приобретал его, убив девианта, ему не разрешалось брать его, и он должен был сдать его культу.

«Я проявляла прайм след четыре раза в течение своей жизни в качестве Ребёнка, и я получила один, убив девианта пятнадцать раз. И каждый раз мне приходилось отдавать его».

Фредди просто уставился на нее. Долгое мгновение ему хотелось назвать это бредом. Это звучало слишком слащаво, слишком трагично. Это было слишком. Но, глядя ей в глаза, он не заметил ни малейшего колебания. И он увидел намек. Маленькая дыра глубоко в ее душе, та же, что он видел всякий раз, когда смотрел в зеркало — рана, которая никогда полностью не заживет.

Не в силах заставить себя признать это, он отвернулся.

Она ухмыльнулась, мрачное веселье от его реакции плясало в ее глазах. «Если хочешь, чтобы я была полностью честной, я сбросила тебя с той скалы, потому что ты меня разозлил», — призналась она. «Ты покровительствовал мне и вел себя так, будто я была всего лишь наивным ребенком. Между тем, ты вел себя как полный трус, и, честно говоря, я была более чем шокирована отсутствием у тебя навыков».

Он фыркнул. «А, понятно, так это не твоя вина, что ты пытался меня убить; это моя вина, что я такой слабый?»

«Я знаю, что ты не можешь смотреть на вещи моими глазами, но я все равно прожила жизнь, сильно отличающуюся от твоей. Я не привыкла иметь дело с людьми вне культа», — сказала она, вздыхая. «Ты казался настолько могущественнее меня, что я думала, что ты будешь совершенно непобедим против этих тупых тварей. Все, чего я хотела, — это доказать, что мне не нужно, чтобы со мной нянчились».

«Есть и другие способы доказать это», — сказал он. «Например, не быть идиотом».

Она застонала.

«Ладно, конечно», — сказал он. «Мы отложим это в сторону». Он повернулся к ней лицом, прищурив глаза. «Итак, давайте поговорим о чем-то другом; ты говоришь, что выросли в культе, будучи ребенком-рабом, которого заставляли сражаться с рождения, но я не уверен, что верю в это. Из того, что я видел, ты производишь впечатление человека с довольно избалованным воспитанием».

Она фыркнула на это. «Что, ты думаешь, нас держали в клетках в подземелье?» — насмешливо спросила она. «Для протокола, я узнала, что жила в культе, только после того, как сбежала. Насколько я могу судить, мы жили там довольно обычной жизнью. Мы проводили всего два-три часа в день, сражаясь в проходе, потом, может быть, еще два-три часа на тренировках. Я не уверена, что ты понимаешь, в каком месте я выросла. Это целое сообщество размером с большой город».

Он фыркнул на это. «Кажется, это довольно уютно для культа террористов».

«Потому что так оно и есть», — призналась она. «Я не ненавидела жить там. Нам дали цель и все удобства, которые мы могли себе представить. Не было похоже, что лидер имел какую-то цель заставлять нас жить в нищете. Это бы разрушило все их послание».

«А именно?»

«Внешний мир полон дегенератов, а те, кто поднимается наверх, — не кто иные, как жадные, эгоистичные тираны, которые используют свою власть для личной выгоды, попирая при этом тех, кто ниже их, как им заблагорассудится».

Удар кнутом, когда он услышал эти слова, исходящие из ее уст, физически отбросил его назад. «И как терроризм вписывается в это!?»

Она фыркнула. «Это очень хороший вопрос. Хотелось бы, чтобы больше моих друзей задавали его себе». Она продолжила свой рассказ. «Хотя то, что нам разрешалось смотреть, строго регулировалось, был кинотеатр, в который мы могли сходить. Там также были кафе, рестораны, бутики... и даже был клуб. Весь культ процветал, будучи сообществом» .

«Я предполагаю, что ты уехала из-за... терроризма?»

«Нет, на самом деле. Я ушла из-за цены, которую нам пришлось заплатить за эту жизнь. Я так и не смогла пережить смерть друзей детства. Нам говорили, что мы должны верить, что живем с целью, но я никогда не видела смысла во всем этом кровопролитии», — сказала она. «Они утверждали, что те, кто погибли ради процветания культа, возрождались как духи-хранители, присматривающие за нами». Она фыркнула. «Я ни на секунду в это не верила. Поэтому я сбежала».

«Как?»

«Перепрыгнула через колючую изгородь», — ответила она. «Охранники напали на меня, но я оказалась немного быстрее и просто немного более склонной к самоубийству, чем они ожидали. Изгородь порезала меня, три каменные пули попали мне в спину, а осколок крови едва не прорезал мне позвоночник. Честно говоря, я едва помню, как выбралась из леса, но к тому времени, как я добралась до цивилизации, я уже была почти мертва. Полицейский патруль заметил меня и отвез в больницу. Когда они поняли, что у меня нет настоящей личности и я не могу им заплатить, клиника сделала только самый минимум, чтобы не дать мне умереть, и отправила меня на допрос.

«Я рассказала им все, и примерно через два дня меня отпустили с новой личностью. Но мои травмы не заживали», — сказала она, схватившись за живот. «Я до сих пор отчетливо помню ночь, которую я провела под дождем, прячась под мостом, моя спина была так воспалена, что я едва могла ясно соображать. Дома, пока мы выживали, нам давали бесплатное лечение. Оказавшись без этой роскоши, я просто хотела вернуться.

«Затем я увидел, как вспышка фиолетового света окутала меня, когда мне на колени упал маленький шарик. Я уже видел это несколько раз, и без колебаний я приняла прайм в свое тело, даже не осознав, что он делает.

«Естественное исцеление восхождения к одной звезде спасло мне жизнь, но моя спина не была достаточно исцелена, чтобы стабилизироваться. И тогда я увидел это. Мои глаза изменились с момента моего вознесения, превратившись из тускло-коричневых в ярко-фиолетовые, и это было не просто косметическое изменение. Я мог видеть жизненную силу. Я мог чувствовать ее запах. Вкус. И я инстинктивно знала, что могу вырвать ее из тел живых существ. Я убила бродячую кошку и использовал ее искру, чтобы исцелить себя. Тогда же я узнала, что у этого есть последствия.

«Я поняла, что мне нужна искра с более сильной жизненной силой, чтобы исправить свою ошибку, и я знала только один способ ее заполучить. Поэтому я путешествовала автостопом несколько дней и в конце концов добралась сюда. С тех пор я живу в этом проходе, сплю и охочусь каждый день в поисках девианта с достаточной жизненной силой, чтобы помочь мне залечить мои раны. И вот тогда я наткнулась на тебя», — сказала она, уставившись на него. «Вот и все. Доволен?» — спросила она, пытаясь ухмыльнуться, но улыбка получилась натянутой.

«Еще один вопрос — где ты взяла свое Кольцо Хранения?»

«О, это?» — спросила она, подняв руку, чтобы полюбоваться волшебным украшением. «Я нашла его на трупе, погребенном под грудой обломков».

Он ухмыльнулся. «Здесь не принято оставлять вещи на хранение, София», — поддразнил он. «Ты должна об этом сообщить».

Она подняла бровь и посмотрела на него. «Ну, а где ты свой взял?» — спросила она.

«Эй, я заслужил свое честно и справедливо!»

Она фыркнула и покачала головой.

Честно говоря, он не знал, что сказать.

В какой-то момент он начал прислушиваться к ее объяснениям, и... Какая у нее могла быть причина изливать такую ​​замысловатую ложь?

Во многих отношениях она пережила нечто удивительно похожее на то, что пережил он. Он не мог заставить себя еще больше усомниться в ее истории, даже если его гордость не позволяла ему признать это.

Минуты молчания тянулись.

Она тревожно ждала, потирая плечо и отводя взгляд, выглядя такой хрупкой и уязвимой в темноте. Он мог видеть ее сожаление, словно липкую слизь, размазанную по ее коже. Что она могла чувствовать в этот момент? Ждать рядом с ним, скрываясь от своих братьев, которых она так эгоистично предала?

В тот момент он чувствовал себя обремененным ее конфликтом. Вернется ли она к ним, если столкнется с ними? Он вспомнил, что она сказала о послании культа. Даже если это не оправдывало их действия, это послание не могло быть более верным.

Если что…

Он хотел стать исключением из этого правила.

«Мое настоящее имя — Фредди», — неожиданно сказал он, удивив самого себя. Его горло сжалось.

София удивленно посмотрела на него.

Внутренний голос кричал ему, чтобы он держал рот закрытым, но он не мог противиться желанию заговорить.

Затем, начиная с детства, он рассказал ей свою историю. Конечно, он сохранил многие детали в тайне. Он не поделился своей настоящей фамилией, он не поделился местом своего проживания, он не уточнил личность Мадам или то, почему она взяла его под свое крыло, он не рассказал ей о Кровопролитии, он не рассказал, почему клан Крэйвен преследовал его, и он ничего не сказал о борьбе между ним и патриархом. Но он поделился всем остальным.

В конце концов он почувствовал себя... хорошо — намного лучше, чем когда-либо — словно огромный валун свалился с его спины. Он не доверял ей достаточно, чтобы сказать все — черт, он не доверял ей достаточно, чтобы сказать столько, сколько сказал — но он все равно рассказал ей. Он поделился своей историей с другим человеком.

И он почувствовал себя... теплее. Просто немного менее одиноким в этом холодном, безразличном мире. Когда он посмотрел ей в глаза, снова увидев ту же дыру, ту же боль, которая резонировала с его собственной, он почувствовал, как скорлупа недоверия слегка треснула.

Скрывала ли она некоторые детали своей истории, как и он? Может быть. Но он знал. По крайней мере, в общих чертах ее история была подлинной. Потому что в ее глазах он видел не сочувствие, а сопереживание. Она понимала.

«Ого», — сказала она. «Когда это превратилось в трагический чемпионат по измерению члена?»

Он рассмеялся. «Я не знаю... но я думаю, что я победил».

Она усмехнулась, покачав головой. «Нет. У меня печальнее».

«Нет-нет», — ответил он по-детски.

Он потер затылок, отводя взгляд. «Извини», — сказал он, чувствуя, как его гордость разрывается на части от этого слова, вылетевшего из его рта. Поэтому он немного отступил. «Я все еще считаю тебя тупицей, и я никогда не забуду тот факт, что ты чуть не убила меня, но…»

Она агрессивно закатила глаза и рассмеялась. «Ты никогда не отпустишь это, не так ли?»

Он усмехнулся. «Спаси мне жизнь один или два раза, и я подумаю об этом». Он широко улыбнулся ей.

Она покачала головой и выдохнула, слегка расслабившись.

«В любом случае», — он хлопнул. «Что ты хочешь делать теперь?»

«Что ты имеешь в виду?»

«Я имею в виду, мы придерживаемся этого плана по косплею зомби или...?»

Она посмотрела на землю. «Я не знаю…», — сказала она, глубоко вздохнув. «Честно говоря, шансы, что это сработает… не так высоки, как мне бы хотелось. Нам должно очень повезти».

«Увеличатся ли наши шансы, если мы дадим им отпор?»

«Нет, черт возьми», — сказала она, качая головой и глядя на него серьезно. «Не пойми меня неправильно, но ты не квалифицирован, чтобы встретиться с этими людьми».

«Вы так говорите, потому что действительно думаете, что мы не сможем этого сделать, или потому что боитесь встретиться с ними лицом к лицу?» — спросил он. «И я не имею в виду, что боитесь с ними сражаться, но...»

«Я поняла», — сказала София, колеблясь. «И я не знаю». Ее плечи немного опустились.

«Ты бы вернулась к ним, если бы могла?» — спросил он без малейшего осуждения в голосе. «Честно говоря… я как бы согласен с их посланием. Может, если мы попросим на коленях, они примут нас?» — предложил он с лукавой усмешкой, но…

«Нет», — сказала она. «Они не очень любят прощать и давать второй шанс. Они бы этого не делали, если бы это было так».

«Да. Думаю, это отслеживается». Он на мгновение замер, затем его глаза скользнули вниз к земле. «А что, если я скажу тебе, что у меня все равно есть способ с ними бороться?» — осторожно предложил он.

Она взглянула на него, приподняв бровь. «Я не знаю, к чему ты стремишься, но это должно быть что-то огромное». Она немного пошевелилась, словно вспоминая болезненное воспоминание. «Они не колеблясь используют нелегальные таланты, и у них нет никаких угрызений совести использовать их в извращенных целях. Что у тебя есть?»

Он не смог сдержать легкую улыбку, появившуюся на его лице.

Пришло время познакомить ее с его любимым маленьким скелетиком.

----------

Печать, которая останется нерушимой

Мир Горелов было центром для трех других проходов.

Один был средней сложности, а два были зарезервированы для элиты. В области средней сложности другой проход вел в, возможно, самую интересную область, доступ к которой можно было получить через этот хаб.

Это был Аномальный Мир, точнее, подземелье. Такие миры были чрезвычайно редки и ценны; Гробница Харканны не была исключением.

Джейкоб стоял рядом со своей группой в середине гробницы. Это был своеобразной мир. Время внутри сбрасывалось каждые 28 часов и 16 минут, но если кто-то находился внутри мира, когда оно должно было сбрасываться, оно откладывалось до тех пор, пока эти люди не уйдут.

Аномальные миры, подобные этому, были странными во многих отношениях, наиболее примечательным из которых было то, что происходило, когда объект изнутри удалялся. Для Гробницы Харканны все, что было взято изнутри — за исключением основных остатков, учитывая, что они проявлялись — немедленно превращалось в эфемерный песок и испарялось в воздухе.

Но было одно исключение — корона Харканны, предмет, который находился на голове монстра, ожидавшего финального противостояния в конце подземелья. Ну, сама корона, которая была сделана из чистого золота, действительно растворялась в воздухе, если ее вынуть. Но один из драгоценных камней, вмонтированных в нее, не исчезал. Крошечный маленький фрагмент кристаллического, мерцающего материала — осколок ценекита, одного из самых ценных материалов, известных человечеству.

Было много причин, по которым ценекит ценился так высоко, но самая главная из них заключалась в том, что он был основным ингредиентом в определенном типе конструктов. Звезды были не единственным способом, которым сущность могла храниться в душе. С ценекитом был способ искусственно создать вторичное, второстепенное ядро, которое действовало как дополнительное хранилище — спутник.

Самый низкий класс спутника обеспечивал только 1% дополнительной емкости, а самый высокий из когда-либо созданных содержал 5%. Это показалось многим довольно разочаровывающим увеличением, но спутники были исключительными в одном отношении — они могли восстанавливать свою полную емкость за одну секунду.

Даже спутник самого низкого уровня может генерировать достаточно эссенции, чтобы компенсировать стоимость незначительного физического усиления или более дешевой способности, требующей непрерывного использования.

Но, как и в случае со всем в жизни, чем больше сила, тем больше цена. Даже игнорируя абсурдную цену, которая начиналась с десятков миллионов и заканчивалась сотнями миллиардов долларов, чрезмерное использование спутника могло серьезно ранить архичеловека или даже убить его в крайних случаях. Многие считали разумным бесконечно закалять себя почти бесконечными резервами, которые мог предоставить спутник. Многие погибли, делая это.

Тот факт, что спутник мог предоставить эссенцию, не означал, что тело архичеловека могло справиться с ее выводом.

Сокровища, восполняющие эссенцию, и медитация, по крайней мере, очистили часть уже присутствующей рефлюксной эссенции в теле архичеловека.

Спутники этого не делали.

Джейкоб уделил пристальное внимание своему недавно модернизированному двухзвездному спутнику. Маленькая, но яркая точка освещала внутреннюю часть его эфирного космоса сиянием далекой сверхновой. Увеличение его силы было уже довольно заметным. Он держал Воспламененные мышцы активным на протяжении каждого боя во время их погружения и полагался только на свои физические способности. Таким образом, он не потратил ни одного процента от своей 179% емкости сущности.

Его отец немало ворчал по поводу цены в 67 миллионов долларов, но, по его мнению, это стоило каждой копейки.

К тому же его старик преувеличивал. Большая часть материала была взята из подземелья , которым они владели. Не продавать что-то — это не то же самое, что покупать что-то.

Он покачал головой и вернулся в настоящее.

В небольшой песчаниковой камере, в которой они оказались, все стены были забрызганы отвратительной жидкостью. Мелкие враги в пещере были немертвыми мумиями. Он бы оценил это по достоинству, если бы они были сухими и скелетообразными, но, к сожалению, каждый из них был таким, как будто его окунули в черную канализацию. Она была скользкой и отвратительной. Но, по крайней мере, враги не представляли особой угрозы. По крайней мере, для их группы.

Филлип использовал небольшую тряпочку, чтобы вытереть излишки грязи со своего жилета, прежде чем они успели высохнуть и повредить его, а новая девушка — Карен — протерла лезвие своей сабли тряпкой. Большая часть попала на ее белую одежду, а часть даже испачкала ее вьющиеся волосы, но она не обратила на это внимания. Материал, из которого были сделаны ее одежды, не мог быть поврежден чем-то столь незначительным.

Его взгляд метнулся к его девушке, Рейчел. Она кричала на Теодора, потому что он прервал ее талант Рассеянного Звездного Света. Теодор пытался успокоить ее, но Джейкоб знал, что лучше не думать, что у этого человека получится. Как только Рейчел начинала действовать, никто не мог ее остановить.

Медленно его взгляд вернулся к новой девушке. Ее загорелая кожа была гладкой, а тело гибким. Она была немного мускулистее Рейчел, а контуры ее халата обнажали довольно подтянутое тело. Он облизнул губы, мысленно сравнивая ее со своей девушкой.

«Джейкоб», — позвал Филлип. «Пошли».

Мужчина облизнул небо, издавая щелкающие звуки губами. «Мы пойдёт когда я скажу».

Филлип вздохнул, зарычал, как расстроенная девчонка-подросток, и покачал головой. «Как скажешь».

Какой же ты неудачник.

Прошло еще пятнадцать минут. Он не ждал просто так. В то время как его новый спутник мог справиться с бременем Воспламененных мышц, его тело не могло. Он закрыл глаза и положился на свою вторую близость, чтобы наложить Омолаживающий Водоём.

Это принесло некоторое облегчение, и его спутник покрыл общую стоимость его использования. Но даже это не могло длиться вечно. Сущность использования техники закалки не рассеивалась немедленно. Часть ее продолжала накапливаться в теле архичеловека, и если ее собиралось слишком много, это могло вызвать неистовую ответную реакцию.

К счастью, вода оказалась одной из самых щадящих эссенций, что позволило ему поддерживать технику восстановления в течение почти десяти минут.

К концу он почувствовал себя новым человеком.

«Ладно», — сказал он, вставая. «Пора продолжать».

Остальные встали и последовали за ним.

Одной из лучших частей подземелий было то, что они были почти полностью предсказуемы. Единственной случайной частью было то, какие враги становились девиантами. Но даже тогда, если это не был босс, это редко оказывалось проблемой.

В последних нескольких коридорах им пришлось пройти через несколько ловушек. Они обошли их все. Они ждали, пока катящийся валун проедет мимо, бросали утяжеленные мешки на нажимные пластины, а в последней комнате, той, что перед битвой с боссом, им пришлось пройти через большую лужу песка. Песок затягивал в себя любого, кто наступал не на то место.

Теодор просто поднял руку и бросил Иллюминацию по запомненному образцу. Мерцающая дорожка света засияла на песке, выделив точный маршрут, по которому им нужно было идти, чтобы безопасно добраться до другой стороны.

Он был сильно извилистым и петляющим, поэтому им приходилось сокращать путь, перепрыгивая через щели.

Карен, как обычно продемонстрировав свое безупречное мастерство, просто перепрыгнула через песчаную ловушку и позволила ветру перенести ее на другую сторону.

Наконец, они подошли к массивной плите двери. Она медленно ушла под землю, открыв устрашающую фигуру Харканны — восьмирукой мумии. Монстр застыл посреди роскошной древней комнаты, высеченной в тесаном песчанике. Он был около пятнадцати метров ростом и держал восемь орудий, по одному в каждой руке.

Руки, слева направо и сверху вниз, держали платиновый кнут, золотой топор, серебряную саблю, стальной длинный меч, бронзовый меч палача, чугунную булаву, деревянный посох и дубинку из песчаника. И, конечно же, золотую корону на голове.

Джейкоб посмотрел на Карен. «Ты готова?» — спросил он ее. Это был первый раз, когда женщина участвовала в погружении в это подземелье. Они подготовили ее в меру своих возможностей, но слов было едва ли достаточно, чтобы должным образом объяснить, как работает босс.

Его поведение оставалось неизменным, даже если оно выглядело как девиант, но это не делало его менее пугающим.

Но она кивнула. «Я уверена», — сказала она тихо и холодно.

«Хорошо. Встаньте на позицию», — сказал он остальным. Как только они войдут в комнату, босс начнет двигаться.

Филипп стоял впереди. Рейчел стояла позади него, обе ноги ее были в тени.

Теодор закрыл глаза и сосредоточился на создании Иллюминации, а Карен встала прямо позади Филиппа.

Джейкоб стоял справа от Теодора, ожидая, пока тот закончит свое заклинание. Несколько мгновений спустя он открыл глаза и бросил шар белого света. Он полетел с безошибочной точностью в босса и расплескался по его телу, распределяясь на крошечные скопления звезд. Эти звезды показали точные слабые места, которые Теодор увидел своим талантом. Они покоились на самых хрупких частях костей и внутри суставов, наиболее выветренных течением времени.

Босс дернулся, и кнут в его верхней левой руке шевельнулся, слегка покачиваясь.

Филлип рванулся вперед. Босс открыл пустые глазницы и завизжал, замахнувшись платиновым хлыстом на человека. Казалось бы, легким движением танк подготовил свой щит и перенаправил силу мощного удара в почву, создав при ударе огромную воронку.

Рейчел погрузилась в тень, на которой стояла, и появилась позади босса. Ее кинжал был покрыт Красным Ядом, когда она прикрепила Черный Хлыст к шее босса и подтянулась, размахивая своим клинком и оставляя длинную, шипящую рану по всей длине его спины.

Мумия завизжала от ярости, вывернув за спину четыре руки, и набросилась на Рэйчел, но женщина отскочила назад, обогнула большую колонну и исчезла в тени.

Наконец настала очередь Карен. Женщина открыла глаза и побежала с ослепительной скоростью, скользя по воздуху, словно он тащил ее, а не сопротивлялся ее движению. Через мгновение она добралась до ног мумии и одним взмахом и звуком воздуха, сжимающегося перед рассекающим ударом ее клинка, отрубила одну из ног Харрканны.

Джейкоб ухмыльнулся. Предсказание Теодора было верным. Выбор этой женщины был правильным выбором.

Теодор положил руку на спину Джейкоба и произнес Святое Благословение. Небольшой, но значительный всплеск силы отразился в теле Джейкоба, когда он активировал Гидравлическое Напряжение и рванулся вперед, его тело окутал слабый туман, а его Воспламеняющиеся Мускулы пылали внутри.

Одним мощным прыжком он вошел в комнату босса и прыгнул на Филиппа, который использовал свой щит, чтобы активировать свой талант — Перенаправление силы — и подтолкнуть Джейкоба прямо к сердцу падающего гиганта — прямо к небольшому скоплению ярких звезд, разбросанных по грудине.

Ухмылка Джейкоба стала шире. Прилив силы — восторг от идеально выполненного плана — пробежал по его крови, когда он подготовил Титанический удар. Его кулак приземлился, оправдывая название способности, и глубокие трещины распространились по всему телу мумии.

С его талантом — Осколочный Удар— все, по чему он ударял, действовало так же, как стекло. Словно скульптура из хрупкого льда, туловище босса разлетелось на большие куски, сломав ребра и позвоночник надвое.

Бой закончился почти мгновенно.

Когда Джейкоб и его отряд покинули песчаную пустыню через проход, ведущий в мир, золотая корона в его руках испарилась, и на его ладони остался один кристалл. Несмотря на невероятно малый размер, он был оценен почти в 300 000 долларов, это была настоящая награда за всего лишь три часа работы.

Он не мог сдержать улыбку на лице. До того, как Карен присоединилась к их команде, битва с боссом была намного сложнее. Пока мумия стояла твердо, она могла отразить попытку закончить бой раньше времени, что требовало от команды гораздо больше усилий, чтобы ее уничтожить.

Это не только часто приводило к травмам, но и повреждало их оборудование и вызывало чрезмерную усталость. Прибыль от дельвы была настолько ценной, насколько она контрастировала с вложенными в нее расходами.

Тысячи долларов ущерба оборудованию, травмы, которые приходилось лечить дорогими лекарствами, и усталость, которая заставляла их заканчивать день пораньше ради отдыха, порой могли поглотить до половины прибыли. Но с Карен на борту?

Он должен был признать, что был весьма взволнован.

Когда они вышли из подземелья, они сразу же вошли в вестибюль. Там не было ни одного сотрудника, и он был далеко не таким большим, как у главного входа в мир горелов. Ну, этого и следовало ожидать. Этот вестибюль был построен под землей в промежуточном мире средней сложности.

Его цель заключалась в создании безопасной комнаты для тех, кто покидал подземелье после спуска, и обеспечении отсутствия проблем.

Их команда медленно сняла более тяжелые части доспехов и устроилась поудобнее, готовясь к перерыву. Любой, у кого был доступ к технике восстановления, использовал ее, и Теодор обошел их с заклинаниями восстановления. Святое сродство было чем-то особенным.

В конце концов, команда закончила восстановление после боя. Они отдохнули в течение следующего часа, а затем продолжили охоту в промежуточном мире. Они были квалифицированы для одного из самых сложных, но после такого подземелья лучше было не торопиться.

Джейкоб некоторое время разговаривал с Рэйчел, но в конце концов она извинилась и пошла в туалет.

Вскоре Теодор сел рядом с ним. «Итак…» — начал мужчина. «Что ты думаешь о новой девушке?»

«Я думаю, она горячая».

Теодор фыркнул. «Это не то, что я имел в виду».

Джейкоб задумался на мгновение. «Честно говоря, она слишком. Ее таланты, как основные, так и природные, первоклассные, а ее менталитет превосходен. Она может даже получить молниеносное сродство на третьей звезде, и если она это сделает, никто из нас не сможет угнаться за ней. Может, ты и сможешь, но я нет. Нет, если только у меня не появится большая возможность. В любом случае, мы просто возобновим ее подмену. Я уверен, что она уйдет через год или два».

«Черт, — сказал Теодор, слегка усмехнувшись. — Удивлен, что ты такой пессимист».

«Я просто реалист», — сказал он, пожимая плечами. «Я откладывал свое вознесение годами, надеясь, что мой талант станет применимым с оружием. Если ситуация останется прежней на моей третьей звезде, мне чертовски не повезет с моими вариантами», — сказал он. «Не поймите меня неправильно, мой талант великолепен, но я слишком медлителен, чтобы сражаться голыми руками. С тремя сродствами я не могу использовать осколок сродства, чтобы получить сродство ветра. Без оружия, которое расширяет мой диапазон и компенсирует мою недостаточную мобильность, я не смогу угнаться за такими гениями, как она».

«И ты думаешь, я смогу?» — спросил Теодор.

Джейкоб хихикнул. «Ты крысиный ублюдок. С твоими способностями и талантом ты был бы полезен, даже если бы тебя парализовало от шеи и ниже».

Теодор рассмеялся, покачав головой.

Оба мужчины наблюдали, как Филлип медленно приближался к Карен, которая сидела одна. Мужчина сел рядом с ней, и Джейкоб презрительно усмехнулся: «У этого зануды своя игра. Давайте посмотрим».

Разведчик хихикнул, но затем поднял бровь. «Почему ты так груб с Филлипом? Не пойми меня неправильно, мне наплевать, но мне любопытно».

«Я никогда не хотел видеть этого тупого ребенка в своей компании», — сказал Джейкоб. «Его впихнул мой отец. Я имею в виду, да ладно, посмотри на него!» Он указал на Филлипа. «Просто посмотри на его язык тела. Он пытается приударить за той девушкой, верно? Но читай по губам». Затем он насмешливо повторил. «„Я весьма впечатлен твоим стилем, юная госпожа. Он прекрасно демонстрирует как историю твоего клана, так и твой личный опыт“ — тьфу!» — сплюнул он в сторону. «Отвратительный девственник. Я предпочитаю таких людей, как ты и парень твоей жены».

Услышав это, Теодор поперхнулся.

Джейкоб широко ему улыбнулся. «Я на самом деле разговаривал с ним на днях».

«Чувак... можно мы не будем об этом говорить?» — вежливо попросил Теодор, но...

«Он был настоящим придурком», — продолжал Джейкоб, несмотря на мольбы мужчины. «Чувак настолько эгоцентричен, что это невероятно. И он бесстыдный до мозга костей. Он очень похож на тебя, знаешь ли. Может, поэтому твоя жена...»

«Моя бывшая жена !» — поправил мужчина. «В любом случае, мне насрать, что эта шлюха делает и с кем. Мы с ней — это уже история».

«Могу ли я тогда с ней посидеть?» — спросил Джейкоб, заставив Теодора бросить на него смертельный взгляд. «Успокойся, братишка, я ее не трону», — рассмеялся Джейкоб, взъерошив каштановые волосы мужчины. «Но я, возможно, приглашу Лиама на нашу вечеринку».

Теодор замер. «Зачем тебе это?» — спросил он. «Мы и так сыты, а ты даже не знаешь, на что способен этот человек».

«Странно… Кажется, я помню, как ты поручился за этого парня совсем недавно… Интересно, что изменилось», — поддразнил его Джейкоб.

Теодор несколько секунд стоял молча.

Джейкоб, тем временем, изо всех сил старался не расхохотаться. «Я имею в виду, что этот чувак даже не ждал 24 часа, чтобы — ой!» — шутливо вскрикнул он, когда Теодор ударил его в плечо. Джейкоб рассмеялся, а Теодор покачал головой, готовясь встать.

«Мистер Санторио!» — послышался крик от двери.

Джейкоб поднял бровь. «Что происходит?»

Человек, стоявший у входа, объяснил, что происходит у промежуточном мире горелов.

Кровь Джейкоба застыла в жилах.

«Террористическая атака?» — размышлял Теодор. «Это уже что-то, ладно. Что мы собираемся...»

«Всем приготовиться», — заявил Джейкоб. «Нам пора идти».

«Эй, подожди немного!» — настаивал Теодор. «Это может быть довольно опасно в зависимости от того, кто это делает. Может быть, будет разумнее подождать, пока твой отец обо всем позаботится?»

«Нет, черт возьми», — сказал Джейкоб, качая головой. «Мы должны все проверить. Мы самая квалифицированная сторона во всем этом хабе. Мы должны действовать».

Совсем рядом со входом в хаб горела на валуне сидел человек в полном доспехе. Он небрежно отдыхал, наблюдая за толпами растерянных исследователей, собиравшихся у заблокированного входа. «Бедные дети», — сказал он, грустно покачав головой. «Мне правда очень жаль, что я это сделал», — произнес он с болью в голосе.

Затем он вернул свое сознание в свое основное тело, находившееся глубоко под землей.

Он сидел, скрестив ноги, на вершине массивного рунического образования. Руны мерцали эфирным белым светом, усиливая печать на проходе.

Его тело казалось молодым, но вокруг него была атмосфера древности. Его золотистые глаза были резко порезаны, а его большой лоб был увенчан линией волос, образующей М-образный узор в его черных волосах.

Его тело было худым, а левая рука отсутствовала.

«Я не могу дать тебе спасения», — сказал он, глубоко вздохнув. «Но из твоего пепла», — сказал он, опуская руку к руническому строю, который слегка мерцал. «Из всего нашего пепла…

«Мы можем хотя бы дать детям шанс».

----------

Благословенно-проклятый

В темном углу небольшого правительственного офиса в крошечном поселке в сельской местности около Питтерсвилля была дверь; за ней была маленькая комната. В центре, на ветхом постаменте, стоял небольшой планшет с четырьмя фотографиями лицевой стороной вниз и бумагой, подробно описывающей зашифрованный отчет, лежащий на его поверхности.

По закону, каждое поселение с населением более тысячи человек должно было иметь такую комнату. Цель этой хитроумной штуковины на эфирных технологиях была проста — чтобы любые правительственные чиновники могли связаться с центром. Естественно, это также относилось к любым четырехзвездным архилюдям, которые приняли на себя долг и ответственность лордства.

Мадам Морлепп нежно улыбнулась, когда положила еще одну маленькую записку на оставшийся свободный уголок таблички. На бумаге был код, который был известен только ей. Каждый лорд получал такой код раз в год, и если они решали его использовать, их сообщение немедленно становилось наивысшим приоритетом. А самые приоритетные сообщения отправлялись напрямую верховному правителю Американской империи — императрице Кайе.

Закончив размещать все на поверхности, она наполнила все это своей сущностью, и каменная табличка отсканировала ее, спроецировав копию на центральный компьютер, откуда она будет передана вышестоящему лицу.

Она собрала улики, поместила их в свое кольцо для хранения и села на стул рядом, ожидая ответа. Вытащив коктейль из кольца с хлопком воздуха, она нетерпеливо отпила его и вздохнула.

Честно говоря, она не была в восторге от своего открытия. Отец Питера Вейна — Мэтью Вейн — был зверски убит, что она добросовестно засняла на свою камеру. Место преступления не было скрыто настолько тщательно, чтобы никто не узнал, что произошло, но это было сделано достаточно умно, чтобы предотвратить обнаружение, которое на тот момент длилось уже больше месяца.

Было ли это доказательством ее теории о том, что человек по имени Питер Вейн на самом деле был неким двойным самозванцем? Не совсем. Но ей не нужно было ничего доказывать — все, что ей было нужно, — это дать императрице веский повод повнимательнее присмотреться к тому, что задумал Гарольд.

Единственной причиной, по которой клан Крэйвен получил место в экспедиции, было то, что они могли доказать, что компания управляется достаточно хорошо, и ее деятельность не будет представлять неоправданного риска для Стархолда или Новой Земли.

Собранных ею доказательств было достаточно, чтобы оправдать проведение углубленной проверки и расследования их деятельности, которые, несомненно, выявят незаконную работорговлю, которой они занимались, и Василиску придется взять на себя всю ответственность.

Мысль об этом закружила ей голову. О, как же она жаждала увидеть лицо этого человека, искаженное мукой и отчаянием. Если его образ упадет достаточно далеко, она, возможно, даже сможет оправдать вызов на дуэль и убийство его прежде, чем он попытается отомстить.

Или, возможно, даже лучше, она могла бы получить приоритет на выкуп прав на слот экспедиции. Перепродажа их могла бы принести ей дополнительные средства.

Она с нетерпением ждала ответа императрицы. Естественно, окончательный результат будет зависеть от решения этой женщины, и небеса знали, что она ненавидела , когда ее использовали враждующие Лорды.

Ее мысли были прерваны, когда поверхность планшета засветилась. Она подошла к нему и увидела светящийся отпечаток ответного письма.

ПРИВЕТ, НАРЦИСС.

ПРОШЛО МНОГО ВРЕМЕНИ С ТОГО, С ПОСЛЕДНЕО НАШЕГО ОБЩЕНИЯ. МНЕ ИНТЕРЕСНО СОДЕРЖАНИЕ ВАШЕГО ПИСЬМА. Я ХОЧУ ПОДРОБНЕЕ ОБСУДИТЬ ЭТОТ ВОПРОС. Я В НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ ЗАНЯТА РАБОТОЙ В СТАРХОЛДЕ, НО Я ВЕРНУСЬ В НОВА-ЙОРК ЧЕРЕЗ ДВЕ НЕДЕЛИ.

МЫ ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ, ДОРОГАЯ.

Я БЫ С РАДОСТЬЮ НАВЕРСТАЛА ЭТО.

С НАИЛУЧШИМИ ПОЖЕЛАНИЯМИ,

КАЙЯ.

Мадам сглотнула, и на ее губах мелькнула нервная ухмылка.

«Может, я ее чем-то разозлила?» — подумала она и понадеялась, что это не так.

Редко удавалось получить прямое приглашение на личную встречу, и, честно говоря, это редко было чем-то хорошим.

Такой результат оказался за пределами ее ожиданий; ей придется отменить свои ближайшие планы. Никто не мог отклонить приглашение императрицы — если они ценили то, что удерживало их голову прикрепленной к телу.

Вздохнув, она сглотнула спазм, подступивший к горлу от стресса, и вышла из здания.

Фредди не решался рассказать Софии о «Кровопролитии», но, поскольку на кону стояли их жизни, а у нее было много информации, которая могла спасти их от затруднительного положения, он решил, что сейчас не время скрывать потенциально бесценные инструменты.

Но... он ожидал от ее реакции гораздо большего. Честно говоря, он надеялся увидеть, как ее глаза выпячиваются, а рот отвисает от шока, когда она начинает хрипеть, кричать и убегать при виде настоящего духа под его контролем... но ее реакция была совсем иной.

«Ого!» — сказала она, с любопытством приближаясь. «Я понятия не имела, что у тебя есть связанный дух! Черт возьми, где ты взял это кольцо!? Эта штука, должно быть, стоила целое состояние!»

Он уставился на нее и медленно моргнул. «Ты уже знаешь, что это?» — спросил он недоверчиво.

«Ну… ну?» — усмехнулась она. «Я всю жизнь училась, готовясь стать полноправным членом культа. Мои познания в этерологии намного опережают твои, приятель».

Он был безмерно разочарован тем, что его ситуация была чем-то, о чем другие уже знали, но он не был удивлен. Бесчисленное множество архилюдей жили и умирали в течение последних 200 лет. Некоторые люди, должно быть, видели более дикие вещи, чем он мог себе представить.

Не обращая внимания на ушиб на своем самолюбии, он присел на корточки, чтобы погладить Кровопролитого по голове. «Если ты знаешь, что это, я хотел бы услышать об этом больше».

Это превратилось в бесценную возможность узнать больше о природе оболочки в его душе и ее связи с кольцом на его руке. Больше всего он хотел узнать, как он может развить эту силу. Кровопролитие больше не набирало силу, независимо от того, сколько всего оно убивало. Если бы у него был способ усилить его, ну...

Она нахмурилась, приподняв бровь и слегка наклонив голову в замешательстве. «Э-э... Ты не знаешь, что это?» — спросила она. «Как ты вообще это заполучил?»

«Это история для другого разговора», — сказал он.

Она покосилась на него и зарычала от разочарования. «Фу, ладно», — сказала она. «Ну, не то чтобы о нем много можно было знать. Это кольцо на твоем пальце — артефакт духа. К нему не прикреплены никакие силы, кроме духа, который запечатан внутри. Когда ты его отпускаешь, он действует как фамильяр, который сражается за тебя.

«Эта штука совершенно безмозглая; если ты нападаешь на что-то, она будет сражаться на твоей стороне, как ты, должно быть, уже понял. Кстати, почему ты не призвал ее во время битвы с горелами?» — спросила она, приподняв бровь. «Она могла бы справиться с армией этих тварей без всяких проблем».

Фредди уставился на нее, совершенно сбитый с толку. «Ээээ... Что?» — выплюнул он, игнорируя ее вопрос. «Нет, ты, типа, совершенно не права; ничего из того, что ты сказала, не правда».

«Мастер», — наконец сказал Кровопролитие. «Тебе не следует слушать слова этой невежественной женщины».

Лицо Софии внезапно побледнело. «Эта штука... только что... заговорила?»

На лице Фредди расплылась широкая, ехидная ухмылка. «Похоже, ты не так мудра, как думала, мисс Культист».

Она медленно поднялась и пошла обратно, пот заметно струился по ее лицу. «Лиам... я имею в виду, Фредди... послушай меня; это не связанный дух. Если эта штука решит напасть на нас, мы мертвы», — заявила она, слегка всхлипывая.

«Как нагло», — заявил Кровопролитие. «Как ты смеешь предполагать, что я нападу на своего хозяина?»

«Что за х...» — сквозь зубы выругалась София. «Тебе лучше объяснить, что здесь происходит, или я оставлю тебя на произвол судьбы».

Он не смог удержаться от смеха. «О да… Вот такую реакцию я и хотел увидеть».

«Лиам! Я имею в виду Фре — неважно; это не смешно!»

«Ты права», — сказал он, смеясь еще громче. «Это чертовски уморительно!»

«Ты идиот!» — закричала она, готовясь бежать в другую сторону.

«Нет, нет, нет!» — крикнул он ей вслед. «Стой, подожди, дай мне объяснить».

Она остановилась, но держалась на расстоянии от него и окровавленного скелета.

Он продолжил объяснять, как Кровопролитие, как остаток, стал одержим его защитой. Затем он туманно объяснил, как он вошел в его душу и построил вокруг себя оболочку, и как кольцо на его пальце могло освободить его.

София уставилась на него безучастно, совершенно ошеломленная. «Это духовная способность», — сказала она. «У тебя в душе есть духовная способность… и кольцо, связанное с духом в оболочке!? Я не могу в это поверить; как это вообще возможно?»

«Способность духа?» Он уловил смысл ее слов, наполовину разочарованный и наполовину воодушевленный тем, что она, похоже, поняла, что это такое.

«Да». Она кивнула. «И если то, что ты говоришь, правда, то способ, которым ты его получил, совершенно беспрецедентен. И если он может покинуть оболочку, этот скелет не может быть обычным духом…» — заметила она.

Он ухмыльнулся. «Ты права. Это не так. Это уникальность».

Ее рот отвис, а глаза выпучились.

Фредди ухмыльнулся еще сильнее. «Видишь?» — он поднял руку, проявляя Кровавые Кастеты. «Вот так я получил свою кровную связь».

Она схватилась за голову, не в силах осознать, что он говорит. «Да, это что-то новое». Но ее опасения не ушли. «И все же эта штука никак не связана с тобой. Если ты можешь ее освободить, это просто дикий дух. Ты действительно, действительно уверен, что она внезапно не решит напасть на нас?»

«Оно уже спасало мне жизнь раньше, — сказал он, поглаживая его костлявую голову. — Я верю, что оно не будет мне угрожать».

«А как же я?» — спросила она.

Фредди собирался сказать, что ей нечего бояться, но, честно говоря... он не был уверен. Он хотел верить, что может приказать ей вести себя хорошо, но у нее была история игнорирования его команд, если она находила причину действовать вопреки им.

«Не бойся, Мастер», — сказал Кровопролит, словно прочитав его мысли. «Я никогда ничего не сделаю против тебя или твоих союзников».

Он хотел в это верить. Но он чувствовал, что часть того, что там говорилось, осталась невысказанной. Если только моя жизнь не была в опасности... размышлял он про себя. Если причинение вреда Софии означало его спасение, он точно знал, что Кровопролитие сделает это без колебаний.

«Хм, ладно, — решил он, мысленно пожав плечами. — Я могу с этим жить».

«Не волнуйтесь», — сказал он. «Все будет хорошо. Я уже познакомил с этим друга, и ему это ничего не сделало».

Она, казалось, не была полностью убеждена. Но все равно немного поникла, осторожно приближаясь к ним двоим.

«В любом случае, — сказал он, — я представил Кровопролитие, чтобы рассказать вам о способности, с которой он связан». Затем он подробно объяснил, как работает Кровавая Жертва.

На этот раз ее ничего в его объяснении не удивило. «Это выдающаяся способность духа».

«Кстати, — сказал он. — Что, черт возьми, такое «духовная способность»?»

«Кровавая жертва — это способность духа», — сказала она, пожав плечами. «Хотя обычно их получают совсем другими способами. Ты когда-нибудь слышал о прайм духах?»

Он нахмурился. «Какой прайм?»

«Да, я так и думала». Она немного расслабилась, медленно садясь на землю перед ним. «Духи могут перемещаться между Незером и реальным миром. Иногда, если они остаются в реальном мире слишком долго, они могут попасть в ловушку, превратившись в прайм духов. Они похожи на прайм следы, но их форма неровная, а не идеально круглая.

«Точно так же, как и с прайм следами, вы можете принять первичных духов в свою душу. Тогда вы получите способность духа. По сути, это просто способности, построенные вокруг различных концепций, связанных с духом. Самое большое различие между обычной способностью и способностью духа заключается в том, что они не требуют затрат сущности для использования, а вместо этого имеют совершенно другую цену».

Он почесал подбородок в раздумье. «Удивительно, что я никогда об этом не слышал».

«Я бы удивилась, если бы ты это сделал», — сказала она. «Они не только редки, но и лишь немногие избранные готовы ими пользоваться».

«Почему?»

«Фредди», — окликнула она его по имени, глядя ему в глаза с суровым выражением. «Твои способности духа исключительны. Большинство из них имеют гораздо более отвратительную цену, связанную с их использованием.

«Самым распространенным является отбрасывание звезд людей назад в процессе, но я слышала о примерах, когда они сокращали продолжительность жизни, стоили целых звезд, серьезно калечили пользователя при использовании и даже стоили пользователю жизни». Она позволила последней части осмыслиться. «У лидера культа, в котором я выросла, тоже есть способность духа, и он использовал ее только один раз. Это стоило ему целой руки, и ничто, даже исцеление высшего качества, не может отрастить ее обратно. Теперь вы понимаете, почему Кровавая Жертва так хороша?»

Он медленно кивнул. «Да».

«И это еще не вся история», — продолжила она. «Способности духа принципиально отличаются от обычных способностей. Их нельзя удалить из души какими-либо известными способами, а наличие способности духа в душе замедляет ваш рост на 33%».

Он чуть не задохнулся.

«О, расслабься», — сказала она, закатив глаза. «Это более чем справедливая цена за то, что ты получаешь взамен».

Но он не расслабился. На самом деле, его лицо выглядело так, будто он только что облизал сиденье унитаза в общественном туалете. «Да... Эм... Что бы произошло, если бы у кого-то — гипотетически — было две способности духа?»

Она тупо уставилась на него несколько мгновений. «Ублюдок!» — закричала она. «Что ты, черт возьми!? Серьёзно, я никогда не слышала о ком-то настолько аномальном за всю свою жизнь! Ты самый проклятый-слэш-благословенный человек, которого я когда-либо встречала! Ты, типа, благословенно-проклят или что-то в этом роде».

Он фыркнул на это. «Это то, о чем я догадываюсь?»

«Да, это именно то, о чем ты догадываешься! Твой рост замедлился на 66%! Ого, это действительно будет плохо для тебя позже», — сказала она. «Но сейчас... уууу», — простонала она, выдувая воздух через губы. «А что делает другой?»

Он кратко объяснил, как работает Ярость Левиафана.

«Чёрт!» — воскликнула она. «Это тоже очень хорошо. Обычно использование этой штуки было бы самоубийством, но с твоим талантом...» Она прикусила ноготь большого пальца, глядя в землю.

«Итак…» — начал он. «Что ты думаешь? Ты думаешь, Кровопролитие может…»

«Сначала позволь мне спросить тебя кое о чем», — прервала она его. «Обычно связанные духи не могут попасть в Незер. Может ли Кровопролитие?»

«Да», — кивнул он.

Она слегка улыбнулась и взволнованно кивнула. «Это здорово».

«У тебя есть план?» — спросил он.

«Смотри», — сказала она, вставая и немного потягиваясь. Внезапно ночь превратилась в день, отметив одну из самых коротких ночей, которые кто-либо из них видел в этом мире. «Ну, это было коротко. В любом случае, это не имеет значения». Она подняла семь пальцев. «В этом мире есть семь проходов, помимо того, через который мы вошли. Из того, что я знаю о культе, их план, вероятно, будет следующим:

«Сначала они попытаются взломать все запечатанные проходы, которые смогут, включая те, которые были преобразованы в пригодные для раскопок миры. Это займет некоторое время, возможно, около недели. Затем они разозлят горелов, убивая каждую королеву, пока остальные рабочие не начнут бегать вокруг и устраивать хаос. Эти горелы будут использоваться в качестве приманки для более сильных монстров, ищущих еду через открытые проходы. Во время всего этого у них будут отряды убийц, бродящие по области и убивающие исследователей».

Фредди долго смотрел на нее. «Ты выросла рядом с какими-то сумасшедшими ублюдками, да?» — спросил он шутя, но не нашел в своих словах ничего смешного. Судя по тому, как она говорила об этих культистах, она была уверена, что их не остановит горстка исследователей— скорее всего, даже ветераны. «Итак... как нам с этим бороться?»

«Мы не знаем», — сказала она. «Я предполагаю, что самым сильным членом здесь будет трехзвездочный. К тому времени, как они будут готовы открыть проходы, более могущественные старшие придут извне, чтобы вычистить любого, кто попытается остановить прорыв. Но даже трехзвездочный — это слишком много для нас, даже с твоими духовными способностями».

«Они действительно настолько сильны?» — скептически спросил он. Он пока не был готов поделиться этим, но он убил четырехзвездочного элитного с помощью Кровавой Жертвы, поэтому он точно знал, что он способен справиться с трехзвездочным.

«Фредди, средний возраст, в котором Дитя становится членом, — двадцать девять лет. До этого они проводят всю свою жизнь в тренировках. Это элита среди элит, и грязная борьба — их главное оружие. Мало того, они еще и психопаты; любой из них готов пожертвовать своей жизнью ради целей культа».

«И что же ты предлагаешь нам делать?»

«Как только они закончат первый шаг, мы войдем в один из проходов, которые они откроют, и спрячемся там».

«Кажется, это достаточно просто».

«Сначала нам нужно пройти мимо охраны».

«Можем ли мы призвать Кровопролитие, чтобы позаботиться об этом?» — предложил Фредди. «Если мир кишит горелами, у нас будет много крови для жертвоприношения, не так ли?»

«Конечно, но сколько крови вы уверены, что сможете собрать?» — спросила она.

«Я...» Он замер. «Чёрт...»

«Именно так», — сказала она, вздыхая. «Из того, что я поняла, ты, вероятно, также сможешь использовать любую пролитую мной кровь, пока мы сражаемся бок о бок. Но даже тогда… нам придется сражаться с бесконечным роем. Это будет похоже на битву в гнезде, но в десять — если не в сто — раз хуже. Теоретически, ты можешь собрать достаточно крови, чтобы угрожать большому количеству культистов. На практике мы умрем в рое монстров, прежде чем доберемся до этого».

Она была права. Неважно, насколько он себя считал могущественным, в конце концов у него закончится сущность. Даже если он продолжит сражаться без нее, его тело сдастся.

Сколько крови он мог собрать до этого момента?

В последний раз, когда он использовал Кровавую Жертву, у него было левиафановое количество крови. Более того, эта кровь была намного сильнее крови горела. Неважно, как далеко он зайдет в этот раз, он сомневался, что к концу у него будет столько же сока.

В какой момент он мог сказать, что собрал достаточно? Честно говоря, он не представлял себя остановившимся до точки почти полного истощения; к этому моменту Кровопролитие должно было стать достаточно мощным, чтобы справиться со всем боем самостоятельно.

Он выдохнул воздух через сжатые губы и закрыл глаза в раздумье. «Кровопролитие», — позвал он скелет, — «сможешь ли ты сражаться на нашей стороне, прежде чем я использую Кровавую Жертву?»

София оживилась, выжидающе глядя на скелет.

Скелет посмотрел на Фредди на долгую секунду. «Я мог бы это сделать, но я считаю, что это будет противоречить твоему плану», — сказал он.

«Почему ты так думаешь?»

«Пока я нахожусь вне своей оболочки, Кровавая Жертва бездействует. Любая кровь, пролитая вами в это время, не будет учитываться при усилении меня, когда меня призовут».

«Чёрт!» — выругался Фредди, рыча от разочарования и почесывая шею. Учитывая то, что сказала София, у них была неделя, пока это место не заполонили. «Есть ли способ стать сильнее всего за неделю…?»

«Ну… Это немного опасно, но я могу придумать один способ», — сказала она.

Он нахмурился. «Хочешь… нарваться на улей горелов?»

«Нет, черт возьми!» — выплюнула она. «Мы собираемся наткнуться там на сектантов. Я думала о чем-то другом».

Он поднял бровь. «Что ты имеешь в виду?»

«У тебя есть дух-питомец», — прощебетала она. «Я однозвездная, а ты двухзвездный. Я не могу придумать лучшего способа вырастить наши звезды, чем пойти сражаться с кое-чем в Незере», — сказала она с лукавой улыбкой.

«Это безумие», — сказал он. «Даже при поддержке Кровопролития нам придется рисковать собой, чтобы добиться какого-либо прогресса».

«Правда, ты не ошибаешься». Она криво усмехнулась. «Но я думаю, у меня есть способ сделать это управляемым».

----------

Стратегии

Пот стекал по лбу Филлипа, когда он сжимал руками холодные металлические двери, удерживая проход запечатанным. Каждые несколько секунд мощный удар посылал дрожь по его рукам, и он изо всех сил пытался удержать усиление сущности на металлическом барьере. К счастью, его талант позволял ему хотя бы частично отражать силу ударов, но он не верил, что сможет поддерживать ее слишком долго.

За ним Теодор присел рядом с раненым охранником. Охранник, мужчина лет тридцати, схватился за бок, который обильно кровоточил, огромная кровавая рана тянулась от пупка и до задней части бедра, почти разрезая позвоночник пополам. Снаружи прохода лежал другой мертвый охранник, рассеченный пополам в талии.

Позади них стояли Джейкоб, Рэйчел и Карен, обсуждая ситуацию и планируя свои дальнейшие действия.

Не прошло и пятнадцати минут, как к ним подбежал паникующий охранник, чтобы сообщить о теракте. Услышав, что происходит, они бросились к проходу, ведущему обратно в мир горелов.

Они прибыли как раз вовремя, чтобы заметить тяжело раненого охранника, закрывающего дверь во втором вестибюле, в то время как четыре фигуры в черных плащах стояли прямо у входа, и один из них нападал на мужчину.

С тех пор Филлип делал все возможное, чтобы сохранить целостность двери, которую террористы пытались выломать. Их атаки были не слишком мощными. Но это только усугубило ситуацию.

Их враг методично атаковал барьер, сохраняя свою энергию и ритмично изматывая Филлипа. У отряда Джейкоба не было слишком много времени, прежде чем они будут вынуждены сражаться, и чем больше времени проходило, тем хуже становилось состояние Филлипа, когда они начинали атаку.

Теодор влил каждую каплю сущности в свое святое сродство, утопив серьезную рану в боку стражника, отчаянно пытаясь помочь ей затянуться. Он неоднократно применял Исцеление, пытаясь добиться прогресса, но ситуация была отчаянной.

Судя по всему, к моменту начала боя он также будет ослаблен.

Каждое сродство, которое имеет доступ к заклинаниям исцеления, исцеляла по-разному. Вода могла предотвратить или даже полностью остановить кровотечение, и она могла значительно ускорить долгосрочное естественное восстановление.

Жизнь могла бы заново отращивать ткани и соединять их вместе, достигая даже сверхъестественного качества исцеления на верхнем уровне силы — в некоторых случаях высшего качества, но это могло быть только самонаправленным.

Природа значительно ускорила естественное восстановление, сократив недели до считанных минут.

Святое сродство было особенным. Качество исцеления полностью застряло на сверхъестественном, от самых слабых заклинаний до самых сильных, но большая часть эффекта была сосредоточена на очищении тела цели от чужеродной сущности. Рана человека уже была чистой — и сверхъестественное качество исцеления было дорогим. Не говоря уже о том, что Теодор недавно вознесся, сделав все его святые заклинания нулевой стадии.

К счастью, у них было достаточно ресурсов для исцеления, что уменьшило нагрузку на их поддержку.

Через несколько минут Теодор спустился, вытащил из своего Кольца Хранения носовой платок и вытер вспотевший лоб. «Он будет жить», — сказал он, качая головой. «Я не могу продолжать, если ты хочешь, чтобы я помог тебе в битве».

«Ты молодец», — сказал Джейкоб. «Как тебя зовут?» — спросил он раненого.

«Я...» Он поморщился от боли, когда говорил. «Меня зовут Джеймс».

«Каковы ваши таланты и склонности?»

«Я... у меня повышенная сила», — сказал мужчина. «И моё сродство — воздух».

Джейкоб вздохнул. «Закрой глаза и отдохни», — сказал он человеку, сделав вывод, что охранник не сможет помочь против их врага, не в его нынешнем состоянии.

«Благодарю вас, сэр», — сказал мужчина, словно ожидая разрешения, и тут же потерял сознание.

«Ну что же!» — закричал Джейкоб, хлопая в ладоши. «Мы позволим этому ботану потерять сознание от истощения или немедленно дадим отпор?»

«Я могу купить тебе еще десять минут», — сказал Филлип, стиснув зубы. «Я думаю, нам нужно как минимум столько, чтобы Тео поправился».

«Сделай пять», — сказал Теодор, проглатывая таблетку. «Я буду мертвым грузом, если ты не сможешь меня защитить. У меня достаточно сущности для Святого Благословения, чтобы вернуть тебя в форму».

«Я был бы признателен, но…» Филлип передвинул ноги, сильнее готовясь к следующей атаке. «Оставь это Джейкобу», — сказал он. «Я лучше приму удар, чем…»

«Нет», — сказал Джейкоб, отказывая ему. «Дай благословение Карен».

«Что?» — закричала Рейчел, явно оскорбленная этим предложением. «Эм… извини, но как…» Она посмотрела на кудрявую женщину, бросив взгляд на саблю на ее поясе. «Без обид, кстати, но, э…» Она повернулась к Санторио. «Она новенькая в команде. Я доверяю тебе с благословением больше, чем ей».

«Рейчел…» — вздохнул Джейкоб. «Сделай мне одолжение и заткнись нахуй». Он помассировал шею, снимая напряжение. «Она и опытнее, и сильнее меня», — признался он. «К тому же, я думаю, у меня есть хороший план, что делать».

Все в комнате сосредоточили на нем внимание.

Несмотря на все недостатки этого человека, Джейкоб был превосходным стратегом. Этот человек был прирожденным лидером, и хотя он был колоссальным придурком, он никогда не позволял своей скверной личности или гордости подвергать свою партию опасности.

Сначала он попросил Теодора оценить их противника. Хотя они и видели своих противников мельком, Теодор собрал впечатляющий объем информации. «Четверо были видны, но то, как они были расположены, указывало на присутствие второстепенного дальнобойного атакующего, вероятно, спрятанного где-то в пологе», — заключил он.

«Их аура, — продолжил он, — была темно-красной — они эксперты, все пиковые две звезды. Судя по распределению слабостей, я заметил одного человека с Сотней Мокрый Адов, одного с Каменной Кожей и, возможно, Металлическими Костями, а у третьего были отключены все основные артерии, что, вероятно, указывало на родство крови. Сущность в ране, которую я исцелил, была родством крови, и атака, скорее всего, исходила от этого человека.

«Судя по тому, что я видел, у одного есть родство с водой, нет видимого оружия, вероятно, невооруженный мастер боевых искусств; у другого есть земля и металл, вероятно, их танк; у третьего есть родство с кровью Багровой Ртути, возможно, атакующий на расстоянии. Я не знаю о скрытом человеке, но у четвертого не было видимых нарушений в узоре слабостей, что указывает на отсутствие заметных защитных техник закалки или таланта». Он глубоко вздохнул и прищурился. «Они все носят одинаковую одежду, что затрудняет различение, но я помню их соответствующие телосложения. Я отмечу их синим, коричневым и красным для первых трех и фиолетовым для незакаленного».

«Спасибо за краткий обзор», — сказал Джейкоб, поворачиваясь к остальным. «Мы не знаем всех масштабов этой атаки, но я думаю, можно с уверенностью предположить, что они, скорее всего, знают, кто мы и что мы можем сделать».

Все кивнули.

«Учитывая это, — продолжил их лидер, — они, вероятно, знают много о нашем стиле и составе партии. Рейчел, Филлип и я уже некоторое время были вместе, и мы сотрудничали с достаточным количеством других партий, чтобы утечка могла быть уверенно учтена. Однако…» Он повернулся к Карен. «Она новенькая в партии. И Теодор тоже. Эти двое — темные лошадки для нашего врага, и было бы разумно сосредоточить нашу стратегию вокруг их навыков».

Джейкоб быстро изложил в общих чертах стратегию их подхода. Времени на разработку детального плана не хватило, и чем больше времени они тратили на обсуждение, тем больше уставал Филлип. Менее чем через минуту разговора они заняли позицию.

«Все готовы!?» — спросил Джейкоб.

«Да!» — хором проскандировали остальные.

«Филипп!» — крикнул он. «Отступай!»

Человек в доспехах отпрыгнул в сторону, освобождая путь Джейкобу.

С суровым выражением лица Джейкоб бросился вперед и нанес Тектонический удар по металлической двери, и сразу же после этого толстый осколок крови выстрелил прямо ему в голову, но он отклонился в сторону, избежав атаки.

Как только он создал ясную линию видимости, Рейчел исчезла в его тени и вышла в лес, а Филлип поднял свой щит и защитил Теодора, который продолжил стрелять несколькими высокоскоростными, лазерами по своим противникам. Взрывы света не наносили урона, но оставляли четкие отметки на своих противниках, позволяя им быстро идентифицировать нападающих.

Закончив отмечать врагов, Теодор поднял руку и положил ее на спину Карен. Со всплеском святой сущности слабый свет окутал женщину.

Карен бросилась вперед, прорвавшись мимо Джейкоба и влетев в отверстие, словно пушечное ядро, когда она нанесла мощный удар по человеку, отмеченному коричневым, который начал довольно умело защищаться, ориентируя свое тело таким образом, чтобы легко отразить большинство атак. К несчастью для него, талант Карен — Святой Меча — не был тем, что позволяло легко отражать ее атаки.

Руки мужчины были разрублены насквозь почти без усилий, а все его лицо было полностью отрублено, начиная прямо под линией подбородка и заканчивая прямо над лбом, позволяя мозгам и крови мужчины разлететься по лесу. Карен, казалось, вздрогнула от увиденного, но она тут же восстановила самообладание.

Джейкоб бросил огненный шар под ноги таинственного нападающего, отмеченного фиолетовым, и бросился на того, кто был отмечен синим пятном. Его талант преуспел в уничтожении обороняющихся противников, и он ожидал, что его цель развалится на куски, как только он нанесет ему удар.

Однако импульс их атаки иссяк, и их противники наконец переориентировались.

Несколько толстых лоз обвились вокруг ноги Джейкоба, и он выругался на шипы, вонзающиеся в его икры. «Дерьмо!» — закричал он, когда его атака потеряла большую часть импульса, но он все равно продлил ее, делая все возможное, чтобы начать свое противостояние с превосходства.

В тот момент, когда его кулак уже почти достиг цели, его противник растворился в воздухе.

Когда своевременный Струящийся Удар врезался в затылок Джейкоба, он понял, что у его противника есть талант мгновенной телепортации. Мир поплыл перед его глазами, но он не был настолько слаб, чтобы упасть с чего-то столь маленького.

Прежде чем его противник успел отдернуть ногу, Джейкоб схватил ее и бросил человека вниз, но тот изогнул свое тело таким образом, что это позволило ему вырвать ногу из хватки Джейкоба и нанести мощный удар прямо в живот, как раз вовремя, чтобы тот успел снова телепортироваться и нанести мощный удар ногой в заднюю часть колена, в то время как острый осколок крови глубоко вонзился в щеку Джейкоба, сломав зуб.

Он заметил пятую, неотмеченную фигуру, упавшую с близлежащей ветки, борющуюся с Рейчел, которая крепко обхватила бедрами их головы, нанося удары в живот нападавшему в плаще. Это заняло его внимание лишь на долю секунды, и, предвидя атаку справа от головы, где осколок крови ждал, чтобы глубже вонзиться в череп, он поднял руку, чтобы защитить себя.

К сожалению, его противник, по-видимому, предугадал такую ​​возможность и вместо этого атаковал его сторону, которая теперь была полностью уязвима.

Карен бросилась на заклинателя крови, отбивая их снаряды в воздухе, когда она приближалась. Фигура с фиолетовой меткой внезапно вылетела из массы огня, созданной Джейкобом, покрытая тонкой пленкой воды, защищающей ее тело от жара. Как только нападавшие пробились через огненный барьер, они выпустили дождь ледяных осколков с такой скоростью, что даже Карен получила несколько ударов по туловищу, прежде чем она успела защититься, что дало возможность заклинателю крови пригвоздить ее ногу к земле кровавым копьем.

Черная женщина с холодной эффективностью отдернула ногу, позволив копью изуродовать ее голень, пока она балансировала на другой ноге и рассекла огромный валун льда, летевший в нее, но как раз в тот момент, когда два куска льда упали на ее сторону, кровавый снаряд выстрелил ей в шею, оставив ей достаточно места лишь для того, чтобы не пронзить горло или не перерезать яремную вену.

Джейкоб хотел закончить бой и как можно скорее прийти на помощь Карен, но его противник оказался слишком эффективен против него.

Хотя Раскалывающий Удар был великолепен против хорошо защищенных врагов, он был бессилен, когда он не мог нанести прямую атаку. Он проклял недостаток своего таланта, когда получил еще один удар в другую сторону и удар прямо в лицо, который сломал ему нос и заставил кровь брызнуть в воздух, пока мир вращался у него перед глазами.

Внезапно Джейкоб поднял ногу и ударил по земле Тектоническим ударом, зажигая обе свои звезды. Атака расколола землю под ним, на секунду сместив опору его противника.

Человек в плаще собирался телепортироваться. Мысли Джейкоба закружились, когда его глаза широко распахнулись. Его мысли метались, пока он обдумывал возможности. Куда пойдет его противник? Двинется ли он за его спину, как он уже делал несколько раз? Отступит ли человек назад, создавая между ними расстояние, чтобы оторваться? Довольно скоро он понял, что это не имеет значения.

Его лицо исказилось, расширившись в маниакальной ухмылке, когда он зажег взрыв под своей левой ногой. Мужчина телепортировался куда-то, вероятно, ожидая атаки, но Джейкоб отлетел в сторону, вместо этого бросившись к Карен. Кожа на его ступне была обожжена, а нога была изуродована, но он все равно ухмыльнулся, когда его массивное тело полетело вперед.

Карен, казалось, почувствовала его приближение, и когда он приблизился, он крикнул: «Уйди с дороги!» И женщина подчинилась.

Он бросился на заклинателя крови, повернувшись спиной, когда тот занял позицию, чтобы врезаться в них. Заклинатель крови создал щит из кровавых шипов, но это было бесполезно. 156 килограммов мускулов, закаленных Сотней Мокрых Адов и Каменной Кожей и усиленных Тектоническим Ударом и Раскалывающий Ударом, прорвали шипы, словно тонкий лист стекла. Когда сила его формы врезалась в закутанную фигуру, его тело взорвалось ливнем кровавых осколков, разбиваясь, как статуя из стекла.

Заклинательница льда не колебалась, готовясь казнить его на месте, но короткая вспышка света ослепила их в нужный момент, позволив Джейкобу бросить быстрый огненный шар им в ноги. Фигура закричала женским голосом, когда Карен бросилась на нее, подпрыгнув на одной ноге, когда безупречный взмах сабли обезглавил ее противника.

Единственным оставшимся на ногах мастером боевых искусств, связанным с водой, был он сам. Увидев, что его товарищи повержены, он повернулся и побежал.

Секунду спустя из ладони Теодора вырвался Пронзающий Луч, но мужчина увернулся с безумными рефлексами, телепортировавшись вперед, прежде чем способность успела его коснуться. Но как раз, когда он снова появился всего в трех метрах, Рэйчел, с головы до ног залитая кровью, поднялась из его тени.

Из ее левой руки появилась толстая цепь тьмы и обвилась вокруг шеи мужчины, и она отстранилась со всей своей силой, всадив катар крови прямо ему в спину, проникнув сквозь его напряженное тело достаточно глубоко, чтобы достичь сердца.

Мужчина разорвал цепь Струящимся Ударом и снова телепортировался вперед, но через несколько секунд его шаги замедлились, и он рухнул на землю замертво.

Воцарилась гробовая тишина, но никто не потерял бдительности.

Джейкоб и Карен получили тяжелые травмы.

Рэйчел потеряла тонны крови, но ее родство с кровью гарантировало, что у нее ее будет еще много. Большая часть ее кожи была изранена шипами во время ее столкновения с фигурой, скрывающейся в деревьях. «Нахер их», — сказала она. «Кто, черт возьми, были эти уроды!?»

Джейкоб глубоко вздохнул.

Теодор рухнул вперед, выглядя совершенно измотанным. Мужчина поглотил много сущности. Обычно это не оставляет кого-то в таком состоянии. Но святое сродство было другим. И светлое, и святое сродство имели огромные сильные и слабые стороны.

Что касается святого сродства, то оно имело, безусловно, самую ужасную отдачу среди всех обычных сродств. Использование Святого Благословения дважды за один день и исцеление того стража разрушило его тело, а быстрый и грязный метод, которым он восполнял свою сущность, тоже не помогал.

Джейкоб оттолкнулся от земли, морщась от многочисленных синяков, разбросанных по всему телу. «Мы не в состоянии никуда идти», — сказал он. «Возвращайтесь в вестибюль Пограничного мира. Филипп, загороди проход как можно лучше…

«У меня такое чувство, что нам предстоит еще очень много работы».

Скрытая аура была самым важным ресурсом для обеспечения долгосрочного роста. Лучший способ обрести больше скрытой ауры — принять риск. Однако не все риски были равны. И не все риски имели одинаковое значение.

Например, сражаться с более сильным противником было отлично. С другой стороны, сражаться с противником той же или схожей силы, когда есть риск, что может появиться более сильный противник... не было особенно впечатляющим.

Неконтролируемые и непредсказуемые внешние переменные не имели значения, поскольку они не были показателем мастерства или принятия правильных решений — они полностью зависели от чистой удачи.

Незер в межпространстве был прекрасным примером такой среды. Постоянно существовал риск, что могущественный остаток или дух просто выскочит из ниоткуда и уничтожит проекцию архичеловека, и, достаточно часто, они могли атаковать из-за пределов своего поля зрения, делая реакцию на угрозу практически невозможной.

Или, что еще хуже, угроза может просто выскочить из-под земли. Разумные эфирные конструкции могут перемещаться сквозь препятствия в Незере.

Фредди часто использовал Кровопролитие в Незере, но это никогда не было исключительно надежным способом вырастить свою звезду.

Ну... пока не пришла София.

Он не чувствовал себя глупым из-за того, что не смог осознать полезность «Кровопролития», но, черт возьми, он был ошеломлен мудростью Софии.

Их проекции стояли бок о бок, его синий жнец держал огромную косу, а ее проекция приняла форму... принцессы? Это была маленькая, похожая на куклу проекция, одетая в пушистое розовое платье, а ее золотистые волосы падали на один глаз, полностью его закрывая, в то время как ее второй глаз был огромным, безумным шаром фиолетового цвета с маленькими прожилками по краям.

И ее конструк души... в то время как его была довольно странной, ее была более чем странной. У нее было четыре мясистых щупальца, растущих из ее спины — два висели над ее плечами, а другая пара обвивалась вокруг ее талии, почти как странные паучьи ноги.

Эти щупальца могли растягиваться далеко и демонстрировать довольно большую силу. Их уникальной способностью было Связывание. Если она использовала его, все четыре щупальца обхватывали ее цель, что делало их отличным способом сдерживать врагов.

Они вдвоем наблюдали, как Кровопролитие словно зверь бил по голове нечто, напоминавшее дружелюбного земляного медведя, который молил о пощаде.

План был прост — дух разведает Незер в непосредственной близости, убедившись, что поблизости нет никаких угроз. Затем он подтащит к ним остаток, поместив его в центр импровизированной арены. Он будет атаковать остаток достаточно долго, чтобы показать, как он сражается, и показать, есть ли у него какие-то особые способы атаковать.

Таким образом, как внешнее вмешательство, так и скрытые силы были полностью исключены из уравнения, что сделало их противостояние с остатками делом чистого мастерства и стратегии.

Это был такой простой, но блестящий способ накопить скрытую ауру. Это раздражало его, но он должен был признать, что она знала, что делает. Конечно, это было все еще довольно опасно, но с Кровопролитием поблизости, шансы того, что кто-то из них умрет от рук своего врага, были намного ниже, чем они были бы в противном случае. Это повлияло на награду в скрытой ауре, но недостаточно, чтобы оправдать выступление против таких существ без страховки.

Когда Кровопролитие закончил разведку и зачистку, он вытащил своего первого противника. Это была массивная, сгорбленная фигура с черной шелушащейся кожей, принявшая форму похожего на собаку существа, стоящего на двух ногах. Его челюсти и когти представляли собой лес острых, фрагментированных шипов, а его дикие атаки могли даже слегка повредить самому Кровопролитию.

Фредди поморщился. «Кстати», — начал он, глядя на проекцию Софии. «Как думаешь, как долго мы должны этим заниматься?»

Ее рот растянулся в жуткой, злобной, зубастой ухмылке. «Насколько это нас заведет, конечно. Ну, начнем».

----------

Готов или нет

Леонард Санторио — отец Джейкоба Санторио и руководитель Санторио Энтерпрайзес — смотрел вниз на Нова-Йорк, попыхивая большой сигарой.

Несмотря на его идеальную кожу без признаков старения или пятен, его густая белая борода, массивное телосложение и густые светлые волосы создавали впечатление старости. Трудно было сказать, сколько лет архичеловеку, просто по его внешнему виду, но для Леонарда это было почти так, как если бы его эволюции тонко направлялись тем, как он себя чувствовал внутри — старым, измученным… уставшим.

Его лучшие годы уже позади.

И даже тогда, с его техникой закалки 4-й стадии Безграничная Живучесть, он был в таком хорошем здоровье, какое только может быть у человека. Тонкий, почти незаметный поток высококачественного исцеления, который генерировали его клетки, действовал медленно, но для него, прожившего почти 250 лет, у него было достаточно времени, чтобы очистить его от всех недугов, устранив ущерб, который мир и время нанесли его телу.

Он затянулся сигарой, заполняя не только рот, но и легкие, выработав за эти годы практически абсолютную устойчивость к густому сигарному дыму. Затем он выдохнул огромное облако. Туманная масса закружилась перед ним, приняв форму двух собак, трахающихся в воздухе.

Он усмехнулся. Как глупо. Как мирно.

Это было то, что он хотел увидеть. Эти глупые маленькие творения, маленькие акты радостного тщеславия были намного приятнее ужасов, которые человек был готов совершить, когда дела становились плохи.

Когда анимированное облако рассеялось в размытые формы, фокус его зрения постепенно снова переключился на город внизу. Теперь он был совсем другим. Таким незнакомым.

Он все еще помнил тот день, когда мир пошел не так. Ощущение чего-то глубокого, тонко меняющегося, и мгновение спустя, образ взрывающегося двигателя его машины, отбрасывающего капот в воздух, когда машина врезалась в семью из четырех человек, убивая их всех в одно мгновение.

Конечно, это была не его вина. Но он, гордый, надменный бизнесмен, который любил свою машину больше, чем свою тогдашнюю жену, теперь уже не помнил даже, какой марки была машина. Все, что он помнил, был образ женщины, которая пыталась спасти своего ребенка, теперь сломанного и окровавленного, когда машина прижала ее безвольное тело к стене.

Трудно было определить, что он чувствовал, вспоминая этот образ. Это была не его вина, не совсем. Воспоминание часто мелькало в его голове, не потому, что оно его травмировало, а, возможно, потому, что в какой-то момент он позавидовал этой трагической семье, которая избежала жестокости ранней пост-Рифтовой эпохи.

И снова его взгляд обшарил здания внизу. Это был уже не Нью-Йорк. Он не был им уже давно. Архитектура была другой, и лишь немногие здания пережили адскую войну, которая происходила на этих улицах. Как радостно новые жители шагали по тому, что когда-то было реками крови, а вокруг разгуливали бродячие монстры, либо пришедшие из порталов в другой мир, либо родившиеся в сердцах тех, кто был доведен до безумия.

Когда он смотрел на мир, горизонт которого теперь простирался гораздо дальше, чем двести лет назад, он не чувствовал никакой спешки. С бессмертием и четвертой звездой, застрявшей на 99%, он был свободен неторопливо просматривая жизнь, уделяя столько времени, сколько ему было нужно, чтобы наслаждаться мелочами, такими как сигары, дым которых превращался в изображение животных, занимающихся сексом.

Но он знал, что лучше не расслабляться. Много раз он решал расслабиться, когда мир, наконец, как будто, обосновался в одном месте. Каждый раз он осознавал, что те первые дни борьбы так и не закончились. Иногда они просто решали сделать перерыв.

Внезапно двери с другой стороны его кабинета распахнулись. Его лицо потемнело, а живот сжался. Прошло всего 6 минут и 51 секунда из его 10-минутного перерыва. Единственной причиной, по которой перерыв был прерван, была чрезвычайная ситуация.

Он медленно повернулся и увидел свою помощницу, молодую, занудную женщину, которая выглядела измотанной и поспешила объяснить, что происходит.

Он сохранял спокойствие, слушая ее. «Террористическая атака, говоришь?» — спросил он своим глубоким, хриплым голосом, разочарованно вздохнув. На мгновение Леонард обернулся, чтобы посмотреть на город, его веселое настроение рухнуло.

Действительно.

Эти темные дни так и не закончились.

И, скорее всего, никогда этого не сделают.

Стратегия, которую придумала София, работала достаточно хорошо. Фредди еще не набрал достаточно эфира, чтобы осознать, насколько ему стало легче, но он мог сказать, что узкое место, которое замедляло его рост, ослабевало с каждым побежденным остатком и... каждый раз, когда он едва не умирал.

«Блядь!» — закричал он, когда демонический остаток подсолнуха схватил ногу его проекции корнем и потянул ее назад, открыв ее оранжевое лицо, похожее на бутон цветка, которое представляло собой просто круглую пасть с зазубренными зубами.

Душа-конструкт Софии ворвалась, потянув его назад, пока они оба кричали о помощи Кровопролитию. Кровавый скелет немедленно бросился вперед, разрывая корни и отрывая голову остатка другой когтистой рукой.

«Блядь! Блядь!» — снова закричал Фредди, почувствовав, как его проекция распадается. Боль, причиняемая его душе, ощущалась пронзительно холодной, отдаваясь эхом в его чувствах обещанием вечной тьмы.

София использовала свои щупальца, чтобы собрать небольшую кучку водяных струек, которые они собрали в сторону, а затем она толкнула виспов в него. Он поглотил их, снова срастившись, но это был третий раз, когда ему потребовалось такое лечение, его проекция не зажила полностью, оставив глубокую трещину на его мантии, начинающуюся от груди и спускающуюся вниз по ноге.

«Ладно, убирайся!» — крикнула София.

«Я в порядке!» — сказал Фредди. «Мы можем продолжать...»

«Нет, черт возьми, мы не можем! Вон, вон, вон! Прямо сейчас!»

«Мастер», — сказала Кровопролитие. «Возможно, тебе стоит прислушаться к ее совету и на время покинуть Незер».

Услышав, как Кровопролитие встало на сторону Софии, это отрезвило его, и он рассеянно кивнул, направляясь к своему телу и погружаясь обратно внутрь.

Его глаза открылись, приветствуя бежевую каменную стену пещеры в маленьком укромном уголке, где они спрятались, чтобы безопасно оставить свои тела без присмотра.

Трещина в его проекции была трещиной вдоль его души. Его тело было там, и он был присоединен к нему, но был небольшой разрыв. Как будто мир вокруг него был немного менее материальным, и все, от света до звука, отражалось в его чувствах, размывая его окружение и приглушая шумы вокруг него.

София поднялась секунду спустя. Она провела руками по лицу, втягивая воздух сквозь зубы, явно расстроенная. «Фредди», — позвала она. «Это не может продолжаться».

«Я в порядке», — сказал он. «Трещина заживет сама собой. Я не собираюсь...»

«Я не это имела в виду», — сказала она.

«Слезь с моего хребта, женщина», — потребовал он. «Дай мне немного времени; я новичок в борьбе с такими остатками, и я не смогу сделать это идеально за несколько попыток. Не все из нас были воспитаны, чтобы стать машинами для убийств, понимаешь?»

«Ладно, как, грубо!» — крикнула она в ответ. «Но я и не это имела в виду!»

«Тогда чего же ты хочешь?»

«Ты не можешь сражаться!» — заявила она.

«Я знаю это!» — сказал он. «Я же сказал тебе, дай мне немного времени, и я...»

«Нет!» — перебила она его.

«Дайте мне немного времени», — повторил он. «Я слушаю твои советы, и мне станет лучше».

Она покачала головой. «Ты улучшишь свои навыки в Незере, но мы не будем сражаться с культистами с помощью наших проекций».

Он знал, что она права. Это был всего лишь их пятый бой, и в трех из пяти он получал смертельные ранения. Даже если он освоился в Незере, его недостаток навыков в проекции не был проблемой — это был симптом. Он просто не понимал, как работает бой. Его общий подход заключался в том, чтобы реагировать на вещи по мере их поступления и отвечать подавляющей силой, но это было в лучшем случае примитивно.

Он испустил самый разочарованный вздох в своей жизни, агрессивно потирая лицо, упираясь ладонями в глаза, а затем переместил руки, чтобы схватиться за волосы. «Я знаю, но что я могу с этим поделать?» — спросил он. «У нас есть неделя, София. У меня нет времени чему-либо учиться. Мы должны сосредоточиться на максимальном увеличении нашей силы».

«Ты не прав, — сказала она, — с обеих сторон». Затем она вздохнула и встала. «Иди за мной на улицу».

Он так и сделал, и через несколько мгновений они прорвались сквозь небольшую преграду, которую возвели, чтобы укрыться, и вышли наружу под палящее солнце и искусственное голубое небо.

Он мог поклясться, что солнце звучало как комар, жужжащий в ухе. Он агрессивно ковырял пальцем в левом ухе, но шум не исчезал.

Это был одинокий угол, в котором они оказались, но по меркам межпространства он был довольно безопасным. Растительности было мало, а из-за границы малого королевства под землей не было достаточно места для горелов, чтобы построить ульи поблизости. Те, кто пытался, были остановлены активным вмешательством персонала.

Они стояли на пустой поляне, под ногами у них была только сухая бледная почва, а по обеим сторонам внешнего периметра возвышалась каменная стена, которая имела форму расчищенного кольца почвы, создавая некоторое пространство между каменистой лесной глушь и отвесной скалой пограничной стены, за которой не было буквально ничего.

Они смотрели друг на друга, выражение лица Софии было суровым. «Снимай одежду», — сказала она. «Оставь только нижнее белье».

Он покраснел. «Что!? Зачем мне...»

«Ничего подобного, болван», — сказала она, качая головой. «Я не вижу твоих мускулов».

«Не знаю, София», — сказал он, делая шутливый шаг назад. «Мне это кажется довольно странным».

Она закатила глаза. «Просто сделай это».

Он нахально усмехнулся, когда подчинился, снимая доспехи, пока не осталось ничего, кроме его толстых, блестящих мышц. Его кожа была идеальной, а его телосложение было настолько рельефным, что он выглядел как идеализированная версия того, как должен выглядеть мускулистый мужчина.

Честно говоря, он ожидал, что она хотя бы немного покраснеет, увидев его внушительное тело, но ее глаза были холодны, а выражение лица — клиническим и расчетливым. Она постучала по подбородку. «Повернись», — потребовала она.

Он подчинился.

«У тебя довольно приличное телосложение», — сказала она.

«Спасибо», — высокомерно ответил он, прекрасно понимая, сколько труда он вложил, чтобы заполучить это, и повернувшись к ней лицом.

«Но ты не сбалансированный», — заявила она.

Его настроение немного испортилось, он приподнял бровь. «Как?»

«Ну, во-первых, — начала она, наклоняясь и шлепая его по ноге, — твои квадрицепсы и подколенные сухожилия довольно большие, а вот икры немного маленькие по сравнению с ними. Это не твоя вина; это генетическое, но это делает нижнюю часть твоего тела немного несбалансированной. Кроме того, твоя грудь, — она встала, чтобы шлепнуть его по левой груди, — огромная».

«Спасибо, но можешь перестать бить меня по телу?»

«Нет», — отрицала она, криво ухмыляясь и шлепая его по правой груди. «В целом, ты неплохо натренировал свое тело. Твой талант спас тебя от развития дисбаланса; чисто с точки зрения силы у тебя есть неплохие возможности. Но для боевых искусств это не подойдет».

Он нахмурился, честно говоря, чувствуя себя немного оскорбленным. «Почему?»

«Для начала, ты супер-тяжелый сверху-спереди», — сказала она, указывая на его широкие плечи и мощные грудные мышцы. Затем, соединив руки, она опустила их на его тощую талию. «Позволь мне задать тебе вопрос: ты чувствуешь себя устойчивым, когда дерешься?»

Он изогнул бровь. «Что ты имеешь в виду?»

«Например… Как часто ты чувствуешь, что ваши враги бьют или толкают вас?»

Он поморщился. «Довольно часто, я бы сказал. Но я думал, что это моя вина».

«Это так», — сказала она. «Но твое тело не оказывает тебе никакой помощи».

«Так что же мне делать?» — спросил он. «Тренировать икры, пока не сбалансирую?» Он разочарованно вздохнул. «Есть, пока не растолстею?»

Она усмехнулась. «Очевидно, нет. У нас есть гораздо лучший вариант», — сказала она, ухмыляясь ему. Она подняла руку, и кожа на ее ладони слегка запузырилась, когда наружу просочился розовый туман. Это была жизненная эссенция.

Он нахмурился, не понимая. «Что ты собираешься с этим делать?»

Она посмотрела на него искоса, словно была разочарована тем, что он не мог этого сказать. «Я — арх жизненного сродства, да!» — сказала она. «Я могу манипулировать живой материей, как глиной».

"И?"

«И… я изменю твое тело».

Фредди нахмурился. «Нет, черт возьми!» — сказал он, отступая назад.

Она была права в том, что сказала, но ее предложение было безумным. Он когда-то читал об этом в книге. Существовали клиники, где люди могли переделать свое тело и подкорректировать мышцы, суставы и даже кости. Однако была одна маленькая проблема — это не было особенно полезно для того, кто боролся за жизнь.

Эти процедуры были почти чисто косметическими. Перестроенные части имели многочисленные нервные окончания, непоправимо поврежденные, переделанные суставы стали жестче, кости — более хрупкими, а основная часть любой «дополнительной» массы была бы невероятно слабой, больше похожей на фальшивые мышцы, чем на действительно функциональную ткань.

Но…

«Я знаю, о чем ты думаешь», — сказала София. «Но ты помнишь главное преимущество, которое есть у нас двоих?» — спросила она его.

«Я согласен», — сказал он, чертовски хорошо зная, что бесконечный запас высококачественного исцеления может облегчить многие из этих проблем. «Но это не исправит все», — сказал он. «Мое исцеление не может исцелить слабость». Он принял мрачное выражение лица. «Если мои мышцы будут переформированы, это будет стоить мне значительной части моей с трудом заработанной силы. Кроме того, нервные окончания могут вырасти снова, но это не значит, что они будут работать идеально с самого начала».

«Ты прав», — сказала она. «Но у нас может быть несколько вариантов решения этих проблем. Во-первых, позвольте мне спросить тебя кое о чем: у тебя есть какие-нибудь стероиды в этом Кольце Хранения?»

Он открыл рот на мгновение, но потом закрыл его. Он открыл, но... «Есть», — осторожно ответил он, — «но я никогда их не пробовал. Возможно, они убьют меня, если я приму хотя бы одну дозу».

«Черт», — сказала она, слегка приподняв брови, когда он это сказал. «Ты не забываешь о своем немертвом теле?»

Он покачал головой. «Это может повлиять на мой мозг».

«Если это произойдет, — начала она, — у меня всегда есть возможность зажечь искру, чтобы исцелить тебя, прежде чем это нанесет непоправимый вред».

Это действительно устранило самый значительный риск, но он все равно был обеспокоен.

«Послушай», — сказала она, глубоко вздохнув. «Я видела, как ты сражаешься, и, честно говоря, это довольно критическая ситуация. Ты сам сказал — у нас всего неделя. Я не могу научить тебя, как стать мастером, за то время, что у нас есть, но если мы готовы рискнуть, мы можем привести тебя в лучшую форму». Она скрестила руки и подошла ближе, глядя на него.

«Я не понимаю», — начал он. «Какое отношение изменение моего тела имеет к моим боевым знаниям?»

«Намного больше, чем ты думаешь», — сказала она. «Плохо сбалансированная форма все усложняет. Стрельба из лука проще с прямой стрелой. Фехтование на мечах проще со сбалансированным клинком. То же самое относится и к боевым искусствам».

Он посмотрел на себя с легким стыдом. «Неужели мое тело настолько неоптимально?»

«О да, определенно», — подтвердила она без колебаний.

Он поморщился.

«Слушай, я знаю, как они дерутся», — сказала София, слегка опустив голову. «Даже если мы доведем тебя до 99% мощности, это будет бесполезно, если ты будешь хреново использовать имеющуюся у тебя силу. Честно говоря, в том состоянии, в котором ты сейчас находишься, единственный способ, которым ты можешь даже мечтать о том, чтобы победить одного из них, — это использовать Ярость Левиафана».

Он глубоко вздохнул. «Ты уверена, что не покалечишь меня?» — спросил он. «Я доверяю тебе очень многое, если соглашусь на это».

«Я уверена, что, по крайней мере, не сделаю ситуацию хуже, чем она есть».

«А как насчет моего снаряжения?» — спросил он, разглядывая кучу снаряжения на полу неподалеку. «Если ты изменишь форму моего тела, оно больше не будет мне подходить».

«О, пожалуйста», — сказала она, закатив глаза. «Эта дерьмовая экипировка едва ли обеспечивает какую-либо защиту», — заявила она. «У тебя же есть Сотня Мокрых Адов, верно?»

Он кивнул. Технически это была Тысяча Мокрого Ада, но да, у него была техника закалки.

«По сравнению с этим, — продолжила она, — эти доспехи — ничто».

Он покачал головой. «Ты ошибаешься». Он подошел, наклонился и поднял наруч. «Это не самое лучшее, но в совокупности оно обеспечивает защиту от вещей, к которым у меня нет естественного иммунитета», — заявил он. «Сотня Мокрых Адов в основном действует изнутри. Он эффективен только против тупой силы и частично эффективен против порезов и проколов».

«Нет, Фредди, ты ошибаешься», — сказала она. «Я знаю, откуда ты, но если культисты нападут на тебя с ядом, кислотой или огнем, они будут использовать такие штуки, против которых эта дешевая экипировка не выдержит».

С этим он не мог поспорить.

«Ладно, я понял», — сказал он, вставая и сбрасывая наруч. «Я оставлю его здесь». Он долго смотрел ей в глаза, а затем вздохнул. «Ладно», — сдался он. «Тогда начнем. Мне нужно лечь?»

«Только одно», — сказала она. «Это будет невероятно больно». Она помолчала несколько мгновений, чтобы осознать всю серьезность ситуации. «Я собираюсь изменить твое тело, и мой контроль над сущностью недостаточно деликатен , чтобы помешать мне разорвать твои нервы на части. Ты уверен, что сможешь с этим справиться?»

«Я терпел пытки месяцами, София», — сказал он, напоминая ей свою историю. «Если есть что-то, что я могу вытерпеть, так это боль».

----------

К черту генетику

Фредди вступил во все это испытание, ожидая, что он легко преодолеет боль. По любым меркам его реакция на то, что его нервы были расшатаны, мышечная ткань сформована, а кости перестроены, была спокойной, но он был удивлен тем, насколько трудно это было выдержать.

Он сравнил бы боль с немного менее болезненной версией Тысячи Мокрых Адов. Но это была не главная причина, по которой ее было трудно выносить. Тысяча Мокрых Адов была равномерно распределена по всему его телу, что каким-то образом облегчало ее переносимость. Она подавляла его разум таким образом, что боль довольно быстро притуплялась, и только первые несколько мгновений были действительно труднопреодолимой частью.

Основная проблема с тем, что делала София, заключалась в том, что это было локализовано. Это было болезненно, но недостаточно, чтобы полностью его подавить. Это был тип страдания, который избегал способности приобретать терпимость к нему.

Однако небольшие толчки и редкие вздрагивания едва ли были реакцией на то, что он переживал.

И София это явно знала. «Мне... мне жаль», — сказала она в какой-то момент.

«За что?» — спросил он, втягивая воздух и морщась.

«Когда ты рассказал мне о своем прошлом... Я думала, ты преувеличиваешь», — призналась она. «Я... я была свидетелем того, как эту процедуру делали кому-то, и... да... ты переносишь ее довольно хорошо».

«Я удивлен. Сколько же дерьма они показывают… ой!» — завопил он. «…людям в культе? Это там, где у тебя возникла идея сделать это?»

«Да», — подтвердила она, сжимая его голень большим и указательным пальцами, чтобы слегка оттянуть ее вниз. «Детей учат всему, в общем-то», — заявила она. «Культ ценит информацию и знания превыше всего».

«Если на то пошло, они были правы».

Она кивнула. «В любом случае, в последний раз, когда я видела эту процедуру, ее проделывали с одним из самых крепких людей, которых я знала». Она усмехнулась. «И он так сильно кричал, что им пришлось заткнуть ему рот».

«Я не понимаю», — сказал он. «Почему они его не вырубили?»

Она на мгновение взглянула на него, словно ожидая, что он догадается.

«О, да». Он вдруг вспомнил, на что она намекала. Это было бы невозможно, поскольку единственная причина, по которой она могла сделать это с ним, заключалась в том, что он давал на это свое согласие.

Душа пассивно вмешивалась в любую сущность, которая пыталась влиться в тело; таким образом, попытка принудительно ввести ее была вызовом. Если бы это было не так, простое прикосновение кого-то с жизненным сродством было бы смертельным.

В течение следующих нескольких часов София неустанно работала над исправлением частей его тела, которые она находила неоптимальными. Каждый раз, когда у нее заканчивалась сущность, она ныряла в Незер, где обычно ждал Кровопролитие с несколькими выслеженными им остатками. Затем она убивала эти остатки, чтобы восполнить часть своей сущности, а затем продолжала процедуру.

Каждый раз, когда она это делала, Фредди тратил время на то, чтобы пронзить свою искру нежити, чтобы продолжить исцеление.

Никогда в жизни, до этого момента, он не видел, чтобы его талант был настолько неэффективен. Но это имело смысл. Потребовалось бы чудовищное владение сущностью и знание человеческой анатомии, чтобы так смешать чьи-то клетки, не вызвав при этом тотальной бойни.

София могла сравнительно легко создать желаемую форму, но в результате она оставила после себя полную мешанину изуродованных тканей.

К счастью, его талант успешно исцелил его до идеальной формы, но только если она творила свою магию симметрично. Она пыталась изменить только одну сторону его тела, но это привело к тому, что его исцеление вернуло изменения к зеркалу его здоровой стороны. Это был захватывающий процесс, и, что удивительно, несмотря на обширное изучение, которое он проводил по этой теме, это был феномен, о котором он никогда не видел упоминаний нигде.

Как только они вошли в курс дела, процедура пошла гладко.

Воодушевленная, София работала над внедрением более радикальных изменений: более толстые, плотные кости, более толстая кожа, более жесткие сухожилия, более крепкие, более разветвленные вены. Она даже была уверена, что, как только она станет более способной, она сможет реформировать его нервную систему, чтобы улучшить его связь разума и тела, но увы, в ее нынешнем состоянии она не могла сделать ничего подобного.

Она модифицировала все возможные места прикрепления сухожилий, значительно увеличив рычаг, который его мышцы оказывали на кости.

Его бедра и плечи расширились, а общая структура костей изменилась.

Если некоторые мышцы были слишком большими, она их урезала, а если некоторые были слишком маленькими из-за генетики или недостатка концентрации во время упражнений, она делала их более заметными.

По ее словам, идеального роста для боевых искусств не существует, поэтому она оставила все как есть.

В конечном итоге их работа привела к большему количеству изменений, чем предполагалось.

Фредди вытащил мачете и увидел свое тело, отраженное в металлическом лезвии. Он должен был признать, что разница была колоссальной.

Вся его фигура выглядела более полной и устрашающей, с волнистыми, чистыми мышцами и венами, толстыми, как корни, и обильными, как паутина, покрывающими его кожу. Когда-то неровные шесть кубиков стали теперь отполированными десятью кубиками. Он даже не знал, что десять кубиков возможны. Там, где раньше был широкий зазор посередине его груди, теперь была узкая линия, разделяющая его почти квадратные грудные мышцы.

Его шея была немного короче и толще ствола дерева; его ступни, руки, лодыжки и запястья были более выдающимися, и по тому, как он стоял, он мог сказать, что вся его форма была гораздо более устойчивой. Он выглядел твердым, но ловким. Сильным, но ловким. Смертоносным.

«Ну», — сказал он, не в силах сдержать смех. «К черту генетику, я полагаю». Он восхитился своей формой. «А нужны ли нам вообще стероиды с такими изменениями?»

София вытерла водопад пота, стекающий по ее лбу. Ее истощение было очевидным, и она с трудом могла говорить сквозь сдавленное горло. «Проверь...», — прошептала она между тяжелыми вдохами. «Просто... попробуй немного побегать и дай мне знать, как ты себя чувствуешь».

Он кивнул и сделал именно это.

Он сразу же заметил, что что-то не так. Очень, очень не так.

Как будто вся его приобретенная мышечная память стала совершенно бесполезной. Он двигался не как человек, а как марионетка на нитях. Было невозможно даже ходить прямо. «Какого хрена!?» — закричал он, падая на землю. «Что, черт возьми, со мной происходит?»

Она ухмыльнулась. «Ты ожидал, что новое тело… будет простым в использовании?» — риторически спросила она. «Ты провел всю свою жизнь в старой форме… вполне естественно, что ты к ней не привык. Неважно». Она глубоко вздохнула, немного кашляя. «Скоро ты привыкнешь. Мне нужно, чтобы ты рассказал мне, как ты себя чувствуешь после этого».

Он проглотил комок и кивнул. Следующие полчаса София просто сосредоточилась на медитации. Все ее тело было заполнено до краев необузданной жизненной сущностью от чрезмерного использования ее манипуляций, и ей пришлось успокоиться и позволить ей постепенно испариться.

За это короткое время Фредди трижды едва не перенес паническую атаку. Чувствовать себя чужим в собственном теле было крайне некомфортно, и это было почти как если бы фантомный образ его старой формы постоянно накладывался на новое телосложение, которое ему предстояло освоить.

Но пока он продолжал ковыряться, падать и вставать, этот старый образ обновился, и его тело начало его слушаться. Медленно, он перешел от дикого размахивания конечностями к движению, как пьяный, пытающийся прихлопнуть муху в воздухе, и через несколько минут, хотя все еще довольно медленно, он мог двигаться относительно нормально.

Достижение этой точки было облегчением, но оно было недолгим. Не потребовалось много времени, чтобы понять, к чему стремилась София. «Я понял», — сказал он, вздохнув. «Мышцы, которые были уменьшены в размере, в основном работают нормально, но я могу сказать, что те, которые были увеличены, теперь намного слабее». Он поделился тем, что чувствовал. «Вдобавок ко всему, каждая мышца, которая была изменена по форме, ощущается как-то рыхло, как будто ее части стали мягче других».

«Вот так», — сказала София, открывая глаза и выдыхая. «Кроме того, хотя ты, вероятно, этого не замечаешь, измененные части твоих костей теперь более хрупкие. Но обе проблемы можно исправить с помощью тренировок и стероидов».

Он посмотрел на нее с противоречивым выражением. «Не нарушат ли они снова равновесие?» — спросил он. «Знаешь, если мои мышцы вырастут и все такое?»

«Баланс в порядке», — сказала она, наконец, сморгнув ошеломленный взгляд в своих глазах. «Твои мышцы будут расти равномерно, и я сделала тебя немного меньше в целом, так что есть место для большего количества тканей, которые не вызовут никаких проблем». Она подошла к нему, осматривая его форму. «Хотя теперь я начинаю думать, что даже если стероиды и вызовут проблему, твой талант, вероятно, заставит ее исчезнуть».

«Ты так думаешь?» — спросил он.

«Конечно», — уверенно ответила она. «Хотя это не улучшает твоё тело пассивно, это устраняет любые несовершенства, которые появляются».

Это было, в теории, именно так и работало исцеление высшего качества. Но... никто из них никогда не слышал, чтобы кто-то имел доступ к такому исцелению высшего качества, так что неудивительно, что теория так и не была подтверждена.

«Черт, — сказал он, сплюнув на землю неподалеку. — И все это время я боялся принимать стероиды, потому что боялся, что они сделают меня слишком большим».

«Это все еще может произойти, если ты переусердствуешь», — вмешалась она. «Качество исцеления не знает, что хорошо для сражений. Оно занимается только изменениями, которые напрямую мешают естественному функционированию. В принципе, если ты будешь соблюдать разумные меры, все будет хорошо».

«Принято к сведению», — сказал он, пытаясь отдать ей честь, но вместо этого попав себе прямо в глаз. «Ой, бля!»

София хихикнула, наконец выпрямляя позу. «Ладно». Она хлопнула в ладоши. «Теперь мы переходим к следующему шагу», — сказала она, ударив его ногой в живот, отчего он упал на землю.

«Ты, блядь...» — простонал он, вставая. «Ты действительно спятила, да?»

«Не стесняйтесь, дайте мне сдачи. Я не разозлюсь, обещаю», — поддразнила она с усмешкой. «Если сможешь, конечно».

«Вызов принят», — сказал он, бросаясь на нее.

И тут же споткнулся, упав лицом на землю.

Джейкоб шагнул вперед и направился обратно в центральный проход, а его группа последовала за ним.

Они все получили довольно серьезные травмы и, после полудня восстановления, чувствовали себя достаточно хорошо, чтобы вернуться. Их состояние было далеко от идеального, но они были готовы снова сражаться.

Теодор не обращал внимания на пульсирующую головную боль, поскольку он постоянно использовал свои зрительные способности, чтобы осматривать окрестности.

Его зрение увеличивало детали, и контраст между разными цветами в его видении был таким же резким, как разница между ночью и днем. Если была замаскированная фигура, его талант обнаруживал ее ауру, но если где-то на пути были расставлены ловушки, ему приходилось обнаруживать их вручную.

Когда они отправились в обратный путь в вестибюль, они надеялись, что нападение на их группу было одноразовым, отрядом убийц, посланным, чтобы прикончить их команду или уничтожить их полностью. Но по мере приближения к цели эти надежды становились слабее с каждой секундой.

Там никого не было. Они прошли через несколько довольно популярных зон, и не увидеть никого, идущего по этим тропам, было весьма необычно.

Тошнотворная мысль о том, что вокруг бегает еще больше убийц и нападает на всех , засела у них в животе, и все тело Джейкоба покрылось потом.

Если бы это было так, это было бы ужасной новостью для его семьи.

Большинство членов его семьи, все еще проживающих в этом районе, были небоевыми архилюдьми, а талантливые воины в основном были отправлены на работу в другие места или ушли сами по себе.

Как бы сильно он порой ни ненавидел своего отца, Джейкоб знал, что старик искренне заботится об интересах своих детей и всегда предоставляет им право выбирать, что они хотят делать со своей жизнью.

Джейкоб был одним из немногих, кто действительно заботился о своей семье настолько, чтобы добровольно остаться и обосноваться на местном уровне. Мало кто видел в этом смысл, поскольку Леонард, вероятно, будет жить вечно, так что вряд ли кто-то в ближайшее время возьмет на себя семейный бизнес.

В любом случае, теракт такого масштаба будет ужасен для всех. Начиная от юридических и финансовых проблем и заканчивая репутацией, они понесут огромный удар в зависимости от масштаба.

К счастью, он пока нигде не видел трупов, поэтому лелеял надежду, что всех уже эвакуировали, — надежда, которая… рухнула, когда он заметил огромную толпу, ожидавшую снаружи прохода.

«Какого черта...?» — пробормотал Теодор. «Проход заблокирован?» — спросил он, и все оглянулись, заметив мерцающий, волнистый барьер.

«Давайте выясним», — сказал Джейкоб, шагнув вперед. «Все, слушайте!» — крикнул он, привлекая внимание всего нескольких человек перед собой. Шум спорящей толпы был слишком громким, чтобы его слова могли разлететься далеко. Он нахмурился.

Джейкоб сделал глубокий вдох. Как только он втянул столько воздуха, сколько мог, в свои огромные легкие, он взревел оглушительным криком. «Могу ли я привлечь ваше внимание, пожалуйста!?» — крикнул он так вежливо, как только мог.

Его голос многих напугал, и некоторые даже выхватили оружие. Но через несколько секунд вся толпа замолчала.

«Меня зовут Джейкоб Санторио!» — сказал он. «Я сын Леонарда Санторио и высший авторитет, который в настоящее время присутствует в вопросах этого мира», — заявил он. «Мне нужно, чтобы вы отошли в сторону, чтобы я мог изучить, что происходит с проходом».

Люди расступились.

Как только их отряд получил возможность ясно видеть, они двинулись вперед.

Теодор взглянул на толпу вокруг них, его сердце колотилось в груди. Он боялся того, что увидит там, но не мог заставить себя не смотреть. И через несколько мгновений он заметил ее.

Беатрис стояла, ее выражение лица отражало горечь, сожаление и обиду, когда она смотрела на него. Петра положила руку на плечо Беатрис, утешая ее, в то время как Роберт и Кайл, стоявшие позади нее, покачали головами в знак неодобрения.

Его сердце сжалось, и он оторвал взгляд, не в силах остановить свои губы, чтобы не скривиться в глубокой гримасе. «Кем вы, ублюдки, себя возомнили?» — прошептал он себе в подбородок.

Они продолжали двигаться вперед и вскоре добрались до мерцающего барьера.

Джейкоб нахмурился. Он отвел кулак назад и нанес удар, усилив его Тектоническим Ударом. В одном из самых явных визуальных проявлений того, как функционировал его талант, паутина трещин разошлась от места его удара, но так же, как если бы он ударил по воде, повреждения исчезли сразу же после этого. Он приготовился нанести еще один удар, на этот раз с обеими активированными звездами, но кто-то вмешался.

«Это бесполезно», — сказал блондин с двумя ужасными шрамами на щеках. Слева от него стояла женщина с похожими волосами и сильным общим сходством с мужчиной, большой шрам пересекал ее левый глаз, голубая радужная оболочка которого была бледнее, чем у его коллеги. Справа от них мужчина с массивной красной отметиной на голове слез с небольшого валуна и выпрямил широкую спину, его каштановые волосы были коротко подстрижены, а широкий нос раздувался.

Все трое были необычайно высокими и мускулистыми, с разнообразными шрамами, разбросанными по всему телу. Центральная фигура — светловолосый мужчина — стоял почти того же роста, что и сам Джейкоб.

Джейкоб сразу их узнал. «Джек», — обратился он к человеку в середине. «Давненько тебя не видел. Что здесь происходит?»

Джек нахмурился. «Не знаю. Мы вернулись сюда всего полчаса назад, и вот что мы обнаружили», — поделился он, широко обведя рукой сцену вокруг них.

Джейкоб глубоко вздохнул. «Чёрт. Думаю, каждый пытался противостоять этой штуке, да?»

«Да», — сказал он. «Некоторые люди все еще не отказались от попыток взломать его, но я могу сказать, что это будет нелегко».

«Ммм», — недовольно промычал Джейкоб, стиснув зубы. «Что ты видишь? Есть ли надежда?»

«Боюсь, мы бессильны», — сказал Джек, хмуро глядя на барьер. «Энергия, которая удерживает барьер активным, по умолчанию турбулентна, и ничего, кроме одной атаки, достаточно мощной, чтобы прорваться, не справится с этой задачей».

«А что, если я отдам этому все, что у меня есть?»

Глаза Джека сузились. «Даже если ты пойдешь на все 100%, используя все доступные нам усиления и благословения, максимум, чего ты добьешься, — это взорвешь себе руку».

«Блядь!» — закричал Джейкоб, в отчаянии ударив кулаком по барьеру. Он глубоко вздохнул и повернулся к Джеку. «Ты заметил кого-нибудь подозрительного вокруг...» Его слова были прерваны звуком чьего-то крика.

Крики усилились, когда обе группы повернулись лицом к источнику беспорядков.

Из-за каждого валуна и из-за каждого дерева вокруг них появлялись фигуры в черных плащах.

----------

Резня

Не прошло и мгновения после первого крика, как с краев толпы раздалось еще десять. Звуки взрывов, разноцветные вспышки и брызги крови превратили целую область в ад.

Джейкоб сразу же начал кричать, призывая своих товарищей, но его крик утонул в массе орущих людей.

Окружавшие их исследователи толкали друг друга, карабкаясь друг по другу и толкаясь во все стороны. Многие бросились к проходу, пытаясь прорваться и спастись. Но это было бессмысленно.

Более сильные и опытные исследователи пытались сформировать свои группы и вырваться из массы тел, но их значительно превосходили количеством новички, которые просто хотели выбраться.

Он заметил, как Джек, высокий блондин с двумя шрамами на щеках, вытаскивает из толпы свою сестру Джин, женщину со шрамом через глаз, с помощью Рика, мужчины с массивной красным отпечатком вдоль всей головы.

Внезапно прямо в массу тел, прижавшихся к заблокированному проходу, полетел человеческий труп. После вспышки света с отвратительным звуком разлетающейся человеческой плоти труп взорвался, убив около дюжины человек. Кровь и кишки забрызгали всех до единого, окрасив все вокруг в красный запёкшейся кровью и разорванной бронёй.

Джейкоб слышал лишь приглушенный гул, а взрывы и крики врывались в его приглушенное сознание, словно камни в гладь пруда. Он быстро огляделся и заметил Теодора, Филиппа и Карен, но Рейчел нигде не было. Его кровь на мгновение похолодела, но в следующую секунду он заметил ее.

Как раз в тот момент, когда он собирался броситься к ней, он увидел, как она получила неприятный удар от фигуры в плаще - удар пришелся ей прямо в живот и отбросил ее еще дальше от массы людей.

Паника охватила все его тело. Ярость запылала в его груди, и он бросился вперед. Он знал, что ему следует перегруппироваться, что без своей команды он мало что сможет сделать, но он не думал об этом. Все было иначе. Это было не то нападение, к которому они готовились или планировали.

Вместо того чтобы успокоиться и занять позицию сильного лидера или проводника, в этот момент он был просто молодым человеком, наблюдающим, как его возлюбленную бросают в толпу врагов.

Он мог отреагировать только одним способом. Он бросился спасать ее.

Рейчел кувыркнулась и упала в тень, используя свой талант, чтобы телепортироваться за одну из фигур, находившуюся не слишком далеко от нее. Она замахнулась кинжалом прямо в спину мужчины, но за секунду до удара, по бокам от нее появились три призрачные фигуры из чистого пламени, очень похожие на того человека, на которого она собиралась напасть, и вонзили в нее короткие мечи.

Она успела вовремя среагировать и отразить два удара, но третий вонзился ей в ребра. Сохраняя самообладание, она отпрыгнула назад и нырнула в другую тень, но не успела она скрыться, как другая фигура, гигантский мужчина, бросился на нее с ударом, и она подняла кинжалы, чтобы хотя бы попытаться защититься.

Но это было бесполезно. Сила удара с легкостью пробила ее жалкую защиту, сломав обе руки, а громоздкий мужчина схватил ее за голову, вытащил из тени, в которую она погрузилась лишь наполовину, и швырнул её в дерево... мгновенно убив.

Джейкоб замер. Его мысли замедлились, и он смотрел на происходящее с широко раскрытыми глазами, не понимая, что происходит. Звуки взрывов, разрываемой плоти и раздавливаемых тел отошли на задний план, а в ушах стоял лишь пронзительный гул. «Нет...» - прошептал он, его колени затряслись, а ноги едва не подкосились.

«Джейкоб...» - кричал кто-то. «Джейкоб!»

Все встало на свои места, когда он повернул голову и встретился взглядом с Теодором.

«Я понимаю!» - крикнул тот. «Но скорбеть будем потом!» Он указал на другой участок, где Карен пыталась защититься от громоздкой фигуры в плаще, замахивающейся на нее огромным мечом. Филипп работал сверхурочно, чтобы уберечь ее, но она, казалось, замерла.

Вокруг них гибло множество людей: взрывы и снаряды разрывали людей на куски, а всех, кто пытался вырваться из окружения, подкарауливали опытные бойцы. Ситуация становилась все более отчаянной с каждой секундой.

«Блять!» рявкнул Джейкоб после минутного колебания, бросившись на помощь членам своей команды, а Теодор - рядом с ним.

В следующее мгновение они вдвоем добрались до Филиппа и Карен, и благодаря их присутствию громоздкие фигуры отступили, замахиваясь мечом в другую сторону, продолжая убивать других, более слабых исследователей.

Джейкоб кричал на них, отдавая стандартные приказы, а остальные нетерпеливо слушали, постоянно оглядываясь по сторонам, чтобы понять, не нападает ли кто-нибудь непосредственно на них.

Теодор сглотнул комок, оглядываясь по сторонам и не замечая своих бывших товарищей. Он заставил себя отвлечься от мыслей о них и сосредоточился на приказах Джейкоба. Джейкоб едва понимал, что делать, и его слова все время сбивались. «Черт!» - кричал он. «У нас нет времени на организацию! Просто... встаньте уже в ёбаный строй!» - в панике пробормотал он.

Из леса на другой стороне поля боя выскочила фигура в плаще. Судя по телосложению, это была женщина, а из ее спины показалось гигантское скорпионье жало, которое с невероятной силой разрывало на куски тех, кто пытался убежать.

Мужчина с топором бросился на нее, его оружие окуталось золотым сиянием, и он приготовился обрушить на ее голову удар, наделенный силой.

Женское жало мелькнуло, выбив топор прямо из рук мужчины, а затем пронзило его грудь насквозь. Мужчина повис на жале, его руки затекли, так как в его тело просочилось значительное количество яда, и через секунду женщина движением хвоста с невероятной силой швырнула его в близлежащее дерево, раздробив тело и повалив его на землю.

Убийца Рейчел топнул ногой, посылая ударную волну, которая сдвинула землю под ногой другого человека. Мужчина попытался защититься, подняв щит. Гигантский воин в плаще нацелился прямо на защиту и врезался в нее.

Щит не сдвинулся с места, но руки человека с другой стороны разлетелись на куски, а через секунду летящий удар в форме полумесяца снес его голову с плеч.

Над ними в воздух поднялся еще один человек в плаще, он левитировал над толпой, стреляя каменными пулями в людей внизу, и опускался вниз, снося головы своим коротким мечом.

Внезапно из толпы выскочила высокая женщина со светлыми волосами и шрамом на глазу. Ветер повеял на нее, и она с невероятной быстротой нанесла удар рапирой по левитирующему мужчине. Как раз в тот момент, когда она собиралась нанести удар, мужчина едва успел заблокировать атаку своим мечом и, воспользовавшись силой ее удара, устремился дальше в небо.

Женщина - Джин, сестра Джека, - опустилась на землю и выпрямилась, ее хорошо отремонтированные доспехи сверкали под неверным солнцем, заляпанные кровью и внутренностями мертвых исследователей.

Со её стороны, Джек, ее брат, невероятно высокий светловолосый мужчина, выскочил вперед и помчался к замаскированным фигурам с Риком рядом.

Джейкоб и его отряд стояли в строю, ожидая удобного случая, но когда рядом с ними взорвался труп женщины, забрызгав их еще большим количеством кипящей крови, они поняли, что им придется выбирать: бежать или сражаться.

Врагов было всего около двадцати, в то время как исследователей - чуть больше сотни. Но численность исследователей не была преимуществом, поскольку большинство из них были новичками, которые, если уж на то пошло, затрудняли организацию более опытным командам.

Толпа быстро редела, и вскоре исследователей осталось меньше пятидесяти, что позволило им увидеть поле боя в гораздо более четком свете. И то, что они увидели, сделало одну вещь предельно ясной - единственным способом спастись было пробиться сквозь окружение противников, немногие из которых были легкой добычей.

У Теодора выпучились глаза, когда он увидел перед собой культистов. Все они излучали угрожающую ауру, и даже самые слабые противники светились зловещим красным светом. Но была еще одна фигура.

Невысокий мужчина, чья аура светилась чистым черным светом, не двигался. Он бесстрастно наблюдал за полем боя, его лицо было частично скрыто под капюшоном плаща. Один из случайных исследователей, женщина с небольшим мечом, бросилась на мужчину, и в ответ он лишь поднял руку: тонкая, почти мгновенная струя воды ударила в голову вошедшей женщины, и через секунду она замертво упала на землю.

По позвоночнику Теодора пробежала дрожь. Этот человек был магом воды. С любым, кто мог эффективно использовать магию воды, нельзя было шутить.

Рядом с ними взорвался еще один труп, но большую часть силы взрыва заблокировал вовремя вмешавшийся Филипп.

Они без лишних слов кивнули друг другу и бросились вперед, ввязываясь в драку.

Одна из замаскированных фигур бросилась на Джейкоба, из ее рук торчали сверкающие лезвия, обагренные кровью, они прыгали и наносили удары. Теодор послал крошечный импульс сущности в глаз нападавшего, ослепив его на мгновение, и Джейкоб ударил его в грудь, раздробив все тело, словно ледяную скульптуру; это зрелище уступило лишь жуткой картине взрыва очередного трупа неподалеку от места, где они стояли.

Прямо перед лицом Джейкоба раздался металлический звон - Теодор едва успел отмахнуться от красного шарика ядовитой крови, прежде чем тот попал ему в глаз. Джейкоб издал дрожащий вздох и посмотрел на того, кто выпустил снаряд.

Примерно в двадцати метрах перед ним стояли женщина, высокий человек и невысокий мужчина, которого Теодор определил как самую большую угрозу среди них.

Женщина стреляла кровавыми снарядами, а ее талант, похоже, позволял ей создавать мерцающие прозрачные барьеры в любом месте, где она пожелает, а высокий мужчина был магом огня, ответственным за взрывающиеся трупы.

Карен бросилась на невысокого мага воды, желая как можно скорее вывести его из боя. Но движения ее были бешеными, отчаянными.

«Подожди!» - крикнул Теодор, в панике наблюдая за тем, как неопытная женщина находится на грани большой ошибки.

Маг крови вызвал перед Карен барьер, и не успела она взмахнуть мечом, чтобы прорубить его, как громоздкая фигура, с которой она сражалась до этого, появилась вновь, замахнувшись на нее массивным мечом.

Филипп успел вовремя прыгнуть, чтобы отразить атаку, но в следующий момент между ним и Карен приземлился раздувшийся светящийся труп. Карен отпрыгнула назад достаточно быстро, чтобы оказаться вне зоны поражения, но Филипп был вынужден блокировать удар своим щитом почти в упор. Силу взрыва невозможно было перенаправить. Ему некуда было ее направить. Удар отбросил его назад, и он кувырком полетел по сухой земле прочь от своей группы.

Как только он поднялся на ноги, в его бронированную голову влетела массивная стрела. С металлическим лязгом наконечник стрелы ударился о шлем, голова откинулась назад, и он поднял руку, чтобы вытащить стрелу, а затем посмотрел на нападавшего. Стрела застряла. Две фигуры стояли рядом друг с другом, одна замахивалась на него кнутом, а другая готовила еще одну стрелу.

Он заблокировал удар щитом, но стрела обогнула его защиту и снова попала в голову. К счастью, стрела не пробила его металлический череп, но ударила достаточно сильно, чтобы впиться в череп и ошеломить его.

Филипп начал бежать к своей группе, но не успел он приблизиться к ним, как три ледяных голема бросились вперед, встав между ним и его группой. Они не выглядели слишком угрожающе, и любой из его отряда мог бы с ними справиться. Но для него, специализирующегося на защите, они были практически непробиваемым барьером.

Карен, полагаясь на свое сродство с воздухом, двигалась с невероятной скоростью и, полагаясь на свою превосходную подвижность, уклонялась от многочисленных атак, летевших на нее. Она чувствовала себя беспомощной, как рыба на суше. Инстинкты и мышечная память срабатывали всякий раз, когда на нее летела атака, но ее окружали окровавленные, искореженные трупы и отрезанные куски тел.

Поле боя вокруг нее выглядело как ад. Она прошла суровые тренировки и видела много подобных вещей в видеозаписях, которые показывал ей клан. Она искренне верила, что будет готова выстоять, если когда-нибудь окажется в подобной ситуации.

Но в тех записях не было и следа от всепоглощающего металлического запаха земли и крови. Крики вокруг нее. Кусок чьей-то плоти влетел ей в рот, и она выплюнула его.

Она никогда не была забрызгана кровью и кишками с ног до головы. И в каждом, даже самом кровавом и сложном бою ей не приходилось сталкиваться с ситуацией, начинавшегося с того, как одного из членов ее партии жестоко убивали.

Несмотря на невероятную скорость, громоздкая фигура почти не отставала от нее, хотя владела мечом, по крайней мере в пять раз более тяжелым, чем у Карен. Мастерство ее противника было огромным, но уступало ее собственному, а постоянный шквал кровавых снарядов и осколков льда приводил Карен в оцепенение: она не знала, куда смотреть и на что обращать внимание. Прошло совсем немного времени, и шальные снаряды стали наносить скользящие удары, а яд потек по ее крови.

Время шло, а она все реже уклонялась от ударов и снарядов, и каждая новая атака была все ближе к тому, чтобы нанести серьезный урон.

Джейкоб и Теодор стояли одни перед четырьмя противниками.

Слева стояла женщина, умевшая создавать барьеры и метать снаряды с ядовитой кровью. Справа от нее стоял высокий худой мужчина, у которого уже начали заканчиваться трупы, и теперь он дополнял свои атаки обычными огненными шарами.

Из редеющей с каждой секундой толпы появился еще один боец ближнего боя и бросился на них со спины.

Тем временем маг воды все еще не сделал свой ход.

Джейкоб был вынужден отвлечься на приближающегося человека. Приближающийся к ним боец ближнего боя орудовал булавой и с безрассудством бросился на них двоих, в то время как два мага непрерывно осыпали их снарядами.

Джейкоб проследил за траекторией взмаха булавы и отступил назад, готовясь ударить противника ногой в торс, чтобы закончить бой. Но...

«Осторожно!» Теодор закричал, когда Джейкоб откинул голову назад, и увидел, как прямо посреди воздуха возник портал из отражающей воды.

Из портала головой вперед, просунув половину туловища, появился маг воды, капюшон которого едва прикрывал злобную ухмылку.

Каждая клеточка тела Джейкоба закричала от ужаса, когда он отпрянул от него, а тот поднял руку и выпустил в живот Джейкоба струю давления.

Струя воды достигла Джейкоба, вонзившись ему прямо в кишки и вызвав мощную вспышку агонии, пронзившую его торс, а в следующую секунду шипастая булава вонзилась ему прямо в спину. Джейкоб вскрикнул: его каменная кожа и Сотня Мокрых Адов едва удержали атаку от повреждения позвоночника.

Джейкоб развернулся и схватил мужчину за руку, ударив его ногой в бок.

Раздался металлический лязг, и человек с булавой покатился назад, отлетев на несколько шагов. Каменная кожа и металлические кости защитили булавоносца. Джейкоб стиснул зубы. Его талант не позволял покончить с человеком одним ударом, но он нанес ему немало вреда.

Теодор выпустил импульс ослепительного света, ограничив зрение мага воды и заставив его отступить, прежде чем он успел воспользоваться отвлечением Джейкоба.

Джейкобу снова пришлось уклоняться от нескольких атак, но он был полон решимости вывести обладателя булавы из боя.

Однако, к его ужасу, булавоносец бросился на нескольких беспомощных исследователей и начал размахивать булавой. Три жизни закончились в считанные мгновения, а после того как дело было сделано, булавочник встал чуть прямее, словно повреждения от атаки Джейкоба исчезли.

Джейкоб понял, что это исцеление при убийстве, и выругался под нос, уворачиваясь от летящего в лицо огненного шара.

----------

Кровавая бойня

Джек окинул взглядом поле битвы, едва сдерживая себя. Это был не первый раз, когда он оказывался в жуткой ситуации, где решался вопрос жизни и смерти. Но он никогда не видел столь жестокой бойни.

Но, к лучшему или к худшему, инстинкты все равно сработали.

Он, его сестра Джин и их лучший друг Рик стали свидетелями многих трагедий. За годы, проведенные вместе, они видели, как погибло много членов их партии, и в конце концов у них больше не хватило духу приглашать в свои ряды новых людей.

Но эти трое?

Когда дело доходило до драки, они процветали. А когда дело доходило до поножовщины, они всегда выходили сухими из воды.

Его сестра пробежала мимо него, используя короткие порывы ветра, чтобы оттолкнуть нескольких исследователей с пути входящих атак. Она побежала вперед, встретив одну из закутанных фигур в бою. Это был человек, который, казалось, обладал талантом, увеличивающим силу, — мощным, о чем можно было судить по громоздким доспехам и мечу, которыми он владел.

К несчастью для него, он встретился с Джин в бою.

Мужчина замахнулся своим огромным мечом на гибкую, высокую Джин, размахивая им по впечатляюще узкой дуге, практически закрывая все пути к отступлению. Джин просто отбила его мощный удар в сторону своей тонкой рапирой, как будто она ничего не весила. Ее талант — Парирование — мог парировать почти любой удар, пока он не был подавляюще выше ее уровня силы. И она могла использовать свой талант даже с пером, не говоря уже о рапире.

Паника мужчины была очевидна, когда его меч отскочил от тонкого оружия, но это было бесполезно. Отрицательное Давление потянуло оружие Джин вперед, толкая ее рапиру вперед в мгновение ока, когда она вонзилась в тонкую щель в шлеме под капюшоном, под которым был замаскирован мужчина. И вот так он был мертв.

Джек снова обратил внимание на себя, когда левитирующая фигура пролетела над его головой, стремительно взмахнув коротким мечом, пока ветер нёс его вперёд.

С минимальным усилием Джек отступил в сторону, даже не глядя прямо, и летящий человек рухнул вперед, приземлившись на землю. Иллюзорный клинок замахнулся на теперь уже приземленного человека, заставив его блокировать, только чтобы понять на секунду позже, что Джек даже не двинулся с места. В мгновение ока, приводимый в действие Гидравлическое Напряжение, короткий меч Джека щелкнул человека по шее, но не смог нанести достаточно глубокий удар, чтобы закончить работу.

Джек двинулся вперед, используя иллюзии, чтобы держать мужчину слишком занятым, чтобы рискнуть снова подняться в воздух. Секунду спустя, летящий удар полетел в Джека, брошенный женщиной в плаще, ожидающей в глубине леса. Джек был вынужден пригнуться под ним, но он уже снова атаковал, вонзая свой меч в отверстие, только для того, чтобы женщина, одетая в тень, подняла руку, вызвав маленький черный диск, который поглотил силу его удара.

Кончик его клинка едва коснулся парящего черного предмета, но весь импульс его удара просто исчез, как будто он вообще не двигался.

Секунду спустя темное извивающееся щупальце попыталось обвиться вокруг его ноги, но прошло сквозь иллюзорную конечность, открыв настоящую ногу Джека, которая была заземлена в совершенно другом месте.

Он отпрыгнул назад и принялся атаковать своих противников.

Рик вытащил свои короткие молоты, размахивая руками, которые в диких замахах вытянулись на длину трех-четырех метров. Мужчина пытался оказать помощь Джеку, но отступил, так как его завалили трое других противников.

Перед Риком стоял гигант, чьи удары, казалось, проникали сквозь оружие и щиты в руки тех, кто их держал, мужчина, чей талант создавал призрачные, огненные копии его самого, которые бросались на любого, кто пытался приблизиться, и женщина с хвостом, похожим на жало скорпиона, растущим из ее спины.

Рик закалил свои руки с помощью жизненной близости, чтобы растянуть их таким образом, поэтому они не были так восприимчивы к разрушительной силе гиганта. Тем не менее, несмотря на то, что Рик держался на расстоянии от проворной женщины-скорпиона и громоздкого мужчины, мужчина с призрачными телохранителями бросал в него снаряды огня, и не от всех из них можно было аккуратно уклониться под давлением.

Эти трое были слишком сильны, чтобы Рик мог противостоять им в одиночку. «Жан!» — закричал Джек. «Прикрой меня!» — крикнул он и внезапно исчез.

Все их противники замерли, мгновенно заметив, что он исчез. Он не мог долго удерживать Невидимость, так как у него просто не было запасов эссенции, но, к счастью, ему это и не пришлось.

Всего секунду спустя, после дикого прыжка с помощью Гидравлического Напряжение, Джек снова появился, стоя менее чем в футе от человека, защищаемого призрачными копиями его самого. Огненные фантомы отреагировали мгновенно, пронзив Джека, в то время как теневой диск, казалось, блокировал его атаку.

Когда призрачные короткие мечи вонзились в созданную Джеком иллюзию, а теневой диск не препятствовал реальной атаке, Джек вонзил меч в затылок пользователя фантома, выведя его из боя.

Джин использовала импульс смерти мужчины, чтобы броситься на пользователя тени, который блокировал их атаки. Женщина не могла использовать свой талант слишком часто, поэтому она была вынуждена отступить, растворившись в тенях леса, пока женщина, стоявшая дальше, наносила больше ударов в Джин, а левитирующий мужчина стрелял каменными пулями.

Двое нападающих с дальнего боя сдерживали ее достаточно долго, чтобы пользователь тени успел вызвать еще одно Черное Зеркало, однако Джин использовала Парирование, ударив по зеркалу, что привело к прямому столкновению двух талантов, нейтрализующих атаки.

Ее ставка окупилась лишь наполовину. Парирования было достаточно, чтобы заставить диск исчезнуть, но этого было недостаточно, чтобы помешать ему свести на нет ее импульс, и на этот раз ей пришлось получить в плечо отвратительную каменную пулю, когда она отпрыгнула назад, полагаясь на свою подвижность, чтобы создать немного пространства, но давление было сильным, и один снаряд за другим приковывали ее, заставляя ее тратить свою сущность на уклонение и защиту, ее парирование было единственным, что сохраняло ее жизнь против шквала летящих ударов.

Джек доверился своей сестре, которая отвлекла этих троих, и надеялся, что Рик удержит гиганта, пока он будет бросаться на женщину с хвостом скорпиона.

Гидравлическое Напряжение бросило его вперед несколькими быстрыми прыжками, и вскоре он уже сражался с женщиной.

Она двигалась с грацией, которая была возможна только благодаря ее хвосту-противовесу, и постоянно тыкала в него своим жалом.

Эта женщина была плохой новостью. Несмотря на то, что она полагалась только на свой хвост, что, несомненно, было функцией ее таланта, она была более чем достаточно искусна, чтобы держать его на расстоянии. Он не мог бессистемно полагаться на свои иллюзии — его запасы сущности уже были наполовину пусты, но женщина даже не использовала оружие, не говоря уже о своей сущности.

С его талантом он почувствовал присутствие левитирующего человека позади себя и увернулся от Каменной пули, когда тот сместился в сторону, даже не глядя. Но человек летел на него, не останавливаясь, как будто намеревался схватить его.

Когда левитирующий мужчина оставил ее на попечение пользователя тени и женщины, которая продолжала наносить удары в воздухе, Джин наконец-то воспользовалась возможностью проскочить мимо них и прыгнуть самой, чтобы помочь брату, но теневое зеркало снова заблокировало ее атаку.

Просто заставить мага теней использовать свой талант было достаточно, чтобы позволить Джеку отомстить и ускользнуть от жала скорпиона, но теперь, хотя на данный момент это было в безопасности, они оба оказались в проигрыше.

Он бросил взгляд на своего лучшего друга и проверил, как у него дела.

Короткие молоты летели по крутым дугам, но с почти пренебрежительной легкостью гигантский человек встречал их кулаками, и, судя по крови, хлеставшей из рук Рика, он не мог долго держаться.

На другой стороне поля боя Карен продолжала спотыкаться, непрерывно отталкиваемая своим берсерком-врагом. Красный Яд струился по ее венам, посылая постоянные спазмы агонии по всему ее телу, а ледяные снаряды вытягивали еще больше крови.

Она подумала о своем дедушке, увидев, как его лицо трансформируется в картину разочарования в ее мысленном взоре, и образ ее брата, насмехающегося над ней. Насколько она была труслива? Насколько жалка? Несмотря на то, что она столкнулась с более слабым врагом, она продолжала спотыкаться, позволяя себе быть захваченной волнами битвы. И почему? Потому что она боялась потратить слишком много эссенции?

Ее нога внезапно выскользнула из-под нее. Она наступила на чьи-то вывалившиеся кишки, упав первой в кучу крови. Мир вокруг нее замедлился до остановки. Ее трусость боролась с жизненной обусловленностью, и она почувствовала, что тянет просто сдаться, позволяя противнику опустить свой клинок на ее голову.

Возможно, она бы согласилась на это, если бы это была ее единственная жизнь. Но это было не так.

Когда массивный клинок опустился на нее, ее рука дернулась. Ее талант, Святой Меча, благословил ее атаки сверхъестественной режущей способностью и силой... но только если она наносила удары с мастерством, достойным этого звания. Позволив крикам и звукам войны отойти на задний план, она сосредоточилась на оружии в своей руке. Одним плавным взмахом ее меч встретил приближающуюся атаку.

С лязгом ее тонкая сабля расколола меч противника надвое. Не колеблясь, она выпустила почти половину своей оставшейся сущности во всенаправленном порыве ветра, сдув противника и подняв его над землей и снова подняв на ноги. Как только она приземлилась, она бросилась на своего противника, который теперь размахивал только половиной меча.

Матч был решен — или так она думала. Но в следующее мгновение у ее ног появился портал воды, и оттуда выскочила ухмыляющаяся фигура зловещего мага воды, протягивающего руку, чтобы, скорее всего, отсечь ей ногу Струей Давления.

Паника грозила охватить ее, но кинжал вылетел из ниоткуда, заставив мага отменить заклинание и отдернуть руку. Это была атака Филиппа, чей крик она слышала, так как он, вероятно, принял удар в свою очередь, чтобы спасти ее. Стиснув зубы, она проигнорировала мага воды, который уже был вне досягаемости, и прыгнула на громоздкую фигуру перед ней.

Одним элегантным взмахом она отрубила ему кисть, затем всю руку и, наконец, голову.

В следующий момент она отпрыгнула назад и увернулась от летящего осколка льда, который грозил пронзить ее череп. Она снова рванулась вперед, уклоняясь от нескольких ледяных снарядов, пока шла к ледяному магу. Мужчина создал ледяной щит, но каким бы толстым он ни был, его было недостаточно против идеального удара, который пробил защиту и прямо через лоб мужчины.

Она услышала звуки падения огромных големов неподалеку от себя и обернулась, чтобы посмотреть, как идут дела у остальных членов ее команды.

Несмотря на то, что Теодор обладал как световыми, так и святыми способностями, ни одна из них не давала существенного способа повысить физическую мощь; тем не менее, он уклонялся от множества снарядов, полагаясь на свои способности восприятия, чтобы не дать ни одному из них достичь его.

Талант и стремление этого человека были непохожи ни на что, что она когда-либо видела, даже среди своих соплеменников, за исключением старшего брата. Но он был стар. Увядающим. Если бы он родился в могущественном клане, Теодор, без сомнения, уже был бы звездой. Но даже будучи коричневым карликом, он сиял так ярко, что это было ослепительно.

Теодор нырнул под очередной кровавый снаряд и отпрыгнул назад, чтобы выйти за пределы радиуса другого огненного шара, в очередной раз уклонившись от осколка Красного Яда. Он устал. Некоторые из кровавых снарядов начали задевать его, но его техника закалки Священного Храма не позволила яду нанести сколько-нибудь существенный урон.

Но он не мог долго держаться. Они отставали, и хотя в последние несколько мгновений они, казалось, набрали обороты, они потратили слишком много сил, чтобы достичь цели.

Джейкоб был тяжело ранен, как и Филипп. Карен сожгла большую часть своей сущности, а Теодор был на грани потери сознания от истощения. Он посмотрел туда, где сражалась его старая группа, не в силах удержаться и следить за тем, как у них идут дела. Его сердце упало.

Он наблюдал, как закутанная в плащ фигура оторвала руку Роберту, а взрыв обжег бок Кайла. Беатрис и Петра продолжали атаковать вместе с несколькими другими дельверами, но их враги были намного сильнее, и толпа падала как мухи.

«Как это смело с твоей стороны — отвернуться», — прошептал голос за его спиной, и Теодор отвел голову в сторону как раз вовремя, чтобы увернуться от струи, которая могла пронзить его череп.

Теодор замахнулся мечом на портал воды, пытаясь отрубить голову, казалось бы, пораженному магу воды, но прежде чем он успел дотянуться, прозрачный барьер блокировал его удар, позволив заклинателю воды сбежать и предоставив Теодору увернуться от еще одного снаряда и еще раз отпрыгнуть за пределы досягаемости взрывной атаки.

Пока женщина с барьерами все еще стояла, их шансы на победу в этом бою были нулевыми. Водяной заклинатель мог появиться где угодно и убить любого, если бы тот ослабил бдительность, а с ней атаковать мага в свою очередь было почти невозможно. Возможно, Карен или Джейкоб могли бы справиться, но они оба выдыхались, и достаточно скоро они падут, если что-то не изменится.

Он взглянул на Джейкоба. Строгий, массивный лидер выглядел... отчаянным. Лицо Джейкоба исказилось в агонии, когда он попытался отбиваться, стреляя каменными пулями и бросая огненные шары, но это было бесполезно. Этот человек был прежде всего бойцом, но с его огромным телом и талантом его отсутствие подвижности и досягаемости было смертельным.

Владелец булавы мог выдержать одну или две атаки от Джейкоба и обменять еще две, отступая каждый раз, чтобы убить отставшего и залечить полученный урон. Хотя у влальца булавы закончились цели, это не имело значения. Джейкоб был изуродован. Все его тело истекало кровью, а один глаз был закрыт.

Другое дело, если бы Теодор мог позволить себе благословить этого человека, но если бы он даже попытался это сделать, он бы умер сразу же, поскольку Филиппа не было рядом, чтобы уберечь их от контратак.

Высокий, худой человек подбежал к другому трупу и приготовился бросить его в Теодора. У последнего не было возможности защититься от атаки; с точки зрения врага, для него все было кончено. К несчастью для них, это был не первый раз, когда Теодор оказался в ловушке, из которой, казалось бы, не было выхода.

Если он в чем-то и преуспел, так это в умении видеть то, чего не мог увидеть никто другой.

Как только тощий человек поджег труп и бросил его вперед, Теодор уже бежал к нему. Худой человек, казалось, был удивлен, поскольку движение Теодора было похоже не на что иное, как на самоубийство.

Но он не собирался убивать себя.

Его глаза широко распахнулись. Он активировал Истинный Взгляд. Он увидел летящий, горящий труп, его траекторию, как он будет лететь и вращаться, и вытащил свой меч.

Пока он еще летал в воздухе, Теодор пронзил коротким мечом предплечье мертвеца, засунув его между костями, схватив рукоять одной рукой, а лезвие — другой. Затем, доведя свое двухзвездное телосложение до абсолютного предела, он развернулся на подушечке стопы и откинулся назад, размахивая трупом вокруг своего тела, пока его лезвие врезалось в его пальцы, и прежде чем труп успел взорваться, он бросил его обратно в заклинателя огня, который наблюдал за всем происходящим с широко открытыми глазами.

В тот момент, когда Теодор увидел, как мерцающий барьер проявился, чтобы защитить огненного мага от взрывающегося трупа, он уже развернулся и зарядил свой Пронзающий Луч. Он направил его за спину Джейкоба, казалось бы, стреляя в пустоту, но в следующий момент из воздуха возник водный портал. Пронзающий Луч поглотил остаток сущности Теодора, но это того стоило, так как глаз заклинателя воды был поражен в упор, и презрительная усмешка сошла с его лица, когда он закричал.

Джейкоб услышал крик, увидел луч и обернулся, заметив заклинателя воды. Не было щита, чтобы защитить человека, и не было времени, чтобы отступить через портал.

Рука Джейкоба метнулась вперед, схватив заклинателя воды за волосы и притянув его к своему колену, разбив ему лицо и мгновенно убив его. Портал позади мужчины рухнул, разделив его тело пополам, и с половиной трупа в руке Джейкоб развернул его, швырнув в обладателя булавы, который снова атаковал.

Огонь горел под кожей Джейкоба, когда он ударил по телу заклинателя воды, разбив его в кровавый дождь, который затмил зрение обладателя булавы. Сквозь кровавый туман рука Джейкоба метнулась вперед, схватив обладателя булавы за шею, в то время как другая рука Джейкоба схватила булаву за шипы и вырвала ее из рук мужчины.

«Защитись от этого, кусок дерьма!» — закричал Джейкоб, ударив головой вооруженного булавой противника, разбив ему лоб и выплеснув мозги.

Вернувшись на другую сторону поля битвы, Джек начал понимать, что они сражаются в проигранном бою. Если они продолжат идти дальше, то вскоре у них закончится эссенция, и они будут подавлены.

«Отступайте!» — крикнул он, отпрыгивая назад и убегая от нападавших.

Его сестра уже бежала впереди него, но Рик застрял, пытаясь стряхнуть с себя гиганта.

Внезапно все тело Джека просто остановилось, как будто кто-то стер весь импульс, который тащил его. Он посмотрел вниз. Его глаза расширились, когда он увидел свою ногу, стоящую на Черном Зеркале.

Интенсивное чувство опасности вспыхнуло на затылке, когда он почувствовал мощную энергию, летящую прямо на него. Левитирующий боец ​​мчался на него, чтобы прикончить. Но внезапно энергия была направлена ​​в сторону.

Он обернулся.

Рука Рика удлинилась и обхватила ногу левитирующего человека. Но пока Джек смотрел, гигант ударил Рика прямо в туловище. Джек долго не мог дышать. Он не мог пошевелиться. Его охватила паника, когда он понял, что сейчас увидит, как другой человек умрет из-за него.

Но он знал, что уже слишком поздно. Если он будет медлить еще немного, его друг погибнет ни за что. Стиснув зубы так сильно, что почувствовал один треск, он убрал ногу с черного диска и продолжил движение, устремляясь вслед за сестрой и бегом на другую сторону поля боя.

Его глаза осматривали поле битвы. Только два других сражения все еще продолжались. Одно представляло собой кровавое зрелище многочисленных трупов, где, вероятно, было слишком мало элиты, чтобы иметь надлежащие шансы. С другой стороны были Джейкоб и его партия, которые были в отступлении, но быстро восстанавливались.

Карен бросилась к Филлипу, который сражался с двумя людьми. Оба были арками, связанными с воздухом, один из которых владел длинным хлыстом, а другой — луком, оба были естественными врагами Филлипа. Однако для Карен они были всего лишь кормом. Двумя быстрыми рывками она уклонилась от стрел, которые, изгибаясь, попали в ее тело, и отрубила голову лучнику. В следующий момент она отрубила хлыст, который пытался выбить ее меч из руки, а Филлип метнул металлический кинжал, чтобы завершить работу.

Они перегруппировались — шлем Филиппа был похож на ежа, и несколько стрел пронзили его и попали в череп. Его броня была потрескавшейся во всех местах, где он был вынужден получать удары кнутом, от которых он не успел увернуться, но в остальном он был в порядке.

Они подбежали к Теодору как раз вовремя, чтобы Филипп успел отразить снаряд, который мог убить мужчину.

Теодор выглядел ужасно — бледный, его тело обвисло, как гнилое яблоко.

Джейкоб был залит кровью, но это не остановило его, и он бросился на двух оставшихся врагов.

Женщина отчаянно создавала барьеры, но они были почти бесполезны против Джейкоба, который разбил их двумя ударами за раз и продолжил движение. Двое заклинателей пытались выглядеть устрашающе, но с тем, сколько заклинаний они вбросили в смесь, оба гарантированно были либо вне сущности, либо достаточно близко, что это не имело значения, и, вероятно, только спутники удерживали их от полного исчерпания.

Они попытались вытащить оружие, но кулаки Джейкоба разбили их мечи, и одним мощным ударом он разбил голову женщины, словно арбуз, и раздавил грудь высокого метателя трупов.

Когда это было сделано, их путь был свободен.

Они обернулись.

Джейкоб заметил Джека и Джин, убегающих от нескольких врагов, Рика нигде не было видно.

Теодор отчаянно посмотрел на другую схватку, и как только он это сделал, он отчаялся.

Кайл и Роберт были мертвы, их тела едва можно было опознать среди груды трупов.

Петра и Беатрис все еще были среди немногих, кто остался на ногах, в основном потому, что они обе держались на задней линии, но они были обожжены и истекали кровью.

Он наблюдал, как один из замаскированных заклинателей создал огненный шар, только чтобы сжать его до размера крошечной бусины. Не осталось никого, кто мог бы защитить двух девушек.

Его тело было слабым, но в тот момент он чувствовал, что может броситься через все поле, чтобы спасти их. Прежде чем он понял это, он уже бежал, но было слишком поздно.

Сжатая бусина полетела прямо в Беатрис, но Петра бросилась на нее прежде, чем она успела ее ударить. Снаряд взорвался, как только коснулся тела женщины, отправив ее в полет прямо в Беатрис и отбросив их обоих на полпути к тому месту, где он был.

Последовала секунда тишины, пока все не остановилось. Страх обвился вокруг его горла, как змея, и его дыхание остановилось, ожидая знака.

Пронзительный крик Беатрисы разнесся по полю битвы в следующий момент. Теодор испытал головокружительную смесь ужаса и облегчения, когда бросился к ней.

Она была вся в крови. Открытые раны покрывали все ее тело, и она икала и задыхалась, тряся обугленный труп Петры, отчаянно ища хоть какие-то признаки жизни.

Дрожь пробежала по спине Теодора, когда он увидел обезображенное изображение Петры. Сила удара выбила ее глазные яблоки из глазниц, а ее челюсть безвольно повисла, сломанная, открытая так широко, что она могла бы поглотить его душу.

Но он проигнорировал ее. Беатриса была еще жива.

«Нам нужно идти!» — крикнул он, потянув ее назад.

«Отпустите меня!» — в ярости закричала она. «Петра! Петра! Кто-нибудь!» — кричала она. «Кто-нибудь, исцелите ее!» — кричала она, пока ее горло не сдалось.

Как бы он ни старался, Теодор был слишком слаб, чтобы оторвать отчаявшуюся Беатрис от Петры. «Чёрт возьми!» — закричал он, ударив Беатрис, чтобы вырубить её. Она была отброшена назад, но осталась в сознании, уставившись на него в ужасе, когда он нанёс ещё три удара, чтобы заставить её остановиться. Она даже не была без сознания — он просто слишком сильно оглушил её, чтобы она могла сопротивляться. «Дерьмо, дерьмо, дерьмо», — выругался он, подняв её на спину и побежав за своими союзниками.

Он был медлительным. Он чувствовал себя медленнее и более уставшим, чем когда-либо в своей жизни.

Его зрение стало размытым, и вскоре он упал на землю.

Кто-то поднял плачущую, истекающую кровью Беатрис и потащил ее дальше, а мгновение спустя кто-то поднял и его самого.

Филлип нес бессознательную женщину, в то время как Карен подняла Теодора, неся его на спине, пока они следовали за Джейкобом в лес. Джек и Джин последовали за ними, и через несколько мгновений немногие выжившие, кроме этих двоих, заметили побег и побежали.

Несколько из них были убиты, но четверым удалось присоединиться к двум группам, когда они уходили.

Все, кто имел к ним доступ, пили зелья восстановления эликсира. Те, которые можно было использовать в бою, были невероятно дорогими, и никто там не имел к ним доступа. Нет, тем, которые они использовали, требовалось время, чтобы отстояться; их нужно было смешать с небольшим количеством сбора, чтобы разбавить внешнюю эссенцию натуральной эссенцией. Использование сырой эссенции могло нанести урон душе, но никого это не волновало.

Душевный урон лучше смерти.

Никто из выживших не верил, что они в безопасности, но, к всеобщему удивлению, как только они оказались в лесу, фигуры в плащах прекратили преследование. Возможно, они собирались сначала прийти в себя, а затем выследить их.

Но, может быть, ждали другие. Может быть, они шли навстречу своей смерти.

Они пробирались сквозь лес, беззаботно уничтожая всех горелов, с которыми сталкивались, поскольку у них не было причин сохранять тела. После долгого, напряженного получасового бега Теодор, Джейкоб, Карен, Филлип, Беатрис, Джек и Джин, сопровождаемые четырьмя незнакомцами, направились в промежуточный мир, в котором Джейкоб и его отряд охотились ранее в тот день.

Джейкоб, Филипп и двое незнакомцев использовали своё земное сродство, чтобы создать импровизированную блокаду, хотя никто не возлагал больших надежд на ее защитные свойства.

Полностью истощенные, с многочисленными тяжелыми травмами, с ограниченными ресурсами и без каких-либо целителей, кроме Теодора, мало кто из них был настроен оптимистично относительно своих шансов на выживание.

Фигуры в плащах наблюдали, как исследователи убегают в лес, на их лицах отражалось замешательство. Среди убегающих людей была фигура, которую они удивились увидеть.

«Почему он с ними?» — спросил великан. «Разве не планировалось убить всех?»

Рядом с другими исследователями бежал полностью вооруженный человек. Его доспехи были покрыты кровью и расчлененкой, но если бы кто-то наблюдал, было бы ясно, что он не внес никакого вклада в продолжающуюся битву, кроме как вяло защищался от случайных атак.

«Если он с ними», — сказала женщина со скорпионьим хвостом, хлеща хвостом, чтобы смахнуть кровь, — «то у него должна быть на то причина. Не нам его допрашивать. Отпустите их», — сказала она, оборачиваясь. «Давайте присоединимся к остальным. Мы должны продолжать наши планы».

----------

Нерешительность

«Ты слышишь это?» — спросил Фредди, прерывая их перепалку.

София все еще была однозвездной, поэтому ее восприятие было не таким высоким, как у Фредди. Он также использовал довольно много лекарства восприятия, что сделало его особенно чувствительным. «Мне кажется, я слышу... взрывы. Вдалеке», — сказал он, нахмурившись. «Это там». Он указал примерно в направлении центра сферы. София открыла рот, но... «Подожди, тсс». Он поднес палец к губам, сосредоточившись. «Да, я уверен. Ты что-нибудь слышишь?»

«Эмм... Нет?» — нерешительно отрицала она, щурясь в сторону, куда смотрел Фредди. Когда она это сделала, ее глаза широко распахнулись, и она побежала вперед, чтобы забраться на ближайшее дерево. «Святое дерьмо...»

«Что это?» — спросил он.

София прикрыла рот рукой, давясь. «Ох, кажется, меня сейчас вырвет».

«Что!?» — закричал он. «Что происходит?»

«Небо… Все розовое».

У Фредди перехватило горло. «Ох... черт...» — выругался он. «Над проходом?»

«Да», — подтвердила она, отвернувшись и закрыв глаза, тяжело дыша.

«Сколько? Это все, кто собрался в середине, да?»

Она кивнула.

Фредди тяжело вздохнул и согнулся, положив руки на колени, уставившись в землю. Звуки взрывов стали более явными в его ушах, оглушительная тишина подавляла все остальное. Взрывы звучали... глухо. Мокро. Вскоре он услышал и крики. Крики. Звуки сминаемой стали. Звуки умирающих людей.

"Ты в порядке?"

Фредди вздрогнул, когда он поднял глаза на Софию, которая наблюдала за ним обеспокоенным взглядом. Его лицо было бледным, и он был покрыт потом. «Я в порядке», сказал он, приседая. «Продолжим?» — спросил он, но София молчала, наблюдая за ним в течение долгого времени. «Давай, сейчас», — сказал он, пытаясь немного подбодриться. «Мы знали, что это произойдет. Это что-то меняет?»

«Фредди», — вмешалась она. «Жизненная сила, которую я вижу…» Она медленно повернула лицо в сторону прохода. «Многие люди умирают».

«Ну и что!?» — закричал он, тут же спохватившись и подавив желание закричать от паники. «Мы будем следующими, если не подготовимся».

Она уставилась на него, а затем ее взгляд медленно переместился на землю под его ногами. «Должны ли мы похоронить себя?»

«Это сработает?»

«Это может…»

«И «может» тебе достаточно? Ты действительно хочешь бросить кубик, будем мы жить или нет?»

«Я не знаю», — выплюнула она, замолчав на долгое время. «Я не знаю».

Фредди поджал губы, стиснув зубы. Их выживание не было гарантировано, что бы они ни делали. Но знать, что приближается опасность, — это одно. Слышать ее — видеть ее — это другое. «Мы уже установили, что прятаться — глупая идея. Даже если культ нас не найдет, мы понятия не имеем, что придет через незапечатанные проходы, и если нас откопают в этот момент, нам конец».

Она поморщилась.

«Послушай», — сказал он, наконец вставая с корточек и вытягиваясь во весь рост. «Я знаю, что ты чувствуешь».

«Ты ничего не знаешь».

Он схватил ее за запястье, и она посмотрела на него. «Да, я знаю», — сказал он, глядя ей прямо в глаза. «Ты могла бы стоять среди этих людей и убивать невинных десятками».

Она оторвала от него взгляд и попыталась отстраниться, но он сжал ее сильнее.

«Но ты не такая», — утверждал он. «Ты убежала. Ты видела, кем они были; ты знала, что они могли сделать, и не хотела иметь с этим ничего общего. Тебе что, стыдно, что ты родилась одной из них?»

«Это не имеет никакого отношения к делу!» — закричала она, тряхнув волосами и разрыдавшись, когда она отстранилась со всей своей силой и вырвала свою руку из его хватки. «Они... Они были моей семьей!» — сказала она, сделав несколько шагов назад, дрожа. Она прижала ладонь ко лбу, рыдая, и отвернулась в другую сторону. «Я знаю этих людей. Я не хочу с ними драться. Я не хочу их убивать. Я не...»

Взгляд Фредди похолодел. Он смотрел на нее без всякого сочувствия. «Ты можешь видеть какой-то розовый туман, но ты не слышишь того, что слышу я», — заявил он, делая шаг вперед. «Я слышу звуки разрываемой плоти, людей, разрываемых на части».

Она поморщилась.

«Они не просто убивают, София». Он подошел к ней, маяча за ее спиной. «Хочешь пойти посмотреть, что задумала твоя «семья»?»

Между ними повисла тишина. София дрожала в его тени, едва сдерживая рыдания. «Я видела видеозаписи того, как выглядят их операции», — сказала она, медленно поворачиваясь к нему лицом. Ее глаза казались пустыми. «Я знаю, на что они способны».

«В чем же тогда проблема?»

Она открыла рот, но прежде чем она успела что-либо сказать, он раскрыл ладонь и ударил ее. Резкий звук его руки, встретившейся с ее щекой, разнесся эхом по пустому пространству вокруг них, и ее немного оттолкнуло назад, она в шоке прижала пальцы к лицу, глядя на него с недоверием.

«Покончи с этим», — потребовал он. «Ты правильно сделала, что сбежала. Не облажайся сейчас».

Она закусила губу. «Не смей больше так меня бить».

«Или что?»

Ее ноздри раздулись, когда она уставилась на него, но мгновение спустя она отвернулась от стыда. Она вытерла сопли под носом рукавом.

К тому времени звуки боя уже стихли.

София снова посмотрела на небо над королевством, и, судя по боли агонии в ее глазах, количество рассеивающейся жизненной силы умножилось. Ее глаза опустились на землю, а затем она повернулась, чтобы посмотреть на него с напускной радостью. «Ты заплатишь за эту пощечину», — сказала она, возвращаясь в боевую стойку.

Он кивнул и сделал то же самое.

Сначала Фредди считал, что привыкнуть к новому телу будет достаточно легко. В конце концов, не прошло и часа после того, как он начал спарринговаться с Софией, как он почувствовал, что уже на 90 процентов овладел собой.

К сожалению, преодолеть эти последние 10 процентов оказалось труднее всего.

Главной проблемой была его мышечная память. Он достаточно быстро освоился со своим новым телом, но много раз София делала что-то неожиданное, и он либо замирал, либо спотыкался, либо случайно ударялся. Сознательный контроль быстро наверстывал упущенное — непроизвольные реакции — нет.

Привычки, выработанные за всю жизнь, глубоко укоренились в его разуме и теле, и хотя его талант был чудесным, это не могло изменить ситуацию.

Эта проблема будет преследовать его еще долгое время, но они делали все возможное, чтобы исправить худшее из этого. И по мере того, как их прогресс продолжался, одно стало очевидным: даже с учетом недостатков он приобрел гораздо больше, чем потерял.

Сравнивать его новое тело со старым было все равно, что сравнивать первоклассный автомобиль со старой повозкой. Даже если он все еще был плох в вождении, езда была гораздо более плавной, чем раньше. Но, боже, он был плох в вождении. София была искренне озадачена тем, насколько плох он был в драке.

Но под ее профессиональным руководством и благодаря большой работе он начал улучшаться. Она агрессивно исправляла самые худшие из его ошибок; со временем его можно было почти сравнить с тем, кто знал, что делает, по крайней мере, в области основ.

Для Фредди было в равной степени унизительно и обидно признать свою некомпетентность.

Его работа ног была отвратительной; его чувство равновесия отсутствовало; он был подобен разъяренному быку, безрассудно нападающему на своих противников и бросающему в них все, что у него было, не обращая внимания на то, как они могут отомстить, думая только на шаг вперед, если вообще думая, — слабость, которой София с радостью и часто пользовалась, когда она без усилий надрала ему задницу, прилагая в десять раз меньше усилий, чем он сам вкладывал в драки.

София сказала ему, что у него есть что-то, что культ окрестил «разумом ненависти». Она объяснила их запутанную систему, подробно рассказывая о том, почему культ так долго ждал, пока дети получат свои следы. Речь шла не только о том, чтобы они доказали себя; речь шла также о том, чтобы дать им время, чтобы раскрыть свою истинную природу.

Хотя у нее не было целой жизни, чтобы наблюдать за его боями, по ее словам, ей не потребовалось много времени, чтобы понять его. С почти абсолютной уверенностью она утверждала, что он был тем, кого культ называл «Ненавистником».

Фредди сражался так, будто искренне ненавидел своего противника, даже когда тренировался. Он презирал тех, кто осмелился встать у него на пути; его душа кипела от ярости при одной только мысли, что кто-то осмелился напасть на него.

Он воспринимал каждый удар так же лично, как некоторые воспринимают оскорбление матери. Поэтому он делал все, что было в его силах, чтобы как можно быстрее уничтожить противника и заставить его страдать.

Его тенденции в том, как он формировал свои способности, были еще одним доказательством этого. Он жаждал мгновенной, подавляющей силы и инструментов, которые могли бы нанести как можно больше урона и боли за как можно более короткое время.

Обычно таким людям давали таланты огненного сродства — разрушительные наборы сил, которые можно было использовать на расстоянии. Тенденции, подобные тем, что демонстрировал Фредди, были ужасны для любого, кто хотел тренировать настоящие боевые искусства. Принимать удар за ударом было отличным способом рано уйти на пенсию, и это в лучшем случае.

К счастью для него, с 1% Вампиризма он был редким исключением из этого общего правила.

По словам Софии, ему было лучше удвоить усилия в том, как он сражается. В конце концов, это было в его природе; всегда было лучше, если человек мог следовать по пути, который был наиболее подходящим для него. Кроме того, он был нежитью, и травмы не имели для него значения в долгосрочной перспективе — не было никаких недостатков в следовании его стилю, даже если он был немного безумным.

Ну... если бы он хотя бы научился наносить эти удары.

С его точки зрения, большая часть того, что она говорила, звучала как типичная псевдонаучная культовая тарабарщина, но, если уж на то пошло, он не мог отрицать ее мастерства. И в том, что она говорила, была некоторая обоснованность.

Хотя он воспринял это с долей скепсиса, он все равно прислушался к ее советам и сделал все возможное, чтобы стать лучше.

Пока они спарринговались, он сосредоточился на освоении базовых движений, а София работала над своими способностями. Затем, когда София устала, она пошла в Незер, чтобы пополнить свои запасы, а когда вернулась, она медитировала, чтобы успокоиться, пока Фредди тренировался.

Когда они проголодались, они поохотились на близлежащих горелей, а затем... ну... они попытались есть их мясо сырым. Оно не только имело вкус рвоты, но и было трудно перевариваемым, и вызывало у них боли в животе.

Они не могли разжечь огонь, чтобы приготовить его, потому что дым мог бы их выдать, но София придумала блестящее решение. Даже если это было немного... странно.

Сначала она залила плоть жизненной сущностью и превратила все тело в большую захваченную искру жизни. Затем она объединила одну из их чрезвычайно мощных искр в кусок плоти. С мощной искрой нежити, сгусток плоти мог быстро и без особых проблем переварить любой органический материал.

Итак, они кормили массу плоти ветками деревьев, листьями и кусками древесины. Капля могла легко переваривать растительные волокна и превращать их в сахара. Они кормили ее таким количеством древесины, что масса плоти была перенасыщена сахаром.

В этот момент Софии оставалось только убрать искру нежити. Это мгновенно убьет всю каплю, сделав мясо безопасным для употребления.

Конечный результат имел металлический, землистый и тошнотворно сладкий привкус. Он имел текстуру расплавленной жевательной резинки, но съедался гораздо легче, чем сырая плоть гореля.

Когда они были истощены до предела, они спали в маленькой пещере, которую нашли. Вместо того, чтобы по очереди следить за опасностью, они поручили Кровопролитию обеспечить их безопасность. Ну, по крайней мере, обеспечить безопасность Фредди.

София знала это, и это не пошло на пользу качества ее сна. Но она достаточно отдохнула. Высококачественное исцеление не могло заменить сон, но могло его немного дополнить. Таким образом, достаточно было одной искры, и она была в строю.

Фредди время от времени употреблял сомнительные стероиды и занимался спортом, чтобы закалить свое тело.

Если честно, ему действительно не нравилось употреблять эту штуку. Он съел только крошечную крошку, растворенную в большой бутылке воды, но даже это заставило его почувствовать, что он сходит с ума. В сочетании с постоянной, ноющей болью в области гениталий и сильной головной болью это было больше похоже на пытку, чем на что-либо другое.

Эти стероиды не были предназначены для потребления человеком. При их использовании его сердце билось так нерегулярно, что казалось, будто он страдает от длинной серии сердечных приступов. Фактически, в нескольких случаях его сердце вообще останавливалось. Если бы не его не-смерть, он бы терял жизнь каждый раз, когда это случалось.

Быть нежитью было довольно странно. Даже когда его сердце перестало качать кровь, все, что он чувствовал, был сильный дискомфорт. Хотя он не умер и не потерял сознание, это имело некоторые пугающие последствия.

Все его тело словно кричало о нехватке воздуха, из-за чего он чувствовал, что все время задыхается. Каждая клетка, от макушки головы до кончиков пальцев ног, требовала кислорода. Это было не только больно. Клетки в его теле не умирали, но они стали довольно слабыми, и в таком состоянии он едва мог прикладывать какие-либо усилия.

Многие из тех, кто имел сродство со смертью, воздерживались от превращения в нежить. Теперь, когда он испытал недостатки, он мог сказать, почему. Для него это состояние было временным. Но для кого-то без доступа к таланту, как у него?

Он не мог представить себе, как можно продолжать жить без работающего сердца. Если бы он чувствовал себя так 24/7... или если бы он попал в еще худшую ситуацию?

Неудивительно, что так много людей сошли с ума.

При этом его талант определенно оправдал его ожидания. Несмотря на агрессивные повреждения его тела и быстрый рост мышц, после выздоровления он не испытывал никаких длительных побочных эффектов.

И первичные эффекты определенно стоили жертв. Всего через три дня после начала первоначальные уязвимости в его теле исчезли, словно их и не было. Его мышцы выросли лишь немного, но даже это было безумием всего за три дня работы.

Вдобавок ко всему, он чувствовал себя значительно сильнее. Ему нужно было посетить спортзал, чтобы увидеть насколько, но из того, что он мог сказать, это был заметный рост. Хотя это было не совсем лучшим способом выразить это. Не то чтобы он был значительно сильнее, чем раньше, но теперь ему было гораздо легче проявлять эту силу.

Недавно найденный превосходный рычаг сделал движение гораздо более плавным, что позволило ему с комфортом прилагать силу под более широким спектром углов. Его тело также стало более сбалансированным.

Как только его физическое состояние в основном стабилизировалось, он посвятил часть своего внимания сбору, закалке и развитию своих способностей.

Он по-прежнему тщательно вел учет своих успехов в блокноте.

ВСТРЕЧА:

Вторая звезда — 128% емкости эссенции

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: динамическое качественное исцеление

КОНСТРУКТЫ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

МЕТОДЫ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Бассейн крови: Этап 1 — 65% прогресса

Багровая Рутуть: Стадия 0 — 99% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: этап 1 — завершение

Тысяча Мокрых Адов: Этап 1 — 14% Прогресс

Пучины Бездны: Этап 1 — 25% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 0 — 98% прогресса

Сродство воды:

Струящийся Удар: Этап 1 — 25% прогресса

Гидравлическое Напряжение: этап 1 — прогресс 9%

Создание Воды: этап 1 — прогресс 23%

Струя Давления: Незаконченная оболочка эфира

Сродство гиблой воды:

Гиблая Вода: Стадия ?—? Прогресс

Другая Способность: Понятия не имею

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -4% стоимости сущности, +3% силы для способностей, связанных с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития.

ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кинжал кровотечения: атаки ближнего боя вызывают дополнительное кровотечение.

Он не добился большого прогресса по всем направлениям, но он сделал заметный скачок вперед в емкости сущности. Метод Софии был весьма эффективным.

Они еще не вернулись к нему, но он был уверен, что сможет достичь по крайней мере 160% емкости эссенции, если они это сделают — 199% были ему не по плечу. Может быть, если бы у него было две недели, он мог бы туда добраться, но с тем временем, что у них было, он не был оптимистичен. Это была потеря, конечно, но не огромная. Даже если он доберется до этого, достижение третьей звезды было невозможным.

Наличие Кровопролития фактически было читом для увеличения емкости, но прыжок к третьей звезде требовал гораздо большего, чем просто быть на 199%. Если бы это было так просто, подавляющее большинство двухзвездников не застряли бы именно на этой точке.

Достижение третьей звезды требовало полной реализации двухзвездного потенциала. Физически Фредди уже намного опережал большинство двухзвездных… но его способности были крайне слабыми.

Бассейн Крови был его самой продвинутой способностью, и даже он был только на первой стадии и 65% прогресса. Большинство людей с 199% звездной емкости имели все свои основные способности на второй стадии, а некоторые даже имели свою основную способность на третьей стадии, но это было исключительно редко.

От этой мысли Фредди вспотел. Его тело было прекрасным инструментом, но он не питал никаких иллюзий относительно своей нынешней силы. Даже София сказала это — без его духовных способностей у них не было шансов против культистов.

Он взглянул на блокнот, просматривая свой набор способностей. Багровая Ртуть и Кровавые Кастеты были близки к тому, чтобы быть готовыми к обновлению, поэтому он решил, что лучшим курсом действий будет сосредоточиться на этих двоих.

Его усилия быстро окупились. Всего лишь пятнадцати минут закалки и еще полчаса штамповки дерева хватило, чтобы завершить работу.

Он поручил Кровопролитию найти несколько остатков. По сути, ему нужна была концепция «металличности» для обеих способностей. После этого момента у Кровавых Кастетов было несколько ответвлений, но для Багровой Ртути это был просто вопрос поиска концепций, связанных с определенными металлами, предпочтительно теми, которые подходили для хорошего оружия.

Быстрое путешествие под землю было всем, что потребовалось Кровопролитию, чтобы вернуться с добычей. Металл был повсюду, и неудивительно, что остатки этой концепции также были распространены.

Он победил их и поглотил своей душой, в конечном итоге улучшив обе способности.

Кровавые Кастеты стали немного жестче, что неудивительно. Они не будут особенно впечатляющими, пока он не доведет Багровую Ртуть хотя бы до первой стадии — 10% прогресса. Тогда они будут иметь приблизительное качество кованого железа, что будет вполне приемлемо в большинстве случаев, если только ему не придется использовать их на особенно твердом материале.

Если они время от времени разбивались, то на их починку требовалось незначительное вложение эссенции, а крови у него было в избытке.

Покончив с этим, он просмотрел остальную часть списка. Если быть честным, даже если бы он посвятил все свое время их развитию, то от большинства своих способностей он мог бы получить мало пользы за тот короткий промежуток времени, с которым они работали.

На данном этапе его развитие за пределами смертельной схватки шло медленно, и у него не было времени развивать новые способности.

На тот момент была только одна способность, в которую стоило вкладывать время — Гидравлическое Напряжение. Это была его основная способность для всего, что касается мобильности.

А что насчет других способностей?

Струящийся Удар и так был достаточно силен. Тысяча Мокрых Адов росли слишком медленно, а Пучины Бездны только делали Струящийся Удар более дорогим, что было не особенно желательно с его текущими резервами.

До этого момента он не использовал Гидравлическое Напряжение в своих спаррингах с Софией. С ним он был просто слишком быстр, чтобы она могла удержаться на месте, и ему в любом случае нужно было привыкнуть к своему телу.

Закончив улучшать свои способности, он вернулся туда, где была София.

Ее тело выглядело безмятежным, пока она медитировала, собирая сущность и позволяя ей укорениться в ее теле. Она была близка к достижению второй звезды. Ее скорость была безумной, но этого следовало ожидать, учитывая, как долго она тренировалась, прежде чем стать архичеловеком.

Хотя в тот момент она выглядела спокойной, он знал, что она чувствовала себя не так. Она этого не говорила — по большей части она просто сосредоточилась на прогрессе. Но он чувствовал вокруг нее атмосферу… решимости. Больше не было никакой веселости. Даже когда она пыталась шутить, это было не смешно. Она и не пыталась.

Он не спрашивал, но его это волновало. Он боялся, как она отреагирует. Это могло стать отвратительным — действительно отвратительным. Было несколько худших вариантов развития событий, начиная с того, что она оплошает и погибнет, и заканчивая предательством.

Хотя он серьезно сомневался, что они примут ее обратно, учитывая истории, которыми она о них поделилась.

Фредди было трудно с ней общаться. Прошло много времени с тех пор, как он в последний раз чувствовал, что он действительно принадлежит чему-то.

«Я что, такая красивая, когда медитирую?» — спросила она его, открывая глаза. Ее улыбка была натянутой и не достигала глаз.

Ему не хотелось шутить. «Я должен спросить тебя кое о чем», — сказал он, вздохнув и взглянув на свою левую руку, где его накопительное кольцо блестело под фальшивым солнцем.

Фредди уже поделился с Софией больше, чем хотел. Она знала о Кровопролитии. Она знала о его духовных способностях.

Его кольцо.

Она наклонила голову к нему, и он попытался встретиться с ней взглядом, но не смог, опустив голову вниз. Он присел и поиграл со своим кольцом, перекатывая мысли по языку, обдумывая свои варианты.

Пришло время принять решение. Доверять ей наполовину было глупо. В данный момент он подвергал себя предательству, не максимизируя шансы на выживание.

Ему пришлось сделать выбор.

«Все в порядке?» — спросила она, готовясь встать и подойти к нему поближе.

Он взглянул на нее.

Либо он ей доверял... либо нет.

Его сердце бушевало в груди, когда он пытался посмотреть на нее. Какие у него были варианты? Послать ее к черту? И что потом? Как далеко он зайдет сам? К тому же, разве она не сделала все возможное, чтобы помочь ему? Ее действия не были действиями человека, который хотел предать его ради этого культа. С самого начала она серьезно относилась к тому, чтобы выжить. Она просто разрывалась.

«Алло?» — крикнула она. «Земля вызывает Фредди? Ты в порядке, чувак?» — спросила она, пытаясь казаться веселой.

«София». Он закашлялся и встал на ноги. «Я... мне нужно тебе кое-что сказать».

Она остановилась и уставилась на него, задумчивый взгляд скользнул по его чертам. «Продолжай», — подтолкнула она.

«Вы сказали, что у нас нет шансов против культа, верно?» — спросил он.

«Я уверена», — сказала она, прищурившись. Затем ее брови взлетели вверх. «Ты думаешь, что у тебя есть что-то еще, что может помочь нам в борьбе», — уверенно заявила она.

«Нет», — отрицал он. «Это не то, что я…» Он не мог удержаться и снова посмотрел на свое кольцо. «Может быть… но я не уверен».

Когда он отдал свои вещи на оценку этому человеку, Августу, он оценил только шесть из девяти расходных материалов, прежде чем вся сделка пошла наперекосяк. И Фредди оставил самые дорогие на вид вещи напоследок — поэтому он понятия не имел, что это такое.

Но она может знать.

Казалось, его желудок готов был выпрыгнуть из горла, когда он наконец стиснул зубы и собрался с духом.

Он не собирался убегать. Она была бесценным источником информации. Но если она была рядом, он шел ва-банк. Если у нее были какие-то планы предать его, не имело значения, сколько она знала.

Самым важным было то, что они использовали все, что было в их распоряжении.

«Эй, София», — позвал он, наконец подняв голову и встретившись с ней взглядом. «Мне нужно, чтобы ты кое-что оценила».

----------

Три предмета

Проход, в котором прятались отряды Джейкоба и Джека, а также несколько незнакомцев, был также центром подземелья, которое они обыскали ранее в тот день.

Проход, ведущий в подземелье, не был открыт для посещения дикой местности маленького мира, а представлял собой закрытое, укрепленное здание, расположенное под землей.

Вместо того чтобы ждать прямо за хлипкой баррикадой, которую они импровизированно соорудили, они углубились в проход, добрались до укрепления и спрятались там.

Теодор был полностью без сознания, так как за несколько часов, что они там находились, он не открывал глаз, и он был единственным присутствующим человеком, обладающим хоть какими-то способностями к исцелению.

Внутри укрепленного здания находился лазарет. Лазарет был довольно маленьким и плохо оборудованным, без какого-либо персонала. Там было всего пять коек.

В тот день присутствовало девять человек с довольно неприятными травмами. Пятеро с самыми тяжелыми травмами были размещены на кроватях — Теодор, который злоупотребил своей святой близостью и теперь страдал от последствий тяжелого отравления эссенцией; Джейкоб, у которого были многочисленные ушибы, синяки и две огромные кровавые дыры в спине и животе; Карен, которая была отравлена ​​и усеяна порезами и ножевыми ранениями, потеряв много крови; Филипп, чей шлем буквально прилип к его голове, потому что пронзившие его стрелы не могли быть сняты; и Беатрис, которая была обожжена, окровавлена ​​и что-то бормотала из-за сильного сотрясения.

У Джека было несколько серьезных царапин, а все тело Джин было усеяно синяками от каменных пуль, но у обоих не было ничего более неприятного.

Затем были четыре незнакомца, которые пришли с ними. Двое из них были совершенно невредимы — одна была легкобронированной азиаткой, чьи глаза были постоянно широко открыты, когда она сидела в углу, обхватив колени, а другой был мужчиной среднего роста в полном комплекте среднетяжелой брони, которую он не снимал с тех пор, как они прибыли.

Двое других — загорелый, высокий, черноволосый мужчина с кривым, окровавленным носом и невысокий мужчина с большим порезом на лысой голове — уже перевязали себе раны и ждали в стороне.

Джек и Джин делали все возможное, чтобы помочь перевязать и оказать помощь тяжелораненому, в то время как человек в броне стоял снаружи, наблюдая за захватчиками.

К счастью, там был сейф с некоторыми припасами, и у Джейкоба был пароль, так что у них не было недостатка в аптечках и основных лечебных лекарствах. Ничто из того, что у них было под рукой, не могло бы сделать их лучше, чем естественное лечение, но это было намного лучше, чем оставить их раны такими, какие они есть.

Из всех присутствующих, травмы Джейкоба были самыми серьезными. Несмотря на использование и Сотни Мокрых Адов , и Каменной Кожи, многочисленные удары булавой, а также Струёй Давления в упор, сделали с ним многое,

Вторым по величине был Филипп. Его шлем, в который летели стрелы, застрял на голове. Снаряды пробили его дорогой шлем и вонзились в металлический череп, сделав практически невозможным снять шлем, не причинив еще большего вреда.

Им придется подождать, пока Теодор проснется, а затем Джейкоб воспользуется своим талантом, чтобы разбить шлем на куски. После этого целительной способности Теодора будет достаточно, чтобы спасти Филиппа. До этого его голова была залита дезинфицирующим средством и низкосортным лечебным эликсиром. Они не могли использовать ничего сильнее, чем средство первой помощи, поскольку никто не хотел, чтобы кости человека срослись с наконечниками стрел до того, как их можно будет вытащить.

Что касается Карен, Теодора и Беатрис, то, пока они были в плохой ситуации, все они могли бы жить без вмешательства. Филипп и Джейкоб — нет.

Полностью забинтовав, Джейкоб уставился в холодный белый потолок болезненно тупым взглядом. Боль танцевала за его глазами, а выражение лица выдавало взгляд человека, впавшего в отчаяние.

Он наблюдал, как умирает Рейчел, бессильно стоя, когда он видел, как ее жестоко убивают. Он видел, как умирают многие. Даже в тот момент каждый человек там был покрыт кишками и кровью.

Как будто этого было недостаточно, он был вынужден столкнуться со своими недостатками самым жестоким образом, не только как воин, но и как лидер. Он подвел свою команду, и только по счастливой случайности остальные были еще там, среди живых.

Ну что ж... удачи вам и Теодору.

Джейкоб повернул голову в сторону, чтобы посмотреть на потерявшего сознание человека. Вот это был лидер — поистине бесстрашный человек. С помощью лишь части силы Джейкоба Теодор спас почти всех из них от неминуемой смерти.

На самом деле, его силы не были виноваты. У Джейкоба было три способности и талант высшего уровня — если бы он достаточно усердно работал, он бы нашел лучшие способы обойти свои слабости.

Теперь было слишком поздно плакать о "должны были бы". Все кончено. Его некомпетентность настигла его. И с этого момента тот день будет преследовать его вечно.

Трудно было принять то, что случилось с Рейчел. Он все время чувствовал желание обернуться и посмотреть, как она, но потом понял, что ее нет в комнате с ними. Она была мертва.

Их отношения не были тем типом, который гарантированно будет длиться вечно. Они были довольно поверхностными. Но потерять ее вот так?

Краем глаза он увидел, как Джин шевельнулась. Ее лицо было словно отлито из стали. Так же, как у Джека. Они потеряли кого-то, кто был для них гораздо важнее, чем Рейчел была для него. Но, судя по их выражениям, никто бы об этом не догадался.

Он снова оказался неполноценным. Он снова был слаб.

В тот момент им нужно было подлататься и спрятаться где-нибудь, возможно, в подземелье. Оно все еще было очищено, и если они войдут внутрь, оно не сбросится.

Это было далеко не идеальное место для укрытия, но подземных комнат было много, и Джейкоб знал всю структуру как свои пять пальцев, в то время как их преследователи — нет. Мысль о том, что ему снова придется сражаться с этими людьми, заставила его желудок сжаться, но он проглотил свой страх.

Он был достаточно жалок в тот день. Теперь лучше проглотить эти мысли и сосредоточиться.

Скорее всего, ситуация ухудшится, прежде чем станет лучше.

Внезапно раздался мужской голос, выведя Джейкоба из задумчивости. Это был Теодор, который в это время кричал, вставая и испуганно оглядывая комнату. Мужчина страдал от психоза из-за чрезмерного использования своей сущности.

Но он не спал. Успокоив его, они наконец смогли двигаться дальше.

Прежде чем показать ей что-либо из своего кольца, Фредди первым делом рассказал Софии свою историю. Ну, он уже рассказал ей свою историю, но теперь он посвятил ее в детали, которые он упустил.

Долгое время она просто не верила ему. В конце концов, убийство элитного Лорда одной звездой, даже если каждая чертова звезда во вселенной выстроится в его пользу, было чем-то, чего просто не могло произойти.

Но затем он показал ей простое изображение в маленькой стеклянной коробке — предмет, который, по его мнению, мог стоить миллиарды долларов.

После того, как ее брови закончили сеанс поцелуя с линией роста волос, ей наконец удалось прикрепить челюсть к остальной части лица. «Ты хоть представляешь, насколько это невероятно?»

«Да, но…»

«Нет, нет, нет!» — прервала она его, агрессивно помахав пальцем перед его лицом. «Да, я поняла», — выплюнула она. «Мы с тобой согласны, что тебе это удалось только из-за обстоятельств. Но, Господи!» Она встала на ноги и схватила свои волосы двумя кулаками. «Это самая абсурдная вещь, которую я когда-либо слышала в своей жизни, а поверь мне, я слышала много безумных вещей!»

Он немного усмехнулся, слегка опустив голову. Он осознавал, что сделал что-то невероятное в тот день. Но он был там не для того, чтобы хвастаться. Он был там, чтобы подготовиться к надвигающейся на них буре.

Когда он посмотрел на женщину перед собой, он мог сказать, что она... немного расслабилась. Часть напряжения в ее теле испарилась, и она снова вела себя немного более комфортно рядом с ним.

«София», — сказал он. «Я думаю, пришло время показать тебе, о чем я говорил».

Она немного успокоилась и кивнула головой. «Могу ли я предположить, что это личное кольцо того человека?»

Фредди кивнул.

София потерла ладони, словно жадный гоблин, и зловеще улыбнулась, словно змея, наткнувшаяся на гнездо с неохраняемыми яйцами.

Он долго смотрел на нее, прищурившись.

«Что?» — спросила она. «Не смотри на меня так». Она криво усмехнулась ему. «Ты тоже выглядишь чертовски взволнованным, узнав это».

Он просто покачал головой и принялся вытаскивать из кольца первый из трех предметов.

Это была маленькая деревянная коробка, а внутри нее был высушенный кусок плоти. Дерево было гладким и блестящим, мерцая под лучами ложного солнца, как полированное стекло, в то время как кусок мяса выглядел просто как недоеденный кусок вяленого мяса.

«Понятия не имею», — сказала она с места в карьер, пожимая плечами. «То есть, ты, наверное, можешь это съесть… я думаю…? Если хочешь рискнуть, я могу быть готова с несколькими исцелениями, чтобы спасти тебя, если все пойдет плохо», — предложила она.

«Заманчиво», — честно сказал он, — «но давайте оставим это на потом». Он вытащил второй предмет из кольца.

На этот раз это был крошечный стеклянный флакон, достаточно маленький, чтобы его можно было зажать двумя пальцами. Внутри него находились две маленькие бусины, имеющие текстуру капель масла, плавающих в воде.

София долго хмурилась, скрежеща зубами, пытаясь что-то вспомнить, но... «Да, нет», — сдалась она, пожав плечами. «Понятия не имею. И не похоже на то, что я бы съела».

«Никогда не знаешь», — сказал он, широко улыбнувшись ей. «Может быть, стоит рискнуть».

«Возможно», — сказала она, быстро кивнув. «Но это также может быть какое-то проклятое лекарство, которое сжигает ваши звезды и отбрасывает вас назад в прогрессе».

«Обдумав это еще раз, я думаю их придержать».

Убрав коробку и маленький пузырек, Фредди с тревогой осмотрел внутреннюю часть кольца, нерешительно поглядывая на последний предмет.

«Что-то не так?» — спросила его София, и он ответил, бросив на нее лишь быстрый взгляд.

Этот предмет был оставлен напоследок, но, честно говоря, ему не хотелось его доставать.

Он не боялся, что она его украдет. Ну, не то чтобы боялся, но он беспокоился , что она его не узнает. Или, может быть, даже хуже, что она узнает, и он окажется бесполезным.

В маленькой стеклянной коробке была заперта большая светящаяся бусина чистого белого цвета. Даже внутри накопительного кольца он мог чувствовать мощную силу, исходящую от предмета. Это было что-то несомненно хорошее. Это было что-то великое.

Его ожидания от него были заоблачными. Они были такими с того момента, как он впервые его увидел.

«Ну и что?» — снова спросила она. «Ты собираешься вытащить его или как?»

Он бросил на нее пустой взгляд. Она ответила кривой усмешкой.

Вздохнув, он наконец сосредоточился и, с шумом расправив воздух, создал предмет на своей ладони.

София буквально в одно мгновение выхватила коробку из его рук, затем закричала, а затем захлопнула рот свободной рукой, переводя взгляд с предмета в руке на лицо Фредди.

Излишне говорить, что она, похоже, знала, что это такое.

И это, казалось, было что-то очень, очень хорошее.

----------

Последние приготовления

Фредди почувствовал сильный зуд, наблюдая, как София баюкает блестящий шар. «София...» — осторожно позвал он.

«Ой, заткнись!» — закричала она. «Я не собираюсь его красть, ты — аргх! Хотела бы я убить чертова Лорда случайно».

«Я бы не назвал это несчастным случаем», — сказал он, делая шаг вперед.

Она застонала и вернула ему предмет. «Послушай меня, Фредди», — сказала она, глядя на коробку. «Вот что тебе нужно сделать. Отправляйся в Незер, а затем съешь эту штуку».

«В Незер?» — спросил он, хмурясь на нее. «Зачем, черт возьми, мне это делать?»

«Просто сделай это», — сказала она.

«Подожди, — осторожно начал он. — Мне нужно, чтобы ты немного отступила; мне не нравится, как ты смотришь на эту штуку».

Она прищурилась, глядя на него. «Или сделай это, или я украду это и заберу себе».

«Ладно, чувиха». Он посмотрел на коробку. Бросив последний взгляд на Софию, он отступил от нее на семь размеренных шагов и поискал способ открыть коробку. «Как мне открыть эту чертову штуку?»

«Ты не сможешь её открыть», — сказала она. «Просто иди в Незер, и ты поймешь, что я имею в виду».

«Ладно», — сказал он. Затем он сделал еще семь длинных шагов от нее, убедившись, что находится достаточно далеко, чтобы она не смогла вырвать его, пока он находится в Незере.

Она снова покосилась на него и сделала удушающие жесты.

Он усмехнулся. Затем он сел на землю, поставил перед собой коробку и закрыл глаза.

Как только он это сделал, он понял, о чем именно говорила София.

На месте маленькой запечатанной коробки было то, что выглядело как буря эфира, спиральная сфера светящихся, чистых виспов. Она излучала столько силы, что он чувствовал, что это сравнимо с тем, как если бы он смотрел на свою звезду, — если не более экстремально.

«Что это, черт возьми, такое?» — подумал он, внезапно усомнившись в совете Софии.

Однако он также мог чувствовать легкое притяжение. Он почти чувствовал, как его проекция... пускала слюни при виде завораживающего объекта перед ним.

Сглотнув, он спрыгнул с головы и приземлился перед штормовым объектом. Он казался немного больше в Незере, а стеклянной коробки нигде не было видно. Сделав осторожный шаг вперед, он положил одну руку на вращающийся объект.

Мгновенно буря прекратилась. Огромная масса энергии испарилась в тонкую струйку чистого эфира и сгустилась прямо на ладони его крошечной руки. Она стала такой маленькой, как песчинка, и когда она полностью сгустилась, она стала пугающе похожа на миниатюрную звезду.

Его белое свечение, казалось, рассыпалось по мере удаления, распадаясь на крошечные радуги, которые испарялись, превращаясь в легкий туман.

Не говори мне...

С большим предвкушением, чем он чувствовал за долгое время, он осторожно поднес предмет к капюшону своего плаща и засунул его внутрь, поглощая его. Мгновенно ужасная боль пронзила всю его душу, многократно отражаясь в рекурсивной последовательности эфирных импульсов, бегущих в его эфирокосм.

Он заставил себя терпеть боль, преодолевая ее, и процесс постепенно остановился.

Его проекция полетела обратно к его телу, и он появился не в реальном мире, а внутри своего эфирокосма, где он парил несколько долгих секунд. Затем он почувствовал, как его проекция начала уплотняться . Ужас наполнил его, когда он почувствовал, как все пространство его души на мгновение сжалось, и на некотором расстоянии от двух звезд, вращающихся друг вокруг друга в его ядре, появилась крошечная новая.

Он бурно бурлил в течение долгого времени, прежде чем постепенно успокоиться и сгуститься...

В спутник.

Фредди уставился на объект перед собой в шоке, совершенно сбитый с толку. «О, Боже», — пробормотал он, медленно двигаясь к невероятному объекту.

«У меня есть спутник», — пробормотал он, не в силах сдержать ликование. «У меня есть чертов спутник!»

Это было похоже на то, как он заново пережил момент, когда впервые увидел свою звезду. Это было чудесно. Волшебно. Он был невероятно взволнован и быстро вышел наружу.

Завистливый взгляд Софьи приветствовал его возвращение. «Как все прошло?»

«Было чертовски больно», — сказал он. «Кстати, спасибо, что предупредили».

Она ухмыльнулась. «Но ты не кажешься таким уж злым».

Он ухмыльнулся от уха до уха. «Полагаю, у меня хорошее настроение».

Он сосредоточился на Тысячи Мокрых Адов. Техника закалки обычно потребляла 10% эссенции каждую секунду. При 128% эссенции он мог использовать ее примерно 13 секунд, будучи полным. На данный момент его запасы эссенции составляли всего 79%.

Он быстро произвел в уме некоторые подсчеты.

Спутники содержали только 1% эссенции целой звезды. Но, чтобы компенсировать это, они полностью регенерировали эту ёмкость за одну секунду. Эта эссенция потреблялась с приоритетом, то есть она всегда шла перед эссенцией, которая хранилась в звезде.

По сути, с тем, как это работало, это была почти 1% в секунду скидки на использование сущности для каждой способности. С чем-то вроде Гидравлического Напряжения в пассивном режиме это полностью покрывало стоимость использования, делая способность по сути... бесплатной.

Вдобавок ко всему, это сделало манипуляцию эссенцией фактически бесплатной, позволив ему практиковаться в свое удовольствие.

Это было абсолютно колоссальное преимущество. Эти штуки стоили миллионы долларов, и их было чертовски трудно купить для одиночных архилюдей. Люди, которые их производили, обычно продавали их только крупным организациям.

Наличие спутника означало, что даже если бы у него в звезде полностью закончилась сущность, он все равно мог бы бесконечно использовать Гидравлическое Напряжение. Ну, пока отравление сущностью не убило бы его, но водная сущность была самым мягким видом, так что у него было довольно много свободы действий.

С Тысячей Мокрых Адов это не казалось таким уж впечатляющим. При 79% эссенции он мог использовать его в течение 8 секунд — со спутником это стало 8,77 секунд. Это казалось довольно безобидным на первый взгляд, но это было совсем не так.

Это было почти 10% увеличение скорости, с которой он выращивал Тысячу Мокрых Адов. За день или два это не казалось чем-то большим, но когда прогресс измерялся годами и когда принимались во внимание результаты закалки, это имело решающее значение.

Если отбросить метод Тысяча Мокрых Адов, то, хотя он и был дорогим, другие его методы закалки стали намного дешевле.

Бассейн Крови стоил всего около 1% эссенции в секунду — теперь он был бесплатным. Это не означало, что он мог использовать его вечно; эссенция крови была намного противнее эссенции воды, и чрезмерное использование могло привести к ужасным последствиям — например, его собственная кровь становилась очень едкой и разъедала его тело изнутри.

Обычно он этого не боялся, так как это не было большой проблемой, даже если он получил некоторые повреждения. Но когда в дело вмешался спутник, все могло стать чрезвычайно опасным. Очень быстро.

«Ты уже проверил?» Слова Софии вырвали его из размышлений.

«Хм?» — промычал он. «А, нет, подожди; мне интересно, с чем попробовать его в первую очередь».

Она закатила глаза. «Просто делай что хочешь!»

«Ты дьявольская женщина!» — выплюнул он. «Это особенный момент! Мне нужно выбрать что-то хорошее».

Она застонала. «Ладно, чувак», — пробормотала она, оборачиваясь. «Кто, черт возьми, сказал «дьявольский»?»

Фредди проигнорировал ее, когда он более пристально посмотрел на свои способности. «К черту», ​​сказал он, выбрав проверенную классику — Адаптивное Водное Тело. Он не использовал это довольно давно, и он подумал, что было бы разумно попробовать.

Это была довольно дорогая техника закалки при 4% эссенции в секунду. Сейчас это было бы на 25 процентов дешевле.

Он сосредоточился и начал использовать его. Его способность черпала сущность из своей звезды, как обычно, но на этот раз половина ее исходила от спутника, что резко снизило скорость истощения его звезды. Он продолжал использовать способность, пока...

«Подождите минутку!» — закричал он, прекращая использовать свою технику закалки.

«Хмм?» — позвала София. «Все хорошо?» — спросила она.

Половина?

Он попробовал еще раз.

Действительно, эта способность черпала из его сущности, примерно половина которой исходила от спутника.

Теперь... либо он неправильно помнил стоимость этой способности, либо...

«Этот спутник генерирует 2% эссенции в секунду», — пробормотал он в недоумении.

София разинула рот. «Не мож—ааггрхх, удачливый ты ублюдок!» — выплюнула она. «У тебя двухзвездочный спутник!»

«Это двухзвездный спутник!» — повторил он ее слова. «Боже мой, у меня двухзвездный спутник!»

Его мысли метались, когда он вставал. Это изменило ситуацию — 2% вместо 1% не были крошечной разницей. Черт, двухзвездочные спутники стоят в десять раз дороже однозвездочных.

Он вскочил на ноги и закричал от радости. Ему потребовалось много времени, чтобы успокоиться. «Каковы мои шансы против культистов?» — ехидно спросил он.

«Они... выше, я полагаю», — сказала она. «Но у всех есть спутники. Черт, я думаю, у некоторых из них есть трехзвездочные».

Это заставило его очень быстро сдуться. «Ох…»

«Не смей „охать“ у меня тут!» — сказала она. «У тебя нет права кричать „ох“ и резко сдуваться! Это огромное дело! У нас осталось всего несколько дней, прежде чем это место заполонят монстры. Когда это произойдет, наличие двухзвездного спутника позволит тебе сохранить свои резервы! Тебе даже не нужно сейчас подключаться к своей звезде!»

«Да... ты права», — сказал он, но эти слова его не успокоили.

Это действительно было крупное дело, но она так небрежно поделилась, что у всех их противников было такое же преимущество. Это была тяжелая пилюля.

Это было отрезвляюще.

Она не шутила, когда сказала, что они имеют дело с настоящей элитой.

И у них оставалось всего несколько дней на подготовку.

Леонард стоял перед барьером, курил сигару и смотрел на рябь.

Весь вестибюль был заблокирован и укреплен слоями тяжелых металлических стен. Десятки могущественных архилюдей ждали сразу за барьером позади него, и еще сотни ждали по всему зданию.

Он пытался противостоять ему. Он не был боевым мастером, но и не был слабаком. Но... не повезло. Никто из его офицеров также не мог сломать барьер. Специализированное оборудование, которое, возможно, имело бы шанс, собиралось бы неделями, а до тех пор они застряли, ожидая, упадет ли барьер.

В Нова-Йорке было четыре открытых прохода, подобных этому. Все они были заблокированы одним и тем же барьером. Вдобавок ко всему, были скомпрометированы еще пять частных проходов.

В общей сложности девять миров по всему Нова-Йорку находились в неопределенном состоянии. В зависимости от того, кто это сделал и каковы были их цели, следующие несколько недель могли обернуться катастрофой, невиданной с первых дней Разлома.

Хуже всего было то, что они не могли просто эвакуировать весь город. Здесь жили миллионы людей — куда именно они их повезут?

Не имея выбора, правительство держало эту атаку в строжайшем секрете. Естественно, слухи просочились наружу. Но поскольку местное правительство и новости были тихими, почти никто не паниковал. Подобные вещи случались и раньше, хотя и в гораздо меньших масштабах, и все проходило гладко.

К сожалению, Леонард не верил, что на этот раз все пойдет так же.

Что-то во всем этом казалось ему зловещим. За этими действиями стояла цель, которая ускользала от него, и если он что-то и ненавидел, так это быть не в курсе событий.

Не говоря уже о том, что один из его самых многообещающих сыновей за долгое время застрял за этим барьером, и неизвестно, выжил ли он.

Мадам села в свой летающий экипаж, попрощавшись с длинной очередью кричащих женщин, которые провожали ее на крыше ее штаб-квартиры.

Она посылала поцелуи и объятия, весело махая рукой, когда она вошла внутрь. Ее помощник, Мэтт, подошел к карете и закрыл дверь.

Улыбка не сходила с ее лица, когда двери закрылись.

Через мгновение открылась вторая дверь, и Мэтт вошел внутрь, перешагнул через нее и сел рядом. Через несколько секунд вошли также трое телохранителей и водитель, которые сели и устроились поудобнее.

Не было абсолютно никакой нужды в телохранителях, которые бы ее защищали. Тем не менее, когда ей приходилось спускаться к низшим, она находила удобным иметь их рядом с собой.

Императрица прибудет примерно через неделю, а с ее летающей каретой Мадам будет в столице всего через три дня. Четыре дня — это максимум, что она смогла выпросить. Естественно, не было никакой реальной необходимости приезжать на целых четыре дня раньше, но ей хотелось немного отдохнуть от всей этой суеты.

Она давно не выделяла себе время, а Нью-Йорк был просто местом, куда можно было съездить и развлечься. Нет, подождите — Нова-Йорк. Так его теперь называли. Она все время об этом забывала. Если честно, ей не нравилось новое название. Даже «Новый Нью-Йорк» было бы лучше.

Говоря о городе, она недавно получила несколько тревожных отчетов. Несколько проходов были в беде, и это могло стать большой проблемой. Не ее проблема, конечно.

Когда их карета наконец оторвалась от земли и взмыла в небо, она не могла не задуматься о Фредди Штерне. Что, черт возьми, происходит с этим молодым человеком?

Она не обращала особого внимания на то, что он делал, но когда она почувствовала интенсивную подпись того, что могло быть только чрезвычайно грубой модификацией тела, она присмотрелась. И быстро сделала поразительное открытие — он приобрел искру нежити. Это было просто абсурдно по слишком многим причинам, чтобы перечислить.

Не было ни единого шанса, что он получит еще один чертов уник. Так что... осколок сродства, может быть? Это тоже маловероятно.

Она вспомнила ту нежить, которую она убила в пещерах. Был ли этот проход как-то связан с нежитью?

В любом случае, это было еще одним доказательством в поддержку ее первоначального предположения. Слишком много странных вещей происходило, чтобы это было не так. В любом случае, дополнительные доказательства всегда приветствуются.

Убедить императрицу будет непростой задачей.

Следующие несколько дней пролетели как в тумане. Фредди и София тренировались каждую свободную секунду.

Хотя София была еще рудиментарной, она приобрела интересную способность — она могла трансформировать свои ноги. Теперь она могла сгибать колени в другую сторону и использовать ноги как пружины для более быстрого бега и прыжков.

Что касается нападения, то она вложила в это немного труда. Их план будет лучше реализован с большей мобильностью.

Фредди то же понимал это , и что касается их плана, то драка была бы последним средством. Скорость не будет проблемой для него с Гидравлическим Напряжением — с его закаленным телом Тысячи Мокрых Адов он мог бы надежно использовать Гидравлическое Напряжение с обеими звездами, чтобы проскочить мимо охранников и в проход.

К счастью, у Фредди в рюкзаке были часы, и они могли следить за временем.

Ему не потребовалось много времени, чтобы узнать последствия злоупотребления спутником. Он использовал его довольно интенсивно в течение первого дня, доводя его до предела, чтобы обнаружить, где находится этот предел. И он обнаружил его. После того, как он нагрузил свое тело слишком большим количеством водной эссенции, он начал блевать.

Из каждого отверстия в его теле начала агрессивно вытекать вода. Он потел ведрами. Его зрение стало размытым, а обезвоживание обрушилось на него, как грузовик. Он вышел далеко за пределы обычных уровней отравления эссенцией и оказался на смертельной территории, не осознавая этого.

Без его бессмертного тела поддерживать себя в живых было бы борьбой. К счастью, он смог относительно легко оправиться от побочных эффектов, и потребовалось всего два часа медитации, чтобы вывести избыток водной эссенции из его тела.

За все время их пребывания там, очень немногие горели наткнулись на них. Они были просто слишком изолированы. Но на седьмой день, как и предсказывала София, их стало появляться больше.

Сначала их было один или два, но вскоре их стало пять, затем десять, затем двадцать.

Когда какофония криков горелов разнеслась по всему миру, наполняя воздух едва уловимой вибрацией, они поняли.

У них не осталось времени.

----------

Пришествие Кровопролития

Фредди выглянул из-за камней, загораживающих крошечную пещеру, где они с Софией прятались. Через крошечное отверстие он увидел бурю из темных меховых тел, их красные крапчатые груди были единственным способом отличить одно от другого. Снаружи звучало ужасно — крики были громкими и постоянными, а от давки земля вибрировала; небольшие куски камня катились по баррикаде.

Орда прибыла в самый разгар их тренировки — они оба были изрядно измотаны, и прежде чем выйти в рой, они собирались отдохнуть и восстановить силы.

Сначала им нужно было поесть. София делала все возможное, чтобы паста из гореля выглядела аппетитной, но что бы она ни делала, этого не получалось.

«Что это?» — спросил он, глядя на фальшивую курицу, которую формировала София. Она выглядела чертовски мультяшной, а ее поверхность имела пластиковую текстуру.

«Это может быть наша последняя трапеза», — сказала она, пытаясь выглядеть серьезной, но безуспешно. Не в силах удержаться, она начала хихикать над нелепым зрелищем перед ними. Она прижала руку ко рту, а глаза устремились на него.

Он также начал хихикать как идиот. «Зубы из костяного яблока, я полагаю», — пошутил он, наклоняясь и хватая фальшивую ножку. На вкус она была как все та же старая дрянь — тошнотворно сладкая, металлическая, землистая… но… теплее, как-то.

Пока они ели в тишине, настроение становилось все более суровым. Они съели большую порцию, запихивая в свои глотки как можно больше еды. Затем, под охраной Кровопролития, они задремали, чтобы дать еде отстояться.

Они заснули легче, чем когда-либо, и между ними было достаточно места.

Фредди проснулся первым, обнаружив дрожащую, испуганную Софию, обнимающую его громоздкую руку. Вместо того, чтобы оттолкнуть ее, он медленно убрал ее светлые волосы с ее лица, открыв ее страдальческое выражение.

Он почувствовал, как сжалось его сердце. На долгое мгновение он почти хотел обмануть себя, думая, что... у него что-то с ней было. Что между ними что-то было. И, возможно, он не ошибался — но он знал, что это была не любовь.

По-разному, они оба были сломлены. В их общей борьбе было родство. В ней он видел не возлюбленную, а давно потерянную сестру, к которой он начинал испытывать теплые чувства. Близкую подругу.

Но между ними все еще стояла стена.

Многое зависело от того, как она отреагирует на столкновение с культом.

Если ей удастся победить своих демонов... он, возможно, захочет удержать ее рядом с собой.

Она открыла глаза и медленно посмотрела на него. Посмотрев на него полсекунды, она резко оттолкнула его и отпрыгнула назад. «О нет…» — сказала она, зарываясь лицом в ладони. «Не говори мне, что я только что это сделала…»

«Не волнуйся, София», — поддразнил он. «Я тоже обнажаю свои шорты. Бррр». Он изобразил дрожь, обняв себя за руки, и насмешливо усмехнулся.

Она ударила его по плечу.

«Ой!» — закричал он.

«Придурок», — выплюнула она, покачав головой и обернувшись. «Так... ты пополнил запасы?» — спросила она, меняя тему.

«Почти», — сказал он. «Я бы хотел немного помедитировать, чтобы успокоиться. А ты?»

Она вздохнула, глядя вниз. «Я сыта…»

Они сделали всю возможную подготовку, включая борьбу в Незере, чтобы вырастить свои звезды. Фредди достигла 162% — монументальный скачок вперед. Неудивительно, что она достигла 99% прогресса в своей звезде, но к их разочарованию, она не смогла прорваться. Это было разочарованием, конечно, но не огромным сюрпризом. Ее неспособность подняться на звезду можно было объяснить многими вещами, но, скорее всего, это было потому, что она слишком торопилась.

В кольце Фредди был эликсир, и, несмотря на причиненные ему страдания, он предложил ей принять дозу, чтобы помочь ей двигаться дальше. Но, по ее словам, употребление такого сокровища на пике первой звезды имело тенденцию к обратному эффекту и даже имело хороший шанс ухудшить талант пользователя, полностью сводя на нет ценность подъема на звезду в первую очередь.

Это было обидно, но такова жизнь. В любом случае, исчерпание эссенции, скорее всего, не станет для нее проблемой. Убийство горелов восполнит около 1%, а вокруг будет много горелов. Фредди больше всего беспокоился о ее теле.

Как однозвездная, она была не намного прочнее обычного человека. Даже если отбросить нежить и ее талант, истощение в конце концов настигнет ее.

Они медитировали, успокаивая свои разум, тело и душу.

В качестве последнего штриха София разделила одну из искр нежити и сожгла по половине каждой, чтобы довершить их, просто чтобы убедиться, что они в пиковом состоянии. Последние остатки усталости Фредди исчезли, и он почувствовал себя готовым к действию.

На Софии была рваная, грязная рубашка, а он был без рубашки, только его тяжелые штаны, рукава которых были разорваны от колена и ниже, и металлические ботинки, защищавшие его тело. Он выбросил все тяжелые части доспехов, прислушавшись к совету Софии. Это не принесло бы ему никакой пользы, кроме замедления.

Его верный зазубренный кинжал покоился в его ладони, ожидая, когда его используют как орудие убийства.

Он взглянул на Софию. Она держала свой короткий меч, полируя лезвие подолом рубашки. К лучшему или к худшему, она выглядела настроенной осуществить их план.

Они выходили в лес и убивали горелов на своем пути, собирая как можно больше пролитой крови. Затем, когда они собирали достаточно, они вызывали Кровопролитие и использовали его как отвлекающий маневр, чтобы прорваться через один из проходов и сбежать в межпространство. Там они искали место, чтобы спрятаться и переждать атаку.

Это был далеко не идеальный план. Он мог провалиться на любом из этапов. Их могли задавить горелы. Их могли обнаружить разведчики культистов. Они могли даже прорваться без проблем, но только чтобы быть пойманными в межпространстве либо могучим монстром, либо одним из культистов.

Но это был их лучший шанс.

В этот момент они сидели там, тянули время, оба пытались придумать что-нибудь еще, чтобы подготовиться. Вскоре послышались шевеления и царапанье из импровизированной баррикады, которая их блокировала.

София выглядела так, будто собиралась запаниковать в течение долгого момента, ее глаза расширились, зрачки сузились, нос раздулся, плечи напряглись, но затем она внезапно расслабилась, чувство смирения разлилось по ее телу. «Пора идти», — тихо сказала она.

«Да», — согласился он, наблюдая, как большой камень катится по куче обломков, защищая их.

Звуки рычания и шипения стали громче, и один из горелов закричал.

Он медленно поднялся. «Ты хочешь подождать, пока они ворвутся, или хочешь начать вечеринку на наших условиях?»

Она широко улыбнулась ему. «Что ты имеешь в виду?»

«Струящийся Удар, который разнесет скалы на части», — сказал он. «Возможно, при обеих активных звездах».

Она подняла бровь. «Какова же стоимость этого?»

«Я думаю, на данный момент около 19%», — поделился он с лукавой ухмылкой.

Она присвистнула. «Хочешь начать драку, взорвав руку?»

«Хочешь верь, хочешь нет, — сказал он, — но это лишь немного повредит мне».

Она фыркнула, покачав головой. «Ты — чертово чудовище».

Они долго стояли там, улыбаясь.

Горелы услышали их и теперь лихорадочно пытались их откопать. Из-под обломков появилась рука, ее ногти-ложки разрывали камень, словно мороженое.

«Щенок», — сказала она, ударив кулаком. «Пора идти».

Он толкнул ее вытянутый кулак, и они обернулись. Кинжал в его руке сверкнул под светом, падавшим снаружи.

Мгновение спустя большой камень рассыпался на части, и в пещеру ворвались четыре горела.

Легким движением запястья Кровавые Кастеты появился вдоль пальцев Фредди, и почти ленивыми ударами он тыкал в лица несущихся монстров. Они давали весь импульс, пока он делал то немногое, что мог, гарантируя, что сохраняет как можно больше энергии.

Ни один из четырех монстров не был мгновенно убит уколами, но все они получили удар в мозг через глаза и в результате этого бились в конвульсиях на полу, дергаясь и истекая кровью. Они обильно истекали кровью, поскольку их раны сочились, как открытые краны, любезно предоставленные проклятым кинжалом.

«Пойдем», — сказал он, двигаясь вперед и выходя из пещеры через небольшое отверстие.

Звук криков и шипения горелов разносился по всему миру с такой громкостью, что создавал постоянный фоновый гул, похожий на вой миллиона проклятых душ. Как муравьи среди травинок, обезьяно-ленивцы-кроты перемещались по лесу, бесцельно бегая и высматривая, на что напасть.

Вот что происходило, когда королев убивали в массовом порядке: это вызывало настоящий хаос.

Когда они вышли на поляну, несколько горелов заметили их прибытие и повернулись к ним лицом. Но не все присутствующие горелы поняли, что они там. Было много стычек, и большинство тварей, казалось, были слишком заняты борьбой друг с другом, чтобы уделять им много внимания.

Фредди замахнулся кулаком с шипами в голову атакующего охранника, и как раз когда для монстра погас свет — поддельное солнце наверху тоже погасло. Он поморщился, почти ничего не видя в абсолютной темноте. «Он просто должен был погаснуть сейчас, не так ли?» — выругался он, замахнувшись кулаком в сторону второго приближающегося горела, предсказав, куда он полетит, и разбив ему голову без каких-либо проблем.

«Подожди», — сказала София, подойдя достаточно близко, чтобы говорить шепотом. «Разве это не хорошо? Я могу видеть в темноте, сосредоточившись на жизненной силе, и ты тоже можешь увидеть хоть что-то, не так ли?»

Он нахмурился. С двухзвездным восприятием он действительно мог видеть «что-то». Очень смутные очертания мира вокруг него были едва различимы. Было трудно различить какие-либо детали, и все, что он уловил из монстров с черным мехом, было случайным движением в тенях.

Они проводили там большую часть времени в темноте, но в это время они обычно сосредотачивались на закалке, физической подготовке и собирательстве. Он не мог видеть достаточно хорошо, чтобы сражаться в темноте.

Его глаза медленно адаптировались к темноте, но этого было недостаточно, чтобы исправить положение. Он сделал глубокий вдох. «Я собираюсь кое-что попробовать. Будь готова исцелять, если не выйдет».

"Хорошо."

Он быстро достал из своего кольца три таблетки, усиливающие восприятие. У него их все еще оставалось довольно много.

Он никогда не принимал больше одной таблетки за раз.

Он проглотил их и запил водой, которую он создал с помощью Создания Воды. Материализованная жидкость вскоре испарилась, но она выполнила свою задачу, доставив таблетки в его желудок.

Сначала он чувствовал себя хорошо. Но потом началось. Пронзительная головная боль вспыхнула в затылке и медленно спустилась вниз по позвоночнику. Он застонал.

«Что ты сделал? С тобой все хорошо?» — спросила она.

«Да, я в порядке», — медленно выдохнул он сквозь стиснутые зубы.

Это было ужасно, но этого было недостаточно, чтобы вырубить его. Он уже привык к ним, так что мог переносить эффект.

Звук движения горела был настолько чертовски громким в его ушах, что он не мог слышать собственные мысли. Но когда он сосредоточился, его зрение стало немного яснее. Таблетки не могли дать ему ночное зрение, но они могли позволить ему легче различать то, что он мог видеть.

В течение нескольких секунд он мог отслеживать, где находятся монстры, а еще через десять секунд он мог приблизительно оценить их силуэт и расстояние до них. Это было далеко от идеального решения, но его было достаточно, чтобы справиться с парой монстров.

Он просто надеялся, что они не столкнутся ни с одним культистом. К счастью, темнота дала им прикрытие. Было бы гораздо сложнее заметить их движение в таких обстоятельствах.

И, вот так, они двинулись вперед. Горелы редко полагались на свое зрение, но их слух и обоняние были в этот момент по сути бесполезны. Запах крови витал в воздухе постоянно, а звуки криков, шороха и шипения были оглушающими.

Будучи брошенными в почти полную темноту вдобавок ко всему этому? Они не могли отличить верх от низа или лево от права. Хаос усиливал дезориентацию, и в результате едва ли кто-то из монстров заметил их.

Поначалу приземляться было сложно. Восприятие трехмерного пространства Фредди было довольно ненадежным, несмотря на темноту его окружения, но со временем он научился это делать лучше. С каждым подкравшимся к нему горелом его головная боль немного утихала.

София в основном стояла в стороне, позволяя Фредди вести большую часть боя. Его выносливость была в несколько раз больше ее, так что лучше было поберечь ее резервы.

Хотя поначалу он не был в восторге от этого, темнота была огромным подспорьем. Монстры были легкой добычей в этих обстоятельствах, а Фредди был беспощадным охотником. Его Кровавые Кастеты больше не ломались, если он не злоупотреблял ими, поэтому редко требовалось больше одного удара, чтобы прикончить горела. Даже если они не умирали сразу, раны, которые оставляли его удары, были похожи на открытые краны крови, любезно предоставленные кинжалом, который он держал.

Единственное, что его беспокоило, это возможность появления девиантов. Страх, который вскоре оправдался.

Фредди замахнулся на одного из рабочих поменьше и почувствовал, как шипы вонзились ему в спину. Существо закричало и обернулось. Его пасть внезапно озарилась оранжевым пламенем.

Все тело Фредди было охвачено палящим огнем, обжигающим кожу и ослепляющим его. София прыгнула мгновение спустя, отрубив голову девианта своим коротким мечом и исцелив его. Урон был существенным, но одной искры было достаточно, чтобы почти полностью стереть его.

«Твой талант — полная чушь», — прощебетал он, поднимаясь на ноги и прогоняя размытые пятна перед глазами.

«Будь осторожнее, — прошептала она. — В следующий раз целься в голову».

«Ладно», — сказал он, сглотнув, когда они продолжили движение.

Они продолжали двигаться по лесу, и сколько бы он ни боролся, он не видел смысла тратить свою сущность. Он даже не уставал. Его тело было невероятно напряжено на протяжении всего пути, но его тренировки были не просто показными.

Кульминация всех абсурдных методов, которые он использовал для обретения силы, принесла свои плоды.

Когда один за другим погибали от его жестокого нападения, он начал набирать довольно много тел. Он неоднократно консультировался с Кровопролитием, чтобы убедиться, что вся пролитая им до этого момента кровь будет засчитана в Кровавую Жертву.

Вскоре он столкнулся со зверем, которого никогда не видел — королевским стражником. Его форма была почти идентична форме горелов, но он был намного больше по размеру, и он стоял прямо, имея гораздо менее выраженный горб на спине. Достигая трех метров в высоту, он разрывал соперников горелов, словно они были сделаны из тофу. Каждый из его когтей был размером с меч.

Эти двое обходили монстра стороной. Победить его было вовсе не невозможно, но это был совершенно ненужный риск. Тьма была удушающей, и достаточно было одного хорошего удара, чтобы пронзить их обоих, превратив в беспомощные куски немертвого мяса, ожидающие, когда их сожрет волна берсерков-монстров.

Удивительно быстро они достигли окрестностей одного из проходов. Все, что им оставалось сделать, это призвать Кровопролитие и ринуться вперед.

Сглотнув, Фредди посмотрел в направлении, куда они направлялись, делая глубокие вдохи, чтобы успокоить нервы. Его сердце колотилось в груди, а пот стекал по коже. «Знаешь что?» — сказал он, поворачиваясь к Софии. «Я не думаю, что нам следует идти немедленно. На нашей стороне тьма, поэтому лучше получить как можно больше крови».

София поморщилась. «А что, если день вернется?» — спросила она. «Не стоит жадничать. Пойдем, пока у нас есть преимущество».

«Нет», — отрицал он. «Мы можем не торопиться. Сколько времени прошло? Час? Даже если нам действительно не повезет, я соберу больше крови, чем думал», — сказал он, шагнув вперед и убив еще одного горела, чтобы убедиться, что накопление крови не обнулится. «Я могу устроить действительно хорошее Кровавую Жертву, если мы продолжим в том же духе».

Она долго молчала, потом выдохнула. «Ну ладно», — согласилась она.

Он кивнул, и они продолжили.

Их путешествие не обошлось без сбоев. В какой-то момент они наткнулись на девианта с природным родством, который принялся обливать все его тело кислотным ядом. В другой раз они напали на горела со световым родством, который применил ослепляющую вспышку, не только лишив их зрения, но и привлекая в их сторону чертов поток горелов, действуя как маяк в темноте.

Добавьте к этому еще одну близкую встречу с королевской стражей, девианта, стреляющего осколками льда из неизвестного места, и внезапную волну горелов, когда они подошли слишком близко к улью, и поездка получилась довольно захватывающей.

Они выживали каждый раз, но небольшие издержки их перенапряжения начали накапливаться. София использовала четыре искры, и ей удалось найти достаточно времени, чтобы пополнить только две из них, оставив ее с тремя исцелениями в общей сложности и только половиной ее сущности.

Она боролась и в других отношениях. Она была истощена. В то время как у Фредди не было проблем с обезвоживанием из-за его запасов крови и тела, полного сжатой воды, у Софии не было таких предохранительных устройств. У нее была фляга с водой в ее кольце для хранения — не потребовалось много времени, чтобы она иссякла.

Фредди чувствовал себя намного лучше, но трещины тоже начали проявляться. Его тело начало показывать признаки усталости, какими бы тонкими они ни были. Независимо от того, насколько он его улучшил, его тело все еще имело пределы. Оставаться напряженным и готовым к бою часами подряд было просто слишком. Его запасы эссенции были полностью заполнены, но он все больше и больше использовал Гидравлическое Напряжение, и эссенция рефлюкса, плавающая в его теле, начала накапливаться.

Он замахнулся кулаком на огромного охранника, раздавив ему лицо. Несколько шипов на его Кровавых Кастетах сломались, и ему пришлось их восстанавливать. «Я думаю, этого достаточно», — сказал он после нескольких часов борьбы в лесу.

«Ты думаешь?» — сказала она, глотая воздух. «Сколько мы сделали? Должно быть минимум в два раза больше, чем в твой прошлый раз».

«Даже близко нет», — сказал он с кривой усмешкой. «По данным Кровопролития, мы прошли всего четверть».

«Четверть!?» — закричала она, затем с тревогой огляделась, понизив голос. «Какого размера был тот монстр, которого ты убил!?» — прошептала она с криком.

«Это все равно много», — сказал он, не в силах сдержать ухмылку. «Поверь мне».

Даже если это всего лишь четверть силы того титанического монстра, которого он призвал в прошлый раз? Они собирались создать довольно сильное отвлечение, мягко говоря. Кроме того, он не упомянул о влиянии своего кольца — оно не только снизит стоимость заклинания, но и усилит его эффект. Учитывая, что снижение стоимости в данном случае просто означало, что кровь будет стоить больше, эффект был по сути просто двойным усилением.

Фредди пнул ближайшего гореля в голову и повернулся к Софии. «Ты готова?»

«Подожди, разве нам не следует сначала подойти поближе к проходу?» — подгоняла она его.

«Нет», — сказал он, пренебрежительно махнув рукой. «Мы собираемся следовать за Кровопролитием, пока оно движется по миру. Призыв его может занять некоторое время, и я не хочу, чтобы они мне мешали», — сказал он, вонзая свой шипастый кулак в другого монстра. «Подожди, ты можешь передвигаться с этими щупальцами по суше?» — спросил он скелета.

«Щупальца!?» — вмешалась София, а затем захлопнула рот. «Как у скелета могут быть щупальца…?»

«Хозяин…» — нерешительно начал скелет-дух. «На этот раз у меня не будет той же формы».

Фредди замер. «Что ты имеешь в виду?»

«Когда меня призывают посредством Кровавой Жертвы, моя форма случайна и отчасти зависит от источника крови».

Его губы сжались в тонкую линию. «Почему ты не сказал мне этого раньше?»

«Прошу прощения, Мастер», — сказал Кровопролитие. «Вы никогда не запрашивали эту информацию, и я не осознал ее важности».

Он выдохнул. «Ладно, можешь хотя бы сказать, как ты будешь выглядеть на этот раз?

«Моя форма будет двуногой; это все, что я могу сказать наверняка».

«Этого будет достаточно, чтобы двигаться?»

«Я справлюсь», — сказал он.

Этого было достаточно.

Разобравшись с этим, они были готовы.

«Прикрой меня, София», — попросил он женщину. Она была изрядно измотана, но Фредди пришлось прекратить сражаться для того что бы активировать свою способность.

Без лишних слов он опустился на землю, выдыхая и стараясь расслабиться. Секунды тянулись так, словно тянулись часами, но менее чем через два вдоха он почувствовал, как в его душе щелкнуло оболочку.

Не колеблясь, он активировал Кровавую Жертву.

Мир изменился.

София чуть не споткнулась, глаза ее выпучились, и она огляделась. «Почему такое чувство, будто мир истекает кровью!?»

Горелы вокруг них почувствовали то же самое, и в один миг громкость криков усилилась в геометрической прогрессии, поскольку все монстры в округе обернулись, ища источник ужасной силы.

Кровь текла к ним, как багровая река, омывая траву, деревья, камни и трупы на своем пути к центру. Над головой Фредди начала собираться большая сфера крови. Она росла, из размера арбуза становясь размером с большую карету. И затем продолжала расти.

Капля за каплей, клетка за клеткой, масса жидкости образовала сферическую лужу. Она начала бурлить, светясь зловещим красным светом. Как только последняя капля крови упала на поверхность, сфера расширилась, увеличившись в десять раз, медленно превращаясь в огромный скелет.

Со взрывом ярко-красной эссенции крови форма Кровопролития кристаллизовалась — слегка сгорбившись с непропорционально длинными руками, образ адского гиганта, капающего кровью, навис над лесом, достигая более пятнадцати метров в высоту. Длинные острые шипы выстроились вдоль его позвоночника, а его череп образовал костяную конструкцию, похожую на корону. Эссенция медленно просочилась в кости Кровопролития, снова погрузив скелет и окружающий лес во тьму.

София выронила меч, ее рот опустился так низко, как только мог, и она задрожала от ужаса при виде этого зрелища. «Оно... Оно... Оно было в четыре-четыре раза больше в прошлый раз?» — осторожно спросила она.

Фредди радостно захихикал, наблюдая за великолепной формой Кровопролития. Их положение было еще далеко от урегулирования, но с его затуманенным от усталости разумом он не мог устоять перед желанием рассмеяться. Трудно было не чувствовать себя непобедимым, имея на своей стороне нечто подобное.

«Вперед, Кровопролитие!» — скомандовал он. «В атаку на проход!»

Но скелет не сдвинулся с места.

«Кровопролитие?» — неуверенно потянулся Фредди.

Хотя он не мог ясно видеть форму скелета в темноте, он мог сказать, что он просто стоял там. Нет... его голова была повернута вверх, лицом к небу.

Они почувствовали дрожь под ногами, когда Кровопролитие медленно подняло длинную руку, поднимая ее со звуком, похожим на звук наклоняющихся деревьев и ломающихся ветвей, когда она тянулась к небу.

«Что, черт возьми, оно делает?» — пробормотал Фредди, пока София кинулась к нему и агрессивно дернула за руку, призывая бежать. «Успокойся!» — крикнул он женщине. «Это под моим контролем, это просто...»

Его слова были прерваны, когда яркий свет промелькнул по всему царству. На короткий момент ночь превратилась в день, но тут же снова погрузилась во тьму.

Итак, либо это был самый короткий день, когда-либо зарегистрированный в этом мире, либо...

Мир снова осветился. Ложное солнце наверху начало светиться, мерцая, как неисправная лампочка, а оглушительный звук разнесся по нему.

Они оба ясно видели образ Кровопролития, устремленный в небо, его скелетообразное лицо было обращено к ложному солнцу.

Его костлявые пальцы медленно сжались, сжимаясь, словно пытаясь что-то притянуть к себе. И оно что-то притянуло. Светящееся солнце начало мерцать более агрессивно, по мере того как трещины распространялись по нему, и, как лист стекла, небо разорвалось, взорвавшись на скопление крошащихся осколков.

Солнце начало вращаться, закручиваясь в спираль, медленно распадаясь, уходя в кольцо, которое медленно становилось оранжевым, затем багровым. Весь мир светился красным светом, тускло освещая горизонты.

С того места, где только что было небо, медленно спустился какой-то предмет и лег в открытую ладонь Кровопролития.

----------

Беспорядки

Небольшая изолированная комната находилась глубоко в Гробнице Харрканны, вниз по извилистой тропе и мимо длинной вереницы трупов, облитых черной жижей. Единственный способ войти в нее — потянуть за несколько скрытых рычагов, и внутри не было ничего существенного.

На самом деле, комната была ловушкой. Примерно через минуту после открытия, массивный камень упадёт и запрёт любого, кто вошел бы внутрь. Единственный способ вырваться наружу — применить силу, что активировало бы другую ловушку.

Для людей в той комнате это не было проблемой, поскольку они попали в ловушку по собственной воле.

Проломить камень было несложно, а последовавшая за этим ловушка — залп болтов — не представляла проблемы для уклонения или защиты.

Джейкоб прислонился к стене, выдохнув, когда вход наконец закрылся. Это место на некоторое время убережет их. Он вытащил небольшой кристалл из своего Кольца Хранения. Он был янтарного цвета, в форме ромба и висел на цепочке. Пальцем он пошевелил камень на стене, к которому прислонился, чтобы создать небольшой крючок, на который он повесил странный артефакт.

Хотя он и не выглядел так, он производил кислород. Он использовался для погружения в области, где поток воздуха мог быть ограничен. Обычно его вешали на шею. Дешевый не смог бы поддерживать небольшую толпу в той комнате, но его было бы более чем достаточно.

Комната была достаточно большой, чтобы все присутствующие могли комфортно разместиться, но недостаточно большой, чтобы обеспечить хоть какую-то степень приватности: у жильцов оставалось всего около метра свободного пространства с каждой стороны.

В комнате было одиннадцать человек. Каждый из них выглядел измотанным и изможденным. Единственным человеком, который выглядел хоть немного хорошо, был бронированный человек, но это, скорее всего, потому, что тяжелая броня скрывала его настоящее состояние. Тем не менее, он, очевидно, не получил никаких серьезных травм во время боя, ни из-за удачи, ни из-за мастерства.

Прошли часы. В мгновение ока эти часы превратились в дни.

Никто не знал, сколько им придется ждать в этой комнате, но лучше было оставаться там как можно дольше, желательно до тех пор, пока их не обнаружит спасательная команда. Но сколько времени это займет? Дни? Недели?

Месяцы?

Они обсуждали возможности несколько раз, но разговоры редко длились долго и едва начинались. Мало кто из них был готов говорить долго, по крайней мере, в начале.

Но после того, как прошло больше суток почти полной тишины, тишина стала слишком тяжелой для некоторых из них. Филлип и Карен были первыми, кто открылся, за ними последовали трое из четырех незнакомцев — азиатка, высокий, загорелый мужчина и лысый, невысокий парень. Мужчина в броне остался сидеть, наслаждаясь своим недавно приобретенным личным пространством, пока остальные сгрудились и освободили большую часть комнаты.

Беатрис и Теодор находились на противоположных концах друг друга и изо всех сил старались не смотреть друг на друга. Но не прошло и двух дней их изоляции, как Теодор подошел к ней, и они начали говорить шепотом. Не то чтобы шепот им приносил пользу — почти у всех там был достаточно хороший слух, чтобы понять, о чем они спорили.

Джейкоб шпионил за ними довольно часто, пытаясь отвлечься от происходящего. Он должен был признать, что это было настоящее шоу. Сначала было много борьбы и упрямых настойчивостей — обвинения, обвинения и еще больше обвинений, которые бросались друг другу, как горячая картошка. Казалось, они выплескивали друг на друга все свои страдания.

Но... в конце концов они начали открываться. Они говорили о своих умерших друзьях, о том, как сильно они скучали по ним, как сильно они ненавидели себя и обо всех своих сожалениях. Вскоре они перестали обвинять и начали принимать некоторые из них.

Затем они начали выдавать сочные новости.

Судя по всему, Теодор предложил развод в пылу момента, набросившись на Беатрис, которая плохо отреагировала на новость. А кто бы не отреагировал плохо? Теодор решил подняться и покинуть группу, не обсудив это с ней, фактически нанеся удар в спину их самым близким друзьям и оставив их без безопасного способа свести концы с концами.

Джейкобу было наплевать на некоторых случайных неудачников, но любой человек с хоть каплей мозгов мог бы предсказать, что они не будут в восторге от столь внезапного окончания вечеринки.

Он не признал этого открыто, но Тео косвенно намекнул, что он предложил развод только для того, чтобы выиграть спор.

Естественно, когда в тот же день его жена ушла к другому парню, ему стало довольно сложно отказаться от своего предложения.

В этот момент почти все просто делали вид, что обсуждают другие вещи, втайне следя за разговором между ними двумя.

Временами ситуация становилась очень жаркой, когда Беатрис упомянула, что он ей изменил . Ой. Он попытался выдвинуть аргумент «Я мужчина, поэтому это другое», побудив азиатку вмешаться и присоединиться к их борьбе. Мало-помалу остальные тоже включились, и в конце концов большая часть группы устроила жаркий спор об отношениях.

В некоторые моменты люди едва не разводили руками, но когда все успокоилось, возникло ощущение, будто айсберг растаял.

Джек и Джин открыто оплакивали смерть своего друга всей жизни. Филлип признался, как он был напуган и как травмирован всем этим, даже зашел так далеко, что открыто заявил, что покончил с борьбой на всю оставшуюся жизнь. Джейкобу хотелось назвать его трусом и жалким червем. Но по какой-то причине ему было трудно даже открыть рот.

Карен поделилась своей историей колебаний, признавшись в своих недостатках и слабостях. Но, несмотря на всю ее панику во время боя, было очевидно, что она была наименее травмирована среди них. Ясная решимость звучала в ее словах, когда она заявила о своем намерении снова поднять свой меч и двигаться дальше.

Ее храбрость и решимость были вдохновляющими, хотя и более безвкусными, чем попытки Филиппа флиртовать с этой женщиной.

Три незнакомца добавили свои собственные части. В этот момент их убежище превратилось в полноценный сеанс групповой терапии, и только Джейкоб и бронированный человек большую часть времени оставались молчаливыми.

Хотя никто не обращал особого внимания на человека в доспехах, соратники Джейкоба все чаще поглядывали на него.

Но его язык был словно завязан в узел. Каждый раз, когда он открывал рот, его горло было словно запечатано. Однако мало-помалу шипы, обвивавшие его шею, были сняты, одним выжидающим взглядом за раз.

Он почувствовал, как слезы медленно собираются в уголках его глаз. Он сдержал их, но, наконец, заговорил. «Я не любил ее на самом деле», — сказал он, немного посмеиваясь. «Я был с ней, потому что она была горячей, а она была со мной, потому что я богат».

Это вызвало у него презрительные взгляды, но он посмеялся над ними и продолжил. «Честно говоря, она была раздражающей. Я надеялся найти кого-то, кто заменит ее роль в партии, чтобы я мог наконец-то бросить ее задницу и покончить с этим.

«Я просто хотел бы», — его голос сорвался, и ему было трудно продолжать, — «я просто хотел бы сказать ей, чтобы она ела дерьмо, выгоняя ее из моего дома, понимаешь? Я хотел бы, чтобы она со злостью швырнула в меня моими вещами, называя меня придурком». Он наконец сломался, закрыв лицо рукой и зарыдав. «Она не заслужила этого, чувак. Черт возьми».

В комнате стало тихо, люди молча наблюдали, как он теряет самообладание.

«Я не смог сделать ни хрена в этом бою», — сказал он, глубоко вздохнув и опустив руку. «Я, блядь, ненавижу себя и ненавижу этот дурацкий талант. Не думаю, что я буду копаться в этом еще какое-то время. Я не уверен, что эта жизнь для меня».

Из всех присутствующих первым встал Теодор, подошел к нему и молча положил руку ему на плечо.

Когда с Джейкобом было покончено, остался только человек в доспехах.

После того, как все достаточно на него посмотрели, он наконец пожал плечами. «Не смотрите на этого старикашку, дети», — заявил он странно старческим голосом, удивив присутствующих, поскольку до этого никто его не слышал. «У меня слишком много шрамов на сердце, чтобы плакать». Он поднял глаза к потолку. «Послушайтесь моего совета — будьте готовы к тому, что мир вас предаст. Если нас, смертных, и ждет какая-то судьба… так это в конечном итоге скатиться на дно».

Внутри себя человек задавался вопросом, что он чувствует через свое основное тело. Мир был наполнен смятением, и скрытая... жажда крови отдавалась эхом на заднем плане.

Может ли это быть явлением, которое называют Багровыми Сумерками?.. — размышлял он.

Это произошло необычно рано. Но это не имело значения.

Это не оказало никакого влияния на его план.

Небо над головой сияло багровым светом. Звуки криков горелов громко разносились по всему королевству, когда монстры массово убивали друг друга. Под тонким пологом редкого леса стояли два человека, наблюдая за формой гигантского кровавого скелета.

Фредди наблюдал, как зловещий объект опустился в раскрытую ладонь Кровопролития, разинув рот от благоговения и ужаса. Это была мумифицированная рука с пальцами, похожими на когти. Она казалась почти маленькой в титанической руке Кровопролития, но, должно быть, принадлежала существу, во много раз большему, чем человек.

«Что это, черт возьми!?» — закричала София, переводя взгляд с Фредди на Кровопролитие.

«Хозяин!» — раздался в голове Фредди голос Кровопролития, более настойчивый, чем когда-либо. «Я потерял контроль над призванным телом».

«Ты что!?» — закричал Фредди. «Тогда что, черт возьми, им управляет!?»

«Я не знаю», — настаивал Кровопролитие. «Тело было переполнено аурой кровожадности, исходящей от этой конечности. Мастер…

"Бегите."

Кровавый скелет поднял голову и завизжал, издав звук, похожий на звук рушащегося здания. Пустые глазницы внутри черепа засветились красным, когда череп повернулся лицом к Фредди и Софии.

Они оба не колебались ни секунды.

Ноги Софии трансформировались, и Фредди использовал Гидравлическое Напряжение с обеими активированными звездами. Они оба выскочили за пределы досягаемости скелетной руки, махнувшей вниз с мощью титана. Рука коснулась земли, подняв гигантское облако пыли, когда земля сдвинулась под ногами Фредди.

Все вокруг него стало размытым, когда пол обрушился из-под него. Поверхность провалилась под землю, провалившись в глубины того, что недавно было ульем горелов.

Когда он падал метров на двадцать вниз, на верхнюю часть его тела рухнул огромный камень, сломав несколько костей и раздавив всю правую руку. Ему едва удалось спасти голову.

Он хотел выругаться, но все, что вырвалось у него изо рта, была кровь, когда он хрипел, опустошая свои полные легкие. Мгновение спустя раздался еще один мощный удар, и на этот раз поток исцеления пронесся по его телу. «Что за…» У него не было времени задавать вопросы.

Его изуродованная рука отделилась, и новая начала расти, и с еще одним мощным ударом, вызвавшим дрожь во всем мире вокруг него, короткая, деформированная культя удлинилась, вырастая чуть дальше локтя. Кровотечение прекратилось по всему его телу, и поврежденные части были залатанными розовой тканью.

"Что происходит!?"

«Хозяин», — позвал Кровопролитие. «Это существо — все еще продукт твоих способностей».

«Правильно!» — подтвердил он. Его талант все еще был вызван нанесенным им уроном. К счастью, камень раздавил его правую руку. Если бы это была его левая… Он посмотрел на два кольца и кинжал, и дрожь пробежала по его позвоночнику. Ему нужно было быть осторожнее.

Такой поворот событий усложнил ситуацию, но их план еще не провалился. Это все равно сработает как отвлекающий маневр.

«Фредди!» — крикнула София сверху, глядя вниз на яму.

«Я жив!» — закричал он.

«Вставай!» — закричала она. «Нам нужно уходить!»

«Ни хрена себе!»

Он огляделся вокруг, отчаянно ища путь наверх. Это было легче сказать, чем сделать.

Он слышал движения гигантского скелета, доносящиеся с противоположной стороны от того места, где его ждала София. Казалось, он был занят убийством горелов. Тем не менее, его атака обрушила большой участок земли, и не было легких путей наверх.

Фредди находился внутри секции подземного комплекса, с многочисленными узкими дырами, разбросанными по всем сторонам ямы. Все место агрессивно воняло какашками горелов, смешанными с запахом мокрой собаки и плесени, но он не был в настроении беспокоиться об этом.

Его шея дернулась влево-вправо, пока он искал место для продвижения. В то же время, еще один импульс исцеления прошел через его тело, и еще больше толчков сотрясли землю. Большая часть почвы откололась и упала рядом с ним.

Стоная, он защищался от надвигающегося валуна. Его отсутствующая рука почти отросла, но еще не вся. Кончики пальцев отсутствовали, кожа была сырой, а качество заживления все еще было едва сверхъестественным. Его рука была далека от полностью функциональной конечности, и его раненая спина тоже не помогала.

Но он стиснул зубы и прыгнул, чувствуя, как сильная боль распространилась по левой стороне поясницы и в левую ногу, когда он ухватился за выступ, ведущий в один из туннелей. Он все еще сжимал кинжал в левой руке, и теперь он использовал его, чтобы воткнуть в камень, чтобы удержаться на месте.

Он подтянулся и столкнулся лицом к лицу с разъяренным стражником-горелем. Монстр попытался напасть на него, но Фредди использовал свою отросшую руку как щит. Горель укусил его запястье, и Фредди резко отбросил всю руку назад, запустив монстра в яму. Он пролетел всего несколько метров, но у него не было простого способа вернуться туда, где он был.

С хрюканьем Фредди подтянулся в туннель и осмотрел свои варианты. Оставшись без особого выбора, он снова прыгнул, добрался до другого туннеля и схватился за хрупкий край. Камень сдвинулся под его рукой, и на долгое мгновение он почувствовал, как его уступ ослаб. К счастью, он не сломался.

«Подожди!» — крикнула сверху София, бросая вниз веревку.

«Ты только что вспомнила, что у тебя это есть!?» — пожаловался он, но...

«Заткнись и лезь!»

Зарычав, он сунул кинжал в рот и схватился за веревку левой рукой.

София изо всех сил пыталась поднять его. С его нелепой мышечной массой, недавно приобретенной толстой костной структурой и довольно продвинутыми Пучинами Бездны он весил немало. Он сделал все возможное, чтобы помочь себе подняться, поддерживая себя ногами и все еще отрастающей рукой, и вскоре он выбрался на поверхность.

Его встретило зрелище того, как сверкающие когти разъяренного горела полосуют Софию по спине, но она залечивает рану и отбрасывает чудовище прочь.

Фредди призвал свои шипы и раздавил голову существа, убив его мгновенно. «Давай, пошли!» — призвал он.

Она кивнула, тяжело дыша, и последовала за ним.

Постоянное напряжение было абсурдно изнуряющим. Постоянно быть готовым к битве и пробираться через такую зону боевых действий было более изнуряющим, чем бежать марафон. Улучшенное телосложение архечеловека помогло радикально справиться с этими расходами, но на первой звезде арх был едва ли больше обычного человека.

София выглядела изможденной, тяжело дыша и едва держа голову прямо, когда она следовала за Фредди, хромая и спотыкаясь. Как и ожидалось, такая ситуация была для нее слишком сложной. Они перестарались, думая, что получат отсрочку, как только вызовут Кровопролитие.

Не колеблясь, Фредди подхватил Софию и перекинул ее через плечо. Она даже не дернулась в знак протеста, просто согнувшись и закашлявшись, пытаясь отдышаться.

Он бросился вперед, дико прыгая, изо всех сил стараясь избежать нападений бешеных зверей. Мысленно он попытался вспомнить, где именно они находятся, и использовал эту информацию, чтобы сориентироваться. Им пришлось обойти вокруг огромного скелета, чтобы добраться до ближайшего прохода.

Область, ближайшая к странному артефакту, по-видимому, больше всего пострадала от его свойств, вызывающих берсерк, что делало ее чрезвычайно опасной, но у него не было возможности выбирать, по какому пути они пойдут.

Без лишних слов он сосредоточился, крепко прижимая к себе Софию, активировал Гидравлическое Напряжение в пассивном режиме и побежал.

Импульс за импульсом исцеления вливались в его тело, постепенно восстанавливая его руку, пока она не стала идеальной. Ну, почти идеальной. Ее форма была такой же, как и была, но она ощущалась... болезненной. В последний раз, когда его талант восстановил конечность, она восстановила все его чертово тело, и у него не было контраста, необходимого, чтобы почувствовать что-то не так с его реконструированным телосложением.

Теперь, когда у него было две руки для сравнения, он сразу заметил нечто сбивающее с толку — рука, которую он потерял, ощущалась значительно слабее, чем ее аналог. Нет, это не совсем то, что нужно сказать. Их сила и строение были идентичны, но восстановленная рука была... пустой. Как будто большая часть энергии, хранящейся в его мышечной ткани, не была возвращена вместе с конечностью.

Он уже знал, что его талант не может отменить истощение, но это все равно было сюрпризом. Однако, когда он бежал вперед, он чувствовал, что его больная конечность постепенно восстанавливает часть своей силы, скорее всего, за счет поглощения сахара из его крови. Это было хорошо, особенно потому, что его другая рука была занята тем, что удерживала на месте взрослую женщину.

По большей части он защищался только от входящих атак, полагаясь на внезапный источник исцеления, чтобы залечить любые раны, которые проскользнули. Вскоре он добрался до поляны, которая была близко к проходу, и быстро стал искать путь, который приведет его туда.

Он нашел его.

Проталкиваясь мимо толпы горелов, он в конце концов увидел, что популяция монстров поредела, но затем он заметил нечто тревожное.

Появился другой тип монстра.

----------

Хорошо выполненная работа

Фредди заметил существо, сражающееся с рабочим-горелом. Разница в размерах между двумя монстрами была разительной: маленький, размером с собаку, горел выглядел крошечным по сравнению с огромным, почти лошадиным, жутким монстром-верблюдом — неббером.

Странное существо имело короткое, громоздкое тело, похожее на медвежье, но шея была удлиненной. По сравнению с верблюдом, у которого была жесткая шея, шея неббера была похожа на шею змеи, извивающейся и двигающейся из стороны в сторону, когда он противостоял маленькому горелу в смертельной схватке. Его голова также была необычной, с плоскими, глупыми чертами, выглядящими почти так, как будто они были раздавлены круглым стеклянным контейнером. Его дряблый рот истекал умеренно ядовитой слюной.

Фредди читал о небберах и точно знал, из какого мира они прибыли. Это был один из двух элитных миров сложности, доступных через мир горелов.

Больше всего в этом чудовище выделялись не его размеры или необычная внешность, а его поразительная беспомощность.

Хотя рабочий-горел выглядел как злая комнатная собачка, лающая на массивное существо, он вышел победителем в противостоянии. Примитивные Тектонические Удары горела с легкостью ломали ноги неббера, и как только он был повержен, горел принялся крушить череп существа, как арбуз.

Хоть горелы и глупы, они не представляют собой ничего смешного, когда сталкиваются с таким же глупым врагом.

Не обращая внимания на открывшееся перед ним зрелище, Фредди стиснул зубы и пробежал мимо мертвого неббера, устремляясь к тому миру, в который он пытался сбежать.

То, что неббер зашел так далеко, не было хорошей новостью. Вскоре его подозрения подтвердились.

Сначала это была небольшая группа, но вскоре образовалась такая густая масса небберов, что продвигаться вперед стало трудно.

Фредди протолкнулся мимо них, сметая их со своего пути, продолжая продвигаться вперед, с тревогой оглядываясь по сторонам. Элитный мир, в который они направлялись, был полностью заполнен этими существами, но не они были причиной того, что он считался элитным миром сложности.

Продираясь некоторое время сквозь массу тел, он наконец наткнулся на главную причину такой классификации.

Все волоски на теле Фредди встали дыбом, когда он стремительно прыгнул за дерево, пытаясь успокоить бьющееся сердце, которое грозило вырваться из груди.

Звук тяжелых шагов разнесся по лесу, и с визгом вперед выскочило еще одно чудовище, разрывая на куски нескольких горелов своими длинными тонкими руками.

Гигантское существо стояло на двух ногах. Все его тело было покрыто черными, тонкими мышцами, а голова напоминала череп козла. Его пустые глазницы светились неоново-зеленым цветом, из них вытекал тошнотворный свет миазмов.

Его два рога загибались за спину. Ужасное существо издавало глубокие щелкающие звуки, пока искало новую добычу.

Это был козерог.

Если дело дойдет до драки, Фредди будет... ну, уверенным — не то слово, но победа возможна. Но это слишком рискованно. Его когти не были такими устрашающими, как у королевского гвардейца-горела, но они капали сверкающей жидкостью, и любые капли, которые падали на землю, шипели со звуком кислотного горения. Одного хорошего удара по голой, незащищенной груди Фредди вполне могло хватить, чтобы вырубить его.

В сочетании с ошеломленной, Софией которая едва ли в сознании , которую он держал на левом плече, попытка схватить зверя была глупой идеей.

Фредди подождал несколько удушливых вдохов, и вскоре существо ушло в другом направлении. Он выглянул из-за дерева, чтобы проверить, куда оно ушло, и увидел, как оно прошло мимо небольшой группы небберов, полностью игнорируя тупых тварей.

Самое страшное в козерогах было то, что они не были безмозглыми существами, ищущими еду. Им даже не нужна была еда, чтобы жить. Причина, по которой царство было затоплено небберами, была в козерогах, которые намеренно игнорировали тупых тварей, чтобы использовать их как приманку, чтобы заманить добычу в свое царство. Эти существа были очень похожи на культистов, которые использовали горелов в качестве приманки.

Конечно, Фредди не был в восторге от того, что отправляется в естественную среду обитания таких монстров. Но это был их лучший выбор.

Столь опасное царство вряд ли должно было так тщательно охраняться культистами.

Он прокладывал себе путь вперед, непрерывно продвигаясь мимо бесконечного потока монстров. В какой-то момент он стал искренне беспокоиться о своих шансах вообще добраться до места назначения.

Что бы ни сделал этот артефакт, он, похоже, оказал на монстров магнетическое воздействие.

София подсчитала, что понадобится около трех месяцев, чтобы в этом королевстве накопилось критическое количество монстров, что приведет к массовому вторжению в Нова-Йорк.

Но при таких условиях?

Фредди не удивился бы, если бы они уже достигли этой цели.

Он взмахнул кулаком, сломав шею небберу и оттолкнув его тело в сторону, когда он прыгнул вперед. В этот момент ему пришлось использовать Гидравлическое Напряжение, чтобы продолжать прыгать через толпу зверей. Вскоре он уже не мог даже приземляться.

Он схватил толстую ветку свободной рукой, держа кинжал между зубами, а Софию — через плечо. Женщина дернулась, издавая звуки, похожие на рвоту, но у Фредди не было времени беспокоиться.

Хотя мысль о мужчине без рубашки, несущем женщину и перекидывающемся с одного дерева на другое, вызывала ассоциации с Тарзаном, реальность импровизированного способа передвижения Фредди была куда менее гламурной.

Он взобрался на толстую ветку и перепрыгнул с одного дерева на другое, используя Гидравлическое Напряжение. Вместо того, чтобы приземлиться с грацией ниндзя или ухватиться за свисающую лиану, он врезался животом в толстую ветку, случайно сломав ноги Софии и выбив воздух из ее груди. Женщина закричала, поспешно выжигая искру, чтобы починить свои ноги, а Фредди застонал, когда неббер вытянул свою длинную голову и укусил его за голень, пытаясь стащить его на землю.

С помощью сверхъестественной силы, подкрепленной сильным чувством срочности, Фредди втянул себя, Софию и чертового неббера, который отказывался отпускать его ногу, на дерево. Как только он смог отпустить ветку, он схватил голову монстра и раздавил ее.

Когда по миру прокатился еще один мощный толчок, когда то, что управляло кровавым скелетом, принялось убивать очередную массу монстров, рана на ноге Фредди исчезла, словно ее никогда и не было.

Он продолжил свой путь, стараясь не споткнуться и не упасть в толпу внизу.

Мир был совсем близко, и Фредди уже мог видеть проход. Больше не было монстров, выходящих оттуда, и в течение долгого момента он надеялся, что все монстры уже покинули его, что сделало бы его жизнь намного проще.

«Пожалуйста…» — взмолилась София. «Больше никаких деревьев». Она тяжело вздохнула. «Больше никаких деревьев».

Фредди невольно усмехнулся, почувствовав легкое облегчение. «Конечно». Он спрыгнул на землю внизу, которая уже значительно поредела. Несколько небберов попытались напасть на него, но, к счастью, поблизости не было никаких козерогов. Он быстро расправился с нападавшими и двинулся дальше.

Он сглотнул.

Между лесной зоной и открытым проходом была небольшая поляна. Возле открытого портала никого не было, но это вовсе не означало, что за ним не следили.

С громоподобным визгом, кровавый скелет снова взмахнул своей массивной рукой, и Фредди почувствовал, как импульс успокаивающего кражи жизни безрезультатно пробежал по его телу, не имея ничего, что можно было бы исцелить или исправить. Но это немного прояснило его разум.

Кровавая жертва прошла не так, как планировалось, но все равно возымела огромный эффект. На самом деле, учитывая, что она, казалось, привлекала всех чертовых монстров в округе, Фредди не удивился бы, если бы культисты попытались уничтожить ее, поскольку это вполне могло полностью разрушить их план.

Без монстров не было смысла пытаться прорвать проход.

Итак... что бы сделали сектанты?

Его сердце колотилось в груди, когда он размышлял о возможностях.

Неужели они помчались разбираться с фальшивым Кровопролитием? — задавался вопросом Фредди. Они ждут где-то поблизости, следя, чтобы никто не вошел в проход? Нет, это не имеет смысла; у них есть дела поважнее.

Вокруг него больше не было монстров. Компанию ему составляли только София, дрожь, жуткое, багровое послесвечение, бесконечная какофония монстров, издающих звуки своей ярости... и его собственные мысли.

«К черту!» — закричал он, когда побежал вперед, врываясь в отверстие со всей возможной скоростью. Его корпус напрягся, а ноги раздулись, когда он снова и снова использовал Гидравлическое Напряжение, набирая скорость на своем рывке в проход.

Он ожидал, что в любой момент ему в спину вонзится снаряд или из тени появится сектант, но, к его удивлению, он без проблем вошел в проход.

Оказавшись внутри, его посетила ужасная мысль — а что, если этот поток слишком силен и для культистов? А что, если они прячутся в проходе? Но когда он открыл глаза и огляделся вокруг... он не обнаружил ни людей, ни монстров. Там было так пусто, что это казалось жутким.

Он повернулся, заметив огромное дерево, в котором был вырезан проход, и огляделся. Он оказался в небольшой живописной роще. Не потребовалось много времени, чтобы выбраться из крошечного участка леса и выйти на обширную поляну.

Мир, в который он вошел, было безмятежным зрелищем по сравнению с кошмаром, из которого он вышел. Небо над ним было глубокого оттенка синего, а земля была покрыта травой, насколько хватало глаз. Небольшие рощицы деревьев были разбросаны по всей области, и царство простиралось на мили во всех направлениях, с тем, что, казалось, было большим водоемом на одном конце.

Вдалеке он видел огромные стада небберов, поскольку они, скорее всего, находились слишком далеко от прохода, чтобы почувствовать влияние странного артефакта.

Роща, рядом с которой он находился, была слишком близко к проходу, чтобы чувствовать себя комфортно, но выбегание на травянистые равнины звучало как встреча с козерогом, ожидающим своего часа. Вместо того чтобы выбежать, Фредди прошел через небольшую рощу, в конце концов наткнувшись на крошечную пещеру.

Помолившись любому богу, который был готов его выслушать, он осторожно вошел внутрь, надеясь, что не собирается войти в логово козерога.

Однако, когда он пробрался внутрь... он не обнаружил ничего необычного. Это была крошечная дыра в земле, достаточно большая, чтобы удобно спрятаться, с небольшим входом, который было легко защищать. По краям росли грибы, а с земляного потолка свисали свободные корни.

Он осторожно положил Софию и огляделся, прочесывая землю, выдергивая корни и слегка ударяя по стенам, чтобы убедиться, что он не наткнулся на ловушку. Он даже дал шанс грибам, попробовав один.

Но ничего не было. Ни монстров, ни культистов, ни ловушек, ни ям, ни опасностей... просто... ничего. Даже гриб, казалось, был съедобным.

Он вытащил большой камень и положил его перед маленьким входом, закрыв отверстие, а затем вернулся и сел рядом с Софией.

Вызванный скелет все еще активировал его талант, несмотря на то, что целая реальность отделяла его от действия. Но это было не единственное, что было затронуто.

«О, черт!» — воскликнул он, взглянув на свой эфирный космос.

Он был на 187% мощности. И как только он взглянул, сумма увеличилась до 188%. Он не смог сдержать легкий смешок.

«Чему ты смеешься?..» — пробормотала София, едва держа глаза открытыми.

«Тебе не о чем беспокоиться», — сказал он, погладив ее по голове. «Иди спать. Я буду следить за опасностью».

Она кивнула, закрыла глаза и тут же потеряла сознание. Ей бы неплохо было сначала что-нибудь съесть, но она бы жила.

Пока он сидел в темноте, и только одинокий луч света освещал его укрытие, он наконец смирился с этим. Они были на самом деле в безопасности.

Их план сработал.

Он вздрогнул, почувствовав, как бурный отток эссенции мерцает внутри его тела. Он понятия не имел, сколько эссенции он потратил за последние несколько часов. Учитывая тот факт, что гигантский скелет был в середине убийства орды монстров, приток эфира поддерживал его полностью заправленным эссенцией.

Но он употребил много. Слишком много.

Огромный объем кражи жизни сдерживал худшие последствия, но он не делал ничего, чтобы очистить избыток эссенции, текущей по его телу.

Сделав глубокий вдох, он закрыл глаза и сосредоточился на медитации. В конце концов, кровавый скелет перестанет бороться, и Фредди столкнется с последствиями накопления сущности.

К счастью, он не потратил почти столько же эссенции крови, сколько эссенции воды. Это с большей вероятностью убило бы его. Но все же, учитывая, что эссенция водного рефлюкса быстро обезвоживала пользователя, он не с нетерпением ждал этого.

На самом деле, если ему не удастся избавиться от значительной части излишков эссенции, его вполне могли мумифицировать на месте.

Итак, он закрыл глаза и приступил к работе.

Огромный водоем вдалеке был не просто декорацией. Окружающий Незер кипел от водяных виспов, и без лишних слов он принялся за сбор, постепенно успокаивая свои бушующие внутренности и приближаясь все ближе и ближе к спокойствию.

«Сосредоточьтесь на его ногах!» — приказала женщина со скорпионьим хвостом — Илия, уклоняясь от атаки разъяренного королевского стражника и плюясь, а затем отступая и наблюдая за ходом боя.

Этот чертов скелет появился из ниоткуда и как раз уничтожал все, над чем они работали.

«Кто-нибудь, позовите Главу!» — крикнул низенький Слуга, размахивая копьем, чтобы отпугнуть нескольких горелов.

«Глава сказал не беспокоить его ни при каких обстоятельствах!» — выплюнула она. «Сосредоточьтесь на своей работе и сидите тихо!»

Смешанная масса монстров сделала продвижение к уничтожению гигантского скелета невозможным. Гигантский монстр снова поднял свою костлявую руку и поразительно быстрым взмахом опустил ее, мгновенно раздавив двух Слуг и подняв большое облако пыли.

«Чёрт возьми!» — закричала Илия, замахнувшись жалом на несущегося неббера и перерезав ему горло. «Дэмиан!»

Громоздкая фигура Дэмиана, огромного драчуна, оживилась, повернувшись к ней лицом как раз в тот момент, когда он раздавил голову козерога, разбросав его проклятые миазмы по окрестностям. «Что это!?» — закричал мужчина, снова замахнувшись, ударив тыльной стороной кулака по стражнику-горелу, бросившемуся на него.

«Не обращайте внимания на монстров!» — сказала она. «Питер!» — снова позвала она, имея в виду человека, левитировавшего примерно в двадцати метрах от нее. «Поднимите Дэмиана и брось его в скелета!»

«Но ответная реакция...» — мужчина собирался возразить, но...

«Делай, как я говорю!» — закричала она, отскакивая от надоедливой королевской стражи, которая все еще преследовала ее. «Быстрее!» — скомандовала она.

Питер зарычал, бросившись к громоздкой фигуре Дэмиана и схватив мужчину за руку. Двое мужчин оторвались от земли, и кожа Питера мгновенно покраснела, когда его кровяное давление резко подскочило. Чем больший вес он пытался поднять с земли, тем большую нагрузку это оказывало на его тело. Громоздкая фигура Дэмиана была почти невыносимой, но, учитывая, что на кону стояли все их планы, у него не было выбора, кроме как рискнуть.

Питер, подбежав как можно быстрее, перекинул человека через увенчанный короной череп скелета и бросил его вниз.

Почти мгновенно свирепая фигура скелетообразного гиганта подняла голову и уставилась на падающего человека своими зловещими багровыми глазами.

Дамиан невольно ухмыльнулся, запрокинул руку назад и зарядил Тектонический удар, активировав свой талант.

Его кулак приземлился прямо над верхним рядом зубов скелета, послав мощный удар по его массивному черепу. Кровь, покрывавшая существо, брызнула во все стороны, заставив багровый скелет на мгновение побелеть, прежде чем еще больше крови потекло по его костям.

От его удара осталась лишь тонкая трещина.

«О, боже», — крикнул Дамиан, когда скелет открыл рот и захлопнул его на его теле. Он уперся в его зубы, едва сдерживая его от того, чтобы сжевать его в кашу.

«Я собираюсь — уф! Мне понадобится помощь!» — закричал он, и вскоре поток снарядов полетел в голову скелета, ударив его по шее и отвлекши его на достаточно долгое время, чтобы Дамиан успел выскочить из его пасти и спрыгнуть вниз.

Питер поймал его в середине падения, замедлив его ровно настолько, чтобы предотвратить травмы при падении, но даже этого оказалось достаточно, чтобы мужчина едва не потерял сознание.

Скелетное чудовище дико завизжало, продолжая беспрепятственно наступать.

Его сила была поистине поразительной. Он был медлителен, но его разрушительные возможности и абсолютная выносливость позволяли ему конкурировать с самыми слабыми монстрами четырехзвездочного класса.

Илия, единственный из присутствующих трехзвездочных героев, не был достаточно силен, чтобы быстро расправиться с существом.

То, что произошло, было изнурительной битвой, которая длилась несколько часов. Множество зверей пали от костлявых рук багрового скелета, и по меньшей мере дюжина культистов потеряли свои жизни, пытаясь его одолеть.

К концу, огромное паническое бегство монстров резко поредело. Холмы израненной плоти и реки крови образовались под ногами ухмыляющегося скелета. Когда его тело наконец начало крошиться под бесконечным натиском, он, казалось, улыбался им, радостно ухмыляясь резне, как будто говоря: «Моя работа сделана».

Илия с яростным хмурым видом наблюдала, как гигант рассыпается на инертные куски. Ее скорпионий хвост был неподвижен.

Ее братья стояли в стороне, большинство из них тяжело дышали и пытались удержаться на ногах после изнурительного боя.

В любом случае, вся эта экспедиция превращалась в полный провал. Глава не поделился ничем о своей части плана, сохранив это в тайне даже от Илии. Она молилась Святому Процветанию, чтобы его махинации не были скомпрометированы.

Питер приземлился рядом с ней, зажав нос одной рукой, чтобы остановить непрерывный поток крови, льющейся из него. Его глаза казались налитыми кровью, а руки дрожали.

Но он все еще говорил со всем достоинством высокопоставленного члена культа. «Мы вернули странный артефакт», — сказал он. «Дэмиан должен прибыть с ним через несколько минут».

Она не отреагировала на эту новость.

Через несколько минут здоровенный мужчина в разорванной и залитой кровью мантии подбежал, неся на спине массивную конечность, похожую на бревно. «Я поймал!» — сказал он, приблизившись и бросив предмет на землю.

Илия наблюдала за ним, наклонив голову. Она ненадолго вошла в Незер, чтобы рассмотреть его поближе.

То, что можно было описать только как кипящую массу багровых криков, атаковало ее чувства. Буря ауры закружилась вокруг ужасающего объекта, его мощь не сравнима ни с чем, что Илия когда-либо видела своими глазами.

Ее проекцию силой выбросило из Незера, и она, вздрогнув, вернулась в реальность, сделав несколько невольных шагов назад, прежде чем обрести самообладание.

Глаза Питера слегка поднялись. «Столь могущественный?» — спросил он, его брови изогнулись в хмурой ухмылке.

Илия сглотнула и кивнула. «Действительно. Это действительно странный артефакт. Я никогда не видел ничего подобного».

«Кажется, монстров это привлекает», — сказал Дамиан, приседая и разглядывая высушенную конечность. «Как думаешь, мы могли бы использовать ее в качестве приманки, чтобы заполонить этот промежуточный мир?» — спросил он Илию.

«Совершенно определенно», — подтвердила она. «Однако я не уверена, что это правильный шаг».

Двое мужчин замычали.

«В самом деле», — сказал Питер, вздохнув. «Возможно, это слишком привлекательно. Я не вижу способа перенаправить поток монстров за пределы мира, когда они все сбиваются вокруг этой штуки, как мухи вокруг кучи коровьего навоза».

Она кивнула, не отрывая глаз от зловещего объекта. «Мне интересно, что это такое…» — размышляла она. «Чему бы оно ни принадлежало, оно должно было обладать невообразимой силой».

«Да…» Питер кивнул. «Выше пяти звезд, это точно».

Большинство культистов в пределах слышимости сглотнули, включая Илию. Мысль о силе выше пяти звезд была... просто невообразимой.

Но он существовал.

«Илия», — позвал Питер. «Каковы будут твои приказы?»

Она на мгновение задумалась, взглянув на артефакт, багровое небо и людей вокруг нее. «Соберите тела, соберите кольца», — сказала она. «Мы немного поправимся, а потом пойдем оттуда. Барьер дает нам достаточно времени, чтобы действовать. У нас закончилась живая наживка, но здесь гора плоти. Этого будет достаточно, чтобы привлечь множество падальщиков».

«А что с рукой?» — спросил Питер.

Прежде чем принять решение, она внимательно осмотрела конечность.

«Мы постараемся его запечатать».

----------

Сплоченность

Филипп не мог не подумать, что если бы у психолога-исследователя была возможность наблюдать за их группой на протяжении всего времени пребывания в комнате-ловушке, они бы узнали немало интересных вещей.

Хотя не было сомнений, что некоторые из них, как Джейкоб, предпочли бы справиться со своими эмоциями в уединении, нельзя отрицать, что большинство из них, включая его самого, были более чем счастливы не оставаться в одиночестве, переживая свои страдания.

Все было хорошо в течение первых нескольких дней в плену, но по мере того, как они становились все более продолжительными, полное отсутствие возможности уединения вскоре превратилось в кошмар.

У двухзвездных архилюдей были более эффективные телесные функции. Все, от дыхания, питья и еды до похода в туалет, работало с большими интервалами. В первой категории не было абсолютно никаких проблем, но во второй было много проблем.

Естественно, были инструменты и методы, позволяющие справиться с этим. Это был далеко не первый раз, когда группе архелюдей пришлось скрываться в пространстве проходов в течение длительного периода. Но эти методы имели свои ограничения.

Это была первая проблема, которая делала ситуацию неловкой для группы. Второй были Теодор и Беатрис. Эти двое удовлетворяли совершенно иную категорию потребностей, и хотя они никогда не заходили так далеко, чтобы раздеться догола и заняться этим как кролики, они становились... шокирующе дерзкими время от времени.

По большей части все просто смотрели в другую сторону. Но в какой-то момент один из незнакомцев чуть не подрался с ними двумя.

Филлип проводил большую часть времени, либо пытаясь поговорить с Карен, либо думая о своем будущем. Он как бы знал это с самого начала, но со временем становилось все более очевидным, что Карен на самом деле не хотела с ним разговаривать.

Она много раз подшучивала над его попытками завязать разговор, скорее всего, просто из вежливости, но когда она ударила его словами «Прошу прощения, но сейчас я не в настроении для разговора» — да… он понял, что в какой-то момент облажался. Было ли это из-за его рвения? Может, он был слишком назойлив.

С того момента, как он впервые увидел ее, он был очарован этой женщиной. Она излучала чувство культуры и вежливости, ценности, которые он очень ценил. Женщина также была довольно... приятной на вид. И богатой. И из влиятельной семьи. И сама по себе могущественной.

Он не мог не сетовать на это. Женщина была не из его лиги с самого начала. Да, он не был обычным сбродом, но и не был настоящей элитой. Он поставил себя в ту же категорию, что и Джейкоб.

В какой-то момент он начал замечать что-то странное. Люди, а точнее, несколько женщин в комнате, бросали на него странные взгляды. Они не были лестными. И тогда он понял — разве он по сути не изводил Карен?

Хотя некоторые дураки могли бы обмануться, думая, что он был действительно просто искренне очарован ею как собеседником, было очевидно, что он был влюблен. Он не особо задумывался об этом из-за разницы в силе между ними, но...

О Боже, я вел себя довольно жутко, не правда ли?

Со временем таких мелких проступков становилось все больше, и поскольку люди внутри постепенно становились все более раздражительными, эти инциденты становились все более частыми и, в конце концов, стали немного жестокими.

Естественно, все присутствующие понимали, что полноценная драка в таких обстоятельствах была более чем глупой, и ни у кого из них не было достаточно слабой силы воли, чтобы так сильно поддаться. Но это не остановило крики. Не слишком игривые пинки и тычки стали обычным делом. Даже от людей, от которых Филлип честно этого не ожидал, включая Карен, которая повысила голос в ответ на что-то, что сказала Джин, впервые с тех пор, как он ее встретил.

Удивительно, но именно Теодор первым выступил, чтобы помочь разрядить обстановку. Его предложение состояло в том, чтобы поручить аркам сродства с землей построить тонкие барьеры вокруг комнаты, дав всем им хотя бы иллюзию уединения. Это сработало на удивление хорошо. С этого момента они начали организовывать игры для вечеринок. Это только сделало всех еще более жестокими, поэтому они решили вместо этого начать разрабатывать стратегию.

Существовал ненулевой шанс столкнуться с террористами. Конечно, у них были детально проработанные несколько базовых планов на случай, если это произойдет, но всегда было больше того, что они могли сделать. Кроме того, даже незначительные улучшения придавали им уверенности и поднимали моральный дух.

Сначала они вспомнили абсолютно все, что видели, что делают террористы, и в конечном итоге группа осталась с относительно подробным профилем всех тех, кто выжил. Затем была более тщательная стратегия, как для того, чтобы конкретно противостоять захватчикам, основываясь на их известных силах, так и для лучшего сотрудничества друг с другом.

И наконец, они начали делиться советами. Каждый, кто специализировался на чем-то, обучал других совершенствованию в этой области, если это касалось их навыков. Джин научила Карен нескольким изящным трюкам, которые она могла делать с отрицательным давлением, в то время как Карен учила ее фехтованию.

Филипп обсуждал оборонительную позицию, Джейкоб давал Джеку советы по водным способностям, Джек учил Теодора, как использовать силу света, чтобы стать невидимым, и Теодор, который долгое время боролся с этим из-за своей бедности и невозможности позволить себе репетиторство, наконец сумел полностью освоить эту способность, став еще более ценным активом в этом процессе.

Каждый внес свой вклад, каждый выиграл.

За исключением одного человека — человека в доспехах.

Мужчина был намного менее проблемным, когда дело доходило до конфликта. Он был тихим и держался особняком, отвечая пренебрежительным, но обезоруживающим тоном, если кто-то пытался с ним заговорить, и, учитывая его ауру старости, никто его особо не беспокоил.

Но в какой-то момент это стало… странным.

Люди стали чертовски разговорчивыми в этом сценарии. Филлип знал некоторые глубоко личные вещи почти о каждом из них, так как никому из них не удалось полностью остаться вне разговора, даже тем, кто был на тихой стороне.

Но человек в доспехах? Никто ничего не знал о нем. Абсолютно ничего. Ни его имени, ни его способностей, ни его прошлого...

Не его преданность.

Он был странным. Слишком странным. Слишком молчаливым — слишком равнодушным. Этот человек мог оставаться жутко неподвижным в течение смехотворно долгого времени, до такой степени, что никто не мог сказать, бодрствует он или спит.

В конце концов, Джейкоб слишком разозлился, чтобы оставаться на месте, и встал, чтобы противостоять ему. «Эй, старик», — грубо крикнул он. «Нам нужно поговорить».

Человек в доспехах повернул голову в шлеме в сторону Джейкоба, ничего не сказав.

Плотный лидер партии наклонился, присел на корточки прямо перед молчаливым человеком и авторитетно сказал: «Мне нужно, чтобы ты рассказал мне, на что ты способен. Ты слишком долго не участвовал в разговоре. По крайней мере, я хотел бы услышать о твоем таланте и склонностях».

Мужчина молчал, просто стоял неподвижно почти десять секунд. «Вы хотите услышать о моих силах?» — медленно спросил он.

«Да», — подтвердил Джейкоб. «И я не хочу слышать никаких оправданий», — добавил он. «Если вы хотите сохранить свою конфиденциальность, смело идите куда-нибудь еще » .

«Джейкоб!» — крикнула Джин, нахмурившись и вставая. «Прояви уважение!»

«Успокойся, Джин», — сказал Джек, успокаивая сестру, и повернулся к мужчине лицом. «Джейкоб, не нужно быть грубым. Я уверен, что мужчина заговорит, если ты вежливо попросишь».

«Этот человек», — сказал Джейкоб, изображая кавычки руками, — «ни хрена не скажет. Как видите, «этот человек» — это единственное, как вы вообще можете его называть, потому что, угадайте, что, мы не знаем имени этого человека ! Он ничего не говорил о себе за все время нашего пребывания здесь. Кто-нибудь здесь что-нибудь о нем знает? Вы не знаете».

«Джейкоб, пожалуйста». Теодор вскочил на ноги. «Я понимаю, что ты имеешь в виду, но, настраивая беднягу против себя, ты не заставишь его раскрыться».

Джейкоб прищурился, и Теодор подошел к нему. «Просто отойди, ладно?» — сказал он Джейкобу. «Я возьму это на себя».

"Отлично."

Теодор подошел к бронированному человеку, сел на землю перед ним и встретился с ним взглядом — или, скорее, с пустыми черными прорезями в его шлеме. «Итак... что вы можете рассказать нам о своих силах?»

Мужчина долго смотрел на него, сохраняя молчание. Внимание всех в комнате было приковано к нему, но это было не в первый раз. Однако никто никогда не заходил так далеко, чтобы заставить его говорить, и мужчина, казалось, сломался под давлением. «Я искренне извиняюсь», — сказал он, слегка склонив голову. «Этот старый пердун не видел, что его упрямство приносит вам страдания. За это я искренне сожалею. Ну что ж».

«Мой талант позволяет мне быстро восстанавливаться после любого нанесенного мне вреда. Он также, в обмен на серьезное ограничение количества, которое я могу потратить за один раз, дает мне фактически неограниченную эссенцию. Физически моя доблесть значительно увеличивается, и я могу видеть в диапазоне 360 градусов, включая выше и ниже меня. Если меня убьют, ну... это будет довольно неудобно на некоторое время.

«Что касается моих склонностей, то у меня темные, нечестивые и ритуальные, с упором на проклятия и использование материальных теней для сдерживания моих противников. Вот и все в общих чертах», — заявил мужчина без малейшего намека на юмор. «Я не буду утомлять вас более тонкими подробностями, если, конечно, вы не хотите узнать что-то еще?»

«…Нет», — сказал Теодор после долгого колебания.

Филлип уставился на мужчину, ища любой, даже самый крошечный намек на то, что он шутит. Не было ничего странного в том, что у старика было немного странное чувство юмора. Однако, когда он вглядывался в пустые щели в шлеме, он ничего не увидел — даже самого слабого проблеска света.

Как будто там ничего и не было.

Филипп содрогнулся и отвернулся.

«Эй, э-э… Джейкоб?» — позвал Теодор. «Могу я поговорить с тобой секунду?» Он подошел к Джейкобу и что-то прошептал ему на ухо.

Джейкоб кивнул, подошел к Джин и помахал всем, чтобы они подошли к ним двоим.

Когда все встали в небольшой круг, Джин подняла руку и произнесла «Звуковой барьер».

«Ладно, что это было за фигня?» — спросил Теодор. «Он, очевидно, лжет, но это становится жутким».

«Может, у него просто странное чувство юмора?» — попыталась Беатрис, но…

«Это действительно странно», — прокомментировал Джек. «Слишком странно. Что ты думаешь, Джейкоб?»

Джейкоб стоял неподвижно, скрестив руки и нахмурив брови. «Мы пока не рассматривали это, но вполне возможно, что он с террористами».

Все замерли и попытались не поворачивать голову, чтобы встретиться с мужчиной. Филлип не смог остановиться, и когда он посмотрел туда, он почувствовал, как сильный холодок пробежал по его позвоночнику. Он отвел взгляд, нервно сглотнув.

«Подумай об этом», — продолжил Джейкоб, отворачивая голову в сторону, чтобы мужчина не мог видеть его губы. «Он ничего нам о себе не рассказал. К тому же, вся эта ситуация, похоже, его вообще не волнует».

«Нужно быть совсем сумасшедшим, чтобы не сломаться», — заключил Теодор. «Честно говоря, с их странной культовой атмосферой я уверен, что он бы отлично вписался».

«Ладно, ладно, помедленнее!» — заговорил человек с кривым носом — Габриэль. «Мы тут делаем большие скачки в суждениях, не так ли? А что, если он был травмирован? Бедняга, возможно, потерял свой чертов разум».

Это… Судя по их меняющимся позам, большинство из них, по крайней мере, считали это реальной возможностью.

«Мы слишком торопимся», — заявил Джек, встав на сторону Габриэля. «Если он с террористами, зачем, на Новой Земле, он так старается выглядеть подозрительно? Можно было бы подумать, что он хотя бы попытается вписаться».

«Мы не знаем, какую цель преследуют эти люди», — заявила Карен. «У нас также есть еще одна возможность для рассмотрения».

«И что это?» — спросил Джек.

«Этот человек говорит правду».

«Пффт...» Теодор фыркнул, посмеиваясь. «Слушай, Карен, у меня есть талант, который позволяет мне оценить, насколько велика угроза, которую представляет кто-то. Аура этого человека — темно-оранжевого оттенка, то есть он будет представлять для меня серьезную угрозу, но, учитывая, что почти все вы — пугающего оттенка красного, это делает его одним из самых слабых в группе. Если бы у него действительно были те силы, о которых он сказал... черт возьми, красный — он был бы черной как смоль пустотой! Такая сила была бы впечатляющей даже по стандартам пятизвездочного. Убавь свои заблуждения, ладно?»

На ее лбу промелькнула хмурая гримаса, но она сдержала выражение лица. «Ранее вы признали, что ваш талант не всегда надежен».

«Это правда, да», — сказал он, — «но не так. Иногда я вообще не вижу ауры людей. К тому же, да ладно, будьте реалистами! Этот человек не может быть настолько могущественным! Нужно быть под кайфом, чтобы так думать».

Выражение ее лица стало холодным, когда она оглядела его. «Те, кто не рассматривает все возможности, обречены на смерть из-за невежества».

«О, правда?» Он хихикнул. «Приведите сюда кучу Сократа».

«Теодор, хватит», — прервал его Джейкоб, подняв руку. «Слушай, этот парень странный. Мы все с этим согласны. Мы зададим ему еще вопросы и узнаем, как он себя чувствует. Теодор, следи за ним своим талантом. Даже если он всего лишь оранжевый, он достаточно хорош, чтобы пережить эту бойню. Может, ты увидишь что-то еще».

«И что нам теперь делать?» — спросил Филлип, чувствуя себя нервно из-за присутствия этого человека. «Я буду честен, просто находиться с ним в одной комнате уже достаточно некомфортно».

Несколько других кивнули в знак согласия. Даже если он не был с террористами, этот человек был дополнительной нагрузкой на их и без того пошатнувшееся психическое здоровье.

«Мы не можем виставить этого мужчину из этого укрытия», — сказала Карен.

«Согласен», — добавил Теодор, что было достаточно удивительно. «Его присутствие может немного раздражать, но вышвыривание сумасшедшего старика на улицу, чтобы он сам о себе заботился, не улучшит качество нашего сна, это точно».

Руки Джейкоба сжались в кулаки, когда он посмотрел на землю. «Как скажешь. Тогда мы ничего не будем делать».

«Но это ты…»

«Снеси этот чертов барьер, Жан».

Джин кивнула и деактивировала свою способность.

Джейкоб повернулся и подошел к старику. Он открыл рот, как будто хотел что-то сказать, но через мгновение закрыл его и повернулся, возвращаясь в свой маленький угол.

Никто больше не произнес ни слова, они просто переместились в свое личное пространство и заползли внутрь.

----------

Манхэттен, Нова-Йорк

Мадам оглядела себя в зеркале, внимательно разглядывая новый тональный крем, который она нанесла.

Она находилась в небольшой комнате наверху высокого здания. Ее окружение было простым, приглушенно-серым, и не было ничего, кроме шкафа сбоку и зеркала перед ее прекрасным изображением.

Она держала губку в левой руке, а правой провела пальцем по правой щеке, проверяя прочность слоя, который она только что нанесла. Он все еще был немного рыхлым, хотя и нежным.

У любого четырехзвездочного персонажа со сродством жизни была идеальная кожа; это само собой разумеется. Независимо от того, пользовалась ли она косметикой или нет, ее красота была чем-то, с чем не мог соперничать ни один смертный, что бы он ни делал.

Но естественная красота была такой простой. Такой скучной.

Так... невыразительно, на самом деле; даже оскорбительно. Многие стыдились фальши макияжа, несмотря на то, что их умы были маленькими и ограниченными, утверждая, что быть «настоящим» — лучший выбор. Все это отношение показало, что они понятия не имели, о чем говорят.

Люди не жили в объективной реальности. Каждый создавал фальшивый мир в своей голове, слой краски поверх безразличного холода бесконечной мультивселенной. Там, где эти слои краски встречались, наслаиваясь друг на друга в отвратительном шторме сталкивающихся перспектив, это был мир, в котором жило человечество.

Утверждать, что эта конструкция фальшивая, означало не осознавать, насколько легко она может положить конец жизни человека.

Макияж был лишь одним из проявлений способности контролировать реальность — использовать ее в своих интересах.

Ее бледная кожа имела оттенок, который не мог воспроизвести никакой макияж, но макияж мог создать множество эффектов, которые не могли создать естественные оттенки. Она могла сделать свое лицо более или менее освещенным, добавить яркую изюминку или устрашающий оттенок, яркую радость или маску жестокости.

Для встречи с императрицей она выбрала наивный образ: пухлые розовые щеки, большие глаза и молодость — прекрасную, мимолетную молодость, которую ее нестареющая, зрелая внешность безжалостно отказывалась ей предоставить.

Ее пальцы переместились на кисть, и она набрала немного румян, осторожно нанося их. Ее движения остановились, когда она что-то почувствовала.

Ее талант — Сигнатура Жизни — имел ограниченное количество людей, на которых она могла его использовать. Таким образом, она позаботилась о том, чтобы сохранить большинство этих применений для важных политических деятелей. В тот момент она почувствовала приближение одной из этих подписей. Она должна была убедиться, что не сделает ни шага и не выдаст, что знает о приближении этого человека.

Она почувствовала, как они проскользнули мимо охраны, словно их там и не было, миновали запертые двери и вошли в одно из самых охраняемых зданий Нова-Йорка, словно совершая обычную прогулку по парку.

Ни единым намеком не выдав своего присутствия, цель появилась позади Мадам, чуть дальше от отражения в зеркале, руки сцеплены за спиной, и они улыбаются ей. «Привет, Нарцисс», — раздался за ее спиной женский голос.

Мадам подпрыгнула на стуле и оглянулась, выказав толику удивления, ровно столько, чтобы это не выглядело неестественно. «Леона!» — воскликнула она, отложив щетку и вставая, чтобы пожать руку женщине. «Как приятно видеть вас здесь!»

Женщина, стоявшая перед ней, была белой женщиной с той же нестареющей аурой, что и все те, кто достиг вершины власти. Она носила униформу: черный, военный костюм с широкополой кепкой поверх ее коротких зеленых волос. Ее внешность была похожа на генерала из старого мира, но ее функция была гораздо более практичной.

Леона была убийцей — лучшей убийцей во всем мире; ну, по крайней мере, в тех частях света, которые имели активный контакт с Американской империей. Ее способности были неизвестны большинству, и, вероятно, только Мадам и императрица понимали степень способностей женщины.

Женщина была пятизвездочной, среди тех немногих, кто не играл решающую управленческую роль в правительстве или влиятельной внеправительственной организации. Ее талант, так или иначе, позволял ей проходить сквозь поверхности, а ее сродства были свет, тьма и воздух. С невидимостью света, манипуляцией тенью тьмы и способностью устранять звук через сродство воздуха, единственный способ по-настоящему почувствовать ее приход был необычайными средствами.

Какая замечательная подчиненная, подумала Мадам. Если бы она могла использовать эту женщину для себя, она бы в мгновение ока правила миром. Ее Мэтт был гением, но он просто не мог конкурировать с Леоной.

Леона улыбнулась Мадам, с приятным, но отчетливо формальным выражением лица. «Я тоже рада вас видеть. Я пришла сюда по приказу моей госпожи. Она хочет сообщить вам, что ваша встреча назначена на тридцать минут».

Мадам пришлось использовать свою сущность, чтобы сохранить каменное выражение лица, отчаянно удерживая глаз от подергивания. Предоставьте императрице вытворять такие вещи. Ей очень нравилось держать людей в напряжении. «Благодарю вас за то, что вы дали мне знать, дорогая», — сказала мадам, сжимая руку женщины обеими руками и улыбаясь ей, выбрав обезоруживающую, милую улыбку для этой работы. «Пожалуйста, сообщите Кайе, что я буду там не позднее, чем на пять минут раньше».

«Это невозможно, мадам», — сказала Леона, сохраняя нейтральное выражение лица. «Мне было поручено сопровождать вас по дороге туда».

Мадам редко хотелось ругаться. Не в силах сделать глубокий вдох, она незаметно расширила легкие, чтобы набрать побольше воздуха. «О, как здорово! Спасибо, что уделили мне время», — дружелюбно сказала она. «Пожалуйста, подожди минутку, дорогая. Я как раз собиралась закончить наносить макияж».

Акт, который ей теперь пришлось изменить. Она слегка повернулась в направлении, в котором направляла свой финиш. Если бы она нагло продолжила в том же направлении, Леона, которая была весьма проницательна, несомненно заметила бы и усвоила то, что она пыталась сделать, и хотя это не было значительным нарушением, Мадам не хотелось проверять настроение Кайи легкомысленным обманом.

Ее выбор был весьма ограничен, но ее почти 200 лет практики хватило, чтобы сымпровизировать приемлемую альтернативу. Она остановилась на "сильном молодом", и изображение на ее украшенной морде можно было интерпретировать либо как изображение юной леди, вынужденной рано повзрослеть, либо как старую, но молодо выглядящую госпожу, крепко держащуюся за дух своих юных дней. Ближе к истине, чем ей хотелось бы,

«Ваши навыки весьма впечатляют», — сказала Леона, натянув на свои простые губы натянутую вежливую ухмылку. «Большинство дам, с которыми я общалась, склонны доверять свою внешность кому-то другому».

Мадам простодушно улыбнулась. «Я не могла!» — воскликнула она с девичьим смехом. «Я люблю делать себе макияж сама. На самом деле, я нахожу смешной саму мысль о том, чтобы позволить кому-то другому сделать это. Какой смысл в самовыражении, если ты не делаешь этого сама?»

«Лично я не люблю макияж, — говорит Леона, — но если бы я когда-нибудь решила окунуться в него, я бы наверняка попробовала сделать это сама».

Мадам замерла, выгнув шею, чтобы взглянуть на отражение женщины в зеркале. «Ты пытаешься убедить меня, что никогда этого не делала? Камуфляж, несомненно, должен быть твоим навыком, моя дорогая».

Леона улыбнулась немного шире. «Это не совсем то же самое, мадам. Вы сами это сказали».

Ее рука не остановилась, когда она заканчивала, и все, что она сделала в ответ, это коротко кивнула в знак признания. Подтекст этого заявления был вполне очевиден — один был для обмана, а другой для самовыражения. Ну, если кто-то действительно делал различие.

«Как всегда, я вижу, ты умница», — подумала про себя мадам.

Закончив приготовления, она встала и последовала за женщиной. Они вдвоем поднялись на крышу, где их ждала парящая старомодная карета.

Вид на центр Нова-Йорка был прекрасен. Высокие, сложные здания вырастали, многие из них были даже выше, чем уже впечатляюще высокое здание, на котором они были. Бесчисленные сооружения плавали вокруг них, некоторые медленно меняли положение, когда владельцы меняли места, чтобы немного изменить вид. Либо это, либо чтобы дать тем, кто внизу, немного солнечного света.

Вдалеке она увидела бесконечный океан, простирающийся так далеко за горизонт, что его края были всего лишь дымкой мерцающей синевы, воздух преломлял свет таким образом, что создавалось впечатление, будто небо и океан разделялись, а не сходились на прямой линии.

Форма того, что раньше было Лонг-Айлендом, уже не была такой, какой была когда-то. Разлом не только значительно расширил площадь поверхности, но и изменил ее форму. Многие крупные городские центры были разбросаны, и между зданиями внезапно оказалось гораздо большее расстояние, чем до Разлома. Конечно, это пространство позже было заполнено естественным образом, и большинство старых зданий были либо разрушены, либо радикально изменены.

Манхэттен был другим. Большинство старых зданий остались там же, где и были, и географически он не сильно изменился.

Это была закономерность с местами, которые имели особенно высокую плотность эфира. По какой-то причине они были менее подвержены изменениям. Это не означало, что Манхэттен не претерпел радикальных изменений за последние 200 лет. Большая его часть была разрушена в ранних войнах, и только некоторые здания были воссозданы как дань уважения старому миру.

И некоторые части были… переприсвоены.

Отличным примером был Центральный парк. Раньше парк был открыт для всех, а теперь это была большая частная собственность с впечатляющим дворцом, построенным прямо в его центре.

Они сели в ожидавшую их карету, которая поднялась в воздух и доставила их в резиденцию императрицы.

Они пролетели мимо многочисленных плавучих сооружений и спустились в гигантский сад, приземлившись прямо перед Белым дворцом. Его название и архитектура напоминали Белый дом, здание, в котором жил президент Соединенных Штатов Америки. Это место, как и большая часть Вашингтона, округ Колумбия, было полностью уничтожено в ходе ранних войн.

Они вышли из машины и направились к роскошному строению, пройдя мимо его зияющего входа, окруженного огромными колоннами, и войдя в его глубины. Длинный коридор выстилал окрестности статуями ранних героев-архелюдей. Люди, которые помогли установить мир и стабильность в раннюю эпоху после Разлома, были восприняты как герои высшего порядка.

Естественно, только те, кто умер. Мертвые были мифологизированы именно потому, что их больше не было, чтобы обладать силой этих мифов.

Предоставление такого престижа тем, кто еще был жив, было дорогостоящим испытанием, поэтому их достижения преуменьшались, чтобы гарантировать, что у них не будет никаких шансов захватить какую-либо реальную политическую власть, помимо некоторого позерства и второстепенных ролей в местных сообществах.

Женщина, которая так небрежно шагала рядом с Мадам, несомненно, сыграла свою роль в смерти по крайней мере нескольких людей, увековеченных в этом зале.

После нескольких минут ходьбы они наконец вошли в главную комнату здания. Весь путь был широко открыт, без единой двери на их пути, но он был достаточно защищен и изолирован снаружи.

Как и ожидалось, роскошный, гигантский мраморный трон пустовал в центре хорошо украшенной, но темной комнаты. Тени скрывали большую часть картин и произведений искусства, украшавших стены.

Они прибыли на встречу рано, и даже с учетом этого императрица, скорее всего, опоздает как минимум на несколько минут.

Как бы то ни было, как только она подошла к трону, мадам опустилась на колени и, опустив голову, стала ждать прибытия императрицы.

Минуты тянулись, и она не могла не нервничать. Она не жаждала встречи по многим причинам, но она укрепила свою решимость.

Наконец, вдалеке, в пределах своего усиленного слуха, Мадам услышала шаги. Это был лязг стальных сапог по мраморному полу коридора. Она не сглотнула, но потребовалось некоторое усилие, чтобы не поддаться инстинкту.

По мере того, как грохот становился все ближе, можно было почувствовать ауру.

Несмотря на то, что Леона тоже была пятизвездочной, она была совершенно невидимой для чувств Мадам. Но это было только потому, что женщина была исключительной в том, чтобы оставаться скрытой.

Императрицу не волновало, кто почувствует ее прибытие.

Ее присутствие было сродни проявлению самой власти. Оно было властным и удушающим, настолько мощным, что его поток был вязким, как мед. Оно пропитывало комнату, выстилало стены и окружало всю комнату. Стены реагировали. Богато украшенный интерьер осветился, многочисленные картины и предметы искусства сверкали в отражении света, вызванного прибытием владельца.

Вся комната была залита светом, нежным и насыщенным, как солнечный свет, и большая часть сияния была сосредоточена на массивном троне, окутывая его таким великолепием, что это придавало ему божественную ауру.

Звук шагов менялся от шага к шагу, и комната была буквально наполнена аурой.

Тонкая испарина пыталась вырваться из-под контроля Мадам, но она сдерживала реакцию своего тела, следя за тем, чтобы на ее коже не появилось ни единой капли пота.

Один громкий стук за другим, звук сапог приближался, пока вдруг...

Громоздкая, мускулистая рука обхватила талию Мадам, приподняв ее. Твердый сустав зарылся в ее волосы, игриво их разгладив. Женственный, но глубокий голос хихикнул сверху, его густые тона были такими же полными, как стакан хорошо выдержанного виски.

«Нарцисс! Ты такой же милый, каким я тебя помню!» — заявила императрица, подхватив Мадам за подмышки и приподняв ее, как щенка, и уставившись на нее.

Мадам смотрела на огромную фигуру перед собой без малейшего намека на разочарование.

Императрица Кайя была ростом более двух метров, одетая в величественный золотисто-красный костюм, покрытый золотой накидкой. Ее длинные, простые каштановые волосы, прикрытые фуражкой в военном стиле, спадали на ее широкую спину. Ее лицо было лицом полуазиатской женщины, точеное и жесткое, с чертами такими острыми, что она могла бы резать алмазы своей линией подбородка. Ее глаза были так узко посажены, что они едва казались открытыми, а ее рот широко раскрылся в славной ухмылке.

Мускулистая, высокая и властная, она напоминала самку гиены, излучая ауру, которая делала понятия женственности и мужественности устаревшими.

«Рада тебя видеть, дорогая», — согласилась мадам. «Не могла бы ты меня отпустить?»

«Конечно!» — заявила Кайя с сияющей улыбкой, оставляя большой поцелуй на лбу Мадам и опуская ее на землю, как котенка, с которым ей надоело играть. «Итак... Как насчет того, чтобы начать эту встречу, а?»

Мадам не смогла сдержать подергивание глаза, но кивнула и слегка поклонилась, сделав грациозный шаг назад, чтобы позволить императрице беспрепятственно пройти к своему трону.

Высокая женщина хихикнула, шагнула вперед и села. Воздух вокруг нее слегка изменился, когда она устроилась поудобнее на троне. Шумная персона вернула себе королевскую власть, когда она положила щеку на костяшки кулака.

Мадам стояла там, сохраняя свою женственную грацию перед лицом хищника, стоявшего перед ней.

«Итак... О том сообщении, которое ты мне отправила», — начала Кайя, приподняв бровь. «Я думаю, мы обе знаем, что твои действия исходят из личной обиды», — заявила женщина. «Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы предположить это, и я достаточно уважаю тебя, чтобы верить, что ты не будешь пытаться скрыть это от меня. Я бы хотела услышать подробности этого конфликта, прежде чем мы продолжим».

Мадам кивнула, уже ожидая этого. Она принялась объяснять все, начиная с действий Василиска, как это связано с ее расследованием экспедиции, и заканчивая оценкой серьезности угрозы. Клан Крэйвенов избежал лезвия палача на волосок; если бы они не потеряли своего патриарха, ситуация вокруг этого полностью бы обрушилась на их головы.

Естественно, мадам умолчала о точных подробностях того, как она вычислила весь сценарий. Императрица уважала потребность своих вассалов в конфиденциальности относительно их средств и не стала вникать в более тонкие детали.

Все, что она перечислила до этого момента, едва ли расширило содержание ее письма. Должна была быть веская причина, по которой императрица пригласила ее сюда, и в зависимости от ее ответа это станет ясно достаточно скоро.

«Понятно», — сказала императрица, кивая, когда мадам завершила свой рассказ. «Это действительно история. Должна сказать, это невероятное совпадение, что человек, которого вы собирались допросить, — это тот самый человек, который был замешан в ущербе, причиненном экспедицией. Вы не упомянули об этом в своем письме, но почему вы наняли этого человека?»

«Он был первым, кто обнаружил вход в Фаралетал».

Императрица изогнула бровь. «Я не думаю, что этого достаточно, чтобы получить интервью у вас». Она ухмыльнулась. «В чем подвох?»

Мадам улыбнулась. «Вы совершенно правы. Это было только первое, что привлекло мое внимание к нему. Его история сделала мой выбор за меня». Она замолчала, вспоминая свое первое впечатление от этого человека. «Он был таким идеальным», — сказала она, вяло вздохнув. «Наивный, молодой, сексуальный и уродливый парень с поведением, которое достаточно обычно, чтобы быть понятным, но достаточно исключительно, чтобы выделяться. Настоящий аутсайдер. Герой масс».

Императрица, казалось, совсем не была впечатлена, но ответ, похоже, удовлетворил ее любопытство. «И почему Кравены преследовали его?»

Мадам вздохнула. «Если честно, я до сих пор не понимаю, почему», — сказала она, слегка нахмурившись. «Моя лучшая догадка — это то, что близость мужчины к созданию прохода привела к проявлению ценного уника, но я сомневаюсь в этом. Он действительно что-то скрывал, но я так и не узнала, где, почему и как.

«Однако я знаю, что г-н Маскарт был посвящен в эту информацию и что он использовал ее против клана Крэйвен, чтобы оказать на них давление. Я предполагаю, что он знал, что они будут действовать, и ждал, чтобы ковать железо, пока оно горячо. В любом случае, этот человек был бесспорно невиновен в каких-либо преступлениях, и их действия были несправедливы с обеих сторон».

Императрица промычала. «Понятно», — сказала она, постукивая пальцем по подбородку. «У меня есть для вас предложение, если вы хотите меня выслушать», — сказала она, ухмыляясь мадам.

Нарцисса понадобилось время, чтобы успокоиться, затем кивнула. Скорее всего, именно поэтому ее сюда и позвали.

«У меня есть новый проект, который я пытаюсь поставить на ноги в Стархолде», — сказала императрица. «Недавно мы открыли технологию, которая позволяет нам создавать симуляцию, которая идеально воспроизводит тело архечеловека в ложном мире».

Глаза мадам слегка расширились.

«Но, — сказала императрица, прерывая размышления Мадам, — есть одна загвоздка. Я уже понимаю, о чем вы думаете, и хотя вы не ошибаетесь, я не вижу, чтобы эта технология стала коммерчески жизнеспособной… когда-либо».

«Так дорого?»

«Нет…» — игриво сказала императрица, и на ее губах мелькнула легкая ухмылка. «Все основано на таланте одного человека. Он преступник, приговоренный к смертной казни, но в качестве альтернативы его держат в живых как основной компонент этой системы».

Мадам сдержала фырканье. Этот человек, вероятно, вовсе не был преступником, но тот факт, что императрица открыто делилась с ней этой информацией, был знаком того, что у нее не было выбора в отношении предложения, которое вот-вот должно было поступить.

«Видите ли, хотя Стархолд в целом является успешным проектом, в последнее время мы наблюдаем снижение числа людей, желающих туда переехать».

«Я сама слышала эти истории», — сказала мадам, кивнув.

Лагерь Вайолет был одним из многих примеров проекта, который пошел наперекосяк. Хотя немногие были столь кровавыми, многие забрали свою долю жизней и отправили домой множество людей с серьезными травмами и увечьями.

«Я не ожидаю от вас ничего меньшего...» Императрица улыбнулась. «С учетом сказанного», — она медленно поднялась на ноги и пошла вперед, — «мы ищем способы привлечь больше постоянных жителей. И... ну... арена, где никто не может получить постоянные травмы, звучит как именно то место, которое понравится тем, кто боится умереть».

«И я полагаю, вы хотите, чтобы я рекламировала эту арену?» — спросила мадам, но...

«Нет, дорогая. Я хочу, чтобы ты стала его лицом».

Глаза мадам широко распахнулись. «Договорились», — тут же сказала она.

Кайя громко рассмеялась над мгновенным согласием. Она подошла к Мадам и протянула ей руку. «Значит, мы договорились».

Это предложение не только стало бы идеальным шагом вперед для ее карьеры, но она фактически получила бы бесплатное приглашение утвердиться в качестве значимого игрока в Стархолде. Естественно, это было бы также довольно обременительно, но такова была цена власти.

«Я польщена вашим великодушным предложением, Ваше Величество», — сделала реверанс мадам, поблагодарив императрицу.

«Это справедливо», — ответила императрица, улыбаясь ей сверху вниз. «Вы оказали мне большую услугу, разоблачив ущерб, который нанесла экспедиция господина Маскаарта. Будет справедливо, если я вознагражу вас за вашу работу».

Ну, это была куча чуши. Если уж на то пошло, то все было наоборот. Разобраться с Гарольдом, этой змеей, было наградой Мадам за то, что она приняла несомненно жестокий вызов, который ей предстояло испытать.

Но для нее это была победа по всем направлениям. С ликующей радостью, клокочущей в груди, она приготовилась завершить встречу с императрицей.

«О, еще одно», — крикнула императрица, глядя на мадам сверху вниз. «Я собираюсь пойти разобраться с местным инцидентом. Не хотите ли вы пойти со мной?»

Мадам обдумала предложение. Оно было странным. На самом деле, похоже, не было скрытых мотивов — ни одного, о котором Мадам не могла подумать. Возможно, она посчитала это хорошим рекламным трюком? Если это так, то Кайя ошибалась. Образ Мадам был тщательно создан, чтобы быть настолько далеким от образа воина, насколько это возможно для человека. Ее сила подразумевалась, а не демонстрировалась открыто миру.

Ее противоречивые чувства были понятны даже императрице, которая любезно добавила: «У меня нет никаких скрытых мотивов за этим предложением, моя дорогая. Никогда не знаешь; если тебе скучно и у тебя есть свободное время, это может быть весело», — предложила она с нахальной улыбкой.

Мадам вежливо улыбнулась и покачала головой. «Извините, но мне придется отказаться. Я не любитель пачкать руки».

«Жаль. Ну, тогда мне, наверное, пора идти». И с этими словами она взмахнула плащом и прошла мимо Мадам, расправив плечи и глядя прямо вверх...

Как будто она собиралась просто выполнить какую-то работу по дому.

----------

Эйдолон Власти

Причин запечатать проход было так же много, как песчинок в пустыне. Однако все они в конечном итоге сводились к извечному правилу «риск против выгоды».

Пустошь, не имеющая ничего ценного, могла в один прекрасный день выпустить на свободу монстра, а если никто не стремился в ней работать, то держать ее открытой было просто невыгодно. И наоборот, адские зоны, в которых обычные люди не смогли бы выжить, оставались открытыми по всему миру, поскольку богатства в них были слишком ценными, чтобы закрывать их на замок.

В первые дни эпохи после разлома все проходы были открыты. Лишь спустя несколько десятилетий общество стало достаточно стабильным, чтобы организоваться и начать систематически запечатывать опасные области.

Многие из этих ранних печатей сохранились до наших дней.

Но люди... они были забавными созданиями. Глупые, безрассудные, эгоистичные, ленивые, недальновидные - они постоянно ошибались, и, как ни трагично, те, кто совершал эти ошибки, редко страдали от последствий собственной гордыни.

Более ста лет - долгий, долгий срок. За это время записи были утеряны. Кто в те времена беспокоился о том, что люди через сто лет не узнают, что скрывается за печатью прохода? Она была запечатана не просто так, но по какой причине? Кто знал? Кого это волновало? Просто держите его закрытым, чтобы не навлечь на себя кровавое бедствие.

А для современного человечества возможность заглянуть за них зависела от извечной проблемы - стоит ли риск выгоды?

Чаще всего ответ был... нет.

Открыть запечатанный проход - значит открыть ящик Пандоры. Какими бы ужасными они ни были, все они хранили в себе злостную ловушку.

Сидя в подземной комнате, в которой вокруг него рушились остатки старой инфраструктуры, он посмотрел на пустой рукав своей рубашки, а затем на светящийся ритуальный круг.

Пока что его аватар был в безопасности, но эти дети постепенно становились подозрительными. Что ж, неважно. Они не будут действовать по крайней мере еще несколько дней, а за это время его цель должна успеть появиться.

Он перевел взгляд на печать, лежавшую под ритуальным кругом. Для ее создания было использовано несколько специализированных способностей и множество ресурсов. Будь он более силён физически, возможно, ему удалось бы сломать ее силой, но сейчас ему пришлось прибегнуть к медленному рассеиванию эфирных структур, удерживающих барьер целым.

По комнате разнесся звук, похожий на звон хрустального ветра, когда критический компонент наконец рассыпался, и на его губах появилась усталая улыбка.

«Действительно, ящик Пандоры», - пробормотал он, положив ладонь на начертанную поверхность, чтобы отправить в нее импульс сущности.

От печати распространились крики - остатки воли, чей владелец давно умер, в последний раз тщетно сопротивляясь вторжению. Металлический барьер, закрывавший проход, в считанные секунды превратился в слой обычной сущности.

Из его правой руки сочилась темная сущность, превратившаяся в огромное щупальце тьмы. Оно зацепилось за небольшое отверстие в печати и потянуло вверх. Несмотря на то что печать была обычной, она была сделана так, чтобы выдерживать подобное. Тот, кто создал ее, прекрасно понимал, какую опасность представляет запечатанная в ней вещь.

Однако создатель не мог предположить, насколько могущественным может стать пятизвездый архичеловек.

Еще одним импульсом сущности щупальце с громким скрипом сорвало металл с петель и отбросило его в сторону, заставив зацепиться за землю неподалёку, а сам он посмотрел вниз через круглый проход, похожий на люк в земле, за которым находилась тёмное помещение.

Вокруг было мало света, но это не мешало ему видеть. С помощью Ночного Зрения он вглядывался в темноту, разглядывая величественную и торжественную палату.

Улыбка заиграла на его губах, когда он сделал шаг и прыгнул вниз.

Он приземлился с легким стуком, который эхом разнесся по залу и докатился до высоких, внушительных стен и колонн. Он поднял голову и посмотрел на трон в другом конце комнаты.

На нем сидела совершенно неподвижная фигура. Она была похожа на безликую белую куклу, облаченную в королевские одежды и носящую на голове величественную корону. Заметив его присутствие, фигура медленно подняла голову.

В одно мгновение воздух в комнате изменился. Невероятное давление пронеслось по его телу: само понятие власти скопилось в воздухе вокруг него, вселяя в него жгучее желание преклонить колени и повиноваться.

«Ещё нет», - сказал он, не поднимая головы и глядя на эйдолона власти. «Я пришел сюда, чтобы поклясться вам в своей верности, ваше высочество, - сказал мужчина, слегка поклонившись - почтительно, но не покорно. Еще нет. «Полагаю, вы чувствуете мою силу так же, как и я вашу. Мое служение, несомненно, будет ценным приобретением для вашего величества».

Эйдолон вздрогнул при этих словах. У него не было рта, поэтому он не дал  ответа. Вместо этого он поднял руку и щелкнул пальцами.

Из вспышки света у эйдолона появился дух. Его синяя голова была массивной, как и поразительные золотые глаза, а аккуратные одеяния колыхались, словно на них дул неосязаемый ветер. Он поднес маленькую руку с тонкими длинными пальцами, сжатыми в кулак, к своему крошечному рту чтобы откашляться. «Мой господин говорит, что тебе нельзя доверять», - произнесло оно вежливым голосом. «Если у тебя есть желание служить, ты должен доказать свою преданность. Подкрепи свою преданность соответствующим доказательством, и будешь принят в слуги».

«Принято к сведению, почтенный господин», - ответил мужчина без малейшего намека на сарказм. «Действительно, я пришел сюда не как враг и готов это доказать. Но у меня есть условие».

И дух, и внушительный эйдолон напряглись при этом заявлении.

«Как вы можете видеть, я не испытываю недостатка в силе. Смею сказать, что если бы мы оказались на противоборствующих сторонах, было бы нелегко угадать, кто одержит верх. Вы согласны?»

«Как ты смеешь?» - прошипел маленький слуга. «Направь свои мелкие угрозы на своих младших, изверг! Немедленно убирайся!»

«Я перестарался», - подумал он, и вздохнул, подняв правую руку. Небольшая масса тени сгустилась вокруг его среднего пальца и усилием воли оторвала его. Он не выказал ни малейшей реакции на боль.

«Мои извинения», - сказал он, глубоко поклонившись. «Надеюсь, пальца будет достаточно, чтобы извинить мой проступок».

Две эфирные конструкции молчали долгое мгновение, а затем король кивнул.

«Хмф», - насмешливо произнес слуга. «Тебе повезло, что мой господин сегодня великодушен. Хорошо. Мы выслушаем тебя. Что ты желаешь получить в обмен на свое порабощение?»

Он улыбнулся и поднял голову, затыкая тенью рану на пальце. «Я бы хотел, чтобы вы помогли мне совершить государственный переворот».

В одном из общедоступных миров в Нова-Йорке группа террористов отгородилась барьером. Этот мир был одним из многих, пострадавших от крупной скоординированной атаки. Это был мир ранга C, расположенный в Таранции, небольшом мире фиолетовых полей и высоких, похожих на динозавров монстров.

Проход преграждал плотный волнистый барьер из непрозрачной жидкости, служивший почти нерушимым препятствием для всех сил, пытавшихся его пробить. Кто поставил барьер, никто не знал.

Единственное, что было ясно, - его невероятно трудно пробить.

Поэтому для людей, находившихся внутри, стало неожиданностью, когда по миру разнесся звук взрыва и сюда хлынуло полчище людей.

Меньше чем за полчаса группа террористов была задержана, а орда монстров, которую они собрали, постепенно рассеивалась. Как и предсказывали многие, как только эти люди были схвачены, на их лбу загорелся ритуальный круг, и они умерли, покончив с собой в тот момент, когда их план провалился. Не было никаких указаний на то, кто именно стоит за этой группой. Не было никаких признаков, указывающих на кого-то конкретного.

Кайя стояла у прохода, внутри мира, и следила за тем, чтобы никто не сбежал.

Ее внушительная фигура была непоколебима, а глаза пристально разглядывали мир. Непосредственно вокруг прохода было жуткое зрелище. Многочисленные трупы, разорванные, обожженные, облитые кислотой, пораженные некротическими заклинаниями и разрезанные на части, были разбросаны повсюду, а головы, руки и ноги плавали в лужах крови.

Императрица вздохнула и, сплюнув на землю, слегка покачала головой. «Ну и бардак».

Она едва ли впервые наблюдала подобное зрелище. Хотя она редко выходила на улицу в таком виде, ей было необходимо время от времени напоминать всем о своем существовании.

И все же, когда она стояла у входа, интуиция подсказывала ей, что что-то не так. Ее прибытие в столицу было чистой случайностью, и не было ничего удивительного в том, что ее помощь не была учтена. Но, несмотря на это, все происходящее было... неправильным. Все было слишком хорошо организовано для такой рискованной и глупой затеи.

Пятизвездночных архов в империи было немного, и большинство из них находилось в Стархолде. Если бы кто-то из них решил прилететь в Нова-Йорк в то время, когда все это происходило, они могли бы помешать этому. Конечно, это не гарантировано, но вероятность того, что это произойдет, составляла 30 %. Это был слишком большой риск для столь бессмысленной затеи.

Нет, здесь скрывалось нечто большее. То, что проплыло перед ней, было красной селедкой - акула пряталась глубже.

Леона внезапно появилась рядом с ней, сбросив пелену невидимости. «Я не обнаружила признаков присутствия здесь кого-либо могущественнее трёх звёзд».

«Есть ещё что-то?»

«Нет. Судя по тому, что я увидела, их целью было вызвать искусственный разрыв. Второстепенные мотивы неясны».

«Мы немедленно переходим к следующему проходу», - объявила Кайя. «Что-то не так с этим нападением. Я хочу разрушить все барьеры к концу дня. Начнём с крупных».

София медленно пошевелилась. Голова раскалывалась от сильной боли. В  нутре бушевал сильный голод. Открыв глаза и приподнявшись, она столкнулась лицом к лицу с дряхлым неживым существом. Она закричала. Точнее, попыталась, но пересохшее горло издало лишь длинный, скребущий голос.

«Расслабься, - прохрипела живая мумия, держа руку над ртом. Каждую секунду на руке существа появлялась маленькая капля воды, чтобы смачить губы.

«Подожди... Фредди?» - спросила она, нахмурившись. «Что, чёрт возьми, с тобой случилось?»

Он выглядел абсолютно ужасно. Кожа на его теле сморщилась, и он стал похож на... ну... мумию.

«Отравление сущностью», - еле слышно прошептал он.

«А...», - сказала она, на мгновение расслабившись, а затем снова впадая в панику. «Ты в порядке?»

«Нет», - просто ответил он. «Но буду, как только приду в себя».

Учитывая абсурдно медленно вытекающую воду из его пальца и тот факт, что он использовал водную эссенцию для конденсации воды, тем самым еще больше усугубляя свое отравление, она сомневалась, что его восстановление пройдет гладко.

«Перестань создавать воду, болван, ты сделаешь только хуже. Я пойду принесу воды».

«Я не и… диот», - кашлянул он, чтобы прочистить горло. «Я уже успокоил отравление. Но я все равно буду благодарен за воду. Только будь осторожна. Монстры».

София коротко кивнула, выходя из маленькой норы, в которой они прятались. Через пять минут она вбежала обратно, а следом за ней показалась большая голова неббера. Из безопасного укрытия она взмахнула мечом и вонзила его в глаз. Монстр издал протяжный болезненный вопль и упал замертво.

«Эти твари такие надоедливые!» - выдохнула она, рухнув на землю. «Ах, я так голодна, что съела бы эту тварь целиком».

Фредди захихикал. «Ты принесла мне воды?»

«Да, вот, держи, кривоголовый», - сказала она, передавая ему флягу с водой. «Пей до дна, раз уж я не собираюсь возвращаться на улицу за добавкой».

Фредди выпил воду из маленькой емкости, затем подошел к кровоточащей шее мертвого неббера. Он положил ладонь на рану и, выпустив небольшую порцию кровяной сущности, начал впитывать кровь через ладонь. Тем временем он замахнулся кинжалом на искру смерти.

«Э-э... это не...»

«Я знаю, что это не лучшая идея, София», - покачал он головой и ехидно усмехнулся. «Но я выживу».

Естественно, поглощение крови неизвестного монстра было... ну... тем же самым, что и инъекция крови неизвестного монстра. Не очень хорошо для тех, кому нравится быть живым. К счастью, дьявольская комбинация нежити и 1% Вампиризма помогла ему не получить слишком много повреждений, пока его тело боролось с притоком чужой крови.

В течение следующих десяти минут цвет его кожи и общее состояние быстро улучшались.

София съела немного мяса, предварительно обработав его, естественно. По сравнению с ужасной плотью горелов это было уже кое-что, но до роскошной кухни было еще далеко.

Некоторое время они восстанавливали силы в тишине. Первым заговорил Фредди. «Мы живы», - сказал он.

«Да, живы», - подтвердила она.

«Это хорошо, да».

«Да, сэр».

«Да, нет, я просто... да». Он кашлянул. «Я рад, что мы в безопасности».

«Ты хочешь что-то сказать?» - спросила она.

«Я просто...» Он почесал голову. «Извини за ноги».

«За что?» - спросила она. «А! Да не волнуйся», - сказала она. «Да, это было отстойно, но ты же не специально это сделал».

«Да...» Его голос прервался, когда он покрутил пальцами. «Так... Как ты себя чувствуешь?»

«Хорошо. А ты?»

«Я в порядке... В порядке, да... В крови такое чувство, будто я впрыснул в нее миллион огненных муравьев, но ощущения... ну... скажем так, я вошел только на территорию шестизначных цифр. Огненных муравьев, я имею в виду».

Она хихикнула. «Я приготовлю пару искр, чтобы помочь тебе. Мне бы тоже не помешала парочка, чтобы справиться с головной болью».

«Да... но мы живы... и мы в безопасности».

София долго смотрела на него. Он на мгновение встретил ее взгляд, а затем отвел глаза. Было совершенно очевидно, что он ходит вокруг да около какой-то темы. Она не могла не вздохнуть. «Спасибо».

«За что?»

«Разве это не очевидно?» - предположила она с ухмылкой.

«Ну, это было бы так, но это была одна из тех драматических благодарностей, за которыми, как ты знаешь, кроется что-то особенное, понимаешь?»

Она закатила глаза и покачала головой. Она отвернулась, не желая показывать ему свое лицо. В ее голове проносились мысли. Она подумала о культе. Нет, не о культе.

О ее старой семье.

Ее старые друзья.

Ее прежняя жизнь.

Они были там, причиняли боль людям, делали ужасные вещи во имя своей цели. Как легко было бы оказаться среди них.

Больше, чем смерти, больше, чем опасности, больше, чем боли, она боялась столкнуться с ними. Мысль о том, что она найдет кого-то, кого узнает, была как кинжал в сердце. Это было больно. Даже в этот момент она не могла просто отмахнуться от связи с ними.

Но как бы болезненно это ни звучало для кого-то другого, её радовало то, что они делали. Быть такими жестокими. Быть таким очевидным злом с точки зрения стороннего наблюдателя. Так было легче оправдать свой выбор. Даже если от этого она не чувствовала себя менее потерянной.

Фредди снова кашлянул, такой же нетактичный и бестолковый, как и был. «Итак... Я ждал, когда ты проснешься, чтобы мы могли решить, что делать дальше».

Действительно. Хотя они были в относительной безопасности, все еще существовала угроза быть обнаруженными.

«Да», - сказала она. «Нам следует уйти ещё дальше».

Так они и сделали. Осторожно, стараясь не привлечь ни одного из демонических капрагорнов, они переходили из одной рощи в другую. То, что они не находились в той же роще, что и проход, уже было большой разницей, и они решили, что это достаточно безопасно.

На этот раз они забрались на одно из деревьев. В этом мире не было воздушных хищников, и ничто опасное не могло забраться на деревья, так что это был лучший вариант, чем ждать под землей.

Там они прождали, казалось, несколько дней. Однако в этом мире постоянно светило солнце, и трудно было точно определить, сколько времени прошло. Карманные часы, которые они взяли с собой, остались позади вместе с другими ненужными вещами, которые они принесли в рюкзаках. Долгое время они просто ждали, находясь в полном одиночестве.

Затем Фредди услышал вдалеке голоса.

«Тссс», - шикнул он на Софию, стараясь лучше слышать. «Кто-то идёт».

София побледнела. Голоса были тихими и далекими, и вскоре они исчезли. Как раз в тот момент, когда они начали расслабляться, снизу раздался громкий голос.

«Двое на моей позиции!»

Всем привет! Переводчик на связи, в команде пополнение, один из читателей (как и я когда то) решил тоже заняться переводом данной книги, это его первая глава, надеюсь вам понравилось!

----------

Кандалы

Иллия грызла ногти, а налитые кровью глаза смотрели на бич собственного существования. Она не спала уже несколько дней. Артефакт - большая мумифицированная рука с багровой кожей и острыми ногтями - пресекал все попытки хоть как-то приглушить его кровожадную ауру.

Несколько человек стояли вокруг устрашающего предмета, демонстрируя признаки стресса и сильного истощения. Ситуацию не улучшала и гора тошнотворной, гниющей плоти, от которой исходил такой неприятный запах, что смертный мог упасть в обморок.

Ситуация начинала действовать всем на нервы, и она чувствовала, как влияние грызет ее, требуя, чтобы она перерезала кому-то горло голыми руками.

Они перепробовали множество способов, от рунических надписей до оков и заклятий, но ничего не помогало. Эфирные конструкции просто не могли поддерживать свою форму в присутствии этой конечности.

Естественно, столь мощный артефакт должен был стоить немалых денег. Но его, несомненно, значительная денежная стоимость вряд ли имела для них значение, когда одного его присутствия было достаточно, чтобы полностью разрушить их планы.

Отсутствие живой приманки не должно было стать большой проблемой. Одного только запаха крови уже было достаточно, чтобы через проходы потянулись голодные монстры.

Проблема заключалась в том, что они мгновенно приходили в бешенство, устремляясь к стоящей перед ней конечности, словно мотыльки, летящие на пламя. А когда они оказывались здесь, то начинали убивать друг друга.

У них вряд ли получилось бы организовать прорыв при помощи кучи трупов.

При таком раскладе их план ждал провал.

Но этого не должно было произойти.

Этот объект был достаточно опасен сам по себе. Если бы они только придумали, как правильно использовать его, ущерб, который он мог бы причинить, превзошел бы их предыдущий план.

Единственная проблема заключалась в том, что он может оказаться… слишком эффективным. Их план не предусматривал уничтожения варварского города до основания. Это был лишь первый шаг к передаче их послания. Он должен был посеять семена недовольства и создать благоприятную почву для восстания.

Посеяв семена отчаяния, они лишь укрепили бы статус-кво, пока люди роились бы вокруг знакомого запаха пропитанного кровью полосатого флага.

Растерянно вздохнув, она приняла решение. «Всем отступать», - устало сказала она. «На данный момент мы исчерпали все возможности. Мы возьмем день на восстановление, а затем продолжим...»

Пронзительный, сокрушительный звук эхом разнесся по всему миру, и люди в плащах повернулись к источнику.

Стоя на горе из плоти, они находились на возвышенности и могли легко и четко определить источник оглушительного шума.

Он доносился из прохода - входа в мир.

Из проломленного барьера торчала огромная, белая как кость рука с высеченными мышцами. Она была настолько толстой, что едва помещалась в таком широком портале, растянувшись более чем пятнадцать метров в длину. Из-за ее ужасающих размеров гигантская конечность перед ними выглядела как рука ребенка.

«О боже», - прохрипел Дэмиан, поднимая руку, чтобы почесать затылок. «Это нехорошо».

Иллия бросила смертельный взгляд на грузного мужчину.

«Простите, босс», - сказал тот, отступая назад.

Гигантская рука внезапно уменьшилась, сдувшись, как воздушный шарик, и скрылась в проходе. Иллия узнала вид этой конечности. Все присутствующие узнали.

Это было Воплощение Власти. Один из самых известных талантов в этой части мира.

Призыв к славе?

Его хозяйка - императрица Американской империи.

«Мы пошли на риск, зная, что такое может случиться», - решительно заявила Иллия. «Не падайте духом. Глава скоро позовет нас. Делайте все, что в ваших силах. Сопротивляйтесь до последнего вздоха».

«Не умирайте напрасно».

Фредди вызвал свои Кровавые Кастеты еще до того, как увидел, кто кричит. И он, и София спрятали свои тела за толстыми ветвями, чтобы не попасться на глаза тому, кто решил бы метнуть в них снаряд.

«Пожалуйста, назовите себя!» - крикнул голос. Это был мужской голос, и звучал он явно... по-военному?

Фредди поднял бровь. Вопреки здравому смыслу он выглянул из-за ветки и посмотрел на окружавших их людей.

На них были направлены многочисленные луки, а их владельцы были одеты в камуфляж военного образца. Вместо того чтобы отчаяться, Фредди почувствовал восторг. «Не стреляйте!» - крикнул он. «Мы гражданские!» Он быстро убрал свои Кровавые Кастеты и жестом показал Софии, что надо опустить меч.

«Оставайтесь на месте!» - авторитетно крикнул мужчина. «Приготовьте свои удостоверения личности и бросайте их вниз!»

«Хорошо!»

После того, как Фредди убрал Кастеты, он достал из своего кольца удостоверение личности, и София последовала его примеру. Они бросили их на землю, и один из окружавших их людей поспешил подобрать их.

«Сейчас мы подготовим для вас подушку безопасности», - сказал мужчина. «Пожалуйста, спрыгните с дерева, заложив руки за голову. Не сопротивляйтесь. Если вы проявите хоть малейшие признаки враждебности, мы имеем право применить летальные меры».

«Хорошо!» подтвердил Фредди.

Люди в форме бросили под дерево шар, и через секунду он надулся, превратившись в большую подушку. София спрыгнула первой, положив руки на затылок. Как только она встала с подушки, один из мужчин, стоявших рядом, использовал способность манипулировать металлом, чтобы заковать ее в кандалы.

Из рук мужчины протянулась цепь, прикрепленная к наручникам, на которых светилась руническая печать.

«Эй!» - закричала она в знак протеста, заставив нескольких солдат поднять луки и нацелить их на нее.

«Не сопротивляйтесь!» - снова закричал мужчина. «Вам нечего бояться, если вы невиновны. Это просто мера предосторожности».

Вскоре за ней последовал Фредди, и, как и Софию, его тоже заковали в кандалы, как только он поднялся с подушки. Вместо того чтобы напрячься, он почувствовал заметное облегчение. «Никогда не думал, что арест может быть таким приятным».

«Пойдемте», - сказал мужчина, кивнув остальным присутствующим.

Человек, управляющий их кандалами, вежливо подтянул их. «Пожалуйста, не сопротивляйтесь».

Фредди кивнул.

Таким образом, они повели их за собой. Большинство присутствующих разошлись, вероятно, продолжая поиски культистов, которые могли находиться в этом мире.

Он полагал, что им позволят уйти, когда с них снимут подозрения. Внезапно его шаги остановились. Мужчина снова дернул за цепь, побуждая Фредди продолжать идти.

Хотя он почувствовал огромное облегчение при появлении солдат... не вляпались ли они в дерьмо?

Софию тоже тащили, но она была довольно далеко от него, поскольку им не разрешалось находиться рядом друг с другом. Он не мог поговорить с ней. Они не могли ничего обсудить. Даже если они находились достаточно близко, чтобы говорить друг с другом, за ними следили.

Изо всех сил стараясь подавить панику, Фредди размышлял над их положением. Неужели их будут допрашивать? Если это так, то ему следует бежать прямо сейчас!

София буквально выросла в секте, ответственной за это. Ее даже не нужно было допрашивать - это было в ее документах! Женщина обратилась в полицию после того, как сбежала из этого чертова культа!

Обычно это было бы доказательством того, что она порвала с ними связи. Но в данном сценарии то, что она оказалась там во время теракта, было слишком большим совпадением.

А что насчет него?

Если бы они взглянули на его записи и увидели те два года, когда он просто полностью пропадал, а потом вернулся в общество, выглядя совсем по-другому и обладая гораздо большей силой, он выглядел бы еще более подозрительно, чем София!

Вот дерьмо... - подумал Фредди, сглотнув. Меня посадят в тюрьму, да?

Ну, только если его не казнят.

Пот стекал по его спине, и он посмотрел на Софию. Она выглядела потрясенной.

Отлично! Теперь мы даже начинаем выглядеть виноватыми!

Самая большая проблема заключалась в том, что они оба не принадлежали ни к какой группе. За ними не стояло ни одной фракции, а значит, никто не смог бы заставить обвинение проявить должную осмотрительность.

При том, как работала система правосудия в империи, поддержка и статус были важнее, чем невиновность. Два придурка, на которых никто не обратил бы внимания, всегда оказывались в опасности, когда оказывались против закона.

Сердце заколотилось в груди. Должны ли они бежать? Если да, то сейчас самое время принять такое решение. Их окружало всего несколько солдат, в то время как большинство остальных рассредоточились, чтобы обыскать более обширную территорию.

Он слегка потянул за кандалы, проверяя их прочность. Он поморщился. На ощупь они были очень прочными, и без хотя бы двухзвездочного Гидравлического Напряжения или Струящегося Удара, который сломал бы ему руки, он не видел способа освободиться.

Рунические надписи никак не препятствовали потоку его сущности, так что, скорее всего, они служили для укрепления металла.

Решив проверить их на прочность, он втянул в себя сущность и попытался использовать Гидравлическое Напряжение.

Тут же из наручников донесся вопль тревоги, и пятеро солдат обернулись, нацелив луки ему в голову.

«Стойте, стойте, стойте! Простите! Мне очень жаль!» - закричал он. «Я... я... я пытался использовать Гидравлическое Напряжение, чтобы было легче ходить! Я... я чертовски устал. Не ел несколько дней и все такое...»

Его жалкое оправдание, похоже, никого не убедило.

Человек, державший его на поводке, достал еще один комплект кандалов и застегнул их на запястьях, а затем вызвал гигантскую цепь, которой связал Фредди по рукам.

Выражение лица Фредди было крайне кислым.

Ну что ж... И что мне теперь делать, черт возьми?

Джейкоб сидел с угрюмым выражением лица, держась в своем маленьком отсеке и не желая ни с кем разговаривать. Время шло, и не было никаких признаков того, что их кто-то преследует.

Но вдруг все изменилось.

За преградой, отделявшей их от остального мира, послышались голоса, которые вскоре перешли в крики.

Почти все в комнате приняли боевую стойку, приготовившись к драке, но Джек поднял руки. «Подождите!» - крикнул он. «Я отчетливо слышу голоса! Это не террористы! Они говорят как солдаты!»

Волна облегчения мгновенно охватила всех присутствующих в комнате.

Несколько мгновений спустя лезвие прорезало стену, сдерживающую их.

На мгновение Джейкоб испугался, что ловушка сработает и ранит кого-нибудь, но, к его облегчению, солдаты, похоже, обезвредили ее, прежде чем открыть баррикаду.

«Всем лечь на землю!» - крикнул голос с другой стороны. «Руки за голову!»

Те, кто поумнее, немедленно подчинились, а те, кто поглупее, последовали их примеру. Даже закованный в броню старик повиновался.

Над ними проплыли кандалы, надели на всех наручники, и цепи потащили их одного за другим.

Никому не понравилось, что им в лицо направили луки, особенно после всего, что они пережили, но, тем не менее, вид людей в форме принес облегчение. Их выводили одного за другим из подземелья в вестибюль здания.

Там мужчина осмотрел их, удостоверившись в их личности. Джейкоб, Карен и Филипп были освобождены от ограничений, как только их личности были установлены, но всех остальных держали в кандалах.

И наконец, последним, кого вытащили, оказался старик.

«Пожалуйста, предъявите ваши документы!» - приказал солдат.

«Прошу прощения, - сказал бронированный мужчина. «У меня нет с собой документов».

Солдат щелкнул пальцем, и на старика надели еще несколько слоев кандалов. «В качестве меры предосторожности вы будете дополнительно скованы до выяснения вашей личности. Пожалуйста, не сопротивляйтесь».

«Это не проблема», - сказал старик своим обычным, обезоруживающим тоном. «Спасибо за службу».

Джейкоба, Филиппа и Карен вывели первыми, а остальных потащили по отдельности.

Через час они сгруппировались у прохода, ведущего в мир горелов. Следуя друг за другом, они прошли через него.

Как только они переступили порог прохода, у большинства из них вырвался вздох.

Кроваво-красное небо над головой явно вызвало у Джека и Джин какие-то нежелательные воспоминания. Все знали, что означает это небо. Это были Багровые Сумерки - и для их появления было еще слишком рано.

Но если этот мир и был чем-то известен, так это непостоянными интервалами, через которые происходили события. Само по себе это не было слишком странным, даже если время было причудливым.

По-настоящему их потрясло отвратительное зловоние, а также вид кучи плоти вдалеке. Что бы здесь ни произошло, это было... ужасающе.

Джейкоб смотрел на разрушения мертвым взглядом. Экосистеме был нанесен непоправимый ущерб, и пройдет немало времени, прежде чем этот мир снова станет пригодным для использования.

Однако он выбросил из головы мысли о том, к каким последствиям это может привести. У них было более чем достаточно капитала, чтобы пережить это. На самом деле катастрофа для него не имела никакого отношения к деньгам.

После тошнотворного похода через лес, по которому текли реки гнилой крови, они достигли поляны рядом с главным проходом.

То, что он там увидел, было... довольно неожиданным.

Его звали... Лиам? Это был тот самый парень, который увёл жену у Тео. Он был без футболки и сильно скован, скорее всего потому, что у него, как и у старика, не было с собой удостоверения личности, когда его нашли солдаты.

Это зрелище, а также вид Теодора и Беатрис, смотревших на мужчину с шокированными и пристыженными выражениями, привнесли в жизнь Джейкоба крошечную толику радости.

Он также узнал женщину, стоявшую рядом с мужчиной, - это была та самая девчонка, которую он привел с собой в клуб в тот раз. Проклятье, ну и жопа!

Может, попробовать... отомстить за своего хорошего друга Теодора? Как говорится, око за око. Это звучало как забавный способ отвлечься от всего того дерьма, через которое он прошел.

Мысли о Лиаме быстро выветрились из головы Джейкоба, когда он заметил еще одного человека. Женщина шла по тропинке в сопровождении двух охранников.

У Джейкоба отпала челюсть.

Женщина была почти такого же роста, как и он, одетая в королевские одежды, и смотрела на их группу как ястреб. Он видел ее много раз - ее лицо было нарисовано на многих вещах и транслировалось почти ежедневно. Это была императрица. Что, черт возьми, императрица там делала?

Как только они вышли на поляну, Джейкоб, Карен и Филипп опустились на колени перед устрашающей женщиной.

Лиам, нервный мужчина, смотрел на них с замешательством, как бы задаваясь вопросом, почему они стоят на коленях. Затем он повернулся лицом к вошедшей женщине. «Святое дерьмо!» - воскликнул он, едва не заставив Джейкоба разразиться хохотом.

Мужчина поспешил встать на колени, и женщина рядом с ним вскоре последовала его примеру.

Фредди проклинал себя, вытирая пот из каждой поры своего тела.

Почему императрица здесь!? Почему я так кричал!? Ааааа! - внутренне закричал он.

Как только он подумал, что его день не может стать еще хуже, случилось нечто подобное. Это было просто замечательно.

Не стоит и говорить, что шансы на успешный побег с сохранением жизни уменьшались с каждым мгновением. Как будто толстых металлических кандалов было недостаточно, на страже стояла одна из самых могущественных персон империи, если не самая могущественная.

К его ужасу, женщина вдруг повернулась и посмотрела на него. Тяжесть ее взгляда была подобна попытке уравновесить наковальню на его голове. Одно неверное движение - и он почувствовал, что его ждет сильная боль.

Женщина вдруг начала жестикулировать пальцами. Секретный код?

Внезапно мужчина, державший Фредди за поводок, дернул его за него и потянул назад, увлекая в лес.

Что за...

Солдаты, державшие других заложников, похоже, сделали то же самое. Однако один человек остался на поляне один. Полностью закованный в броню мужчина, на теле которого было больше кандалов, чем даже у Фредди, стоял в одиночестве в центре поляны, пока все от него отдалялись.

«О, Боже», - произнес мужчина.

Внезапно, во вспышке белого света, появилась фигура. У Фредди отпала челюсть.

Позади нее возник белый титан с начертанными на коже руническими формациями - физическое воплощение власти императрицы. Это был гигант ростом даже выше, чем Кровопролитие, когда он вызвал его несколько дней назад.

Затем он откинул кулак и обрушил его на закованного в броню человека.

Ударная волна разлетелась во все стороны, толкая деревья и отбрасывая отступающих людей. Каждый лист на ближайшем дереве был сорван, оставив навес пустынным. Земля под ногами слегка просела, а затем отскочила назад, сбивая всех с ног, пока шторм уносил их прочь.

Фредди отбросило назад, и он упал на землю, так как в ушах у него пульсировало от взрыва. Несколько секунд он не слышал ничего, кроме высокочастотного гула.

Он не видел, что происходит. Буря листьев и пыли застилала ему зрение, а осколок камня впился в нос. Он закашлялся, отхаркивая коричневую слюну и освобождая легкие от вдыхаемой пыли.

Очередная ударная волна заставила мир содрогнуться, а звуки взрывов стали громче.

С многочисленными сковывающими устройствами подняться было непросто, но ему не пришлось делать это в одиночку. Солдат поднял его на ноги и что-то крикнул - скорее всего, приказал следовать за ним.

Что бы ни происходило, Фредди был рад оказаться как можно дальше от всего этого. Облако пыли медленно рассеялось, и он огляделся, пытаясь понять, где София.

Он быстро заметил ее. Она стояла всего в нескольких метрах от него, но ее присутствие не принесло ему облегчения. «София...?» - позвал он.

Она замерла, широко раскрыв глаза и разинув рот.

«Сейчас не время...» - попытался он, но его слова были прерваны, когда на лбу Софии появился ритуальный круг.

«Ф-фредди... Что происходит?» - спросила она с паническим выражением лица.

Затем ее глаза закатились, когда по ее телу прокатился импульс силы.

----------

Красный Барьер

Иллия стояла на небольшой поляне.

Все остальные члены отряда стояли на виду - более 50 человек в плащах стояли посреди открытой поляны.

Однако, когда другая группа солдат прочесывала близлежащий лес, они прошли мимо, совершенно не заметив их присутствия.

Их скрывал большой иллюзорный массив, один из самых дорогих, который можно было купить за деньги. Но даже если это было чудо эфиртеха, то для человека с третьей звездой и выше это было детским садом.

Если присмотреться, то можно было заметить, что «пустой участок травы» выглядел со стороны несколько искаженным.

Нет нужды говорить, что такая тактика скрытия не позволит им прятаться долго.

Все это время она глубокомысленно хмурилась. Может ли быть так, что Глава даже не заметил, что что-то не так?

Если так, то получается, что они просто ждут пока их обнаружат и убьют?

Она знала, что положение у них отчаянное; она знала это с того самого момента, как Воплощение Власти прорвался сквозь барьер, но ждать, пока что-то пойдет не так, их группы не умели. Всегда существовал план «Б», альтернативный ход, который они могли предпринять.

И действительно, у них были планы на случай прибытия императрицы.

Но все, что сказал Глава о такой возможности, - это то, что «он позаботится об этом», если возникнет такая ситуация.

Конечно, она в нем не сомневалась. И она никогда бы не сказала об этом открыто, боже упаси, но... столько всего уже пошло не так. Она не могла побороть закрадывающуюся паранойю.

Внезапно по всему миру разнесся мощный звук. Ударная волна пронеслась по листьям, подняв пыль и разрушив иллюзорный барьер, скрывающий их.

Она выругалась. Им придется сражаться. Как раз в тот момент, когда она собиралась отдать приказ, сквозь облако пыли она заметила нечто странное.

Ее люди... корчились? Почему?

Внезапно она заметила еще кое-что. Она почувствовала жжение. Интенсивное жжение. Огонь охватил все ее тело. На лбу собралась странная сила, и она осторожно прикоснулась к ней пальцем. Когда она прикоснулась к нему, то почувствовала облегчение и мягко улыбнулась.

«Значит, у вас все-таки был план для нас».

В воздухе висела пыль.

На небольшой поляне, недалеко от входа в мир горелов, стояла императрица Американской империи со скрещенными руками, а ее аватар тем временем отводил назад свой гигантский кулак.

Ее глаза, похожие на ястребиные, сканировали окружающее пространство, и прошло совсем немного времени, прежде чем она заметила закованного в кандалы человека, стоявшего в нескольких футах от места удара. Он напряг мышцы и, почти не прилагая усилий, разорвал сковывающие его путы, словно они были сделаны из бумаги.

«Скользкий ублюдок», - выругалась она, отдавая мысленную команду своему аватару.

Воплощение Власти взмахнул одним кулаком, затем другим, охотясь за крошечной мишенью, но каждый раз едва не теряя ее. Он щёлкнул языком, отводя массивные конечности назад.

Его мышцы внезапно вздулись, и он с титанической силой сжал руки в кулаки. Ударная волна мгновенно развеяла пыль, обнажив фигуру в простых доспехах.

По внешнему виду невозможно было определить, кто это. Он также не использовал никаких способностей. Но даже тогда она не узнала его ауру.

Пятизвездочных архилюдей было мало. Это был либо тот, кто скрывался в пределах империи, либо кто-то из чужой страны.

Во всяком случае, он был врагом.

«Кто ты?» - властно спросила она.

«Кто? Я?» - обезоруживающе ответил мужчина, жестом показывая на себя, как будто он был не более чем безобидным стариком. «Я просто прохожий, ваше величество».

Внезапный импульс сущности распространился из-под ноги императрицы и устремился прямо под мужчину. В следующее мгновение из земли вырвались каменные шипы, но закованный в броню мужчина вскочил на ноги, изогнув тело так, чтобы избежать каждого шипа. Однако он остался на месте, где прямо на него летел еще один гигантский кулак.

Вместо того чтобы беспомощно плыть по течению, пока на него мчится смерть, из его руки вытянулось маленькое черное щупальце, обвилось вокруг ближайшего шипа и утащило его с дороги. Однако на этот раз, вместо того чтобы уклониться от удара, мужчина оказался на пути императрицы, которая бежала с такой огромной скоростью, что земля трещала под каждым ее шагом.

«Тектонический удар», - прошептала она, когда ее рука приняла импульс падающей горы.

Под телом мужчины материализовалась темная масса, принявшая форму быстро раздувающейся черной подушки, которая отправила его в полет и убрала с траектории удара, в то время как императрица ударила ногой, отправив в полет куски камня, а затем ударила кулаком по одному из этих кусков. Огромная сила превратила большую часть камня в пыль, но маленькие кусочки полетели в парящего человека с такой огромной скоростью, что от них просто невозможно было увернуться.

Каждый из них, летящий с большей силой, чем каменная пуля, пробивал доспехи человека и впивался в кожу под ними, а мгновение спустя кулак Воплощения Власти настиг человека в воздухе, заставив его рухнуть на землю и подняв в воздух еще одно облако пыли. Прежде чем отвести кулак назад, аватар подпрыгнул, ударив ногами в то место, где приземлился человек.

От последующего взрыва весь мир содрогнулся, но императрица стояла, словно приклеенная к земле.

«Довольно грубое приветствие», - раздался голос слева от нее, на расстоянии более сорока метров от взрыва.

Доспехи мужчины были сильно изуродованы и покрыты дырами, а видимые пятна крови служили доказательством эффективности ее атак. Однако кровь уже не текла, и, несмотря на ветхое состояние дешевых металлических доспехов, на теле под ними не было никаких видимых повреждений.

Императрица нахмурилась при виде этого зрелища. В ее голове проносились мысли.

Ей приходилось сталкиваться с немалым числом подобных ублюдков. Он стоял уверенно - отчасти хвастовство, отчасти скрытый план, в этом она была уверена.

Не зная, что он собирается делать, она не представляла, как подготовиться. Но по опыту она знала, что не позволять противнику тянуть время - всегда хорошая идея.

Она взмахнула рукой, и в ней появился простой на вид клинок. Он был без украшений, с невероятно простой эргономичной рукоятью, простой гардой и прямым, чистым лезвием. Она напрягла свое металлическое сродство и наложила на клинок Остроту, сделав его лезвие настолько тонким, что оно могло бы разрезать песчинку на две части. Ветер собрался вокруг ее спины, сжимаясь и превращаясь в движущую силу, а воздух перед грудью стал разряжённым, создавая одновременно давление и тягу, чтобы двигать ее вперед, и ее мышцы на мгновение вспыхнули, очерчивая контур ее тела, когда вспышка молнии просочилась в неё.

Взрывным рывком она бросилась вперед, двигаясь со скоростью, почти вдвое меньшей скорости звука. Ее клинок метнулся к стоящему перед ней ублюдку, рассекая его надвое, прежде чем он успел принять меры защиты.

Не успели его осколки разлететься на части, как ее зрение померкло, сменившись чистой тьмой.

Проклятие! Она внутренне закричала. Сама того не замечая, она бросилась прямо на него. Перед ней возникло несколько земляных барьеров, когда она отпрыгнула назад, создавая расстояние между собой и противником. Затем она сделала жест свободной рукой.

Леона заметила знак императрицы и тут же бросилась к ней, совершенно невидимая, без единого звука, который могу бы исходить от ее шагов.

Однако она мчалась с точностью и решимостью человека, который может оказаться в невыгодном положении. Ни один бой между пятизвездочными архами не выигрывается, когда все воспринимается как должное.

Уже через секунду она вышла из укрытия и замахнулась кинжалом, чтобы обезглавить цель. Все пять ее звезд были активны, так как она использовала Отрицательное Давление для максимального эффекта, но как только она подошла достаточно близко, тело человека также загорелось пятью звёздами.

Она не сомневалась, продолжая атаковать. Мужчина никак не мог знать о ее присутствии. Мгновение спустя ее подозрения подтвердились. Тело мужчины внезапно окружили черные щупальца, которые распространились во все стороны, обхватывая все вокруг, включая ее саму.

Это была бессмысленная атака. Технически она попала в цель и прервала ее атаку, но она была бы свободна в течение...

Внезапно от мужчины начала исходить зловещая аура. Сквозь доспехи блеснул ритуальный круг, начертанный на лбу мужчины, и через мгновение, когда она уже собиралась высвободиться, кроваво-красный барьер в виде купола окружил ее и ее цель, заключив их в ловушку.

У Леоны не было причин для паники. Это наводило ее на мысль, что мужчина использовал все, что у него было, как последнее средство. Она не была заперта здесь с ним.

Это он был заперт с ней.

Напрягая мышцы, она ослабила хватку щупалец и рассекла их своим оружием.

Она снова стала невидимой и через мгновение появилась позади мужчины. Десятками быстрых ударов она отрубила мужчине руки и голову, а затем разрубила на куски туловище и ноги. Затем она отбросила эти части как можно дальше друг от друга, учитывая, что талант мужчины, скорее всего, был связан с целительством. Ее подозрения оправдались: туловище начало собираться в единое целое, но она достала десятки специальных игл и прижала куски к земле, препятствуя регенерации, нарушая поток сущности и сдерживая его.

И только тогда она заметила нечто странное.

Если тело и голова были разделены, душа всегда оставалась прикрепленной к голове, а не к телу. Даже если мужчина был бессмертным... почему туловище исцелялось само по себе, а голова оставалась совершенно незатронутой?

«Ваше Величество!» - воскликнула она. «Что-то не так!»

Императрица моргнула. Дымка от Проклятия слепоты наконец исчезла из ее глаз, и она посмотрела вперед, заметив красный барьер.

Она нахмурилась, как только увидела его. Воплощение Власти зашевелилось, обхватив барьер пальцами и потянув его вверх. Барьер не сдвинулся с места. Аватар ударил кулаком по барьеру, но от удара даже не было громкого звука, не говоря уже о трещинах.

Леона попыталась использовать свой талант - Смену Фаз, но, как она уже знала, он был бесполезен против энергетических барьеров. Он не пропустит ее, не испарив при этом ее тело.

И императрица, и Леона понимали, что что-то ужасно не правильно. Это был не обычный барьер. Похоже, он был того же типа, что и тот, что перекрывал проходы, но отличался не только цветом, но и явно превосходил его качественно.

Леона содрала с оторванной головы искореженные куски шлема. То, что она обнаружила под ней, было неожиданным.

Ухмыляющийся человек с выжженным ритуальным кругом, изображённым на лбу; свет исчез из его глаз. Лицо принадлежало никому, кого она знала.

Ей показалось, что она чувствует разрозненные намеки на ауру души, мерцающую в обезглавленной голове. Кто бы это ни был, он использовал способность духа. И не просто способность - он пожертвовал своей жизнью, чтобы создать барьер, удерживающий ее в ловушке.

Внезапно в воздухе что-то изменилось. Сначала было трудно понять, что именно. Странная аура жажды крови все еще покрывала весь мир, а присутствие императрицы было настолько подавляющим, что другие ауры не могли пробиться сквозь нее.

Но эта была другой.

Она была резкой.

Властной.

Повелительной.

Обе женщины повернулись к близлежащему лесу. Изнутри доносились звуки борьбы. И тут из темноты появилась фигура.

Глаза Леоны слегка расширились, когда она увидела лицо мужчины. «Нет...» - прошептала она, впервые за долгое-долгое время ощутив приступ тревоги.

Это был костлявый, отталкивающий мужчина с высокой линией волос. У него не хватало руки и пальца на той руке, которая у него осталась. Он поднял раскрытую ладонь.

Через секунду корчащееся на полу рядом с ней туловище перестало регенерировать, и из него выплыл орган. Это было сердце, похоже, отлитое из металла. Металл, очень похожий на серебро.

В следующее мгновение сердце пролетело сквозь барьер, словно его и не было, и меньше чем через секунду достигло человека на другом конце. Оно погрузилось в его торс.

Мгновенно его дряхлая форма начала меняться. Его сдувшиеся мышцы стали выпуклыми, линия роста волос слегка сместилась вниз, общий болезненный оттенок кожи исчез, сменившись здоровым оттенком, и даже отсутствующий палец восстановился, но рука не выросла.

Мужчина глубоко вздохнул и улыбнулся им. Исчезла робкая фигура худого человека. На его месте стоял мускулистый зверь с хищными глазами и злобной улыбкой.

Через секунду за его спиной появилась аура, которую они ощущали.

Огромный, почти трехметровый эйдолон шел величественным шагом, с гордостью и властью короля.

Леона стиснула зубы, осознав, что происходит.

Поза императрицы изменилась, она сжала кулаки. «Ты проклятый психопат...!» - прошипела она сквозь стиснутые зубы, а ее лицо превратилось в гримасу ярости. «Как, черт возьми, ты еще жив!?»

Джейкоб застыл на месте, широко раскрыв глаза, по его телу струился пот.

Солдат, стоявший рядом с ним, подал команду. «Прикрыть фланги! Три человека в ат-у!» - прохрипел солдат, когда нависшая фигура в плаще схватила его за горло и перерезала его, как ветку.

Террористы вернулись. На их головах горели ритуальные круги, а тела резко увеличились, пылая огнем сгорающих дотла звезд, из которых они извлекали каждую крупицу силы.

Карен двигалась с абсолютной решимостью и сверхъестественной быстротой, безошибочными ударами срывая оковы со всех, кто еще был связан.

Даже Филипп, несмотря на видимый ужас на лице, достал свой щит из Кольца Хранения и поднял его, оглядываясь в поисках кого-нибудь, чтобы защитить.

Тем временем Джейкоб застыл, не в силах пошевелиться.

Его колени дрожали, и он сжал кулак, ударив себя по бедру, пытаясь заставить себя двигаться, но едва ли мог сдвинуться с места.

Солдат разрывали на куски.

Он увидел, как из-за дерева появилась женщина со скорпионьим хвостом. В его голове промелькнули «планы и предсказания», которые они разрабатывали заранее. Эти жалкие затеи рухнули в одно мгновение.

Форма женщины пульсировала, а ее хвост увеличился в три раза.

Несмотря на ее устрашающее присутствие, Карен бросилась на нее, высоко подняв меч и приготовившись к бою. Хвост скорпиона промелькнул с такой ужасающей скоростью, что Джейкоб не заметил бы его, если бы моргнул.

В одно мгновение Карен отважно бросилась на противника.

В следующий момент хвост вонзился ей в грудь. Она сплюнула кровь, пытаясь сопротивляться в последний раз, но в следующее мгновение ее тело наполнилось ядом, и плоть начала разлагаться на части.

Он увидел, как Джек на мгновение стал невидимым, когда тот с размаху отрубил террористу голову. В следующее мгновение массивный кулак устремился прямо ему в лицо, но Джин успела парировать его.

Джин парировала удар, но крупный мужчина без задержки нанес второй удар. Тело женщины переломилось надвое, так как она не успела увернуться.

Джек закричал, но его лицо схватили со сверхъестественной скоростью, и его голова, как и голова Рейчел, врезалась в близлежащее дерево. Один раз. Дважды. Трижды. Потом еще и еще, пока не осталась лишь кровавая мякоть.

На мгновение Джейкоб заметил Теодора. На мгновение он встретился с ним взглядом. В следующую секунду Теодор незаметно подхватил Беатрис на руки и исчез.

Джейкоб дрожащим шагом повернулся и сделал то же самое. Он бежал, спасая свою жизнь.

Одна ударная волна за другой проносились по полю боя, поднимая клубы пыли и оглушая его. Он не колебался. Он не обернулся.

Он пробежал мимо того человека, Лиама, и увидел, что тот смотрит на другую громоздкую фигуру. Это была та женщина, с которой он был. У него не было времени размышлять над этой ситуацией.

Он просто продолжил бежать.

Фредди наблюдал, как тело Софии медленно раздувается, а оковы вокруг ее запястий скрипят. Она закричала, сопротивляясь всему, что с ней происходило. Он наблюдал, как в ее теле вспыхивает искра жизни. Это ни на что не повлияло. Но потом загорелась вторая. И третья. И четвертая. И, наконец, пятая. После этого она перестала раздуваться, и круг на ее лбу окончательно рассыпался, потеряв свое зловещее сияние. Остался глубокий черный след.

«Вот дерьмо!» - закричала она. «Что это было, черт возьми!?» В следующее мгновение стрела вонзилась ей в живот.

Фредди с ужасом повернулся лицом к солдату, выпустившему стрелу.

Солдат в панике обернулся и крикнул: «Двое на фланге!»

----------

Схватка

Времени на раздумья не было. Фредди прыгнул перед Софией, когда в их сторону полетел шквал стрел, большинство из которых попали прямо в него и впились в кожу, хотя и неглубоко, поскольку его закаленное через Тысячу Мокрых Адов тело устояло перед снарядами, а остальные отскочили от огромных кандалов, сковывавших его.

Солдат, который держал цепь Фредди, к счастью, отпустил его, чтобы он сам боролся за свою жизнь.

София вытащила стрелу из живота и использовала свою жизненную сущность, чтобы перекрыть рану. Это была крайняя мера, которая без ее таланта оставила бы неизгладимый шрам, но на время она избавилась от кровотечения.

К счастью, залп стрел длился недолго. Спустя всего десять секунд после превращения неистовые культисты наконец добрались до группы солдат, которым пришлось срочно сменить цель. Трудно было разглядеть картину в общем. Высокие валуны и густые деревья ограничивали обзор почти во всех направлениях, оставляя им лишь оглушительные звуки боя.

«Ты в порядке?» крикнула София.

Фредди медленно повернулся к ней лицом, дрожа как лист на ветру. Она вздрогнула, увидев стрелу в его глазу, а также десятки стрел поверх десятков других стрел, разбросанных по всему его телу.

«Я выгляжу в порядке?!» - рявкнул он, вырывая стрелу из глаза, но голос его был слаб. Трудно было говорить с такими тяжелыми ранениями.

У них не было времени отдыхать. Мгновение спустя каменный снаряд размером с кулак влетел в череп Фредди, свернув ему шею, но с его утолщенными костями этого оказалось недостаточно, чтобы он потерял сознание.

Они повернулись лицом к летящему человеку как раз в тот момент, когда он пронзил сердце Фредди коротким мечом. Мужчина уже собирался вырвать меч, чтобы нанести новый удар, но кровь Фредди внезапно превратилась в металл, который заполнил грудную полость и зафиксировал меч на месте.

Прежде чем летающий человек успел понять, что его меч не покинет грудь Фредди в ближайшее время, Фредди схватил его за руку, притянул к себе и схватил за шею, едва дотянувшись из-за сковывающих движения стрел и меча.

Техника, удерживавшая мужчину на плаву, внезапно вспыхнула, и их обоих подбросило в небо, увлекая за собой цепь длиной в несколько метров. Другая рука мужчины выпустила земляной шип, который устремился к другому глазу Фредди и отскочил от его лба, но в итоге смог содрать кусок кожи.

Внезапно наручники, сковывавшие Фредди, издали громкий сигнал тревоги, так как артефакт обнаружил сущность, текущую через руку Фредди. Мгновение спустя Гидравлическое Напряжение, питаемое обеими звездами, превратило шею мужчины в пасту, изуродовав его плоть и раздавив спинной мозг.

Прилив жизненной силы мгновенно остановил кровотечение Фредди, а исцеление уровня первой помощи вытолкнуло половину стрел из его кожи, но вторая половина была зарыта слишком глубоко, чтобы их можно было извлечь так быстро.

Как только поток эфира достиг тела Фредди, он понял, что мужчина умер.

Они упали на землю, отчего многие стрелы сломались, а их наконечники еще глубже вонзились в тело Фредди. «Чёрт», - простонал он. Он ослеп на один глаз. Он был сильно скован. Сердце было пробито насквозь, и вокруг него свернулся кусок металла. Кровь не текла по венам, и его Бассейн Крови неуклонно вытекал через дыру в сердце.

Он спешно поднялся на ноги, чувствуя, как металлические наконечники стрел режут его плоть и кожу, но не обращая внимания на боль, он пытался быть бдительным. У него кружилась голова, и в теле начала поселяться усталость. Он должен был заставить свое сердце снова работать.

София схватила его за руку. «Ну же!» - крикнула она. «Мы должны бежать!»

«Бежать куда?» - крикнул он в ответ.

Действительно. Они были окружены столкновениями со всех сторон. Единственное направление, которое было относительно хорошо видно, - это место, где императрица с кем-то сражалась. Там стало относительно тихо, и София с Фредди одновременно оглянулись, чтобы посмотреть, что происходит.

Только тогда сквозь море боли он заметил высокую разумную эфирную конструкцию. Его кровь похолодела, когда он почувствовал, как сила и власть этого существа окутали на его с такой силой, что он едва не встал перед ним на колени.

Это был эйдолон. И, судя по всему, он был в союзе со странным человеком.

Что ж, это не мое чёртово дело, решил Фредди, и стал искать другой выход. На мгновение он остановил свой взгляд на Софии, и он увидел пораженное выражение на ее лице. Она выглядела... печальной и растерянной. Она дрожала, не сводя глаз со странного человека, стоявшего перед императрицей.

«Не время для этого, София!» - крикнул он, дергая ее за руку.

Она определенно узнала этого человека. Учитывая, что мужчина стоял перед императрицей, он должен был быть лидером их культа. А если он мог противостоять ей, значит, он был пятизвездочным, и это ужасало. Это был не их бой. Не сегодня, и не через сотню лет.

София оторвала взгляд от мужчины и вздрогнула. Она коротко кивнула головой и вновь сосредоточилась.

Оковы, связывающие Фредди, к счастью, затихли, когда он перестал использовать свою сущность, и по-прежнему позволяли ему бежать относительно свободно. Однако слабость, которая медленно распространялась по его конечностям, как лесной пожар, не была столь милосердной. «София...» - прошептал он. «У тебя больше не осталось искр, верно?»

Она кивнула.

Он сглотнул. «Возьми одну из трупа того человека».

Это был отчаянный шаг, но, была надежда, что этого хватит, чтобы хотя бы удалить кусок металла в его груди. Остальное придется делать с помощью его таланта.

Она нерешительно кивнула и подчинилась. Через несколько секунд искра вспыхнула в теле Фредди интенсивной целительной энергией. Она была мерзкой, гораздо более противной по сути и ощущениям, чем его талант.

Кусок металла в его груди разлетелся на куски, самые крупные из которых были вытолкнуты из плоти, но несколько мелких остались, как и большинство наконечников стрел. Сердце снова стало цельным и начало качать кровь. На правой стороне груди зияла огромная кровавая рана, а несколько ребер под раной были сломаны.

По телу разлилась сильная тошнота. Он видел, как побледнела его кожа, и чувствовал, что его органы слабеют. Это была чертовски дорогая цена за небольшое исцеление. Все было гораздо хуже, чем описывала София, - вероятно, из-за того, что этот ритуальный круг делал с культистами.

Вдвоем они бросились бежать в случайном направлении, подальше от императрицы и странного человека. Действие вокруг них по-прежнему было невероятно интенсивным, и судя по тому, что они могли разглядеть сквозь густую листву, было ясно, что солдаты проигрывают. Формальная подготовка и тактика были отличным способом преодолеть превосходящую силу, но когда эта превосходящая сила была подкреплена элитной подготовкой, мало что можно было сделать.

Фредди наблюдал, как культисты проходят сквозь залп стрел, словно они были простым неудобством, полностью игнорируя те, что впивались в их кожу, когда они бежали вперед и разрывали солдат на части.

София не шутила, когда говорила, что эти люди - сумасшедшие!

Они обогнули дерево, перемахнули через валун и пробрались сквозь кусты, как только…

Массивный кулак врезался Фредди прямо в левую щеку, сломав кость под ней и отправив его в полет. Он врезался в дерево, а через секунду еще один удар пришелся ему прямо в грудь, раздробив цепи в порошок и разорвав легкие.

Из его рта вырвался хрип, и он открыл единственный глаз, чтобы посмотреть на нападавшего. Перед ним высился человек-титан, который заносил назад кулак размером с голову, и его выпуклые мышцы напряглись. Фредди едва успел убрать голову с траектории удара, который, скорее всего, размозжил бы ему голову. Дерево позади него взорвалось.

Фредди отпрыгнул в сторону, едва пронеся своё тело на несколько футов вперёд, но мужчина преследовал его, нанося новый удар.

Фредди поднял закованные в наручники руки, но удар мужчины разбил наручники и руки Фредди, и он снова полетел назад, на этот раз спиной вперед, на большой валун.

Когда он перестал видеть черные пятна, он заметил, что София стоит, застыв, а перед ней стоит женщина со скорпионовым хвостом. Казалось, они разговаривают. По позвоночнику Фредди пробежал холодок, но у него не было времени думать об этом, из-за того, что ему приходилось уворачиваться от очередного мощного удара.

На этот раз мужчина не дал ему уйти далеко: он схватил Фредди за правую руку и с размаху ударил его о валун, затем о землю, а потом о близлежащее дерево, но прежде чем тело Фредди успело врезаться в дерево, его искалеченная, вывернутая рука оторвалась, отправив его катиться по зыбкой почве.

Зрение было размытым, но Фредди видел, как человек набрасывается на него. Он уже собирался использовать Ярость Левиафана, но человек внезапно ушёл из поля зрения, и Фредди почувствовал, как заблокировалась оболочка Ярости Левиафана, когда он с ужасом понял, что не может использовать способность, если не будет видеть цель. Мужчина был в нескольких секундах от того, чтобы приземлиться на спину Фредди, и если бы ему это удалось, то это был бы конец игры.

Не имея другого выхода, Фредди сосредоточился на Создании Воды, активировав обе свои звезды и соединив их с Гиблой Водой. Он старался изо всех сил, создавая как можно больше воды. Через несколько мгновений 70% его сущности исчезло, и вокруг него образовалась огромная сфера воды.

На мгновение он полностью погрузился в воду. Впервые каждый сантиметр его кожи был окутан Гиблыми Водами.

Затем он почувствовал, что какая-то оболочка в его душе наконец-то стала доступна.

Не зная, что это была за техника, Фредди из отчаяния активировал вторую эфирную оболочку сродства Гиблые Воды.

Внезапно вода вокруг него словно стала продолжением его тела. Он отчетливо ощущал каждую ее каплю, чувствуя, как тело громоздкого мужчины погружается в воду. В Гиблых Водах плавали Духи Утопленников, и он был их хозяином.

Отдав команду, он почувствовал, как его сущность медленно утекает. Похоже на угря существо бросилось к ноге мужчины и укусило ее. Его кожа была как выточенный камень. Еще один маленький дух приплыл и вцепился когтями в руку мужчины. От него осталась лишь небольшая царапина.

Фредди не запаниковал. Вместо этого он сосредоточился на всех остальных духах. Наконец голова мужчины оказалась внутри массы воды.

Как только он полностью погрузился в воду, все оставшиеся призраки внезапно бросились к нему в глаза. Когда он собирался среагировать, было уже слишком поздно. Правый глаз мужчины пронзило жало, а левый разорвал зубастый язык.

Меньше чем за три секунды масса воды успела появиться и исчезнуть.

Изломанный Фредди, спотыкаясь, поднялся на ноги, а рядом с ним на земле корчился от кровяных криков гигантский мужчина.

Несмотря на травмы, гигантской фигуре все же удалось откатиться в сторону и подняться на ноги, как раз вовремя, чтобы работающий на сущности двух звёзд Струящийся Удар вбил Кровавые Кастеты прямо в его живот.

Фредди ударил с гораздо большей силой, чем ожидал. Несмотря на гигантский вес, всё тело мужчины на секунду оторвалось от земли, но даже тогда, мужчине потребовалась всего секунда, чтобы отреагировать: он протянул руку, чтобы схватить Фредди, но он успел отшатнуться в сторону, когда нанёс второй удар в то же место. Затем третий.

Удары привели к разрушительным результатам. Мужчина сплюнул кровь и попятился назад.

Эти два удара облегчили многие травмы Фредди, но он даже не приблизился к тому, чтобы восстановить правую руку, которая была оторвана по локоть. Тем не менее многие из многочисленных повреждений на его теле были хотя бы залатаны с помощью исцеления уровня первой помощи, так что он был в гораздо лучшей форме.

В голове у него зашумело.

С его запасами сущности всё было не так уж хорошо. За несколько секунд он израсходовал 130 % сущности, оставив лишь 60 %.

Этот человек был слеп. У Фредди не было причин продолжать бой. София была всего лишь за одним из валунов, и он повернулся.

Звук шатающихся по земле ног - вот и все предупреждение, которое получил Фредди, когда очередной удар пришелся прямо в бок. Он едва успел увернуться, как мужчина нанес еще один удар, который на этот раз пришелся вскользь, вывихнув плечо на оторванной руке Фредди.

«Черт!» - крикнул он, отпрыгивая назад, но ослепленный мужчина следовал за ним. С чувствами двухзвездочного архичеловека и обширными тренировками можно было сражаться даже без зрения, но это не было под силу случайному воину.

Взяв себя в руки, Фредди начал использовать Гидравлическое Напряжение только в пассивном режиме при активированных обеих звездах. Расход его сущности увеличился до 3% в секунду, даже с его спутником, у него оставалось меньше минуты, чтобы покончить с противником и отправиться на поиски Софии.

Он восстановил свои Кровавые Кастеты, достал Кинжал Кровотечения и приступил к делу.

Удары гиганта были невероятно точными и быстрыми, в результате чего Фредди получил множество скользящих ударов по всему телу. Это дало культисту больше информации о том, куда он двигался, что позволило ему усилить атаку.

И все же, несмотря на то, что Фредди сидел в обороне, он наносил ответные удары, в основном по предплечьям. Кровавые Кастеты с трудом пробивались сквозь до нелепости прочную кожу мужчины, но когда он пробивал ее, кровоточащий эффект кинжала делал раны гораздо более опасными, чем казалось на первый взгляд.

Вскоре мужчина начал разбрасывать брызги крови при каждом взмахе руки. Он терял много крови. Так много, что, казалось, это замедляло движение гиганта.

Фредди воспользовался внезапным снижением скорости атак мужчины, чтобы сделать выпад. Это было большой ошибкой.

Мужчина внезапно ускорился, и Фредди сразу же понял, что его обманули. Прежде чем он успел среагировать, рука мужчины потянулась к его голове и обхватила его лицо огромными пальцами. Мгновение спустя голова Фредди ударилась о землю. Потом еще раз. И еще раз.

При первом ударе он потерял слух в левом ухе, а при втором - и в правом. Он ничего не видел, и дело было не только в том, что ладонь мужчины закрывала ему обзор - он просто ослеп. Теперь он не мог даже использовать Ярость Левиафана.

Он попытался создать Гиблые Воды, использовав около 30 % сущности и создав гигантский пузырь, но этого было недостаточно, чтобы полностью погрузить его в воду. Недостаточно, чтобы использовать Духов Утопленников.

Духи изрезали его тело так же, как и его противника, и мгновение спустя последние капли воды утекли. Голова Фредди снова врезалась в землю. И еще раз. И снова.

Странная ясность проникала в его сознание. Почему он ещё жив? Он не мог понять. Может, это из-за тела нежити. Может, дело в Тысяче Мокрых Адов. Может, в помощи Софии. А может, все это вместе взятое.

В любом случае, что бы это ни было, долго это не продлится.

С каждым ударом затылок становился все мягче, а череп раскалывался и разваливался на части. Ощущения в большей части тела уже пропали. По мере того как его ощущение тела начало угасать, он чувствовал только то, что было напрямую связано с его духом. Из глубины души он чувствовал, как Кровопролитие наблюдает за ним. Он хотел освободить его, чтобы хотя бы дать ему сбежать. Но он не мог сосредоточиться, чтобы сделать это.

Он чувствовал кольцо на пальце и то, как оно усиливает его сущность крови. Это было такое завораживающее явление, такое чужое и странное. Он чувствовал, как от его жизненной силы отделяются кусочки и кусочки за кусочком. Наконец он почувствовал на пальце кольцо хранения.

Он почувствовал предметы внутри.

Не успел он осознать, что делает, как извлек большой пакет с почти 200 дозами смертельного яда. Хотя он не чувствовал своего тела, ему не нужны были ощущения, чтобы двигать им. Гидравлическое Напряжение активировалась, заставив его руку бросить пакет в направлении лица мужчины. Секунду спустя постоянные рывки прекратились, и мир снова замер.

Фредди не почувствовал, как активировался его талант, но это объяснялось тем, что он не мог быть задействован таким косвенным образом. Яд не исходил ни из его тела, ни из его способностей. Но если ему удалось попасть в человека, значит, и в него попал сильнодействующий токсин. Его тело нежити не сможет вечно оберегать его.

Он усилием воли извлек искру нежити. Как только ему это удалось, он вонзил в нее Кровавые Кастеты. Импульс исцеляющей сущности пронесся по его телу. Он не чувствовал своего тела, но ощущал работу жизненной силы явственнее, чем когда-либо прежде. Он чувствовал, как она формирует тонкую соединительную ткань на его затылке и по всему его израненному телу.

Зрение все еще было неясным, но к телу вернулся едва заметный намек на ощущения, и он почувствовал, как тело гигантского человека упало на его собственное.

«Черт...» прошептал Фредди. «Сначала хотя бы пригласи меня на свидание».

Мужчина не двигался, но Фредди не получил прилив жизненной силы, а значит, скорее всего, он был просто парализован, а не полностью мертв.

Фредди поспешил использовать Создание Воды и смыть яд, покрывающий его тело, пока его не постигла та же участь. Затем, без малейшего колебания, он ударил своими Кровавыми Кастетами в шею мужчины. Сильный импульс жизненной силы пронесся по его телу, когда он почувствовал, как теплая кровь мужчины потекла по его торсу. Он сделал это еще раз.

Спустя несколько мгновений наступил прилив эфира. Мужчина был мертв.

Фредди несколько раз ударил кулаком по искре смерти, исцеляя себя так быстро, как только мог.

Повреждения на его теле были столь сильны, что даже за полчаса он не успеет полностью исцелиться. Но у него было более чем достаточно времени, чтобы дать тем частям тела, которые все еще были к нему привязаны, дозу исцеления естественного качества. Как только он снова смог видеть, он вытащил себя из-под трупа мужчины и поднялся на ноги.

Быстро подхватив свой Кинжал Кровотечения и искру смерти, он бросился в сторону Софии.

Как только он свернул за поворот, его встретил вид женщины с хвостом скорпиона, медленно поворачивающуюся к нему лицом...

И расчлененное... обезглавленное тело Софии, разбросанное по земле.

----------

Асура

Разум Фредди застыл, когда он увидел эту сцену, но он не запаниковал.

Он не мог себе этого позволить.

Голова Софии была цела; был хороший шанс, что ее еще можно исцелить.

Женщина с хвостом скорпиона медленно повернула голову к нему. В то время как мужчина был больше похож на дикое животное, женщина полностью контролировала себя, несмотря на невероятную силу, пульсирующую в ее теле. Вдобавок ко всему, в то время как Фредди чувствовал силу мужчины как пиковая двухзвездная, он вообще не чувствовал силу этой женщины.

Она была звездой над ним. И если этого было недостаточно, что бы с ней ни сделал этот ритуал, он не сделал ее слабее.

«Ты победил Дэмиана…?» — спросила она, выглядя довольно забавно. «Увлекательно. Ты был ее другом, да?» — сказала она, поворачиваясь лицом к разобранному телу Софии.

Он слышал голос женщины, но он звучал немного приглушенно, словно она говорила через стену. Женщина, казалось, была готова говорить. Он ринулся к этой возможности. «Почему ты хочешь знать?» — спросил он в свою очередь.

Он был истощен и телом, и духом. У него не было времени призвать Кровопролитие или достаточно крови, чтобы оно засчиталось, и у него не было глаза и целой руки. Шансы на победу над этой женщиной были смехотворно низки.

Но, может быть, просто может быть… он все еще сможет найти выход.

Женщина пожала плечами. "Мне просто любопытно. Она всегда была одинокой девочкой, вот эта", - сказала она с нежностью, как будто говорила о своей младшей сестре. "Жаль, что она добровольно довела себя до такого состояния. Как бы то ни было, вы выглядите странно спокойным", - заметила она. "Неужели ты не хочешь отомстить за нее? Ваш род не испытывает подобных чувств, или вы просто особенно варварские по своей природе?"

«Я мог бы сказать то же самое о тебе, — сказал он. — Тебе не грустно, что я убил твоего друга?»

Она хихикнула. «Ты не тот, кто убил его. Ты просто ускорил его смерть». Она постучала по ритуальному кругу на лбу. «Эта сила имеет свою цену».

«Вы, ребята, ебаные психи», — выплюнул он. «Чего же вы ждете? Разве вы не должны присоединиться к своему лидеру в его борьбе, пока у вас не села батарея?»

Она улыбнулась ему. «Моя роль — не допускать отвлекающих факторов. Я отношу себя к таким».

Фредди почувствовал, как по спине потек пот. Он пытался придумать, что сказать, но ничего, кроме провокаций, на ум не приходило. Если только не вмешается чудо, дело дойдет до драки. И он проиграет.

Он посмотрел на пульсирующее жало, висевшее над головой женщины. Эта штука могла раздавить его голову, как арбуз. София сумела удержать голову. Если бы он мог бороться с ней и получить такой же результат, может быть...

«О, кстати», — крикнула женщина. «Я знаю, что она еще жива». Она провела жалом, лаская кончиком изуродованную голову Софии.

Кровь Фредди внезапно похолодела. Конечно, она почувствовала бы приток эфира, если бы София умерла. И он бы ее не обманул. Он застыл на месте, когда женщина разразилась маниакальным хохотом. Ее пронзительный голос эхом отдавался в его ушах.

«Думай быстрее», — сказала она, и ее хвост внезапно взметнулся, сбив Фредди с ног, а затем вонзившись в землю прямо через пупок.

Он сплюнул кровью, почувствовав, как кусок его собственных внутренностей устремляется ему в горло.

Она подняла его тело над землей своим хвостом и ударила его о дерево, которое внезапно начало отращивать толстые ветви, обвивающиеся вокруг его тела. «Как я и думала, ты тоже нежить», — прокомментировала она, изогнув бровь. «Какое совпадение. Где ты с ней познакомился? В группе поддержки зомби?» Ее жало приблизилось, пока не оказалось в дюйме от его глаза. «Мне просто нужно раздавить твою голову, и все…»

Затем ее жало вонзилось ему в бедро, раздробив бедренную кость и почти оторвав всю ногу.

Он застонал сквозь стиснутые зубы, сосредоточившись на том, чтобы остановить кровотечение настолько, насколько это было возможно.

«У тебя неплохая переносимость боли», — сказала она, подходя ближе. «Должно быть, ты прожил трудную жизнь…»

В этот момент ее безмятежная маска спокойствия треснула, и в глазах промелькнуло выражение ярости. «Скажи мне... она была довольна своим выбором? Выбрав вас, жалких тварей, вместо жизни ради большего блага? Она наслаждалась плодами того, что вы, люди, смеете называть обществом?»

Она снова щелкнула жалом, раздавив другую ногу Фредди. «Она обрела счастье и свободу, которых хотела?» Она остановилась перед Фредди, схватила его за челюсть и уставилась на него сверху вниз. Ее зеленые глаза были широко открыты, пронзая его душу. Черные как смоль волосы выглядывали из-под капюшона, частично закрывая лицо. «Я умру, чтобы твой народ мог когда-нибудь жить в мире. Но я не вижу благодарности в твоих глазах».

Ее глаза сместились. «Это не так хорошо, как я думала. Я почти чувствую, что... я совершаю ошибку». Ее кулак приземлился прямо на изуродованный живот Фредди. Она медленно вытащила его и потрясла рукой, чтобы сбросить прилипший к нему кусок плоти. «Я люблю свою семью и верю в наше дело», — сказала она, словно пытаясь убедить саму себя. «Но я не хочу умирать из-за таких тварей, как ты. Так скажи мне тогда — как София отразила ритуал?» — спросила она с таким сильным безумием, что он едва не вздрогнул. «Это твой талант?»

Он задавался вопросом, зачем эта женщина вообще потрудилась сохранить ему жизнь. Теперь это наконец обрело смысл.

Тихий шепот сорвался с его губ, слишком тихий, чтобы его услышала даже трехзвездочная.

«Хм?» Она изогнула бровь.

Еще один шепот, едва слышный.

Женщина приблизила ухо и наконец услышала, что он сказал.

«Ярость Левиафана».

Ветви, удерживавшие его, мгновенно разорвались, когда дюжина костяных выступов образовала адские челюсти, стремящиеся пронзить женщину. Она была слишком близко, чтобы блокировать или уклоняться, и каждый из них достиг ее кожи, пронзая ее и пуская кровь.

Шипы втянулись через долгое мгновение, перерезав ветви, удерживавшие его связанным, и тело Фредди упало на землю, многие его кости были сломаны, но отдача была не такой сильной, как он ожидал. Удивительно-поразительный всплеск кражи жизни вырвался из тела женщины. Этого было достаточно, чтобы подлатать его до такой степени, что он снова мог двигаться.

Женщина закричала от ярости, когда она вонзила свое жало, но он использовал Гидравлическое Напряжение, чтобы уйти из под удара. Его ноги бесполезно висели, учитывая, что они были прикреплены лишь розовой, деформированной тканью. Имея только одну функциональную руку, Фредди мог сделать едва ли больше, чем отчаянно уворачиваться от атак жала.

Сначала нападение женщины было неуклюжим, но ее природное родство было не просто показным — несколько мгновений спустя ее кожа заживала, а раны снова закрывались. То, что выглядело как крошечные корни чего-то, растущего в дюйме под поверхностью ее кожи, растянулось, закрывая ее раны, в то время как ее природное родство ускорило ее выздоровление достаточно, чтобы взять себя в руки. Но там, где ее кожа не была окровавленной, она была смертельно бледной.

Даже трехзвездный не мог позволить себе такую внезапную и сильную кровопотерю. Ее ноги тряслись, казалось, она едва стоит на ногах, а кожа блестела от пота.

Но она все равно имела три звезды.

Внезапно трава вокруг Фредди начала извиваться. Словно крошечные языки, нити лизали его кожу и цеплялись за все, что могли, замедляя его настолько, что уклониться от атак женщины становилось почти невозможно.

Следующий толчок стрингера был слишком близко для комфорта Фредди. «Подожди!» — крикнул он. «Пощади меня, и я расскажу тебе секрет!»

Она замолчала. «Говори. Скажи что-нибудь не то, и я заставлю тебя страдать от судьбы, гораздо худшей, чем смерть!» — закричала она, высоко подняв жало, готовясь в мгновение ока нанести ему удар.

«Ладно… Ярость Левиафана!»

Костлявая голова левиафана снова нанесла удар, и полного неверия было достаточно, чтобы ошеломить женщину и заставить ее отреагировать слишком медленно, но на этот раз она двинула жалом, чтобы заблокировать атаку.

Твердый панцирь жала отразил шипы цвета слоновой кости, избавив ее от повреждений, но сила удара сбила ее с ног.

Костяные челюсти сомкнулись, удерживая пустой воздух.

Когда шипы в этот раз убрались, Фредди оказался в гораздо худшем состоянии. Его тело просто отказывалось двигаться. Он не нанес никакого урона этой атакой, оставив его без исцеления, чтобы компенсировать теперь сломанные кости и изуродованную плоть.

Он наблюдал, как женщина медленно поднимается, опираясь на свое жало. В тот момент, когда она снова встанет, он умрёт. Но что еще он мог сделать? Ярость Левиафана была заблокирована, поскольку он не мог позволить себе такую ​​цену, и он все еще был в бою, поэтому он не мог использовать Кровавую Жертву.

Что-то дернулось в глубине его сознания, и он услышал голос: «Освободи меня, Мастер».

Немного поколебавшись, Фредди повиновался и выпустил Кровопролитие из его оболочки. Вместо того, чтобы атаковать женщину, скелет немедленно вошел в Незер, исчезнув в тот же миг, как прибыл.

Женщина вскочила на ноги, резко обернувшись и осмотревшись. «Дух…?» — пробормотала она, но быстро отмахнулась, снова сосредоточившись на нем. «У тебя были шансы». Она выплюнула что-то изо рта и бросила ему. Крошечные семена разлетелись по его телу и быстро пустили корни, прорастая в мгновение ока, когда колючие лозы оплели его с головы до ног.

Он тут же почувствовал, как все его тело застыло. Яд покрыл шипы, впиваясь в кожу, и это вызвало боль, которую он мог сравнить только с использованием Тысячи Мокрых Адов. Внутри его вен было ощущение, будто они плавятся, а то, что осталось от его мышц, свело судорогой, полностью парализовав его.

«Боль со временем усилится», — буднично заявила женщина. «Теперь сделай свой выбор. Либо скажи мне, что сделала София, чтобы отразить ритуал, либо проведи последние часы своей жизни в аду».

При обычных обстоятельствах эти слова заставили бы кого угодно почувствовать чистый ужас. Однако для Фредди это звучало как спасение. Он сомневался, что она будет ждать там все это время. И если она оставит его одного, он прикажет Кровопролитию спасти его от его затруднительного положения.

Несколько долгих мгновений он бросал на женщину мятежный взгляд, но затем притворился, что поддался боли, застонав и извиваясь. Это было достаточно отстойно, чтобы ему не пришлось притворяться, что он страдает, но этого было недостаточно, чтобы сломать его.

Прошло несколько минут, но женщина продолжала смотреть на него и ждать.

Неужели ей действительно больше некуда идти!?

«Ты серьезно такой тупой!?» — закричала она. «Просто скажи мне, что она сделала! Ты собираешься умереть, чтобы сохранить это в тайне? Или ты настолько сумасшедший, что веришь, что все еще можешь выбраться?» — выплюнула она и мгновение спустя занесла жало за спину и повесила его прямо над головой Софии.

Он замер, перестав ёрзать, и посмотрел на женщину.

Она недоверчиво усмехнулась. «Полагаю, боль внезапно исчезла? Боже мой… Ты действительно нечто, не так ли?» Ее лицо внезапно вытянулось, когда на нем появилось выражение ярости. «Сдайся».

Он стиснул зубы.

«Кто ты вообще?» — спросила женщина. «Такую мощную духовную способность я никогда не ожидала увидеть у двухзвездочного». Она на мгновение замерла. Внезапно ее гневное выражение немного смягчилось, и она попыталась изобразить улыбку на лице. «Слушай, я знаю, что ты не доверяешь мне, но я клянусь всем, что когда-либо значило для меня, что я сделаю это, если ты просто скажешь мне, что делать!»

Ее отчаяние было единственным, что удерживало Фредди в живых. И, очевидно, у него не было ответа для нее. Не того, который она хотела бы услышать. Если только она не сможет как-то исцелить Софию настолько, чтобы разбудить ее, она будет ходячей мертвой женщиной.

Как раз когда он собирался отчаяться, произошло нечто странное. Светящийся ритуальный круг на лбу женщины, казалось,… погас. Он рассеял какую-то форму зловещей энергии, и мгновение спустя ее выпирающие мускулы сдулись, когда странная сила, текущая через нее, исчезла.

Она судорожно выдохнула, облегчение нахлынуло на нее, а слеза покатилась по ее лицу. «Я жива... Должно быть, глава...»

Прежде чем она успела сказать хоть слово, прямо за ее спиной внезапно появился Кровопролитие и взмахнул своими когтистыми пальцами, перерезав ей ахилловы сухожилия.

Она вскрикнула от неожиданности и упала на спину, словно земля ушла у нее из-под ног, приземлившись на протянутую руку Кровопролития, которая пронзила ее спину насквозь и через мгновение вырвала ее все еще бьющееся сердце.

Женщина попыталась закричать, но вырвался лишь хрип. Она извивалась на земле, с ужасом наблюдая за бесчувственным духом, бормоча: «Я... не хочу... умирать...» Она схватила свои одежды прямо там, где раньше было ее сердце. И через мгновение она перестала двигаться.

Фредди уставился на окровавленный скелет, широко открыв рот. «Боже мой, Кровопролитие…»

«Надеюсь, моя служба вас удовлетворит, Мастер. Прошу прощения за то, что отнял у вас время. Конструкция на ее лбу обменивала ее жизнь на силу, и пока она была еще активна, я не был уверен в своей способности казнить ее. Я слишком долго ломал конструкцию. В следующий раз я справлюсь лучше».

«Нет, ты — ты сделал это чертовски фантастически!» — сказал он с маниакальным смехом, облегчение нахлынуло на него. Лозы, державшие его обернутым, сморщились, когда остатки жизни женщины исчезли.

Удивительно, но он, похоже, получил весь эфир за убийство, вероятно, потому что Кровопролитие не смогло поглотить его. И, черт возьми, это было много. Не так много, как он получил за убийство патриарха, но все равно это был огромный приток.

Он думал встать, но ничто не хотело двигаться, независимо от того, какой мышце он пытался мысленно приказать. Несколько все еще могли дергаться, но этого было далеко недостаточно, чтобы помочь ему встать. Когда облегчение действительно проникло, пришло и осознание того, что он едва удерживает свое сознание.

Вот вам и избавление от привычки терять сознание в неподходящие моменты...

Из последних сил воли он извлек искру нежити из своего кольца хранения. Его глаза встретились с пустыми глазницами Кровопролития, который понимающе кивнул. И с этим его осознание погасло.

Императрица стояла, ее тело напряглось, когда она уставилась на мужчину перед ней. «Ты проклятый психопат! Какого черта ты все еще жив!?»

Звуки боя разносились по всему лесу вокруг них, террористы сражались с солдатами. Крики и металлический звон звучали на заднем плане, сливаясь с слишком знакомым фоновым гулом войны.

«Я тоже рад тебя снова видеть, Кайя». Он усмехнулся. «Я думал, ты уже откажешься от этих бессмысленных обвинений против меня, но полагаю, это не послужит твоим планам, не так ли?»

«Бессмысленные обвинения?» — выплюнула она, сардонически усмехнувшись. «Думаю, хватит болтать». Она подняла меч, вставая в стойку.

«Сейчас, сейчас», — сказал он, махнув ей рукой. «Ты должна осознавать, в каком невыгодном положении ты находишься. Я даю тебе шанс прожить еще несколько минут; самое меньшее, что ты можешь сделать, — это немного потакать мне».

«Ты слишком самоуверен».

«И все же ты до сих пор не сделала свой ход. Как любопытно».

"Что ты хочешь?"

«Дебаты, я полагаю», — сказал он, посмеиваясь. «Я хочу узнать вашу точку зрения».

Она ухмыльнулась. «Пожалуйста, избавь меня от глупостей, Натаниэль», — сказала она, слегка опуская кончик меча. «Или ты все еще носишь имя Серебряное Сердце?»

«Сейчас меня зовут Глава Кирург».

«Ну да».

Напряжение между ними росло. Эйдолон власти терпеливо ждал, пока ждали два пятизвездочных, наблюдая, кто сделает первый шаг. Секунды шли, и вскоре они превратились в минуты. Звуки борьбы на заднем плане постепенно стихали, когда конфликт подходил к концу.

Багровое небо внезапно начало меркнуть.

Они оба знали, как функционирует этот мир, поэтому они думали, что это просто Багровые Сумраки подходят к концу. Но затем произошло нечто странное.

Кровь со всего леса начала светиться. Она поднялась в воздух, направляясь к центру королевства. Сила начала бурлить.

Эйдолон власти поднял свой меч — но не на императрицу. Он повернулся к странному источнику силы в центре. Подавляющая аура крови сосредоточилась, сосредоточившись в одной точке. И мгновение спустя она исчезла.

Два противника не могли позволить себе отвести взгляд. Они держали свое внимание твердо направленным друг на друга, но с течением секунд чувство, что что-то было глубоко неправильно, стало неоспоримым.

И судя по реакции эйдолона, действительно что-то должно было произойти.

Глаз Натанаэля дернулся, когда они оба заметили, что эйдолон больше не обращает на них внимания.

Почти мгновенно императрица воздвигла стену земли, активировав все пять звезд, и побежала в другую сторону. Она попыталась прорвать красный барьер, чтобы освободить Леону, но...

Леона кивнула с выражением понимания. Барьер не собирался падать так просто.

«Оставайся в живых», — приказала императрица и продолжила бежать.

«Чёрт!» — закричал Натаниэль, стиснув зубы.

Как только она оказалась в его руках, проклятый эйдолон должен был...

Он обернулся как раз вовремя, чтобы заметить темную фигуру, едва различая ее очертания в темноте. Она была выше четырех метров ростом, глядя сверху вниз на эйдолона власти, держа меч в руке. Эйдолон даже не мог пошевелиться.

Кожа существа была темно-красного цвета, гладкая, как полированный металл, и плотно обтягивала его гибкое, мускулистое тело. Его лицо было похоже на лицо демонического кота, с ухмылкой, расползающейся от одного уха до другого, массивными, красными, щелевидными глазами, широко открытыми, и ушами, похожими на уши летучей мыши, подергивающимися от волнения.

Натаниэль с ужасом наблюдал, как существо схватило голову эйдолона и раздавило ее, как яблоко.

Со смертью могущественного эйдолона окружающий Незер ненадолго перекрылся с реальностью, две стороны мира наложились друг на друга, и мгновение спустя мир снова установился, но несколько мерцающих струек эфира остались в реальности, порхая в воздухе.

Натаниэль не мог не усмехнуться. «Я не думаю, что ты асура прощения?»

Существо говорило глубоким, хриплым голосом, игривый тон танцевал в его словах. «Я не держу зла ни на кого. Но раз ты так любезно попросил, полагаю, я могу дать тебе шанс». Его ухмылка начала расширяться все шире и шире, а глаза открылись шире. «Беги».

Натаниэль тут же развернулся и помчался к ближайшему проходу. Он скрыл свое присутствие настолько, насколько мог, спрятавшись в густых тенях, пока он подтягивался вперед с помощью Черных Кнутов.

Менее чем через тридцать секунд он был на грани того, чтобы пройти через проход. На другой стороне его ждал приятный лес, но прежде чем он успел это сделать, асура высунул голову из прохода, широко ухмыляясь ему.

Острые как бритва когти разорвали все его тело в клочья, и вот так его легенда навсегда осталась просто еще одной страницей в учебниках истории.

Кровопролитие поддерживало искру, помогая двигать рукой Мастера. Кинжал пронзил холмик плоти, и с каждым взмахом цвет лица Мастера становился немного ярче. Но это был медленный процесс.

На этот раз повреждения, полученные телом Мастера, были ужасными; они уступали лишь тому случаю, когда от него осталась только голова.

Внезапно красное свечение неба померкло, и аура кровожадности исчезла. Это было странное явление, но это было не то, что Кровопролитие мог контролировать. У него была задача.

Её нужно было закончить.

Он продолжал размахивать кинжалом снова и снова.

В конце концов его прервал какой-то звук.

Листья зашелестели, когда из-за деревьев появилась странная, гладкая, багровая фигура.

----------

Секрет кровопролития

Фредди проснулся от толчка. Когда он проснулся, он оказался в почти полной темноте. Долгое время он думал, что умер.

Услышав шелест листьев, разбросанных по траве под ним, и ощупав свое тело и землю под ним, он понял, что это не так.

Когда дезориентация прошла, он вспомнил, что в его кольце для хранения был фонарик. Он достал его и щелкнул. «Блядь...!» — закричал он, когда свет упал на скелетообразное лицо Кровопролития, напугав его.

«Хозяин, ты проснулся», — сказал он, наклонив голову.

«Блядь, Кровопролитие, ты напугал меня до чертиков!» Он вздохнул с облегчением.

"Я прошу прощения."

Он думал, что он полностью привык к странному виду Кровопролития. Видимо, в таких ситуациях это было не так.

Фредди потратил несколько секунд, чтобы ощупать свое тело, убедившись, что оно полностью исцелилось. Казалось, все в порядке. «Ладно…» Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, стараясь успокоить нервы. «Успокойся…» — сказал он себе, сделав еще один вдох и слегка расслабив плечи.

Он был жив, и непосредственной опасности не было. Пришло время оценить его ситуацию.

Сначала он должен спросить у Кровопролития, что случилось. «Кровопролитие, можешь ли ты рассказать мне, что...» Его слова затихли, когда он заметил короткий меч Софии рядом с собой, покоящийся рядом с изуродованной искрой нежити. Должно быть, Кровопролитие использовал его, чтобы помочь ему пронзить искру.

Он поднял бровь. Как раз когда он собирался отмахнуться от этой детали, он понял, что его кинжала там нет. «О, черт!» — закричал он. «Мы что, потеряли кинжал?»

«Нет, Мастер», — заявил он. «Аура кинжала была влита в кольцо на твоем пальце».

«Это… Подожди, что!?» — спросил Фредди. «Подожди, подожди, подожди, погоди, это… Это не то, что просто так происходит !» Он снова выдохнул, пытаясь успокоить нервы. «Ладно… Да… Расскажи мне, что случилось».

Скелет, казалось, колебался в течение долгого момента. Его голова слегка опустилась.

Фредди никогда не видел, чтобы скелет делал что-то подобное. «Кровопролитие?» — осторожно крикнул он.

«Пока вы были без сознания, Мастер, нас посетил асура».

Фредди моргнул. «И что теперь?»

Кровопролитие медленно подняло свои пустые глазницы. «Разумная эфирная конструкция выше эйдолона по силе».

Все тело Фредди застыло. Эти слова были словно удар молнии. Он даже не знал, что существуют вещи сильнее этого.

Но… что еще важнее…

Дрожащей рукой Фредди развернулся и быстро осветил участок леса вокруг них. Там ничего не было. Он быстро поспешил выключить фонарик, чтобы не привлекать нежелательного внимания.

Царство ощущалось странно... тихим. Багровые сумерки исчезли, и это чувство жажды крови...

«Конечность…» — пробормотал он.

Кровопролитие кивнуло. «Эта конечность принадлежала Асуре Кровожадности. Мы были теми, кто освободил ее. Она посетила нас, чтобы отплатить за услугу».

Все тело Фредди онемело. Рука, держащая фонарик, задрожала, а сердце выпрыгнуло из груди. Ужас, который он чувствовал, готовясь задать вопрос, едва не заставил его блевать. «А этот... асура... куда он делся?»

«Оно открыло проход и прошло через него».

«А...» — жалобно пропищал Фредди. «Открыл проход. Точно. Ладно. Думаю, тогда, черт возьми, все сойдет». Он потер лицо. «Ладно. Асура. Кинжал. Благосклонность. Я начинаю складывать кусочки воедино. Так... эта штука соединила кинжал с моим кольцом?»

«Не совсем так», — сказал Кровопролитие. «Он соединил ауру кинжала с кольцом. Большая часть силы была потеряна, но теперь эффект может применяться ко всему, что делает Мастер».

Фредди долго смотрел на Кровопролитие. Он моргнул. «Эв… Всё?»

Кровопролитие кивнуло.

«Ха... Мне следует чаще оказывать услуги асурам. Ладно», — он медленно поднялся на ноги и снова включил фонарик, но убавил его яркость до минимума.

Туман навис над его разумом, и общее чувство тревоги заставляло его мысли проноситься в его голове слишком быстро, чтобы успевать за ними. Он даже не знал, с чего начать. «София!» — вдруг воскликнул он, бросаясь на поиски ее головы.

Она упала под куст, а остальная часть ее тела была разбросана по всей поляне. Она была покрыта кровью с прилипшими к ней кусками травы и листьев, смертельно холодная на ощупь, а ее глаза закатились. На ее лице было несколько небольших порезов, но ничего, что указывало бы на внутренние повреждения.

«Блин, как же это отвратительно», — пробормотал он, неохотно подняв ее отрубленную голову и... потряс ее.

Он пытался определить, не болтается ли что-нибудь в черепе, в первую очередь, чтобы определить, получил ли она значительное повреждение мозга. Он не почувствовал ничего необычного — ну, не то чтобы он когда-либо тряс отрубленную голову раньше, но, по крайней мере, там ничего не подпрыгивало. Но это было... трясущимся. «Фуу, ургххх, я ненавижу это».

Его пальцы почти болели от прикосновения к ее коже. Это было похоже на то, как держать горячую картофелину. Он не хотел там находиться или делать то, что он делал. Это было отвратительно и вызывало у него рвотные позывы, но осознание того, что она, скорее всего, все еще жива, не позволяло ему просто оставить ее.

Знания Фредди о том, как спасти кого-то из такого состояния, были... никакими. Все, что он знал о лечении других, это базовые навыки оказания первой помощи, и даже они были немного шаткими.

Он исходил из того, что знал о не-смерти. Те, кто оказывался в состоянии, подобном состоянию Софии, обычно долго не выживали. Без циркулирующей крови иммунная система не функционировала, а значит, ничто не могло помешать грибкам и бактериям медленно разъедать ткани.

Ему придется сделать это вручную.

На данный момент он вымыл ей голову, вымыв ее в воде, которую он создал своим заклинанием. Затем он отрезал ей волосы, рассудив, что так будет легче поддерживать их в чистоте... вероятно. Ее волосы были жирными и полными грязи, и любой источник загрязнения был нежелателен.

Закончив с этим, он нанес на ее кожу немного лечебного крема высшего качества. Крем быстро впитался, улучшив цвет ее кожи. Он увидел, как мелкие ранки закрылись, что было, по крайней мере, признаком того, что некоторые из ее клеток все еще живы.

Он нашел труп женщины с хвостом скорпиона и поискал ее кольцо. Оно было у нее на руке, но, к его удивлению, оно было совершенно пустым. Вероятно, женщина использовала все свои ресурсы, что, честно говоря, было совсем не неразумно, учитывая, что место для хранения было всего лишь — около одной восьмой— размера кольца Фредди. У человека, которого он убил, тоже было пустое кольцо. Оно было еще меньше.

Но они оба были ценными предметами. Он спрятал их вместе с кольцом Софии в свой полуразорванный карман, но перед этим положил голову Софии в больший карман.

«Хорошо…» Он долго обдумывал свой следующий шаг.

Честно говоря, он чувствовал себя парализованным. От императрицы до странного культа и появления асуры — ситуация была настолько запутанной, что он даже не мог предположить, что произойдет дальше.

В этих обстоятельствах у него был только один реальный выход — спрятаться.

Хотя это было бы непросто, он мог вручную уберечь голову Софии от гниения.

Он примерно представлял себе, где он находится и куда ему нужно спрятаться. Вместо того, чтобы использовать фонарик и привлечь внимание, он проглотил три таблетки восприятия и выключил свет.

Его нос уже почти привык к этому, поэтому он не совсем это осознал, но все мир пах гниющей тушей. Теперь, когда он проглотил большую дозу препарата, который усилил его восприятие, он быстро обнаружил себя на полу, блевающим и рващим, но не имеющим ничего, что можно было бы вырвать. И головная боль вернулась.

Когда он наконец освоился, он медленно встал.

Кровопролитие вернулось к его душе, и он пополз по лесу.

Ничего живого не было.

Ничего.

Он был наполнен такой чистой, всепоглощающей тишиной, что он почувствовал, как каждый волосок на его теле встал дыбом.

В конце концов, эта тишина была прервана, когда он услышал кудахтанье духов вдалеке. События в этом мире, должно быть, породили поистине невероятное количество эфира. Неудивительно, что количество и сила разумных эфирных конструкций резко возросли. К счастью, его пути не пересеклись ни с одним из них, и вскоре он заметил слабый свет прохода, ведущего в другой мир.

Это было то же самое царство, в котором они с Софией ждали. Это было единственное, с чем он был хотя бы смутно знаком, поэтому он решил, что это, вероятно, лучшее место, чтобы спрятаться.

Оказавшись внутри, он нашел безопасный угол, забрался на дерево и сел.

Кровопролитие сидело внутри своей раковины, наблюдая за действиями Хозяина, который устраивался поудобнее и готовился ко сну на вершине высокой ветки.

Встреча с асурой все еще была жива в памяти Кровопролития. Если бы существование Кровопролития не было связано с душой Мастера, асура убил бы его. Это было существо с абсолютной преданностью своим сородичам — кровавым конструктам — и вечной жаждой крови всех живых существ.

Если бы этот «сектор», как его назвали асуры, не был слишком слаб, чтобы его заметить, результат был бы катастрофическим для рода Мастера.

Кровопролитие задавалось вопросом, стоит ли рассказывать Мастеру секреты, которыми поделился асур.

Мастер был проклят судьбой, которая всегда неизбежно втягивала его в кровопролитие. Весь мир Мастера был не более чем пищей для более крупной экосистемы. Его планета находилась в фазе «интеграции», и последующие годы означали катастрофу, которую вид Мастера вряд ли смог бы пережить.

На горизонте замаячила грандиозная война.

Но он держал рот закрытым. Кровопролитие было предано своему хозяину, но оно не было глупым. Хозяин — нет…

Фредди был слаб.

Он не был достаточно взрослым, чтобы услышать что-либо из этого. Какой смысл был рассказывать прудовой рыбе о бескрайнем океане? Нет, он должен был пройти все этапы, собирая части воедино сам.

Тем временем у Кровопролития были и другие дела.

Долгое время Кровопролитие думало, что его рост был прерван из-за слияния с душой Мастера.

Это далеко не так.

Если уж на то пошло, это был лишь первый шаг к выходу на новый уровень власти.

Не сам по себе, нет, а вместе с Мастером.

Истинное предназначение «духовных способностей», как их называли люди, было гораздо грандиознее, чем они считали. И не только у Мастера уже было двое, но и оба они содержали внутри себя истинные эфирные конструкции.

Но ему нужен был еще один.

В противном случае он никогда не достиг бы мощи выше пяти звезд.

Фредди проснулся от беспокойного сна. Он на мгновение запаниковал и чуть не упал со своего насеста на дереве, но вовремя схватился, чтобы этого не произошло.

«Думаю, мне сейчас нужно найти еду», — решил он, спускаясь с дерева.

Эта обычная задача ознаменовала начало его жизни в королевстве Козерога.

Дни проходили один за другим, хотя он не мог их сосчитать. Отслеживать дни в этом мире было невозможно. Всегда был день — всегда солнечно.

Его основным источником пищи была сырая плоть неббер. Она была неаппетитной, вероятно, не очень питательной и определенно небезопасной для употребления в необработанном виде.

Сначала его график был максимально простым. Есть, спать, отдыхать и ждать. О, и следить, чтобы голова Софии не сгнила.

Его решением проблемы было разработать Очищение — простое заклинание сродства с водой, которое очищало жидкости. Оно могло справиться с бактериями и другими примесями, но это было не идеальное решение.

Проблема с использованием Очищения таким образом заключалась в том, что он очищал всё. Кровь? Больше похоже на воду. Внеклеточная жидкость? Больше похоже на воду. Спинномозговая жидкость? Да, больше похоже на воду.

К счастью, это была одна из вещей, с которыми нежить справлялась идеально. Его способность очищала только жидкости снаружи немертвых клеток Софии, что гарантировало, что она, по крайней мере, не начнет выращивать грибы где-либо.

Конечно, из-за этого голова выглядела довольно сплющенной, но она все еще была жива.

Время от времени он проверял мир горелов. Оказалось, что Кровопролитие действительно уничтожило солнце — теперь там всегда была ночь. Но даже с этим фактом он не видел никаких признаков человеческой деятельности. Или какой-либо активности, если уж на то пошло.

Со временем его визиты в проход становились все реже и реже.

Учитывая все свободное время, которое у него было, он обнаружил, что все больше и больше посвящает его тренировкам. Ему нужно было как-то отвлечься от своей ситуации.

Со временем он стал смелее. Вскоре у него случилась первая стычка с козерогом.

Существо одним взмахом вырвало его кишки, но в свою очередь получило Струящийся Удар в грудь, который полностью раздробил его костлявое туловище и немедленно убил его. Это была далеко не первая его встреча с ужасающими монстрами.

Хотя он не мог отслеживать дни, он мог отслеживать все время, когда он спал. Вскоре это число перевалило за десять. Затем за двадцать. Затем за тридцать.

Потом пятьдесят.

Ничего не пришло через проход в миргорелов.

А дни одиночества продолжали тянуться.

Фредди умылся в воде. Закончив мытье, он дал воде отстояться и посмотрел на свое отражение. Его волосы выросли на несколько дюймов и теперь доставали до ушей.

Он поднял голову и посмотрел вверх.

Он находился в середине рощи, окруженной высокими деревьями. Их полог отбрасывал мягкую тень на его спину, когда он смотрел на воду.

Большое озеро — огромный водоем, простирающийся через большую часть королевства, в котором он находился, — было великолепно.

Он встал и пошёл к ближайшему дереву. С привычной лёгкостью, несмотря на огромный вес тела, он взбирался по ветвям, пока не достиг импровизированной платформы, которую он называл домом.

Там он сел на землю и вынул лысую голову Софии из кольца хранения. Она выглядела невероятно бледной и сморщенной, благодаря методу, который он использовал, чтобы поддерживать ее жизнь.

Он положил пальцы на ее голову и направил Очищение. Сначала ему снились кошмары от того, что он ухаживал за отрубленной головой Софии. Но со временем это стало почти медитативным. Может быть, это было просто прикрытие, но он помнил о том, что он работал над сохранением ее жизни. В этом была ценность. Неважно, насколько гротескным был этот процесс.

Закончив, он вернул ее голову в кольцо и сел медитировать.

По его предположениям, с тех пор, как он впервые вошел в этот промежуточный мир, прошло где-то три-четыре месяца.

Учитывая, как долго он был один, у него было много теорий о том, что произошло. Возможно, императрица умерла, а Американская Империя была захвачена культистами. Возможно, императрица победила, но ей пришлось запечатать проход, потому что появился асура. Или, возможно, асура на самом деле проделал проход в Нова-Йорк, где он быстро убил абсолютно всех, потому что на всей планете не было ничего достаточно сильного, чтобы остановить его.

В любом случае, его догадки были только догадками. На самом деле, он совершенно не осознавал правды.

Во время медитации он приложил дополнительные усилия, чтобы смягчить свое терпение.

Он был бессмертен и совершенно не спешил возвращаться куда-либо. Неважно, сколько времени ему пришлось провести в этом мире, это было лучше, чем умереть.

Он должен был быть честен с собой — слова «лучше, чем умереть» постепенно начинали терять всякий смысл. Но он все еще держался.

По крайней мере, его тренировки приносили плоды.

В его руке появился блокнот, и он открыл его, чтобы записать свой прогресс.

СБОР:

Вторая звезда — 199% емкости эссенции

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: динамическое качественное исцеление

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

МЕТОДЫ ЗАКАДКИ:

Сродство крови:

Бассейн крови: Этап 1 — 97% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 1 — 48% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: этап 1 — завершение

Тысяча Мокрых Адов: Этап 1 — 38% Прогресс

Пучины Бездны: Этап 1 — 90% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 1 — 71% прогресса

Сродство воды:

Струящийся Удар: Этап 1 — 89% прогресса

Гидравлическое Напряжение: этап 1 — 67% прогресса

Создание Воды: этап 1 — прогресс 48%

Очищение: этап 0 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Струя Давления: Незаконченная оболочка эфира

Сродство гиблой воды:

Гиблые Воды: этап 0 — прогресс 8%

Призраки Утопленников: Этап 0 — 8% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавое Жертвоприношение

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -6% стоимости сущности, +5% силы для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают небольшое кровотечение.

Пролистывая страницы, он не мог не почувствовать растущее чувство гордости. Он добился значительного прогресса. Он все еще был далек от достижения третьей звезды. У него даже не было способности второй стадии.

Но это не сделало его рост менее впечатляющим.

Технически, по пиковым двухзвездным стандартам, его способности сильно отставали от его звездного развития. Однако для того, кто был архичеловеком менее двух лет в общей сложности, он был монстром.

После использования Призраков Утопленников на этом культисте он наконец понял, как развивать свои способности, связанные с гиблой водой. Эти две способности не были строго разделены — не полностью. Они были больше похожи на одну способность с двумя сегментами. Чтобы использовать Призраков Утопленников, ему нужно было полностью погрузиться в гиблую воду. И как только он использовал ее, обе оболочки начали прогрессировать. Однако они росли мучительно медленно.

По всем направлениям он наблюдал превосходный рост.

Однако что-то его беспокоило.

Он никогда не забудет свою битву с этим гигантом. Женщина с хвостом скорпиона — это одно. Он выиграл эту битву только потому, что она была в отчаянии.

А против человека? Он чувствовал, что действительно должен был выиграть этот бой без яда. Его противник был ослеплен, истощен и тяжело ранен, но недостаток мастерства у Фредди позволил человеку выбраться из отчаянной ситуации.

Он давно уже не учился драться. Но, очевидно, здесь его никто не учил.

Вздохнув, он спустился с дерева и приступил к ежедневной зарядке.

Он принял дозу зверских стероидов. Из-за того, как мало он мог выдержать за раз, он даже близко не был близок к исчерпанию, но он уже принял больше трети. И это было заметно.

Его мышцы значительно выросли. В результате он стал немного медленнее, но сохранил гибкость, чтобы это не сказалось на нем слишком плохо.

Он поднял на спину огромный валун и побежал. Ему пришлось проявить изобретательность, чтобы подталкивать себя без соответствующего оборудования. Но в основном все сводилось к отжиманиям с валуном на спине, приседаниям с валуном над головой, подтягиваниям с валуном, крепко зажатым между ног, и так далее.

Он мог использовать только такой большой камень, чтобы он не стал совершенно непрактичным. Со временем ему приходилось делать все больше и больше повторений, и на тот момент его тренировки представляли собой просто широкий спектр экзотических форм кардио. Но он все равно продолжал, чтобы, если что, не потерять привычку.

Закончив с физическими упражнениями, он пошел глубже в лес и столкнулся с большим деревом. Он сосредоточился примерно на двадцать секунд и медленно сформировал тонкий дротик из крови.

Затем, используя Гидравлическое Напряжение, он бросил его.

Он промахнулся мимо всего дерева.

Копье полетело вдаль на огромной скорости, врезалось в другое дерево и оторвало кусок от его бока, расколовшись при ударе на мелкие осколки багрового металла.

Вздохнув, он сосредоточился на изготовлении еще одного копья.

Отсутствие навыков у Фредди было лишь одной из трех основных проблем, с которыми он сталкивался как боец.

Первая из двух других заключалась в том, что его самые мощные способности - это пожиратели эссенции. Во время схватки с гигантом он исчерпал более половины своего запаса еще до начала боя.

Вторая проблема заключалась в том, что он был медлительным.

Если первую из двух проблем можно было решить, разработав более экономичные методы борьбы, то жизнеспособного способа «исправить» вторую проблему не существовало.

Его тело было большим, он полагался на Пучины Бездны, и его склонности не имели лучших вариантов для мобильности. Если только он не откажется от Пучин Бездны и не сбросил тонну веса, он всегда будет медленным для своего ранга.

К счастью, это не стало проблемой.

Он метнул еще одно копье, и на этот раз оно попало в цель. Оружие глубоко вонзилось в дерево, отчего по дереву побежала большая трещина. Он улыбнулся. То, что он не мог догнать свою цель, не означало, что у него не было способа замедлить ее.

Объединив три способности — Кровавое Копье, Ускоренный Кровавый Снаряд и Гидравлический Бросок — он мог разработать невероятно мощный вариант дальнего боя. Кровавое Копье и Ускорение Кровавого Снаряда были относительно дешевы с точки зрения стоимости сущности, а Гидравлический Бросок был просто более специализированной версией Гидравлического Напряжения, чем-то вроде Лягушачьего Прыжка.

Он еще не создал ни одной из способностей. Кровавое Копье будет сделано первым, Ускоренный Кровавый Снаряд будет закончен вторым, а Гидравлический Бросок займет гораздо больше времени.

Гидравлический Бросок был, вероятно, самой важной из трех способностей. Если он применил его хорошо, то использование способности заставляло его дротики всегда лететь именно туда, куда он хотел. Если он облажался, ему пришлось бы сломать оболочку и начать с нуля.

Работая над решением второй проблемы, он думал о способах компенсации своего абсурдного расхода эссенции.

Большинству архилюдей приходилось принимать во внимание только запас своей сущности и выносливость.

Между тем, технически в распоряжении Фредди было шесть различных ресурсов: сущность, физическая выносливость, собственная кровь, кровь его врагов, жизненная сила и ИТРЭ.

Под сущностью, конечно же, подразумевался его бассейн сущности.

Физическая выносливость зависела от того, как долго он мог выдерживать интенсивный физический бой.

Его кровь была важнейшим ресурсом для его кровного родства, а кровь его врагов была необходима для Кровавого Жертвоприношения.

Долгое время он не был уверен, как работает Ярость Левиафана, но после того, как он познакомился с Софией и ее талантом, он был уверен, что для срабатывания требуется жизненная сила. Это также было причиной того, почему он не мог использовать ее, когда его тело было полностью изуродовано.

И, наконец, был ИТРЭ.

ИТРЭ, или, скорее, его индекс толерантности к рефлюксной эссенции, был числом, показывающим, сколько максимальной эссенции он мог израсходовать в одном сражении для каждой своей способности, прежде чем это начинало представлять угрозу для жизни.

Его максимальная сущность составляла 199%, но это не включало сущность из его спутника или восстановленную сущность из убийств. Несмотря на то, что они были в изобилии, эти два источника также имели свой предел.

Например, ИТРЭ для воды был равен 2,56, что означает, что он мог потратить 2,56 от своей максимальной сущности на водные способности; в данном случае это означало 2,56 от 199 — 509%. Это был довольно большой запас.

Однако это было не одинаково для всех сродств. Даже близко нет. ИТРЭ для крови был всего 1,21, что означало, что он мог потратить только 240% от общей сущности на свое сродство крови, прежде чем это становилось опасным. Обычно такое число не было проблемой. Если только у арка не было спутника, трата более 100% от общей сущности в битве не была обычным явлением.

Однако были некоторые совпадения с показателем ИТРЭ ниже 1.

Святое сродство имело ИТРЭ 0,73.

А у гиблой воды Фредди, по его наблюдениям, был ИТРЭ около 0,52 — скудный показатель. После того, как он потратил эту сумму, по всему его телу начали открываться случайные раны, и каким бы сильным он ни был, он ничего не мог сделать, чтобы остановить их появление. Но он мог их хотя бы вылечить. Тем не менее, хотя он мог немного продвинуться, это было не очень хорошей идеей. Ущерб становился экспоненциально сильнее с каждым процентом сверх лимита.

Чтобы минимизировать проблемы своей сущности, он должен был использовать другие ресурсы настолько, насколько это было возможно для человека. Более дешевые способности, которые мог покрыть его спутник, больше способностей, которые использовали его запасы крови, и лучший контроль над его боевыми искусствами были значительными шагами вперед, но он серьезно начал развлекаться, полагаясь на свои духовные способности чаще.

Кровавую Жертву было достаточно легко оправдать, но даже Ярость Левиафана не была такой страшной, как он привык считать. Пока способность не была заблокирована, он, скорее всего, как минимум залатает раны потоком исцеления уровня первой помощи.

Он пробовал это несколько раз против небберов, и, как и ожидалось, он мог использовать эту способность полунебрежно. Он все еще хотел избегать ее, если это было возможно, но это была не кнопка самоуничтожения, как он привык думать. Ну, не после его двухзвездного обновления 1% Вампиризма, по крайней мере.

Он бросил еще одно копьё в дерево, и на этот раз оно разлетелось на куски. Вздохнув, он немного потянулся и решил сделать перерыв.

«Я уже давно не проверял проход… — размышлял он. — Пойду-ка я посмотрю».

Он заранее подготовил Кровавое Копьё и даже свои Кровавые Кастеты на случай, если снова встретит козерога. К счастью, по пути к проходу он заметил только несколько небберов, и через двадцать минут он был у цели.

Бросив свой привычный взгляд, он чуть было не обернулся по привычке, но замер, когда наконец заметил это.

Над пологом леса светилось что-то похожее на свет фонариков.

Люди наконец-то прибыли.

----------

Преступник

Заметив огни, Фредди первым делом не спешил выйти и представиться, а развернулся и побежал к своему укрытию.

Он подготовил свое удостоверение личности и положил его в карман.

Он отрезал безымянный палец на левой руке, чтобы снять оттуда Кольцо Крови, затем спрятал кольцо в своем кольце для хранения. Он сделал небольшой надрез на правой икре и вставил кольцо под кожу. Вскоре к нему присоединились кольца двух культистов, а также кольцо Софии, которое он также подобрал.

Учитывая, что искра нежити находилась в Кольце Хранения, ему пришлось срезать немного травы, чтобы залечить рану и запечатать кольца внутри ноги. Это было немного неудобно, но совершенно незаметно.

Ну что ж.

Он сел на траву и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Естественно, он заранее продумал все возможности и спланировал свои действия.

Лучшим вариантом было бы подождать еще несколько месяцев, пока открытый проход будет отремонтирован, а затем просто улизнуть, притворившись одним из исследователей.

Единственная одежда, которую он носил, представляла собой грубый кусок ткани в форме шорт, защищавший его интимные места, но это не было бы слишком странным. Не так уж редко, когда девиант расплавлял чье-то снаряжение.

Но в этом идеальном сценарии была одна маленькая проблема — маловероятно, что этот проход останется открытым.

Он сомневался, что обычный исследователь одиночка отважится войти в это место надолго. Даже если бы люди захотели вернуться, восстановление повреждений, вызванных всем случившимся, заняло бы немало времени.

Наиболее вероятным результатом было то, что этот проход был бы превращен в частный, и также существовала ненулевая вероятность того, что он был бы навсегда запечатан, если бы риск повторного появления асура оказался слишком большим.

В конечном итоге исход зависел от того, что именно произошло, пока Фредди был без сознания.

В любом случае, если он не хотел стать постоянным жителем дикого межпространства, где его бы просто ждало, пока его кто-нибудь съест, у него был только один реальный выход — пойти и попросить о помощи.

Его арестуют и допросят? Несомненно. К счастью, на его стороне были доказательства. В конце концов, он не был одним из культистов. София была бы обузой, если бы она была все еще цела, но единственное, что связывало его с культом, была... ну... София.

И он вполне мог бы просто сказать, что понятия не имел, что она связана с культом.

Надеюсь, она не будет против того, что он подставил ее.

Покончив с этим, он бросил последний взгляд в сторону озера. Вода мирно мерцала, и на долгое мгновение он почувствовал легкую ностальгию. Последние несколько месяцев были самыми мирными месяцами, которые у него были... вообще-то. Если бы не риски, он бы почти серьезно подумывал стать межпространственным отшельником.

Он усмехнулся и поднялся на ноги.

Медленной трусцой он пробирался через царство капрагорнов. Как только он прошел по проходу, ведущему обратно в царство горелов, он начал кричать. «Эй! Сюда! Эй! Помогите!»

Через несколько минут из кустов появилось несколько разведчиков. «Руки за спину!» — крикнул человек с большим копьем. «На колени!»

Фредди выполнил обе команды. «Ох… Слава богу. Я думал, что застряну здесь навсегда…» — сказал он. Он попытался изобразить то, что, по его мнению, было бы подходящим количеством облегчения. К его удивлению, это получилось очень легко. Слезы потекли по его щекам.

Человек с копьем шагнул вперед и приставил острие копья ко лбу Фредди. «Назови себя и фракцию, к которой ты принадлежишь!»

«Лиам Каттингсворт, независимый», — ответил он.

«У вас есть с собой удостоверение личности?» — спросил мужчина.

Фредди кивнул.

«Где оно?».

«Мой правый карман».

Маленький щупальце тьмы вытянулось из древка копья мужчины и погрузилось в карман Фредди, извлекая удостоверение личности. Мужчина осмотрел его и кивнул. «Вы будете связаны и взяты под стражу. Не сопротивляйтесь».

Фредди не подвергался пыткам.

Однако сказать, что допрос прошел гладко, было бы откровенной ложью.

Он благодарил свою счастливую звезду за то, что изучил документы Лиама. Вся эта ситуация была настолько масштабной, что, по всей видимости, буквально каждый, кто был хотя бы косвенно в ней замешан, был тщательно расследован. Во многих областях эти следователи знали о Лиаме больше, чем он сам, вероятно, знал о себе.

Было несколько странных вопросов, на которые ему пришлось импровизировать ответы. Например, почему он называл себя Лиамом Джонсоном на публике, почему и где он исчез на два года, как он так быстро достиг пика второй звезды, почему он утверждал, что его талант связан с регенерацией, когда раньше он утверждал, что его талант был общим усилением силы, и почему он был связан с Софией Саммер.

Он ерундой прокладывал себе путь через вопросы, придерживаясь достаточно близко к правде, чтобы не оставлять пробелов. Следователи неоднократно задавали одни и те же вопросы, иногда слегка перефразированные или наоборот, вероятно, пытаясь поймать его на лжи.

Но месяцы его подготовки не прошли даром. Он постарался сохранить свою историю прямой.

Он назвал себя Лиамом Джонсоном, чтобы дистанцироваться от своего настоящего имени из-за своего прошлого, что было весьма разумно, учитывая жизнь, которую прожил этот человек.

Он исчез на два года, потому что был сосредоточен на тренировках и самосовершенствовании, чтобы отвлечься от жизни, и утверждал, что достиг второй звезды давным-давно; он просто не сообщал об этом, пока ему не пришлось обновить свое удостоверение личности перед поездкой в ​​Нова-Йорк.

Причина, по которой он раньше «утверждал, что обладает талантом, увеличивающим силу», заключалась в том, что он намеренно держал свой гораздо более сильный талант в секрете, чтобы не нарываться на неприятности со своими врагами.

И, наконец, он был связан с Софией Саммер, потому что она была горяча, и он пытался с ней познакомиться. Он определенно не имел ни малейшего понятия, что она была связана с культом. Они приняли это оправдание наиболее охотно из всех.

Ну, это было довольно реалистично.

С положительной стороны того, что они тщательно его допросили, они уже собрали достаточно доказательств, чтобы решительно заключить, что он не имел никакого отношения к культу. С отрицательной стороны, Лиам Каттингсворт был гребаным преступником, и теперь Фредди был привлечен к ответственности вместо него.

Торговля наркотиками, взлом и проникновение, нанесение побоев, нападение, рэкет, уклонение от уплаты налогов — даже чертово сексуальное насилие было на повестке дня.

Лиам был чертовски мерзким типом.

К счастью, как к пиковому двухзвездному архичеловеку, к нему применялись совсем другие стандарты и процедуры. Чем сильнее становился человек, тем легче ему было обойти закон.

Пиковый двухзвездный арх был слишком ценен для общества, чтобы его бросали за решетку по любой причине.

Он не назвал бы сексуальное насилие «просто так», но болезненная реальность ситуации заключалась в том, что оно не считалось достаточно серьезным, чтобы отправить его в тюрьму.

Однако этого, в совокупности со всеми другими преступлениями, в которых его обвиняли, оказалось достаточно, чтобы оштрафовать его на 2,5 миллиона долларов.

Ой.

Проведя три недели под стражей, пока все улаживалось, он наконец был освобожден.

Прошло ровно 4 месяца и 28 дней с тех пор, как он оказался в ловушке в этом проходе. Это было 28 октября 2217 года.

С него сняли наручники и вывели из камеры.

Одетый в белую футболку и серые спортивные штаны, Фредди вышел в особенно холодный, но прекрасный осенний день. Это было ближе к вечеру. Далекое солнце проливал свой мягкий свет через небольшую россыпь разноцветных облаков, придавая им золотистую подкладку и розовое тело. Воздух был довольно чистым, свежим и лишь слегка влажным. Улицы были усеяны лужами, и люди двигались, занимаясь своими делами.

Прохладный воздух коснулся его слегка открытой кожи, посылая озноб и мурашки по всему телу. Его рубашка развевалась на ветру, обнажая мышцы живота, которые выглядели так, будто их выточил до совершенства божественный скульптор.

У него не было времени оценить все это. Вместо этого он побежал в ближайшее кафе и рванул в туалет. Там он создал крошечное лезвие крови на своем пальце и вонзил его в ногу. После нескольких грязных секунд копания он извлек все накопительные кольца, которые засунул в свою икру.

С трепетом он вытащил голову Софии. Долгое время он боялся худшего. Плесень или обесцвеченные пятна были бы верным признаком того, что что-то пошло не так.

Когда он наконец оказался у него в руках, он вздохнул с облегчением. Не было никаких изменений цвета, и он вообще ничем не пах. Казалось, его энергичная дезинфекция сохранила её в безопасности.

На всякий случай он использовал на ней Очищение в течение нескольких минут, прежде чем вернуть его в свое кольцо.

Вернув Кольцо Крови себе на палец и дав ему прокусить кожу и снова войти в кость, он вышел и сел в кафе.

Это было странное маленькое место с деревенским декором и плюшевыми, большими сиденьями. Люди внутри были в основном пожилыми — смертные люди в возрасте пятидесяти-шестидесяти лет. Он наблюдал, как они пролистывали газеты, его улучшенное восприятие позволяло ему мельком увидеть заголовок. К его удивлению, даже спустя столько месяцев, там все еще была небольшая статья о том, что случилось с проходами.

Похоже, что центр Санторио был не единственным местом, пострадавшим от действий сектантов.

Его интерес возрос, и Фредди спросил официанта, не хранят ли они где-нибудь в глубине старые копии газет. Их не было. Но у них была большая коллекция многочисленных статей, которые были опубликованы по этой теме, что было даже лучше.

Как только прибыл его кофе, прибыл и огромный каталог статей. Он был таким огромным, что им можно было убить кого угодно.

Он поднял ее и открыл. Ароматная чашка кофе щекотала его ноздри. Он страстно сделал большой, глубокий глоток и позволил кофеину омыть его язык, согревая рот и горло, когда он почувствовал, как кофеиновый удар гудит в его мозгу. «Боже мой, я скучал по кофе». Он поставил чашку обратно на стол и выдохнул с удовлетворением.

И с этими словами он начал читать.

Текст содержал многочисленные откровения и сюрпризы. Культ, или, скорее, Республика Процветания, как ее называли, был полностью уничтожен. Он фыркнул на то, что они называли себя «республикой». Как только выяснилось, что они были виновниками, императрица лично посетила их, чтобы помочь расформировать их фракцию и арестовать ее членов.

Многим из них был вынесен смертный приговор.

Но больше всего его удивил отчет о человеке, стоящем за культом — это был Натаниэль Кирург. Человек, также известный как Серебряное Сердце. Фредди вспомнил фигуру, которую он видел перед императрицей. Ужасный холодок пробежал по его спине, когда он понял, кем был этот человек.

Он был одним из первых людей, когда-либо достигших третьей звезды. И что он сделал с этой силой? Он создал огромный гарем и объявил себя правителем огромной области. Его попытка утвердить себя в качестве лидера провалилась, когда его свергла группа известных героев, включая нынешнюю правящую императрицу.

Их встреча, должно быть, была чертовски радостным воссоединением.

Фредди задавался вопросом, как этот человек умудрился пережить настоящую казнь. Но, ну, кто знает, что именно тогда произошло?

Императрица снова заявила, что человек умер в промежуточном мире, но не раскрыла, как это произошло, и не взяла на себя ответственность за его смерть. И снова Фредди пришлось задаться вопросом, был ли человек на самом деле мертв или нет.

Он не видел упоминаний об асурах, но было много предположений о «таинственной силе», которая изгнала из мира даже саму императрицу.

Было так много статей-отбросов, пытающихся выжать как можно больше сока из истории. Не один заголовок был о личной жизни исследователя, предположительно застрявшего в проходе.

Даже ему была посвящена статья, и она была хороша. Они говорили о его странной, стоической внешности и его внезапном возвышении от помощника другой партии до того, кто мог добыть до... 200 горелей в день?

Он не совсем помнил, как это делал.

Это была не единственная деталь, которая была невероятно преувеличена и даже откровенно ложна. Например, заявления о его таланте и способностях даже близко не соответствовали реальности. По-видимому, он был убийцей с темными и смертельными наклонностями и талантом, который позволял ему незаметно подкрадываться к противникам. Они даже кратко упомянули Софию, назвав ее его возлюбленной.

Затем они придумали историю о том, откуда он взялся, а затем полностью выдуманную историю о его образовании в более бедной архичеловеческой академии.

Это было настолько абсурдно, что он начал сомневаться в легитимности большей части представленной информации. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы не начать смеяться вслух над абсурдными утверждениями.

Когда он перешел к отчетам о количестве погибших... это перестало быть смешным.

Почти никто не пережил это испытание.

И не только в Санторио: во всех пострадавших районах зафиксировано высокое количество смертей.

Примерно в то время, когда императрица сбежала из королевства, горстка исследователей также выбралась наружу. Все они были с группами, которые вытащили разведчики. Из семи выживших он, к своему удивлению, узнал троих.

Теодор Осборн, Джейкоб Санторио… и Беатрис Осборн.

Хотя технически он не имел никакого отношения к женщине, он все равно чувствовал облегчение от того, что она выжила. Если бы она погибла в результате террористической атаки, это было бы, пожалуй, худшим способом завершить абсолютную катастрофу, которая произошла между ними.

Было много информации о других затронутых отрывках, но большинство из них были решены сравнительно легко.

Около 9 часов вечера он захлопнул книгу и направился домой.

Хотя это было немного пустой тратой денег, он платил аренду последние пять месяцев благодаря автоматическому платежу, который он настроил. По крайней мере, это означало, что у него было место для проживания.

Его ключи были в его кольце для хранения, и он достал их, чтобы отпереть дверь. В тот момент, когда он вошел внутрь, он заметил нечто странное.

Он нашел несколько пар обуви, в том числе и женских. В замешательстве он направился к комнате, но обнаружил там совершенно перепуганную пару, которая кричала и кричала на него. Мужчина бросил прикроватную лампу, а женщина несколько раз закричала: «Нарушитель! Нарушитель!»

Фредди был в ярости. «Какого хрена вы делаете в моей квартире!?» — закричал он на пару, которая, похоже, не раскаялась в его обвинении.

«Убирайтесь к черту!» — продолжал кричать мужчина.

Совершенно сбитый с толку, Фредди выбежал на улицу, готовый убить хозяина дома, если тот не объяснится.

Его сердитый стук разбудил владельца здания, который, казалось, был весьма шокирован, увидев его.

Объяснение мужчины, хотя и все еще приводило в ярость, имело смысл. Это было досадно, но это не было чьей-либо виной. Банковский счет Фредди был заморожен после того, как его признали мертвым, и ежемесячные платежи за квартиру перестали поступать.

По правде говоря, владелец мог бы быть более предусмотрительным и сменить чертов замок, чтобы гарантировать, что ничего подобного не произойдет. Но трудно было винить этого человека, учитывая то, что люди думали о случившемся с Фредди. И кроме того, он мог бы также заранее навестить владельца дома, чтобы убедиться, что ничего необычного не произошло.

В любом случае, настаивать на этом не стоило.

Извинившись за беспокойство перед хозяином квартиры и парой, он вздохнул и отправился в гостиницу.

Он не искал ничего особенного. Он снял маленькую комнату за 300 баксов, просто чтобы было где переночевать. Но это все равно было довольно дорого.

После хорошего ночного отдыха он быстро встал и выбежал на улицу.

От помощи в возвращении Софии к жизни до обучения и получения большего количества денег…

Ему предстояло проделать много работы.

----------

Родословная Крэйвена

Мадам проснулась от толчка. Она оглядела свой красочный офис, ища что-нибудь необычное. Она все еще была в Питтерсвилле, даже спустя пять месяцев после заключения сделки с императрицей, и ее приготовления не будут завершены еще как минимум полгода. Переезд штаб-квартиры был нелегкой задачей, особенно для человека с мантией лорда.

Из-за всего этого стресса она привыкла тратить полчаса, чтобы очистить свой разум и оставаться продуктивной. У нее не было необходимости в таком сне, но так она могла хотя бы притвориться, что получила передышку от бесконечной лавины работы.

С жизненной близостью и таким количеством лекарств, сколько ей нужно, ее сон должен быть абсолютно идеальным. Однако, по какой-то причине, она обнаружила, что ее сон становится все более беспокойным в течение последних нескольких месяцев.

Один или два раза это не было бы чем-то странным, но она уже не могла поверить, что это совпадение.

Закрыв глаза, она заглянула в свою душу. Как всегда, все, что она увидела, были четыре прекрасные звезды, с большим розовым кольцом, обернутым вокруг нее первой. Звезды бурлили розовым блеском жизни, оранжевой яростью огня и мерцающим зеленым пламенем жизненного пламени — ее уникальной склонностью.

Игнорируя свои звезды, спутник и способности, она очистила свой эфиркосм и заглянула глубже. Прочесывая каждый угол, она искала что-то, что хотя бы смутно выделялось. Ее получасовой перерыв подошел к концу, и на мгновение она задумалась о том, чтобы уйти и продолжить работу. Но что-то в этой ситуации терзало ее.

Она надолго покинула свой эфиркосм  и вздохнула. Она вытащила маленькую блестящую пилюлю из своего Кольца Хранения и проглотила ее. Это была пилюля ясности души, дорогостоящее лекарство, используемое для тщательного исследования души. С его помощью она должна была заметить даже самые крошечные изъяны.

Это была огромная жертва, но она знала, что нельзя игнорировать свой инстинкт исследователя.

На этот раз, как только она нырнула в свой эфиркосм, она сразу же заметила, что было не так. Глаза на ее проекции широко распахнулись, когда она увидела крошечное, почти незаметное глазное яблоко, уставившееся на нее из глубокого, темного уголка ее души.

Зрачки у него были квадратные.

Она тут же подлетела к нему и разорвала на куски. Следующие пятнадцать минут она исследовала каждый дюйм своей души, чтобы убедиться, что там больше ничего не торчит.

Убедившись, что она в безопасности, она ушла. На ее лице не отразилось облегчения. На ее лбу проступила глубокая хмурость.

Должно быть, эта штука проникла в ее душу еще тогда, когда она отправилась в тот аномальный проход.

Подумать только, что это не только ускользнуло от ее бдительного стража души, но и оставалось незамеченным так чертовски долго... Это было ужасно. И мало что могло заставить ее почувствовать страх.

Она догадалась, что — нет, она знала, что такой паразит, должно быть, вторгся и в души Марка и Нахара. И они, скорее всего, не смогли противостоять воздействию того, что он пытался сделать, так же хорошо, как она.

Долгое время она думала о том, чтобы помочь им справиться с этим. Это, без сомнения, сделало бы их еще более обязанными ей, но...

Какой в ​​этом смысл… когда клан Крэйвенов уже был на грани распада?

Дряхлый человек сидел за столом и рисовал на бумаге. Единственным источником освещения была полоска света, пробивающаяся сквозь шторы на окне. Прогорклый запах висел, как туман, смешиваясь с дымкой, уже окутавшей его разум.

Люди отказывались ему верить.

Этот тупой ублюдок-психолог все время твердил, что это симптом чувства вины, которое он чувствовал.

Он им покажет.

Он покажет им всем, как эта штука выглядит.

Он докажет, что они неправы.

Его рука дрожала, когда он пытался нарисовать контур человека в сотый раз. «Блядь!» — закричал он, отбрасывая чертову бумагу в сторону и вырывая еще одну страницу из блокнота. «Блядь! Блядь! Блядь!» Он снова и снова бил кулаком по столу, отчего дерево трескалось в его неистовой ярости. Его дыхание было прерывистым, но он делал все возможное, чтобы успокоиться и попробовать снова.

Медленно, одна закрученная линия за другой, на странице возникло изображение мужчины. Он был мускулистым и внушительным, с мокрыми волосами до плеч, ниспадающими по бокам головы, и поразительными квадратными зрачками, пристально глядящими в душу зрителя.

Вот как это выглядело в его сознании. Но как только он моргнул достаточно сильно, галлюцинация исчезла.

На самом деле, изображение, которое он рисовал на бумаге, было больше похоже на человечка, которого нарисовал малыш. Он рассмеялся. Его хихиканье стало безумным, когда он потянул себя за волосы, только чтобы вырвать еще один клок некогда здоровых светлых локонов.

Его будильник запищал в кармане, и только через десять минут после того, как он зазвонил, он понял. «Пора идти на работу», — пробормотал он себе в подбородок, направляясь в туалет, чтобы подготовиться.

Он прошел по огромной куче измельченной бумаги. Страницы украшали ужасающие изображения изуродованных фигур. Грязная одежда была разбросана по всей спальне, и только его униформа, о которой позаботились слуги, оставалась хотя бы наполовину чистой. Он добрался до кучи пластиковых бутылок по колено, лежавшей у входа в комнату, и пробрался сквозь нее, опрокидывая их со звуком глухого дребезжания.

Затем он вошел в туалет. Дрожащей рукой он щелкнул выключателем. Пыль и грязь скопились на каждой поверхности, а пол был усыпан мокрыми клочками бумаги. Обычно слуги убирали и это, но он отказывался пускать кого-либо в свой дом.

Он не мог допустить, чтобы кто-то из них оказался самозванцем.

Марк Афронте наконец подошел к зеркалу. Оно было грязным, с засохшими брызгами гноя и крови от прыщей, которые он выдавливал, покрывающими поверхность. Он схватил влажный кусок туалетной бумаги, плюнул на него и вытер часть грязи.

Под ним он увидел свое отражение.

Его лицо было изможденным и усеяно оспинами. Его кожу покрывали прыщи, отчасти из-за его ужасной диеты, отчасти из-за его стресса, отчасти из-за его полного отсутствия гигиены. Волосы на макушке были тонкими, с заметными залысинами.

Его когда-то здоровое, подтянутое телосложение с рельефными мышцами теперь было гораздо менее впечатляющим. Он все еще был рельефным, но большая часть мышечной массы ушла, а уровень жира в его теле был настолько низким, что это делало его тело почти фальшивым, как будто вылепленным из пластика.

Он проигнорировал свою внешность и осторожно умылся. Он вытер лицо полотенцем, от которого разило плесенью.

Через десять минут он был уже в форме и спешил на свой пост.

Как только он вышел из жилых помещений и вошел в зал развертывания, он сел в поезд. Он отдал свое удостоверение личности ожидавшему внутри человеку, который быстро его проверил.

Поездка была спокойной, поезд двигался без малейшего толчка турбулентности, который мог бы нарушить его поездку. Он прислонился головой к стеклу, наблюдая, как огромные конструкции движутся мимо в головокружительном параллаксе человеческих достижений.

Плавающие конструкции, здания, которые, казалось, вот-вот рухнут из-за того, как они изгибались и скручивались в воздухе, и многочисленные плавучие платформы, на которых проводились вечеринки, встречи, собрания, уроки или перевозились рабочие из одного места в другое, заполнили пространство перед ним, закрывая вид на бесконечное голубое небо над головой, которое он мог видеть только через металлическую сетку, удерживающую купол неподвижным.

Массивная структура из прозрачного материала защищала растущий город от внешней опасности, а многочисленные архилюди были размещены по всей его поверхности, чтобы отражать воздушные угрозы. Он не был квалифицирован, чтобы сражаться там. Его станция была снаружи на поверхности, где тысячи людей отбивались от непрерывного роя монстров, спешащих прорваться через их баррикаду.

Выйдя из поезда, он прошел по узкому туннелю и выбрался наружу.

Золотые поля простирались далеко. Смутно, на огромном расстоянии, он мог различить туманные синие очертания различных биомов, включая огромный океан и гряду гор, тянущихся к небу.

Стархолд был построен на возвышенном плато. Между равнинами внизу и бетонной платформой, на которой стоял Марк, располагалась отвесная скала из сверхармированного бетона.

Между куполом и обрывом к золотым равнинам внизу был буфер примерно в пятьдесят метров. На этом буфере росли разбросанные здания. В основном это были временные форпосты для оказания медицинской помощи и офицеров, стоящих на страже.

По всему бетонному утесу рабочие свисали с привязи и осматривали стену. Они использовали способности земного сродства, чтобы заделать трещины и осмотреть здание на предмет более глубоких проблем структурной целостности.

Некоторые даже заглянули в вентиляционные отверстия и нырнули в них, чтобы убедиться, что ничто не блокирует поток воздуха.

Хотя немногие монстры могли взобраться на эту скалу, все они пытались это сделать. Это угрожало жизням мужчин и женщин, которые работали над безопасностью конструкции, — одним из которых был отец Марка. Он был металлистом, который работал над укреплением опорных балок. В тот день его отправили в другой отдел, так что Марк его не увидит.

С его наблюдательного пункта на вершине ошеломляюще огромного плато высотой в сто метров люди, сражающиеся с монстрами, были похожи на снующих муравьев, и лишь изредка на черном фоне выжженных полей вспыхивали яркие вспышки.

В непосредственной близости от Стархолда вся трава была сожжена. Траву было обманчиво сложно выжечь, и она росла смехотворно быстро, поэтому ее приходилось регулярно расчищать. Были планы создать огромную каменную платформу в какой-то момент в будущем, но все шло так, как шло, и тот, кто отвечал за такие вещи, явно не считал необходимым тратить на это ресурсы.

Неподалеку от места, где его разместили, он увидел реку сточных вод, текущую вдаль. Это был один из трех таких водоемов.

По всей границе Стархолда, прямо за сожженными территориями, стояли большие башни. С его точки обзора они казались маленькими, но все они были более двадцати метров в высоту. С этих башен бойцы дальнего боя работали над тем, чтобы уничтожить всех монстров, которые пытались пройти мимо них, но, естественно, они не могли поймать их всех.

Вот тут-то и появились такие люди, как Марк.

«Группа А31, вперед!»

Он вошел в лифт и ждал, пока его спустят вниз вместе с 14 другими людьми.

Хотя бойцы были развернуты в «группах» по 15 человек, это не были команды. Это была их собственная работа — обеспечивать партии или альянсы, если они того хотели, но у них также была свобода просто работать в одиночку.

Все остальные вокруг него были совершенно незнакомы. Возможно, он работал с одним или двумя из них раньше, но к тому моменту его уже сотни раз отправляли на задания. Он не мог запомнить каждое лицо, особенно учитывая, как часто двухзвездные меняли свою внешность.

Пока большая часть группы болтала, быстро разделившись на группы по шесть-пять человек, Марк и еще трое человек остались в стороне, явно намереваясь работать в одиночку.

Когда лифт коснулся земли, они выбежали на поляну.

Две группы разделились, охватив небольшую территорию, в то время как Марк пошел к внешнему краю.

Его огромный меч выскользнул из ножен, и он небрежно держал его сбоку. К счастью, он получил металлическое сродство, как только поднялся. Хотя был 90% шанс получить его на второй звезде, это не было гарантировано.

Когда первый монстр приблизился к нему — мохнатый медведь-росомаха с короткими конечностями — он прыгнул на него. Марк взмахнул мечом вперед и разрубил зверя пополам. Несмотря на потерю мышечной массы, которую он испытал, его сила все еще была впечатляющей.

Он в основном работал над Сжатием Клинка как над своей основной способностью для сродства к металлу и уже приближался к высокой второй стадии с прогрессом. Это была простая способность, которая делала клинок более узким на долю секунды. Это была мощная способность. Она могла позволить нелепые подвиги, такие как разрубание целого дерева одним взмахом, если правильно рассчитать время. Она была относительно экономически эффективной, с потреблением всего 3% эссенции, большую часть которой покрывал его двухзвездный спутник.

Он разрубал пополам одного монстра за другим, продвигаясь вперед с ужасающей эффективностью. Даже в столкновениях, где одна ошибка могла стоить ему травмы, он не колебался, не боялся и не паниковал.

Ничто не могло сравниться с ужасом его снов.

И, если быть честным с самим собой, желание умереть уже медленно закралось в его сознание. Может быть, было бы не так уж плохо, если бы он оступился и потерял голову или две в один из этих дней.

К сожалению, в тот день этому не суждено было случиться. Ему пришлось довольствоваться тем, что он выплеснул свою холодную, кипящую ярость на бедных существ, ведомых инстинктом.

Когда его отведенные два часа закончились, он вернулся к лифту. Он мельком увидел женщину-наблюдателя, которой было поручено отслеживать их вклад.

Женщина отвела взгляд, как только поняла, что он смотрит на нее.

Когда он вошел в лифт, люди внутри странно на него посмотрели.

«Эй», — позвал невысокий мужчина в легкой броне. «Ты чертовски впечатляющ». Мужчина с оттенком замешательства окинул взглядом дряхлую внешность Марка. «Я не хочу совать нос в чужие дела, но у тебя там, э-э… У тебя там непростая ситуация, да?» — заявил мужчина. «Знаешь, если у тебя проблемы, моя семья нанимает сотрудников. Могу дать тебе визитку, если ты заинтересован».

Марк долго смотрел на мужчину. «Сможет ли твоя семья получить место в Академии Перлора, когда она откроется?»

Мужчина нахмурился. «Это серьезный вопрос. Хм... Может быть... Я не очень разбираюсь в...»

«Тогда уходи».

Мужчина моргнул. «Ладно... Ну... Извините, что беспокою вас». Затем, повернувшись и отойдя, он прошептал: «Придурок...»

Была одна и только одна причина, по которой он все еще работал, чтобы выжить каждый день — обещание, которое дал ему босс, все еще было на столе, обеспеченное контрактом. Пока клан Крэйвен продолжал существовать как организация после открытия академии, они были юридически обязаны обеспечить место в академии для его сестры. Это было устроено давным-давно, под надзором имперского судьи, так что это было не то, от чего клан Крэйвен мог отступить.

Но он знал, что лучше не верить, что все пройдет без сбоев. Хотя он и верил Нахару, он не верил ни в один из этих гребаных кусков дерьма.

«Пусть попробуют что-нибудь вытащить… — пробормотал он себе подбородок, привлекая несколько обеспокоенных взглядов других бойцов. — Я убью их всех».

Он вернулся в комплекс и вошел в их подземный штаб. С каждым днем ​​он натыкался на все меньшее и меньшее количество членов клана Крэйвен. Их не убивали или что-то в этом роде — он мог только мечтать — но вместо этого они уходили.

Он не мог их винить, он полагал. С каждым днем ​​становилось все меньше и меньше причин оставаться связанным с кланом. Те, кто остались, были либо закоренелыми маньяками, либо выдаивали из умирающей организации все, что могли.

Те, кто сталкивался с ним, либо рычали, либо глумились над ним. Радуга негодования взглядов была направлена ​​на него каждый день. Они издевались над ним, дразнили его, как капризные дети. Они вымещали свое разочарование на стерве с мертвыми глазами некомпетентного молодого хозяина — человека, который, по их мнению, был виноват в их постоянных неудачах.

Нахар работал гораздо усерднее, чем кто-либо из этих неблагодарных ублюдков мог себе представить. Но Марк так и не поддался их провокациям. Они не заслужили его признания.

Даже если бы каждый член клана ушел и пошел своей дорогой, его сделка с Нахаром была бы высечена на камне. Академия скоро откроется, и как раз в тот период, когда у них еще была защита императрицы.

Марк вошел в кабинет Нахара.

Там он увидел мужчину, который клал вещи в коробку. Нахар замер, как только заметил Марка. «О... Эй...»

«Какого черта ты делаешь?» — холодно спросил его Марк.

«Слушай, — крикнул Нахар, пытаясь выдавить улыбку на лице, но выдавив из себя нечто больше похожее на маниакальную ухмылку. — Я просто больше не могу с этим справляться, Марк».

«Не смей, черт возьми», — выплюнул мужчина, делая агрессивный шаг вперед.

«Не будь глупцом, Марк», — упрекнул Нахар. Выражение его лица стало кислым, когда на него снизошла печаль. «Я... я так верил в этот клан. Я был наивен», — горько сказал он. «Мы не можем иметь никакого влияния без Лорда. И никто в клане даже близко не приближается к восхождению. Я думал, что дядя Рахал, по крайней мере... но... этому не суждено случиться».

Марк замер, опасаясь, что ответ на вопрос прожжет ему горло.

«Расслабься», — сказал Нахар, кисло улыбнувшись. «Мой дядя займется этим, как только я уйду, и ты все равно получишь свою часть сделки». Нахар поднял коробку и пошел. «Я очень надеюсь, что мы сможем оставаться на связи. Но… да… Я с нетерпением жду, когда наконец стану свободным человеком. Может, ты присоединишься ко мне?»

«А что, если они попытаются что-то вытащить?»

Нахар замер. «Смотри…»

«Не надо». Марк пристально посмотрел мужчине в глаза. «Ты же прекрасно знаешь, что Рахал будет бороться за каждую крупицу власти, которую сможет получить, как только станет лидером».

«Послушай», — более твердо заявил Нахар. «Могу ли я быть с тобой честен… всего на секунду?» Двое мужчин долго стояли в тишине, прежде чем Нахар решил продолжить. «Я не думаю, что тебе это нужно, Марк».

«Дело не во мне, дело в моем...»

«Ну, твоей семье это тоже не нужно!» — выплюнул Нахар. «Слушай. Ты можешь просто… уйти. Возвращайся на Новую Землю. Поселись где-нибудь. Заведи себе чертову жену, чувак, и дай своей сестре жить нормальной жизнью».

«Все не так просто…»

«Ты одержим, Марк».

«Ты даже не представляешь, насколько опасно находиться где-либо, кроме как на вершине», — заявил Марк.

Нахар нахмурился. «Да, Марк, я понял. Я усвоил урок».

Марк не смог удержаться от смеха. «О, правда? Ты думаешь, ты что-то знаешь? Ты думаешь, что играть патриарха умирающего клана достаточно, чтобы знать, каково это — быть гребаным крепостным!? Если трехзвездный — если бы ты хотел навязаться моей сестре, ты думаешь, я мог бы сделать что-нибудь, чтобы остановить тебя!?» — закричал он. «Ты думаешь, судьи накажут тебя!? Даже если бы ты вырезал всю мою семью, ты бы получил пощечину!»

«Ну давай же…»

«Нет. Ты никогда не поймешь. Пока ты жив, ты не поймешь, что я пытаюсь сказать, пока сам не увидишь. У меня есть контракт — ты мне не нужен», — заявил он. «Прощай, Нахар». Он отдал честь своему старому боссу и вышел из комнаты.

Позже в тот же день Нахар произнес прощальную речь перед оставшимися членами клана Крэйвен. Прежде чем он успел произнести три предложения, его выгнали со сцены и выгнали наружу. Марк наблюдал за всем происходящим холодными глазами.

Затем медленно, словно герой, предсказанный в легенде, Рахал поднялся и вышел на сцену.

Крики были оглушительные.

Его коронация в качестве патриарха клана началась с речи о честности. Он напомнил всем об истории клана и о силе, которой они обладали прежде, о потенциале, который они все еще имели внутри себя. Он адресовал речь тем ярым, кто решил остаться, сосредоточившись на их родословной и преданности, обещая большие награды и статус тем, кто все еще верил в их принципы.

Он описывал очищение от неверных как благословение; с уничтожением «неверных» он обещал более сильный и сплоченный клан, чем когда-либо прежде.

А потом, как только он их достаточно подмазал, чтобы испечь гребаный пирог между их задниц, он начал рассказывать о своих планах на будущее. Они были довольно радикальными. Этот человек планировал фактически уйти из Стархолда. Они распродали бы все оставшиеся доли и обосновались бы в Питтерсвилле. Он довольно сильно ударил по аудитории всеми плохими новостями, только чтобы затем немедленно приступить к расчетливому оправданию своих действий.

Это был вполне разумный план. Учитывая, сколько силы они потеряли, оставаться здесь было явно невыгодным вариантом. Их бы растащили на части, пока им не пришлось бы расформироваться. Очевидно, что Стархолд был выше их в том состоянии, в котором они были в данный момент.

Но Питтерсвилл, их старая штаб-квартира, не был плохим местом для возвращения. Со всеми сверхдержавами, сосредоточенными на Стархолде, движение должно было проходить через шумный мегаполис. Их статус там был гораздо более прочным, и ни у кого не было власти или стимула выгнать их, даже без Лорда среди них. Им просто нужно было выждать время, пока четырехзвездный снова не поднимется из их рядов, и тогда они возвращались к погоне за более высокими вершинами.

Честно говоря, Марку было все равно, что они делают. Он не возражал бы против возвращения в Питтерсвилл, пока его сестра учится в академии. И если быть честным, Рахал выдвигал довольно надежный план.

Он слышал, как люди шептались, что Нахар никогда не сможет проявить такое лидерство и что этот мальчик обрек их на провал с самого начала. Теперь было легко так говорить, учитывая, что все, кто был категорически против такого отступления, покинули клан.

Его внимание вернулось к реальности, когда он услышал, как Рахал сказал что-то странное. «...с этой целью я считаю, что было бы разумно расформировать Крэйвен Индастрис и ликвидировать активы».

Он тут же вскочил на ноги и поднял руку.

Вокруг него раздался недовольный ропот, но Рахал махнул рукой, указывая на Марка. «Приветствую, мистер Афронте. Думаю, у вас есть ко мне вопрос».

«Да, сэр». Марк с тревогой поправил форменную фуражку, выпрямляя спину. «У меня подписан контракт с Крэйвен Индастрис. Что будет с этим контрактом, когда компания будет расформирована?»

«Это отличный вопрос, молодой человек». Жестокая улыбка мелькнула на губах мужчины на короткое мгновение. «После того, как компания будет расформирована, договорные обязательства, такие как ваша сделка… будут переданы законному владельцу компании».

На полминуты Марк почти почувствовал облегчение. Потом он понял.

Нахар был владельцем компании. Он был тем, кто должен был выполнить контракт. Естественно, он также мог решить не распускать компанию, поскольку она была его, но практически все, чем владела компания, было просто «инвестицией» от членов клана, которые были фактическими владельцами практически всего.

За исключением обязательств.

Обязательства, которые Нахар был бессилен выполнить.

Марк обнаружил, что смотрит в поразительно голубые глаза мужчины. В них он увидел... триумф.

Вот почему этот человек так легко передал лидерство Нахару.

С самого начала он планировал сделать именно это.

Губы Марка дернулись и растянулись в мерзкой гримасе. «Ты гребаный монстр…»

Рахал сделал жест рукой, и в мгновение ока два трехзвездных старейшины схватили Марка за руки и потащили его прочь. Он лягался, рычал и кричал. «Я убью вас всех нахрен! Отпустите меня! Вы, ебучие ублюдки! Вы все мертвы!»

Когда его тащили через двери, он увидел, как губы Рахаля изогнулись в зловещей улыбке, когда он помахал рукой и одними губами произнес: «Передай привет моему племяннику».

----------

Он умрёт

Фредди вошел в свою новую съемную квартиру и поставил на крошечный столик в комнате два больших стеклянных контейнера и пакет с продуктами.

Новая квартира, которую он снял, была значительно меньше прежней. Это была всего лишь одна комната с кроватью посередине и столом рядом с раковиной, но она все равно была втрое больше, чем комната-гроб, в которой он вырос.

Хотя ему не терпелось наконец обзавестись чертовой собственной квартирой, он был не против подождать еще немного. Ему предстояло выплатить огромный долг, поэтому до тех пор, пока он не начнет зарабатывать значительно больше денег, чем требовалось для ежемесячных выплат, он должен был быть экономным.

Как двухзвездочный арх, он не мог выплачивать штраф несколькими сотнями долларов за раз. Нет, он должен был выплачивать почти пятьдесят тысяч долларов в месяц. У него оставалось еще немало денег, припрятанных в сбережениях, но, учитывая, что он еще не вернулся к работе, он проявлял терпение.

Кроме того, признаться, было что-то успокаивающее в том, что он следил за своими расходами.

Может, это была просто старая привычка.

Холодильника в комнате не было, как и поверхностей для приготовления пищи. Его запасы еды - сухой хлеб и различные поливитамины - были сложены в большие бумажные пакеты в углу комнаты.

Он разложил на столе собранные ингредиенты и налил воду в первый кувшин. Медленно, один за другим, он добавлял ингредиенты, в основном совсем дешевые, купленные в продуктовом магазине, такие как соль и сахар. Затем он стал добавлять более дорогие ингредиенты, в том числе вязкий, ярко-синий консервант, который продавался в маленькой стеклянной бутылочке.

Последнюю неделю, с тех пор как его выпустили из тюрьмы, он занимался только двумя вещами: планировал, где будет работать дальше, и рылся в непонятных книгах в поисках записей о том, как сохранить жизнь того, кто был уменьшен всего лишь до головы.

Довольно быстро стало понятно, что исцелить Софию будет нелегко и недешево. Если бы ему удалось каким-то образом разбудить ее, это было бы проще простого, но, учитывая ее состояние, такой возможности не было. По крайней мере, она была не в сознании.

Было очень страшно видеть, как по-разному приходит смерть к нежити. Временами он даже немного жалел, что решил пойти по этому пути. В конце концов, все умирают. А учитывая, что он никогда не умрет от старости, его смерть может быть только мучительной. Тем не менее он сделал свой выбор. Каким бы неприятным он ни был, это был огромный источник силы. София была тому доказательством.

Но даже в таком состоянии она не могла жить вечно.

Поэтому ему нужен был более безопасный способ сохранять ей жизнь, пока он не найдет постоянное решение.

Однако найти такой способ было нелегко.

Он думал, что сможет просто спросить совета у местных библиотекарей или владельцев книжных магазинов, но большинство из них лишь указали ему на старые медицинские записи о малоизвестных случаях.

Проблема заключалась в том, что у большинства организаций, ориентированных на сродство со смертью, были свои уникальные и - сюрприз, сюрприз - секретные способы сохранения жизни своих членов.

Потребовалась долгая, изнурительная неделя копания в одной записи за другой и перелопатить нескольких библиотек, пока он наконец не нашел то, что искал.

Добавив все ингредиенты, он достал большую металлическую ложку и помешивал их около минуты. Затем он вынул голову Софии из кольца для хранения, осторожно опустил ее в пустой контейнер и медленно вылил раствор на нее, пока она не погрузилась полностью. После этого он герметично закрыл крышку контейнера и убрал его в кольцо для хранения.

Таким образом, у него появился примерно год времени, чтобы спасти ее.

Неживые клетки не умирали сами по себе, как живые. Истощившись, они впадали в стазис, возобновляя свою работу после получения дополнительной энергии. Но они, как и все остальное, были подвержены постепенному разрушению.

Умереть они, может, и не могут, но распасться  - точно.

Через год после этого ее мозговое вещество разрушится настолько, что она необратимо потеряет часть себя как личности. Даже если ее воскресят после этого, она уже никогда не будет прежней Софией. Фредди бы не сдался даже спустя пять лет, но это не означало, что не было никакой срочности.

Он планировал отдохнуть денек, но вместо этого занялся избиением искры смерти. Отдых наступит после того, как он снова найдет постоянную работу.

Поскольку был уже полдень, он сначала пообедал. Он съел несколько черствых и сухих буханок хлеба, каждую из которых обмакнул в воду, чтобы они стали мягче, а затем проглотил большую горсть мультивитаминов. Хотя такая еда была объективно отвратительной, он должен был признать, что в какой-то мере получал от нее удовольствие.

Он испытывал странное чувство силы, зная, что может питаться хуже, чем куры какого-нибудь бедного крестьянина, и при этом быть здоровее, чем подавляющее большинство населения.

Вымыв руки, он поправил белую футболку с короткими рукавами и вышел на улицу.

На улице было необычно холодно. Небо было затянуто тучами, но не было похоже, чтобы шел дождь. Город был полон людей, спешащих по своим делам, а на улицах было полно машин. Не карет, а именно машин. На самом деле за время своего долгого отсутствия в обществе Фредди упустил несколько важнейших технологических прорывов.

Стархолд был весьма продуктивен в плане ресурсов и разработок, поэтому автомобили с внутренним двигателем становились все более распространенными. Настолько, что повозки, запряженные дрейками, были объявлены незаконными в крупных городах из-за пробок и загрязнений.

Естественно, многие люди были очень недовольны этим, так как все равно не могли позволить себе автомобиль, но тем, кому транспорт был нужен для бизнеса, предоставлялась щедрая субсидия, которая приглушала боль.

Фредди вернулся к своим праздным мечтаниям и сосредоточился. Как и ожидалось, после инцидента хаб Санторио был закрыт на неопределенное время. Оставалось только три других общественных прохода… или так он думал.

Как только Санторио перестал существовать, открылось несколько совершенно новых общественных проходов, чтобы побороться за роль, которую раньше играл центр Санторио.

Хотя три уже созданных узла, несомненно, были более безопасным выбором, Фредди уже побывал в этих местах и, мягко говоря, не был их большим поклонником.

Первое место было аномальным - внутри мира находилась горная местность, где нежить появлялась из ниоткуда. Его талант, что неудивительно, не работал на грудах ходячих костей и гниющей плоти. Невозможность положиться на свой талант в трудной ситуации была неоправданным риском.

Второй была палящая жаркая пустыня. Обычно для такого архичеловека, как он, это было бы просто замечательно, потому что он от природы был более устойчив к обезвоживанию, но отсутствие растительности несколько отталкивало. Это, конечно, не было большой проблемой, учитывая мясистый сгусток в его кольце, но все же не было оптимальным вариантом.

Третий вариант был... ну, на самом деле это был неплохой вариант. Аккуратный лесной участок со всевозможными звероподобными монстрами внутри. Проблема была в хозяине - после теракта он стал параноиком, поэтому проверял всех, кто просился сюда, делая проход лишь псевдообщественным.

Хотя Фредди был совершенно невиновен и уже был проверен незадолго до этого, его не пустили из-за его причастности к террористическому акту.

Поэтому в тот день он отправился в путешествие.

У него было четыре пункта назначения.

Пора было посмотреть, что может предложить Нова-Йорк.

Теодор прогуливался по улицам города. Бежевый шарф развевался на холодном ветру, прыгая на его толстом черном пальто. Он поднес сигарету к губам и сделал глубокую затяжку, медленно выдыхая.

В последние несколько месяцев его жизнь складывалась довольно удачно. Он получил новую работу в команде наемников. Он оставил в прошлом жизнь вольных исследователей и теперь работал исключительно по контракту. Благодаря своему таланту он мог исследовать новые пути и вести разведку в уже существующих мирах.

Докурив сигарету, он затушил ее и выбросил в ближайшую урну. Пройдя еще один квартал, он повернул и вошел в небоскреб.

Через минуту он был в своей квартире на 17-м этаже. Как только он открыл дверь, к нему бросилась женщина и крепко обняла его. «Ты вернулся...» прошептала Беатрис.

Он чувствовал, как быстро бьется ее сердце. Ее облегчение от того, что он вернулся домой, было столь же ощутимо, как и то, как крепко она обхватила его за талию.

После того как он быстро поцеловал ее в лоб, она оторвалась от него и подняла на него сияющие глаза. «Я приготовила тебе ужин. Но у нас закончился пармезан...», - сказала она, отводя глаза в сторону.

«Не беспокойся», - сказал он, надевая пальто. «Я схожу в магазин и куплю немного».

Он вышел на улицу.

Беатрис не очень хорошо себя чувствовала после всего этого испытания. Она месяцами не выходила из их квартиры. Честно говоря, Теодору это нравилось. Ей не только было наплевать, что он делает и с кем проводит время, но она была готова простить... что угодно... лишь бы он не бросил ее.

Она боролась за то, чтобы он был счастлив. Конечно, он мог бы пригласить психотерапевта, чтобы тот помог ей пережить травму, но... пожалуй нет.

Что в этом весёлого?

Единственным недостатком было то, что она иногда просыпалась с криком посреди ночи, но это не было большой проблемой.

Недавно она начала затыкать себе рот кляпом перед сном.

Кроме того, Теодор редко ночевал дома в последнее время.

Ближайший магазин находился совсем рядом с домом. Как только Теодор вышел через парадную дверь, он повернулся и...

Краем глаза он заметил крупного мужчину в белой футболке, который поворачивал налево по улице. Через секунду он скрылся за зданием.

Теодор замер.

Глаза были его главным оружием. Он был уверен, что ему это не привиделось. Но все же он бросился вперед, чтобы убедиться в этом.

Осторожно заглянув за угол, он увидел широкую спину Лиама Джон…  нет, Лиама Каттингсворта, - когда тот направился вниз по улице.

«Что за...» Теодор не мог в это поверить.

Этот человек все еще жив?

Должно быть, они нашли его, когда взламывали печать несколько недель назад, но даже так...

Джейкоб был абсолютно уверен, что этот человек был виновен в сговоре с культистами. Похоже, он ошибся.

Теодор спрятался за укрытием, сильно нахмурившись.

Еще когда он увидел этого человека в проходе, прямо перед приходом императрицы, Теодор заметил нечто странное. Телосложение мужчины значительно отличалось от того, что было всего несколько недель назад. И не просто немного - его кости были словно перестроены, а мышцы восстановили равновесие.

И почему-то с тех пор он стал еще больше.

Теодор заметил, что за время их совместной работы тело Лиама росло с абсурдной скоростью. В те времена он не делал ничего невозможного. Несколько стероидов и немного физических упражнений - и все.

Но сейчас все было иначе.

Это было вызвано каким-то внешним воздействием.

Но каким?

Его талантом?

Неужели та женщина, с которой он был, сделала это с ним? Если да, то как?

Учитывая, что слабые места мужчины были еще более приглушенными, чем в последний раз, когда Теодор видел его, это определенно не было чисто косметическим эффектом.

Но, что самое пугающее, это было даже не самое необычное. Этот человек был на пике двух звезд.

«Фух...» выдохнул Теодор, прислонившись к стене.

Лиам был причудливой личностью. Это он уже знал. Хотя обстоятельства его жизни были интригующими, у Теодора не было никаких причин беспокоиться об этом человеке.

Кроме...

«Неважно», - пробормотал он, развернулся и пошел в магазин.

Он купил пармезан.

Он съел свой ужин.

После еды он сел в гостиной и стал смотреть фильм вместе с Беатрис. Однако на протяжении всего фильма он постоянно отвлекался. Его сердцебиение участилось. Прикосновения Беатрис, когда она опиралась на его плечо, казались ему неловкими и... грязными.

«Эй», - сказал он, отталкивая ее и вставая. «Я ухожу».

Его жена выглядела невероятно разочарованной тем, что он не остался досмотреть фильм до конца. Она на мгновение опустила глаза, прежде чем спросить: «Ты вернешься сегодня вечером?»

«Да, да... Конечно», - сказал он, отмахиваясь от нее. «Я просто пойду... э-э... повидаюсь с другом».

Через двадцать минут Теодор уже стучался в чью-то дверь. Прошла долгая минута, но в конце концов дверь открылась. «О, привет!» - поприветствовал его Джейкоб, открывая дверь. «Что привело тебя сюда?»

Джейкоб сильно изменился за последние полгода. Лицо мужчины выглядело исхудавшим, он потерял большую часть мышечной массы. Он был бледен. Под глазами нависли глубокие мешки.

«Привет, чувак!» Теодор поприветствовал его, предложив удариться кулаками. «Давненько тебя не видел».

«Да… э-э… Хочешь зайти?» предложил Джейкоб.

«Конечно. Мне нужно с тобой кое о чем поговорить».

Мужчины сели в большой, богато украшенной гостиной. Несколько минут они беззаботно болтали, пока горничная приносила им кофе. Женщина выглядела немного взволнованной, и Джейкоб шлепнул ее по заднице, как только она повернулась. Она вскрикнула.

«Новенькая?» спросил Теодор, ухмыляясь.

«Да, она немного стеснительная». Джейкоб хихикнул, сдвинув брови.

«Ты кобель». Теодор покачал головой, делая глоток кофе. Он был слегка горьковатым. «Мне нужно с тобой кое о чем поговорить».

Джейкоб прищурил бровь, поднося чашку к губам. «О чем?»

«Я... я видел Лиама Каттингсворта сегодня на улице».

Рука Джейкоба замерла. Он поставил кофе на место и повернулся лицом к Теодору. «Это не смешно».

«Я не шучу». заявил Теодор. «Ты не знал, что его нашли живым?»

«Мой старик ни черта мне не говорил!» Мужчина сплюнул на землю. «Что за хрень!?» - воскликнул он, нахмурившись. «Они что, с ума сошли!? Та девушка с ним была гребаной сектанткой. Я знаю, что я видел!» Он вспылил, но тут же взял себя в руки и откинулся на спинку дивана, пожевав костяшки пальцев. «Не может быть, чтобы он был чист».

«И все же он свободный человек», - заявил Теодор. «Ты прекрасно знаешь, насколько строги судьи. Если бы этот чувак слишком громко пукнул за последнее десятилетие, они бы об этом узнали».

«Они понятия не имеют, что произошло в проходе», - сказал Джейкоб. «Кроме горстки нас, которые выжили, нет свидетелей. Он мог все это время убивать людей, а они ни черта не знали».

«Ну, культ исчез», - сказал Теодор. «Без веских доказательств они не могут посадить за решетку арха на пике двух звезд».

Джейкоб замер. «Подожди... что...?»

«Ты меня слышал». Теодор серьезно кивнул. «Пик, мать его, двух звезд. Никаких следов ранений на нем тоже нет. И не только это. Помнишь, я говорил тебе, что его тело стало другим? Мне это не просто показалось. Как будто его голову пересадили на тело другого человека! Это просто смешно!»

Джейкоб зарычал на это.

«Знаешь... ты можешь счесть меня сумасшедшим, но у меня есть теория». Теодор сделал еще один глоток кофе и принял суровое выражение лица. «Несколько недель назад они публично заявили, что Серебряное Сердце был найден мертвым в пределах мира».

Джейкоб кивнул, оставаясь молчаливым и внимательным.

«Ну... Помнишь, они говорили все это время, что Серебряное Сердце казнили? А потом он... волшебным образом вернулся к жизни спустя столько времени?»

Джейкоб мотнул головой в сторону Теодора. «Ты же не думаешь...?»

«Эй, ты никогда не знаешь...» Теодор пожал плечами, подняв руки. «Если человек может переносить свое сознание из одного тела в другое, все это будет иметь гораздо больше смысла».

Джейкоб ударил кулаком по столу и вскочил на ноги. «Блять!» - закричал он, дергая себя за редеющие золотистые волосы. «Я должен поговорить с отцом». Мужчина выбежал из комнаты. «Жди меня здесь», - сказал он, схватил куртку и надел ботинки. Затем он поспешил на улицу.

Теодор повиновался, откинувшись на спинку и размышляя в ожидании.

Примерно через полчаса Джейкоб вернулся в квартиру. Он медленно прошел к дивану и сел рядом с Теодором.

«И?» спросил Теодор.

«Было четкое указание на то, что душа Серебряного Сердца была уничтожена», - сказал Джейкоб. «Полагаю, это самое надежное доказательство».

«Правда?» Теодор постучал себя по подбородку. «Даже если его душа исчезла, смогут ли они доказать, что человек не передал свое сознание?»

«Без души?» осведомился Джейкоб. «В этом нет смысла».

«Кто знает, на что был способен этот психопат?»

Джейкоб нахмурился.

Теодор поморщился. «Послушай, даже если мы ошибаемся, я думаю, можно с уверенностью сказать, что этот человек наверняка был связан с культом. Они ничего не могут доказать, и, учитывая, что культа уже нет, они его отпустили».

Джейкоб нахмурился еще сильнее.

Теодор надавил еще сильнее. «Они не собираются ничего с ним делать. Подумай об этом. Помнишь, что мы пережили там? Этот ублюдок почти наверняка делал то же самое с другими в проходе. А он просто уйдет. Свободный, как ебучая птица».

Было заметно, как Джейкоб прикусил внутреннюю сторону щеки.

«Не знаю, как ты, а я не могу это игнорировать».

Джейкоб сжал кулаки.

«Думаю, ты знаешь, что мы должны делать, верно?

Джейкоб медленно кивнул. «Да... Мы не можем просто позволить этому ублюдку уйти».

Теодор улыбнулся.

Они обсудили несколько планов и некоторое время обменивались идеями. В конце концов, после нескольких рюмок их разговор отклонился от курса. Они договорились обсудить все на следующий день, а пока Теодор отправился домой.

Когда он вернулся, его жена уже крепко спала в постели.

Он увидел ее беспомощное, полуобнаженное тело на кровати и медленно подошел к нему.

Если смотреть на нее сверху, она казалась такой... маленькой. Такой хрупкой. Словно он мог бы обхватить все ее тело двумя руками. Он медленно опустился и сел на кровать рядом с ней. Он осторожно убрал волосы с ее лица, чтобы получше рассмотреть ее.

Он усмехнулся.

Удивительно, что он решился на такое. Он считал себя более рациональным. Но в то же время он хотел верить что тот его жена совершенно забыла о том парне,…

Он никогда не забудет о нем.

Он никогда не сможет оставить это в прошлом.

Он никогда не сможет смириться с этим.

«Я могу простить тебя, ёбаную шлюху», - прошептал он, наклоняясь, целуя ее в щеку и наблюдая, как она улыбается во сне.

«Но он умрет».

----------

Не беспокойтесь о глазах

# П.П. Тут автор предупреждает о наличии SELF-HARM контента в главе, так что имейте ввиду.

Уже некоторое время отверстие в форме Марка присутствовало за каждым обеденным столом семьи Афронте.

На протяжении всего времени проживания в Стархолде Марк становился все более и более занятым с каждым днем, едва находя время для своей семьи, хотя они жили довольно близко друг к другу.

Но, по крайней мере, он не пропускал ни одной недели, чтобы не навестить их. Теперь прошло почти две недели, когда никто из них его не видел. И они были сыты по горло.

Как только отец Марка вошел в комнату и почуял запах еды, он крикнул: «Марк появился?»

«Нет, милый!» — крикнула в ответ его жена. «Но я послала ему сообщение! Может, сегодня он...»

«Иди», — позвал мужчина. «Позови и Сару».

«Что?» — закричала жена. Секунду спустя она ворвалась в коридор с хмурым видом, вытирая все еще мокрые руки маленьким кухонным полотенцем. «Куда мы идем? Ужин будет готов через…»

«Позвони Саре», — прервал он ее. «Мы предоставили Марку достаточно свободы, но я думаю, что пришло время проверить его и посмотреть, что происходит».

Его жена неохотно согласилась. Ее руки замедлились, когда она схватила полотенце и опустила голову. «Но я не хочу давить на него...»

«Что ж, мне придётся на него надавить», — заявил он. «Сара!»

Секунду спустя из комнаты высунулась светловолосая девочка-подросток. «А!?» — закричала она, вытаскивая наушники из ушей. «Кто-то меня звал?»

«Да, дорогая. Надень туфли. Мы идем навестить твоего брата».

Меньше чем через пять минут они все стояли прямо у комнаты Марка. Они позвонили в звонок. Они терпеливо ждали несколько долгих минут, но никто не ответил.

«Может быть, его нет дома?» — предположила Сара.

Вместо того чтобы отступить, ее отец вытащил запасной ключ от комнаты Марка.

«Дорогой!» — позвала его жена. «Тебе не кажется, что это заходит слишком далеко? Мы обещали не вторгаться в его личную жизнь…»

«Мне уже все равно», — сказал он. «Я больше не буду ждать, когда звезды сойдутся. У нас будет наш чертов семейный ужин, даже если мне придется тащить его домой за ухо!»

Его жена выглядела так, будто хотела возразить, но держала рот закрытым. Все они хотели одного и того же, даже если им не нравился такой подход.

Мужчина вставил ключ в скважину и попытался повернуть его. Он застрял.

Брови его жены взлетели вверх. «Он что, сменил замок, не сказав нам…?»

«Нет», — сказал мужчина. «С другой стороны есть чертов ключ». Он вытащил ключ и приложил ладонь к замку. Мужчина сосредоточился, напрягая свое металлическое сродство, и сломал замок.

«Дорогой!» — закричала его жена. «А как же...»

Как и ожидалось, сработала сигнализация.

«Он может подать на нас в суд, если захочет». Он толкнул дверь.

На кухне выстроились горы грязной посуды. Мусор и грязная одежда были повсюду в гостиной. Место выглядело так, будто его не убирали целую вечность.

«Какой ужас!» — воскликнула жена, приложив руку ко рту. «Что, черт возьми, делают служанки!? Это ужасно! Почему он не…?»

«Марк!» — крикнул отец. «Марк! Ты внутри!?» Единственным ответом, который он получил, была сигнализация, которая все еще ревела на заднем плане. «Мне это не нравится…» Он бросился к комнате и попытался открыть дверь. Она также была заперта. «Марк!» — крикнул он и постучал. «Ты внутри!?» Никто не ответил. «Черт…» — выругался мужчина, выбивая дверь тектоническим ударом.

Крики жены и дочери позади него донеслись до него за мгновение до того, как он увидел это зрелище.

Посреди самой грязной и захламленной комнаты, которую он когда-либо видел в своей жизни, его сын висел за шею, одетый только в белую майку и трусы-боксеры, а по его ногам текла кровь из перерезанных запястий.

«Марк!» — закричал он. «О, боже мой, Марк, что ты с собой сделал!?» Он бросился и стащил сына с веревки. «Марк!» — Он ударил его по щекам. Он прижал пальцы к шее Марка, но прежде чем он успел почувствовать, есть ли еще пульс, сзади раздался голос.

«Руки вверх!» — крикнул охранник, направив на них арбалет. Как только мужчина понял, что он видит, он опустил оружие и поднес ко рту коммуникационный кристалл. «Немедленно отправьте медицинскую помощь!»

Глаза Марка медленно открылись. Его встретило размытое, жемчужно-белое зрелище. «Я умер…?» — прошептал он сквозь потрескавшиеся губы.

«Марк!» — раздался чей-то приглушенный голос. «Марк, ты меня слышишь!?»

«Уф…» — простонал он, пытаясь пошевелиться. Голова его раскалывалась, и все тело ощущало слабость. Но он, действительно, был еще жив.

Он закрыл глаза, осознав свое положение. Размытая белизна была стерильным оттенком больничного потолка. Его предплечья были сшиты вместе, а веревка перерезана.

Он был спасен.

Ну... прерван.

Когда он снова открыл глаза, изображение стало намного яснее. Они были в отделении неотложной помощи. Он увидел обеспокоенное лицо матери, смотрящей на него сверху вниз, а его отец и сестра стояли позади нее.

Он не смог удержаться от смеха. «Привет, ребята... Давно вас не видел».

Его мать разрыдалась, уткнувшись головой ему в грудь. Она плакала и рыдала, явно пытаясь и не в силах что-то сказать. Выражение лица отца было стальным, а глаза требовали объяснений. Сара... Она просто выглядела испуганной.

Был ли он трусом, сделав то, что сделал?

Очевидно.

Но какой у него был другой выбор?

После всего, что он сделал, ему все равно пришлось посмотреть в лицо членам своей семьи и сказать им, что они потеряли все.

Его сестра упустила возможность получить образование — тут уж ничего не поделаешь. Любая академия, которая приняла бы ее с ее происхождением и возрастом, была либо слишком дорогой, либо слишком неадекватной.

Даже если она уже приняла боевой талант, она никогда не станет элитой. Она никогда не найдет надежного положения. И он тоже. Они оба жили в долг до раннего выхода на пенсию или... смерти, которая настигнет их. И это если их отсутствие защиты не привело бы к еще худшей судьбе для всех вовлеченных.

«Почему…?» — пробормотала его мать. «Почему!? Зачем ты это сделал!?» — закричала она. «Неужели наша любовь ничего не значит для тебя!? Что случилось, что подтолкнуло тебя к такому решению!? Что!?» Она подняла на него глаза, дрожащими губами, и медленно прошептала: «Что случилось, Марк?»

Горько. Он чувствовал горечь. Желчь медленно поднималась по его горлу, и он даже не потрудился ее проглотить. «Хочешь знать, что случилось?» Гнев клокотал в его груди. «Ладно. Я расскажу тебе, что случилось: Крэйвен Индастрис распадается. Эти ублюдки использовали юридическую лазейку, чтобы обмануть нас и лишить нас того, что нам было обещано — Сара никогда не поступит в академию».

Его мать и сестра побледнели от услышанного.

Однако его отец выглядел рассерженным. «Как ты мог!?» — закричал он. «За это!? Ты серьезно такой тупой!? Чего-то подобного было достаточно, чтобы подтолкнуть тебя к… к… к попытке убить себя !? Я не могу поверить, что ты ведешь себя как такой трус!»

«Я убил человека, чтобы получить эту возможность!» — выплюнул Марк, прежде чем успел дважды подумать о том, что он говорит. В тот момент он почувствовал, что ему нечего терять.

Так он им и сказал.

Он рассказал им о судьбе Фредди Штерна. О сделке между ним и Крэйвеном. Бредовая история о «счастливой возможности», на которую он наткнулся, когда пришел в клинику, чтобы ампутировать руку, развалилась, когда ужас реальности улегся.

Его сестра уставилась на него открытыми глазами, прикрывая рот руками. Мгновение спустя она выбежала из отделения неотложной помощи. Отец, казалось, хотел что-то сказать, но он закусил губу и последовал за Сарой.

Отчаяние омрачило лицо его матери, но она заставила себя проглотить его. «Им нужно время, чтобы это осознать. Не сердись на них».

Он не был зол на них. Он был печален. Его дыхание участилось, когда он прослезился, сожаление нахлынуло на него, и рыдания сорвались с его губ. «Они ненавидят меня».

«Они не ненавидят тебя!» — настаивала его мать, пытаясь обхватить его лицо, чтобы повернуть его голову и встретиться с ним глазами, но он отказался, оттолкнув ее руку и покачав головой.

«Я продал свою душу за нас, мама», — заявил он с такой ощутимой печалью, что, казалось, она раздавила сердце его матери. «И все же у нас по-прежнему ничего нет».

«Не будь глупым…» — попыталась она, явно заставляя себя. «Ты все еще жив», — напомнила она ему. «Мне все равно, что ты сделал. Демон или ангел, ты навсегда останешься моим сыном. Я всегда буду любить тебя, Марк». Она схватила его руку и прижалась к ней лбом. «Как ты думаешь, этот человек простит тебя, если ты исчезнешь?»

«Монстр носит его облик, мама. Мне этого никогда не простят».

«Это… что!?» — нахмурившись, спросила его мать, но он отвернулся.

«Ничего», — сказал он. «Мне нужно побыть одному».

«Нет. Я тебе не позволю. Я остаюсь».

«Мама, пожалуйста…»

«Нет! Ты пойдешь со мной».

Как только состояние Марка полностью стабилизировалось, его отвезли в резиденцию его семьи. У них было три гостевые комнаты, и вскоре одна из них стала его. Там он лежал в постели, чувствуя себя измотанным. Он потерял много крови. Но все равно, как бы он ни устал, он не мог заставить себя заснуть.

Он знал, что его там ждет.

Они привязали его к кровати, чтобы он больше не причинял себе вреда, пока психолог не подтвердит его психическое состояние как стабильное.

В тот вечер мать принесла ему его любимое блюдо — пиццу. Просто простую пиццу пепперони. Как раз такую, какую он любил, когда был маленьким.

Аппетит у него отсутствовал, но мать заставила его съесть несколько кусочков. Прежде чем он осознал, он съел все.

Потом его мать принесла ему чаю. Как только он увидел розовый оттенок, он нахмурился. Он был молочно-розовым, алия. Он ненавидел этот чай. Люди пили его слишком небрежно, насколько он мог судить. Это был чертовски сильный наркотик.

Он презирал чувство потери контроля над собой, будь то из-за алкоголя или любого другого вещества.

«Возьми его», — предложила мать. «Я знаю, что тебе это не нравится, но тебе нужно отдохнуть».

Не было покоя для грешников. Но вместо того, чтобы что-то сказать или закатить истерику, он взял чай и выпил его залпом. «Спасибо, мам», — сказал он, улыбаясь ей. «Я люблю тебя».

Она улыбнулась ему в ответ. Нежно поцеловав его в лоб, она вышла из комнаты и выключила свет.

Вскоре чай подействовал. Весь стресс покинул его тело за считанные минуты. Он старался не спать так долго, как мог.

Он продержался недолго.

И снова он оказался в этих проклятых лесах, и снова маленький пруд забурлил, когда из него выползла фигура. Образ полусгнившего тела, покрытого грязью и нечистотами, возвышался, посылая ему свирепую, насмешливую ухмылку. На нем было лицо Фредди. «Ну, ну, ну…» — хихикнул он. «Что у нас тут? Даже проведя меня через ад, ты так ничего и не получил. И потерял так много, так много.

«Твой отец, о, эти прекрасные глаза! Ненависть и презрение кипят, сдерживаемые только тем фактом, что ты снова повесишься, если он будет слишком суров». Он рассмеялся. «А твоя сестра? Поцелуй ее невинность на прощание. Хуже того, она спросит себя, почему она не может хотя бы получить билет в академию, учитывая то, что ты сделал, — и возненавидит себя за это».

«Чего ты хочешь?» — спросил Марк, не чувствуя терпения к насмешкам этого существа. «Если ты просто собираешься повторять мне мои мысли, то можешь закругляться и дать мне отдохнуть».

«Чего я хочу?» — спросил он, громко хихикая. Затем он внезапно стал смертельно серьезным. «Я думал, ты никогда не спросишь». Внезапно он скользнул вперед, растворяясь в грязи, когда он обернулся вокруг него и положил свои руки ему на плечи. Он начал массировать его. Он медленно прошептал ему на ухо: «Скажи мне... Ты хочешь отомстить?»

Марк прикусил губу. «Кому?»

«Ты знаешь кому».

Бравада Марка немного поутихла, когда он услышал эти слова. «Конечно, я знаю. Если бы у меня была такая возможность, я бы убил каждого из них».

«Я могу дать тебе эту силу».

Марк фыркнул. «Как? Захватив мое тело?» — усмехнулся он. «Я знаю, чего ты добиваешься, ты, мерзкое существо. Я лучше убью себя, чем позволю этому случиться».

«Ты ошибаешься», — сказал он, разворачиваясь и скользя за ближайшее дерево. Два светящихся глаза выглянули из-за дерева, почти застенчиво. «Твой бывший босс скрывал от тебя секрет». Он внезапно переместился и скользнул за другое дерево в мгновение ока. «Видишь ли, мои два верных приспешника были схвачены и заключены в тюрьму кланом Крэйвен. Все, что тебе нужно сделать, это освободить их. Я дам тебе силу сделать это — без всяких условий».

Между ними наступила тишина. Чего же Марк хотел на самом деле? Если бы кто-то спросил его наяву, он бы сказал, что хочет защитить свою семью. Он хотел для них лучшей жизни.

Но действительно ли он этого хотел? Принял бы он решение оставить их всех наедине, если бы это было так? Ну... он действительно этого хотел. Он знал, что он этого хотел. Но в тихих глубинах своего разума, где все его мысли были обнажены, он знал, что были вещи, которых он хотел так же сильно. Он хотел освободиться от всего этого. Он хотел быть кем-то другим.

И он хотел убить этих ублюдков.

Они с самого начала ввели его в заблуждение.

Он не знал, что Фредди лишится жизни, когда ему сделали это предложение.

Они обманули его.

Они украли у него душу.

И что он сделал?

Он прошел мимо.

И почему?

Потому что их старый патриарх, ублюдок, ответственный за это, ушел?

Новый был таким же злым.

Он был таким же злодеем.

Он заслужил смерть.

Они все должны были умереть.

Кровь, которой они размазывали коридоры, была не просто украшением.

Все это время они говорили ему, кто они такие.

Монстры.

Нет…

Демоны.

После долгой паузы Марк открыл рот. «Откуда я знаю, что ты выполнишь свою часть сделки?»

Ухмылка существа расколола лицо Фредди надвое. «О, ты узнаешь».

Марк открыл глаза. Была глубокая ночь.

Все его тело дергалось и спазмировалось. Сила текла по его венам, напрягая его мускулы и быстро залечивая его раны.

В его душе его сбор взлетел, прорываясь сквозь узкие места, когда взорвалась сверхновая с проявлением его третьей звезды. Он почувствовал, что его талант снова эволюционирует. От Ребалансированной Мускулатуры у первой звезды, она стала Превосходной Мускулатурой у второй. Теперь, казалось, это было на другом уровне. Сила внутри него была чем-то, чему позавидовали бы даже трехзвездные элиты.

Но это было даже не самое шокирующее.

Нет, больше всего его удивило… наличие второго таланта.

Рот Марка растянулся в широкой улыбке.

Дернувшись, он сломал путы, удерживавшие его прикованным к кровати, и встал. Как только он вышел из комнаты, он столкнулся со своей сестрой с затуманенными глазами, направлявшейся в ванную. Она отскочила назад в страхе, увидев его. «Марк...» — позвала она. «Ты напугал меня».

Она опустила голову, словно не могла встретиться с ним взглядом. Внезапно она нахмурилась. «Мама разве не говорила, что ты…» Ее слова затихли, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на него. Она прищурилась в темноте, осторожно отступая назад. «Марк… что с твоими глазами?»

Он улыбнулся девушке и потрепал ее по волосам. «Не волнуйся, шеф. Теперь они будут выглядеть так». Он повернулся к двери. «Скажи маме и папе, что я скоро вернусь».

«Мне нужно кое о чем позаботиться».

----------

Освобождение

Рахал вошел в кабинет патриарха — нет, в свой кабинет. Хотя это была бледная тень трона, о котором он мечтал всю свою жизнь, омраченная недавними неудачами клана, он все еще чувствовал кипящую радость от того, что теперь он... наконец... принадлежит ему. Не его упрямому брату или наивному племяннику; нет; это был его и только его.

Он сел на холодный каменный стул и откинулся назад. Это было нелепо неудобно. Он хихикнул про себя. Его брат был довольно хардкорным типом, и он всегда хотел, чтобы мир знал об этом.

Но Рахал был другим.

Хотя образ патриарха был важен, он не хотел, чтобы их клан продолжал существовать в этом холодном, угнетающем состоянии. Это было слишком неприветливо для новых рекрутов, и он чертовски хорошо знал, что ему нужно будет заняться вербовкой как можно скорее.

Людям хотелось роскоши и комфорта, а не залитых кровью каменных стен и отвратительного декора.

Дни упрямой гордыни прошли. Пришло время перестроить клан с самого основания и переделать его по камню.

Он оторвался от своих мыслей и передернул плечами. Времени для мечтаний не было - на его столе лежала огромная куча незаконченной работы, и пора было начать ее разгребать. Как раз в тот момент, когда он собирался взяться за бумагу, над его головой загорелась красная лампочка и взвыл сигнал тревоги.

Он вскочил на ноги. Это была тревога вторжения. Холодок пробежал по спине Рахаля при этой мысли. Какая-то фракция решила рискнуть и убрать их, пока они были слабы? Это было бы смешно! У них все еще была защита императрицы!

Что за суицид...

«Нет», — выплюнул он, нахмурившись.

Это должен был быть Нахар.

«Вот тупая дворняга!» — выплюнул Рахал и выбежал из комнаты.

Он достал посох из своего кольца для хранения. Серое, омерзительное дерево было гладко отполировано по всей длине чуть больше метра, и на посохе покоился большой красный драгоценный камень. Хотя Крэйвен был временно ослаблен, они долгое время были могущественной фракцией. Сокровища и оружие, которые они приобрели за эти годы, поставили их на солидный шаг выше средней трехзвездной фракции.

Посох в его руке увеличил мощь его способностей на поразительные 16%, сделав их почти слишком мощными для его души.

Он мчался по коридорам и выкрикивал команды всем, кто проходил мимо.

В тот день Нахар погибнет, но, несмотря на то что его атака была самоубийственной, он все равно оставался невероятно сильным архичеловеком. Если судить по его силе, он был гораздо способнее Рахала. К тому времени, как его убьют, он мог нанести больше вреда, чем клан мог себе позволить в эти переходные времена. «Этот кусок...»

«Патриарх!» С другой стороны прибежал молодой член клана со сломанной рукой.

«Где Нахар!?» — выплюнул Рахал, устремив смертельный взгляд в глаза бедного мальчика.

«Это не он!»

«Что!?» Шаги Рахаля замедлились, когда укол ужаса пронзил его позвоночник. «Кто нападает на нас!?»

«Это тот человек, который работал на Нахара!» — закричал мальчик. «Он убивает наших соплеменников!»

Рахал долго смотрел на мальчика, в его глазах мелькнуло оцепенение. «Чёрт…» — пробормотал он.

Был только один способ, которым человек мог иметь достаточно силы, чтобы нанести такой урон — он использовал способность духа, чтобы обменять свою жизнь на временную силу. Если это так, то их положение было ужасным. В зависимости от того, сколько урона нанес этот молодой человек, прежде чем его вывели из строя, у Нахара была бы возможность практически искалечить их, если бы он присоединился к атаке.

Рахал не мог этого допустить. «Где он?»

Мальчик быстро ответил, и Рахал помчался по коридору, выкрикивая команды прохожим и собирая за собой небольшую армию последователей.

Менее чем через минуту он добрался до места, которое описал молодой человек, и увидел картину кровавой бойни.

Тела многочисленных членов клана были разорваны, разрублены на куски. Тяжело укрепленные стены были серьезно повреждены в нескольких местах, пол коридора был залит кровью по щиколотку, и среди убитых он даже заметил трехзвездного старейшину.

Это не имело смысла.

Духовные способности не могли этого объяснить.

Здесь происходило что-то еще. Что-то зловещее.

Он шел со своими людьми по кровавому следу, пока они не достигли двери лифта. Двери, ведущие в лифт, были взломаны, и на изуродованном металле все еще были видны четкие отпечатки рук.

Рахал посмотрел вниз по шахте и заметил небольшой кровавый след, приземлившийся там, где шахта лифта повернула в сторону. «Нет…»

Почему этот человек направлялся к их пленникам? Неужели он...?

Он спрыгнул в шахту, ловко отскакивая от стен, когда достиг поворота. Как только он приземлился, он увидел далекую фигуру Марка Афронте, который голыми руками прорывал очередной вход и входил в тюремный блок.

Рахал был ошеломлен на долгое мгновение. Не из-за впечатляющего подвига силы, продемонстрированного мальчиком, а потому, что он чувствовал его силу. Он не был двухзвездным. Нет, мальчик был трехзвездным — почти на пике, к тому же.

Мальчик был на том же уровне силы, что и он сам.

Толпа людей, следовавших за ним, остановилась, когда он поднял руку. «Старейшины, следуйте за мной. Ты и ты», — сказал он, указывая на пару двухзвездных опор со святым сродством. «Вы идете с нами. Все остальные, оставайтесь позади и охраняйте выход».

Они быстро направились в тюремный блок. Когда он прошел через него, наступая на трупы убитых охранников, его опасения подтвердились — вход в тайное отделение был взломан.

Они замедлились, услышав звуки рубки в сочетании с глубокими, резонирующими жужжащими звуками. Когда они вошли в комнату, они заметили молодого человека, пытающегося прорубить защитное стекло своим мечом.

За большой стеклянной панелью находилась камера, где их особые заключенные содержались в безопасности. Таинственные мужчина и женщина все еще были связаны и висели на потолке.

Благодаря пульсирующим вспышкам, пролетавшим сквозь защитный барьер, атаки Марка были отражены, но не полностью; на стекле скапливались мелкие порезы, и при наличии достаточного времени он мог бы перебраться на другую сторону.

Рахал точно знал, что молодой человек чувствует их приближение. Но он продолжал рубить, делая вид, что их там нет.

«Господин Афронте», — поприветствовал его Рахаль, шагнув вперед и сохраняя ровный голос. «Если вы скажете мне, что вы здесь делаете, я, возможно, подумаю о том, чтобы не мучить вашу семью годами, прежде чем лишу их жизни».

Меч мужчины остановился; его кончик опустился на землю, когда Марк медленно повернулся. Как только он повернулся к ним лицом, двое сторонников резко вдохнули сквозь зубы, когда увидели его жуткие квадратные зрачки.

Глаза Рахаля на мгновение расширились, и, несмотря на все его усилия сохранять спокойствие, на его спине выступила тонкая пленка пота.

Рот Марка растянулся в зловещей улыбке. «Приятно видеть тебя здесь». Он развернулся всем телом и занес меч через плечо. «Я так понимаю, ты не позволишь мне освободить этих парней, пока я тебя не убью?»

Глаза Рахаля сузились до щелочек. «И почему ты...» Прежде чем он успел закончить предложение, Марк метнул меч с невероятной скоростью. Он полетел по прямой.

Острие клинка пронзило живот Рахаля, вонзившись до самой гарды и едва не задев позвоночник.

Прежде чем кто-либо успел контратаковать, Марк с невероятной скоростью бросился вперед, выхватил меч и ударил Рахаля ногой в подбородок, отчего тот подлетел к потолку.

У саппортов не было времени наложить свои баффы, прежде чем их тела были порублены на куски. Старейшины бросились атаковать человека, но любые снаряды, которые они посылали в его сторону, казалось, отклонялись от него, почти как магниты, отталкиваемые одним и тем же полюсом. В следующий момент старейшины тоже были мертвы.

Рахал удержался в воздухе и использовал Кровавый Взрыв, чтобы отправить себя в полет к другому концу комнаты. Огромная рана в животе болела чертовски сильно, но он проигнорировал ее, когда поднял свой посох и выстрелил Кровавыми Болтами во врага.

Марк не двигался, чтобы увернуться. Снаряды просто виляли вокруг его тела, отталкиваясь в стороны, как снежинки. «Что!?» — закричал Рахал, запаниковав и активировав все три звезды, увеличив свой выход в четыре раза и запустив огромный, высокоскоростной снаряд в молодого человека.

На этот раз Марк увернулся, наклонившись назад. Его колени были согнуты под углом 90 градусов, но он остался стоять, несмотря на то, что был сильно разбалансирован.

Снаряд Рахаля ударил в стену на другой стороне комнаты, расплавив металл в шипящую массу.

Прежде чем Рахал успел осознать увиденное, произошло нечто еще более странное. Марк начал парить. Все его тело поднялось в воздух, и его фигура медленно левитировала к Рахалу.

Молодой человек сохранял легкую улыбку на лице, вытаскивая ткань из кольца, чтобы вытереть кровь с клинка. «Эта штука довольно едкая», — сказал он. «Мне придется выставить вам счет за ущерб, нанесенный моему мечу».

Рахал не был дураком. Он мог сказать, что здесь происходит. Что бы ни сделал этот молодой человек, это поставило его на уровень силы, с которым он не был готов столкнуться. С мрачной решимостью он активировал свою способность духа. Это стоило бы ему целой звезды, но взамен это...

Прежде чем он успел моргнуть, Марк уже стоял прямо перед ним, и по какой-то причине тело Рахаля падало на землю. Когда боль наконец достигла его разума, он пошатнулся от ощущения, что все четыре его конечности были оторваны одновременно. «Гааргх!» — закричал он, когда его спина ударилась о землю. «Ааааах — гггррраааах…!» — застонал он от боли, сжав челюсти.

Он почувствовал, как из его души испарилась целая звезда, а сила наполнила его тело — но для чего?

Марк схватил его за шею и приподнял, приблизив их лица достаточно близко, чтобы поцеловаться.

Рахал хотел дать отпор. Его гордость искала любой способ восстать — любой способ, который он мог найти, который, по крайней мере, позволил бы ему выжить. Но этот взгляд…

В квадратных зрачках лица своего убийцы он увидел бездну глубже ада, темнее пустоты и зловеще самого понятия зла.

В глазах Марка…

Он увидел саму смерть.

Марк уставился на жалкую, пресмыкающуюся фигуру своего величайшего врага. Где-то в глубине души он знал, что его действия будут иметь последствия. Он осознавал опасность и риски; он знал, что власть, которой он обладал, не была бесплатной, но он все равно улыбнулся.

Ему так много хотелось сказать этому человеку. Количество гнева, которое он хотел выплеснуть, переполняло его. Однако вместо того, чтобы что-либо сказать, он просто разжал челюсть патриарха и начал вырывать ему зубы.

Один за другим.

Ему нравилось наблюдать, как сила воли этого человека мерцает, словно свеча на ветру. Каждый раз, когда эти глаза демонстрировали неповиновение, он наказывал. Вскоре этот человек плакал, как жалкий червяк, и Марк знал, что если он уберет руку с его шеи, то услышит, как тот будет умолять сохранить ему жизнь.

Вместо этого он усилил хватку, сдавив мужчине трахею.

«Упс», — пробормотал он. При этом глаза патриарха уже начали тускнеть. Веселье подходило к концу. «Ну что ж», — сказал он, бросая человека на землю и раздавливая его голову ногами.

Времени на развлечения не было. Надо было торопиться.

Он быстро порылся в кольце хранения патриарха и нашел ключ, который, как он помнил, Нахар использовал для доступа к закрытым зонам. Вскоре он также нашел замочную скважину, и мгновение спустя он вошел в комнату.

В воздухе стоял отвратительный запах.

Несколькими быстрыми ударами он освободил свои цели от оков и отпустил их. Эти двое были невероятно худыми — большая часть их мышечной ткани атрофировалась из-за того, как их держали в заточении. Они были покрыты многочисленными ранами, но это не было чем-то изнурительным. Кравен явно пытал их, но они были избавлены от тяжелых травм, вероятно, потому что клан надеялся использовать их в какой-то момент в будущем.

Наивные ублюдки.

Мужчина первым поднялся на ноги. «Благодарю тебя, молодой человек, за помощь. Нам сказали, что ты придешь сюда». Он повел плечами и немного потянулся. «Я уже давно не двигался, так что тебе придется дать мне несколько минут, чтобы восстановить подвижность».

«Нет проблем», — сказал Марк с усмешкой. «Но поторопитесь, если можете».

Мужчина кивнул. «Меня зовут Каефальге, кстати», — сказал он. «Прошу прощения за позднее представление».

«Фиррита», — добавила женщина на полу. «И… я бы хотела получить помощь…»

«Конечно», — сказал Марк, помогая женщине подняться с земли. «О, и я Марк Афронте. Приятно познакомиться с вами двумя».

Он помог им снять все мелкие ограничения, и когда они это сделали, они разграбили тела людей, убитых Марком. Были некоторые лечебные мази, которые помогли двум заключенным немного поправиться.

Они убили каждого члена клана Крэйвен, который встал у них на пути, но у них не было времени, чтобы уничтожить всех.

По дороге они заглянули в раздевалку ополчения Крэйвена. Она была совершенно пуста, так как большинство ополченцев уже были распущены. Все они надели форму ополченцев Крэйвена, чтобы максимально избежать подозрений.

Планы Марка были... с открытой концовкой. Честно говоря, он понятия не имел, что делать дальше. Он одновременно совершил крупное военное преступление и нарушил защиту, предоставленную императрицей клану Крэйвен из-за их понижения.

Его… «покровитель» сказал ему, что двое, которых он освободил, будут знать, что делать.

Поэтому он спросил их.

«Мы должны покинуть этот город», — сказал Каефальге.

«Извините за мой язык, но… ни хрена?» — выплюнул Марк. «Конечно, хотим. Но куда мы пойдем оттуда?»

«Мы пройдем через Великий Лабиринт, пока не достигнем безопасной гавани».

Шаги Марка запнулись. «А?»

«Межпространство», — сказала Фиррита. «Так его здесь называют, помнишь?»

«Ах, да», — сказал мужчина.

Марк остановился. «Это самоубийство».

«Почему так?» — спросил мужчина. «Если вы нам не доверяете, вы можете просто пойти своим путем».

Марк стиснул зубы. Он был бы в порядке, если бы это был только он, но как насчет его семьи?

Его сердце забилось быстрее, и он начал жалеть о своем выборе. «Давай сначала уйдем отсюда, а потом поговорим дальше, хорошо?»

Мужчина пожал плечами. «Это меня вполне устраивает».

Они старались выглядеть незаметными, когда двигались по жилой зоне. Их квадратные глаза довольно сильно выделялись, но ни у кого не было оснований полагать, что это было чем-то иным, кроме странного модного заявления.

Система оповещения о вторжениях Крэйвенов была полностью изолированной. Они хотели сохранить это в тайне от внешнего мира, если что-то подобное когда-либо произойдет, именно для того, чтобы никто не смог воспользоваться моментом уязвимости.

Через несколько минут они добрались до его семейного дома. Как только он постучал в дверь, его отец рывком распахнул ее и крикнул: «Где ты был...» Его слова затихли, когда он увидел Марка и двух незнакомцев позади него. «Что происходит?»

«Позвони маме и Саре», — сказал Марк. «И пойдем со мной».

«Мы никуда не пойдем, пока ты...»

«Это вопрос жизни и смерти. Немедленно позвони маме и Саре».

Отец сглотнул и, сурово взглянув, неохотно выслушал просьбу сына.

Вскоре за тремя архилюдьми с квадратными глазами последовало трое озадаченных гражданских, и вскоре они направились к выходу из жилой зоны.

Как только они вошли в вестибюль, сбоку раздался голос: «Что у нас тут?»

Марк замер на месте, узнав голос.

«Он могущественен», — прошептал Каефальге на ухо Марку.

«Я прекрасно это знаю», — прорычал Марк в ответ, обернувшись и приятно улыбнувшись человеку, идущему к ним. «Здравствуйте, мистер Маскарт! Что я могу для вас сделать?»

Какого черта этот ублюдок здесь делает?.. — задался вопросом Марк.

На нем была яркая рубашка на пуговицах и серые шорты, а хлопающие сандалии отмечали каждый его шаг. Змеиные глаза Василиска сузились до щелочек, когда он ухмыльнулся им. «О, вы знаете, все как обычно. Я слышал, что ваш старый босс потерял работу, поэтому я пытался найти его и посмотреть, сможем ли мы договориться об определенной... проблеме, которая у него может быть, а может и нет».

Марк стиснул зубы, не сумев скрыть своего разочарования.

Василиск рассмеялся. «Что за враждебность? Я здесь не для того, чтобы портить твоей семье... пикник». На его лице появилась лукавая ухмылка. «Скажи, твои глаза выглядят немного иначе, чем я помню. И твоя душа теперь щекочет меня немного сильнее. Как странно».

«Чего ты хочешь?» — выплюнул Марк, готовый вытащить меч, если понадобится.

«Да ладно, ты же знаешь, я не такой парень!» — сказал он, встав прямо перед Марком. «Мне просто любопытно, в какой ситуации ты оказался. На всякий случай, если ты что-то сделаешь, например, проникнешь в комплекс Крэйвенов и освободишь двух таинственных заключенных, которых, по словам моих информаторов, Крэйвены прячут глубоко в своей штаб-квартире!» — быстро выпалил он. «Просто пример».

«Что ты хочешь?»

Василиск ухмыльнулся еще шире. «Это неправильный вопрос. У меня есть для тебя вопрос получше — что ты готов мне дать? Если тебе нужна моя помощь, чтобы выбраться и не оказаться на плахе империи, сейчас самое время спросить».

Марк замер на месте. Вместо того чтобы сразу отвергнуть это, он подтолкнул: «Зависит от того, что вы попросите взамен».

«Я думаю, это то, что мы должны обсудить за закрытыми дверями, мой мальчик. Следуй за мной». Мужчина повернулся и пошел прочь.

«Марк…» — прошептала его мать.

«Пожалуйста», — сказал он, натянуто улыбнувшись. «Я все тебе расскажу». Он шагнул вперед и обнял мать. Как только он отпустил ее, она взглянула на его лицо, и в ее глазах при виде его странных зрачков мелькнуло явное выражение ужаса.

«Не волнуйтесь», — сказал он. Затем он повернулся к сестре и отцу. «Я знаю, что вы, ребята, больше не видите меня прежним. Но я обещаю вам, что чего бы это ни стоило, я сделаю все, чтобы вы, ребята, были в безопасности». Его горло сжалось.

«Ты идешь?» — крикнул Василиск с другого конца комнаты.

«Да, подожди минутку», — сказал он. «Мне жаль», — сказал он своей семье. Он слегка прослезился, а его голос дрогнул. «Только не ненавидь меня, ладно?»

Он переводил взгляд с матери на отца и сестру. Ни одна из них не могла встретиться с ним взглядом.

Но это было нормально.

Все было бы хорошо.

Нравился он им или нет, он всегда был рядом с ними.

Он сделает все возможное.

----------

Наивный маленький дерьмец

Фредди был в долгах.

Таким образом, было легко прийти к выводу, что экономия денег была правильным выбором. Возможно, в какой-то момент в прошлом он бы принял такое решение. Он бы сэкономил на всем, что мог, чтобы гарантировать, что его долг будет погашен как можно скорее.

Но в тот день он был мудрее. Он почувствовал вкус заработка тысяч долларов всего за один день. Так какое же решение было правильным — позволить деньгам гнить… или инвестировать их, чтобы увеличить свою прибыль?

Он вернулся в свою квартиру, неся в руках несколько больших сумок с оборудованием.

Мало того, что его сбережения в размере более полумиллиона долларов исчезли, так он еще и оказался в долгах на 100 000 долларов больше из-за совершенно нового кредита.

За время своего пребывания в царстве горелов он многому научился. Это весьма удачно отразилось в его покупках.

Значительная часть потраченных им денег была вложена всего в четыре предмета экипировки: шлем, ботинки, металлические наручи и усиленный жилет.

Шлем был гладким, почти напоминал шлем мотоциклиста. Забрало было намного шире, чем на его последнем шлеме, что давало ему более обширное поле зрения. Стекло было сделано из материала, который был довольно эффективен для блокировки ослепляющих световых атак.

Ботинки были намного громоздче предыдущих, но он знал, что не пожалеет о дополнительной защите.

Наручи были великолепны, часто составляя первую линию обороны между ним и атакующим врагом. Но они обычно делались из более тонкого, легкого материала. Их происхождение было от части снаряжения, которое лучники использовали для защиты рук от тетивы лука.

Ему нужно было нечто большее.

Металлические наручи, которые он купил, были чертовски громоздкими и значительно увеличивали вес его предплечий, но они были достаточно прочными, чтобы обеспечить гораздо более ценный уровень защиты от серьезных ударов в ближнем бою.

Усиленный жилет был своего рода экспериментальной вещью. Он часто погружался в одиночку, и у него не было 360-градусного обзора. Жилет, который он купил, был сильно укреплен вдоль позвоночника и области сердца, давая дополнительную защиту тому, что можно было бы назвать его единственными по-настоящему слабыми местами в туловище.

Главное отличие этой части было таким же, как и у наручей — она была чертовски тяжелой. Пятьдесят килограммов, если быть точным. С его снаряжением и Пучинами Бездны общий вес Фредди был намного больше 200 килограммов. Хотя он все еще мог утверждать, что он подвижен, он определенно не был быстрым.

При том, как он двигался, скорость никогда не будет его сильной стороной. Вместо того, чтобы постоянно пытаться компенсировать, он хотел максимально использовать то, что у него было.

Он планировал стать чем-то вроде танка — немного медленным, невероятно крепким и с чертовски разрушительной дистанционной атакой. С дополнительным бонусом в виде кражи жизненной силы людей, конечно. Вампир-танк.

Кроме этого, он получил жаропрочный костюм, несколько проницаемых перчаток, которые пропускали кровь, так что ему не пришлось их снимать или портить, когда он делал Кровавые Кастеты, и целую коллекцию нижнего белья, купленного по довольно роскошной цене. Все было камуфляжным — серым, черным и коричневым, в основном темного цвета. И все было сверхогнестойким.

Потребовалось несколько дней, чтобы его оборудование было готово к использованию, поскольку его нужно было переоборудовать, что также стоило немалых денег, но теперь, когда у него было все, больше не было причин медлить.

Спустя полчаса натягивания одежды, завязывания ремней и застегивания пуговиц он направился к новому месту работы.

Три из четырех новых общественных хабов соответствовали его личным предпочтениям. Один из них забанил его в тот момент, когда он попытался зарегистрироваться из-за его судимости, а другой не принимал две звезды, поскольку был нацелен на новичков.

У него оставался только один, довольно неприятный вариант.

В отличие от хаба Горелов, который раньше был в нескольких минутах ходьбы от места, где он жил, этот промежуточный мир был в 40 минутах езды на автобусе. Он искал жилье где-то поближе, но на данный момент он не возражал против поездок на работу.

Выйдя из автобуса, ему пришлось еще немного пройти пешком, чтобы добраться туда.

Здание хаба было очень похоже на Санторио. Фактически, большинство этих общественных проходов находились в похожих зданиях. Для обеспечения минимизации ущерба в маловероятном случае прорыва использовались сильно укрепленные металлические конструкции. Их немного усилили после… инцидента.

Он вошел в вестибюль, где его встретила сцена, весьма напоминающая его первый поход. Даже интерьер был похож, но вместо россыпи кушеток в этом центре стояли плюшевые кресла.

Тупые ублюдки продолжали показывать пальцами на его чрезмерное снаряжение, смеясь и обзываясь. Потому что они были намного круче, не надев гребаный шлем в месте, где они постоянно рискуют потерять голову.

Но таких людей здесь было меньшинство, к счастью. Это царство не было шуткой. И исследователи отражали это. Наивных дураков было мало, и большинство людей, отдыхающих вокруг, выглядели намного более опытными. Конечно, никто не носил снаряжение, столь же тяжелое, как его собственное, но они все равно были должным образом экипированы.

Вместо спуска в подвал, проход этого царства был прямо за изгибом на другой стороне комнаты. Вместо массивного входа, проход был размером с тесную дверь.

Фредди пришлось простоять в очереди около двух минут, прежде чем его пропустили.

А с другой стороны... Ну, наверное, так и выглядел ад.

Первое, что бросилось ему в глаза, был запах дыма и серы.

Несколько вулканов размером с холм были разбросаны по всему царству, и реки лавы текли в огромные огненные озера. Вся твердая земля заросла почти черной как смоль растительностью. Казалось, что все имело маслянистую поверхность. Земля была гнетущего серого оттенка, граничащего с черным, а «потолок» царства был отражающей, неровной поверхностью, которая равномерно рассеивала свет по всему.

В этом месте не было неба; если говорить технически, то и потолка не было. Эта отражающая, неровная поверхность была ничем.

В буквальном смысле.

Большинство людей представляли себе ничто как черную пустоту. Но чтобы что-то было черным, оно должно было быть либо пустым пространством, либо материалом, поглощающим свет.

Ничто не могло поглощать свет. Вещи не могли просто «уйти в никуда». Ничто не было материальным. Это не было пустым пространством. Это не было… ничем. Ничто действительно было просто ничем.

Истинное ничто казалось идеально отражающей поверхностью. Все, будь то материя, свет или сила, просто отражалось обратно со 100-процентной эффективностью. И это ничто было истинным краем каждого царства в промежуточном пространстве. Неприкрытый взгляд на самую границу существования.

Где уже не на что было смотреть.

Глядя на высокую поверхность над головой, Фредди почувствовал тошноту. Знать, что за пределами границ сферы ничего нет, было одно, а видеть это было совсем другое. Это был феномен, который действительно бросал вызов человеческому пониманию. Вместо этого он решил думать о нем как о простом зеркале и сумел временно отогнать жгучий экзистенциальный ужас, который накопился в глубине его сознания.

Смиренным шагом он отправился в путешествие по этому адскому миру. Главными целями были эти большие белые ящерообразные существа, которые в основном жили внутри лавы, но путешествовали в близлежащие леса, чтобы найти что-нибудь поесть. Они были размером с лошадь, но могли двигаться с довольно большой скоростью благодаря врожденному таланту.

В жирных лесах обитало несколько видов монстров, наиболее заметными из которых были гигантские, черные, жирные змеи, питавшиеся ящерицами.

Змеи были немного скользкими — в буквальном смысле — но он обнаружил, что одной серьезной травмы в любом месте их тела было достаточно, чтобы нанести им смертельную рану. Или, может быть, это была просто невероятная сила его ударов.

Ящерицы оказались хитрее из двух противников. Они были чертовски быстры на ногах, и как только они замечали хотя бы намек на движение, они тут же рванули обратно в лаву и нырнули в нее. Несмотря на то, что они были глухими, подкрасться к ним было довольно сложно — у них было большое поле зрения, и они внимательно следили за своим окружением.

Фредди не смог убить ни одного.

К счастью, для большинства исследователей массивные змеи считались более сложной целью, а их тела представляли сравнительно большую ценность.

Среди других монстров в лесу были лягушки, которые плевали кислотой, и существа, похожие на летучих мышей, с невероятно острыми зубами и когтями. Оба существа были почти бесполезны, но могли легко повредить оборудование, как Фредди узнал на собственном горьком опыте.

Три змеи за один день, и все это в одиночку, судя по взглядам, которые люди бросали на него, были, по-видимому, весьма впечатляющим уловом. Это не было сюрпризом — это было 14 000 долларов. Плата за погружение здесь составляла всего 20 процентов по сравнению с противной платой в 50 процентов в Санторио, но это не было большим сюрпризом. Это царство было оценено как D+ — подходящее как для пиковых двухзвездочных, так и для компетентных групп.

Хотя сделка казалась замечательной, реальность была немного сложнее. Недостатки были многочисленны, и немногие исследователи сочли бы это практичным местом для зарабатывания денег. Черт, даже Фредди пришлось побороться, чтобы сделать так много.

Эти чертовы лесные твари изрядно потрудились над его новым снаряжением. Восемь тысяч долларов его заработка ушли на ремонт, просто так. Не говоря уже о том, что во всем мире было так жарко, что Фредди умер бы от теплового удара, если бы он не использовал на себе заклинание «Создание воды», чтобы охладиться.

Хотя термостойкое оборудование хорошо ему послужило, оно не было устойчиво к теплу.

С невероятно враждебной средой и раздражающими монстрами, это было отличное место, чтобы получить травму или застрять, постоянно работая над ремонтом поврежденного оборудования. Хотя травмы не были для него проблемой, ремонт его оборудования все равно был бы значительным налогом на общую прибыль, которую он получал, если бы он не нашел способ справиться с тварями.

У Фредди все еще было много выносливости и эссенции в баке, но этого было достаточно для первого дня. Ему придется немного поработать с Адаптивным Водным Телом, чтобы справиться с усталостью от жары. Кроме того, ему не пойдет на пользу привлекать слишком много внимания.

Остаток дня он снова читал руководство по этому миру. Это было безумие, насколько по-другому он воспринимал текст, увидев его сам. Столько мелких деталей, которые казались несущественными, внезапно выскочили наружу, как будто текст колол его в глаз.

Остаток вечера он провел как обычно: ел, поддерживал чистоту и работал над своей закалкой.

На следующий день он проснулся в 9 утра.

Он надел снаряжение и вышел на улицу.

Спустя короткую поездку на автобусе он был на узле.

Как только он вошел внутрь, он заметил нечто слегка смущающее — там была группа из четырех исследователей, которых он не видел в тот день. Все они были довольно тяжело экипированы, одеты почти в такую же защиту, как и он, — но это было явно гораздо более ценно.

В троих из них не было ничего необычного, но четвертый участник был огромным, ростом более двух метров, с телосложением, которое Фредди мог сравнить только с кем-то вроде Джейкоба Санторио, но немного худее.

Хотя не так уж редко можно было увидеть людей в шлемах, было необычно, что все они были в них в вестибюле. На их снаряжении не было никаких признаков обслуживания — оно было совершенно новым.

И они были сильны. У всех был способ скрыть свою стадию, поэтому он не мог точно сказать, насколько они сильны, но, скорее всего, их сила не превышала двух звезд.

На мгновение он мог поклясться, что почувствовал на себе их внимание, но в следующее мгновение оно исчезло, как будто они и не замечали его с самого начала.

Эти люди были странными. Даже очень странными.

Наиболее вероятным объяснением было то, что они были своего рода партией силовиков. Империя время от времени отправляла таких людей в такие хабы, как правило, если среди исследователей наблюдалась подозрительная активность. Учитывая, что для того, чтобы погружатся здесь, нужно было быть хотя бы немного сумасшедшим, неудивительно, что кто-то замышлял что-то нехорошее.

Хотя их внешний вид был любопытен, Фредди больше не проявлял к ним интереса.

В тот день он направился к одному из самых больших озер лавы. Вокруг него была поляна, а количество ящериц в этом районе было велико. Других искателей там не было.

Он выбрал это место своей целью, потому что без окружающего леса не было никаких надоедливых тварей, которые могли бы повредить его доспехи. Ему пришлось бы положиться на свои навыки метания копий, чтобы охотиться, но даже если он добудет всего несколько, избежание расходов на ремонт стоило того.

Однако неудивительно, что это место было непопулярным — озеро излучало безумное количество тепла. При таких температурах Фредди подумывал о том, чтобы развить какую-то способность специально для охлаждения своей брони.

Он расположился немного в стороне от пляжа ящериц и начал метать. Как только одна ящерица заметила снаряд, она бросилась в лаву, немедленно побуждая всех остальных ящериц последовать за ней.

Таким образом, режим охоты Фредди состоял из метания копий наугад и молитв, что он во что-то попадет. Хотя ящеры были быстрыми, их тела были большими, так что попадание в них не было невозможным.

Несколько раз его молитвы были услышаны. Он совершил четыре броска совершенно случайно, хотя и убил только три цели.

Из того, что он знал о ценах, это должно было составить в общей сложности около 4000 долларов. Хотя это не казалось большой суммой — он не мог поверить, что действительно обдумывает эту мысль — это были деньги, заработанные с небольшими затратами эссенции и в относительной безопасности.

Если учесть стоимость ремонта, он заработал почти столько же, сколько и вчера. Если он продолжит еще один забег, как вчера, даже с ремонтом брони, он должен стать на 10 000 долларов богаче.

У него оставалось 154% эссенции, но он потратил 200% на воду и около 50% на дротики через свой спутник. С ИТРЭ этих сродств он мог продолжать погружаться дальше, но ему нужно было следить за эссенцией воды.

# П.П. Напомню что: ИТРЭ - индекс толерантности к рефлюксной эссенции

Однако его запасы крови были низкими. В его резервах оставалось всего около 10% емкости. Когда он наконец доведет Бассейн Крови до второй стадии, он не должен был рисковать ее истощением, если только не тратить кровь безрассудно.

Как раз когда он собирался пойти забрать трупы, он услышал голос позади себя. «Эй!» — крикнул кто-то. «У тебя есть минутка?» Тембр голоса был знаком, но он звучал приглушенно — почти измененным через шлем.

Фредди поднял бровь, когда повернулся лицом к трем приближающимся к нему людям. Это были те люди, которых он заметил в вестибюле, за исключением чудовищно большого парня. Тот, что стоял слева, держал короткий лук, тот, что справа, нес копье из чистого металла, а тот, что стоял посередине — тот, что говорил, — носил короткий меч в ножнах на бедре.

«Мы тут новички», — сказал мужчина, остановившись в десяти метрах. «Мы хотели бы узнать, есть ли у вас какие-нибудь предложения по хорошим местам для охоты. Или, может быть, мы могли бы присоединиться?»

Что-то в этой ситуации не устраивало Фредди. Где-то в глубине его сознания инстинкты кричали, что что-то не так. Голос, который, как он думал, звучал знакомо, пропавший человек, совершенно новое снаряжение, тот факт, что они были там — все это складывалось во что-то, и это ему совсем не нравилось.

Внезапно он услышал странный шум. Он был похож на шаги, и они быстро приблизились к нему. Он обернулся, чтобы встретиться со звуком, но увидел огромного человека, который бежал на него из слепой зоны, а в следующий момент стрела попала ему в живот, хотя и едва пробила жилет. Он резко повернул голову к остальным троим, но увидел лучника, готовящего еще одну стрелу.

Прежде чем он успел отойти в сторону или хотя бы отреагировать, массивная фигура подпрыгнула и пнула его в сторону озера. Импульс удара был невероятным, и он почувствовал, как все его тело закричало в агонии, когда поверхность его кожи раскололась, а целостность его доспехов развалилась.

Его тело летело над поверхностью озера, жар был таким обжигающим, что он почувствовал, как его кожа закипает, и как раз в тот момент, когда он собирался упасть в лаву, он активировал обе звезды и использовал «Создать воду». Большой шар жидкости поймал его, как сеть в воздухе, замедлив его, пока вода омывала раскаленную поверхность.

К счастью, вода, созданная сущностью, не могла превратиться в пар, поэтому он не оказался в центре взрыва, но, к сожалению, она была недостаточно холодной, чтобы справиться с лавой. Тело Фредди упало на хрупкий и смехотворно горячий плот из шипящего обсидиана, и пока его тело горело, его разум лихорадочно искал выход из затруднительного положения.

«Боже мой, — выругался Джейкоб, вставая с пола. — Этот ублюдок крепок как гвозди. Я ожидал, что он сломается надвое».

Глаза Теодора были прикованы к летящей форме Лиама, когда он летел в пасть огненной смерти. Пришло время отбросить притворство — он был чертовски счастлив увидеть, как этот придурок наконец-то умирает. И казалось, что он не сдастся без зрелища.

На его пути возник большой шар воды и поймал его, замедлив и сбросив на обсидиановую платформу. Теодор хихикнул над этой попыткой. Все, чего добился этот человек, — это сделал свою смерть еще более мучительной. Он уже был в добрых тридцати метрах от них — и даже если бы он нашел путь назад, он не смог бы пройти мимо них.

Тем не менее, даже если им не нужно было ничего делать, чтобы прикончить его, это не означало, что он не получит удовольствия от добавления страданий к этому человеку. «Грант», — позвал он лучника. «Устрой ему ад».

Лучник кивнул и прицелился. Он выпустил стрелу за стрелой, но Теодор видел, что даже при их почтенной силе они не погружались особенно глубоко. «Крепкий как гвозди, действительно», — признал он.

Внезапно он заметил движение сбоку.

Из трупов гигантских белых ящериц сочилась черная жидкость, вероятно, кровь, и она текла по воздуху — прямо в направлении Лиама.

Теодор приподнял бровь, увидев необычное зрелище. «Рэнди», — позвал он копейщика. «Рассеивай её».

Копейщик сродства с воздухом кивнул и поднял руку, используя простой Шторм, чтобы попытаться разогнать кровь. Это не сработало. Когда черная жидкость превратилась в туман, она поплыла быстрее к жарящему мужчине, который каким-то образом собирал ее в большой шар над собой.

Грант выстрелил в массу крови, но, похоже, ничто на нее не подействовало.

Мгновение спустя шар жидкости начал светиться, превращаясь в багровый туман.

У него было плохое предчувствие.

Мгновение спустя это чувство сменилось ужасом, когда туман проявился в виде трехметрового скелета, залитого кровью.

«Что это, черт возьми?» — пробормотал он.

Существо излучало значительную силу, настолько сильную, что если бы оно оказалось рядом с ними, у них возникли бы проблемы.

«Продолжайте стрелять», — сказал он.

Стрелы летели в существо, и хотя они оставляли видимые следы на костях, они были недостаточно сильны, чтобы сломать их.

Внезапно кровавый монстр схватил Лиама за ногу и поднял его в воздух, словно собираясь швырнуть.

Мысли Теодора закружились, когда он попытался предсказать, что делает существо. Если оно бросало Лиама в них, то оно отправляло человека на смерть. Должно было быть что-то еще...

«Проход!» — закричал он в ужасе, широко раскрыв глаза. «Нам нужно немедленно бежать!»

«Что происходит?» — спросил Джейкоб.

«Давай быстрее!» — настаивал Теодор, бегом возвращаясь к проходу.

Остальные трое быстро поняли смысл его слов и присоединились к мужчине.

Это существо казалось довольно мощным. У него, без сомнения, была сила, чтобы отбросить Лиама обратно к проходу. И этот человек только что доказал, что способен создать массу воды, достаточно большую, чтобы удержать себя в воздухе и не умереть при падении.

Если он вернется туда и попадет в центр, то все четверо окажутся в дерьме. В худшем случае вмешаются судьи, и даже с политическим влиянием Джейкоба все может обернуться ужасно.

«Грант!» — закричал Теодор. «Просто… Черт! Попробуй подстрелить его в воздухе, если он…»

Его слова прервал противный хруст. Теодор с полным недоверием наблюдал, как человек, с которым он только что говорил, пролетел несколько десятков метров вперед под ударом летящего тела Лиама, который также скользил по земле.

Как только Лиам перестал кататься, он начал подниматься на ноги.

Руки Гранта были согнуты в неправильную сторону. Он не двигался.

Прежде чем Лиам успел подняться, Рэнди в ярости закричал и бросился вперед, нацеливая копье, чтобы пронзить ублюдка, прежде чем тот успеет встать на ноги. Но прежде чем оружие мужчины успело приземлиться, вокруг Лиама появилась еще одна масса воды, но на этот раз она была странной.

Скользящие фигуры скользили в жидкости, суетясь и окутывая ее глубины.

Рэнди не успел вовремя остановиться и нырнул головой вперед в массу жидкости. Мгновение спустя темная вода утекла и испарилась, оставив изображение тела Рэнди, пронзенного острыми костяшками пальцев крови. Копейщик закашлялся, пытаясь что-то сказать, но Лиам схватил его голову и ударил ею о колено, раздавив ее, как банку с газировкой.

Теодор и Джейкоб замерли, наблюдая, как Лиам отшвырнул в сторону безжизненное тело Рэнди, словно мокрую тряпичную куклу.

Это не имело смысла.

Броня Лиама частично расплавилась, а куски его металлического жилета, которые талант Джейкоба раздавил, гремели внутри костюма. Они оба чувствовали запах горелой плоти, но Лиам стоял так, словно его изуродованное тело было умеренным неудобством.

«Вы ублюдки», — сказал Лиам, его голос звучал искаженно, вероятно, из-за ожогов внутри горла от вдыхания обжигающе горячего воздуха так близко к поверхности лавы. «Я знаю, кто вы», — заявил он, подняв на них палец. «Джейкоб и Теодор, я прав? Что, черт возьми, я с вами сделал!?» — крикнул он изо всех сил, но голос прозвучал искаженно. «А!?»

«Джейкоб», — прошептал Теодор. «Я благословлю тебя. Убей его, пока никто не пришел».

К удивлению Теодора, Лиам, казалось, услышал его слова с такого расстояния. Он встал в стойку и приготовился к бою.

Фредди был не в состоянии сражаться. Его сущность была на 76%, но это была наименьшая из его проблем.

Повреждения по всему его телу были ужасными. Настолько сильными, что если бы он не был нежитью, он бы уже впал в шок. Ожоги немного зажили после того, как он убил двух мужчин, и худшая из них была покрыта струпьями рубцовой ткани, созданной качественной первой помощью.

Это едва удерживало его в строю.

«Мастер…» — прошептал Кровопролитие в его сознании, и он взглянул на далекую фигуру скелета. «Мое время истекло».

Это было коротко, но также ожидаемо, учитывая, как мало крови использовал Фредди. Честно говоря, он был удивлен силой, которую Кровопролитие смогло показать с таким количеством крови. Количество крови, казалось, имело большее влияние на его размер и то, как долго Кровопролитие мог существовать, чем на его силу.

Но теперь его не было.

И он в одиночку противостоял двум противникам.

Он наблюдал, как Теодор подошел к Джейкобу и дал обещанное Благословение. Сделав это, он указал пальцем на Фредди и выстрелил практически неуклонимым лучом света. Он не нанес никакого урона, но почти идеально очертил область на его теле, где он получил самые сильные ожоги.

«Сукин сын...» Прежде чем он успел закончить свое проклятие, Джейкоб бросился на него.

Фредди приготовился принять стойку и изо всех сил старался не обращать внимания на боль, которую он чувствовал.

Джейкоб был там через несколько секунд, и Фредди выбросил вперед кулак.

Мужчина без усилий увернулся от атаки, изогнулся и нанес сильный удар ногой по обожженному бедру Фредди. И снова атака мужчины, похоже, оказала странное воздействие на броню. Костюм был разорван на части с легкостью, и даже его кости, казалось, трескались на куски.

Они вступили в рукопашную, причем Джейкоб наносил каждый удар, а Фредди ничего не мог с этим поделать. Помимо того, что он просто превосходил его в мастерстве, Джейкоб время от времени применял Сдвиг Земли, мешая Фредди стоять на ногах и заставляя его неуклюже спотыкаться, продолжая свой натиск.

Время от времени Фредди видел что-то, что, как он помнил, делала София, но Джейкоб делал это гораздо быстрее и сильнее, так что Фредди мало что мог сделать, чтобы отомстить. Когда он подумал, что ситуация не может стать еще хуже, Теодор поднял лук мертвого лучника и начал стрелять стрелами. У человека не было силы, чтобы заставить стрелы сработать, но он точно знал, куда целиться, чтобы отвлечь Фредди еще больше.

«Я должен использовать Ярость Левиафана», — подумал он, но заколебался.

Джейкоб умрет, если сделает это, но что потом? Фредди останется полумертвым, и даже против Теодора он не верил, что сможет выиграть бой в таком состоянии. Хотя этот человек был в первую очередь поддержкой, его сродство света могло стать опасным, если понадобится.

Но был ли у него выбор?

Удар пришелся по боку его шлема, разбив забрало. Пинок пришелся по колену, послав острую боль по ноге. Затем удар в живот, еще один удар по ожоговым ранам и еще один удар прямо в грудь, каждый удар оставлял трещины по всему телу.

Он чувствовал себя беспомощным, как тогда, когда он спарринговался с Софией.

Его глаза на мгновение расширились, когда он вспомнил то, что она ему сказала...

После очередного удара по уху София покачала головой и отступила. «Ты действительно плохо сражаешься».

«А!?» — закричал Фредди, ковыряя в левом ухе, где он с трудом что-либо слышал. «Ты можешь повторить это немного громче?» Он, конечно, прекрасно слышал ее другим ухом, но он решил побыть придурком просто так, ради интереса.

София закатила глаза. «Сейчас не время шутить».

«Тогда дай мне совет!» — закричал он. «Ты много болтала, но я так и не услышал ничего полезного!»

«Я дала тебе множество указаний».

«А я слишком тупой, чтобы следовать!» — сказал он, вздохнув и потирая переносицу. «Извини, но я знаю, что ты привыкла к людям, которые не... знаете... не стесняются, когда дело касается таких вещей. Но мне кажется, становится очевидным, что это не работает для меня».

София нахмурилась, а через несколько мгновений кивнула. «Ты прав». Она сделала несколько шагов вперед и посмотрела на него, прищурившись. «Хотя обычно требуется гораздо больше времени, чтобы распознать истинную натуру человека, я почти уверена, что ты — Ненавистник».

«Я кто?»

«Ненавистный. У тебя есть то, что мои люди называют «разумом ненависти».

Он бросил на нее холодный взгляд в ответ. Затем он усмехнулся: «Ладно. Я и так знал, что я прирожденный ненавистник — тебе не нужно было избивать меня, чтобы сказать мне это».

«Это глубже, чем просто склонность к ненависти», — сказала она, указывая на его лицо. «Когда дело доходит до драки, даже в спарринге, ты нападаешь со страстью, как будто у тебя есть личная месть за то, что я стою у тебя на пути».

Он нахмурился. «Мне на самом деле не удалось ничего сделать».

«Потому что я не позволяю тебе», — сказала она. «Когда ты атакуешь, ты не думаешь об этом. Бой не решается после того, как нанесен удар, он решается до этого. Чтобы выиграть бой, ты должен знать, что твой противник намерен сделать, и напрямую парировать этот прием еще до того, как он его сделает. Но с тобой такого мышления нет».

«Ты что, ожидаешь, что я буду играть роль предсказателя судьбы во время боя?» Он фыркнул.

Она улыбнулась. «Такие люди, как ты, никогда не должны быть бойцами ближнего боя. В бою есть нечто большее, чем победа. Каждый, кто сражается насмерть, должен уйти не только победителем, но и здоровым».

«Ба», — сказал он. «Ты же знаешь, для меня это не проблема».

«Я знаю, а ты нет».

Фредди замер на долгое время. Он собирался что-то сказать, но закрыл рот, обдумывая ее слова.

«Смотри», — сказала она, насмешливо улыбаясь ржавым шестеренкам, вращающимся в его голове. «Тебе не нужно предвидение, чтобы угадать, что сделает твой противник дальше. На самом деле, у тебя есть естественное преимущество перед опытными противниками».

«Это совершенно бессмысленно».

«Правда?» — спросила она, постукивая себя по подбородку. «Подумайте об этом так — если вы знаете, куда удар будет наиболее болезненным, то, вероятно, именно туда вас и ударят в следующий раз. Опытный противник будет стремиться к открытию».

«Да…» Он кивнул, наконец поняв. «Хм. Это действительно имеет смысл. Знаешь, у меня была похожая мысль, но всякий раз, когда я пытаюсь защитить себя, ты просто бьешь меня в другое место».

«Вот почему вам не следует защищать себя».

Он нахмурился. «А?»

«Фредди, послушай — что бы с тобой ни сделали, ты будешь жить. Так что когда кто-то целится туда, где будет больно — ты попадаешь туда, где будет больнее».

Джейкоб уперся ногами в землю, когда он замахнулся кулаком на Лиама, нанеся сильный удар в живот мужчины. Даже будучи раненым, мужчина был некомпетентен. Тем не менее, несмотря на отсутствие навыков, у него была самая невероятная защита, которую Джейкоб видел у двухзвездного, а у мужчины, по-видимому, даже не было защитного таланта.

Внезапно защита мужчины упала на травмированную сторону его тела. Он наконец начал выдыхаться. Джейкоб, чисто мышечная память, начал атаку прямо в открытую часть, намереваясь раздавить бедро мужчины и закончить бой.

Но в то же самое время — нет, еще до того, как Джейкоб сделал свой ход — Лиам был в самом разгаре атаки.

Никто из них не смог увернуться.

Удар Джейкоба приземлился с противным хрустом, а шипастый кулак Лиама приземлился на шлем Джейкоба. Кровавые Кастеты пронзили шлем с невероятной силой позади них, гораздо большей, чем Джейкоб ожидал увидеть от этого человека, и один из сломанных шипов вонзился ему в левый глаз. «Блядь!» — закричал он.

Неожиданная сила вывела его из равновесия, голова закружилась от удара. Он сделал несколько больших шагов назад, чтобы создать расстояние между собой и своим ослабленным противником. Он перефокусировал взгляд и наблюдал, как мужчина создал хлипкое Кровавое Копье.

Он приготовился бросить его, но вместо того, чтобы запустить его в Джейкоба, он бросил его в Теодора. Снаряд попал заклинателю прямо в колено.

Так быстро!?

Колено Теодора взорвалось, едва не оторвав ему всю ногу. С криком боли мужчина упал на землю.

Лиам наколдовал еще одно копье и бросил его в Джейкоба. Снаряд полетел с безумной скоростью, достигнув Джейкоба как раз в тот момент, когда он поднял руку, чтобы отбить его в сторону. Ему удалось перенаправить атаку, но его рука онемела от удара.

Этот человек — фрик!

Лиам больше не призывал снаряды. На самом деле, мужчина был явно истощен, кровь текла по его доспехам, а его осанка поникла.

Джейкоб, внимательно наблюдая за противником, начал приближаться. «Ты мерзкий ублюдок», — обвинил он, наколдовав огненный шар и бросив его в мужчину. Это было в лучшем случае отвлечение, но против беспомощной цели это все равно был шар огненной агонии.

Но, хотя он и горел, Лиам, казалось, мало заботился об этом. Шар воды появился над его головой и потек по его телу, погасив пламя.

«Я видел это», — сказал Джейкоб. «Эта шлюха рядом с тобой была одной из них. Я отказываюсь верить, что ты не знал!» Он поднял руку и выстрелил каменной пулей, целясь в открытую плоть и вырывая кусок.

Лиам по-прежнему не проявлял никакой реакции.

«Ты думаешь, что это какая-то больная игра!?» — закричал Джейкоб. «Ты хоть представляешь, какую боль...? Какие ужасы совершили эти ублюдки-культисты!?» — кричал он, выпуская одну Каменную Пулю за другой. «Ты представляешь!? Ты и твои «друзья» погубили столько невинных жизней. Карен... Филлип...» Его слова превратились в рыдания. «Рэйчел... Они заслуживали лучшего. Если бы не такие больные ублюдки, как ты...»

«Извини, что перебиваю тебя, мужик», — прохрипел Лиам, — «но что, черт возьми, ты несешь?»

Джейкоб фыркнул. «Притворяешься дураком до самого конца, да? Знаешь что? Да пошел ты . Я не такой больной ублюдок, как ты. Я сделаю твою смерть быстрой».

Когда обе звезды были активны, Джейкоб использовал Гидравлическое Напряжение и бросился прямо на Лиама, и как раз в тот момент, когда он собирался нанести смертельный удар, он услышал, как Лиам что-то пробормотал.

«Ярость Левиафана».

Теодор наблюдал, как тело Лиама превратилось в лес костяных шипов. Мгновение спустя тело Джейкоба оказалось в ловушке в челюстях чего-то, похожего на нечто среднее между драконом и черепахой. Он пробормотал что-то сквозь кровавый кашель, и мгновение спустя шипы убрались, уронив его мертвое, изуродованное тело на землю.

Дыхание Теодора было неистовым. Колено было полностью раздроблено — на его уровне его невозможно было вылечить.

Постояв несколько мгновений неподвижно, Фредди упал на колени. Все тело мужчины было покрыто тяжелыми ранами, и кровь сочилась сквозь трещины в его броне.

Что бы это ни было за череп, он вырубил их обоих. Однако, вместо того, чтобы лечь и умереть, Лиам извлек мясистый комок из воздуха и охотничий нож.

И он начал наносить удары ножом.

Теодор застыл в ужасе, наблюдая, как многочисленные слабые места на теле мужчины медленно исчезают.

Запаниковав за пределами способности рассуждать, он без колебаний применил Пронзающий Луч с обеими активированными звездами и направил его в голову Лиама. Быстрее, чем раненый мог увернуться, луч света толщиной с ногу взрослого мужчины ударил его в голову, испарив треснувший шлем и расплавив его кожу и плоть до костей.

От лица Лиама остался лишь ужасный белый череп с кровью, сочащейся из обугленных глаз и стекающей вниз по скальпу.

Но... снова... вместо того, чтобы упасть замертво...

Мужчина поднял кинжал.

И замахнулся.

Тошнотворные звуки многократно разрываемой плоти отошли на второй план, пока Теодор, застыв в ужасе, наблюдал, как ткань быстро отрастала по всему лицу мужчины. Оно выглядело покрытым шрамами и сырым, но с каждым новым ударом оно быстро улучшалось.

«Тттт… Ты, ёбаный монстр!» — закричал он, разворачиваясь и уползая прочь. Он царапал грязь несколько минут, чувствуя, как его разум тает от отчаяния. И хотя сначала он думал, что воображает их, в конце концов он был уверен, что шаги приближаются к нему.

«О боже!!» — закричал Теодор. «Пожалуйста… Пожалуйста, не убивай меня… Беатриса! Она больна! Ты оставишь ее совсем одну! Она умрет без меня; пожалуйста, будь добрым!»

Затем нога приземлилась на его разбитое колено. Он закричал, дико вскрикнув, когда нога Лиама вывернулась.

«Так... вы, ублюдки, думаете, что я один из культистов, а?» — сказал он, подняв ногу, чтобы опустить ее на другое колено Теодора, которое он раздавил с абсолютной легкостью. «Вы, имбецилы, думаете, что вы такие чертовски умные... Что, расследования вам было недостаточно? Даже лучшие детективы империи не сравнятся с вами...»

«Пожалуйста… Я умоляю…»

Нога обрушилась прямо на основание позвоночника Теодора, чуть выше ягодиц, и мгновение спустя ощущение в ногах исчезло. Он закричал сильнее.

«Позволь мне сказать тебе кое-что, Теодор», — прошептал Лиам, яростно стаскивая с Теодора шлем и хватая его за волосы, поднимая его с земли. «Вы, ублюдки, выше закона. Если бы ты убил меня здесь, ты бы ушел, даже не получив пощечины. Папаша Джейкоба позаботился бы о том, чтобы никто не заглядывал слишком глубоко в мою смерть, и ты провел бы остаток своей жизни, трахая свою жену, не представляя моего лица. Но знаешь что?»

Лиам развернул Теодора, чтобы оказаться с ним лицом к лицу. Сквозь прожженную дыру в шлеме несовершенно зажившее лицо — образ монстра — широко ухмыльнулось Теодору. «Хотя ты можешь быть выше закона, ты не выше меня. По той же причине, по которой ты можешь делать все, что хочешь, я могу уйти живым».

Ноздри Теодора раздувались, когда он пытался дышать. «Маньяк! Помогите! Помогите мне...»

Рука Лиама обхватила его рот, чтобы заткнуть его. Медленно, шаг за шагом, Лиам потащил бьющееся тело Теодора; они оба знали, куда направляются. Теодор не мог сдержать слез, когда почувствовал жар за спиной.

В последний раз Лиам поднял его в воздух. «Ты сказал, что твоя жена умрет без тебя?» — сказал он, фыркнув, а затем разразившись неуравновешенным смехом. «Нет». Он маниакально ухмыльнулся. «К концу дня она двинется дальше».

Это было последнее, что он услышал, прежде чем мир начал вращаться. Это было не так больно, как он думал.

Боль внезапно вспыхнула и так же внезапно исчезла, когда тьма поглотила пламя, мерцавшее в его глазах.

«О, черт!» Фредди отскочил назад, когда тело Теодора взорвалось, подвергшись внезапному всплеску тепла. Через несколько мгновений из лавы выскочили маленькие челюсти и разорвали его тело на части, съев его прежде, чем оно успело прожариться.

Вскоре Джейкоб и... кем бы ни были эти двое... присоединились к мужчине, плывущему по реке.

А кольцо Джейкоба было спрятано в кармане Фредди. Оно было примерно такого же размера, как то, что принадлежало тем двум культистам, которых он убил, — достаточно большое для нескольких основных предметов, но не более того.

«Ну что ж», — сказал Фредди, вздохнув и продолжив рубить искру, чтобы залечить оставшиеся повреждения. «Как же я облажался?»

Все было по-старому.

Ни к чему беспристрастному двухзвездочному простаку защищаться от столь богатого молодого хозяина и его головорезов.

Сидя на берегу огненного озера и сердито рубя кусок плоти, он не мог не чувствовать горечи. Такой горечи.

Он вспомнил свои ожидания от жизни бойца. Женщины, деньги, слава, все, что он хотел — до тех пор, пока он мог проявить себя, он был готов прожить свою жизнь именно так, как хотел.

Эта мечта была навеяна тем, во что те, кто у власти, хотели заставить поверить тех, кто внизу. «Работать усерднее и бороться усерднее…» — пробормотал он.

После исцеления он встал и вытащил почти все из своего кольца хранения. Он поднял весь мусор эфиртеха высоко и бросил его как можно дальше в озеро. После этого в его кольце хранения наконец-то появилось немного свободного места.

Его мысли задержались на платиновой карточке в углу кольца. Он усмехнулся. Похоже, это должно было подождать.

Он снял наиболее поврежденные части брони и бросил их в лаву.

С этими словами он развернулся и покинул мир как можно быстрее. Он собрал те немногие ценные вещи, которые у него были, сел в первый автобус, для которого не требовалось удостоверение личности, и купил себе билет.

Ему было все равно, куда идти. Ему просто нужно было идти как можно дальше.

Если подумать, он никогда не видел никого на третьей звезде ни в одном из хабов. Это означало только одно. К третьей звезде все были либо аффилированными, либо пенсионерами…

Или мертвы.

Он не собирался становиться ни одной из этих трех личностей.

Его планы были грандиознее.

Автобус тронулся и двинулся вперед сквозь поток машин. Это был середина довольно холодного дня, но отопление было выключено. Остальные люди в основном молчали, но пара болтала впереди. Автобус медленно двигался от одного перекрестка к другому, останавливаясь и подбирая по пути новых пассажиров.

Вскоре он покинул город, оставив позади рукотворный горизонт.

Он прислонился головой к холодному стеклу и еще более холодно посмотрел на город.

Он думал, что может быть другим. Он считал, что заниматься своими делами будет достаточно. Этого всегда было достаточно.

Держитесь подальше от других, и вы избежите неприятностей.

Это было по-прежнему верно, и он это знал. То, что произошло в тот день, было следствием его собственных решений.

Он вспомнил долгие дни, проведенные в межпространстве, вдали от людей, вдали от всего стресса.

К сожалению, это был ложный рай.

Независимо от того, укрывался ли он в самом дальнем углу межпространства или в самом большом городе на Новой Земле, он всегда находился в одном неудачном дне от смерти.

И он перестал лгать себе.

Фредди Штерн был поверхностным человеком. Он хотел богатства. Он хотел власти.

Он прожил жизнь, полную зависти к тем, кто сидел наверху, и сама мысль о том, чтобы сбежать и умереть от скуки где-нибудь в сельской хижине, была оскорблением, направленным в самую суть его существа.

Но даже когда он пытался держаться особняком, другие люди все равно вставали у него на пути.

Это был не последний раз.

На протяжении всех этих лет он действительно верил, что станет другим. В мире жестокости, где власть имущих могла сдержать только большая сила, он действительно верил, что сможет избежать игры по правилам. Что он сможет избежать всей тьмы и жить честно в свете.

Он покачал головой и усмехнулся про себя, а затем закрыл лицо от стыда.

Каким же наивным парнем он был.

----------

Возрождение Серебряного Сердца!? Четверо найдены мертвыми!

Снег сыпался с пасмурного, мрачного неба, собираясь на верхушках вечнозеленых ветвей высоких деревьев и покрывая поверхность леса. Это был тихий ноябрьский день около небольшого поселения в неделе к северу от Нова-Йорка.

Но в глубине леса произошло что-то неладное.

Там стоял мускулистый мужчина без рубашки в нижнем белье, дрожащий в холодном снегу, когда его титаническая хватка обхватила большой камень. Кровь стекала по его туловищу, окрашивая жемчужно-красный снег, когда он снова и снова бил камнем по лицу.

Мужчина извлек небольшой мясистый комок из кольца для хранения и начал его бить. Его лицо заживало с каждым ударом, и вскоре после этого он дополз до небольшого пруда неподалеку.

Его кулак раздавил поверхностный слой льда. Он зачерпнул немного воды руками и смыл кровь с лица, ругаясь и крича на дискомфорт, который причинял ему холод.

Он бы подумал, что со всеми страданиями, которые он перенес, немного холода не будет проблемой, но нет, даже со всей его терпимостью к боли, он едва мог с этим справиться. Его пальцы онемели, его тело было холодным. Хотя его исцеление могло устранить ущерб, оно не могло согреть его. И он был голым на холоде почти час.

Он использовал эссенцию, чтобы придать воде зеркальную поверхность, и наконец взглянул на себя.

Фредди посмотрел на свое зажившее лицо и зарычал от злости, ударив кулаком по земле. «Слишком холодно для этого дерьма...»

Он начал свое путешествие из Нова-Йорка неделю назад. С тех пор он направлялся прямо на север. По большей части его путешествие шло просто отлично. Теперь, если он не найдет способ изменить свое лицо, он не мог позволить себе быть увиденным кем-либо.

Недалеко от того места, где он себя оскорблял, была куча всех его вещей. В основном это была только его одежда, но рядом на земле лежала газета.

Воскрешение Серебряного Сердца!? Четверо найдены мертвыми!

Это был заголовок статьи на первой странице. А прямо под ней была фотография Фредди, сделанная в момент его задержания для допроса.

Скандальное название; ужасающие обвинения. Нет, Серебреное Сердце не вернулся к жизни. И убийства были самообороной.

Судя по всему, Джейкоб рассказал отцу что-то о том, что «Серебряное Сердце перенесло его сознание», и хотя никто не воспринял этот комментарий всерьёз, газета представила его так, будто Фредди был реинкарнацией самого Серебряного Сердца.

Но, конечно, они этого не говорили! Нет, они поставили чертов знак вопроса в конце! Это был вопрос, а не констатация факта!

К сожалению, ущерб был нанесен.

Вернувшись к гигантскому камню, он продолжил бить себя по лицу. Затем он снова его вылечил.

И снова он не обнаружил никакой разницы. «Блядь!» — закричал он.

У него не было никаких реальных причин верить, что это поможет ему изменить структуру лица. Он просто был в отчаянии. Без помощи Софии он практически ничего не мог сделать, чтобы...

Его глаза слегка приоткрылись.

Нет.

Было одно дело, которое он мог сделать всегда.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он позвал своего верного товарища.

«Кровопролитие».

Кольцо на его пальце засияло зловещим светом, и вскоре его любимый скелет появился на свет.

«Что это, Мастер?» — спросил он.

«Нам нужно найти конструкт, — сказал он. — Сродство к жизни».

Кровопролитие кивнул и нырнул в Незер.

Их совместный поиск продолжался часами. Найти эфирную конструкцию, сродную жизни, было не самой сложной частью — найти ту, которую они могли бы убедить помочь им, было главной проблемой.

В конце концов они наткнулись на желаемую цель.

Около 2 футов ростом стоял красный остаток с головой в форме сердца. Он вел себя застенчиво, прячась всякий раз, когда кто-то смотрел на него. «Ты собираешься причинить мне боль?» — спросил он, побежав прятаться за ближайшее дерево.

«Нет», — сказал Фредди, говоря через свою маленькую проекцию жнеца. «У меня есть для тебя сделка; если ты готов оказать мне услугу».

Остаток колебался. Его концепция была жизненной силой, а не редким остатком жизни, который можно увидеть.

Фредди сделал ему простое предложение: он и Кровопролитие снабдят его достаточным количеством эфира, чтобы превратить его в духа, а взамен ему нужно будет помочь изменить лицо Фредди, когда тот сможет выйти в реальный мир.

К сожалению, разумные эфирные конструкции на самом деле не «хотели» становиться сильнее. Обычно они делали это посредством естественного накопления эфира и построения связи со своей основной концепцией. Попытка использовать что-то подобное в качестве разменной монеты на самом деле не срабатывала, если только не предлагать это невероятно окольным путем.

Таким образом, на самом деле он не предлагал превратить его в дух; Фредди просто предложил дать ему возможность взаимодействовать с великим источником жизненной силы — телом Фредди, если быть точным.

Он был невероятно нерешительным, но после многократных уговоров Фредди наконец удалось сформулировать предложение так, чтобы оно его устроило. Однако прежде чем остаток согласился, Фредди должен был доказать, что он может исцелиться от любого урона, который Живучесть могла бы непреднамеренно нанести, потому что он просто не согласился бы причинить вред любого рода.

Накормить остаток эфиром, чтобы превратить его в духа, было непростой задачей. Это требовало не только большого количества эфира, но и степени связи с их концепцией. К счастью, присутствие тела Фредди, которое разрывалось жизненной силой, было более чем достаточным толчком. Всего через три часа Живучесть оказалась в реальном мире, направляя свою силу на реконструкцию черт лица Фредди.

Многие люди гонялись за духами, чтобы попытаться заключить с ними сделки, чаще всего связанные с исцелением. Естественно, это был сумасшедший вариант здравоохранения, предназначенный для самых отчаявшихся людей, который могло предложить общество, и Фредди не осмелился бы попробовать его без защиты Кровопролития.

В целом Живучесть проделала довольно приличную работу.

Конечно, Фредди выглядел как чертовски уродливый ублюдок, но после курса лечения его черты лица были исправлены, и теперь оно было совершенно новым.

С трепетом он смотрел на конечный результат.

Стоя над небольшим прудом, он взглянул на себя.

Его вырвало в воду.

Изменение, вызванное его вознесением, было одним. Хотя это и изменило его внешность существенно, это было так, что это ощущалось довольно естественно. Его лицо все еще казалось знакомым, просто красивее.

Это было по-другому.

Это было похоже на то, как если бы я посмотрел в глаза совершенно незнакомому человеку.

И теперь, когда изменения уже были сделаны, отменить их было невозможно.

Наконец, набравшись храбрости, он еще раз взглянул на себя.

Его брови теперь были намного жестче, с постоянным хмурым выражением, высеченным на лбу. Его и без того несколько пугающий взгляд теперь был угрожающим, с высокими скулами, острым носом и линией подбородка, которая делала его похожим на человека, способного пить бетон через соломинку.

В сочетании с его устрашающим ростом это делало его вид поистине ужасающим. Если бы он увидел себя на улице ночью, он, вероятно, побежал бы в другую сторону.

Он не назвал бы себя уродливым ни в коем случае, но теперь он был определенно менее красив. Однако его грубый, чрезмерно мужественный вид все еще был красив. В конце концов он смирится с этим.

Не было времени размышлять о телесном ужасе, который он только что пережил. Пора было двигаться.

Он снова надел одежду. К сожалению, он еще не купил одежду, подходящую для этой погоды. Белая футболка с коротким рукавом и синие джинсы были слишком тонкими.

К тому времени, как он закончил свой путь обратно в близлежащий город, его кожа посинела от холода.

На данный момент он был в безопасности. Никто его не узнает. При этом он все еще в беде. Ему нужно было новое удостоверение личности, а провернуть тот же трюк, что и в прошлый раз, было бы гораздо сложнее, учитывая, что он был на пике своей второй звезды.

Первое, что он сделал, — зашёл в кафе и заказал горячий напиток.

Это было милое местечко с современным декором и множеством молодых людей, сидящих вокруг. Официант посмотрел на него с подозрением, вероятно, думая что-то вроде «Какой ублюдок носит такое дерьмо в такую погоду?»

Честно говоря, он выглядел как человек, который выйдет на снег в шортах-карго и майке. Черт, он выглядел так, будто набил себе в ботинки ржавые гвозди, чтобы быть уверенным, что ему никогда не будет комфортно.

С чашкой теплого кофе в руке он наконец почувствовал себя достаточно расслабленным, чтобы мыслить здраво.

Какие у него были варианты?

Его первая чашка кофе была выпита слишком быстро, поэтому он заказал вторую. Вскоре и та закончилась. К пятой порции кофеина он уже не расслаблял его.

Честно говоря, его ситуация была примерно в миллион раз хуже, чем в прошлый раз, когда ему понадобилось удостоверение личности. Что он собирался сказать: «О, я ждал, пока не достигну пика двух звезд, чтобы обновить свое удостоверение личности»? Большинству людей требовалось в среднем двадцать лет, чтобы добраться от дна до пика второй звезды. При обычных обстоятельствах его удостоверение личности истекло бы задолго до того, как он дошел бы до этого.

Если бы он попытался это сделать, ему не удалось бы избежать тщательной проверки биографических данных.

Его единственным реальным вариантом было получить удостоверение личности с двумя звездами , а затем... сделать пластическую операцию, может быть? Теоретически это могло бы сработать, но если он хотел, чтобы эта операция была зафиксирована, ему нужно было предоставить удостоверение личности, что ставило его в ситуацию «Уловки-22».

# П.П. Уловка-22 — целенаправленно созданная, получившаяся случайно или органично присущая ситуации правовая, административная, социальная либо логическая коллизия, состоящая в том, что попытка соблюдения некоторого правила сама по себе означает его нарушение. Индивид, подпадающий под действие таких норм, не может вести себя целесообразно.

Кроме того, сам факт проведения пластической операции, вероятно, поместил бы его в какой-то список под наблюдением.

«Подожди…»

Может ли он... Может ли он попытаться зарегистрироваться как Фредди Штерн?

Это звучало как ужасная идея. У него не было доказательств, что он был... ну... самим собой, и он совершенно не хотел, чтобы клан Крэйвен пронюхал о нем.

Вздохнув, он закрыл лицо ладонями.

Как он собирался выбраться из этой ситуации?

Как только у него возникла эта мысль, двери кафе открылись, и вошли трое полицейских. Все они были одеты в тяжелую форму, и при беглом осмотре можно было определить, что у них были по одной звезде, что означало, что они относились к гражданскому подразделению.

На короткий момент он увидел, как один из них толкнул другого локтем и кивнул в сторону Фредди, на что двое других офицеров посмотрели на него. Они пристально посмотрели на него несколько мгновений, но благоразумно решили оставить его в покое.

Они сели за барную стойку, и Фредди наконец расслабился.

На какое-то время он застрял.

Он наблюдал, как от кофе поднимается пар. Пар постепенно ослабевал по мере остывания кофе. Шум людей, сидящих в кафе, заполнил его уши, в то время как внутри его сознания царила тишина. Он сделал глоток, выдохнул и медленно поплелся обратно.

Был один вариант, который он не рассматривал. Он был немного отчаянным, и если он пойдет по этому пути, ему придется посвятить себя многим годам компромисса.

Район на границе Американской империи и Замерзших пустошей был известен как весьма проблемный.

Горный хребет Северный Спайн, который тянулся по всей длине того, что раньше было Канадой, долгое время служил границей империи. К сожалению, большинство канадцев, особенно те, кто оказался по ту сторону Северного хребта, погибли в крайне суровых условиях ранней пост-Рифтовой эпохи.

Но небольшое их число выжило. Со временем к ним присоединились люди из империи. Однако новички не были там, потому что им нравилась идея жить в замороженном аду с рядом опасных для жизни опасностей.

Туда отправились те, кто хотел немного уменьшить контроль со стороны империи.

Со временем население продолжало расти, в результате чего появился Северный пояс — приграничная зона, печально известная преступностью и внутренними конфликтами.

Обычно такие районы подвергались нападению со стороны империи.

Но это был особый случай.

Замерзшие пустоши были поистине огромной территорией, соединяющей всю Арктику с Евразийским материком. Излишне говорить, что количество диких проходов, разбросанных по этому месту, было практически неисчислимым.

Таким образом, поток монстров практически постоянно мигрировал в сторону Американской империи.

Горный хребет Северный Спайн был естественным барьером против этих монстров, но не помешало наличие поселений на другой стороне. И хотя спонсируемая правительством криминальная утопия звучала как ужасная идея для любой страны, ее существование было чистым позитивом для остальной части империи.

Как?

Достаточно просто.

Попасть в Северный пояс было простым испытанием. Они без проблем пропускали туда любого, кто хотел. Конечно, если у него было действительное удостоверение личности, и он не пытался активно избегать юридических проблем.

Главной проблемой было вернуться оттуда.

По сути, это была ловушка.

Зачем преследовать людей с преступными наклонностями, когда гораздо проще заманить их в место, удаленное от общества?

Казалось, это хорошая сделка, но там было много не-преступников, которые просто пытались выжить. Они-то и платили цену за этот компромисс.

Хотя в Северном поясе, несомненно, было бы легко найти один или два коррумпированных правительственных учреждения, переезжать туда Фредди не хотел.

Или... Или нет?

Была еще одна вещь, которой славился Северный пояс — там практически не жили Лорды. Все, кто добрался до четвертой звезды, почти сразу же были завербованы империей и возвращены обратно, скорее всего, в качестве контрмеры против тех, кто мог замышлять переворот или попытаться обрести независимость от империи.

Конечно, отправиться туда было бы верным способом навлечь на себя неприятности, но разве это не своего рода улучшение по сравнению с большинством других мест?

По крайней мере, ему не придется бояться Лорда, который придет за ним. Трехзвездные были далеко не легкими противниками, но он сам был не так уж далек от третьей звезды.

В этот момент разве он не был бы в наибольшей безопасности в месте без четырех звезд?

Большой плюс, конечно, но был и огромный минус — это место, блядь, отстой. Даже без дерьмовых людей, всегда была бесконечная полоса земли, кишащая ужасами, которые, вероятно, были еще хуже.

Вздохнув, он встал, заплатил по счету и вышел на холодный полдень.

Он был в довольно маленьком городе, поэтому не было никаких огромных зданий, заслоняющих небо. Бледная, гнетущая белизна холодного пространства над ним сияла на него безразличным светом, не делая ничего, чтобы облегчить его дилемму.

Чего он хотел?

Он хотел хорошей жизни. Он хотел веселья. Он хотел стать богатым и знаменитым.

Если он чему-то и научился, так это тому, что эта жизнь не будет дешевой. Ему пришлось бороться за нее и идти на жертвы. Он поймал взгляд на своем новом лице в витрине небольшого магазинчика.

Это было отвратительно. Думать, что было так легко просто... стать кем-то другим. Но с другой стороны, разве это не доказательство его решимости? Отбрасывание своего лица было чем-то, что ранило его больше, чем он ожидал, но это также был шаг, который избавил его от многих проблем. Это была жертва, которая принесла выгоду. Плата, которая покрыла стоимость свободы.

Вздохнув снова, он съежился и сунул руки в карманы. «Боже, как же чертовски холодно!»

Одного этого было почти достаточно, чтобы отговорить его от поездки куда-либо, где ему пришлось бы терпеть такую погоду.

Пока что ему не нужно было делать выбор. Между тем местом, где он был, и Северным поясом было не меньше сотни поселений. Может быть, просто может быть, что-то по пути всплывет и решит его проблему.

Остаток дня он провел, гуляя и находя места, где можно было согреться, пока не прибудет следующий автобус. Затем, когда автобус был на месте, он сел в него и отправился в следующий город.

Снова и снова он искал места, где можно согреться, и пытался вынюхать решение своей проблемы. И с каждой новой остановкой он становился все более уверенным.

Дни путешествия превратились в недели путешествия. Зима стала еще более холодной, но со временем и интенсивным использованием Адаптивного Водного Тела он, наконец, начал немного переносить ее.

И вот после полутора месяцев жизни в дороге он наконец увидел возвышающуюся над горизонтом цепь гигантских гор.

Без удостоверения личности у него был только один способ попасть на другую сторону.

Он вышел из последнего автобуса и не смог сдержать ухмылку, тронувшую его губы. «Чувак, надеюсь, эта чертова армия меня не поймает».

Был небольшой поход по магазинам, чтобы убраться с дороги, но как только он закончил, у него больше не было причин оставаться в империи. Как только он закончил с этим, ну...

Пришло время для похода в горы.

----------

Поход

Фредди знал, что пересечение горного хребта Северный Спайн станет непростым испытанием.

Но как же он его недооценил.

Прежде чем отправиться в путешествие, он достал одежду, более подходящую по погоде, и заполнил все пространство в своем кольце измерений бутылками с маслом. Масло было одновременно и самым калорийным, и самым дешевым источником пищи, что позволило ему запастись достаточным количеством калорий, чтобы продержаться больше месяца.

У него не было никакой возможности сбежать.

Верно?

Человеческий разум был ужасен в оценке масштаба после определенной точки. Очевидно, что горный хребет был довольно далеко, но насколько далеко он мог быть? День ходьбы, может быть, два?

Ему потребовалось 24 дня пешего похода, чтобы добраться до подножия горного хребта.

За эти 24 дня он испытал столько страданий, что к концу его стали преследовать постоянные мысли о том, чтобы сдаться и повернуть назад.

Он думал, что знает, что значит быть под давлением умственно и физически. Он был ужасно невежественен относительно того, насколько хуже это может быть.

Во-первых, питаться только маслом было ужасной идеей; его талант не мог излечить его от взрывной диареи. В какой-то момент он начал перекусывать корой деревьев, чтобы придать хоть какую-то твердость своему стулу. Он получил некоторую твердость, а также неделю мучений от запоров, которые почти заставили его физически вырвать твердый кусок дерева из своего желудка.

Хотя он и впечатляюще неверно оценил расстояние, это была не единственная причина, по которой его путешествие заняло так много времени. Настоящей проблемой был снег, который варьировался от самого мелкого по колено до достаточно глубокого, в котором можно было полностью утонуть.

Добавление его невероятного веса к этому уравнению только ухудшило ситуацию.

Он ожидал встречи с животными, но это произошло лишь однажды, когда его окружила стая голодных волков. Он достаточно быстро с ними разобрался.

Было чертовски трудно поймать даже мгновение сна. Ветер сбивал его с высоких деревьев, и он просыпался зарытым в снег, если пытался спать на земле. Это доводило его до отчаяния, и в конце концов он нашел некое решение. Если он выкроит небольшое пространство в более глубоких слоях снега, где снег был достаточно плотным, чтобы сохранять форму, он мог оставаться в относительном тепле и немного отдохнуть.

Но это было не идеальное решение.

Примерно через две недели разразился сильный ливень, и он проснулся от потока ледяной воды, омывающей его. Его талант не мог исцелить холод. Даже его не-смерть не могла спасти его, если бы он был заморожен насквозь. Его мозг был бы уничтожен образованием ледяных кристаллов.

Само собой разумеется, что необходимость внезапно и в панике подпрыгивать посреди ночи, в мокром снегу и под ледяным дождем, — просто чтобы согреться и не умереть, — не пошла на пользу его психическому состоянию.

Когда он уже думал, что ничто не сможет застать его врасплох, произошло нечто совершенно странное — у него внезапно выросла густая борода.

Невозможно было описать его замешательство, когда он впервые заметил слой густой щетины. Что, черт возьми, могло вызвать это!? Он не был волосатым парнем. Даже его интимная зона не была такой уж кустистой. Внезапно обнаружить, что у него растет не только борода, но и густые волосы по всему телу, было сюрпризом, мягко говоря.

Перешел ли он какой-то резкий порог биологического возраста? Холод как-то это сделал? Изменило ли его новое лицо его психологическое состояние настолько, что это отразилось на его теле? Может быть, поздняя реакция на влияние Живучести?

В конце концов, после долгих размышлений, он пришел к выводу, что знает, что является причиной этого — это была техника Адаптивного Водного Тела.

Адаптивное Водное Тело работало загадочным образом. Его эффект был мягким, но широким. Он мог помочь ему адаптироваться к новым обстоятельствам, влияя на то, как вода движется в его теле, и поскольку он помогал с холодом, он использовал его щедро. Он, вероятно, транспортировал дополнительные питательные вещества к его волосяным фолликулам, чтобы помочь ему справиться с сильным холодом. Честно говоря, он не очень-то помог.

Он всегда хотел растительность на лице, так что борода его не волновала... но остальное? Он становился одним кустистым ублюдком. Особенно там внизу.

На протяжении всего пути к горе его запасы еды стремительно таяли. Он сильно недооценил количество калорий, которые ему предстояло потратить.

Когда через 24 дня он наконец оказался у подножия горы, он уже израсходовал 80 процентов масла.

С этого момента ему придется охотиться за едой. К счастью, поблизости были некоторые животные, в основном зимние птицы, в поимке которых он чувствовал себя относительно уверенно. Это была бы отличная практика для его скрытого Гидравлического Броска.

Хотя он промахнулся больше раз, чем хотел бы признать, в конце концов он поймал гигантского орла. К счастью, у него была зажигалка, так что он мог хотя бы приготовить себе еду. Это была чистая задница — она была перченой и жесткой, как кожа.

Но это заставляло его двигаться дальше.

С его силой воли на пределе он решил провести несколько дней в близлежащей пещере, чтобы просто расслабиться и отдохнуть. Его талант поддерживал его в хорошем физическом состоянии, но он мог сделать лишь ограниченное количество для его психического состояния. Он продолжал охотиться и сушить мясо, чтобы запастись едой в это время.

Он понятия не имел, правильно ли он его высушил, но даже если оно испортится в его кольце, он не умрет от пищевого отравления.

Ему не потребовалось много времени, чтобы продолжить свой путь. Глядя вверх от подножия горы, было трудно оценить, насколько высоко ему придется подняться. Казалось, все не так уж и плохо, но он знал, что лучше не ожидать, что будет легко.

И все же его путешествие наверх оказалось более адским, чем он ожидал.

Во-первых, идти в гору было, очевидно, сложнее. Чем выше он поднимался, тем больше склоны превращались в отвесные скалы, которые, в довершение всего, были покрыты слоем твердого льда, вероятно, из-за недавних осадков. Он пытался избегать скал и вместо этого подниматься по склонам.

Ужасная идея.

Первая лавина, в которую он попал, едва не прикончила его прямо там и тогда. Избитый и погребенный под тоннами снега, который превратился в сплошной лед, он должен был положиться на свою превосходящую силу и импровизированные инструменты из крови, чтобы вытащить себя, и ему все равно потребовалось почти полдня копания, чтобы выбраться на поверхность.

Со второй попытки он поднялся на скалы.

Ужасная идея.

Ледяной покров сделал подъем невыносимым, а его импровизированные инструменты для крови постоянно ломались. Его первые дюжины попыток заканчивались тем, что он падал вниз по крутому склону; он смог выжить только благодаря своей впечатляющей выносливости. Но даже тогда кости были сломаны, а внутреннее кровотечение окрасило половину его тела в синий цвет.

Он был под впечатлением, что имперская армия будет его самой большой проблемой. Он не знал, что у армии не было причин разведывать горы. Их было, всех их самих, более чем достаточно, чтобы помешать людям ходить туда-сюда.

Но Фредди был не просто кем-то.

Каждый раз, когда он мельком видел себя в хрупком льду, он чувствовал, как его решимость крепнет. Невероятно, какое сильное влияние может оказать поверхностное изменение внешности на его умственную силу.

Он был мужчиной.

И он почувствовал себя мужчиной больше, чем когда-либо прежде.

И как настоящий мужчина, он подавлял все плохие эмоции и преодолевал то, что, вероятно, было ненужными страданиями, поскольку его гордость была слишком раздута, чтобы искать альтернативы.

Он продолжал подниматься и падать. В конце концов, он научился подниматься больше, чем падать.

Его одежда начала серьезно портиться. К счастью, он не скупился на подходящую обувь, иначе к тому моменту его подошвы были бы содраны. Но с остальной одеждой дела обстояли не так хорошо. Ему постоянно приходилось ее латать, и если так будет продолжаться, он боялся, что достигнет своей цели голым. Единственный запасной комплект одежды, который у него был, был слишком тонким, чтобы согреть его.

Через неделю вторая лавина, в которую он попал, практически полностью обнулила его прогресс, и он снова потратил часы, откапывая себя. Но он снова поднялся и продолжил идти.

Прошло еще немного времени. Зима становилась все суровее.

Спать на склонах горы было еще сложнее, чем в лесу. Но чем больше времени он там проводил, тем находчивее он становился.

Еще через две недели восхождения он был примерно на полпути к горе. Еще через две недели он был близок к вершине. Воздух становился все более разреженным. Дышать становилось все труднее. Было чертовски холодно. Но он продолжал идти.

В некоторые дни снег не позволял ему видеть дальше, чем на несколько метров, но в другие дни небо прояснялось, и он мог видеть бесконечные просторы вокруг себя.

Мало кто действительно понимал, что значит для планеты быть такой огромной. Поднявшись на высокую точку обзора, Фредди мог видеть все вплоть до Нова-Йорка — даже далеко в океане. Через некоторое время все стало немного синим, и было трудно различать черты; все равно, это было чудо.

Места, где было солнечно, места, где было облачно — штормовые, с мощным громом, который издалека казался всего лишь вспышками статики. Поселения, которые были такими крошечными, что едва выделялись на фоне бесконечной пустыни вокруг них. Горы, которые заставляли даже ту, на которую он сейчас взбирался, казаться жалкой по сравнению с ними.

У него заканчивались запасы еды, но он надеялся, что спуск пойдет гораздо быстрее, как только он преодолеет вершину.

Однако была одна небольшая проблема: преодолеть вершину было практически невозможно.

На первый взгляд, казалось, что существует так много очевидных путей, по которым он мог бы попасть на другую сторону. Так много мест выглядели долинами издалека, но вблизи, где бы он ни шел, всегда был крутой мост. И он всегда сталкивался с одной и той же проблемой — ветер, лижущий через самые вершины горного хребта, был непреодолим.

Скорость, с которой он дул, была настолько ужасной, что он просто не мог оставаться прикрепленным к поверхности, как бы он ни старался. И он не мог перенести его на другую сторону, потому что ветер не мог его нести. Он просто оторвал его от камня и отправил падать вниз.

Было несколько областей, которые действительно выглядели так, будто это должно было быть легко, но нет. Это никогда не было так. И это было не из-за недостатка сил. Он мог держаться за камень — камень просто не мог держаться за остальную часть горы. Он мог бы облегчить эту проблему, если бы шел очень медленно, но ветер был ужасно ледяным, таким холодным, что его глаза замерзали, ослепляя его и делая невозможным видеть, куда он идет.

Он пытался дождаться, когда ветер прекратится, но он не прекращался, словно существовал постоянный поток, который двигался через вершину горного хребта с востока на запад, нескончаемый поток морозного ветра.

В некоторые моменты создавалось впечатление, что весь Северный хребет был намеренно спроектирован максимально непроходимым.

Но, похоже, это не должно было быть таким уж большим делом. Должен быть какой-то простой способ, о котором он не думал. Еще один день ожидания, и решение само придет.

Однако чем дольше длились поиски, тем больше он терял надежду.

На такой высоте не было животных, на которых можно было бы охотиться. Не было растений, которые можно было бы добыть. У него заканчивалась еда, и, учитывая, как отчаянно клетки его тела работали, чтобы не дать ему замерзнуть насмерть, ему требовалось много калорий, чтобы выжить.

Когда он шел по краю величия, отчаяние поселилось в его сердце. Мираж спасения был слишком ясен для него, чтобы смириться с последним препятствием.

Когда он уже думал, что у него нет выбора, кроме как развернуться, произошло чудо.

Он нашел проход.

Не через гору, а в межпространство.

Была одна немного безумная идея, которую он мог попробовать. Была только маленькая проблема с ней — неудача означала смерть.

Но, со всей решимостью, на которую он был способен, он нырнул в дикий проход. К счастью, он был заполнен относительно слабыми монстрами. Горный хребет и области вокруг него были эфирной пустыней, с очень немногими проходами, и области, в которые эти проходы вели, также не были так уж богаты эфиром.

Убив целую армию маленьких, похожих на овец монстров, он собрал приличную лужу крови. Он припрятал пару тел в качестве еды, затем вернулся наружу и использовал Кровавую Жертву.

На вершине горы появился четырехметровое Кровопролите. Он подхватил Фредди и поднял его высоко. Затем, используя всю имеющуюся у него силу, он сбросил его с вершины.

Как только он достиг интенсивного течения, его траектория резко сместилась на запад, и холодные ветры заморозили всю поверхность его тела, быстро высасывая из него тепло и превращая его кожу в панцирь из твердого льда. Он продолжал ускоряться вбок, и если бы не его ненормальная плотность тела, его бы, вероятно, продолжало тащить за собой течение ветра.

Он врезался в склоны, его кожа треснула, как яичная скорлупа, и разлетелась, когда он покатился вниз по склону, кувыркаясь, пока, наконец, не вырвался из ледяных объятий потока вершины. Он был парализован. Его кожа, барабанные перепонки и глаза были серьезно повреждены, оставив его без каких-либо ощущений в теле, кроме каменной хватки пробирающего до костей холода.

Он выпустил кровь, хранившуюся в глубинах Лужи Крови, пропустив ее по своим конечностям, чтобы согреть свое тело, и в конце концов он достаточно оправился, чтобы двигаться и начать процесс исцеления.

Когда его глаза наконец расплавились и превратились в пригодные для использования органы чувств, он почувствовал подобие облегчения. Он добрался до другой стороны горы. Но день был пасмурный, и туман мешал видеть дальше по Северному поясу.

Но когда он медленно спускался, облака рассеялись, давая ему ясный обзор. Это был полдень, но солнце едва достигало его спины над высокими вершинами позади него. Он медленно опустился и сел в снег, глубоко вздохнув и разведав путь перед собой.

Это было совсем не похоже на то, что вид с юга.

У него снова перехватило дыхание, но вместо чистого благоговения это зрелище вызвало чувство тревоги и ничтожности.

И глубокий, первобытный страх.

Высокие, зубчатые горы были разбросаны по всему горизонту, снег и лед покрывали каждый дюйм, который он мог видеть, за исключением небольшого участка океана, который он заметил далеко на востоке. Он не мог сказать, где заканчивается Северный пояс и где начинаются Замерзшие пустоши, но, учитывая, насколько гористее становился регион, чем дальше он смотрел, он прикинул, что самая дальняя точка, которую он мог видеть, была непостижимо далека от любых человеческих поселений.

«Ух ты…» — невольно пробормотал он, с трудом сглотнув при мысли о том, что там может жить. Регион прямо рядом с Северным поясом был беден эфиром, но чем ближе подходишь к центру Замерзших пустошей, тем он становился гуще. Даже пятизвездочные с трудом добирались до центра.

Ходили истории о гигантских монстрах — силах, которые могли угрожать самым доблестным защитникам человечества, — живущих в глубинах Замороженных Пустошей. Единственное, что удерживало их от этого, — это низкая плотность эфира и низкое качество добычи.

Покачав головой, он отвлекся от подобных мыслей и сосредоточился на местности у подножия горы. Из того, что он мог видеть, до ближайшего поселения было довольно далеко, но когда цель наконец-то оказалась в поле его зрения, он почувствовал, как его настроение поднялось, а ноги задрожали от волнения.

К счастью для него, скатиться по склону горы оказалось гораздо проще, чем подняться наверх.

К концу следующего дня он уже ел на базе волчатину.

Спустя еще две недели, которые показались ему отпуском по сравнению с тем, что ему пришлось пережить ранее, он наконец ступил на асфальтированную дорогу.

Он тут же упал на колени и разрыдался, плача слезами чистой радости. Он не вел точного счета дней, но это заняло много времени, примерно около трех месяцев.

Три гребаных месяца. Он думал, что это займет несколько дней.

Теперь, когда он был так близко к цивилизации, он наконец позволил себе немного расслабиться. Скоро все это закончится.

Но на самом деле ему потребовалась еще неделя ходьбы, чтобы добраться до ближайшего поселения. За все это время ни одна машина не проехала по дороге, по которой он шел, что, вероятно, означало, что это был путь, который вел через границу, которая, как он теперь догадался, должна была пройти через туннель или что-то в этом роде.

К счастью, дороги были исписаны простыми рунами, которые предохраняли их от снега, избавляя его от необходимости пробираться через еще большее количество этого белого дерьма.

Наконец, достигнув поселения, он испытал облегчение, но также и некоторое беспокойство. Он заглянул в город из близлежащего леса, и то, что он увидел, потрясло его.

Улицы были относительно ухоженными. Здания выглядели новыми и чистыми. Вокруг ходили дети с рюкзаками.

На мгновение он подумал, что случайно перепутал направление и пошел не туда, но это было явно не так.

Это место выглядело таким обыденным. Он не знал, чего ожидал, но дети, идущие в школу одни, не были в первых рядах. По слухам, он ожидал попасть в зону беззакония и разгула бандитизма, но истории, вероятно, были более чем немного преувеличены. И это имело смысл.

Люди жили здесь уже долгое время; то, что здесь было много преступности, не означало, что здесь царила полная анархия.

И это создало проблему.

Его одежда была в абсолютном лохмотьях. Дыры и разрывы были в каждой вещи, и единственное, что держало все это вместе, — это проволока из его собственной крови. Он вонял дерьмом. Добавьте к этому грязную бороду и длинные волосы, и он стал похож на настоящего бродягу.

У него была сменная одежда в кольце хранения. Это были джинсы и белая футболка. У него не было шампуня, но он мог создать немного воды и смыть грязь со своего тела.

Так он и сделал. Он собирался выбросить рваную одежду, но его маленький скелет-компаньон прервал его.

«Не выбрасывайте одежду», — сказало Кровопролитие.

«А? Почему бы и нет?»

«Проверьте Незер».

Подняв бровь, Фредди подчинился. То, что он там увидел, его потрясло.

Его одежда превратилась в настоящий проклятый предмет. Однако он не был полностью сформирован. Он просто накопил много ауры, в основном из мороза и водного эфира. На этом этапе это был просто сырой материал, который еще нужно было обработать, чтобы он стал настоящим проклятым предметом.

«Боже мой, — сказал он, посмеиваясь. — По крайней мере, я что-то получил за всю эту работу. Спасибо, что сказал мне, шеф, я бы никогда не догадался поискать».

«Я живу, чтобы служить тебе, Мастер».

«Да, да», — сказал он, усмехнувшись. «Я тоже тебя люблю».

Хотя его волосы и борода все еще были грязными, он мог только ухудшить их вид, подстригая их сам. После дополнительного раунда мытья и вытаскивания случайных кусков мусора он выглядел достаточно чистым.

Бросив последний взгляд на себя на отполированную ледяную поверхность, он усмехнулся. Волосатый, громоздкий и, честно говоря, немного пугающий.

Каким другим человеком он стал.

----------

Северный Пояс

Фредди вышел из парикмахерской, наконец-то снова почувствовав себя цивилизованным человеком. Его непокорная борода теперь была острой и угловатой, а длинные волосы цвета золота превратились в умеренно волнистый занавес, который тянулся за шею и ложился на плечи.

Ему нравилось иметь длинные волосы. Большую часть своей жизни он прожил с прической, похожей на эту.

И теперь она казалась единственной оставшейся частью прежнего его.

На нем была новая коричневая куртка, серые треники и радужный свитер, а вокруг шеи был намотан милый шарф, а на руках - мягкие перчатки, чтобы держать руки в тепле и спрятать кольца. Найти подходящую одежду было довольно сложно. Все вещи, которые он носил в данный момент, были немного тесноваты, но он еще не видел портного, который подогнал бы их вручную.

Хотя первое впечатление от города было не таким, как он ожидал увидеть, но при ближайшем рассмотрении уродливая сущность все равно бросалась в глаза.

Она была малозаметна. Здесь не было трупов на улицах и разбитых окон.

Но кошки были настроены враждебно.

Его приемная мать как-то сказала, что о местах лучше всего судить по тому, насколько дружелюбны кошки. Во время прогулки по городу он увидел только двух кошек: у одной был сломан хвост, а другая лишилась глаза.

Обе при его виде убежали.

Все, кто попадался ему на пути, носили оружее. Даже у обычных на первый взгляд пожилых офисных дам к поясу была пристегнута металлическая дубинка.

Никто не здоровался друг с другом. Никто даже не смотрел друг на друга, несмотря на постоянное ощущение, что все здесь прекрасно осведомлены о своем окружении.

Он знал, насколько сильно он выделяется. Но никто даже не взглянул в его сторону. Они ускоряли шаг, когда он поворачивался к ним лицом, значит, обращали на него внимание. Но прямых взглядов не было, как будто в этих краях они были табу.

Даже у детей, которых он видел, на бедрах были маленькие устройства, которых он не заметил. Это были маленькие сигнализации.

В то время как Нова-Йорк изобиловал автомобилями, это место было далеко от повсеместного внедрения подобной эфирной технологии. Здесь по-прежнему преобладали кареты, запряженные в основном пернатыми селезнями. Эти существа выглядели как большие курицы, что было довольно забавно, но их клювы с зазубренными зубами не были шуткой.

Он надеялся посидеть где-нибудь за чашечкой кофе, но расслабленных кафе здесь не было. Были только бары. Причем шумные и вонючие. Кроме того, игорные дома были практически везде, куда бы он ни заглянул, а также несколько стриптиз-клубов. Он ненавидел такие места.

Но с чего-то же надо было начинать. Поэтому он выбрал ближайший обычный бар и вошел внутрь.

Когда он открыл дверь и шагнул внутрь, половина людей затихла и оглядела его. Внутри были только мужчины, и было очевидно, что они одеты и выглядят так, чтобы казаться опасными или, по крайней мере, крутыми. Татуировки, бритые головы и брови, шрамы и нахмуренные брови.

Сам бар был по-деревенски уютным, с деревянной мебелью и удивительно красивым декором на стенах. Зоркий глаз заметил едва заметные повреждения на стенах и следы ремонта.

К его удивлению, заметный процент клиентов составляли однозвёздочные архилюди. Они не смешивались со смертными и в основном занимали угловые столики. Таких людей было девять. Вроде бы не так много, но это было на девять человек больше, чем он ожидал найти. Архилюди не часто встречались в местах, предназначенных для смертных.

Фредди скрывал свою звезду, поэтому большинство из них приняли бы его за смертного, но он заметил, что некоторые из вознесенных смотрят на него с прищуром. Один из них - сильно татуированный мужчина - смотрел на него особенно пристально. Этот человек не сводил с него глаз, вероятно, полагая, что Фредди либо двухзвездочный, либо замаскированный однозвездочный.

Не более чем через десять секунд большинство из них потеряли к нему интерес и вернулись к разговорам и выпивке.

Фредди окинул взглядом заведение в поисках свободных столиков. Их не было, поэтому он пробрался к барной стойке и сел там.

«Что будете?» - спросил бармен.

«Пиво», - ответил он.

Честно говоря, Фредди никогда не понимал любви к пиву. Для него оно было просто мочой на вкус. Но по какой-то странной причине он испытывал сильное отвращение к заказу чего-либо другого. Такой человек, как он, просто обязан выпить пива. Это было практически законом. Или это, или виски.

Быстро выяснилось, что выбор был хреновым.

Ага, на вкус как говно.

Но он смирился с этим, глотая напиток, словно райский нектар. Закончив, он заказал кофе.

Бармен принес его через несколько минут. «Держи, парень».

«Спасибо», - сказал Фредди, делая глоток. Кофе был горьким, с привкусом немытого оборудования, неаккуратного приготовления и старых зерен. Но для него, который не пил кофе уже несколько месяцев, он был как вода из фонтана молодости.

К полному удивлению Фредди, с одного из стульев встала однозвездочная аура и направилась к нему. "Эй", - позвал мужской голос со стороны Фредди.

Он повернулся, чтобы посмотреть на человека, который занял место рядом с ним. Это был сильно татуированный парень.

«Привет», - поприветствовал его Фредди. «Тебе что-то нужно от меня?»

«Ты ведь не местный, верно?» - спросил мужчина, явно уже зная ответ.

«А какое отношение это имеет к тебе?» спросил Фредди.

«Никакого», - сказал мужчина. «Но если вы ищете здесь работу для архичеловека, вам придется сначала поговорить с моим боссом».

«Простите?»

«Ты меня слышал, здоровяк», - с усмешкой ответил мужчина. «Твои размеры меня не обманывают. И не пытайся играть крутого», - добавил он. «Этот гейский шарф и жемчужная кожа - я знаю, что ты не видел настоящей опасности».

«Ты меня раскусил», - сказал Фредди, подняв руки в знак капитуляции. «Я не боец», - солгал он. «Так скажи мне, кто этот твой босс? Я был бы рад найти себе место. Я только сегодня пересек границу, и если у вас есть для меня работа, я буду рад пообщаться».

«Ты умный парень», - сказал мужчина, игриво ткнув Фредди в щеку. «Сначала я тебя угощу. Не переживай. Мы хорошо относимся к своим людям».

Прежде чем Фредди успел попросить еще одну чашку кофе, мужчина заказал им два пива. При этом у Фредди дернулся глаз.

Покончив с напитками, Фредди последовал за мужчиной на улицу. Они прошли немного, в конце концов добрались до офисного здания и вошли внутрь. По большей части это место выглядело как деловой офис. Люди сидели в кабинетах и занимались бумажной работой.

Никто не обращал внимания на их существование, просто держась в стороне, пока Фредди и его чернильный друг шли к лифту и поднимались на верхний этаж.

Верхний этаж был весьма причудливым. Если сравнить размеры здания снаружи с размерами пространства, в котором он находился, то становилось ясно, что здесь имеет место некоторое расширение пространства. По большей части помещение представляло собой смесь безвкусного декора высшего класса и стерильного офисного пространства - бежевая цветовая гамма, абстрактное «искусство», пластиковые растения и так далее.

В дальнем конце комнаты за огромным столом сидел мужчина, разговаривая по какому-то устройству и кивая самому себе. Он был крупным и толстым. Его волосы были коротко и аккуратно подстрижены, а лицо, хотя и пухлое, не было уродливым. На мужчине был стандартный черный костюм, и хотя он не выглядел «опасным» как таковой, что-то в нем было.

По какой-то причине он напомнил Фредди самого неприятного типа клиентов, с которыми он сталкивался, работая кассиром, - титулованных, властных и привыкших добиваться своего, куда бы они ни пошли.

Этот человек был пиком двух звезд, как и сам Фредди. И хотя он был поглощен разговором, можно было понять, что он уже заметил, как Фредди вошел в комнату. Когда Фредди и Инки подошли к столу, мужчина уже закончил свою беседу. Отложив кристалл, он встал и широко улыбнулся.

«Джеймс, мой любимый! Кого это ты мне сегодня привел?» - промурлыкал он, обходя стол и протягивая Фредди двуручное рукопожатие. «Я очень рад познакомиться с вами, добрый сэр. Я Джеффри».

В этот момент Инки был немного озадачен. Возможно, он не ожидал, что его босс будет так любезно обращаться с Фредди.

«Увидимся позже, Джеймс», - сказал босс мужчине. «Я бы хотел поговорить с этим человеком наедине».

Мужчина, все еще хмурясь, повернулся и вышел из комнаты.

Босс вернулся на свое место и устроился поудобнее. «Итак... У вас есть имя?»

Фредди несколько секунд ломал голову в поисках случайного имени и сказал. «Я Майк».

«Очень приятно познакомиться, Майк», - обрадовался мужчина. «Вижу, вы терпите моего подчиненного. Я уже знаю, что он, должно быть, был очень груб...»

«Не беспокойтесь», - сказал Фредди. «Я не зря скрываю себя. Он просто выполнял свою работу, не нужно сваливать вину на кого-то».

«Ах», - сказал мужчина, кивая. «Хорошо, хорошо. Но все равно извините за это. Я бы не хотел, чтобы у вас сложилось обо мне неверное впечатление».

«Вовсе нет, добрый сэр», - сказал Фредди. «Эти земли - не шутка. Я просто поражен тем, что вы так охотно помогаете новичкам».

«Значит, вы недавно в Поясе, я вижу! И да, да, конечно!» - воскликнул мужчина. «В этих жалких землях нет пощады ни для кого! Мне бы не хотелось, чтобы такой достойный человек, как вы, попали в беду!»

«Да, конечно. Я очень рад такому приему».

На мгновение между ними воцарилось неловкое молчание.

«Итак...» Мужчина постучал пальцем по столу. «Я весь внимание, Майк. Что вам нужно?»

Фредди пожал плечами. «Вы выглядите благородным джентльменом, Джеффри. Если я поделюсь с вами своим секретом, полагаю, он останется между нами?»

«Разумеется!» - настаивал мужчина. «Честь всегда была для меня главным приоритетом. Но я бизнесмен, Майк. Если вам понадобится моя помощь, я... разумеется, рассчитываю на вознаграждение».

«Это само собой разумеется!» сказал Фредди, раскинув руки. «И да, у меня есть просьба».

«Выкладывайте. Я слушаю.»

«Видите ли, я попал в небольшую неприятность. Я не боец, как вы, наверное, уже заметили».

«Ммм, да», - подтвердил мужчина.

Он не стремился одеваться как человек, не зарабатывающий на жизнь боем, но, похоже, его выбор стиля в сочетании с довольно приятной кожей наводил людей на неверные мысли.

«Понимаете ли, мне придется на некоторое время обосноваться в этих краях», - сказал Фредди с притворно грустным выражением лица. «Я нажил врагов среди людей, которых не должен был обижать, и теперь мне нужно убежище».

Мужчина прищурил бровь. «Проблемы с законом?»

«Не совсем», - сказал Фредди. «Но у этого человека есть связи с правительством».

В глазах мужчины мелькнул блеск, и он наклонился вперед, положив рот на скрещенные руки. «Так вам нужна защита?»

«Работа», - поправил Фредди. «Я бы предпочел быть полезным. Хотя мне бы не помешала помощь в оформлении документов. Боюсь, что по моему старому удостоверению личности меня могут вычислить».

Мужчина насмешливо хмыкнул. «С получением нового удостоверения здесь проблем не будет, но оно пригодится только в Северном поясе. Если вы не достигнете пика третьей звезды, вам не позволят покинуть эту часть империи с удостоверением, полученным здесь». Мужчина немного поправил позу. «Естественно, с моей помощью вы получите новое удостоверение личности не совсем... по бумагам, как говорится». Мужчина рассмеялся. «Только учтите, что это связано с риском».

«Большего я и не ожидал».

«Помимо этого...» - начал мужчина, откинувшись назад и втягивая воздух сквозь зубы, а затем медленно выдыхая его. «Вы просите о большой услуге. Готовы ли вы работать и отплатить за нее?»

«Естественно».

«И что вы можете для меня сделать?» - спросил мужчина. «Если вы не возражаете, я бы хотел провести небольшое интервью».

«Конечно».

Мужчина принялся расспрашивать Фредди о его талантах и предыдущем занятии. Естественно, Фредди соврал, но при этом постарался не переврать историю. Он сказал, что его талант повышает силу.

Технически это считалось боевым талантом, но сортировка талантов была несколько произвольной.

Если талант можно было как-то использовать в бою, его можно было отнести к боевым. Многие небоевые таланты «технически» можно было использовать в бою, и наоборот.

Так, он заявил, что у него есть силовой талант и что раньше он работал на складе, где сортировал тяжелые промышленные материалы. Это была не самая лучшая ложь в его жизни, но он сказал ее достаточно убедительно. Он знал о работе на складе достаточно, чтобы вкратце рассказать пару деталей.

«Хммм...», - хмыкнул мужчина, внимательно изучая лицо Фредди. «Силовой талант... Признаюсь честно: наш основной бизнес не испытывает особой нужды в таких мускулистых людях, как вы. В основном мы занимаемся... э-э... недвижимостью и управлением бизнесом».

И тут начинается «но...».

«Но», - сказал мужчина, - «я был бы более чем рад принять вас на борт в качестве телохранителя».

Фредди на долгую секунду притворился растерянным. Очевидно, что такой нежный и миролюбивый человек, как он, был слишком хрупок для подобной работы.

«Только не поймите неправильно», - поспешил добавить мужчина. «Это редко, если вообще когда-либо, потребует от вас физической борьбы. Просто сверкните своими мускулами перед нарушителем спокойствия, и этого будет более чем достаточно, чтобы отпугнуть неприятности. Мы будем рады предложить вам обучение, если вы хотите уметь эффективно сражаться».

Еще несколько секунд он сохранял измученный вид, а затем резко вздохнул, решив, что у него «нет выбора», или что там еще думал этот захудалый бизнесмен. «Хорошо», - сказал Фредди, заставив себя улыбнуться и кивнуть. «Надеюсь, вы честно говорите о рисках?»

«Я? Конечно!» - усмехнулся он. «Я не из тех, кто говорит неправду!»

«Я поверю вам на слово», - сказал Фредди. «Вы, похоже, хороший человек».

Остальная часть сделки прошла гладко. Фредди подписал контракт на шесть месяцев, в течение которых он будет работать телохранителем за 40 000 долларов в месяц, что было совсем неплохо для такой должности. Но это были не те деньги, которые обычно платят двум звездам. Этого было слишком мало.

Тем не менее Фредди устраивался на работу не для этого.

Он тщательно проверил каждый пункт контракта, и, к его удивлению, все оказалось довольно справедливо. По крайней мере, этот человек знал, что не должен затягивать с условиями, нанимая такого человека, как Фредди.

Как только контракт был подписан, мужчина лично сопроводил его, чтобы тот подделал новое удостоверение личности. Коррупция была до смешного открытой. Он думал, что хотя бы первый город за границей не будет настолько коррумпированным.

Его спросили, какое имя он хочет вписать в удостоверение личности. В голове промелькнуло множество вариантов: Марк, Джонас, Джеймс, Джон, Пит, Фрэнк, Джо - возможности были бесконечны.

И он остановился на Фредди.

Фредди Клифф, 47 лет. Этого возраста было достаточно, чтобы его сборы не казались слишком расточительными.

За последние два года в нем многое изменилось. Теперь, когда от него осталась лишь прическа как напоминание о том, кем он был раньше, он понял, как сильно его мучает утрата индивидуальности.

Его звали Фредди. И почему он должен был выбрать себе другое имя? Между Фредди Клиффом и Фредди Стерном было так мало общего.

Ему дали жилье. Квартира была большой, но ужасной. Она была заплесневелой, с ржавыми кранами и испачканными стенами. Мебель буквально гнила от возраста и воды. Фредди разрешили делать с этим жильем все, что он захочет, что в переводе означало: «Отремонтируй его сам».

Уже на следующий день он приступил к работе. Неудивительно, что его поставили охранять самого большого босса, рядом с человеком, который едва получил свою вторую звезду.

Поначалу Фредди искренне намеревался проработать эти полгода, чтобы хоть немного разобраться в том, как там все устроено.

Но он слишком быстро узнал много нового.

А именно, что они не занимались «недвижимостью и управлением бизнесом».

Они занимались вымогательством и торговлей людьми.

Все это было тонко завуалировано и делалось самым грязным способом, какой только можно себе представить, особенно последняя часть. Когда он впервые подслушал разговор о матери, которую заставили заниматься сексом, потому что она не могла позволить себе завышенную цену за аренду, он понял, что не сможет продолжать работать там.

Он продержался неделю - достаточно долго, чтобы не вызвать подозрений.

Затем, однажды ночью, перед тем как лечь спать, он назвал имя. «Кровопролитие».

На следующий день Джеффри нашли мертвым в его комнате: горло разорвано, глаза выколоты. По их словам, это было нападение дикого духа.

Через несколько дней компания рухнула, поскольку конкуренты воспользовались внезапным хаосом, а Фредди отправился в новый город, расположенный в самом сердце Северного Пояса.

----------

Чаша наказания

Василиск преклонил колени перед Советом Имперских Судей. Зал совета был оформлен в виде старомодного суда, отделанного деревом, покрытым лаком из слез от наказаний. Мужчины и женщины в роскошных одеждах сидели вокруг него по кругу, зачитывая его преступления и медленно добавляя новые гвозди в крышку его гроба.

На протяжении всего этого испытания он сохранял самообладание. Даже малейший признак недовольства мог дорого ему обойтись. Ничего не оставалось делать, как подыгрывать.

«За грехи, совершенные против безопасности и процветания империи, - с достоинством произнес мужчина-судья, - вы будете лишены титула Лорда и выпьете из чаши наказания».

Ему потребовались все силы, чтобы не стиснуть зубы и не зарычать от гнева. Это был самый близкий к худшему сценарий.

«Я понимаю, ваша честь», - спокойно ответил он. «Я не справился со своими обязанностями лорда. В этот день я вновь обретаю верность и стираю свои неблагородные наклонности, чтобы, вернув себе мантию или нет, служить Ее Величеству Императрице с величайшим достоинством и патриотизмом».

«Очень хорошо, Гарольд Маскаарт», - сказал мужчина, отложив книгу и выпрямив спину. «Шаг вперед».

Прямо перед ним из пола поднялись два постамента. Тот, что слева, светился зловещим красным светом и нес черную чашу. Внутри чаши находилась тошнотворно-зеленая жидкость. Тот, что стоял справа, сиял мягким голубым светом и нес в руках белый кубок с золотистой жидкостью внутри.

Усилием воли он поднялся и шагнул к платформе слева.

«Прими свое наказание», - скандировал совет.

Он поднял чашу.

Он выпил его одним махом, и ему потребовалась вся его сила воли, чтобы не вырвать его сразу же. Жидкость исчезла в его желудке и потекла в душу. С ужасом он наблюдал, как рассеивается его четвертая звезда. В его душе бушевал эфирный шторм, повреждая и ослабляя каждую его способность на целую ступень. Видеть, как на его глазах исчезает столько лет работы, было хуже, чем даже душевная боль, которую он испытывал.

Примерно через минуту буря утихла, и его душа успокоилась. По всему его духу были разбросаны бесплотные шрамы, и даже в ожидании он чувствовал, как из всего, что осталось, утекает все больше силы.

«Вы можете встать перед Чашей искупления».

Он повернулся к голубому постаменту. Срочно схватив белую чашу, он быстро осушил ее. Чаша влилась в его душу, запечатав большинство оставшихся ран и восстановив равновесие.

«Запомни этот день, Гарольд Маскаарт, - повторил мужчина. «Никогда больше совершай грехов».

С едва заметным блеском коварства в глазах он поднял голову и произнес. «Да осветит мне путь слава императрицы».

Он повернулся и вышел из зала. Его душа горела отголосками агонии. Внутри сияли только три звезды. Это отбросило его назад так далеко, как никогда прежде.

Но это не означало, что он был обычным трехзвездником.

У него были годы, чтобы подготовиться к подобной возможности, и за это время он подготовил множество запасных вариантов.

Подождите, мадам, - подумал он. Я отплачу вам за это.

Марк сидел на шикарном диване в роскошной гостиной, а Нахар расположился за столом.

Они пили алкоголь и сидели в тишине, ожидая новостей.

Нахар поднял большую сигару и выпустил облако дыма.

В следующее мгновение двери открылись, и в квартиру вошел усталый Василиск. «Привет, ребята!» - радостно поприветствовал он. «Похоже, мне предстоит прожить еще один день».

«Похоже, в качестве калеки», - заметил Нахар, фыркнув и бросив на мужчину жалостливый взгляд.

«Нет, не совсем», - сказал Василиск. «Моя душа стабилизировалась должным образом, и, немного подлечившись, я смогу продолжать собирательство без особых проблем».

«Хмф», - прошипел Нахар. «Дьявольское везение».

Василиск подошел к столу и сел рядом с Марком. «Итак... Ситуация немного изменилась, да?»

В мгновение ока Марк вызвал свой огромный меч и приставил его к шее Василиска, держа его одной рукой и потягивая скотч.

Змеевидный человек вздохнул и покачал головой. «Ты же знаешь, наш контракт...»

«Он не может помешать мне отрубить тебе голову», - заявил Марк.

«Очень хорошо сказано», - заметил Василиск, пожимая плечами, в то время как Нахар с усмешкой смотрел на него с другой стороны дивана. «Сразу хочу сказать, что я понимаю свое положение. Не волнуйтесь, я не стану использовать положения ниши и пытаться запугивать вас законом». По-прежнему прижимая меч к шее, Василиск наклонился вперед и налил себе стакан виски. Его каменно-твердая кожа издала резкий скрежещущий звук о металлический край. «Вместо этого я хочу сделать вам предложение».

«Отклоняю», - в унисон ответили оба мужчины.

«Ну же, хотя бы выслушайте меня!»

«А почему именно мы?» - спросил Нахар. «Любая польза, которую мы могли бы извлечь для тебя, а также любая власть, которую ты имел над нами, испарились вместе с твоей четвертой звездой».

«Конечно, у меня нет никакой власти над вами, ребята», - признал мужчина. «Но ваша молодость дает о себе знать. Я живу уже более двухсот лет. Я могу научить вас кое-чему».

Марк усмехнулся. «Именно поэтому я не хочу иметь с тобой ничего общего. Ты хитрый старый ублюдок. Любые уроки, которые ты можешь преподать, будут усвоены с трудом».

Бывший лорд печально вздохнул и покачал головой. «Ты можешь сколько угодно выпендриваться, но я знаю, что ты прекрасно понимаешь, что убить меня здесь будет большей занозой в заднице, чем выслушать».

Марк застонал и заставил свой меч исчезнуть с хлопаньем воздуха. «Поторопись. Я опоздаю на ужин».

На мгновение Василиск язвительно усмехнулся. Но сразу после этого выражение его лица прояснилось, и он сделал глубокий глоток напитка. «Скоро мне придется бежать. Мои враги ухватятся за возможность избавиться от меня, пока есть такая возможность».

«Разве у тебя нет защиты?» - спросил Нахар.

«Конечно, есть, может быть, на месяц. И даже если кто-то придет за мной в это время, самое большее, что они получат за убийство опального лорда, - это пощечина».

«Я потрясен, что ты признал, что находишься в такой опасности», - сказал Марк, подняв бровь.

Василиск хмыкнул. «Почему ты удивлен? Ведь до сих пор я был с вами честен, не так ли?»

«Нет».

«Не совсем.»

«Тьфу», - сплюнул мужчина. «Ложь во спасение не считается...»

Нахар громко опустил свой бокал. Казалось, звук эхом разнесся по большой комнате. «Что тебе от нас нужно?»

«На самом деле ничего особенного», - сказал мужчина, улыбаясь им. «Я просто хочу, чтобы вы последовали за мной».

Марк рассмеялся и начал подниматься с дивана. «Ну ладно, тогда я, пожалуй, поспешу домой».

«Ты не сможешь в одиночку финансировать образование своей сестры», - заявил Василиск.

Марк замер на месте. «Я, наверное, самый молодой человек, когда-либо достигавший такого уровня силы, и я способен нанести удар выше своей весовой категории». Он медленно повернулся. «Я могу зарабатывать более чем достаточно денег, чтобы содержать свою семью».

«Позволь мне дать тебе небольшой совет, Марк, - сказал Василиск, поворачиваясь к нему лицом. «Знаешь, как мы называем тех, кто зарабатывает деньги с помощью личной силы? Мы называем таких людей головорезами. Приспешниками. Слугами». Он сделал еще один глоток алкоголя. «Неважно, насколько могущественным ты стал лично, эта сила бесполезна, если ты не используешь ее для ведения бизнеса».

Нахар насмешливо хмыкнул. «Дай угадаю, ты предлагаешь научить нас экономике?»

«Именно это я и предлагаю», - сказал он без единого намека на шутку в своем выражении лица. «Марк, твоя сестра в безопасности в академии, а твоя семья под защитой самой императрицы. Ваша семья будет в целости и сохранности, пока она продолжает делать успехи. Но ее конкуренты - одни из самых богатых людей на планете. Конечно, в течение года или двух она будет идти в ногу со временем, но потом ей потребуется все больше ресурсов, чтобы получить шанс на борьбу.

«А тебе, Нахар, я помог вернуть пост патриарха и разобраться со всеми долгами. Но теперь ты один. Ты продал весь свой клан и разбогател на этом. Сможешь ли ты в одиночку защитить и распорядиться всеми этими деньгами?»

Оба юноши поняли, чего добивается старый змей. Он напоминал им об одолжениях, которые оказал им, и подчеркивал стоящие перед ними проблемы. В ваших жилах яд, - сказал змей, - а я - лекарство.

К сожалению, в редких случаях слова мужчины не попадали в цель.

Нахар и Марк уже знали, что их положение не совсем стабильно, но оба мужчины не находились в каком-то ужасном кризисе.

Даже если бы сестра Марка не справилась с учебой и ее выгнали, скажем, через три года, она могла бы продолжить образование в чуть менее престижной академии, и тогда она уже стала бы элитой среди элит.

А Нахар был просто невероятно богат. Трудно было представить это как некое великое препятствие. Конечно, некоторые стервятники могут попытаться наброситься на него и продать ему плохую сделку, но империя не была какой-то варварской страной. Могущество не делает правды. Конечно, могущество вносило заметные коррективы в правоту, но оно не избавляло людей от последствий.

Попытка создать впечатление, что они оказались в затруднительном положении, была ошибкой Василиска, показавшей, насколько отчаянным был этот человек.

Но он еще не закончил. «А потом у нас есть эти двое».

Марк и Нахар замерли на месте и посмотрели друг на друга.

Эти двое - Фиррита и Кефальге - были проблемой. Кем бы они ни были, им нельзя было позволять свободно разгуливать в обществе.

Нахар долгое время наблюдал за их мучениями, и теперь ему хотелось только одного - избавиться от них.

Но Марк не собирался этого допустить.

Формально, как часть его «сделки», он не обязан был нянчиться с этими двумя. Он должен был освободить их и позволить им делать все, что им заблагорассудится. Но он не мог просто так отпустить их, прекрасно зная, что Нахар, скорее всего, отправится за ними, чтобы свести концы с концами.

Таким образом, двое молодых людей оказались в тупике.

Это была не та ситуация, которую можно было откладывать до бесконечности. В один прекрасный день разногласия должны были утихнуть. И когда это произойдет, все может обернуться ужасно.

Василиск вдруг широко улыбнулся. «Знаете, во время суда я услышал кое-что очень интересное».

Тон его голоса заставил обоих молодых людей замереть. Они сразу же узнали его - так говорил Василиск, когда был уверен, что держит их в руках.

«Мне сообщили, что из-за моей халатности некий... квадратноглазый похититель тел сбежал из одной из моих шахтерских экспедиций и проник в общество».

В следующее мгновение Марк снова приставил меч к шее Василиска, а Нахар направил копье с кровью в его сердце.

Но бывший лорд лишь усмехнулся еще шире. «Прежде чем ты убьешь меня, я хочу сказать, что один мой знакомый готов отправить донесение властям, как только узнает о моей смерти. А если учесть, что я, как лорд, подвергся столь суровому обращению за то, что позволил одной из этих тварей бродить по округе, то интересно, что может случиться с тобой, если императрица узнает, что ты укрываешь двух из них?»

«Марк!» Нахар сплюнул. «Приди в себя и убей этих двоих!»

«Я не могу», - сказал он, уставившись на молодого господина. «Если ты не заметил, - он сверкнул квадратными зрачками глаз, - у меня есть с ними какая-то связь».

«Тебя тоже убьют, если ты не избавишься от них».

«Тогда я обречен на смерть», - утверждал Марк.

«Сейчас, сейчас», - махнул рукой Василиск. «Давайте расслабимся на минутку, хорошо? Между нами не должно быть ничего такого. Мы могли бы быть просто друзьями!»

Марк бросил на него взгляд. «Клянусь, однажды я убью тебя».

«Ну а пока», - он поднялся с дивана: "тебе, наверное, стоит принять мое предложение. Нам не нужно резать друг друга, как бешеные собаки! Скажи, Марк... Тебе... «разрешено» продолжать присматривать за этими двумя?»

Марк поморщился. «Наверное. В конце концов я должен буду их отпустить, но жестких временных рамок нет».

«Замечательно! Как насчет этого: Марк оставляет этих двоих под своим присмотром, а Нахар обещает не убивать их. У нас будет достаточно времени, чтобы придумать постоянное решение. А до тех пор я буду делать все возможное, чтобы не сдавать вас, ребята, и одновременно учить вас, как стать настоящими бизнесменами и раз и навсегда подняться над обычным сбродом!»

«Ты сказал, что должен отправиться в изгнание. Надолго ли?» - возмущенно прорычал Марк, наконец опуская меч и сплевывая на землю.

«Конечно, пока я не вернусь к четырем звездам».

«И куда ты собираешься отправиться? За пределы страны?» Марк бросил на него взгляд. «Я не могу уехать туда, откуда не смогу отправить деньги своей семье».

Василиск на это усмехнулся. «О, не волнуйся. Мы даже не собираемся покидать империю... ну... технически. Мы просто вернемся на мою родину, в место, которое вполне может быть раем для амбициозных трехзвездников».

«И где же это?»

«Канада», - сказал мужчина. «Ну, теперь ее уже никто так не называет. Я думаю, что в наши дни...

«...мы называем ее Северным поясом».

----------

С днём рождения

Поездка была ухабистой. Так было почти всю дорогу.

Фредди смотрел в окно автобуса на разрушающиеся дороги, окруженные с каждой стороны густым лесом. Массивные колеса автобуса неплохо справлялись с поездкой, но постоянные толчки и подпрыгивания измотали большинство пассажиров, и даже Фредди был вынужден признать, что это начинает его утомлять.

Поначалу, отправляясь в путь, он не задавался никакими целями - просто хотел отдалиться от предыдущего города и немного углубиться в Северный пояс.

Но во время нескольких остановок, которые автобус делал в небольших поселениях, до него доходили странные слухи. Здесь был город. Он назывался Репентава. По меркам Американской империи это был скорее городок с населением чуть больше 200 000 человек. По меркам Северного пояса это считалось городом небольшого или среднего размера. Но не численность населения привлекла внимание Фредди.

Слухи вокруг него были главной причиной, по которой он туда направлялся.

В первый раз, когда он услышал эти слухи, он не придал им особого значения. Во второй раз они вызвали у него любопытство. В третий раз он понял, что должен все проверить.

Что же это были за мистические слухи?

Город был не совсем отстойным для жизни!

Преступность все еще процветала, инфраструктура все еще была в заднице, а местное правительство было таким же гнилым, как и везде, но, по крайней мере, организованная преступность имела чуть меньше власти над горожанами, чем в большинстве городов этого богом забытого места.

Никто не знал, почему так происходит, но это делало город привлекательным для переезда.

Фредди разделял это мнение.

Он планировал заняться саморазвитием и, если представится возможность, заняться бизнесом. Чем меньше криминальных авторитетов, тем легче ему будет жить.

С небольшим, едва слышным рывком он извлек из кольца для хранения удостоверение личности Северного пояса. Оно было такого же размера и примерно такого же плана, как и удостоверение империи, но если удостоверение империи выглядело очень профессионально, то удостоверение Северного пояса было...

Синяя стилизованная раскраска делала его похожим скорее на пропуск на горнолыжный курорт, чем на официальный правительственный документ. Она была красивой, но при этом броской. Он вздохнул и убрал ее. Это было все еще действительное удостоверение личности, по крайней мере в пределах Северного пояса. Оно будет служить ему верой и правдой.

После еще нескольких часов невыносимой езды по гористой, замерзшей адской местности он наконец заметил Репентаву, приютившуюся в долине.

Честно говоря, она выглядела более убого, чем он ожидал. Даже издалека было видно, что бетонные здания обветшали и стали старыми, что придавало большей части города унылый вид. По краям виднелись новые строительные объекты; поселение расширялось, что, вероятно, свидетельствовало о прибытии новых людей.

Как и везде, в нескольких минутах езды от города, почти со всех сторон, стояло несколько красивых зданий. По всей видимости, они принадлежали местным властям, которые имели привычку отделять себя от всех остальных.

Во всяком случае, когда город показался на горизонте, его путешествие было почти закончено. Оно заняло гораздо больше времени, чем он ожидал, и это было не просто мелкой досадой.

Голова Софии гнила. Все остальное, кроме прямого, мощного и высококачественного исцеления, не могло помочь ему выиграть время. У него оставалось около семи месяцев, чтобы помочь вернуть ее к жизни. Это было гораздо меньше, чем он надеялся.

Медленно, но верно автобус двигался в сторону города. Спустя полчаса он наконец выехал на качественную дорогу, а еще через пятнадцать минут Фредди добрался до места назначения.

Город мало чем отличался от того, в котором он останавливался в прошлый раз: мирные жители были вооружены, основными видами транспорта были селезни и кареты, и было жутко холодно. Все прохожие выглядели в дурном настроении, и никто даже не взглянул друг на друга.

Фредди вздохнул, сделал глубокий вдох и широко улыбнулся. «Чувствую себя как дома».

К счастью, на этот раз ему не пришлось заниматься ерундой, чтобы раздобыть немного денег.

У него было четыре приличных по размеру кольца для хранения, которые нужно было продать. Кольца Софии, Джейкоба и двух культистов. Кольца культистов он пока не продавал, потому что думал, что найдет им применение, но что может быть лучше, чем заработать чертову уйму денег?

Быстрым шагом он направился в ближайший банк, где открыл счет и тут же обменял кольца для хранения в обмен на денежный вклад.

Банки не были торговыми центрами - они обычно не покупали и не продавали вещи. Однако вещи со стабильной стоимостью, такие как кольца для хранения, можно было обменять на деньги в любом банке.

Они не торговали спекулятивными товарами или тем, что со временем теряло ценность. А вот кольца хранения хранились вечно. Из-за ограниченного количества они также почти не менялись в цене с течением времени. В сочетании с крошечным размером они были лучшим способом хранения ценностей, чем даже золото.

Фредди не доверял правительству, но банки были единственным исключением. Каждый банк принадлежал империи, и невероятное количество усилий было направлено на то, чтобы гарантировать, что если кто-то положит свои деньги в банк, то они будут в безопасности.

Даже просто шантаж с целью снять деньги с банковского счета карался смертью.

Этому была веская причина - при таком невероятном разбросе в личном могуществе должен был существовать какой-то способ обеспечить безопасность денег обычных граждан и архилюдей низкого ранга. Если такого способа не существовало, экономика просто рушилась.

Оказалось, что если смертные не могут хранить деньги, то они не принимают их в качестве оплаты. Кто бы мог подумать? Только не империя! Им пришлось пережить три крупных краха, прежде чем до них наконец дошло.

Фредди вышел из банка с широкой и теплой улыбкой на лице. Он знал, что кольца для хранения стоят дорого, но у него было такое огромное, что он даже не удосужился проверить цену.

Оказалось, что после небольшого похода в банк - после уплаты налогов и сборов - у него осталось чуть больше девяти миллионов долларов.

Воздух пах гораздо свежее, чем в последний раз, когда он был на улице, а это было всего час назад. Он чувствовал себя совершенно новым человеком.

Первым делом он отправился в ближайшую больницу. Его направили в частную клинику для экзотических нужд, где он заказал услуги трех опытных целителей. Ему пришлось ждать около четырех месяцев, пока они освободят свои графики, поскольку им пришлось бы работать по несколько дней подряд, чтобы выполнить безумную просьбу Фредди.

Заключив контракт, согласно которому они восстановят тело Софии за приемлемую цену в шесть миллионов долларов, Фредди покончил с самым важным делом в своем списке обязательств.

Но это не гарантировало, что все получится. Она все еще могла не проснуться. Велика вероятность, что ему придется потратить больше денег на дальнейшие процедуры, но это был огромный шаг вперед.

Тело, восстановленное с помощью сверхъестественного исцеления, не будет... особенно здоровым. Скорее всего, оно будет деформировано, подвержено болезням и отказу органов. Но пока это помогало Софии открыть глаза, это не имело значения. Пара тех искр вернет ей идеальное здоровье.

Несмотря на то что он подписал контракт на огромную часть своего состояния, на его банковском счету все еще оставалось три миллиона долларов.

Второй задачей было найти место для ночлега. Учитывая, что он видел, какое безумное дерьмо затевают здесь арендодатели, снимать жилье он не собирался.

И... ну... у него была солидная сумма наличных, прожравшая дыру в кармане. Возможно, купить себе недвижимость было не самой плохой идеей.

Он остановился в шикарном отеле на несколько дней, пока искал жилье. В старых зданиях были очень дешевые квартиры, но ему не хотелось останавливаться на каком-нибудь заплесневелом старье, которое обесценится.

Поэтому он обратился к более богатой части города.

После того как несколько юристов проверили контракты, чтобы убедиться, что в них нет ничего смешного, он подписал договор и стал гордым владельцем пентхауса стоимостью 1,7 миллиона долларов.

Ощущение было сюрреалистичным. Он как во сне прошел через все это, не задумываясь о том, что делает.

Наконец, когда все было оплачено и все контракты подписаны, он вошел в свою новую квартиру площадью 300 квадратных метров.

Она была оформлена в мягком бежевом стиле, но с использованием теплых тонов и причудливой мебели, чтобы все не было слишком однотонным. В центре роскошной гостиной стоял огромный БК. Кровать занимала половину его и без того гигантской спальни. В доме было четыре комнаты для гостей, каждая из которых была больше, чем все, что он брал в аренду.

Стены в основном состояли из больших окон, выходящих на окружающую поселение бескрайнюю замерзшую пустыню, где утреннее солнце проглядывало сквозь густые облака, демонстрируя небесные столбы света, а с другой стороны открывался прекрасный вид на сам город.

Роботизированным движением он уселся на огромный диван, погрузившись в мягкие подушки, как корабль в океан.

Его глаза слегка приоткрылись. «Точно... у меня сегодня день рождения», - сказал он с усмешкой. «Я совсем забыл!» - начал он безудержно хохотать.

Сегодня было 9 марта - день, когда начались все его неприятности. Он не праздновал его так давно, что почти забыл о нём.

Истерический смех усилился, и вскоре к нему присоединились слезы. Он сжал брови, наклонился и разрыдался от души. «Черт возьми, - пробормотал он, тяжело сглотнув и вытирая лицо тыльной стороной ладони.

Как долго он мечтал о покупке квартиры? Он неустанно трудился, собирая гроши за грошами в надежде, что когда-нибудь в далеком будущем он сможет стать архичеловеком и только тогда сможет накопить на недвижимость. Это была мечта выше мечты, чистая фантазия, которую невозможно осуществить в течение одной жизни.

Но теперь, больше для удобства, чем для чего-либо еще, он приобрел огромный жилой блок... вот так.

Но... он полагал, что в этом есть смысл.

Где-то на этом пути, между всеми моментами страданий и ужаса, он стал пиком двух звезд.

Однозвездный был уже очень далек от обычных смертных. Двухзвездочные были элитой. Пик двух звезд? Он уже входил в нижний эшелон класса владельцев - элиты среди элиты.

Покупка такой квартиры уже не считалась крупной покупкой. В ней не было комнат для тренировок и собраний. Честно говоря, это было слишком экономно для человека его положения.

Вещи, на которые ему приходилось копить и бороться, стоили гораздо дороже, чем эта.

Чтобы достичь третьей звезды, ему требовалось поистине невероятное количество богатства. Без эликсиров сущности и ресурсов для роста способностей ему потребовались бы десятилетия, чтобы развить свои способности настолько, чтобы продвинуться вперед. Еще хуже обстояли дела с двумя способностями духа, заложенными в его душе. Хотя это не сильно мешало росту его способностей, любые узкие места, с которыми он сталкивался, становились втрое сложнее.

Именно поэтому сокращение роста на две трети было столь губительным.

Но на этот день он отбросил тревожные мысли о будущем. Сейчас было не время смотреть на обрыв, перед которым он стоял.

Настало время задуматься о том, как далеко он зашел.

Слезы не переставали течь по его глазам. «Мама... Папа...» - звал он в пустоту вокруг себя. «Как бы я хотел, чтобы вы были еще здесь».

Он не звал своих биологических родителей.

Они могли бы умереть в канаве, если бы ему было до этого дело.

Но своих приемных родителей - Джилл и Фрэнсиса Стерн - он хотел вернуть. Он стыдился того пути, который привел его туда, но гордился тем, где он оказался. Он хотел показать им это. Теперь он был большим мальчиком - взрослым, мужественным, мускулистым и волосатым. Он был здоров. Он был сильным. Он мог позаботиться о себе - и о них тоже, если они все еще будут с ним.

Будут ли они гордиться им?

Долгий час он плакал, выпуская все это наружу. На мгновение он подумал, что однажды сможет снова найти их.

Но империя была огромна. Кто знает, куда они отправились? Чтобы разыскать их, ему пришлось бы мобилизовать немалые силы... если они вообще еще живы.

А зная их проблематичный образ жизни, они наверняка сбежали именно потому, что попали в неприятности, в которые не хотели втягивать его.

При этой мысли в его нутре вспыхнул гнев. Живы они или нет, он когда-нибудь узнает. И он узнает, кто принес им такие неприятности.

Даже если это была сама императрица, ее дни были сочтены.

Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, Фредди снова принялся хихикать. «Черт возьми, я схожу с ума».

Сегодня он отпразднует свой день рождения. Несмотря на все попытки жизни выкинуть его на обочину, он был жив и процветал. Впервые он по-настоящему понял, почему люди празднуют свои дни рождения. Это не было пустым празднованием случайной даты.

Никто не был уверен, что проживет еще год. Имело смысл отпраздновать этот день.

У него впереди был целый день.

Был час дня.

На данный момент он не планировал сразу же бросаться на поиски и обучение. Он не хотел повторить ту же ошибку.

Он усвоил урок: «одинокий волк» не работает.

Что такое одинокий волк, как не большая бесхозная собака?

В лесу, где есть тигриные стаи и драконьи норы, волк был скорее добычей, чем хищником. Ему нужна была поддержка тигров. Ему нужны были союзники среди драконов.

Но это не значит, что он будет работать на кого-то другого. Как пик двух звезд, он был более чем квалифицирован, чтобы быть начальником, а не подчиненным. Но это не означало, что он не мог работать с другими людьми.

Это автоматически означало, что у него будут и враги. И это была просто реальность жизни. Враги всегда найдутся. На этот раз разница заключалась в том, что он сам выбирал, кого сделать своим врагом.

Сделав глубокий вдох, он постарался расслабиться. «Остынь, парень», - сказал он себе.

Это был день не для мрачных мыслей. Сегодня нужно было расслабиться и повеселиться.

Он вышел из квартиры и отправился в спа-салон. Сначала ему сделали массаж. С его талантом мышцы всегда были в отличной форме, но это не делало массаж менее приятным и расслабляющим. После этого он провел некоторое время в сауне и в ванне.

Долгое время он испытывал искушение пойти в ближайший клуб, но решил отказаться. Он все еще не был знаком с жителями этого города, и, ворвавшись сюда с размаху, как будто он здесь хозяин, мог наступить кому-нибудь на пятки. А он был не в настроении для этого.

Он купил хорошего вина и закусок. Затем он отправился домой.

Весь вечер он пил и смотрел БК, перелистывая каналы. Он смотрел тупые комедии и дерьмовые боевики.

В какой-то момент он даже пригласил Кровопролитие посмотреть вместе с ним. Скелета не впечатляли комедии, но ему очень нравились фильмы ужасов, особенно жуткие.

«Хе-хе, черт, Кровопролитие!» воскликнул Фредди, пошелестев костлявой головой. «Видишь? Ты тоже можешь получать удовольствие».

«Я просто очарован этим...»

«Ш-ш-ш...» - шикнул он, прижимая палец к голым зубам. "Просто признай, что тебе нравится «Грег без кожи 3», и заткнись!»

На краткий миг скелет почти презрительно фыркнул, а затем отвернулся и продолжил наблюдение.

Так ночь и продолжалась, вскоре перевалив за полночь и ознаменовав окончание его дня рождения.

Это было здорово, подумал Фредди, выключая БК и готовясь ко сну. Он позволил Кровопролитию остаться снаружи. Поначалу его беспокоило то, что оно повсюду оставляет кровь, но оно могло с тем же успехом превратить ее в сущность, когда пожелает.

Он хотел поощрить скелета быть более самостоятельным. По крайней мере, в пределах квартиры он не должен был быть просто инструментом, которым Фредди иногда пользовался.

К его удивлению, скелет сел на диван и включил БК.

Фредди хихикнул.

«Какие-то проблемы, Господин?» сказал Кровопролитие.

«Нет», - ответил он, пьяно взмахнув рукой. «Просто сделай потише, пока я сплю».

Как раз в тот момент, когда он это сказал, в фильме ужасов показали сцену жестокого убийства женщины, которая дико кричала.

«Понял», - сказал Кровопролитие, немного уменьшив громкость.

Фредди покачал головой с горькой улыбкой. «Спокойной ночи, Кровопролитие».

Скелет повернулся к нему лицом и кивнул.

С глупой улыбкой Фредди ушел, оставив Кровопролитие в одиночестве. Он продолжал смотреть в коридор, его пустые глазницы задерживались на оставленной им тени.

«Спокойной ночи, Фредди».

----------

Обстановка

Фредди любил 1% Вампиризма.

Оставляя в сторону все остальные плюсы, быть в отличной форме каждый день было уже достаточно, чтобы сделать его талантом высшего уровня.

Вчера его разгромили. Сегодня, как только он проснулся, он был готов к бою.

Хотя у него было искушение взять несколько дней отпуска и позволить себе немного расслабиться, он не хотел успокаиваться. У него были дела. Важные дела.

Репентава не была мегаполисом, но тем не менее это был город, полный лидеров и слуг, соперников и друзей - кто кого знает, кто чем владеет, кто где живет, кто кого ненавидит - это имело значение. Политический климат был полон экстремальных погодных явлений, и следить за закономерностями было важно для тех, кто не хотел попасть в шторм.

Фредди был одним из таких людей. И, ей-богу, он был готов подружиться с самим громом.

Однако подружиться было легче легкого. К тому же он не собирался заводить друзей. Он пытался наладить взаимовыгодные отношения с как можно большим количеством местных сил.

Но что он мог предложить? Просто быть двухзвездочным пиком было недостаточно, чтобы получить большое политическое доверие.

Да и с кем бы он мог заключить союзнические отношения? Дело было не в том, что он не знал, кто из местных властей представляет собой силу, а в том, что он не знал отношений между ними.

Если А и Б были смертельными врагами, он мог выбрать только одну сторону. Если А еще и дружил с С, то их выбор был лучше, чем у В, который был политически сильнее. Но если А и С были безумно скрытными и занимались ужасными вещами, он предпочел бы рискнуть с Б.

Хотя он был готов убивать, он не хотел становиться на сторону злодеев. Он понимал, что такой образ мыслей - особенно в Северном поясе - ставит его в несколько невыгодное положение, но это не означало, что ради личной выгоды он пойдет буквально на все. У него были границы.

Но он был готов не замечать... некоторые вещи. Например, финансовые преступления. Ему было плевать на уклонение от уплаты налогов или воровство у конкурентов. Ему категорически не нравились азартные игры, но он мог с этим мириться.

А также убийства. В зависимости от контекста, конечно.

Он не был самой чистой девой в деревне, как и самой чистой парой трусов в бельевой корзине.

Он был бы лицемером и дураком, если бы стал героем масс. Он находился в Северном поясе. Это было не то место, где он мог бы найти праведные группировки, к которым можно было бы примкнуть. Тем не менее с такими вещами, как торговля наркотиками и людьми, он никогда не мог мириться.

Первая задача была очень проста. Информация.

Будь у него сотня послушных духов вроде Кровопролития, он бы отправил их шпионить за людьми, пока не получил бы полное представление о внутреннем устройстве города. Но у него их не было.

Поэтому у него оставалось всего несколько вариантов.

Он мог напрямую подружиться с кем-нибудь влиятельным, а затем, беседуя, выведать информацию. По умолчанию это был последний вариант, так как он должен был ввязаться в дело, не зная обстановки в городе.

Он также мог попытаться вступить в контакт с торговцем информацией, но в этом случае он рисковал попасть в поле зрения местных жителей.

Но у него возникла другая идея.

Он посетил несколько ближайших магазинов и отметил все местные журналы и газеты, выставленные на продажу. Он записал названия компаний, а затем поискал их местоположение. Всего было семь мест, которые ему нужно было посетить.

Приложив все свои двухзвездочные способности, он лично посетил все предприятия и попросил у них по экземпляру всех изданий, которые они выпустили за последние десять лет.

Это обошлось ему в кругленькую сумму, но он сумел раздобыть несколько огромных коробок, полных опубликованных статей.

Затем он приступил к сортировке.

Скорость чтения двухзвездочника не вызывала сомнений. Кроме того, будучи двухзвездочным, Фредди обладал гораздо лучшей памятью, чем обычные люди. С помощью 1 % Вампиризма, огромной кучи энергетических напитков и нескольких долгих дней исследований он составил довольно приличное представление о том, как все устроено в Репентаве.

Фредди стоял в своей гостиной, одетый в шелковый халат и нижнее белье, и держал в руках банку с энергетическим напитком. Его борода уже начинала портиться. Он опустился на кресло, откинул руку назад, почесал затылок, выдохнул воздух через сжатые губы и сделал глоток из банки.

Перед ним была стена, заваленная вырезанными картинками и статьями, соединенными красной бечевкой и рассортированными по кучкам ценной информации.

Было ясно как день, что местные журналисты бесхребетны.

Сначала он проанализировал, чей член газеты сосали сильнее всего. Скорее всего, это была фракция, которой они принадлежали. Затем, в зависимости от того, как они писали о других фракциях, он мог определить, кто их враги, а кто - союзники.

В игре участвовали пять основных фракций. Две из них были сильными союзниками, в то время как остальные три, казалось, держали друг друга на расстоянии, хотя им было не чуждо сотрудничество, чтобы держать двух других в узде.

Количество инцидентов с применением насилия между двумя «таинственными группами», как их называли газеты, наводило на мысль о том, что между основными группировками идет активная борьба.

Кроме того, существовала забавная схема, когда появлялась новая, более мелкая фракция, ее оклеветавали до дыр, и, после, когда ее «праведно уничтожила» одна из местных властей, волшебным образом выяснилось, что именно она виновата во всем этом плохом дерьме, которое происходило гораздо дольше, чем существовала эта фракция.

Многие из этих мелких игроков, вероятно, были просто марионетками одной из более известных фракций, созданными, чтобы взять на себя вину, когда операция провалилась, а более незначительная часть была новыми силами, пытавшимися пробиться - были ли они на самом деле преступниками или нет, сказать было сложно.

К сожалению, из-за этого практически невозможно было определить, какая фракция занимается грязной работой - похоже, все они были готовы хотя бы побаловаться с тем, что он не хотел терпеть.

За исключением одного.

Около шести лет назад появился более мелкий игрок. С тех пор они не прекращали свою деятельность, главным образом из-за могущественного трехзвездного командира - человека под именем Тор, что показалось Фредди очень забавным, поскольку он обладал сродством к молнии.

Если верить газетам, эта организация под названием «Вальгалла» - опять же, суперуморительно - занималась невероятным количеством грязной работы. Чаще всего это опасный и вредный «террористический самосуд».

Вальгалла занималась тем, что разрывала на части преступные группировки, а в газете всегда представлялось, что они просто «уничтожают конкурентов» или даже «грабят контрабанду для себя».

Фредди был склонен считать, что если с кем-то в этом городе и стоило объединиться, так это с этими ребятами. Возможно, именно благодаря им у Репентавы была такая репутация.

Правда, их лидер не очень-то жаловал себя своим внешним видом. Это был сильно татуированный скинхед с козлиной бородкой. Трудно было выглядеть более преступно, чем он.

Вздохнув, он сделал глубокий глоток своего напитка. Все складывалось не лучшим образом. Если ему действительно не удастся найти ни одной полуприличной группировки, с которой можно было бы наладить партнерские отношения, он лучше продаст квартиру и переедет в другое место. Дело было не только в моральных ценностях - союз с мерзкими ублюдками мог сделать его мишенью для вышеупомянутого «террористического самосуда». У него не было настроения драться с Тором или другими подражателями супергероев.

Было слишком рано говорить о чем-то определенном. Он хорошо представлял себе, кто есть кто и как их случайно не обидеть.

Кроме того, прежде чем мечтать о том, чтобы стать «союзником», а не «сотрудником», ему нужно было предложить что-то ценное. Личная сила была неплохим выбором, особенно если он соберет приличный отряд бойцов. Но были и другие варианты.

Он также мог открыть и развивать компанию, которая заполняла бы брешь на местном рынке. В Репентаве существовало несколько проблем, с которыми приходилось бороться, например транспортировка коммерческих товаров в другие поселения и обратно. Если бы он смог открыть транспортную компанию и развить ее до того, как кто-нибудь разорвет его на куски, он был бы в отличном положении.

Но для этого ему требовалось больше личной власти. А главное, ему нужно было устранить свои основные слабости и научиться сражаться.

У Репентавы был всего один проход. Это было обычным явлением для Северного пояса - в этом районе плотность эфира была довольно низкой.

Таким образом, этот проход не принадлежал никому, как было принято в империи.

К удивлению, не слишком глубоко в нем находилось подземелье, причем весьма необычное. Вход в нее отпирался каждые шесть часов, и внутрь могло войти сколько угодно людей.

Подземелье представляло собой крепость посреди огромного травяного поля. В течение шести часов на крепость обрушивались все новые и новые волны врагов, и все, кто находился внутри, должны были отбиваться от них. В зависимости от того, сколько воинов победил каждый человек, он получал особую награду.

Большинство людей получали просто мешочек серебряных монет, больше или меньше, в зависимости от количества поверженных солдат. Но если бойцу удавалось внести выдающийся вклад, он мог получить и особую награду, в первую очередь оружие, не проклятое и не начертанное, но относительно качественное и сделанное из достойного материала.

Хотя технически это подземелье работало четыре раза в день, обычно его посещали лишь раз или два в день, а иногда и вовсе не посещали.

Никто не хотел вступать в бой, если участников не хватало, ведь если крепость будет захвачена, игра закончится. Выжить даже в такой ситуации было технически возможно, но нелегко.

В этом подземелье было еще несколько особенностей.

Только некоторые элитные враги давали эфир. Это было неприятно по нескольким причинам. Это делало подземелье плохим местом для сборов и означало, что обычные враги не помогали в восстановлении сущности. К счастью, это также означало, что элитные враги были единственными войсками, которые могли появляться в качестве девиантов.

Еще одна странность этого подземелья заключалась в том, что враги были... людьми, по крайней мере, внешне. Это не было чем-то необычным, но это было редкостью. С ними нельзя было договориться, они просто выкрикивали беспорядочные боевые песнопения и ругательства. Но их можно было деморализовать.

По мнению Фредди, это было отличное место для тренировки его метательных способностей. В самой крепости было полно припасов, включая бесконечно возобновляемый запас боеприпасов, таких как метательные копья, стрелы и даже валуны и стрелы для запуска из катапульт и баллист.

Несмотря на то что стоимость этого подземелья была средней, участие в нем казалось просто охренительным. А еще это было достойное место для тренировки в бою. Ему не терпелось проверить это.

Почесав свою густую бороду, Фредди встал и пошел в душ.

Прежде чем отправиться по делам, ему нужно было пройтись по магазинам.

Бюджет не превышал миллиона долларов, так как он не хотел спустить все свои сбережения разом. Таким образом, у него оставался лишь небольшой запас в полмиллиона.

Все было так же, как и в прошлый раз: высококачественный шлем, жилет, вамбрасы и сапоги, а также множество слоев второстепенного снаряжения среднего качества.

Как только он подошел к узлу прохода, стало ясно, что это не частная собственность.

Сам проход был открыт и находился в центре города, окруженный многочисленными лавками, где торговцы из разных компаний торговались за любой товар, привезенный из межпространства. Неподалеку от входа в проход небольшие группы лекарей терпеливо ждали, пока кто-нибудь из раненых выйдет за их услугами.

Это был настоящий открытый проход - здесь не было ни платы, ни счетчиков, где нужно было бы регистрироваться, ни правил, которым нужно было следовать. И наоборот, это, скорее всего, означало, что первые несколько ступеней уже давно расчищены.

Прежде чем войти туда, Фредди подошел к одному из магазинов, торгующих снаряжением, и купил путеводитель. Он обошелся в пять тысяч долларов, что было неприятно, но вполне ожидаемо.

Путеводитель был довольно толстым, с картами и подробными маршрутами ко всем обнаруженным проходам.

Предстояло много читать.

Поскольку вход вел в относительно слабый участок межпространства, эта часть была исследована вплоть до нескольких уровней внутрь. Учитывая, что с каждым новым переходом количество новых проходов, которые нужно было найти, увеличивалось в геометрической прогрессии, они продвигались довольно быстро.

К удивлению Фредди, существовало два маршрута, которые вели в совершенно разные уголки мира. В этом не было ничего необычного, учитывая, что все межпространство было взаимосвязано, но все равно это было безумием.

Менее чем через час ходьбы он мог оказаться в Югославии или на маленьком безымянном острове.

Югославия и Американская империя установили границу и запечатали проходы, но прорваться через нее не представлялось невозможным.

Если бы между суверенными государствами было меньше вражды, можно было бы легко попасть в любую точку мира. Но увы.

Прочитать весь путеводитель было бы дольше, чем просмотреть последние десять лет местных новостей, поэтому он выбрал несколько интересных путей и изучил их.

Примерно через два часа чтения он отправился на свою первую вылазку в местное межпространство.

Как только он поднялся со скамейки и направился к проходу, он заметил нечто, что сразу же привлекло его внимание.

Там был паренек, на вид не старше 18-19 лет. Он шел впереди в огромной экипировке с коротким мечом, пристегнутым к поясу. Он был худощав и, возможно, среднего роста. Его короткие черные волосы были зачесаны назад, а глаза то и дело мерцали. В горле у него застрял комок, а шаги были невероятно нервными.

Неопытные и плохо подготовленные люди были нередким явлением в этих краях. Местное межпространство было относительно простым, так что даже однозвездники не должны были испытывать особых трудностей в одиночку.

Но этот парень не был однозвездочным.

Он был смертным.

По крайней мере, так казалось. Фредди не мог почувствовать его душу.

Внезапно Фредди осенила мысль. Этот молодой человек выглядел как обычный горожанин. Маловероятно, что у него были какие-то связи с местными властями. По крайней мере, он не узнал его лица ни в одной из многочисленных статей, которые читал. Он даже не был похож ни на кого из тех, кого Фредди видел.

Если он старался быть более общительным, то, наверное, должен был стараться больше общаться. Кто может лучше потренироваться в общении, чем человек, который, похоже, не замешан в местной политике?

...

Теоретически это была хорошая идея. Но при этой мысли Фредди почувствовал тошноту. Почему? Это был всего лишь жалкий мальчишка, который, возможно, затеял что-то идиотское...

Так почему же ему так не терпелось подойти к нему?

Его ладони вспотели под перчатками, а сердцебиение участилось.

Да ладно... - мысленно укорил он себя. Не можешь же ты всерьез нервничать?

Фредди не испытывал особых трудностей при общении с людьми. Но его мысли вернулись к тому случаю, когда он подошел к той регистраторше. Это было дерьмово. Выставлять себя на всеобщее обозрение и получать отпор - не самое приятное ощущение. Для Фредди, который большую часть жизни играл в затворника, попытка завести друзей, даже со случайным гражданским, была леденящей душу мыслью.

Ничего хорошего, подумал он. Если я хочу чего-то добиться, мне придется с этим смириться.

С этой мыслью он встал и подошел к стоящему перед ним молодому человеку.

У Лукаса был очень паршивый день. И неделя. И месяц. И год. Честно говоря, он не помнил, когда в последний раз его жизнь не была несчастной.

Он стоял в старой одежде своего мертвого брата, дрожа как трус и обдумывая свой жизненный выбор, который привел его сюда. Хуже всего было то, что это была даже не его вина.

Его недалекая мать снова вляпалась в неприятности. Проиграв в азартные игры все их сбережения и крупный кредит, её под угрозами принуждают вернуть его как можно быстрее. В противном случае и ей, и Лукасу удалят коленные чашечки. И не хирургическим путем.

Хотя они могут лишиться почек хирургическим путем. И половину легких. И, возможно, часть печени. Может быть, палец или два... Какие еще части человеческого тела стоят денег?

В любом случае, чтобы выбраться из этой ситуации, им нужно было чудо. И Лукас мог придумать только одно. «Давай, ты справишься», - сказал он себе, расправляя плечи и наконец-то глядя прямо на проход.

Проявление следа. Об этом явлении было мало что известно, но борьба с монстрами могла помочь людям сгенерировать его. Большинство людей погибало, не дойдя до этого, но было и немало тех, кому это удавалось.

Его старший брат был одним из них. Он недолго продержался после получения таланта, но все же сумел его получить.

«Боже, я не могу этого сделать, - пробормотал он, снова уменьшаясь в размерах.

Кто бы ни распоряжался его состоянием, неужели они не смогут иногда бросить ему кость?

«Эй там», - услышал Лукас глубокий и пугающий голос со своей стороны.

Он обернулся и замер. На него смотрел бронированный гигант.

Он снял шлем, под которым виднелась густая борода и угловатые черты лица. Взгляд мужчины был хищным и напряженным, как у ястреба, следящего за мышью.

Лукас почувствовал, как у него сжались щеки. «Привет?»

«Привет», - повторил мужчина и напряженно улыбнулся. «Я Фредди Стюу...» Мужчина кашлянул. «Я Фредди Клифф. Приятно познакомиться».

Почему этот человек представился? Что происходит?

«Э-э... Привет?» тупо попытался ответить Лукас. «Чем могу помочь?»

«Простите за грубость, но ты ведь смертный, верно?»

Лукас напрягся и коротко кивнул.

«И ты планируешь отправиться в проход?»

Лукас поморщился, но затем неохотно кивнул.

Мужчина рассмеялся голосом, от которого у Лукаса сжалось в груди, и он энергично кивнул. «Ты очень храбрый парень. Если не возражаешь, ты... Хочешь, чтобы я пошел с тобой?»

Губы Лукаса сжались в линию. «Да... Конечно, чувак! Я бы... О, я бы с удовольствием, но я...»

«Отлично!» Мужчина легонько шлепнул Лукаса по спине, отчего тот слегка оступился. Казалось, будто его пнула лошадь. «У тебя есть дела, прежде чем мы отправимся... Да, я забыл, как тебя зовут?»

«Я... я Лукас», - сказал он. «Лукас Блэк. И я могу идти... когда угодно... когда ты захочешь...»

«Отлично! Тогда давай... пойдем».

«Конечно», - пробурчал он. У меня сегодня почки отваливаются.

----------

Разница в статусе

Фредди и его новоиспеченный друг отправились в путешествие в межпространство.

Лукас выглядел так, будто вот-вот обделается, но Фредди тактично проигнорировал его дрожь и стук зубов.

Проход был довольно широким — не таким широким, как в торговом центре Санторио, но достаточно широким, чтобы три человека могли без проблем идти рядом.

Как только они вошли в первый проход, Фредди нахмурился.

Первым шагом была область класса C, которая когда-то была большим, пышным лесом. Теперь это была заброшенная пустошь. Те немногие пни деревьев, которые остались, в основном представляли собой уголь, и не было ни одного дюйма почвы, которая не была бы опрокинута.

Там было множество форм из камня и земли, вероятно, созданных архами со сродством к земле, которые пытались практиковать свои заклинания. Они были рядом с кратерами, где архи огненного сродства, несомненно, сделали то же самое.

Вот что случилось, когда не было никакого регулирования. То, что могло бы стать драгоценным королевством для новичков, превратилось в выжженную пустошь без единого монстра.

Естественно, Фредди было наплевать. Он имел цель в голове и шел точным шагом.

Его спутник не был таким уж храбрым или решительным. Он оглядел окрестности с видимым комом в горле, сжимая в руке дерьмовый старый меч, словно амулет, который убережет его.

«Расслабься», — сказал Фредди, заставив молодого человека подпрыгнуть от удивления. Фредди усмехнулся. «Мы далеки от мира, где есть монстры. Даже тогда, со мной там, тебе не грозит опасность».

Лукас нервно усмехнулся. «Не знаю насчет этого... А как насчет духов? Я слышал, что они иногда могут угрожать даже трехзвездочным!»

Фредди от души рассмеялся. «Это место — практически эфирная пустыня. Я бы удивился, если бы нашел хоть что-то, не говоря уже о духе. Да ладно, расслабься; тебе не грозит реальная опасность. Ну, пока нет».

Молодой человек напрягся, а затем неохотно кивнул.

Они шли молча некоторое время. В конце концов, Лукас нерешительно открыл рот. «Эй... Мне просто интересно...»

«Хм?»

«А, о... Эм... неважно...» Лукас опустил голову.

«Что?»

«Э-это н-ничего...» — настаивал Лукас.

«Давай, ты можешь мне рассказать. Ты что, трусишь? Я не собираюсь заставлять тебя идти со мной, если ты не хочешь, понимаешь?»

«Не то чтобы это... это... Эм... Я имею в виду... Мне просто интересно... Ха-ха... Зачем вы пригласили меня пойти с вами, сэр?»

«Сэр?» — рассмеялся Фредди. «Как ты думаешь, сколько мне лет?»

Лукас колебался, хмурясь в раздумьях. Наконец, он остановился на догадке. «Вы не выглядите ни на день старше пятидесяти, сэр!» — сказал он льстивым тоном.

Фредди так смеялся, что чуть не согнулся. «Пятьдесят? О, чувак, это неплохая догадка. Мне 23».

«Ха-ха-ха!» — неловко рассмеялся Лукас. «Это хорошо, сэр!»

Фредди замолчал, приподняв бровь. «Я не шучу».

Лукас долго смотрел на него. «Что!? Я имею в виду, я извиняюсь... Но это... Трудно поверить... Я не говорю, что ты выглядишь старым!» - поспешно объяснил он. «Я п-просто думаю, что ты выглядишь вполне состоявшимся! Ты должен быть, по крайней мере, на пике первой звезды! Чтобы туда добраться, нужно много времени!»

«Я пиковый двухзвездный», — небрежно сказал Фредди.

Лукас прохрипел, издав сдавленный писк. «Я... я понял. Ого. Это...»

«Ты спросил меня, почему я тебя пригласил, да?» — спросил Фредди.

«Я никогда не осмелюсь предположить, что у вас дурные намерения, сэр!» — закричал Лукас. «Пожалуйста, простите мою грубость!»

Фредди фыркнул и покачал головой. «Чувак, у тебя сложилось обо мне совершенно неверное впечатление». Он почесал затылок. «Я не какой-то там надменный молодой господин. Я пригласил тебя пойти со мной, потому что у меня было настроение взять с собой кого-нибудь».

Шаги Лукаса остановились, и он опустил взгляд, оставив меч свободно висеть в руке. Долгое время он просто стоял молча, явно чем-то встревоженный.

Фредди хотел что-то сказать, но решил подождать. Он напугал беднягу?

Полминуты Лукас с тревогой смотрел то на Фредди, то на землю, а потом набрался храбрости. «Мне очень жаль, если это покажется грубым, но почему вы назвали именно меня?»

«Я же говорил тебе; я был в настроении взять с собой кого-нибудь. Ты просто оказался первым, кого я увидел».

«Я не... верю в это», — сказал молодой человек, внезапно приняв немного вызывающий вид. Он заметно вспотел, но глаза его горели решимостью.

Фредди решил немного пояснить, не видя ничего плохого в том, чтобы открыто сказать правду. «Я не очень общительный человек», — сказал он. «Для меня это большая проблема. Я хочу научиться лучше общаться с другими, поэтому я пригласил тебя пойти со мной».

Молодой человек немного смутился. «В погружение? Без обид, но… я бы не считал это хорошим способом завести друзей».

«Зависит от того, каких друзей вы пытаетесь завести».

«Но опять же… Почему я…?» Мужчина выглядел смущенным и расстроенным, как будто что-то, что он хотел спросить, вертелось у него на языке.

Фредди широко улыбнулся и глубоко усмехнулся. «Понятно, понятно…» — сказал он. «Ты думаешь, я играю с тобой, да?»

«Что!?» Глаза Лукаса расширились от обвинения. «Нет, я бы не...»

«О, расслабься. Я всю жизнь томился в этой горечи; я чувствую ее за милю». Фредди подошел на шаг ближе. «Ты думаешь, я выбрал тебя, потому что смотрю на тебя свысока, не так ли?»

«Я бы никогда…» — отрицал молодой человек, но глаза выдавали его внутренние мысли.

«Ну, ты не совсем неправ, — признал Фредди, — но ты и не прав».

Молодой человек молчал, опустив взгляд.

«Видишь ли, я не большой поклонник местных фракций», — заявил Фредди. «У такого смертного, как ты, не будет нежелательных связей». Фредди вздохнул, подходя, пока не встал прямо рядом с Лукасом. Он обнял мальчика за шею, притянув его к себе, и прошептал: «Ты вырос в Репентаве, верно?»

Лукас нервно кивнул. Пот капал по его голове. Дыхание было прерывистым.

«Тогда вы должны знать, насколько гнилы и ужасны местные власти. Газеты всегда восхваляют их, как каких-то героев, но люди знают правду».

Мальчик прикусил губу, явно боясь что-либо сказать.

«Я не один из них», — сказал Фредди. «Я вообще не из этого города».

Разорванный взгляд скользнул по глазам молодого человека. «Ладно. Допустим, я верю тебе. Что именно... ты хочешь от меня? Ах, я не хочу сказать, что ты пытаешься чего-то добиться, я просто...»

«Друг», — сказал Фредди. «Я просто пытаюсь завести друзей. Я знаю, что нет ничего, что я мог бы сказать, чтобы доказать это. Если тебя это действительно не устраивает, мне жаль, что я поставил тебя в такую ситуацию». Он искренне извинился. «Если тебе это неинтересно, то мы расстаемся».

«Ты серьезно...?» Лукас выглядел потрясенным. «Я...» Он рассмеялся с выражением недоверия на лице. «Извините, но это звучит просто смешно. Зачем пиковой двухзвездной особи дружить со смертным?»

Фредди изогнул бровь. «А почему бы и нет?»

Губы молодого человека сжались в линию. «Допустим… чисто теоретически… что у меня была какая-то проблема. И допустим также, что вы могли бы очень легко решить эту проблему. Что бы вы тогда сделали?»

«Я бы тебе помог».

«А если бы у меня была еще одна проблема?»

«Я бы снова помог тебе».

«Не станет ли это для меня обузой?»

«Разве это не немного противоречиво?» — спросил Фредди, приподняв бровь. «Если я могу заставить это исчезнуть очень легко, в чем проблема?»

«Потому что у меня много проблем!» — воскликнул Лукас, затем сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться.

«Послушай», — сказал Фредди, пожимая плечами. «Для меня это не звучит как решающий фактор. Если на то пошло, разве это не упрощает ситуацию? Я помогаю тебе, когда тебе нужна помощь, а ты будешь моим другом. Звучит как выгодная сделка, не так ли?»

Лукас нахмурился. «Мне это не кажется настоящей дружбой».

Фредди закатил глаза. «А что, по-твоему, настоящая дружба? Магия, радуга и пуки единорога? Дружба основана на взаимной выгоде».

«Это... очень циничный взгляд на жизнь», — заявил Лукас с ноткой отвращения на лице.

«Это реалистичный взгляд на жизнь».

Фредди действительно имел в виду то, что сказал.

Марк и София были единственными двумя «друзьями», которые у него когда-либо были. В обоих случаях их отношения были двусторонними. Любые теплые чувства товарищества возникали только после того, как обе стороны находили способ извлечь выгоду из другого человека.

Черт, они с Софией даже ненавидели друг друга в какой-то момент, но тот факт, что они могли так много выиграть от дружбы, в конечном итоге заставил их забыть о своих разногласиях.

Лукас выглядел пораженным. «Ладно…» — пробормотал он. «Так ты просто хочешь, чтобы я был твоим другом?»

"Ага."

«И больше ничего?»

Фредди вздохнул. «Если ты готов попытаться помочь мне иногда, я бы не сказал нет. Но, опять же, я никогда не буду заставлять тебя что-либо делать».

И снова он действительно это имел в виду.

Он действительно ничего не ожидал от молодого человека.

Но... ну... это не значит, что он не мог оказаться полезным.

Он не был связан ни с какой местной политикой и, судя по тому, что он планировал отправиться в промежуточное пространство, несмотря на то, что был смертным, выглядел решительно настроенным вступить на путь опасности.

Он был чистым листом — если Фредди нужно было, чтобы мальчик был атакующим на расстоянии, поддержкой, иллюзионистом или кем-то еще, он мог бы получить мальчика в качестве прайма и спонсировать его, пока тот не станет полезным. С помощью Кровопролития он мог даже использовать трюк с Незером, чтобы помочь увеличить сбор молодого человека. Как только София вернется к жизни, будет тривиально поддерживать мужчину в идеальном состоянии здоровья.

Единственным реальным риском была вероятность того, что Лукас нанесет ему удар в спину.

Но у этой проблемы было простое решение.

Молодой человек явно не был убежден. Он вздохнул и положил руку на лоб. «Мне правда жаль, но все это немного безумно для меня. Разница в статусе слишком велика».

Фредди вздохнул на это. «Позвольте мне сказать это так — поставьте двух архилюдей рядом друг с другом; если бы не было никакой разницы в качестве их таланта, была бы разница в количестве звезд. Если бы не было никакой разницы в количестве звезд, была бы разница в сборе. Если бы не было никакой разницы в сборе, была бы разница в количестве, силе и синергии сродств.

«Если бы не было никакой разницы, была бы разница в количестве и качестве способностей, которыми они обладали. Если бы у них были одинаковые способности, была бы разница в богатстве. А если бы не было разницы в богатстве, была бы разница в происхождении или связях. Но даже если бы каким-то чудом вы нашли двух людей, которые были бы абсолютно равны по статусу, это не продлилось бы вечно.

«У людей бывают взлеты и падения. Это неизбежно. В конце концов, между ними снова возникнет разница во власти. Хотя я не из тех наивных ублюдков, которые слепо верят, что все могут достичь одинакового уровня власти, я точно знаю, что могу помочь тебе стать настолько могущественными, что разница в статусе не будет иметь значения».

Мужчина заколебался. «Опять… Разве это не…»

«Слушай», — прервал его Фредди. «Учитывая, что я пытаюсь быть с тобой честным, я честно скажу, что ты начинаешь меня чертовски раздражать».

Лукас поморщился. «Извините... Я буду держать рот закрытым».

«Тьфу», — выплюнул Фредди. «Тебе не обязательно молчать, но если ты собираешься говорить, говори что-нибудь другое. К тому же, ты хотел пойти и попробовать сражаться с монстрами, верно?»

Глаза Лукаса широко распахнулись. «Это... Да... Но я не уверен, что это хорошая идея».

«Я рядом с тобой. Пока я рядом, ты наверняка не пострадаешь».

Лукас сглотнул. «Ладно... я думаю...» Он усмехнулся, все еще звуча немного ошеломленно. «Если ты уже готов охранять меня, было бы грубо сказать «нет».

«Вот это дух!» — воскликнул Фредди, похлопав мужчину по спине. «Воспользуйся мной, пока можешь!»

Лукас заметно поморщился, услышав эти слова.

Таким образом, они двинулись вперед, в основном в тишине. Фредди пытался завязать какую-то светскую беседу, но Лукас был явно слишком потрясен, чтобы поддерживать полноценный разговор.

Их местоположение на самом деле было довольно приличным. Им пришлось пройти через проход на другой стороне первого мира, затем через короткую горную область во втором мире, через полностью разрушенное болото в третьем, и, наконец, они ступили в первый мир, где было подобие опасности.

Это был мир травянистых равнин, с ростом, достаточно высоким, чтобы достичь пупка человека среднего роста. Трава была срезана во многих местах, но все повреждения выглядели ограниченными и недавними, что говорит о том, что трава восстановилась довольно быстро.

Фредди увидел вдалеке несколько отрядов, и, судя по всему, они сражались с невысокими, похожими на собак монстрами с короткими ногами.

Лукас выглядел совершенно измотанным от прогулки в одиночестве.

«Эй», — крикнул Фредди, заставив молодого человека вскрикнуть от испуга. «Расслабься. Вот», — он дал ему фляжку, — «выпей».

«Спасибо…» Лукас потянулся за предложенным напитком и сделал глоток. Он тут же выплюнул его. «Бро, что за х… что это?»

«Ой, извини, должен был тебя предупредить», — Фредди рассмеялся с извиняющимся видом. «Это не просто вода. Это смесь воды, меда, кофе, витаминов и некоторых электролитов — все, что нужно, чтобы оставаться в отличной форме».

Лукас уставился на него в упор. «Я чуть не обосрался, просто слушая список ингредиентов», — пошутил он, звуча уже более расслабленно. «У тебя есть обычная вода?»

«Конечно».

Лукас выпил, но не раньше, чем осторожно понюхал вторую флягу.

Фредди покачал головой в знак удовлетворения.

После того, как молодой человек наконец набрался храбрости и продолжил путь, они вдвоем двинулись вперед.

Фредди прорубился сквозь высокую траву с помощью мачете, без труда расчистив перед собой большой кусок пространства.

Внезапно трава позади них зашуршала, и на Лукаса прыгнуло маленькое существо. Оно повалило юношу на землю и попыталось прокусить броню на его животе. Лукас закричал.

Прежде чем чудовище успело вонзить в цель свои отвратительные зубы, Фредди схватил чудовище-собаку за лохматую шею и оттащил его.

Лукас все еще кричал и дико размахивал руками, не в силах успокоиться.

Фредди дал ему немного утомиться.

Когда мужчина наконец взял себя в руки, он разрыдался и сжался. «Я хочу домой... Я хочу домой... Это была глупая идея!»

Фредди покачал головой. «Тебе нужно расслабиться, чувак. У тебя полный комплект доспехов — этой штуке понадобится время, чтобы его прогрызть».

Увы, молодой человек не смог успокоиться. С его точки зрения, он только что пережил клиническую смерть.

Фредди вздохнул и сломал шею монстру, отбросив труп в сторону и подняв мачете. Он принялся расчищать небольшую поляну вокруг них, срезая траву как можно короче, чтобы никто не смог подкрасться к ним.

Затем он помог молодому человеку подняться на ноги. «Сначала дай мне это». Он вырвал меч из руки мужчины и вложил его обратно в ножны, которые затем отстегнул и убрал в свое кольцо для хранения.

«Мой меч!» — закричал Лукас. «Зачем ты взял мой меч!?»

Фредди шикнул на него и сосредоточился. Его кровь начала литься сквозь пальцы, и он медленно сформировал из нее короткую металлическую дубинку. Он сделал ее немного шиповатой, чтобы придать ей дополнительную силу, но недостаточно шиповатой, чтобы Лукас мог случайно серьезно пораниться. «Вот, держи», — он дал молодому человеку импровизированное оружие.

«Что это?»

«Это металлическая дубинка. Мечи использовать сложно, особенно для того, у кого нет опыта. С этой штукой... Ну, их просто нужно бить!» — сказал он, показывая взмахивающее движение. «Гораздо проще».

«О, черт, нет! Ты же не хочешь сказать, что я должен сражаться с одной из этих тварей в одиночку!?»

Фредди поднял бровь. «Ну, разве не поэтому ты здесь?» Он почесал затылок. «Я думал, ты пытаешься силой сгенерировать прайм след».

Насколько Фредди был уверен, это была глупая идея. Это не только было крайне маловероятно, что сработает, но и было чертовски опасно.

Нередко можно было увидеть людей, пытающихся сделать это, особенно в областях, где местное пространство было относительно безопасным. Но если бы это было так просто, все были бы архилюдьми! Тем не менее, гораздо больше шансов сработать, если бы кто-то сражался и убивал нескольких монстров один на один. С Фредди, контролирующим внешние переменные, шансы человека были намного выше.

Но это не было большой проблемой, даже если бы это не удалось. Фредди мог бы подарить Лукасу первоклассный след без особых проблем. Конечно, он не собирался тратить миллионы на один, но даже базовый боевой след, например, с простым усилением силы, мог бы постепенно развиться и стать грозным.

«Ты обещаешь, что вмешаешься?» — спросил молодой человек. «Правда? Это не какая-то больная шутка? Ты же не тайный садист, который хочет увидеть, как смертного съедят монстры?»

Фредди просто рассмеялся. «Не волнуйся. Если что-то пойдет не так, я оплачу твое лечение».

Лукас сглотнул.

Мгновение спустя одно из маленьких созданий выпрыгнуло из высокой травы на поляну.

Его взгляд тут же устремился на молодого человека, держащего в руках дубинку из крови.

----------

Азартные игры

Не то чтобы Фредди нравилось наблюдать, как Лукаса наказывают почти безобидные монстры, — нет, на самом деле, ему это очень нравилось, — но, помимо этого удовольствия, он должен был признать, что наблюдать за тем, как молодой человек медленно добивается успехов, было увлекательно.

Поначалу Лукас боялся размахивать дубинкой в полную силу, но со временем он стал смелее — или отчаяннее, во всяком случае, одно из двух.

Проблема с импровизированной дубинкой, которую создал Фредди, заключалась в том, что получать ею удары было мучительно. Лукас был мягким, и использование такого зловещего оружия против монстров было психологическим вызовом, который он с трудом преодолевал. Но была и другая сторона — когда этих существ действительно били, они становились значительно агрессивнее. Это, естественно, заставило мужчину колебаться.

Но со временем эти ментальные барьеры постепенно преодолевались.

Избивая одну из этих мерзких тварей в течение нескольких минут, Лукас наконец-то заработал свое первое убийство.

Он тут же упал на колени, отчасти от облегчения, отчасти от изнеможения. Затем он сжал грудь. «О боже!» — закричал он. «Что... Что, черт возьми, происходит — тьфу!?» — простонал он и крепче сжал рубашку. «Мое сердце обжигает! Я вижу странные очертания! Я немею! Я умру!»

Фредди не смог сдержать смех. «Ты не умрешь, чувак…»

Убийство вознесенных существ давало убийце эфир. Это касалось и смертных.

Когда смертный человек убивал монстра, эфир окружал его душу и пытался проникнуть внутрь. Естественно, без звезды этому эфиру было некуда идти, поэтому он постепенно распространялся по телу, пока не был поглощен. Этот эфир на самом деле ничего не делал, кроме как постепенно накапливался, что могло привести к тому, что человек выталкивал его из своего тела и создавал первичный остаток.

То же самое произошло с Фредди, когда он убил этого ублюдка «Гугу Гага» в 19-м округе.

Через несколько секунд, схватившись за грудь, Лукас внезапно расслабился и выдохнул с облегчением. «О, его больше нет... Я жив...»

«Ну ладно!» — закричал Фредди и захлопал в ладоши. «А как насчет того, чтобы сейчас вернуться?»

Лукас замолчал, закусив нижнюю губу. «Нет. Думаю, я смогу побороть еще одного».

«Ты уверен?» — спросил Фредди, приподняв бровь.

Хотя могло показаться, что Фредди заставляет беднягу сражаться с этими монстрами, молодой человек добровольно участвовал. На самом деле, он казался довольно отчаянным. Хотя нескольких боев с этими существами вряд ли было бы достаточно, чтобы заставить человека сгенерировать прайм след, шансы действительно росли с каждым убийством, пусть даже совсем немного.

Но это была едва заметная разница. Это было похоже на попытку купить больше билетов, чтобы увеличить шансы выиграть в лотерею.

Не было никаких сомнений, что у него была какая-то чрезвычайная ситуация в личной жизни. Фредди был готов продемонстрировать свою искренность, помогая молодому человеку с тем, что его беспокоило, но Лукас был гордым типом — он был из тех, кто не просил о помощи, если у него действительно, действительно не было другого выбора.

Хотя Фредди был впечатлен духом этого человека и всем этим, он начал скучать. Он думал, что погружение может превратиться в веселое приключение, чтобы зажечь искру дружбы, но это было больше похоже на то, как быть хозяином ринга петушиных боев. Было бы гораздо лучше купить человеку какой-нибудь базовый прайм и заставить его подняться, прежде чем приводить его сюда. Это была пустая трата времени.

Но Лукас, похоже, был близок к тому, чтобы сдаться. Поэтому Фредди пожал плечами, привел еще одного монстра-собаку и бросил его перед Лукасом. Он подошел к ближайшему валуну, сел, отпил своей Сомнительной смеси — товарный знак находится на рассмотрении — и наслаждался представлением.

Лукас сделал глубокий вдох и без колебаний опустил дубинку на голову монстра. Оружие приземлилось неловко, не оставив большого удара. Существо зарычало и приготовилось прыгнуть на него, но Лукас не колеблясь оттолкнул монстра, одновременно поднимая оружие для еще одного удара сверху вниз. На этот раз оно приземлилось довольно жестко, проломив череп монстра и убив его.

Мальчик снова сжал грудь и тяжело дышал, пока это чувство не прошло. Затем он посмотрел на Фредди. «Думаю, я смогу выстоять против еще одного…»

Вместо того чтобы привести еще одного монстра, Фредди вздохнул и спросил: «Что это?»

«А?» — тупо выпалил мужчина. «Что есть что?»

«Помнишь, как ты предположил, что у тебя «теоретически» — он сделал кавычки — есть некая проблема, которую я мог бы легко решить?»

Лукас напрягся и отвел взгляд. «Это…»

«Я понял», — сказал Фредди, слегка кивнув и слезая с валуна. «Давай остановимся здесь, пока ты не получил серьезную травму». Он подошел к молодому человеку и положил ему руку на плечо. «Пойдем поужинаем со мной».

Лукас был напуган. Просто и ясно. Какой-то странный человек положил на него глаз, и все в этом испытании казалось подозрительным.

Хотя ему предоставили множество вариантов, Лукас не хотел отказываться от всего, что предлагал этот человек. Пиковый двухзвездочный мог делать практически все, что хотел, в этом забытом богом городе. Лукас и так был достаточно груб. Лучше всего было подыграть и улыбнуться.

При этом он вовсе не был спокоен.

Все эти разговоры о взаимной выгоде, помощи и дружбе звучали немного странно. Слишком странно. И теперь он боялся, что может знать, что этот человек ищет.

Он охотился за Лукасом.

Сексуально.

Это имело такой смысл. Разница в статусе. Тот факт, что его приглашали на ужин. Будь моим «другом», и я «тебе помогу». Это был просто эвфемизм для проституции!

Конечно, Лукас не собирался соглашаться на что-то подобное, как бы ему ни были нужны деньги в очень короткие сроки. Он покачал головой, чтобы отогнать эти мысли. Он не был настолько отчаянным.

…

Ох, черт, он был настолько отчаянным!

Паника началась, когда они вышли из промежуточного пространства. Лукас выглядел невероятно растерянным, в то время как мужчина шел уверенно и спокойно.

Лукас ожидал, что этот человек приведет его в какое-нибудь шикарное место, чтобы пощеголять своим богатством. Но нет. Они просто зашли в ближайший ресторан.

Они даже не сменили снаряжение для работы.

Это было захудалое место, но, как слышал Лукас, у них была отличная еда. Некоторые из клиентов были слабыми архилюдьми, только что выбравшимися из погружения, все еще в своей экипировке, так что эти двое не выглядели ужасно неуместными.

Они сели за пустой столик на двоих и взяли меню.

По меркам Лукаса, это место было немного дорогим, но так быть не должно...

«Чёрт, это место немного дороговато», — сказал Фредди, глядя в меню. «Ну ладно».

Это заставило Лукаса задуматься.

Общеизвестно, что люди, выросшие в могущественных фракциях, не имели ни малейшего понятия, сколько должны стоить обычные вещи. Они были из тех, кто считал, что яблоко стоит двадцать баксов, а чашка обычного кофе — пятьдесят баксов.

Средняя стоимость блюд в меню составляла, возможно, чуть больше двадцати долларов.

Даже просто зайти в такое захудалое место должно быть позором для любого гордого архичеловека, но этот человек зашел так далеко, что заявил, что это дорого ?

Означало ли это, что он был выходцем из незнатной семьи?

Но какой в этом смысл? Никто не достигал вершины второй звезды к 23 годам, если только они не возносились в детстве.

Может быть, он просто скряга…

Но и это было не так.

Фредди заказал пять самых дорогих блюд в меню и широкий ассортимент напитков.

Лукас, который в последнее время ограничивал себя в еде, сразу же набросился на нее. Это было чертовски вкусно. Но еда не засела в его желудке. Он почувствовал, как его кишки скручиваются и скручиваются.

Он больше не мог сдерживаться. «Я знаю, что говорил это уже несколько раз…» — начал Лукас, глядя Фредди прямо в глаза. «Но чего ты от меня хочешь?»

Фредди вздохнул. «Я уже говорил тебе...»

«Я с радостью приму твою помощь. На самом деле, мне очень нужна помощь! Но эта двусмысленность убивает меня! Что ты имеешь в виду под словом «друг»!? Скажи мне ясно, чего ты ждешь от меня, и я это сделаю; даже если мне придется целовать твои ноги, клянусь богом, я это сделаю!» Он немного разгорячился, и некоторые из стоявших рядом людей услышали его, и теперь они странно на него смотрели.

Он покраснел как смоль.

Фредди не смеялся над ним. Он серьезно посмотрел на Лукаса, отпивая свой напиток. «У меня в жизни было всего два друга», — сказал он, вздохнув с угрюмым видом. «Я действительно отстой в общении с людьми». Он вздохнул. «Я должен был знать лучше. Я был в том же положении, что и ты, всего три года назад».

Лукас удивился, но промолчал.

«Я понимаю. Все это, вероятно, кажется странным и нелепым. Но я действительно ничего от тебя не жду. Если хочешь, я все равно могу помочь тебе с любой твоей проблемой, а потом ты продолжишь жить своей жизнью, а я — своей. Как тебе это?»

«Я не понимаю… Я действительно не понимаю».

Вместо того чтобы попытаться объясниться, Фредди просто пожал плечами и сделал еще глоток.

Несколько мгновений молчания прошли между ними, а затем Лукас наконец открыл рот. «У моей матери проблемы с азартными играми», — признался он. «Она растратила все свои сбережения. Потом она украла мои. Потом она начала продавать наши вещи. А теперь она обратилась к ростовщикам. У нее более 60 000 долларов долга. Мы не можем их выплатить. Я едва могу спать по ночам. Каждый день я просто жду, когда кто-то постучит в нашу дверь». Он положил голову на руки и медленно выдохнул.

«А... Ростовщики». Фредди усмехнулся. «Забыл добавить это в список вещей, которые я не могу терпеть». Он откинулся назад и немного потянулся. «Это действительно не то, что я могу легко решить, понимаешь?»

Лукас усмехнулся и опустил голову. Он почувствовал горечь, услышав это. «Тогда это были просто разговоры?» — невольно сказал он. Началась паника, и он испугался, что обидел этого человека.

Но Фредди только усмехнулся. «Я не говорил, что ничего не буду делать», — сказал он, вздохнув. «Но это сложная ситуация. Твоя проблема не в том, что у тебя нет 60 000 долларов, чтобы выплатить долг. Это легко. Твоя проблема в том, что у тебя зависимая мать и акулы жаждут ее крови».

Лукас стиснул зубы. «Не могли бы вы...»

«А как насчет того, чтобы продолжить этот разговор где-нибудь, где нас никто не услышит?»

Лукас кивнул.

Фредди заплатил по счету, и они вышли на улицу. Было уже поздно вечером, и солнце садилось. Они прошли к скамейке в уединенном углу небольшого парка и сели.

Фредди вытащил свою Сомнительную смесь TM и сделал большой глоток. «Я мог бы отдать тебе деньги за это без проблем. Но это будет означать, что у них есть еще деньги, которые они могут взять. Если бы я захотел, я мог бы также убить акул. Но проблема в людях, стоящих за ними. Они, несомненно, связаны с одной из основных фракций, и эти люди будут расследовать, кто вмешивается в их бизнес.

«Но даже если я разберусь с акулами, это не вылечит твою мать. Она продолжит играть и втягивать тебя во все более и более глубокое дерьмо».

Лукас прикусил нижнюю губу и сцепил руки, крепко сжимая их. «Она знает, как сильно облажалась в этот раз. Она обещала, что остановится».

Фредди расхохотался. «О, чувак, прости, что так говорю, но, черт возьми, она этого не сделает!» Он вздохнул и покачал головой. «С игроманами всегда одна и та же история. Они всегда сожалеют, что вляпались в дерьмо, но в глубине души уже пытаются придумать, как раздобыть побольше денег, чтобы продолжать играть».

«Тогда что мне делать!?» — закричал Лукас, голос его дрожал, а глаза наполнялись слезами. «Что мне делать…?»

Фредди пожал плечами. «Запри ее внутри. Не выпускай ее наружу».

«Что…» Лукас отвернулся и пробормотал: «Она не животное, ты знаешь?»

«Эй, я здесь, чтобы предлагать решения, а не счастливые концовки».

«Но это уже слишком! К тому же ей надо работать».

«Какой смысл позволять ей зарабатывать деньги, если она все равно их проиграет?»

Лукас хотел это осудить. Но это была правда.

Фредди на мгновение подпер подбородок и задумался. «Как насчет того, чтобы вы, ребята, переехали ко мне, пока мы не найдем более постоянного решения?»

Лукасу потребовалась долгая секунда, чтобы осмыслить услышанное. «Извините, я не уверен, что правильно вас понял…»

«Ты меня услышал».

Еще одна минута молчания.

«Я не могу позволить себе арендную плату».

«Я не буду брать с тебя плату за аренду». Фредди широко ухмыльнулся. «Чёрт, я даже за еду заплачу. Я человек слова. Если я предложу тебе помочь с твоей проблемой, я сделаю всё, что потребуется. К тому же, у меня в квартире четыре огромные гостевые комнаты. Я мог бы разместить четыре целые семьи, не говоря уже о тебе и старушке».

Лукас задрожал. Это звучало нелепо. Это звучало подозрительно. Его сомнения всплыли снова, и он снова усомнился в мотивах этого человека.

Было бы легче удержать мать от выхода из дома, если бы ей не приходилось работать. Но по какой-то причине он не мог избавиться от ощущения, что если согласится, то сразу попадет в полымя. «Что с тобой, мужик…?» — не мог удержаться он от вопроса. «Я просто не могу избавиться от ощущения, что ты замышляешь что-то нехорошее».

Фредди ухмыльнулся. «Поверьте мне, когда я говорю, что я не могу быть хуже ростовщиков».

«Я очень надеюсь на это». Лукас глубоко вздохнул и наконец сдался. «Я очень надеюсь, что не пожалею о том, что доверился тебе».

Фредди шел рядом с молодым человеком, пока они направлялись к его дому.

Солнце садилось.

Резкий, пронизывающий холод не мог пробиться сквозь толстые слои брони Фредди, и даже его открытое лицо не испытывало особого дискомфорта. Он уже привык к здешнему климату. И, честно говоря, если быть честным, он не так уж и ненавидел его.

Хотя большая часть Репентавы выглядела как запущенная дыра, по мере приближения к дому Лукаса ситуация каким-то образом становилась еще хуже. Выбоины, заброшенные магазины, граффити, здания с облупившимися фасадами и люди, которые были острее ножа.

В это время на улице было не так много людей. Уже темнело, и в таких местах лучше было не появляться в это время.

«О, чувак», — сказал Лукас, выглядя нервным. «Моя мама, наверное, очень волнуется».

Фредди взглянул на молодого человека, приподняв бровь. «Разве ты не принял это во внимание, когда отправился погружатся?»

«Да... Об этом...» Лукас нервно усмехнулся. «Она не знает».

«А, понятно». Фредди усмехнулся, покачав головой. Затем, со зловещей ухмылкой, он повернулся к Лукасу. «У меня есть идея. А что, если я зайду и скажу ей, что ты погиб во время погружения?»

«Что!? Ты что, с ума сошёл!?»

«Что?» — хихикнул Фредди. «Если мы ее немного напугаем, это может убедить ее прекратить играть в азартные игры».

«Она бы меня буквально убила, если бы я устроил такую выходку», — сказал Лукас с равнодушным взглядом. «Я не шучу, она физически сбросила бы меня с верхнего этажа».

Фредди пожал плечами. «Что-то выигрываешь, что-то проигрываешь».

Лукас усмехнулся.

Хотя казалось, что они непринужденно болтают, Фредди оставался бдительным и следил за обстановкой. Как и Лукас, на самом деле.

Они уже прошли мимо двух групп мужчин, которые хищно на них посмотрели. В игре «должны ли мы, не должны ли мы» возможную угрозу со стороны гигантского бронированного человека взяла верх, и они остановили свою руку.

В конце концов они добрались до особенно обветшалого здания и вошли внутрь. Внешняя дверь выглядела так, будто на ней было установлено множество замков и защелок, но все они были сломаны.

Лукас толкнул дверь, и они вошли внутрь. Место, где он и его мать жили, было на шестом этаже здания, и после короткого путешествия наверх они добрались туда.

Оба мужчины сразу же заметили нечто тревожное.

«Мама! Мама!? Вот дерьмо!» — закричал Лукас, бросившись вперед.

Двери одной из квартир были сломаны и широко открыты.

Фредди вздохнул и спокойно последовал за молодым человеком.

Лукас ругался и кричал, как только вошел в квартиру, но, к счастью, это произошло не потому, что он нашел труп своей матери.

Слова были написаны на стене крошечной квартиры.

У ВАС ЕСТЬ НЕДЕЛЯ, ЧТОБЫ ПРИНЕСТИ ДВАДЦАТЬ ТЫСЯЧ, ИНАЧЕ ОНА ПОТЕРЯЕТ РУКУ.

Лукас тяжело дышал и истерически рыдал, расхаживая по комнате.

«Успокойся…» — попытался Фредди.

«Они забрали ее!» — закричал Лукас. «О боже, они забрали ее!»

«Ладно, теперь давайте успокоимся и подумаем рационально», — спокойно настаивал Фредди. «Они ничего ей не сделают. Они пытаются получить твои деньги, а не навредить твоей матери».

«О боже…» — заплакал Лукас. «Мама…»

«Ну, пошли», — сказал Фредди. «Приведи меня к ним».

Лукас выглядел обеспокоенным. «Пожалуйста, будьте осторожны. Они держат ее в заложниках, не...»

«Ты что, меня за идиота принимаешь? Я не собираюсь ломиться в дверь, размахивая кулаками. Давай, вставай и веди меня туда».

Лукас кивнул и выбежал на улицу. Фредди последовал за ним.

----------

Левиафан среди акул

FinNado

Самые быстрые кредиты по самым низким процентным ставкам!

Фредди никогда не обращался к кредитным услугам любого рода — кроме банковских. Поэтому он был немного удивлен тем, что увидел. У него в голове был образ гораздо более сомнительного места, прежде чем он туда приехал.

Но, в любом случае, бизнес, к которому они пришли, выглядел вполне законным.

Он выглядел приятным снаружи и чистым внутри, с небольшим, современно оформленным вестибюлем, усеянным несколькими пластиковыми комнатными растениями, и вежливой на вид молодой леди, сидящей за стойкой регистрации. Рекламные брошюры были разложены на аккуратных стойках, со счастливыми на вид типичными семьями и парами на страницах рядом с кучей специальных предложений по кредитам и дополнительным льготам.

Лукас сглотнул и подошел к стойке регистрации.

«Добро пожаловать в FinNado Financial Services; чем я могу вам помочь?» Женщина говорила весело и приятно, с широкой улыбкой и яркими глазами.

«Я здесь ради Хелен Блэк», — сказал Лукас.

Глаза женщины внезапно потемнели, и Фредди заметил, как на ее губах мелькнула ухмылка. Это его действительно немного шокировало. Для обычных людей было обычным делом устраиваться на работу в крайне сомнительных местах.

Увидеть кого-то, кто казался по-настоящему злым, было как-то освежающе!

Однако, кроме быстрой ухмылки, которую она бросила Лукасу, она также странно посмотрела на Фредди. Он помахал ей с широкой улыбкой на лице, сверкнув жемчужно-белыми зубами.

Мгновение спустя она схватила маленький кристалл и что-то прошептала в него. Затем она повернулась к ним лицом. «Пожалуйста, подождите минутку», — сказала она.

Фредди не скрывал своего сбора, но он подавлял свою ауру. Этого было достаточно, чтобы никто под второй звездой не смог сказать, насколько он силен, но... ну... никто не подумает, что он смертный. Если уж на то пошло, неспособность почувствовать чей-то сбор была просто хорошим способом сказать, что кто-то опасен.

Не прошло и минуты, как из двери на другой стороне комнаты вышел мужчина в костюме. За ним последовали четверо мужчин в похожей одежде. Он был двухзвездным, не более чем на 40% продвинутым в процессе. Явно не боец.

Его темно-каштановые волосы начали седеть вдоль висков, но он выглядел здоровым, с безупречной кожей и отдохнувшими глазами. Его слегка неровная борода была подстрижена до короткой щетины, а его карие глаза светились опасением, когда он взглянул на Фредди, а затем, наконец, посмотрел на молодого человека рядом с ним. «Я так понимаю, ты Лукас?» — сказал он хриплым голосом.

Лукас кивнул.

«А кто может быть твоим другом?»

Фредди знал, что этот человек мог примерно почувствовать его силу. «О, я?» — саркастически спросил он, подходя и обхватив рукой шею Лукаса. «Я просто приятель Лукаса! Мы с ним давно знакомы, не так ли, Лукас?»

Лукас посмотрел на него в замешательстве, но все равно кивнул.

«Я слышал, вы, ребята, были весьма щедры», — продолжил Фредди. Затем он преувеличенно поклонился. «Спасибо, что помогли их семье, когда они столкнулись с такими серьезными финансовыми трудностями. Миру действительно нужно больше таких героев, как вы!»

«Я не в настроении для сарказма», — сказал мужчина.

«Ты в настроении для удара в горло?» — спросил Фредди с улыбкой.

Мужчины положили руки на металлические дубинки, закрепленные на бедрах, но Фредди видел, что они нервничают. Реалистично, если бы началась драка, у них не было бы шансов победить пикового двухзвездного.

«Слушай», — сказал Фредди с усмешкой. «Прекрати нести чушь. Я здесь не для того, чтобы создавать проблемы». Он похлопал Лукаса по спине. «Я нанял этого парня в качестве помощника для своих погружений, и я был бы очень признателен, если бы это можно было решить мирным путем. Я отдам тебе деньги, и мы уйдем без всяких странных дел, ладно?»

Мужчина кивнул. «Это было бы к лучшему».

Фредди подписал им чек на покрытие всей суммы долга, и они вывели мать Лукаса.

Оказалось, что они не были такими уж мягкими, какими могли бы быть.

Из задней комнаты вывели женщину средних лет с длинными черными волосами. Она выглядела на удивление молодой, может быть, ей было около тридцати. Но не это привлекло внимание Фредди.

Ее лицо было в синяках, и она выглядела ошеломленной. Ее губа была рассечена, и в ее слегка приоткрытом рту Фредди мог видеть, что у нее не хватает нескольких зубов.

Выражение лица Лукаса мгновенно стало бледным. Он стиснул зубы и кулаки, убийственно глядя на мужчин.

Фредди знал, что лучшим выбором будет уйти и оставить все как есть. Было бы несерьезно платить за быстрое исцеление при таком незначительном повреждении.

Но что-то внутри него шевельнулось при виде этого зрелища.

Лукас задрожал, и слезы от подавленного гнева потекли по его лицу.

Мужчины отпустили его мать, и она подошла к нему. «Лукас…», — прошепелявила она. «Мне так… жаль».

«Это нехорошо», — сказал Фредди преувеличенно неодобрительным тоном.

«Я советую вам оставить все как есть, сэр», — сказал человек в костюме. «Мы уладили наши дела, и...»

«Уладили наши дела?» — рассмеялся Фредди. «Конечно, конечно, мы уладили вопрос с долгами, там нет никаких проблем. Но кто заплатит за лечение этой женщины? Кто заплатит за психологический ущерб?»

«Я вас предупреждаю», — сказал мужчина.

Внезапно Фредди высвободил всю мощь своей ауры. Колени самых слабых среди охранников подогнулись от необузданного подавления, а женщина-регистраторша вскрикнула, опустив голову.

«Ты меня предупреждаешь?» — спросил Фредди, делая шаг вперед.

По лицу мужчины струился пот, но он сохранял спокойствие.

«Что именно ты имеешь в виду?» Фредди сделал еще один шаг. «Ты не можешь мне угрожать. Я имею в виду, какой чертов идиот », — он сделал еще один шаг, — «будет угрожать кому-то в таком положении?»

«Понял», — сказал мужчина, стиснув зубы. Затем он достал чек и что-то нацарапал на нем. Он показал его Фредди.

Это был чек на пять тысяч долларов.

«Вот, пожалуйста. Этого должно быть более чем достаточно, чтобы покрыть медицинские счета».

Фредди медленно и аккуратно сложил его три раза, прежде чем положить в рот и проглотить.

Мужчина зарычал. «Отлично!» Затем он сунул чек Фредди на 60 000 долларов себе в грудь. Он упал на землю. «Тогда будь упрямым. Посмотрим, кто будет смеяться последним, когда…»

Прежде чем мужчина успел закончить предложение, открытая ладонь Фредди ударила его по лицу с оглушительной пощечиной. Мужчина налетел на одного из своих охранников и чуть не упал на землю. Его левый глаз кровоточил, и он выплюнул несколько зубов. На всей стороне его лица был отпечаток руки.

«Ублюдок!» — крикнул один из слабых охранников и замахнулся металлической дубинкой на голову Фредди. Она с громким лязгом ударилась о череп Фредди, но отскочила, не оставив и следа.

Прежде чем мужчина успел пожалеть о своем выборе, Фредди ударил его ногой в грудь, отбросив через стену в подсобное помещение, где он рухнул на землю замертво.

На мгновение все замерли в ошеломленном молчании. Затем начался настоящий ад. Охранники попытались разбежаться и убежать, но это было бесполезно. Они уже были загнаны в угол.

С каждым ударом кулак Фредди ломал кости и раскалывал черепа. Босс попытался вытащить что-то из кольца на пальце, но прежде чем он успел это сделать, нога Фредди врезалась ему в бедро, сломав все его тело пополам.

Секретарша закричала и попыталась убежать, но одно из мужских тел полетело на нее. Резкий звук сломанного позвоночника был единственным звуком, который она издала.

Лукас выглядел в ужасе, но его мать подбадривала его: «Взять этих ублюдков!»

«Мама!» — крикнул ей Лукас.

«Что!? Они этого заслужили! Гнилые животные…»

«Чёрт, Лукас», — сказал Фредди, прикончив последнего охранника. «Я не знал, что твоя мама такая спокойная».

«Это слишком далеко…» — пробормотал Лукас, бросив взгляд на мертвую секретаршу. «Это слишком далеко…»

«Нет», — сказал Фредди. «Твоя мать права. Эти люди — животные. Миру лучше без них».

«Но разве ты не говорил, что это опасно!?» — напомнил ему Лукас.

Фредди просто улыбнулся на это. «Выйди на улицу и пройди несколько кварталов. Я скоро буду».

«Ну же, милый. Послушайся доброго господина и выйди на улицу», — сказала мама, дергая его за рукав.

«Я иду, боже, отпусти меня!»

Они вдвоем вышли на улицу и побежали.

Тем временем Фредди внимательно и осторожно осмотрел место преступления. Сначала он собрал тела, а затем бросил искру нежити в кучу. Масса извивающегося мяса принялась за работу, пожирая плоть и кости, не оставляя ничего, кроме металлических и пластиковых кусков одежды. Он сгреб их вместе с комком плоти и спрятал в своем кольце.

Когда все это исчезло, осталась одна вещь — маленькое кольцо. Это было кольцо для хранения, которое было у мужчины. Он положил его в карман.

Он также позаботился о том, чтобы поднять чек, упавший на землю. На этом большая часть улик была уничтожена. Он не мог сделать больше ничего, чтобы скрыть свои следы.

Разобравшись с этим, он надел шлем и вышел наружу. Была уже ночь, и вокруг было мало людей.

Даже если кто-то видел бронированного, массивного человека, это вряд ли было точным идентификатором. Без каких-либо тел в качестве доказательств было бы сложно разгадать, что именно произошло.

В Репентаве такие вещи случались постоянно. Тот, кто владел этим местом, скорее всего, свалил бы это на конкурента.

В любом случае, Фредди не был особенно обеспокоен.

Люди не ввязывались в драки с мощными двухзвездными игроками.

Даже если бы кто-то его заподозрил, бросать ему вызов из-за такого незначительного инцидента просто не стоило бы усилий.

Пройдя в ближайший переулок, он принялся снимать доспехи. Это заняло у него немного времени, но он был относительно быстр. Спрятав их в своем кольце, он надел запасной комплект одежды. После того, как он выбросил весь хлам Джанхалара, пространство внутри кольца показалось практически неограниченным. Конечно, это было не так, но оно было достаточно большим.

Он пошел обратно в том направлении, откуда пришли они с Лукасом, и вскоре обнаружил, что они ждут его.

Лукас выглядел встревоженным. Тем временем его мать слегка поковыряла трещину на губе, пытаясь почувствовать повреждение.

Какая легкая в общении женщина.

«Я здесь.»

Лукас подпрыгнул, услышав голос Фредди.

Прежде чем мальчик успел что-либо сказать, Фредди его перебил: «Давай вылечим твою мать, а потом поговорим».

Исцеление повреждения губы и лица женщины было и дешевым, и быстрым. Целитель, просто ускорил ее естественное выздоровление, и за несколько вдохов повреждение почти полностью исчезло.

Еще большую проблему представляло отсутствие зубов.

Лукас и Фредди ждали возле кабинета стоматолога, пока женщине лечили зубы.

Лукас странно посмотрел на Фредди. «Тебе не кажется, что это было слишком?»

«Ты выглядел так, будто хотел разорвать их на части», — сказал Фредди.

«Эта женщина просто случайно там работала», — сказал Лукас с мрачным взглядом. «Я не думаю, что она заслуживала смерти».

«Наоборот», — сказал Фредди. «По-моему, «люди, которые там работают» — это, блядь, худшие».

«У людей не всегда есть выбор».

«Конечно, он у них есть. Они всегда могут убить себя, в конце концов».

Лукас поморщился.

«Не ведись на эту чушь, Лукас. У людей всегда есть выбор. Утверждать обратное — это просто оправдание. Все утверждают, что у них нет выбора. Либо так, либо они говорят, что «если бы не они, то был бы кто-то другой». А если у них нет выбора, кто сказал, что он есть у меня? Стоит ли мне оставлять ее в живых, чтобы она выступила свидетелем и навлекла на меня неприятности? Если у нее не было выбора… то и у меня его не было».

Они оба на некоторое время замолчали.

«Ты все еще готов приехать ко мне жить?» — снова предложил Фредди.

«У меня есть выбор?» — усмехнулся Лукас.

«Всегда.»

Лукас немного усмехнулся. «Спасибо. Правда. Я не очень-то люблю… убийства», — сказал он с неловким смешком, «но… ты заступился за нас. Я ценю это».

«Нет проблем. Для этого и нужны друзья».

Лукас фыркнул. «Правильно. Друзья…»

Несколько мгновений спустя мама Лукаса наконец вышла из кабинета дантиста. «Вукас, хлиди», — пробормотала она, затем широко открыла рот, чтобы продемонстрировать зубы. «У меня целая куча зефира!»

Лукас усмехнулся и встал, положив руку на плечо матери, когда она, казалось, собиралась споткнуться. «Это здорово, мам... Давай посидим с тобой немного».

«Оки-доки», — сказала она, падая в кресло.

Ей дали время протрезветь, но вместо этого она уснула в кресле.

«Не волнуйся, — сказал Фредди, подхватывая женщину. — Я ее понесу».

«Спасибо.»

Они пошли к дому Фредди. Всё это время там, пока она не храпела громко, мама Лукаса что-то бормотала и хихикала себе под нос.

Фредди рассмеялся. «Твоя мама очень крутая».

«Да», — подтвердил Лукас. «У нее была тяжелая жизнь. У нас обоих».

«Она тоже молодая. Ей сколько, сорок?»

«35».

«Ого, — сказал Фредди, чувствуя себя немного неловко от этого открытия. Она выглядела немного старой для своего возраста. — А сколько тебе лет?»

«Мне восемнадцать».

"Хм…"

Лукас усмехнулся. «Да, она родила меня в семнадцать. У меня тоже был старший брат. На три года старше».

«Ого. И было, а?» Он помолчал. «Мои соболезнования».

«Все в порядке. И спасибо. Но…» Он на мгновение заколебался. «Хотя я не настолько хладнокровен, чтобы сказать, что не чувствую себя плохо из-за его кончины, я могу сказать вам, что для меня он был мертв еще до этого».

«Что случилось?»

«Это долгая история», — сказал он, смеясь с болью в глазах и слегка покачивая головой. «У нас разные отцы. Хотя я никогда не встречался со своим, его отец — полный кусок дерьма».

«Даааа…» Фредди втянул воздух сквозь зубы. «Быстрые подсчеты в уме подсказывают, что так и есть. Твоей маме было семнадцать, когда она тебя родила, а твой брат был на три года старше, так что…»

«Да». Лукас грустно посмотрел на мать. «Этот ублюдок — богатый двухзвездный. Мой брат на самом деле всегда смотрел на него снизу вверх; можете в это поверить? Ему повезло проявить хороший прайм и стать архичеловеком. Знаете, что он сделал потом? Он бросил нас, чтобы пойти работать на своего отца. Он полностью отрезал нас».

«Ой. Мне жаль это слышать».

«Не надо. Он был жестоким и вообще неприятным. Наверное, было бы хуже, если бы он остался».

«А как же твоя мама? Ты же сказал, что у нее есть работа, да?»

Лукас поморщился. «Да... Она, э-э...» — он закашлялся — «профессиональная танцовщица».

«Я предполагаю…»

«Да, да — в этом роде».

«Ну и что в этом плохого?»

Лукас странно на него посмотрел. «Ну... ничего, но ты знаешь... Люди и суд».

«Я понял».

«А что насчет тебя, большой парень?»

«Кто, я?» — ухмыльнулся Фредди. «Это сложно. Меня бросили при рождении, потом усыновили, потом снова бросили. Я работал в подростковом возрасте и проявил следы как раз в 21 год. С тех пор произошло много всего».

«Подожди, подожди, что!? Ты же сказал, что тебе уже 23, да?»

«Ага. Мой день рождения был где-то неделю назад».

«Ух ты, ух ты, ух ты», — сказал Лукас, нахмурившись. «Ты пытаешься сказать мне, что ты прошел путь от смертного гражданского до пикового двухзвездного за два гребаных года!? Какого черта... что!? Это невозможно...»

Фредди рассмеялся. «Ну, я стал пиковым двухзвездным 9 месяцев назад в этот момент».

Лукас уставился на него широко открытыми глазами. «Этого не может быть. Разве это не сделало бы тебя обладателем мирового рекорда?»

Фредди пожал плечами. «Не знаю. Может быть. Но мир большой. Я уверен, что кто-то побил мое время в какой-то момент истории».

«И все же… как это произошло? Ты из тех чудаков, которые постоянно бросаются на вещи выше своего уровня?»

«Я бы сказал, что скорее наоборот».

«Как ты... не потерял ни одной конечности?»

«Я терял. Однажды я потерял все свое тело».

Лукас покосился на него. «Мне кажется, ты издеваешься надо мной».

Фредди рассмеялся. «Эээ... Я объясню это однажды».

Еще через некоторое время они добрались до здания, где жил Фредди. Короткий путь наверх, и они попали в его квартиру.

«Ух ты…» — пробормотал Лукас. «Знаешь что? Мне кажется, ты только что стал моим лучшим другом».

----------

Болезненные воспоминания

Фредди лежал в своей кровати. Он только что принял душ, но еще не собирался спать. Было 9 вечера, и он еще не устал. При своих двух гостях он не хотел брать с собой Кровопролитие, чтобы посмотреть с ним фильмы, поэтому вместо этого он просто рухнул в свою кровать и думал о чем-то.

Он сунул руку в карман и вытащил оттуда кольцо для хранения. Это было кольцо, которое принадлежало человеку, которого он убил чуть раньше в тот день. И теперь он наконец решил взглянуть на него.

Его брови мгновенно подпрыгнули.

Кольцо для хранения было не таким уж большим.

Но там было полно праймов.

«Вот так этот человек хранил свои деньги…?» — задавался вопросом Фредди, мысленно подсчитывая простые числа. Их было пятнадцать, все упакованы в небольшие стеклянные коробки, оставляя достаточно места для нескольких других личных вещей, включая удостоверение личности и кошелек мужчины.

Чувствуя себя весьма взволнованным, он вынул праймы одно за другим и осмотрел их. Выражение его лица испортилось, когда он понял, что все они были мусором.

Таланты были либо чрезвычайно неопределенными, либо явно плохими, и ни у одного из них не было более одной склонности, что также не слишком хорошо сочеталось с прикрепленным талантом.

Локоть-лезвия, Твердая голова, Улучшенная васкуляризация — но с земным, а не кровным сродством, Металлические ногти, Острые волосы, бла-бла-бла. Он вздохнул. Все это мусор.

Они все равно стоили бы почти шестизначную сумму за штуку, просто будучи первоклассными реликвиями, но, скорее всего, они предназначались только для хранения ценностей.

Прайм-доллары часто использовались богатыми людьми как способ защитить свои деньги от инфляции. Всегда найдутся люди, которым можно будет продать прайм.

Где-то в глубине души это немного расстроило Фредди. Сколько таких «мусорных праймов» сгнило в кольце хранения какого-то богатого ублюдка, в то время как бесчисленное количество людей должны были пожертвовать всей своей жизнью только ради шанса купить один? Если бы у этого случайного никчемного человека было пятнадцать только в его кольце хранения, Фредди не удивился бы, обнаружив, что их там достаточно для каждого смертного.

Но, хотя у него были свои сомнения по поводу этой практики, он не собирался играть в Робин Гуда и раздавать их бедным. Это не только, вероятно, не помогло бы этим людям, это было бы пустой тратой столь необходимых денег.

Хотя по отдельности они не стоили много, их совокупная стоимость могла бы купить приличный талант. Фредди не хотел их продавать, хотя они могли быть зарегистрированы как собственность человека, которого он убил, и если бы были записи о том, что человек покупал или владел ими, это напрямую связывало бы Фредди со смертью человека.

А еще был кошелек, в котором было несколько тысяч долларов. Лучше, чем ничего.

О, и внутри был небольшой кинжал; он даже был зачарован. Зачарование сделало его более легким для резки, но без ценекита и с посредственным материалом эффект мог выдержать только несколько ударов, прежде чем его энергия нуждалась в подзарядке. Тем не менее, он был приличного качества, и Фредди всегда мог использовать качественный нож.

Он положил праймы обратно в кольцо и положил кольцо в сейф, который стоял в углу его комнаты. По крайней мере, кольцо пригодится. Софии оно понадобится, учитывая, что он продал ее кольцо.

Он вернулся к кровати, а затем, подумав, вытащил какой-то предмет из своего личного хранилища.

Красный шар зарычал на него из стеклянного контейнера.

Это был главный талант, владеющий навыками забора крови.

На мгновение Фредди подумал о том, чтобы отдать его Лукасу. Это был бы идеальный способ окончательно разозлить Джанхалара даже после смерти. Но он был слишком ценным, чтобы так поступать.

Фредди не отдал бы его просто так, не из-за цены. Люди бы заметили. Сочетание крови, смерти и жизни было мощным. Оно выделяло бы любого, что было нехорошо в этом городе.

Но теперь, когда он узнал больше о талантах, он понял нечто неожиданное. У этого прайма был огромный недостаток.

У Прайма был талант, связанный исключительно с кровью.

Но дело было не только в родстве крови.

Осколки сродства были невероятно дорогими, но они, безусловно, вполне соответствовали бюджету кого-то вроде Джанхалара.

Так почему бы мужчине не получить вторую или даже третью привязанность?

Зачем ограничиваться только кровью?

Это было просто — потому что таланты развивались, чтобы приспособиться ко всему, что мог сделать архичеловек. У Джанхалара, несомненно, был талант, связанный с кровью. Добавление большего количества сродств рисковало испортить его следующую эволюцию. Ну, если бы он заполучил Кровопролитие, он бы получил уникальное сродство, но оно все равно было бы связано с кровью, так что он ничего не потерял бы.

С праймом, который Фредди взял у Джанхалара, не возникло бы никаких проблем с первой звездой. Но с каждой новой звездой талант становился бы менее кровно связанным. Это не обязательно должно было быть проблемой. Но Джанхалар был прекрасным примером того, насколько мощным может быть одно сродство с преданным талантом. Это было не так просто, как «чем больше сродств, тем лучше».

Вздохнув, он убрал прайм след и встал. Он вышел из своей комнаты и подошел к одной из гостевых комнат. Он легонько постучал в дверь.

«Вы можете войти», — раздался изнутри слабый голос.

Фредди приоткрыл дверь и увидел Лукаса на стуле возле кровати, где спала его мать с глупой улыбкой на лице.

В гостевой комнате было две отдельные кровати.

Лукас и его мать были одеты в запасные пижамы. Квартира была забита полным гардеробом одежды всех размеров для обоих полов. Деньги действительно все сделали намного проще.

Женщина храпела, громко давилась тем, что, как ей казалось, вдыхала, кашляла несколько раз, а затем снова мирно засыпала, как будто ничего не произошло. Затем она снова начала храпеть.

Фредди усмехнулся. «Вот это да, она громко спит».

«О, ты даже не представляешь, — сказал Лукас, усмехнувшись и покачав головой. — Лекарства не дают ей проявить всю свою силу».

«Она разговаривает?»

«Разговаривает, ходит... борется с тенями...» Он вздохнул. «Иногда у меня возникает желание запереть ее в коробке или еще где-нибудь, пока она спит».

Фредди рассмеялся, но постарался не шуметь. «Так... ты собираешься спать в другой комнате?»

Лукас посмотрел на вторую кровать в комнате. «Нет», — сказал он. «Я останусь здесь на ночь. Она поднимет шум, если проснется и не поймет, где она».

«Ладно, как хочешь», — улыбнулся Фредди.

«Эй, э-э…» — начал Лукас, выглядя нерешительным. «Не могли бы вы… На самом деле, неважно».

«Что?»

«Ничего.»

«Давай, говори».

Лукас колебался еще мгновение. «Я собирался завтра пойти за вещами, но боюсь, что кто-то может вломиться, пока нас не будет. Ты будешь в настроении пойти со мной, если я пойду сейчас?»

«А как же твоя мама? Разве ты не говорил, что она устроит скандал, если проснется?»

Лукас усмехнулся и неловко почесал щеку. «Она большая девочка. Она будет жить. В любом случае, мы не будем долго отсутствовать».

«Нет, не оставляй ее одну. Если хочешь, я принесу тебе твои вещи.»

Глаза Лукаса резко распахнулись. «Ты действительно это сделаешь…?»

Фредди пожал плечами. «Конечно, почему бы и нет?»

Лукас долгое время просто стоял там, а затем кивнул. «Спасибо, Фредди».

«Ты можешь просто сказать, что мне нужно забрать?»

«У тебя есть листок бумаги?»

«Я пиковый двухзвездочный. Просто скажи мне, я ничего не забуду.»

«Ах, да…»

После того, как ему рассказали обо всем, что ему нужно принести, Фредди посетил квартиру. К счастью, никто, похоже, не входил туда, пока они отсутствовали — ничего больше не было повреждено, кроме сломанной двери и испорченной стены.

«Эй!» — крикнул кто-то снаружи. «Кто там!?»

Фредди обернулся, выглянул наружу и увидел пожилого лысеющего мужчину в белой майке, кричащего с лестницы на верхний этаж. Мужчина был однозвездным, не продвинулся дальше 50%. Но, учитывая его жалкое телосложение, он явно не был бойцом; учитывая его старческую внешность, он, вероятно, стал архичеловеком только в более позднем возрасте.

«Эээ... Привет?» — помахал рукой Фредди. «Я здесь, чтобы забрать вещи семьи, которая здесь живет. Они съезжают».

«Съезжают, что ли!? Хмф!» — фыркнул мужчина, спускаясь вниз, его домашние тапочки хлопали, когда он сердито подошел к Фредди. «Они не заплатили мне арендную плату за последние три месяца! А теперь я прихожу и вижу, как сломаны двери и изуродована стена! Кто мне за это заплатит!? Передайте этим никчемным матери и сыну, что я подам в суд, если они не вернут мне деньги самое позднее через два дня!»

Фредди вздохнул, чувствуя себя довольно раздраженным из-за ругани мужчины. Он выпустил свою ауру на короткое мгновение, и мужчина внезапно побледнел. «А... я... я, э-э...» Он нервно потер руки. «Я хотел сказать, что э-э... я готов обсудить условия оплаты! Просто... пожалуйста... скажите им, что я буду ждать. Любое время в следующем месяце подойдет».

«Сколько они вам должны?»

Мужчина моргнул. «П-простите?»

«Просто назовите мне цифру».

«Я... Э-э... Я думаю, это...» Он взглянул на сломанную дверь и облизнул губы. «Восемь... нет, семь тысяч должно быть достаточно».

Фредди вытащил из кольца семь купюр. Это были тысячедолларовые купюры. Но прежде чем отдать их, он спросил: «У них были какие-то депозиты, которые можно было бы забрать?»

«Эти деньги… за ущерб».

«И вы говорите мне, что эта паршивая квартирка стоит больше двух тысяч долларов в месяц?»

Мужчина затих. «Ах, извините, сэр, я оговорился. Эта старая голова в последнее время немного не в себе, ха-ха-ха...! Четыре тысячи долларов — это все, что они мне должны».

Фредди протянул ему четыре купюры. Мужчина взял их и повернулся, устремившись вверх по лестнице. Фредди выпустил немного своей ауры, и мужчина побежал.

«Чертов стервятник». Покачав головой, он вошел внутрь, чтобы забрать все, что ему велели взять.

Он положил всю одежду в мусорные мешки, чтобы нести ее более эффективно, а остальное пошло в его накопительное кольцо. Брать было особо нечего.

Ничего по-настоящему ценного не было. Ну, если только не принимать во внимание сентиментальную ценность.

Он схватил блокнот. Это был старый дневник Лукаса. Хотя ему было немного любопытно, из уважения он не стал его читать.

Там также была куча детских рисунков, все нарисованные на бумаге, похоже, формата А4. Но часть бумаги была разрезана, и части рисунков отсутствовали.

Фотографии рассказывали похожую историю. Важно было помнить, насколько дорогой была фотография в эпоху после Разлома. Для нее требовались либо специальные материалы, либо архечеловек, со сродством к свету.

Эти фотографии были относительно низкого качества, и цвета едва можно было различить. Тем не менее, они, должно быть, стоили более ста долларов за штуку.

Поэтому неудивительно, что они вырезали третье лицо, вместо того чтобы выбросить фотографии.

А еще на полке стояла милая кружка.

ЛУЧШАЯ МАМА НАВСЕГДА, было написано красочным текстом, с большим сердцем и грубым смайликом, подписано ЛУКАСОМ. Но пространство сразу за подписью казалось грубым, как будто кто-то отшлифовал часть подписи. Он смутно различал AND перед другим именем, которое было тщательно соскоблено.

«Господи, это чертовски удручающе…»

Эта кружка была последним, что ему пришлось взять.

Как раз когда он поместил его в свое кольцо для хранения, он услышал другой голос позади себя. «Я не думаю, что двухзвездный будет заинтересован в краже кружек и одежды».

Фредди резко обернулся, внезапно почувствовав опасность.

В дверях стоял мужчина, широко улыбаясь ему. Он был высок и красив, с безбородым, мягким лицом и зелеными глазами охотника. Его длинные черные волосы доходили до груди, струясь по его модной дизайнерской одежде.

Фредди потратил много времени на изучение любого человека с любым статусом в этом городе. Газеты выдавали много информации. Поэтому он сразу узнал этого человека.

Он был одним из наименее известных молодых мастеров одной из пяти основных фракций.

Его звали Джейсон Джем, и он был частью Gem & Faller Co. Они были в первую очередь корпоративным образованием; некоторые из компаний, которыми они владели, управляли казино. Во время своего исследования Фредди не смог точно определить, какими еще грязными делами они занимались, но не будет слишком надуманным предположением предположить, что они имели дело с кредитами.

И тот факт, что этот человек был здесь, был знаком того, что это, скорее всего, была хорошая догадка.

Случайное исследование показало, что мужчина был двухзвездным с примерно 170% вместимости сущности. Хотя это казалось слабее, чем у Фредди, способности Фредди сильно отставали от того, к чему должен был иметь доступ воин его силы, и его талант имел ограниченное применение в прямом бою.

Встреча с этим человеком может быть опасной.

«Могу ли я вам чем-то помочь?» — спросил Фредди, сохраняя бдительность.

«Нет... Нет», — сказал мужчина, ухмыляясь. «Я только что получил новости о том, что моя бывшая попала в беду, поэтому я подумал, что приду и предложу помощь, но увы». Он пожал плечами. «Похоже, кто-то уже позаботился об этом».

Это застало Фредди врасплох. Он предположил, что этот человек пришел проверить, кто создает проблемы. Но теперь, судя по звуку, он, похоже, был отцом покойного брата Лукаса.

Фредди скрыл все признаки того, что эти слова на него повлияли. «А, это из-за похищения?» Фредди приятно улыбнулся. «Расслабься; она успешно сбежала после того, как произошел инцидент. Я нанял ее сына в качестве помощника, поэтому я взял на себя обязанность защищать их на данный момент».

«О?» — задумчиво произнес мужчина. «Полагаю, вы пытаетесь сказать, что не имеете никакого отношения к этому… «инциденту»?»

Фредди усмехнулся. «Поверь мне, ну... я бы не стал прибегать к насилию, но если бы у меня была возможность, я бы сам с этим разобрался. К сожалению, в то время я был занят, погружаясь с Лукасом».

«И у вас есть доказательства этого?»

Фредди на это сделал смущенное выражение. «Доказательства? Конечно, есть. Мы ужинали в ресторане, ближайшем к проходу; у меня даже сохранился чек с точным временем; он в моем кошельке. Но я не понимаю, зачем мне предоставлять доказательства того, что я не причастен». Он упер руки в бока и изогнул бровь. «Без обид, но я начинаю сомневаться в мотивах твоего приезда сюда… Ты действительно здесь, чтобы помочь?» Он прищурился на мужчину.

Мужчина усмехнулся. «Прекрати нести чушь, ублюдок. Кто твой хозяин? Почему ты считаешь, что имеешь право лезть в наш бизнес?»

«Ого, что за перемена в тоне? Я не уверен, что ты понимаешь, с кем разговариваешь», — сказал Фредди, указывая большим пальцем за плечо. «Я переехал сюда неделю назад и только начинаю здесь свою жизнь. Не говоря уже о том, чтобы иметь «хозяина», я вообще никого не знаю, кроме Лукаса».

«Так у тебя есть яйца, чтобы действовать без поддержки?» Выражение лица мужчины потемнело. «Я вижу, что ты сильный, но ты не на том уровне, чтобы просто делать все, что хочешь. Мы еще встретимся. Это еще не конец». Мужчина показал Фредди средний палец и пошел обратно, направляясь вниз по лестнице и выходя из здания.

Фредди молча стоял там несколько секунд. Его мысли бурлили. Если этот человек уйдет, это будет означать неприятности. Если он хотел предотвратить это, он должен был действовать немедленно.

«Кровопролитие.»

Маленький скелет появился и подтвердил свое присутствие. «Да, Мастер.»

Фредди открыл окно. «Следуй за этим человеком и сообщи мне о его местонахождении».

Кровопролитие кивнул и вылез из окна, спрыгнув на соседнее здание.

Фредди оставил одежду там на некоторое время и медленно пошел за мужчиной. К сожалению, как только мужчина вышел, он сел в машину. Кроме водителя, сзади сидели еще двое мужчин, скорее всего, пара охранников.

«Блядь!» — выругался Фредди. «Продолжай преследовать их, Кровопролитие!»

«Понял.»

Фредди бежал за ними так быстро, как только мог. Хотя он медленно ускорялся с помощью своей массы тела, как только он достиг максимальной скорости, он почти мог поспевать за машиной. Кровопролитие, тем временем, было более чем достаточно быстрым, чтобы поспевать за ними. Он перепрыгивал с одного здания на другое с изяществом, которое Фредди удивило.

«Уйди с дороги!» — крикнул он паре головорезов, которые подчинились, отпрыгнув в сторону и едва избежав столкновения с Фредди. К счастью, в этот час на улице почти никого не было, так что ему пришлось бежать по почти пустым улицам.

Дух продолжал указывать ему, куда идти, и он продолжал бежать, следуя за мужчинами.

У него было общее представление о том, куда они направляются: штаб-квартиры всех основных фракций располагались на окраинах города.

Пока машина двигалась, Фредди продолжал следовать за ней, и вскоре машина выехала из города на короткий участок дороги, который проходил через лес между городом и их штаб-квартирой.

«Сейчас!» — крикнул Фредди через свою ментальную связь.

«Понял.»

У Джейсона был интересный день. Ухмылка была приклеена к его лицу.

Хелен Блэк.

Когда он услышал, как низко пала женщина, он был рад нанести ей визит. Конечно, она уже обвисла с возрастом, но было что-то особенное в том, чтобы видеть женщин, умоляющих на коленях.

И какое совпадение, что из всех мест, где она могла бы взять кредит, она пошла в бизнес, который он был напрямую обязан контролировать. Он не верил в судьбу, но, боже, это было прекрасное совпадение.

Как только он получил сообщение о том, что женщину задержали, он тут же освободил свой вечерний график, чтобы пойти поиграть.

Но вместо веселого вечера, проведенного за игрой с этой шлюхой, он столкнулся с тайной убийства и еще более загадочным подозреваемым.

Хотя Джейсон был уверен в своей силе, он не был настолько глуп, чтобы выбрать прямую драку с пиковым двухзвездочным. У компании его отца были информаторы во всех других фракциях, так что к концу вечера он узнает, лгал ли этот человек о своей неассоциированности или нет.

В любом случае, он был взволнован. В то время как некоторые из его братьев и сестер ненавидели неприятности, он наслаждался ими. Где было веселье в том, чтобы жить от одного корпоративного собрания до другого? Нет, жизнь не должна была быть прожита таким образом. Работа была хороша, но игра была лучше.

Иногда ему требовалось немного волнения. Немного действий. Немного борьбы.

А иногда ему просто хотелось увидеть кровопролитие.

«Хм!?» Его водитель внезапно напрягся, выглядя встревоженным.

«Что не так?» Он заметил это еще до того, как получил ответ.

Посреди дороги, прямо на пути их мчащейся машины, стоял окровавленный скелет-призрак, ростом не выше талии взрослого мужчины.

Вместо того чтобы уйти с дороги, он приготовился.

В один момент они собирались его переехать.

В следующий момент машина уже кружилась в воздухе.

Они врезались в дорогу, перевернувшись несколько раз, прежде чем остановиться вверх дном. Джейсон, несмотря на свое крепкое телосложение, был потрясен, но не пострадал, но водитель был мертв, а двое охранников сзади застонали, когда бросились открывать дверь и выходить из машины.

Джейсон выбил дверь ногой и выбрался наружу.

Скелет стоял на дороге, грозно глядя на них. А из-за него, едва освещенный в темноте леса, с костяшками пальцев, залитыми кровью, и мускулами, вздувшимися под толстой зимней одеждой...

Таинственный человек медленно приближался, в его глазах читалась жажда убийства.

----------

Очень сильный враг

Несколько снежинок порхали в воздухе. В середине леса было тихо и темно, за исключением мерцающих фар разбитой машины и ругани людей, пытающихся выбраться из нее. Фредди наблюдал, пока проходил мимо Кровопролития.

«Мастер», — позвал скелет.

Он повернулся к нему лицом.

Кровопролитие поднял когтистую руку. Аура, из которой состояло тело Кровопролитие, была в основном стабильной, но на костях его ладоней она начала выглядеть нечеткой, с полосами цвета, отслаивающимися и растрескивающимися, как будто она собиралась начать распускаться. «Я перенапрягся».

Фредди стиснул челюсти. Это был бы тяжелый бой без Кровопролития.

Но он выживет. «Возвращайся пока», — сказал он скелету. «Я сам справлюсь».

Он кивнул и испарился, превратившись в тонкий кровавый туман, который перетек в кольцо Фредди и просочился обратно в его душу.

Он поднял кулаки и медленно двинулся вперед.

«Ублюдок!» — крикнул Джейсон, вытаскивая кристалл из своего кольца-накопителя. Это был коммуникационный кристалл.

Зрачки Фредди сузились. Мужчина собирался просить о помощи! У него не было времени, чтобы сконструировать копье, и у него не было точности, чтобы попасть в кристалл. Он немедленно побежал вперед, выпуская кровь в свою руку и немедленно свертываясь в неправильную, беспорядочную форму. Затем он подбросил форму в воздух перед собой и ударил ее двухзвездным Струящимся Ударом.

Удар был громким, словно металл ударился о стекло, его Кровавые Кастеты раскрошились, а кровь разлетелась на осколки, похожие на шрапнель.

Прежде чем Джейсон успел отреагировать, крошечные осколки достигли его, многие из них треснули о его твердую как камень кожу, не оставив ничего, кроме поверхностных ран, но более мелкий осколок также ударил по кристаллу, расколов его и заставив несколько раз мигнуть, прежде чем погаснуть.

«Блядь!» — закричал Джейсон, отбрасывая кристалл в сторону и рыча. «Ты об этом пожалеешь!»

Фредди бросился в атаку, готовя грубое копье.

Судя по тому, как осколки отскочили от кожи мужчины, у него была земное сродство — это, вероятно, означало, что у него было и металлическое сродство. Как раз когда Фредди сделал этот вывод, мужчина извлек из своего кольца-хранилища короткий меч. Он был сделан из белого металла, и на его поверхности даже имелось несколько надписей — они слегка светились, указывая на то, что оружие было пропитано небольшим количеством ценекита.

Один из двух охранников наконец выполз из-под машины и прыгнул перед Джейсоном.

Фредди даже не замедлился, просто врезался в парня на полной скорости — импульса удара тела было достаточно, чтобы сломать несколько костей мужчины и сбить его с машины. Второй охранник запрыгнул на машину и прыгнул на Фредди, только чтобы получить грубое копьё прямо в горло. Шея мужчины была раздроблена, и он рухнул на землю, не двигаясь.

В этот момент Джейсон воспользовался шансом и прыгнул вперед с впечатляющей скоростью, словно его короткий меч нёс его вперёд. Его клинок сильно завибрировал, и секунду спустя он вонзился прямо в живот Фредди, вонзившись в него.

Мужчина ухмыльнулся и поднял меч, оставив большую рану на туловище Фредди.

Ощущение было глубоко зудящим, когда жужжащее лезвие разрывало плоть и разрывало кожу. Фредди почувствовал вспышку паники от отвратительной режущей силы оружия, но улыбка Джейсона померкла, вероятно, потому, что порез оказался не таким глубоким, как он ожидал, — он едва кровоточил. «Что за…» Его проклятие было прервано ногой Фредди. Джейсон продемонстрировал превосходные навыки, откинувшись назад и отпрыгнув от удара.

Судя по тому, как двигался мужчина, его короткий меч действительно носил его. Трюк, стоящий за этим, раскрылся, когда мужчина извлек несколько десятков меньших лезвий и силой мысли заставил их левитировать и направить на Фредди.

Телекинез! — мысленно крикнул Фредди.

Лезвия мелькнули со скоростью летящих стрел, слишком быстро, чтобы Фредди успел увернуться. Вместо того, чтобы попытаться избежать их, Фредди вытащил искру нежити и нанёс по ней Струящийся Удар.

Лезвия вонзились в его тело, и Джейсон ухмыльнулся, готовясь снова нанести удар. Затем кулак Фредди приземлился.

Взрыв исцеления вытолкнул вонзившиеся лезвия из тела Фредди. Мгновение спустя искра нежити вернулась обратно в накопительное кольцо.

Глаза Джейсона расширились, но он уже был полностью вовлечен в рывок вперед.

Фредди не мог рассчитывать только на свое сопротивление. Он вытянул руку вперед и позволил лезвию погрузиться в его руку. Затем, с помощью двойной звезды Гидравлического Напряжения, он зажал край пальцами.

Две звезды вспыхнули в душе Джейсона, когда он снова применил Вибрирующий клинок с удвоенной силой.

Фредди почувствовал, как его хватка на мече ослабла, а пальцы онемели, но силы его щипка было достаточно, чтобы вонзить пальцы в металл, удерживая меч на месте.

Джейсон, который явно рассчитывал вытащить свой меч, теперь был вынужден отказаться от него, когда Фредди снова нанес удар ногой. Глаза мужчины выпячивались, когда он направлял свой Телекинез, отчаянно пытаясь вырвать меч из тисков Фредди. Телекинетической силы было достаточно, чтобы оттянуть Фредди вперед на несколько футов, заставив подошвы его ботинок царапать асфальт, но этого было недостаточно, чтобы вырвать меч из его рук.

Джейсон прекратил использовать свой талант и взревел от гнева, сжав кулаки и уставившись налитыми кровью глазами. Поднялся ветер, пронося снежинки мимо двух мужчин. Их волосы играли на ветру, кружась и танцуя под мелодии сухого, ледяного воздуха. Холод был сильным в это время часа, достаточно резким, чтобы прокусить их одежду и вызвать дрожь по коже. Лес свистел, фары искореженной машины мерцали, и темнота леса сгущалась.

Джейсон долго колебался. Он оглянулся за спину.

Дорога тянулась в абсолютную темноту. Челюсть мужчины сжалась. Он обернулся, мельком взглянув на одного из мертвых охранников, пристально вглядываясь в копье крови, застрявшее глубоко в шее мужчины.

Фредди поддерживал зрительный контакт и почти мог видеть цифры, пробегающие в глазах мужчины.

Джейсон выругался себе под нос, цокнул языком и вытащил еще один короткий меч, на этот раз явно менее вычурный, чем тот, который Фредди медленно вытащил из своей раненой руки и поместил в кольцо для хранения.

Двое мужчин долго смотрели друг на друга, а затем бросились в атаку.

Фредди взмахнул кулаком с шипами, а Джейсон ловко увернулся, нанес глубокую рану прямо под ребром Фредди и продолжил бежать за ним, пока не перепрыгнул через машину.

Мужчина приготовился с другой стороны, объединив Тектонический Удар с Телекинезом, чтобы пнуть всю машину во Фредди, затем он бросился вперед, готовясь перепрыгнуть через машину и ударить своего противника, который, как он ожидал, будет занят блокировкой транспортного средства, но он явно не ожидал, что вся машина внезапно отскочит назад и почти в два раза быстрее, чем он ее запустил. «Что...» — закричал он, подпрыгивая, но он был недостаточно быстр; машина задела его ногу чуть выше лодыжки и сбила его с ног.

Фредди увидел, как мужчина споткнулся, и бросился вперед, нанося удар, но промахнулся, так как мужчина развернулся в воздухе и полоснул его по животу, нанеся удар, который мог бы выпотрошить его, если бы он не был таким крепким.

Но вместо того, чтобы отшатнуться от удара, Фредди проигнорировал его, схватив человека за ногу. Гидравлическое Напряжение активировалось обеими звездами, заставив хватку Фредди согнуть металлические кости человека и сломать его каменную кожу.

Джейсон закричал, он летел по воздуху, когда Фредди со всей силы впечатал его в асфальт. Удивительно, но мужчина был ошеломлен ударом лишь на мгновение.

Его взгляд заострился с первобытной решимостью. Его звезды вспыхнули в его душе, когда он взмахнул своим мечом Тектоническим Ударом, ускорил его своим Телекинезом и наделил его ужасающей силой вибрации, заставив его свистеть в воздухе со звуком, от которого кожа скручивалась, испаряя любые снежинки, с которыми он соприкасался, и с громким стуком он ударил Фредди по запястью, послав сильную вспышку боли вверх по его руке.

Но меч не прорезал. Лицо Джейсона медленно приняло выражение панического отчаяния, когда он увидел, что его самая мощная атака провалилась, и увидел, как его клинок просто вонзился в руку врага, едва коснувшись кости своей вершиной. «Из чего ты сделан!?» — закричал мужчина, потянув меч, чтобы вытащить его.

Вместо ответа Фредди схватил мужчину за колено другой рукой, а затем, используя рычаг, одновременно толкал и тянул, создавая звук металла, гнущегося до предела, когда колено мужчины, наконец, не выдержало и сломалось с оглушительным треском .

Джейсон закричал от ужаса и снова ударил, оставив еще одну рану на руке Фредди, но Фредди схватил его за другую ногу и снова швырнул на асфальт, и на этот раз он ударил гораздо сильнее.

Воздух вышибло из груди мужчины, и он бесплодно хватал ртом воздух, когда его снова бросили, снова ударив об асфальт, на этот раз головой вперед, так как у него не было времени подготовиться. Его меч со стуком пролетел по дороге, вылетев из его рук.

Мужчина что-то пробормотал, а его изуродованная голова начала кровоточить.

Фредди поднял ногу и опустил ее Струящимся Ударом.

Трещины и мозги разлетелись по асфальту с громким хрустом, который разнесся по близлежащему лесу, а затем все стихло.

Фредди сделал глубокий вдох и отступил назад, немного дрожа от выброса адреналина. Хотя этот человек был намного сильнее, чем он ожидал, в целом это был относительно легкий бой.

Он получил несколько поверхностных травм, но даже не чувствовал особой усталости, а его резервы эссенции были на исходе.

Хотя способности и общее мастерство Фредди определенно были далеки от того, на каком они должны быть, его грубой физической силы и выносливости было достаточно, чтобы грубой силой одержать победу над большинством бойцов ближнего боя примерно его уровня.

Но он не мог полагаться только на это. Кто-то с достаточной скоростью и дальнобойной силой мог поиграть с ним и уничтожить его, не дав ему возможности дать отпор. Его противник, похоже, опасался его копья, вероятно, предполагая, что оно гораздо более смертоносно, чем было на самом деле.

Но, честно говоря, Фредди не был уверен, сможет ли его бросок копья пробить Каменную Кожу человека. Скорее всего, все, кроме его самого сильного броска, просто отскочило бы, но его самый сильный бросок был примерно таким же точным, как предсказание гадалки о чьей-то будущей любовной жизни. И это если, не было чертового ветра.

Сделав глубокий вдох, он успокоился и стал ждать, когда в его душе произойдет щелчок. Мгновение спустя способность духа разблокировалась. «Кровавая жертва».

Трое мертвецов были лишены всякого цвета, когда их кровь собралась в каплю над головой Фредди. Затем капля превратилась в сырую эссенцию крови и создала скелет примерно такого же роста, как Фредди.

«Сделай так, чтобы сцена напоминала нападение дикого духа», — сказал он скелету.

«Все, что пожелает Мастер».

Он продолжал оставлять следы когтей практически на всем в округе, включая трупы, деревья, дорогу и искореженную машину, и даже снес стоящий неподалеку знак ограничения скорости.

Фредди долго смотрел на накопительное кольцо на пальце Джейсона. Его подмывало взять его, но если бы он это сделал, это сразу сделало бы сцену подозрительной. Дух не стал бы брать накопительное кольцо. Он мог обойти это, заставив все тела исчезнуть, но это, скорее всего, просто свяжет этот инцидент с тем, что произошло у ростовщика, что свяжет его с Лукасом и его матерью.

И, в конечном итоге, ему.

Вкратце, у него возникла идея просто проверить содержимое и, возможно, попытаться украсть одну или две штуковины, но затем он вспомнил о биометрических требованиях.

Кольца для хранения могли использоваться только владельцем, если только этот владелец специально не разрешал другому человеку использовать свое кольцо. Это можно было медленно переопределить, но для этого требовалось специальное оборудование и дни работы. Это требование немедленно исчезало, если владелец умирал, нося кольцо, что позволяло Фредди легко переопределить его мгновенно.

Но если бы он это сделал, он бы оставил свои биометрические данные и снова заблокировал бы кольцо. Он мог бы снять блокировку, если бы захотел, но это сделало бы кольцо бесхозным, создав явное доказательство того, что кто-то его подделал.

Глубоко вздохнув, он решил, что, какие бы сокровища там ни находились, они не стоят того.

Он также достал другой меч из своего кольца для хранения. Немного согнув его, чтобы убрать видимые отпечатки пальцев, он заставил Кровопролитие разрубить меч на куски, которые они просто бросили через улицу.

Учитывая, что Кровавая Жертва заставила всю их кровь исчезнуть, любые оставшиеся пятна крови были кровью Фредди. Он позаботился о том, чтобы удалить их с помощью Кровопролития. Дух также выследил все осколки свернувшейся крови, разбросанные по сцене. Без его помощи Фредди никогда не смог бы найти их все.

Хоть это и выглядело немного вычурно, желаемый эффект был достигнут — сцена больше не напоминала нечто, созданное человеком.

Покончив с этим, Фредди залечил оставшиеся раны, переоделся в запасную одежду и побежал через лес, пока не оказался на городских улицах. Вскоре он вернулся в квартиру Лукаса, где забрал сумки с одеждой и направился домой.

Он проверил пару мать-сын, обнаружив, что они оба крепко спят. В то время как мать Лукаса храпела довольно громко, сам Лукас был не намного тише.

Фредди усмехнулся, увидев это, и оставил их вещи в углу комнаты. Он сложил сумки друг на друга и аккуратно положил сентиментальные вещи на ночной столик возле кровати женщины.

Как раз собираясь уйти, он взглянул на спящую женщину. Что бы она подумала, если бы узнала, что он сделал той ночью? Была бы она благодарна?

Внезапно его лицо потемнело.

Даже если он не оставил никаких убедительных доказательств, два инцидента, произошедшие так близко друг к другу, определенно были бы достаточными, чтобы вызвать подозрения. Не было абсолютно никакого способа доказать, что он был виновен в убийстве Джейсона. Но со смертью этого человека люди определенно стали бы глубже изучать то, что произошло в FinNado.

Хорошо, что он проявил осторожность. Инцидент с акульим кредитом не был достаточным, чтобы кто-то рискнул разозлить могущественного двухзвездного. Но это все равно могло принести некоторые неприятности.

Он оставил их двоих спать в тишине и пошел в свою комнату.

Там он вскочил на кровать и посмотрел в потолок.

Ему, вероятно, скоро следует лечь спать, но он хотел, чтобы его бьющееся сердце немного успокоилось. Он никак не мог заснуть таким образом.

Но пока его мысли продолжали метаться между проблемами, которые он создал сегодня, он не чувствовал стресса или беспокойства о последствиях.

По какой-то причине он обнаружил, что ухмыляется от уха до уха. Он сжал кулак и поднял его в воздух. «Давай».

На рассвете несколько человек собрались вокруг ужасного зрелища.

Вокруг трупов, которые выглядели обескровленными, с ужасными следами от когтей по всему телу, была команда частных детективов. Они постоянно чесали головы и пожимали плечами — их замешательство было видно за милю.

Неподалеку от места происшествия стояли бок о бок трое человек: двое мужчин и женщина.

Первый мужчина был мускулистым и среднего роста, с грубым лицом и агрессивной хмурой гримасой на лбу. Его черные волосы перемежались белыми прядями. Он был одет в легкую куртку.

Рядом с ним стоял высокий мужчина, который казался хрупким. Его черные волосы достигали плеч, едва касаясь его белой кожаной куртки. Его лицо было расслаблено, а взгляд был отрешенным, как будто ему было все равно на место перед ним.

Рядом с ними стояла женщина. Ее волосы были также черными, доходившими до поясницы. Глаза казались туманными; взгляд был бездушным, но легкая улыбка висела на ее губах.

Один из следователей неохотно подошел к ним.

Из того, что они вывели, это, похоже, было нападение духа. Все улики указывали на то, что это так.

Но по какой-то причине следователи независимо друг от друга почувствовали, что что-то не так. Их интуиция подсказывала им, что что-то в этой сцене было не так.

Машина, казалось, перевернулась, а затем подпрыгнула по какой-то причине. Почти все вокруг было исцарапано огромными наборами когтей. И все же, тело Джейсона имело признаки того, что тупая сила была использована для его убийства, о чем свидетельствует кратер, где его голова была разбита на куски, и нога мужчины, которая была сломана невероятной силой, которая деформировала его металлические кости.

Хотя духи не были известны своей способностью привносить смысл, это было немного странно. Тем не менее, доказательства были очевидны — это было вызвано духом. Ничто не указывало на то, что это не так.

Однако все следователи сошлись во мнении, что за этим инцидентом, скорее всего, скрывается что-то еще.

Трое людей закончили слушать оценку, а затем все пожали руку мужчине. Когда следователь ушел, они повернулись лицом друг к другу.

Грубый мужчина плюнул в сторону и уставился на сцену. «Мне это не нравится».

Нежный мужчина напевал, прижав палец к губам. «Хотя это кажется полным совпадением, нам все равно следует расследовать инцидент с FinNado».

«Да», — весело сказала женщина. «Это может быть просто ощущение, но мне кажется, что мы только что нажили очень сильного врага. Давайте сообщим об этом Отцу».

----------

Пещеры Шипокорня

Это было яркое, редкое утро, когда солнце светило над серым городом Репентава. Ослепительный свет пробивался сквозь окна, освещая вид на завтрак и беседу.

Фредди и Лукас сидели за кухонным столом, ели хлопья. Пока они ели, они разговаривали.

По большей части они избегали серьезных тем. В тот момент они говорили о планах, которые они оба когда-то строили на будущее, до того, как их жизни внезапно изменились.

Оба мужчины рассказали схожую историю. Они планировали работать и копить деньги.

Хотя Фредди по-прежнему считал, что ему всегда приходилось нелегко, по крайней мере у него не было семьи, которая усугубляла бы ситуацию.

Не просто у него не было матери, которая бы проигрывала все его сбережения; он просто жил один. Гораздо проще было контролировать финансы, когда всем заведовал один человек.

Фредди жил скромно и размеренно, в основном сидя дома и питаясь бедняцкими помоями. Между тем, мама Лукаса не позволяла ему этого делать, всегда настаивая на том, что такая жалкая жизнь не стоит того, чтобы жить.

Хотя Фредди категорически не соглашался с такой точкой зрения, она была права. Множество людей копили деньги всю свою жизнь, но либо умирали до того, как стали архилюдьми, либо возносились так поздно, что у них не было никакой надежды на какой-либо реальный прогресс до того, как их настигнет старость.

Конечно, это было чистым лицемерием со стороны женщины, которая утверждала, что в любой момент она «выиграет по-крупному» и обеспечит себе и своему сыну высокие баллы.

Говоря о женщине, двери в гостевую комнату наконец-то приоткрылись, и она заглянула внутрь. «Эй…», — поздоровалась она, выглядя немного сбитой с толку. «Я… Привет! Доброе утро!» Она пыталась быть веселой, махала рукой и улыбалась, но это выглядело довольно натянуто. «Кто-нибудь может мне сказать, что происходит?»

Лукас усмехнулся. «Присядь с нами. Я тебе все расскажу».

Она посмотрела на свободную пижаму, которую носила, а затем медленно закрыла дверь. Они оба услышали, как она ахнула и громко спросила: «Подожди, почему все наши вещи здесь!?» Через минуту она вышла, одетая в обычную рубашку и джинсы. Она подошла к столу и села, нервно вытирая потные ладони о бедра, пока смотрела то на Фредди, то на Лукаса, не зная, кого спросить первым.

Лукас любезно объяснил ей ситуацию.

Женщина была в ярости от того, что молодой человек пытался погружатся в качестве смертного. Опять же, это было лицемерно, но Фредди не счел нужным вмешиваться.

Получив разъяснения по поводу сделки между Фредди и Лукасом, она просто посмотрела между ними двумя, выглядя сбитой с толку. «В чем подвох?» — спросила она.

На это Лукас усмехнулся и пожал плечами. «Не знаю». Затем он схватил ложку и продолжил есть.

Женщина посмотрела на Фредди в поисках объяснений.

Он вздохнул. «Я уже говорил тебе сто раз, Лукас. Никакого подвоха нет».

«Я... не хочу показаться грубой», — сказала женщина с натянутым смехом и улыбкой, которая не коснулась ее глаз. «Но чего вы от нас хотите?»

«Какова мать, таков и сын, я полагаю...» Он вздохнул и усмехнулся. «Просто думайте обо мне как об эксцентричном, одиноком, богатом парне, который просто так случайно переехал в город, где он никого не знает, поэтому он подружился со случайным человеком и заставил его и его мать переехать к нему!» Он хлопнул в ладоши. «Я больше не принимаю вопросов!» Он встал со стула и немного потянулся. «Но если серьезно, я ничего не жду от вас двоих. Черт, я даже не жду, что вы мне доверяете.

«У меня нет планов принуждать вас к чему-либо. Но если хотите, можете остаться здесь. Я могу дать вам обоим прайм и нанять вас в качестве помощников на моих погружения. И... да, это все».

Лукас внезапно подавился хлопьями и с ужасом посмотрел на него.

Фредди поднял бровь. «Что?»

Женщина просияла и широко улыбнулась. «О, я бы с удовольствием! Лукас, скажи, что хочешь стать помощником!»

«Ух ты, ух ты, ух ты», — закричал Лукас, подняв руку. «Фредди, мужик, мы ничего не говорили о том, чтобы заставить… мою маму пойти погружатся вместе с нами!»

Фредди поднял бровь. «Без обид, Лукас, но она в десять раз лучше тебя. И это по самым скромным подсчетам».

Он поморщился.

«Правильно, Лукас!» — критиковала она. «Ты очень слаб!»

«Мама!» — простонал молодой человек. «Фу, это не входит в мои обязанности — заниматься спортом целый день. О боже…» Он закрыл лицо руками.

Его мама вдруг обиделась на это. «Ну... ладно... если ты собираешься быть таким... не могу поверить, что ты хочешь лишить свою мать возможности стать архичеловеком. Ты что, не знаешь, сколько лет молодости это мне даст!?»

«Я никогда этого не говорил!» — закричал он. «Я просто не... Неважно».

«Тогда в чем проблема?» — спросила она его. «Тебе стыдно за меня?»

«Я просто не хочу, чтобы ты шла с нами, ладно!?» — крикнул молодой человек. «А что, если ты закончишь как…» Его горло сжалось.

«А что, если ты закончишь так же, как твой брат, а?» — спросила она без тени нежелания и скрестила руки на груди. «Как думаешь, я рада позволить тебе пойти по тому же пути?»

«Просто для протокола», — сказал Фредди, поднимая руку. «Если вы двое будете погружатся со мной, если только что-то не пойдет совсем-совсем не так, я сомневаюсь, что кто-то умрет. Если я возьму вас в помощники, то только в те зоны, где я, по крайней мере, в основном уверен, что смогу вас защитить. Я имею в виду, что, очевидно, несчастных случаев не всегда можно избежать, но это реальность, которую вам придется принять, если вы хотите пойти по этому пути».

«Видишь?» — сказала Хеллен, подходя к Лукасу, который отвернулся. «Мистер Клифф сказал, что все будет хорошо!»

«Я не знаю…»

«Слушай», — снова сказал Фредди. «Это обсуждение между вами двумя. Кроме того, мне нужно сначала заработать немного денег, прежде чем мы начнем. Мне нужно будет достать тебе несколько приличных праймов, и вдобавок ко всему тебе понадобится какое-то оборудование и, возможно, даже абонемент в спортзал…» Он мысленно подсчитал, сколько денег ему понадобится, чтобы поставить их на ноги.

Пока он был занят размышлениями, он не заметил потрясенных взглядов, которые бросали на него мать и сын.

Заметив их, он приподнял бровь. «Что-то не так?»

«Э-э-э… — пробормотала женщина. — Я… Не то чтобы я не благодарна, но… не слишком ли это далеко заходит?»

«Что вы имеете в виду?» — спросил он, искренне озадаченный.

«Фредди…» — прошептал Лукас, тяжело сглотнув. «Сколько же ты собирался вложить в нас?»

«Ну… Тебе понадобится как минимум миллион долларов за приличный талант, а потом, может быть, полмиллиона за… Почему ты так на меня смотришь?»

«Это безумная сумма денег!» — выплюнул Лукас. «Серьёзно, зачем ты зашёл так далеко!?»

Фредди рассмеялся. «Зачем мне делать что-то меньшее для кого-то, кого я считаю другом? Если я дам тебе какой-нибудь отстойный талант, а ты будешь ранен или убит, я буду чувствовать себя ужасно. И черт возьми, даже помимо этого, если я собираюсь нанимать помощников, я хочу, чтобы они были... полезными, понимаешь?»

Лукас недоверчиво усмехнулся. «Я серьезно не могу поверить этому парню...»

«Лукас, не будь грубым!» — упрекнула его мать. «Поблагодари человека!»

«Нет», — сказал Фредди, качая головой. «Я не хочу и не нуждаюсь в благодарностях». Он вытащил пару ключей из своего кольца для хранения. «Вот несколько запасных ключей для вас двоих. Не стесняйтесь делать сегодня все, что захотите».

«Ой!» — закричала женщина. «Чёрт, я опаздываю на работу!»

«Нет, ты не такая», — внезапно сказал Лукас, хватая ее за руку.

«Лукас…»

«Ты увольняешься с работы», — решительно заявил он.

«Дорогая… Мы не можем во всем полагаться только на мистера Клиффа…»

«Можете», — сказал Фредди.

«То, что он сказал», — подтвердил Лукас, указывая пальцем на Фредди.

«Послушай…»

«Нет больше никаких «послушай», мама. Я больше не буду слушать. Считай, что мои уши закрыты. Извини, что так выразился... но я тебе больше не доверяю».

Она закусила губу. «Я уже сказала тебе, что уйду».

«Угу».

«На этот раз я говорю серьезно».

«Но тебе не нужно идти на работу», — напомнил ей Лукас. «Ты увольняешься с работы и остаешься здесь, со мной».

«Я не могу сидеть дома весь день… Я сойду с ума!»

«Тогда я пойду с тобой. Куда захочешь».

Она прикусила нижнюю губу. «Лукас…»

«Я знаю, чего ты хочешь, мама. Забудь об этом. Если ты действительно хочешь продолжать в том же духе, клянусь богом, я перееду в другой город, и ты больше никогда обо мне не услышишь».

Она опустила голову. «А я не могу просто пойти потусоваться?»

«Мама…»

«У меня там друзья!» — настаивала она.

«Эти люди тебе не друзья. И я не откажусь от своих слов».

«Извините, что вмешиваюсь, но», — начал Фредди. «Но мисс, вы же наркоманка, черт возьми. Вы выглядите и звучите как сумасшедшая».

Женщина широко открыла рот, и она выглядела невероятно оскорбленной. «Я... Извините?»

«Ты меня слышала. Я вижу, что моему другу нелегко, поэтому я ему немного помогу — если ты хоть раз пойдёшь играть, я выгоню вас обоих». Он подмигнул Лукасу.

Мальчик улыбнулся и одними губами произнес: «Спасибо».

Фредди показал ему большой палец вверх и отвернулся, оставив женщину в недоумении, а ее сына — улыбающимся от уха до уха.

«В любом случае», — крикнул Фредди с другого конца комнаты. «Я пойду наружу, у меня есть дела». Он вошел в свою комнату и начал надевать доспехи. Он вернулся в гостиную и помахал рукой. «Увидимся позже!»

«Пока-пока!» — весело помахал Лукас, пока его мать сидела в ошеломленном молчании.

Во время своего второго погружения в местное пространство Фредди не был заинтересован в развлечениях. Он был весь в делах, направляясь прямиком в одно из более отдаленных миров — прямо туда, где опасность начинала становиться серьезной.

Ему понадобится много денег на всякие вещи в будущем. Рваная одежда, которая стала проклятым материалом, все еще лежала в его кольце для хранения, ожидая, когда ее превратят в надлежащий предмет. Это стоило бы огромных денег.

Затем были Лукас и его мать, возможность открыть какой-нибудь побочный бизнес, купить лекарство для роста эфира и способностей, получить членство в крупном учебном центре или, может быть, даже просто построить частный — путь, по которому ему предстояло пройти, был похож на дорогу, где на каждом шагу был отдельный пункт взимания платы, и рядом был грузовик, который мог его переехать, если он не побежит.

Он потратил некоторое время на изучение различных путей, по которым он мог пойти, и узнал немало интересных вещей.

Одной из особенностей межпространства было то, что с каждым шагом вдали от Земли число возможных миров прохода увеличивалось в геометрической прогрессии.

Только в пределах первых десяти шагов были тысячи различных миров. Естественно, реальные цифры были немного ограничены из-за таких вещей, как недоступные проходы или слишком опасные для погружения миры, но число все равно росло довольно быстро.

По законам империи первые 10 ступеней таких общественных проходов должны были быть открыты для публики.

В этом случае, когда все недоступные миры были учтены, у Фредди был доступ ровно к 552 мирам. Каждый мир на 11-м шаге — за исключением запечатанных — был захвачен одной из местных фракций. Чтобы войти в них, нужно было либо заплатить за доступ, либо получить специальное разрешение.

Из 552 миров большинство на первых нескольких этапах были либо безвредными, низкоуровневыми, либо были основательно разграблены, осталось только 23 мира C-класса, которые еще не были полностью исследованы, и одно подземелье, открытое для публики.

Хотя это казалось достаточным, реальность была такова, что единственной причиной, по которой эти миры C-класса не были полностью разграблены, было то, что они были либо слишком опасны, либо недостаточно богаты ресурсами, чтобы кто-то стал беспокоиться об этом.

Вздохнув, он выбрал один из — относительно — легких. В целом он считался довольно бедным, но там была пещерная система с приличным количеством качественных трав, растущих там. Мало кто ходил туда, потому что пещера была полна токсичного газа, который оставлял людей со всеми видами изнурительных болезней при вдыхании, и вдобавок ко всему, там было несколько странных монстров, которые специализировались на атаках ядом и кислотой.

Путь туда был не таким уж и длинным — всего семь шагов, большинство из которых проходили через области классов A и B. Ему потребовалось всего полчаса, чтобы добраться до места назначения.

На поверхности мир представлял собой бесплодную пустошь. Бледно-желтые скалы покрывали каждый дюйм, а сверху палило палящее солнце. Температура была где-то между 50 и 60 градусами по Цельсию. Было чертовски жарко.

В своей толстой броне Фредди чувствовал, что он сварится заживо. Но он был крепким парнем — с его пиковым двухзвездным телосложением он мог выдерживать гораздо более высокие температуры, чем эта.

На поверхности мира не было ни монстров, ни исследователей — только кучка суетливых жуков, прятавшихся под камнями. Потребовалось всего лишь немного пройти, чтобы наткнуться на вход в подземную пещерную систему.

Хотя он был уверен в своей силе, ему приходилось быть невероятно осторожным. Он видел своими глазами, насколько пугающе опасными могут быть пещеры.

«Кровопролитие», — призвал он дух.

Красный туман вытек из его кольца, и появился маленький скелет, наклонив к нему череп. «Что это, Мастер?»

«Я оставлю тебя ответственным за заботу о монстрах здесь. Когда будешь их убивать, убедись, что не слишком повредил их тела. Собери трупы в кучу. Я заберу их, как только закончу поиски».

«Понял.»

С самого начала пещеры были намного холоднее поверхности. Но они были довольно сухими, по крайней мере, по сравнению с теми, что Фредди видел на Фаралетале. Свет с поверхности уже едва доходил до него. Он нажал кнопку на шлеме, и на его лбу загорелся фонарик. Он поблагодарил себя за предусмотрительность, что купил такое снаряжение. Это было гораздо удобнее, чем ручной фонарик.

Его маленький друг-дух убежал по близлежащей тропинке. Буквально через несколько секунд Фредди услышал противный кричащий звук.

Кровопролитие оттащило труп назад. Он выглядел как бледный, болезненный, зеленый гремлин с заостренными ушами и ужасающе уродливым лицом. У него были длинные когти и зазубренные зубы, и, насколько он мог видеть, они мерцали влажным блеском яда. Кровопролитие просто перерезало ему горло, нанеся минимальный ущерб его телу.

«Хорошая работа», — сказал Фредди с улыбкой.

Пока Кровопролитие разведывало впереди, он следовал за ним. Чем больше пещеры спускались вниз, тем заметнее становилась тонкая дымка серого дыма. Несмотря на то, что он был одет в костюм, который фильтровал вдыхаемый им воздух, он все еще чувствовал прогорклый запах серных соединений в воздухе.

Запах вызвал у него легкую головную боль, но, к счастью, газ не был немедленно смертельным. Он бы только серьезно испортил его в долгосрочной перспективе! Ну, не его — у него был 1% Вампиризма. Ничто не могло бы испортить его в долгосрочной перспективе. Кроме повреждения души. И психической травмы. И, возможно, некоторых видов проклятий, на которые не могло повлиять его исцеление. Но кроме этого, ничего. Кроме, возможно, чего-то еще, о чем он мог не знать.

Отбросив эти тревожные мысли, он сосредоточился на исследовании пещеры. В частности, он уделил пристальное внимание стенам и потолку.

Растения, за которыми он охотился, выглядели очень похожими на естественно образованные сталактиты и сталагмиты. Их называли шипокорнями. Самый простой способ отличить их — посмотреть, как они были ориентированы. Сталагмиты и сталактиты были направлены либо вверх, либо вниз, в то время как эти растения росли под разными углами.

Их там росло много.

Он взял маленький острый нож и начал срезать случайные растения. Он мог судить о качестве любого растения, просто наблюдая за реакцией своего таланта. Те, что были более качественными, имели большую жизненную силу внутри. Это было почти универсальное правило с крайне редкими исключениями.

Размер и цвет корней-колючек, по-видимому, не имели никакой связи с количеством жизненной силы внутри. Единственное, что он обнаружил общего у высококачественных, это эти жилки, которые можно было увидеть внутри. У незрелых были очень слабые черные жилки, проступающие сквозь зеленую мякоть растений, в то время как у перезрелых они были толще, но менее выраженными.

Лучшими для сбора были только растения с толстыми, четко выраженными прожилками.

Свободное место в его кольце для хранения заполнялось на удивление медленно. Образцы, которые были в самый раз, были редки, и он обнаружил, что ворует десятки посредственных, прежде чем находит хотя бы один высококачественный экземпляр.

Надеясь что он заработает хорошие деньги, продав собранную партию.

Тем временем Кровопролитие вел партизанскую войну с местными, как их там, черт возьми, называли. Гремлины-ядовитые, решил он. Так он их и назовет.

Ядовитые гремлины были практически полностью бессильны против Кровопролития. Они не были физически сильны, умны или быстры. Они полагались на ядовитые когти и зубы. Естественно, это было почти совершенно бесполезно против духа скелета. Однако они пришли в довольно большом количестве, и Фредди обнаружил, что помогает им просто двигаться вперед быстрее.

По мере того, как они продвигались глубже, Фредди начал находить куски шиповатого корня, которые были намного, намного более высокого качества, чем те, что были найдены выше. У них было заметное отличие по сравнению с другими — их мякоть была не зеленой, а желтой внутри. Возможно, это было даже не то же самое растение, а своего рода двоюродный брат? Возможно, те, что росли выше, просто не росли хорошо и поэтому были зелеными.

В любом случае, он продолжал продвигаться все глубже. В конце концов, он столкнулся с небольшим препятствием. Эти густые сухие кусты росли поверх всего, с маленькими острыми листьями, растущими из тонких, прожилковых ветвей.

Пройти сквозь него было несложно, но он покрывал стены со всех сторон, из-за чего было очень трудно обнаружить шипокорень. Серая дымка также становилась гуще, и из-за нее становилось трудно видеть далеко в темноте.

Он вздохнул, размышляя, не пора ли возвращаться.

«Мастер», — внезапно позвал Кровопролитие.

«Хмм?» — Фредди повернулся, заметив духа, который только что вернулся с разведки впереди. «Ты что-то нашел?»

«В пещере впереди нет монстров. Но есть проход».

Брови Фредди взлетели вверх. «Правда?»

Этот мир должен был быть тупиком. Было несколько проходов, но они должны были быть запечатаны из-за опасности. Возможно, это был один из них. Не в силах сдержать любопытство, Фредди пробрался вперед и последовал примеру Кровопролития.

Вскоре они прибыли к нему. Стена, окружавшая проход, полностью заросла, а сам проход действительно был запечатан. Как и ожидалось, это был один из опасных проходов, которые уже были обнаружены. Но это было не совсем то, чего он ожидал.

Он вытащил мачете и разрубил кусты, обнажив старый предупреждающий знак, вбитый в стену. Знак выглядел как минимум пятидесятилетним.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!

АНОМАЛЬНЫЙ ПРОХОД

ТИП: ПОДЗЕМЕЛЬЕ ДЛЯ ОДНОГО ПЕРСОНАЖА (ПОДРОБНОСТИ НЕИЗВЕСТНЫ)

УРОВЕНЬ ЛЕТАЛЬНОСТИ: 100%

ЖЕРТВЫ: 6 ОДНОЗВЕЗДНЫХ АРХИЛЮДЕЙ; 2 ТРЕХЗВЕЗДНЫХ АРХИЛЮДЕЙ.

Брови Фредди взлетели вверх.

Подземелья-экземпляры были редки. У них были ограничения на количество входов, и обычно у них был максимальный лимит на количество людей, которые могли присоединиться одновременно. В этот мог войти только один человек за раз.

Характерной чертой подземелий-инстансов было то, что вход в них был невероятным риском. Из того, что он мог видеть, этот не был на самом деле «запечатан»; он был просто отгорожен металлическим барьером, который уже ржавел. Из подземелий-инстансов ничего никогда не покидало, так что не было причин полностью их запечатывать.

Основная проблема с подземельями-инстансами заключалась в том, что было невероятно сложно сказать, что находится внутри них. Самый надежный способ проверить — отправить туда кого-нибудь и надеяться, что он выживет, выйдет и поделится тем, что нашел.

На этот раз его отважно бросили два отдельных трехзвездочных. И оба погибли в процессе. Это было довольно шокирующе. Естественно, среди могущественных было много тех, кто был готов рискнуть ради возможной награды, но трехзвездочные были вершиной в Северном поясе. Он не мог не задаться вопросом, были ли эти люди насильно отправлены после того, как их победили и захватили враги.

Фредди подпер подбородок, напевая. Хотя это было интересно, он не собирался рисковать и заходить внутрь. «К черту это дерьмо», — пробормотал он, готовясь повернуться. Затем он заметил нечто странное. «Кровопролитие?»

Скелета нигде не было.

----------

Век одиночества

Сердце Фредди чуть не остановилось в полсекунды Кровопролития, казалось, не было. Но потом он что-то вспомнил.

В следующий момент он появился в Незере, используя свое тело как щит от всего, что могло попытаться напасть на него.

Там он обнаружил Кровопролития, уставившегося на металлический барьер, за которым был забаррикадирован проход.

«Иисус Христос всемогущий, Кровопролитие!» — закричал Фредди. «Ты меня до чертиков напугал! Не исчезай так!»

Кровопролитие повернуло к нему свой череп, удивленное его внезапной вспышкой. «Извините, Мастер. Мне просто было любопытно кое-что увидеть». Затем скелет снова исчез, вернувшись в реальность.

Маленькая проекция Фредди-жнеца вздохнула, когда он коснулся своего тела, чтобы снова вернуться в физическую реальность. Там его приветствовал оглушительный звук металла, сгибаемого из формы, заставивший его отскочить назад в страхе.

Он заметил, как Кровопролитие тянет металлический барьер, открывая его, и за ним открывается черная как смоль пустота, которая была входом в подземелье.

«Кровопролитие, ты... Что ты делаешь?»

Скелет наконец убрал барьер и остановился, уставившись в черный портал. Размер входа в подземелье был довольно значительным, размером с большую двойную дверь. Подобно зияющей пасти пустоты, он маячил перед ними.

Фредди с трудом сглотнул от устрашающего зрелища. «Кровопролитие, ты ведь не собираешься идти, да?»

«Нет, мне просто нужно было убрать барьер, чтобы кое-что проверить». И с этими словами дух снова исчез в Незере.

«Что, черт возьми, он делает?..» — размышлял Фредди, следуя за ним.

Там его встретило довольно завораживающее зрелище. Проходы в Незере не сильно отличались от реальности. Но это подземелье было исключением. В реальности оно выглядело как черная пустота тьмы, а в Незере оно выглядело как вход в мир бесконечных меняющихся рун и мистических символов — это было зрелище, от которого у него перехватило дыхание.

Это было то, о чем он никогда не слышал. Все ли подземелья-инстансы одинаковы? Если да, то что это за странные символы?

Кровопролитие пристально смотрело на них, и оно даже шагнуло вперед, чтобы засунуть руку в суп из символов, напугав Фредди. Но ничего плохого не произошло. Оно простояло так несколько минут. Затем оно вытащило руку и снова посмотрело на Фредди. «Хозяин, я подтвердил, что это подземелье не будет представлять для меня никакой опасности». Оно слегка приподняло голову. «Если хочешь, я могу войти внутрь и рассказать тебе о том, что я найду».

Фредди был ошеломлен этим предложением. «Это не будет представлять для тебя опасности? Откуда ты знаешь?»

«Я просто знаю. Я не чувствую никакой угрозы от концептуальной композиции подземелья».

«Разве ты не можешь сказать, что внутри, по этим... рунам?»

Кровопролитие покачало головой. «Боюсь, у меня недостаточно сил, чтобы расшифровать его содержание».

«Понятно…» Фредди задумался на секунду. Кровопролитие не могло лгать о вещах. Если оно было определенным, можно было спокойно верить его словам. Но он все еще был встревожен. «Сколько времени это займет?»

«Примерно час», — говорилось в сообщении.

Фредди напевал и думал об этом. Честно говоря, хотя он и сказал, что это безопасно, он не был уверен, знал ли он это на самом деле без тени сомнения. Он был напуган. Это был не просто одноразовый питомец, это был Кровопролитие! Если бы с ним что-то случилось, он был бы убит горем.

Но он был уверен, что будет в безопасности. И, честно говоря, знание содержимого подземелья могло бы принести ему большую пользу. Такие вещи были редки, и они всегда приносили какую-то особую выгоду.

В некоторые подземелья можно было попасть только один раз. В некоторые, например, в Йоркскую башню, можно было попасть несколько раз, но войти снова можно было только тогда, когда участник поднимался на одну звезду. А в других просто был период восстановления, который длился от нескольких дней до нескольких лет.

Если бы в него можно было войти несколько раз, он мог бы просто найти дойную корову, которую он мог бы подоить с фантастической прибылью. Конечно, это могло быть слишком опасно для него, чтобы войти. В конце концов, это уже убило двух трехзвездочных. Но никто не мог знать, почему эти люди умерли. Это могло быть потому, что они не были должным образом подготовлены, или просто как несчастный случай.

«Ладно», — наконец сказал Фредди. «Но будьте осторожны! Не рискуй вообще, даже если это нужно для того, чтобы найти дополнительную информацию!»

Что бы ни могло предложить это подземелье, риск потерять Кровопролитие никогда не оправдает себя.

Он кивнул головой и покинул Незер. Затем он медленно пошел вперед, погрузившись во тьму портала и исчезнув из виду.

Фредди медленно выдохнул, чувствуя, как участился его пульс.

Следующий час ожидания был нервным. Он следил за временем с точностью до секунды, и когда время перевалило за час, он чуть не раздавил часы. «Блядь!» — закричал он, вставая и неутомимо шагая.

Время продолжало тикать. Постепенно его тревога нарастала. Он ничего не мог сделать, кроме как ждать. В конце концов, глубокий страх охватил его сердце. Может ли быть, что Кровопролитие умерло там? Прошел уже час и пятнадцать минут. Если это не выйдет скоро, разве это не значит, что...

Его размышления были прерваны, когда из пустоты вышел маленький скелет.

«О, ты жив!» — радостно воскликнул Фредди, подходя, чтобы обнять скелет.

«Хозяин, я обнаружил нечто необычное», — внезапно сказал он.

«Хмм?» — промычал он, вырываясь из объятий, выражение его лица стало серьезным. «Что там?»

«Ничего.»

«Хм?»

«Это небольшое пространство, примерно в десять раз больше высоты Мастера в длину и ширину. Кроме воздуха, внутри подземелья нет ничего. Даже Незер полностью лишен эфира».

Фредди замер на месте. Так... это было просто пустое пространство в форме комнаты? «Я не понимаю...» — прошептал он. «Так ты просто провел час в пустой комнате?»

«Нет, Хозяин», — отрицал он. «Не час». Прежде чем Фредди успел спросить, он уточнил. «Время, которое я провел внутри, равняется примерно ста годам».

«Что?» — выпалил он безмолвно.

Это было невозможно.

Подземелья со свойствами замедления времени были не так уж редки. Черт, даже Башня Йорка замедляла время для людей, которые входили. Но замедление времени редко было больше, чем в десять раз больше, чем то, что происходило снаружи.

100 лет за один час — это… ошеломляюще. Это просто не имело смысла.

«С тобой все в порядке?» — быстро спросил он.

«Почему бы и нет?»

«Ну... ты же просто провел там сто лет! Это... что-то с тобой сделало?»

«Почему бы и нет?» — спросил он. «Я просто ждал, пока это пройдет».

«Черт», — подумал Фредди, чувствуя себя весьма впечатленным.

Кровопролитие пожало плечами. «Эфирные конструкции, вроде меня, не подвержены влиянию времени. Сто лет или миллион — неважно».

«Круто... Пока с тобой все в порядке». Однако волнение Фредди по поводу возможности войти быстро угасло. «Так что это, по сути, смертельная ловушка».

Логично, что там погибли две трехзвездочные. Черт, если бы сама императрица пошла туда, она бы умерла, и, скорее всего, в течение нескольких дней.

Кто бы ни отправился туда, ему придется взять с собой запас еды на сто лет, навыки управления водой (или, по крайней мере, способ переработки потерянной воды), массу лекарств на случай, если что-то пойдет не так, способ сохранить воздух свежим, способ не дать жаре убить его и способ сохранить рассудок.

Что касается еды, даже если кто-то будет потреблять 2000 калорий в день, что должно быть достаточно для выживания, ему все равно придется брать с собой еду, которая может храниться сто лет. Фредди мог придумать только что-то вроде чистого, рафинированного сахара, и даже он, скорее всего, испортится. А при 2000 калориях это будет более 20 тонн сахара!

Вещи нельзя было брать в подземелья, если только человек, который входил, не мог их нести сам. Так что если только кто-то не принес огромную коробку колец для хранения, полную сахара, пронести столько было бы очень сложно. Но даже в этом случае, как насчет других питательных веществ?

Была возможность привезти столетние пищевые пилюли, которые, как известно, сохранялись практически бесконечно, хотя они и теряли качество со временем, но не настолько, чтобы стать несъедобными через столетие. Но такие пилюли были невероятно дорогими, стоили до 1000 долларов за штуку!

Вода была бы относительно легкой для Фредди, но воздух был бы проблемой. Многочисленные сокровища могли бы использоваться для поддержания свежести воздуха, но они полагались на окружающий эфир, чтобы питать себя. Согласно Кровопролитию, окружающего эфира там не было. Таким образом, ему пришлось бы либо принести пропитанный ценекитом очиститель воздуха, который был бы настолько нелепым предметом, что, вероятно, его даже не существовало, либо им пришлось бы принести столетние эфирные камни сродства к воздуху, чтобы заправить очиститель воздуха, что стоило бы чертову кучу денег.

Затем, были лекарства. Это было бы проблемой даже для Фредди. Даже с искрой нежити, ему все равно нужно было кормить его чем-то, чтобы поддерживать его жизнеспособность. Питательные таблетки сработали бы, но это, вероятно, удвоило бы, если не утроило бы количество, которое он должен был принести.

Затем возникла проблема с теплом.

Если там ничего не было, это означало, что теплу, излучаемому телом человека, некуда было деваться. Оно просто отскакивало бы от небытия и возвращалось бы обратно к отправителю, делая невозможным для его тела остыть достаточно быстро, чтобы выжить долгое время. Даже если бы они выпустили его в воздух, оно постепенно накапливалось бы, пока тепло не стало бы смертельным. Таким образом, ему пришлось бы также принести какой-то охладитель и тонну топлива, чтобы поддерживать его работу.

И, наконец, изоляция. Провести сто лет в комнате в полном одиночестве свело бы с ума кого угодно.

Но гипотетически, предположим, что ему удалось компенсировать все эти проблемы и принести огромное количество ресурсов, необходимых для поддержания себя в течение такого долгого времени. Что бы он вообще сделал?

Максимум, чего он мог там достичь, это довести все свои способности до завершения стадии два. Духи не могли быть заключены в клетку, поэтому он мог только принести заключенные в клетку следы и реликты, чтобы улучшить свои способности.

Хотя это, без сомнения, все еще займет у него много времени, он, вероятно, мог бы закончить это менее чем за два десятилетия, если бы продолжал заниматься этим, не отвлекаясь. Что бы он делал с оставшимся временем? Развивал бы кучу нишевых способностей просто так, ради интереса? Может, ему стоит принести столетний запас материалов для чтения?

Или, может быть, ему просто следует взять с собой в десять раз больше пищевых таблеток и заниматься спортом все оставшееся время!

Да, конечно.

Чистая стоимость всего, что ему понадобится для этого, была непостижима. Даже тогда ему придется взять с собой непредвиденные обстоятельства на всякий случай, если что-то не сработает; умереть в такой ситуации не так уж и сложно.

И даже тогда, как он будет управлять своим рассудком? Высококачественное исцеление могло бы помочь предотвратить полный крах его мозга, но человеческий разум не настолько прост, чтобы такая тактика была безупречной.

Вздохнув, он покачал головой. «Вернись в мою душу, Кровопролитие».

Дух повиновался.

Фредди небрежно поставил барьер обратно на проход. Затем он повернулся. Однако он не мог заставить себя идти вперед. Его пульс участился, и он почувствовал, как во рту пересохло.

Сто гребаных лет.

Это было долгое время.

Даже если бы он мог «просто» довести свои способности до пика стадии 2, это позволило бы ему немедленно улучшить их до стадии 3, как только он выйдет. Двухзвездный со всеми своими способностями на стадии 3 был ужасающим существом. И черт возьми, если бы он довел свои способности до этого, он, вероятно, получил бы право достичь третьей звезды.

То есть, если бы он мог каким-то образом собрать все необходимое...

Всего за час и пятнадцать минут…

Он мог стать совершенно непобедимым в пределах Северного пояса.

Он усмехнулся и покачал головой. О чем он думал? Такая вещь будет стоить абсурдную сумму денег. А если он сойдет с ума? Какой смысл во всей этой власти, если он сойдет с ума, пытаясь ее заработать?

Он пошел обратно. Но шаги его были тяжелы. Сердце колотилось в груди.

Его мысли блуждали, пока он шел обратно. Ему нравился Лукас. Ему нравилась София. Ему даже нравился Марк.

Но если он чему-то и научился, заводя друзей, так это тому, что никто не обходится без каких-то проблем. У людей были проблемы — быть другом, нет, даже просто знакомым — означало разделять эти проблемы в какой-то степени.

Но он не хотел прекращать заводить друзей. Он устал быть все время один и одиноким. Такая жизнь не стоила того, чтобы жить.

Мысль о том, чтобы заранее избавиться от всего этого одиночества — столетия уединения — и только потом обрести силу защищать тех, кто ему дорог, и никогда не беспокоиться о врагах, которые могли бы навязаться его друзьям... Эта мысль была слишком заманчивой, чтобы ее отрицать.

Но праздные фантазии редко шли в ногу с реальностью. А реальность была в том, что этот план был просто слишком нереалистичен.

Он вернулся обратно в пещеры, медленно пробираясь сквозь серую дымку, пока не достиг поверхности. Что касается монстров, он подобрал несколько более крупных экземпляров, которые пострадали меньше всего. Вернувшись на рынок, окружавший проход, он направился к первой лавке, где торговали травами, и предложил свои товары.

Эти мерзавцы попытались обмануть его, явно приуменьшая качество его товара даже после его проверки. В ответ он выдвинул тонко завуалированную угрозу, что повесит продавцов за яйца, если они не предложат ему справедливую цену, приправленную толикой той пиковой двухзвездочной ауры, с которой никто не осмеливался играть.

Именно эта работа принесла ему приличную прибыль — более 30 000 долларов. Травы, которые он собирал, были довольно высокого качества, а в сочетании с его опытом сбора ценных материалов, стоимость была примерно такой высокой, какой она могла быть для таких товаров.

Что касается монстров, то прибыль была совершенно ничтожной. Он получил 170 долларов. Он серьезно думал, что продавец пытается его обмануть, но на самом деле оказалось, что эти вещи на самом деле не стоили многого.

Проблема таких мест, как Хаб Санторио, заключалась в том, что все монстры, на которых там охотились, были тщательно изучены, и практически каждая часть их тела использовалась для той или иной цели. С такими открытыми проходами даже довольно ценные монстры могли продаваться за гроши только потому, что никто не знал, что с ними делать. Без спроса предложение было бесполезным.

Их хранение не было целесообразным вариантом — даже несмотря на то, что можно было приостановить гниение и разложение, содержание складских помещений, которые могли бы выполнять такие функции, обходилось в немалые деньги.

Таким образом, 170 долларов — это все, чего стоили эти мерзкие монстры. Ему придется больше исследовать монстров, которые пользовались большим спросом, и охотиться на них за деньги. Но на данный момент добыча трав, похоже, была достойным способом увеличить свой доход.

Прежде чем он это осознал, он поймал себя на мысли, что подсчитывает, сколько времени ему понадобится, чтобы заработать денег, чтобы покрыть стоимость входа в это подземелье. Даже если бы он оптимизировал свои доходы и минимизировал свои расходы, это, несомненно, заняло бы у него годы работы.

Пока он шел домой, в его голове все время мелькал образ. Он все время думал о мертвом теле Джейсона. А точнее — о кольце, которое он оставил на пальце мужчины. Он задавался вопросом, сколько ресурсов он бы собрал, если бы взял это кольцо.

И он задался вопросом, сколько таких колец ему придется собрать, чтобы выполнить свою норму.

----------

Упрямый герой

После возвращения Фредди встретила сцена, которая заставила его задуматься.

Хелен и Лукас сидели на диване; похоже, они пребывали в странном настроении.

В глазах Лукаса Фредди заметил нотки ликования, а вот Элен выглядела... растерянной. Возможно, обеспокоенной.

Прежде чем он успел спросить, он заметил газету, лежащую на журнальном столике перед ними. Заголовок сразу же снял все вопросы, возникшие у Фредди.

НАСЛЕДНИК «ГЕМ И ФАЛЛЕР» НАЙДЕН МЕРТВЫМ!

Хотя он находился довольно далеко, его восприятие было более чем достаточным, чтобы прочитать содержание статьи. Причиной смерти Джейсона называлось нападение дикого духа, а также сенсационное предположение, что за кулисами действуют «таинственные силы» и что нападение может быть не таким уж случайным, как кажется.

К сожалению, Фредди не мог сказать, действительно ли расследование нарыло что-то, что вызвало недоумение, или же газеты просто несли полную чушь.

Во всяком случае, странное настроение в комнате теперь имело смысл. Он не знал, какие именно отношения связывали Хеллен с этим ублюдком, но, похоже, они были не такими односторонними, как он предполагал. Он покачал головой и вздохнул, жалея женщину.

Лукас заметил, как он вошел в гостиную, и потрепал мать по плечу. Она обернулась и подняла хромую руку в знак приветствия. «О... Здравствуйте, мистер Клифф...»

«Привет», - поприветствовал его Лукас.

Фредди ничего не говорил об убийстве Джейсона, и, видя, что ситуация осложняется, он решил сохранить это в тайне. Сделав смущенное выражение лица, он подошел и осторожно спросил: «Что-то случилось?»

«Ничего», - ответил Лукас. «Просто...» - он взглянул на мать, а затем тихо пробормотал: «Я расскажу тебе позже».

Фредди кивнул. «Ну... Что вы, ребята, хотите на ужин?»

«Я хочу пиццу!» сразу же заявил Лукас.

«Меня устроит что угодно...», - добавила женщина.

«Конечно. Я сейчас же пойду и сделаю заказ».

Он подошел к кристальному планшету в углу гостиной. Он прочитал достаточно газет, чтобы знать контакты всех служб доставки в Репентаве. Записав заказ и отправив его, он повернулся. «Если вам что-нибудь понадобится, я буду у себя в комнате».

«Конечно», - кивнул Лукас.

Фредди вернулся в свою комнату и достал блокнот.

Становилось все более очевидным, что ему предстоит много работы. Поэтому он должен был записать свои приоритеты и следить за всем, что ему нужно сделать.

Но сначала, впервые за долгое время, он решил записать свои успехи.

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение сущности

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродства крови:

Бассейн Крови: Стадия 1 — 99% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 1 — 49% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Тысяча Мокрых Адов: Стадия 1 — 47% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 1 — 91% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 1 — 84% прогресса

Кровавое Копье: Незаконченная эфирная оболочка

Ускоренный Кровавый Снаряд: Незаконченная эфирная оболочка

Сродство воды:

Струящийся Удар: Стадия 1 — 92% прогресса

Гидравлическое Напряжение: стадия 1 — 79% прогресса

Создание Воды: Стадия 1 — 53% прогресса

Очищение: стадия 0 — 99% прогресса (готово к переходу)

Струя Давления: Незаконченная эфирная оболочка

Гидравлический Бросок: Незаконченная эфирная оболочка

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 8% прогресса

Духи Утопленников: стадия 0 — 8% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -6% стоимости сущности, +5% силы для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают небольшое кровотечение.

Бассейн Крови был почти готов к обновлению - более того, он был так близок к этому, что, когда он использовал его в течение нескольких минут, этого было достаточно, чтобы сделать его готовым к переходу.

Хотя это было приятным сюрпризом, честно говоря, он был серьезно разочарован общими достижениями. Он был так занят побегом, что уже несколько месяцев не добивался серьезных успехов.

Очищение было готово к обновлению уже целую вечность, но она требовалась ему не так уж часто, и даже на 0-й ступени справлялась со своей задачей достаточно хорошо. И все же он обновил бы ее, если бы ему попался остаток Чистоты. А вот оставлять способности без обновления его беспокоило.

За все время, проведенное в переездах с места на место, он использовал Тысячу Мокрых Адов, но все, чего он добился, - это несколько процентов прогресса. Этой способностью было просто безумно трудно овладеть.

В остальных случаях он чаще использовал Гидравлическое Напряжение, и с ним был заметен значительный прогресс, особенно во время похода в горы.

Но на этом все и закончилось.

Из всего, что ему нужно было сделать, комбинация с метанием копья была самым актуальным, насколько он мог судить. Это была очевидная слабость, которую он хотел устранить до того, как снова попадет в беду. В зависимости от того, с кем он столкнется, наличие дистанционной атаки в виде реальных, готовых к применению способностей могло стать разницей между жизнью и смертью.

При этом ему нужно было выполнить несколько строгих требований. Он уже мог кристаллизовать оболочки, но результат был бы неудовлетворительным.

Руны, из которых состояли эфирные оболочки, были не просто случайной чепухой. Они обозначали важнейшие микропонятия, связанные со способностью, и, прочитав эти руны до кристаллизации оболочки, можно было судить о качестве готового продукта.

Для Ускорения Кровавого Снаряда требовались руны концепций "равномерного распределения" и "мгновенность". По сути, ускорение должно было равномерно распределяться по всему метаемому объекту, иначе траектория не будет стабильной. И ускорение должно было быть мгновенным.

Для Кровавого копья требовались концепции «аэродинамики», «резкости», «прочности», «сбалансированности» и «быстрого формирования».

И, наконец, Гидравлический Бросок нуждался в руне «точное направление».

По сравнению с пятью рунами Кровавого копья, две и одна руна двух других казались не такими уж плохими. Действительно, для Ускоренного Кровавого Снаряда не составило бы особого труда создать идеальную оболочку.

А вот «точное направление» - это уже совсем другая история.

Практически все внешние способности имели концепцию направления. Концепции направления были следующими: «ненаправленное», «общее направление», «конкретное направление» и «точное направление».

Хотя «конкретное» и «точное» казались почти одним и тем же, по сложности их получения они различались. «Конкретное направление» было более целенаправленным, но все равно не точным.

«Точное направление» было абсолютно точным. Способность попадала точно в цель. Это, конечно, не означает, что он не промахнется: пользователь мог плохо целиться, а цели могли уйти с пути. Но точность имела значение. Без «точного направления» мысли о том, чтобы по-настоящему освоить метание предметов, оставались несбыточными, поскольку, как бы хорошо он ни владел способностью, она сама по себе портила прицеливание.

Вздохнув, он достал второй блокнот и начал записывать некоторые заметки, в основном для того, чтобы упорядочить свои мысли обо всем остальном, что требовалось сделать.

Вскоре принесли еду, и все трое молча поели.

Пицца была фантастической.

На следующее утро Фредди встал, потянулся, выпил утренний кофе, позавтракал и отправился на очередной день погружения. Он решил сосредоточиться исключительно на разработке своего метательного комбо, пока не закончит с этим.

Первым делом он нашел остаток Хранения, чтобы обновить Бассейн крови до Озера крови. Теперь его запасы крови будут быстро увеличиваться при использовании новой техники закалки. Во время поисков он также случайно нашел остаток Чистоты, и теперь его Очищение достигло первой стадии.

Теперь настало время потренироваться в метании. Стационарные мишени были не самым лучшим выбором, потому что лучше было бы зарабатывать деньги и тренироваться одновременно. Хотя бегать и метать копья в монстров - это, конечно, хорошо, но у него была идея получше.

Он знал одно место, где было много мишеней для тренировок.

Мысленно он вспомнил карту прохода и направился в нужную сторону.

Он направлялся в подземелье Крепости.

По улицам Репентавы шёл неприметный мужчина. Его кожа была прозрачной, а осанка - твердой, но лицо - обычным, а аура - несуществующей. Благодаря своему облику и обычной манере поведения он вполне вписывался в общую массу, проходя мимо многочисленных людей, снующих по улицам по пути к своей последней цели на сегодня.

Как четырехзвездный архичеловек, он был практически незаметен. Даже другой четырехзвездный не смог бы почувствовать его, если бы не обладал мощным талантом восприятия. Возможно, если бы он шел рядом с другим четырехзвездным, они бы его заметили, но на расстоянии это было бы сложновато.

В Северном поясе любого человека, достигшего пика третьей звезды, немедленно вербовали и отправляли обратно в империю.

Конечно, не каждый согласился бы уйти так просто, особенно если он находился на самом пике власти в регионе. Роскошь и статус, которыми обладали трехзвездочные, были многочисленны, и расстаться с ними, чтобы стать просто еще одним трехзвездочным в империи, было непросто.

Поэтому порой людям требовалось немного... «поощрения».

Как Имперский Судья, он должен был следить за трехзвездными жителями Северного пояса и отправлять их обратно, как только они переступали порог в 299%.

Для этого небольшого города у него было очень мало целей, за которыми нужно было пристально следить. Подавляющее большинство из них не приближались к пику и, скорее всего, не достигнут его в течение всей своей жизни. Чем дальше продвигался человек, тем на больший риск он шел, чтобы продолжать двигаться вперед. На пути к вершине несчетное количество людей срывались и застревали.

Кто-то упирался в твердую стену из-за отсутствия таланта. Кому-то не хватало ресурсов для роста. Кто-то получил изнурительную душевную травму и не мог больше накапливать скрытую ауру. А некоторые просто боялись подвергать себя опасности, особенно если у них под рукой уже есть все, что только можно пожелать.

Но было и меньшинство тех, кто, казалось, был просто обречен на большее. Люди, которые переставали двигаться вперед только тогда, когда умирали на каком-то этапе пути. Это были смельчаки и нарушители спокойствия, авантюристы и звезды, легенды среди живых - и среди них были даже те, кто, несмотря на желание остаться на месте, просто не мог остановить себя в достижении больших высот.

С довольной улыбкой он направился на встречу именно с таким человеком.

Он вошел в старое здание и поднялся на последний этаж.

Там он постучал в дверь пентхауса.

Через несколько мгновений оттуда вышел мужчина в белой рубашке. Он был высоким и мускулистым, с татуировками и шрамами, разбросанными по всему телу; у него была густая козлиная бородка и бритая голова. Мужчина выглядел недовольным, увидев судью, но, подавленно вздохнув, ввел его внутрь.

Вдвоем они расположились в роскошной гостиной.

Татуированный мужчина не проявил ни гостеприимства, ни признаков того, что он рад видеть адъютанта. Он просто нахмурился и спросил: «Что тебе нужно?».

«Тор, перестань, это, наверное, уже десятая наша встреча?»

«Одиннадцатая».

«Да, одиннадцатая, так не убьешь ли ты меня, проявив гостеприимство?»

Тор насмешливо хмыкнул, достал из своего кольца для хранения бокал, плюнул в него и протянул вперед. «Вот, выпей».

Он взглянул на него и вздохнул. «Очаровательно».

«Я спросил, что ты здесь делаешь».

«Ты прекрасно знаешь, что я здесь делаю», - сказал адъютант с довольной улыбкой. Его глаза прищурились, и он заглянул в душу Тора, где увидел две твердые звезды и одну, близкую к завершению, сидящую ровно на 298% прогресса всего в шаге от 299%.

Тор щелкнул языком. «Только не говори, что ты уже здесь, чтобы забрать меня?»

«К сожалению, это нарушит мою Клятву Судьи. Но, похоже, мне в любом случае не придется долго ждать».

Между ними воцарилась тишина.

Тор наклонился вперед и пристально посмотрел мужчине в глаза. «Ты уверен, что мы не сможем заключить сделку?

«Будь осторожен с тем, что ты предлагаешь».

«Я не собираюсь подкупать тебя, придурок. Ты знаешь, каково мое предложение».

«Я передал его в суд», - солгал он. «Предложение назначить тебя стражем Северного пояса было отклонено».

Кулаки Тора сжались. «Ты лжешь».

«Я искренен. Ты уже должен знать, что империя не заинтересована в улучшении качества жизни в Северном поясе. Я уже много раз объяснял тебе то же самое, но ты никак не можешь расстаться с этой идеей».

«Неужели я действительно ничего не могу сделать?»

«Конечно, ты можешь - достигнуть пятой звезды и стать Повелителем. Уверен, тогда сама императрица захочет тебя выслушать».

Тор наполовину усмехнулся, а наполовину рассмеялся. «Очень смешно».

«Я серьезно». Он перекинул одну ногу через другую. «С твоим талантом у тебя есть все шансы попасть туда еще через столетие или около того».

Тор усмехнулся этому предположению. «То есть ты предлагаешь мне бросить свой народ на сто лет ради «шанса» что-то изменить?»

«Послушай». Судья вздохнул. «Моя задача - сделать твой переход в империю настолько гладким, насколько ты готов к этому. Ты также можешь упрямиться и умереть собачьей смертью. Это ведь не спасет твой народ ни от чего, не так ли?»

Выражение лица Тора потемнело.

Судья не смог сдержать усмешки. «Знаешь, ты всегда можешь сделать одну вещь». Он поднял руку и достал пузырек.

Затем он медленно поставил его на стол перед Тором. «Это особый вид яда души. Если ты выпьешь его, твоя звезда изменится примерно на пять-пятнадцать процентов, и ты останешься с душевной раной, которая не позволит тебе заниматься сбоором». Его улыбка расширилась. «И что ты скажешь? Ты навсегда застрянешь на третьей звезде, но тебя никогда не заставят покинуть эту дыру. Звучит как прекрасная идея, не так ли?»

Тор уставился на яд. Его челюсть сжалась, а пальцы сжались так сильно, что костяшки побелели.

Судья мрачно рассмеялся. «Ну же, в чем проблема? Ты боишься?» Он усмехнулся и снова захихикал. «Здесь так много идеологов вроде тебя. Самопровозглашенные герои и верные слуги менее удачливых. Но стоит попросить их принести одну жертву, - он поднял указательный палец, - всего одну... и они вдруг перестают чувствовать себя героями».

«Так что давай, проверь себя. Хватит ли у тебя смелости отстаивать свои идеалы... или ты просто очередной трус, который...» Его слова оборвались, когда Тор быстро зачерпнул пузырек и выпил все содержимое.

Глаза судьи широко раскрылись.

Тор мгновенно вспотел. Он выронил пузырек, и тот упал на ковер, издав легкий звук. Он усмехнулся в ответ и заставил себя сесть прямо. «Я не какой-то полунищий ублюдок, который не держится за свои слова. Если это единственный выбор, который у меня есть, я приму его».

Лицо судьи стало уродливым, и по его чертам расползлось задумчивое чувство неудовлетворенности. Его губы нахмурились, и он медленно встал, поправляя воротник рубашки. «Ну что ж. Похоже, ты настоящий идиот. По правде говоря, этот яд стоил довольно дорого, но с моей стороны было бы некрасиво требовать возмещения». Он принужденно улыбнулся. «Считай это прощальным подарком. Сомневаюсь, что когда-нибудь увижу тебя снова».

«И, кстати, яд, который ты только что выпил, - действительно коварная субстанция. Лекарство от него тебе не по карману. Поцелуй на прощание богатство и славу четвертой звезды. Навсегда».

С этими словами судья ушел, хлопнув дверью на прощание.

Тор сидел и смотрел вслед уходящему ублюдку. Как только двери захлопнулись, он отбросил свою невозмутимую позу и запаниковал. «О, блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, блядь, больно, блядь, обезьяньи сиськи, святое шмяканье!» Он торопливо медитировал, хватаясь за каждый фрагмент, который мог нащупать, чтобы попытаться вымыть яд. Мало того, что это было ужасно больно, так еще и звезда его истощалась - он хотел сохранить как можно больше силы.

После мучительных пятнадцати минут он, наконец, смыл последние капли. К счастью, яд оставил лишь твердый шрам, а не постоянную утечку. Если бы он продолжал терять эфир, ему пришлось бы очень несладко.

«Боже, зачем я это сделал!» - закричал он, зарывшись головой в руки и застонав. Он схватил лежащую рядом подушку и закричал в нее, как девочка-подросток, которая только что узнала, что ее любимый улыбнулся ее главному врагу.

Он отбросил подушку, его одежда выглядела растрепанной. Затем он рассмеялся. «Я действительно тупой ублюдок...»

Его звезда остановилась на отметке 291 %. Он чувствовал себя значительно слабее.

Он не мог удержаться от слез. Честно говоря, ему было чертовски горько. Находясь всего лишь на третьей звезде, он изо всех сил старался добиться реальных результатов. Он прошел долгий путь от бездомного ребенка, которым был десятки лет назад, но... чтобы изменить это место к лучшему, нужна была по-настоящему тяжелая рука.

Это была неизмеримая потеря. На какой-то миг он даже подумал, что следовало бы воспользоваться шансом достичь пятой звезды, но... это была несбыточная мечта.

Двадцать минут спустя в дверь снова позвонили, и на этот раз дверь открыл тот, кого он ждал.

«Эй, ты в порядке?» Высокий, крепкий мужчина с длинными золотистыми волосами спросил удивительно высоким и мягким голосом. У него была козлиная бородка, как у Тора, а глаза были яркого голубого оттенка, как мелководье океана в яркий солнечный день. На нем была джинсовая куртка с рваными рукавами, а под ней - обтягивающая черная рубашка.

«Нет... Я не в порядке, Трэвис», - сказал он своему другу. Затем он объяснил, что только что произошло.

Его лучший друг крепко обнял его и утешил. «Ну вот, ну вот... У нас еще не все потеряно!» Он отстранился. «Ты всегда старался все делать сам... Почему ты должен быть таким? Позволь нам больше помогать. Мы привлечем больше людей!»

«Нет...» всхлипнул Тор. «Этого никогда не будет достаточно. В этой дыре почти невозможно найти надежных людей». Он рассмеялся между слезами, вытирая лицо рукавом. «И даже когда мы находим, они, черт возьми, умирают».

Его друг выглядел так, будто хотел что-то сказать, но просто кивнул с печальным выражением лица. «Пойдем. Давай усадим тебя».

Было еще довольно рано, поэтому они вдвоем обедали и болтали.

Тор чувствовал себя и выглядел как человек, который только что потерял все. Его взгляд был отстраненным и холодным, полным отчаяния и душевной боли. Его настроение колебалось между безнадежностью и гневом.

В какой-то момент он ушел и лег в постель, рухнув головой в подушку и застыв в смертельной неподвижности.

«Ты собираешься быть таким весь день?» спросил его Тревис.

«Оставь меня в покое» раздался приглушенный голос Тора из-под подушки.

Трэвис вздохнул и шагнул вперед, схватив его за предплечье и потянув за собой. «Давай, вставай».

«Нет! Оставь меня в покое! Дай мне побыть несчастным!»

«Да ладно, парень, ты снова ведешь себя как маленький ребенок. Пойдем, погуляем, чтобы отвлечься».

Тор застонал. «У меня болит душа, я устал, у меня болит голова, и я не хочу идти».

«Твоя душа быстрее восстановится, если ты дашь ей легкую физическую нагрузку. Давай, не ленись».

Тор вздохнул. «Хорошо. Принеси мне мой топор, и я пойду».

«Вставай. Ты взрослый мужчина. Возьми его сам».

Он застонал, сползая с кровати, и подошел к шкафу. Распахнув его, он обнаружил целую коллекцию мощного оружия. Если он собирался выплеснуть злость, то должен был сделать это с помощью самого мощного оружия, которое у него было.

Его рука потянулась к большому красивому топору, от которого исходила могущественная аура. Это было проклятое оружие, которое усиливало силу его молниеносных способностей.

Двое мужчин надели свое снаряжение и пошли к проходу.

«Вот и Тор...!» - прошептал кто-то сбоку.

Люди переговаривались между собой и с восхищением наблюдали, как двое мужчин проходят сквозь толпу. Однако некоторые из присутствующих смотрели на них с лютой ненавистью. Были ли они лакеями местных криминальных авторитетов или невинными жертвами пропаганды, ни одного из мужчин не волновало.

Никто не посмел бы встать у них на пути.

«Куда мы пойдем?» спросил Тор. «Может, снова завалим вход в один из частных переходов?» - предложил он, широко ухмыляясь.

«Нет, парень, ты ранен», - сказал мужчина, покачав головой. «Не стоит пока создавать проблемы».

«Так что ты предлагаешь?»

«Хм...», - хмыкнул мужчина. «Как насчет того, чтобы отправиться в подземелье?»

Тор на мгновение задумался, а потом улыбнулся. «Да... Конечно... Мы давно туда не ходили».

«Может, найдем что-нибудь интересное».

----------

Подземелье Крепости

Существовало множество различных типов и подтипов подземелий.

Наиболее распространенными были обычные подземелья — это были просто промежуточные миры с некоторой формой структуры, которая, казалось, была создана разумной формой жизни. Они были более или менее такими же, как и любые другие миры. Если структура внутри была разрушена, она оставалась разрушенной навсегда.

Затем появились более экзотические типы.

Вход в Подземелье Крепости находился довольно близко к входу в местное межпространство. Фредди потребовалось всего пятнадцать минут, чтобы добраться туда.

Мир, в котором находился вход в подземелье, было практически полностью разрушено. Раньше это был лесной мир, но после того, как его несколько раз сжигали и каждый дюйм его был раскопан, чтобы посмотреть, не скрыто ли что-то под поверхностью, не осталось ни жизни, ни ценностей.

Он прошел по бесплодной земле и быстро добрался до того, что выглядело как место для пикника. Там были разбросаны столы со стульями, за которыми сидело множество людей, которые, казалось, ждали, когда откроется подземелье.

Удивительно, но там был довольно разнообразный состав исследователей. Многие были только в начале своей первой звезды, с плохим снаряжением и слабыми физическими данными, но были и те, кто был уже на полпути к своей второй звезде.

Там не было никого могущественнее Фредди.

К изумлению Фредди, очень немногие люди, казалось, нервничали. Это было совершенно не похоже на то, что можно было бы ожидать увидеть в таком месте. Они вступали в испытание жизни и смерти, но даже самые слабые из присутствующих, казалось, были расслаблены — нет, даже возбуждены.

Но он предположил, что это имело смысл. Сложность Подземелья Крепости со временем возрастала. Любой, кто не достиг определенного уровня, мог сражаться на ранних этапах, а затем прятаться в крепости. Подземелье было очень хорошо исследовано. Пока в него входило достаточно людей, вероятность того, что кто-то умрет, была довольно низкой.

Когда он приблизился, многие из ожидающих заметили его — и он даже узнал некоторых из них. За одним столом сидела горстка бойцов из клана Ляпис. Они были одной из главных местных сил, семейным кланом архов, которые в первую очередь практиковали водную связь, чтобы обрести ледяную связь.

У Фредди не было конкретных доказательств того, что они были замешаны в каком-либо грязном бизнесе в городе, но у него было сильное подозрение, что именно они были теми, кто отвечал за местную торговлю наркотиками. Газеты, которые он определил как принадлежащие им, имели большое количество статей, пытающихся свалить разгромленные операции по торговле наркотиками на молодые группы.

Среди них Фредди узнал только молодую женщину в лазурных одеждах, сидевшую с закрытыми глазами.

Это была Галария Ляпис, мечница, со сбором 150% эссенции. Он видел ее упоминание только дважды, и оба раза, когда она была участницей Межфракционного Молодежного Турнира Репентавы, который проводился каждый год.

Подобные турниры были обычным явлением практически во всем мире и легко вошли в список Фредди «десять самых безумных поступков, которые совершают могущественные люди».

Нет ничего лучше, чем заставлять подростков участвовать в смертельных играх для разрешения споров между местными фракциями. Ну, если говорить рационально, это не было совсем уж абсурдно. Это был способ для фракций продемонстрировать силу своего молодого поколения и будущих лидеров, и часто использовался в качестве доверенного лица для межфракционного конфликта.

Галария выступила неплохо, но даже близко не была к победе ни в одном из двух раз. Три года назад ей исполнилось двадцать, и она больше не могла участвовать.

Ее группа заметила его и нахмурилась, когда он приблизился, выглядя несколько удивленной. Они тут же начали шептаться, вероятно, спрашивая друг друга, знает ли кто-нибудь, откуда он пришел.

Он просто фыркнул на это.

Помимо клана Ляпис, он подозревал, что некоторые люди связаны с другими фракциями, но трудно сказать — только два местных клана имели особый стиль одежды. Остальные три фракции были корпоративными образованиями и практиковали различные силы, и, возможно, одно или два сродства были более популярны, чем другие.

Эти люди также заметили его приближение.

Когда он наконец добрался до пустого стола и сел, он внимательно рассмотрел вход в подземелье.

Подземелье крепости относилось к типу подземелий, называемому «сбрасываемое подземелье». В то время как подземелья-экземпляры могли существовать в нескольких параллельных версиях друг друга, сбрасываемые подземелья существовали только в одной итерации. Единственное отличие заключалось в том, что время в подземелье сбрасывалось по истечении определенного периода. Из таких подземелий можно было вынести не так много вещей — большинство предметов внутри испарялись в небытие при выносе.

Но всегда были и небольшие исключения.

Вот такие были награды.

Помимо того, что это было подземелье с возможностью сброса, подземелье крепости относилось к двум другим подтипам. Это было «закрытое» и «тематическое» подземелье.

«Закрыто» означало, что через некоторое время проход закроется, и никто не сможет войти или выйти, пока не будет выполнено определенное требование. И «тематическим» он был потому, что в нем была структурированная задача.

Глядя на вход в это подземелье, он испытывал странное чувство.

Она была закрыта, но не каким-то магическим барьером или слоем небытия. Нет, она была закрыта решеткой, и он мог видеть двух стражников, стоящих внутри с копьями в руках, с чем-то вроде ворот и тем, что, казалось, было внутренней частью крепостной стены позади них.

Хотя он уже слышал об этом, увидев это сам, он испытал глубокое чувство неправильности. Эти стражники не были настоящими людьми. Они были конструктами созданными подземельем. Мысль об этом была ошеломляющей.

Какая сила могла создать нечто подобное? Это должно было быть создано чем-то разумным. И это что-то знало, кто такие люди, было знакомо с их историей, и оно могло создавать поддельные копии людей, которые были неотличимы от настоящих людей...

Это было неудобно и странно. Вид этого заставил его усомниться во всем, что он знал о реальности. С такими вещами, которые можно найти в межпространстве, неудивительно, что так много людей верили в существование богов и других высших сил.

Согласно расписанию, до открытия входа и допуска новой группы людей оставалось еще двадцать минут.

Он слышал, как некоторые новички гадали, достаточно ли людей, чтобы войти. Там было около сорока человек, и, быстро взглянув, Фредди пришел к выводу, что этого будет достаточно.

Примерно за пять минут до открытия подземелья Фредди заметил, что все пришли в неистовство. Люди кричали друг на друга и указывали пальцами. Более слабые исследователи выглядели возбужденными, в то время как более сильные хмурились и выглядели раздраженными.

Фредди медленно обернулся, ему было любопытно посмотреть, что происходит.

Его глаза расширились при виде двух мужчин. Оба были полностью закованы в доспехи и носили шлемы, закрывавшие их лица. Один из них был высоким и мускулистым, нес огромный меч на плече, а тот, что был немного ниже, нес проклятый топор на спине.

Высокий и крепкий мужчина был на вершине второй звезды — такой же, как и Фредди. Но именно второй мужчина привлек его внимание. Фредди не мог точно почувствовать, насколько силен этот человек из-за разницы между ними, но он ясно чувствовал подавляющую силу третьей звезды.

Трехзвездочные были редки в Репентаве, и Фредди знал большинство из них по газетам. Хотя некоторые части их оборудования выглядели новыми, он узнал знаменитый проклятый топор за милю.

Этими двумя мужчинами были Тор и Трэвис — два главных героя Вальхаллы.

Они шли вперед, не заботясь ни о чем, словно небрежно прогуливались по парку, болтая и посмеиваясь, подталкивая и подпиновая друг друга, как обычная парочка приятелей.

Взгляд Фредди стал острым при виде этих двух мужчин. Он надеялся в какой-то момент связаться с ними, но был удивлен, что ему представилась такая возможность так быстро. Но прежде чем он даст им знать о себе, он хотел узнать, что они собираются делать.

Действительно ли они были такими злодеями, какими их выставляли газеты? Или их просто оклеветали за то, что они выступали против существующих сил?

Он внимательно наблюдал за ними и...

Внезапно он почувствовал, как трехзвездная аура замкнулась прямо на нем. Это было похоже на пронзительный лазерный луч, направленный прямо ему в спину. Он подсознательно выпрямился, когда всплыли воспоминания о столкновении со всей яростью женщины с хвостом скорпиона. По какой-то причине Тор смотрел прямо на него, и мужчина делал все возможное, чтобы дать знать о своем присутствии.

Фредди сглотнул. Неужели этот человек принял его за кого-то другого? Ауры двух мужчин постепенно сближались, пока они не оказались прямо над ним, глядя на него сверху вниз, словно боги смерти.

Кулаки Фредди чесались, когда он готовился использовать Кровавые Кастеты и мысленно подключился к эфирной оболочке Ярости Левиафана. Если эти двое были враждебны, ему пришлось бы...

«Привет, приятель», — поприветствовал Тор. «Не против, если мы сядем вот здесь?»

Не оборачиваясь, Фредди кивнул. «Конечно. Я не против».

Двое мужчин сели напротив него и медленно сняли шлемы.

На изломанном, татуированном лице Тора отразилось удивление, когда он пристально посмотрел в забрало шлема Фредди. Мужчина медленно положил свой шлем на стол и оперся на локти. «Ты новичок, да? Когда ты сюда переехал?» Прежде чем Фредди успел хоть как-то проявить удивление, Тор усмехнулся. «Я знаю всех важных персон в этой дыре. А ты — тот, кого я не знаю».

«Я здесь всего несколько недель», — сказал Фредди.

Он хотел сказать что-то еще, но его горло было словно запечатано. Что он мог вообще сказать? Он уже знал, кто они, поэтому не хотел быть неискренним и просить их представиться. Кроме этого, он не был настоящим королем светских разговоров. И то, что он действительно хотел узнать, он определенно не мог спросить прямо с самого начала.

К счастью, интерес двух мужчин к нему, похоже, был глубже, чем просто желание пустых мест за его столом. Глаза Тора сверкнули, а выражение лица стало серьезным. «Вы здесь по сделке с кем-то?»

Фредди нахмурился. «Нет... Я пришел сюда сам».

«Эй, это здорово!» — подбадривал Тревис высоким голосом. «Не хочешь присоединиться к нам?»

Он замер. Его мысли метались, а сердце забилось быстрее.

Ну, это было быстро.

Он надеялся попробовать присоединиться к ним, если это возможно, но это было слишком быстро. Он все еще не знал, были ли правдой какие-либо слухи, окружающие этих ребят.

«Да, это звучит как отличная идея», — сказал Тор, глядя Фредди прямо в глаза. «Что скажешь? Если хочешь знать, к чему именно ты присоединяешься, ну, мы боремся с преступностью и трахаемся с местными властями». Мужчина широко ухмыльнулся. «Или, как они любят говорить, мы занимаемся терроризмом, приятель. Как насчет этого, хочешь стать террористом?»

Трэвис усмехнулся.

Фредди услышал скрипящий звук и взглянул на вход в подземелье. Решетка, закрывающая проход, медленно поднималась, и через несколько мгновений люди начали покидать подземелье.

«Кажется, щенок, пора идти», — сказал Тор, вставая. «Приятно было поболтать с тобой, приятель. Как тебя зовут?»

«Э-э... Фредди. Я Фредди Клифф».

«Приятно познакомиться, Фредди. Я Тор, а этот парень — Трэвис. Если хочешь, можем поболтать после того, как закончится забег по подземелью; как тебе?»

«Я... я подумаю об этом».

«Конечно, мужик. Тогда увидимся позже!»

Двое мужчин помахали рукой и пошли в подземелье.

Фредди, чувствуя себя совершенно сбитым с толку, встал, чтобы последовать за ними. Он не знал, что думать об этом разговоре. На данный момент он отвлекся от него и направился к входу в подземелье.

Когда люди вошли, двое охранников скрестили копья, чтобы заблокировать вход. Фредди был поражен этим, но, похоже, это было сделано только для того, чтобы спросить имя вошедшего. Большинство людей, казалось, называли себя псевдонимами.

Когда подошла очередь Фредди, он последовал их примеру.

«Как тебя зовут, солдат!?» — крикнул левый стражник.

«Раб», — сказал он.

«Сражайся изо всех сил, раб!» — крикнул правый стражник, и они убрали копья, чтобы он мог пройти.

Он оказался внутри небольшой крепости. Он обернулся и обнаружил, что входные ворота были всего лишь небольшой постройкой прямо посреди двора. Наверху ворот, казалось, была какая-то комната с балконом, но, похоже, не было никакого очевидного способа попасть туда. Внутри была полная темнота. Вероятно, это было как-то связано с испытанием.

Сама крепость состояла из пяти десятиметровых стен, образующих пятиугольник, с башнями в два раза большей высоты на всех пяти углах. Двор был в основном пуст.

Пять закрытых ворот вели наружу, а несколько лестниц поднимались на зубчатые стены. Он поднялся наверх и хорошо осмотрел крепость.

Окрестности представляли собой почти идеально ровную равнину, покрытую травой, с густым лесом, окружавшим все подземелье.

На зубчатых стенах было десять баллист и пять катапульт. Внутри башен были стойки с дротиками, копьями, мечами, щитами, булавами, топорами, стрелами, болтами для баллист и ассортиментом различных видов боеприпасов для катапульт, начиная от простых камней и заканчивая контейнерами с горючим маслом.

Исследователи суетились, более слабые хватались за баллисты и катапульты, а более сильные развалились на зубчатых стенах и болтали, ожидая начала волн.

Фредди наконец понял, почему люди так рады были войти в это место.

Это показалось мне очень забавным.

----------

Осада

В Подземелье Крепости был тридцатиминутный период ожидания перед приходом волн врагов. Этот период, скорее всего, был нужен для того, чтобы претенденты могли подготовиться.

И действительно, Фредди заметил, как слабые люди ринулись в башни и вытащили боеприпасы. Он последовал за ними.

Люди почтительно обходили его, хватая стойки с болтами для баллист и подбирая веревочные сети, полные боеприпасов для катапульт. Был даже двухзвездный, который был занят сбором кинжалов и мечей.

Как только любой из этих ресурсов был убран с того места, где он стоял, им потребовалось не более нескольких секунд, чтобы магическим образом появиться из воздуха. Таким образом, присутствующие люди быстро накапливали огромную кучу боеприпасов и ресурсов. Учитывая, что испытание подземелья длится почти шесть часов, им понадобится много ресурсов.

Фредди выглянул наружу и взглянул на другие башни. На двух из пяти башен были люди. Та, на которой он был, была пуста.

Он приложил шлем к тому месту, где должен был находиться его подбородок, и посмотрел на стойку для копий.

Пока он собирался отрабатывать свою бросковую комбинацию, у него было не так уж много крови для работы.

Его Озеро Крови было недавно улучшено, так что он увеличил его общий запас крови всего лишь немного больше, чем вдвое. Он был крупным парнем, и, учитывая, что он прошел Лужу Крови, его тело могло вместить довольно много, вероятно, немного больше 9 литров, ближе к десяти. С Озером Крови это означало, что его общий запас крови составлял около 20 литров, но он, очевидно, не мог использовать все. Ему нужно было как минимум 5 литров в его теле, чтобы не терять силу в бою.

На изготовление одного копья ему требовалось около литра крови, поэтому в его распоряжении было всего 15 снарядов. Это было очень мало.

Кроме того, он еще не приступил к изучению техники закалки костного мозга, и у него не было способности поглощать кровь, так что его способность пополнять запас крови была едва ли лучше, чем у любого другого двухзвездного.

Он подошел к стойке для копий и начал их брать. Там было довольно много разных типов. Некоторые были длиннее, некоторые короче, некоторые тяжелее, некоторые легче. Среди них также различалась форма, с разными типами наконечников копий и древков разных цветов.

На некоторых из них даже имелось оперение, как у стрел.

Когда он их собирал, они возрождались, и он быстро обнаружил, что держит огромный сверток. Он поднялся по лестнице, просто бросил копья в кучу и спустился вниз, чтобы взять еще.

Окружающие заметили это, и двое из них начали шептаться. Один из них был невысоким молодым человеком в синтетической шапочке с пучком волос, выглядывающим надо лбом. Его приятель был немного выше, лысый и носил металлический шлем, но он был немного нелепым и выглядел так, будто повидал немало боев. Он был либо использованным, либо выкопанным из кучи мусора.

Низкорослый, казалось, на секунду набрался храбрости, глубоко вздохнул и подошел к Фредди. «Эй, там!»

«Привет», — поздоровался Фредди, хватая еще одно копье. «Тебе нужна помощь с чем-то?»

«Э-э, да, я имею в виду», — он закашлялся, — «если хочешь, мы можем помочь тебе поднять эти копья на второй этаж».

«Конечно», — сказал Фредди.

«Но не могли бы вы просто... эээ...» Мужчина указал наружу. «Если это возможно, не могли бы вы принести одну из баллист и катапульту на вершину башни?»

Фредди чуть не расхохотался. «Думаю, я могу попробовать», — сказал он, все еще посмеиваясь. «Но эти катапульты выглядят чертовски тяжелыми. Лестница тоже немного узкая. Я не уверен, что смогу это осилить».

«Ох…» Молодой человек сдулся и слегка побледнел. «Извините, я…»

«Подожди», — сказал Фредди, подняв руку. «Я не говорил, что не буду пытаться».

Он вышел наружу и подошел к ближайшей баллисте. Она была не слишком тяжелой, но имела неуклюжую форму, из-за чего ему было сложно сохранять равновесие, пока он ее нес. Ему пришлось идти очень медленно и осторожно, но через несколько минут ему удалось поднять ее на вершину башни.

Катапульта была значительно больше баллисты, и вдобавок ко всему, она была намного тяжелее. Учитывая ее вес и форму, он задавался вопросом, возможно ли вообще протащить ее через вход в башню и вверх по лестнице.

Пожав плечами, он все равно попробовал.

Он едва мог её тащить. В конце концов, он протащил его через вход в башню, а затем медленно потащил его вверх по лестнице. На мгновение показалось, что он не сможет пройти через конец лестницы, но с помощью Гидравлического Напряжения Фредди удалось повернуть его ровно настолько, чтобы протащить.

Когда он наконец установил его на место, ему пришлось остановиться на минуту, чтобы перевести дух.

«Боже мой, мужик», — сказал лысый парень, смеясь и одобрительно кивая. «Ты зверь!»

«Спасибо», — сказал Фредди, усмехнувшись.

«Нет, спасибо! Здесь гораздо безопаснее!»

Двое молодых людей были частью большой группы из пяти человек и уже собрали довольно внушительную кучу боеприпасов. Большинство из них выглядели довольно уставшими еще до начала битвы, но, учитывая, какой вклад они внесут, это не должно быть большой проблемой.

Была небольшая проблема с баллистой — парапет на башне был слишком высок. Это означало, что они могли направлять баллисту только в небо.

Пока новички обсуждали возможные решения, например, создание платформы для установки баллисты, Фредди просто пожал плечами и пошел к парапету.

С помощью однозвездного «Плавного удара» он пнул стену, разбив ее на куски, которые разлетелись по лугам и открыли дыру, через которую они могли стрелять из баллисты.

Люди позади него подскочили от страха, а трюк даже привлек внимание окружающих землекопов.

«Вот и все», — сказал он группе испуганных однозвездников. «Это решает проблему».

Они просто кивнули и промолчали.

До начала боя оставалось всего несколько минут, поэтому, пока новички собирали боеприпасы, Фредди осматривал крепость, чтобы посмотреть, как распределились другие группы.

Как только он выглянул через парапет, он заметил группу Клана Лазурит. Они заметили, что он смотрит на них, и странно на него посмотрели, с легкой долей враждебности во взглядах.

Фредди усмехнулся и посмотрел на другую сторону крепости. Там дуэт Вальхаллы болтал на стене. Они также сразу заметили, что он смотрит на них, и Тор преувеличенно помахал ему рукой. Люди Лазурита это заметили.

«Вот ублюдки», — пробормотал Фредди, вздыхая.

Подойдя к нему вот так перед толпой, Тор и Трэвис усложнили ему жизнь.

Учитывая, что он не скрывал своего существования, люди рано или поздно заметили бы пиковую двухзвездочку и поняли бы, что он не принадлежит ни к одной из местных фракций. Как только это произошло, он начал бы получать предложения, и люди, несомненно, попытались бы переманить его на свою сторону.

Но после сегодняшнего дня этого, скорее всего, не произойдет.

Тор подложил ядовитую пилюлю. По мере распространения слухов о существовании Фредди, они неразрывно связаны с возможностью того, что он уже является членом Вальхаллы. Или, по крайней мере, союзником.

Обычно Фредди злился, когда им так манипулировали, но он достаточно хорошо разбирался в местной политике, чтобы понимать, почему Тор был фактически вынужден это сделать.

Единственной причиной, по которой Вальхалла просуществовала так долго, была невероятная личная сила Тора. Местные трехзвезды либо не были уверены в победе над ним, либо боялись потерять свои жизни, пытаясь его уничтожить.

Важно было помнить о статусе трехзвездочного в Репентаве. Эти люди были практически королями. Они могли жить в роскоши и наслаждаться неприкосновенным положением. Заставить таких людей рисковать своей жизнью было сложно.

Но это не означало, что Тор был непобедим.

Как и в случае с любым другим трехзвездным, если он сражался с группой двухзвездочных, обладающих особыми талантами, то не было гарантии, что он выживет.

Вмешательство в процесс набора таких двухзвездных офицеров было единственным правильным решением для этого человека, если он не хотел оказаться задушенным.

Фредди смотрел через двор, наблюдая, как разные группы разрабатывают стратегию и общаются. Легкий ветерок дул в воздухе, заставляя луга мерцать, как зеленое море волн, отражающих свет неба.

Звуки окружающего леса едва достигали его ушей, создавая приятный фон, который немного снимал напряжение, царившее в воздухе.

Когда до первой волны оставалось всего несколько минут, группы успокоились и приготовились к действию.

Фредди не знал, сколько времени осталось, но он чувствовал, что что-то должно произойти в его костях. Странное напряжение пузырилось в его животе.

Внезапно на балконе прямо над воротами, стоявшими посреди двора, появился пожилой мужчина с густой белой бородой, одетый в нечто похожее на монашескую одежду. Он выглядел безмятежным, когда поднял руки и крикнул: «Внимание, защитники!»

Некоторые люди повернулись к нему лицом, в то время как более опытные экипажи даже не отреагировали.

Мужчина глубоко вздохнул и закричал во все легкие: «Нас атакуют!»

Где-то вдалеке послышался грохот.

Фредди видел, как фигуры медленно просачивались между деревьями леса. Вышли те, кто выглядел как горные бандиты, одетые в основном в меха и старую кожаную одежду; некоторые были без рубашек, с чуть более чем набедренными повязками, чтобы защитить свои интимные места. Их было не так уж много, и они были разбросаны.

Внезапно все они подняли оружие и начали кричать.

«Взять этих ублюдков!»

«Грабьте их золото и захватывайте их женщин!»

«Перережьте им глотки и насадите их головы на свои пики!»

«Люди, в атаку!»

Они побежали.

Большинство мощных двухзвездников даже не двигались. Они просто стояли и ждали. Они, скорее всего, даже не начали бы сражаться, пока не появился серьезный вызов. В противном случае они бы просто тратили свою энергию впустую.

Многие из слабых бойцов подняли луки со стоек и выпустили стрелы. Большинство из них не обладали никакими навыками. Многие из их стрел летели по петляющим траекториям, прежде чем бесполезно упасть на землю, но справедливости ради следует сказать, что некоторые из них летели прямо, даже если в конечном итоге они промахнулись или не имели достаточной силы, чтобы нанести большой урон.

Разрозненная группа слабых исследователей почти не использовала видимых способностей, а их таланты были в обычной категории, и лишь у нескольких человек имелись видимые физические признаки их таланта.

А вот баллисты кое-какую работу выполняли.

Двое молодых людей, с которыми он говорил ранее, нацелили заряженные баллисты и выстрелили. Болт выстрелил с громким свистом и... промахнулся на несколько метров. Но, немного дальше, другая группа умудрилась посадить болт прямо в лоб одного из захватчиков, разорвав его голову на части.

«Чёрт!» — выругался лысый парень. «Соберись, мужик!»

«Да, да, заткнись, ты тоже не умеешь целиться! Теперь помоги мне зарядить еще один болт!»

Среди вариантов боеприпасов для катапульты были валуны, банки с горючей жидкостью и просто куча острых металлических осколков.

Что касается людей рядом с Фредди, то они выбрали горючие банки. Банки были заткнуты мокрой тряпкой, напоминая большой коктейль Молотова, и когда начинающий арх огненного сродства поджег ткань, женщина потянула защелку и отправила снаряд в полет.

Он полностью промахнулся мимо вторгшихся воинов, и на этот раз, примерно на двадцать метров; это было даже не близко.

Фредди невольно поднял бровь. «Чувак, вы вообще знаете, как этой штукой целиться?»

Они застонали и опустили головы. «Мы здесь впервые», — сказал лысый парень. «Со временем мы разберемся».

Кроме двух мужчин на баллисте и мужчины и женщины, управляющих катапультой, с ними была еще одна молодая девушка. Она, однако, была занята тем, что приносила еще боеприпасов.

Она выглядела чертовски потной и тяжело дышала, когда она тащил еще один большой валун вверх по лестнице. Ее сила была весьма впечатляющей, больше похожей на талант.

Фредди, не имея причин ждать, взял свой первый дротик. Он был длинный, с тонким наконечником и без оперения — его вес был немного меньше.

Он подошел к парапету и прицелился.

Он сосредоточился исключительно на Гидравлическом Броске. Он уже был хорошо знаком с тем, какие мышцы ему нужно было использовать для броска, и вода в его теле двигалась через них. Вода внезапно сжалась, и его мышцы напряглись вместе с ней; он бросил копье.

Хотя он не был особенно искусен в этом, он все еще был пиковым двухзвездочным. Его естественное восприятие и способность манипулировать своей сущностью были намного выше, чем раньше.

Но он все равно промахнулся.

Проклятое копье приземлилось немного в стороне от одного из захватчиков.

Он неловко взглянул на людей рядом с собой и кашлянул. «Боже, этот ветер немного раздражает…»

Вздохнув, он поднял еще одно копье и приготовился бросить его снова.

Хотя у бандитов не было луков, это не означало, что они пришли без дальнобойных вариантов. Он увидел, как некоторые из них сжимали полоски грязной ткани. Один из них внезапно начал размахивать ею в воздухе, а мгновение спустя он швырнул камень размером с куриное яйцо в защитников на нижней стене.

Он пролетел с впечатляющей точностью и попал одному из однозвездных в голову. Камень отскочил от шлема, но оставил видимую вмятину.

«Черт!» — в восторге закричал Фредди. «Вот это гребаный бросок; мы просто кучка болванов по сравнению с этим парнем!»

Несколько человек рядом с ним нервно усмехнулись.

Двое молодых людей спереди прицелились и выстрелили. На этот раз они попали в ногу мужчины.

«Черт возьми!» — жалобно завыл мужчина, падая на землю. «Я сдеру с тебя кожу, мразь!» — закричал он.

Увидев, что их союзник ранен, несколько воинов вокруг стали бросать в них камни, и Фредди пришлось признать, что звуки, с которыми они отскакивали от парапета, были довольно устрашающими.

Надо было упомянуть, что эти захватчики даже не были архилюдьми. Это были просто смертные люди. Если это отражало истинную боевую мощь таких людей из истории человечества... ну... человечество сильно упало.

Балди и Шорти заметно вспотели, а Шорти выглядел так, будто его сейчас стошнит. Фредди слышал, как бьются их сердца в груди, а рука Балди соскользнула, когда он заряжал очередной болт.

Мгновение спустя прямо над головой Шорти пролетел довольно большой камень, и молодой человек упал, споткнулся и упал на спину, отчаянно закричав. Он задыхался.

«Успокойся, мужик», — сказал Фредди, протягивая ему руку. Мужчина едва мог удержать свою хватку.

Честно говоря, этот парень, похоже, просто не создан для такой жизни. Но он все равно заставил себя и вернулся к прицеливанию баллисты.

Фредди просто вздохнул и пошёл за другим копьём.

Несколько бандитов, которым удалось приблизиться к стенам, перекинули через стену веревки с противовесами и крюками и полезли наверх. Они были пугающе быстры, и некоторым из более сильных исследователей пришлось вмешаться, чтобы оттолкнуть их и не дать им подняться наверх.

По мере того как разгоралась битва, численность захватчиков продолжала сокращаться, и вскоре от них осталась лишь горстка.

Один из них оглянулся на своих пронзенных и избитых товарищей, когда он загрузил очередной камень в эту пращу. Он сердито закричал, но прежде чем он успел бросить камень, дротик пронзил его плечо, и он упал на землю.

«Отлично, я получил одного!» — радостно воскликнул Фредди, потрясая кулаком, пока мужчина жалобно причитал.

В следующий момент горящий кувшин с маслом упал прямо рядом с мужчиной и обрызгал его горящей жидкостью. Мужчина загорелся. Он откатился в сторону, пытаясь потушить пламя, едва увернувшись от выстрела баллисты, который мог бы прекратить его страдания. В следующий момент еще один дротик Фредди довершил дело.

Это было весьма тревожное зрелище.

Фредди, который уже привык убивать настоящих людей, все еще должен был напоминать себе, что эти захватчики были всего лишь конструкциями, вызванными подземельем. Но, честно говоря, он не был уверен, сделало ли это напоминание его более или менее обеспокоенным.

В следующие несколько мгновений последняя из первой волны была подавлена, и вторая волна начала выходить из леса.

Это снова были смертные бандиты, но их было примерно в четыре-пять раз больше.

«Отправьте их к черту!»

«Снесите их стены!»

«Подожгите их дома!»

«Мужчины, причините им боль!»

«Заряжай!»

Фредди схватил еще одно копье.

Лес был довольно далеко, и на таком расстоянии он просто бросал наугад и молился, чтобы что-то попало. Время от времени ему удавалось несколько удачных попаданий, но это не было главной целью. Ему нужно было положиться на свою цель.

В ходе своих попыток он довольно хорошо освоился с различными типами дротиков. Пока что ему нравились те, что потяжелее — они меньше поддавались ветру. Оперение имело некоторое значение, но трудно было сказать. Насколько он понял, длина была важнее.

Ему пришлось довольно резко ограничить силу своих бросков, чтобы максимизировать точность. Тем не менее, его броски были довольно мощными; они могли сравниться с ударом болта баллисты.

Вторая волна была гораздо более кровавой. Огненные кувшины были весьма эффективны в остановке атак и задержке людей, в то время как большинство убийств досталось мальчикам с баллистами и бойцам ближнего боя, которые оттесняли захватчиков от стен.

Фредди вывел из концентрации звук криков группы позади него. Он обернулся и увидел человека, быстро перепрыгивающего через парапет и вытаскивающего саблю. Подлый ублюдок каким-то образом умудрился забраться на башню!

Он зловеще ухмыльнулся, готовя свое оружие. Однако прежде чем он успел напасть на кого-либо, Фредди просто подошел к нему, небрежно схватил его за руку, а затем сбросил его с края, заставив человека пролететь еще десять метров в воздухе, прежде чем он начал снижаться.

Звук его падения был довольно громким. Он даже приземлился на другого захватчика.

Фредди проигнорировал взгляды окружающих, поднял еще одно копье и вернулся к работе.

Сравнительно быстро вторая волна подошла к концу.

Теперь более сильные исследователи начали готовить свое оружие.

Как только погиб последний захватчик, Фредди услышал из леса звуки боевых барабанов.

В том же числе, что и варвары последней волны, маршировали солдаты в полном вооружении. Это были не смертные, они были однозвездными, хотя и на более слабой стороне.

За ними был рыцарь на бронированном коне, вооруженный массивным копьем на спине. Он был не слишком силен, только около вершины первой звезды.

Фредди решил бросить себе вызов.

Он полностью проигнорировал дротики и потянулся за одним из болтов баллисты. Он был сделан из чистого металла и весил намного больше, чем деревянные дротики.

Фредди занял позицию и сосредоточился. Казалось, весь мир замедлился, когда он сосредоточил все свое существо на источнике этой пиковой однозвездной ауры.

Его глаза были широко раскрыты, когда он со всей силы схватил огромный болт и швырнул его, отправив прямо в конного генерала.

----------

Кровавое Копье

Логика подсказывает, что более легкие предметы должны быть проще в бросании.

Но когда болт баллисты из чистого металла вырвался из рук Фредди, он полетел быстрее и дальше, чем любое из копий, которые он бросал до этого, и он приземлился почти точно там, куда он его бросил, полетев прямо в большого босса волны. Прежде чем вторгшиеся солдаты успели среагировать, ужасающий снаряд пронесся по воздуху и ударил...

Лошадь командира.

Он ударил его в лоб, и половина древка вонзилась в тело существа. Оно безвольно упало в сторону, и, насколько мог судить Фредди, падение сломало ногу командира.

Сначала он был шокирован тем, как далеко пролетел болт, несмотря на свой вес. Но когда он схватил второй снаряд, он быстро понял, что это произошло не вопреки его весу, а из-за него.

Это не только позволило ему передать ему больше импульса, но и из-за большей плотности относительно дерева, он не так сильно замедлялся из-за трения о воздух, и, наконец, и, возможно, самое главное, он чувствовал, что лучше его контролирует. Небольшие ошибки, которые он делал, меньше влияли на траекторию.

С широкой улыбкой он отступил, бросил второй снаряд... и с треском промахнулся. Ну, по крайней мере, он промахнулся по командиру, но все равно попал в солдат. Копье прошло прямо через голову солдата, затем через туловище человека позади него и, наконец, в ногу третьего бойца.

«Ух ты», — восхитился Фредди безумной ударной мощью.

Когда он обернулся, он наконец заметил группу низкоранговых исследователей, уставившихся на него широко открытыми глазами. Он просто пожал плечами и позвал девушку, которая была занята тем, что приносила больше снарядов: «Эй, ты».

«К-кто? Я?» — нервно пробормотала девушка.

«Да. Можешь принести еще этих болтов?» — любезно попросил он.

«Эээ... Да! Прямо сейчас!»

Он быстро схватил третий снаряд и метнул его снова.

В этот момент солдаты, казалось, запаниковали, но когда раненого командира подняли на его единственную здоровую ногу, он закричал и отдал команду атаковать. Солдаты повиновались, крича, маршируя вперед и поднимая щиты.

Сделав еще несколько бросков, Фредди что-то напевал, отошел в угол и сел.

Он пришел туда, намереваясь отточить свой Гидравлический Бросок, но неожиданно узнал довольно много о копьях. Или, по крайней мере, о своих предпочтениях в отношении них.

Он закрыл глаза, сосредоточился, и из его крови медленно сформировалась форма стрелы баллисты.

Если сильно прищуриться, то выглядело идеально!

Однако при более детальном рассмотрении обнаружился ряд серьезных недостатков.

Поверхность древка была бугристой и неровной, древко было не совсем прямым, а наконечник копья вообще не был острым.

Оболочка в его душе, как она есть, не удовлетворяла ни одному из требований, которые он должен был выполнить. Но этого и следовало ожидать. Он даже еще не остановился на окончательной форме.

Однако его беспокоило нечто другое. Хотя кровавое копье было примерно той же формы и размера, что и болт баллисты, оно было намного легче.

Кровь Фредди была довольно густой и тяжелой. Но это было из-за Пучин Бездны, которые сжимали воду в его теле. Но когда он затвердевал свою кровь с помощью эссенции, эта вода испарялась, что приводило к относительно малому весу.

Это на самом деле считалось главной силой родства крови. Закаленная кровь могла стать невероятно твердой и прочной, будучи при этом легче большинства существующих металлов.

Фредди не был большим поклонником этого, когда дело касалось копий, но он понимал логику этого. После того, как Кровавое Копьё было улучшено несколько раз, и у него появился Ускоренный Кровавый Снаряд в виде прочной способности, он мог заставить более легкие снаряды лететь намного быстрее, чем их более тяжелые эквиваленты.

Он проверил недавно сформированное кровавое копьё и был несколько разочарован результатами. Недостаток веса был заметен. Вздохнув, он собирался попробовать сделать еще один, но быстро обнаружил существенную проблему — дротик такого размера и толщины стоил много крови.

Не было смысла жадничать с его кровью. Не только потому, что у него ее будет гораздо больше позже, но и потому, что не было абсолютно никакого смысла делать его способность бесполезной, просто чтобы иметь возможность использовать ее чаще.

Но эта форма стоила более 4 литров. Это было слишком много.

Поэтому он решил сделать снаряд менее толстым для своей следующей попытки. Это позволило снизить стоимость до 3 литров, но держать его было немного неудобно из-за тонкого древка. В конечном итоге он пошел на компромисс, сделав его немного короче, но сохранив комфортную толщину.

Что касается наконечника, то вместо того, чтобы сделать наконечник копья, он остановился на простом остром наконечнике — вся конструкция представляла собой цельный кусок металла, поэтому традиционный наконечник копья не имел смысла.

В конечном итоге он сделал всего 4 дротика, прежде чем количество его крови стало слишком низким. Если он хотел больше практиковаться, ему нужно было найти лучшие способы поддерживать свои запасы крови. Были таблетки крови, которые он мог есть, чтобы производить кровь быстрее, но он также отчаянно нуждался в технике закалки Багровая Весна для своего костного мозга и способности поглощения крови.

Осада продолжалась, и бронированные войска постепенно теряли свою численность.

К его удивлению, наиболее сильные бойцы все еще не сдвинулись со своих высоких позиций на зубчатых стенах, хотя некоторые из них уже метали снаряды.

Очистить эту волну было несложно, но это заняло больше времени. Бронированные люди были значительно более устойчивы к снарядам, и они были оснащены лучшим осадным оборудованием. Они принесли крючковые лестницы и тараны, но у них не было возможности использовать их.

Как только они приблизились, более слабые исследователи подожгли банки с горючей жидкостью и просто сбросили их вниз. Бронированные люди зажарились, как цыплята в фольге — их крики снова заставили Фредди напомнить себе, что они не настоящие люди.

На протяжении всей волны Фредди продолжал целиться в генерала, но его попытки были сорваны стеной щитов. В конце концов, он разозлился и бросил катапультный валун. Он пробил стену щитов и раздавил грудь командира.

Когда волна была близка к завершению, Фредди был шокирован, обнаружив огромное количество эссенции рефлюкса, текущей через его тело. Гидравлический Бросок не был дорогой способностью — большую часть стоимости покрывал спутник — но использования накапливались, оставляя его промытым почти на 300% эссенцией рефлюксной воды в его теле.

Пока последние солдаты были очищены, он сидел и медитировал, чтобы вымыть эссенцию. Он смог снизить ее только до 200%, прежде чем началась следующая волна.

И как только началась следующая волна, он заметил, как большинство могущественных исследователей спрыгнули со стены и спустились в поля. Среди них были Тор и Тревис.

Причина, по которой они прыгнули, стала очевидна сразу.

Почти бесчисленное количество солдат в доспехах вышло из окружающего леса. Пехота, кавалерия, лучники, операторы осадных орудий — и все они были однозвездными, приближающимися к вершине, с пятью конными генералами в великолепных золотых доспехах и крылатых шлемах, окружавшими крепость, их сила достигала второй звезды.

«Ну, это быстро обострилось…» — пробормотал Фредди вслух, приподняв бровь.

Его взгляд сразу же привлекли крупные части осадного оборудования, особенно требушеты и катапульты. Они могли нанести серьезный ущерб. Его мысли, казалось, отражались в мыслях исследователей, которые также были сосредоточены на том, чтобы бежать прямо на инженеров, управляющих этими частями оборудования.

Он наблюдал, как клан Ляпис бежал вперед с невероятной скоростью. Они, казалось, использовали Водный Шаг, сложную способность, связанную с водой, которая сжимала воду под ногой, чтобы толкать пользователя вперед.

Они могли мгновенно создавать ледяные барьеры, блокируя многочисленные снаряды, пока они петляли между другими, как бабочки, уклоняющиеся от капель дождя. Их мечи прорезали снаряжение солдат, как горячий нож масло. Это была сила Водного Лезвия, способности, которая циркулировала воду по краю лезвия с огромной скоростью, значительно увеличивая режущую силу.

Он видел, как люди из других организаций добивались столь же впечатляющих подвигов. Он наблюдал, как тени формировались в щупальца, которые отбрасывали солдат в стороны, вспышки света, которые ослепляли целые батальоны, взрывы огня, осколки земли, жужжащие металлические лезвия, лозы, растущие и с легкостью опутывающие группы солдат.

И молния.

Он увидел, как Тор поднял свой топор и взмахнул им вперед — в следующий момент ударная волна ударила в требушет и взорвалась молнией, которая сожгла снаряд и нескольких окружающих солдат дотла.

Фредди думал, что эта волна будет немного проблемной, но, похоже, это была не более чем разминка для сильных команд.

Он наблюдал, как один из требушетов запускает огромный валун, и на мгновение запаниковал, так как казалось, что он вот-вот врежется в башню, но тут вспыхнули две звезды, и на огромной скорости пронеслась стрела и попала в летящий снаряд, превратив его в щебень.

Источником этого снаряда была женщина-лучница, которая осталась на одной из башен. Видя, как она быстро выпускает ряд стрел, которые быстро и эффективно уничтожают солдат и перехватывают входящие снаряды, он начал чувствовать себя действительно неполноценным в отношении своего варианта дальнего боя.

Что он вообще мог сделать, если бы столкнулся с кем-то вроде неё в бою? У него был бы шанс, только если бы он мог подобраться достаточно близко, чтобы использовать Ярость Левиафана, и даже это было сомнительно.

Вздохнув, он схватил копье и принялся метать. Но на этот раз его решимость окрепла. Он испытал все виды копий и уделил пристальное внимание тому, как их форма и особенности влияли на их эффективность. Чем больше тестов он проводил, тем больше убеждался, что те, у которых было оперение, были лучше тех, у которых его не было.

Его броски постепенно становились точнее, и руна «определенного направления» уже была четко сформирована. Добиться того, чтобы она стала руной «точного направления», потребовало бы много времени, но это уже не казалось невозможным.

Хотя наступление исследователей началось мощно, завершение этой волны, казалось, заняло бы некоторое время. Исследователи, очевидно, управляли своими ресурсами и экономно использовали свои способности.

Единственный человек, который, казалось, действительно сошел с ума, был Тор. Этот человек в одиночку расчищал целую сторону, и как раз когда Фредди посмотрел, он увидел, как он одним быстрым взмахом разрубил командира — и его лошадь — надвое.

Тор был быстр. Очень быстр. Похоже, это была главная сила этого человека. Его громоздкое оружие двигалось так, будто было сделано из полой фанеры, а не из чистого металла.

Пока Фредди продолжал бросать, он продолжал перегружать свое тело рефлюксной эссенцией, требуя от него частых перерывов. Но он также делал и хорошую работу.

Любые солдаты, которые приближались, были обречены в тот момент, когда Фредди нацеливался на них. Даже если он промахивался один или два раза, он в конце концов их доставал.

В конце концов волна утихла. Фредди больше не видел захватчиков.

Но следующая волна так и не началась.

Прежде чем он успел задуматься, почему это так, он заметил теневого архечеловека в полном синтетическом снаряжении, который нес солдата, закутанного в кокон теней.

Остальные исследователи кивнули ему, когда он снова поднялся на стену и опустил солдата.

Никто не тронул связанного солдата.

Вместо этого все исследователи сели и начали медитировать.

Казалось, они поймали последнего солдата, чтобы остановить новую волну, прежде чем они смогут вернуться в форму. Но когда прошло полчаса, а затем и целый час, он начал задаваться вопросом, что происходит.

Фредди вздохнул и пошёл обратно к стенам.

Многие из исследователей заметили его, но никто не обратил на него особого внимания. На самом деле, они, казалось, почти пренебрежительно к нему относились. Казалось, что его демонстрация посредственных навыков дальнего боя не произвела впечатления на многих наблюдателей.

Проигнорировав их в свою очередь, он подошел к пользователю теневого сродства. «Эй», — позвал он. «Не возражаешь, если я спрошу, что происходит?»

Мужчина медленно поднял глаза и наклонил голову. «Привет», — тихо сказал он. «Вы здесь впервые?»

«Ага.»

Мужчина тихонько усмехнулся. «Вот так. Тогда неудивительно, что ты заблудился». Он медленно снял шлем. Его лицо было тонким и изящным, с ярко накрашенными губами и глазами, как у лисы. Его черные волосы до плеч падали на голову, а глаза были подняты, чтобы смотреть прямо на Фредди.

Фредди не отреагировал внешне, но внутренне он был потрясен. Он узнал этого человека. Это был Шон Джем — брат Джейсона Джема. Однако он сохранял хладнокровие и постарался ничего не выдать языком тела.

«Ну, позвольте мне объяснить вам это», — сказал мужчина, кладя шлем на колени. «Следующая волна гораздо сложнее той, которую мы только что отразили. Учитывая количество людей, нам не следует начинать ее раньше, чем до конца испытания останется около двадцати минут».

Фредди поднял бровь. «Почему бы и нет?»

Мужчина ухмыльнулся. «Мы не сможем победить следующую волну, имея только людей здесь. Так мы все равно сможем отступить и дождаться окончания испытания, если нас задавят».

Фредди нахмурился. «Это большой скачок в сложности».

Мужчина усмехнулся. «Это действительно так. Я слышал только легенды о волне после нее, но ее так и не удалось победить».

«Хм... Ладно. Тогда береги этого солдата».

Мужчина усмехнулся. «Это не единственный, кого мы оставляем в живых», — он указал на другой конец крепости, где еще двое исследователей, которых Фредди не заметил, держали солдат в заложниках, — «но, конечно», — игриво сказал мужчина. «О, и небольшой совет…»

Фредди покосился на мужчину. «Да?»

«Я предлагаю вам внести больший вклад в следующую волну. Ваша награда не будет большой, учитывая заслуги, которые вы накопили до сих пор».

Постояв немного, Фредди кивнул. «Я буду иметь это в виду». И с этими словами он вернулся в башню.

Прошло время. По большей части исследователи работали над тем, чтобы привести себя в оптимальное состояние, но небольшая группа более слабых людей рылась по полю боя.

Солдаты выглядели как люди, но работали как монстры. У всех был врожденный талант — общее усиление их физических возможностей. Как и монстры, они могли быть девиантами.

Более слабые исследователи копались в трупах в надежде найти какой-нибудь важный след. Шансы найти его были ужасно малы. Даже если он и появился, скорее всего, его уже подобрал кто-то посильнее.

Фредди проигнорировал их и начал медленно вымывать из своего тела всю рефлюксную эссенцию.

Для этого его конструкт души был весьма ценным. Подземелье было богато эфиром, но внутри не было разумных конструкций эфира из-за постоянных сбросов. Это делало его идеальным местом для сбора в Незере с его проекцией.

К своему удивлению, он действительно заметил небольшой след.

Хм. Должно быть, недавно появился.

Это случалось довольно редко, но не было чем-то необычным, учитывая плотность населения.

Это выглядело как маленькая мускулистая человеческая девушка в комбинезоне, и у нее была лопата в качестве оружия. Он задавался вопросом, в чем ее концепция.

Фредди бросился на него, но тот в ужасе закричал: «Подожди! Пожалуйста! Не убивай меня!»

Он замер на этом и приподнял бровь. «Хмм?» — промычал он, опуская оружие.

«Я одна из исследователей!» — сказала она в панике.

Фредди замер. «О, черт! О, черт, мне так жаль!» — закричал он, глубоко стыдясь своей ошибки в суждении.

Это был не след. Это была проекция.

«Ты меня напугал…» — сказала она, отступая еще на шаг.

«Моя вина», — сказал он, снова извиняясь. «Я принял тебя за след».

«Я... По крайней мере, ничего не произошло».

«Да. Извините за это».

Между ними повисла тишина.

«Так что да», — сказал Фредди, почесывая затылок в капюшоне. «Я останусь здесь, поближе к своему телу. Ты, эээ... Развлекайся там. Никаких обид, я надеюсь?»

Она кивнула, и они отошли друг от друга.

Фредди отступил назад, и он заметил, что она потеряла его из виду гораздо раньше, чем он потерял ее из виду. Ее диапазон зрения был короче, чем его собственный, учитывая разницу в силе.

Он не мог сдержать любопытства. Это был первый раз, когда он столкнулся с незнакомкой в Незере. И учитывая, что она не могла его видеть, он не смог устоять перед желанием немного пошпионить за ней.

Он увидел, как она с тревогой огляделась. Затем она воткнула лопату в землю.

К полному изумлению Фредди, она успешно заставила лопату погрузиться в землю в Незере. Он был поражен. Из того, что он знал, Незер был всего лишь отражением физической реальности, и не должно было быть способа повлиять на отражение, не касаясь реальности.

Но к своему удивлению он наблюдал, как женщина без усилий подобрала ауру и сложила ее в кучу. Затем, к своему абсолютному шоку, он наблюдал, как куча подхваченной ауры превратилась во что-то среднее между виспом и следом.

Это было похоже на кучу движущихся камней. Оно не могло говорить или двигаться, вероятно, потому, что оно не сформировалось в какую-либо концепцию.

Затем, без лишних слов, девушка принялась стучать каменной массой по голове. Она распуталась, и в тело женщины хлынуло приличное количество эфира.

Рот Фредди был разинут от увиденного. Эта женщина... она могла влиять на ауру объектов с помощью своей конструкции души? Количество возможных применений этого было неисчислимым.

Он терпеливо ждал, пока она не вернется в свое тело, и заметил, где она сидит.

Затем, вернувшись в свое тело, он увидел, что это была та девушка, которая усердно вытаскивала снаряды из башни. Насколько он мог судить, ей было восемнадцать или девятнадцать лет. На ней была надета тесная синтетическая шапочка, и все ее волосы были зажаты внутри. Она была заметно мускулистой, даже сквозь свое снаряжение. Ее лицо было красным от усталости.

Ее глубокие карие глаза переместились, и она наконец посмотрела на него.

Он кивнул ей и помахал рукой. «Извините за это», — сказал он.

«Все в порядке», — она неловко улыбнулась и почесала щеку.

Фредди хотел эту женщину.

Не так; он хотел ее как союзника. Она, похоже, не осознавала этого, но ее конструкция души, возможно, была чрезвычайно ценной.

Что произойдет, если она использует свою конструкцию души на проклятом предмете?

Может ли она накапливать ауру бесконечно, пока не создаст остаток? Если да, то может ли она добровольно создавать редкие следы, такие как остатки святой или нечестивой близости, или даже, возможно, что-то вроде следа ценекита?

Но как он переманит ее на свою сторону? Он был не только чертовски неловким, но и пугающим парнем.

Его взгляд скользнул по ее спутникам, и он задумчиво прищурился. Идея вспыхнула в его голове. «Эй», — крикнул он.

Вся группа повернулась к нему лицом.

«Вы, ребята, сегодня были очень полезны», — сказал он. «Если вы не возражаете, я хотел бы угостить вас всех ужином после того, как все это закончится».

«Да, черт возьми, брат!» — тут же согласился лысый парень. «Я согласен».

«Да, меня это тоже не смутит», — добавил его трусливый друг.

Остальные трое, казалось, немного колебались, но после непрекращающихся уговоров друзей они в конце концов согласились.

«Хорошо! Надеюсь, у вас хороший аппетит!»

Ожидание продолжалось, и он немного поболтал с ними. Болди и Шорти, или, скорее, Джеймс и Майкл, говорили больше всех из тех, кто там был.

Они задавали Фредди быстрые вопросы о его силе, откуда он родом, как он стал таким сильным и бла-бла-бла — тем временем девушка с конструктом души — Дженис — робко сидела в углу, пока их другие двое друзей, которые управляли катапультой — Ян и Эми — в основном просто разговаривали друг с другом. Они, казалось, были женаты.

После некоторого отдыха они решили подготовить как можно больше боеприпасов.

Ждать пришлось долго, поэтому еще до начала следующей волны у них уже была заготовлена огромная куча боеприпасов, и почти не осталось места для их хранения.

Таким образом, они просто ждали, пока восстановятся силы, и морально готовились к тому, что должно было произойти.

Из того, что они сказали, следовало, что они не будут оставаться на башне долго. Как только возникнет какая-либо опасность, они отступят в башню и спрячутся там, пока она не минует.

В конце концов, Фредди заметил, что другие исследователи зашевелились. Они кивнули, и последние члены последней волны были наконец убиты.

Сразу же началась следующая волна.

У Фредди перехватило дыхание от увиденного.

Ряды солдат, все на вершине первой звезды, с многочисленными элитными воинами на второй звезде, появились из леса. Они носили золотые доспехи и держали разнообразное оружие, все отполированное и сверкающее в ложном солнце подземелья.

Но больше всего его потрясли не ряды могучих солдат, а лидер волны.

На огромном бронированном коне сидел гигантский мужчина. Оба были одеты в золото и серебро, а всадник держал алебарду из красного металла.

Командир был на третьей звезде. Но что-то было не так.

Миазмы обвились вокруг оружия мужчины, словно змея, и более опытные исследователи тут же запаниковали.

«Генерал — девиант!»

----------

Нечестивое благословение

Фредди уставился на лидера волны.

Трехзвездочный девиант!?

Лидер этой волны был сильнее Фредди. Он был ранним — очень ранним — в третьей звезде, но это был невероятный скачок в силе по сравнению с волной, которая была до него.

Неудивительно, что эта волна фактически оказалась последней по всем параметрам.

До сих пор лидеры волн просто оставались позади линии фронта, толкая своих солдат вперед, и не было никаких оснований полагать, что этот нарушит установленное правило.

Но затем он сразу же нарушил устоявшееся правило.

К удивлению всех, даже могущественных исследователей, генерал внезапно бросился в атаку, его конь перепрыгнул через передовые линии, когда он помчался вперед на огромной скорости.

Никто не мог его остановить.

С массой густой, сочащейся миазмы, обвивающей его алебарду, генерал взревел и врезался в ворота крепости. Дерево было невероятно прочным. Вся стена содрогнулась, но ворота, казалось, получили лишь незначительные повреждения от удара. Но это длилось недолго.

По мере того, как зеленые миазмы просачивались в древесину, она быстро начинала гнить. Лошадь, на которой ехал генерал, встала на задние ноги и лягнула, сломав ворота и оставив крепость широко открытой.

Все присутствующие побледнели.

Судя по их реакции, это определенно не то, что обычно происходит.

«Солдаты!» — крикнул генерал, подняв алебарду. «Преследуйте врага! В атаку!»

«О, это чертовски плохо», — подумал Фредди, увидев, как толпа солдат устремляется вперед.

Генерал бросился прямиком во двор замка, где его перехватили Тревис, Тор и второстепенная фигура из клана Лазурит.

«Все!» — крикнул Тор. «Мы уничтожим босса! Сдерживаем волну, чтобы они не захватили крепость!»

Фредди стиснул зубы. Это было действительно плохо. Его взгляд метнулся к группе, которая была с ним на башне. Они все выглядели смертельно бледными. Несмотря на то, что до конца оставалось всего двадцать минут, этого было более чем достаточно, чтобы крепость захватили, а все, кто был ниже второй звезды, погибли.

Хотя армия приближалась со всех сторон крепости, большая часть сил должна была сосредоточиться на генерале и сломанных воротах. Остальным пришлось бы сражаться зубами и когтями, чтобы не дать сломаться другим воротам.

«Блядь!» — закричал Фредди, спрыгивая с башни и спускаясь к зубчатым стенам. Он бросился к той части, где были сломаны ворота, и к нему быстро присоединились несколько других.

Он спрыгнул на поля и мгновенно наколдовал свои Кровавые Кастеты. Помимо того, что у него было мало крови, он был в отличной форме.

Вскоре рядом с ним появился Шон Джем, за которым последовали основные силы клана Ляпис. Всего их было семь человек. Другая горстка двухзвездных осталась защищать остальную часть крепости.

У Фредди скрутило живот, когда он понял, что однозвезды не смогут выжить. Двадцать минут — это слишком долго для них, чтобы продержаться со всех сторон. Черт, если крепость будет взломана слишком рано, есть хороший шанс, что все там умрут! Неважно, насколько силен может быть кто-то вроде Тора, его запасы сущности все еще ограничены.

Но что он мог сделать? Он стиснул зубы, так как ответ пришел к нему сам собой.

Ему прийдёться призвать Кровопролитие. Но он очень, очень не хотел этого делать. Но у него все равно не было выбора. Хранить свои секреты было бесполезно, когда его жизнь была в опасности.

Он внезапно повернулся к Ляпис и крикнул: «Эй, люди! Идите и защищайте остальную часть крепости! Оставьте эту сторону мне и этому теневому парню!»

Их глаза на мгновение расширились, прежде чем они нахмурились от команды. Но когда Фредди выпустил свою полную ауру, они побледнели и неохотно кивнули, развернувшись и бросившись помогать остальным.

«Мне жаль это говорить, но я не могу с этим справиться, ха-ха-ха…» — внезапно сказал Шон, неловко отступая на шаг. «Я поддержу тебя сзади. Ты хочешь нечестивое благословение?»

Фредди замер, услышав предложение. Нечестивые благословения были группой способностей нечестивого сродства, которые действовали аналогично своему святому эквиваленту. Однако была одна загвоздка — они были мощнее обычных благословений, но эта сила имела свою цену — взамен он должен был предложить часть своего тела, которую он не сможет использовать во время усиления. Чем больше жертва, тем больше выгода.

«Да», — согласился он. Оказалось, что Кровопролитие ему, возможно, и не понадобится.

«Чего именно вы хотите добиться?»

«Сила!»

Мужчина кивнул и положил руку на плечо Фредди. Фредди почувствовал, как в него вливается зловещая энергия, словно услужливый дьявол, требующий плату за свои услуги. «Вот», — сказал Шон, отступая на несколько шагов. «Предлагай свою цену».

Фредди глубоко вздохнул. «Кожа, сердце, легкие, почки, печень, уши, левая рука, левый глаз!»

«Идиот!» — закричал Шон. «Ты пытаешься убить себя!? Это будет...»

Прежде чем мужчина успел закончить предложение, Фредди закричал невероятно громко.

Он полностью замолчал мгновение спустя, когда его легкие отключились, а голос оборвался. Непостижимая сила затопила его, когда он почувствовал, как глубокая болезнь движется по его телу.

Его левая рука безвольно повисла. Он полностью потерял слух. Его сердце перестало биться. Его кожа онемела, притупив чувство боли. Приток силы был слишком велик для его тела. Он чувствовал, как его внутренности плавятся, а кости медленно превращаются в пыль.

Внезапно он бросился вперед.

Солдаты подняли щиты и приготовили копья, а кавалерия бросилась на него.

Рыцарь поднял копье и приготовился пронзить Фредди прямо насквозь. Фредди уклонился от копья и подбросил коня. Земля под его ногами разлетелась, и конь взмыл в воздух, пролетев почти тридцать метров, а его всадник взлетел еще выше. Они упали в толпу солдат, убив нескольких.

Прежде чем другие рыцари успели понять, что произошло, Фредди схватил ногу другой лошади, отшвырнул рыцаря и бросил его прямо в толпу атакующих всадников. Их сбивало, как кегли, а лошади умирали особенно ужасной смертью.

Фредди продолжил, схватив еще одну лошадь, которую бросил прямо в толпу пехотинцев, мгновенно убив десятки людей.

Он почувствовал сильное желание закричать, но его легкие были запечатаны, не давая ему даже дышать. Его сердце должно было колотиться, но оно оставалось тихим, стоя на месте, пока нечестивое благословение все еще сохранялось. С одним лишь глазом и чувством души он чувствовал, что его восприятие было невероятно ограничено. Сила, бушующая в нем, уничтожала его тело везде, где она проходила, с притоком кражи жизни, которого было достаточно, чтобы позволить ему продолжать бороться с этим.

Но в тот момент, когда он стоял там и видел, как ряды солдат в панике отступают, он чувствовал себя всемогущим.

Он бросился вперед.

Солдат попытался поднять щит, но Фредди поднял кулак. Две звезды вспыхнули в его душе, и яростный поток прорвался сквозь его тело. С почти безупречным таймингом он приземлил двухзвездный Струящийся Удар.

И металлический щит, и Кровавые Кастеты рассыпались на осколки, а солдат отлетел назад, словно пушечное ядро, врезавшись в другую шеренгу солдат и сбив их с ног.

Он продолжал атаковать, разрывая на части всех, кто стоял перед ним, и устремляясь прямо на лидеров и осадное оборудование.

Они кричали что-то, чего Фредди не мог услышать, когда он схватил другую лошадь и бросил ее прямо в требушет. Затем он вырвал копье из руки солдата и бросил его в одного из командиров. Копье пронзило его щит и доспехи, как будто они были сделаны из папье-маше.

Он продолжал получать удары тут и там, в основном те, что приходили из его слепых зон. Но с его онемевшей кожей, физической выносливостью и постоянным приливом исцеления он полностью игнорировал любые атаки, просто продолжая бросаться на любую цель, которая сияла ярче всего в его душевном ощущении.

Он взорвал нескольких инженеров, превратив их в груды забоданного мяса, и похитил их запасы боеприпасов для требушета. Затем он забрался на осадную машину и стал бросать валуны в любых командиров, которых мог заметить.

Скорость и эффективность, с которой он разрушал структуру армии, были ужасающими.

В этот момент все солдаты, к которым он приближался, просто разворачивались и бежали в другую сторону. Он преследовал буквально толпу солдат по кругу, поскольку они вызывали беспорядок и столпотворение везде, куда бы они ни пошли. Поскольку они продолжали сталкиваться со все большим количеством бойцов, толпа становилась все гуще, и многие люди были сбиты атакующими.

Многие из них мужественно отстаивали свою позицию, но через мгновение их превращали в фарш.

Нечестивое благословение длилось недолго. Оно иссякло всего через три минуты. Затем он внезапно почувствовал, что его чувства вернулись к нему, сделал глубокий вдох и поднял левую руку, чтобы снять шлем, после того как он выблевал в нее лужу крови.

Он чувствовал себя измотанным. Каждая мышца в его теле болела, и он сильно дрожал. Он думал, что его талант справляется с уроном, который он получал, но он чертовски ошибался.

Ему пришлось вытащить искру нежити и ударить ее несколько раз, чтобы вернуть себе контроль над онемевшими ногами. Затем, не колеблясь, он побежал обратно к крепости.

Именно в этот момент солдаты заметили, что он отступает.

Несколько конных рыцарей развернули своих коней и бросились на него. Он был недостаточно быстр, чтобы обогнать лошадь.

Копье вонзилось ему в плечо, сбив его с ног и заставив покатиться по земле. Мгновение спустя второй рыцарь нанес удар, пронзив живот Фредди.

«Я не настолько слаб!» — заявил он, схватив ногу лошади и сломав ее. Зверь громко заржал, отступая.

Другой рыцарь бросился вперед, но Фредди откатился в сторону и уклонился от атаки.

Он поднялся на ноги и продолжил бег.

Сзади к нему приблизился рыцарь, занося саблю, чтобы отрубить ему голову, но благодаря кольчужной водолазке Фредди и его мощной защите ему удалось удержать голову прижатой к телу.

Внезапно из земли поднялись тени и связали ноги лошадей. Они упали, заставив солдат упасть. Фредди воспользовался возможностью, чтобы нанести ногой Струящийся Удар с двумя звёздами в живот одного из них, отправив человека в полет вдаль, как футбольный мяч.

Другой попытался подняться на ноги, но черное щупальце оттащило его в сторону.

«Чёрт возьми, мужик!» — крикнул Шон, приближаясь к Фредди. «Ты с ума сошел!»

«Просто...» Фредди внезапно выкашлял еще одну массу крови. Затем он снова надел шлем и медленно пошел вперед. «Давайте вернемся внутрь».

Та сторона крепости, где были разрушены ворота, была довольно заброшена, поскольку большинство солдат отступили и разбежались в стороны.

Внутри битва между боссом и остальными наконец завершилась: Тор отрубил голову человеку и положил конец сражению.

Фредди не знал, почему им потребовалось так много времени, чтобы закончить битву. Скорее всего, это было связано с талантом лидера девианта.

Ни у кого не было времени на него смотреть. Они разделились между защитой сломанных ворот и отражением атаки с других сторон.

Убедившись, что на него никто не смотрит, Фредди вытащил искру нежити и начал бить. У него не было мяса, которым он мог бы ее накормить, поэтому количество вампиризма, которое он мог извлечь из искры, было весьма ограничено. Тем не менее, этого было достаточно, чтобы позволить ему хотя бы двигаться, не чувствуя, как ногти скребут его кости.

Хотя его трюк, несомненно, привлек бы внимание, это было бы гораздо лучше, чем раскрытие Кровопролития. Фактически, большинство людей, скорее всего, заключили бы, что он получил постоянные, непоправимые травмы в тот день и что его общая сила будет ограничена в будущем. Он был в порядке, позволяя людям верить в это.

Пусть думают, что он слаб, когда он силен. И пусть верят, что он силен, когда он слаб. В каком-то смысле он совершил и то, и другое одновременно.

Проходили минуты, и испытание постепенно подходило к концу.

Как раз когда он собирался встать, чтобы уйти, тот старик, который ранее объявил, что на них напали, снова покинул балкон над входом в подземелье. «Молодцы, праведные защитники! Вы храбро защитили королевство и выполнили свой долг перед короной! Теперь пришло время дать вам награды! Вы будете вознаграждены в соответствии с вашим вкладом!»

Внезапно в небе над ними развернулся огромный свиток, на котором были выстроены псевдонимы всех участников, в порядке от наибольшего вклада к наименьшему.

Его глаза расширились, когда он увидел результаты, но прежде чем он успел выразить свое потрясение, воздух перед его лицом начал светиться, и появился странный объект.

----------

Итог

Тор взмахнул топором. Молнии искры полетели от лезвия, поражая бронированных людей и парализуя десятки, когда они перепрыгивали от одного солдата к другому.

Он был измотан. Пот покрывал все его тело, а его запасы эссенции стремительно истощались. Как раз в тот момент, когда он собирался начать чувствовать отчаяние, солдаты перед ним внезапно испарились в слабый белый дым и исчезли.

Он упал на колени, делая глубокие вдохи. Его глубокое дыхание активировалось, и он почувствовал, как онемение в конечностях медленно отступает, когда он поднял топор и закричал. «Мы, блядь, сделали это, парни!»

Все вокруг него зааплодировали.

Этот чертов генерал с его талантом регенерации был самым неудачным из всех, что он видел в этом дурацком подземелье. По всем параметрам, это должно было стать концом для большинства людей здесь.

Но-

Внезапно небо над головой осветилось, и развернулся большой свиток, на котором были видны результаты.

Первое место, как и ожидалось, занял Sexy Bastard — он. С его вкладом он легко занял первое место.

Перед ним вспыхнул свет, и длинное копье возникло в воздухе перед ним. Он схватил его и немного проверил. Оно было чертовски хорошо сделано. С наделением ценекита этот малыш мог сравниться с лучшим оружием, которое было в его арсенале.

Но копье его мало интересовало.

Его взгляд снова переместился на свиток — на место прямо под ним. «Раб, да?»

Это был псевдоним человека, занявшего второе место. И хотя Тор не знал, кто это, у него была довольно хорошая догадка.

Он вскочил обратно на стену и посмотрел вниз на двор, где увидел раненого человека — Фредди Клиффа.

Мужчина тяжело дышал. Его доспехи были изрядно повреждены, и он был покрыт толстым слоем крови. Не говоря ни слова, Тор спустился к замку и подошел к раненому.

«О, привет…» — поприветствовал его Фредди, едва выговаривая слова. «Я вижу, у тебя есть копье». Он дрожащим движением поднял собственное оружие. Это был катар, сделанный из слегка синего металла. Мастерство было превосходным — честно говоря, оно было почти такого же качества, как и оружие, которое держал Тор.

Разница в их вкладе была не столь значительной.

«Как ты это сделал?» — спросил Тор. Он заметил безумный всплеск силы, исходящий от этого человека, и последующую резню, которую он устроил среди армии.

«Нечестивое благословение».

Тор резко втянул воздух.

Человеку, должно быть, пришлось пожертвовать несколькими частями тела, чтобы извлечь столько энергии. И все — человек был практически мертв. Внутренние повреждения должны были быть колоссальными. Внутренние органы человека, скорее всего, были в супе в этот момент. На самом деле, это было кровавым чудом, что он все еще дышал. Но его уже не было спасения.

Во взгляде Тора промелькнуло страдальческое выражение.

«Эй…» — дрожащим голосом позвал Фредди, выплевывая кровь изо рта. «Ты можешь помочь мне встать на ноги?»

Тор торжественно кивнул и помог человеку подняться. Это было самое меньшее, что он мог сделать.

«Пожалуйста, можешь перенести меня в другой мир?» — попросил Фредди. «В любое место, где есть монстры, подойдет».

Тор прикусил губу. Казалось, этот человек хотел выйти на бой. Он не только был готов пожертвовать собой, но и был настоящим воином в душе. Это почти довело Тора до слез.

Тревис подошел с вопросительным взглядом, и Тор покачал головой. Тревис вздохнул и последовал за ними.

«Эй…» — крикнул сбоку молодой человек. Это был слабый однозвездный, а за ним стояли еще четверо. «Ты в порядке?»

Фредди кивнул. «Да, не беспокойтесь обо мне. Я обещал пригласить вас на ужин. Подождите меня немного. Я сейчас вернусь».

«А…» — сказал молодой человек, кивая. «Эм… Конечно… Мы будем ждать тебя прямо у подземелья…»

И вот так Тор вывел человека наружу и отнес его в соседний мир с монстрами. Его поверхность была в основном бесплодной, но в пещерах ползало множество мерзких тварей.

«Достаточно, спасибо», — сказал Фредди, кивнув Тору и отстранившись от него. Он медленно пошел вперед, пока Тревис и Тор с грустью смотрели, как человек медленно хромает к пещере.

«Ты храбрый человек, — сказал Тор. — Тебя наверняка ждет место в Вальхалле».

«О?» — сказал Фредди. «Спасибо. Условия обсудим позже».

«Нет, я имею в виду...» Тор подавил свои слова. «Э... Неважно».

Фредди в недоумении приподнял бровь и вошел внутрь.

Затем они услышали звуки борьбы. Раздались мерзкие рыки и рычание, существа скулили, когда их разрывал на части человек. К удивлению двух мужчин, раненый Фредди был действительно грозного духа. Несмотря на многочисленные раны, он на самом деле продолжал сражаться довольно долго. Как... слишком долго.

Но в конце концов звуки прекратились. Однако, к их удивлению, двухзвездная аура выползла обратно.

В пещере показался силуэт Фредди, и он вышел, вытянув руку над головой. «Извините, мне потребовалось некоторое время».

С восприятием Тора, даже глядя сквозь слои брони, он мог сказать, что человек не был полностью исцелен. Но сам факт того, что он был способен стоять на двух ногах, был не чем иным, как кровавым чудом.

Тор и Тревис уставились на него, широко раскрыв глаза и рты. «Ты…» — крикнул Тор. «Какого хрена…»

«А, да», — сказал Фредди с неловким смешком, почесывая затылок. «Я расскажу вам об этом как-нибудь. Но сейчас я буду честен. Я не уверен, могу ли доверять вам двоим. Я обещал тем другим исследователям ужин, так что нам придется поговорить об этом в другой день. Как насчет завтрашнего утра?»

«Эээ... Конечно», — согласился Тор. «Думаю, это нормально».

Он назвал им время и место и просто ушел, оставив двух мужчин в ошеломленном молчании.

«Что за мать-то хрень только что произошла, Трэвис? Что за срань я увидел? Ущипни меня».

Трэвис повиновался.

«Ой! Не так сильно!»

Трэвис усмехнулся. «Как ты думаешь, как он это сделал?»

«Чувак, я не знаю, блядь!» Он агрессивно жестикулировал. «Может, способность духа…?» — предположил Тор.

«Но чем же он тогда пожертвовал?»

«Я…» Тор посмотрел на спину мужчины, пока тот уходил вдаль, ища в нем что-нибудь необычное. Что-нибудь пропавшее. Но как бы он ни старался, он не мог найти ничего странного. Если мужчина и заплатил цену за это внезапное исцеление, это было что-то, что нельзя было определить с первого взгляда. Поэтому Тор просто пожал плечами. «Я совершенно не представляю…»

Настроение Фредди было немного кислым, когда он отходил от двух сбитых с толку мужчин. Тор и Тревис теперь знали неприятную правду о нем. Не видя точно, что он там делал, они могли только гадать о деталях, но все же. Они знали больше, чем он хотел.

Подробности о его таланте были, к сожалению, неизбежны. Если бы это не произошло в тот день, это произошло бы в ближайшем будущем.

У Фредди не было никаких иллюзий, что он сможет навсегда сохранить свой талант в идеальном скрытии. Но пока он мог скрывать точные детали того, как он работает, он был бы счастлив. Главное, что он хотел сохранить в тайне, было исцеление высочайшего качества.

Он остановился на пути к идеальному выздоровлению, надеясь, что они думают, что сверхъестественное исцеление — его предел. Хотя это все еще было довольно безумно, это было в пределах разумного.

Когда он встретится с ними завтра, он, конечно, будет полностью исцелен, но они не смогут этого сказать. Было много продуктов для кожи, которые могли сравниться с высококачественным лечением по эффективности, и это было не похоже на то, что они могли просто заглянуть ему в кишки и проверить здоровье его органов на расстоянии.

«Извините за ожидание», — сказал Фредди, приветствуя группу искателей приключений.

Они были весьма шокированы, увидев его.

Майкл, невысокий трусливый парень, первым спросил: «Ты уже исцелился?»

«Эх, все было не так плохо, как казалось», — солгал он. «Я принял несколько таблеток, и они вернули меня в строй».

«Чувак, ты такой крутой», — сказал Джеймс, лысый парень. «Я видел, как ты бросил лошадь в армию! Как, черт возьми, ты вообще это сделал!?»

Фредди усмехнулся. «Когда ты набираешься сил, можно делать много безумных вещей. Ладно, хватит о подземелье. Уверен, вы все уже натерпелись. Может, пойдем и поедим чего-нибудь?»

«Конечно», — сказал Майкл. «Я умираю с голоду».

Вместо того чтобы отвезти их в ресторан, Фредди решил привести их к себе в квартиру и заказать еду.

Лукас и его мать были удивлены, увидев вошедшую группу.

Как только Фредди заметил Лукаса, он пригласил его к себе. «Лукас, друг мой, мне нужна услуга».

«Хм?» Молодой человек поднял бровь. «Что это?»

«Видишь эту девчонку?» — он косвенным жестом указал на Дженис. «Она довольно симпатичная, не так ли?»

«Эээ… я полагаю?»

«Она тебе нравится?» — спросил Фредди.

«Ого, помедленнее! Куда ты клонишь?»

«Просто да или нет».

«Э-э... Э-э...» — он осторожно взглянул на нее, — «да... я полагаю?»

«Хорошо. Иди и приударь за ней».

«Что!?» — закричал он, затем понизил голос, когда остальные посмотрели на него. Он нервно заерзал. «О чем вы говорите!?»

«Послушай, тебе не нужно ее соблазнять или что-то в этом роде; просто иди и заводи друзей. Она станет действительно важной личностью в будущем. Сейчас твой шанс!»

«Вы можете хотя бы объяснить!?»

«Нет». Фредди повернулся к остальным. «Все! Чувствуйте себя как дома! Просто скажите, что вы хотите съесть, чтобы я мог сделать заказ». Он слегка похлопал Лукаса по плечу и наклонился, чтобы прошептать. «Я верю в тебя».

Лукас поперхнулся от этих слов и нервно взглянул на девушку. Он сглотнул и медленно пошел к ней. «Не могу поверить, что я действительно это делаю…»

Ночь прошла довольно гладко. На огромном диване в гостиной Фредди было достаточно места для пятнадцати человек, и между ними было достаточно места. Их еда прибыла довольно скоро, и после того, как Фредди настоял, что все в порядке, все просто ели, сидя на диване.

Лукасу каким-то образом удалось приятно поболтать с Дженис. Фредди не мог сказать, нашли ли они общий язык или нет.

Это было немного манипулятивно? Это было чрезвычайно манипулятивно. Но женщина была в опасности. Ее конструкция души была полезна, и если кто-то могущественный пронюхал об этом, все могло очень быстро пойти совсем не так.

Сначала Фредди нервничал, что у Джеймса или Майкла уже есть что-то для Дженис и что они могут помешать Лукасу, но, похоже, их больше интересовала мама Лукаса.

Это явно отвлекало молодого человека.

Фредди заметил это и подошел, чтобы вмешаться. «Эй, там», — поприветствовал он Хелен, прерывая ее разговор с двумя мужчинами. «Не против, если я немного поговорю с тобой?»

«Кто? Я?» — спросила Хелен, выглядя немного сбитой с толку. «О... Конечно...»

Они отошли и сели вместе на другом конце дивана.

Фредди был убежден, что Лукас будет благодарен, но когда он взглянул на молодого человека, он заметил, что тот смотрит широко открытыми от ужаса глазами. Он задавался вопросом, почему это так.

«Тебе я была нужна?» — прервала его мысли Хелен.

«А», — Фредди бросился что-то придумывать. «Э-э… О, да, я заметил, что вы с Лукасом были в странном настроении сегодня утром. Что-то случилось?»

Выражение ее лица потемнело. «Это личное дело», — сказала она. «Мне некомфортно обсуждать это с незнакомцем».

«Не волнуйтесь», — сказал Фредди, подняв руки, чтобы успокоить ее. «Я не пытаюсь вмешиваться. Я просто хочу убедиться, что вы двое знаете, что я здесь, чтобы помочь, если у вас возникнут какие-либо проблемы. Если кто-то создает вам проблемы, пожалуйста, не держите это в секрете от меня».

Она замолчала и отвернулась. «Спасибо…» — сказала она, прежде чем прищуриться. «Об этих людях… Они тоже собираются сюда переехать?»

«О, хахаха, нет», — отрицал Фредди. «Я встретил их на погружении. Они немного помогли мне, поэтому я пообещал их угостить», — сказал он, потянувшись за напитком и сделав глоток.

«А есть ли какая-то конкретная причина, по которой вы подтолкнули моего сына к ухаживаниям за той девушкой?» — резко спросила она.

Фредди на мгновение поперхнулся, когда его напиток попал не в то отверстие. Он выкашлял его, затем неловко усмехнулся. «Ты это заметила, я вижу…»

«Я его мать. Конечно, я это заметила». Она вздохнула. «Хотя я ценю помощь… пожалуйста, не играйте с моим сыном. Он не игрушка».

Фредди выглядел немного виноватым. «Мне жаль. Но у меня есть свои причины. Видишь девушку, с которой он разговаривает?»

«Да, я ее хорошо рассмотрела».

«Скажем так, ей нужна помощь. Но у меня нет веской причины выделять ее. Обращение к ней будет воспринято крайне подозрительно, и ее команда, скорее всего, предупредит ее не связываться со мной. Если я хочу спасти ее из затруднительного положения, мне придется помогать всей ее команде. С другой стороны, если она нравится вашему сыну, у меня есть веское оправдание помогать только ей».

«Я не понимаю», — сказала она. «Зачем беспокоиться? Она вряд ли откажется от вашей помощи, если вы будете настаивать».

«Я не собираюсь ничего навязывать. То, что у меня есть власть, не означает, что у меня есть право. У меня есть свой предел».

Хелен промолчала и медленно отвернулась. «Понятно», — прошептала она, прежде чем взять свой напиток и посмотреть на свое отражение в неподвижной, жидкой поверхности.

Ночь продолжалась.

В конце концов, группе старателей это надоело, и они продолжили свой путь.

Лукас помахал Дженис, и она, хихикая, помахала в ответ.

Фредди подошел к молодому человеку с ухмылкой. «Ну... Как все прошло?»

«Ну… Не уверен, чего именно ты этим хотел добиться, но можешь считать это успехом… потому что у меня свидание».

На следующий день Фредди покинул дуэт матери и сына и отправился на назначенную им встречу.

Он вошел в довольно роскошное кафе и поднялся на второй этаж. Там, сидя в зале со столом, полным напитков, Тор и Тревис помахали ему рукой.

----------

Багровый Источник

Встреча Фредди с этими двумя мужчинами прошла довольно гладко.

Его единственным реальным требованием было то, что он хотел быть больше партнером Вальхаллы, чем подчиненным, и Тор согласился на это без особых проблем. Между ними царила атмосфера здорового недоверия — хотя они были готовы работать вместе, ни у одной из сторон не было достаточно информации о другой стороне, чтобы без сомнений сказать, что они не замышляют ничего хорошего.

В конце концов они пришли к простой сделке: Вальхалла связывалась с Фредди, когда им нужна была помощь с чем-то, а затем они договаривались, как платить ему за его услуги. Фредди мог сделать то же самое.

Ни одна из сторон не была обязана прислушиваться к просьбам другой, но отказ, когда помощь действительно была нужна, естественным образом обострил бы их отношения, как и следовало ожидать.

После довольно насыщенного часа беседы с двумя мужчинами Фредди извинился и вышел из кафе.

Когда он вышел на заснеженные улицы Репентавы, чувствуя, как холодный воздух скользит по его коже, он едва мог поверить, что прошло всего восемь дней с тех пор, как он прибыл сюда. Казалось, что за неделю с небольшим прошла вечность.

Однако следующая неделя пролетела в мгновение ока.

Фредди погружался каждый день, держась подальше от подземелья. Он не боялся идти туда, но это место доказало свою способность подтолкнуть его раскрыть карты, которые он хотел бы скрыть.

К счастью, было много других миров, которые он мог использовать в своих целях.

К его удивлению, большую часть дохода он получал от собирательства. Он продолжал недооценивать, насколько хорошим было его восприятие после того, как он проглотил все эти опасные таблетки, и насколько полезным был его талант для этой цели.

Неудивительно, что его мастерство вскоре было замечено торговцами.

Ему дали несколько предложений за любую информацию, которую он мог бы предоставить о растениях, которые он собирал. Конечно, информацию, которую могли бы использовать другие.

У него было много такой информации. Используя его талант, было тривиально ткнуть растение, а затем записать любые выдающиеся характеристики, которые были связаны с этим уровнем качества.

Но у него не было ни малейшего намерения продавать эту информацию местным торговцам.

В зависимости от того, кто ими владел, он помогал возможным будущим врагам. Кроме того, не зная, за сколько можно продать такую информацию, он, скорее всего, был обманут.

Но он все равно записал большую часть собранной информации. Как только он соберет достаточно, он сделает предложение Вальхалле.

Однако монстры все еще составляли значительную часть его дохода. Чем больше информации он собирал, тем лучше эта сторона прибыли конкурировала с собирательством. Если бы его единственной целью было получение денег, он бы занимался сбором растений, но ему также нужно было развивать свои способности.

Его основной фокус поначалу был не на бросковой комбинации, а на Багровом Источнике и Поглощении Крови. Он должен был развить эти две способности давным-давно, но, учитывая, как быстро он продвигался по служебной лестнице, у него просто не было возможности сделать это.

Получение сродства крови на второй звезде было, очевидно, не обычным делом. Поскольку у него не было родства на первой звезде, он все еще догонял свои способности до того уровня, где они должны были быть.

Поглощение Крови было очень простым с помощью его таланта. Обычно ему приходилось быть осторожным с типом поглощаемой крови и ее количеством, но с 1% Вампиризма и его сущностью нежити обе проблемы стали неактуальными.

Стандартный метод практики поглощения крови заключался в том, чтобы забрать небольшое количество крови, а затем медленно вытянуть из нее эссенцию крови, постепенно превращая ее в собственную кровь.

Это был медленный и опасный процесс, особенно если кто-то пытался употребить гнилую или ядовитую кровь.

Фредди пошел на это гораздо менее сдержанным образом. Это позволило ему создать высокоразвитую оболочку для Поглощения Крови. Завидную, на самом деле.

Пока субстанция представляла собой кровь, будь она смешана с каким-то дерьмом, смесью нескольких разных типов крови, токсичной или какой-то еще, у него не возникало никаких проблем с тем, чтобы всосать ее через кожу и впитать в свое тело.

Это было бы практически невозможно без особого таланта.

И снова проявилось подавляющее превосходство 1% Вампиризма.

Что касается его новоиспеченного Поглощения Крови, то, хотя эта способность и впечатляла, на нулевом этапе она все еще была отстойной. Поглощение всего одного литра крови стоило 5% эссенции крови. Как таковая, она была полезна только как тренировочный инструмент. Эссенция рефлюкса не стоила того во время боя.

Следующим был Багровый Источник. Это заняло несколько дней упорной работы. Ему пришлось медитировать в течение длительных периодов времени, медленно просачивая эссенцию крови в свой костный мозг и собирая кусочки информации, чтобы разгадать, какие концепции ему нужны для производства большего количества крови.

Удивительно, но его талант снова оказался весьма полезным. Его костный мозг не мог быть здоровее. Не было никаких изъянов или дисбалансов, которые могли бы загрязнить медитативный процесс.

Вскоре у него появился Багровый Источник. Он медленно ускорял его производство крови до двухкратной скорости на пике стадии 0, затем до трехкратной скорости на стадии 1, затем до четырехкратной на стадии 2 и так далее.

Он мог пойти двумя разными путями: продолжить обычный путь Багрового Источника или преобразовать способность в Очищающий Багровый Источник на 1-м этапе.

Обычный путь будет продолжать ускорять его производство крови, в то время как Очищающий Багровый Источник фактически поможет медленно очистить эссенцию рефлюкса крови внутри его тела. Оба будут иметь применение только вне боя, так как их эффект будет слишком медленным, чтобы иметь значение во время боя.

На первый взгляд, это казалось очевидным — второй вариант был лучше... верно?

Но все было не так просто.

По мере продвижения по службе его запасы крови увеличивались в геометрической прогрессии.

Но его кровь не восстановилась.

Даже обычный путь Багрового Источника не удваивал скорость с каждым последующим этапом.

С Очищающим Багровым Источником его восстановление крови будет болезненно медленным. Было заманчиво думать, что Поглощение Крови сможет это компенсировать, но так было не всегда.

Он все еще немного склонялся к этому варианту, просто потому, что у него всегда была возможность злоупотреблять таблетками для восстановления крови, поскольку он мог исцелить повреждения своего тела. У него было достаточно времени, чтобы окончательно определиться с выбором, поэтому он пока отложил его.

После того, как он окончательно определился с дизайном, ему не потребовалось много времени, чтобы закончить оболочку для Кровавого Копья.

Когда он почувствовал, что приблизился к цели, он спрятался в углу небольшого мира и продолжал работать над ним, пока не закончил.

Каждый раз, создавая одну и ту же форму, он делал это немного быстрее и лучше, пока, в конце концов, не собрал все необходимые ему микроконцепции и, наконец, не кристаллизовал оболочку.

Он просто поднял руку и пожелал этого, и почти мгновенно его кровь хлынула из его руки и образовала идеальное Кровавое Копье. Его кончик медленно сужался в точку. Его древко было достаточно гладким, чтобы увидеть часть его отражения в нем, а внизу было оперение из тонких слоев крови. Оно было не слишком тяжелым из-за низкой плотности металла крови, но было удобно толстым в его руке.

Ему не нужно было думать. Ему не нужно было сосредотачиваться. Он просто пожелал, и оружие появилось у него в руках.

Он глупо ухмыльнулся и медленно погладил его.

Он был достаточно коротким, чтобы легко поместиться в его кольце для хранения, поэтому вместо того, чтобы просто выбросить его без причины, он сохранил его и поднял обе руки. Активация способности с обеими звездами позволила ему создать два копья одновременно, по одному в каждой руке.

Этот поступок почти заставил его плакать от радости. Иметь метательное оружие готовым в мгновение ока было невероятно.

Хотя у него была возможность хранить оружие в кольце для хранения, а затем доставать его, это требовало нескольких мгновений сосредоточенности, и это было довольно отвлекающим во время боя. Способность была намного быстрее и надежнее.

В мире, где он находился, был только один тип монстров — эти крысоподобные существа, которые вырастали примерно до его колена и размножались невероятно быстро. Они также были на удивление ценными.

Он продолжил испытывать свою новую способность, бросая кучу копий в каждую крысу, которую он замечал. Он мог нанести удар с довольно большого расстояния, даже если это было немного ненадежно без законченного Гидравлического Броска. Чаще всего оперение или наконечники откалывались, делая бессмысленными попытки повторно использовать дротики. Его Поглощение Крови также не могло поглощать затвердевшую кровь, делая эту кровь невозможной для восстановления.

Но он мог высосать крысиных монстров досуха, что давало больше крови, чем требовалось для одного копья. Однако он не прибегал к этому из-за штрафа за рефлюкс.

С его навыками метания Кровавое Копьё прогрессировало довольно быстро, что не было сюрпризом. Он не только был пиковым двухзвездным, но и был невероятно силён, что позволяло ему извлекать много пользы из способности.

Благодаря поглощению крови он мог пополнять запасы крови и продолжать жить довольно долго, но время, необходимое для медитации по удалению рефлюксной эссенции, продолжало увеличиваться по мере того, как его душа истощалась, и в конце концов ему пришлось сдаться.

Всего за один день способность достигла стадии 0—63%. Возможно, после еще одного дня работы он сможет ее улучшить.

Он собрал столько крыс, сколько смог, и вернулся в проход. Была уже ночь, и людей там было совсем мало. Однако все киоски все еще работали — они были открыты круглосуточно.

Там он продал трупы и отправился обратно домой.

За последнюю неделю он заработал приличную сумму денег, особенно учитывая, сколько времени он откладывал только на развитие своих способностей. Он стал почти на 300 000 долларов богаче. И это после того, как потратил приличную сумму на ремонт и замену оборудования, поврежденного во время забега в подземелье.

Говоря о походе в подземелье…

Он вытащил катар, который выиграл в качестве приза за свой вклад. Оружие было довольно хорошим, и если бы он выставил его на продажу, он был уверен, что мог бы получить за него хорошую сумму.

Вздохнув, он убрал оружие.

Это подземелье было действительно отличным способом заработать кучу денег и развить свои способности. Он зарабатывал деньги слишком медленно, используя свои текущие методы.

Но это было рискованно.

Когда он возвращался домой, ему в голову пришла странная мысль.

А что, если он пойдет один?

Нередко в подземелье случались «пустые заходы», так как люди решали, что слишком мало искателей приключений, чтобы рискнуть. Если бы он мог пойти туда во время одного из таких пустых заходов, он был бы совсем один. С Кровавой Жертвой у него была достаточная уверенность в своей способности пройти волны до той, которая почти уничтожила их в прошлый раз.

Может быть, даже и это тоже.

Он покачал головой и отбросил эти мысли.

На тот момент это все еще было немного рискованно.

Вернувшись в квартиру, он увидел знакомую картину. Лукас сидел на диване, смотря БК, и выглядел довольно скучающим. «Привет», — поприветствовал его мальчик. «Как прошла вылазка?»

«Все прошло хорошо», — сказал Фредди.

Двери в гостевую комнату, где остановилась Хелен, были закрыты, и, по-видимому, женщина была внутри, спала. Было еще не так поздно — было всего 7 вечера.

В последнюю неделю Хеллен сильно страдала.

Хотя это было не так плохо, как отвыкание от наркотиков, отвыкание от азартных игр тоже было нелегким. График сна женщины был королевски испорчен, и она постоянно что-то ела. Головные боли, раздражительность и резкие перепады настроения появлялись каждый день. Забавно, что она, похоже, не знала, почему она так себя чувствует — ну... она не хотела в этом признаваться.

«Эй, у тебя сегодня свидание, да?» — спросил Фредди молодого человека.

Лукас кивнул, но, честно говоря, он не выглядел настроенным на свидание. Или на что-то еще, на самом деле.

Фредди усмехнулся и подошел к нему. Он сел рядом с Лукасом и положил руку ему на плечо. «С твоей мамой все будет хорошо», — сказал он, похлопав его по спине.

«Я не уверен в этом», — сказал Лукас с мрачным смехом. «Мы в лучшем положении, чем когда-либо были... когда-либо... но... Она продолжает говорить о «воздаче долга». Она пытается сделать вид, что планирует сделать это упорным трудом, но... Я вижу это по ее глазам. Как будто она просто ждет, когда мы ослабим бдительность». Он покачал головой. «Я не понимаю. Как она может быть такой?»

«Это болезнь», — сказал Фредди, вспоминая некоторых старых друзей своих приемных родителей. «Она, вероятно, не выздоровеет полностью, пока мы не отведем ее к психотерапевту».

Лукас поморщился. «А это не будет дорого?»

Фредди усмехнулся. «Чушь. По сравнению с тем, что я готов потратить на вас двоих, это едва ли можно считать дополнительными расходами. Ну ладно, хватит об этом. Иди, готовься к выходу».

Лукас вздохнул и усмехнулся. «Конечно… я полагаю».

Фредди долго смотрел на него. «Ты чувствуешь давление, чтобы встречаться с этой девушкой?»

Мальчик на мгновение замолчал. «Нет... она... я имею в виду...»

«Тебе не обязательно идти», — просто сказал Фредди. «Извини, если я заставил тебя почувствовать, что ты должен был сделать это ради меня».

«Что...?» — пробормотал Лукас. «Нет, нет, не пойми меня неправильно! Я... Ну, я готов пойти с ней на свидание... на самом деле, она мне даже нравится, если честно, просто...»

«Хмм?» — промычал Фредди, изогнув бровь. «В чем проблема?»

«Я...» Молодой человек замялся. «Я понимаю, что... для тебя это... Разница, знаешь ли, между смертным и низкоуровневым однозвездным? Для тебя это, вероятно, не так уж много значит, но для меня она... Она чертов архичеловек! Например, когда я с ней разговаривал, меня это не волновало, но теперь, знаешь ли, мне кажется, она уделила мне время только потому, что я...»

«Потому что ты как-то со мной связан?»

Лукас замер. Затем он медленно кивнул. «Да. Именно». Он сжался в себе. «Я имею в виду, что я вообще могу предложить? Я не красивый, не умный, не сильный, не богатый; я... я просто случайный неудачник. Знаешь... у меня все еще есть немного гордости! Завести девушку только из-за другого парня... Да, это меня не устраивает».

Фредди громко рассмеялся. «О, чувак. Да, я тебя понимаю. Это справедливо. Я на самом деле об этом не думал. Но попробуй подумать об этом так — среднестатистический красивый, влиятельный, богатый парень твоего возраста находится в таком положении только из-за своего происхождения. Ты думаешь, они думают о своих отцах, дядях, дедушках или тех, кто боролся за предоставленные им возможности, а потом думают: «Боже, я нравлюсь этим женщинам только из-за других мужчин»? Им, очевидно, насрать».

Лукас усмехнулся. «Да, я... Но это другое».

«Как же так?»

«Это семья», — сказал Лукас. «Это часть того, кем они являются».

«Это правда?» — спросил Фредди, вздыхая и качая головой. Он вспомнил своих родителей, людей, которые отдали его в тот же день, когда он родился. Он фыркнул. «Вы удивитесь, как мало отделяет семью от незнакомцев».

Лукас странно на него посмотрел, поэтому Фредди поспешил сменить тему: «В любом случае, в этом мире очень мало людей, которые полностью добились всего сами. На самом деле, почти все, кто у власти, находятся там только потому, что дорогу им проложили предки. Тебе не особенно повезло с прошлым, но что плохого в том, чтобы положиться на меня? Если уж на то пошло, единственная причина, по которой я действительно тебе помогаю, это то, что ты мне нравишься как человек. В этом смысле ты уже на шаг впереди своего среднестатистического молодого господина.

«Их родители, вероятно, воспитали бы их, независимо от того, насколько ужасен их характер. Между тем, если бы ты оказался куском дерьма, я бы высадил тебя на улицу в мгновение ока».

«Ого… Это не так обнадёживает, как вы, вероятно, думаете».

Фредди рассмеялся. «Просто не беспокойся об этом. Я тебе немного помогу, а потом ты сам будешь прокладывать свой путь вперед. Через год или два ты, вероятно, даже не вспомнишь этот разговор. Ну ладно, хватит об этом. Просто иди и развлекайся сегодня вечером».

«Конечно…» — сказал мальчик с преувеличенным вздохом. «Кстати… Я собирался спросить тебя… Могу ли я выбрать талант, который хочу?»

«Конечно», — сказал Фредди. «Мы вместе выберем для тебя прайм. Есть ли причина, по которой ты спрашиваешь?»

«Нет, я просто... Ничего особенного». Лукас покачал головой. «Пожелай мне удачи».

«Удачи», — сказал он игривым тоном.

Фредди некоторое время смотрел БК, пока Лукас готовился. Честно говоря, он уже планировал переселить дуэт матери и сына из своей квартиры в их собственное жилье. Они не обязательно беспокоили его здесь, но он хотел позволить Кровопролитию выйти наружу. Без приватности это было невозможно.

После ухода Лукаса Фредди поужинал и начал готовиться к работе над своими методами закалки.

Но его прервал стук.

Он медленно двинулся к двери и заглянул в глазок. Странный человек стоял с другой стороны — это был кто-то, кого он никогда раньше не видел. Он был выше среднего человека, и в его волосах были неестественные светлые пряди. Фредди мог сказать, что этот человек был двухзвездочным.

Он осторожно открыл дверь. «Привет… Могу ли я вам чем-то помочь?»

«Здравствуйте, мистер Клифф. Извините за беспокойство», — сказал мужчина, подняв руку. В его руке было письмо, и он протянул его Фредди. «Босс сказал мне переслать это вам».

«Босс?»

«Тор».

Глаза Фредди расширились. Он кивнул и схватил письмо. Мужчина кивнул в ответ и весело пошел своей дорогой.

Вернувшись в свою комнату, Фредди открыл письмо и заглянул внутрь.

----------

Приглашение

Фредди извлек из конверта небольшой листок бумаги и развернул его, чтобы взглянуть. Внутри было сообщение от Тора, написанное неряшливым почерком:

ПРИВЕТ, ДРУЖИЩЕ. ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ!

НАДЕЮСЬ, ТЫ ОПРАВИЛСЯ ОТ ЭТИХ ТРАВМ!

ВООБЩЕ, О ПРИЧИНЕ, ПО КОТОРОЙ Я СВЯЗАЛСЯ С ТОБОЙ... В ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ ПРОПАДАЛИ НЕКОТОРЫЕ ЛЮДИ, ПОЭТОМУ МЫ ПРИСТАЛЬНО ПОИСКАЛИ И НАШЛИ ТЕНЕВУЮ ТОРГОВЛЮ ОРГАНАМИ В ЗАПАДНОЙ ЧАСТИ ГОРОДА. МЫ ПРИКРОЕМ ЕЕ ЗАВТРА. Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ПРИСОЕДИНИЛСЯ К НАМ.

ИЗ ТОГО, ЧТО МЫ МОЖЕМ ЗНАТЬ, ЭТО НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ СЛИШКОМ ОПАСНЫМ. ЧЕСТНО СКАЖУ, ЕДИНСТВЕННАЯ ПРИЧИНА, ПО КОТОРОЙ Я ТЕБЯ ПРИГЛАШАЮ, ЭТО ТОЛЬКО ТО, ЧТО Я ХОЧУ УВИДЕТЬ, ИЗ ЧЕГО ТЫ СДЕЛАН.

АДРЕС НАПИСАН НА ОБРАТНОЙ СТОРОНЕ КОНВЕРТА. ВСТРЕЧАЕМСЯ ТАМ ЗАВТРА В 6 ВЕЧЕРА. НЕ ЗАБУДЬ ВЗЯТЬ С СОБОЙ СВОЕ СНАРЯЖЕНИЕ.

ПОДПИСЬ, ТОР.

Мужчина подписал письмо эфирной подписью, пропитанной эссенцией, которая ощущалась точно так же, как аура мужчины, подтверждая легитимность письма. Как и было написано в сообщении, на обратной стороне конверта был адрес. Фредди вздохнул и сложил бумагу, прежде чем спрятать ее в своем кольце.

В сообщении ничего не говорилось о компенсации. Но учитывая тот факт, что он должен был быть там в 6 вечера, они, вероятно, проведут встречу, чтобы подготовиться, прежде чем отправиться в путь где-то ночью.

Если быть совсем честным, это было так круто. Да ладно, они собирались раскрыть преступную операцию посреди ночи? Это было чертовски круто.

Однако его более прагматичная сторона была немного обеспокоена. Он не знал, с какими людьми ему придется столкнуться, и не имел ни малейшего представления о том, какую роль ему предстоит сыграть.

Не говоря уже о том, что это будет оно — как только он присоединится к ним в этой операции, это будет точкой невозврата. Он официально стал привязан к Вальхалле, и это могло сулить ему всевозможные неприятности.

Остаток вечера он провел в медитации и закалке.

Лукас вернулся через несколько часов. На его лице была легкая улыбка. Очевидно, свидание прошло хорошо.

Перед сном Фредди записал свой прогресс:

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродства крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 1% прогресса

Багровый Меркурий: Стадия 1 — 50% прогресса

Багровый Источник: Стадия 0 — 11% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Тысяча Мокрых Адов: Стадия 1 — 48% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 1 — 92% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 1 — 84% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 0 — 63% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 0 — 2% прогресса

Ускоренный Кровавый Снаряд: Незаконченная эфирная оболочка

Сродство воды:

Струящийся Удар: Стадия 1 — 94% прогресса

Гидравлическое Напряжение: Стадия 1 — 81% прогресса

Создание Воды: Стадия 1 — 53% прогресса

Очищение: Стадия 1 — 0% прогресса

Струя Давления: Незаконченная эфирная оболочка

Гидравлический Бросок: Незаконченная эфирная оболочка

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 8% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 8% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -6% стоимости сущности, +5% силы для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают небольшое кровотечение.

Просматривая и сравнивая свой прогресс с тем, когда он записывал в последний раз, он не мог не вздохнуть.

Это начинало становиться немного проблематичным. Некоторые из его способностей к закалке начали сталкиваться с узкими местами, и само количество способностей, с которыми ему приходилось справляться, было ошеломляющим.

Хотя его восхождение к вершине второй звезды было стремительным, столь быстрый подъем в сборе оставил остальную часть его прогресса далеко позади. Если бы не его ненормальная физическая сила и духовные способности, он был бы далек от того, чтобы быть в состоянии бороться с кем-либо на его уровне.

Это была проблема, которую нужно было решить. Чем раньше, тем лучше.

Он уже вошел в колею с постоянными погружениями, но ему нужно было сократить график всего остального.

В последнее время он спал слишком много, в основном потому, что ему было лень вставать раньше. Это было непростительно. Хотя его талант не мог устранить потребность во сне, он мог позволить ему обходиться очень малым его количеством. Ему нужно было знать, насколько далеко он может зайти.

Он начинал с 6 часов, чтобы посмотреть, есть ли какие-либо побочные эффекты, а затем постепенно сокращал время, пока не замечал, что больше не может.

Помимо этого, ему нужно было продолжать физическую подготовку, ему нужно было начать покупать учебные ресурсы, чтобы ускорить свой прогресс, ему нужно было найти подходящее место для тренировок, используя свои способности, ему нужно было найти способ научиться лучше сражаться, ему нужно было начать пытаться зарабатывать деньги другими способами, помимо погружений, ему нужно было...

Одна за другой мысли врывались в его голову, почти вызывая головную боль. Он вздохнул и отбросил эти мысли в сторону.

У него даже не было будильника, и по опыту он знал, что ему нужен действительно мощный будильник, чтобы заставить себя рано вставать.

Этот график может подождать еще один день. Сейчас он хорошо выспится и морально подготовится к завтрашнему вечеру.

К его удивлению, он проснулся довольно рано.

Он погрузился в работу и закончил ее к полудню, а затем провел оставшееся время ожидания в медитации, чтобы убедиться, что он полностью избавился от всей рефлюксной эссенции в своем теле.

Прежде чем он успел это осознать, было уже 5 часов вечера.

Пришло время собираться в путь.

День медленно подходил к концу. Небо было мрачно-серым и затянутым облаками. Несколько снежинок кружились в воздухе, направляясь вниз, в леса внизу.

Внезапно мимо пролетела летающая карета, превратив снежную бурю в хаотичный вихрь, который со свистом исчез за горизонтом.

В северо-восточной части Американской империи, недалеко от границы с Северным поясом, в вагоне, направлявшемся прямо к Северному хребту, сидело пять человек.

Марк сидел молча, пока закалялся. Слабые следы многочисленных металлов медленно просачивались в кальциевую структуру его костей, медленно превращая ее в сплав, который был тверже и прочнее стали.

Нахар сидел напротив него, тоже сдерживая гнев, а Василиск развалился спереди, читая газету и улыбаясь про себя.

На другом конце комнаты сидели двое странных людей.

Один из них был невысоким черноволосым мужчиной. А другая была высокой женщиной с такими же темными волосами. На их коже были едва заметные шрамы, и они сидели в тишине, закрыв глаза.

Марк в конце концов не выдержал воздействия закалочной техники и был вынужден сделать перерыв. Медленно выдохнув, он открыл глаза.

Они выглядели нормально. У него не было ничего, кроме обычной пары круглых зрачков. Ну, вот так они выглядели. На самом деле он перенес очень дорогую операцию. Линзы закрывали его глаза, создавая иллюзию, что все в порядке.

Он медленно подошел, чтобы взглянуть на двух человек, сидевших сзади.

Они сразу заметили, что он смотрит на них.

В полной синхронности они открыли глаза, чтобы посмотреть на него. Их квадратные зрачки были пронзительным напоминанием об их личности и сделке Марка.

Их двоих также подвергли той же операции, что и Марка. Однако она просто не сработала. Линзы отказывались прикрепляться и оставаться на месте, что бы ни делали врачи.

Хотя зрачки Марка можно было скрыть, казалось, что квадратная форма имела для них двоих особое значение.

Они вопросительно взглянули на него, но он лишь слегка покачал головой и отвернулся.

Когда он заключил сделку, его вообще ничего не волновало. Он был на самом дне.

Но теперь, когда все стало немного спокойнее, он не мог не беспокоиться.

В обмен на их спасение он получил нечто поистине выдающееся.

Либо существо, с которым он заключил сделку, было настолько непостижимо могущественным, что могло без проблем раздавать такие дары, либо эти двое были настолько важны, что ему пришлось пойти на жертву.

Оба варианта были ужасающими по-своему.

Марк не мог удержаться от того, чтобы не бросить взгляд на Нахара. Молодой мастер также был там с ним, когда они посетили этот странный мир. Существо, несомненно, имело связь с Нахаром так же, как и с Марком.

Что касается того, почему он решил заключить сделку с ним, а не с Нахаром, он не мог сказать. Но возможность того, что он все еще планировал использовать этого человека, не исключалась.

Он не мог не усмехнуться над собой. Не было смысла пытаться разгадать планы этой твари. Он уже играл пешкой. Последнее, что он хотел сделать, это сделать неверный ход и быть съеденным.

«Ну, ребята», — внезапно сказал Василиск, захлопывая газету и садясь. «Мы приближаемся».

Марк покосился на мужчину. «Ты наконец скажешь мне, какой у них план?» — сказал он, кивнув в сторону двоих сзади. «Если ты не скажешь мне, как ты планируешь переправить их через границу, мне придется самому переправить их через Северный хребет».

«Не будь идиотом», — сказал Василиск, покачав головой и вздохнув. «Это просто самоубийство. Даже императрица должна была бы рискнуть своей жизнью, чтобы перейти через вершины. Но я думаю, что я должен выйти и сказать это», — сказал он с озорной улыбкой.

Он полез в карман и достал оттуда ожерелье. Затем он бросил его в Марка.

«Ожерелье для хранения?» — спросил Марк, смущенно нахмурившись.

Василиск ухмыльнулся. «Не просто ожерелье для хранения. Загляните внутрь».

Марк взглянул. Он был совершенно пуст. Пространство внутри не было слишком впечатляющим, но оно было немного растянуто, почти как его собственное кольцо для хранения, которое ему пришлось отрегулировать, чтобы вместить туда свой огромный меч.

Это пространство, правда, было немного больше, чем в его кольце для хранения, но в остальном ничего особенного в нем не было.

«Здесь пусто», — сухо сказал Марк.

«Проницательное замечание», — язвительно заметил Василиск.

«Я не понимаю, к чему ты клонишь. Ты предлагаешь мне засунуть их в это пространство или что-то в этом роде?» — саркастически заметил Марк, но…

«Ага.»

Марк моргнул. «А?»

Живые существа могли быть помещены в кольца для хранения, но требования для этого были сложными. Живое существо должно было либо полностью согласиться на помещение внутрь, либо быть полностью бессознательным, и оно не могло быть больше небольшой собаки. И даже в этом случае существа не могли выживать там долго. Воздух был очевидной проблемой, но большей проблемой было то, что большинство живых существ вырабатывали тепло, а теплу некуда было деваться внутри кольца для хранения, в результате чего существо заживо готовилось.

«Действительно, это особое ожерелье, сделанное специально для того, чтобы носить в себе людей», — подтвердил Василиск.

При повторном осмотре Марк заметил, что пространство внутри было почти в точности достаточно большим, чтобы вместить двух человек. «Это безопасно?» — спросил он.

«По большей части это довольно безопасно», — честно сказал Василиск. «Обычно цель этого сокровища — помочь кому-то с узкоспециализированной техникой передвижения взять с собой других в пространства, куда иначе не смогли бы попасть несколько человек. Чем лучше они подготовятся, тем дольше они смогут продержаться внутри».

Марк нахмурился, но ничего не сказал. Он никогда не слышал о таком сокровище, но с развитием эфирологии на рынке постоянно появлялись новые вещи. Он проверил ожерелье сверху донизу, чтобы убедиться в отсутствии каких-либо трюков. Убедившись, что это безопасно, он просто кивнул. «Это подойдет».

«Великолепно. Скоро будем там. Приготовьтесь их погрузить».

Пересечение границы не обошлось без проблем.

Поскольку трое трехзвездных офицеров намеревались покинуть империю, не говоря уже о том, что один из них недавно был понижен в должности лорда, их тщательно допросили об их намерениях и попросили сообщить, где именно они будут проживать, самое позднее через неделю.

Марк немного нервничал, видя, как тщательно их проверяют, и начинал опасаться, что они могут попросить обыскать их вещи.

Но, к счастью, до этого дело не дошло.

Интервью Василиска длились довольно долго, как и следовало ожидать.

Однако Марк был тем, кого они держали дольше всех. Он достиг своего нынешнего уровня власти с безумной скоростью. Единственные люди, которые могли конкурировать с его скоростью роста, достигли этого невероятно опасными или дорогостоящими способами. Либо это, либо они принесли огромную жертву.

Вдобавок к своей невообразимой скорости сбора он был неприятно близок к пику третьей звезды — его способность сбора уже составляла 287%.

Он остановился на объяснении, которое посоветовал ему дать Василиск: он достиг своего роста с помощью метода, который стоил ему значительной части его будущей жизни.

Конечно, это была ложь. Но у них не было возможности доказать, говорил ли он правду или нет.

Они продолжали пытаться допросить его, чтобы получить доказательства или более подробную информацию, но он в основном держал рот закрытым.

Хотя им, возможно, и разрешалось держать его там довольно долго, у них не было никаких правовых оснований отказать ему в пересечении границы. Он не нарушал никаких законов. У них не было доказательств правонарушения.

Ему также не нужно было беспокоиться об этих двоих — они были в безопасности в ожерелье-хранилище и были снабжены рядом вещей, которые могли поддерживать их жизнь в течение нескольких дней, если не недель.

Поэтому он просто молчал и пережидал допрос.

Спустя целых два дня их наконец пропустили.

Василиск был крайне скуп на подробности их поездки. Марк подозревал, что это потому, что мужчина также не имел ни малейшего понятия, куда именно они направляются. И хотя его догадка не обязательно была верной, она была недалеко от истины.

Первые несколько дней они в основном потратили на изучение подробностей об близлежащих городах.

Василиск оказался чрезвычайно искусным в поиске надежных поставщиков информации, и им не потребовалось много времени, чтобы составить обширный список городов, в которых они могли бы поселиться.

Район, в котором они находились, находился недалеко от того места, где на Старой Земле раньше находился крупный город — Монреаль. К сожалению для многих людей, которые там жили, Северный хребет не был особенно внимателен, когда формировался.

Почти весь город оказался в зоне образования горного хребта, а небольшая часть, которая не оказалась затопленной из-за образования нового озера.

Но был еще один крупный город, которому удалось выжить — Оттава.

Это был город, переживший полное уничтожение, даже несмотря на то, что подавляющее большинство прежнего населения погибло в первые несколько лет Разлома.

В окрестностях располагалось несколько небольших, но примечательных городов, включая Репентаву, который, по-видимому, рос довольно быстро, что делало его оптимальным местом для создания бизнес-империи.

И вот, в конечном итоге, это было именно то место, куда они отправились.

----------

Добро пожаловать на борт

Прежде чем отправиться на условленное место, Фредди отправил Кровопролитие разведать местность. На всякий случай.

К счастью, ловушки, похоже, не было. Тор ждал в углу переулка, прямо за мусорным контейнером, с натянутым на голову капюшоном, и курил сигарету.

Рядом была припаркована машина.

Честно говоря, Фредди был удивлен, что его лично приветствовал Тор. По какой причине лидер довольно крупной местной фракции мог сделать что-то подобное, он не знал. Возможно, он не доверял Фредди, а может быть, он просто хотел лично поприветствовать его в знак доброй воли.

В любом случае, Фредди чувствовал некоторое беспокойство.

«Спасибо, Кровопролитие. Возвращайся сейчас же».

Фредди медленно подошел к месту. Тор заметил его, даже не взглянув, а затем махнул рукой в сторону машины, одновременно выбрасывая окурок в ближайший мусорный бак. «Пойдем», — сказал мужчина.

Фредди кивнул и последовал за ним.

Они сели в машину, Тор занял место водителя. Они сидели молча некоторое время, пока медленно выезжали из города.

Тор, казалось бы, случайно свернул с главной дороги на едва поддерживаемую грунтовую дорогу. Машина легко справилась с неровной дорогой, и вскоре они наконец подъехали к огромным воротам. Ворота медленно открылись, и они проехали.

Когда густой лес начал рассеиваться, Фредди заметил четыре здания. Они были сильно укреплены, в военном стиле. К удивлению Фредди, он не помнил, чтобы замечал это место, когда осматривал город. Казалось, что там был установлен какой-то массив, чтобы замаскировать это место под случайный участок леса.

Не было ни единого шанса, что это место было секретом для других фракций, но даже если бы они знали, где оно находится, попасть внутрь определенно было нелегко. Толстые, высокие стены с колючей проволокой наверху окружали весь объект, вокруг патрулировало несколько вооруженных охранников. Большинство владели арбалетами, а несколько человек использовали настоящий лук. У всех было разное оружие, помимо их дальнобойных вариантов.

Арбалеты были весьма полезны. Их максимальная мощность никогда не сравнится с мощью хорошо развитой способности, но их можно было дать любому случайному придурку. Столкнувшись с отрядом смертных, вооруженных арбалетами, даже некоторым двухзвездникам приходилось быть осторожными. Если болты были покрыты ядом или имели какие-то надписи, попадание могло обернуться настоящими неприятностями.

«Как тебе наша штаб-квартира?» — спросил Тор. «Довольно мило, а?»

«Это... здорово. Ты здесь живешь?» — спросил Фредди.

«Я сплю здесь», — сказал Тор, пожав плечами. «Но днем я провожу большую часть времени в центре города. Почти все остальные живут в том здании», — сказал он, указывая пальцем на самое высокое из четырех зданий там.

Из четырех он больше всего напоминал жилой дом.

«То есть вы собираете всех здесь, пока проводите время где-то в другом месте?» — спросил Фредди с ноткой осуждения. «Разве это не подвергает опасности людей, живущих здесь?»

Тор ухмыльнулся. «Без машины, которая бы меня сдерживала, я могу оказаться здесь за несколько минут из любой точки города. Не беспокойся о людях, живущих здесь. На нашей стороне есть несколько крутых ублюдков».

Фредди изогнул бровь. «А как насчет того забега в подземелье на днях? Из подземелья нельзя выйти раньше времени. А что, если бы кто-то решил напасть на Вальхаллу в тот момент?»

Тор ухмыльнулся. «Кто сказал, что я не могу покинуть подземелье пораньше? Вот вам совет — решетка, которая запирает подземелье, не неуязвима. Ну, чтобы прорваться, нужна чертовски мощная сила, но я справлюсь с этим легко». Тор подъехал к тому, что выглядело как главное здание, и медленно вышел из машины. «Хватит об этом. Пошли, мы немного опаздываем на встречу».

Фредди последовал за мужчиной. Массивная металлическая дверь скользнула в сторону, и они вошли в здание.

Фредди был удивлен интерьером. Он ожидал холодный интерьер из серого металла и напольной плитки, но к его удивлению, все было одето в дерево. Деревянные опорные балки впереди, деревянные половицы, даже статуи, вырезанные из дерева.

Внутри здание было определенно расширено по сравнению с внешним видом, чего Фредди уже ожидал. Степень расширения, несомненно, была немного удивительной, учитывая кажущуюся длину коридора перед ним.

Они не пошли по коридору до конца. Вместо этого они вошли в лифт, который доставил их прямо в конференц-зал.

Когда они вошли внутрь, шаги Фредди на мгновение замерли. В комнате, отделанной деревом, со стойками для доспехов, демонстрирующими всевозможное оружие и доспехи, занимающими всю круглую стену, за круглым столом сидело около двадцати человек.

Кроме Тора, никто не сдерживал свою ауру.

Было только три человека, чья аура могла сравниться с аурой Фредди: Трэвис, высокий блондин, которого он встречал раньше; какая-то брюнетка в красных кожаных доспехах; и невысокий лысый старик с ужасными шрамами на лице.

Что касается остальных людей, то их было очень мало выше половины второй звезды. Большинство людей были мужчинами, и только четыре женщины присутствовали. Все были в тяжелой броне и щеголяли шрамами по всей коже. Все их оружие было в пределах досягаемости руки.

Хотя давление ауры не было подавляющим из-за отсутствия людей выше его уровня, ее огромная толщина все равно была неприятной.

«Чёрт, это новый парень?» — усмехнулась женщина в красных доспехах. «Я даже отсюда вижу своё отражение в его жемчужно-белой коже».

Это мгновенно заставило всех присутствующих громко рассмеяться, и даже Тор присоединился к ним с легким смешком.

Тор наконец махнул им рукой, чтобы они затихли. «Ну, ну, я бы не стал недооценивать этого парня только из-за его внешности. У этого парня есть особые целительные способности — шрамы просто не прилипают к нему; не так ли?» — спросил он Фредди, похлопав его по плечу.

«Да…» — неохотно признался Фредди.

Честно говоря, он чувствовал себя не в своей тарелке. Его ладони вспотели, и он с трудом набирался уверенности, чтобы поднять голос. Эти люди были серьезными воинами, которые заслужили право называть себя так через многочисленные испытания.

Хотя он видел настоящее дерьмо и преодолевал невозможные трудности, он все еще был относительно молод и неопытен. Трудно было удержаться от ощущения давления.

«В любом случае, этот человек — Фредди Клифф», — представил его Тор. «Фредди, познакомься с бандой».

«Привет, Фред», — поприветствовал его Тревис. «Ты меня уже знаешь».

«Я Лара», — сказала женщина в красных доспехах, слегка улыбнувшись.

«Меня зовут Джеффри», — сказал старик рядом с ней.

Медленно, один за другим, остальные представились.

Хотя его пиковый ум, достигший двухзвездного уровня, обычно без проблем справлялся с обработкой информации, Фредди внезапно обнаружил, что ему трудно запомнить имена всех людей.

Когда они закончили знакомства, Фредди занял ближайшее свободное место и сел.

Тор прошел в другой конец комнаты и нажал кнопку на столе. Тут же в воздухе появилась проекция, и он повернулся, чтобы посмотреть на нее.

Появились фотографии старого здания в ночное время. Внешний вид был скучным, унылым серым, с черными полосами процветающей плесени везде, где вода капала по его фасаду. Здание было высотой в семь этажей. Все окна были спущены. Свет был выключен во всех комнатах, кроме нескольких присутствующих. Вход был спрятан между чем-то, что выглядело как старый склад и проволочная ограда.

Глаза Фредди сузились. Он уже видел это здание раньше. Оно было не так уж далеко от того места, где жил Лукас.

Показав фотографию и карту его расположения сверху, Тор подробно рассказал о том, что находится внутри здания.

Здесь находилась торговая точка по торговле органами, тайно спонсируемая Strata.

Strata была одной из пяти основных местных фракций. Они были корпоративным образованием, во многом похожим на Gem & Faller Co. Но в то время как Gem & Faller занимались рядом различных видов бизнеса, в основном связанных с финансами, казино и кредитными услугами, основной сферой влияния Strata было здравоохранение.

Они имели практически исключительную монополию на любую форму медицинского лечения в Репентаве. Они владели магазинами, где продавались лечебные лекарства, они владели больницами, и они владели всеми частными учреждениями, включая стоматологов, физиотерапевтов и даже психологов.

Цены на все их услуги обычно были завышены до чертиков.

Но, похоже, им этого было мало.

К сожалению, торговля органами была чрезвычайно распространена практически во всем мире. Нередко архилюди получали серьезные травмы, приводящие к экстремальному повреждению их органов.

Хотя сверхъестественное качество исцеления могло восстановить утраченную ткань, эта ткань была намного хуже того, что было утрачено. Единственный способ вернуть органу идеальное здоровье — это высококачественное исцеление. Но это было дорого.

А тела смертных стоили гроши.

С особыми талантами и способностями к сродству с жизнью пересадка органов была намного проще, чем на Старой Земле. Можно было легко избежать таких вещей, как несовместимость по группе крови или генетике. Органы также можно было поддерживать в живых без особых трудностей, а их извлечение с минимальными повреждениями было тривиальной задачей для специалистов.

Подробно определив места содержания людей, операционные и смену охраны, они быстро составили план действий по проведению рейда.

Каждому была дана роль в зависимости от того, что у него получалось лучше всего.

Затем настала очередь Фредди.

«А теперь наш новичок!» — драматично сказал Тор, уперев руки в бока. «Хм… Знаешь, учитывая то, что я увидел, я бы сказал, что ты лучше всего подходишь для позиции авангарда. На самом деле, я бы поставил тебя в самый дальний угол, чтобы ты ворвался в здание и возглавил атаку. Но… Да, это небезопасная позиция. Если ты не веришь в свои способности справиться с этим, не стесняйся. Мы можем поместить тебя в другое место».

Хотя он действительно хотел сказать «поставьте меня сзади, чтобы я мог швырять дерьмо издалека», выжидающие взгляды присутствующих закаленных воинов заставили его гордость вспыхнуть. «Никаких проблем, мужик», — сказал он, указывая на себя трясущимся большим пальцем. «Я уверен в своей крутизне».

Он был мужчиной, в конце концов. Самый мужественный из мужчин. А мужчины были очень тупыми, когда не быть тупым означало выглядеть маленькой сучкой.

Тор кивнул. «Хорошо. Тогда мы поставим тебя впереди. Не волнуйся, их охрана не должна быть слишком сильной. Если ты ранен, немедленно отступай и лечись как можно скорее. Понял?»

«Ага».

«Ну ладно. Это должно быть все. Собирайте свое снаряжение и пошли. А ты, Фредди, я хотел бы, чтобы ты пошел за мной. У меня для тебя подарок».

Фредди был застигнут врасплох, но кивнул и последовал за ним.

Тор провел его по длинному коридору в то, что, по-видимому, было арсеналом. Внутри было множество различного оружия и бесчисленное количество частей доспехов, все аккуратно разложено.

Он мог сказать, что ни одна часть оборудования, висящего там, не была тривиальной. Было даже много проклятых предметов.

Тор прошел мимо большинства из них и направился в заднюю часть. Маленьким ключом он отпер дверь и вошел внутрь.

У Фредди перехватило дыхание.

Если последняя комната была заполнена дорогими вещами... то здесь они хранили самые лучшие вещи, которые у них были.

Тор остановился посреди комнаты и глубоко вздохнул. «Я не знаю, кто ты и откуда ты, но в своей жизни я имел дело со многими людьми, и я очень доверяю своей способности судить о характерах людей». Он медленно повернулся к Фредди. «А ты, мой друг, определенно не из Северного Пояса», — заявил он с полной уверенностью.

Фредди помолчал. «Что его выдало?»

«Жизненный опыт общения с людьми, которые прожили здесь всю свою жизнь. Я избавлю тебя от подробностей», — сказал он со смехом. «При этом я пока не совсем доверяю тебе. Это не первый раз, когда я ошибаюсь в ком-то. Но на этот раз... я собираюсь рискнуть». Он подошел к закрытой стеклянной витрине.

Внутри был плащ. Он был почти черным, как смоль, с большим капюшоном, свисающим сзади. Тор медленно стянул его с вешалки, на мгновение обнажив его внутренности.

Когда Фредди увидел внутреннюю поверхность пальто, его глаза слегка расширились. Она была исписана светящимися рунами — что указывало на то, что она была пропитана ценекитом.

«Не смотри на меня так», — сказал Тор, усмехнувшись. «Это всего лишь однозвездочное наполнение».

«Однозвездное наполнение само по себе стоит столько же, сколько однозвездный спутник», — сказал Фредди. «И материал не выглядит дешевым».

«Эй, я бы не дал тебе какой-нибудь хлам в качестве приветственного подарка». Он повернулся и бросил пальто во Фредди.

Фредди поймал его. Он был очень тяжелым, словно сотканным из металлических нитей, но мягким и гибким на ощупь.

«Что касается чар», — сказал Тор, — «у него есть незначительный саморемонт и значительная амортизация. Его можно носить поверх брони, если ты хочешь быть более громоздким, но это сделает тебя чертовски тяжелым, так что имей это в виду».

Фредди кивнул, глядя на доспехи.

Многие не понимали разницы между зачарованным и проклятым снаряжением. Но все было довольно просто.

Зачарованное снаряжение имело модифицирующие эффекты, которые применялись к самому снаряжению, в то время как проклятые предметы влияли на пользователя. Вдобавок ко всему, если они не были частью набора из нескольких частей, люди могли использовать только два проклятых предмета одновременно, в то время как они могли покрыть себя зачарованным снаряжением с головы до ног.

Чары сами по себе имели очень ограниченный эффект. Они могли удерживать только определенное количество энергии, и как только эта энергия заканчивалась, их эффект исчезал, и его можно было только медленно восполнять, поскольку руны естественным образом собирали эфир соответствующих сродств.

Однако с наделением ценекитом руны могли восстанавливаться гораздо быстрее. Чем выше был уровень наделения, тем быстрее они могли восстанавливаться, но даже наделение всего одной звездой имело огромное значение.

На нем были главная и второстепенная руны. Главная руна могла вместить 30% эссенции, а второстепенная — только 10%. При однозвездном наделении требовалось 30 секунд для главной и 10 секунд для второстепенной руны, чтобы пополниться после полного опустошения.

Руны активировались всякий раз, когда он получал урон. Поглощение ударов могло помочь ему справиться с входящим уроном, в то время как самовосстановление отменило бы любой ущерб, нанесенный броне. Если броня получала больше повреждений, чем самовосстановление могло исправить сразу, или если броня была повреждена, когда руна самовосстановления была пуста, этот урон сохранялся до тех пор, пока его не исправили вручную.

Тем не менее, если речь не идет о вырывании значительных кусков, то проблема будет быстро решена.

Он обдумал это на несколько мгновений и решил, что наденет пальто поверх своей существующей брони. Это еще больше замедлит его и сделает его еще тяжелее, но объединенная защита определенно того стоила.

«Береги эту штуку, слышишь меня?» — сказал Тор с ухмылкой. «И я надеюсь, что я прав насчет тебя. Не разочаровывай меня».

Фредди кивнул. «Спасибо. Это действительно отличный подарок. Я ценю это».

«Это инвестиция», — усмехнулся Тор. «Я просто надеюсь, что она окупится. В любом случае, нам нужно кое-что сделать. До отъезда еще много времени, так что до тех пор я вкратце расскажу тебе о некоторых вещах, которые тебе следует знать».

Фредди кивнул.

Они вернулись в зал заседаний.

Там Тор медленно объяснил, как они общаются, как они действуют, какие знаки и коды что означают, что делать в определенных ситуациях и т. д. Если бы Фредди не был пиковым двухзвездочным, это должно было бы быть недельное обучение, но с его памятью он схватывал все, как только ему это объясняли. Тем не менее, обучение длилось часами.

В конце концов они присоединились к остальным в раздевалке, чтобы подготовиться к отъезду.

Фредди снова удивился. Женщины переодевались в той же комнате, что и мужчины. Он не стал это комментировать и просто отвел взгляд. Ну, справедливости ради, смотреть было не на что. Все уже были одеты в боди.

За исключением его, конечно.

Он медленно извлек свое снаряжение из кольца для хранения и начал его надевать. Прежде чем он успел надеть шлем, один из мужчин дал ему небольшое кристаллическое устройство. «Что это?» — спросил он.

«Устройство связи», — просто сказал мужчина. «Просто вставьте его в ухо. Когда вам нужно его использовать, направь в него немного эссенции, и он сразу же загорится, позволяя вам отправить сообщение всем, кто его носит. Не используйте его без крайней необходимости. Он предназначен только для важной информации».

Фредди кивнул и вставил устройство в ухо.

Закончив, наконец, экипировать доспехи, он натянул поверх них плащ.

«Черт, — подбодрила одна из девушек. — Хорошо выглядишь, новичок!»

Парни также присоединились к издевательствам, заставив Фредди покраснеть под шлемом. Он натянул капюшон на голову.

Он хорошо рассмотрел себя в зеркало. Его массивное тело, с дополнительной броней и плащом, делало его похожим на ходячий танк. Он производил впечатление внушительного, но профессионального, как чемпион по бодибилдингу, который только что прибыл на деловую встречу.

На этом их приготовления были готовы. Все они сели в большие черные фургоны и отправились в город. Было 11 вечера, когда они уехали.

Они нанесут удар в полночь.

Фургоны были припаркованы на некотором расстоянии от здания, оставляя достаточно места, чтобы не вызывать подозрений. Многие из разведчиков и снайперов уже заняли свои места.

«Трое охранников входят через черный ход, туда и обратно», — раздался мужской голос из устройства в ухе Фредди.

Вскоре раздался еще один мужской голос. «Заключенные находятся в том же месте, что и ранее подтверждено», — сказал он, имея в виду подвал. «В настоящее время ведется работа на третьем этаже. Четвертый-седьмой этажи неактивны. На дежурстве 26 охранников. Сверху и снизу».

Так время шло. Время от времени разведчики обновляли ситуацию, отмечая перемещения охранников и заключенных.

Фредди ждал в фургоне, припаркованном ближе всего к зданию, вместе с остальным авангардом. Его ладони с каждой минутой становились все более вспотевшими, и он чувствовал, что умирает под всеми слоями брони.

Остальная часть команды дала ему прохладительные напитки. Они вручили ему что-то вроде особого зелья. Это помогло ему немного остыть и расслабиться.

«Занять позицию, — раздался в коммуникаторе голос Тора. — Мы идем туда. Туда и обратно».

----------

Рейд

Сцена была готова.

Когда часы пробили полночь, двери фургона открылись, и авангард один за другим выдвинулся, а Фредди стоял в самом начале.

«Ты справишься, большой парень», — сказала женщина в красной броне, Лара, похлопав его по плечу. «Запомни протокол».

Фредди кивнул.

По рации раздался голос разведчика, и все группы заняли позиции.

Авангард состоял в основном из бойцов ближнего боя. Был еще один, меньший отряд во главе с убийцей. Они прорвутся через верхний этаж и спустятся вниз.

И последнее, но не менее важное: Тор, которого сопровождали Трэвис и Джеффри, должен был проникнуть через черный ход, пока охранники отвлекались, чтобы захватить пленников и не дать охранникам взять их в заложники.

Что касается авангарда, то они шли по фронту.

Все они стояли примерно в 250 метрах от входа. Между ними и целью была только пустая дорога.

«По моей команде», — сказал один из дальних кастеров по связи. Затем он начал обратный отсчет с десяти.

Фредди занял позицию для бега. Мышцы его ног напряглись, а спина выпрямилась. Он наклонился вперед, крепко уперевшись ногами в землю и устремив взгляд на цель.

«Вперед!» — подал знак рейнджер.

Асфальт под ногами Фредди треснул, когда он мгновенно активировал Гидравлическое Напряжение и рванулся вперед.

Сначала его сразу же обогнали остальные участники авангарда, которые немного сбавили скорость, чтобы позволить ему догнать их, но по мере того, как он продолжал бежать, он продолжал ускоряться.

Расстояние между ними и зданием быстро сократилось.

200 метров.

150 метров.

100 метров.

90. 80. 50—

Со вспышкой пронзительного света огненный снаряд вылетел из одного из близлежащих зданий и ударил во входные двери. Взрыв сотряс все здание, но металлические двери устояли, несмотря на детонацию. Однако их петли ослабли, и они слегка прогнулись.

40 метров. 30, 20, 10—

Фредди активировал Струящийся Удар, рассчитав время так, чтобы направить весь свой импульс в металлическую дверь. С интенсивным звуком скрежещущего металла, трещинами, распространяющимися по близлежащим стенам, и большим облаком поднятой пыли, вход разлетелся на части, открывая путь в коридор.

«Нарушители!» — крикнул охранник, и из глубины здания послышались голоса множества мужчин, ругающихся. По всему зданию раздался сигнал тревоги.

Не останавливаясь, Фредди вбежал внутрь.

«Стой! Что ты возомнил о себе…» — крикнул охранник, занося меч, чтобы ударить Фредди, но его слова оборвались, когда Фредди буквально пробежал сквозь него, используя только инерцию своего тела, чтобы отбросить человека в сторону, словно сломанную тряпичную куклу.

Двери открылись глубже в коридоре, и охранники выбежали наружу, заполнив все пространство перед ним. Фредди развел руки в стороны и наколдовал Кровавые Кастеты.

Он ударил первого охранника — каменная кожа мужчины разлетелась под ударом, когда шипы вонзились в его грудь. Фредди отбросил его в сторону, ударив его о стену с такой силой, что по телу мужчины пошли трещины, и продолжил бежать вперед.

В его ударах не было жалости. С каждым взмахом он целился туда, где будет больнее всего, — и с обратной связью 1% Вампиризма он точно знал, где это было. Он не останавливался, чтобы позаботиться о каждом охраннике — за ним маршировала толпа разъяренных воинов, чтобы позаботиться об отставших. Работа Фредди заключалась в том, чтобы продолжать толкать глубже.

Звуки криков и лезвий, прорывающихся сквозь броню, плоть и кости, эхом разносились позади него, когда он прорвался, прошел мимо более слабых приспешников и свернул в коридор с меньшим количеством людей. Он сразу же мог опознать в них двухзвездочных.

Прежде чем он успел среагировать или увернуться, стрела вонзилась в шлем Фредди, оставив глубокие трещины. «Фу!» — простонал Фредди, почувствовав, как острый кусок металла прорезал поверхность его кожи.

Он увидел, как один из мужчин уперся руками в пол, а в следующий момент стены и пол сдвинулись, преградив Фредди путь вперед.

Не колеблясь, Фредди применил Струящийся Удар и ударил стену. Сила удара немедленно разрушила баррикаду, создав пространство для его движения. Человек, создавший барьер, на мгновение удивился, но тут же восстановил самообладание и применил еще одну способность, на этот раз заставив близлежащие стены образовать густую поросль острых шипов.

Фредди поднял ногу. Обе звезды зажглись в его душе. Струящийся Удар выпил почти 23% эссенции. Его нога опустилась.

Оглушительная ударная волна потрясла все здание, пол раскололся, а шипы разнесло ветром, словно песок.

Фредди немедленно побежал вперед, активировав Гидравлическое Напряжение с обеими звездами, чтобы ускориться в сторону мужчин, прежде чем они успеют восстановить ориентацию.

Внезапно из-за облака пыли он заметил яркий желтый свет.

Прежде чем он успел понять, что это такое, небольшой сжатый огненный шар ударил его прямо в грудь.

Заклинание поглощения ударов мгновенно исчезло, защитив большую часть плаща от серьезных повреждений, но этого оказалось недостаточно, чтобы остановить всю силу удара, и оно не помогло справиться с жаром.

Фредди прикусил язык, когда его органы скрутились, а тепло прошло сквозь плащ и в его броню. Как раскаленные клейма, любые куски металла, которые он носил, прожгли его защитное нижнее белье, вплавляясь в его кожу и поджаривая его плоть.

Единственная причина, по которой этот взрыв не сжег его заживо, заключалась в том, что его пиковое двухзвездное телосложение сопротивлялось вторжению огненной эссенции в его тело.

«Фредди ранен, приём!» — раздался голос Ланы из обоих каналов связи прямо за спиной Фредди.

«Я в порядке. Конец связи», — сказал он в связь, стиснув зубы и снова применив Гидравлическое Напряжение.

Сквозь пламя и пыль он казался богом разрушения.

Обе звезды активировались, вызвав по копью в каждой руке. Он бросил один прямо в голову заклинателя огня, убив его прежде, чем тот успел прийти в себя, а другой прямо в грудь заклинателя земли, но второй снаряд был недостаточно мощным, чтобы полностью пробить броню и каменную кожу человека.

Но это поразило его достаточно надолго, чтобы Фредди успел пнуть его вперед двухзвездным Струящимся Ударом.

Тело мужчины влетело в небольшую толпу архилюдей позади него, сбив с ног нескольких человек, и заметный всплеск исцеления прошёл по телу Фредди, помогая ему немного восстановиться. Однако его броня всё ещё была раскалена докрасна, и он активно горел заживо.

Он применил к себе заклинание Создание воды, почувствовал, как жар отступает, пока он не остался лишь страдать от мучительной агонии, и продолжил идти.

Большинство стоявших перед ним людей были двухзвездочными. Таким образом, никто из них не был слабаком. Все, кого сбили с ног, так же быстро вскочили на ноги, а человек сзади был в середине метания копья из камня во Фредди.

На этот раз Фредди перенаправил снаряд с помощью наручей и продолжил движение.

Его Кровавые Кастеты были поистине жестоким оружием против людей. Один из мужчин, в которого он нанес удар, попытался увернуться, но несколько шипов зацепились за его лицо и содрали с него хороший кусок кожи. Другим его противником был арх смерти, и удар Фредди, несмотря на то, что он попал прямо в грудь мужчины, не смог его убить.

Его крики эхом разносились по коридорам, пока Фредди неоднократно бил по туловищу мужчины, оставляя бесчисленные мелкие проколы и калеча его до неузнаваемости. Он пытался положить конец страданиям мужчины, целясь в его голову, но каким бы талантом он ни обладал, это сделало его голову невероятно трудноразрушимой, даже для Фредди.

Этот человек, должно быть, чувствовал себя непобедимым. С нежитью, которая оберегала его тело, и почти неразрушимой головой он был действительно крепким сукиным сыном. Но теперь он стоял перед Фредди, который калечил его тело. Человек все еще сопротивлялся боли и вызывал массу миазмов вокруг своей ладони, толкая ее к Фредди, который едва успел отклонить удар, прежде чем он врезался ему в грудь.

С гневным криком Фредди схватил макушку мужчины одной рукой и другой рукой прижал его плечи к земле. Обе звезды активировались с помощью Гидравлического Напряжения, и с висцеральным звуком разрываемой плоти и ломающихся, как ветки, костей, голова мужчины была оторвана от его тела.

Остальные охранники долго смотрели в пустоту, их лица побледнели от увиденного.

«Беги!» — крикнул один из них, и остальные тут же развернулись, чтобы бежать.

Фредди спокойно призвал Кровавые Копья и бросил их в мужчин, убив нескольких человек прежде, чем они успели дойти до поворота в коридоре.

За ним, наконец, догнала Лана. Она на мгновение заколебалась, увидев, как Фредди отбрасывает голову мужчины в сторону, прежде чем закричать на него: «Иисус, ты с ума сошел!? Тебе следовало немедленно отступить, чтобы тебя вылечили!»

«Спасибо за беспокойство», — сказал Фредди. «Но со мной все будет хорошо».

С этими словами он бросился вперед и погнался за мужчинами.

«Это безумие!!» — в недоумении закричала Лана, следуя за ним и неоднократно пытаясь убедить его отступить, чтобы получить медицинскую помощь.

Увидев, как он догоняет мужчин, она тут же лишилась дара речи.

В панике охранники заперлись в комнате, замуровав защитные металлические двери с другой стороны толстым слоем камня.

Двух звёздочный Струящийся Удар без усилий прорвал импровизированный барьер, снова сотрясая все здание и запуская металлическую дверь вперед. Двери полетели как снаряд, повернувшись и ударив одного из мужчин в позвоночник острым углом, убив его мгновенно.

Оставшиеся охранники вырвались через заднее окно и начали выпрыгивать наружу.

Фредди бросил им вслед Кровавое Копьё, когда бежал, чтобы догнать их, убив троих, прежде чем он даже прибыл. В конце концов, только двое успели выбраться вовремя, прежде чем Фредди добрался до остальных троих и без усилий разорвал их на части.

Один из мужчин активировал двойной тектонический удар и ударил Фредди по боку кулаком в перчатке.

Перезаряженное поглощение урона от рун поглотило большую часть силы, но оставшейся части было недостаточно, чтобы заставить Фредди сдвинуться с места. В следующий момент на голове мужчины появилась большая вмятина, и его тело безвольно рухнуло на землю.

Что касается двух охранников, которым удалось сбежать, снайперы уничтожили их прежде, чем они успели уйти далеко.

«Иисус Христос всемогущий…» — пробормотала Лара у него за спиной. «Из чего, черт возьми, ты сделан?»

«Хватит болтать. Еще охранников надо убить», — пренебрежительно сказал он, разворачиваясь и направляясь бегом обратно в коридор.

Остальная часть Валгаллы уже рассредоточилась по зданию, охотясь на разбросанных стражников, словно на животных. Ни для кого из них не было пощады.

Не потребовалось много времени, чтобы уничтожить оставшиеся силы противника.

«Мы схватили доктора, все кончено», — заявил отряд убийц.

«Держи его там, где ты его нашел; мы скоро будем там. Конец связи», — ответил Тор.

Фредди наконец привалился к стене, чувствуя себя невообразимо истощенным. Его тело довольно сильно восстановилось после всех повреждений, которые он нанес, но оно было далеко не полностью исцелено. Его руки сильно тряслись от все еще болезненных ожоговых ран, а ноющее истощение пронизывало его кости.

Даже с его закаленным в Тысяче Мокрых Адов телом, использование двухзвездного Струящегося Удара так много раз подряд действительно нанесло урон его телу. Его суставы болели как суки. Его пальцы чувствовали себя так, как будто все ткани в них превратились в кашу. Его правое плечо, правый локоть и правое колено чувствовали себя так, будто там застряли свободные куски чего-то, будь то кость или раздробленный хрящ.

Чем мощнее он становился, тем больше его Струящийся Удар превращался в способность, которую он просто не мог использовать по своему усмотрению. Единственный способ, которым он мог придумать, чтобы угнаться за ним, было использование еще одного смехотворно опасного улучшения для Тысячи Мокрых Адов, но даже тогда это была бы непрерывная гонка между закалкой и усиливающейся ответной реакцией.

Лара наблюдала, как он съёжился и тяжело дышал, она застонала и медленно сняла шлем. «Отправьте медиков в северо-западный угол первого этажа. Приём», — сказала она в коммуникатор.

«Не обращайте внимания. Конец связи», — вмешался Фредди.

«Что...!? Что, черт возьми, ты делаешь?» — закричала женщина. «Прежде всего, когда ты получил травму, ты должен был следовать протоколу и...»

«Заткнись, пожалуйста, на хрен!» — сердито выплюнул он. «Я знаю, что делаю. У меня талант к регенерации».

Она недоверчиво фыркнула. «Не в этом суть. С такими травмами ты был не в форме, чтобы продолжать сражаться, особенно в таком состоянии. Ты не бессмертен».

«Вы будете удивлены», — сказал он, медленно поднимаясь на ноги. «В любом случае, не беспокойтесь обо мне. Со мной все будет хорошо».

«Тор об этом услышит», — сказала она. «Если ты собираешься так сражаться, тебе не придется долго оставаться с нами. Нам не нужны маньяки-самоубийцы».

Фредди замер и медленно повернулся к ней лицом. «При всем уважении, этот суицидальный маньяк умудрился дожить до пика второй звезды со всеми своими конечностями. Если вы хотите продолжать верить, что я наивный идиот, находясь на том же уровне силы, что и я, не вижу причин не отплатить той же монетой», — резко бросил он. «А теперь, если вы меня извините, я пойду найду Тора и посмотрю, смогу ли я помочь еще с чем-нибудь».

Не дожидаясь ее ответа, он протиснулся мимо нее и направился к лестнице, ведущей в подвал.

Пока никто не смотрел, он вытащил искру нежити и ударил ею несколько раз, исцелив себя до минимума естественного качества исцеления. С этим он мог нормально функционировать, даже если его суставы все еще немного ныли, а ощущение в пальцах было немного притупленным.

Когда он спустился в подвал, его шаги на мгновение остановились. Он услышал звук плача и рыданий. Его сердце сжалось, когда он мысленно приготовился к тому, что он собирался увидеть.

Комната напоминала кошмар.

Отряд медиков молча переходил от человека к человеку, оказывая помощь тем, кто в ней больше всего нуждался.

Мужчины. Женщины. Старики и дети.

Все полуголые. У всех отсутствует хоть какая-то часть тела, которую можно было бы взять, не убивая их напрямую.

От глаз до огромных участков кожи и целых конечностей.

Многочисленные шрамы обозначали части тела, где были удалены органы, и рисунок шрамов был практически идентичным у разных пациентов.

Это было ужасное, окаменевшее зрелище. Того, кто это спланировал, даже нельзя было назвать человеком.

В животе Фредди вспыхнуло сильное чувство тошноты, и он неосознанно сжал кулаки.

«О, это ты», — сухо сказал Тор, заметив его. Мужчина оглядел тело Фредди.

Плащ был в основном в порядке. Материал был очень устойчив к горению, хотя и не был хорошим изолятором для огненной сущности. Незначительная руна самовосстановления удержала большую часть повреждений, но был небольшой участок, где ткань была потерта, прямо там, где в него попал огненный шар.

Фредди чувствовал, как восприятие мужчины лижет его тело и наблюдает за ранами под ним. Тор на мгновение нахмурился, увидев, но ничего не сказал. «Следуй за мной». Он прошел мимо Фредди и поднялся по лестнице, которая привела его обратно на первый этаж.

За ними следовали Трэвис и еще несколько бойцов, которые медленно поднимались по лестнице к месту, где держали доктора.

Мужчина был связан прямо посреди коридора, окруженный убийцами. Его лицо было сильно избито, и он выглядел так, будто у него не хватало нескольких зубов.

«Пожалуйста…» — пробормотал доктор. «Не убивайте меня! У меня не было выбора! Они угрожали моей семье! Я могу работать на вас! У меня пятьдесят лет опыта! Просто пощадите мою жизнь, пожалуйста!»

Что-то в голосе мужчины щекотало задние мысли Фредди. Он не узнавал лицо мужчины, покрытое синяками и увечьями, но, услышав голос, постепенно собрал все воедино.

Это был главный врач, который по поручению Фредди вылечил Софию.

Когда Фредди это осознал, вся кровь отхлынула от его лица.

Если бы главный врач умер, Фредди, скорее всего, потерял бы цель и ему пришлось бы искать другую группу для выполнения своей просьбы.

Но время уходило. Чем дольше он ждал, тем больше был риск, что София не сможет полностью восстановиться.

Тор подошел к доктору и поднял топор. «Нам не нужны такие целители, как ты».

Ноги Фредди двинулись прежде, чем он успел подумать, и он прыгнул прямо перед опускающимся оружием.

----------

Один страшный ублюдок

Тор не взмахнул своим топором в полную силу, и он не был настолько неопытным, чтобы не суметь остановить свой удар.

Когда Фредди прыгнул перед топором, оружие замерло на месте, а глаза Тора сузились, когда он уставился на Фредди. «Что ты делаешь?»

«Подождите минутку! Пожалуйста, не убивайте этого человека!» — сказал он.

Тор нахмурился. «Мне нужно, чтобы ты объяснился».

«Он ведущий врач в местной клинике», — сказал Фредди. «У меня назначен прием у него для моего друга, который будет страдать от необратимых последствий, если не получит необходимое лечение вовремя!»

«Тебе не нужен этот ублюдок. У нас тоже есть целители», — сказал Тор. «А теперь отойди в сторону, чтобы я мог отрубить ему голову».

Фредди прикусил нижнюю губу. «Все не так просто. Но я бы предпочел объяснить тебе ситуацию наедине».

«Ладно, вот», — сказал Тор, махнув рукой. Активировалось заклинание сродства с воздухом, создающее звуковой барьер, внутри которого находились только двое мужчин. «Говори».

«Ладно... Друг, о котором я говорю, — нежить, и сейчас от него осталась только голова».

Брови Тора подпрыгнули. «Полная реконструкция тела, а…» Он нахмурился. «Да, у нас нет никого, кто мог бы это сделать. Черт». Затем он вздохнул, когда рука, держащая топор, обвисла. «И это также означает, что он часть команды, которая не может действовать без него. И это означает, что мы не только не можем убить его, мы даже не можем заточить его. Черт возьми, чувак, ты уверен, что не можешь найти другое место, чтобы исцелить своего друга?»

«Честно говоря, нет. Но я не собираюсь играть с жизнью своего друга».

Тор усмехнулся. «Я отпущу его. Но мы выследим его и убьем после того, как он исцелит твоего друга. Кроме того, если он снова ввяжется во что-то подобное за это время, это будет твоей обязанностью разобраться с этим».

«Я понимаю», — сказал Фредди.

«Ты?» — спросил Тор. «Когда я говорю, что это будет твоей ответственностью, я имею в виду именно это. Если появится еще одна операция, подобная этой, с этим доктором в качестве ведущего, это будет твоя работа — позаботиться о ней сверху донизу. Я понимаю, что ты делаешь это для друга, но я не собираюсь рисковать жизнями своих людей ради того, кого я даже не знаю».

«Я понимаю.»

«Ладно, — Тор опустил звуковой барьер. — «Отпусти его», — сказал он.

Несколько членов колебались, но никто не поднял голоса в знак протеста. Слово Тора было законом. Они развязали мужчину, и он в панике выбежал из здания. Никто не встал у него на пути.

После этого несколько некомбатантов Вальхаллы ворвались в здание. От заботы о жертвах до ограбления трупов охранников и медленной разборки использованного оборудования, они убедились, что все было упаковано.

Пока это разбиралось, Тор куда-то исчез, а Фредди нашел укромный уголок, чтобы немного подлечиться и помедитировать, чтобы вывести часть рефлюксной эссенции из своего тела. Он также вытер кровь со своей брони и плаща.

Однако, похоже, уборка займет некоторое время.

Он вышел, чтобы присоединиться к остальным на дежурстве, но его перехватила Лана. «Нет-нет», — сказала она. «Иди отдыхай».

Фредди нахмурился. Он действительно израсходовал большую часть своей сущности, но был в достаточно хорошей форме, чтобы сражаться в случае внезапного нападения.

Но прежде чем он успел что-либо сказать, женщина внезапно вздохнула. «Извини», — сказала она. «Я была немного резка с тобой. Я говорила с Тором, и он рассказал мне, что произошло в подземелье на днях. Очевидно, что ты более чем способен сражаться так, как ты это сделал сегодня ночью. В мою защиту скажу, что этот придурок ничего не сказал об этом остальным, и...»

«Я понял», — сказал Фредди. «Вы просто следовали протоколу. Я должен был сообщить всем, с чем я могу справиться. У меня было много возможностей сделать это, хотя вы, ребята, неоднократно говорили мне, что мне придется отступить, если я получу травму. Слово «травма» в моем словаре означает нечто совсем иное. Это полностью моя вина. Я извиняюсь».

Лана неловко усмехнулась. «Извинения приняты». Она протянула ему руку для рукопожатия.

«Спасибо. И вообще, ты там был очень крут», — похвалил он.

«И вы были очень жестоки», — сказала она тоном, который не звучал как комплимент. «Хотя охранники не заслуживают милосердия, это не значит, что вы имеете право использовать против них какие-либо средства. Эти острые кастеты — неоправданно жестокое и неэффективное оружие против людей. Ради вашего же блага я рекомендую вам поискать альтернативу. По крайней мере, когда вы сражаетесь с другими людьми».

Фредди поморщился. Она была права, и он это знал. Он никогда не выходил на бой с людьми так, как сейчас. Он все еще живо помнил ощущение, когда его шипастые кулаки разрывали плоть.

Но он не ненавидел это чувство.

Возможно, это было из-за возросшей реакции на его талант. Или, может быть, он был просто долбаным куском дерьма. В любом случае, он не планировал менять свой стиль ведения боя. Кровавые Кастеты были отличным способом извлечь максимальную пользу из своего таланта.

«Я буду иметь это в виду», — уклончиво сказал он. «Но я все равно хотел бы пойти в караул».

«В этом нет необходимости, на самом деле», — сказала она. «Вы сделали достаточно. Кроме того, крайне маловероятно, что кто-то нанесет удар в этот момент. Вы всегда можете присоединиться, если ситуация станет отчаянной, но было бы лучше, если бы вы взяли минутку, чтобы отдохнуть и восстановиться».

Он помедлил мгновение и кивнул. «Хорошо».

Лана ушла, оставив его в тишине.

Он действительно чувствовал себя хорошо, и ему потребовалось бы очень много времени, чтобы восстановить больше эссенции, чем он уже сделал. Поэтому, вместо того, чтобы сесть где-нибудь и помедитировать, он прогулялся по зданию, ожидая, пока все будет закончено. Он исследовал оставшиеся верхние этажи, где собирались некоторые рабочие, и в конце концов оказался на крыше.

Ночь была снежной, пасмурной. Огни города рассеивались в облаках, придавая им оранжевый оттенок. Снежинки падали мимо его лица, переносимые легким порывом холодного ветра.

Как только он вышел, он заметил еще одного человека, сидящего на другом конце крыши. Это был Тор. Мужчина сидел на парапете, свесив ноги со стены здания, и курил сигарету. Он глубоко затянулся. С легким движением пепел рассыпался, смешавшись с хлопьями снега и затанцевав в порыве ветра. «Йо», — сказал мужчина, не оборачиваясь.

«Эй», — поздоровался Фредди, подходя. Он подошел к нему, перегнулся через парапет и повернулся, чтобы взглянуть на него.

Глаза Тора были красными и слезящимися, а из носа текли сопли. Он явно плакал всего минуту назад.

Фредди не стал это комментировать.

«Ты куришь?» — спросил Тор.

«Конечно», — сказал Фредди, принимая сигарету. Тор помог ему прикурить маленькой искрой молнии прямо между большим и указательным пальцами.

Фредди повернулся и прислонился к стене, повернувшись спиной к городу, и выпустил клуб дыма. «Какое-то злобное дерьмо, а?»

Тор фыркнул. «Ты удивишься, насколько хуже станет».

«Честно говоря, я бы, наверное, не стал этого делать», — сказал он, стряхивая пепел на землю.

«Ты не простой парень, не так ли?» — заметил Тор. «Знаешь, я не уверен, что о тебе думать. В один момент я почти готов поверить, что ты бескорыстный герой, а в другой — мне говорят, что ты оторвал голову парню».

Фредди не смог сдержать смех.

«Тебе смешно? Мужик, ты облажался».

«Да, да. Я знаю», — сказал он. «Назовите это защитным механизмом».

«Эх, я видел и худшие способы справиться. Просто не начинай отрывать не те головы, и в моих книгах ты будешь в порядке».

Некоторое время мужчины сидели молча.

«У меня к тебе вопрос», — сказал Фредди.

«Валяй.»

«Я провел некоторые исследования, когда впервые приехал сюда, и у меня сложилось довольно хорошее представление о местной ситуации. Но я не смог определить, какая из местных фракций какую грязную работу делает. Я думаю, вы знаете».

«О, я слишком хорошо знаю. Но вы ведь здесь не так давно, не так ли? Как вы проводили свои исследования? Просто для протокола: все местные продавцы информации — полнейшие мошенники».

«Я не ходил к торговцам, — сказал Фредди. — Я покупал местные газеты за последние десять лет и читал их».

Тор усмехнулся. «Это самый предвзятый источник информации, который ты мог выбрать».

«Да. Я знаю. Но когда выясняешь, к кому и против кого они предвзяты, можно многое понять, читая между строк».

Тор поднял бровь. «Знаешь... Да, ты получил их все — погоди, это на самом деле так умно, что за фигня? Ты умный чувак. Даже я бы не подумал об этом».

«Правда? Я думал, это довольно очевидно».

«Да... Я думаю... Но меня приучили никогда не доверять новостям, так что я бы не подумал об этом. В любом случае, о ком ты хочешь узнать в первую очередь?»

«А как насчет Джема и Фоллера?»

«Чувак, пошли они на хер», — сказал Тор, сплюнув со здания. «Из всех местных фракций они мне больше всего не нравятся».

«Почему?»

«Потому что они на самом деле не нарушают закон. Ну, нарушают, но в основном косвенно. Они склонны подталкивать людей к краю, загоняя их в такие большие долги, что у них нет выбора, кроме как прибегнуть к незаконной деятельности, чтобы выплатить свои долги. Их жертвы — их самые преданные приспешники. И какого хрена мне с этим делать?» Он фыркнул. «В любом случае, о ком еще тебе нужна информация?»

«А как насчет клана Ляпис?»

«Наркотики.»

«Да, у меня было предчувствие».

«Правда? Просто из газеты?»

«Ага.»

«Как ты это понял?»

«В газетах, которыми они владеют, было наибольшее количество статей, рассказывающих о пресеченных наркоторговлях».

«Это…» Тор замолчал. «Боже… Ты… О, боже мой. Это так чертовски умно. Им приходится максимально отвлекать от себя вину, так что, конечно, они… Ублюдок, тебе следует пойти в разведывательный отдел! Твои таланты здесь пропадают зря!»

Фредди усмехнулся. «Не знаю, чувак, мне это не кажется чем-то очень уж высоким».

«Нет, черт возьми, чувак. Тебе это может показаться очевидным, но это потому, что ты умный. Мой тупой зад никогда не подумает об этом дерьме, даже если у меня приставлен меч к шее».

«Да ладно, мужик, хватит целовать задницу».

Тор рассмеялся. «Ладно, кто следующий?»

«Хммм… А что насчет клана Умбра?»

Клан Умбра был единственным местным кланом, кроме Ляпис. Они в основном были пользователями темного сродства, даже зайдя так далеко, что отвергли нечестивое сродство для большинства членов и почти исключительно искали таланты темного манипулирования.

Основная причина этого в том, что у них есть несколько секретных техник, для разработки которых требуется действительно высокий уровень манипуляции.

«О, это должно быть очевидно», — ухмыльнулся Тор. «Да ладно, ты сам разберешься».

«Убийства?»

«Динь-динь-динь, бинго!» — он указал пистолетами на Фредди. «Они убивают людей, что, вероятно, очевидно с первого взгляда. Я имею в виду, что они даже не держат это в секрете. Честно говоря, я не думаю, что они настолько плохи. Конечно, они могут взять несколько безнравственных контрактов здесь и там, но в большинстве своем они не самые худшие».

«Действительно?»

«Да, да, я... Честно говоря, я не думаю, что у меня когда-либо были с ними проблемы. Они никогда не приходили за моими людьми, и я точно знаю, что другие назначили огромную гребаную награду за мою голову. При этом они не... чисты. Я имею в виду, они, черт возьми, убивают людей. Хотя технически они запрещают своим членам преследовать нецелевых, не редкость, когда кто-то из их учеников выходит на свободу и нападает на случайных искателей приключений в местном межпространстве. Просто будьте осторожны, если столкнетесь с ними».

«Чёрт. Ладно, а что насчёт Grand West Enterprises?» — спросил Фредди.

Grand West Enterprises, или сокращенно GWE, в основном занимались недвижимостью и сельским хозяйством. Они также были близкими союзниками Strata, виновников торговли органами, которую они сегодня разоблачили, и у Фредди уже было предчувствие, чем они занимались.

«О, они чертовски ужасны. Торговля людьми и рабство, в основном. Людей, которых мы нашли здесь сегодня, определенно отправили сюда после того, как они перестали быть достаточно производительными. На самом деле мы изучаем место, которое мы нашли, где, как мы подозреваем, они держат рабов для фермы».

«Остается только Strata», — заметил Фредди с кислым видом.

Тор напрягся, а затем медленно вздохнул. «Ты сам это видел. Мне нечего добавить». Он поднес сигарету к губам, глубоко затянулся, пока она не сгорела дотла, а затем сбросил ее со здания. «Еще вопросы?»

«А что насчет тебя?» — спросил Фредди.

«Я?» Мужчина ухмыльнулся. «Хочешь узнать, какой грязной работой я занимаюсь?»

Фредди усмехнулся. «Тор. Это твое настоящее имя?»

Мужчина фыркнул. «Конечно, нет. Я поменял его, когда мне исполнилось восемнадцать».

«Правда? Как тебя звали до этого?»

«Я не знаю», — сказал он.

«Ты забыл свое имя?»

«Ты удивишся, как много человек может забыть, если его ударить по голове достаточно много раз». Он ухмыльнулся. «И это было уже пятьдесят лет назад. Я думаю... Я думаю, это была какая-то тупая хрень вроде «Варфоломея» или что-то в этом роде, но я не могу вспомнить точно».

«Почему ты его изменил?»

«Потому что это было отстойно», — сказал мужчина, как будто это было очевидно. «Я начал драться с людьми довольно рано в своей жизни. Черт, ты думаешь, кто-то убежит, услышав «Варфоломей»? О нет, беги, Варфоломей идет, ааа! Не-а. Я хотел сильное имя. Имя, от которого люди будут убегать».

«Честно говоря, я думаю, что выбор Тора — это глупость».

«Так и есть, не так ли?» Он хихикнул. «Но мне это нравится. Это безумное имя. Тор. Например, кто, черт возьми, меняет свое имя на Тора? Это безумное дело. А с безумными иметь дело страшнее всего. Такие, как ты, Фредди. Люди, которые используют Кровавые Кастеты на людях и отрывают им головы». Мужчина вытащил из пачки еще одну сигарету и закурил. «Ты, мой друг», — сказал он, положив руку на плечо Фредди.

«Ты просто жуткий ублюдок».

Ночь вскоре закончилась. Когда все было сделано, они подсчитали добычу и поделили прибыль.

Если честно, Фредди был весьма разочарован суммой, которую получил. Это было больше миллиона долларов, но для такого опасного предприятия это были совсем небольшие деньги.

Он пошёл домой, и в голове у него роились разные мысли.

А когда он ложился спать, он надел на голову будильник, который должен был разбудить его через шесть часов.

Проснувшись на следующее утро, он начал свой первый день по совершенно новому, невероятно строгому графику.

Учитывая, насколько его способности отставали от его физической мощи, он сосредоточил на них почти все свои усилия на данный момент. Но их рост был поистине жалким.

Он мог ускорить рост своих атакующих способностей, используя их в опасных ситуациях, но единственным способом ускорить рост своих техник закалки было использование сокровищ, увеличивающих его способности, чтобы помочь ему.

Однако они были дорогими.

Действительно дорого.

Произведя быстрые подсчеты, он быстро пришел к выводу, что даже если он будет совершать набеги каждую неделю, у него все равно не хватит денег, чтобы покрыть расходы на эликсиры.

Он уже был на пике второй звезды. Чтобы продвинуть свои методы закалки через узкие места, ему нужно было что-то из этой крутой фигни. А крутые эликсиры стоили от 200 000 до полумиллиона долларов за бутылку.

Он не мог себе позволить использовать это средство несколько раз в день.

Неудивительно, что людям потребовалась целая вечность, чтобы добраться до третьей звезды.

Что касается Фредди, он не хотел ждать вечно.

Его мысли устремились к разговору с Тором. Он вспомнил все отвратительные вещи, которые творили местные фракции. Эти ублюдки... у них определенно было много денег. Он подумал об их отпрысках. Такие люди, как Джейсон и Шон Джем. Эти ублюдки наслаждались жизнью в роскоши и привилегиях. И все это происходило от эксплуатации.

В его памяти всплыл образ Джейсона Джема, мертвого и избитого, с мерцающим золотым кольцом на пальце.

Он не забрал его тогда, чтобы оставить как можно меньше следов.

Но на этот раз он заставит свою цель полностью исчезнуть.

----------

Шаг слишком далеко

Плохие вещи не имели тенденции происходить по какой-то определенной схеме. Будь то трагедия или простое неудобство, ничто не мешало жизни случайным образом выбить из человека все дерьмо в короткой последовательности.

Это породило поговорку давным-давно. «Когда идет дождь, он льет как из ведра, а?» — подумал Шон вслух, вздыхая.

Он сидел в небольшом кафе рядом с единственным переходом в Репентаве и потягивал кофе.

Вчера вечером их шпионы наконец подтвердили, что человек, которого в подземелье называли «Рабом», официально присоединился к Вальхалле в качестве полноправного члена.

Он все еще помнил свою стычку с парнем, еще в подземелье. Безумная физическая ударная сила в сочетании с очевидной способностью не только выдерживать экстремальный стресс для своего тела, но и способность быстро восстанавливаться после сильной отдачи. Появилась настоящая темная звезда. И она присоединилась к стороне врага.

Поистине, когда шел дождь, он лил как из ведра.

Действительно, плохие вещи не имели тенденции появляться в каком-либо порядке.

Но когда они случились так близко друг к другу, неизбежно возникло подозрение, что они могут быть как-то связаны. Смерть его брата и внезапное появление этого человека произошли с разницей всего в два дня. Конечно, они не обязательно должны были быть связаны.

Но они могли бы быть таковыми.

Это не обязательно означало, что этот человек был напрямую ответственен за смерть своего брата. По мнению Шона, вероятность этого была невероятно низкой. Но по какой-то причине его интуиция продолжала подсказывать ему, что обязательно должно быть что-то, связывающее их вместе. А что именно, он узнает в свое время.

Закончив с кофе, он встал и направился в погружение.

Что касается простых способов получения денег, то Подземелье Крепости было действительно превосходным местом. Он не всегда мог претендовать на выпадение оружия, но огромный мешок серебряных монет все равно стоил усилий. Кроме того, это заняло всего шесть часов, а область была богата эфиром, что делало ее надежным местом для сбора.

Его шаги вели его по оживленным улицам. Это было холодное утро, сверху сыпался легкий снег. Рынок прямо за проходом был таким же оживленным, как и всегда, с крикливыми перебранками между продавцами и покупателями, кучами трупов монстров, лежащих на открытом воздухе, и множеством раненых, ожидающих своей очереди у целителей.

Среди всего происходящего вокруг он совершенно не заметил человека в броне, который следовал за ним по пятам.

Фредди полностью скрыл свою звезду, смешавшись с массой людей. Ну, насколько мог вписаться массивный, бронированный человек, одетый в самый модный в мире плащ.

Но любой, кто находился ниже середины второй звезды, не имел возможности определить точное местонахождение звезды без специального метода.

А человек, за которым он следовал, похоже, даже не заметил его присутствия.

Примерно в пятидесяти метрах впереди него шел Шон Джем — брат Джейсона Джема.

На нем был полный доспех из темной кожи с усиленным и украшенным надписями шлемом, а также обычный зачарованный жилет.

Оба заклинания защищали слабые места.

Шон Джем был отпрыском Джема и Фоллера. Из того, что Тор рассказал ему вчера вечером, Фредди знал, что они были одними из худших, когда дело касалось эксплуатации. Для этого человека, с такой сильной второй звездой, не было никакого способа, которым он мог продвинутся так далеко, не участвуя в его «семейном бизнесе». И действительно, из того, что Фредди знал об этом человеке из нескольких статей, которые он видел о нем, этот человек считался важной фигурой в его семье.

Кулаки Фредди сжались, когда он вспомнил события вчерашней ночи.

Никто в этом городе не занимался похищением людей наугад с улиц. Это случалось очень редко, и это было одно из немногих дел, за которое взялись судьи Северного пояса.

Но те люди, чьи травмы были настолько сильны, что уже не могли больше жить нормальной жизнью, каким-то образом попали в лапы Strata.

Фредди вспомнил ситуацию Лукаса. Его мать влезла в безумный долг, о выплате которого они даже не мечтали.

Если бы Фредди не вмешался, весьма вероятно, что среди людей, найденных в подвале, были бы либо Лукас, либо его мать.

А этот ублюдок перед ним занимался тем, что заставлял людей попадать в такие ситуации.

Сделав глубокий вдох, он успокоился и сосредоточился. Если бы его эмоции вышли из-под контроля, его аура бы просочилась.

Шон шагнул в проход. Немного подождав, чтобы никто не понял, что он идет за мужчиной, Фредди последовал за ним.

Очень быстро стало ясно, куда направляется этот человек.

Путь к Подземелью Крепости был недолгим. У Фредди было лишь короткое окно возможностей для действий. Он постарался хорошенько осмотреться вокруг. В первом мире было много людей. Но, насколько он мог судить, никто не шел тем же путем, что и Шон.

Как только Фредди увидел, что Шон шагнул во второй проход, он немного отошел от людей и позвал своего товарища по имени: «Кровопролитие».

Скелет уже был проинформирован о том, что ему нужно делать. Не говоря ни слова, он погрузился в Нетерехо и побежал вперед. Фредди продолжал следовать за Шоном.

«Я проверил окрестности, Мастер», — сказал Кровопролитие. «За тобой никто не следует. На пути к Крепости сейчас нет никого, кроме этого человека».

«Хорошо».

Шаги Фредди ускорились, и он медленно начал догонять мужчину. Он вошел во второй проход и заметил его.

Между ними не было ничего, кроме короткой полосы пустоши. Границы царства, в котором они находились, можно было увидеть вдалеке, без единой души и без единого человека, идущего им навстречу. В этот короткий момент они были вдвоем.

В этот момент он уже не скрывал свою ауру, и мужчина сразу его заметил.

Шон обернулся. Мужчина на мгновение насторожился, но затем Фредди поднял руку, чтобы помахать, и быстро побежал трусцой. «Эй!» — позвал он мужчину.

Шон немного ослабил бдительность. «Привет!» — поздоровался он в ответ. «Ты тот парень, которого я встретил в крепости на прошлой неделе!»

«Да, это я!» — сказал Фредди, замедляя шаг и останавливаясь прямо рядом с мужчиной. «Ты направляешься в Подземелье Крепости, верно?»

Мужчина кивнул.

«Не возражаете, если я пойду с вами?»

«Конечно, не проблема…» — сказал мужчина с ноткой неохоты и долей любопытства.

«Кстати, я забыл поблагодарить тебя в прошлый раз», — сказал Фредди. «Без твоего Нечестивого Благословения все могло бы пойти совсем плохо. И, кажется, я не представился». Он протянул руку. «Меня зовут Фредди».

«Приятно познакомиться, Фредди», — сказал Шон с неловким смешком, принимая рукопожатие. «Я Шон».

«Ну, Шон, было приятно познакомиться». Внезапно обе звезды в душе Фредди зажглись, сжав руку Шона словно в тисках с силой которую предоставило Гидравлическое Напряжение, способной крушить кости.

Мужчина застонал сквозь стиснутые зубы и попытался отстраниться, но было уже поздно.

Держа руку мужчины правой рукой, он притянул его к себе, когда его вторая рука сжалась в кулак. Кровавые Кастеты появились и полетели вперед с мощью двухзвездного Струящегося Удара.

Шон быстро отреагировал и создал подушку тьмы, но хотя она и поглотила много энергии и слегка нарушила тайминг Струящегося Удара, удар Фредди остановить не удалось; шипы прорвали щит и ударили по шлему мужчины. Чары активировались, едва заблокировав остальную часть силы. Удар отбросил голову Шона назад, когда Кровавые Кастеты развалился, рассыпавшись на мелкие кусочки.

Мужчина закричал, но прежде чем он успел сориентироваться, Фредди создал копье из крови и с помощью Гидравлического Напряжения вонзил его прямо в шлем. Чары были пусты. Не было щита, чтобы заблокировать удар. С громким звуком столкновения металла острие копья Фредди вонзилось в шлем прямо через забрало, вонзившись в мозг мужчины и мгновенно убив его.

«Люди направляются сюда, Мастер», — сказал Кровопролитие. «Поторопись».

«Хорошо. Можешь вернуться, мне нужна твоя помощь».

Фредди быстро поднял тело мужчины и сложил его. Мгновение спустя мужчина исчез, плотно засунутый в кольцо для хранения Фредди.

Размер кубического метра был обманчиво огромным. Фредди, вероятно, мог бы вместить туда несколько целых тел без особых проблем.

С лязгом кольцо для хранения мужчины упало на землю. Предмет для хранения не мог храниться внутри другого предмета для хранения, поэтому он просто остался позади, когда тело исчезло. Фредди быстро поднял его и вытащил небольшую коробку.

Он купил эту коробку чуть раньше. Она была сделана из металла, изолирующего эссенцию. На всякий случай, если это кольцо можно было как-то отследить, он решил положить его в эту коробку, которая отсекала бы эссенцию и предотвращала бы отслеживание.

Спрятав коробку в кармане, он поднял руку и активировал Поглощение Крови. Он быстро собрал всю кровь мужчины, чтобы устранить улики, и мгновение спустя прибыло Кровопролитие. С его помощью он также собрал все оставшиеся фрагменты Кровавых Кастетов.

Как раз в тот момент, когда дух вернулся в его душу, небольшая группа исследователей вошла в мир с другой стороны.

Фредди вел себя так, словно ничего не произошло, и прошел мимо них в мир, где его ждало Подземелье Крепость.

Никаких свидетелей. Никаких доказательств.

Теперь ему нужно было только алиби.

Через несколько минут он был в Подземелье Крепости. Люди заметили его там. Закончив ждать открытия подземелья, они вошли внутрь.

Фредди участвовал в подземелье, как и все остальные. Он практиковал свои навыки метания и набирал свой вклад.

Не потребовалось много времени, чтобы довести Кровавое Копьё до пика нулевой стадии и подготовить его к обновлению. Что касается концепции, которую он будет использовать, ему нужно было найти остаток аэродинамики. Это заставило бы копья игнорировать большую часть сопротивления воздуха.

Это был лучший выбор для первой модернизации. Из-за малой массы снарядов им не хватало ударной прочности и они страдали от потери энергии из-за сопротивления воздуха. Они не только быстро теряли энергию, но и на их траекторию влиял ветер. После модернизации оба эффекта были бы сведены к минимуму.

В оставшейся части подземелья он в основном сосредоточился на разработке Ускоренного Кровавого Снаряда. Для этого ему не нужны были копья — подойдет любой кровавый снаряд. Поэтому он прибегнул к изготовлению небольших кусков крови размером с гальку и бросал их для практики.

Ускоренный Кровавый Снаряд было сложнее развивать, чем Кровавое Копьё, но гораздо проще, чем Гидравлический Бросок. Фредди также работал над ним некоторое время. Поэтому неудивительно, что ему наконец удалось завершить обе концепции и кристаллизовать оболочку.

Способ, которым работала эта способность, был довольно прост. Он наполнял кусок затвердевшей крови эссенцией крови, затем мгновенно поглощал эту эссенцию, чтобы ускорить снаряд. Не было необходимости определять направление или что-то еще — снаряд просто летел быстрее в том же направлении, в котором он уже летел.

Самая сложная часть с Ускоренным Кровавым Снарядом была в расчете времени. Как только кровь покидала его, манипулировать ею становилось гораздо сложнее. Поэтому ему приходилось использовать способность, пока он еще касался снаряда. Даже после завершения Гидравлического Напряжения ему нужно было практиковаться, чтобы без проблем объединить две способности.

Говоря о Гидравлическом Напряжении, он все еще застрял. «Точное направление» было чертовски сложным понятием для практики. Независимо от того, сколько он практиковался, он не чувствовал, что приближается к завершению оболочки. Если что, он почти чувствовал, что он становится хуже в прицеливании, чем сильнее он старался.

Становилось ясно, что ему понадобится что-то, что поможет ему добраться до финиша.

На этот раз забег по подземелью прошел без проблем. Без каких-либо девиантов, которые все испортили, крепость могла выдержать довольно много повреждений, и всего за двадцать минут до конца забега армия успела прорваться.

На этот раз Фредди не был в верхней части списка — он был занят своими способностями, из-за чего оказался довольно низко, на седьмом месте.

В награду он получил довольно увесистый мешок серебряных монет.

На обратном пути он шел бок о бок с несколькими другими участниками.

Банк имел отделение прямо за проходом, что позволяло Фредди напрямую вносить монеты в качестве денег. Это принесло ему чуть больше 60 000 долларов — довольно приличная сумма, учитывая затраченные усилия.

Затем, не тратя времени, он отправился домой.

«Эй, Фредди, у тебя есть...» — крикнул Лукас, как только Фредди вошел внутрь, но...

«Поговорим позже. Я занят», — сказал он, вбегая в свою комнату и запирая за собой дверь.

Он сосредоточился на некоторое время и сумел извлечь только тело мужчины. Плюс копье, которое все еще торчало из глаза мужчины. Причина, по которой он держал оборудование внутри своего кольца для хранения, была проста — просто на всякий случай, если его можно будет как-то отследить. Пока оно не покидало кольцо, оно находилось в совершенно другом измерении.

У него остался только окровавленный голый труп.

Он неподвижно лежал прямо посреди своей спальни.

Он долго смотрел на него, а затем усмехнулся. «Ух ты. Почему я смеюсь?» Он поднес дрожащую руку ко лбу. «Это пиздец». Он почувствовал, как его ноги ослабли, когда он подошел и сел на кровать.

Он чувствовал себя странно. Что-то было глубоко неправильно.

«Это настоящее дерьмо серийного убийцы», — сказал он, и его голос дрогнул.

Нет.

Это было не просто «какое-то настоящее дерьмо серийного убийцы».

Он планировал, выслеживал и убивал. Это было преднамеренное убийство — просто и ясно.

Его целью был тот, кто этого заслуживал. Вот о чем он думал, идя на это.

Но теперь, взглянув на труп на земле, он уже не был так уверен.

Рука мужчины была окровавлена и изуродована, а копье все еще торчало из его глаза. Выражение ужаса и недоверия застыло на лице мужчины. Мужчина умер, даже не успев защитить себя. Не одним способом.

Столкнувшись с реальностью того, что он сделал в тот день, он был ошеломлен, застыл на месте. Все его тело онемело. Его пальцы дрожали. Его горло сжалось.

Этот человек не был хорошим человеком. Но по какой-то причине Фредди не мог избавиться от сильного чувства вины.

Это был далеко не первый раз, когда он отнимал жизнь. Но никогда прежде он не делал ничего подобного. Это не были действия героя. И не мстителя. Черт, его главной мотивацией было даже не убить злодея — а ограбить труп этого злодея.

Уберите из уравнения личность Шона, и что останется?

Ничего, кроме действий преступника. Психопата.

Что сделано, то сделано. Он не должен был этого делать. Не так. Но он не мог это отменить сейчас.

С клятвой никогда больше не делать ничего подобного и с комом в горле он встал.

Первое, что он сделал, это поглотил всю кровь из тела мужчины. Поглощение крови было тщательным — ни единой клетки крови не осталось на его ковре или внутри тела мужчины.

Затем он использовал искру нежити, чтобы съесть труп, не оставив ничего. Сделав это, он вынул из кольца хранения небольшой красный значок.

Это был дешевый одноразовый значок маскировки. После активации он перекрывал весь свободный поток энергии в радиусе одного метра примерно на десять секунд. Его основное применение обычно заключалось в том, чтобы помогать людям прятаться, если что-то пыталось их вынюхать. Учитывая, что он был одноразовым и действовал так недолго, его вряд ли можно было назвать настоящим предметом для спасения жизни, но для целей Фредди он вполне сгодился.

Он вытащил из кармана коробку с кольцом Шона и поставил ее на пол прямо рядом со значком. Он также вытащил большую тканевую сумку для продуктов.

Сделав глубокий вдох, он активировал значок и немедленно открыл коробку, быстро вытащив все предметы из кольца Шона и положив их в сумку. Затем, прежде чем истекли десять секунд, он положил кольцо обратно в коробку и сложил предметы Шона в свое собственное кольцо для хранения.

Значок наконец треснул, и он обмяк, наконец позволив себе немного расслабиться.

Отбросив мысли о том, что он сделал, он заглянул в свое хранилище и посмотрел на свой улов.

Тор сидел в своем кабинете в Вальгалле и печатал на пишущей машинке.

Коммуникационный кристалл на столе рядом с ним внезапно засветился, и раздался голос одного из его людей. Он получил интересные новости.

Оказалось, что Шон Джем пропал.

Его семья уже начала расследование.

Тор застонал. Это могли быть ужасные новости. Джейсон Джем недавно умер. Его смерть, по крайней мере на первый взгляд, казалась странным несчастным случаем, связанным с атакой духа. Но если это была вторая смерть в их семье, Джемы, несомненно, перевернут весь город вверх дном, чтобы найти ответы.

Как и в случае со всем плохим, что когда-либо с ними случалось, они сначала указывали пальцем на Валгаллу. Он уже видел заголовки.

Началась нарастающая головная боль.

Им действительно не нужна была эта хрень — ни сейчас, ни когда-либо.

«Я повешу это дерьмо на Умбру», — пробормотал он себе под нос. «В любом случае, это, скорее всего, они».

Он вернулся к тому, что делал. Закончив, он немного потянулся и встал, чтобы принести себе кофе. Его охватило странное беспокойство. Он не мог отделаться от ощущения, что должно произойти что-то плохое. Вероятно, он просто был параноиком, но прежде чем пойти за кофе, он зашел в соседнюю комнату, просто чтобы убедиться.

В небольшой комнате, спрятанной в углу его кабинета, находился большой кристаллический экран.

Многие из его членов не знали об этом, но оборудование, которое им дал Тор, имело скрытую руну отслеживания. Оно было невероятно простым, и информация, которую оно отслеживало, была элементарной.

На самом деле он мог отслеживать только две вещи: убил ли пользователь кого-то или... умер ли он.

У него была привычка приходить в эту комнату. У него часто возникало «плохое предчувствие», которое оказывалось просто паранойей из-за всего этого чертового стресса и беспокойства, в котором он находился все время.

Главным недостатком этой системы было то, что она не работала, пока люди находились в межпространстве. Все, что происходило внутри Промежуточного мира, обновлялось только тогда, когда предмет возвращался на Новую Землю, и даже тогда существовало ограничение по расстоянию всего около пятидесяти километров. Это было обычным ограничением для таких методов.

Это было определенно слегка обсессивно-компульсивно с его стороны. Даже если бы что-то плохое и случилось, не было уверенности, что он вообще узнает об этом. Но привычка есть привычка. Лучше это, чем, например, наркотики.

В любом случае.

Тор медленно пробирался по списку предметов. Всякий раз, когда он выбирал предмет, он получал короткий список и текущий статус владельца оборудования.

Список содержал информацию о целях, которые пользователь убил в последнее время. Он был невероятно примитивным, показывая только приблизительную сборку и родственные связи убитых существ.

Он не обращал особого внимания на список — он только проверял, живы ли люди.

Но когда он дошел до плаща, который отдал Фредди Клиффу, он остановился.

Этот человек сравнительно быстро убил огромное количество целей.

Тор на мгновение прокрутил страницу вверх. «О, забег в подземелье». Но прежде чем уйти и проверить следующий пункт, он заметил что-то, что привлекло его внимание, в самом начале списка на тот день.

140-150% сбора, темный, нечестивый. Убит в 10:42 утра

Точное местонахождение и родственные связи Шона Джема, примерно в то же время, когда, по слухам, этот человек пропал без вести.

«Блядь, это… Это совсем нехорошо».

----------

Второй шанс

Пока Фредди долго перебирал вещи Шона, ему почти захотелось отказаться от всех своих моральных ценностей.

Кольцо было не только довольно просторным, что делало его уже довольно ценным даже само по себе, но и было набито всякими вкусностями. От лекарств для восстановления эссенции до эликсиров роста способностей и приличного количества праймов, которые на самом деле, казалось, содержали в себе немалую ценность, это была мокрая мечта каждого мародера.

Общая стоимость всего, что находилось внутри кольца, включая само кольцо, почти наверняка превышала двадцать, если не тридцать миллионов долларов.

Что касается эссенции-восстановления, то он решил оставить ее себе. Но вот вещами, связанными с ростом способностей, придется как-то торговать.

Для эликсиров роста способностей существовало три различных класса.

Эликсир роста способностей первого уровня не имел сродства. Его можно было использовать в равной степени со всеми сродствами. При этом он имел эффект только на стадии 0.

Эликсир роста способностей второго уровня был специфичен для сродства. Он работал для способностей 1-й стадии.

И, наконец, была штука третьего класса. Это была самая мощная и самая ценная форма эликсира роста способностей. Но она также была и самой ограничительной. Она могла способствовать росту способностей примерно до стадии 2 — 50%, и она была привязана не только к сродству, но и к микроконцепции. Если бы способность не имела соответствующей микроконцепции, эликсир был бы бесполезен.

Хотя это был последний официальный класс эликсира роста способностей, он на самом деле не был самым мощным. Но все, что имело силу за пределами этого уровня, имело нестабильные требования и чрезвычайно изменчивые эффекты, что делало невозможным вписать его в четко определенную категорию. Такие предметы просто назывались сокровищами высшего роста способностей и обычно — и как-то произвольно — ранжировались по шкале от F- до S-класса.

С этими типами сокровищ была еще одна загвоздка — их использование негативно влияло на накопление скрытой ауры. Но это вряд ли можно было назвать недостатком. Потеря небольшого количества скрытой ауры в краткосрочной перспективе ничего не значила, когда лучшие способности означали, что вы могли заработать еще больше скрытой ауры.

Тем не менее, чрезмерное использование таких эликсиров было плохой идеей — не только из-за скрытой стоимости ауры, но и потому, что это могло нарушить микроконцепции рассматриваемой способности.

Что касается содержимого кольца Шона, то все это было второсортным добром и в основном темного сродства, за исключением одного флакона с эликсиром нечестивого сродства.

Ему придется обменять это на что-то пригодное. И учитывая, что Шон мертв, ему придется быть очень осторожным, где он продает это барахло. Вероятно, ему придется обменять его в Вальхалле.

Разобравшись с этим, он перешел к праймам.

Хотя они были в основном довольно простыми, их ни в коем случае нельзя было назвать плохими.

Один из них особенно привлек внимание Фредди.

«Привет, маленький человек», — позвал его прайм со странным акцентом. «Тебе лучше бежать, но ты можешь не спастись. Это очень неопределенно».

«Какой у вас талант?»

«Если ты решишь принять меня в свою душу, ты станешь довольно быстрым. Определенно быстрее, чем тот, кто не принял меня в свою душу. Если у этого кого-то также нет силы, которая делает его очень быстрым. Или, может быть, если у него есть, но это не...»

«Я понял», — оборвал его Фредди. «А как насчет твоих сродств?»

«Земля и вода».

Брови Фредди поползли вверх.

Прочность земли. Ударная сила и гибкость воды. И талант, влияющий на скорость.

Он приложил ладонь к губам в раздумье. С водой и землей лучшим выбором было бы надеяться на металлическое сродство у второй звезды. Комбинация металл, земля, вода была, пожалуй, лучшим сочетанием сродств для бойца оборонительного типа. Но талант был связан со скоростью.

Определенно было бы лучше, если бы талант влиял на ударную силу или защиту, но это тоже не было плохим сочетанием. Скорость, сила и защита. У этого было все необходимое, чтобы сделать всестороннего бойца без каких-либо вопиющих слабостей.

Многие боялись простых талантов. Кто хотел быть простым?

Но это вовсе не означало, что обычные таланты были плохими.

Существовали целые фракции, которые использовали только общие таланты.

Кроме того, при наличии достаточной скрытой ауры даже обычные таланты могут расцвести и развиться во что-то уникальное и выдающееся.

Его мысли немедленно обратились к Лукасу. Фредди бы скорее дал этому человеку надежный талант, чем какую-то нишевую ерунду, которая оказалась бесполезной. Кроме того, с такой невероятно общей комбинацией сродства и таланта никто не мог связать Лукаса с этим самым расцветом.

«О, да, разве ему не нужно было что-то от меня?» — спросил Фредди, медленно вставая.

Прежде чем пойти к Лукасу, он сначала принял душ. Он чувствовал себя слишком грязным, чтобы не сделать этого. Во многих отношениях. Он надел обычную одежду и накинул поверх нее плащ. Он обеспечивал хорошую защиту даже сам по себе, хотя выглядел как довольно обычный предмет одежды. С этими словами он вышел из комнаты.

Он нашел молодого человека, сидящего на диване и крутящего большими пальцами. Он заметил, как вошел Фредди, и быстро обернулся, едва не выпрыгнув из своего места. «Эй…» — позвал он кротко. «Ты все еще занят?»

«Нет, у меня есть время. Кстати, извини за это…» — сказал Фредди, почесывая затылок. «Мне нужно было кое-что подтвердить».

«Нет проблем, просто... Да, я... Я должен тебе кое-что сказать».

Фредди стал серьезным. «Что-то не так?» Он подошел к мужчине и сел на диван рядом с ним.

«Нет... Может быть», — нервно сказал молодой человек. «Просто эээ... Помнишь, о чем мы говорили вчера?»

«Твоя пара?»

«Нет… О моей маме».

«Да. С ней что-то случилось?»

«Она... Я тебе этого не говорил, но... Уже неделю она ходит куда-то одна, а я...»

Фредди застонал. «Она, блядь, играет в азартные игры, да?»

Лукас напрягся. «Я... Я не знаю, она ли это, но...»

«О, черт возьми», — прохрипел Фредди и потер переносицу. «Почему ты мне этого раньше не сказал?»

«Она сказала мне, что я могу доверять ей», — сказал Лукас с хныканьем в голосе. «И я действительно думал, что могу, но я заметил, что она смотрит на меня виновато, и даже сейчас...» Он выглядел так, будто собирался заплакать. «Ты собираешься нас выгнать?»

«Нет... Я не буду. Не волнуйся». Фредди сгорбился и похлопал Лукаса по плечу. «Когда она вернется?»

«Она должна скоро вернуться».

«Хорошо. Когда она вернется, мы вместе с ней столкнемся».

Лукас прикусил нижнюю губу и кивнул.

Они вдвоем подождали, и через полчаса Хелен вернулась.

Сначала она улыбнулась им, но остановилась, увидев, как они на нее посмотрели. «Эй…» — сказала она. «Что-то случилось?»

«Мама…» — позвал Лукас.

«Здравствуйте, миссис Блэк», — сказал Фредди, вставая с дивана. «Мы давно не разговаривали».

«Да... Привет». Она нервно схватила сумочку. «Все в порядке?»

«Все отлично!» — весело сказал Фредди. «На самом деле, у нас с Лукасом есть для тебя новости!»

«Мы делаем это?» — растерянно спросил Лукас.

«Конечно, чувак!» — сказал Фредди с широкой улыбкой, вытаскивая прайм из своего кольца-накопителя и бросая его в Лукаса.

Лукас поймал его и уставился на него. «Это... Это...» Он сжал прайм в руках, а его глаза широко распахнулись.

Хелен прижала руки ко рту и бросилась сесть рядом с сыном. «О, боже! О, боже, о, боже! Милый, я так рада!» Она обняла сына, плача слезами радости. Затем она повернулась к Фредди. «Я понятия не имею, как мы когда-нибудь сможем отплатить за это».

«О, у меня есть идея!» — сказал Фредди, подняв палец, и его голос потемнел. «Может быть, когда ты наконец выиграешь, ты просто вернешь мне деньги!» Он закончил предложение почти рыча.

Весь свет покинул лицо женщины, когда она услышала эти слова. «Это... Я... Это не очень смешно, мистер Клифф».

«Правда? Я думаю, это чертовски уморительно!» — сказал он и громко рассмеялся.

Лукас посмотрел на него странно, почти со страхом.

Фредди спохватился. Он увидел, как мать и сын смотрят на него со страхом в глазах, и почувствовал, как внезапно сдувается. Он закашлялся. «Извини за это. Это должен был быть счастливый момент». Он опустил взгляд и схватил клок волос надо лбом. «Черт возьми. Слушай, я... Твой сын беспокоится о тебе», — сказал он.

Лукас вдруг кивнул. «Мама… Скажи мне честно. Ты ходила в казино?»

«Я... Нет, дорогой, пожалуйста. Я ходила гулять с друзьями, но...» Она выдавила из себя улыбку.

«Не лги мне».

Она сдулась. «Немного. Для развлечения».

Разочарование и стыд в глазах Лукаса было видеть. Он отвел взгляд и выдохнул воздух через сжатые губы. Он заставил себя успокоиться, затем повернулся к Фредди. «Ты сказал, что я могу выбирать свой прайм. Что с этим случилось?»

«Если вам это не нужно, мы можем пойти и обменять его. Но я настоятельно рекомендую вам просто взять его. Он хороший».

Лукас кивнул. «Тогда я тебе доверюсь. И еще… та другая вещь, о которой ты упомянул, все еще в силе?»

Фредди на секунду задумался, о чем говорит Лукас. Потом он вспомнил. Он медленно кивнул в знак одобрения.

Лукас кивнул в ответ и повернулся, чтобы посмотреть на свою мать. «Я хочу, чтобы ты просила о помощи».

«Но зачем?» — подначивала она, нервно смеясь. «Дорогой, это на самом деле не так уж и серьезно. Я в порядке».

Он поднял руку, чтобы прервать ее. «Мы говорили об этом... так много раз, мама, мне это надоело», — твердо сказал он. «Мне это надоело. И я вижу, что ты этого не видишь, но не можешь остановиться. Но тебе это не нужно. Нам это не нужно».

Подобно рыбе, выброшенной на сушу, она постоянно открывала и закрывала рот, словно пыталась что-то сказать, но не могла найти слов.

«Я знаю, ты всегда хотела для нас самого лучшего, мама», — сказал Лукас дрожащим голосом. «Но теперь позволь мне сделать это», — сказал он. «Я буду усердно работать. Я стану сильным». Он поднял прайм в одной руке и помахал им. «Мы уже сделали его большим». Слеза скатилась по его щеке. «Так что, пожалуйста, просто остановись... Пожалуйста».

Она долго смотрела на него. Улыбка, которую она пыталась выдавить из себя, наконец рассыпалась, и она разрыдалась. «Мне жаль. Мне так жаль», — всхлипнула она, крепко обнимая его.

Фредди дал им немного выплакаться.

Но про себя он насмехался.

Для него эта сцена не была нисколько трогательной. Скорее, от ее вида ему становилось дурно.

Однажды он видел почти слово в слово взаимодействие двух друзей своих родителей; это было просто между мужем и женой. Не прошло и недели, как он проиграл все, что у них было.

Подобные слезливые извинения никогда не заканчивались ничем.

Как только настроение менялось, люди тут же возвращались к старым привычкам.

Он почти мог представить себе, как он плачет в том паршивом отеле, глубоко сожалея обо всем, что сделал, и все же он здесь; такой же, как всегда, — хуже, чем когда-либо.

Хотя он не знал, спасет ли это ее на самом деле, он обещал Лукасу помочь его матери. Пришло время выполнить это обещание. «Я уверен, что вы, ребята, хотели бы отпраздновать сегодня вечером. Но перед этим я хотел бы отвезти вас кое-куда».

Без машины Фредди был вынужден идти пешком из города, чтобы добраться до штаб-квартиры Вальхаллы. Он молчал о том, куда он их везет, хотя они спрашивали его об этом несколько раз.

Мать Лукаса нуждалась в профессиональной помощи. Но Фредди был бы проклят, если бы отвез ее в какое-либо место, принадлежащее Strata. К счастью, в Валгалле были свои специалисты по психическому здоровью.

Их пропустили через ворота и сразу же пригласили войти.

Лукас и Хелен уставились на него широко раскрытыми, как блюдца, глазами, полными шока и благоговения. Они понятия не имели, что Фредди связан с Вальхаллой. Когда они наконец сложили части воедино, Хелен выглядела пораженной. Она медленно переместилась к Фредди и потянула его за рубашку. «Мистер Клифф... Разве это не те...» — она сглотнула — «те террористы?»

Фредди рассмеялся. «Не волнуйтесь, леди, это самые милые террористы в городе!»

Она выглядела так, будто собиралась упасть в обморок. «О... понятно...»

Как только они вошли, Фредди наткнулся на Трэвиса, который спросил о двух новичках. Фредди объяснил ситуацию, и мужчина кивнул.

Трэвис проводил их в кабинет специалиста по психическому здоровью.

Хелен все еще была потрясена тем фактом, что они находились в штаб-квартире Вальхаллы, в то время как Лукас наблюдал за происходящим с благоговейным страхом.

«Вот он», — сказал Тревис, указывая на дверь. «Я пойду. Если хотите, ребята, присоединяйтесь ко мне в столовой. Мы выпьем немного».

«Конечно, чувак», — сказал Фредди, ударив Трэвиса кулаком.

Затем, когда Трэвис ушел, Фредди повернулся к Хелен. «Я не могу заставить тебя войти», — сказал он. «Все, что будет дальше, зависит от тебя».

«Я не уверена в этом…» — сказала она.

«Мама», — позвал Лукас, хватая ее за руку. «Пожалуйста. Просто поговори. Это все, о чем я тебя прошу».

Она медленно кивнула. «О, боже. Я не могу поверить, что я это делаю». Она улыбнулась Лукасу. «Я люблю тебя».

«Я тоже тебя люблю, мама».

Она глубоко вздохнула и с большой неохотой толкнула дверь и представилась. Двери закрылись, прервав звук.

Вот так Лукас и Фредди остались одни.

«Боже... это место такое классное!» — сказал Лукас, любуясь деревянным интерьером коридоров Вальгаллы.

«Да, должен признать, у них есть чувство эстетики».

«О, слава богу, что ты здесь», — раздался внезапный голос из коридора. Разъяренный Тор подбежал к ним и бросился к Фредди. «Просто пойдем со мной». Он бросил короткий взгляд на Лукаса. «Э-э… я тебя не знаю».

«Э-э... привет», — ответил Лукас в замешательстве. «Я Лукас».

«Тор, приятно познакомиться, малыш».

Лукас замер. «Ты…»

«Не обращай внимания», — сказал Тор, поворачиваясь к Фредди. «Твой друг может подождать тебя где-нибудь здесь; ты обязательно должен пойти со мной».

Фредди строго кивнул.

Он оставил Лукаса и последовал за Тором.

Они вошли в кабинет Тора. Он был аккуратно обставлен, без каких-либо отвлекающих факторов, в том же деревенском стиле, что и большая часть здания. Мужчина даже не стал ждать, чтобы сесть, прежде чем повернуться лицом к Фредди. «Ты убил Шона Джема сегодня. Какого хрена это произошло, и еще, пожалуйста, скажи мне, что тебя никто не видел», — выпалил он.

Фредди нахмурился. «Как ты...?» Его взгляд потемнел, когда он это понял. «Чертово пальто», — выплюнул он. «Я доверял тебе, когда ты дал мне его».

«Это не шпионский инструмент», — поспешил оправдаться мужчина. «В нем просто есть функция безопасности, которая случайно дала мне подсказку о том, что произошло».

Фредди фыркнул. «Было бы мило с твоей стороны предупредить меня об этой «функции безопасности».

«Ты можешь злиться на меня из-за пальто позже. Шон. Расскажи мне, что случилось».

Фредди вздохнул и подошел к стулу. Он сел, а Тор прислонился к рабочему столу.

Фредди долго не знал, что сказать. Он не собирался держать это в тайне от Вальхаллы. Если он хотел торговать эликсиром, ему нужно было честно рассказать об источнике.

Однако он планировал рассказать, как именно это произошло. Он немного их надует. Или, таков был план.

Но по какой-то причине ему этого не захотелось.

«К черту все, — подумал он. — Он скажет этому человеку правду».

Поэтому с сардонической ухмылкой он повернулся к Тору. «Я последовал за ним в проход и убил его, пока никто не видел. Я сделал это максимально чисто, не оставив никаких улик, в том числе не допустив, чтобы методы слежения выдали меня».

Тор нахмурился. «Ты просто... Что? Зачем ты это сделал?»

Фредди пожал плечами. «Почему бы мне этого не сделать? Он такой же кусок дерьма, как и все они. Лучше убью его, прежде чем он встанет у нас на пути во время рейда».

Мужчина долго смотрел на Фредди с недоверием, а затем фыркнул и покачал головой. «Ну... По крайней мере, ты играл наверняка, я полагаю. Но... Ты ведь понимаешь, что ты сделал, да?»

«Да», — сказал Фредди.

«Ты правда?» — спросил Тор, прищурившись.

«Конечно, черт возьми, я это делаю», — выплюнул Фредди, его губы скривились в гримасе, когда он отвернулся от стыда. Он сжал переносицу, а затем уткнулся лицом в ладони, агрессивно потирая ее. «Я никогда ничего подобного раньше не делал», — пробормотал он сквозь ладони. Затем он опустил руки, открыв лицо, на котором отразилась самоирония, смесь нигилистического веселья и раскаяния. «И я все еще не могу поверить, что сделал это».

«Ты чувствуешь себя виноватым?»

«А ты как думаешь?»

«Я думаю, что нет», — холодно сказал Тор.

На лбу Фредди промелькнула гримаса. «Ты ошибаешься».

«Неужели?» — спросил Тор, посмеиваясь. «А что, если я скажу тебе, что Вальхалла наказывает за такие поступки десятью годами тюремного заключения?»

Тело Фредди напряглось, глаза слегка приоткрылись, а челюсти сжались.

«Вот оно», — сказал Тор, прижав палец ко лбу Фредди.

«Что там?»

«Доказательство».

«Так... Что же это тогда? Ты называешь меня психопатом?»

«Эй, это не я тебе сказал пойти и убить кого-то!» — сказал Тор. «Но нет, я не называю тебя психопатом. Ты нарцисс».

Фредди усмехнулся. «Называй меня как хочешь».

«Знаешь, твоя внешность и сбор меня не обманут, Фред», — сказал Тор. «Тебе не больше 25».

«Я никогда этого не утверждал».

«Ты обманул остальных. Но это не главное». Тор вздохнул, встав на одно колено и посмотрев на Фредди. «Ты молод. Горяч. Нет в мире страсти сильнее, чем страсть молодых людей против несправедливости — на самом деле, я никогда не видел ничего, что хотя бы немного с ней сравнится. Но она легко вводит людей в заблуждение. Она делает их сердца темными, а разум — гнилым. Посмотри, что ты сделал сегодня... это действия того, кто борется за справедливость?»

Фредди отвернулся.

«Посмотри на меня. Ты обесчеловечиваешь своих врагов. В твоих глазах они просто... монстры. А если они просто монстры, ты можешь сделать с ними все, что угодно. Потому что они этого заслуживают. Но это просто неправильно».

«Неужели!?» — закричал Фредди. «Ты видел то же самое. Ты, наверное, видел и похуже!» Фредди вскочил на ноги и ударил кулаком по столу. «Как ты вообще можешь утверждать, что они не монстры!? Как!? Эти гребаные…» — он сделал жест, словно пытался кого-то задушить, — «демоны! Почему мы должны когда-либо давать им больше доброты, чем они готовы дать другим!?

«Знаешь что, ты чертовски прав; я не чувствую себя виноватым! С чего бы мне!? Этот ублюдок всю свою жизнь обращался с людьми, как с животными! По какой хреновой причине он вообще заслуживает лучшего обращения!?»

Тор оставался спокойным, медленно поднимаясь на ноги. «Раньше я думал то же самое», — сказал он. «Но…» Он вздохнул и подошел к своему стулу, сел и задумчиво уставился в стену, как будто его взгляд достигал далекого горизонта. «Шон родился в семье негодяев. С юных лет он был невосприимчив ко всему этому».

«А, это оправдание». Фредди мрачно улыбнулся. «Мое любимое».

«Выслушай меня, ладно?» — вежливо спросил Тор. «В любом случае… Он тот, кто никогда не учился другому образу жизни. Прежде чем убить его, ты просил его изменить свои привычки?»

«Изменить его привычки?» — спросил Фредди с недоверчивым смешком. «Ты что, издеваешься? Ты что, просто простишь его? Пусть прошлое останется прошлым?»

«Фредди... Когда ты рисуешь людей монстрами и не даешь им абсолютно никакого выхода... они становятся монстрами. Когда они знают, что их не могут и никогда не простят, они не будут просить или добиваться прощения. Они будут удваивать усилия. А в случае с Шоном... Знаешь, для людей достаточно лишь некоторой степени отчуждения, чтобы простить... все, что угодно. Этот человек работал в сфере управления. Конечно, он кое-где вмешивался, но в его глазах он просто получал обратно деньги, которые им причитались».

«Ты прекрасно знаешь, что он занимался не только этим!»

«Я это чертовски хорошо знаю. А он, с другой стороны…»

«Да ладно! Это идиотизм!»

«Это так? А как насчет тебя?»

«Я!? Что я сделал?»

«Ты купил это лечение у Strata. Эти деньги пойдут на финансирование дальнейшей эксплуатации. И ты даже заставил меня отпустить этого врача. Так ты виновен в эксплуатации людей?»

Фредди нахмурился. «Это другое».

«Это действительно ощущается по-другому, не так ли? У тебя ведь не было выбора. На карту была поставлена жизнь твоего друга. Это был единственный правильный поступок. Но по-твоему, если ты родился и вырос в семье отбросов общества и с юных лет научился любить этих людей, узнавая от них все, что знаешь о мире, и даже не имея возможности исправиться, это грех, достойный смерти. Ни судьи, ни присяжных — прямиком к палачу».

Фредди просто тупо смотрел, а его плечи медленно опускались.

«Послушай», — продолжил Тор. «Я не говорю, что Шон был придурком, который не знал, что делает. И я даже не говорю, что убивать его было неправильно. Но ради тебя самого, больше, чем ради него... ты мог бы спросить. Ты мог бы противостоять ему и бросить вызов его убеждениям. Поставить его задницу на место. Он осознает, что делает? Он осознает, что может остановиться? Что он может стать лучше?

«Но нам не нужно все усложнять. Просто скажите мне, как ты себя чувствуешь? Ты чувствуешь, что поступил правильно? Не нужно мутить воду рассуждениями и логикой, просто послушай, что говорит тебе твой моральный компас. Как ты себя чувствуешь?»

Фредди снова отвел взгляд.

Тор фыркнул и покачал головой. «Ты чувствуешь себя дерьмом. Все просто. Ты чувствуешь себя абсолютным дерьмом. И хочешь знать почему? Потому что ты сделал что-то дерьмовое. И этот моральный компас, который есть у каждого из нас, он кричит на тебя. Он дает тебе знать, что ты не должен был этого делать. Я призываю тебя прислушаться к нему».

Тор слез со стула и подошел к Фредди. «Ты сегодня испачкал себя. Это пятно может только померкнуть; оно никогда не смоется полностью. Я тоже не очень-то чист. Я пожалел о своей доле решений. Черт, если бы я столкнулся с кем-то вроде тебя после некоторых из них, я бы не дожил до сегодняшнего дня. Но эй, посмотри на меня сейчас», — сказал он, широко разводя руками. «Я ведь не злодей, правда?»

«Я... я думаю, нет...»

Тор улыбнулся. «Ты ведь получил кольцо этого человека, да? Дай-ка я посмотрю, что он уронил».

Фредди расхохотался, глядя на Тора с недоверием. «Ладно, черт! Это был быстрый поворот!»

Тор усмехнулся. «Эй, да ладно, мы уже сказали то, что нужно было сказать, не так ли?»

Смех Фредди медленно стих. Затем он внезапно разрыдался. Его охватили неконтролируемые рыдания.

Тор похлопал его по плечу. «Я не собираюсь говорить тебе, что все в порядке. Я не собираюсь тебе лгать», — сказал он.

Фредди кивнул. «Хорошо. Я понял». Он вытер слёзы рукавом.

«Хорошо. Теперь идем. Я уверен, что ты захочешь избавиться от того, что ты подобрал».

----------

Езда и гринд

Тор проводил Фредди в их сокровищницу, где личные вещи Шона наконец-то были обменены. Сокровищница была запечатанным пространством, которое не позволяло отслеживать ее извне, что означало, что они могли вывалить что угодно, не боясь раскрыть себя.

Что касается снаряжения Шона, то все чары пришлось снять. Невозможно было просто снять отслеживающие руны и оставить все остальное — чары предмета были единой эфирной конструкцией. Снять их можно было только все сразу.

Естественно, это сильно снизило ценность снаряжения мужчины. Его ценность еще больше пострадала от необходимости косметически изменять детали, чтобы никто не заметил сходства. Но мужчина все еще обладал некоторыми ценными вещами, большинство из которых были неповрежденными.

Что касается всего остального, Фредди продал большую часть вещей в кольце. Он оставил себе только само кольцо и остатки праймов. Была причина, по которой многие люди носили в своих кольцах кучу праймов — они были одним из самых компактных способов хранения богатства.

Если бы Фредди когда-нибудь снова захотел исчезнуть, он бы предпочел сделать это с коллекцией праймов, которую он мог бы продать в качестве стартового капитала.

Что касается эликсира, то Фредди обменял его весь на один большой флакон второсортного эликсира сродства к воде.

С помощью своего уникального кольца он мог относительно легко проталкиваться сквозь узкие места в своих способностях крови. Но его водные способности были другой историей. Точнее — Тысяча Мокрых Адов. Это была его самая мощная и самая сложная для развития способность, и она даже близко не была завершена. Она также, по-видимому, застряла, и он изо всех сил пытался продвинуть ее вперед, что было вероятным признаком того, что она достигла серьезного узкого места.

В кольце для хранения Шона было много других вещей, и что касается их, то Фредди не нуждался в большинстве из них. В основном это были базовые эссенции-восстанавливающие и лечебные лекарства. Фредди решил их продать.

Он также в конечном итоге продал катар, который он получил в награду за прохождение Подземелья Крепости. Даже если бы он хотел использовать такое оружие, он бы сделал его из собственной крови. При этом его цена полностью шокировала Фредди — Тор предложил за него почти полмиллиона долларов .

Фредди долго размышлял, стоит ли ему достать что-нибудь из своего кольца, чтобы обменять его.

Была проклятая одежда, которую можно было использовать для создания проклятого предмета. Но в конечном итоге он решил не продавать ее. Он хотел превратить ее в проклятый предмет в какой-то момент, но это, несомненно, стоило бы хорошей суммы денег, и он не нуждается в проклятых доспехах в данный момент, учитывая, что у него был плащ.

Кроме этого, там были некоторые из последних вещей, оставшихся от кольца Джанхалара. Флаконы с кровью были чем-то, что он мог бы, возможно, поглотить, чтобы посмотреть, будет ли от этого какой-то полезный эффект, но два других предмета были полной загадкой.

Там был стеклянный флакон с двумя маленькими мерцающими бусинами и кусок сушеной плоти, запечатанный в коробке. Хотя он не обязательно не хотел рисковать, потребляя эти предметы, он боялся, что это будет просто пустой тратой. Они, без сомнения, были невероятно ценными.

Хотя он не был так уж насторожен по отношению к Тору, он все еще не доверял этому человеку полностью. Отслеживание, имплантированное в его пальто, все еще было свежо в его памяти. Хотя это было относительно незначительно, это было нарушением доверия. Ему потребуется некоторое время, чтобы это пережить.

На этом они завершили торговлю на сегодня.

Но у Тора была другая идея. «Знаешь, я заметил, что у тебя нет ни транспортного средства, ни даже контактного кристалла. Что касается контактного кристалла, я бы дал тебе его бесплатно, чтобы мне было легче с тобой связаться. Но если тебя интересует транспортное средство, у меня есть кое-что, что я готов продать». Мужчина ухмыльнулся. «Хочешь проверить?»

Фредди усмехнулся. «Да, насчет кристалла. А вот насчет машины не уверен. У меня нет гаража».

«Это не должно быть проблемой», — сказал Тор с пронзительной улыбкой. «Идем — позволь мне показать тебе кое-что».

Фредди приподнял бровь и последовал за мужчиной.

Они медленно спустились в подвал своей штаб-квартиры, где вошли в огромный гараж. Там были всевозможные транспортные средства, от старомодных экипажей до, как ни странно, более современных вещей.

Тор прошел мимо всего этого, пока не достиг небольшой комнаты. Там он поднял куб из черного металла, вынул его, положил на пол гаража и показал Фредди. Он был около шестидесяти сантиметров в ширину. Кубический объект выглядел как довольно продвинутая эфирная технология, с многочисленными пересекающимися линиями, с чем-то, что выглядело как трубки и шестеренки, покрывающие большую часть поверхности.

«Что это?» — спросил Фредди, чувствуя себя немного сбитым с толку.

«Ты собираешься стать свидетелем чего-то невероятного». Тор наклонился и коснулся чего-то похожего на большую кнопку. Он нажал ее, и тут же швы, проходящие через коробку, засветились бледным светом чистой сущности.

К полному изумлению Фредди, коробка медленно раскрылась, приняв форму мотоцикла. Она была гладкой черной, с большими фарами и огромными колесами. Сиденье у нее тоже было довольно большим, что позволяло без проблем разместиться двум людям, а может и троим, но если они потеснятся.

Тор громко рассмеялся и сел на него. «Что ты думаешь? Чертовски круто, а?»

«Слово «круто» не передает его сути, чувак…» — пробормотал Фредди в изумлении.

Он наклонился, чтобы прикоснуться к металлической поверхности, чувствуя прохладный металл на кончиках пальцев. Он был электрическим. Он всегда был поклонником технологий Старой Земли и даже эфирных технологий в целом. Теперь, когда он столкнулся с чем-то, о чем мог только мечтать увидеть не более двух лет назад, он был поражен. На долгое мгновение он снова почувствовал себя ребенком, просто восхищающимся чем-то, что он считал довольно крутым.

Однако это очарование быстро угасло. «Это должно быть невероятно дорого».

«Так и есть», — со вздохом сказал Тор. «Новенькая, эта крошка стоит семьдесят миллионов долларов. С учетом стоимости импорта в Северный пояс, вы можете легко накинуть на нее еще десять миллионов».

Фредди вздрогнул. «Я не могу позволить себе такую цену.

«Теперь не нужно торопиться», — игриво сказал Тор. «Я бы удивился, услышав, что ты можешь себе это позволить просто так. У меня есть для тебя альтернативное предложение, если ты заинтересован».

«Какое предложение?»

«Ты можешь арендовать его у меня за миллион долларов в месяц, пока не накопишь денег, чтобы выкупить его. Я не буду мудаком; любые деньги, которые ты заплатишь за аренду, будут вычтены из окончательной цены. Как тебе это?»

Это было не так уж и плохо. Однако Фредди не был уверен, стоило ли это того. Миллион долларов в месяц — это большие деньги. Вместо этого он мог бы потратить эти деньги на ресурсы. Не говоря уже о стоимости топлива или возможного обслуживания.

«О, я также, вероятно, должен упомянуть, что у этого малыша однозвездочный ценекитовый сердечник в обоих колесах. Ядра также могут сэкономить до 50 % сущности, если ты хочешь по-настоящему поддать газу».

Глаза Фредди слегка расширились. Это было эквивалентно двум однозвездным спутникам ценекита. С этим он мог производить 2% эссенции каждую секунду, чего должно было быть более чем достаточно, чтобы ехать, не беспокоясь о топливе.

Он мог сказать, что искал оправдания, чтобы купить его.

Но ему действительно был нужен другой вид транспорта, кроме как ходить пешком и ездить на автобусе.

В дополнение к разумному графику платежей и возможности хранить автомобиль в своем кольце для хранения, он мог чувствовать, как его самообладание быстро испаряется, когда он наконец сдался. «Конечно. Я в деле», — сказал он. И он ухмылялся от уха до уха.

«Рад иметь с тобой дело, парень», — сказал Тор, слезая с мотоцикла и нажимая кнопку. Машина снова сжалась в куб. Тор задумчиво посмотрел на нее. «Ты можешь втиснуть это в свое кольцо?»

«Едва-едва», — ляпнул Фредди. На самом деле, хотя он и занимал львиную долю места в кольце Джанхалара, места для него было более чем достаточно, чтобы разместить его рядом со всем остальным.

Он поднял куб, который был довольно тяжелым, и спрятал его.

Тор кивнул ему. «Думаю, увидимся позже. У меня есть работа, так что мы наверстаем упущенное в другой день. И еще, прежде чем ты уйдешь, у меня есть для тебя предупреждение».

«Хм?»

«Даже если нет никаких доказательств, напрямую связывающих вас со смертью Шона, Самоцветы все равно могут попытаться напасть на тебя».

«Что? На каком основании они это сделают?»

«Какие основания им нужны? Этот старый кусок дерьма Калеб потерял двух детей за короткий период. Он будет действовать против любого, кого он хотя бы смутно заподозрит в причастности к их смерти. Хотя бы для того, чтобы просто выплеснуть свой гнев».

Фредди поморщился, поняв, что это может означать, что Валгалла тоже станет целью. «Извините за это. Мои действия были безрассудными».

«Что сделано, то сделано. Я просто предупреждаю тебя, чтобы ты был осторожен».

«Не беспокойся об этом. Я всегда начеку. Но спасибо за предупреждение, мужик». Фредди ударил Тора кулаком. «И спасибо за мотоцикл. И за разговор; просто… спасибо».

«Пожалуйста». Тор стукнул кулаком. «Увидимся позже».

Фредди кивнул. «Увидимся позже». Затем он ушел, отправившись на поиски Лукаса и Хелен. Когда он их забрал, они выпили по кружке пива с Трэвисом.

Трэвис, Фредди и Лукас немного поговорили, пока мать Лукаса молча сидела рядом с ними. О чем бы она ни говорила с терапевтом, это явно оказало на нее довольно сильное влияние. Они не беспокоили ее и не задавали лишних вопросов.

Вскоре они отправились домой.

«Что это, черт возьми?» — спросил Лукас, когда Фредди вытащил металлический куб из своего кольца для хранения.

Фредди широко ему улыбнулся. «Сейчас ты узнаешь».

Тор смотрел, как уходит Фредди. Он вздохнул. «Одурачили остальных, черт возьми…»

Тор полностью ошибся относительно возраста Фредди. Трудно было определить возраст архичеловека только по его внешности, но сбор считался довольно надежным индикатором возраста, по крайней мере, для минимального возраста рассматриваемого человека.

Только абсолютные монстры достигали пика второй звезды до того, как им исполнилось тридцать.

Важно помнить, что большинство людей останавливаются на первой звезде, чтобы собрать всю скрытую ауру, которую они могут. Развитие таланта было необходимо для дальнейшего роста.

Но Фредди не только достиг своего нынешнего уровня с безумной скоростью, он также не казался слабым для своего сбора. Вовсе нет. В сочетании с его странным самовосстановлением, Тор был вынужден признать Фредди элитой среди элит.

Но он был еще молод. Было ясно как день, что Фредди еще не научился справляться с темными сторонами жизни. В этом смысле он отчаянно нуждался в руководстве, прежде чем слишком далеко отклонится от правильного пути.

Тор решил быть рядом с ним.

Он был тем, кого он отчаянно хотел удержать на своей стороне. Его кулаки сжались, когда он вспомнил свою сделку с судьёй. Шрам на его душе болел.

Возможно, Фредди способен привнести реальные изменения в Северный пояс.

Лукас закричал, когда Фредди нажал на педаль, еще больше ускорившись.

Его мать тоже кричала, но, похоже, ей это нравилось.

Им не потребовалось много времени, чтобы добраться до здания, где Фредди сложил мотоцикл и спрятал его.

«Я больше никогда на него не сяду…» — пробормотал Лукас, пытаясь удержаться на трясущихся ногах.

«Да ладно, не будь занудой», — сказала его мать, когда он похлопал его по спине. «Когда я воспитала тебя таким трусом?»

«Мама!» — крикнул он.

Хеллен усмехнулась, и даже Фредди рассмеялся, подталкивая Лукаса.

Они вернулись в квартиру, поужинали, а затем, наконец, прямо на их глазах, увидели, как Лукас принял прайм в свою душу.

Его мать плакала и крепко обнимала его, а Фредди смотрел на нее с улыбкой.

Поглощение прайма было довольно изнурительным. Вскоре Лукас почувствовал себя слишком уставшим, чтобы бодрствовать. Он извинился и пошел спать.

Фредди и Хеллен остались вдвоем в неловком молчании.

Не найдя ничего, о чем можно было бы поговорить с женщиной, Фредди собирался извиниться, но Хелен внезапно заговорила. «Я была ужасной матерью, не так ли?»

Фредди помолчал. «Ты предпочитаешь, чтобы я пощадил твои чувства, или хочешь, чтобы я был честен?»

Она мрачно усмехнулась. «У меня такое чувство, что я уже знаю, что ты скажешь».

Фредди открыл рот, но затем закрыл его, медленно кивнув. Затем он встал и повернулся, чтобы уйти. Но через три шага он остановился и обернулся. «Ты не сделал ничего непростительного», — сказал он. Он хотел добавить что-то еще к этому, но не смог. «Спокойной ночи», — сказал он, наконец уходя.

«Спокойной ночи».

На следующий день Фредди предстояло отправиться за покупками.

Он купил несколько книг, которые, по его мнению, были необходимы любому начинающему архичеловеку, и отдал их Лукасу. Он поручил мальчику читать, практиковаться в использовании своей сущности и попытаться развить несколько способностей самостоятельно.

Затем, без лишних слов, он отправился в штаб-квартиру Вальхаллы. Там ему предоставили доступ в учебную комнату. Это была просто запечатанная комната с металлическими стенами и прочными учебными мишенями. В ней не было ничего вычурного, никаких сборочных массивов или боевых марионеток. Но это было все, что ему было нужно.

Там в течение следующих двух недель он почти полностью сосредоточился на своих способностях.

Глоток за глотком он поглощал эликсир сродства к воде и, процент за процентом, обнаружил, что преодолевает узкое место Тысячи Мокрых Адов.

Он наконец-то смог продержаться через полный забег Тысячи Мокрых Адов. От 199% сущности до 0% сущности за один забег. Это было невероятно опасно для любого, кто не был Фредди. Но даже его буквально разорвали на части, с многочисленными дырами, разбросанными по всему телу, и даже с несколькими сломанными костями. Он даже полностью потерял чувствительность в ногах из-за травмы позвоночника.

Но его усилия были вознаграждены. Он не только преодолел узкое место, но и почувствовал, что его тело достигло совершенно нового уровня прочности.

Несмотря на свой прогресс с Тысячей Мокрых Адов, он обнаружил, что полностью застрял с Гидравлическом Броске. Руна «точного направления» просто отказывалась формироваться, что бы он ни пытался сделать. Он был далек от того, чтобы сдаться, но он начал чувствовать серьезное разочарование из-за отсутствия прогресса.

Его другие способности также продолжали развиваться. Он улучшил Кровавое Копьё до стадии 1. Вскоре последовал Ускоренный Кровавый Снаряд. Он улучшил его, добавив след «траектории». Это сделало так, что способность не только ускоряла снаряды, но и помогала им противостоять любым внешним силам, пытающимся изменить их траекторию.

Все, во что попадал снаряд, также считалось внешней силой, то есть это было еще и косвенным методом усиления ударной силы его копий. Хотя, надо признать, этот эффект был довольно минимальным.

Вскоре после этого он закончил и Багровый Источник, и для улучшения на 1-й стадии он в конечном итоге решил пойти по пути Очищающего Багрового Источника. Его Поглощение Крови было довольно продвинутым, и было бы стыдно не использовать это в своих интересах.

Говоря о Поглощении Крови, он также достиг стадии 1. Фредди усовершенствовал его, введя общую концепцию крови, что снизило цену с 5% эссенции за литр до 4% эссенции за литр, а также немного ускорило как поглощение, так и преобразование крови.

Его основные способности также начали достигать критической точки, но многие из них застряли в узких местах.

Кровавые Кастеты застряли на первом этапе — прогресс составлял 90%, но, похоже, эффекта уникального кольца Фредди было достаточно, чтобы продвинуться вперед до завершения, поэтому он продолжил работу.

Но он не мог сказать то же самое о Гидравлическом Напряжении и Струящемся Ударе. Эти два застряли на стадии 1 — 90% и стадии 1 — 95% процентов соответственно.

К сожалению, у него не было эликсира, но он не чувствовал, что он ему строго нужен. Немного действий, вероятно, помогло бы им в этом.

Еще одной способностью, которая добилась заметного прогресса, были Пучины Бездны, которые наконец достигли завершения первой стадии. Однако Фредди отказался ее улучшать. Он и так был довольно медлителен, и вдобавок ко всему, отдача, которую он испытывал от Струящегося Удара, становилась невероятной — даже с помощью Тысячи Мокрых Адов, помогавшими ее компенсировать.

Казалось, что это действительно будет переломным моментом. Как только он улучшит Струящийся Удар и Пучины Бездны, ему придется сделать выбор.

Хотел ли он сохранить эту способность как нечто, что он мог бы спокойно использовать, или же он хотел полностью превратить ее в самоубийственный, но безумно мощный козырь?

Он не был уверен.

Оба варианта имели свои достоинства. Ему нужно было тщательно обдумать свои варианты и последствия обоих выборов, прежде чем принять окончательное решение.

С каждым днем Фредди все больше и больше сокращал время сна. В конце концов, он сократил его до двух часов сна. Дальнейшее увеличение времени сна влияло на его способность оставаться сосредоточенным. Но, насколько он мог судить, он мог прекрасно жить, спя всего два часа.

Даже если, просыпаясь, он чувствовал себя так, будто его пытали.

Он получил приглашение на еще один рейд, но этот был совсем незначительным, с горсткой охранников. Они спасли несколько рабов, которые использовались для работы подземного предприятия по переработке продуктов питания.

В итоге Тор «продал» это место Grand West Enterprises, которая производила большую часть еды в Репентаве. Эти люди, несомненно, стояли за операцией изначально, и теперь Тор выдаивал из них все деньги, которые мог высосать, при этом оставляя их оборудование в заложниках.

Неудивительно, что местные власти так ненавидели Вальхаллу.

Еще через несколько дней работы Фредди наконец почувствовал, что рост его способностей замедлился. Пришло время вернуться к копанию и активному использованию своих способностей снова.

Он записал свой текущий прогресс:

ВСТРЕЧА:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКЦИЯ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

МЕТОДЫ ТЕМПЕРИРОВАНИЯ:

Сродство крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 40% прогресса

Багровый Меркурий: Стадия 1 — 70% прогресса

Очищающий Багровый Источник: Стадия 1 — 5% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Тысяча Мокрых Адов: Стадия 1 — 81% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 1 — 99% прогресса (готово к обновлению)

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 1— 90% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 1 — 17% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 1 — 10% прогресса

Ускоренный Кровавый Снаряд: Стадия 1 — 5% прогресса

Сродство к воде:

Струящийся Удар: Стадия 1 — 95% прогресса

Гидравлическое Напряжение: Стадия 1 — 90% прогресса

Создание Воды: Стадия 1 — 53% прогресса

Очищение: Стадия 1 — 0% прогресса

Струя Давления: Незаконченная оболочка эфира

Гидравлический Бросок: незаконченная оболочка эфира

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 8% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 8% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Кольцо крови: -6% стоимости сущности, +5% силы для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают небольшое кровотечение.

Он был полон сил. Он жаждал как можно скорее вернуться к погружениям.

Но за последние две недели он кое-что заметил.

Лукас продолжал бросать на него взгляды. С каждым днем желание мальчика пойти и заняться настоящими погружениями росло в геометрической прогрессии. Он молчал, чтобы не беспокоить Фредди, но было ясно как день, что он не хотел просто сидеть взаперти, практикуя манипуляцию эссенцией.

Когда Фредди надел снаряжение и собрался уходить, он заметил Лукаса, сидевшего на диване. Мальчик заметил, что Фредди был в полном снаряжении, и на мгновение взволновался. Затем он успокоился и снова посмотрел на книгу. «Я вижу, ты возвращаешься к погружениям…» — пробормотал он.

Фредди вздохнул и покачал головой. «Хочешь пойти со мной?»

Глаза Лукаса широко распахнулись. «Правда!? Я имею в виду...» Он немного сдулся. «Разве это не будет опасно?»

Фредди усмехнулся. «Мы пойдем в Подземелье Крепости. Если только что-то не пойдет серьезно не так, там ты будешь в безопасности».

Фредди не был абсолютно уверен, но у него была 90%-ная уверенность, что он сможет сломать решетку, запирающую подземелье. Его Струящийся Удар уже стоил почти 25% сущности. Кроме того, даже если бы он не мог, шансы столкнуться с серьезной опасностью были не особенно высоки.

Это также было гораздо лучшим вариантом, чем отводить молодого человека глубже в межпространство. Была вероятность, что кто-то нападет на них там, но он гораздо меньше боялся такой атаки, находясь внутри подземелья.

«Но сначала нам придется достать тебе кое-какое снаряжение», — сказал Фредди, подмигивая ему.

Лукас загорелся как свеча. «Ладно! Пошли!»

----------

Удача Фредди

В маленьком уголке арсенала Вальхаллы полностью бронированный Фредди ждал, когда Лукас выйдет из раздевалки.

Молодой человек вскоре пришел. Он был одет в относительно легкую, синтетическую, камуфляжную броню с дополнительным акцентом на защиту предплечья, шеи, головы и груди. И еще на нем была прочная пара ботинок.

Хотя Фредди совершенно не хотел дарить мальчику ценекитовое снаряжение, он решил немного раскошелиться на непропитанный шлем с надписями. В нем хранилась одна-единственная главная руна твердости, и, когда она опустошалась, на ее перезарядку уходили целые эпохи. Ну... это было небольшим преувеличением, но, по крайней мере, несколько дней точно потребуется.

«Как я выгляжу?» — спросил Лукас, широко улыбнувшись Фредди через забрало шлема.

«Совсем не к месту», — пошутил Фредди.

«Ха-ха». Лукас вздохнул, натягивая легкую броню, которая показалась ему немного великоватой. «Ты уверен, что это правильный размер?»

«Эй, лучше купить немного больше сейчас и заполнить его, чем постоянно его подгонять», — серьезно сказал Фредди. «Ты будешь тренироваться и наращивать мышцы, и, возможно, у тебя даже останется немного роста. Поверь мне, когда я говорю, что тебе следует свести обслуживание оборудования к минимуму. Оно быстро дорожает».

Лукас строго кивнул.

Когда с броней было покончено, им оставалось подобрать только одну вещь.

Оружие.

Вместо того, чтобы заплатить непомерную сумму за что-то шикарное, Фредди купил мальчику простое, дешевое копье. Копья было легко подобрать, что делало их отличным выбором для того, кто еще не определился с оружием.

Разобравшись с этим, они покинули здание.

Фредди вытащил мотоцикл и сел.

Ездить на этой штуке было нелепо весело. Она производила громкий, пронзительный жужжащий звук при движении, выделяясь и привлекая взгляды зевак.

Лукас все еще был напуган во время езды, о чем свидетельствует тот факт, что он обнимал Фредди так, словно от этого зависела его жизнь.

Вскоре, проехав по городу, они подъехали к площади, окружающей проезд.

Сразу же большое количество людей повернулось, чтобы посмотреть на них.

«Эй, это разве не Раб?» — спросил кто-то своего друга.

«Чёрт возьми, ты прав!»

«Кто это рядом с ним?»

«Понятия не имею, мужик. Я его никогда не видел».

С тех пор, как он в одиночку отбился от армии, Фредди стал чем-то вроде местной знаменитости. Слухи распространялись невероятно быстро, несомненно, от более слабых исследователей, которых Фредди спас в тот день.

Они распространили прозвище «Раб» — псевдоним, который он использовал в том забеге, и, похоже, это было единственное имя, под которым его знали люди.

Фредди знал об этом, но не имел ни малейшего представления о том, насколько далеко распространились эти слухи за последние две недели уединения.

Пока они с Лукасом шли по площади к проходу, число людей, глазеющих на них, достигло... на самом деле, почти всех.

Лукас выглядел так, будто он умрет от стыда, и, честно говоря, Фредди был не намного лучше. Это было, конечно, неприятно. Слава была прекрасна и все такое, но он предпочел бы избегать того, чтобы так сильно выделяться. К сожалению, этот корабль явно уплыл.

Некоторые даже решили последовать за ними в проход. Именно здесь Фредди провел черту. «Эй», — крикнул он, поворачиваясь лицом к небольшой толпе позади него. «Если вы случайно не направляетесь в том же направлении, я настоятельно рекомендую вам прекратить следовать за нами».

Буря бормотавших извинений раздалась от группы любопытных исследователей, большинство из которых были молодыми, шутливыми, независимыми однозвездными. Они разбежались, как тараканы, когда диван подняли, и через несколько мгновений Фредди и Лукас остались одни.

Как только они прошли через другой проход, Фредди призвал Кровопролитие, освободив его и заставив осмотреться. Он не обнаружил никого, кто бы тайно следовал за ними. Хорошо.

Вскоре они достигли входа в Подземелье Крепость.

Расписание было предсказуемым и простым для отслеживания — каждые шесть часов один забег заканчивался, а другой начинался. Они прибыли за десять минут до начала забега, но вид, который их встретил, заставил Фредди нахмуриться.

Там ждала лишь горстка исследователей. Ну, было много людей послабее, но лишь немногие из них были настоящими профессионалами.

Учитывая, что Фредди даже никого не узнал, и только двое из них были двухзвездочными (причем ранними двухзвездочными), можно было с уверенностью сказать, что это была не самая сильная группа, когда-либо входившая в это подземелье.

И люди там это знали.

Увидев отсутствие настоящих мощных игроков, две звезды встали и ушли. Одного Фредди было недостаточно, чтобы справиться с последними волнами.

Увидев, что двухзвездочные существа встают и уходят, более сильные однозвездочные быстро последовали за ними, и вскоре даже более слабые старатели осознали тот факт, что этот забег, скорее всего, будет пустым.

Фредди тоже собирался уйти, но тут у него возникла идея.

Сегодня ведь речь шла не о нем, не так ли?

Он повернулся к Лукасу. Он ухмыльнулся под шлемом. «Эй, приятель…» — поддразнил он. «Похоже, мы идем одни».

«Что?» — спросил Лукас, явно сбитый с толку. «Что? Что!?» Каждое «что» было более смущенным и расстроенным, чем предыдущее. «Нет, нет, нет, ты шутишь! Разве для этого подземелья не нужна целая армия людей, чтобы его пройти!? И ты хочешь пойти туда только с нами двумя!? Нет! Черт возьми, нет!»

Фредди усмехнулся. «Расслабься, глупый гусь. Подземелье работает, посылая волны противников. Все, что нам нужно сделать, это связать одного из них в начале, тогда мы сможем спокойно справиться с первой волной. Это только против смертных. Со мной, когда я тебя защищаю, тебе нечего бояться».

«Ха... Ха-ха». Лукас усмехнулся, и с его лица словно сошли все краски. «Мне это не нравится».

«Ну, очень жаль. Тебе нужно набраться опыта. Давай, мы не собираемся возвращаться домой как неудачники. Мужик». Он похлопал Лукаса по спине. Мальчик сглотнул и пошел.

«Стой!» — закричали стражники, скрещивая алебарды. «Как тебя зовут, солдат!?»

«Раб», — сказал Фредди, махнув Лукасу рукой. «Давай, ты следующий».

Лукас сглотнул и сделал шаг вперед.

«Стой!» — закричали охранники.

«Я Лукас! Лукас Блэк», — сказал мальчик, подняв руки, чтобы закрыть лицо.

«Сражайся храбро, Лукас Блэк!» — сказал один из солдат, расцепляя оружие и пропуская Лукаса.

На другой стороне Фредди умирал от смеха. «О, чувак! Я никогда не видел, чтобы кто-то так обделался у ворот!»

«Ты…!» — закричал Лукас, его лицо стало красным, как свекла. «Как скажешь! Давайте просто пойдем и убьем… о, мужик…»

«Хахаха, расслабься, у нас еще полчаса. Пойдем, я тебе все покажу».

Фредди провел Лукасу небольшую экскурсию, показав ему башни и стойки с возрождающимся оружием. Молодой человек был особенно очарован бесконечно возрождающимся оружием. Даже Фредди считал, что это чертовски круто.

«Эй, если тебе не нужно это копье, можешь попробовать одно из этих», — сказал Фредди, указывая на стойку с оружием.

«Нет… Я пока остановлюсь на этом».

«Как тебе будет угодно».

Они поднялись на одну из башен. Вид был одновременно ошеломляющим и пугающим. Темные тени в окружающем лесу зловеще предвещали надвигающуюся опасность.

Фредди спустился вниз и подошел к стойке с оружием. Лукас смотрел ему вслед, приподняв бровь. «Что ты делаешь?»

«Я пойду соберу боеприпасы», — сказал Фредди.

Зная, как ужасно везет Фредди, что-то всегда может пойти не так. Для него, учитывая, сколько раз он должен был усвоить этот урок, учет того, что все идет ужасно неправильно, уже стало привычкой.

Он подошел к стойке с оружием и осмотрел ее.

Самое очевидное, что могло пойти не так, это то, что он каким-то образом не сможет остановить волны. В этом случае больше всего он боялся осадного оборудования.

Лично ему, до пятой волны, вряд ли что-то могло угрожать. Но Лукас — это другая история. Даже если он пытался спрятаться, всегда оставался шанс, что осадное оборудование могло подвергнуть его опасности.

Выбор, таким образом, был очевиден — он возьмет катапультные валуны. Они были сделаны из исключительно плотного камня и достаточно малы, чтобы он мог поместить восемь или девять в своем кольце для хранения.

Прежде чем спрятать их, он решил покрыть их слоем крови. Это не добавило бы ничего, кроме возможности использовать на них Ускоренный Кровавый Снаряд. И даже это не было чем-то особенным.

Главной причиной, по которой это не имело большого значения, был способ работы Ускоренного Кровавого Снаряда. Он стоил примерно 0,5% эссенции за килограмм крови, которую он ускорял. На этих валунах было очень мало крови, что означало, что способность не имела бы действительно огромного эффекта. Хотя каждая частичка помогала.

Немного перетасовав свои вещи, ему удалось втиснуть десять из них в кольцо.

Даже закончив с этим, он продолжал хватать мешки с острыми металлическими кусками и раскидывать их по зубчатым стенам. Если кто-то добирался до стен, он хотел максимально усложнить им жизнь.

«Что ты делаешь?» — спросил Лукас, осторожно обходя металлические предметы.

«Готовлюсь».

«К чему?»

Фредди обернулся и усмехнулся. «Не беспокойся об этом, чемпион».

Лукас застонал. «Меня это не успокаивает, Фредди».

Фредди просто усмехнулся в ответ.

Если бы у него было больше получаса, он бы сделал еще больше для подготовки. Но увы.

Появился монах с белой бородой. «Внимание, защитники! Нас атакуют!»

«Следуй за мной», — сказал Фредди, осторожно подойдя к ближайшей башне. Они спрятались внутри и немного подождали.

«Я выпью из твоего черепа!» — крикнул кто-то.

«Пленных не брать!»

«Их кости украсят мои доспехи!»

Лукас вздрогнул, услышав голоса. «Вот дерьмо…» — пробормотал он, явно паникуя. Фредди положил руку ему на плечо. «Расслабься. Они не такие уж плохие. Увидишь».

«Пронзите их головы пиками!»

Лукас захныкал. «Не уверен в этом».

Звук металлического крюка, зацепившегося за ближайший парапет, заставил Лукаса чуть не подпрыгнуть от крика.

«Я слышу их! Враг прячется в башне!»

«Что это? Ха-ха-ха, это просто маленькая девочка, защищающая форт!?»

«Королевство уже пало!»

Лукас схватил Фредди за руку. «Могу ли я вернуться домой?»

Мгновение спустя один из мужчин — едва одетый варвар, тащивший ржавый топор — поднялся по веревке и добрался до зубчатых стен. Он повернулся к ним лицом. Злая ухмылка расколола его лицо, когда он поднял топор и бросился на них.

Фредди просто шагнул вперед, отбросил топор в сторону и ударил парня. Удар на самом деле не казался таким уж впечатляющим, но глаза мужчины остекленели, как будто кирпич упал с крыши здания и ударил его по голове.

Не обращая внимания на человека, который упал на землю, Фредди схватил крюк, которым тот забрался на стену, и потянул веревку вверх. Один из нападавших пытался забраться на стену, но Фредди просто оттолкнул его.

Затем он связал другого мужчину и оставил его в углу башни, где ничто не могло причинить ему вреда.

«Вот и все», — сказал он, поднимая Лукаса.

«Ого!» — вскрикнул мальчик. «Что ты... о нет...» — его слова были прерваны непроизвольным криком, когда Фредди спрыгнул со стены и упал в небольшую толпу мужчин.

«Итак, вы, трусы, вышли к нам! Встречайте своего…» Слова мужчины были прерваны, когда Фредди пнул его в живот. Нападавший выплюнул большой кровавый кусок чего-то, что выглядело важным, и тут же умер.

Фредди опустил Лукаса на землю.

Лукас держал копье дрожащими руками. Колени, казалось, могли подогнуться в любой момент.

«Тебе придется успокоиться, Лукас», — сказал Фредди, отталкивая ногой другого человека и выбивая призрака из третьего.

Вскоре не осталось ничего, кроме груды трупов.

Однако вокруг них было полно мужчин, приходящих буквально отовсюду.

Несколько ублюдков, стоявших на расстоянии, использовали рогатки, чтобы бросать в них камни. Камни отскакивали от них, но даже несмотря на то, что они не могли повредить им через броню, Лукас все равно вел себя так, будто каждый камень, который в него попадал, был чертовым болтом баллисты, визжа и крича от воображаемой боли.

Лукас решил вступить на путь борьбы за выживание. Фредди не собирался нянчиться с ним. Такой образ жизни был опасен. Ранения и даже смерть не были редким явлением. Ему нужно было понять, что это не игра, и ему нужно было усвоить этот урок как можно быстрее.

Фредди большую часть времени обеспечивал безопасность Лукаса, но время от времени он разоружал кого-нибудь из мужчин и отправлял его к мальчику.

Поначалу Лукас едва мог устоять на ногах. Не раз противник вырывал у него копье, заставляя Фредди вмешиваться и помогать.

Но поскольку это продолжалось, Лукас постепенно успокоился.

С Фредди там, реальная опасность была минимальной. И молодой человек начал это понимать. Удивительно быстро, на самом деле.

Вскоре Лукас начал сопротивляться. Поначалу безуспешно, вероятно, потому что он все еще пытался увидеть во врагах просто монстров, созданных подземельем, а не реальных людей. Каждый раз, когда он успешно ранил противника, на мгновение он выглядел так, будто собирался извиниться, но этот рефлекс медленно начал исчезать.

Перед лицом бесконечных насмешек и агрессии никто не станет долго извиняться.

Фредди схватил одного из мужчин за руку, вырвал у него из рук острую палку, а затем толкнул его к Лукасу.

Атакующий тут же бросился на Лукаса с намерением украсть его копье, но мальчик отдернул его. Как бы мужчина ни старался, он просто не мог схватить оружие Лукаса.

Лукас был быстр. Действительно быстр. Эффект его таланта был супер очевиден. Он отвел копье назад, а затем, в мгновение ока, выставил его вперед, ткнув противника в ребро и отведя оружие назад, прежде чем тот успел среагировать.

Это было преимущество, которое давал талант. Вот почему они так много значили. Они не требовали бесконечной практики для приобретения и использования — они просто имели значение.

К удивлению Фредди — нет, к его подлинному шоку — Лукас на самом деле не был ужасным бойцом. У мальчика был талант к этому. Он был немного слишком оборонительным и явно слишком много думал о том, когда ему следует нанести удар, но это пройдет с опытом. На данный момент у него все отлично получалось. Он был талантливее Фредди, чел когда он начинал; это было неоспоримо.

В качестве еще одного сюрприза Лукас показал, что он уже может достаточно хорошо манипулировать сущностью, чтобы сымитировать примитивный Тектонический Удар с помощью грубой манипуляции.

Затем, с громким криком, он вонзил копье прямо в глаз мужчины, в конце концов убив одного из его противников. Лукас был явно встревожен зрелищем, но Фредди не дал ему времени осмыслить это.

Увидев выступление мальчика, Фредди наконец пропустил кого-то с оружием. Мужчина нес простую деревянную палку, но даже это заставило Лукаса нервничать.

Однако этого было недостаточно, чтобы полностью обескуражить его. Уже победив противника, Лукас явно изменил язык тела.

«Если я ударю достаточно сильно, ты умрешь», — сказало его тело, когда он схватил древко копья и наклонился вперед, приняв грубую стойку.

Вот так, драка протекала гладко. Они продолжали некоторое время, пока Фредди не увидел, что Лукас полностью обессилел. Затем, без лишних слов, он убил оставшихся людей.

Как только Фредди прикончил последнего противника, он сразу понял, что что-то не так.

Издалека послышался грохот.

«Сукин сын!» — закричал он. «Почему я не оставил еще одного в живых!?»

«Что?» — спросил Лукас, отступая в тревоге. «Что происходит?»

«Не волнуйся», — сказал Фредди. «Я просто тупица. Нам придется отбивать еще одну волну».

«Что мы будем делать!?» — закричал Лукас.

«Я разберусь с этим. Я не ожидаю, что ты будешь вмешиваться».

Фредди подхватил Лукаса и, используя двойное Гидравлическое Напряжение, запрыгнул обратно на стену.

Он вошел в ближайшую башню и быстро взглянул на захватчика, которого он ранее взял в плен. Его лучшая догадка была в том, что мужчина умер от чего-то вроде кровоизлияния в мозг, потому что Фредди ударил его слишком сильно.

Но когда он присмотрелся, то заметил нечто тревожное.

На шее мужчины виднелась едва заметная красная линия.

Кто-то его задушил.

----------

Загнанный в угол

На вершине башни Фредди запустил большой болт-баллисту, оттолкнув несколько человек, пытавшихся подняться наверх, проломив им черепа и сломав кости.

Болт баллисты был по сути просто большим копьем из чистого металла. Но Фредди использовал его скорее как большую металлическую палку, чтобы бить людей, когда они выскакивали.

С того самого момента, как он вошел в подземелье, он не потратил ни капли эссенции. Он был полностью заправлен ровно на 199%. А так он полагался исключительно на свою физическую выносливость, чтобы победить вторую волну. Даже этого было более чем достаточно.

Лукас забился в угол, свернувшись в позе эмбриона под парапетом и закрыв голову руками.

Он взвизгнул, когда Фредди бросил рядом с собой еще одного связанного человека. Это был пятый пленник, которого взял Фредди.

Тот, кто задушил последнего члена первой волны, сделал это таким образом, что заметить это было довольно трудно. Если бы не исключительно острое восприятие Фредди, он бы никогда не заметил относительно тонкую красную линию на грязной шее мужчины.

Излишне говорить, что в тот момент с ними в Подземелье Крепости был еще один человек. И, судя по их действиям, они не собирались помогать.

Фредди держал один глаз открытым и внимательно слушал все, что происходило. Наступил момент передышки, когда атакующие не решались продолжать лезть в мясорубку, и Фредди воспользовался этой возможностью, чтобы связать шестого заключенного, полностью убедившись, что третья волна не начнётся.

Медленно, но верно вторая волна подходила к концу. Осталась лишь горстка людей, и они больше не атаковали. Они окружили башню, на которую забрался Фредди, и обсуждали, как атаковать. Фредди это вполне устраивало. Он надеялся, что они вообще никогда не нападут, что добавляло еще один уровень уверенности в том, что третья волна не прибудет.

Пока мужчины приостанавливали атаку, Фредди обошел вокруг башни и внимательно осмотрел каждый дюйм подземелья в поисках признаков скрытого врага.

Он вообще ничего не почувствовал.

У него возникло искушение выпустить Кровопролитие и отправить его на проверку, кто там находится, но он не мог позволить себе такой риск.

Вызов Кровопролития через Кровавую Жертву — это одно. Даже если его уничтожат, это будет совершенно несущественно.

Но выпускать Кровопролитие из оболочки было опасно.

Духи не рождаются равными по силе. Совсем. Самые слабые духи были только на уровне двухзвездочных духов среднего уровня, в то время как самые сильные могли поставить под угрозу даже пикового трехзвездочного.

Хотя Кровопролитие было очень опасным типом разумной эфирного конструкта, прискорбный факт заключался в том, что Фредди принял его в свою душу лишь на короткое время после того, как он превратился в дух. Его боевая мощь была выше, чем у обычного пикового двухзвездочного, но определенно намного ниже компетентного трехзвездочного.

Учитывая, что Фредди не знал, кто был в подземелье вместе с ним, он не хотел посылать за ними Кровопролитие. Хотя было невероятно маловероятно, что этот человек был трехзвездочным, всегда был шанс, что они могли поставить под угрозу или даже уничтожить Кровопролитие.

Также была вероятность, что с ним там было больше одного человека.

Учитывая количество людей, которых он убил в первых двух волнах, у него также был выбор использовать Кровавую Жертву, но это было бы почти бессмысленно. Все убитые им враги были смертными. Их кровавая сущность была жалко слаба, а Кровопролитие, вызванное с такой малой силой, могло сражаться только на уровне пика одной звезды. Этого было бы далеко не достаточно, чтобы обнаружить скрытого врага.

Это поставило Фредди в неловкое положение. Все, что он мог сделать, это дождаться окончания подземелья.

Однако он чувствовал, что все пойдет не так гладко.

Некоторое время он просто ходил кругами, сохраняя бдительность и оглядывая каждый уголок крепости в поисках признаков движения.

В конце концов он почувствовал, что что-то не так, но не мог понять, что именно.

«Захватчики!» — внезапно закричал он, прислушиваясь. Они были совершенно тихи.

Фредди двинулся вперед и заглянул вниз по лестнице. Внутри башни никого не было.

Вдруг он услышал крик.

Он резко обернулся и увидел щупальце тьмы, крепко обхватившее горло Лукаса. «Помогите… мне…!» — едва выдавил из себя мальчик.

Не колеблясь, Фредди прыгнул вперед и схватил щупальце. Не потребовалось много сил, чтобы разорвать его и освободить Лукаса, но, к сожалению, атака достигла своей цели. К тому времени, как он обернулся, было уже слишком поздно.

Там было несколько других щупалец, и они были в середине процесса стаскивания заключенных с края башни. Он был слишком медлителен, чтобы остановить их.

«Сукин сын!» — закричал Фредди, стиснув зубы.

Где-то вдалеке раздался грохот, но Фредди проигнорировал его, осматривая всю башню, но не найдя никаких признаков присутствия кого-либо. Там определенно был не один человек, и, учитывая способности к тьме, они могли быть только членами клана Умбра.

Кто-то назначил награду за мою голову, понял он. И Умбра приняли эту работу.

Не колеблясь, он поднял Лукаса и спрыгнул с башни вниз к двору, немедленно побежав к выходу. С двухзвездным Струящимся Ударом он должен быть в состоянии...

Он замер, увидев решетку. Двое охранников по бокам лежали мертвыми на земле, а выход был запечатан барьером чистой тьмы.

Фредди стиснул челюсти. Он был уверен в силе своего Струящегося Удара, но знал, что его будет недостаточно, чтобы пробить этот барьер. Попытка приведет лишь к ненужной травме и пустой трате сущности.

Мгновение спустя послышался звук удара огромного валуна о стену, за которым последовало крушение камня.

«Так вот в чем их план…»

Они заперли его здесь и заставят следующие волны появляться, пока он не истощится. С его набором навыков было бы трудно заставить группу профессиональных убийц раскрыться. Они, скорее всего, выйдут только тогда, когда будут уверены в том, что убьют его.

«Фредди, что, черт возьми, происходит!?» — закричал Лукас.

Фредди посмотрел на молодого человека, глубоко нахмурившись, когда его тело охватила сильная злость. «Мне жаль, Лукас», — сказал он. «Мне не следовало приводить тебя сюда».

Ему следовало быть осторожнее. Но теперь было слишком поздно для сожалений. Еще один валун врезался в стену. Если позволить армии продолжать наступление, они в конце концов ворвутся в крепость. В этот момент уберечь Лукаса станет невозможно.

Разъяренный Фредди бросился обратно к башне. Он схватил большой каплевидный щит и отдал его Лукасу. «Ты будешь прятаться под этим!»

Лукас схватил его дрожащими руками и быстро кивнул.

Он не мог оставить мальчика одного. Поэтому они вдвоем поднялись на вершину башни.

Мгновение спустя требушет запустил камень. Он полетел прямо на них. Даже не используя способность, Фредди разбил его на осколки камня. Следом в него полетела баллистическая стрела, и он увернулся.

Сосредоточившись на мгновение, он извлек из своего хранилища покрытый кровью катапультный камень.

Он активировал Гидравлический Бросок и Ускоренный Кровавый Снаряд обеими звездами, бросив камень со всей силы. Он полетел в направлении катапульты, которая собиралась выстрелить, но промахнулся.

Именно поэтому ему и нужен был Гидравлический бросок. Гидравлическое Напряжение добавляло мощности, но ему просто не хватало необходимой точности для надежного броска. Со стоном Фредди вытащил еще один снаряд и повторил то же самое. На этот раз он ударил, сломав катапульту и сделав ее непригодной для использования.

Он продолжал. Было всего четыре единицы осадного оборудования. Еще двумя промахами и тремя попаданиями Фредди вывел их из строя и не дал армии сломать стены. Затем он подождал.

В течение следующих получаса наступающая армия медленно поднималась по стенам и преследовала Фредди. В то время как варвары были готовы рискнуть, взобравшись по стене башни, эти солдаты не были готовы сделать это. Это заставило Фредди иметь дело с постоянным притоком солдат, пытающихся прорваться по лестнице в башню.

Но вместо того, чтобы стереть их в порошок, Фредди сделал все возможное, чтобы заблокировать их, делая все возможное, чтобы остановить волну от приближения к концу. Он также следил за любыми тенями, которые могли бы попытаться унести Лукаса, но ничего подобного не произошло.

В то время как первые две волны не требовали никаких усилий, эта была другой. Солдаты были хорошо обучены; удержание их на расстоянии требовало много усилий и сосредоточенности, а иногда даже и способностей. Это начинало немного напрягать его. Но этого было далеко не достаточно, чтобы довести его до изнеможения.

В конце концов, Фредди убедил солдат, что они не прорвутся через него, и они, по-видимому, отступили, чтобы составить план атаки. Это было здорово. Если бы только...

Мысли Фредди были внезапно прерваны, когда из башни засиял яркий свет. Он почувствовал невероятную опасность и бросился, чтобы поднять Лукаса и снова спрыгнуть с башни.

В тот момент, когда он прыгнул, вся башня яростно взорвалась, убив всех солдат внутри и забросав спину Фредди большими кусками камня. Он приземлился на землю внизу и обернулся, только чтобы увидеть, как последних нескольких солдат душат щупальца тени. Тот, кто это делал, был скрыт из виду по ту сторону стены.

«Блядь!» — закричал он.

Вдалеке снова послышался грохот.

Фредди стоял там, застыв. Прошло несколько мгновений, и вскоре после этого на стены замка упало несколько валунов. Если так будет продолжаться, их скоро захватят.

Он стиснул зубы, чувствуя, что сходит с ума. Скорее всего, с ним все будет в порядке.

Но Лукас определенно не смог бы этого пережить.

Когда он почувствовал, что звук марширующих солдат приближается к замку, ему внезапно пришла в голову мысль.

Он втащил Лукаса обратно в башню, стоящую в центре двора, и вошел в комнату, где был выход. Спрятав Лукаса за спиной, он наколдовал два копья и ждал. Эти ублюдки хотели столкнуть его на край? Давайте посмотрим, насколько хорошо они смогут спрятаться и от него, и от приближающейся армии солдат.

Звуки становились все громче, и все больше и больше снарядов попадало в стены. Одна из башен перед ним наконец не выдержала и начала рушиться. В следующее мгновение Фредди увидел, как человек в синтетической черной броне выскочил наружу, словно таракан, пытаясь добраться до другой башни.

Каждая клетка тела Фредди пришла в движение, и казалось, что само время замедляется до предела. Он схватил копье достаточно крепко, чтобы оставить на нем отпечатки своих пальцев, и, сосредоточившись, метнул его.

Копье полетело, как стрела, и прежде чем бегущий человек успел понять, что происходит, оно ударило его прямо в висок, пробив шлем и пронзив череп. Силы удара было достаточно, чтобы отправить человека, как тряпичную куклу, со стены и вниз на поле битвы.

«Да!» — крикнул он с довольной ухмылкой. Одним меньше.

Фредди мог видеть только три башни изнутри ворот, где они с Лукасом прятались. Он слышал, как рухнули две другие башни за пределами его поля зрения.

Армия уже окружила всю крепость, и несколько солдат уже взбирались на зубчатые стены. Это означало, что было только одно место, где могли прятаться остальные захватчики. Не могло быть, чтобы они не знали, где он находится. И они уже взорвали одну башню. Логичным следующим шагом было бы…

Фредди внезапно развернулся и повернулся лицом к одной из стен рядом с теневым барьером. Высвободив двух звездочный Струящийся Удар. Почти в идеальное время его кулак приземлился на стену.

Раздался оглушительный взрыв, в результате которого камень раскололся и образовалась большая дыра.

По другую сторону стены мужчина, устанавливавший взрывчатку, попытался защитить себя, но разлетевшиеся осколки попали в него в упор, сломав несколько костей и отбросив его назад.

Фредди шагнул через дыру и повернулся к задней части ворот. Там он увидел остальных врагов.

Еще один мужчина и две женщины в полном синтетическом снаряжении стояли со взрывчаткой в руках. Прежде чем они успели среагировать, Фредди метнул копье, попав одной из женщин прямо под ключицу. Она отлетела назад, все еще живая, но не надолго с такой травмой.

Двое других выругались и вытащили два коротких меча. Мужчина бросился к Фредди, а женщина побежала по другую сторону стены, вероятно, целясь в Лукаса.

«Нет, не надо!» Фредди прыгнул обратно и потянул Лукаса назад, как раз вовремя, чтобы остановить темное щупальце, схватившее его за шею и взяв в заложники.

Двое убийц отступили, но Фредди не мог просто оставаться внутри ворот. Они все еще могли попытаться взорвать его. Но атака снаружи была столь же опасной.

«Лукас! Держи щит поднятым!» — крикнул он, подхватив мальчика и выбежав наружу.

«Защитники там!» — закричал генерал с зубчатых стен. «Лучники, цельтесь!»

Фредди заблокировал летящие стрелы спиной, пока искал убийц. Они были в середине установки большего количества взрывчатки, но когда Фредди вырвался вперед, они бросились прятаться от его дротиков.

Он столкнулся с абсолютно абсурдной тупиковой ситуацией.

Пока лучники продолжали обстреливать его с зубчатых стен, Фредди бегал кругами вокруг центральной башни, пытаясь как следует рассмотреть убийц, чтобы убить их. Но в ответ убийцы продолжали бегать в другом направлении, чтобы спрятаться от Фредди.

«Вперед, трусы!» — сердито закричал он. «Хватит играть в «Кольцо вокруг Рози» и просто деритесь со мной, мать вашу!»

Но так не могло продолжаться долго. Солдаты уже спускались со стен, и вскоре они все будут окружены. Но это было хорошо. Фредди был полностью уверен в своей способности противостоять армии.

С другой стороны, эти убийцы, ориентированные на скрытность, не имели никаких шансов выжить, если бы их поймали в подобной ситуации.

Как только Фредди начал чувствовать себя уверенно, он оступился. Один из убийц спрятался на балконе, и когда Фредди проходил мимо, мужчина спрыгнул вниз и ударил его в спину. Атака едва прорвала плащ, доспехи и грубую кожу, но этого, похоже, было достаточно. Через самый кончик короткого меча Фредди почувствовал, как в его тело проникает несравненно отвратительная энергия.

Он принял форму похожего на пиявку паразита, который заполз в ближайший кровеносный сосуд и пробрался внутрь. Фредди развернулся и ударил убийцу, но тот отступил, даже оставив свой меч.

«Я достал его!» — уверенно крикнул мужчина.

«Ты кого, ты...» Слова Фредди застряли у него в горле, когда он понял, что имел в виду этот человек. Паразит быстро пробрался через его кровеносную систему и вскоре добрался прямо до его сердца. Как только он достиг своей цели, он быстро разросся. Если бы не его нелепая выносливость, это полностью разорвало бы его сердце.

Но даже так это был критический удар. Он разорвал часть его сердца, вызвав внутреннее кровотечение, и сильное ощущение оставило его ошеломленным — даже парализованным.

В этот момент солдаты уже окружили их.

В краткий момент слабости щупальце обхватило Лукаса и вырвало его из хватки Фредди. Мальчик закричал, но женщина приставила к его шее короткий меч, чтобы заставить его замолчать. «Быстро, прикончи его!» — сказала женщина.

Мужчина бросился на Фредди, направив меч прямо ему в шею.

Меч вонзился в горло Фредди, перерезав одну из его яремных вен и разорвав трахею. Мужчина явно думал, что это конец для Фредди.

Он явно не ожидал, что Фредди схватит его за горло и сломает ему шею, как ветку. Хрустящий звук разнесся по и без того шумному двору, и Фредди резко развернулся, уже в середине создания Кровавого Копья. Он бросил его в женщину, целясь прямо в ее голову.

Снаряд попал.

Но перед этим ее меч перерезал горло Лукасу.

----------

Эго

Фредди смотрел на багрово-красную лужу на горле Лукаса. От этого зрелища мир замедлился до ползания. «Нет!» — крикнул он, бросившись вперед, проталкиваясь мимо нескольких солдат, пытавшихся нанести ему удар ножом.

Он поднял Лукаса, прежде чем тот успел упасть на землю, и держал его, осматривая рану.

Порез был длинным и глубоким. Кровь текла невероятно быстро. Фредди постарался замедлить кровотечение с помощью манипуляций с эссенцией крови и использовал двух звездочное Гидравлическое Напряжение, чтобы запрыгнуть на балкон центральной башни.

Внутри было темно и пусто, не было никаких признаков старика, который обычно объявлял о чем-либо.

«Блядь, блядь, блядь!» — кричал Фредди, пытаясь остановить поток крови. Манипулировать чужой кровью таким образом было невероятно сложно.

Фредди поспешно извлек из своего кольца-хранилища бутылку ярко-красной жидкости. Это было зелье первой помощи, которое он взял с собой на всякий случай.

Он быстро вылил его на рану на шее Лукаса, одновременно зажимая кожу пальцами. Зелье впиталось прямо в кожу, и вскоре после этого вокруг раны начала расти розовая, сырая ткань, запечатывая ее и останавливая кровотечение. Чтобы окончательно закрыть рану, потребовалась вся бутылка.

Когда он отбросил бутылку в сторону, он заметил, что одно из розовых волокон внезапно отсоединилось и развернулось. «Дерьмо!» — выругался он.

Лечебное средство первой помощи эффективно и быстро залечивало раны, но его эффект не был продолжительным, и, как следует из названия, это было всего лишь заживляющее средство.

Ему нужно было отвезти Лукаса к целителю, и ему нужно было поторопиться.

С рычанием он бросился обратно на балкон и прыгнул в драку. «Уйди с дороги!» — крикнул он, разбивая голову солдата и разворачиваясь лицом к выходу. Он долго смотрел на него, искушая попробовать взорвать его парой Текучих Ударов, но он знал, что это не сработает. Он чувствовал это по колебаниям сущности внутри барьера. Это было не то, что он мог сломать сам.

«Кровопролитие! Если я сейчас тебя вызову, сможешь ли ты сломать этот барьер?»

«Я не могу», — сказал скелет.

«Чёрт возьми! Сколько же крови мне ещё собрать!?»

«Я не знаю. Но я узнаю, когда ты соберешь достаточно».

Этого должно было хватить.

Внезапно в спину Фредди вонзилось копье. Острие не смогло даже пробить плащ, не говоря уже о том, чтобы ранить его. Фредди обернулся, его аура вздымалась с интенсивностью, которая заставила солдат отступить. Он бросился в атаку.

Его кулаки крушили броню, словно папье-маше.

В этот момент он чувствовал себя мучительно медлительным в убийстве. Ни один из врагов не мог даже отдаленно угрожать ему, но это не означало, что он мог просто моргнуть и убить всех там. Он двигался медленнее, чем хотел, и его досягаемость была ограничена. Он хотел бы иметь огромный меч, чтобы разрубить нескольких врагов одновременно, но у него его не было.

Он должен был сохранить свою кровь и сущность. Он не знал, сколько солдат ему придется убить.

Когда он пришел в ярость, он быстро обнаружил, что самый быстрый способ убить солдат — просто разбить им голову кулаком. Вес и сила удара могли сокрушить любой блок, и даже если он не пробил шлем, мозг все равно превратился бы в кашу.

Один из убитых им солдат нес боевой молот с острым киркой на одном конце и тупым наконечником для разбивания на другом. Он взял молот, и его скорость убийства тут же взлетела до небес.

Любой солдат, вооруженный копьем, был по сути ходячим складом боеприпасов. Он ударил пехотинца с копьем по голове и вырвал оружие из его рук, убив им лучника, стрелявшего в него с зубчатых стен.

В конечном итоге ему не потребовалось много времени, чтобы закончить волну, но, к сожалению, Кровопролитие так и не сообщил ему, что этого достаточно.

Раздался далекий грохот, ознаменовавший начало четвертой волны. «Черт возьми!» — закричал он, подпрыгивая на зубчатой стене.

Значительная армия солдат окружила крепость, во главе атаки стояли пять генералов в золотых доспехах.

Не колеблясь, Фредди спрыгнул вниз и бросился на армию.

Солдаты, казалось, были в замешательстве, не видя ничего, кроме одного человека, бегущего к ним. Но по команде генералов лучники дали залп, а пехота подняла щиты и копья, образовав стену.

Фредди врезался в них, как шар для боулинга, отправив нескольких человек в полет. Он вызывающе взревел и обрушил боевой молот на голову солдата. Оружие убило человека, но сломалось в процессе. Он украл другое оружие и продолжил сражаться.

Он чувствовал себя таким, таким медленным. Солдаты окружили его, держа на расстоянии, пока они тыкали его копьями. Они не могли пробить его высококачественную броню, но они могли замедлить его, и каждая потерянная секунда приближала Лукаса к смерти.

Минуты тянулись, как будто целая вечность. Фредди мог убивать солдат каждые несколько секунд, но этого просто не казалось достаточным. Постоянный шквал стрел и рубящие удары мечей начали серьезно повреждать плащ, и, учитывая, что он его замедлял, он принял решение снять его и спрятать в своем кольце.

Из того, что он слышал, остальная часть армии начала приближаться к нему. Они даже не беспокоились о разрушенной крепости. Они продолжали пытаться окружить его стеной щитов, но он просто бросился вперед, чтобы вырваться.

Он не заботился о том, чтобы защищать себя. Это только замедлило бы его. Таким образом, его доспехи накапливали повреждения до такой степени, что начали разваливаться. Оружие начало достигать его, врезаясь в кожу и пуская кровь. Но как только рана появлялась, она переставала кровоточить и затягивалась слоем розовой ткани.

«Из чего сделан этот ублюдок!?» — в отчаянии завопил солдат. «Господин! Пожалуйста, помогите нам! Нас убивают!»

«Мужчины!» — раздался властный голос из-за стены солдат. «Откройте путь! Я его прикончу!»

Солдаты расступились, пропуская одного из генералов в золотых доспехах. Мужчина сидел на великолепном бронированном коне, и его снаряжение сияло безупречным блеском. «Ты изверг!» Мужчина поднял алебарду на Фредди. «Ты заплатишь за…»

«Заткнись нахуй!» — закричал Фредди, вытаскивая один из последних валунов катапульты из кольца хранения и бросая его прямо в грудь человека. Прежде чем генерал успел среагировать, валун ударил, проломив грудь человека и отправив его в полет с лошади.

Воздействие на моральный дух противника было мгновенным и сокрушительным.

Фредди продолжал наступление, и по мере того, как ряды противника начинали редеть, его скорость убийств резко возросла.

Остальные генералы вскоре присоединились к драке, чтобы остановить Фредди, но это было бесполезно. Их сбор был примерно на полпути через вторую звезду. Несмотря на таланты, усиливающие каждый аспект их физической силы, они были совершенно беспомощны.

Фредди использовал Кровавые Копья с обеими звёздами, вызвав по одному в каждой руке, и со всей сосредоточенностью, на которую он был способен, бросал снаряды в генералов, целясь им в головы. Каждый бросок приземлялся с почти идеальной точностью, пробивая их шлемы и добивая их на месте.

Благодаря концепции аэродинамики дротики могли летать невероятно быстро — уклоняться от них было невероятно сложно, особенно для конных воинов в тяжелых доспехах.

В этот момент армия уже не использовала последовательную тактику. К счастью, хотя солдаты могли быть серьезно деморализованы, они не начинали бесконечно убегать. Их последний бой длился недолго.

Однако, медленно приближаясь к волне, Фредди тоже демонстрировал не лучшие результаты.

Он начал чувствовать себя истощенным, и количество рефлюксной эссенции в его организме достигало критического уровня. У него оставалось всего 50% эссенции в запасах.

С упорным молчанием Кровопролития, отчаяние начало заползать в сердце Фредди. Осталось пять солдат. Потом четыре, три, два, а затем ни одного.

Где-то вдалеке послышался грохот.

Окровавленный Фредди в рваной одежде тяжело дышал, сжимая кулаки. «Неужели этого недостаточно?» — спросил он у Кровопролития.

«Должно быть близко».

Фредди вдохнул холодный воздух и развернулся.

Армия солдат в золотых доспехах образовала массивную стену вокруг всей крепости. Несколько командиров на вершине второй звезды выкрикивали команды, но колебались из-за очевидного отсутствия сопротивления.

Единственным, кто стоял у них на пути, был человек, который, казалось, был на грани смерти.

Фредди полностью проигнорировал их и стал искать лидера волны.

Неподалеку от него стоял лидер, облаченный в роскошные доспехи и излучающий ауру трехзвездочного воина.

При использовании Кровавой Жертвы количество крови не было единственным, что имело значение. Качество крови тоже имело значение. Естественно, ценность трехзвездочной крови будет намного выше.

Генерал заметил его, и Фредди ощутил всю подавляющую силу ауры, обрушившуюся на него.

Он стиснул зубы.

Фредди никогда не сражался с кем-то выше себя по рангу в «честном» бою. И даже сейчас он не был уверен, что сможет победить.

Даже если отбросить все преимущества трехзвездочных бойцов перед двухзвездочными, была одна вещь, которая делала сражения с бойцами выше ранга смехотворно сложными — подавление.

Подавление более высокорангового бойца не было просто смутным, пугающим чувством. Скорее, когда кто-то подавлял своего противника, это означало, что при прямом столкновении их способностей, способности подавляемой стороны будут гораздо менее эффективны.

Если бы Фредди использовал что-то вроде Струящегося Удара, а его противник использовал бы способность защиты, эффект Струящегося Удара был бы резко снижен. То же самое применимо и к противоположному сценарию.

Но Фредди сражался с людьми, которые были выше его по рангу — даже намного выше его. И каждый раз ему удавалось выйти победителем. Это было не просто из-за слепой удачи. Это было потому, что у него был доступ к форме атаки, которая просто полностью игнорировала подавление ранга — способность духа.

С диким ревом Фредди бросился прямо на конного генерала. Генерал заметил его наступление и принял вызов. Он поднял свою серебряную алебарду, и его конь ринулся вперед, а волна солдат дружно расступилась, чтобы расчистить путь.

Двое мужчин промчались по полю боя, усеянному разбросанными трупами, быстро приближаясь друг к другу.

Как только он оказался достаточно близко, Фредди подпрыгнул в воздух. Генерал оседлал алебарду и приготовился пронзить Фредди копьем через его торс. Но за несколько мгновений до того, как атаки соединились, Фредди закричал во все легкие. «Ярость Левиафана!»

Мгновенно все его тело взорвалось потоком крови, когда его кости сформировались в шипы-шпоры и приняли форму черепа левиафана, укусившего атакующего генерала. Человек немедленно отреагировал, используя какую-то способность к сродству с металлами, чтобы создать мерцающий блеск защиты на своей броне, но череп укусил, столкнув генерала с коня и прожевав его доспехи. Шипастые зубы разрушили оборонительную способность и скользнули через трещины, оставив неглубокие раны и растрескав доспехи по всей их поверхности.

Кости втянулись, и Фредди продолжил атаку на генерала. Его тело было разрушено, а исцеления было недостаточно, чтобы компенсировать полученные им повреждения. Но он проигнорировал это, сформировав кулак из сломанных костей, прежде чем генерал смог прийти в себя и использовать другую защитную способность. Образовались Кровавые Кастеты. Обе звезды сияли в его душе, когда Струящийся Удар пронесся по его изуродованной плоти, двигаясь с импульсом падающей горы, когда она обрушилась на нагрудник генерала.

С оглушительным треском нагрудник и несколько шипов развалились, когда удар Фредди вонзился в грудину мужчины, пробив кожу и раздробив кость, когда шипы пронзили сердце мужчины. Земля позади генерала взорвалась трещинами, когда мужчина харкнул кровью, а поток исцеления закрыл раны Фредди.

Тело генерала прерывисто закашлялось, и эфир мощным потоком хлынул в тело Фредди, возвестив о смерти мужчины.

«Хозяин, этого будет достаточно!» — сказал Кровопролитие.

«Ух…» — простонал Фредди, поднимаясь на ноги. Его колени тряслись так сильно, что казалось, он вот-вот упадет. Большинство костей в его теле были сломаны, скреплены очень тонким слоем ткани, которая немного зажила после последнего удара. И эта ткань уже начала изнашиваться.

«Генерал... мертв!»

«Заберите голову убийцы!»

Фредди повернулся и побежал. Его шаги были вялыми, а дыхание прерывистым. Он не сможет вернуться в крепость. Черт, он даже ходить едва мог.

Подумав, он извлек из кольца гигантский металлический куб и нажал кнопку. Швы засветились бледным свечением эфира, и куб развернулся в мотоцикл. Он вскочил на него и нажал на педаль. Он завел его и выжал мотоцикл до предела, вгрызаясь в накопленный эфир, чтобы ускориться. Колеса дико вращались, зарываясь в грязь на долгую секунду, когда он внезапно ускорился, как раз вовремя, чтобы избежать залпа стрел, летящих в его сторону.

Армия не сдавалась. В него летело множество стрел, многие из которых попадали в кожу, и лишь несколько попадали в мотоцикл, не причиняя особого вреда.

Фредди почувствовал, как его инстинкты внезапно вспыхнули, и обернулся как раз вовремя, чтобы заметить летящий в его сторону массивный болт баллисты. Щелкнув языком, он вытянул правую руку и голой плотью заблокировал удар. Болт пролетел прямо через его руку, раздавив ее на куски, но его усилий хватило, чтобы перенаправить его подальше от его головы.

Мотоцикл на мгновение потерял равновесие, но он восстановил контроль, когда он ускорился к одной из сломанных башен. Башня развалилась, оставив кучу обломков прямо за пределами крепости. Фредди ускорился к одному из наклонных кусков и использовал его, чтобы перебраться через стену.

Все еще находясь в воздухе, он поспешно сложил мотоцикл и убрал его в свое кольцо, чтобы уберечь его от повреждений при падении, в то время как сам он врезался в стену башни, сломав руку и рухнув на внутренний двор.

Даже не вставая, он открыл глаза и закричал: «Кровавая жертва!»

Между «Кольцом крови Фредди» и «Кровавой жертвой» наблюдалось интересное взаимодействие.

Кровавая жертва, несмотря на то, что была способностью духа, все еще была заклинанием кровного сродства, которое заставляло эффекты кольца применяться к нему — стоимость была снижена на 6%, а сила была усилена на 5%. Однако Кровавая жертва не имела фиксированной цены. Фактически снижение стоимости сделало кровь, которую он жертвовал, более ценной.

94 части крови имели ту же ценность, что и 100 — это уже не было скидкой — это было увеличением мощности на 6,4%. Но это была только базовая мощность. При базовой мощности 106,4% бонус в 5% к мощности довел итоговое значение до 111,7%.

Кровь начала собираться.

Фредди слышал далекие вопли испуганных солдат. Их осадные орудия работали на полную мощность, обрушивая на крепость град валунов и болтов, но этого было недостаточно, чтобы остановить Фредди.

Огромная лужа крови превратилась в эссенцию крови и медленно приняла форму гигантского скелета, возвышающегося над крепостью. Стоя на трех ногах, нечто похожее на хребтовое дерево с черепами вместо плодов возникло в существо.

Это была самая странная форма, которую Фредди видел, как Кровопролитие принимало. Но как ни странно, он достиг своей цели. «Кровопролитие!» — мысленно позвал он. «Нанеси урон, чтобы я мог исцелиться!»

«Понял», — сказал скелет. Одна из ветвей позвоночника потянулась к стене. Череп на конце ветви широко раскрыл челюсть, делая огромный укус. Он медленно поднял массивную секцию стены в воздух и бросил ее в сторону армии.

Весь мир содрогнулся. Солдаты закричали, когда огромное облако пыли поднялось в воздух. Фредди почувствовал, как все его тело быстро восстанавливается до, по крайней мере, естественного состояния. «Боже мой…»

Он быстро встал и бросился к Лукасу.

Клочок ткани уже сильно потрепался. Из него сочилась кровь, а Лукас был без сознания, бледный как кость. Но он все еще был жив.

Фредди подхватил его и выбежал наружу. «Кровопролитие!»

«Понял», — ответил скелет, протягивая несколько черепных позвоночных ветвей к центральной башне.

В двадцати метрах от него Фредди заставил мотоцикл разворачиваться быстрее. Когда он наконец сформировался, он повесил Лукаса на спину и сел.

От удара одного из черепов башня рухнула, а от следующего удара барьер тьмы разлетелся на куски, а решетка за ним рассыпалась на куски.

Фредди нажал на педаль и помчался прямиком к выходу.

Когда он пробирался сквозь облако пыли и выходил из крепости, он заметил неподалёку испуганного человека в чёрной форме. Это была та же самая форма, что была на убийцах. «Эй, приятель!» — закричал Фредди, наколдовав Кровавое Копьё и метнув его в человека, попав ему прямо в грудь. «Иди на хер!»

Не останавливаясь, Фредди продолжил ехать к площади, проезжая мимо множества озадаченных исследователей. Не потребовалось много времени, чтобы добраться до прохода и выйти из межпространства.

Там он тут же повернул к целителям. Он принёс к ним полумертвого Лукаса и положил его на землю.

Целители немного покосились на Фредди, разглядывая его изодранную броню. Он был практически полуголый — на нем было больше засохшей крови, чем одежды.

Видя, что они колеблются, он выпустил свой пиковый двухзвездный меч и зарычал. «Поторопитесь, черт возьми! Он почти мертв!»

Целители вскочили на ноги по команде и бросились помогать раненому Лукасу, пока Фредди сверлил их взглядом. Послание за его взглядом было ясно как день —

Да пошли вы все к черту. Я бросаю вам вызов.

Кровопролитие переместило большой кусок башни ко входу, используя его, чтобы забаррикадировать выход, чтобы никто не вошел внутрь. Затем большое количество черепов повернулось лицом к армии людей, застывших и наблюдающих в ужасе.

Прохождение подземелья еще не закончилось.

Лечение Лукаса прошло... хорошо. Его шея была залатана, и несколько целителей святого сродства использовали на нем сверхъестественное качество исцеления. Исцеление святого сродства было ужасно дорогим в использовании. Несмотря на то, что несколько целителей приложили все усилия, чтобы вылечить Лукаса, только когда они полностью истощились, им удалось закончить свою работу.

Хотя это была не совсем рубцовая ткань, на шее Лукаса было заметное изменение цвета. Мальчик все еще был смертельно бледным и без сознания, но он выживет. Окровавленный, измученный Фредди поднял мальчика и направился домой. Ну, заплатив безумную сумму за лечение.

На протяжении всего пути назад он чувствовал, как в его тело непрерывно вливается огромный поток исцеления. Казалось, что Кровопролитие все еще сражается внутри подземелья. Он не только получал приток исцеления — время от времени его наполнял эфир, когда Кровопролитие убивало одного из командиров.

Фредди не удивился. Можно было бы продолжать идти, подумал он. Хотя он и сокрушался, что ушел, не получив награду. Однако сейчас было не время думать об этом.

Когда Хелен увидела их возвращение, она окаменела. Она обрушила на Фредди праведный гнев, который могла вызвать только мать, а он молчал, принимая любые слова, которые она ему направляла, и постоянно извинялся.

Он был таким глупым.

Почему он решил, что будет безопасно взять Лукаса с собой?

Он уже не был никем в этом городе. Окружающие его люди неизбежно были бы втянуты в любой конфликт, в котором он участвовал.

Снова и снова он продолжал совершать ужасные ошибки. Неужели он был настолько глуп? Или его эго вышло из-под контроля?

В любом случае, он должен был обеспечить безопасность этих двоих. Поскольку личность Фредди была настолько публичной, он не удивился бы, если бы кто-то попытался вломиться в его квартиру в один из этих дней. Он поговорит с Тором. Он будет умолять на коленях, если придется. Этих двоих нужно было защитить.

Когда Хелен окончательно выбилась из сил от криков на него, он оставил ее наедине с Лукасом и с позором удалился в свою комнату. Там он рухнул на кровать и вздохнул. Примерно в этот момент он наконец почувствовал, как постоянный приток кражи жизни прекратился. «Полагаю, Кровопролитие закончилось», — сказал он со вздохом. «Жаль».

Теплое чувство кражи жизни было утешающим присутствием. Теперь, когда это прекратилось, у него не осталось ничего, кроме холодного чувства стыда.

И тут произошло нечто неожиданное.

Внезапно перед ним загорелся странный свет. «Что!?» — вскрикнул он, подпрыгнув и оглядевшись. Однако на него не нападал ни один враг. Вместо этого он столкнулся со знакомым зрелищем. Это был свет награды за подземелье, возникший перед ним. «А!? Ты все равно получишь награду, даже если покинешь подземелье?»

Но что-то было не так. Свет был намного ярче, чем в прошлый раз, когда он получил награду.

«Мастер», — позвал его в разуме Кровопролитие. «Кажется, в подземелье всего шесть волн».

Глаза Фредди широко распахнулись. «Что, черт возьми, ты сделал?»

Он буквально чувствовал, как скелет ухмыляется от уха до уха в своем панцире, глубоко в его душе.

«Я это прояснил».

----------

Король-воин

Хелен закричала, вскочив на ноги и почти выбежав из комнаты. Над ее бессознательным сыном появился какой-то странный, неземной свет, и мгновение спустя ему на колени упал небольшой мешочек. Она инстинктивно бросилась к мешочку и схватила его. Внутри что-то звякнуло, почти как горсть монет.

Все еще охваченная паникой, она подбежала к окну, открыла его и со всей силы швырнула мешочек наружу.

«Что случилось!?» — раздался голос Фредди, когда он ворвался в комнату.

Он увидел измотанную Хелен и в замешательстве нахмурился.

«Какое-то… Что-то появилось!» — сказала она. «Я выбросила это наружу!»

Фредди сдулся. «Это был… мешочек с монетами?»

Хелен замерла. «Монеты? Я... я не знаю. Я увидела свет и я...»

Фредди усмехнулся. «Расслабься. Это, наверное, всего несколько серебряных монет. Это связано с подземельем».

Она надулась и хмыкнула, отвернувшись от Фредди. «Я никогда не позволю ему вернуться туда!»

Фредди с усмешкой повернулся и медленно закрыл дверь. Как только он повернулся, он, казалось, слегка сдулся. Последние шестьдесят секунд были одними из самых ошеломляющих, которые он когда-либо переживал в своей жизни.

Медленно, почти со страхом, он полез в карман и вытащил какой-то предмет.

Это был мерцающий кулон.

Увидев оружие и почувствовав его силу, он сглотнул. «Кровопролитие… что это?» Он уже довольно хорошо представлял себе, что это за предмет.

Это был круглый серебряный медальон, висевший на потертой коричневой нитке. Он выглядел некачественно, но он мог сказать, что одна только нить была безумно прочной. Даже если бы он попытался изо всех сил, он не был уверен, сможет ли он ее порвать.

Но не эта веревка так его встревожила. Он подтянул медальон поближе и снова взглянул на него. Он казался исцарапанным, словно видел много лет действий. На его поверхности была резьба двух мужчин, сцепившихся в смертельной схватке. И эта резьба сдвинулась.

Двое мужчин неоднократно нападали друг на друга, обмениваясь ударами, блокируя и нанося удары, но так и не смогли одержать верх, как бы они ни старались.

Проклятые предметы не были чем-то необычным. Они были пропитаны аурой, но обычно было невозможно сказать, был ли предмет проклят, не взглянув через Незер.

Конечно, было исключение из этого правила — уникальные проклятые предметы. Они обычно демонстрировали некое сверхъестественное явление, что позволяло их сравнительно легко идентифицировать.

Например, Кольцо Крови Фредди было сделано из чего-то, похожего на высушенную плоть. Всякий раз, когда он опускал его в воду, оно немного двигалось, едва заметно извиваясь. Ему потребовалось много времени, чтобы вообще это заметить. Но даже тогда, сам факт того, что кольцо впилось в его кость, уже был достаточным доказательством того, что оно уникально.

Этот кулон был таким же. Это был уникальный проклятый предмет.

Кровопролитие на мгновение задумался, а затем предложил: «Хотите, я расскажу вам, что сказал диктор в конце?»

«Диктор?» — спросил Фредди, нахмурившись. «О! Ты имеешь в виду того бородатого старика? Да, скажи мне».

Кровопролитие на мгновение замолчал. Когда он заговорил, его голос был идентичен голосу бородатого старика, как будто Кровопролитие записал голос мужчины и воспроизводил его, на долгое время напугав Фредди. Он никогда не думал, что Кровопролитие может делать это.

«Великие защитники!» — сказал старик. «В этот славный день наше королевство не только защитилось от нападающих, но и полностью очистило их! Наше великое имя прогремит по всем землям, и наши славные деяния будут передаваться вечно! Более того, заслуга за это великое достижение почти полностью принадлежит одному герою — Рабу! Он не только в одиночку противостоял целой армии, но и сделал это, несмотря на подавляющее превосходство своих противников!

«Таким образом, в знак признания его славных деяний, Раб получит в дар самую изысканную реликвию нашего древнего королевства: ожерелье, которое носил Великий Король, основавший эти бессмертные земли посредством своего неудержимого завоевания — Подвеску Короля-Воина!

«И теперь, мой храбрый, верный народ, после этого знаменательного дня, когда мы победили нашего злейшего врага, наше королевство наверняка вступит в период невиданного мира и процветания!» Это был конец речи.

Но Кровопролитие не закончило пересказывать все, что произошло. «Хозяин, после окончания речи подземелье преобразилось».

«Хмм!?» — вскрикнул Фредди в недоумении. «Как так?»

«Замок был отремонтирован, а окрестности превратились в пшеничные поля. Многочисленные крестьяне, казалось, ухаживали за этими землями».

«Что? Что это значит?»

«Я не знаю… но я считаю, что Крепостное Подземелье теперь бесполезно».

Фредди поморщился.

К счастью, не было свидетелей того, что именно произошло, поэтому, скорее всего, люди не будут предполагать, что Фредди сам победил все подземелье. Будет ли он обвинен в том, что произошло, было неясно. Но потеря Подземелья Крепости навредит практически всем в Репентаве, от слабых новичков до более крупных фракций.

Это было превосходное место для подготовки бойцов и сбора средств.

Теперь, когда этого не стало, люди, несомненно, стали бы искать виноватых.

Он вздохнул.

Учитывая речь, которой с ним поделился Кровопролитие, это, скорее всего, был первый раз, когда это подземелье было полностью зачищено. Честно говоря, это было довольно шокирующе. Но это также имело смысл.

Он не знал точно, насколько сложной была шестая волна, но, учитывая появление трехзвездного генерала в пятой волне, она определенно была довольно ошеломляющей.

Из того немногого, что Фредди знал о многих местных трехзвездниках, он подозревал, что в прямом бою Тор, скорее всего, был на самом верху в Репентаве. Это оберегало его и его фракцию от гнева остальных.

Учитывая, сколько даже Тору пришлось бороться в пятой волне, не было ничего удивительного в том, что шестая волна не будет побеждена. Возможно, если бы все три звезды объединились, они могли бы это сделать, но... будут ли эти люди действительно готовы рисковать своими жизнями и сотрудничать таким образом? Абсолютно нет.

Но это не имело значения.

Фредди посмотрел на Кулон Короля Воинов и сглотнул. Из этой речи он догадался, что награда, несомненно, была получена из-за того, что большую часть работы он выполнил сам, и из-за того, что он был только на второй звезде. Учитывая сложность выполнения этого и теоретические заслуги, которые он собрал...

Что именно он получил?

Уникальный проклятый предмет уже был безумной наградой. Но не все проклятые предметы были сделаны равными. В зависимости от того, что именно делал этот предмет, не было бы преувеличением сказать, что он мог изменить его жизнь.

Он крепко сжал его и послал в него некоторую сущность, соединившись с предметом. Он получил смутные впечатления в виде связок концепций. К сожалению, всего на второй звезде ему было чертовски трудно разгадать точные детали.

У него была некоторая практика обращения с Кольцом Крови, но даже тогда он полагался на Кровопролитие, чтобы точно определить, как продвигается действие предмета.

Но он добился определенного прогресса.

Первое, что он понял, было то, что у него было два отдельных эффекта. Это были отличные новости. Его Кровавое Кольцо также имело два отдельных преимущества, как увеличение силы, так и снижение стоимости. Ну, у него было три эффекта после того, как этот асура влил в него кинжал; но даже всего два были уже исключительными.

Что касается того, в чем именно заключались эти преимущества, он мог сказать лишь то, что они каким-то образом относились к оружию.

Оружие…?

Это было странно. Как только он надел кулон, он оказывал какое-то воздействие на любое оружие, которым он владел в тот момент.

Он предположил, что есть более простой способ проверки.

Он медленно надел кулон на голову. Как только он надел его на шею, он сразу почувствовал, как его гордость взлетела, как будто его героический дух был под влиянием этого предмета.

Он использовал Кровавое Копьё. Его металлическая кровь хлынула сквозь кожу его руки, быстро формируя багровое оружие. Он сжал копьё в своей руке. Как только он взял его, он почувствовал, как какая-то энергия выплеснулась из кулона и просочилась в оружие.

Фредди смотрел с широко открытыми глазами, как энергия формировала сложные узоры параллельных и перпендикулярных золотых линий по всему копью. За один вздох оружие превратилось из унылого вида кровавого металла в величественную, королевскую форму красного цвета, украшенную мерцающим золотом.

«Боже мой», — пробормотал он. «Эй, Кровопролитие», — позвал он.

«Да, Мастер?»

«Не мог бы ты помочь мне выяснить, что делает этот проклятый предмет?»

«Хм… Это будет сложно, поскольку концепции внутри не связаны с кровью. Но теперь, когда это связано с твоей душой, я могу это прочесть. Однако это займет некоторое время».

«Никаких проблем», — сказал он, хихикая. «У меня есть все время в мире».

В течение долгих полчаса Фредди ждал, пока Кровопролитие раскроет тайны кулона. Он крутил копье в руках, не в силах оторвать глаз от прекрасных форм на его поверхности. Это дерьмо выглядело чертовски причудливо. И хотя было трудно точно определить, что отличалось от копья, чем больше он играл с ним, тем больше он был уверен в своих догадках.

Кровопролитие наконец закончил копаться в концепциях и высказался. «Предмет влияет на любое оружие, которое использует Мастер, пока носит кулон. У него есть два отдельных эффекта — первый заставляет затронутое оружие наносить 101% урона, а второй увеличивает прочность предмета до 101%».

Пока Фредди слушал объяснения Кровопролития, его рука сжалась, едва не раздавив копье.

+1% к урону и +1% к прочности.

Это было невероятно.

Концепция «урон» была чертовски мощной вещью, которую можно было изменить с помощью проклятого предмета. Главная причина заключалась в том, что урон не был линейной концепцией. Вовсе нет. Тела, броня и способности людей имели предельные значения. Если кто-то наносил гипотетический «урон в 100 единиц» щиту, который мог выдержать «урон в 101 единицу», это создавало разницу между пробитием щита и блокировкой.

И это был уникальный предмет. Он мог расти.

И это был даже не весь эффект. Он также влиял на прочность. Это было фактически противоположностью повреждения.

Его Кровавое Кольцо уже влияло на силу его способностей крови. «Сила» как концепция относилась к выражению первичной концепции способности. Для любого оружия, созданного Фредди, первичной концепцией было затвердевание крови в форму. Увеличение силы, в данном случае, делало его оружие... ну... твёрже. Это уже было невероятным преимуществом для практикующего Багровую Ртуть.

Наличие еще большей прочности вдобавок к этому оказало бы бесценное влияние на качество любого оружия, которое он создавал. Это было огромное дело. Его Кровавые Кастеты имели привычку довольно часто ломаться под давлением силы его ударов. Можно себе представить ценность дополнительной прочности.

Он вдруг что-то вспомнил и усмехнулся. Он вытащил из своего накопительного кольца рваную одежду, тряпки, которые его изнурительный поход по горам превратил в материал для проклятого предмета.

Вздохнув, он убрал грязную одежду.

Если проклятые предметы не были частью набора, экипировка более двух была невозможна. Эффект третьего предмета не срабатывал, и он даже мог потенциально нанести урон душе.

С двумя уникальными проклятыми предметами Фредди выполнил свою квоту. Места для одежды больше не было. Но его это не особо волновало. Теперь, когда он действительно об этом подумал, проклятая броня ему совсем не подходила. Ярость Левиафана была главным виновником. Использование способности духа в сцеплении означало бы уничтожение любой проклятой брони, которую он носил.

Черт, это было крайне разрушительно для любого типа брони, которую он пытался экипировать. Пока он был бедняком, это едва ли было проблемой, но чем богаче он становился, тем большей проблемой это для него становилось.

Осталось проверить еще одну вещь. «Кровопролитие…» — нерешительно крикнул он. «Что мне нужно сделать, чтобы равить этот кулон?»

Уникальные проклятые предметы могли расти в силе. Но чтобы они росли, нужно было выполнить какое-то требование. Это почти всегда означало победу над врагами. Но это никогда не было так просто. Даже с Кольцом Крови это было не просто победа над врагами; это было пролитие крови. Это может показаться несущественной деталью, но это имело большое значение.

Например, если бы Фредди сражался с големами или какой-то формой нежити или даже элементалями, Кольцо Крови просто не росло бы. Его целям нужна была кровь. Вдобавок к этому, кольцо реагировало намного лучше, когда он проливал кровь многих разных врагов в одной масштабной битве.

Кровопролитие быстро отреагировал. «Кажется, этот предмет растет благодаря триумфу».

«Триумф?»

«Чтобы кулон рос, нужно победить врагов, которые тебя подавляют».

Выражение лица Фредди стало уродливым. «Ммм... да... это отстой».

Он знал, что эффект оружия кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой. Хотя Фредди и удавалось побеждать врагов сильнее себя, это всегда происходило в тяжелых схватках не на жизнь, а на смерть. Побеждать врагов сильнее себя было очень строгим требованием. Но что касается эффекта, который давало это оружие? Это было не неразумно. Оба бонуса были чрезвычайно ценными.

Вздохнув, Фредди спрятал кулон за рубашку и встал.

Пришло время выгнать мать и сына из квартиры.

«Новые рекруты?» — спросил Тор. «Чёрт возьми, да! Продолжайте их приглашать. У нас всегда не хватает персонала».

«Спасибо. Я очень это ценю».

«Нет, Фредди, спасибо!» — сказал Тор, посмеиваясь и вставая с офисного кресла. «А как насчет того, чтобы сначала поговорить с ними напрямую?»

Тор вышел из офиса и пригласил Хеллен и Лукаса, которые ждали в вестибюле.

Лукас все еще выглядел немного больным. Его кожа была бледной, и он выглядел изнуренным. Он потерял довольно много крови, и это даже не говоря об усталости от всех его боев. Но он был в сознании, и время никого не ждало.

Лукасу предложили должность стажера-рекрута. Пройдет много времени, прежде чем он увидит реальные действия, и до тех пор ему не будут платить много, но его расходы на проживание полностью покроет Вальхалла. Естественно, это касается и его матери.

У большинства членов Вальхаллы были близкие родственники, живущие в штаб-квартире, даже если они не были сотрудниками. Крайне распространено было похищение близких, когда кто-то был архичеловеком. Прокормить несколько смертных было гораздо дешевле, чем пережить предательство члена фракции из-за шантажа.

Разговор длился недолго. Лукас принял предложение, и его мать неохотно согласилась остаться в Вальхалле. Сегодняшний инцидент действительно ее расстроил. Учитывая, как ее другой ребенок оказался... ну... да.

Как только они оба подписались, Тор встал и, казалось, внезапно что-то понял. «О, да, Фредди, я ведь никогда не водил тебя по всей штаб-квартире, не так ли? Ты тоже недавно тренировался здесь, но, кажется, я не видел, чтобы ты пользовался всеми нашими возможностями. Как насчет этого? Хочешь пойти и проверить?»

«О, да, конечно», — согласился Фредди. «Мы можем взять Лукаса с собой».

«Э-э... да», — пробормотал Лукас. «Спасибо».

«Конечно», — усмехнулся Тор. «Что касается вас, миссис Блэк, вы тоже приглашены. Но если хотите, мы можем проводить вас в ваше новое жилище».

«Я выберу второй вариант», — сказала она, вздохнув. «Мне нужно вздремнуть».

Фредди и Лукас последовали за Тором, пока тот проводил для них подробную экскурсию.

Честно говоря, с его положением Фредди точно знал, что у него сейчас полно дел поважнее. И все же он здесь, руководит ими.

Фредди наконец-то получил достойную экскурсию, где все находится. У них также было довольно хорошее оборудование для физических упражнений, которое он, несомненно, использовал довольно часто. У них также были комнаты для собраний и даже комнаты для медитации. Это все было довольно обыденно. Но у них было больше, чем просто это.

Одним из объектов, которые у них были, было просто большое собрание изолированных комнат для медитации. Они были намеренно сделаны без эфира. А для чего были сделаны эти комнаты?

Рядом с набором маленьких комнат находилась огромная библиотека. Но это была не совсем обычная библиотека. Ее можно было найти на другом конце здания. Вместо обычных книг эти полки были заполнены табличками.

Эти таблички содержали странные руны по всей поверхности. Эти руны были эфирными отпечатками.

Многое можно было почерпнуть только с помощью медитации. Когда Фредди отправлял сущность в свою кровь, он получал всевозможную информацию, когда впитывал эту сущность обратно в свою душу. Но эта информация была слишком сырой и не сфокусированной. Это был суп из чрезвычайно сложных концепций, воплощающих практически все, чем была его кровь. Если только он не знал точно, что ищет, попытка уловить глубокую истину была непростой задачей.

С другой стороны, эти таблички были гораздо более сфокусированными. Некоторые из них описывали точный отпечаток, необходимый для создания определенной способности, в то время как другие представляли собой более общие наборы концепций, призванные вдохновлять кого-то, когда он пытался создать что-то оригинальное.

Это было чрезвычайно ценно.

Фредди уже видел нечто подобное в той книге, которую он купил еще в Питтерсвилле. Но отпечатки эфира в той книге были чрезвычайно слабыми по сравнению с этими вещами. Это были дешево изготовленные ссылки, которые едва позволяли заглянуть в сложную внутреннюю работу сущности.

Эти таблички были полезны не только для создания новых способностей.

От стадии 0 до стадии 2 способности не имели такого понятия, как узкие места на средней стадии. Они просто росли, пока не были готовы к обновлению. Стадия 3 была другой.

На стадии 3 — 50% способность сталкивалась с барьером, и оболочка снова становилась немного размытой. Единственным способом добиться дальнейшего прогресса на этом этапе было реформирование оболочки с более продвинутыми концепциями. Это также была возможность исправить посредственные способности.

Аналогичная вещь также произошла на стадии 4 — 33% и, предположительно, на 66%, но Фредди понятия не имел, была ли у кого-то вообще такая продвинутая способность. Количество людей, которые на самом деле знали, что происходило в этот момент, было крайне низким. Только персонажи уровня императрицы были посвящены в эти секреты.

Эфирные отпечатки, которые были у Вальхаллы, вероятно, не были чем-то особенно глубоким. Но они все равно были очень ценными. Было невозможно просто нарисовать формы. Процесс формирования этих отпечатков был долгим и дорогим, и некоторые из них, вероятно, были найдены внутри подземелья где-то в межпространстве.

Но это еще не все, что могла предложить Вальхалла.

Был еще один объект для тестирования способностей и оружия, отличный от того, который использовал Фредди. Этот второй был намного более ценным.

В середине большой комнаты стояли толстые колонны из бледно-серого металла. Они были такими большими, что даже Фредди мог обхватить их руками лишь на половину.

Этот странный металл представлял собой материал под названием «ударопрочный сплав».

Таких колонн было всего пять, и все они в настоящее время были заняты.

Фредди наблюдал, как один из двухзвездных бойцов замахнулся топором на металлическую колонну. Топор довольно легко вошел в металл, и металл покрылся рябью, показывая, насколько далеко и интенсивно сила была распределена по металлу. Колонна на мгновение осталась искаженной, а затем быстро восстановилась, стирая следы, как будто их никогда и не было.

Это было довольно безумное свойство. Если бы металл не был таким мягким, такой материал был бы практически идеальной броней.

Мужчина снова отвел свой топор назад, и на этот раз он использовал Тектонический Удар. Удар был гораздо сильнее. Топор почти полностью вошел в металл, а рябь была значительно более выраженной, наглядно демонстрируя разницу между простым взмахом топора и добавлением способности к атаке.

Фредди очень хотел проверить себя, но считалось крайне грубым прерывать людей, когда они активно использовали какие-либо объекты. Для таких вещей, как этот ударный сплав, участники должны были зарезервировать время, когда они будут его использовать. Их было всего пять, и каждый мог использовать безопасное место, чтобы проверить свои способности, силу или оружие.

Хотя он был уверен, что если вежливо попросить, то любой из присутствующих позволит ему сделать это, это все равно было немного подлым поступком, поэтому он воздержался от этого.

И вот, наконец, их привели в то, что, скорее всего, было самым ценным сооружением, к которому имела доступ Валхалла, — на арену с марионетками.

Можно было выбрать до десяти марионеток разного уровня сложности и попрактиковаться в борьбе с ними. Эти марионетки были чрезвычайно выносливы и способны регенерировать из всего, что не уничтожало их полностью. Они также были зверски дорогими для частного владения.

Было доступно только три комнаты, что позволяло использовать объект максимум трем людям одновременно. Он также был занят в какой-то момент.

Закончив экскурсию, Лукас отправился в свою новую квартиру.

Фредди и Тор помахали мальчику, и как только он скрылся из виду, Тор повернулся к Фредди. «Да, мне нужно, чтобы ты рассказал мне, что именно произошло сегодня. Пойдем куда-нибудь в уединенное место».

----------

Тайны

Фредди сидел в кабинете Тора, сохраняя нейтральное выражение лица. Он только что закончил рассказывать о событиях в подземелье. Конечно, это была очень... отцензурированная версия реальной истории.

Фредди и Лукас отправились в подземелье. Там на них напала группа убийц. Фредди надрал им задницы и покинул подземелье. В качестве «доказательства» времени, когда он покинул подземелье, он использовал функцию слежения своего плаща.

Естественно, Тор уже слышал о странных изменениях, произошедших в подземелье. Мужчина облокотился на стол и смотрел на пол, пока Фредди рассказывал о случившемся.

Когда Фредди закончил, Тор хмыкнул. «Знаешь, я тебя очень уважаю. На тебя напал отряд Трехголового Змея из клана Умбры, когда ты выполнял задание в подземелье и защищал новичка с одной звездой, но тебе удалось убить их всех и уйти невредимым. Это безумие. Не думаю, что на твоем уровне я был бы способен хотя бы на треть того, что ты сделал».

«Отряд Трехголового Змея?»

«Это высокопоставленная номенклатура клана Умбра. К твоему сведению, это второй по значимости ранг. Выше него только так называемый «Отряд Гидры». И этот отряд возглавляет их нынешний патриарх».

«С чего бы такому отряду приходить за мной?»

«Им заплатили за это. Если гадать, то, скорее всего, их наняли Самоцветы».

Глаза Фредди слегка расширились. «Самоцветы...? Ты думаешь, они...»

«Нет», - сказал Тор. «Скорее всего, они не знают, что это ты убил Шона. Если бы они знали, то не стали бы использовать такие скрытые средства, чтобы нацелиться на тебя. Глава семьи лично пришел бы за тобой».

Фредди вздрогнул, почувствовав, как затрепетало его сердце. «Но зачем им платить клану Умбра, если они не знают?»

Тор усмехнулся. «Глава семьи Самоцветов должно быть в довольно дерьмовом настроении в последние дни. Поставь себя на место этого старого ублюдка: он потерял двух своих детей, причем обоих странным образом. Он чувствует себя бессильным и расстроенным. Ему нужно как-то выплеснуть свои эмоции. Неудивительно, что он переходит все границы, чтобы справиться с проблемами.

«Для местных фракций твоё существование, возможно, и не является полной катастрофой, но ты - плохая новость. Они предпочли бы видеть нас как можно более слабыми. Но они бездействовали, потому что цена "заботы" о тебе была выше, чем выгода от избавления от тебя. Тот отряд, который ты убил, - они чертовски дороги. Крайне редко им удается не убить свою цель.

«Единственная причина, по которой глава Самоцветов стал бы оплачивать их услуги, - это желание почувствовать, что он возвращает себе контроль над проблемами, даже если за это придется заплатить огромную цену. Конечно, теперь, когда ты безжалостно раздавил ему яйца, оказавшись таким крутым, он будет вне себя».

Фредди почувствовал, как у него заныло сердце. «Думаешь, он...»

«Нет. Он не станет обострять ситуацию без дополнительной мотивации. Он может быть зол, но он не идиот. Если твоё убийство будет более дорогим или рискованным, чем он может вынести, он оставит все как есть. По крайней мере, пока».

Действительно. Может, это и не срочная проблема, но в будущем с Самоцветами точно будут проблемы. Только идиоты могут позволить своим врагам уйти. Особенно таким врагам, как Фредди.

«В любом случае, - продолжил Тор, - я рекомендую тебе воздержаться от самостоятельных погружений».

Фредди кивнул. Это было слишком рискованно. К счастью, Вальгалла регулярно выходила в межпространство, и для Фредди не составило бы труда присоединиться к высокоуровневой партии. Тем не менее, это все равно вызывало сожаление.

Тор на мгновение задумался. «Ты тоже собираешься переехать в Вальгаллу?»

Фредди на мгновение задумался, но затем покачал головой.

А велик ли риск, что кто-то попытается убить его в его квартире?

Не очень.

Фредди спал всего два часа в сутки. И когда он спал, Кровопролитие стоял на страже, и ни один убийца не мог подкрасться к нему. А вероятность того, что на него открыто нападет группа людей, когда он в квартире, практически отсутствовала.

Империя была далеко не утопией. Но предыдущие 200 лет преподали правителям ряд ценных уроков. Такие вещи, как запрет на некоторые виды деятельности или создание банков, в которых каждый мог бы хранить свои личные вещи, были краеугольными камнями стабильного и процветающего общества.

Еще одним краеугольным камнем стали законы, регулирующие конфликты между архилюдьми.

Существовало множество ситуаций, когда драка или убийство даже не расследовались, не говоря уже о юридическом наказании.

И наоборот, существовало столько же строгих правил, по которым драки не допускались ни в малейшей степени.

Одно из таких правил касалось боев в жилых кварталах.

Бой между архами был разрушительным. Смертные и инфраструктура были довольно хрупкими. В истории были периоды, когда бои не регулировались. Эти периоды почти все помнят как темные времена. Несмотря на ослабление правопорядка в Северном поясе, регулирование боев было для империи главным принципом, который она должна была соблюдать на всех своих территориях.

Тор увидел, как Фредди покачал головой, и улыбнулся. «Понятно. С этим проблем быть не должно. Но все равно следи за тем, чтобы никто не попытался проникнуть внутрь. Поверь мне, такое случается».

«Хорошо. Прослежу».

«Ну, я за тебя не волнуюсь. С тобой все будет в порядке. Даже если что-то случится, ты сможешь использовать свой странный метод исцеления или даже то, что ты использовал, чтобы очистить подземелье».

Фредди напрягся при этих словах.

Тор глубоко вздохнул и покачал головой. «Я просто хотел бы, чтобы ты доверял мне настолько, чтобы рассказать всю историю того, что произошло сегодня».

Фредди хотел было возразить, что он что-то скрывает, но в тот момент, когда он собирался заговорить, закрыл рот и замолчал. Тор не был каким-то наивным глупцом. Внешне он выглядел сравнительно молодым, но за его плечами был возраст старика и целая жизнь опыта общения с миром архилюдей. Попытка прикинуться дурачком в этот момент была бы оскорблением его мудрости и интеллекта.

«У тебя есть свои секреты - я это понимаю», - сказал Тор. «Я не собираюсь ставить тебе ультиматумы. Пока ты готов оставаться с моей маленькой бедной фракцией, я буду держать рот на замке и терпеть». Мужчина замолчал на долгий миг. Он перестал опираться на стол и подошел к окну, из которого открывался вид на бескрайний лес.

На мгновение он выглядел таким старым и усталым. Его спина ссутулилась, словно груз прожитых лет давил на него. В его ауру прокралась печаль, и когда он открыл рот, чтобы заговорить, его голос прозвучал как шепот: «Ты особенный, Фредди. Правда. Мне очень повезло, что я нашел тебя. Но становится все более очевидным, что твой потенциал - это то, что Вальгалла не может взрастить или... сдержать».

Фредди рассмеялся, чувствуя легкое недоумение. «Мне кажется, ты преувеличиваешь».

«Сейчас...? Я бы не стал соглашаться». Тор обернулся. В его глазах горел умоляющий свет, который поразил Фредди до глубины души, затронув что-то холодное и твердое внутри него. «Я бы хотел, чтобы у меня был способ заставить тебя доверять мне. Я действительно хочу. Но ты как кот, бродящий по улицам Репентавы, - ты достаточно близко, чтобы люди бросали тебе еду, но достаточно далеко, чтобы ты мог сбежать в мгновение ока».

Он не мог этого отрицать.

«Но это нормально», - сказал Тор. «Это лучше, чем быть слишком доверчивым». Мужчина медленно подошёл и сел на своё офисное кресло, смотря в глаза Фредди. «Я хочу сделать тебе предложение, если ты готов меня выслушать».

Фредди на мгновение задумался, но не увидел ничего плохого в том, чтобы выслушать его. «Я весь внимание».

Тор кивнул. «Ты уже знаешь, что трехзвездных в Северном поясе забирают, как только они достигают 299 % сущностного потенциала. Это должно было случиться со мной». Он грустно усмехнулся. «Но я, видите ли, упрямый урод. Я нанес рану своей душе, чтобы никогда не развиться так сильно».

Брови Фредди вскинулись, а мышцы вокруг рта напряглись. Если Тор говорил правду, то его действия были поступками полного безумца. Тот, кто готов отказаться от возможности стать четырехзвездочным, был, мягко говоря, полным идиотом. «Зачем ты это сделал?»

Тор улыбнулся. «Чтобы остаться здесь. Чтобы защитить свой народ». Затем его улыбка погасла. «Но это место прогнило до основания. Потребуется чертовски мощная сила, чтобы что-то изменить. А Вальгалла стагнирует. Пока я становился сильнее, наше влияние росло. Теперь, когда я не... Ну, если бы я был более агрессивен, все было бы по-другому. Но я не могу позволить себе так рисковать. Если только у меня нет преемника».

«О, черт возьми, нет», - рефлекторно сказал Фредди.

Тор рассмеялся. «Не волнуйся, не в этом мое предложение. Я знаю таких людей, как ты. У тебя свободный дух. Привязывать тебя к себе - бесполезное занятие».

«Тогда что именно ты предлагаешь?»

Выражение лица Тора стало серьезным. «В здании штаб-квартиры есть целая частная секция, предназначенная для моего личного пользования. Но я почти не продвигаюсь в лечении своей душевной раны. Будет лучше, если ты сможешь извлечь из нее пользу».

Глаза Фредди расширились. «Это... много. Ты действительно готов сделать такое предложение?»

«Нет», - решительно сказал Тор. «Ну, для того, кому я не доверяю, я, может, и рискнул бы. Но для того, кто не доверяет мне... я не готов зайти так далеко».

Фредди хмыкнул. «Ты хочешь, чтобы я рассказал тебе свои тайны?»

Тор поднял палец. «Только одну. Я готов предложить тебе кучу ресурсов, чтобы помочь тебе развиваться. Все, что я прошу взамен, - это чтобы ты остался достаточно долго, чтобы я нашел преемника... и всего лишь одну твою тайну».

Фредди замер. Это было заманчивое предложение. Если честно, у него не было никаких негативных впечатлений о Торе. Но разве этого было достаточно?

Конечно, у Фредди было множество мелких секретов, которыми он мог бы поделиться, но это было не то, о чем просил Тор. Ему нужно было поделиться чем-то существенным. Ему нужно было рассказать о своих способностях духа, об уникальном сродстве... или о своем таланте.

Ведь Тор не мог отнять у него ничего из этого. Но это не означало, что поделиться ими было просто. Будь то его нынешние возможности, связь с прошлым или траектория будущего развития - все это были конфиденциальные сведения, которые он не мог позволить себе разгласить всему миру.

Если бы Самоцветы знали, что он может вызывать Кровопролитие, они бы сделали все, чтобы убить его и гарантировать, что он не сможет использовать эту силу против них.

Если бы Страта узнала об 1 % Вампиризма, они бы потратили огромное количество своих ресурсов, чтобы схватить его и использовать как ферму живых органов.

А если кто-то из местных властей узнает о его уникальном сродстве, они наверняка объединятся, чтобы убить его до того, как у него появится шанс вырасти.

Хотя Фредди все еще не умел правильно использовать погибшую воду, это было уникальное сродство - не могло быть и речи о том, чтобы со временем оно не стало ключевой частью его силы.

Хотя Тор так не выражался, доступ хотя бы к одному из этих секретов сделал бы так, что Фредди не смог бы его предать. Учитывая его характер, он знал, что Тор поделится этой информацией только в том случае, если Фредди прямо предаст их, и уж точно не станет действовать из личной заинтересованности.

Но Фредди все равно было не по себе от такой уязвимости.

Тор некоторое время размышлял, терпеливо ожидая, пока Фредди примет решение. В конце концов тот вздохнул и встал. «Иди за мной».

Фредди был озадачен, но не стал задавать вопросов. Он последовал за Тором.

Они делали поворот за поворотом и в конце концов добрались до двери. Отперев ее ключом, Тор шагнул внутрь, приглашая Фредди войти. Это был вход в закрытую зону их штаб-квартиры.

Фредди удалось мельком взглянуть на личный тренировочный зал Тора, но это явно было не то, что Тор хотел ему показать.

Вместо этого они дошли до другого конца этой части здания. Там Тор отпер еще одну дверь. Эта дверь была замаскирована гораздо лучше предыдущей.

Как только Тор открыл дверь, Фредди понял, что сейчас ему покажут нечто особенное.

Вход привел их прямо в пещеру. Путь был неровным - пещеры едва ли были изучены.

Но до цели они добрались не сразу.

Как только Фредди увидел ее, у него отпала челюсть.

Это был проход.

Портал размером со стандартную двустворчатую дверь находился в уединенном углу пещеры, открывая за собой густо заросшую лесом местность.

«Ну... что скажешь?» спросил Тор, широко ухмыляясь. «Никто не знает об этой крошке, кроме меня и Тревиса».

«Ты...» Фредди даже не мог составить предложение.

Если бы они находились где-нибудь, где эфир был в изобилии, это вряд ли стало бы большой проблемой. Проходы не были такой уж редкостью.

Но в Репентаве это было масштабно. Империя повесила бы Тора за яйца, если бы узнала, что он это скрывает. Мало того, другие фракции сошли бы с ума, если бы узнали об этом. Что за преимущество - иметь чертов проход в подвале?

Тор хмыкнул. «Эта штука появилась после того, как я построил штаб-квартиру. Если бы я сообщил об этом в Империю, они бы хорошо заплатили мне за собственность, но... какой в этом смысл?»

«Ты сумасшедший», - наконец выдавил из себя Фредди.

«Я знаю. Но в этом чертовом мире ничего не добьешься, не будучи немного сумасшедшим».

«Ты уверен, что хочешь, чтобы я знал об этом?»

«Теперь поздно сожалеть!»

Долгое мгновение Фредди просто стоял, потеряв дар речи. Что-то холодное и твердое обхватило его сердце. Он работал над тем, чтобы разморозить его. Он работал над тем, чтобы хоть немного открыться.

Он видел, что Тор нервничает. Это было понятно. Этот человек пошел на огромную авантюру. Должно быть, он в отчаянии. Если бы Фредди был куском дерьма, он оказался бы в идеальном положении, чтобы разрушить жизнь этого человека и уничтожить все, к чему он стремился. Когда кто-то предложил ему такой шанс, даже в его ледяной глыбе сердца появились малейшие трещинки.

Не успел он осознать, что принял решение, как открыл рот. «Мой талант очень необычен», - сказал он.

Тор мгновенно переключил внимание и повернулся к нему лицом.

«Когда я наношу урон живым существам, я могу поглощать их жизненную силу, чтобы исцелить себя».

«Талант типа «восстановление жизни», да?» нерешительно сказал Тор. Было видно, что он немного разочарован. Вряд ли это был какой-то великий, невыразимый секрет. Подобные таланты не были чем-то неслыханным. Но потом мужчина, кажется, что-то понял. «Погодите, это же не сила...?» - пробормотал он себе под нос.

Фредди фыркнул и продолжил. «Она действует против всего живого. Растения, животные, люди, монстры, черт, он действует на фрукты и овощи, если они свежие. Качество исцеления также адаптируется к моим текущим потребностям. Если у меня зияющая рана, то сначала она перестанет кровоточить, потом затянется, потом восстановится до уровня естественного исцеления; качество исцеления будет повышаться до тех пор, пока я не исцелюсь полностью».

Тор нахмурился. «Ты же не хочешь сказать...»

«Ага.» Фредди ухмыльнулся. «Вплоть до высшего качества».

----------

Кумир

Фредди наблюдал за реакцией Тора. Судя по выражению лица мужчины, было очевидно, в каком порядке он расставляет фигуры.

Глаза мужчины вспыхнули от шока, когда он понял, что, поскольку талант Фредди работает на растениях, у него есть доступ практически к бесконечному исцелению высшего качества. Затем его глаза широко распахнулись, когда он понял, как это отразится на тренировках и закалке.

Затем он нахмурился, придя к выводу, что это превращает Фредди в ходячий принтер для изготовления органов и что этот секрет не может быть легкомысленно передан другим. На его губах заиграла довольная улыбка, а затем быстро превратилась в коварную ухмылку, когда он начал открывать рот.

Фредди точно знал, что тот собирается сказать, поэтому опередил его: «Надеюсь, Страта не узнает».

«Черт!» воскликнул Тор. «Ты ведь знал, что я пошучу, не так ли?»

Фредди захихикал.

Тор покачал головой. «Нихуя себе. Да...» Он протянул Фредди руку для рукопожатия. «Поздравляю. У тебя один из... Нет, на самом деле у тебя просто самый странный талант, о котором я когда-либо слышал в своей жизни».

Фредди принял рукопожатие с ржавой улыбкой. «Спасибо, спасибо».

«Но, черт возьми, чувак. Я в полном замешательстве», - заявил Тор. «Я был уверен, что у тебя есть талант, увеличивающий силу или хотя бы изменяющий телосложение. Как, блядь, ты такой сильный?»

«Много стероидов».

Тор закивал и на мгновение показалось, что объяснение его удовлетворило, но вскоре выражение его лица застыло, и он нахмурился, изогнув бровь. «Нет», - просто сказал он. «Не может быть, чтобы дело было только в этом».

«Хммм?»

«Слушай... многие люди употребляют стероиды. Черт, даже я их употребляю. Они не оказывают большого влияния на здоровье, когда ты трехзвездный. Но даже если вы взорвали тонну мощного вещества, этого все равно недостаточно, чтобы зайти так далеко. На самом деле, учитывая то, что я от тебя видел, я не уверен, что сильнее тебя. А я - пик трех звезд, чувак. Без преданного таланта ты и близко не должен быть таким сильным, как я».

«Ну, это были не только стероиды», - сказал Фредди. «Мое тело также было переупорядочено архом жизненной силы, чтобы оптимизировать его».

«Это... Вау... Должно быть, это пиздец как больно. Но даже в этом случае я не думаю, что этого достаточно».

«Я еще и тренировался как безумец?» добавил Фредди с сомнением, словно сомневаясь, достаточно ли этого, чтобы что-то изменить. «С моим талантом я могу тренировать все тело несколько раз за один день. Мне не нужно ждать, пока мышцы восстановятся, и даже не нужно тщательно следить за тем, как я тренируюсь. То, что я делал с собой, несомненно, навсегда разрушило бы тело любого другого».

«Нет, даже тогда», - сказал Тор с серьезным выражением лица. Его глаза вспыхнули, когда он, казалось, что-то вспомнил. «Ты был особенно силен до того, как стал арканом?»

«Нет. Ни в малейшей степени», - заявил Фредди. «На самом деле, я был слабым и хилым».

«Да ладно!» воскликнул Тор. «А теперь ты просто прикалываешься надо мной!»

«Что? Зачем мне врать тебе об этом?»

«Слушай, это можно описать только в терминах природного таланта. И я не говорю о природном таланте», - заявил Тор. «У тебя безумно высокоуровневое телосложение. По-настоящему высококлассное. Ты знаком с системой оценки телосложения в Империи?»

Фредди прищурился, а затем сделал жест «так себе». Он слышал о ней и был смутно знаком с концепцией, но не знал, как именно она работает.

Когда кто-то произносил слово «талант», он обычно имел в виду первородные таланты - особые способности, дарованные первородными следами. Но существовал и природный талант, под которым понималось то, насколько люди от природы одарены в различных аспектах.

Даже среди смертных некоторые люди могли считаться просто одаренными. Некоторые люди от природы были сильнее и имели более высокий потолок для роста мышц. Другие от природы были более умными. Кто-то легче учился, кто-то лучше запоминал, кто-то лучше переносил боль - и эти различия тоже были немаленькими.

Когда человек становился архичеловеком, эти различия еще больше усугублялись. Потенциал архичеловека использовал этот «природный талант» в качестве основы.

Судя по природным талантам смертных, можно было предсказать всевозможные варианты развития человека. В их число входили даже способности к манипулированию сущностями.

Фредди был знаком с тем, что многие кланы и организации использовали эти переменные, чтобы подобрать оптимальный талант для своих членов. В частности, культ Софии довел это до нелепой крайности, заставляя своих членов оставаться смертными до самой взрослой жизни, чтобы найти наиболее подходящий для них путь.

Что касается его самого, то Фредди никогда ничего не измерял, но догадывался о своих природных способностях.

Он был довольно талантлив в манипулировании сущностью, а его телосложение было довольно хреновым. Он больше подходил для грубых силовых приемов, чем для тонких стратегических боев. Если бы ему пришлось судить о том, какой талант лучше всего подойдет ему, исходя из того, что он знал о себе на данный момент, то лучше всего ему подошло бы сродство к огню с упором на манипуляции с сущностью или какой-нибудь талант, повышающий урон.

В общем, бездумное взрывание дерьма подошло бы ему как нельзя лучше.

Но, учитывая то, что говорил Тор, это предположение не могло быть верным. По крайней мере, не в отношении его телосложения. Но и ошибочным оно быть не могло. Конечно, Фредди плохо питался и не тренировался, как смертный, но даже в детстве он всегда был тощим, слабым и хрупким. Не может быть, чтобы у него был природный талант к этому...

Если только что-то не изменилось.

Тор хмыкнул. «Ты знаешь, что представляют собой различные оценки?»

«Нет», - сказал Фредди. «Я знаю, что их несколько и что они начинаются с 0-го класса, но что это значит, я не знаю».

Тор кивнул и начал объяснять. «Когда речь идет о рейтинге телосложения, есть несколько подкатегорий, например, по силе, выносливости, прочности, восстановлению и так далее, а также основная оценка, определяющая общее качество телосложения.

«Рейтинги начинаются с оценки 0. Это не совсем точная оценка. Она просто означает, что человек не особенно талантлив. Вы можете считать, что это что-то среднее или ниже. Затем у нас есть оценка 1. Оценка 1 представляет людей талантливых, но не исключительных. Может быть, они преуспевают в чем-то одном, а в чем-то другом не очень, или просто хорошо развиты без явных слабостей. Тем не менее, это вряд ли можно считать исключительным.

«Затем у нас есть второй класс. Вот где настоящие таланты. Любой человек с телосложением 2-го класса может считаться пригодным для физического боя. Для справки, это менее 3% всего населения. Только каждый тридцатый. После этого наступает 3 класс. 3-й класс считается исключительным. Это люди, которые рождены, чтобы сражаться своим телом».

«Я не знаю точно, насколько редок этот класс, но он намного, намного реже, чем класс 2. Если вы сразитесь с 500 людьми, вы все равно не встретите такого талантливого человека. А вот 4 класс. Это, как правило, считается вершиной физического таланта. В эпоху до Разлома такие люди были спортсменами мирового класса, чемпионами эпохи, в каких бы видах спорта они ни тренировались».

Фредди выслушал и кивнул. «А что насчет меня?»

Тор пожал плечами. «Сейчас нельзя сказать. Если у меня нет магического инструмента, способного вернуть тебя в прошлое до того, как ты стал архом, мы можем судить только о том, как далеко ты продвинул свой талант, но не о том, насколько велик он был изначально».

Фредди прищурил бровь. «Ты хочешь сказать, что мой талант изменился?»

«Ну, очевидно, изменился».

Он нахмурился. «А разве не природный талант определяется тем, что он практически неизменен?»

«Не совсем», - фыркнул Тор. «Легкого пути к развитию таланта не существует, конечно, но да. Это можно сделать. Природный талант - это всего лишь способ оценить потолок твоих способностей. Все, что поднимает этот потолок, считается улучшением.

«Например, судя по тому, что ты мне рассказал, твоё тело было переупорядочено. Я предполагаю, что это включало в себя такие вещи, как утолщение костей, восстановление баланса мышц и изменение вставки сухожилий. Очевидно, что это повысило твой потолок».

«Но ты считаешь, что это еще не все?»

«Не считаю, а уверен. Ты либо съел какое-то нелепое сокровище, либо...» Мужчина нахмурился и подпер рукой подбородок. «А каковы были твои достижения на первой звезде? Если бы ты собрал много скрытой ауры, это определенно могло бы улучшить твое телосложение».

Фредди уже собирался ответить, но вдруг замер.

Его достижения на первой звезде? Да, у него были достижения.

Внезапно он вспомнил, как впервые увидел себя в зеркале после восхождения на вторую звезду. Разница в его внешности была просто невероятной, и, признаться, он точно заметил, что его физические возможности выходят за рамки обычного, даже до того, как София переделала его тело. «О, да, это точно оно».

«Хм? Что ты сделал?»

Фредди хихикнул и потрепал Тора по плечу. «Скажем так, в те времена я вытворял сумасшедшие вещи».

«Хммм!?» Глаза Тора расширились. «Что же такое ты мог натворить, чтобы сделать хилое тело способным на такое?»

«Нет, мужик, думаю, на сегодня мы уже достаточно поделились секретами!»

«Ты не можешь так поступить со мной», - умоляюще сказал Тор. «Любопытство убьет меня».

Фредди ухмыльнулся. «Ты не поверишь мне, даже если я расскажу. В любом случае, если отбросить все разговоры о талантах, как бы ты оценил мое телосложение в его нынешнем виде?»

Тор задумался. «Не знаю. Чтобы определить это, нам придется провести несколько измерений. Если ты готов, мы можем сделать это завтра».

«Конечно», - со смехом сказал Фредди. «Я очень устал от всего, что произошло сегодня. Думаю, завтра все будет в порядке».

После разговора они покинули пещеры с потайным ходом. Фредди навестил Лукаса и его мать, и Лукас снова попросил помочь перенести их вещи. На этот раз Лукас пошел с ним. Парень все еще выглядел немного бледным, но в целом был в порядке.

Они добрались до квартиры и медленно начали собирать вещи. Фредди не замечал этого, но они вдвоем постепенно оставили заметный след. Их магниты были на его холодильнике. Их обувь стояла в обувном шкафу. Их куртки висели в прихожей.

Их присутствие оставило множество мелких штрихов на его жилплощади.

Фредди проигнорировал бурлящее чувство, бурлившее в его нутре.

«Привет», - позвал Лукас. «Думаю, на этом все».

«А как насчет магнитов на холодильник?» спросил Фредди. «А еще ты забыл забрать те растения, которые купила твоя мама. И ту странную куклу на столе в гостиной. И украшения на кухне. И то дерьмо в туалете - она покупает много всякой ерунды».

Лукас хихикнул. «Это отвлекало ее от... ну, ты понимаешь. В любом случае, просто оставь эти вещи. Или выбрось. Учитывая ее привычки, мы не будем испытывать недостатка в случайном хламе по всему дому».

Фредди сделал небольшую паузу. «Конечно... Конечно... Я, наверное, потом выброшу».

Лукас кивнул.

У Лукаса и его матери было не так уж много вещей, поэтому потребовалась всего одна поездка, чтобы отвезти все в Валгаллу. Они вдвоем разгрузили привезенные вещи, и все это время Хеллен бросала на Фредди неприятные взгляды. Он старался не обращать на нее внимания, но в глубине души не мог остановить ее осуждение, поражающее его до глубины души.

Как раз когда Фредди собирался уходить, Лукас позвал его. «Эй... можно тебя на минутку?»

Фредди заколебался. Он медленно кивнул, и они вдвоем вышли в коридор здания. Лукас медленно закрыл дверь. Он обернулся и, казалось, застыл на месте. "Я..." - попытался он, но слова подвели его.

Фредди молчал и ждал.

Его рот дрогнул, и он рефлекторно поднял руку к шраму, все еще видневшемуся на его шее. «Я... я чуть не умер сегодня», - прошептал он, заметно напрягаясь при воспоминании о случившемся. На его лбу выступили капельки пота, и он тяжело вздохнул. Его рука слегка дрожала, когда он медленно опускал ее.

Рот Фредди опустился вниз. «Мне жаль, что так получилось», - сказал он, и в его глазах промелькнула боль. «Я вел себя как идиот. Мне не следовало так играть с твоей жизнью. Мне очень, очень жаль».

Между ними повисло молчание. Казалось, Лукас вот-вот сорвется, но в его глазах появилась решимость. Он сделал глубокий вдох и успокоился. «Моя жизнь... Я всегда считал, что моя жизнь будет несчастной. Честно говоря, я ожидал, что умру молодым». Он болезненно усмехнулся. «Это отстой», - сказал он, его глаза слезились. «То, что случилось сегодня, действительно отстой». Затем он поднял глаза и встретился взглядом с Фредди. «Но оно того стоит».

В глазах Лукаса мелькнула решимость, и мальчик слегка выпрямил спину. «Ты изменил мою жизнь», - сказал он, сжав челюсти. «Благодаря твоей помощи я стал архичеловеком. Благодаря тебе у меня есть девушка. Благодаря тебе у меня есть средства, чтобы помочь моей матери преодолеть зависимость. Благодаря тебе у меня есть будущее».

Фредди был ошеломлен этими словами. Затем он цинично рассмеялся. «Из-за меня ты чуть не умер».

«Нет. Благодаря тебе я живу».

«Ты мне слишком доверяешь», - сказал Фредди. «С самого начала я действовал только из эгоистических побуждений. Если бы не счастливый случай, эти эгоистичные желания убили бы тебя. Убили бы тебя, слышишь? Ты бы умер». В его сердце вспыхнул необъяснимый гнев. «Я понимаю, почему ты благодарен мне, но не надо... Не делай этого. Я кусок дерьма, Лукас».

«Может, я и был для тебя полезным куском дерьма, но ты - исключение из правил. Если хочешь кого-то поблагодарить, поблагодари себя за то, что тебе повезло. Увидимся», - сказал он, развернулся и быстро зашагал прочь.

«Подожди!» позвал Лукас, но Фредди продолжал идти, не останавливаясь ни на секунду.

Он вышел на улицу, ни с кем не поздоровавшись, сел на мотоцикл и поехал обратно к своему дому. Там он поднялся на лифте и вошел в свою квартиру, с ходу захлопнув дверь.

В квартире царила смертельная тишина. Когда он шел вперед, то слышал, как его шаги гулко отдаются в пустом пространстве. Он прошел в гостиную. Он сразу же заметил несколько безделушек, которые оставили те двое.

Вид их вызвал у него отвращение.

Он собирал одну вещь за другой и складывал все в мусорный пакет.

Когда он уже собирался покинуть квартиру, его тело оцепенело, и пакет выпал из его рук.

Этот ребенок был ему так благодарен.

Как бы он отреагировал, если бы узнал, откуда взялся подаренный ему прайм? Как бы он отреагировал, если бы узнал, что его девушка - это человек, на котором Фредди намеревался нажиться?

И как бы он отреагировал, если бы узнал, что с самого момента их знакомства Фредди лишь помогал ему вырастить полезную пешку?

Как бы он отреагировал, если бы узнал, что Фредди никогда не задумывался о последствиях своих действий?

Лукас застрял в Вальгалле. Фракция, ставшая объектом многочисленных влияний. Группа людей с самым неопределенным будущим из всех в Репентаве.

«Действительно... «кусок дерьма» - это преуменьшение». Он рассмеялся, потянувшись вниз, чтобы поднять сумку с вещами. Но его хватка была слабой. Рука дрожала. Он не мог заставить себя выбросить все это.

Он так давно не жил ни с кем, что забыл, какое тепло могут принести в его жизнь другие. Но он не заслуживал этого. Не с таким человеком, каким он был. И все же он не мог заставить себя отбросить все это.

Внезапно он почувствовал, что его ноги онемели. Он упал на колени. Виновато нахмурившись, он подхватил сумку с вещами и крепко сжал ее. Пронизывающий до костей холод навалился на него, укутывая в плотный кокон страдания.

Стук его слез по пластиковому пакету и захлебывающиеся рыдания эхом разносились по пустому коридору.

----------

Полный беспорядок

В приватной части штаб-квартиры Вальхаллы голый по пояс Фредди стоял посреди испытательной камеры. От мишеней из ударопрочного сплава до манекенов и другого учебного оборудования, это была самая богато оборудованная учебная комната, которую он когда-либо видел.

Тор наконец вошел в комнату, после того как вышел за чем-то, и подошел к нему. «Как ты себя сегодня чувствуешь?»

«Я в отличной форме», — сказал Фредди. «Как всегда».

«Чувак, я действительно завидую», — шутливо сказал Тор. «В любом случае, пора провести некоторые испытания. Посмотрим, что ты сможешь сделать».

«С чего начнем?»

Тор на мгновение заколебался. «Если ты не против, я хотел бы увидеть твой талант в действии. Конечно, если ты не хочешь причинить себе вред просто так...»

«Нет, не волнуйся. Меня это устраивает».

«Ладно. Хорошо». Мужчина кивнул. «Ну, э-э…» — он хлопнул в ладоши, — «тогда начнем! Я позволю тебе выбрать, как ты хочешь продемонстрировать свой талант. Пока я могу видеть его в действии, я буду удовлетворен».

Фредди кивнул и задумался на мгновение.

«О, да», — внезапно сказал Тор. «Ты принес что-то вроде... сумки с фруктами? Животное в клетке? Типа, как мы это сделаем? Я предполагаю, что у тебя есть метод...?»

«Да, да», — сказал Фредди. «У меня есть метод, ладно». Он широко ухмыльнулся и поднял руку. С дуновением воздуха в его руках появилась большая, извивающаяся масса плоти.

«Что это за хрень?» — спросил Тор. Затем его глаза расширились. «Захваченная жизненная искра, я вижу... Черт. Как ты ее заполучил?»

«Долгая история», — сказал Фредди. Он сел и положил искру на землю перед собой. «У тебя есть меч? Дай мне что-нибудь тяжелое».

Тор изогнул бровь, но все равно выполнил просьбу. Он прошел в угол, где стояла большая стойка со всевозможным оружием. Он схватил гигантскую саблю и вернулся, вручив ее Фредди.

«Спасибо», — сказал Фредди, тут же взмахнув оружием и отрубив себе правую руку. Или попытался это сделать. Но его стойкость была не просто показной. Сабля вонзилась в его кость, но его внутренняя стойкость не позволила ей пронзить все запястье.

«Иисус!» — закричал Тор. «Тебе не обязательно идти так далеко!»

«Расслабься», — сказал он, сосредоточившись. «Если я собираюсь показать тебе свой талант, я покажу тебе все, на что он способен». Затем он снова взмахнул саблей, ударив по тому же месту. Как мясник, он отрубил себе руку, одним решительным взмахом за раз.

Боль была такой, что среднестатистический человек не смог бы выдержать. Он чувствовал, как нервы в запястном канале посылают волны мучительной боли, пока он медленно прорабатывал их, по одному за раз. Но он не проявил никакой реакции.

Тем временем Тор нервно наблюдал за происходящим, явно встревоженный увиденным.

Когда рука была окончательно отрублена, Фредди использовал свою кровь, чтобы остановить кровотечение.

Сродство крови имело доступ к Остановке Кровотечения, минимальной способности исцеления, которая была довольно мощной для любого, у кого не было таланта, как у Фредди. Но для него это не было стоящей тратой времени и усилий.

Остановив кровотечение, он снова поднял саблю и порезал себе руку от основания предплечья вверх. Это было важным дополнением к травме. В то время как отрезанная рука продемонстрировала бы его способность отращивать конечности, рваная рана продемонстрировала бы его быструю способность заклеивать раны.

Он схватил отрубленную руку и просто бросил ее в искру нежити, которая принялась жадно всасывать ее и переваривать.

Тор на мгновение встревожился. В конце концов, если кто-то терял конечность, то прикрепление оригинала обычно было лучшим способом решить проблему. Но Фредди явно не собирался ему этого показывать.

На левом кулаке Фредди появились Кровавые Кастеты, и он обрушил их на искру. Мгновенно, импульс исцеления начал сплавлять порез на его предплечье. Второго удара было достаточно, чтобы полностью закрыть рану сырой розовой тканью.

Тор с восхищением наблюдал, как раны Фредди медленно исчезали. Порез на его предплечье был доведен до естественного качества заживления с невероятной скоростью. Это уже было способно восстановить функциональность руки в достаточной степени, чтобы продолжать сражаться. Хотя это было далеко не идеальное исцеление, была огромная ценность в способности быстро залатать неприятную травму.

Но, конечно, восстановление на этом не остановилось. Как только рана на предплечье достигла сверхъестественного качества заживления, скорость заживления резко замедлилась, и рука Фредди начала отрастать из отрезанного обрубка.

Исцеление заняло много времени. Каким бы хорошим ни было качество исцеления, это не меняло того факта, что он поглощал лишь 1% жизненной силы, которую рассеивали его атаки. Фредди потребовался почти час избиения искры, чтобы наконец завершить исцеление.

К тому времени Тор уже оцепенел от шока. "Вау... Черт, мужик, это чертовски хороший талант. И, похоже, ты уже привык... э-э... использовать его".

Фредди усмехнулся, снова сжав кулак, чтобы проверить, все ли с ним в порядке. Казалось, он был полностью исцелен. «Да. Я очень рад, что он у меня есть. В любом случае, как ты оценишь мои способности к исцелению?» — спросил он с ухмылкой.

Тор фыркнул. «Что ты думаешь? Полное заживление занимает некоторое время, но это не проблема. Твое заживление определенно заслуживает идеального результата, чувак. Поздравляю».

«Спасибо, добрый сэр. Итак, что мы будем тестировать дальше?»

«Хм…» — размышлял Тор. «Насколько ты уверен в своей прочности? У тебя же есть техника закалки «Бурные воды», верно?»

«Нет. Сотня Мокрого Ада».

Брови Тора подпрыгнули. «Чёрт. Ну, это имеет смысл. И да, это определённо должно вывести тебя наверх по выносливости. Насколько это продвинулось?»

«Находится на 1-й стадии — 81%».

«И это все?» — спросил Тор. «Он уже должен быть на втором этапе, если ты пиковый двухзвездный. Ты что, бездельничал?»

«Да, насчет этого…» Фредди втянул воздух сквозь зубы. «Я не знал, что делаю, когда улучшал способность, и использовал довольно жестокую концепцию».

«Ох... Ох », — сказал Тор с ноткой беспокойства. «Это... да, определенно не то, что ты должен делать. Но... о какой жестокости мы говорим?»

«Я тебе покажу», — сказал Фредди, закрывая глаза.

«Покажи мне? Как ты мне покажешь...»

Внезапно все тело Фредди начало извиваться. Вода под его кожей бурлила, как море в грозу, отчего вся его кожа казалась покрытой синяками. Кровь текла из глаз и ногтей, из полости рта, носа, ушей — вся его кожа была залита кровавым блеском жидкости, которая грубо выдавливалась через его поры.

Это произошло всего через несколько секунд после использования способности закалки. Он прервал ее и несколько раз сглотнул, потянувшись к искре, чтобы оправиться от нанесенного ему урона. «Как тебе это для демонстрации жестокости?» — язвительно спросил он.

Тор уставился на него, широко раскрыв рот. «Блядь, это точно убило бы обычного человека. Не говоря уже о накапливающихся травмах, которые будут накапливаться со временем».

«Да. Я даже решил, что стоит переименовать его в Тысячу Мокрых Адов на первом этапе».

«Достойное имя». В глазах Тора мелькнул огонек волнения. «Но это должно означать, что ты чертовски крут, не так ли?»

Фредди хихикнул. «Можешь смело меня ударить, если хочешь узнать».

«Ты уверен? Потому что я могу ударить чертовски сильно».

«Не беспокойся обо мне. Я нежить; пока вы не раздавите мой череп, вы не сможете меня убить».

«Понятно... Подожди», — он замер, — «я не знал, что у тебя есть связь со смертью».

"Её нет."

«О, и ты просто — знаешь что, забудь об этом. С твоим чудаковатым талантом, кажется, все возможно».

Они оба засмеялись.

Тор внезапно стал серьезным и подошел к Фредди.

Фредди встал и выпятил грудь. Он сделал жест правой рукой, неопределенно намекая на весь свой торс. «Бей туда, где, как ты думаешь, будет больнее всего».

Тор ухмыльнулся. «Я начну со света». Затем, прежде чем Фредди успел отреагировать, все тело мужчины озарилось молнией, а его кулак полетел в живот Фредди с такой скоростью, что он даже не смог бы заметить его движения, если бы тот не светился электрическим светом.

Кулак Тора вонзился на полфута в брюхо Фредди, вызвав ударную волну по всему телу и отправив его назад, кувыркаясь по земле, пока он не ударился об ударный сплав и не оставил в нем заметную вмятину. Он медленно отделился от сплава и рухнул на землю.

«Тьфу, ты совсем не сдерживался, да, ублюдок!?» — выдавил Фредди, выкашляв кровь и поднявшись на ноги. На его животе была довольно большая вмятина, а по всему туловищу тянулись черные ожоги в форме молний. Из кожи на пупке даже поднимался дым.

Однако, несмотря на тяжелую травму, Фредди смог стоять прямо, даже не шатаясь.

Тор оцепенело усмехнулся, явно более чем немного удивленный тем, как Фредди справился с этим ударом. «Ну, черт возьми, я проклят», — сказал он. «С такой выносливостью ты даже людям с преданным талантом дашь фору. К тому же ты чертовски тяжелый. Дай угадаю, Пучины Бездны?»

«Да», — сказал Фредди, снова извлекая искру и начиная бить ее, чтобы залечить последствия удара.

Тор застонал. «Ненавижу эту технику. Просто для протокола, я думаю, что это, вероятно, одна из худших техник закалки из существующих. Чем больше ты ее взращиваешь, тем медленнее ты становишся».

«Это не так уж и плохо», — сказал Фредди, как бы защищаясь. «Меня сложнее швырять, и это также придает моим ударам довольно большой вес».

«Да, но я имею в виду...» Тор нахмурился. «Это один из тех методов закалки, который нуждается в поддержке, чтобы работать должным образом. И хотя я могу быть немного предвзятым, я бы не променял скорость ни на что».

«Да, да», — несколько пренебрежительно сказал Фредди. Хотя он уважал мнение Тора, Пучины Бездны не были способностью, которая заслуживала такого неуважения. К тому же, неуклюжесть из-за дополнительной массы тела не будет проблемой вечно.

С каждой следующей звездой он мог все больше игнорировать внешние силы. Такие вещи, как инерция и так называемый «третий закон Ньютона», становятся все менее правилами и более предложениями. Такова была природа восхождения.

Тор усмехнулся и покачал головой. «В любом случае, да, выносливость, э-э... очень хорошо!» — сказал он, подняв два больших пальца вверх. «Подними эту способность до 4-го уровня, и ты станешь алмазом».

Фредди усмехнулся. «Думаю, в следующий раз все мое тело может взорваться, если я снова его так усовершенствую. Так что да, мне придется об этом подумать. Значит, дальше — сила?»

«Конечно, конечно».

Они пошли в отдельную комнату со всем спортивным оборудованием. Тор решил проверить его на нескольких разных тренажерах и приспособлениях. Первоначальная оценка Тора, что Фредди был «немного сильнее его», стала почти смущающей, когда наконец была продемонстрирована настоящая разница между ними.

Фредди мог поднять нелепый вес. Фактически, он был на 30-40 процентов сильнее Тора в среднем.

К концу испытаний Тор выглядел по-настоящему потрясенным. «Это настоящее безумие... На данный момент я... я на самом деле понятия не имею, как ты вообще мог достичь такой силы».

«Я тоже не знаю. Думаю, мой тяжелый труд окупился», — пошутил Фредди. «Может, теперь проверим выносливость?»

Тор колебался мгновение, а затем наконец сказал. «Нет, я не думаю, что в этом есть необходимость. Я просто предположу, что ты и в этом полный монстр, и сэкономлю нам обоим время, которое потребовалось бы, чтобы это измерить».

«Чувак, ты сегодня действительно раздул мое эго».

«Ты заслуживаешь быть немного высокомерным», — сказал Тор с серьезным выражением лица. «Хотя, конечно, есть много тех, кто мог бы победить тебя в бою на твоем уровне, в основном это те, кто может использовать твои слабости и нейтрализовать твои сильные стороны. Но среди людей с похожим набором навыков, по крайней мере, в отношении грубой силы, я... Я был бы удивлен, если бы во всей империи нашлось больше десяти человек, которые могли бы противостоять тебе».

Глаза Фредди широко распахнулись. «Это не может быть правдой».

«Это так, мужик. Серьёзно. Ты ёбаный монстр. В любом случае, э-э... мы проверили твою физическую форму. Теперь, если ты не против, я бы хотел также увидеть твои способности».

Фредди на мгновение заколебался, но Тор поднял руку. «Подожди. Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать. Но, к лучшему или к худшему, я трехзвездочный. Пиковый трехзвездочный. У меня большой опыт. Я смогу помочь тебе гораздо больше, если буду знать, в чем твои сильные и слабые стороны. Если ты недостаточно доверяешь мне, чтобы показать это, я просто позволю тебе тренироваться самому».

У этого человека действительно был дар слова. Нежелание Фредди длиться долго не могло, когда он столкнулся с кем-то, кто казался таким искренним.

«К черту все», — подумал он.

Он будет держать Ярость Левиафана, Кровопролитие и его уникальную способность в секрете. Пока. Но на самом деле не было особой причины скрывать все остальное. Черт, он и так уже раскрыл довольно много, и если они продолжат сражаться бок о бок, его навыки не останутся секретом надолго.

Вздохнув, он кивнул. «Дайте мне листок бумаги. Я запишу подробности своих способностей».

Брови Тора подпрыгнули. «Правда? Я имею в виду, да, это определенно был бы самый эффективный способ показать мне, на что ты способен. Но тебя это устраивает?»

Фредди кивнул. «Конечно. Я доверяю тебе».

Тор улыбнулся и вытащил листок бумаги из своего кольца для хранения. «Вот, держи. О, и вот еще ручка».

«Спасибо», — усмехнулся он.

Фредди продолжил записывать подробности большинства своих способностей. Естественно, он держал в секрете способности духов и погибшую воду, но все остальное было открыто. Он также подробно рассказал, какие концепции он использовал для улучшения той или иной способности, и написал краткое описание того, как, по его мнению, работает Адаптивное Водное Тело.

Он медленно и осторожно передал Тору бумагу, и тот взволнованно взглянул на нее.

Возбужденное выражение лица Тора мгновенно сменилось выражением полного замешательства. «Что за фигня?» — пробормотал он. «Это шутка?»

Фредди кивнул. «Что-то не так?»

«Эээ... С чего бы мне начать? Во-первых, Очищающий Багровый Источник? Я имею в виду, это не ужасный выбор, но... о, я вижу, твое Поглощение Крови странно гибкое. Да, имеет смысл с твоим талантом, но все равно... немного странный выбор; не тот, который я бы выбрал. А еще Струящийся Удар с «передачей силы» в сочетании с Пучинами Бездны? Это безумие. И где, черт возьми, твоя общая техника закалки?»

«Водное Тело? Теперь это Адаптивное Водное Тело».

«Да, я понял», — саркастически сказал Тор. «Но это грандиозное концептуальное обновление. Ты же знаешь, что можешь переделать свое Водное Тело после этого, да?»

«В чем смысл?» — спросил Фредди. «Разве это не для более быстрого восстановления и дополнительной выносливости?»

Тор выглядел так, будто эти слова ударили его, словно молотом. «Нет? Что? Ты тупой? Я имею в виду, да, это обычный путь, конечно, но ты же знаешь, что Водное Тело может также пойти по пути усиления твоих внутренних водных способностей, верно?»

Фредди замер на мгновение. «Я... я эээ...»

Теперь, когда он об этом подумал, он никогда не читал много о том, что Водное Тело должно было делать. Все, что он знал об этой способности, были смутные несколько деталей, которые он едва помнил из того одного руководства, которое он читал в квартире Мадам. Честно говоря, он тогда как-то пропустил этот раздел, предпочитая искать что-то более захватывающее.

Поскольку он никогда не чувствовал, что что-то упускает, упуская эту способность, он... просто... как-то забыл об этом. Он поморщился. «Ух ты. Я чертов идиот».

«Что? Ты правда этого не знал? Я... Чт...» Тор ударил себя по лбу листком. «Ты проспал всю академию, в которую ходил?»

«Академия?» — спросил Фредди. «Я никогда не ходил в академию».

Тор замер. Его взгляд медленно опустился на бумагу. «Ясно…» Мужчина схватился за лоб, просто не в силах поверить в то, что он видит. «Учитывая твой возраст, я предполагал, что ты из какого-то особенного окружения, но… учитывая то, что я здесь вижу… Послушай, я знаю, что ты открылся мне с этим. Я знаю, что ты поделился очень деликатной информацией. Я ценю это и рад, что ты можешь мне так доверять.

«Но это, без сомнения, мусорная сборка. Половина твоих синергий выглядит так, будто их придумал сумасшедший, в то время как многое из остального просто разбросано. В этом так много бессмысленных деталей. Так много всего не хватает. И если честно, твои способности очень недоразвиты для пиковой двухзвездочной версии». Он посмотрел Фредди в глаза. «Фредди… Мне почти страшно спрашивать, но… как долго ты был архичеловеком?»

Фредди знал, что ему не обязательно отвечать на этот вопрос. Но когда его поставили в такое положение, он согнулся. «Чуть больше двух лет…»

Тор замер, разинув рот. «Два… Два года, да? Два года, я вижу. Два года!? Два!? Года!? Два — года !?» Он ссутулился и схватился за лоб. «Два года, он говорит… Ха. Честно говоря, если бы мне это сказал кто-то другой, я бы предположил, что они лгут. Но от тебя…» Он выдохнул воздух через сжатые губы и посмотрел на бумагу. «Тебе понадобится помощь, чтобы укрепить эти способности, мой парень. Это кризис».

«Да, я знаю», — сказал Фредди, ссутулившись и вздохнув. «Мне просто никто не помогал на этом пути. Ну… по крайней мере, не профессиональная помощь. Знаешь, я думаю, что я неплохо справился, учитывая, что я все сделал сам…»

«Ну…» — промычал Тор, обхватив бородатый подбородок. «Я вижу, что твои способности к крови гораздо лучше продуманы, даже если бы тебе не помешало несколько дополнительных оружий».

Фредди собирался возразить, но промолчал. По правде говоря, он все еще не считал себя большим специалистом по оружию, но с помощью Тора он мог бы найти что-то подходящее.

«Чувак…» — сказал Тор, хихикая про себя. «Я просто не могу поверить, что ты так эффективен только с этим. Буквально, я в это не верю. Ты скрываешь что-то еще. Но это нормально. Есть над чем работать только с этим».

Казалось, у них двоих возникла одна и та же мысль в одно и то же время. Когда они встретились взглядами, они поняли, что находятся на одной волне.

Если бы Фредди мог быть столь эффективным с таким беспорядочным набором способностей…

Насколько эффективным он станет, когда приведёт их в порядок?

----------

Всемогущество

Тор не был мягким человеком, и он определенно не был мягким тренером. Хотя помощь этого человека была бесценной, его методы были жестокими, и он не стеснялся использовать силу, чтобы изменить фундамент Фредди.

Фредди не был чужд боли. Он мог выдержать побои или жесткие тренировки. Тем не менее, многие из предложений Тора и большинство его наставлений били по самому больному месту — эго Фредди.

Он действительно верил, что его сборка не так уж плоха. Хотя Тор и называл ее мусором, он все еще придерживался убеждения, что она в основном хороша. Но, как сказал этот человек, многого не хватало, и многие из его решений просто не имели смысла.

Тор не стал ждать, чтобы начать обучение Фредди. Как только они закончили со своими «оценками», он сразу же приступил к его обучению, даже отменив весь свой график на день, чтобы сосредоточиться на Фредди.

И первое, во что нацелился мужчина, был Струящийся Удар.

«Ладно». Тор вздохнул, просматривая бумагу, которую ему дал Фредди. «Какова была твоя логика, когда ты объединил Струящийся Удар с Пучинами Бездны, а затем, вдобавок ко всему, добавил концепцию «передачи силы» к способности? Нет никаких шансов, что ответная реакция не повредит тебе, даже с твоей выносливостью. Если честно, мне это кажется очень глупой идеей».

Фредди усмехнулся. «Знаешь, как говорят: если это работает, это не глупо».

«За исключением того, что это чертовски глупо. Если что-то работает, это не значит, что это не глупо. Умных от глупых отличает не результат — это инвестиции в мысли. И ты либо тупой, либо очень паршивый инвестор».

«Ладно, признаю, что мне это сильно вредит. Но урон, который я могу нанести с помощью этой способности, того стоит. Я имею в виду... я всегда могу исцелиться от полученного урона».

«Да, но твое исцеление идет медленно. То, что ты можешь исцелиться после боя, не означает, что получение ненужного урона во время боя — разумный выбор».

Фредди на мгновение нахмурился. «Я...» Он ущипнул себя за бровь. «У меня есть ответ на это, но его трудно объяснить. Тебе придется дать мне время подумать».

«Конечно, думай, что хочешь», — ухмыльнулся Тор. «Я жду».

«Ладно... Я... Мои рассуждения , — сказал он, сложив ладони вместе, пока медленно формулировал свой аргумент, — трудно изложить словами. Но! Я сформировал... свою интуицию, я полагаю... Или нет, подождите. Я...» Он на мгновение замолчал, чтобы подобрать слова. «Мое понимание эфира росло вместе с моим пониманием того, что мой талант позволяет мне делать».

«Да, ладно…» — кивнул Тор. «Продолжай».

«Правильно. Эм... Так, как бы это сказать? Есть много причин, по которым я думаю, что этот подход того стоит. Это что-то неожиданное — кто бы мог подумать, что их противник может ударить так сильно, что разобьет собственную руку на куски? Кроме того, урон... значительный. Я могу показать вам удар на сплаве, если хочешь».

Тор медленно кивнул. «Ладно, посмотрим в действии».

Фредди кивнул и подошел к металлической колонне. Затем он активировал Струящийся Удар всего с одной звездой и ударил кулаком. Удар был колоссальным. Трещины и волны распространялись как сумасшедшие. В свою очередь, его рука получила лишь относительно небольшие повреждения, его вены посинели, а запястье немного растянулось. С одной звездой он почти мог справиться с использованием Струящийся Удар без какой-либо отдачи. Почти. И только на данный момент.

Тор усмехнулся. «Это мило, но я все равно не вижу смысла. Кроме того, если так выглядит твоя рука после однозвездного использования этого комбо, то, честно говоря, я не понимаю, зачем тебе вообще использовать это дерьмо».

«Давай!» — подгонял Фредди. «Это может легко изменить исход трудного боя».

«Конечно, может». Тор ухмыльнулся. «Оно может изменить результат, мгновенно заставив тебя проиграть».

«Если я использую эту способность, мой противник проиграет сильнее, чем я».

«Нет, Фредди. Если ты используешь эту способность, твой противник проиграет. Если ты промахнешься...»

«Нет, я действительно думал об этом», — сказал Фредди с поднятой рукой. Затем он снова использовал Струящийся Удар. Он ударил кулаком по пустому воздуху. Сила, стоящая за способностью, быстро накопилась в его кулаке, заставив его ногти кровоточить и разорвав его вены, прежде чем пойти в другую сторону. А затем, когда она достигла другой стороны, он топнул ногой по земле, заставив трещины распространиться и высвободить силу. «Вот».

«Вот? Вот. Серьёзно? Это твоё решение?» Тор выдохнул воздух сквозь сжатые губы. «Так что, скажем так, ты не занят борьбой за свою жизнь, потому что твой противник использовал твой промах как шанс для контратаки, и давай полностью проигнорируем, что это всё равно нанесло тебе тонну урона, как руке, так и ногам; что ты будешь делать, если кто-то сдержит тебя в тот момент, когда ты используешь эту способность?»

«Это вряд ли произойдет…»

Глаза Тора широко распахнулись. «Правда!? Ох, черт возьми, правда!? Ты правда это только что сказал!?»

Фредди поморщился. Даже он мог сказать, что это было глупостью. Было более чем возможно, чтобы кто-то удержал его сразу после использования Струящегося Удара. И если бы это произошло, способность перескакивала бы с одной конечности на другую без возможности освобождения. И если бы он не мог двигаться, он не мог бы направлять силу. Она повредила бы его руки, ноги и даже голову, возможно, повредив его мозг.

Даже если он собирался выиграть бой, это могло мгновенно погубить его. Это была не просто слабость — это была критическая уязвимость. Та, о существовании которой он никогда не подозревал.

«Маловероятно, говорит он», — повторил Тор с мрачным смешком. «Не будь идиотом. Если у тебя есть слабость, ты не можешь рассчитывать на то, что ею не воспользуются».

"Я знаю…"

«Знаешь!?» — закричал Тор. «Ты только что этого не сказал. Знаешь? Ты ни хрена не знаешь. Он знает, говорит, посмотри на мистера Умника! Если знаешь, то зачем я тебя учу!?»

«Я... Ладно, просто...»

«Ладно, что именно? Позвольте мне прояснить ситуацию — ты ничего не знаешь, когда мы тренируемся. Когда я что-то говорю, даже если ты знал это заранее, ты этого не знал. Я не хочу больше слышать от вас слова «я знаю»! Я ясно выразились?»

«Послушай-»

«Если мы не совсем ясно понимаем это, то мы не можем продолжать», — заявил Тор. «Если ты собираешься все время меня поправлять и вести себя так, будто ты уже чертов мастер в том, чему я пытаюсь тебя научить, то убирайся нахер и делай все, что хочешь!»

«Пожалуйста, успокойся…»

«Успокойся? Ты же понимаешь, что мы здесь делаем, да? Это не милый маленький групповой проект, где мы склеиваем сложенную бумагу в цветы. Я пытаюсь превратить тебя в эффективного воина. Потому что, если ты не можешь эффективно сражаться, ты умрешь. И как один из элитных бойцов Вальгаллы, ты обязан быть как можно ближе к совершенству! Любая твоя ошибка рискует не только твоей жизнью. Так что я не собираюсь быть внимательным к твоим чувствам или твоему чертовому эго!

«А это», — он указал на Фредди, пол под ним и поврежденный ударный сплав, — «очень глупая идея! Честно говоря, я бы предпочел не более, чем заставить тебя убрать Пучины Бездны и вместо этого практиковать Струящуюся Реку. Единственная причина, по которой я этого не сделаю, заключается в том, что я понимаю, что важно позволить людям разрабатывать стратегии, которые им нравятся.

«При этом, если мы не найдем способ исправить эти слабости, я все равно настоятельно рекомендую тебе отменить Пучины Бездны. И я очень надеюсь, что ты примешь мой совет. Все ясно?»

Фредди нахмурился. Он открыл рот, чтобы попытаться возразить, но предупреждение за взглядом Тора заставило его проглотить слова. Он глубоко вздохнул. «Я понял».

«Хорошо. Теперь давай попробуем придумать способы устранения этих недостатков. У меня уже есть несколько готовых идей, но лучше, чтобы ты сам придумаешь решения. Дай мне твои лучшие идеи, и я скажу, что сработает, а что нет».

Фредди пытался сосредоточиться на решении, но его разум был затуманен. Глубокий, подавленный гнев все еще бурлил в его животе, и, если быть честным, в его сердце рос злобный росток ненависти. Но он чувствовал себя беспомощным и разочарованным. Ему нужна была помощь Тора.

Но после этого ругательства он не мог не почувствовать, что его мнение об этом человеке ухудшилось. Он знал, что это просто его эго, которому нанесли удар, но он все равно ничего не мог с собой поделать.

Фредди вытащил искру нежити из своего кольца и сел на землю. Отбивая мясо, он использовал успокаивающее чувство, чтобы очистить свой разум. Когда он закончил, он почувствовал, как ясность установилась, и идеи начали течь.

Ему нужен был либо способ перегрузить силу во что-то, либо способ отменить Струящийся Удар, минимизируя вред для себя. Одну за другой он передавал свои идеи Тору, который внимательно изучал и отвергал большинство из них.

Струящийся Удар работал, создавая «волну», которая двигалась по воде в его теле. Подобно волне внутри бассейна, когда она достигала стены — в данном случае, любой конечности, которой он наносил удар — силе некуда было деваться, и волна была вынуждена идти в другом направлении, если только он не сбросил силу ударом.

Его первой идеей было использовать разрушительную контрсилу, чтобы отменить волну в своем теле. Но это была не очень хорошая идея. Это было бы не только трудно осуществить, но и стоило бы столько же эссенции, что и сам Струящийся Удар, и все равно нанесло бы большой урон внутри его тела, даже если бы он был распределен более равномерно.

Его следующей идеей было использовать свою кровную связь, чтобы создать некий объект, в который он мог бы перегрузить силу. Однако, если бы он был ограничен, он не мог бы направлять силу достаточно эффективно, чтобы это сработало.

После этого он предложил использовать методы, позволяющие, возможно, разбить волны или замедлить их, но обе идеи оказались слишком дорогими и неэффективными.

Он выдавал одну идею за другой, и с полной, жестокой честностью и в мельчайших подробностях Тор объяснял, почему они не сработают. Но, эй, по крайней мере, он больше не был подлым.

После долгих раздумий Фредди наконец озарился. У него возникла идея, которая сначала показалась ему превосходной, потом ужасной при второй мысли, а затем, при третьей мысли, немного неопределенной.

Он посмотрел на Тора. «А что, если я использую свою кровную связь, чтобы создать кучу маленьких барьеров, которые будут медленно ослаблять силу волны, пока она движется через мое тело?»

Первым рефлексом Тора было презрительно усмехнуться, но затем он нахмурился. «Хм... Знаешь, это была бы ужасная идея, но... с тем что ты нежить, выносливостью и способностью к исцелению», — он погрозил указательным пальцем, — «Это может сработать. Ладно, давай попробуем это».

Фредди кивнул.

Он использовал свою кровную связь, чтобы быстро создать прототип способности. Это не заняло много времени или усилий. Хотя он не мог поглощать кровь после ее затвердевания, это касалось только крови, которая больше не была связана с его телом. Например, его Кровавые Кастеты все еще были связаны с его кровотоком даже после их затвердевания. Это позволило ему регидратировать кровь и всасывать ее обратно в свое тело.

Подобная концепция применялась ко всей крови внутри него. Если бы он захотел, он мог бы затвердеть всю кровь в своем теле, а затем регидратировать ее. Были даже некоторые способности крови, которые использовали эту концепцию. Но обычно они включали только затвердевание крови внутри сердечно-сосудистой системы.

Чтобы этот прототип заработал, Фредди должен был прервать волны, пока они двигались через его внутриклеточную и внеклеточную жидкость. То есть ему нужно было вытеснить кровь из вен и переместить ее в остальную часть тканей.

Он заставил способность распределять кровь по всему телу, а затем использовал эту кровь, чтобы создавать небольшие призматические препятствия, в которые врезались волны. Эти препятствия рассеивали и перенаправляли волну, разбивая силу и распределяя ее по телу более равномерно. Однако кровь затвердевала лишь частично. Через несколько секунд она снова «таяла».

Он все равно застрял бы в его плоти. Он не мог избежать, по сути, крайне сложного внутреннего кровотечения с помощью этого метода. И не было простого способа отменить это. Но, как сказал Тор, с его силами он мог это вытерпеть.

Как только оболочка стала жизнеспособной, он кристаллизовал ее и опробовал способность в действии. Он немедленно проверил ее с помощью двухзвездного Струящегося Удара. Как только он использовал прототип способности, он почувствовал, как сила медленно рассеивается. Она все еще сотрясала его ткани и заставляла его тело онеметь, но на самом деле не наносила большого урона. Мгновение спустя кровь снова размягчилась.

Как и ожидалось, это вызвало множество микроразрывов в его мышечной ткани, но не до такой степени, чтобы вывести его из боя.

«Ладно…» — сказал Тор, торжественно кивнув. «Хотя это немного грубое воплощение, я вижу, что это жизнеспособное решение проблемы. Тем не менее, я поручаю тебе медитировать на кровяных таблетках в библиотеке. Это довольно новая идея, так что тебе придется найти вдохновение, чтобы улучшить ее во что-то, что не будет отстойным».

Фредди кивнул. Ему дали час, чтобы отдохнуть, восстановить свою сущность и помедитировать, чтобы часть рефлюксной эссенции ушла.

Учитывая наличие спутника, Фредди не потратил столько эссенции, как предполагал Тор, а учитывая конструкцию души Фредди, он довольно быстро восстановил свои запасы эссенции.

Тор был, как и следовало ожидать, потрясен быстрым выздоровлением Фредди.

Фредди решил не скрывать ни своего спутника, ни свой конструкт души.

«Ладно…» — пробормотал Тор. «Что, черт возьми, с тобой происходит? Ты просто жульничаешь в этот момент».

Фредди усмехнулся. «Мне просто повезло с некоторыми вещами. Ну, и что дальше?»

«Повезло… Ха… Повезло, говорит он. Ты был чертовски прав. Ладно, так… Вижу, ты работаешь над Гидравлическим Броском?»

«Ага.»

«Почему бы тебе его не кристаллизовать?» — спросил Тор.

Фредди нахмурился. «У меня пока нет понятия «точного направления».

Тор просто уставился на него на мгновение, а затем рассмеялся. «У него нет „точного направления“, — говорит он! Это шутка?»

«Что?»

«Чувак... у тебя нет таланта манипулировать сущностью. Забудь об этом. «Конкретное направление» — это самое точное, что ты можешь получить».

«Воу, воу, воу…» — Фредди поднял руки. «Ты хочешь сказать, что невозможно получить «точное направление» без таланта манипуляции сущностью?»

Тор посмотрел на него с невозмутимым выражением лица. «Да. Ты что, думал, что таланты манипулирования сущностью — это для показухи?» Он усмехнулся и покачал головой. «Ты уже такой же крепкий, как человек с оборонительным талантом, и такой же сильный, как человек с талантом силы.

«Но даже тогда кто-то с качественным талантом в любой категории все равно будет иметь преимущества, которых у тебя не будет». Выражение лица Тора стало серьезным. «Таланты обеспечивают уникальное, качественное улучшение определенного аспекта твоей силы. Есть причина, по которой так много фракций придерживаются только талантов манипуляции сущностью для выбранной близости. Это потому, что без этого их члены даже не смогли бы практиковать свои самые ценные способности.

«Говоря прямо, без таланта манипулирования сущностью ты заблокирован от огромного количества продвинутых способностей. Навсегда. Изменить это невозможно. Не пойми меня неправильно, твой талант во многих отношениях фантастический. Но, похоже, ты слишком привык к идее конкуренции с преимуществами других талантов. Но прийми мой совет и забудьте об этом. Это просто невозможно».

Фредди был ошеломлен. Не то чтобы он этого не знал... но Тор был прав. Его талант не мог дать ему здесь преимущество. Но все же, пока он медленно с этим смирялся, он чувствовал себя... раздавленным. Это ударило его гораздо сильнее, чем он ожидал.

Не осознавая этого, он культивировал в себе чувство всемогущества. И теперь, когда это чувство начало угасать, он чувствовал себя уязвимым и слабым. Действительно, не было таланта, который мог бы быть хорош во всем. У него всегда была какая-то слабость, с которой он ничего не мог поделать.

И это его напугало.

«Неужели я действительно ничего не могу сделать...» — пробормотал Фредди с отсутствующим взглядом.

Тор на мгновение заколебался. Мужчина ясно видел, как Фредди выглядел потрясенным. Он вздохнул и положил руку на плечо Фредди. «У тебя действительно нет возможности усовершенствовать эту руну, но есть способ продвинуть ее на полшага вперед».

Фредди оживился.

«Существуют определенные зелья, которые могут немного улучшить твою сущностную манипуляцию на короткий период. Если ты используешь их, а затем практикуешь эту способность, ты можешь разработать подруну, которая немного повысит вашу точность, но эта подруна будет применяться только к одному оружию». Тор снова взглянул на лист способностей Фредди. «Твоё Кровавая Копье будет единственной способностью, к которой это будет применяться. И даже тогда это все равно не будет идеально точным.

«Но эти зелья недешевы», — добавил Тор. «Если ты хочешь это сделать, тебе придется за них заплатить. Тебя это устраивает?»

Фредди кивнул.

«Ладно. Хорошо». Мужчина ухмыльнулся. «День еще только начинается. И нам нужно многое обсудить. Пошли, ты отдохнул. Продолжим».

----------

Палач

Хотя Тор придерживался позиции, что Фредди должен сохранять открытость ума и слушать, этот человек никогда не диктовал, что ему следует делать. Фактически, во многих случаях Тор просто указывал на проблему и заставлял его самостоятельно находить решение.

Была причина преподавать таким образом: Фредди не был ребенком — он уже был пиковым двухзвездочным учеником; хорошо это или плохо, но люди добиваются этого только тогда, когда делают что-то правильно.

И кроме того, абсолютно оптимальной сборки просто не существовало. Было много вариантов, где вариант один был лучше в некоторых случаях, а вариант два был лучше в других. В тот момент, если что-то должно было повлиять на окончательное решение, это должно было быть мнение человека, который будет использовать эти способности.

Хотя Тор выглядел молодым, он был стариком с многолетним опытом. Он обучил множество людей и много раз видел, что работает, а что нет.

Одной из самых важных вещей, насколько он был обеспокоен, было то, что пользователю нравилась его сборка. Даже если она была неоптимальной, даже если это был не «правильный» способ что-то делать, позволить людям делать то, что им нравится, все равно часто давало лучшие результаты, чем пытаться заставить их следовать идеальному пути.

Ключом к этому была страсть.

Если кто-то неохотно идет по какому-то пути только потому, что кто-то другой сказал ему, что он лучше, у него всегда будет терзать чувство сомнения: будет ли мой выбор, путь, который я проложил с помощью собственной интуиции и опыта, лучше этого?

Напротив, позволение людям выбирать свой собственный путь делало ставку на их гордость — даже если что-то из того, что они сделали, не сработало, они сделают все возможное, чтобы это сработало, просто чтобы не оказаться неправыми.

Многие наивно полагали, что угроза жизни человека достаточна, чтобы заставить его использовать имеющиеся в его распоряжении инструменты в меру своих возможностей. Это просто не так. Люди — существа интуиции. Давным-давно эта интуиция была ключевым инструментом для выживания человеческого вида.

Эта тенденция никогда по-настоящему не была стерта из их натуры. Даже если иногда она была чертовски контрпродуктивной.

Однако, несмотря на это, Тор не пощадит чувства Фредди и не оставит его гордость безнаказанной. Хотя гордость может быть мощным инструментом, она также может соблазнить людей пойти по неправильному пути.

Фредди был введен в заблуждение... довольно сильно.

Оставив в стороне безумный выбор использования Пучин Бездны и Струящегося Удара, были и другие основные проблемы с тем, как он решил создать свою сборку.

Во-первых, выбор Багровая Ртуть была неоптимальным решением. Если у него уже было сродство крови, ему следовало выбрать Богатую Кровь, чтобы еще больше усилить себя, учитывая тот способ, которым он выбрал сражаться.

Но если он уже выбрал Багровую Ртуть… почему он её не использовал?

«Я действительно должен спросить», — сказал Тор, вздохнув, — «почему ты не работаешь над большим количеством оружия?»

«Что ты имеешь в виду?»

«Чувак... весь смысл пути Багровой Ртути в возможности создавать разнообразное оружие. И кроме того, два оружия, которые ты решил сделать, просто... нехороши. Я имею в виду, что копьё неплохой выбор, но это чертовски огромная штука, в то время как у тебя нет вариантов для меньших дистанций. А Кровавые Кастеты?»

Фредди собирался возразить, но вздохнул. «Я уже сказал тебе, почему мне нравится Кровавые Кастеты».

«А теперь моя очередь объяснить, почему этот вариант — полная чушь. Кровавые Кастеты просто дерьмовый бронибой. Со всеми рычагами и импульсом, стоящими за ударом, удар кинжалом просто имеет больше смысла. Конечно, Кровавые Кастеты увеличивают урон, который ты наносишь открытым тканям. Но как ты думаешь, как часто тебе выпадет честь ударить по открытой плоти?

«Скажи, как часто ты сталкиваешься с голыми противниками и как часто ты сталкиваешься с бронированными противниками? И даже когда ты сражаешься с кем-то голым, я уверяю тебя, у них будет как минимум каменная кожа».

Фредди нахмурился, но Тор поднял руку. «Я понимаю, что тебе нравится эта способность, и я признаю, что она хорошо сочетается с твоим талантом. Но знаешь что? Тебе не нужно от нее избавляться! У тебя две гребаные руки, чувак! Надень Кровавые Кастеты на одну руку и используй чертов катар в другой! Таким образом, у тебя будет возможность и пробивать защиту, и поражать слабые места. Выигрыш-выигрыш!»

«Ох…» — пробормотал Фредди. Это была совсем не плохая идея.

«Кроме того, тебе понадобятся еще три вещи — меньший вариант дальнего боя, щит и надлежащее оружие. Что касается меньшего варианта дальнего боя и оружия, ты можешь выбрать все, что захочешь, но, учитывая твои навыки, я настоятельно рекомендую щиты на предплечье».

Фредди глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. «Ладно, против меньшего дальнобойного варианта и щитов на предплечье я ничего не имею. Но… действительно ли мне нужно нормальное оружие? Я имею в виду, разве катар уже не «нормальное оружие»? Кроме того, я буду честен, оружие — это не мое».

«Сколько видов оружия ты на самом деле попробовал использовать в бою?» — спросил Тор.

«Я... Не так много».

Тор указал на огромную стойку с оружием на другой стороне комнаты.

Одной из самых интересных вещей в Подземелье Крепости было то, что оно выдавало огромное разнообразие оружия. Практически все, что использовалось людьми до появления технологий, можно было выдать в качестве награды. И стойка для оружия в тренировочной комнате Тора была загружена образцами почти всех из них.

Фредди посмотрел на кучу оружия и кивнул. «Думаю, я могу попробовать какое-то оружие, но... опять же — извини, я не хочу показаться вмешивающимся или умником, но зачем мне создавать «нормальное» оружие? Если у меня есть дальнобойный вариант и, ладно, катар, я полагаю... что именно я упускаю?»

«Если что, мне кажется, это противоречит всему, что я делаю. И кроме того, мне не очень нравится "настоящее оружие". И еще, каким бы хорошим ни было оружие, которое я делаю, оно всегда будет проигрывать зачарованному или проклятому"».

Тор улыбнулся Фредди. «Это хорошие вопросы. И ты поднял несколько хороших моментов. Так что давай разберемся с ними. Зачем тебе делать «правильное оружие»? Все просто: создание оружия — это единственное самое большое преимущество пути Багровой Ртути. И, хотя это может быть неочевидно, это, вероятно, не так уж и противоречит твоему «делу», как ты думаешь».

Тор поднял руку и вытащил из кольца большой топор. Это было его фирменное проклятое оружие.

Хотя оружие не было уникальным, это не означало, что оно было слабым. Вовсе нет. Тор поднес его ближе к Фредди и указал на лезвие топора, приложив палец к самому краю. «Посмотри сюда — что ты видишь?»

Фредди на мгновение замер. Его рот опустился, и он слегка покачал головой, явно сбитый с толку. «Лезвие?»

«Посмотри внимательнее», — сказал Тор, и Фредди послушался.

Хотя топор был острым, лезвие было не совсем безупречным. Были очень маленькие сколы и трещины, некоторые изгибы и деформации. Он явно видел много действий.

«Он немного поврежден», — заметил он.

Тор кивнул. «Именно так. Проблема проклятого оружия в том, что его чертовски трудно чинить. Любое его изменение, даже простая заточка, сотрет часть ауры. И нет дешевого способа вернуть эту ауру, если она потеряна. Ну, уникальное проклятое оружие может накапливать больше ауры со временем, но этот топор не может. Любая потеря делает его намного менее мощным. Так как, по-твоему, я использую этот топор в бою?»

«Эээ… осторожно?»

Тор хихикнул. «Осторожно? Это чертовски мягко сказано. Чаще всего я не вытаскиваю эту штуку из кольца, если только моя жизнь не в опасности. А когда я ее достаю, то в основном использую плоскую заднюю часть, чтобы бить по вещам, или просто использую топор как палочку, чтобы усилить свои молниеносные способности. Даже когда мне приходится выкладываться по полной, мне все равно приходится быть осторожным с тем, как я ее использую.

«А теперь скажи мне, если бы этот топор был полностью одноразовым оружием, сделанным из крови, которое я использовал бы только в одном бою, что изменилось бы в том, как я его использую?»

«Это не будет проклятым предметом». Фредди вздохнул. «Я понимаю, к чему ты клонишь, но разве это не немного ошибочный аргумент?»

«Я…» — пробормотал Тор. Он закашлялся и слегка отстранился. «Слушай, хоть это и хороший довод, но это не делает меня неправым. Ладно, позволь мне показать тебе кое-что». Тор подошел к стойке с оружием. Там он схватил два щита для предплечий и большой топор. Затем он вернулся и передал эти предметы Фредди.

Фредди послушно пристегнул щиты к рукам и схватил топор. «Ладно? И? Что теперь?»

«Ладно, теперь используй свои Кровавые Кастеты».

Фредди пожал плечами и послушал. Он мгновенно создал два набора Кровавых Кастетов на обеих руках. Хотя там была металлическая пластина, ограничивающая движение его пальцев, она не мешала ему, пока он держал оружие.

«Ладно, теперь», — Тор хлопнул в ладоши, — «держи топор в одной руке и используй Кровавое Копье другой».

Фредди кивнул и повиновался. Мгновение спустя он создал большое Кровавое Копьё и крепко сжал его в одной руке.

«Ты уже начинаешь это видеть?» — спросил Тор.

«Нет... не совсем так, нет».

«Ладно, представь, что ты сражаешься со мной. Ты нападаешь на меня со всем, что у тебя есть».

«Ладно... Так... Э-э...» Фредди задумался на мгновение. «Я оттягиваю копье назад, чтобы бросить его в тебя, ты проносишься прямо передо мной и бъешь меня в живот, мгновенно парализуя и...»

«Нет, я имею в виду...» Тор усмехнулся. «Ладно, да, так оно и будет, но притворись, что я только защищаюсь».

«Ладно, конечно… Ну, сначала я бы метнул в тебя копье».

«Ммм, продолжай».

«Тогда я, вероятно, кинулся бы на тебя и замахнулся бы на тебя этим топором».

«Ладно, хорошо».

«Ты бы защищался. В любом случае, я предполагаю, что топор в этом сценарии сделан из крови?»

«Ага».

«Да, хорошо, я бы размахивал топором со всей силы, и это, вероятно, не сработало бы».

«Что тогда?»

«Полагаю, в этом вымышленном сценарии у меня тоже есть катар?»

«Ага».

«Ну, я бы точно не смог держать двуручный топор с катаром в одной руке».

«Представьте, что катар — это лезвие, растущее из ваших костяшек».

«Ладно, понял. Тогда… я бы отбросил топор в сторону и ударил — слушай, я понял».

«Э? Э!? Звучит как весьма выгодная сделка, не правда ли?»

Фредди неохотно нахмурился и вздохнул. Он знал, куда целился Тор. Ни одно из оружий не мешало другому. Если один вариант не срабатывал, у него был второй вариант. Если второй вариант не срабатывал, у него был третий вариант. А если и этот не срабатывал, по крайней мере, у него был способ защитить себя.

Целый арсенал вариантов. В теории это звучало отлично.

Однако на практике он не был в этом полностью убежден.

Вся эта идея зависела от того, сможет ли он использовать «правильное оружие». Какой смысл в топоре, если он не может использовать его эффективно? Если он всегда просто переходит к ударам, почему бы не начать с ударов?

«Я вижу, что ты не убежден», — вздохнул Тор. «Слушай, если честно, даже я могу сказать, что оружие — не совсем твоя сильная сторона. Но в то время как Пучины Бездны — это выбор, к которому ты можешь вернуться, — кстати, это предложение все еще в силе, — э-э… Багровая Ртуть — постоянна. Это просто позор. Одноразовое оружие, которое ты можешь использовать со всей силой, которая тебе нравится, — это как… главное преимущество всего пути.

«Это был не такой уж плохой выбор для тебя, знаешь ли, у тебя все еще есть щиты, и возможности дальнего боя, и, надеюсь, хотя бы кинжал для ударов, но... да, было бы чертовски обидно хотя бы не попытаться разместить там где-нибудь нормальное оружие».

Фредди колебался, но медленно кивнул. Честно говоря, он был не столько против использования оружия, сколько неуверен в его эффективном использовании. Находясь в ловушке в Подземелье Крепости, он использовал болт баллисты и даже военную кирку, чтобы ускорить темп убийства солдат, но это был приемлемый вариант только против кучки гораздо более слабых противников.

Планирование его развития с целью облегчить уже выигранные бои было вряд ли мудрым решением.

Но соблазн действительно был. Тор был прав — одноразовое оружие было основной силой Багровой Ртути. Фредди рассматривал только дальнобойные варианты и острые предметы, которые можно было прикрепить к кулакам, но одноразовое оружие ближнего боя тоже имело свои преимущества.

Хотя топор из кровавого металла никогда не смог бы конкурировать с проклятым или зачарованным оружием по качеству, он намного превосходил такое оружие по гибкости использования. От безрассудного удара лезвием прямо по бронепластине до блокирования ударов, которые сломали бы оружие, и простого выбрасывания оружия, когда оно не было нужно, — это было весомым преимуществом.

И это даже не говоря о Подвеске Короля-Воина или Кровавом Кольце и их влиянии на оружие, созданное Фредди.

По крайней мере, попытка ничего ему не будет стоить. «Ладно…» — сказал он, вздохнув и повернувшись к стойке с оружием. «Давай проведем испытания».

Фредди брал оружие со стойки одно за другим и испытывал его на ударном сплаве. Начиная со скромного посоха и переходя к мечам, саблям, копьям, топорам, алебардам, глефам, булавам, молотам, киркам, кувалдам и всем труднопроизносимым вариантам этого оружия, которые только можно себе представить. Весь оставшийся день Фредди только и делал, что испытывал оружие на ударном сплаве.

За исключением базовых инструкций по использованию определенного оружия, Тор в основном сидел рядом и наблюдал, как он тестирует разные вещи.

Реалистично, они оба уже знали, что Фредди нужно что-то тяжелое. Однако Тор настоял, чтобы он, по крайней мере, дал каждому оружию шанс и сохранял открытость ума.

Но, несмотря на то, что его разум был открыт настолько, что его мозги почти вывалились, Фредди терпеть не мог почти все, что он брал в руки. Оружие, которое он не любил меньше, было, как правило, более тяжелым и тем, которое требовало менее деликатного обращения.

Он ненавидел почти все мечи, за исключением нескольких больших, которые, по его мнению, выглядели круто. Он презирал все, что требовало колющих движений для эффективного использования. Он думал, что ему понравились бы кувалды или, по крайней мере, топоры, но большинство из них казались неуклюжими из-за своей тяжелой верхней части.

В конце концов он добрался до более узкоспециализированного оружия. Хотя он никогда не использовал большинство из них в серьезных боях, по крайней мере, он получал удовольствие от нунчаков и шипастых шаров на цепях, хотя и не раз травмировался, испытывая их.

Каким-то чудом он наконец наткнулся на меч, которым ему понравилось пользоваться — это был нагамаки. Это был двоюродный брат катаны, но с рукояткой, которая была практически такой же длины, как и само лезвие.

Хотя он не мог придумать ни одной причины, по которой ему нравилось это оружие — в конце концов, у него не было ни одного из качеств, которые он ценил в других видах оружия, которые он пробовал, — и он не мог размахивать им как следует, чтобы спасти свою жизнь, оно ему все равно нравилось. Что-то в нем щекотало его воображение. Возможно, это было то, как он мог удобно держать рукоятку обеими руками и действительно придавать рычаг своим взмахам.

Но видя, как Тор вздрагивает от своего варварского обращения с оружием, он возвращается в реальность, в то время как он был слишком некомпетентен, чтобы когда-либо эффективно использовать что-то подобное.

Когда он шел обратно к стойке, чтобы вернуть клинок, он заметил следующее оружие в списке. Было ли это странным ударом случая или, возможно, рукой самой судьбы, сразу после того, как он нашел один меч, который ему понравился, оружие из категории, которую он презирал больше всего из всех категорий, которые он тестировал, он немедленно нашел другой меч, который ему понравился.

Это было крайне нетрадиционное оружие. Клинок был прямоугольным и без наконечника, он был очень несбалансированным и на удивление тяжелым.

Это был меч палача.

По какой-то странной причине, прежде чем он даже прикоснулся к нему, он уже был влюблен в него. Он сдернул его со стойки и практически перепрыгнул к ударному сплаву. Он оттянул меч назад и со всей инерцией, на которую был способен, ударил им в цель.

Ударный сплав размягчался при ударе, позволяя всему, что ударяло его, погружаться и свободно деформироваться, прекрасно демонстрируя как то, насколько глубоко оружие могло резать, так и то, сколько силы было вложено в удар. Оружие было не более и не менее впечатляющим, чем большинство сабель, которые он тестировал, но его опыт использования был кардинально иным.

Тор застонал, увидев его реакцию. «Да ладно тебе! Ты испытал все виды обычного оружия под этим чертовым солнцем, и это то, что тебе нравится!? Твой вкус действительно самый странный из всех, что я встречал в своей жизни!»

Фредди усмехнулся. «Что я могу сказать? Этот меч говорит со мной».

«Сумасшедший ублюдок. Судя по твоей реакции, я полагаю, ты сделал свой выбор?»

«Не совсем», — он лукаво ухмыльнулся.

Он сел на землю и принялся за работу. Кровь медленно сочилась из его рук и приняла форму ручки. И продолжала течь.

Тор снова застонал, как только понял, что делает Фредди.

Но он проигнорировал мужчину и продолжил идти.

Постепенно, нелепо длинная рукоять обретала форму. Пройдя чуть больше двух третей метра в длину, он наконец сделал крестовину и приступил к лезвию.

Меч палача был сделан из обычного металла, и поэтому он был значительно тяжелее металла крови. Чтобы компенсировать это, Фредди сделал клинок значительно шире и толще. Растянув его на целый метр, он наконец почувствовал удовлетворение.

Общая длина оружия была почти такой же, как рост Фредди. Это было гнетущее чудовище из багрового металла, создание которого стоило большого количества крови. Но его глаза сияли звездами, когда он поднял его в воздух.

Благодаря сочетанию легкого металла крови и чрезвычайной плотности тела Фредди, оружие было совершенно неспособно повлиять на его равновесие. Это было еще одним преимуществом Пучин Бездны. Когда оружие становилось тяжелым, становилось очень легко утащить его за собой.

Но когда Фредди отвел оружие назад и врезал им в ударный сплав, он сделал это, полностью контролируя его.

Длинная рукоятка была так удобна в его руке. Она позволяла ему вкладывать все свое тело в удар, давая ему возможность схватить рукоятку ниже, чтобы максимизировать свой диапазон.

Тор вздохнул, но ничего не сказал. Его глаза выглядели смирившимися, когда он покачал головой. «По крайней мере, тебе что-то нравится, я полагаю... Но почему это? Почему из всех вещей нагамаки и меч палача привлекли твое внимание?»

«Нагамаки? Не знаю, просто думаю, что это круто. Но меч палача…?» Фредди вытащил оружие из ударопрочного сплава и поднял его к потолку. Ярко светящие сверху лампы были частично закрыты лезвием, словно багровое затмение. Кровавый металл был слегка полупрозрачным, из-за чего края выглядели так, будто они светились зловещим светом. Он отбрасывал красную тень на его лицо. «Наверное… потому что это не оружие».

Тор приподнял бровь.

Фредди усмехнулся, опуская меч и кладя его на землю. «Я сирота. Первые десять лет своей жизни я прожил в приюте».

Брови Тора слегка приподнялись, а рот приоткрылся, но он промолчал.

«Тогда, в те ужасные годы, единственное, чего я с нетерпением ждал, были визиты. Все... и я имею в виду все, казалось, что все решит один счастливый день. Удивительно, но смертные редко приходили искать детей для усыновления. Вероятно, потому что они в любом случае не могли позволить себе детей. Но мы видели по крайней мере одного богатого архичеловека почти каждую неделю.

«Честно говоря, оглядываясь назад, большинство из них не приезжали туда по правильным причинам. Но не было такого, чтобы приют мог им отказать. В любом случае, с каждым визитом была буря беспокойства и ожидания, независимо от того, кто приезжал. Все мы просто хотели иметь место, к которому могли бы принадлежать. Особенно старшие.

«Посетители, которые действительно запали мне в душу, были теми, кто приводил с собой своих детей». Фредди медленно повернулся к Тору. Он улыбался, но улыбка не коснулась его глаз. Там, в его черных зрачках, танцевали боль и ярость далеких, мучительных воспоминаний. «Дети-архелюди очень часто носят при себе оружие. Всегда было так странно видеть крошечный меч на поясе у мальчика или лук, перекинутый через спину маленькой девочки.

«Это... для меня... было самым большим отличием между мной и ними». Он мрачно усмехнулся. «Однажды я неправильно держал нож во время еды, и один из воспитателей избил меня до полусмерти. Можете себе это представить? Я даже не делал ничего сумасшедшего. Я просто жестикулировал, разговаривая с другим мальчиком. И это был тупой гребаный нож для масла.

«Но эти дети... они могли бы носить с собой целою гору смертоносного оружия, и те же самые воспитатели широко улыбались бы и гладили их маленькие головки, как будто они были такими особенными и неотразимыми. Какая гребаная шутка.

«Уже давно в моих глазах оружие представляет элиту. Видеть подростка, мастерски размахивающего мечом, ранит меня так, как никто не мог бы мне сделать или сказать. Потому что, знаешь ли... никто не рождается со знанием того, как это делать. Эти дети выросли, за ними постоянно присматривали, они видели экспертов и учились, ходили на занятия, их любили, о них заботились и готовили к процветанию в этом мире.

«А когда они вырастают? Что происходит потом? Почему они, после всей этой любви и заботы, так часто оказываются такими монстрами? Почему они решают использовать свое состояние как оружие, чтобы сделать жизнь несчастных еще хуже? Я никогда не смогу с этим смириться.

«Я с нетерпением ждал годами, пока двое наркоманов усыновят меня, а вскоре после этого вышвырнут, и проведу остаток подростковых лет, ломая спину, таская коробки на складе». Он на мгновение замолчал, чтобы перевести дух. Он не смог сдержать циничный смешок. «И теперь, когда я у власти…»

«Если быть совсем честным, то, за исключением копья, которое, к сожалению, должно быть обычным, чтобы быть эффективным, я предпочитаю, чтобы любое оружие, которое я использую, было настолько странным и далеким от нормы, насколько это возможно. И вы не можете получить большего от нормы, чем это. Меч палача... » — сказал он с любовью. «Эта штука — орудие торговли, а не оружие для боя. Отсутствие сужения и тяжелая конструкция сделали их плохим оружием для войны. Но превосходным инструментом для отрубания голов.

«Знаешь ли ты, что палачи были персонами нон грата практически в каждую эпоху, в которую они существовали? Они были изгоями общества и подвергались остракизму из-за своей работы и часто жили жалкой жизнью. Честно говоря, мне не нравится убивать людей, Тор. Но если я уже собираюсь это сделать, я не буду делать это по-ихнему. Я сделаю это по-своему. По-своему изгоя поневоле. По-своему профессионального палача».

Тор все это время молчал. После монолога Фредди он молчал еще несколько секунд. «Знаешь… кажется, я начинаю тебя понимать, Фредди. Ты ведь не совсем… один из хороших парней в традиционном смысле, не так ли?»

Фредди усмехнулся. «Думаю, можно и так сказать».

«Знаешь, это не смешно», — строго сказал Тор, прерывая хихиканье Фредди. «Внутри тебя глубокая ненависть. Честно говоря, я считаю, что единственная причина, по которой ты вообще здесь, — это то, что ты не можешь представить себя на «их» стороне. Честно говоря, я не уверен, что мне комфортно продолжать это. Я имею в виду… ты себя слышишь? Ты кажешься абсолютным психопатом».

Фредди вздохнул. «Я знаю. Извини. Я через многое прошел».

«О, ты? Ладно, конечно, продолжай свои маниакальные тирады! О, но погоди, это на самом деле не меняет того факта, что ты позволяешь ненависти контролировать то, кто ты и что ты делаешь».

«И что же мне тогда делать? Любить этих людей?»

«Эй, можешь ненавидеть реальных отдельных людей сколько хочешь!» — сказал Тор, поднимая руки. «Я тоже ненавижу кучу ублюдков. Но ты... ты ненавидишь эту смутную идею ужасных элит. Вот почему ты убил Шона. Ты не видел перед собой настоящего человека, и даже ты понимаешь, что это не совсем правильный способ смотреть на вещи».

Фредди замер. «Да... Э-э, извини, я немного увлекся».

«Нет, чувак, это не «немного увлекся». Эта твоя ненависть формирует все, что ты делаешь — я имею в виду, черт возьми, ты даже не можешь посмотреть на нормальный меч, не отделив его от какой-то бредовой карикатуры на избалованного элитного ребенка. Я имею в виду, какого хрена?»

«Я... я...» Фредди немного сжался. «Извини, я...»

«Пожалуйста, просто... иди домой на сегодня. Мужик, я не думаю, что ты монстр, но... это просто не круто. Я имею в виду, это было так чертовски резко, что я хочу посмеяться над этим», — он нервно усмехнулся, — «но типа... у тебя есть какие-то реальные проблемы, мужик. Может, пора поговорить с профессионалом? Слушай, э-э... просто иди домой на сегодня. Это был длинный день для нас обоих».

«Мне очень жаль, я...»

«Не надо, просто... Эй, мне не причинили никакого вреда; какой смысл извиняться? Я не обижаюсь; я просто вижу, что тебе нужно заняться самоанализом. Спокойной ночи. Но да, если ты хочешь, чтобы мы продолжили это, я бы очень хотел, чтобы ты поговорил со специалистом. Ради всеобщего блага».

«Я... Хорошо...» Фредди кивнул.

«Хорошо. Теперь иди спать. И не слишком урезай его. Сон имеет важные функции для работы твоего мозга, которые определенно не могут быть просто так заколдованы твоим исцелением. И учитывая все это дерьмо, я думаю, это начинает показывать, что ты недостаточно спал».

«Хорошо… Мне жаль».

«Спокойной ночи, Фредди», — сказал Тор, протягивая ему относительно холодное рукопожатие.

Фредди взял его и вышел из комнаты, медленно выйдя из штаб-квартиры и направившись домой.

----------

Догоняем

Фредди тихонько постучал в дверь. Из комнаты донесся голос. «Пожалуйста, входите».

Он сделал глубокий вдох и толкнул дверь. Он вошел в комнату и закрыл за собой дверь, прибыв на свой первый сеанс терапии со специалистом по психическому здоровью.

Офис был чистым, аккуратным местом. На деревянном стуле прямо возле кушетки сидел аккуратный пожилой джентльмен. Лицо мужчины было на удивление суровым, учитывая его раннюю или среднюю двухзвездную сборку, а его волосы были полны седых волос. «Я полагаю, вы Фредди Клифф?»

Что-то в голосе мужчины было явно странным. Даже сверхъестественным. Его голос был мелодичным по тембру с мощным успокаивающим свойством. Всего несколько слов от мужчины, и Фредди уже почувствовал, как его нервы расслабляются, а напряжение в плечах исчезает. «Да. Это я».

«Я Ной. Пожалуйста, садитесь и устраивайтесь поудобнее».

Фредди кивнул и неловко поплелся к дивану. Он явно не выглядел комфортно, сидя как шомпол, но мужчина ничего не сказал.

«Хорошо, я хотел бы начать сегодняшнюю сессию, позволив вам представиться. Расскажите мне все, что, по вашему мнению, важно знать о вас другим. Я не буду вас прерывать, пока вы не решите, что закончили».

«О... хорошо».

Фредди продолжил смутно представляться. Он обронил несколько интересных фактов о своем воспитании, но отказался вдаваться в подробности. В целом, его представление было кратким и по существу. Ной сдержал свое обещание, оставаясь тихим и кивая на все, что говорил Фредди.

После знакомства мужчина начал задавать несколько вопросов. Вопросы, которые задавал мужчина, были личными, но несущественными. Он спрашивал мнение Фредди о фильмах, о том, какие виды активного отдыха ему нравятся, и какие книги, если таковые имеются, он любит читать. Казалось, что мужчина просто болтал.

И все же, несмотря на этот факт, Фредди чувствовал, что расслабляется все больше и больше по мере продолжения сеанса. Но комфорт также вызвал чувство бдительности. «Извините», — наконец выдавил он.

«Что такое?»

«Я заметил, что твой голос немного…»

Мужчина кивнул с нежной улыбкой. «Действительно. Мой талант придает моему голосу анксиолитические свойства».

«О... Понятно. Весьма примечательно. Я думаю, это значительно облегчит вам работу».

Улыбка мужчины слегка расширилась. «Это помогает. Особенно с определенным типом людей. В любом случае», — он взглянул на свои наручные часы, — «вы не могли бы взглянуть на это? Мы достигли конца нашего первого сеанса».

Фредди нахмурился, взглянув на часы на стене. «Э-э… Если только эти часы не сломаны, я не думаю, что мы это сделали».

Мужчина рассмеялся, и его голос заставил грудь Фредди затрепетать. «Я выделяю максимальное время для своих сессий, но часто заканчиваю их до того, как это время истекает. Если я достиг того, чего должен был достичь, я чувствую, что затягивание дел иногда может быть контрпродуктивным».

«Без обид, мужик, но мы не достигли... гм», — усмехнулся он, — «ничего».

Улыбка Ноя слегка померкла, когда он покачал головой. «Мистер Клифф», — позвал он серьезно. «Вас отчасти принудили приехать сюда, не так ли?»

«Я... Ну, не совсем так, но...»

«Вы можете быть честны со мной», — убедительно сказал он.

Фредди на мгновение замолчал, закрыл рот и слегка кивнул. «Я имею в виду, что в основном да. Но для меня все равно важно получить настоящую терапию. У меня здесь нет выбора».

Мужчина покачал головой. «Нет. Это не так работает». Он вздохнул. «То, что мы привыкли называть «психическим здоровьем», — это баланс тела, разума и души. Это гораздо более физическое, чем осознают большинство. Так же, как тело можно лечить силой, так и разум можно исцелить внешним воздействием». Мужчина поднял кулак, создавая крошечный мерцающий шар радужного света. «У меня есть особая близость, называемая близостью сновидений. Если вы позволите мне использовать мои способности, я могу помочь вам исцелить ваш разум».

«Ого, ух ты, э-э... Конечно!» — с энтузиазмом сказал Фредди. «Если бы я знал, что это так просто, я бы уже давно пришел».

Мужчина неловко усмехнулся. «Боюсь, это не так-то просто, мой дорогой друг. На самом деле, я уже могу сказать тебе, что здесь я бессилен».

Фредди нахмурился. «Что ты имеешь в виду?»

«Ну, видите ли... вы уже совершенно здоровы», — сказал мужчина, откидываясь на спинку стула. «У меня есть особый метод чувствовать волнения в умах людей. Если бы у вас была такая вещь, как психическое заболевание, я бы знал. Но у вас его нет. Все, что я чувствую в вас, это то, что вам не хватает сна. Но добавьте еще час или два к вашему ночному отдыху, и эта проблема исчезнет».

«Извините», — сказал Фредди, неловко посмеиваясь. «Но это... Да, это не имеет смысла. Тор рассказал вам, зачем он послал меня сюда?»

Мужчина усмехнулся в ответ. «Вот именно поэтому я и сказал тебе, что это не так. Ты говоришь, что у тебя нет выбора, но это действительно так. И чтобы твоя конкретная проблема исчезла, ты должен сделать личный выбор, который никто не может заставить тебя сделать».

«И какой же это выбор?»

«Вы должны измениться как личность, мистер Клифф», — сказал мужчина. «Ваша проблема — проблема личности и убеждений. Вы видите мир определенным образом и действуете в соответствии со своим восприятием. Конечно, для других некоторые ваши решения могут показаться «болезненными», но никакой болезни нет. Ваш мозг работает отлично. Он делает все, для чего он предназначен, именно так, как он предназначен. Единственное, что я могу сделать для вас, — это помочь вам предпринять необходимые шаги для изменения как личности. И единственный способ, которым я могу это сделать, — если вы сами решите измениться».

«Ладно... Э-э...» Фредди нахмурился, обдумывая свои слова. «Возможно, меня немного подтолкнули сюда, но я все равно готов хотя бы поговорить».

«С начала нашей сессии вы взглянули на часы на стене 78 раз».

Фредди поморщился. Он даже не осознавал, что делает это.

«Послушайте, мистер Клифф», — сказал мужчина, вставая. «Пока вы приходите сюда регулярно и намерены сотрудничать, я скажу Тору, что наши сеансы проходят хорошо. Но если вы действительно намерены вылечиться от того, что вас беспокоит, я не могу сделать это изменение для вас». Мужчина протянул Фредди руку для рукопожатия.

Фредди неохотно поднялся и пожал мужчине руку. Он чувствовал, что хотел что-то сказать, что угодно, но слова подвели его, и мужчина, заметив его нежелание, мягко улыбнулся и похлопал его по плечу. «Хорошего дня, Фредди. Увидимся снова в четверг утром».

Услышав, что Фредди посетил сеанс терапии, Тор согласился продолжить их обучение. И таким образом работа по приведению Фредди туда, где он должен был быть, началась всерьез.

Тор составил невероятно строгий график. 16 часов тренировок в день, 7 дней в неделю, без каких-либо отпусков или перерывов в поле зрения. Помимо еды, сна, душа и посещения терапии, Фредди был заперт в частной тренировочной камере.

Помимо времени, посвященного развитию своих способностей, он также уделял достаточно времени физическим тренировкам. В то время как Фредди уже реализовал значительную часть своего природного потенциала, Тор хотел посмотреть, можно ли выжать из него еще немного.

Фредди вводили сложный набор различных веществ и гормонов, начиная от фармацевтических смесей и заканчивая натуральными средствами. С кем-либо другим, делать что-то подобное требовало бдительности и умеренности. С Фредди Тор наваливал все, что мог достать.

Там же было немало экспериментальных веществ с неизвестными эффектами.

Целью было модифицировать его тело до абсолютных пределов человеческого потенциала. От улучшения его потовых желез до укрепления ногтей на ногах, если это что-то делало, они включали это в регулярную ротацию буквально сотен лекарств, которые ему давали ежедневно.

И, похоже, это действительно работало. Хотя он не видел никаких изменений в своей физической работоспособности, он мог чувствовать улучшения во время упражнений. В сочетании с Тором, заставляющим его сосредоточиться на некоторых мышцах, которыми он немного пренебрегал, он на удивление сумел добиться довольно заметного улучшения там, где он раньше думал, что достиг жесткого предела.

При этом не было недостатка в вещах, в которых он был абсолютно плох.

В первый раз, когда Фредди сражался с марионетками, Тор чуть не потерял рассудок.

Арена для кукол была спроектирована таким образом, что любой полученный урон обозначался как мгновенная потеря. Очевидно, в реальной жизни все было не так. Даже если кого-то ударяли ножом в спину, пока это не убивало его, он продолжал сражаться. Но на арене для кукол все было по-другому. Целью было не получить ни одного удара. И Фредди сосал мяч размером с луну, чтобы не получить удар.

«Ты действительно постоянно получаешь урон в боях, не так ли?» — спросил Тор. «Ты просто принимаешь это как нечто естественное, потому что твой талант к исцелению позволяет тебе это сходить с рук».

Фредди покраснел. «Уклонение — это... не мой главный приоритет, нет».

«О, Боже».

И их обучение продолжалось.

Значительная часть дня Фредди была отведена для бега по полосам препятствий и практики уклонения от препятствий. Он был смехотворно неуклюжим, спотыкался и падал слишком часто. Не сумев перепрыгнуть с одного металлического прута на другой и упав в лужу грязной воды, он выплыл обратно, рыча от разочарования. «Это действительно необходимо?» — спросил он. «У меня никогда не было драки, в которой мне нужно было бы делать что-то подобное!»

«Ты снова пытаешься умничать?»

«Эээ… извини».

«Смотри», — рявкнул Тор, сжав переносицу. «Ты медлителен. Нескоординирован. Я не заставлю тебя сбросить Бездонные Глубины, но тебе нужно стать быстрее. Ты должен быть мобильным. Проворным. Ловким. Ты не можешь позволить своим слабостям убить тебя. Неважно, насколько ты большой, тяжелый или мускулистый, я не позволю тебе остановиться, пока ты не научишься двигаться с грацией кошки! А теперь вставай и возвращай свою ленивую задницу на курс!»

Дни шли, вскоре превратившись в недели. Сначала Фредди постоянно был расстроен, чувствуя, что Тор подталкивает его сделать что-то, что он просто не может сделать. Но под правильным руководством его сомнения и разочарования постепенно развеялись.

Он мог это сделать.

Он мог двигаться быстрее.

Он мог бы лучше уклоняться.

Он умел сражаться изящно и умело.

Тор знал, что делал. И Фредди наконец заткнулся и по-настоящему выслушал.

Другая часть расписания Фредди была потрачена на медитацию над таблетками отпечатков эфира для сродства крови и воды. Поначалу это действительно казалось пустой тратой времени. В таблетках не было ничего... конкретного. Это были все смутные впечатления и сложные концепции, которые Фредди даже не мог представить, как он мог бы преобразовать в реальную боевую эффективность.

Но чем больше времени он проводил в медитации, тем больше он начинал понимать. Это не было чем-то таким конкретным и определенным, как концепция. Это было более глубоким, более фундаментальным.

До того, как стать архичеловеком, Фредди пробовал только дерьмовый, дешевый растворимый кофе. Но когда он знал только его, он был просто прекрасен на вкус. Только попробовав что-то поинтереснее, он понял, какой мусор он пил до этого.

И снова ничего конкретного.

Будь то дешевый мусор или элитные зерна, оба они давали кайф и давали дозу кофеина.

Оба были кофейными.

Но это было не одно и то же.

Это было нечто, что можно было только пережить, но не описать.

Это было просто… качество.

Теперь, вместо кофе, он начал думать о своих способностях вот так. Большинство из них имели смущающее отсутствие сложности и изящества. Достаточно досадно, что он мог исправить эти проблемы только когда он поднял способности до стадии 3 — 50%. Это была очень далекая цель.

Единственная его способность, которая действительно содержала проблеск того же нюанса, который он испытал в табличках, была его Поглощение Крови. Конечно, это было только потому, что он насильно поглотил много разных типов крови, подвиг, который даже самые выдающиеся эксперты по сродству крови с трудом бы осуществили при создании способности, но он брал победы там, где мог их получить.

Хотя он ничего не мог сделать, чтобы изменить свои существующие способности, по крайней мере в ближайшем будущем, у него была вся сила в мире, чтобы сделать свои новые способности наилучшими из возможных.

Начав с Гидравлического Броска, он укрепил несколько недостающих элементов и, наконец, с помощью Тора, разработал точную подруну для Кровавого Копья. Она все еще не была безошибочно точной, но была достаточно точной.

Следующей была способность Рассеять Волну. Хотя ее основная цель заключалась в остановке Струящегося Удара, ее также можно было использовать для противодействия способностям, основанным на создании турбулентности в его теле.

В водном родстве было несколько таких способностей, и некоторые из них могли быть пугающе эффективными для тех, кто не мог им противостоять. Конечно, в подавляющем большинстве случаев Тысячи Мокрых Адов было бы достаточно, чтобы защитить его, но не было ничего плохого в том, чтобы придать способности дополнительную полезность.

Далее последовало его новое оружие.

Для меча палача способность нуждалась в названии. Поэтому он дал ему имя — Кровавый Обезглавливатель. Резковато, да, но тематически подходило. Ему потребовалось много времени, чтобы закончить оболочку для этой способности. Помимо ссылок на таблички крови и некоторые учебники, Фредди получил помощь от местного оружейника, в основном в регулировке размеров оружия и придании ему привлекательного дизайна.

Что касается размеров, мужчина предложил сделать рукоятку немного короче, а лезвие немного длиннее, сохранив ту же длину, но придав соотношению лезвия и рукоятки более функциональный баланс. Также мужчина предложил сделать меч толще. Он и так был слишком толстым, чтобы эффективно резать вещи, так что можно было бы пойти ва-банк. В таком виде он был больше похож на топор, чем на меч. Он рубил, а не резал. Но это ни в коем случае не было слабостью.

Особенно, когда им владеет Фредди.

Еще одно удивительное предложение оружейника заключалось в том, чтобы оставить небольшие капли крови незатвердевшими внутри клинка. Это позволило Фредди сохранить немного воды в оружии, добавив ему изрядный дополнительный вес, который оно в противном случае потеряло бы. Это также позволило Фредди провести оружие по пути, по которому он не смог бы его провести иначе.

На первом этапе он бы улучшил меч с помощью концепции «влаги» из всех доступных. Причина была в том, чтобы разблокировать другое улучшение на втором этапе. Дело в том, что у Кровавого Обезглавливателя не было особенно заметной связи с концепцией веса. Потому что он был не таким уж и тяжелым. Это делало так, что такие концепции, как «масса» и «вес», не могли вписаться в эфирную оболочку.

Однако «влага» действовала как нечто, известное как «переходная концепция». Поскольку влажность влияла на массу оружия, она допускала концепцию «массы» на этапе 2, а позднее и концепцию «веса» на этапе 3. Это было бы чрезвычайно полезно.

Оружейник был увлечен своей работой и считал, что внешний вид оружия имеет решающее значение для его функции. Даже опытные воины подсознательно подвергались воздействию устрашающего оружия. Этот человек помог Фредди остановиться на классном крестообразном узоре для клинка, благородной крестообразной гарде и красивой рукояти с узором из змеиной кожи и головой змеи в качестве навершия.

Когда он наконец закончил работу над оболочкой, он был в восторге.

Следующим был катар. Ну, это был не совсем катар. Это был просто клинок, который торчал из костяшки его среднего пальца. Он был чуть больше половины фута в длину и был создан с расчетом на прокалывание, а не на что-либо еще. После некоторых испытаний он должен был признать, что он вполне доволен оружием. И да, Тор был прав. Это было гораздо практичнее, чем Кровавые Кастеты. Он оставил название простым — Кастет Клинок.

Затем последовали его щиты на предплечьях. Он снова попросил оружейника о помощи и остановился на элегантном крылатом дизайне. К удивлению Фредди, быстрый тест показал, что Подвеска Короля Воинов работала с щитами на предплечьях. Подвеска не работала с броней. Она работала только с оружием. Но щиты были оружием. Даже когда они были прикреплены к предплечьям. Учитывая дизайн, он назвал способность Щит Багрового Крыла.

Осталось только одно оружие Багровой Ртути — небольшой снаряд. Однако Фредди просто не почувствовал вдохновения от этого. Ему не понравилось ни одно из опробованных им оружий. Главная проблема заключалась в том, что меньшим оружием было сложнее пользоваться. Оно также было легче. В сочетании с тем фактом, что его Гидравлический Бросок применялся только к Кровавому Копью, он потерял всякую мотивацию работать над другим метательным оружием.

При этом он не отказался от этой идеи полностью, но переместил ее в конец списка приоритетов.

Тор был немного расстроен, но принял это. По его собственным словам, не все было для всех.

Что касается других его способностей, он добился устойчивого прогресса и работал над их развитием. Вскоре его Струящийся Удар также был готов к обновлению, но Тор настоятельно рекомендовал пока не улучшать эту способность. И Пучины Бездны, и Струящийся Удар должны были подождать, пока Фредди не улучшит Тысячу Мокрых Адов до того, чем бы он, черт возьми, стал после этого. Только тогда он мог гарантировать, что будет достаточно крепок, чтобы справиться с использованием Струящегося Удара.

Он улучшил Кровавые Кастеты с помощью концепции «измельчения», Багровую Ртуть с помощью концепции «стального» и Гидравлическое Напряжение с помощью концепции «скорости», как и просил Тор. Он также воссоздал свое Водное Тело и довел его до стадии 1, где улучшил его с помощью общей концепции воды. Вот так его внутренние водные способности получили 5%-ное усиление. Он никогда не забудет, как глупо было упускать это.

И наконец, после долгих раздумий, он отказался от Струи Давления. Эта способность просто не подходила его стилю, а без таланта манипуляции она никогда не раскроет весь свой потенциал. Ее незаконченная оболочка навсегда останется в его душе.

Аналогично он избавился от Очищения. Хотя было бы не так уж плохо иметь несколько полезных способностей здесь и там, количество способностей, которые у него были, уже начинало становиться немного большим.

Слишком много способностей могли бы оказать неблагоприятное воздействие на накопление скрытой ауры, особенно если некоторые способности были бы явно неподходящими. И Фредди уже был неприятно близок к тому, что традиционно считалось верхним пределом для количества способностей, которые должен иметь двухзвездный. Оставалось место только для одной или двух, после чего он определенно нанесет вред своему будущему росту.

Время шло. Недели перетекали одна в другую. Он тренировался, ходил на терапию и ждал. Вскоре Тор заметил, что Фредди ведет себя странно, и он понял почему.

Прошло совсем немного времени, прежде чем наступила назначенная дата исцеления Софии.

Хотя Фредди изо всех сил старался не думать об этом, он сильно нервничал.

И вот, наконец, до назначенной встречи остался всего один день.

Накануне вечером, как только он лег спать, он проверил свои успехи:

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 62% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 2 — 7% прогресса

Очищающий Багровый Источник: Стадия 1 — 59% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Тысяча Мокрых Адов: Стадия 1 — 96% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 1 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Водное Тело: Стадия 1 — 29% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 2 — 11% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 1 — 80% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 1 — 94% прогресса

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 1 — 86% прогресса

Кровавый Обезглавливатель: Стадия 0 — 62% прогресса

Кастет Клинок: Стадия 0 — 23% прогресса

Щит Багрового Крыла: Стадия 0 — 30% прогресса

Рассеивание Волны: Стадия 0 — 3% прогресса

Сродство воды:

Струящийся Удар: Стадия 1 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлическое Напряжение: Стадия 2 — 29% прогресса

Создание Воды: Стадия 1 — 53% прогресса

Гидравлический Бросок: Стадия 0 — 40% прогресса

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 8% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 8% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Подвеска Короля Воинов: +1% к урону и +1% к прочности экипированного оружия.

Кольцо крови: -6% стоимости сущности, +5% силы для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают небольшое кровотечение.

Хотя его способности быстро улучшались, он все еще был далеко позади того, где он должен был быть для своего уровня. Это была простая реальность ситуации. Независимо от того, как усердно он тренировался, он не мог компенсировать годы тренировок, которые он пропустил, злоупотребляя Кровавой Жертвой, чтобы вырастить свою звезду.

При этом не было нужды быть к себе строгим. Он шел хорошо. Он гордился своим прогрессом.

Если бы он наконец нашел способ правильно использовать свою утраченную близость, то даже ему было бы страшно представить, на что он способен.

Он убрал свой блокнот и откинулся назад, закрыв глаза. Но сон не приходил. Сердце выпрыгивало из груди. Как бы он ни старался, он просто не мог заснуть.

На следующий день у него наконец-то был полноценный выходной, впервые за всю историю. И он был нужен, чтобы отвезти Софию на лечение.

Видя, что этого не произойдет, он вообще отказался от сна. Он вышел из своей квартиры и поднялся на крышу. Там, глядя на ночные огни города Репентава, он закурил сигарету и задумался. Снег и ужас танцевали на ветру. Дым терялся во времени и пространстве. Горькая смола покрывала его зубы. Час за часом падал, как облака наверху, и, наконец, солнце выползло из-за горизонта.

«Пора идти».

Он направился в клинику.

----------

Лечение

Многие ошибочно полагали, что закон существует для того, чтобы не давать людям совершать преступления. Или, что еще хуже, считали, что закон существует для того, чтобы вершить правосудие.

Однако обе идеи были смехотворно ошибочными.

В конце концов, если кто-то должен был голодать, он бы украл, и тюрьма была бы проклята. Если кто-то ненавидел другого до такой степени, что не мог бы продолжать жить в одном мире с этим человеком, он бы убил его, даже если бы его за это казнили. И, возможно, чаще всего, если эго человека было раздуто сверх всякой меры, он совершал бы преступления просто из убеждения, что он особенный — бессмертный в своем совершенстве, неподвластный последствиям и закону; полностью убежденный, что ему это без труда сойдет с рук.

Закон не был предназначен для прекращения преступности.

Нет.

Он был там, чтобы остановить месть. Ну, он был там также, чтобы те, кто у власти, могли контролировать массы, но это уже другая история.

Любая широко применяемая система правосудия служила, прежде всего, одной цели — минимизировать эскалацию конфликта. Око за око сделало весь мир слепым — и принесло анархию в мир, который люди у власти предпочитали видеть стабильным и поддающимся контролю.

Ни для кого не было секретом, что в Американской империи существовало три практически полностью отдельных правовых системы: первая — для дел бедных и бесправных, вторая — для дел бедных и богатых, а третья — для дел власть имущих.

Первое соблюдалось небрежно, второе — едва соблюдалось вообще.

Но третье было реализовано в кратчайшие сроки.

Если кто-то, не имеющий власти, подвергался насилию и хотел отомстить, его возможности были минимальными, а какой бы ущерб он ни нанес, вряд ли стоило беспокоиться.

Но если кто-то, обладающий властью, например, Фредди, разозлится и почувствует, что ему нужно взять ситуацию в свои руки, возможный ущерб будет катастрофическим.

Ранняя эпоха после разлома, даже в тот самый день, была охвачена ужасным глобальным неумелым управлением. Падение за падением преподали много уроков тем, кто обращал на это внимание. Была поговорка, что те, кто не выучил историю, обречены повторять ее. И действительно, было много случаев, когда страны совершали те же ошибки, что и их предшественники.

Но если что-то и изменилось в эпоху после Разлома, так это то, что людям, находившимся на самом высоком уровне власти, не пришлось навёрстывать уроки истории.

Потому что именно они изначально написали эту историю.

Законы действительно применялись неравномерно. И это было, по крайней мере иногда, по веской причине. Некоторые правила были единственным, что стояло между стабильностью и анархией. Святость имперских банков была хорошим примером. Но другим не менее важным актом был Закон о гарантированной взаимной службе.

Во многих городах и поселках существовали фракции, которые единолично владели монополией на целый сектор бизнеса. Если в одном месте было несколько таких фракций, и они оказывались взаимными врагами, они были юридически обязаны предоставлять свои услуги друг другу, что в высшей степени обеспечивалось империей.

До того, как это было реализовано, было много случаев, когда такие фракции становились врагами, только для того, чтобы обе они были вынуждены агрессивно вербовать и расширяться в секторах друг друга, чтобы получить услуги, без которых они не могли обойтись. Это часто приводило к небольшой гражданской войне, которая парализовала целые города.

Таким образом, Фредди без страха отправился в клинику Страты. Естественно, он все еще был бдителен. Но он не волновался.

Он был в стрессе из-за возможности того, что Страта откажет ему в обслуживании, но Тор объяснил ему, почему этого не произойдет. У Страты не было выбора. Если бы они решили произвольно отказать ему только потому, что он был из Вальхаллы, это могло бы даже стать причиной для вызова судей.

И никто не хотел, чтобы судьи вмешивались. Во что-либо. Когда-либо.

Было еще раннее утро, и падающие снежинки мягко покачивались в воздухе по воле добрых рассветных ветров.

Чем ближе Фредди подходил к клинике, тем глубже становилась яма в его животе. Он вполне укладывался в сроки, чтобы вылечить Софию. Но он недостаточно знал о процессе, чтобы быть уверенным, что он сработает.

Он повернулся раз, другой, и оказался перед клиникой. Это было красивое стеклянное здание, снаружи которого стояли несколько медсестер и курили на свежем воздухе. Он кивнул им, когда прошел через вращающуюся дверь и вошел в клинику.

Тревога мгновенно усилилась. Он почувствовал, как его собственное сердце колотится в ушах, а на груди сдавило, словно на ней сидел медведь. Он дышал большими глотками, втягивая в себя воздух полной грудью, словно тонул. Его ладони вспотели под перчатками, и он потер руки. Они были на удивление холодными.

Он подошел к кабинету главного врача и постучал. Затем он вошел.

Мужчина выглядел физически больным, увидев Фредди. Он выдавил из себя натянутую улыбку и сухо кивнул. «Добро пожаловать, мистер… мистер Клифф. Мы готовы отправиться, когда вам будет угодно».

«Давайте покончим с этим. Просто предупреждаю — я буду стоять в стороне, пока вы будете проводить процедуру».

«Ты... Надеюсь, ты шутишь», — нервно пробормотал мужчина. «Мы не разрешаем...»

«Мне все равно, мужик. Я буду там, позволишь ты мне или нет. Теперь пошли».

«О... Ладно... Я думаю...» Мужчина нервно усмехнулся. «Следуйте за мной».

Тот врач повел меня в операционную. Команда сотрудников клиники уже ждала. Они выглядели удивленными, увидев Фредди, но никак не прокомментировали это.

Фредди выдали халат и сетку для волос и приказали ждать в углу. Его также вежливо попросили сохранять тишину, чтобы не отвлекать их во время проведения процедуры. Его также предупредили, что он станет свидетелем очень наглядного процесса, и настоятельно рекомендовали передумать оставаться.

Он решил остаться и понаблюдать.

Вздохнув, персоналу оставалось только кивнуть и принять его решение.

Он передал им банку с головой Софии.

Они осторожно извлекли её и положили на операционный стол.

Она сморщилась, почти засолилась. Поверхность ее кожи была глубокого коричневого цвета, почти как мумифицированная плоть высушенного трупа. Ее глаза были впалыми и сморщенными, из уголков сочилась странная пурпурная жидкость.

Медленно высушив поверхность кожи, они запечатали шею металлической пластиной. В пластине было множество отверстий, через которые они вставляли несколько трубок, транспортирующих красочные жидкости.

Голова Софии немного отрастила волосы, но они были очень короткими и совершенно белыми. Каждый волосок казался тонким и нежным, почти как густой персиковый пушок.

Пока жидкость медленно просачивалась в голову, Фредди наблюдал, как лицо Софии постепенно заполнялось. Ее щеки снова раздулись, а ее деревянная кожа медленно приобрела легкий оттенок зеленоватой бледности.

Фредди видел много ужасных вещей, поэтому зрелище не произвело на него сильного впечатления. Но когда процедура наконец началась в полном объеме, он почувствовал, как его беспокойство нарастает.

В процессе приняли участие более десятка сотрудников клиники.

Первым шагом было назначение большого количества исцеления непосредственно голове. От лекарств до способностей к святому сродству, это была, безусловно, часть, в которую было вложено больше всего заботы и усилий. Целый день работы был потрачен только на голову, и к концу она, наконец, восстановила цвет и стала выглядеть как обычный человек.

Учитывая то, что они говорили, они были удовлетворены тем, как восстанавливается ее голова. Ее зрение будет немного плохим, но она прекрасно восстановит слух. Они также не обнаружили никаких признаков серьезного повреждения мозга, но это не означало, что их не было; это просто означало, что они их не нашли.

Что касается деталей чего-либо, кроме ее мозга, Фредди не особенно беспокоился. Пока она просыпалась и знала, кто она, она могла использовать свой талант, чтобы исцелить себя до совершенства.

Затем он наблюдал, как они отсоединили металлическую пластину и приступили к ее скелету. Реконструкция только ее позвоночника была второй самой длинной частью процесса. Это заняло полдня работы. После этого они медленно реконструировали сердечно-сосудистую систему, используя пересаженное сердце в качестве основы.

Фредди поморщился, когда понял, что они будут использовать трансплантацию органов, но не стал это комментировать. Даже если он точно знал, откуда берутся эти органы, что он должен был сделать? Сказать им, чтобы они прекратили процедуру? Он проглотил свое недовольство и держал рот закрытым.

Части ее тела медленно реконструировались одна за другой. Они использовали много сверхъестественного качества исцеления, но очень мало его было направлено на восстановление настоящей ткани. В основном оно использовалось для заполнения пробелов и бесшовного сращивания частей. Это было едва ли удивительно. Сверхъестественное качество исцеления дало значительно худшую ткань. Трансплантаты были гораздо надежнее.

Процесс длился в общей сложности четыре дня. В течение этого периода Фредди не сомкнул глаз, как и главный врач.

Похоже, все действительно шло хорошо, насколько он мог судить. Благодаря чистому истощению чувство тревоги рассеялось и превратилось в тупую боль в тот момент. Скоро это закончится.

Но когда они наконец достигли финальной стадии реконструкции конечностей, что-то пошло не так.

«Доктор!» — позвала медсестра. «Проблема! Ткань левой руки быстро разлагается!»

«Что!?» — закричал главный врач, бросившись проверить, что происходит.

Фредди тоже оживился, чувствуя, как в животе снова открывается яма. Руки у него тряслись.

Персонал клиники несколько минут беспокоился о руке, но в итоге так и не смог выяснить, что было причиной проблемы.

В конце концов пришлось отрезать Софии левую руку.

До этого момента Фредди не беспокоился ни о чем, кроме ее мозга. Но с ней было что-то очень, очень не так.

Процедура продолжалась, однако не обошлось и без новых проблем. Как и с левой рукой, как раз когда они собирались закончить левую ногу, она тоже начала отмирать, как будто какой-то божественный указ не позволял ей владеть ни левой рукой, ни левой ногой.

Им пришлось провести еще одну ампутацию.

Фредди наблюдал за процессом, чувствуя себя оцепеневшим и напуганным.

В этот момент главный врач наконец отошел и подошел к нему. «Господин... господин Клифф... Я должен спросить вас, обладала ли эта женщина, насколько вам известно, способностью к духовным переживаниям?»

Брови Фредди подпрыгнули. «Нет… Не то чтобы я знал об этом».

«Понятно…» — пробормотал мужчина и вздохнул. «Это, как мне кажется, Эфирное Ограничение».

У Фредди все внутри оборвалось, как только он это услышал.

Эфирное ограничение было, в некотором смысле, полной противоположностью Эфирному милосердию. Было много духовных способностей, которые требовали целую конечность в качестве платы за их использование. Но это было не так просто, как отрубание конечности — это означало потерю возможности владеть этой конечностью вообще. Даже исцеление высшего качества не могло ничего с этим поделать. И это могла вызвать не только духовная способность.

«Если это не способность духа, то… — пробормотал доктор, — это, должно быть, серьезное повреждение души».

Когда Фредди услышал эти слова, его тело охватило почти полное онемение.

«В любом случае, мистер Клифф, мы сделали все, что могли. Я советую вам умерить свои ожидания».

«Я понимаю», — ответил он ошеломленно.

Исцеление пошло по частям. Больше никаких происшествий не было.

На четвертый день они, наконец, закончили ее лечение. Оставалось только ждать, когда она проснется, что могло занять несколько дней или даже... не произойти вообще.

Ее перевезли в частную палату. Фредди сидел рядом с ней, ожидая, когда она откроет глаза. Прошел день. Потом два. Потом три. Он уже не спал ни минуты целую неделю. Борьба с искрой больше не помогала. Ничто не помогало. Он чувствовал себя оцепеневшим и уставшим. И он медленно терял надежду.

Но на рассвете четвертого дня ожидания что-то наконец произошло.

Ее палец дернулся.

Голова Фредди дернулась, и он вскочил со стула. «София! Ты не спишь?» Он нежно схватил ее правую руку и сжал ее. «Пожалуйста…»

Она медленно открыла глаз.

«О, спасибо, черт возьми…» Он выдохнул, чувствуя, как огромный груз свалился с его плеч. Но как только он почувствовал укол облегчения, тревога снова накатила. «София…»

«Ммм…» — простонала она и поморщилась от боли, повернув голову к нему. Ее рот хлопал, как у рыбы, и она прищурилась.

«Ты помнишь меня?»

Она долго смотрела на него пустым взглядом. Потом...

Она медленно покачала головой.

«Понятно… Я… Я Фредди», — сказал он, пытаясь выдавить улыбку. «Фредди Штерн. Я немного изменил лицо, так что ты, вероятно, меня не узнаешь…?» — спросил он с надеждой, но…

Она снова покачала головой.

«Все в порядке», — сказал он, заставляя себя сохранять позитивный настрой. «Ты, наверное, все еще немного сбита с толку, ха-ха... Я расскажу тебе, что произошло. А пока мы покинем больницу, ладно?»

Она просто продолжала смотреть на него, сохраняя молчание.

«Медсестра… Медсестра!» — позвал Фредди.

Он сказал медсестре, что София проснулась, и она позвонила главному врачу. Мужчина помчался осмотреть Софию. По большей части она, казалось, была в порядке. Ее двигательные навыки были в порядке, и она не показывала никаких других признаков черепно-мозговой травмы.

Возможно, ее амнезия была временной. Однако с повреждением души ничего нельзя было поделать.

Ее вымыли и одели, и через несколько часов им разрешили уйти.

Учитывая, что Фредди не смог доказать, что он был с ней родственником, и что она его не узнала, персонал должен был вмешаться, чтобы помешать ему просто забрать ее и уйти. Но у них не было реальной власти, чтобы помешать ему сделать это, так что они отпустили их, не вызвав никаких проблем.

Ее посадили в инвалидное кресло. Несмотря на тщательный уход и многочисленные процедуры, она все еще выглядела ужасно. Хотя ее тело было в основном нетронуто, она свернулась калачиком и явно боролась за то, чтобы использовать свои конечности. Даже если она помнила, как использовать свой талант... или даже могла бы использовать его еще, она не сразу бы восстановила свою мышечную память. Она продолжала оглядываться с тупым, ошеломленным взглядом в глазах.

Она до сих пор не произнесла ни слова.

Подталкивая Софию вперед в ее инвалидной коляске, Фредди вышел из клиники и позвонил Тору. Тор послал одного из водителей забрать их, а Фредди отвез ее в Вальхаллу, где ей дали комнату. Это было единственное место, где она могла быть в безопасности, и там был персонал, который мог о ней позаботиться.

Перед тем как уйти, Фредди часами пытался научить ее, как использовать свой талант. Он объяснял, что она должна делать, и показывал ей искру снова и снова. Каждый раз, когда она не могла вспомнить, он злился еще больше. Затем он повысил голос. «Ты тупая сука! Просто используй свой чертов талант, и ты…»

Вид ее, отпрыгнувшей в ужасе, пронзил сердце Фредди.

Он сделал несколько шагов назад и с безумным рычанием выскочил из комнаты. У него не было цели. Он просто бессмысленно бродил по коридорам.

И вдруг —

«Хмм?» — промычал он, заметив жужжание в кармане. «О… Это телефон…» Он поднял трубку, приложив устройство к уху.

«Привет, Фред», — раздался в трубке голос Тора. «Ты можешь зайти в мой офис по-быстрому?»

Фредди стоял молча, тяжело дыша.

«Фредди?»

«Да, конечно. Я сейчас буду». Он повесил трубку, затем замер на несколько мгновений. Затем он повернулся на каблуках и пошел в кабинет Тора. Он вошел в дверь, подошел и сел.

Тор закашлялся. «Так... Ты в порядке?»

«Да», — небрежно сказал он. «Это было… ну, ты знаешь… Ну, не то чтобы я уже не знал, что это может произойти».

«Она… Она твоя…?»

«Нет», — отрицал Фредди. «Мы просто друзья. Едва ли даже это, честно говоря», — сказал он со смехом. «К тому же, еще слишком рано что-либо говорить. Я дам ей немного времени; она, вероятно, вспомнит кое-что. Но, знаешь, я, честно говоря, просто счастлив видеть ее живой. Немногие могут похвастаться тем, что они оправились от того, что были просто головой». Он снова рассмеялся.

Тор нахмурился. «Понятно... В любом случае, э-э», — мужчина посмотрел на стопку бумаг, — «я не собирался беспокоить тебя этим, но у нас сегодня налет. В городе есть что-то вроде станции по торговле людьми, и, насколько мы можем судить, они не связаны напрямую ни с одной из местных сил».

Фредди поднял бровь. «О? Это сюрприз».

«Да, я не уверен, что именно происходит. Но есть признаки того, что это связано с какой-то фракцией из одного из соседних городов. Хотя я не уверен, кому именно мы наступим на ноги, устранив их, у нас нет особого выбора. Мы должны занять позицию, что внешние силы не приветствуются, вмешиваясь в дела Репентавы. Если мы ничего не сделаем, мы навлечем на себя еще больше неприятностей».

«И ты хочешь, чтобы я пошёл?»

«Не столько хочу, сколько нуждаюсь», — серьезно сказал Тор. «У них есть трехзвездочный».

Брови Фредди подпрыгнули. «Правда?»

Тор поднял руку. «Это ранний трехзвездочный, но все же. Насколько нам известно, у вас с Тревисом не должно возникнуть проблем с тем, чтобы разобраться с ним. Обычно я бы это сделал, но есть вероятность, что это ловушка и что кто-то более могущественный ждет, чтобы вмешаться. Я хотел бы быть готовым к этому. Мы собирались пойти завтра, но если хочешь, мы можем отложить, так что…»

«Все в порядке», — сказал Фредди. «Правда. Завтра пойдем».

Тор поморщился. «Я бы посоветовал тебе взять отпуск, но на этот раз ты мне действительно нужен. Мне очень жаль твоего друга. Возьми сегодня и завтра выходной и просто немного расслабься. Думаю, тебе понадобится немного времени, чтобы все это обдумать».

«Да», — усмехнулся он. «Мне бы не помешал сон».

Даже не зайдя домой, Фредди просто направился в ближайшую свободную комнату и упал на кровать. Он проспал 17 часов подряд. А оставшееся время ожидания он читал, чтобы отвлечься.

Запланированный рейд состоялся довольно скоро.

Все заняли позицию для налета на небольшое здание. Фредди, как обычно, был в авангарде.

Разведчики дали сигнал, и все бросились в атаку.

Фредди рванулся вперед. Он пробил стену и прыгнул внутрь, призывая все свое оружие. Он метнул копье прямо в человека и разрубил троих еще своим мечом.

«Фредди, подожди, пока я тебя догоню! Выходи!» — сказал Трэвис по связи.

Фредди проигнорировал его.

С яростным криком он пробил еще одну дверь и ворвался в комнату. Там, окруженный десятью другими, стоял трехзвездный. Это был крепкий мужчина, вооруженный толстым копьем, бритый наголо и с татуировкой на одной стороне головы. Он ухмыльнулся, наблюдая, как Фредди впрыгивает в комнату.

«Что, черт возьми, ты делаешь!?» — крикнул Трэвис в рацию.

И снова Фредди проигнорировал его. Он бросился вперед, но только для того, чтобы десять человек подняли свое оружие и применили свои способности. Огненный шар ударил его прямо в центр, шипы вонзились в его ноги, а стрелы ударили в его броню. Он был окружен со всех сторон и подвергался одной атаке за другой. Его меч был разбит на куски, и он был сбит с ног.

Вся комната была полна дыма и летающих обломков. Фредди был мертв и неподвижен.

«Ебаный идиот», — издевательски произнес трехзвездный, усмехнувшись.

Однако улыбка застыла на его губах, когда он увидел, как Фредди внезапно вскочил на ноги и ринулся вперед.

«Ублюдок!» — закричал мужчина, поднимая копье, чтобы пронзить грудь Фредди. Оружие приземлилось, пробив плащ и пронзив сердце Фредди. Но Фредди проигнорировал оружие и вместо этого применил двойной звездный Струящийся Удар. С громким криком он ударил кулаком с катаром прямо в центр тела мужчины.

Кровавое лезвие вонзилось в броню, сломавшись в процессе, и сила удара раздавила пластину в пыль. Кровь хлынула изо рта трехзвездного, когда он отлетел назад к стене, его оружие все еще торчало из груди Фредди.

Фредди вырвал оружие из туловища и снова прыгнул вперед.

Прежде чем мужчина смог прийти в себя, Фредди нанес еще один Струящийся Удар, и еще один, и еще один. Здание содрогнулось, оглушительные удары разнеслись по комнате, пыль взлетела в воздух, и звук его кулака, сокрушающего кость, ритмично разнесся по залу.

Вся стена рухнула, и трехзвездный влетел в комнату с другой стороны, кашляя, отплевываясь и дергаясь, когда из его пронзенной груди брызнула кровь.

Фредди одним движением создал еще одного Кровавого Обезглавливателя и взмахнул мечом, обезглавив человека и положив конец бою.

К тому времени, как дым рассеялся, десять ошеломленных бойцов увидели избитого, истекающего кровью человека, стоящего над их мертвым лидером, и застыли в ужасе.

Фредди не стал дожидаться их реакции. Он побежал назад, перепрыгивая через очередной шквал огня и снарядов, размахивая мечом сквозь пыль и дым прямо в голову человека. Лезвие ударило человека в ухо, и сила удара заставила всю его голову взорваться внутри шлема.

Мгновение спустя в комнату влетели остальные бойцы Вальхаллы и присоединились к схватке.

Внезапно из угла комнаты раздался звук. Он был примерно таким же громким, как шепот, но Фредди сразу его заметил и приготовился. Он отвел голову в сторону, но тут же мимо него пролетел короткий меч. С нечеловеческой скоростью реакции он завел руку за спину и схватил нападавшего за руку. Судя по толщине руки, это была женщина.

Активировав двойную звезду Гидравлического Напряжения, он перекинул одетую в черное женщину в маске через плечо и швырнул ее на землю, прямо в кучу щебня. Ее рука неприятно вывернулась, и она закричала, но Фредди пнул ее прямо в голову и со всей силы ударил мечом вниз, сломав ей ребра и выбив воздух из легких.

Он наблюдал, как три звезды зажглись в ее груди, когда теневые щупальца быстро потянулись, чтобы связать его. Он не мог ничего сделать, чтобы защитить себя. Они обвились вокруг него, а затем швырнули его через всю комнату, ударив его о стену у потолка и заставив рухнуть на землю.

Женщина медленно попыталась подняться на ноги.

Тем временем Фредди сделал глубокий вдох и напрягся. С почти мокрым, громким звуком разрыва он разорвал теневую обвязку в клочья и встал.

Женщина застыла в ужасе, когда он быстро призвал Кровавое Копье и бросил его прямо ей в голову. Она попыталась увернуться, но из-за ее травм и невероятной скорости снаряда он достиг ее прежде, чем она успела увернуться, пронзив ее череп и убив на месте.

Секунду спустя Тор промчался сквозь потолок, только чтобы увидеть обоих трехзвездных мертвыми. Он упал на землю и тут же повернулся к Фредди. Выражение гнева мелькнуло в прорези в его шлеме, но он сделал вдох и успокоился.

Остальные мужчины были уже либо мертвы, либо связаны. Члены Вальхаллы, которые только что стали свидетелями того, как Фредди жестоко убил двух трехзвездных, уставились на него с благоговением и недоверием.

Тор медленно подошел к Фредди и положил руку ему на плечо. «Я облажался, притащив тебя сюда. Мы поговорим об этом. Ты берешь неделю отпуска».

«Я в порядке», — прорычал Фредди.

«Ты не в порядке, чувак!» — закричал он, дыша так тяжело, что его ноздри раздулись. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. «Ты не в порядке».

Фредди собирался возразить, но почувствовал, как его горло сжалось. Голос не вырвался. Он закрыл рот и вышел наружу.

Когда они впервые прибыли в Оттаву, Марк считал, что им понадобится много времени, чтобы обосноваться. Он не ожидал, что Василиск создаст целую бизнес-организацию и заработает менее чем за месяц.

Гарольд Маскарт был старым монстром во всех отношениях. Будь то его личная власть или его средства, он был зверем в человеческой шкуре. Не было ничего, чего бы этот человек не желал сделать, чтобы обрести больше власти.

Марк сначала стоял в стороне, внимательно наблюдая за работающим мужчиной.

Но затем он получил известие, что его сестра подвергается издевательствам в школе, и что у нее не хватает ресурсов. Это был первый раз, когда он вмешался.

Сначала он избил человека, который мешал их бизнесу. Конечно, этому человеку нужны были деньги на лечение его маленькой дочери, но он все равно был врагом и ужасным человеком. Кроме того, у Марка была простая мантра, чтобы прогнать все сомнения в себе.

У меня на самом деле нет выбора.

Он шаг за шагом продолжал посягать на свои моральные ценности. Это всегда был небольшой сдвиг, крошечный толчок вперед. И у него, как говорят, никогда не было выбора в этом вопросе.

К тому времени, как он обнаружил, что держит в заложниках сына женщины, чтобы заставить ее раскрыть секреты компании, он уже знал, что лжет самому себе.

В одно прекрасное утро он проснулся, чувствуя себя фантастически. Прекрасный утренний солнечный свет наполнил его комнату теплом. Прекрасный звук щебетания птиц доносился из скрытых динамиков, установленных по всей его комнате. Он встал и немного потянулся, затем зажег ароматическую свечу и помедитировал.

Закончив, он вошел в туалет. Там он увидел себя в зеркале. Его глаза с квадратными зрачками моргнули, и он открыл ящик. Он достал небольшую коробочку и открыл ее, извлекая свои специальные линзы. Он надел их, и вот так его глаза снова стали выглядеть нормально.

Он выглядел свежее и красивее, чем когда-либо. Его борода была подстрижена до щетины и аккуратно ухожена. Его подбородок был острее меча.

Он осторожно нанес немного крема на кожу и специальную мазь на бороду. Его кожа сияла приятным светом, а борода, казалось, слегка загустела. Даже трехзвездным не помешало бы немного ухода за собой, чтобы выглядеть наилучшим образом.

Он намазал волосы гелем и зачесал их назад, разделив их пополам. Он выглядел гладким и официальным. Он потратил несколько минут, чтобы попрактиковать улыбку, которую он обычно держал на лице.

Вот так он вышел из квартиры и направился в офис Василиска.

«Марк, дружище!» — поприветствовал его Гарольд. «Ты хорошо выглядишь!»

«Что случилось, старая змея?» Марк поприветствовал Василиска улыбкой, когда тот подошел и сел на стул. «Как дела?»

«У меня все хорошо, спасибо, что спросили», — дерзко ответил Василиск.

Они поболтали несколько минут, обсуждая свои деловые дела. Марк в последнее время открывал собственный бизнес. Он придерживался строго законных операций, поскольку ему не хватало опыта Василиска, но он все равно загребал довольно много денег.

Он действительно не ожидал, что Оттава будет таким богатым городом. Естественно, она не могла сравниться со средним городом империи, но все равно была на удивление конкурентоспособной. Кроме того, оказалось, что быть практически самым могущественным человеком почти во всем регионе позволяло зарабатывать много денег. Кто бы мог подумать?

Пока они продолжали общаться, Василиск внезапно упомянул нечто странное. «Одно из отделений, которое мы недавно открыли в соседнем городе, было поражено и полностью разрушено».

«Что? Какой город?»

«Репентава».

----------

За что бы вы продали себя?

Ной держал руку на голове Софии, медленно наблюдая за тем, что происходило внутри.

Фредди стоял в стороне, с тревогой наблюдая за обследованием.

На протяжении всего мероприятия София просто сидела в инвалидном кресле, ее рука была странно вывернута, а выражение лица — расслабленным.

Наконец, после получаса работы, Ной наконец ахнул и отпустил. Капля пота скатилась по лицу мужчины, и он вытер ее рукавом.

«И?» — нервно спросил Фредди.

Ной грустно улыбнулся и покачал головой. «Как я уже сказал, прежде чем мы начали, этот тип невропатологии выше моей квалификации. Я не могу сказать, что происходит».

Нижняя губа Фредди изогнулась, а брови изогнулись.

«Но», — вмешался Ной, — «я чувствую, что, что бы ни происходило, это постепенно смягчается».

Фредди вскинул голову. «Правда?»

«Я бы не возлагал на вас слишком больших надежд, мистер Клифф. Да, ей становится лучше, но это относительно ее текущего состояния. Я чувствую своего рода… десинхронизацию в ее сознании. Возможно, ее мозолистое тело каким-то образом повреждено, и ее левое и правое полушария мозга все еще пытаются восстановить связь. Но, как я уже сказал, это всего лишь предположение. Я недостаточно квалифицирован, чтобы сказать наверняка».

«Где я могу найти кого-нибудь, кто сможет ее вылечить?»

«Вылечить?» — грустно улыбнулся мужчина. «Я не думаю, что кто-либо в Северном поясе мог бы даже как следует изучить ее ситуацию, не говоря уже о том, чтобы лечить то, что происходит».

«А что за пределами Северного пояса?»

«Я не знаю», — сказал мужчина со вздохом. «Тебе придется уйти и искать ответ самому».

Он сдулся, вздохнув. «Понятно».

«Теперь, если вы не против, давайте позволим ей вернуться в свою комнату и отдохнуть», — предложил терапевт. «Но я бы хотел, чтобы вы остались здесь на несколько минут».

Фредди кивнул и вышел из кабинета на мгновение, позвав сотрудницу, которая помогала ухаживать за Софией. Женщина вежливо кивнула и вошла, толкая инвалидную коляску Софии и отвозя ее обратно в ее комнату.

Двое мужчин сидели на своих обычных местах, как они делали всякий раз, когда проводили терапию. Фредди выглядел несчастным и потерянным, и Ной дал ему несколько минут, чтобы успокоиться, прежде чем они начали.

«Сейчас… возможно, это не самое подходящее время, чтобы рассказать вам об этом, но я бы предпочел не тянуть с этим дольше, чем необходимо».

Фредди нахмурился. «Что происходит?»

«У нас уже было много сеансов, мистер Клифф. И мы не добились никакого прогресса».

«Вы хотите изменить наше расписание?»

«Нет. Я думаю, будет лучше прекратить ваше лечение».

Фредди сидел там в ошеломленном молчании. Озадаченный, он усмехнулся, нахмурившись и сдерживая смущенный гнев. «Что? Ты не можешь этого сделать!»

«Я действительно могу», — вздохнул мужчина. «Нередко лечение не помогает людям. У некоторых оно может даже усугубить их проблемы. Вы... ну... вы ни здесь, ни там. Как я уже много раз говорил, с вами все в порядке. С вами случались ужасные вещи, и ваш мозг просто выполняет свою работу, помогая вам адаптироваться. Конечно, есть хорошие и плохие варианты того, как вы решите адаптироваться к своему мировоззрению, но я не могу быть авторитетом в вашем поведении, если вы просто не позволяете мне этого».

«Ладно, подожди, помедленнее», — сказал Фредди, все еще нервно улыбаясь. «Разве мы не договаривались?»

«Наша сделка подразумевала ваше сотрудничество. Но пытаться заставить вас сотрудничать — это все равно, что пытаться поймать мокрый кусок мыла в воздухе. У вас нет терпения для управления гневом. Вы считаете упражнения на благодарность унизительными и отказываетесь их делать. Та же история со всем, что я пробовал. Если честно, я не думаю, что вы можете измениться, пока не начнете смотреть на мир с другой точки зрения. А вы слишком упрямы, чтобы сделать это».

«Ладно, помедленнее, приятель», — сказал он, защищаясь. «Ты пытаешься выставить меня здесь плохим парнем, но если я правильно помню», — он угрожающе поднял палец, — «всегда было «не торопись» то, «в своем темпе» то — ну и что, черт возьми, произошло вдруг?»

«То, что произошло, мистер Клифф, — это ничто». Доктор вздохнул. «Вы не добились никакого прогресса».

«Но ты сказал...»

«Я уделил вам столько же времени, сколько и всем своим пациентам. Но то, что вы не торопитесь, не означает, что вы можете просто прийти сюда, не намереваясь приложить никаких усилий для улучшения».

«Но как насчет...»

«Пожалуйста, мистер Клифф», — сказал мужчина с поднятой рукой. «Позвольте мне закончить. Если бы дело было в том, что вы медленно продвигаетесь вперед — или вообще не продвигаетесь вперед, — я бы не стал прекращать ваше лечение. Но вам становится хуже. Мне кажется, что наши разговоры привели лишь к тому, что вы укрепили свои предубеждения и свое нынешнее мировоззрение, то самое мировоззрение, которое приводит вас к деструктивному поведению».

«Потому что ты практически требуешь, чтобы я начал бредить о том, как обстоят дела!» — закричал Фредди, все еще сохраняя недоверчивую ухмылку. «Я не могу притворяться, что мир не такой, какой он есть! Ублюдки, рожденные в богатстве и власти, становятся дерьмовыми людьми! Я могу работать над «очеловечиванием элиты» с рассвета до заката каждый чертов день своей жизни, но как именно это что-то меняет?

«Даже Тор продолжает приводить эти бредовые аргументы о втором шансе, но я вижу, что он только и делает, что убивает эту самую элиту! Если уж на то пошло, даже попытка увидеть в этих монстрах просто «заблудших людей» усложняет мою чертову работу!»

«Как я уже много раз говорил, мистер Клифф, это скользкий путь. Речь идет не о том, чтобы заставить вас впасть в заблуждение; речь идет о том, чтобы не дать вам скатиться в безумие и все разрушить».

«Я начинаю думать, что это именно то, что мне следует сделать».

«И я даже не могу сказать, что ты не прав», — сказал Ноа с ноткой циничного юмора. Он вздохнул и покачал головой. «Но я здесь не для того, чтобы обсуждать внутреннюю работу общества. Моя работа — помочь тебе справиться с внутренней работой твоего ума. Я никогда не пытался помешать тебе делать то, что нужно сделать. Но такой, какой ты есть, я не верю, что ты способен вынести эту ответственность».

«Я... Тогда что я должен делать? Что я должен думать? Хорошо, я слушаю, я сотрудничаю — просто скажите мне, что делать, и я клянусь, что я это сделаю!»

Ной открыл рот, затем медленно закрыл его. Он задумался на мгновение, а затем, слегка поправив очки, сказал: «У меня нет полномочий делать это... но если бы они были, я бы уволил тебя с этой работы. Я не думаю, что у тебя подходящая личность, чтобы продолжать этим заниматься».

Фредди усмехнулся. «Ну, я не могу этого сделать».

«Тогда это все».

«Это еще не все», — выплюнул он, нахмурившись. «Что я скажу Тору?»

«Не поймите меня неправильно, но это проблема, которую вы должны решить сами. Хорошего вам дня, мистер Клифф. Увидимся».

Неохотно и медленно кивнув, Фредди встал и пожал мужчине руку. «Ладно…»

И вот так он направился домой. Впереди у него была неделя вынужденного отпуска, и ни единой идеи, как его провести. Теперь, когда он об этом подумал, это, вероятно, первый раз, когда у него был настоящий отпуск.

И, как и многие другие первые моменты в его жизни, этот был неудачным и испорченным обстоятельствами.

Первые несколько дней он проводил большую часть времени с Софией, пытаясь помочь ей вспомнить, кто она такая. Когда он не был с ней, он искал решения ее проблемы, либо читая книги, либо расспрашивая окружающих.

Что касается решений, то их он не нашел. Но предсказание Ноя оказалось верным — ее состояние действительно улучшалось.

Казалось, она медленно выходила из своего полностью ошеломленного и несосредоточенного состояния. При этом прогресс был медленным. Очень медленным. Кратковременные мгновения сосредоточенности были максимумом, на который она была способна, и даже тогда было трудно сказать, насколько она действительно была там. Она по-прежнему не говорила и не двигалась, но Фредди заметил выражение ее лица... «зафиксировалась», так сказать. Как будто она действительно была там в течение кратчайшего из мгновений, прямо перед тем, как снова погрузиться в густую дымку сломанного разума.

Тяжело было видеть ее такой. В глубине души он все еще лелеял надежду, что все будет хорошо, как только она восстановит достаточно функций, чтобы использовать свой талант.

Но он изо всех сил пытался сохранить надежду на то, что такой исход осуществится.

Уже был июль. Видеть снег все еще было странно, но погода начинала немного теплеть. Каждый день становилось немного холоднее, а облака казались менее гнетущими. Снег начал немного отступать, и вскоре, возможно, даже пойдет дождь.

В одну из таких чуть более теплых, чем обычно, ночей Фредди вышел из квартиры и отправился гулять по городу. Это было действительно гнетущее место. Люди выглядели уставшими и напряженными. Прохожие бросали на него странные, осторожные взгляды, когда проходили мимо него по улице.

Он проигнорировал все эти вещи, насколько это было возможно, и направился в ближайший парк.

Наркоманы и бандиты заняли почти каждую скамейку в поле зрения. Было удивительно многолюдно, ропот и случайные крики разносились эхом по редкому парковому лесу.

В какой-то момент ему надоело искать место, чтобы сесть, поэтому он прогнал около дюжины мужчин с одной из скамеек и занял их место. Достаточно было короткого мелькания его ауры, и они побежали так, словно на них снизошел сам дьявол.

Его краткая демонстрация силы сделала больше, чем предполагалось. Похоже, он недооценил инстинкты наркомана. Эту короткую, слабую вспышку ауры ощутили практически все в парке, и никто не колебался, прежде чем покинуть территорию. Это было горькое зрелище. Как часто эти люди подвергались издевательствам со стороны тех, кто был у власти, чтобы вести себя так?

Ну... это был немного лицемерный вопрос от одного из таких задир.

Вздохнув и мрачно посмеиваясь над собой, он сел, скрестив ноги и раскинув руки по расколотому дереву разрисованной граффити скамейки.

По крайней мере, наконец-то стало тихо.

Он откинул голову назад и уставился на небо. Облаков не было, но ветер все еще разносил разбросанные снежинки. Яркий фон города вокруг него затруднял различение ночного неба, но он все еще мог видеть его своим улучшенным восприятием. Он даже мог различить планеты по звездам. Он задавался вопросом, что же там можно найти.

Были ли проходы на Марсе? Если да, то мог ли он попасть туда с Земли? И если мог, то что его ждало бы по ту сторону?

Почти все миры, куда можно было попасть через межпространство, имели схожую плотность атмосферы. Если воздух был непригоден для дыхания, то только потому, что он был слишком горячим или токсичным.

Если на Марсе были проходы, это означало, что его атмосфера была совсем не такой, какой она была до Разлома. К сожалению, никто не мог этого сказать.

Было хорошо известно, что у луны нет проходов, что можно было наблюдать по полному отсутствию атмосферы, но это не означало, что там ничего нельзя было найти. В зависимости от плотности эфира, она вполне могла быть заселена несколькими разумными эфирными конструктами, многие из которых, возможно, даже достигли уровня эйдолона.

Учитывая, сколько странных талантов было в мире, не было ничего невозможного в том, что кто-то могущественный уже посетил Луну. Он задавался вопросом, сможет ли он сам когда-нибудь отправиться туда. Он задавался вопросом, что он там найдет.

На короткое мгновение ветер стих, и он почувствовал, как странное спокойствие опустилось на окружающие леса. Но вскоре оно снова усилилось. Большой лист приземлился сбоку на его шею. Он застрял в воротнике. Он потянулся и вытащил его, отпустив обратно в ручей и отправив его вниз по его пути.

Он смотрел, как лист уходит, и вскоре он потерял его из виду, когда он исчез за деревом. Вид его исчезновения почему-то огорчил его.

Одна вещь, о которой никто не упоминал о власти, — это бремя возможности сделать так много. В каком-то смысле даже лучше не иметь выбора — просыпаться каждый день и идти на работу, а потом возвращаться и заниматься домашними делами. Это создавало парадоксальную свободу. Подобно листу, несомому ветром, который не может выбрать, где приземлиться, он никогда не будет виноват в том, что достиг неправильного пункта назначения.

Он всегда будет винить во всем ветер.

Фредди чувствовал, что его текущая жизнь контролируется хаосом. И все же он знал, что это он контролирует. Ему нравилось сосредотачиваться на тренировках из-за структуры, которую они ему давали. Но все тренировки продолжали открывать ему все больше и больше возможностей.

Терапевт был прав.

Он был неподходящим человеком для этого.

Там было просто слишком много ублюдков.

Он не мог смириться с тем, что им не удастся исчезнуть.

Возможно, это и было источником проблем, с которыми он сталкивался. Разрушительные побуждения и ненависть, которые он копил всю свою жизнь, наконец-то получили выход, и он позволил им сделать выбор за него.

Хотя Ной не чувствовал, что Фредди делает какие-либо успехи, он не мог сказать, что все эти разговоры были напрасны. Увольнение его чертовым терапевтом также было своего рода звонком для пробуждения.

Вздохнув, он наконец встал со скамейки и продолжил прогулку.

Еще не было и 9 вечера. Поэтому он решил снова навестить Софию.

Как только он добрался до дороги, он сел на свой мотоцикл и отправился в путь. Дороги становились немного опасными в это время года. Дни стали намного длиннее, и, как следствие, снег растаял, а затем замерз на улицах. Он пережил несколько опасных ситуаций, когда вылетел с обочины, но, к счастью, мотоцикл хорошо подходил для езды по неровной местности.

Вскоре он добрался до входа в штаб-квартиру Вальхаллы и подождал, пока откроются ворота. Он въехал внутрь и сложил мотоцикл, готовясь войти в главный комплекс.

Но как раз в тот момент, когда он собирался войти, двери открылись, и вышли двое человек.

Лукас и его подруга Джанис радостно хихикали и оживленно беседовали.

Они заметили его и замерли на месте.

«О, ух ты, привет!» — поприветствовал его Лукас, посмеиваясь. «Давненько тебя не видел, мужик; как дела?»

«Здравствуйте, мистер Клифф», — поприветствовала Дженис с немного натянутой улыбкой. «Лукас», — позвала она и потянула его за рубашку. «Я пойду».

«Ой, прости, детка», — сказал он с неловкой улыбкой. Он слегка поцеловал ее в губы. «Пока. Увидимся в понедельник».

«Пока-пока!» — быстро поприветствовала их обоих Дженис и побежала к ближайшей машине, которая должна была отвезти ее домой.

«Я вижу, что у вас двоих все хорошо», — сказал Фредди с нежной улыбкой. «Я рад».

Лукас кивнул и посмотрел на Фредди.

Фредди вздохнул и наконец встретился взглядом с Лукасом.

Молодой человек так сильно изменился за последние несколько месяцев. У него больше не было долговязого, маленького телосложения. Его плечи стали шире, кожа чище, а глаза острыми, сосредоточенными и серьезными. Он выглядел более уверенным. Намного меньше мальчика и гораздо больше мужчины. Это было ошеломляющее преображение.

«Так…» — сказал Фредди, неловко кашлянув. «Давненько не виделись, а?»

«Да... Э-э...» Лукас указал пальцем внутрь. «Хочешь пойти и, может, посидеть, выпить по стаканчику-другому?»

«Вообще-то… знаешь что, я… Как насчет того, чтобы мы просто посидели где-нибудь на улице? Я не в настроении находиться среди людей. К тому же, ты, возможно, слышал какие-то слухи…»

«О том, что ты немного…» Лукас покрутил пальцем у головы и поморщился. «Да, я слышал. И меня это устраивает. Давай найдем место, где можно посидеть».

Они немного прошли, пока не нашли пустую скамейку.

Фредди огляделся вокруг, любуясь, насколько все здесь по-другому. Это было радикальное изменение. Окружающая местность казалась намного безопаснее — намного цивилизованнее. Та же самая тирания не могла ощущаться так открыто в этом маленьком закрытом сообществе. Он хотел бы, чтобы так было везде. И он хотел, чтобы это не стоило той цены, которую постоянно платили храбрые мужчины и женщины, боровшиеся против правления других фракций.

Он посмотрел на Лукаса с болью в глазах и выдавил улыбку. «Как дела? Хорошо приспосабливаешься?»

Лукас фыркнул. «Нет, черт возьми, мужик. Это было тяжело. Меня так часто били по голове, что, кажется, я начинаю тупеть».

Фредди усмехнулся. «Веселишься, я вижу?»

«Да, да... Нет... Честно говоря, я не такой». Пальцы Лукаса сцепились, он сжал руки, наклонился вперед, вздохнул и нахмурился. «Это... Я чувствую, что моя жизнь так внезапно изменилась. Я все еще пытаюсь с этим смириться».

«Да. Безумие, что может сделать с тобой становление архичеловеком. Это бьет по тебе сразу. В один день ты никто. На следующий день... ну, ты уже не никто». Он усмехнулся. «Я помню, как чувствовал себя так, будто умер и возродился».

«Чёрт. Именно это я иногда и чувствую», — сказал Лукас, посмеиваясь в ответ.

«Как твоя мама?»

«Она в порядке. Я думаю. Я имею в виду, что она на самом деле не покидала это сообщество с тех пор, как приехала сюда. Технически, она не вернулась к своим старым привычкам, но, вы знаете». Он неопределенно указал на здания вокруг них. «Здесь нет казино».

«Да... Надеюсь, она сможет это пережить».

«Хех. Я тоже на это надеюсь».

«Итак», — Фредди хлопнул в ладоши, — «я вижу, ты все еще с Дженис».

«Да, да… Но, чувак, это было тяжело».

«В чем проблема?»

«Я всегда занят тренировками, и... ну... я живу здесь. Как стажер, я не могу бегать по городу без защиты».

«Да, имеет смысл. Извини, если это тебя беспокоит, но…» Фредди поднял большой палец в сторону выхода, «ты уверен, что с ней все в порядке? Я имею в виду, что она…»

«Я имею в виду...» — сказал Лукас, затем заколебался. «Типа, она бы переехала сюда; она сказала мне, что хочет. Но, чувак, ее родители такие чертовы... тьфу». Он застонал и уткнулся лицом в ладони. «Они такая чертова заноза в заднице».

«Что? Ей не дают свободы?»

«Чувак, я едва убедил их, что я не варвар-террорист», — сказал Лукас, покачав головой. «Я думаю, они все еще верят, что наша связь временная, и что она «придет» в любой день и поищет работу в одной из «правильных» фракций, и, боже, они действительно любят давать мне знать. Каждый раз, когда я прихожу к ней домой, они продолжают говорить по-французски, просто чтобы подшутить надо мной. Хуже того, Дженис учила меня французскому, так что я знаю, что они в открытую наговаривают на меня».

Фредди хихикнул. «Чёрт, это... это что-то, ну да. И здорово! Круто видеть, что ты учишь французский. Давай, скажи что-нибудь».

«Нет, у меня это плохо получается».

«Нет, ладно, я хочу это услышать».

Лукас покраснел, а затем сказал несколько предложений по-французски.

Это было действительно захватывающе. Если бы смертный сказал то же самое, или если бы это была запись, Фредди не понял бы ни единого слова из того, что сказал Лукас.

Но поскольку они оба были архилюдьми, Фредди все понимал.

Это явление происходило между любыми двумя вознесенными просветленными существами. Черт, во время своей первой настоящей встречи с миром архилюдей Фредди видел, как человек разговаривал с этими «геге гага» ублюдками, и этот человек мог ясно понимать их странный язык без каких-либо проблем.

Но это, действительно, ограничивалось только вознесенными существами. Родители Дженис были смертными, а значит, они могли открыто говорить гадости о Лукасе, и бедняга от этого не стал бы умнее.

К счастью, это также означало, что у архилюдей не возникало никаких проблем с изучением новых языков, поэтому такие ситуации редко были проблемой.

Они еще некоторое время болтали о повседневных вещах и просто наверстывали упущенное. Никто из них не упомянул о странном поведении Фредди в последний раз, когда они виделись.

В какой-то момент Лукас внезапно замолчал.

«Хмм? Ты в порядке?»

«Да, гм…» Лукас наклонился вперед и на мгновение, казалось, съёжился. В его глазах отразился внутренний конфликт, когда он разжал руки и посмотрел на свои нагромождающиеся мозоли. «Знаешь, когда я был смертным, я… как… у меня было такое восприятие людей, которое было… я чувствовал, что архилюди и смертные даже не были одним и тем же видом».

Фредди собирался ответить, но обнаружил, что ему нечего сказать. Поэтому он просто промолчал и подождал, пока Лукас продолжит.

«Знаешь, это так странно. Я всегда думал, что буду чувствовать себя более важным, если стану архичеловеком. Как будто что-то изменится в том, как я вижу свое место в мире. Не пойми меня неправильно, я чувствую себя совсем иначе, чем всего несколько месяцев назад», — пояснил он. «Но…» Выражение его лица смягчилось, и он снова посмотрел на свои руки. «Я все еще просто… Эй, Фредди?»

«Хм?»

«Как ты думаешь, все жизни одинаково ценны?»

Фредди усмехнулся. «Чёрт возьми, я знаю, чувак. Я имею в виду, очевидно, что они не для людей у власти».

«Нет, я имею в виду... в принципе».

«Я знаю, что ты имеешь в виду, но, знаешь ли, это сложный философский вопрос». Он выдохнул воздух через губы, зарывшись пальцами в свои длинные волосы и откинувшись назад. «Не знаю, чувак… Я думаю… Знаешь, некоторое время назад я бы ответил либо «да», либо «нет», но сейчас… Я думаю, это не совсем правильный вопрос. Я имею в виду, чувак, императрица чертовски важна.

«Во всех смыслах, которые хоть что-то значат, ее существование является существенным фактором в великой схеме вещей. То же самое и со всеми, кто у власти. Но с другой стороны…» Он уставился на свою развернутую ладонь, как и Лукас. «Кто угодно может быть. Любой придурок, будь он больным, бедным, старым или просто слабым, может потенциально стать кем-то очень важным.

«Тот самый неловкий кассир, на которого многие плюют и на которого вымещают свой гнев, может наткнуться на поворот судьбы и перерасти в катастрофу». Он сжал кулак. «В этом-то и дело, не так ли? Власть — это не статична. Возникает соблазн сказать, что твоя власть не определяет твою ценность, но как разделить власть и ценность, когда власть определяет, кто будет жить, а кто умрет? Но теперь меня озаряет, что есть простой способ решить эту проблему — я действительно думаю, что каждая жизнь стоит одинаково. Но не все стоят одинакового количества жизней».

Лукас уставился на него, застыв и слегка разинув рот. Он медленно отвернулся и слегка кивнул. «И сколько, по-твоему, стоит одна жизнь?»

Фредди фыркнул. «Это глупый вопрос, чувак. Как мне на него ответить?»

«Извини, я...»

«Вообще-то, знаешь что?» — спросил Фредди, сосредоточившись на своем кольце. «У меня есть кое-кто, кого мы можем спросить». Он извлек из кольца маленькую стеклянную коробочку и открыл ее.

Внутри был первоклассный след, и глаза Лукаса расширились при виде этого. Это был желтый шар с самодовольной улыбкой на вытянутом лице.

Фредди вытащил его, улыбнувшись ему в ответ саркастической ухмылкой. «Эй, прайм!» — крикнул он. «Как ты думаешь, сколько стоит одна жизнь?»

«Хм, разве это не очевидно? Жизнь стоит столько, за сколько ее продает владелец».

Фредди разразился хихикающим смехом. «Понятно, понятно, это хорошо!»

Лукас неловко усмехнулся.

Фредди перестал смеяться и снова спросил: «А как насчет тех, у кого нет хозяина?» — спросил он с выражением «попался» на лице.

«Они ведь все еще владеют собой, не так ли?» — ухмыльнулся Прайм. «Тогда скажи мне, человек: за что бы ты себя продал?»

Лукас нервно рассмеялся и сказал. «Чувак, я слышал, что праймы известны тем, что дают абсурдные ответы на философские вопросы, но все равно впечатляет, что…» — его слова затихли, когда он увидел ошеломленное выражение лица Фредди. «Эээ… Фредди?»

Фредди щелкнул пальцами и быстро убрал прайм. «Извини, приятель, мы еще увидимся, ладно? Было здорово снова поговорить с тобой». Он двинулся было уходить, но остановился, медленно поворачиваясь к Лукасу. «Было действительно здорово снова поговорить с тобой».

Лукас на мгновение замер, а затем улыбнулся. «Да. Это действительно так».

«Увидимся. Выпивка в следующий раз. За мой счет».

«Конечно, конечно, ха-ха», — сказал Лукас. «Береги себя».

«Пока, мужик».

«Увидимся».

Фредди наконец развернулся и убежал. Он быстро вытащил свой мотоцикл и сел на него. «Кровопролитие», — крикнул он.

«Что это, Мастер?»

«Приготовься. Мне может понадобиться твоя помощь кое в чем».

«Что мы будем делать?»

Фредди грустно усмехнулся. «У нас прием у врача».

----------

Сила денег

Когда Фредди было шестнадцать, он все еще работал на складе и в основном держался особняком. Складывал коробки, сортировал предметы, проводил инвентаризацию. Складывал коробки, сортировал предметы, проводил инвентаризацию.

Складывал коробки.

Сортировал предметы.

Проводил инвентаризацию.

День за днем. Снова и снова.

Но оглядываясь назад, если бы ему пришлось выбирать между работой кассиром и работой на складе, он выбрал бы последнее в девяти случаях из десяти. Почему в девяти случаях из десяти?

Потому что в работе на складе был один огромный недостаток.

Достаточно одного паршивого коллеги, и ваша жизнь превратится в сущий ад.

«Эй, ублюдок, может, ты отойдёшь с дороги?» — раздался хриплый голос позади Фредди, и он вздрогнул, быстро обернувшись и сжавшись в комок.

«Извините, я...»

«Я сказал, отвали!» — повторил мужчина, отталкивая Фредди с дороги и ставя коробку на землю.

Мужчина был высоким и крепким, бритым наголо, с пирсингом в носу и татуировками, едва видными из-под рубашки. Его язык был острым, а его поведение было отвратительным.

Фредди смотрел ему вслед, губы его скривились, и он сплюнул в сторону. «Мудак».

Около недели назад этот человек начал работать в ту же смену, что и Фредди. И с каждым днем его отношение к остальным становилось все хуже и хуже. Особенно к Фредди.

Казалось, каждая встреча с Фредди была всего лишь очередным моментом, делающим день подростка еще хуже.

Он толкал его, подставлял ему подножку, щипал его, бил его по руке, шлепал его по затылку, щелкал его по лбу, дергал его за нос и, что хуже всего, тыкал его в бок. Из всего Фредди больше всего ненавидел тычки. Потому что как бы он ни старался, у него всегда была сильная рефлекторная реакция. Затем он либо ронял то, что нес, либо просто выглядел слабаком.

Со своей стороны, Фредди никогда не делал ничего, чтобы попасть в немилость этого человека. Он даже наивно пытался помочь человеку в надежде на лучшее обращение. Когда это ни хрена не дало, он попытался сообщить об этом человеке руководству, но никого не волновало такое подлое издевательство.

Такое отношение продолжалось несколько месяцев, но со временем ситуация только ухудшалась.

Пока однажды мужчина не появился на работе. Потом он пропустил еще один день. И еще один.

Фредди не осмеливался питать никаких надежд, но молился, чтобы этот человек наконец уволился или его уволили.

Но он мало что знал...

На четвертый день, как только он подъехал к работе, он прошел мимо двух коллег, которые сплетничали.

В этот момент он узнал, что мужчину нашли мертвым, избитым до багрового цвета, со сломанными костями в теле.

Он вспомнил, что чувствовал в тот момент. Замер на месте, словно весь его мир замер. Он не смел признаться себе в этом. Он не хотел быть таким человеком.

Но он не смог сдержать ухмылку, расползающуюся по его лицу.

Так ему и надо.

Много лет спустя Фредди сидел, скрестив ноги, примерно в ста метрах от клиники, курил сигарету и ждал. Было раннее утро, рассвет уже лизал горизонт, и небо было чистым. Он не спал в ту ночь.

«Хозяин», — наконец позвал Кровопролитие. «Я нашел доктора», — сказал он, имея в виду человека, который был одновременно ведущим врачом во время операции Софии и человеком, который работал на объекте по извлечению органов.

Глаза Фредди прищурились. «Хорошо. Следи за тем, где он находится, и скажи мне, когда заканчивается его смена».

На самом деле Фредди не так уж давно стал архичеловеком. Но мысли о его прежней жизни казались далекими и бледными, словно это произошло целую жизнь назад.

Что касается человека, который издевался над ним, Фредди даже не помнил его имени.

Тогда он сделал все возможное, чтобы сдержать ликование, вспыхнувшее, когда он узнал о смерти этого человека. Однако теперь он знал себя достаточно хорошо — если бы он каким-то образом обрел силу, заставляющую этого человека исчезнуть, он был бы виновен в его смерти.

«Хозяин», — позвал Кровопролитие. «Смена доктора окончена. Несколько сотрудников собрались, чтобы их перевезли в хорошо охраняемом автомобиле».

Фредди цокнул языком. «Чёрт… Неважно, просто следуй за ними». Он бросил сигарету на землю и растоптал её. «Давай сначала посмотрим, куда они направятся».

Но с тех пор он изменился. Он не стал лучше или более снисходительным, ни в малейшей степени. Но если бы он знал то, что знает сегодня, он бы никогда и пальцем не тронул этого человека, даже если бы у него была такая возможность?

Почему?

Он пошел вперед, медленно следуя за автобусом, перевозившим персонал клиники. Они не уехали далеко. Через несколько минут автобус въехал в огороженный комплекс, больше похожий на тюрьму, чем на жилые помещения. Он выследил заброшенное здание неподалеку и спрятался внутри, ожидая, пока Кровопролитие определит точную квартиру, где живет врач.

Он вытащил еще одну сигарету, закурил и, прислонившись к стене, глубоко затянулся.

Почему бы ему не убить этого человека сейчас, если он сделал бы это шесть лет назад?

Все просто — если бы у него была такая сила, он мог бы заработать кучу денег. И не потребовалось бы многого, чтобы превратить человека из задиры в собаку, пресмыкающуюся перед ним и выпрашивающую объедки.

Личная власть может иметь большое значение.

Но ничто не может превзойти силу денег.

Насилие явно не сработало для него. Поэтому пришло время применить другой подход.

«Хозяин, доктор один в своем жилище. Что мне теперь делать?»

«Давай сначала немного подождем, — сказал он. — Присматривай за ним».

Кровопролитие держало его в курсе действий врача. Мужчина медленно расслабился после работы, и примерно через час он развалился на диване в пижаме, включил свой BC и, казалось, медленно погрузился в сон.

Фредди фыркнул. Не спится нечестивцам, приятель. Пора просыпаться.

«Кровопролитие. Ты предстанешь перед врачом. Я скажу тебе, что сказать».

«Понял».

Доктор хихикнул, увидев что-то на BC, и почесал задницу. Его радость длилась недолго, так как внезапно на краю его зрения появился окровавленный скелет ростом по пояс. Мужчина на мгновение замер, а затем включилась его реакция бегства. «Охренеть!» — закричал он, выпрыгивая из дивана и бегом к двери.

Но Кровопролитие оказалось быстрее, оно прервало его и угрожающе подняло когти. «Пошевелишься — и ты труп».

Доктор замер, дрожа на месте.

«Закричи — и ты труп. Попробуй попросить о помощи любым способом — и ты труп. Понял? Тебе разрешено кивнуть».

Доктор кивнул, его пижамные штаны намокли в паху.

«Хорошо», — сказал Кровопролитие, или, скорее, Фредди, говорящий через него. «Ты можешь называть меня Черепом. Тебе не нужно бояться. Я здесь не для того, чтобы причинить тебе вред. Я здесь, чтобы сделать тебе деловое предложение».

Рот доктора дрожал, когда он пытался его открыть. «Чт... Чт-что вы хотите от меня?»

«Те органы, которые вы и ваши люди собирали, — скажите мне, где вы их продавали».

Глаза мужчины сверкнули. «Я... я не могу вам этого сказать! Я и-и-иду на то, чтобы меня убили!»

«Ты умрешь, если мне не скажешь».

«Я... Подождите, пожалуйста! Мы использовали большинство из них для нашего бизнеса!»

«Я знаю размер вашего бизнеса. Невозможно, чтобы вы использовали все товары локально. Вы продали остальное третьей стороне, верно?»

У доктора перехватило горло, и он захлебнулся словами. «Я... Да... Но я серьезно говорю, что не могу вам сказать!» Доктор нервно огляделся. «Я-я-я н-не знаю, кто вы, н-но вы играете со своей жизнью! Забирайте с-вашего духа и уходите!»

Кровопролитие подняло обе руки. «Десять…» Он медленно сжал один палец. «Девять…»

«Подожди! О, черт возьми! Т-ты дурак!» Доктор дернул себя за волосы, глаза налились кровью, рот хлопал.

«Восемь… Семь…»

"Шесть…"

"Пять…

«Четыре…»

Доктор застонал.

"Три…"

"Два…"

«Это судья!» — наконец крикнул он. «Местный судья! Мы продали ему органы! Теперь ты понимаешь!? Я-если кто-нибудь узнает, что я тебе это сказал, мы оба мертвы!»

«Интересно. Можете ли вы связаться с ним?»

«Что!? Ты с ума сошла! Он бы убил меня, если бы я сделала это по пустякам!»

«Значит, ты можешь».

«Аааааа! Ты не понимаешь сути!»

«Нет, доктор, вы не понимаете сути». Кровопролитие сделал шаг вперед. «Или вы сотрудничаете, или вы умираете. У вас нет права спорить».

Доктор взвизгнул и неохотно отступил назад.

«Теперь ты научишь меня, как извлекать органы».

«Это пустая трата времени! Ты…» — голос доктора застрял в горле, когда небольшой клок волос внезапно упал с его головы прямо перед глазами. Все, что он увидел, была короткая красная вспышка. Он заскулил. «Я… Черт…»

В течение следующих нескольких часов врач собирал всю необходимую информацию о том, как безопасно и эффективно извлекать органы, как их хранить и как транспортировать.

Затем Кровопролитие подробно описало определенное место недалеко от места жительства доктора и велело ему отправиться туда.

«Помни», — прошептал Кровопролитие. «Я буду наблюдать за тобой». Затем он исчез в Незере.

Увидев это, доктор чуть не выронил бумаги, которые держал в руках. «Что... Он исчез...? Это не связанный дух...? Боже мой... Во что я ввязался?»

Он послушался и вынес бумаги на улицу, пройдя несколько минут. Затем он осторожно оставил их за мусорным контейнером и огляделся. «Вот, держи…» — нервно сказал он. «Я принес тебе бумаги».

Кровопролитие внезапно появилось позади него. «Хорошо».

Доктор подпрыгнул, обернулся и схватился за грудь.

Ухмылка Кровопролития, казалось, слегка расширилась. «Я буду наблюдать за вами, доктор. Я буду рядом, когда вы работаете. Я буду рядом, когда вы отдыхаете. Я буду наблюдать за вами, когда вы спите. Попробуйте рассказать об этом кому-нибудь, и я узнаю. И я убью вас. Скоро вы получите свой следующий приказ. А пока найдите минутку, чтобы расслабиться. Вы заслуживаете хорошего ночного сна». С дьявольским хихиканьем Кровопролитие исчезло в Незере, оставив доктора в одиночестве.

Доктор выглядел бледным и усталым, повернулся и пошел домой.

Через несколько минут Фредди появился возле мусорного контейнера, схватил папку и вытер с нее часть грязи. «Пора приниматься за работу».

Пока он поручал Кровопролитию следить за доктором, он пошел и собрал все необходимое. Он мог спокойно пропустить большую часть вещей, связанных с безопасностью, но он не мог обойтись без надлежащего оборудования для хранения.

Затем, после дня чтения инструкций, он приступил к работе. Очевидно, что этого времени было недостаточно, чтобы изучить все детали того, как это правильно делать, но, опять же, ему вряд ли нужно было быть деликатным. Самой важной информацией была точная стоимость конкретных органов и правильный способ их хранения.

Что касается ценности его органов, то он был чертовым сокровищем. Не говоря уже о том, что он был настолько здоров, насколько это вообще возможно для человека, или о том, что он был пиковым двухзвездочным, но он также был нежитью. Цена органов нежити была в несколько раз выше.

Затем оставалось только их достать.

Он подготовил часть своей комнаты и наконец приступил к работе. Хотя он уже хорошо привык к боли, было что-то особенно ужасное в извлечении собственных органов. Сдирание кожи было особенно мучительным.

При этом, это было на самом деле довольно легко. Его внутренняя жесткость действительно сделала процесс довольно медленным, но хирургические скальпели все еще могли резать при достаточном упорстве. Вдобавок ко всему, он имел почти полный контроль над потоком своей крови, что позволяло ему сделать процесс чище и эффективнее, чем обычно.

Он вынул свое сердце, печень, легкие, почки и большой кусок кожи. Его сердце было довольно проблемным куском, потому что ему пришлось сначала опорожнить его от всей крови. К счастью, он учел это и приготовил большой контейнер, откуда он мог легко отсосать кровь обратно позже.

Закончив, он все это правильно сохранил и принялся за восстановление.

Восстановление заняло много времени. Отсутствующая ткань, особенно нежная ткань органа, была чертовски дорогой, чтобы вырастить ее идеально. Это заняло у него целый день работы. Процесс также был заметно дорогим в плане потребления эссенции, в первую очередь из-за того, что ему приходилось так много перемещать кровь.

Он точно знал, что это можно сделать гораздо быстрее и эффективнее, но с его текущим методом это было лучшее, что он мог сделать.

«Ну что ж…» — сказал он, убирая контейнер в свое кольцо для хранения. «Пора идти».

Фредди спрятал контейнер в углу заброшенного здания, а затем поручил Кровопролитию отвезти туда доктора.

Мужчина наконец увидел контейнеры и вздохнул. Он подошел и осторожно открыл их, оставаясь осторожным, чтобы не загрязнить товар. Как только он увидел органы, его глаза широко распахнулись. Мужчина осторожно осмотрел их, и с каждой новой деталью, которую он замечал, он ахал и пошатывался от шока. «Иисусе...» пробормотал он.

Кровопролитие стояло рядом с ним, его ухмылка была наклеена на его голый череп. «Как вы думаете, судья будет заинтересован?»

«Думаю ли я...?» — усмехнулся доктор. «Я не знаю, кого вы убили за это, но это невероятно. Я никогда в жизни не видел таких органов».

«Все, что вам нужно сделать сейчас, это продать их», — сказал Кровопролитие. «В коробке слева от вас есть небольшое записывающее устройство. Вы будете использовать его для записи всего вашего взаимодействия с судьей, чтобы убедиться, что не будет никаких нелепых дел».

Мужчина стиснул зубы. «А что, если судья это заметит!?»

«Это очень скрытное записывающее устройство, но все равно есть риск, что его заметят. Если это произойдет, вас, скорее всего, убьют».

В глазах доктора отразилось отчаяние.

«Но я не собираюсь быть безжалостным. С твоей стороны я дам тебе 10% от продажи».

Врач внезапно оживился. Это были большие деньги. Но они явно не оправдывали связанный с этим риск.

Но Кровопролитие не закончилось. «Это, кстати, не последняя сделка, которую мы собираемся совершить». Его ухмылка стала шире. «Там, откуда они взялись, осталось много органов».

Глаза доктора широко распахнулись. «Они… одинакового качества?»

«Да».

Внезапно отчаянный взгляд начал исчезать. Когда перед глазами доктора промелькнули цифры, его невольная хмурость медленно трансформировалась в выражение возбужденной, ожидающей радости.

По другую сторону этого взаимодействия, скрытый в нескольких зданиях от него, Фредди прислонился головой к стене, его сердце колотилось в груди.

Это был огромный риск. Он предпринял все мыслимые меры предосторожности, чтобы не быть обнаруженным. Но опасность все еще была.

Судья, скорее всего, был бы очень доволен одной партией и, вероятно, не стал бы пытаться отслеживать поставки врача. Как только появилась вторая партия таких органов, все ставки были отменены.

К счастью, с помощью Кровопролития Фредди мог легко спрятать органы в уникальных местах, а затем сообщить врачу, где они находятся. Это минимизировало бы риск слежки. Он также доставлял бы органы через нерегулярные интервалы.

При этом он не собирался идти на это без долгосрочного плана. На данный момент судья был тем, с кем Фредди определенно не мог справиться в драке. Но Фредди не собирал эти деньги без цели.

Таким образом он заработал бы немало.

Достаточно, чтобы разобраться с «Веком одиночества».

----------

Капитализм

Доктор Кенфилд вырос, веря в человеческое достоинство и моральные ценности. Он усердно учился, чтобы стать врачом, помогать людям и сделать мир немного менее темным местом. Он, конечно, был ужасно невежественным относительно того, насколько отвратительны вещи.

Общество архилюдей прогнило до основания. Когда он понял, что однажды гниль поглотит и его, он понял, что должен сделать выбор.

И он решил присоединиться к личинкам.

Ему нечем было гордиться, учитывая то, что он сделал. Сначала его жизнь была жалким адом, полным бессонных ночей и вины, которая съедала его до основания. Но это было поистине чудом, к чему люди могли привыкнуть, если им дать достаточно времени, и, ну...

Достаточно денег.

Находясь в своей частной лаборатории, он работал над исследованием органов, которые ему дал «Череп». Прежде чем он мог продать их, ему нужно было должным образом сертифицировать их качество.

Плавными, эффективными движениями он собирал образцы и проверял органы, один за другим. С каждым шагом на пути к завершению его руки становились все более трясущимися, а спина все более потной.

Он делал то же самое сотни раз.

Обычно считалось, что лучше всего извлекать органы у кого-то, кто в целом здоров и не имеет проблем со злоупотреблением наркотиками. Естественно, если это был архичеловек с одной звездой, это делало его органы еще более ценными, но архилюди имели тенденцию повышать свою выносливость и долголетие, что часто приводило к тому, что органы были даже хуже, чем у обычных смертных.

«Идеальным» сценарием было бы найти человека с одной звездой, который заботился о своем здоровье и не получил серьезных травм.

Но органы, которые он искал, были идеалом иного рода.

По сути, это была фантазия, своего рода праздная греза, которую мог вызвать пытливый ум, исследуя крайности того, как теоретически может выглядеть набор органов.

К тому времени, как он закончил осмотр, он рухнул в кресло и покачал головой. «Я не могу это продать…» — понял он. Поэтому он терпеливо ждал.

Не прошло много времени, как появился маленький скелет. При виде этой штуки сердце доктора забилось быстрее, а горло сжалось. «Здравствуйте, мистер Череп…»

«Вы закончили обследование?»

«Да... и у меня для вас плохие новости». Доктор сглотнул. «Эти органы... они ведь были созданы искусственно, не так ли?»

Скелет замер, оставаясь неподвижным в течение нескольких долгих мгновений. Затем он медленно кивнул головой. «Да».

«Понятно... Значит, я был прав...» Он усмехнулся. «Проще говоря, любой метод, который вы использовали, действительно изумителен. Слишком изумителен. Эти органы бесценны — и я имею это в виду буквально. Им не может быть назначена никакая цена. Не говоря уже о том, чтобы я продал их судье, даже судья не смог бы продать их потенциальному покупателю, не будучи похищенным и не получив под пытками информацию о происхождении органов».

«Что ты пытаешься сказать?»

«Я не могу продавать эти органы, мистер Череп». Он самоухмыльнулся. «Угрозы моей жизни тоже не изменят моего решения. Я в любом случае покойник, если попытаюсь это продать, и при всем уважении, вы тоже можете оказаться в опасности».

Голова скелета слегка опустилась. «Понятно». Затем он угрожающе поднял когтистую руку.

Доктор вздрогнул, но ухмылка все равно скользнула по его лицу. «Ну что ж… Я предвидел, что это может случиться». Его ухмылка исчезла. «Я действительно сделал все, что мог…»

Но к его удивлению скелет опустил руку. «Вы бы согласились продать органы более низкого качества?»

Он оживился. «Меньше…? Они должны быть намного хуже, чтобы их можно было безопасно продать».

«Насколько хуже?»

«Я... Ну... Эти органы, они практически идеальны, как будто их омыли первоклассным лечением. Даже те, у кого нет болезней, были бы готовы обменять свои органы на эти, потому что эти просто намного лучше. Неважно, что они от нежити, они также невероятно выносливы и даже, кажется, приспособились выдерживать экстремальную нагрузку, несмотря на отсутствие признаков того, что они когда-либо подвергались жестокому обращению».

«Возможно, если бы можно было искусственно создать несколько изъянов или как-то ухудшить качество ткани, мы бы не подняли достаточно бровей, чтобы попасть в беду. В империи полно ферм искусственных органов — пока мы поставляем товары, которые не будут востребованы четырьмя звездами, мы можем обойтись без этого».

«А если бы я производил органы с этой «сниженной стоимостью», сколько бы они стоили?»

Доктор помолчал. «Ну... Хм... Трудно сказать, на самом деле. Их можно продать по разным ценам в зависимости от того, где они продаются, но оптом, из моих рук в руки судьи... весь комплект, скорее всего, обойдется в пятьдесят-шестьдесят миллионов долларов».

«Спасибо за информацию», — сказал скелет.

А затем он прыгнул вперед и вцепился когтями в горло доктора.

Приказав Кровопролитию убить доктора, Фредди приказал ему разорвать органы на куски и разрушить всю лабораторию.

Если слова доктора были правдой, то оставить мужчину в живых было бы ужасной ошибкой.

При этом он не закончил попытки продать свои органы. Но ему придется скорректировать свой подход, и, ну... ему придется искать другого доверенного лица.

Он медленно поднялся и вышел из заброшенного здания, в котором прятался. Пока что он направился домой, чтобы немного отдохнуть. До конца отпуска оставалось еще несколько дней. Он воспользуется этим временем с пользой.

Он отослал Кровопролитие, чтобы тот продолжил шпионить за другими врачами в надежде найти еще одного продажного ублюдка. Тем временем он последовал совету врача и приступил к работе.

Его подход был довольно прост — он извлек набор своих идеальных органов и начал лечить. Затем, задолго до того, как исцеление приблизилось к высшему качеству, он извлек новый набор органов. Это не только резко снизило качество товара, но и позволило ему производить гораздо большее количество органов.

При этом он также сначала проведет тестирование этих органов, чтобы убедиться, что их продажа не вызовет проблем.

Меньше чем за день усилия Кровопролития принесли плоды. Кровопролитие не только нашел гнилого врача, но и нашел совершенно другую операцию по извлечению органов.

Однако этот случай, похоже, был гораздо скромнее по масштабам, и, судя по тому, что они узнали, он был частной собственностью врача, проводившего операции.

Когда Фредди понял, кто этот доктор, он был в шоке.

Это был доктор Кит Орланд — сын нынешнего владельца Strata.

Сама операция также сильно отличалась по своей природе от той, что открыла Вальхалла. Здесь, похоже, они были значительно более специализированы. Они фактически давали своим пациентам праймы, чтобы сначала превратить их в архилюдей, а затем проводили на них ряд экспериментов, кормя их веществами и применяя множество методов лечения, чтобы попытаться улучшить качество органов.

Хотя они продали гораздо меньше органов, чем их разоренные аналоги, они создали продукцию гораздо более высокого качества.

Вероятно, было бы гораздо проще продать свой продукт через этого человека, чем через предыдущего врача. Но была проблема.

Это был сын одного из самых богатых людей во всем городе — он не был каким-то никем.

Это отражалось на качестве охраны, которая следила за этим местом. Все были двухзвездочными, а многие были близки к вершине.

Хотя Фредди мог легко послать Кровопролитие убить доктора, мог ли он на самом деле контролировать его? Угрозы, подобные тем, которые он направил другому доктору, вряд ли сработали бы, поскольку этот парень находился под гораздо более строгим надзором и был гораздо лучше защищен.

Конечно, у него всегда была возможность просто продать им органы напрямую.

Сначала он полностью отверг эту идею. Он не хотел иметь с ними дело. Он не хотел обогащать их, предоставляя им такую возможность.

Но когда у него возникла эта мысль, он понял, что она была более чем лицемерной.

Он уже намеревался продать свои органы судье. И этот человек не собирался использовать их все сам, он, очевидно, собирался продать их по цепочке поставок и разбогатеть на этом. Учитывая, что судья был готов иметь дело с таким бизнесом, он явно не был самым честным стеблем в бобовом саду.

И сделав шаг назад, он понял, что он уже вел много дел с местными фракциями, не так ли? Лечение Софии, покупка его квартиры, продажа вещей, которые он собирал в подземельях, — в общем, все, что не продавалось напрямую через Вальхаллу, уже приносило этим ублюдкам выгоду тем или иным образом, и он знал, что даже Вальхалла часто была вынуждена вести дела с другими фракциями, потому что они не могли реально поставлять им все необходимое для поддержания работы.

Это была просто реальность жизни в капиталистическом обществе. Каждый, кто занимался бизнесом, получал выгоду от системы, и нравилось это отдельным людям или нет, ценность, которую они производили, могла в конечном итоге служить дерьмовым людям, а товары, которые они покупали, часто поступали из неэтичных источников.

Теперь Фредди был далек от заблуждений. Он буквально работал в лагере смерти в глубине Фаралетала. Он точно знал, откуда берутся многие, если не большинство, ценных ресурсов, ресурсов, на которые обычные люди полагались в своей повседневной жизни.

Но он также не был идеологом. Попытка протестовать против этой системы была смехотворно наивной и только помешает его целям в долгосрочной перспективе. Если он когда-либо хотел действительно что-то изменить, он мог сделать это только в том случае, если бы у него было достаточно власти, чтобы напрямую что-то менять.

И он сомневался, что сможет добиться этого, избегая купли-продажи вещей.

При этом он, естественно, имел свою конечную цель. Он не хотел иметь ничего общего с прямой эксплуатацией других и старался изо всех сил всегда делать больше хорошего, чем плохого.

И, конечно же, ему все еще приходилось беспокоиться о своей собственной безопасности и безопасности Вальгаллы.

И, наконец, он не окажет Страте никакой услуги. Каждый красный цент, который он заработает на них, будет конвертирован в силу, которую он использует, чтобы в конечном итоге их уничтожить.

Первое, что он сделал, это проследил за одним из охранников, которые там работали, до его дома. Затем он использовал Кровопролитие, чтобы запугать мужчину и дать ему понять, что его жизнь находится в руках Фредди, или, ну, «Черепа».

На этот раз он позаботился о том, чтобы Кровопролитие замаскировался. Он просто надел черный мусорный мешок, чтобы их цель не могла увидеть, как он выглядит.

Этот человек затем послужил посыльным и передал сделку Фредди доктору Орланду. Все прошло гладко, как только человек доставил два идентичных органа в качестве образца — две левые почки, что доказало, что Фредди действительно способен выполнить свое предложение.

После нескольких переговоров им удалось заключить сделку: Фредди будет предоставлять им органы, оставляя их внутри колец-хранилищ в секретных местах, а затем сообщать им, где он их спрятал.

В свою очередь, они платили ему за каждый проданный им набор органов. Ему удалось договориться о пятидесяти миллионах долларов за набор. Это была, возможно, не самая лучшая сделка, которую он мог получить, но она была достаточно хороша. Не потребовалось бы много времени, чтобы собрать деньги, необходимые Фредди для его целей.

Что касается того, как ему платили, то тут все просто.

Они просто отправили деньги на его банковский счет. Ну, он дал им анонимный прокси-счет, который он открыл в банке специально для этой цели.

Хотя это казалось возможным риском для конфиденциальности, это не так. Никто, даже судья — черт, даже Повелитель не имел квалификации, чтобы узнать, кому принадлежит банковский счет.

Трудно было выразить, насколько священны были имперские банки в мире архилюдей. И это имело смысл. Сколько людей у власти пытались вести бизнес в частном порядке? Слишком много, чтобы сосчитать, на самом деле. Если бы их конфиденциальность не была абсолютно безопасной, никто бы не доверял имперским банкам. И чтобы конфиденциальность немногих была действительно безопасной, конфиденциальность каждого должна была быть священной.

И в любом случае, этот метод был определенно безопаснее, чем пытаться вернуть деньги через физический обмен. Конечно, он мог послать Кровопролитие за ними, но Кровопролитие не мог взять с собой физические объекты в Незер.

Если кто-то достаточно компетентный завладеет деньгами, это может поставить под угрозу и Фредди, и Кровопролитие.

Это был просто лучший вариант. Ну, это заставило его заплатить 5% налогов и жалкие гроши банковских сборов, но это была приемлемая жертва.

В ходе первой сделки Фредди продал пять пар органов.

Только когда огромная сумма денег оказалась на его банковском счете, он осознал, сколько денег он заработает.

Его отпуск наконец подошел к концу, и как только это произошло, его пригласили на беседу с Тором.

----------

Табличка силы

Фредди вошел в кабинет Тора, и как только двое мужчин встретились взглядами, они оба вздохнули.

«С возвращением», — сказал Тор, приподняв брови с натянутой улыбкой. «Как твой друг?»

«Она», — он сделал неважный жест, — «иногда бормочет. Не совсем там, чтобы… быть там, но я вижу едва заметное улучшение».

«Не теряй надежды», — сказал Тор. «Всегда есть шанс, что она поправится».

«Ага…»

«В любом случае... а что насчет тебя?»

«Мне тоже немного лучше», — грустно ухмыльнулся он. «Это отстой. Но я потихоньку с этим смиряюсь. Я не теряю надежды… но… да…»

«Я рад слышать, что у тебя все хорошо. Я э-э...» Он усмехнулся. «Я слышал от терапевта».

Фредди поморщился.

«Хочешь послушать, что он сказал?» — хихикнул Тор. «Бро сказал, цитирую: «Я не верю, что мой подход к психиатрической помощи подходит для решения проблемы мистера Клиффа». На языке терапевтов это примерно переводится как «этот ублюдок неизлечим!»

Фредди неловко усмехнулся. «Да…»

«И какой сюрприз, кстати…» Тор встал со стула и обошел стол, прислонившись к нему. «Все это время этот человек утверждал, что твое лечение идет хорошо. Как же оно так внезапно из хорошего превратилось в никуда?»

Фредди пожал плечами.

Тор вздохнул и покачал головой. «Я думаю, становится все более очевидным, что эта работа тебе не подходит».

Фредди напрягся.

Тор встал, обошёл Фредди и продолжил: «Я понимаю, что то, что случилось с твоим другом, повлияло на твоё поведение. Но ты должен быть достаточно умен, чтобы понимать, что это недопустимо. Если бы все в Вальгалле вели себя так, как ты, только потому, что с ними недавно случилось что-то плохое, мы бы уже давно были уничтожены».

«Ну и что? Вы меня увольняете?»

«Увольнение?» — рассмеялся Тор. «Да ладно, ты же не мой сотрудник. Но нет, я тебя не «увольняю». При этом я не буду брать тебя в будущие рейды».

Грудь Фредди надулась, но он медленно сдулся, отворачивая голову. «Понятно». Он ожидал, что это произойдет, даже если он не был готов признаться в этом себе. Он задавался вопросом, куда он пойдет дальше, его разум наполнился беспокойством. «И что теперь?» — нервно спросил он.

Тор остановился. «Ты действительно силен, мужик». Он сложил руки за спиной, крепко сжав предплечье. «Я не ожидал, что ты сможешь в одиночку справиться с двумя трехзвездочными. И так быстро. Поверь мне, когда я говорю, что не принимаю легкомысленных решений», — сказал он, слегка опустив голову. «Если бы я мог брать тебя с собой в каждый рейд, количество жертв резко сократилось бы».

«Ты все еще можешь...»

«Нет!» — закричал Тор. «Нет, я не могу». Он ущипнул себя за лоб и цокнул языком. «Послушай… Тебе нужно время, чтобы вырасти как личность. Ты еще молод и неопытен. Я верю, что если дать тебе несколько лет, чтобы повзрослеть, ты станешь хорош. Но сейчас, такой, какой ты есть, я думаю, тебе лучше сосредоточиться на чем-то другом».

«Например?».

Тор принял серьезное выражение лица. «Во время наших рейдов мы оставляем позади большое количество опытных членов, чтобы охранять базу. Я тоже могу вернуться довольно быстро, но все равно, эти моменты, несомненно, являются лазейкой для наших врагов».

«Ты хочешь, чтобы я был сторожевой собакой?»

«Я хочу, чтобы ты выступил в роли защитника. И для этого я также хотел бы, чтобы ты перебрался в штаб-квартиру Вальхаллы».

Фредди нахмурился.

Тор пожал плечами. «Я могу выполнить некоторые из твоих пожеланий, но если ты хочешь, чтобы я продолжал поддерживать тебя, как я это делал до сих пор, мне нужно, чтобы ты пошел на компромисс». Он снова вздохнул. «Честно говоря, если бы ты пообещал, что больше никогда не выйдешь из-под контроля, я бы поверил тебе. Я бы заставил себя поверить тебе. Вот насколько ты ценен. Но остальные… Тебе нужно снова заслужить их доверие. Прежде чем это произойдет, я не смогу преодолеть их протесты».

«И что еще ты хочешь, чтобы я сделал?» — спросил Фредди. «Я знаю, что просто нести караульную службу будет недостаточно».

«Ты прав». Тор, казалось, колебался долгое время. «Я хочу, чтобы ты помог мне покорить подземный проход».

Брови Фредди подпрыгнули. «Ты собираешься его использовать?»

«Не скоро, нет. Но это не мешает нам исследовать его более тщательно и находить полезные пути. Может быть, там даже есть одно или два подземелья, которые мы могли бы использовать».

Фредди кивнул. «Хорошо. Я могу это сделать». Сейчас все, что он мог сделать, это принять решение. Ему повезло, что Тор все еще был готов поддержать его.

«Не падай духом, мужик», — настаивал Тор. «Как бы там ни было, я верю, что ты будешь так же ценен, оставаясь здесь, как и если бы ты ушел».

«Ты действительно так думаешь?»

«Нет, честно говоря, не совсем». Он усмехнулся. «Но, эй, может, ты найдешь что-нибудь ценное в межпространстве. Никогда не знаешь. Нам всегда нужно больше материалов».

Фредди усмехнулся в ответ. «Я убью дракона или двух».

Тор фыркнул. «Конечно, приятель. Развлекайся. Ладно, хватит об этом. Мне есть что тебе показать».

«Хмм?» — промычал Фредди. «Что?»

«Но сначала позволь мне задать тебе вопрос. Ты все еще намерен заняться модернизацией Пучины Бездны?»

Фредди кивнул без колебаний.

Тор вздохнул. «Если так, то у меня есть для тебя подарок». Он на мгновение сосредоточился, и секунду спустя, с дуновением воздуха, в его руках появилась табличка. Она выглядела немного потрескавшейся и пахла застоявшейся кровью. «Вот, держи». Он протянул ее Фредди.

Фредди посмотрел на него, изогнув бровь. В библиотеке было полно табличек крови, которые он мог использовать в качестве справочного материала для понимания, но он мог сказать, что это не то же самое. Как только он схватил его, его глаза широко распахнулись. «Табличка силы!»

Когда он впервые стал архичеловеком, Фредди использовал свитки эфира, чтобы приобрести несколько способностей. Эта табличка была похожа по концепции, но намного, намного лучше по качеству. Те свитки были всего лишь сокращением для относительно легкого развития способностей, и они имели множество недостатков.

В тот момент он держал в руках табличку силы. Ее поверхность была покрыта гравюрами и символами, и она мерцала кровавым блеском. Ее тоже можно было использовать для приобретения способности. Но это был не просто короткий путь.

Способности, дарованные табличками силы, часто невозможно было развить обычными средствами. И это не было вопросом манипуляции сущностью. Это был вопрос понимания концепции.

Человечество пока даже не знало, как производить такие артефакты. Их можно было обнаружить только в межпространстве, и они часто содержали в себе невероятно мощные способности. Эти таблички не были одноразовыми, как эфирные свитки, но они действительно долго перезаряжались, в среднем за десятилетие.

И усвоить их было не так-то просто.

Он быстро заглянул во внутреннюю работу способности, которую она содержала внутри, только чтобы быть в равной степени шокированным и сбитым с толку. Это была защитная способность, которая могла затвердевать кровь в чешуйчатом узоре по всей поверхности его тела. Чешуя различалась по размеру и форме, обеспечивая максимальное покрытие, не препятствуя подвижности ни в малейшей степени.

Он также мог чувствовать, что в этой способности есть глубины, которые он не мог полностью понять. Она не просто предлагала физическую защиту, она также обеспечивала уровень защиты от потока сущности.

Хотя он, возможно, мог бы имитировать грубую версию этой способности, даже если бы у него была целая жизнь, он не мог бы воспроизвести ее полностью. Рисунок чешуек был невероятно сложным. Одни только пробы и ошибки, необходимые для имитации абсолютного уровня детализации, потребовали бы десятилетий работы. Но даже помимо этого, чешуйки были не просто затвердевшей кровью. Они также, казалось, создавали глубокую связь с нервной системой, действуя как органическая, бесшовная модификация тела.

Осмотрев его, он поднял голову и посмотрел на Тора с противоречивым взглядом.

«Что? — ухмыльнулся Тор. — Что ты на меня так смотришь, неблагодарный ублюдок?»

«Это бесценный артефакт. Ты уверен, что готов отдать его мне?»

«Ну, ты можешь воспользоваться им и вернуть его, если хочешь».

«Это все равно огромная услуга, Тор».

«Я знаю. Но тебе это действительно нужно».

«Почему? И какое отношение это имеет к Бездонным Глубинам?»

«Потому что это позволит тебе носить более легкую броню».

Фредди нахмурился. «Что?»

«Фредди, тебе нужно быть быстрее», — сказал Тор, строго глядя в глаза. «Ты невероятно вынослив, и даже если ты получишь урон, это несущественно, пока ты жив. Твоя самая большая слабость и твоя самая большая проблема — это твоя скорость».

«Я понимаю…»

Действительно, с этими чешуйками для защиты он мог носить более легкую броню, а возможно, и вовсе отказаться от брони. Он вздохнул, вспомнив проклятую одежду, которая все еще ждала его в кольце хранения. У него не только уже было два проклятых предмета, он не мог использовать Ярость Левиафана, не уничтожив полностью любую броню, которую носил.

С нахальной улыбкой он вытащил проклятую ткань и протянул ее Тору.

«Фу, что это за херня, чувак?» — нахмурившись, спросил мужчина, держа в руках грязную одежду.

«Загляни в Незер».

Тор поднял бровь и подчинился. Его глаза широко распахнулись, а рот открылся. «Ух ты. Где, черт возьми, ты это взял?»

«Скажем так, это было сделано дома. С любовью».

«Э-э. Конечно». Он осмотрел рваную, лоскутную одежду. «Зачем ты мне это показываешь?»

«Думаю, это можно рассматривать как оплату за табличку».

«Нет, чувак, нет. Табличка — это инвестиция. Я получу за нее должное, пока ты остаешься в Вальхалле. Тем не менее, я мог бы организовать, чтобы из этого сделали легкую броню для тебя, если хочешь. Ты мог бы получить от этого некоторые приятные эффекты».

«К сожалению, я не думаю, что смогу извлечь большую пользу из доспехов», — сказал он, вспоминая «Ярость Левиафана».

«Это не проблема», — заявил Тор. «Проклятый материал очень гибок в использовании. Я мог бы превратить его в ожерелье».

Фредди нахмурился. «Как, черт возьми, ты собираешься превратить всю эту ткань в ожерелье?»

«Не беспокойтесь об этом. У нас есть несколько замечательных мастеров».

«Хмм…» У Фредди уже была Подвеска Короля Воинов, так что ему не обязательно нужен был еще один проклятый предмет. Но, как говорится, он еще не использовал Подвеску Короля Воинов в бою. Эффект был крайне очевидным и ярким, так что ему пришлось позаботиться о том, чтобы скрыть его.

Еще одно ожерелье может быть того стоит. Учитывая состав ауры, ожерелье, скорее всего, повлияет либо на стоимость, либо на силу водных способностей. Даже если он не будет использовать его в бою, такой предмет может быть отличным для тренировки, особенно с более упрямыми способностями, такими как Тысяча Мокрых Адов.

«Тогда сделай из этого ожерелье», — сказал Фредди.

«Конечно», — усмехнулся Тор. «В любом случае, я собираюсь пойти и понаблюдать за стажерами. Как насчет того, чтобы присоединиться ко мне?»

«Я... Нет. Я пока пойду тренироваться. Я в эти дни ничего не делал. Чувствую зуд».

«Как тебе будет угодно».

Двое мужчин вышли из офиса, и как только Тор закрыл дверь, они тут же разошлись в разные стороны.

«Привет, Фредди. Увидимся позже, мужик».

«Увидимся позже».

Первое, что сделал Фредди, — помчался в библиотеку. Там он схватил первую попавшуюся табличку крови и отправился медитировать.

Он хотел поглотить табличку силы как можно скорее, но не мог сделать этого без подготовки. Способность была невероятно деликатной и сложной, и без достаточного понимания концепций крови он боялся, что не сможет должным образом унаследовать силу.

Вместо того, чтобы отправиться домой в тот день, он остался в Вальхалле. Он не планировал продавать квартиру или по-настоящему «съезжать», но Тор предоставил ему жилье в штаб-квартире, и на данный момент он будет жить там. Он также убедил Тора позволить ему проводить выходные без тренировок, частично для того, чтобы провести время с Софией, а частично для того, чтобы он мог работать над извлечением своих органов.

Несколько дней он только и делал, что размышлял о концепциях крови. Он консультировался с Кровопролитием, который, очевидно, был экспертом в этой области, но хотя скелет и обладал глубоким пониманием крови, это не означало, что он мог выразить словами все, что знал.

Или что все вообще можно выразить словами.

Наличие таблички силы рядом с ним также было очень полезным. Он мог ссылаться на внутреннюю работу потока сущности в способности с тем, что он мог чувствовать в других табличках силы, что позволяло ему сосредоточиться на самых ценных табличках для медитации.

К счастью, ему не нужно было полностью постигать всю эту способность. Достаточно было просто правильно ее усвоить. После четырех дней медитации он наконец был готов принять ее в свою душу.

Держа в руках табличку силы, он вспотел. Это было нервно — знать, что если он облажается, то он потратит впустую несравненно ценный ресурс. Он не мог позволить себе испортить его.

Таким образом, он в конечном итоге немного затянул, выискивая случайную ерунду, чтобы «подготовиться» перед тем, как начать. Он в конечном итоге немного помедитировал и поразмышлял над табличками, и потратил некоторое время на то, чтобы спросить совета у Кровопролития. Когда он почувствовал, что у него действительно закончились отвлекающие факторы, он наконец вздохнул и потянулся за табличкой, которая теперь хранилась глубоко в его кольце для хранения.

Однако, взглянув, он заметил кое-что интересное.

В глубине его накопительного кольца лежала горстка флаконов с кровью, которые он нашел в накопительном кольце Джанхалара когда-то давно. Это был один из последних трех предметов, с которыми он все еще не знал, что делать. Но теперь, когда он наконец задумался об этом...

Разве он не мог спросить Кровопролитие?

«Эй, Кровопролитие?»

«Что это, Мастер?»

«Ты можешь быстренько взглянуть на кое-что?» — спросил он, доставая один из флаконов.

«Ладно», — сказал он, выходя из своей оболочки и появляясь в реальности.

Фредди передал ему пузырек, и Кровопролитие взял его.

Впервые в жизни он увидел, как Кровопролитие отреагировало с чистым, очевидным шоком. Он схватил флакон, переводя взгляд с него на Фредди снова и снова. «Хозяин... Пожалуйста, скажи мне, что у тебя есть еще».

----------

Читер

Пять флаконов с кровью ждали на каменистой земле под ногами Фредди.

Кровопролитие стояло, явно взволнованное, и водило своими костлявыми когтями по флаконам.

Фредди сглотнул, нервно ожидая вердикта.

«Мастер», — наконец заговорил Кровопролитие после нескольких минут разглядывания крови. «Это бесценный ресурс».

«Что это вообще такое?» — спросил он.

Очевидно, это была кровь. Но какая кровь? Если подумать, то это явно были не обычные образцы крови. Для начала, они были надежно спрятаны в кольце Джанхалара. В личном хранилище Лорда и патриарха клана потребителей крови. Легко было сделать вывод, что это было что-то особенное.

Но даже помимо этого, как долго эти флаконы ждали на ринге? Прошло уже больше года с тех пор, как он их приобрел, но кровь внутри, казалось, все еще была полна жизненной силы.

Кровопролитие посидел там мгновение, а затем, подняв изящный коготь, указал на пробирки с образцами, один за другим. «Это не обычная кровь, Мастер. Это может быть неочевидно невооруженным глазом, но эта кровь — эфирный конструкт».

Глаза Фредди широко распахнулись. «Что!? Эфирный конструкт!?» Он оглядел флаконы. «Как это… на самом деле?»

Конечно, существовали способы, с помощью которых эфирные конструкты могли принимать форму за пределами Незера.

Духи и эйдолы были ярким примером этого, но были и случаи, когда даже обычный сгусток эфира мог проникнуть в реальность, например, когда эйдолон умирал и барьер между реальностью и Незером временно трескался.

Любая форма эфирного конструкта, способная сохранять свою форму в реальности, была бесценным сокровищем с многочисленными возможностями использования.

Что вызвало два важных вопроса: что это была за кровь? И для чего ее можно было использовать?

«Скажи мне, Кровопролитие, что это?»

«Я смутно узнаю это вещество. Когда вы призвали меня в первый раз, Мастер, капля крови с похожими свойствами была смешана с лужей, питающей мой призыв. Но тогда она была намного слабее. Как будто эта капля была едва затронута этим веществом. Но даже эта маленькая капля значительно увеличила мою силу. Это... это то же самое вещество, но очищенное до абсолютной чистоты».

Глаза Фредди на мгновение сузились. «Понятно... Это, должно быть, какое-то сокровище, используемое кланом Крэйвен». На его лице появилась грустная ухмылка. «И это, должно быть, значительная часть их запасов. Черт, интересно, оправились ли они когда-нибудь после потери того парня. Так», — он нервно сглотнул, — «для чего это можно использовать?»

«Я хочу все это», — сказал Кровопролитие, даже не задумываясь. Затем он вздрогнул, спохватившись. «Прошу прощения… Я с трудом держу себя в руках».

«Все в порядке…» Он улыбнулся. «Я бы не отказался отдать его тебе, если ты считаешь, что сможешь им хорошо пользоваться. Но сначала я хотел бы узнать, что это такое и что оно может делать».

Кровопролитие кивнуло. «Эта субстанция — концентрированная структурированная аура крови. Она содержит в себе море понимания крови и ее свойств. Ее можно использовать в сочетании с любой формой конструкта эфира сродства крови, что приведет к радикальному усилению законов крови, содержащихся в ней».

«Значит, если ты его примешь, ты станешь сильнее?»

«Сильнее…» Он посмотрел на кровь с алчным блеском в своих кровавых глазницах. «Действительно. Но это больше, чем это». Он снова посмотрел вверх. «Это не заставит меня напрямую расти в силе. Но это углубит мою сложность как конструкта. Я смогу использовать кровь новыми способами».

Брови Фредди слегка подпрыгнули.

У разумных эфирных конструкций также были «способности», так сказать. Их так не называли, но по сути это было то, чем они были — структурированные способы использования своей стихии. Но в то время как люди могли развивать новые способности по своему усмотрению, способности разумных эфирных конструкций были частью того, чем они были, и были определены в момент их создания.

Конечно, конструкции могли меняться по мере развития своей мощи, что позволяло им приобретать «новые» способности, но даже они уже были их частью, просто они не могли быть выражены до достижения определенного уровня мощи.

Добавление новых способностей к конструкции в принципе ничем не отличалось от переделки концепции, которую они представляли. Само собой разумеется, это также означало, что это повлияет не только на Кровопролитие, но и на способность, частью которой он был.

«Как это повлияет на Кровавую Жертву?» — спросил Фредди.

«Только в позитивном смысле», — ответил он. «У меня будет больше контроля над формой, которую я принимаю, и время, необходимое для моего вызова, сократится».

«Ха!» — невольно прощебетал Фредди. «Ну, какого черта ты ждешь, пей!» — подгонял он.

«Хозяин, пожалуйста, подождите. Есть еще три способа использовать эту кровь».

Он нахмурился. «Ладно... продолжай».

«Во-первых, мы могли бы применить это к твоему кольцу», — сказал он, указывая на кольцо на пальце Фредди.

Его глаза расширились. «Что бы это дало?»

«Это может придать предмету еще один эффект».

«Что!? Серьёзно!?»

«Но есть одна загвоздка. Поскольку это кольцо уже имеет три отдельных эффекта, добавление еще одного будет затруднительным. Возможно, что даже всех пяти флаконов будет недостаточно, чтобы пробудить еще один эффект. И даже в этом случае у нас нет возможности предсказать, что он сделает».

«Чёрт. А ты меня обнадёжил. Ладно, ладно, что ещё мы можем сделать?»

«Мы могли бы применить это к табличке силы».

Он нахмурился. «И что это даст?»

«Это значительно повысило бы качество внутренних возможностей».

«И позвольте мне угадать, это тоже займет всю кровь?»

«Нет. Мы могли бы использовать всего один флакон. Но чем больше мы используем, тем лучше будет результат».

«А какой третий вариант?»

«Чтобы вы сами это усвоили».

Фредди помолчал. «Ладно… И что это даст?»

«Это значительно расширит ваши будущие знания о сродстве крови».

«Это… я…» Он замолчал, задумавшись на мгновение. «О, это хорошо».

В краткосрочной перспективе третий вариант был наименее эффективным. Но в долгосрочной перспективе? Была причина, по которой табличка силы была такой мощной. Если бы навыки создания способностей Фредди выросли хотя бы немного, долгосрочные преимущества были бы потрясающими.

«Каково твое мнение по этому поводу?» — спросил Фредди. «Ты здесь эксперт по этому вопросу. Как бы ты распределил кровь?»

«Ты спрашиваешь меня...?» Кровопролитие посмотрел на флаконы. «Это зависит от того. Для самого надежного и самого немедленного эффекта, ты должен использовать его для усиления таблички силы».

«Правда? Не буду врать, это немного похоже на пустую трату времени».

«Это не так», — настаивал Кровопролитие. «Эффект был бы радикальным, если бы вы использовали все пять флаконов. Особенно с учетом способности блокировать поток эссенции. Сейчас или в будущем, этот выбор не будет тем, о котором вы пожалеете, и не потребуется никаких дополнительных усилий, чтобы использовать его».

«Черт. А я был готов списать этот выбор. Вот почему я полагаюсь на эксперта», — сказал он с ухмылкой и предложил Кровопролитию удар кулаком. Кровопролитие в замешательстве посмотрел на кулак. Фредди собирался напомнить ему, что такое удар кулаком, но он внезапно вздрогнул.

«А, да». Он ударился о его кулак. «Вот так?»

«Ха-ха-ха! Да, приятель, вот как ты это делаешь». Он откинулся назад. «А как насчет других вариантов?»

«Использование его на себе или на кольце обеспечит наилучший долгосрочный эффект».

«Что было бы лучше?» — спросил он.

«Это зависит от обстоятельств. Если вы используете его на кольце, вы рискуете, что все пойдет на нет, но если это сработает, то инвестиции, безусловно, окупятся». Он посмотрел на кольцо. «Четвертый эффект, несомненно, будет невероятным. Взять его себе было бы менее рискованно».

«Хммм… Понятно…» Он вздохнул. «А что насчет тебя?»

Скелет замер. «Я…?» Его голова немного опускалась, пока он не посмотрел прямо вниз. Капли крови капали с его мокрого черепа, падая совсем немного не доходя до пузырьков. «Я считаю, что использовать их на мне было бы пустой тратой».

«Что? Почему?»

«Я не могу расти в силе, Мастер», — сказал он, отворачиваясь, чтобы отвести взгляд. «Даже сейчас я едва могу стоять рядом с тобой в бою, если ты не призовешь меня через Кровавую Жертву. Даже если это сделает меня сильнее, вскоре я буду бесполезен».

«Тогда я призову тебя через Кровавую Жертву!»

«Нет», — сказал он. «У тебя может не быть шанса. Кровавая жертва слишком ситуативна. Без достаточного количества крови призывать меня — пустая трата времени».

«Что? Откуда это взялось? Почему ты вдруг стал таким неуверенным в себе?»

«Я осознаю свою полезность. Я знаю, что всегда буду полезен вам, Мастер. Но реальность такова, что я не являюсь надежным источником силы. Если вы столкнетесь с ситуацией, когда вы не сможете положиться на меня… Все это будет напрасно».

Фредди на мгновение замолчал, а затем улыбнулся, выдыхая немного воздуха через нос. «Ну ладно». Он взял флакон. «Думаю, этого мне хватит», — сказал он. Затем он пододвинул остальные четыре флакона к Кровопролитие. «А эти для тебя».

Кровопролитие застыло. «Хозяин, пожалуйста».

«Кровопролитие», — тихо позвал он. «Ты помнишь, откуда мы взяли эти флаконы?»

«Я-»

«Ты это помнишь или нет?»

«Я ничего не забываю, Мастер».

«Тогда ты должен помнить все те разы, когда ты спасал мою задницу. Эти флаконы, я получил их с твоей помощью». Он вытащил Кулон Воина Короля. «И этот кулон тоже. Моя жизнь тоже, как три раза на данный момент». Выражение его лица смягчилось, и он усмехнулся. «Вообще-то, вот тебе», — он положил пятый флакон в стопку, — «возьми и этот».

«Мастер-»

«Кровопролитие». Он глубоко вздохнул и улыбнулся. «Я, честно говоря, не считаю себя каким-то одаренным гением. И, если быть честным, я не являюсь ничем особенным. Без твоей помощи...»

«Не говори так!» — закричал Кровопролитие, заставив Фредди замолчать. «Ты более невероятен, чем ты можешь сейчас оценить, Мастер. Я бы не выбрал «никого» для служения». Он сжал свои костлявые кулаки. «Но иногда ты можешь быть настоящим тупицей! Даже больше, чем я! Не позволяй своим эмоциям поколебать тебя, сделав выбор, о котором ты пожалеешь! Пожалуйста!»

Фредди был ошеломлен. Онемел. Что ему когда-либо говорил Кровопролитие? Даже больше... чтобы он так восстал против него...

Он ухмыльнулся. «Давай, приятель». Он потер череп Кровопролития. «Я знаю, что иногда я могу быть настоящим придурком, но сейчас я не тороплюсь. Ты сказал, что эти флаконы могут ускорить применение Кровавой Жертвы?»

Кровопролитие медленно кивнуло. «Да».

«Что ж, это уже сделало бы его на шаг надежнее».

«Но без крови...»

Он поднял руку. «Кровопролитие, я знаю, что ты пытаешься сказать, но для того, кто утверждает, что ничего не забывает, ты забываешь что-то очень важное».

«И что это?»

Фредди ухмыльнулся. «Это кольцо требует Кровопролития, чтобы расти», — сказал он, указывая на Кольцо Крови, намотанное на его безымянный палец. «А это», — он поднял Кулон Воина Короля, — «требует сражения с превосходящими противниками». Его ухмылка стала шире. «Мы погружались много раз, но я не могу призвать тебя по собственной воле, когда кто-то может наблюдать. Но теперь у меня есть уверенность, что я смогу справиться с межпространством самостоятельно. И как раз в подвале есть уединенный проход».

«Даже без этих флаконов моей помощи было бы достаточно».

«Ну, мне не нужно, чтобы ты был просто достаточным», — сказал он, внезапно став серьезным. «Ты не инструмент, Кровопролитие. Ты читер. Как и мой талант, твое существование — это то, что нарушает правила». Улыбка вернулась на его лицо. «Послушай, ты можешь петь мне дифирамбы сколько хочешь, это все равно не меняет того факта, что я оказался там, где я есть, только будучи грязным читером. Я получил много дерьма, которое никогда не должно было попасть мне в руки, с твоей помощью. И я планирую продолжать грабить мир напрочь».

«Мастер...»

«Просто возьми, Кровопролитие. И можешь говорить, что хочешь, я вижу, что ты хочешь эти флаконы. Да ладно, посмотри на себя; ты пускаешь слюни при виде их».

Он коснулся своей капающей челюсти. «Это кровь».

«Ты весь в крови. Почему твои слюни должны быть водой?»

Кровопролитие усмехнулось.

Фредди замер, глядя в недоумении. «Боже мой… ты только что рассмеялся?»

«Я усмехнулся».

«Нет, нет, нет, это был смех! Я, блядь, это слышал!»

Игнорируя Фредди, Кровопролитие подтянуло флаконы поближе. «Я воспользуюсь твоим щедрым даром, Мастер». Он поднял голову, чтобы посмотреть на него. «Спасибо».

Он улыбнулся. Затем усмехнулся. «Давай, приступай к работе. У меня не так много времени». Он наклонился с радостным волнением на лице и потер руки. «Не могу дождаться, чтобы увидеть, что это с тобой сделает».

----------

Чешуя Багрового Дракона

Кровопролитие лежало на земле, окруженное пятью флаконами.

Фредди подождал немного подальше, молча наблюдая за процессом.

После нескольких минут сосредоточения Кровопролитие наконец подняло голову. Оно подняло свои костлявые руки, и с порывом его воли флаконы треснули, и кровь выплеснулась изнутри.

Вязкая, мерцающая жидкость омывала кости Кровопролития, впитываясь в них. Фредди на мгновение стал свидетелем того, как на костях Кровопролития формировались всевозможные руны, пока впитывалась кровь, и он даже смог увидеть несколько ценных истин о природе крови изнутри.

В тот момент, когда кровь закончила впитываться, в воздухе вокруг Кровопролития проявилась массивная, неровная оболочка рун. Внутреннее пространство внезапно стало размытым.

С чистым шоком Фредди понял, что эта оболочка была точной копией эфирной оболочки, содержащей Кровавую Жертву — это была голая транскрипция всего, что было Кровопролитием — и она быстро менялась. Руны на поверхности смещались, углубляясь в своей глубине, и форма клетки слегка шевелилась, как облако кровавой истины, медленно движущееся по ветру.

Внезапно смещение прекратилось, и оболочка начала уменьшаться, принимая форму приблизительно гуманоидной фигуры того же роста, что и Кровопролитие.

С тихим, но зловещим звоном, похожим на звук капель крови, падающих в озеро, руны медленно разрушились и впитались в фигуру.

И вместе с этим медленно начала формироваться форма внизу.

Первым, что обрело четкую форму, была темно-коричневая ткань. Она казалась глубоко грязной и мокрой. Она медленно смещалась, пока не превратилась в шаль с капюшоном. Под капюшоном он смутно различал очертания черепа. Начиная с головы, в шаль врастал скелет, капающий кровью, обнажая только ноги, руки и лицо.

Изменения прекратились. И наконец, пустые глазницы скелетной головы начали светиться тусклым, зловещим багровым светом. Свет образовал два красных кольца, похожих на зрачки в луже абсолютной тьмы.

Фредди ухмыльнулся. «Выглядишь чертовски страшно, приятель».

Кровопролитие подняло руки, любуясь ими. «Я чувствую себя... хорошо... комфортно».

«Рад это слышать». Его улыбка стала шире. «Итак... что ты можешь сделать теперь?»

Он вздрогнул, повернув голову, чтобы посмотреть на него. Внезапно, с громким металлическим лязгом, из его левой руки образовалось кровавое лезвие. Он поднял лезвие, чтобы полюбоваться им. Затем он поднял правую руку. Кости на его ладони, казалось, истекали шипящей кровью. Затем, взмахнув рукой, он послал брызги кислотной крови в ближайшую стену.

Кровь шипела и дымилась, расплавляя часть камня, пока она капала вниз.

Затем Кровопролитие сформировало кнут из крови. Он был похож на резину. Кровопролитие ударило им по стене. Он ударил по голому камню, оставляя глубокие следы и трещины там, где он ударял.

И наконец, Кровопролитие, казалось,... высохло. Кровь вдоль его костей, казалось, исчезла, и зловещий красный свет заменил ее, дымясь из шали, как багровые миазмы. В одно мгновение Кровопролитие исчезло с того места, где оно стояло, бегая по комнате с невероятной скоростью, прыгая и скачя, с легкостью вращаясь в воздухе. Он также споткнулся несколько раз, но это было ожидаемо, учитывая, что это был первый раз, когда он пытался двигаться таким образом.

Все это время Фредди наблюдал с широко открытыми глазами.

Было три основных пути для кровного родства — Багровая Ртуть, Красный Яд и Богатая Кровь. Но были и другие пути, хотя они были значительно менее популярны.

Один из этих путей назывался Кровавая Смола и превращал кровь в резиноподобную субстанцию. Он не был широко замечен среди потребителей крови, но это был самый популярный неосновной путь.

Кровопролитие, по-видимому, могло использовать все эти формы крови.

Это было совершенно безумно. Это было не небольшое улучшение его полезности. На самом деле, можно было бы справедливо сказать, что он достиг совершенно нового уровня.

С довольной улыбкой Фредди усмехнулся про себя. «Полагаю, мои инвестиции окупились».

Внезапно Кровопролитие снова споткнулся и упал на землю. На этот раз он уже не поднялся.

«Кровопролитие!?» — закричал он, вскочил на ноги и побежал к месту происшествия.

«Все в порядке», — сказал он, медленно поднимаясь. «Кажется, я исчерпал свои резервы. Извините, Мастер».

«Все в порядке, все круто. Ты молодец, Кровопролитие». Он поднял его, похлопав по спине. «Ты молодец. А теперь иди спать».

Фредди показалось, что он услышал легкую усмешку, сорвавшуюся с губ Кровопролития, и в следующее мгновение скелет исчез, растворившись в Кольце Крови и снова появившись в своей оболочке.

Корпус также претерпел существенные изменения.

С довольной улыбкой он сел и вытащил табличку. «Не могу же я позволить своему питомцу превзойти меня, правда?»

Он достаточно изучил. Не было причин больше откладывать получение способности.

Он сделал глубокий вдох и сосредоточился на надписях на поверхности таблички. Он чувствовал, как они реагируют на его внимание, словно магнит, пытающийся втянуть его душу. На этот раз он подтолкнул их, и вот так несколько рун вылетели с поверхности таблички и устремились в его душу.

Мощь намного превосходила то, что он ожидал. Эфир, с которым он соприкоснулся, был настолько плотным, что казалось, будто он имеет физический вес.

Он застонал от внезапной боли в глазах и душе, но отказался отстраниться. Он держал свое внимание на максимуме, убеждаясь, что не упустит ни единой детали.

Медленно, оболочка начала обретать форму в его душе. Ее состав был гораздо более изысканным, чем любая из его других способностей, за исключением, возможно, Адаптивного Водного Тела, но это было уникальное исключение.

Он мог чувствовать, как тонкости способности подталкивают его понимание. Это было почти как головоломка, и хотя у него был ответ на большинство вопросов, некоторые детали ускользали от него. Части, которые он мог понять, вспыхивали и казались акцентированными на поверхности оболочки, почти как жирный почерк на бумаге, в то время как те, которые он не мог понять, казались более тусклыми и дремлющими.

Хоть это и было немного обидно, но это не было постоянной потерей. Спящие руны все равно будут работать, просто более тонко, и он всегда сможет пробудить их, когда достигнет порога перековки на этапе 3 — 50%.

Казалось, что весь процесс длился всего несколько минут, но как только он проверил время после окончания, он понял, что на самом деле сидел там более тринадцати часов. Он криво усмехнулся часам, медленно поднимаясь на ноги. «Я думаю что пора проверить что я получил».

Он снял с себя одежду часть за частью, пока не остался только в нижнем белье. Его телосложение уже не менялось так быстро, как раньше, но время от времени он все еще мог видеть некоторые незначительные изменения. В этот момент его мышцы и вены были настолько хорошо прорисованы, что его тело можно было использовать для обучения анатомии студентов-медиков.

Наконец, закончив любоваться собой, он сосредоточился на панцире. Это было защитное заклинание, которое должно было превратить его кровь в чешую по всей его коже. Это также было бы довольно дорого, но это была честная сделка за то, что он получал.

Без лишних слов он проверил способность. Он сразу же почувствовал, как его сущность высасывается из него, по базовой стоимости выше, чем у большинства его других способностей. Использование стоило чуть меньше 24% сущности.

В одно мгновение он почувствовал, как кровь просочилась в кожу и кристаллизовалась. Он поморщился от неприятного, зудящего ощущения чешуек, соединяющихся с его нервами. Однако процесс был быстрым, и прежде чем он успел моргнуть, он уже был покрыт красными чешуйками, от макушки головы до кончиков пальцев ног.

Он поднял руки, чтобы получше их рассмотреть, и на его лице появилась легкая улыбка.

Он выглядел как полный урод.

Чешуйки были упакованы довольно плотно, но он уже чувствовал, что небольшое пространство между ними будет чем-то вроде слабости. Но даже тогда они были организованы таким образом, что нигде не было длинных прямых швов. Как он уже заметил из рунической композиции, чешуйки были больше там, где требовалась меньшая подвижность, и меньше в таких местах, как пальцы и суставы.

Когда он привык к этому ощущению, он должен был признать, что оно было довольно комфортным. Он чувствовал себя в безопасности. Тепло, как-то так. Он провел пальцами по поверхности своей кожи. Он мог слышать звук скрежета металла о металл, но он был мягким и нежным.

Он также мог без проблем все чувствовать, что, как он должен был признать, его немного беспокоило.

Теперь пришло время устроить им небольшой тест.

Он сформировал свой Кастет Клинок и нанес удар в правую руку. К его удивлению, он на самом деле не смог пробить чешую обычным взмахом. Конечно, он ожидал, что защита будет отличной, но его Кастет Клинок был специализирован для колющих ударов, и он не был особенно нежен.

Ему пришлось замахнуться со всей силой, и только тогда он смог пробить чешую.

Именно здесь он наконец почувствовал, как часть его способностей разблокировалась.

Некоторые способности имели несколько функций, в зависимости от различных требований. Это была одна из таких способностей.

Вытащив Кастет Клинок, он снова использовал способность. Учитывая, что он уже был почти полностью покрыт чешуей, способность теперь работала на восстановление поврежденной чешуи. Это стоило ему лишь немного сущности, и пронзенная им чешуя была восстановлена.

Рана под чешуей осталась, но она, по крайней мере, была прикрыта.

Хотя он мог вручную повторно использовать способность восстанавливать утраченные чешуйки, он также чувствовал, что существует «режим регенерации», который он мог бы активировать, и чешуйки автоматически восстанавливались бы после повреждения.

Он бы держал этот режим выключенным. Наверное, всегда.

Хотя это была мощная функция, она, несомненно, будет огромным сливом эссенции во время боя. При необходимости он всегда мог использовать способность восстанавливать чешую вручную. Автоматическое восстановление было обузой, по крайней мере на его текущем уровне.

Для него получение дополнительного урона было предпочтительнее, чем исчерпание эссенции.

«О, да», — внезапно понял он. «Как называется эта способность?»

На планшете не было написано никакого имени, а это означало, что ему пришлось придумать его самому.

Нахальная, детская ухмылка расползлась по его лицу, когда он тут же вспомнил имя. «Нет…» — сказал он. Но он не смог устоять перед соблазном.

Чешуя Багрового Дракона.

Конечно, вводить «дракон» в название способности было… немного незрело, надо признать. Но в данном случае он считал, что способность этого заслуживает.

Название способности в основном не имело значения до четвертой стадии, так или иначе. Но в этот момент название способности должно было быть принято эйдолоном, который был заперт внутри. Было обычной практикой придерживаться названий, которые были оправданы функцией и силой способности.

Была причина, по которой Фредди не назвал свой Струящийся Удар «Удар Водного Дракона» или что-то в этом роде. При этом, при следующем обновлении, переименование, безусловно, будет оправдано, учитывая силу способности.

Он отбросил эти мысли, когда ушел и лег спать на ночь. Он был измотан поглощением способности. В итоге он довольно много спал той ночью. Табличка силы измотала его больше, чем он ожидал. Это тоже имело смысл. Это было духовное истощение, а не физическое.

У него было особенно ленивое утро, так как он наконец-то нашел время, чтобы как следует отдохнуть от всего. Наконец-то настал его выходной. Ну, вряд ли у него будет время как следует отдохнуть, учитывая извлечение органов.

Но все же он выделил немного времени, чтобы сделать перерыв. В итоге он прогулялся по Валгалле, поздоровался с людьми и попытался немного пообщаться.

К его удивлению, члены группы, похоже, не были к нему очень... теплы. Они держали его на расстоянии, а некоторые даже бросали на него суровые взгляды.

Конечно, он немного облажался во время последнего рейда, но он не считал, что это было оправдано, чтобы получить такое обращение. Он все равно справился с двумя трехзвездочными в одиночку и в одиночку обеспечил, чтобы никто из Вальхаллы не был ранен или убит.

Ему хотелось спросить, почему люди так с ним обращаются, но было немного неловко подойти к кому-то и спросить: «Эй, почему тебя отвращает мое присутствие?»

Поэтому вместо этого он удалился в свою комнату, чтобы немного почитать.

В конце концов, он, наконец, почувствовал, что пришло время, поэтому он вернулся в свою другую квартиру и начал. На этот раз он раздобыл себе семь наборов органов. Вот так он заработал 350 миллионов долларов. Трудно было даже представить, сколько это было денег на самом деле. Это была отрезвляющая сумма.

Он закончил доставку до воскресного вечера и провел остаток дня, гуляя по магазинам. Он не купил много вещей, но он медленно начал выслеживать все предметы, которые ему понадобятся, если он захочет войти в подземелье Век одиночества.

Самое главное, что ему было нужно, это следы. Следы и реликты можно было поймать и продать. К сожалению, из-за их способности проскальзывать между реальностью и Незером, духов нельзя было сдерживать таким же образом. Но это было нормально.

Даже с «только» следами он смог бы поднять все свои способности до пика стадии 2. Ну… вероятно. Он мог бы столкнуться с узким местом для некоторых из них, особенно тех, которые должны были развиваться в первую очередь через бой.

При этом некоторые из необходимых ему следов были... редкими, мягко говоря. Например, для своего Кровавого Копья он хотел антигравитацию на 2-й стадии. Поглощение Крови требовало «эффективности», которая не была редкой, но пользовалась большим спросом. А для многих других способностей он все еще пытался определиться.

Пока он собирал необходимые ресурсы, он не был на самом деле... Ну, он не был до конца уверен, что действительно доберется до подземелья.

Он планировал это сделать. Он позаботится о том, чтобы у него была возможность, если возникнет такая необходимость.

Но сто лет в полном одиночестве... Мягко говоря, это должно было его испортить.

Конечно, с помощью своего таланта он не сойдет с ума, но если время, проведенное с этим психотерапевтом, его чему-то и научило, так это тому, что даже здоровые умы несовершенны.

Люди могут быть «сумасшедшими» в определенном смысле, даже не имея при этом никаких конкретных проблем.

Человеческий разум изначально опасен, даже когда, или, может быть, особенно когда он работает так, как задумано. Ненависть, гнев, обида, агрессия. Насилие. Ничто из этого не было исключительным продуктом болезни.

И это его испугало.

Но, как говорится, он не был наивен. Северный пояс не был самым безопасным местом в мире, даже без четырех звезд. Нравится ему это или нет, он мог оказаться загнанным в угол.

Он хотел, по крайней мере, иметь возможность.

Во время похода по магазинам он также купил большой мешок питательных таблеток. Это были довольно большие шарики, и они были не совсем дешевыми. Но с его нынешним финансовым положением он мог легко купить даже самые дорогие, которые мог предложить магазин, не вспотев.

Ну, это была ложь. Покупка более тысячи таблеток питательных веществ по $10 000 за штуку определенно заставила его вспотеть. Но даже это была лишь крошечная часть его текущего чистого капитала.

Об этом было страшно подумать.

Таблетки, которые он купил, были чрезвычайно плотными. Они содержали практически все основные питательные вещества, необходимые человеку для выживания, а также большое количество необязательных вещей, которые могли бы дать ему приличный импульс.

Клерк рекомендовал есть только один раз в три дня. Они были немного грубы для пищеварительного тракта и предназначались только для использования перед длительными экспедициями, где необходимость есть была бы обузой.

Естественно, он полностью проигнорировал совет и проглотил пять таблеток за один присест.

Он искренне думал, что его сердце взорвется.

Он также не ожидал, что они вызовут у него галлюцинации.

Но он все равно подавил желание рвоты и использовал Адаптивное Водное Тело, чтобы приспособиться к новой диете, состоящей из пяти таблеток каждый день.

Причина, по которой он настоял на этом, была в его операции по извлечению органов. Он чувствовал, что это наносит урон его телу, который не проходит легко, даже с его исцелением.

Скорее всего, он вызывал серьезную нехватку определенных питательных веществ. Это было плохо. Это не только испортило бы его тело, но и снизило бы качество органов, которые он выращивал.

К счастью, это было именно то, в чем Адаптивное Водное Тело преуспело. Он чувствовал, что быстро приспосабливается, даже после всего лишь одного вечера работы.

Естественно, такая диета также значительно повысила бы его физическую выносливость, позволив ему тренироваться еще усерднее, чем он уже делал.

Наконец наступил понедельник, и он отправился обратно в Вальхаллу.

Там он встретился с Тором.

«Итак... ты закончил с поглощением способности?»

«Конечно», — сказал Фредди, возвращая Тору планшет силы.

«Спасибо», — сказал мужчина, посмеиваясь, убирая планшет. «Ты им доволен?»

«Да, черт возьми».

«Хорошо. Ты покажешь мне это в один прекрасный день». Мужчина обернулся. «А пока я хотел бы, чтобы ты пошел и начал покорять проход».

«Тебе нужно, чтобы я сделал что-то конкретное или...?»

«Да, на самом деле. Я бы хотел, чтобы вы изучили первые пять шагов и полностью прошли первые три шага».

# П.П. Тут как я понял Тор просит Фредди изучить все проходы в пределах нескольких "этажей", т.е. зайти в основной проход из него зайти в следующие и так далее до 5 "дверей", "шагов" от основного.

«Эээ... Ясно? Что ты имеешь в виду?»

«Просто избавьтесь от всех монстров», — сказал Тор, садясь в свое офисное кресло и откидываясь назад. «Если ты не найдешь что-то суперценное, например, подземелье, я бы хотел, чтобы вы очистили его от монстров, чтобы мы могли потихоньку начать использовать местное межпространство».

Фредди промычал: «Ты собираешься рассказать остальным о проходе?»

«Нет. Я не могу. Его существование будет храниться в строжайшем секрете. Я позволю узнать об этом только нескольким избранным членам в любой момент». Мужчина схватил чашку со стола и отпил кофе. «Впереди будет трудный путь. В конечном итоге я хотел бы иметь возможность публично объявить о существовании прохода, сохраняя при этом полные права на его частное использование».

«У тебя есть план, как это сделать?»

Мужчина усмехнулся. «Абсолютно нет. Ну, пока нет. Но кто знает».

Фредди хихикнул в ответ. «Ну что ж. Ты задал мне кучу работы. Первые три шага — сколько в общей сложности миров? Ты вообще столько исследовал?»

«Я не думаю, что нашел все проходы, но пока что я насчитал 17 миров, которые тебе нужно очистить».

Фредди усмехнулся. «Ну, черт. Тогда пора начинать. А как насчет тел монстров?»

Тор пожал плечами. «Делай с ними, что хочешь. Может, просто сложи их где-нибудь в кучу, чтобы мы могли когда-нибудь использовать кости для чего-нибудь. Помни, проход — это секрет. Люди будут задавать вопросы, если мы внезапно начнем вытаскивать трупы монстров из подвала».

«О, да, конечно. Имеет смысл».

«В общем, это все». Мужчина пожал плечами. «Ты пока займись этим, а там увидимся».

«А как же наше обучение?»

«Мы пока отложим это. Я слишком много бездельничал. К тому же, ты получишь достаточно практики в межпространстве. Только смотри, чтобы тебя не убили».

Фредди усмехнулся. «Конечно. Думаю, тогда я пойду».

«Окей. Увидимся позже».

Фредди повернулся и вышел из комнаты, закрыв за собой двери. Как только он ушел, улыбка Тора исчезла. Он рухнул в кресло и положил ладонь на лоб. «Что мне делать с остальными?»

----------

Раздвигая границы

Фредди распахнул дверь, вошел в кабинет Тора и сел на стул прямо перед самим Большим Человеком.

«Привет, Фред», — поприветствовал его Тор, приподняв бровь. «Тебе что-то нужно?»

«Я их очистил», — сказал он.

«Что ты очистил?»

«Конечно, те миры, которые ты поручил мне очистить».

Тор замер, долго глядя в лицо Фредди. Затем он медленно, преувеличенно повернул голову, чтобы посмотреть на календарь, висящий на стене. «Прошло четыре дня».

«Ага».

«Ты прошел 17 миров за четыре дня?»

«На самом деле 24».

«И как, ради всего святого, ты это сделал?»

«Я бы с удовольствием рассказал тебе, но не скажу, — он криво усмехнулся. — Это один из тех секретов, которые я бы предпочел никому не рассказывать».

Он вспомнил, что было всего пару дней назад, когда все началось.

Все началось с того, что он узнал, что его недавно приобретенная способность имеет некоторую слабость.

«Ублюдок!» — закричал Фредди, когда гигантский огненный медведь выпустил в его сторону Адское Дыхание.

Он не мог увернуться.

Пламя лизнуло его чешуйчатую кожу, обжигая его защиту и поджаривая всю поверхность его тела, заставляя его гримасничать в агонии и кашлять порошком, который несколько мгновений назад был его легкими. Его огромный меч раскололся на куски, его Кастет Клинок на его правой руке и Кровавые Кастеты на его левой руке оба рассыпались в порошок, в то время как его Щит Багрового Крыла едва держался целым.

Он стоял посреди огромного поля, окруженный десятками — почти сотней — трупов огненных медведей. Большая мама-медведица, трехзвездный монстр с мантией из пламени и мехом, красным, как летний закат, рычала на него с яростью в глазах.

По ее позе он мог сказать, что она была убеждена, что битва окончена. Фредди стоял там, опустившись на одно колено, пока хлопья горелой крови откалывались от него, больше напоминая пережаренную еду, чем реальную угрозу.

Но хотя он, возможно, и выглядел изрядно измученным, он был далек от того, чтобы выбыть из борьбы.

С ревом он вскочил на ноги и призвал копье. Подвеска, висящая у него на шее, засияла золотым светом, а золотые линии прочертили себя на поверхности его копья. С безумным размахом он запустил оружие прямо в голову медведя. Опустив защиту, огненный медведь не успел вовремя отреагировать, потеряв глаз за свою ошибку. Пока он шатался от боли, он потерял второй глаз, а мгновение спустя третье Кровавое Копье пронзило его сердце, заставив его содрогаться на земле, пока его последнее пламя не погасло, а жизнь угасала.

Фредди упал на колени, выкашляв еще больше пепла и крови, и посмотрел на свои руки, наблюдая за отколовшимися, потрескавшимися чешуйками. «Не могу поверить, что я забыл об этом».

Подавление ранга. Это была сила, которая заставляла способности, применяемые теми, у кого было больше звезд, напрямую пересиливать способности, применяемые теми, у кого было меньше звезд. Если быть точнее, подавление вдвое уменьшало силу способностей бойца с более низким рангом.

Это не касалось талантов, духовных способностей или грубой физической силы, но касалось обычных способностей.

Все кровавое снаряжение Фредди, а также его чешуя Багрового Дракона были продуктом его способностей. Это означало, что против врагов с большим количеством звезд, чем у него, они будут значительно подавлены, о чем свидетельствует тот факт, что одно Адское Дыхание полностью уничтожило все его снаряжение.

К счастью, эффект оказался не таким уж плохим, как мог бы быть. Прочность его закаленной крови не пострадала от подавления. Но его способности сыграли важную роль в укреплении прочности его кровяных конструкций, и это было целью подавления.

Его Кольцо Крови помогло бы смягчить это, и, по крайней мере, в сочетании с его оружием, его Подвеска Короля Воинов окажет огромное влияние, как только он немного увеличит ее силу.

Но главным и самым удобным решением, которое у него было, было просто вызвать свое снаряжение с помощью активации двойной звезды.

Проблема с увеличением силы способности заключалась в том, что каждая способность имела различную интерпретацию своего значения, и эта интерпретация определялась во время создания способности.

Например, Кровавое Копьё Фредди вызвало два копья вместо одного, вместо того, чтобы сделать одно копьё прочнее. Но его другие кровавые конструкты, действительно, были бы вызваны с большей прочностью, если бы он дал им двойную звезду.

Главная проблема заключалась в том, что это было немного расточительно, по крайней мере на тот момент.

Умножение повлияло на основные концепции способности. Проблема здесь была в том, что большинство способностей для создания его оружия на самом деле не добавляли так уж много. Они просто затвердевали кровь в определенной форме, а стадия его Багровой Ртути делала большую часть тяжелой работы. Это изменится позже, но на данный момент дополнительная прочность не совсем стоила своей цены по сути.

Единственным исключением была Чешуя Багрового Дракона. Дорогостоящая. Двойная звезда сожрала бы 50% его сущности за один раз. Четверть его общих запасов. Одна мысль об этом заставила его вздрогнуть.

Но когда он еще раз взглянул на свою потрескавшуюся, жареную чешую, ему пришлось признать, что у него, возможно, не было выбора.

Вздохнув, он поднялся на ноги. Способность все еще не была развита. Сначала ему нужно было посмотреть, что она может сделать с одним-двумя улучшениями.

Сейчас не время для этого. Его последний противник был мертв. Он был на грани выхода из боя. И как только он подумал об этом, он почувствовал, как некая оболочка в его душе щелкнуло, открываясь. «Кровавая жертва», — пропел он.

Он сразу понял, что что-то изменилось.

Смоляная кровь огненных медведей собиралась с невероятной скоростью, гораздо быстрее, чем любой из его предыдущих призывов. За считанные секунды над ним образовалась большая лужа смоляно-черной крови.

Больше всего его удивило то, что он больше не чувствовал, что активно направляет способность. Обычно ему приходилось сосредотачиваться на поддержании стабильности процесса, но теперь кровь словно бы жила своей собственной жизнью.

Медленно, он превратился в кровавый туман и начал собираться. Он собрал довольно много крови. Не только от огненных медведей, но и от всех монстров в маленьком мире B-класса, в котором он сейчас находился.

Таким образом, он ожидал, что результат будет таким, как обычно. Но он сразу понял, что его ожидания вот-вот будут разрушены.

Кровавая сущность, которую создавала способность, обычно была дикой, нестабильной. Она буйствовала, словно отказывалась подчиняться его силе. Это имело смысл. Кровавая сущность не была его собственной, поэтому неудивительно, что она не слушалась его. Это было главной причиной, по которой форма Кровопролития обычно имела тенденцию быть... нестабильной, мягко говоря.

Но на этот раз все было явно не так.

Кровяная сущность все еще пыталась сопротивляться, но ее подавляла превосходящая сила. И она медленно начала сжиматься.

Кровавый туман собрался в форму, едва превышающую рост самого Фредди, и в конце концов кристаллизовался, позволив Кровопролитию обрести форму.

Фредди в изумлении разинул рот.

В своей новой шали, с горящими под капюшоном глазами, был Кровопролитие, ростом чуть больше двух метров. Никаких дополнительных конечностей или сумасшедших форм. Он выглядел точно так же, как и при освобождении, просто... выше.

Фредди сглотнул, почувствовав силу своего призыва. Она была сжатой и дремлющей, как лужа гнева.

«Отлично выглядишь, приятель», — похвалил Фредди с немного нервной усмешкой.

Кровопролитие посмотрел на свои руки, проверяя свою подвижность. «У меня больше контроля над своей формой, чем ожидалось».

«Ха! Ни хрена себе! Это потрясающе!» — ухмыльнулся Фредди. «А теперь пойдем посмотрим, что ты умеешь».

На прохождение 24 вышеупомянутых миров ушло всего два дня.

В этой новой форме Кровопролитие был действительно потрясающим. Он был способен на столько новых вещей.

Самая удивительная новая сила, которую он мог продемонстрировать, была на самом деле чем-то, чего он должен был ожидать. Он был способен рассеивать «ароматный» кровавый туман, который заставлял каждого хищника в определенном радиусе сходить с ума от желания и мчаться прямо к нему. Это была главная причина, по которой зачистка миров проходила так быстро, даже если это чуть не стоило Фредди жизни несколько раз.

При этом, даже будучи окруженным со всех сторон, Кровопролитие почти никогда не испытывал давления в этих боях. По мере того, как он получал больше опыта в использовании своего нового набора сил, он также становился более эффективным в их использовании.

Сначала казалось, что его новые способности будут иметь большой недостаток — он стал гораздо быстрее расходовать свою энергию. Но им не потребовалось много времени, чтобы найти решение этой проблемы.

Кровопролитие теперь могло просто поглощать больше крови, чтобы пополнить свои запасы. Оно не могло превысить свою начальную силу, определенную призывом, но могло легко поддерживать себя в тонусе, если было достаточно врагов.

Фредди долгое время был взволнован перспективой вызывать Кровопролитие часами, или даже днями, или, черт возьми, даже бесконечно! Но, к сожалению, этому не суждено было случиться.

Как концепция, «кровопролитие» было расширением «резни». Убивали и проливали кровь, и как только пыль осела, та-дам! Кровопролитие было создано!

Место кровопролития, если быть точным.

Эта концепция была неразрывно связана с местом, где произошло кровопролитие.

В результате Кровопролитие не могло перемещаться так далеко от места своего вызова. Радиус действия был щедрым, да, но в конечном итоге конечным. Чем дальше оно уходило, тем слабее становилось, пока полностью не распалось и не исчезло.

Конечно, ничто не помешало Фредди просто снова использовать Кровавую Жертву. И он сделал именно это. Много раз.

И учитывая то, что они знали сейчас, он и его маленький приятель довольно много экспериментировали. Кровопролитие все еще могло выбрать, чтобы появиться как гигантское чудовище, но теперь у него было немного больше власти над деталями. Хотя оно все еще было немного нестабильным. Дополнительные головы и конечности почти всегда добавлялись после определенной высоты, и даже когда этого не происходило, пропорции конечностей были неправильными.

К сожалению, чтобы появиться на свет в виде гиганта, ему пришлось пожертвовать частью энергии, которую он мог бы использовать для своих способностей крови, но и обратное тоже было верно, хотя он не мог появиться ниже двух метров в высоту.

Всего через два дня он практически закончил свою работу, за исключением того, что следил за тем, чтобы в мирах не ошивались опасные нехищники. Вот на что он потратил оставшиеся два дня.

Наконец он добрался до кабинета Тора, сел там и ухмыльнулся, наблюдая за его замешательством.

Мужчина, со своей стороны, сумел сохранить спокойствие. Он прищурился на Фредди, а его губы раздвинулись, чтобы показать понимающую улыбку. «Это ведь способность духа, не так ли?»

«Что такое?»

«Метод, который ты используешь, чтобы убивать так быстро».

«Я бы это отрицал, но это было бы оскорблением твоего интеллекта». Фредди пожал плечами. «Других вещей, которыми это могло бы быть, не так уж много».

«Я так и знал!» Тор щелкнул пальцами, затем прищурился сильнее. «Дай угадаю, ты сохранишь подробности в секрете?»

«Ага».

«А что, если… А что, если мне удастся угадать, что именно это? Скажешь ли ты мне, верна ли моя догадка?»

Фредди ухмыльнулся. «Валяй, не стесняйся».

Тор напевал, постукивая себя по подбородку. «Это должно быть что-то, что не влечет за собой постоянных последствий, иначе ты бы не использовал это по своему усмотрению».

«Это должно быть очевидно», — поддразнил Фредди с усмешкой.

Тор щелкнул пальцами и поджал губы, размышляя. «Я предполагаю, что это что-то вроде токсина — нет! Болезнь… » — сказал он, подняв брови, прощупывая Фредди в поисках признаков подтверждения. «Болезнь, которая распространяется от цели к цели». Он устроился в кресле. «Но!» — он поднял палец — «это достигается ценой заражения тебя первым, что идеально из-за твоего таланта. Бум! Как это?»

«Даже близко нет».

«Блин!»

Фредди рассмеялся. «Но, полагаю, баллы за креативность».

«Да, да… В любом случае, я думаю, ты можешь продолжить изучение первых пяти шагов, мистер Скорость».

«Да, примерно так», — Фредди почесал затылок.

Тор поник. «Не говори мне, что ты уже закончил!?»

«Нет, ха-ха-ха. Нет. Скорее, э-э... я собирался спросить тебя кое о чем. Так что э-э... что именно ты имеешь в виду под исследованием? Полагаю, мне следует быть немного более э-э... немного более деликатным?»

Тор пожал плечами. «Это не высшая этерология, чувак, просто посмотри, что найдешь, и доложи мне. Отметь все особенно опасные проходы и ценные области. Чувствуй себя свободно, убивай кого хочешь, пока ты не превращаешь стоящие миры в пустоши».

«Понял». Он встал со стула. «Ну… Думаю, я продолжу свою работу».

Так он и сделал.

Вскоре он вошел в ритм, и дни превратились в недели.

Большую часть времени он провел, прочесывая межпространство, выискивая ценные области и отмечая важные детали. Экспедиция также была тренировкой, и он наконец получил возможность развить некоторые из своих слабых способностей.

Его новое оружие получало отличную тренировку, и вскоре оно начало достигать новых стадий. И учитывая, что он находился в межпространстве, у него были все разумные эфирные конструкты, необходимые для их модернизации.

Пять дней в неделю он погружался и исследовал, а по выходным работал над извлечением органов.

В то немногое свободное время, что у него было, он искал необходимые ресурсы.

Через две недели Тор наконец позвал его, чтобы вручить ему проклятый предмет, полученный из его одежды. Это было толстое веревочное ожерелье, а металлические части одежды были превращены в небольшой круглый медальон. Он был непритязательным и простым.

Как было очевидно уже заранее, это был обычный проклятый предмет. Но это вовсе не означало, что он был бесполезен.

Это давало ему 13% скидки на его водные способности. Это было очень важно для закалки. Даже если он не использовал это в бою, это было все еще достаточно полезно, чтобы он решил оставить это себе.

Целый месяц он придерживался этого режима, и его труд быстро приносил плоды.

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 89% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 2 — 46% прогресса

Очищающий Багровый Источник: Стадия 1 — 83% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Тысяча Мокрых Адов: Стадия 1 — 98% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 1— 99% прогресса (готово к обновлению)

Водное Тело: Стадия 1 — 61% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 2 — 34% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 1 — 95% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 2 — 3% прогресса

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 1 — 98% прогресса

Кровавый Обезглавливатель: Стадия 2 — 2% прогресса

Кастет Клинок: Стадия 1 — 67% прогресса

Щит Багрового Крыла: Стадия 1 — 89% прогресса

Рассеивание Волны: Стадия 0 — 80% прогресса

Чешуя Багрового Дракона: Стадия 1 — 10% прогресса

Сродство воды:

Струящийся Удар: Стадия 1 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлическое Напряжение: Стадия 2 — 37% прогресса

Создание Воды: Стадия 1 — прогресс 53%

Гидравлический Бросок: Стадия 1 — 32% прогресса

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 9% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 9% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Подвеска Короля Воинов: +8% к урону и +8% к прочности экипированного оружия.

Кольцо Крови: -9% стоимости сущности, +8% мощности для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают умеренное кровотечение.

Океанский Медальон: -13% стоимости эссенции для способностей, сродства воды.

Он наблюдал значительный рост по всем направлениям, причем наиболее заметные улучшения произошли в области вооружения.

Его Поглощение Крови поднялось на ступень выше, и он усовершенствовал его с помощью концепции «эффективности», еще больше снизив базовую стоимость до 3% эссенции за литр поглощенной крови.

Кровавый Обезглавливатель, его славный меч палача, стал свидетелем не одного, а двух различных улучшений. Он получил наибольшее применение от всех его новых способностей, и с каждым улучшением он нравился ему все больше и больше. После улучшения его «влагой» и «массой» он наконец почувствовал, что оружие достигло удовлетворительного базового уровня мощности.

После двух улучшений некогда легкий меч весил около 40 килограммов. Если же он был двухзвездным, то вес увеличивался до 75. Он не был 80, потому что только 35 из этих килограммов исходили из концепций, связанных с оружием, а остальное — из веса самого материала.

Хотя он чувствовал, что базовый вес был вполне комфортным, даже его упрямая задница могла признать, что он был слишком тяжелым, когда был двухзвездным. Он все еще мог им владеть, но инерция слишком сильно его тащила. Чтобы использовать его с комфортом, ему пришлось бы совершить апгрейд Пучин Бездны. Это сделало бы его достаточно тяжелым, чтобы обеспечить дополнительный противовес.

Кастет Клинок получил простое «пронзающее» улучшение. И хотя это его немного раздражало, он должен был признать, что он получил гораздо больше пользы от Кастета Клинка, чем от Кровавых Кастетов. Кровавые Кастеты все еще были хороши против открытой плоти, но, как и сказал Тор, чаще всего ему приходилось проходить через слой защиты. Для этой цели Кастет Клинок был гораздо полезнее.

Для Щита Багрового Крыла он выбрал «блокирование». Это имело интересный эффект, который его немного удивил. Он заставлял щиты очень эффективно блокировать одну атаку — две, если они были отмечены двумя звездами.

Сила этого блока была невероятной, но у него был существенный недостаток — он не мог выбрать, какую атаку блокировать. Они блокировали первую полученную им атаку, даже если она не была особенно угрожающей. Это фактически вынуждало его использовать способность только тогда, когда он был в середине блокировки мощной атаки. Это было не так уж важно, но это, безусловно, было нежелательным неудобством.

Следующим был Гидравлический Бросок. Он получил простое «скоростное» улучшение, позволяющее ему быстрее замахиваться и бросать оружие с большей силой.

И, наконец, его Чешуя Багрового Дракона достигла стадии 1. Выбор Фредди для улучшения был прост — он остановился на общей концепции «крови». Способность уже была довольно глубокой и сложной, поэтому небольшое улучшение по всем направлениям было очевидным выбором.

Но из всех своих улучшений он считал наиболее ценными те, что касались его уникальных проклятых предметов.

Учитывая количество убитых им трехзвездочных монстров, Подвеска Короля Воинов росла как на дрожжах. Она не только существенно смягчала проблемы, вызванные подавлением, но и усиление урона было очень заметным. Однако ее рост довольно быстро замедлился. Вероятно, ему придется сражаться с еще более сильными противниками, чтобы продвинуться дальше. Ну, это уже было огромным изменением игры, так что он не был разочарован.

Его Кольцо Крови также получило дальнейший рост, особенно в плане эффекта кровотечения. Оно все еще не достигало уровня того, что мог сделать кинжал сам по себе, но приближалось к этому.

Несмотря на достигнутый им рост, что-то начало его беспокоить — его рост застопорился. Не только его самых продвинутых способностей, но и всех способностей, которые у него были.

Он не мог не вздохнуть.

Первой причиной были его духовные способности. Они довольно заметно замедлили его рост, и даже если они имели меньший эффект на способности, чем его звезда, он все равно был там. А второй причиной было то, что у него их было просто слишком много.

Но, несмотря на это, у него оставалась еще одна способность, которую он хотел развить.

За время своего пребывания в межпространстве он видел множество девиантов и уникальных монстров. Одним из них был своего рода железный еж, который мог сворачиваться и выпускать кучу игл во всех направлениях.

Все это время Фредди думал, какое маленькое метательное оружие он мог бы использовать. Но он должен был быть честен с собой — он не был парнем, который любит маленькое оружие. И поскольку маленькое оружие изначально было таким легким, он всегда чувствовал, что оно не позволяет ему в полной мере использовать свою силу.

Но как только ему в лицо вонзились железные иглы, он вспомнил кое-что.

Когда-то давно, когда он впервые приехал в этот город, он уже сделал с кем-то нечто подобное.

Когда он сражался с Джейсоном Джемом, он создал небольшую массу хрупкой крови и применил к ней Струящийся Удар, заставив ее разбиться и послать кучу осколков в сторону мужчины.

Он не думал об этом много после того, как сделал это. Это был импровизированный ход, в который он не очень верил. Но теперь он начал понимать, что в этом что-то может быть.

В одном из C-ранговых миров, которые он уже полностью зачистил, он сидел на земле, сосредоточившись на небольшом, размером с футбольный мяч, куске металла из крови. Он имел ряд швов, проходящих через него. Хотя он выглядел как сплошной шар, это был скорее пучок кусков крови, предназначенный для того, чтобы развалиться на шрапнель при попадании в него Струящимся Ударом.

Некоторые из идей, которые он получил во время медитации над табличками, оказались весьма полезными.

Когда ему впервые пришла в голову эта идея, он скорее отнесся к ней с юмором, от скуки. Милый маленький эксперимент, можно сказать.

Он понятия не имел, насколько разрушительное оружие он собирался создать.

----------

Призрачный

Фредди проснулся.

На его голове не было будильника. Однако, один взгляд на часы подтвердил, что он проснулся вовремя.

Независимо от того, было ли это просто адаптацией или его организм наконец-то определился с точным количеством необходимого ему сна, каждый день он просыпался примерно после четырех с половиной часов отдыха с погрешностью в пять минут.

Простыни на его теле казались грубыми для его голой кожи. Он медленно стянул их.

Его жилое пространство в штаб-квартире Вальхаллы было далеко не таким шикарным, как его квартира. Но это было нормально. Ему просто нужно было место, чтобы спать всю ночь. Но иногда, он должен был признать, оно казалось немного маленьким. Но это, вероятно, было связано не с самой комнатой.

Его мускулистое телосложение едва пролезало в узкие двери ванной, и ему приходилось поворачивать туловище, чтобы пройти.

Подойдя к зеркалу, он осмотрел свое обнаженное тело.

Его тело почти полностью перестало меняться из-за тренировок. Каждый дюйм его поверхности был отточен до совершенства, а кожа была настолько чистой и безупречной, что казалось, будто он проводил половину дня, выполняя косметические процедуры.

Он поднял взгляд на свое бородатое лицо. Он наклонился вперед, прислонившись к раковине, и уставился на свои глаза. Его волосы дико падали по бокам, а борода выглядела пушистой и неряшливой. Его глаза мерцали жестким светом.

С тех пор, как он изменил эту внешность, он чувствовал тошноту, глядя на свое лицо. Он устал от этого. Поэтому он создал привычку смотреть себе в глаза, пока полностью не слил свой образ с образом... этого человека.

Именно во время этих утренних сеансов он чувствовал себя так, словно действительно оказался запертым в теле чужого человека.

И дело было не только во внешности. В своем поведении, в своих желаниях, в своих мечтах и везде вокруг себя он видел не Фредди Штерна, а Фредди Клиффа.

Кем был Фредди Клифф?

Кем был Фредди Клифф?

С тех пор, как он ступил на путь власти, у Фредди Штерна был всего один простой мотив. Он хотел хорошей жизни. Его представление о хорошей жизни заключалось в путешествиях по красивым местам, сне с красивыми женщинами, общении и вечеринках с единомышленниками и простом веселье.

Но когда он наблюдал за своим поведением, когда он внимательно присматривался к тому, что он собой представлял в своих мыслях и действиях, он не видел почти никаких следов этого поверхностного желания.

Он постоянно к чему-то стремился. Он постоянно себя терзал. Он постоянно рос и менялся, как какая-то раковая опухоль, которую невозможно сдержать или искоренить.

В эти предрассветные мгновения, когда мир спал, а монстры кричали в ночи, он был ближе всего к осознанию чего-то, к постижению истины, которая ускользала от него, пока он был занят всякой ерундой.

Биение в его глазах. Подергивание его пальцев. Трепет в его груди.

Что-то там лежало. Что-то более глубокое.

Что-то амбициозное.

Он усмехнулся. «Чувак, я действительно схожу с ума».

«Хозяин, я вернулся», — сказал Кровопролитие, появившись за его спиной.

«С возвращением», — сказал он, обернувшись и сморгнув образ самого себя, запечатлевшийся на сетчатке. «Сколько?»

Он заметил зловещий блеск в глазах скелета. «Два».

Он ухмыльнулся. «Хорошая работа, Кровопролитие».

В течение последних двух недель он отправлял Кровопролитие на задания, пока спал. У него было две работы — шпионить за теми, кто плел интриги в темноте.

И убивал тех, кто, по его мнению, перешел черту.

На сегодняшний день Кровопролитие убил 12 ключевых фигур, которые руководили преступными операциями в Репентаве. И это не было похоже на его убийство Шона Джема. Его совесть была такой же чистой, как его мерцающая кожа.

Эти люди были действительно неискупимы. Так же, как и те, кого Вальхалла поймала на месте преступления, они буквально стояли между невинными мужчинами и женщинами и жизнью, свободной от мучений.

Он уже знал — большинство членов Вальгаллы не очень его любили.

Он был для них в основном чужаком, тем, кто не делал многого из того, что они знали. Тор не мог сказать им, что делает Фредди. И все же, держать их вне круга событий порождало недовольство.

Никто не хотел жить, рискуя собственной шеей, только чтобы их босс мог оказать полную поддержку совершенно незнакомому человеку. Если так будет продолжаться, то вскоре ему придется время от времени возвращаться к рейдам, если вообще придется, просто чтобы показать, что он стоит своих вложений.

Но Тор был слишком упрям.

«Как скажешь. Скоро ему придется действовать».

Фредди вышел из ванной и сел на диван в гостиной. Он сосредоточился, вызывая в руках шарик крови.

Он достиг большого прогресса с новым оружием, но еще не был готов кристаллизовать его. Он уже давно перевалил за разумное количество способностей. Едва ли оставалось место, чтобы добавить еще одну. И даже это было бременем, которое нужно было оправдать.

Кроме того, он мог использовать этот метод, даже не превращая его в полноценную способность.

Отложив его в сторону, он вышел из квартиры, пошел в комнату сбора и вытащил несколько эликсиров сродства к воде. Он был очень близок к завершению Тысячи Мокрых Адов.

Сегодня он будет прилагать усилия, пока, наконец, не достигнет 2-го этапа.

С новым кулоном на шее и эликсиром в горле он начал медитировать. Несмотря на свою постоянно растущую выносливость, он едва мог поспевать за этой способностью. Честно говоря, он боялся результатов следующего обновления. Но он стиснул зубы и продолжил.

Весь день он просто закалялся и медитировал, подталкивая себя вперед и не торопясь, чтобы очистить свое тело от рефлюксной сущности. Это был утомительный процесс, который требовал много исцеления и терпения. Даже у него не было бесконечной терпимости к боли. Он мог истязать себя лишь до тех пор, пока не достигнет своего предела.

Но он не достиг бы того, чего достиг, если бы легко сдался.

После целого дня работы над Тысячей Мокрых Адов он наконец почувствовал благословенное облегчение, увидев оболочку в своей душе — законченную и ждущую обновления.

Чтобы найти подходящий след, он и его приятель Кровопролитие отправились на охоту в Незер. Место было таким же опасным, как и всегда, но с помощью Кровопролития выслеживание и усмирение следов стало тривиальным испытанием.

После нескольких часов поиска он наткнулся на несколько интересных кандидатов. Но в конечном итоге он остановился на разрушении.

Это была жесткая концепция для уже опасной способности. Но он уже принял решение. Если он хотел продолжать то, что он делал с Струящимся Ударом, ему нужно было быть настолько жестким, насколько это возможно для человека.

Он подчинил себе этот след и принял его в свою душу, наконец достигнув стадии 2.

Он сел и сделал глубокий вдох. Затем он активировал способность.

Мгновенно по всей поверхности его тела его кожа начала раздуваться, создавая пятнистое зрелище взрывающихся пузырей, а мгновение спустя половина его лица была оторвана. Прежде чем он успел понять, что происходит, он почувствовал, как его правая рука взорвалась, его плоть разлетелась во все стороны, и на его голой кости висело не больше, чем обвисшая кожа и рыхлое мясо. «Сукин сын...»

Ему потребовалось некоторое время, чтобы оправиться от этого повреждения. Ему пришлось отправиться в промежуточный мир и убивать монстров в течение нескольких часов, чтобы наконец почувствовать, как все последствия того, что он с собой сделал, уходят.

Это была всего лишь одна секунда использования.

Он криво усмехнулся и почувствовал, как у него дернулся глаз, когда он был вынужден признать это. «Я облажался с этим».

Он достал свой блокнот и записал последние новости.

Десять Тысяч Мокрых Адов: Стадия 2 — 0% прогресса.

Однако на этом его усовершенствования не закончились.

Он нашел другую подходящую концепцию и усовершенствовал Пучины Бездны. Даже небольшое использование привело к тому, что его масса тела резко возросла.

И затем он нашел идеальный остаток для своего Струящегося Удара — концепцию усиления силы.

Не тратя времени на размышления, он подошел к дереву.

На мгновение перед его глазами промелькнул образ дерева, на котором он впервые начал тренироваться.

Посмотрим, как далеко я продвинулся с тех пор.

Он отвел кулак назад и использовал способность с обеими звездами. Мгновенно он почувствовал чертовски большую разницу в силе и не смог сдержать безумную ухмылку. Его кулак достиг поверхности дерева.

Это был второй раз, когда он взорвал себе руку за один день.

Но когда он увидел, как ударная волна и щепки разлетелись по лесу за деревом... он понял, что ни о чем не жалеет.

Бездонные глубины: Стадия 2 — 0% прогресса.

И вот вторая способность, достойная нового названия.

Удар Цунами: Стадия 2 — 0% прогресса.

Трэвис завершил тренировку с Тором, выйдя на улицу и вытер мокрый лоб полотенцем.

«В то же время на следующий день?» — спросил Тор.

«Да, конечно… Это ведь будет бесплатно, да?»

«Да, да, Фредди занят заданием, которое я ему дал».

«О. Хорошо. Тогда увидимся завтра».

«Отлично», — улыбнулся Тор, ударив его кулаком в ладонь. «Увидимся завтра, мужик».

Трэвис на мгновение задумался, прежде чем ответить взаимностью.

«Ты в порядке, чувак?» — спросил Тор.

«Да, да… Не волнуйся. Я просто немного устал от тренировок».

«Ты уверен? Ты в последнее время ведешь себя немного странно…»

«Нет, все хорошо. Позаботься о себе, прежде чем беспокоиться обо мне, мужик; ты выглядишь чертовски переутомленным!»

Тор усмехнулся. «Береги себя, мужик. Увидимся позже».

«Ладно», — сказал он, повернулся и ушел.

Тень упала на его лицо.

В последнее время у него появилась привычка выходить выпить в одиночку. Если в Валгалле и не было недостатка ни в чем, так это в алкоголиках и местах, где можно выпить.

Он предпочитал один из самых уединенных баров, спрятанный за углом в жилом районе. Это было маленькое, скромное место. Он и Тор приходили туда все время.

Он сел за барную стойку и тут же заказал пиво. Оно было горьким. Он не мог не вздыхать после каждого глотка.

«Посмотрите, кто это!» — раздался у него за спиной раздражающий, высокомерный голос. «Если это не сам гребаный бешеный пес!»

«Уф…» — тихо простонал он, пытаясь выглядеть равнодушным. «Эй, Чарли!» — сказал он, обернувшись с сияющим выражением лица. «Что привело тебя в эти края?»

За ним последовали два его слабака Чарли Кинг, один из самых выдающихся бойцов Вальхаллы. Этот человек был разведчиком и дальним нападающим. К тому же, компетентным.

«Ничего особенного», — сказал мужчина, ухмыляясь и садясь рядом с ним. «Слушай… я слышал, что тебе вернули твои привилегии. Того… раба наконец-то выгнали или что?»

«Нет. Фредди выполняет важную миссию».

«Важная миссия, а... Хе-хе-хе... Так это Тор называет? Мужик, мы всегда знали, что Тор немного пикантный, но я не думал, что ему нравятся накаченные мужчины».

Рука Трэвиса дернулась, из-за чего он пролил каплю пива. «Это очень незрелая шутка, Чарли».

Мужчина все равно рассмеялся, как будто он отпустил самую смешную шутку, известную человечеству. «Нет, чувак, ты должен признать, что там происходит что-то забавное». Мужчина обнял Трэвиса за шею. «Это должно быть больно, не так ли? Играть вторую скрипку для какого-то начинающего психопата».

Трэвис отпил глоток. «Фредди заслужил свое место. К тому же, кого решит поддержать Тор, меня не волнует».

«Разве это не так? Разве это не ты, кого он годами продавал как следующее пришествие себя? Черт, я бы немного рассердился, если бы меня отодвинули в сторону после всего этого остекления. Это потому, что ты, похоже, не можешь достичь третьей звезды? Или это потому, что ты просто... менее привлекателен, чем твои конкуренты?»

«Чувак, не обижайся», — небрежно сказал Трэвис, ставя кружку с пивом слишком резко, — «но какого хрена ты хочешь?»

Мужчина отдернул руку и поднял обе руки, защищаясь. «Мне ничего не нужно. Я просто ищу друга, вот и все».

«Ха, дайте мне передохнуть. Идите, приставайте к кому-нибудь другому».

«Остальные злы, ты знаешь», — продолжал мужчина. «Проблема этого парня. Он может быть силен, но мы его совсем не знаем. Некоторые даже говорят, что… Тор может быть немного скомпрометирован».

Трэвис собирался сделать еще один глоток, но спокойно поставил пиво и быстрым рывком схватил Чарли за шею. Он даже не повернулся к нему лицом.

«Что ты-»

«Если ты когда-нибудь снова попытаешься намекнуть, что Тор действует против наших интересов... Я лично прослежу, чтобы ты заблудился во время твоего следующего путешествия в межпространство».

«Ты угрожаешь моей жизни?» — пробормотал мужчина, поморщившись, когда Трэвис усилил хватку.

«Да. Да, я такой. У нас и так достаточно дерьма, чтобы наши люди пытались его раздуть. И если бы я был тобой, я бы позаботился о том, чтобы Тор не слышал, как я говорю это». Он повернулся и наклонился. «Этот человек не славится тем, что терпит измену. Если тебе не нравится, как здесь все устроено, забирай свое дерьмо и уходи. Мы никому не мешаем идти своим путем». Он отпустил его, и Чарли с обиженным выражением лица сглотнул.

Мужчина поправил воротник и встал. «Получай удовольствие от выпивки в одиночестве, придурок». Затем он ушел, прихватив с собой приспешников.

Трэвис посмотрел на бармена, который пристально на него смотрел.

Мужчина отвернулся.

Лукас сидел на скамейке, уставившись в землю с потерянным выражением лица. Его рука неосознанно потянулась к шраму на шее.

Снова появился зуд.

«Лукас Блэк! Тревор Смит! Шаг вперед!» — крикнул тренер.

Лукас и его противник оба поднялись и вышли на ринг.

Стажеры Вальхаллы обучались во время регулярных ежедневных учений. Большая часть их работы состояла из учений и физических упражнений, по крайней мере для новичков, но с недавних пор Лукас наконец присоединился к более продвинутой команде и начал дуэли.

Он крепко схватил свое деревянное копье, глядя на своего противника. Это был громоздкий человек примерно на голову выше его самого. Матч был совершенно нечестным.

Человек, известный как Тревор Смит, не продержался и трех ударов против Лукаса, прежде чем обнаружил себя лежащим на заднице и смотрящим на острие копья Лукаса.

«Лукас Блэк побеждает!» — объявил тренер, и некоторые из них отошли, отдав дань уважения друг другу.

Не потребовалось много времени, чтобы это стало невероятно очевидным — Лукас был одарен. Драки были для него естественными, и он легко схватывал новое. Он никогда не повторял своих ошибок. Он никогда не забывал свои уроки. И он никогда не сдавался.

Он упал на скамейку, чувствуя себя глубоко истощенным. Тренировка в тот день была долгой. Долгой и утомительной. Он вздохнул. «Я так хочу увидеть Дженис».

Наконец ему удалось перевезти ее в Вальхаллу, и теперь они жили вместе.

«Интересно, как дела у мамы?»

Хелен была в своей квартире, мыла посуду. Она терла и терла, но грязь никак не хотела отмываться.

Свет был выключен, и только тонкий луч солнца пробивался сквозь занавески. Место, где она сейчас жила, было определенно лучше, чем любое другое, где она жила.

Она продолжала тереть. Снова и снова. Она оставила рагу на плите слишком долго, и теперь ко дну прилип пригоревший слой угля. И он не отмывается. Она усердно старалась отполировать его, но безуспешно. Поэтому она сдалась. Она залила его горячей водой и отставила в сторону, чтобы он размягчился.

Это был уже третий раз, когда она это сделала.

Вдруг дверь в ее квартиру распахнулась, и вошел ее сын. «Привет, мам! Я давно тебя не видел, поэтому решил зайти!»

«Вот так?» — спросила она, схватив грязный стакан, чтобы помыть его. Она все еще не повернулась к нему лицом.

Лукас осторожно шагнул вперед. «Ты в порядке? Нужна помощь?»

«Нет... Я в порядке», — решительно сказала она, когда он поставил чистый стакан сушиться и взял другой.

«Мм. Ладно». Он поднял руку, и зашуршал пакет с продуктами. «Принес тебе немного еды».

«Я уже ходила по магазинам».

«Я принес сладости. Твои любимые».

«Я на диете. Я мало двигаюсь, поэтому начала набирать вес».

«А, понятно. Ха-ха-ха... Не волнуйся, я куплю тебе прайм в один прекрасный день. Он творит чудеса, избавляя от жира».

Она уронила стакан, который мыла. Он звякнул в раковине, но не разбился.

«Ой, извини… Я отвлекаю тебя», — усмехнулся Лукас, садясь на диван.

«Эй», — окликнула она.

«Хм? Что это?»

Она остановилась, глядя на стекло, ожидая, когда она продолжит тереть. «А как насчет того, чтобы переехать отсюда?»

Лукас замер. «Эээ... Нет? Хаха... Это шутка?»

Она не ответила.

Он наклонился вперед. «Откуда это взялось?»

«Откуда это взялось, говорит он», — саркастически повторила она и мрачно усмехнулась, снова подняв стекло, чтобы продолжить его мыть. Она приложила к нему губку и начала тереть изо всех сил. «Может быть, это потому, что у меня здесь нет друзей? Может быть, это потому, что меня вырвали из жизни, чтобы жить с кучкой террористов? Может быть, это потому, что мой собственный сын», — выкрикнула она последнюю часть, еще сильнее теряя стекло, — «запер меня в этом месте, потому что он думает обо мне, как о каком-то животном!»

Стекло разбилось в ее руках. Острый край порезал ей ладонь. Она заскулила.

«Мама…?» Он встал на ноги и пошел вперед. «Черт! Ты порезалась! Дай мне свою руку».

«Нет», — она убрала руку.

«Что? Дай мне свою чертову руку!»

«Я сама об этом позабочусь».

«Просто перестань упрямиться и дай мне свой...»

«Я сказала, что сделаю это сама!» — закричала она. «Почему ты такой настойчивый в последнее время!?»

Лукас замер, глядя на нее с тем же выражением, которое они все ей давали. Он посмотрел на нее, как на сумасшедшую. «Просто успокойся».

Она хрюкнула и пошла к шкафу, открыла ящик и вытащила тряпки и бутылку дезинфицирующего средства. Она начала перевязывать свою рану.

Лукас на мгновение выглядел растерянным, но затем он явно сдался и вздохнул в раздражении. «Я не знаю, что случилось, но я думаю, что дам тебе немного пространства». Он повернулся к выходу.

«Ты собираешься оставить меня. Одну. Снова».

Он вздохнул и повернулся. «Ну, чего ты хочешь?»

«Я же сказала. Я хочу, чтобы мы переехали».

«Мы не можем этого сделать».

«Почему бы и нет?» — резко обернулась она. «Почему мы просто не можем вернуться к прежней жизни? В чем проблема? Ты ведь теперь архичеловек, не так ли? Почему мы должны здесь оставаться?»

«О, я знаю, в чем дело», — сказал он, мрачно ухмыльнувшись и усмехнувшись.

Ощущение было такое, будто он ударил ее в живот и повернул нож. «Уходи», — сказала она.

«Хорошо», — он поднял руки. «Я ухожу».

«Ты думаешь, я сумасшедшая».

«Я уже ухожу, мама, не надо за мной гоняться».

«Ты обращаешься со мной как с животным».

Он остановился. Он повернулся с поднятым пальцем, как будто собирался что-то сказать. Затем на короткое мгновение он отдернул палец, обхватив подбородок, размышляя, стоит ли это делать. Но он явно отказался от идеи держать язык за зубами. «Знаешь что, мам? Может, если бы ты перестала вести себя как гребаное животное, я бы не стал относиться к тебе как к животному».

Она была ошеломлена. «Ты не просто так сказал это своей матери».

«Я не говорил этого своей матери», — сказал он, подняв руки в защитном жесте, затем широко махнул рукой в ее сторону. «Я сказал это тому, кто бы это ни был. Потому что ты ведешь себя не как моя мать... Хелен! Теперь я уйду. Потому что если я останусь, я чувствую, что скажу некоторые вещи, которые предпочел бы оставить при себе». Он снова обернулся.

«Ты как будто забыл все, что мы пережили».

Лукас замер. Он долго стоял молча, тяжело дыша. «Как будто я все забыл?» Он медленно обернулся. «Здесь жизнь лучше. Ты получишь свой чертов расцвет, и мы заживем нормальной жизнью. Просто скажи мне, кто твои друзья или что там еще, и я уйду и притащу их сюда — но я тебя не выпущу».

«Ты умрешь, если хоть немного доверишься мне?»

«Хм… Забавная история! Вполне возможно! Думаю, это уже почти произошло пару раз!»

«Почему ты винишь во всем меня!?» — закричала она. «Ты и этот чертов шарлатан-терапевт! Тебе когда-нибудь приходило в голову, что я была вынуждена сделать все возможное, чтобы спасти нас от того, чтобы оказаться на улице!?»

Лукас рефлекторно рассмеялся, широко раскрыв глаза в недоумении. «Ты помнишь, что произошло именно это!? Ты сделала все, что нужно», — он сложил губы рупором и подул в раскрытые ладони. «Мама, пожалуйста, не пойми меня неправильно, но нет, черт возьми, ты этого не сделала! » Он запинался несколько мгновений, выглядя слишком потрясенным, чтобы сформулировать правильное предложение. «Я не знаю, из какой ты фантастической страны, но мир, в котором я жил, был совсем, совсем другим.

«Мир, который я помню, это тот, где я возвращался с дерьмовой подработки, где я убивал себя за двадцать баксов, только чтобы узнать, что ты проиграл аренду за следующие три месяца! Мир, который я помню, это тот, где я жил в страхе каждый чертов день, что в любой момент к нам ворвутся ростовщики и вытащат нас. Ты хоть представляешь, что я чувствовал в это время!?

«Каждый раз, когда ты отбрасывала нас назад, я чувствовал эту ужасную, скручивающую боль в животе! Как будто мои кишки скручивались... Это был хороший день, когда я не фантазировал о том, чтобы выпрыгнуть из окна. И единственная причина, по которой я этого не сделал, это потому, что я не хотел причинить тебе такую боль! Но ты! Ты сделал все, что было в твоих силах, чтобы разрушить мою чертову жизнь!

«Если бы не милость совершенно незнакомого человека, знаешь, где бы мы были, мам? Мы бы сидели, связанные в каком-нибудь сыром подвале, ожидая следующего раунда изъятия наших органов! И ты удивляешься, почему я не хочу рисковать и отпускать тебя!? Сука, даже на самом дне с теплотой вспоминаешь время, когда ты была так высоко в жизни! И после всего этого у тебя хватает наглости притворяться, будто ничего этого никогда не было!? Я не могу уложить в голове, как кто-то вообще может быть таким чертовски бредовым!»

Она выглядела потрясенной, когда отступила назад. «Ты помнишь меня только в худшем виде! Ты не помнишь ни одной из принесенных мной жертв!?»

«Жертвы!?» Он рассмеялся. «Конечно, я помню». Он поднял пальцы. «Давайте посчитаем их! Ты пожертвовала моим будущим. Ты пожертвовала нашей безопасностью. Ты пожертвовала своей...»

Она дала ему пощечину. Но он даже не отреагировал. Он был как будто сделан из камня.

Она неосознанно сделала шаг назад и схватилась за запястье. Рука болела.

Его ноздри раздулись, когда он сделал шаг в ее сторону.

«Ты собираешься меня ударить?» — спросила она со страхом.

«О, я чертовски близок. Но я этого не сделаю. Знаешь, что я сделаю? Я дам тебе шанс. Уезжай! Возвращайся в город! Если ты сможешь продержаться полгода, не вляпавшись по колено в дерьмо, я извинюсь и заберу все свои слова обратно». Затем он усмехнулся. «Но если ты сделаешь именно то, что я думаю, ты перестанешь вести себя как ребенок и», — он глубоко вздохнул, — «ты наконец-то дашь мне немного покоя. У нас есть сделка?»

Она покачала головой и снова отступила. «Просто убирайся».

«Будет сделано. О, и еще одно. Пожалуйста, ради всего святого, никогда не упоминай, что твой сын — стажер в Вальхалле. Если кто-нибудь спросит, я мертв и похоронен рядом со своим братом. Я не хочу, чтобы какие-либо письма были написаны твоей кровью». Он вышел из комнаты и захлопнул дверь.

Снаружи он не смог сделать и десяти шагов, прежде чем сломался. Его руки дрожали, когда он поднял их и ударил себя по голове. Снова. И снова. И снова.

«Почему она продолжает заставлять меня проходить через это…?»

----------

Череп. Раб. Исчезнувший.

Кит Орланд был сыном нынешнего лидера Страта. Он был молодым, лихим мужчиной с ослепительно-золотистыми волосами длиной до ушей и глазами, зелеными, как болото в теплое лето. Его нос был крючковатым с привлекательной, мужественной переносицей, его широкий рот обычно покоился в приятной улыбке, а его скулы выдавались вперед, придавая его лицу стройную, жесткую форму.

Около месяца назад, совершенно неожиданно, он наткнулся на одну из лучших сделок, которые у него когда-либо были в жизни. Незнакомец, который называл себя «Череп», сделал ему предложение, от которого он бы не отказался, даже если бы знал, что оно, несомненно, будет с подвохом.

С тех пор, каждую неделю, практически без какой-либо дополнительной работы, ему в руки попадали миллионы долларов, и его отношения с местным судьей стали намного лучше.

Но это его беспокоило.

С каждым днем это гнетущее чувство в глубине его сознания становилось все сильнее.

Кто именно был этот «Череп»? Чего он хотел? Почему он вел бизнес через Кита? Они не торговали дешевыми акциями — это была крупная сделка. И эти деньги куда-то шли. Финансировались. И чем больше проходило времени, тем больше становилась эта куча денег.

Каждые выходные у него возникало желание заключить сделку и положить этому конец.

И все же, каждые выходные, в его глазах мелькали знаки доллара, и он просто не мог сдержаться. Предложение было слишком заманчивым.

Но затем начались убийства. Слухи о смертях, не слишком отличающихся от смерти одного из их врачей, начали распространяться. Жестокие убийства, явно с каким-то посланием за ними. Ужасные убийства, без малейших зацепок относительно того, кто это сделал или как. Записывающие устройства загадочным образом сломались. Не было никаких признаков взлома и проникновения. Ни единого клочка доказательств того, что кто-то вообще был там.

И все же эти люди были мертвы. Некоторые были даже двухзвездными. Один был пиковым двухзвездным.

С тех пор он не спал как следует. Он не ел как следует. Черт, он даже не мог заставить себя выйти и развлечься. Паранойя закралась и устроилась поудобнее.

Вот почему он обнаружил себя идущим в определенное место глубокой ночью и делающим то, чего он обычно никогда не делал в своей жизни.

Ранее в тот же день он получил сообщение.

У НАС ЕСТЬ ИНФОРМАЦИЯ О ЧЕРЕПЕ, КОТОРУЮ ВЫ, ВОЗМОЖНО, ЗАХОТИТЕ УСЛЫШАТЬ. ВСТРЕТИМСЯ ПО АДРЕСУ — и там было указано местоположение. Это было подозрительное, непроверенное сообщение, которое вполне могло привести его прямо в ловушку конкурента.

Но, как и все сделки, которые он заключал неделю за неделей, это предложение было слишком заманчивым, чтобы от него отказаться.

Он подошел к старому пабу и вошел внутрь. Все завсегдатаи странно на него посмотрели.

Бармен тут же заметил его и кивнул, указывая большим пальцем за спину, указывая на дверь.

Он кивнул мужчине и прошел мимо него.

Там он маневрировал по лабиринту коридоров, двигаясь вверх и вниз по лестницам, спускаясь налево и направо по узким, ветхим коридорам. Пока, наконец, он не начал слышать музыку. Глубоко в жилом комплексе был спрятан секретный клуб. И когда он, наконец, прошел через дверь и вошел в нее, он сразу понял, почему это было секретом.

Музыка гремела на оглушительной громкости. Люди танцевали и бились, явно не трезвые и явно не просто пьяные. Одежды было много, но не на танцующих там людях. Он прошел вперед, перешагивая через мокрые трусики и кучу джинсов.

«Эй, красавчик», — практически закричала ему женщина, когда он пьяно схватил его за воротник, пытаясь оттащить в сторону. Он ударил ее по лицу и толкнул, отчего она упала на землю и ударила мужчину по ноге.

Мужчина отреагировал немедленной и чрезвычайной жестокостью, ударив ее коленом по голове. Еще три человека присоединились к нему, пиная женщину на земле, даже после того, как она уже перестала двигаться.

Он усмехнулся и плюнул на землю. «Отвратительно».

Он заметил официанта, который тут же узнал его и махнул головой, приглашая следовать за ним. Пробравшись подальше от толпы, он наконец вошел в частную часть клуба. Там был небольшой коридор с несколькими дверями. Он прошел к седьмой слева и вошел.

Там пока никого не было.

Это была небольшая, частная кабинка, в которой было достаточно места для десяти человек, чтобы сидеть рядом, и даже оставалось много свободного места, если они хотели потанцевать. Там стояло ведро со льдом и несколько неоткрытых напитков на столе. Стаканы стояли вверх дном, расставленные на причудливых бумажных полотенцах. Музыка также была включена на максимальную громкость, но на стене висел регулятор, который он крутил до упора.

Он снял куртку и устроился поудобнее. Ну, расслабиться ему не удалось. Он схватил бутылку водки, используя свою природную предрасположенность, чтобы проверить ее на наличие ядов. Она была чистой. Он открутил бутылку и сделал большой глоток. «Это мусор…»

Он с тревогой ждал, чувствуя, как с каждой секундой в животе тревога становится все глубже. Двери открылись всего через несколько минут. Он насторожился, наблюдая, как двое людей вошли внутрь.

Он усмехнулся, узнав их, и его глаза сузились. Хех. Самоцветы, да?

Его гостями были Джина и Таннер Джем, два оставшихся прямых потомка семьи Самоцветов.

В то время как Таннер выглядел как среднестатистический придурок, с его самодовольным подбородком и черными волосами, разбросанными белыми прядями, бездушные глаза Джины нервировали его. Ее волосы также были черными, доходя до бедер и даже закрывая часть ее лица.

«Так это вы двое», — сказал он, сопротивляясь желанию ухмыльнуться. Он отхлебнул водки. «Это просто здорово. Я надеялся, что кто-то действительно чертовски важный прислал это, но увы».

«Я вижу, ты все так же остёр на язык, как и всегда», — прокомментировала Джина с безжизненной ухмылкой. «Давно не виделись».

«Привет», — ее брат, как обычно, не добавил ничего ценного. «Приятно видеть, что ты действительно пришёл».

Они вдвоем удобно устроились по другую сторону стола.

«Хмф». Кит почесал подбородок, глядя на них сверху вниз. «Я слышал, у вас есть информация о некоем «Черепе»?»

Джина улыбнулась. «Да. Нам есть что рассказать вам о вашем клиенте».

«Хех. Очаровательно. Я очень надеюсь, что это не просто вы двое пытаетесь заставить меня отказаться от сделки. Я не собираюсь убивать курицу, несущую золотые яйца, только потому, что вам, двум соплям, не нравится то, что я делаю».

«Но вы же появились», — сказал Таннер с серьезным выражением лица. «Вы должны были уже знать, что с вашим «клиентом» что-то не так».

Кит собирался возразить, но это был именно тот случай. «Хорошо. Я ответил на ваш звонок. Теперь расскажите мне, что происходит».

Джина вытащила из своего хранилища пачку бумаг и бросила ее прямо перед ним. Он взглянул на нее и сразу понял, что это было. «Я не настолько не в теме. Я знаю об убийствах», — сказал он. Бумаги перед ним были подробными отчетами обо всех громких убийствах.

«Просто взгляните на это», — настаивал Таннер.

Он вздохнул и поднял его, переворачивая бумаги. Он заметил заметки. Подробные заметки, в основном ссылающиеся и связывающие разные события. «Что?» — спросил он с хмурым видом, так и не сумев отличить голову от решки от того, что он видел.

«Вы слышали о таком имени, как «Раб»?» — спросила Джина.

Он медленно кивнул. «Раб. Да, я знаю, кто этот парень». Он ухмыльнулся. «Новый пациент в сумасшедшем доме в лесу. Почему ты о нем говоришь?»

Джина приняла суровое выражение лица. «У нас есть веские основания полагать, что существует тайная организация, работающая в тени с целью свержения всех местных фракций».

Он застыл с недоверчивой ухмылкой на лице. «Ты шутишь, да?»

Они уставились на него.

«Серьёзно? А вы двое не слишком стары, чтобы этим заниматься?»

Таннер нахмурился. «Хотя это звучит немного глупо, есть много доказательств, указывающих на этот факт».

«Ну, все, что я здесь вижу, — это куча чепухи», — сказал он, швырнув бумаги на пол. «Почему бы вам не провести меня через это?»

«Все началось со смерти Джейсона, нашего брата».

«Джейсон?» — нахмурился Кит. «Разве этот придурок не умер от дикого духа? О, и без обид. Но я сомневаюсь, что даже вы двое скучаете по этому засранцу».

Таннер проигнорировал его, продолжив: «С самого начала мы знали, что это, скорее всего, не было нападением дикого духа. Это было слишком странно. Но теперь, когда мы знаем о существовании кого-то, у кого есть дух-питомец, ну…»

Кит сглотнул. «Череп… Ты думаешь, это он его прикончил?»

«Мы не знаем», — сказала Джина. «В тот день наш брат занимался чем-то подозрительным. Он не вел никаких официальных записей об этом. Несколько слуг видели, как он в спешке вышел на улицу после окончания работы. Также было совершено нападение на один из наших предприятий. Обстоятельства были странными. Произошла жестокая драка, но там не было ни одного тела, и не было свидетелей. Сначала все это не имело смысла, но со временем мы начали складывать все воедино.

Таннер вмешался: «Первой подсказкой было появление «Раба» и его связь с Вальхаллой». Он вытащил листок бумаги и передал его Киту. «Шон общался с этим человеком во время прохождения Подземелья Крепости. Он сообщил, что этот человек пожертвовал несколькими внутренними органами, чтобы максимально использовать преимущества Нечестивого Благословения. По словам нашего брата, шансов выжить после этого было ноль».

Джина добавила: «Но мужчина не только выжил, он, казалось, был в полном порядке, как будто ничего не произошло. Это было странно, но затем, в один прекрасный день, этому внезапно нашлось объяснение».

Таннер снова вмешался: «А что, если бы был кто-то, кто был бы не только экспертом в исцелении, но и мастером по выращиванию органов для замены?»

Глаза Кита слегка расширились. Он начал потеть. «Ты имеешь в виду Череп?»

«Бинго», — сказала Джина. «Но это не совсем сработало, пока не начались убийства».

Таннер прорычал. «Наш другой брат растворился в воздухе. Так же, как и люди в одном из наших предприятий. Это было сделано спланировано, на сто процентов. Вероятно, наш брат обнаружил что-то, возможно, связанное с Рабом, который как раз оказался в Подземелье Крепости во время исчезновения нашего брата, что является надежным алиби, но также это слишком удобно. Он мог знать, что наш брат исчезнет, и хотел убедиться, что это не будет связано с ним».

Джина вздохнула. «Наш отец заметил эти странные события, и даже без всех доказательств он был достаточно зол, чтобы нанять отряд Трехглавой Змеи, чтобы преследовать Раба. Этот парень в любом случае был членом Вальхаллы, так что убить его было верным шагом в любом случае».

«Но вы бы посмотрели на это!» — сказал Таннер с мрачным смешком. «Раб не только выжил, он уничтожил весь отряд, и не только это, но и что-то странное произошло с подземельем. Мы до сих пор не знаем, что там произошло, но ясно, что у парня есть свои секреты».

«Затем вошел Череп», — сказала Джина. «И вскоре после убийства одного из ваших врачей».

Кит сглотнул.

«Подумай об этом», — сказал Таннер. «Череп спасает Раба от неминуемой смерти. Этот парень «Исчезнувший» помогает Черепу с его грязной работой. Это уже связало их всех вместе, и не только это, они все связаны с Вальхаллой». Он постучал себя по виску.

Джина добавила: «Ходят слухи, что Раб и Тор — хорошие друзья».

«Не просто хорошие друзья», — поправил Таннер, — «а действительно хорошие друзья. Наши инсайдеры из Вальхаллы утверждают, что Тор полностью отбросил Бешеного Пса в сторону, чтобы вложить все свои ресурсы в Раба, это полное безумие! Люди злятся, а он даже не выпускает Раба на рейды с ними. Важно помнить, что этот Раб опасен. По-настоящему опасен. Ходят слухи, что он убил двух трехзвездных, и это при том, что он в одиночку проталкивался как минимум через дюжину двухзвездных».

Джина подняла руку. «Давайте также не забывать, что случилось с Подземельем Крепости. Некоторые предполагают, что это может произойти только после того, как все волны будут очищены. Что предполагает, что Раб каким-то образом прошел все подземелье в одиночку».

«Он был не один», — напомнил Таннер. «Там был еще один таинственный человек, который чуть не умер. Но все равно суть остается прежней».

«Ладно, я понял», — сказал Кит, уже заметно вспотевший. «Так что ты пытаешься сказать?»

Таннер поднял руку, показывая три пальца, и начал считать. «Череп. Раб. Исчезнувший. Это только те трое, о которых мы знаем. Их может быть больше. Все трое обладают невероятной силой, и все они явно в сговоре с Вальхаллой — в частности, с Тором, которого мы знали много лет как самую большую угрозу нашему выживанию в этом городе. И вы ведете с ними бизнес. Бизнес, как мы слышали, стоит миллионы и миллионы долларов».

Кит чуть не вскрикнул. «Миллионы…? Ха-ха-ха…» Его дыхание было прерывистым, и он в панике вытер ладони о джинсы. «Блядь».

Джина наклонилась вперед. «Мы знаем, что не можем заставить тебя сделать это, но я думаю, ты уже должен знать, что было бы разумно сократить свои потери и перестать действовать в качестве доверенного лица Черепа».

«Ты думаешь, я смогу это сделать!? Судья — на другой стороне этой сделки!»

Они оба ахнули и пошатнулись от шока.

Он маниакально ухмыльнулся. «Угу. Да. Именно так. Ты думаешь, он будет рад, что я встаю на пути его прибыли!? Хуже того, что если он вместо этого решит вести бизнес напрямую с Черепом!? Ох, черт, я готов! Ты даже не представляешь, насколько это плохо... Этот человек все время звонит мне и спрашивает, есть ли у меня еще. Если эти парни попадут к судье, нам конец!»

Таннер и Джина неохотно переглянулись. Они сразу поняли, о чем оба думают. Они кивнули.

Пришло время отнести это отцу.

----------

Миллиардер

Фредди держался за то, что осталось от его руки, вздыхая и извлекая искру нежити из своего кольца хранения.

Окруженный морем трупов чудовищ, он не испытывал недостатка в свежем мясе, чтобы накормить этот комок плоти.

Будь то Десять Тысяч Мокрых Адов или недавно улучшенный Удар Цунами, оба были крайне саморазрушительными. Удар Цунами в частности был кошмаром в использовании. Даже с одной звездой его кулак превратился бы в кашу.

Единственный способ использовать его — убедиться, что удар приземлился идеально и что он приземлился там, где будет больно. Прилива вампиризма обычно было достаточно, чтобы не дать его руке разлететься на куски. Но даже тогда он терял всю чувствительность в руке.

Эту проблему необходимо было решить как можно быстрее.

Не говоря уже о том, что эта способность нанесла ему серьезную травму, у нее была еще одна, более серьезная проблема.

Большая часть силы удара терялась всякий раз, когда его рука взрывалась. Проще говоря, без возможности ее сдерживать и передавать, она была далека от реализации своего полного потенциала.

Но чтобы сдержать эту силу, ему пришлось привыкнуть к использованию Десяти Тысяч Мокрых Адов. «Блядь», — выругался он, щелкнув языком и наконец поднявшись. Его рука была... почти целой. Пора было идти.

Учитывая нынешний политический климат в Вальхалле, он просто ждал, когда Тор наконец сдастся и отправит его в рейд. Люди были недовольны, и если он хотел их заткнуть, ему нужно было показать, что он стоит времени Тора.

Однако уже тогда было хорошо известно, что он был влиятельной личностью.

Проблема заключалась в том, что его вспыльчивый характер стоил ему репутации.

Потребовалось бы много времени, чтобы вернуть доверие. Не было возможности изменить мнение всех о нем в одночасье.

Пока не…

Если только он не покажет, что он еще более могущественный, чем ожидалось.

Независимо от того, насколько нестабильным они его считали, если он мог показать себя человеком, способным в одиночку провести зачистку рейда, это заставило бы их замолчать.

Но для того, чтобы он мог продемонстрировать этот уровень способностей, ему нужно было уметь использовать Удар Цунами. А для использования Удара Цунами ему нужно было привыкнуть к определенной технике закалки.

Десять Тысяч Мокрых Адов была кошмаром среди способностей. Чем больше он работал над попытками ее использования, тем больше он понимал, насколько ошибочным был этот выбор улучшения. Просто не было способа использовать ее, не рискуя своей жизнью.

Некоторое время он подумывал о покупке какого-нибудь зелья или чего-то еще, что могло бы временно повысить его сопротивляемость, чтобы облегчить себе его использование, но недавно у него возникла еще лучшая идея.

Он побежал к ближайшему проходу и, как только оказался на другой стороне, тут же применил Кровавую Жертву.

Кровь лилась, и вскоре началось Кровопролитие.

К счастью, ограничение на перемещение Кровопролития распространялось на место, где оно было вызвано, а не на место, где произошло кровопролитие.

А мир, в котором он находился, было достаточно маленьким, чтобы Кровопролитие могло свободно перемещаться, не опасаясь выйти за пределы своего обычного диапазона.

«Ладно, Кровопролитие. Пора приступать к плану. Я отгорожусь стеной, а ты начни собирать монстров».

Кровопролитие кивнуло и растворилось в тумане.

Он хихикнул. «Чувак, Кровопролитие быстр как черт. Хех. Тор был бы горд…» Но день, когда он представил Кровопролитие Тору, все еще был в далеком будущем.

Он позволил Кровопролитию сделать свое дело, пока он отступил в предыдущее измерение и сел. Он заменил Подвеску Короля Воинов на Океанский Медальон. Затем он погреб себя в толстом слое кровавого металла. Это было сделано для простой цели — убедиться, что его конечности не разлетятся по всему месту.

Конечно, он остался без кислорода, но он жил.

Он подождал некоторое время, пока Кровопролитие не подал сигнал.

«Я готов, Мастер».

«Хорошо».

Он вызвал Десять Тысяч Мокрых Адов. Сразу же все его тело начало уничтожать себя изнутри. Но мгновение спустя последовал невероятный прилив исцеления.

Он чувствовал себя так, словно его тело застряло в мясорубке, но он упорствовал, продолжая использовать технику закалки, пока Кровопролитие уничтожало армию монстров, собранную в центре другого мира.

Он ощутил мощное чувство дежавю. Это было похоже на Тысячу Мокрых Адов снова и снова, только в десять раз хуже. На мгновение он снова почувствовал то же чувство бессилия, что и тогда, когда он впервые улучшил Сотню Мокрых Адов. Он столкнулся с тем, что казалось непреодолимым препятствием, и был вынужден прибегнуть к крайним мерам, чтобы добиться хоть какого-то прогресса.

Но он уже не был тем человеком, каким был тогда. На этот раз все было по-другому.

При базовой стоимости в 10% эссенции в секунду, которая не изменилась даже после обновления, 13%-ной скидке с Океанским Медальоном и 2% эссенции, поступающей со спутника, он мог поддерживать Десять Тысяч Мокрых Адов работающими почти тридцать секунд подряд.

Но Кровопролитие было в середине убийства сотен монстров, что означало, что он получал тонну эссенции каждую секунду. Достаточно, чтобы поддерживать технику закалки... бесконечно.

Только сдерживаемое могилой из багрового металла, его тело продолжало взрываться, его вены лопались, его мышцы лопались, как водяные шары. Сильная головная боль пронзала его череп каждую секунду, поскольку его капилляры не могли противостоять постоянным выбросам силы, но прежде чем его мозг мог быть поврежден, исцеление всосало кровь обратно и залатали повреждение.

Теперь, неважно, где, как только появилась боль, пришло и исцеление, компенсирующее большую часть нанесенного ему ущерба. Не весь, но большую часть.

Я могу это сделать.

Он продолжал давить. Вскоре прошло 30 секунд. Он входил в опасную зону. Даже с исцелением рефлюксорная эссенция быстро накапливалась, но он продолжал.

Он уже пережил перегрузку однажды. Он сможет пережить это снова.

Да ладно... Ты что, слабак!? Такая боль — это ничто!

Вскоре он почувствовал, как рефлюксорная эссенция превзошла его сопротивление. Но он продолжал. Толкая его все дальше и дальше. Он чувствовал, как его собственное тело мумифицируется, когда вода отказывалась оставаться в нем. И когда вода утекала, Десяти Тысячам Мокрых Адов не на что было воздействовать, постепенно слабея. Но он продолжал.

В конце концов он окончательно потерял сознание и отключился.

Он не знал, как долго он был без сознания, или даже когда именно он потерял сознание. Но к тому времени, как он пришел в себя, он уже был полностью исцелен.

Должно быть, прошло довольно много времени, учитывая, что рефлюксорная эссенция выветрилась. Вода, которая покинула его тело, по-видимому, была всосана обратно. Это было довольно неожиданно. Он рассчитывал на свою технику закалки Озера Крови, которая сохраняла много крови в его сердце, чтобы регидратировать его, когда он потеряет сознание. Но, похоже, были слои в его способностях исцеления, которые он еще не открыл.

Он почувствовал, что намерение Кровопролития достигло его, и вскоре последовали его слова. «Хозяин, я уничтожил всех монстров».

Он быстро впитал металл крови, в который он был заключен, обратно в свою кожу. «Отличная работа, Кровопролитие». Глубоко вздохнув, он проверил свой прогресс.

Десять Тысяч Мокрых Адов: Стадия 2 — 3% прогресса.

Прогресс в 3% не показался мне чем-то большим, учитывая, через что ему пришлось пройти.

Но он улыбался от уха до уха.

По сравнению с тем прогрессом, которого он надеялся достичь? Это было очень много.

И он не закончил с тем, чтобы подталкивать себя. Даже близко не закончил. После медитации, чтобы очистить рефлюксорную эссенцию, он перешел в другой мир. Долгое время он чувствовал себя виноватым из-за того, что избегал задания, которое дал ему Тор. Честно говоря, то, что он делал, можно было бы рассматривать почти как форму вандализма. Но он усмехнулся про себя.

«Ну ладно. Я уверен, Тор поймет».

В течение целой недели Фредди проводил большую часть своего времени, работая с Десятью Тысячами Мокрых Адов.

Сначала это шло медленно, а потом экспоненциально медленнее. Несмотря на то, что он вложил почти все свое время в шлифовку одной способности и использовал почти безумные средства для ее развития, он едва довел ее до 17% прогресса.

И все же, учитывая прогресс в его внутренней стойкости, можно было бы подумать, что он поднялся на целую ступеньку выше.

Он замечал это в боях. Удары когтями, которых он обычно должен был бояться, едва ли могли оставить на нем царапину. Большинство ударов тупой силой могли бы с тем же успехом щекотать его. И он мог использовать Удар Цунами. Он все еще был вреден для него, но недостаточно, чтобы это стало проблемой. Кроме того, пока он приземлялся правильно, удар с одной звездой практически возмещал весь урон через приток исцеления.

Вдобавок ко всему, Рассеивание Волны творило чудеса, отменяя способность. Он был близок к тому, чтобы улучшить ее, и он присматривался к потенциальному кандидату на первую конструкцию — возврату.

Основная проблема заключалась в том, что концепция возврата была исключительно редкой. Ну, на самом деле, была еще большая проблема в том, что она могла не сработать. Но игра стоила свеч.

Такое обновление, как можно надеяться, позволит ему снова впитать часть водной эссенции, использованной в Ударе Цунами. В лучшем случае это будет 50%. Он был бы счастлив даже с 25%.

Удар Цунами стоил много эссенции. После последнего обновления Пучин Бездны требовалось 17% эссенции для использования с одной звездой. С двумя звездами стоил 34%. Если бы ему пришлось отменить способность, это привело бы к довольно существенной потере эссенции. Сделать что-либо, чтобы компенсировать это, стоило того.

И это было именно то, что могло произвести впечатление на Тора.

Вскоре, использование Десяти Тысяч Мокрых Адов больше не заставляло его конечности отлетать от тела. Это не значит, что способность не продолжала его терзать, но это было намного лучше, чем катастрофа, которую она вызвала в начале.

Всю неделю, помимо тренировок и исследования межпространства, он проводил много времени за покупками, собирая последние из того, что ему было нужно для Века Одиночества. И за исключением нескольких редких следов, он купил практически все, что ему было нужно, все аккуратно упаковано в коробку, полную низкопробных колец для хранения.

Он также купил несколько ящиков для хранения. Они были около полуметра высотой снаружи, но были намного больше внутри. Эти ящики использовались для перевозки вещей из одного места в другое и часто использовались для максимизации пространства для хранения. Они были не очень полезны для переноски вещей лично, поскольку не влияли на вес предметов внутри них. Если бы в них хранилось несколько тонн материалов, они бы весили несколько тонн.

Но для этого подземелья они играли бы незаменимую роль. Учитывая, что подземелье просуществовало сто лет, ему нужно было бы место для хранения всех его отходов. В противном случае он бы утонул внутри того, что в конечном итоге превратилось бы в гигантскую выгребную яму.

Что касается вышеупомянутых редких следов, он и Кровопролитие постоянно следили за ними. К счастью, не потребовалось много времени, чтобы найти антигравитацию. Была область с кучей летающих камней. Но возврата нигде не было видно, к сожалению.

Он также искал непроницаемость, но ее было на удивление трудно отследить. Если добавить ее к чешуе багрового дракона, она усилит функцию блокировки сущности, самую ценную часть способности. Из всех следов, которые ему были нужны для улучшения способностей до стадии 2, это было последнее, что он нашел.

Возврат был единственным, что он просто не мог нигде найти. Это тоже имело смысл. Не то чтобы эта концепция имела большое присутствие в естественном мире. Единственный способ, которым он мог бы отследить это, был бы, если бы он нашел какое-то редкое растение или материал, который мог бы каким-то образом вернуть сущность, и даже тогда он мог не найти нужный остаток рядом с ними в Незере.

Честно говоря, у него не было никаких надежд отследить его самостоятельно. Ему пришлось бы купить его. Но в магазине, где продавались захваченные следы, его просто не было. Учитывая его редкость, его, скорее всего, продадут только на большом аукционе. Его отслеживание могло стать огромной головной болью.

Как всегда, в конце недели он извлек свои органы и подготовил их к торговле.

Кровопролитие посетило человека, который, как обычно, выступал в роли посредника. Человек записал информацию о месте и ушел. Ничего необычного не произошло. Как только товар был забран, деньги поступили на его банковский счет.

В тот вечер он пошел в банк, чтобы проверить, все ли в порядке.

Когда он брал выписку в банке, он глубоко вздохнул, увидев цифру на бумаге.

Текущий баланс: $1,002,941,624

Один чертов миллиард долларов.

Он тратил свои деньги довольно быстро, так что технически он уже заработал эту сумму, но только сейчас, когда у него закончились вещи для покупок, он перешел порог.

Он едва мог поверить в то, что видел.

По дороге домой он не мог перестать думать об этом. В тот день он стал миллиардером. Чертовым миллиардером.

Он мог бы прожить целое столетие в абсолютной роскоши и все равно не потратить все деньги. Черт, если бы он правильно их инвестировал, он, вероятно, мог бы жить в роскоши только за счет процентов. Черт возьми, даже если бы он просто вычел ошибку округления из миллиарда долларов, он мог бы жить невероятно комфортной жизнью в районе среднего класса.

Одна только мысль об этом заставляла его сердце трепетать. Он был бессмертным — нестареющим. Сильным. Красивым. И чертовски богатым.

Все, о чем только может просить человек, все, о чем только может просить человек, черт возьми, все, чего он когда-либо хотел, уже было у него на ладони. И даже больше. И еще больше сверх того.

Он обнаружил себя стоящим на обычной улице, с оживленным, многолюдным рестораном справа от него, освещающим его теплым, уютным светом, и жилым домом с закрытыми магазинами на первом этаже через дорогу. И там его шаги внезапно остановились. Там он остановился на своем пути, его сердце колотилось в груди, а дыхание было неровным. Он чувствовал, как дрожат его руки, и слышал звон в ушах, в то время как мир вокруг, казалось, почти отошел на второй план.

«Зачем мне все это…?»

Его мысли прервал звонок телефона. Он ахнул, почти отпрыгнув назад. Он чувствовал, как телефон вибрирует в его кармане. Один раз. Дважды. Трижды. Он продолжал звонить.

Но он застыл, не в силах заставить себя ответить.

Он зазвонил снова. И снова. Затем он перестал звонить. Затем он снова начал звонить.

Он неохотно потянулся к карману и вытащил его.

«Алло?» — раздался голос Тора, чистый, как кристалл, и громче любого другого звука на пустынной улице.

«Привет…»

«Да, гм, я знаю, что у тебя сегодня выходной, но я бы хотел, чтобы ты зашел ко мне в офис. Это своего рода чрезвычайная ситуация».

«Все в порядке?»

«Да, э-э… Ничего немедленного».

«Вы можете мне сказать, что это?»

«Я хотел бы сказать тебе это лично».

Фредди стиснул челюсти. «Почему бы тебе не рассказать мне прямо сейчас?»

«Просто приходи, и мы поговорим, хорошо?»

«А если я не захочу?»

Тор замолчал. «Что? Извини, что ты только что сказал?»

«Я... Неважно. Извини. Я сейчас приеду».

«Ладно, мужик... Увидимся».

«Пока». Фредди закончил разговор. Громоздкий телефон казался тяжелым в его руках. Он сжал его и быстро спрятал в карман. Но он не двинулся с места. Он не мог заставить себя сделать даже один шаг.

Все, что он чувствовал в тот момент, было колебание. Он знал, зачем его зовут.

Но он не знал, зачем ему идти.

Вдруг он вздохнул. Он подумает об этом позже. А сейчас ему нужно идти.

Он вытащил мотоцикл из своего хранилища и поехал на нем в штаб-квартиру Вальхаллы.

Там, как только он вошел в кабинет Тора, он получил новость, которая, как он уже знал, ждала его.

«Мне нужно, чтобы ты присоединился к нам в рейде», — сказал Тор, сжав пальцы так крепко, что костяшки побелели.

«Они снова издеваются над тобой, я полагаю?» — спросил Фредди, вздохнув. «Я понимаю. Я обещаю, что больше не выйду из-под контроля и не буду вести себя неподобающе». Он колебался долгое время, приподнявшись всем телом, как будто собирался что-то сказать.

«Хмм?» — промычал Тор. «Что?»

«Я...» Он сдулся. «Ничего». Он встал. «Просто дай мне знать точное время».

«Завтра. В 10 вечера»

«Хорошо. Увидимся».

«И Фредди…»

"Хм?"

Выражение лица Тора потемнело. «Покажи им, на что ты способен».

Он кивнул. И ушел.

И как и было обещано, когда настал момент, он прибыл.

Рядом с остальными авангардами стоял Фредди, одетый в простую белую рубашку и серые спортивные штаны. Он чувствовал смятение и кипящее негодование остальных вокруг него.

«Почему он не готов?»

«Только не говори мне, что он снова собирается сделать что-то безумное…»

«Тор знает?»

Но он проигнорировал их, вместо этого вызвав Багровую Драконью Чешую. Его тело было покрыто красной чешуей, покрывающей его с головы до ног.

Остальные участники посмотрели друг на друга, а затем на него, в недоумении. Но они держали рты закрытыми.

Их целью было заброшенное здание на окраине города. Свет в здании, казалось, был выключен, но они уже знали, что это всего лишь иллюзия. Внутри была операция по наркотикам. И не просто операция по наркотикам — та, где они испытывали наркотики на пленниках.

Все было как обычно. Любой, кто стоял перед ними, уже был приговорен к смерти. Они стояли на пути свободы. Их существование было непростительно в справедливом мире. Они решили поставить свои жизни выше чужих. И за это они умрут.

Не прошло много времени, как пришло объявление. Они получили сигнал, и авангард двинулся к своей цели.

На этот раз Фредди был самым быстрым с самого начала. Он добрался до здания намного раньше всех и с дропкиком ворвался в открывающиеся двери. Завыла сигнализация. Охранники собрались, заполнили коридор и устремились к нему.

Он поднял левую руку. На ней появился шар из сегментированного металла.

Там было много охранников. Он много раз проверял эту комбинацию с Ударом Цунами, но всегда придерживался только однозвездного использования. Но в тот момент он знал, что он был там не просто для того, чтобы быть эффективным. Он был там, чтобы покрасоваться.

Он подбросил мяч в воздух перед собой и, не колеблясь, применил Удар Цунами с обеими звездами. Способность немедленно поглотила огромную массу сущности, подпитывая яростный поток, который прокатился по всему его телу. Он пробежал по его конечностям, концентрируясь в кулаке, сжимая его так сильно, что его рука хотела взорваться.

Люди, спешившие на него, почувствовали, что что-то не так: их шаги замедлились, а охрана поднялась.

Две звезды, сияющие в груди Фредди, были ошеломляющими, излучая ауру абсолютного разрушения.

Его кулак приземлился на алый шар.

Шар взорвался с яростной вспышкой света, оглушительным грохотом, мерцающей красной пылью и шквалом смертоносных осколков. Ударная волна разнесла окна, сотрясла здание, разорвала барабанные перепонки, а осколки разбили стены, сокрушили броню, кости, разорвали кожу, скользя и рикошетя в какофонии звенящих металлических звонов и криков, разбрызгивая бетонную пыль и кровавый туман, затопляя зал мокрой кровью.

Его рука была немного изуродована, но большая часть повреждений была компенсирована заживлением.

Он стоял там, разинув рот от ужаса, который он проявил.

Все, кто был в коридоре перед ним, были мертвы. По кускам.

Авангард, который еще несколько минут назад атаковал, теперь остановился, ожидая позади него и настороженно наблюдая.

Фредди не смог сдержать довольного фырканья. «Как тебе такое хвастовство…?»

«Пожалуйста!» — крикнул кто-то из коридора. «Стой! М-мы сдаемся!»

----------

Предательство

Чарли Кинг наблюдал со своего насеста на соседнем здании, как Фредди Клифф одним ударом полностью уничтожил оборону цели их рейда.

Он наблюдал, как ударная волна прошла по первому этажу, и стал свидетелем того, как одно за другим разбились окна.

Медленно, лук, который он натянул, готовый застрелить любого, кто попытается сбежать, ослабел в его хватке. «Иисус Христос…»

«Чарли!» — крикнул один из головорезов рядом с ним. «Один из них бежит!»

Действительно. Один из защитников выпрыгнул в окно, его изрезанная рука висела сбоку, он истекал кровью и бежал, словно за ним гнался сам дьявол.

Человек, назвавший его имя, вытащил рогатку и приготовился сбить убегающую цель.

«Не надо!» — крикнул Чарли, хватая его за руку.

«Но он собирается...»

«Я сказал, не стреляй, черт возьми». Его взгляд заставил мужчину отвернуться и неохотно убрать оружие.

Двое мужчин, стоявших рядом с ним, уставились на него с явным шоком. Другой рявкнул. «Чарли! Что с тобой? У нас есть четкий приказ не допустить побега никого!» Мужчина отступил назад, явно в ярости. «Я расскажу об этом начальству. Это неприемлемо».

«Это так?» — спросил Чарли, накладывая стрелу и стреляя человеку прямо между глаз.

Другой мужчина уставился на труп и сглотнул.

Чарли посмотрел на него. «Леон. Могу ли я доверять тебе, что ты будешь держать рот закрытым?»

«Но…» Мужчина тяжело дышал. Его взгляд переместился с мертвого тела на убийцу. «Зачем?»

«Тебе вообще нужно спрашивать в этот момент?» — сказал он с изрядной долей раздражения. Он приложил ладонь ко лбу и глубоко вздохнул. «Скажи мне, ты счастлив здесь? Ты чувствуешь, что твоя семья в безопасности? Ты чувствуешь, что твое будущее в надежных руках?»

«Я…» Леон колебался.

«Просто посмотрите на него, черт возьми…» — выплюнул он с кислой усмешкой, указывая на Фредди. «Ты думаешь, что такой уровень власти нормальный? Я не настолько наивен, чтобы в это поверить. Я не знаю, какому дьяволу Тор продал свою душу, но что-то в этом явно не так. Ничего не идет как надо. Годами мы получаем все эти обещания, но что у нас есть на самом деле? Мы не официальные лица. Люди все еще видят в нас террористов. И с такими ублюдками я никого не осуждаю за страх».

Леон молчал.

Чарли подошел к нему, прижав палец к груди. «В нас стреляли их рейнджеры. Вот почему он мертв, и вот почему мы пропустили убегающего мужчину. Могу ли я рассчитывать на тебя?»

Леон замер на долгое мгновение. Затем он медленно кивнул.

Фредди подошел к Тору, который стоял в стороне, курил сигарету и наблюдал, как жертв и преступников медленно выводили из здания.

Тор кивнул ему и выдавил улыбку. «Хорошая работа». Он протянул ему сигарету.

Фредди принял ее, и Тор зажег ее для него. Он глубоко затянулся, втягивая в легкие дым. Он медленно выдохнул, наблюдая, как он кружится в спокойном вечернем воздухе. «Что ты собираешься с ними делать?» — спросил он, указывая на связанных мужчин и женщин, которые руководили операцией.

«Что ты имеешь в виду?»

«Обычно вы не берете пленных. Что теперь?»

«Что еще?» Мужчина усмехнулся, покачав головой. «Их передадут судье».

Фредди нахмурился. «Понятно».

«Это проблема?»

«Я всегда задавался вопросом, почему судья сам не занимается этими операциями? Может ли быть, что он как-то в этом замешан?»

«Будьте осторожны в своих словах», — предупредил Тор. «Но это хороший вопрос. В основном все сводится к тому, что это не работа судьи».

«Тогда в чем, черт возьми, заключается его работа?»

«Слушай. Мне этот чувак тоже не нравится, но объективно он слишком занят. Его работа — поддерживать порядок в Северном поясе, а это значит иметь дело с теми, кто у власти, и держать их под контролем. Это не его вина, что империя отказывается финансировать настоящую полицию».

Фредди выпустил еще один клуб дыма. «Но он возьмет этих людей? Я не понимаю. Почему бы вам тогда не брать пленных чаще?»

Тор грустно улыбнулся. «Потому что люди редко сдаются». Он усмехнулся, стряхивая пепел сигареты. «Честно говоря, отправка к судье — это практически смертный приговор. Людям требуется чертовски много альтернатив, чтобы добровольно сдаться». Тор вопросительно посмотрел на него. «Кстати, что это было, черт возьми?»

Фредди усмехнулся. «Шарик из хрупкого металла, ударенный очень сильным ударом». Он ухмыльнулся, вытащил листок бумаги, записал текущее состояние соответствующих способностей и передал его Тору.

Тор посмотрел на него и вздохнул. «Понятно. Так что, по сути, это заряженный дробовик старого мира. Отлично».

«Как думаешь? Это заткнет нытиков?»

Мужчина вздохнул. «Они хотя бы заткнутся о тебе. Ну... они не будут жаловаться, что ты пустая трата ресурсов».

«Я не понимаю. Почему ты позволяешь им так себя вести? Разве ты не должен лучше дисциплинировать своих подчиненных?»

«Дисциплина...? Хех. Может быть. Я всегда руководствовался методом кнута и пряника». Он стряхнул окурок. «Жаль, что у меня кончились пряники».

«Знаешь, я заметил, что моральный дух в Вальхалле уже некоторое время неуклонно падает». Он пристально посмотрел Тору в глаза. «Что в этом такого? Из всего, что я видел, Вальхалла сейчас в лучшем состоянии, чем когда-либо».

Кулаки Тора сжались. «Ты не ошибаешься. Мы никогда не были сильнее, чем сейчас».

«Так в чем же дело?»

Тор потянулся к карману, вытащил еще одну сигарету и закурил. Он долго смотрел вдаль. «Когда я только основал Вальхаллу, я дал обещание. Однажды», — он указал на небо, — «мы заключим сделку с империей. Я действительно думал, что у них были все основания согласиться на наше предложение. Почему бы и нет? Мы никогда не просили никаких денег».

«Все, что нам когда-либо было нужно от империи, — это значок. Официальное заявление о том, что мы официальные. Вот и все. Чтобы люди могли нам доверять. Чтобы другие фракции дважды подумали, прежде чем нападать на нас или пытаться управлять преступными группировками. Но после многих лет умоляния на коленях, все, что я когда-либо получал от судьи, — это яд для души и средний палец». Он усмехнулся, покачав головой. Его глаза стали блестящими. Его челюсть задрожала, и сигарета выскользнула изо рта, падая на землю.

Он закурил еще одну. «Мы всегда с оптимизмом смотрели в будущее. Но, честно говоря, становится все труднее держать голову поднятой. Конечно, сейчас у нас все хорошо, но... черт, мужик. Если империя не хочет нас признавать, это как бы подразумевает...»

«Что они против того, что вы делаете?»

Тор кивнул. «Да. Именно».

«Это меня не удивляет. За пределами Северного пояса это место имеет репутацию убежища для преступников. Для империи это как мухоловка, которая выманивает нечисть с материка. Я не шокирован тем, что они не хотят менять эту репутацию».

«Я слышал подобные истории всю свою жизнь», — сказал Тор. «Но это не значит, что так должно оставаться. Северный пояс имеет потенциал быть полезным для других целей. Крайний Север богат эфиром и другими ресурсами. Пусть четыре звезды останутся и дадут им столетие, и они станут гораздо больше, чем есть сегодня».

Фредди рассмеялся. «Звучит весело. Может, они разрешат это, когда у них наконец закончатся места для расширения на юге. И места для расширения в межпространстве».

«Эй. Никогда не знаешь, — рассмеялся он. — Империализм и жадность не знают границ».

Фредди на мгновение замолчал, просто улыбнувшись Тору. «Ты крутой парень. Я уверен, ты разберешься. Что касается остальных, просто дай мне знать, кто тебя обижает, и я разберусь с этим, ладно?»

Тор усмехнулся и ударил его по руке. «Заткнись, придурок. Зачем ты вообще здесь сидишь? Поднимай свою задницу и иди помогать».

«Ладно, босс». Он шутливо отдал честь и вскочил на ноги. «Я этим займусь».

«Почему он продолжает нас игнорировать!?» — закричал Таннер, пнув ножку стола и сломав ее.

Джина вздохнула, отпивая свой напиток, который он поймал как раз перед тем, как весь стол опрокинулся. «Расслабься. Ты же знаешь, какой отец. Я уверен, он получил наше сообщение. Он будет действовать, когда сочтет это необходимым».

«И когда это будет!? Когда умрет еще один из нас!?»

Она бросила на него резкий, холодный взгляд. «Я так же расстроена, как и ты, но нет смысла устраивать истерики. Все, что мы можем сделать сейчас, это ждать».

Таннер зарычал, падая на диван.

Прошло некоторое время с тех пор, как они переслали детали своего расследования отцу. Он даже не признал этого. Они подчеркивали важность своей работы и даже утверждали, что их жизни, скорее всего, находятся под угрозой, но он так ничего и не сказал. Это было неприятно, мягко говоря.

Самым оскорбительным было то, что они слышали, что он проводил собственное независимое расследование по тому же вопросу. Он копался в тех же источниках. В лучшем случае он пытался подтвердить, что их информация была законной. В худшем случае он снова отклонил их отчет, назвав его вмешательством детей.

Так было всегда и во всем. Лидеру семьи Самоцветов было далеко за сто лет. И это, похоже, испортило его понимание того, что такое взрослый человек.

Несмотря на то, что по смертным меркам они были уже почти среднего возраста, порой с ними обращались так, словно они были детьми препубертатного возраста.

Но вот, наконец, после долгого ожидания, их телефоны зазвонили, и он пригласил их в свой кабинет.

Они практически бежали туда.

Штаб-квартира Gem & Faller представляла собой высокое здание, расположенное на окраине Репентавы. Большинство этажей были отведены под офисные помещения для большого количества различных предприятий, которыми они управляли. А верхний этаж, целиком, был офисом их отца.

Благодаря деревенскому декору и широкому открытому пространству помещение больше напоминало суд, чем офис.

Они промчались через вестибюль и вскоре оказались перед входом. Они остановились, готовясь к встрече. А затем открыли дверь.

Но там никого не было. Они вдвоем медленно двинулись вперед.

Внезапно из комнаты в углу офиса послышался звук спускаемой воды, и оттуда вышел грузный мужчина.

Конечно, он выглядел не старше их. Но вокруг него была аура без возраста, осанка, выдававшая его жизненный опыт. Его пышная борода и едва заметные шрамы придавали ему суровый вид, а его густые черные волосы были коротко и аккуратно подстрижены.

Долгое время он сохранял суровый взгляд. Но как только он заметил своих детей, стоящих там, он заметно растаял и подскочил к ним. «Таннер. Джина. Мои дорогие», — сказал он, крепко обнимая их обоих. «Как у вас дела? О, вы, должно быть, ужасно переживали из-за всех этих убийств и всего такого. Охранники, которых я послал, потревожили ваш сон?»

«Надеюсь, ты не спала ночью, когда обычно происходят убийства. Ох, ты, должно быть, так испугалась. Пойдем. Я купил тебе сладостей. Для тебя, Джина, я даже купил немного отборного темного шоколада. Твой любимый».

«Папа... это были мои любимые конфеты, когда мне было 7 лет».

«Что?» Он заметно сдулся. «Тебе больше не нравится?»

«Я…» Она вздохнула. «Как скажешь. Конечно. Я возьму немного».

«Можно мне немного виски?» — спросил Таннер.

«Что?» Его отец моргнул. Затем он усмехнулся. «Ты всегда был таким забавным, Таннер. Пойдем, у меня есть апельсиновый сок». Мужчина повернулся и направился к холодильнику в углу.

«Отец, я…» — позвала Джина.

Он помолчал, медленно оборачиваясь. «Хм? Все в порядке?»

Таннер прорычал. «Ты вообще читал отчет, который мы тебе отправили?»

«Что?» Он долгое время казался озадаченным. «О, да, я это сделал. Кстати, вы двое отлично поработали! Смотрите, я даже повесил копию на холодильник!» Он на мгновение заколебался. «Что за взгляды? Тебе неловко? Я уберу, если так».

«Отец... Когда же ты начнешь относиться к нам серьезно?» — спросил Таннер, сжимая кулаки и сжимая челюсти.

«Я воспринимаю тебя всерьёз». Он подошел к холодильнику, открыл его и заглянул внутрь.

«Отец…» — вмешалась Джина. «Я разделяю мнение Таннера. Ты обращаешься с нами, как с детьми».

«Что!?» Он перестал наливать апельсиновый сок в стакан и медленно поставил бутылку. «Это чушь. В любом случае, я пригласил вас двоих, чтобы наконец поделиться хорошими новостями!»

Они переглянулись. «Хорошие новости?»

«Мы поговорим об этом через минуту». Мужчина внезапно повернулся и нажал одну из множества кнопок на столе. «Жан, дорогая, можешь, пожалуйста, провести нашего гостя в главный офис? Спасибо».

Они оба подняли брови, прошли вперед и сели за большой офисный стол.

Таннер отпил апельсинового сока, а Джина откусила кусочек темного шоколада.

Им пришлось сдержаться, чтобы не застонать от недовольства. И сок, и шоколад были чертовски хороши.

Их отец, со своей стороны, просто ласково им улыбнулся и терпеливо ждал, когда прибудут те, кого он пригласил.

Вскоре двери в офис наконец-то приоткрылись, и внутрь заглянула женщина. Это была помощница их отца, и она коротко поклонилась, прежде чем провести внутрь другую женщину.

Как только Таннер увидел, кто это, он вскочил на ноги. «Ты…»

«Эй…» — неловко поздоровалась она. «Я давно вас не видела…»

Это была Хеллен Блэк.

----------

Репутация

Не все были способны справиться с ужасами человеческой жестокости. Даже когда набеги Вальхаллы проходили идеально, всегда находилось большое количество людей, которым требовалась выпивка. Или две. Или достаточно, чтобы вырубить их.

Хотя у Трэвиса была репутация свирепого бойца, в остальном он был деликатным типом. Его сердце разрывалось на части, когда он видел, как с невинными творятся ужасные вещи. Он давно привык к таким зрелищам, но они всегда его доставали, пусть и ненадолго.

Этот последний рейд был одним из самых шокирующих, что он когда-либо видел в своей жизни. Он был в шаге от Фредди, когда стал свидетелем того, как этот человек начал свою атаку. Иметь больше власти всегда хорошо. Но это... Река крови, которую этот человек создал одним движением...

Это заставило даже его отвести взгляд.

# П.П. Не совсем понимаю про каких невинных идет речь, ведь всех в том здании так или иначе убьют, даже рейд затевался в с целью положить всех кто там будет, в общем звучит странно, даже если он испугался силы гг.

Хотя защитники сдались на этот раз, впервые за долгое-долгое время, это произошло не раньше, чем снайперский выстрел сбил одного из их рейнджеров. Это был человек, которого Тревис знал и с которым ему было приятно поговорить.

Хотя он считал это ужасной привычкой, он не мог удержаться от того, чтобы не пойти выпить. На том же месте, в том же старом баре, куда он всегда ходил.

В тот вечер там было больше людей, чем обычно.

Он выпил уже около трех кружек пива, чувствуя себя несчастным и раздавленным, когда дверь распахнулась и вошел еще один человек.

Он не обернулся, чтобы посмотреть, кто это был. Краем глаза он увидел, как трое мужчин отдали ему почтительное приветствие. Было очевидно, кто это был.

«Эй», — крикнул Тор, стоя немного позади Трэвиса.

Трэвис на мгновение замолчал, пытаясь распутать узел, образовавшийся в горле. Затем, с лучшей улыбкой, которую он мог изобразить на лице, он повернулся. «Чего ты ждешь? Давай. Присаживайся».

Тор кивнул и повиновался.

Они некоторое время молча пили. Затем, когда алкоголь наконец подействовал, они начали болтать. Тема рейда долго не всплывала. Они были там, чтобы отвлечься от этого.

Но слон был слишком большим, чтобы не обратиться к нему. «Эй, Тор, ты... ты доверяешь Фредди?»

Тор поболтал виски в стакане, потом уставился на него, пока он не успокоился. «Да».

«Это была долгая пауза».

«Чувак, какого черта ты от меня хочешь?» — прошипел он с усмешкой. «Я ему доверяю. Правда. Знаешь, просто... я... я понимаю, почему ты меня об этом спрашиваешь». Он отпил глоток напитка.

«Хмф. Он слишком опасен, чтобы рисковать и слепо доверять ему».

«И все же он слишком силен, чтобы сдаться».

Трэвис уставился на пену, плавающую на поверхности пива в его кружке. Его мысли блуждали долгое время. Он пожевал уголок губы. «Какой он человек?»

«Разве вы уже не встречались с ним несколько раз?»

«Недостаточно, чтобы сформировать реальное суждение».

Тор усмехнулся, делая еще один глоток. «Он жесток и обидчив».

Трэвис бросил на него взгляд.

Тор застонал и вздохнул. «Не смотри на меня так».

«Как думаешь, ты позволяешь отчаянию делать выбор за тебя?» Тревис прищурился. «Тор, которого я знаю, не стал бы...»

«Послушай, Трэвис…» Он выдохнул воздух сквозь сжатые губы и зарылся пальцами в волосы. «Ясно как день, что наш план официальности был тупиком. Единственный путь вперед — это абсолютная сила. И не торопись выносить суждения. Ты еще толком не встретил Фредди. Он не так уж плох. У него просто есть некоторый багаж, вот и все».

«Да... Я имею в виду... Я слышал о... э-э...»

«Эта девчонка. Да. По сути, безмозглая, насколько я знаю». Он вздохнул и отпил. «Но знаешь… у меня такое чувство, что он к этому привык. Я не особо много расспрашивал его о жизни, но даже то немногое, что я слышал… фу. Это просто чудо, что он не совсем ненормальный ублюдок. И не забывай, как мы с ним познакомились», — напомнил он.

Трэвис вспомнил тот день, когда он увидел, как Фредди рисковал жизнью, чтобы выступить во время серьезного кризиса. «Да… Может быть, я немного предвзят».

«И почему это так?»

Трэвис взглянул на него, но быстро отвел взгляд. Он нетерпеливо вздохнул и почесал висок. «Я должен быть честен с тобой, Тор; я чертовски завидую этому парню».

«Что? Почему?»

«Да ладно, разве это не очевидно?» — усмехнулся он, отводя взгляд. «Он фактически заменил меня».

«Что!? Нет, чувак, не будь смешным!»

«Я смешон?» — спросил он, дрожащим голосом. «Блядь. Я знаю, это прозвучит жалко, но раньше были ты и я, понимаешь? Тор и его правая рука. А теперь, какая вообще моя роль? Левая рука? Не хочется». Он прорычал, ставя кружку. «Знаешь, я... Неважно». Он вскочил на ноги и направился к выходу.

«Подожди!» — крикнул Тор.

Трэвис замер, не оборачиваясь. «Я знаю, мы давно договорились не смешивать бизнес и дружбу». Затем он медленно повернулся, показывая глубокую печаль в своих усталых глазах. «Но я... Даже вне работы это не... это просто не то же самое». Он опустил голову, колеблясь. Он обернулся. «Увидимся, мужик». Он ушел.

Тор посмотрел на расступившуюся спину Тревиса и вздохнул. Он посмотрел вниз на стакан, уставившись на свое искаженное отражение в виски.

Внезапно двери распахнулись. Он обернулся, ожидая увидеть, как Тревис вбегает обратно.

Но вместо этого он увидел Фредди.

«О, я тебя нашел», — сказал Фредди, входя внутрь.

Остальные в баре заметно съёжились. Все избегали зрительного контакта, сосредоточившись на своих напитках, как будто это была самая интересная вещь в мире.

Фредди покачал головой, подходя к Тору. «Ты мне нужен на мгновение».

«Разве мы не можем поговорить здесь?» — спросил он.

Фредди огляделся. «Я бы предпочел немного уединения».

Тор вздохнул и щелкнул пальцами. «Звуковой барьер. Нас никто не услышит». Он взглянул на Фредди. «Просто сядь. Я не в настроении вставать».

«Ладно. Конечно». Он сел. «Так, послушай, ладно…» Он вздохнул и широко махнул рукой всем в баре. «Мне кажется, у нас небольшая проблема».

Тор фыркнул. «Твоя репутация, да?»

«Люди не будут жаловаться на ваши инвестиции в меня, но это не значит, что они не будут чувствовать себя некомфортно. Знаешь, я думал об этом всю ночь, и... я понимаю, что снова совершаю ошибку. Это не первый раз, когда я игнорировал свою репутацию, пока все не выплеснулось наружу и не укусило меня за задницу».

«Так что ты хочешь сделать? Фотосессию с младенцами?» — фыркнул Тор. «Может быть, пропагандистскую кампанию? Как насчет лозунга — Фредди готов защитить тебя от злых людей Северного пояса!» Он указал на Фредди, ухмыляясь и хихикая себе под нос.

«Вы можете отнестись к этому серьезно?»

«Нет, не могу», — сказал он, внезапно остыв. Он сделал большой глоток виски, опустошив стакан. «Ты прав, твоя репутация испорчена. И это твоя вина. Ты чужак. Ты не разговариваешь с людьми. Ну... кроме меня». Он усмехнулся. «Просто выходи почаще. Выдели немного времени в своем дне, чтобы показать другим, что ты существуешь. Здесь нет волшебной пилюли. Люди не тупые. Любые согласованные усилия по улучшению твоей репутации будут видны насквозь». Тор махнул бармену, и мужчина молча кивнул, поворачиваясь, чтобы наполнить еще один стакан.

Фредди нахмурился. «Почему ты ничего не сказал об этом раньше?»

«И что именно я должен был сказать? И почему? Ты думаешь, меня волнует, что люди тебя боятся?» Он усмехнулся. «Пожалуйста. Если бы люди тебя ненавидели , это была бы другая история. Но это… Это совсем не плохо для меня». Он получил свой напиток. «Неважно, любят тебя или боятся, я могу использовать и то, и другое в своих интересах. Это твоя проблема. Если тебе это не нравится, перестань быть затворником и заведи себе друзей».

Фредди колебался долгое время. Он уставился на Тора, нахмурив брови и слегка приоткрыв рот. «Ты в порядке, мужик?»

Тор собирался сделать глоток, но его рука замерла. Он повернулся к Фредди, но не смог встретиться с ним взглядом. Его нижняя губа задрожала. Он поставил напиток и встал. Но он никуда не пошел. Он просто остался стоять, повернувшись спиной к Фредди. «Просто не обращай внимания на то, что я сказал. Выпивка говорила». Он повернулся с веселой улыбкой и похлопал Фредди по плечу. Он слегка сжал его. «Ты присоединился к Вальхалле на пике второй звезды. Большинство людей интегрируются через период обучения.

«Вот когда вы, как правило, встречаете самых верных друзей и занимаете свое место в обществе. А ты это упустил. Я не знаю, что тебе сказать. Если ты хочешь решить проблему, это потребует много работы. Работа, которая может того не стоить. Скажи, тебя беспокоит то, как с тобой обращаются?»

Фредди помолчал. «Беспокоить меня...? Я не знаю. Может быть. Но это не совсем та причина, по которой я пришел к тебе с этим. Я уже осознаю, что я не просто еще один боец в этой фракции».

«Стой», — мягко сказал Тор. «Я знаю, куда ты клонишь, но не вздумай ничего смешного. Ты думаешь, что завоюешь весь этот город, как только достигнешь третьей звезды, не так ли?»

«Я ошибаюсь?»

«Ты можешь быть», — резко бросил Тор. «Я не собираюсь притворяться, будто не знаю о твоем потенциале, но я вижу, что ты сильно недооцениваешь другие фракции». Он слегка наклонился вперед и прошептал: «Вальгалла не застрахована от предателей и шпионов. Другие фракции уже знают о твоем существовании. Они, вероятно, думают о том же. И они будут готовиться к тебе соответствующим образом. Не будь самоуверенным. Я провел почти десятилетие, разбираясь с этими ублюдками. Они могут стать очень отвратительными, когда их загоняют в угол».

Он отстранился. «Ну, тебе пока не стоит об этом беспокоиться. Они трусы прежде всего. Пока их лидеры вынуждены рисковать своими жизнями, они не пошевелятся. Я точно знаю, что они предпочли бы собраться и перебраться куда-нибудь еще. Они могут быть трехзвездочными, но они давно уже превратились из бойцов в простых бизнесменов. Мы выиграем эту войну, показав им, что оставаться здесь невыгодно». Он похлопал Фредди по плечу. «Спокойной ночи, Фредди».

«Подожди», — крикнул Фредди.

«Хмм?» — промычал Тор, делая паузу. «Что случилось?»

«А что, если… а что, если я скажу тебе, что у меня есть способ уничтожить их всех?» В его голове пронесся образ черного портала — входа в Век Одиночества.

Тор долго молчал. А затем он ударил Фредди по затылку так сильно, как только мог.

«Ой!» — взвизгнул Фредди. «Какого хрена, мужик...»

«Фредди», — резко выплюнул Тор, глядя на него сверху вниз суровым взглядом. «Власть всегда имеет свою цену. Мне не нужно знать твои средства, чтобы понимать их цену». Его глаза, казалось, стали отстраненными, а безопасность смягчилась. «Если ты продолжишь платить рукой за кулак, ты однажды проснешься. И ничего не останется». Он повернулся, его широкая спина заслонила свет. «Некоторые вещи не стоят того, чтобы их терять. Будь лучше к себе». И с этими словами он ушел.

Фредди почувствовал, как сместился воздух, когда звуковой барьер исчез.

«Итак…» — начал бармен, подходя и протирая кружку. «Вы готовы сделать заказ, сэр?»

Долгое время он собирался сказать «нет» и уйти. Было уже довольно поздно. Но он обернулся и взглянул на людей там. Никто не поднимал глаз.

Фредди фыркнул и покачал головой. «Думаю, мне нужно с чего-то начать... Эй, бармен».

«Что это будет?»

«Раунд для всех, пожалуйста». Он вытащил свою карточку. «Я угощаю».

Все стояли вокруг Хелен, которая пыталась успокоиться, истерически плача и рыдая.

«Бедная девочка…» — пробормотал Таннер, нахмурившись и качая головой.

По правде говоря, рассказ о том, как жестоко обращались с этой женщиной, даже их обеспокоил. Ее фактически похитили и заперли в том, что по сути было тюрьмой. И то, что ее забрали из жизни и держали в плену, было еще не самым худшим. Все это время ей приходилось наблюдать, как ее сыну промывали мозги в Вальхалле, и он становился все более и более враждебным по отношению к ней, пока он фактически не отрекся от нее и не выбросил ее на улицу, чтобы она сама о себе заботилась.

«Хех. Вот это воины справедливости», — сказала Джина, покачав головой. «Удивительно, насколько они наглы в своей лжи».

Глава семьи Джем вздохнул, вставая со своего места, щелкнув языком и покачав головой. «Бедная девочка… Почему ты никогда не приходила к нам раньше?» — спросил он. «Хорошо это или плохо, но ты мать моего покойного внука. Мы бы тебе помогли».

Она замерла. «Я…» Она взглянула на огромного мужчину, сглотнув.

«Отец…» — нерешительно начала Джина. «Джейсон был не самым…»

«Хмф. Я уже знаю. Этот мальчишка мне солгал!» — сердито заявил он, ударив большим кулаком по столу. «Когда родился мой внук, Джейсон заявил, что мать не хочет иметь с нами ничего общего. Ох, этот глупый мальчишка! Я был слишком снисходителен к нему». На его лице промелькнуло грустное выражение. «Но теперь уже слишком поздно для сожалений…» Он посмотрел на Хелен.

Она поморщилась. «Эм... Ничего, что...»

«Не волнуйся», — сказал он. «Я знаю, о чем ты беспокоишься. Это о твоем втором сыне, верно?»

Она кивнула.

«Хотя он и не является членом нашей семьи, я все равно приму его с распростертыми объятиями».

Лицо Хелен на мгновение озарилось, но затем ее снова захлестнули эмоции. «Спасибо... Ты даже не представляешь, как много это для меня значит...»

«Мы скоро его вам привезем», — сказал он с широкой улыбкой. «А пока вам следует пойти и отдохнуть».

Она кивнула, вскочила на ноги. Она извинилась и вышла из кабинета.

«Ты поэтому нас сюда пригласил?» — спросила Джина. «А как насчет...»

«Знаете ли вы, почему я отношусь к вам именно так?»

Они замерли.

Мужчина вздохнул, встал на ноги и подошел к ним. «Видите ли, мы не такие, как наши животные низшие. То, что отличает взрослого архичеловека от ребенка, — это не какая-то цифра. Что для нас значат годы? Мы даже не знаем истинных пределов продолжительности жизни двухзвездного, не говоря уже о том, как долго может прожить трехзвездный». Он остановился прямо перед ними, притянув их обоих в объятия. «Для меня вы двое всегда будете моими детьми. Но если вы хотите, чтобы я воспринимал вас всерьез, вам понадобится сила, чтобы поддержать ваше отношение». Он отпустил их, отступая в сторону.

«Я уже знал все, чем вы поделились в своем маленьком отчете. На самом деле, вы действительно совершили ряд ошибок. Но тем не менее, я все еще горжусь вашей работой. Поэтому я вознагражу вас». Он повернулся к ним лицом. «Я покажу вам, что эти истории о «Исчезнувшем» и «Черепе» или как там их там, черт возьми, не более чем милые слухи по сравнению с истинными силами, скрывающимися в тени». Он посмотрел на часы на своем запястье. «Через 11 минут вы встретитесь с монстром». Это было последнее, что он сказал, прежде чем сесть в свое кресло и молча ждать.

Часы тикали. С каждой минутой напряжение росло.

Они понятия не имели, кто придет. Но они чувствовали нутром, что отец не шутит. Было какое-то смутное давление. Грызение. Как будто комната дрожала в ожидании чьего-то прихода.

Их отец ждал с суровым выражением лица.

Осталось 3 минуты.

Осталось 2 минуты.

Осталась 1 минута —

Патриарх поднялся на ноги и повернулся лицом к закрытой двери.

В следующий момент дверь открылась.

«Добро пожаловать», — сказал их отец. «Меня зовут Киган Джем. Я совладелец и генеральный директор Gem & Faller. Эти двое — мои сын и дочь — Таннер и Джина Джем».

«Классное у вас место», — раздался с другой стороны мужской голос.

Таннер и Джина застыли. Они даже не могли поднять головы. Тот, кто входил в комнату, не делал ничего, чтобы скрыть свою ауру, которая должна была быть довольно близкой к пику третьей звезды. И за этим, что-то зловещее плавало внутри нее. Это было так же темно и враждебно, как ночь, и так же извращенно, как сделка с самим дьяволом.

Его шаги эхом разносились по комнате, пока он наконец не остановился прямо перед ними.

«Приятно познакомиться со всеми вами. Меня зовут Марк Афронте. Я слышал, у вас проблема с вредителями. Давайте поговорим об этом».

----------

Мир и Спокойствие

Деньги любили все. Даже те, кто притворялся, что не любят, все равно наслаждались вещами, которые можно было купить за деньги.

Когда Фредди купил всем выпивку в этом баре, он не ожидал многого. Это был такой маленький жест, что его даже вряд ли можно было назвать услугой.

И все же даже он мог сказать, что люди там видели его в чуть лучшем свете.

Этого было достаточно, чтобы вдохновить его. В ту ночь он решил уделить время тому, чтобы посвятить себя одариванию людей Вальхаллы, чтобы хотя бы улучшить ужасное мнение, которое большинство имело о нем.

Он не спал всю ночь и придумал идеальный план.

Конечной целью было улучшить свое положение среди бойцов Вальхаллы. Но достичь этого было бы трудно. Поэтому он работал с нуля.

Сначала он нацелится на их семьи. Он пойдет в жилой район и начнет стучать в двери. Затем он вежливо представится и вручит подарок. Но что он должен подарить? Он не мог быть скупым. В Вальхалле жило очень мало смертных. Даже невоюющие все еще были в основном архилюдьми.

Поэтому он отправился за покупками. Он собрал роскошные продукты, лекарства, кухонные принадлежности — вещи, которые могут понадобиться в повседневной жизни. Что касается бюджета, он придерживался суммы менее 100 000 долларов на человека — семью.

Он не хотел быть слишком щедрым.

Была только одна маленькая проблема —

«Пожалуйста, уходите», — сказала женщина, захлопывая дверь перед его носом.

Он посмотрел на корзину и почесал затылок.

Он стучался в двери все утро. Это был пятнадцатый человек, которого он посетил. И все же, среди этих людей, только один человек вообще заговорил с ним, и то только до тех пор, пока он не узнал его имя. «Дерьмо», выругался он.

Все оказалось намного хуже, чем он думал.

Но даже тогда реакция людей была немного странной. Даже если они знали, кто он, это было слишком преувеличено. Что-то было не так.

Он хотел получить совет от кого-то. Но от кого? Он чувствовал, что большинство бойцов имели бы искаженную точку зрения, и он не знал никого, кто...

Он щелкнул пальцами. «Мама Лукаса!»

Промчавшись по коридору, он нашел место, где она жила, и постучал в дверь.

Никто не ответил. «Должно быть, где-то. Может, Лукас знает, где она».

Поэтому он стал искать Лукаса.

Он нашел мальчика, обедающим в столовой. Однако, как только он вошел, он услышал звонок, и мальчик, вместе с большинством других стажеров, встал и повернулся, чтобы направиться к выходу.

Прежде чем Лукас успел уйти, к нему подошел Фредди. «Привет».

Остальные дали им немного места, когда они устремились к выходу из зала.

«Эй, Фредди…» — поприветствовал Лукас. «Что-то не так?»

«Короткий вопрос: где твоя мама?»

«Я... Что?» Лукас нахмурился. «Моя мама?»

«У тебя есть минутка? Давай сядем и поболтаем».

«Вообще-то мне пора возвращаться на тренировку…»

«Не волнуйся», — сказал Фредди. «Я дам им знать, что ты мне нужен на некоторое время».

«Эээ... Круто. Ну... Тогда давай сядем».

Так они и сделали.

«Зачем тебе моя мать?» — с опаской спросил Лукас.

«Ну… Это как-то сложно. Ты знаешь, где она?»

«Она… она занята».

«А что будет потом?»

«Она тоже будет занята позже».

Фредди приподнял бровь. «Ладно? Э-э... тогда, наверное, я спрошу тебя. Ты был смертным совсем недавно». Он продолжил объяснять Лукасу, что он пытался сделать, и какова была реакция людей, которых он посещал.

Реакция Лукаса оказалась не такой, какую он ожидал увидеть. «А!?» — выпалил мальчик. «Ты тупой?»

«Что? Что я упускаю?»

«Ладно, э-э... Ты ведь понимаешь, кто ты, да? Даже если ты игнорируешь свою личность, просто посмотри на себя! Ты — огромная масса мышц, и твое лицо ужасает».

«Мое лицо? — он коснулся своей бороды. — Что не так с моим лицом?»

«Ну, я имею в виду... ничего... неправильного в этом нет, ты просто немного резвый. А эта борода и длинные волосы придают тебе дикий вид. И вдобавок ко всему, посмотри, как ты одеваешься!»

«Что?» Фредди опустил взгляд. На нем была обычная белая футболка и синие джинсы. «Да ладно, это же просто прекрасная повседневная одежда!»

Лукас поднял палец. «Это слишком небрежно. Ты выглядишь невежливым».

«Вежливо? Да ладно…»

«Разве ты не говорил недавно, что ты смертный?»

Фредди помолчал. «Да. Я так и сказал».

«Хорошо, просто вспомните те дни. Кто-то стучится в вашу дверь. Вы открываете дверь и видите кого-то, похожего на вас. Как бы вы отреагировали?»

Он сразу понял, в чем проблема. «О, да, теперь я понял».

Лукас просто кивнул с выражением «я же говорил» на лице. «Слушай, если хочешь, мы можем купить тебе новую одежду и изменить твой образ. Я не могу сказать, что я эксперт в моде. Но я знаю кое-кого, кто действительно мог бы нам помочь».

«Хм? А это кто?»

«Здравствуйте, мистер Клифф», — поприветствовала его девушка Лукаса Джанис, быстро кивнув головой. Она придвинулась к Лукасу и наклонилась к его уху. «Зачем вы позвали меня сюда?»

Лукас улыбнулся ей и объяснил проблему Фредди.

«О! Понятно!» — сказала она, глядя на Фредди странным взглядом. «И да, ты определенно прав…»

«Итак! Что ты предлагаешь нам сделать для него?» — спросил Лукас.

Она оторвала взгляд от Фредди и посмотрела на Лукаса. «Эм...» Она натянуто улыбнулась. «Все?»

Лукас и Фредди встретились взглядами.

Казалось, это займет некоторое время.

К счастью, на территории Вальхалы было несколько магазинов и мест, которые они могли посетить.

Первым местом их назначения была мастерская портного.

«Ладно», — Дженис хлопнула в ладоши, обходя Фредди, — «что касается твоей одежды, мы стремимся к обезоруживающему виду. Ты от природы довольно... гм... устрашающий. Поэтому мы должны постараться минимизировать это. Во-первых, я предлагаю белую рубашку. Немного свободную. Мы хотим скрыть выраженные мышцы и вены и все такое. Что касается брюк, мы не должны выбирать черные, потому что это сделает тебя слишком официальным. Я предлагаю бежевые. Мы купим тебе черные туфли, а в качестве последнего штриха — подтяжки вместо ремня».

Портной выслушал и кивнул, приступая к работе.

Сродство к тканям было относительно распространенным особым сродством и очень популярным среди небоевых архилюдей. У портного было это сродство, и с его способностями сшить новую одежду для Фредди было проще простого.

Ткань также была очень роскошной, а пошив был очень точным и профессиональным.

Сапожная мастерская находилась прямо через дорогу, поэтому, пока портной работал над одеждой, они купили Фредди нарядные туфли.

Он втянул воздух сквозь зубы, когда попробовал их. «Они слишком узкие».

«Улыбайся и терпи», — сказал Лукас с нахальной улыбкой.

Оставалось еще немного подождать, поэтому они отправились в следующее место — парикмахерскую.

Дженис взглянула на его лицо и кивнула. «Или сбрей бороду, или состриги ее до щетины».

«Что!?» — закричал он. «Нет! Это глупо; мне нравится моя борода!»

«Мне придется с ней согласиться, мужик», — сказал Лукас. «Эту бороду надо сбрить. А еще, может, подстричь волосы…»

«Нет», — резко выплюнул он с суровым выражением лица. «Я подстригу бороду до щетины. Но не трогай мои волосы», — сказал он, нежно поглаживая свои волосы до плеч.

Дженис поморщилась. «Хотя бы подправили немного!»

«Ладно. Я подправлю. Но резать нельзя!» — сказал он, указывая пальцем.

«Отлично. Не стричь». Она повернулась к Лукасу, прищурившись. «Конский хвост?»

Он медленно кивнул. «Конский хвост».

Они оба повернулись к нему и повторили: «Конский хвост».

Он вздохнул. «Я вас ненавижу, ребята».

Парикмахер быстро расправился с его бородой и волосами.

Фредди было довольно грустно наблюдать, как исчезает его великолепная борода. И немного не по себе. Она открыла лицо, скрытое под ней. Лицо, которое больше не выглядело прежним.

Но когда его борода медленно превратилась в щетину, он увидел нечто, от чего у него перехватило дыхание. Он... узнал себя.

Теперь, когда он наконец привык к переменам, они уже не казались ему такими неуместными.

Он не был таким уж другим, как он думал изначально.

«Что-нибудь еще?» — прервал его размышления парикмахер, наконец завершив стрижку.

Фредди осмотрел его черты. Его волосы были аккуратно завязаны сзади, а вьющиеся пряди распускались из-под резинки, связывающей их в хвост. Они открывали боковые стороны его лица, делая его цвет лица ярче. Его борода была подстрижена немного короче, чем он ожидал. По сути, это была просто щетина. Но выглядела аккуратно. Чисто.

Дикая природа покинула его.

Наконец, его одежда была готова. Он вошел в кабинку для переодевания и надел ее.

Дженис и Лукас ждали снаружи.

Через мгновение он вышел.

Они оба разинули рты.

Лукас ухмыльнулся. «Чёрт, братан… Если бы у меня не было девушки, у тебя были бы проблемы».

«Лукас!» — закричала она, ударив его по руке с раздраженной улыбкой и закатив глаза. Она повернулась к Фредди. «Вы выглядите очень хорошо, мистер Клифф».

«Спасибо, Дженис».

«Есть еще кое-что…» — сказала она, подперев подбородок.

"Хм?"

«Нам нужно поработать над языком вашего тела».

Хотя он наконец-то выглядел как надо, в нем все еще была энергия. Он выглядел готовым к драке в любой момент.

Они стояли перед зеркалом, пока Дженис помогала ему исправить осанку.

Обычно он стоял прямо, как шомпол, руки слегка вытянуты, плечи напряжены, а голова слегка наклонена вперед. Это была очень агрессивная стойка. Смягчить ее было большой работой, особенно учитывая его размер и телосложение. Но мало-помалу это сработало.

Подбородок выше, плечи расслаблены, спина слегка согнута. И оттуда, по одной небольшой корректировке за раз, он медленно начал выглядеть так, будто не собирался идти убивать кого-то.

Дженис проворковала. «Все идет так здорово!» Она хлопнула в ладоши. «Ладно, теперь у нас осталось еще кое-что! Твоя улыбка! Ладно, а теперь — покажи мне свою самую большую, самую яркую улыбку!»

Фредди кивнул и широко ей улыбнулся.

«Ааа!» — вскрикнула она и отскочила назад.

«Что?» — пробормотал он. «Что случилось?»

«О, боже», — сказала она, прижав руку к груди и торопливо переводя дыхание. «Извините. Вы просто немного меня удивили».

«Пфффт…» Лукас расхохотался, держась за живот.

«Ты!» — закричала она, когда он пнул его в задницу. «Замолчи!»

«Что?» — снова спросил Фредди.

«Ладно, просто... Повернись к зеркалу», — сказала она.

Он подчинился и повернулся к зеркалу.

Фредди считал себя довольно улыбчивым. Он часто улыбался. Ну... улыбался чаще, чем нет. И не по самым радостным поводам. А если ему действительно приходилось улыбаться, он обычно просто надевал на себя отработанную манеру обслуживания клиентов, которая была у него еще со времен, когда он работал кассиром.

Но она сказала ему подарить ей свою самую яркую, самую большую улыбку. Поэтому он повторил это перед зеркалом. Улыбка тут же сменилась дрожью, когда он понял, в чем проблема. «Ух ты. Ладно... Ух ты».

Он выглядел позитивно психопатичным! Слишком много движения глаз. Это была улыбка, от которой мог бы обосраться даже малыш.

Джанис на мгновение задумалась. «Ладно. Давайте вместо этого слегка улыбнемся».

На этот раз он изобразил на лице свою привычную улыбку.

Она тут же засияла. «Это хорошо! Очень хорошо! Выглядит немного отрепетированным, но все равно это идеально! Я думаю, у нас есть победитель!»

«Ладно, — выдохнул Фредди. — Это значит, что мы закончили?»

«Да, это почти все! О, да, не забывай о том, как ты говоришь! Это также...»

«Не волнуйся. Я в этом деле профи».

Она помолчала. «Ну, э-э... Тогда увидимся позже, я думаю».

«Нет, подождите», — крикнул он. «Я хотел бы пригласить вас двоих на ужин. В знак благодарности».

Они посмотрели друг на друга и кивнули.

«Конечно», — сказал Лукас. «У нас все равно не было никаких планов на сегодняшний вечер».

В Валгалле не было никаких «модных» ресторанов. Эти люди не были настоящими поклонниками такого рода элитарности. Но это не означало, что не было хороших мест, куда семьи могли бы прийти и поесть вместе. Он отвел их именно в одно такое место. Они ели и болтали.

Еда была теплой и вкусной. Фредди уже давно не ел по-настоящему, так что это было особенно приятно. Место было полно людей, много семей и даже маленьких детей. Никто не смотрел на него странно. Черт, он не был уверен, узнал ли его кто-нибудь.

Он оглянулся на Дженис и Лукаса. Она опиралась на его плечо, пока он ковырял кончик ее носа пальцем. «Твой нос такой крошечный», — сказал он.

«Заткнись», — парировала она, отталкивая его руку.

Они оба заметили, что он смотрит на них, и повернулись к нему лицом. Она откинула голову назад и слегка усмехнулась. «Извините за это».

«Вы двое прекрасно смотритесь вместе».

Они замерли на мгновение, а затем улыбнулись.

«Спасибо», — сказала Дженис.

«Спасибо, что познакомили нас», — добавил Лукас.

«Знаете... вы двое очень изменились с тех пор, как я вас впервые встретил. Вы оба кажетесь гораздо более уверенными и... более счастливыми».

Лукас кивнул. «В каком-то смысле, да. У нас обоих, конечно, все еще есть свои проблемы». Он повернулся, чтобы посмотреть на нее. «Но вместе легче со всем этим справляться». Он притянул ее руку и переплел свои пальцы с ее.

Фредди на мгновение опустил взгляд, чувствуя зависть, которую он никогда не испытывал прежде. Он мельком увидел свое отражение в напитке на столе.

Это было странно.

Хотя и присутствовала нотка горечи…

Его улыбка.

Это больше не выглядело таким привычным.

Пенни была старухой семидесяти лет. Она была смертной. Не из-за отсутствия возможностей, как это было со многими другими, а из-за того, что она была среди тех немногих, кто решил, что это просто не для нее.

Она родилась человеком и решила умереть человеком.

Но иногда это было изолирующим. Практически не с кем было поговорить, кроме сына. Большинство людей ее возраста в Вальхалле были архилюдьми. Даже в ее возрасте они выглядели так, будто им было за тридцать. Это затрудняло установление связей.

Однажды, сидя в очередной унылый день перед компьютером, она услышала звонок в дверь.

Она оживилась. «Это, должно быть, Трэвис…» Она заставила себя подняться на ноги и пошла открывать дверь.

К ее удивлению, это был не ее сын.

Это был вежливый на вид, крупный мужчина, держащий подарочную корзину. «Привет!» — поприветствовал он ее. «Меня зовут Фредди Клифф. Вы, должно быть, миссис Хэллоу?»

«А, да», — сказала она, пожимая ему руку. «Это я. Ч-что это такое?»

«О, это? Ха-ха, ничего серьезного», — сказал он, небрежно махнув рукой. «Я только что понял, что уже давно являюсь членом Вальхаллы, поэтому подумал, что пришло время наконец-то должным образом представиться всем».

«А, да, я поняла...» Она вдруг поняла это. «Подожди. Ты, — пробормотала она, спотыкаясь, — « этот Фредди Клифф?»

Он усмехнулся. «Да, это я».

Она на мгновение замерла. «Извините, я не поняла. Эта старая голова… Мне потребовалось время, чтобы установить связь», — вежливо хихикнула она. «Вы свободны? Если хотите, можете зайти и выпить кофе».

«О, конечно. Спасибо. Я возьму это с собой», — сказал он, указывая на корзину.

«А это что?» — спросила она, указывая на корзину.

«О, это? Ничего, просто небольшой подарок».

Фредди продолжил свой проект, стуча в двери и общаясь с людьми.

Это было действительно удивительно, насколько сильное влияние оказало изменение во внешности. Ему больше не отказывали с первого взгляда. Все, по крайней мере, выслушали его.

Как он уже знал, его репутация в Вальхалле была ужасной. Но, к счастью, среди невоюющих она не так сильно укоренилась, как среди воинов.

Все немного смутились, когда поняли, кто он. Но он увидел ту же реакцию на многих лицах.

Во-первых, они поняли, с кем разговаривают, — у них резко возросла тревога и опасения.

Но потом, когда они снова взглянули на него, они сразу успокоились.

В конце концов, насколько плохим может быть этот вежливый молодой человек?

Вскоре слухи о его передвижениях начали распространяться.

Он также узнал, что его оценка того, каким «щедрым» даром будут небоевые архилюди, была раздута до невероятных размеров. Это имело смысл. Он не был небоевым. Он даже толком не знал ни одного небоевого.

Так откуда, черт возьми, он мог знать, что 100 000 долларов — это совершенно абсурдная сумма, чтобы тратить ее на подарки? У него не было абсолютно никакой системы отсчета.

Хотя его миссия продвигалась намного лучше, не все было так гладко.

«Ты!» — крикнул какой-то мужчина, заметив Фредди в коридоре. Он бросился вперед, таща подарочную корзину. «Какого черта ты творишь?»

«Прошу прощения?»

Мужчина сунул корзину обратно в руки Фредди и сердито зашагал прочь. «Держись подальше от моей жены и детей!»

Когда мужчина скрылся за углом, Фредди вздохнул. «Ладно, чувак... Господи».

И он был не единственным.

Некоторых Фредди удалось убедить в невинности своих намерений. А другие, ну, действовали так же, как и первый человек.

Целыми днями он стучал в двери и потягивал кофе разного качества. Он слушал людей, узнавал об их бедах, и таким же образом он учил их тому, кто он такой. Ни разу его не спросили о работе, которую он проделал с Вальхаллой.

Во время одного из визитов он встретил мужа Лары, одного из самых могущественных бойцов Вальхаллы.

Ее муж сидел на кухне, держа на подпрыгивающей ноге своего малыша. Малыш спал. Он спросил довольно прямо. «Ты делаешь это только для того, чтобы исправить свою репутацию?»

Фредди замер на вопросе. «Думаю, можно сказать и так». Он почесал щеку. Он опустил взгляд. «Если честно, так все и началось. Но теперь... Ха-ха, я начинаю чувствовать, что мне действительно следовало сделать это давным-давно».

Мужчина улыбнулся. «Как бы там ни было, моя жена не думает о тебе плохо. И я могу сказать, что она права. Валгалла в безопасности в твоих руках».

«Спасибо. Я это ценю».

Продолжая посещать, он проходил по контрольному списку немного быстрее, чем ожидалось. В Вальхалле было много некомбатантов, но удивительно много людей жили большими семьями, с близкими и дальними родственниками в одном жилом помещении.

Казалось, это было культурное явление. Северный пояс был опасным местом. Обычные люди были в основном бедны. Для многих людей было обычным делом жить под одной крышей.

Его визиты были по сути просто пиар-ходом. Но по мере того, как он продолжал переезжать из семьи в семью, он мог сказать, что что-то внутри него менялось. Он видел улыбки и счастье. Он видел борьбу и трагедию. Он видел стервозных подростков и капризных малышей. Он видел трудолюбивых молодых мужчин и женщин.

Иногда это сбивало с толку. Насколько это могло быть уродливо, но сколько красоты он находил внутри.

Он был полон одновременно и благости, и стыда. Едва-едва.

Он знал, что находится в нужном месте.

И хотя многие отреагировали на его визиты с гневом и язвительностью, многие из бойцов оценили этот жест.

«Моя семья благодарит вас за подарок».

«Я собирался попросить у Тора лекарство, но не хотел его беспокоить. Спасибо».

«Моей бабушке было очень скучно в эти дни, спасибо, что навестили ее».

«Привет, мой отец спросил, придешь ли ты снова в один прекрасный день».

«Мой сын говорит о тебе с тех пор, как ты появился. Не мог бы ты пойти с нами посмотреть, как он играет в баскетбол в эту субботу?

«Спасибо, мужик, но мы не можем принять эту корзину. Это слишком много. Если ты настаиваешь, можешь купить мне пива».

«Спасибо, мистер Клифф».

«Спасибо, чувак».

«Спасибо за визит».

«Спасибо, Фредди».

И однажды он заметил в коридоре мужчину, за спиной которого стояла разгневанная женщина. Она подтолкнула его вперед, и он щелкнул языком, неохотно приближаясь к Фредди. «Эй…»

Это был тот же человек, который напал на него раньше.

«Извините за мою предыдущую вспышку. Это было глупо с моей стороны. Моя жена действительно отчитала меня за это», — сказал он с неловким смехом. «В любом случае, я просто хотел дать вам знать, что вы всегда желанный гость у нас. И еще раз, извините, что я сделал некоторые предположения о вас.

«Спасибо, что обеспечиваешь нашу безопасность, мужик. Мы это очень ценим».

Мужчина поклонился и ушел вместе со своей семьей.

В тот вечер Фредди вернулся в свою квартиру и рухнул на кровать. Он не мог собраться с силами, чтобы пошевелиться. Он был парализован. Его грудь сдавило, а живот неприятно скрутило.

Он не мог этого принять.

«Действительно…»

«Неужели все это время было так легко?»

Лукас шел по коридору, возвращаясь с тренировки. В тот день у него было хорошее настроение.

Трюк Фредди явно сработал. Мнение общественности о нем улучшалось невероятно быстро.

Естественно, связь Лукаса с ним также была широко известна. До сих пор это действительно создавало ему ряд проблем. Но теперь? О, черт, он мог чувствовать изменение своего статуса, как поворотный момент.

Чего у него не было? Он был хорош собой, отлично дрался, и его связи были на высоте. И его девушка была очаровательна. Он просто надеялся, что она не узнает, что другие девушки стали уделять ему больше внимания.

Он был погружен в свои мысли, поэтому не понял, что вот-вот врежется в кого-то. «Ах, извини», — сказал он, когда его шаги внезапно остановились.

Но мужчина тоже остановился.

Лукас поднял глаза, чтобы встретиться с лицом мужчины, и сразу узнал его. Это был Чарли Кинг! Он был одним из самых уважаемых старших членов организации. Некоторые даже утверждали, что без него количество жертв, которые они понесли во время рейдов, было бы вдвое больше.

«Здравствуйте, сэр!» — поприветствовал он мужчину и отдал ему честь.

«Привет, Лукас Блэк», — сказал он, выдавливая улыбку. «Я как раз искал тебя».

«Что? Меня? Зачем?»

«Забавная история, на самом деле». Мужчина обнял Лукаса за шею и наклонился к нему. «У нас твоя мать. Иди за мной, если она тебе нужна живой».

----------

Любовь и Ненависть

«Кто ты, черт возьми, такой!? Убирайся из моего чертового кабинета!» — закричал Тор, бросая степлер во Фредди, попав ему прямо в грудь.

Фредди бросил на него недовольный взгляд.

Тор нахально улыбнулся. «Привет, Фредди. Мне нравится стрижка. И стиль. И эээ... ну, теперь ты совсем другой человек, да? Черт, ты и вправду серьезно отнесся к этой пиар-херне, а?»

Фредди усмехнулся, покачав головой. «Нет... на самом деле, на самом деле». Он прошел вперед, садясь перед Тором. «Большая часть этого просто произошла. Я просто собирался представиться всем, раздать несколько подарочных корзин и пойти обратно на работу».

«Типичный Фредди. Ты просто не можешь придерживаться нормальных параметров».

Он улыбнулся. «Виновен по предъявленным обвинениям».

«И что именно вдохновило вас пожертвовать такую огромную сумму денег?»

«Ну… скажем так, я немного переоценил финансовое положение людей, живущих здесь. Кстати…» Фредди на мгновение растерялся. «Разве Вальхалла на самом деле не супербедная?»

Тор бросил на него холодный взгляд. «Ты только сейчас это понял? Господи, мужик... Ты действительно не обращал внимания». Тор вздохнул и встал со стула. «Кроме безопасности от других фракций, нам тут нечего предложить. Мы не можем вести стабильный бизнес, учитывая, как часто нас саботируют, а экспедиции в межпространство могут нас только до определенного момента продвинуть».

«Мы сами поставляем и производим большую часть необходимых нам вещей, что спасает нас от голодной смерти, но даже в этом случае мы не в том положении, чтобы хвастаться... Есть причина, по которой я готов так рисковать, чтобы сохранить проход в подвале в тайне. Это золотой билет к процветанию».

«Понятно…» Фредди со вздохом откинулся на спинку стула.

Естественно, если бы он был готов раскрыть свою операцию по выращиванию органов, он мог бы решить финансовые проблемы Вальхаллы в мгновение ока. Но он не собирался этого делать. Он многим был обязан Вальхалле, но он вернет этот долг и даже больше за счет своей работы.

Миллиарда долларов, возможно, было бы более чем достаточно для двухзвездочной жизни, чтобы жить в роскоши и праздности, но для того, кто намеревался продолжать расти до третьей звезды и выше, этого было недостаточно. Этого едва хватало, чтобы покрыть стоимость одного трехзвездочного спутника.

Бог знает, за какую еще ерунду ему придется платить, если он хочет оставаться конкурентоспособным.

Однако, то, что он не хотел расставаться с большей частью своего богатства, не означало, что он не хотел инвестировать в Вальхаллу. Дары, которые он раздавал, составляли лишь относительно небольшую часть его дохода, но повышение репутации, которое он получал взамен, значительно облегчало ему жизнь.

«В любом случае…» — Тор схватил стопку бумаг и положил ее на стол, чтобы разложить их в порядке — «Я благодарю тебя от имени Вальгаллы за твой щедрый вклад. Теперь ты собираешься вернуться к работе?»

Фредди задумался на мгновение, а затем покачал головой. «Я возьму еще один день. Мне нужно отплатить за услугу».

«О? Кому?»

«Лукас. И его девушка. Они оба дали мне ценные советы о том, как изменить свой внешний вид. Я уже однажды приглашал их на ужин, но думаю, что, возможно, стоит выбрать что-то более конкретное».

«Например?» — спросил Тор с серьезным выражением лица.

Фредди поднял бровь. «Кажется, ты весьма заинтересован».

«Конечно. Лукас — звездный стажер. Он чрезвычайно талантлив».

Фредди замолчал. «Подожди, что?»

«Ты действительно впервые это слышишь? Черт, я даже планирую заняться с ним репетиторством, как только у меня появится время».

«Ты шутишь?»

«Нет. Я абсолютно серьезен. Что, конечно, означает, что мне очень интересно, что ты собираешься дать мальчику».

"Ух ты. Ладно. Эм... Ну, что ты предлагаешь мне ему тогда дать? Что, по-твоему, ему нужно?"

«Ну, ему нужно все: от оборудования до руководства, опыта, эликсиров и…»

«Я понял. Но что лучше всего ему сейчас подарить?»

«Самое лучшее? Я бы сказал… уникальный прайм со вторым талантом, который превращает его в богоподобное существо».

Фредди бросил на него холодный взгляд.

«Что? Ты спросил, что было бы лучше всего. Черт. Давай конкретнее».

«Тор, у тебя работа, и я хотел бы покончить с этим сегодня».

Мужчина усмехнулся. «Ладно, ладно, если ты действительно очень-очень хочешь показать, какой ты замечательный друг, то... купи ему спутник».

«Чёрт. Это хорошая идея. Но где бы мне его купить?»

Тор замолчал. «Подожди, ты действительно это сделаешь?»

«Конечно, я бы так сделал», — сказал он. «Если он звездный стажер, как вы говорите, то это будет стоящая инвестиция. Но, насколько мне известно, в Репентаве нет места, где бы продавали такой товар. И, насколько мне известно, даже если бы у меня были деньги на него, люди, которые его продают, крайне избирательны в том, с кем работать».

«Ты не ошибаешься», — сказал Тор. «Их действительно трудно достать. Но здесь есть способ получить их».

«О? Правда? Где?»

«В здании судьи».

«Хм… Понятно. Захочет ли он иметь со мной дело?»

«Конечно. Ты можешь купить его у него, если можешь себе это позволить. Просто... ну... учитывая, где мы находимся, и тот факт, что он фактически единственный источник, цена немного завышена».

Фредди втянул воздух сквозь зубы. «Сколько?»

«Двадцать миллионов».

Фредди невольно выдохнул сквозь сжатые губы. «Чёрт возьми. Это почти треть стоимости двухзвёздочного спутника в самой империи».

Тор ухмыльнулся. «Все еще чувствуешь себя щедрым, большой парень?»

Хотя это было много для однозвездного спутника, это все еще было в пределах того, что он был готов потратить. Но он должен был продемонстрировать хотя бы некоторую неохоту. Иначе Тор мог бы заподозрить, откуда он вообще взял столько денег.

«Ну… Я подумаю об этом. Сначала я пойду к Лукасу».

Тор усмехнулся. «Конечно. Хорошего дня. О, и если ты не против, ты можешь просто оставить мне немного денег, и я перешлю их на финансирование его учебных ресурсов».

«Это тоже неплохой выбор. В любом случае, я поговорю с тобой позже».

«Увидимся позже, чувак».

Фредди вышел из офиса и отправился в квартиру Лукаса. Он постучал в дверь несколько раз, и в конце концов Дженис открыла дверь.

Она улыбнулась ему, как только увидела его. «Эй, Фредди! Привет! Ты ищешь Лукаса?»

Он улыбнулся в ответ. «Да. Он должен был закончить свою подготовку к этому времени, верно?»

«Ммм». Она слегка нахмурилась и выглянула из двери, осматривая коридор. «Он, правда, опаздывает. Но он должен скоро приехать. Хочешь подождать внутри?»

«Хм… Конечно».

Он вошел в квартиру. Это было относительно небольшое и скромно обставленное место. Тем не менее, там было тепло. Он мог сказать, что они вложили душу в то, чтобы сделать это место приятным для жизни.

«Хочешь кофе? Чай? Сок?»

«Кофе — будет чудесно».

Они посидели и немного поболтали, ожидая Лукаса.

«Чувак, он явно не торопится», — сказал Фредди, делая глоток своего напитка.

«Конечно, так оно и есть», — вздохнула она.

Время шло. Вскоре он опоздал почти на целый час. Фредди нетерпеливо постучал по столу. Но часы продолжали тикать.

Он опоздал почти на два часа. И Фредди больше не придется ждать. «Знаешь что? Думаю, я пойду его искать. Наверное, он заехал к маме».

«Что? Нет, его там определенно нет», — сказала Дженис.

«Хм? Почему бы и нет?»

«Потому что… его мама здесь больше не живет?»

Фредди замер. «Что!? Что ты имеешь в виду!?»

«Она съехала некоторое время назад…»

«Вот идиот! Как он мог позволить ей сделать это!?»

«Не называй Лукаса идиотом!» — закричала она. «Это был не его выбор. Она не хотела здесь жить, поэтому съехала. Как это его вина?»

«Ну, тогда ему следовало запереть ее в комнате!»

«Ты... Как ты мог такое сказать?»

«Знаешь, как я мог такое сказать?» — выплюнул он, хмуро глядя на нее. «Потому что в Валгалле есть предатели! Люди знают, кто он. Люди знают, кто его мать! В тот момент, когда не тот человек ее заметит, его начнут шантажировать!»

Вся краска отхлынула от лица Дженис.

Фредди зарычал. «Блядь!» Он выбежал из комнаты, торопясь и молясь, чтобы Лукас просто застрял в каком-нибудь деле.

Лукас сидел в кузове черного фургона без опознавательных знаков. Рядом с ним сидел Чарли Кинг, который небрежно копал землю за пальцами.

Руки у него тряслись. Сердце выпрыгивало из груди. Какую глупость он совершил, упустив мать из виду. Но теперь уже было поздно сожалеть.

Фургон наконец остановился. Через мгновение двери открылись, и Чарли поманил его, чтобы он вышел. Однако мужчина остался внутри.

Как только он вышел из фургона, он застыл при виде открывшейся ему картины.

Он был в центре роскошного жилого квартала, который не походил ни на что из того, что он видел в Репентаве. Но они не ехали в другой город. То есть... это была штаб-квартира другой фракции.

«Привет, Лукас». Женщина в деловой повседневной одежде поприветствовала его. «Добро пожаловать в штаб-квартиру Gem & Faller. Пожалуйста, следуйте за мной». Она указала на самое большое здание в квартале.

Его забрали... ну, честно говоря, правильнее было бы сказать, что его проводили в здание. Единственным человеком там была женщина, и она не была похожа на комбатанта.

Она провела его через огромный, роскошный вестибюль здания и вошла в один из многочисленных лифтов. Она нажала пальцем на кнопку, ведущую на самый верхний этаж, и Лукас сглотнул.

Он чувствовал себя парализованным. Что-то было не так. Это была не просто какая-то случайная группа головорезов.

Он чертовски хорошо знал, кто эти люди. Семья покойного Джейсона Джема. Место, куда сбежал его брат. Люди, под чьим надзором он умер.

И когда лифт приблизился к месту назначения, у него возникло ужасное предчувствие.

Двери открылись.

Он последовал за женщиной в жутко тихую, огромную комнату. И там, прямо рядом с громоздким мужчиной, стояла его мать. «Лукас…» — прошептала она, бросаясь к нему. Она бросилась в объятия, крепко сжимая его, словно пытаясь остановить его от побега.

«Что...?» — пробормотал он.

Мужчина, стоявший рядом с ней, шагнул вперед. «Приятно познакомиться, Лукас Блэк. Позвольте представиться. Я Киган Джем, генеральный директор Gem & Faller. Приношу извинения за грубость этого приглашения. Мы должны были убедиться, что сможем безопасно вывести вас оттуда, прежде чем кто-либо заметит. Мне очень жаль, если мы вас напугали».

«Что происходит?» — спросил он, поворачиваясь к матери. «Что ты делаешь?»

«О, Лукас! Я так рада, что ты вернулся!»

«О чем ты, черт возьми, говоришь!?» Он схватил ее за руку и оттолкнул от себя. «Ты с ума сошла?»

«Лукас…»

«Хеллен, мы ожидали, что это может произойти», — сказал генеральный директор. «Может потребоваться некоторое время, чтобы отменить промывание мозгов».

«Что? Промывание мозгов…?» — рассеянно пробормотал Лукас, переводя взгляд с матери на генерального директора, и постепенно это начало доходить до него. «Ты шутишь, да? Ты серьезно сделал это со мной?» Он начал быстро дышать. «А как же Дженис?»

«А что с ней?» — спросила Хелен. «Ты же не собирался на ней жениться».

Он внезапно рассмеялся. «Я не могу в это поверить. Я не могу поверить, что я был настолько глуп, чтобы беспокоиться о тебе».

«Лукас…»

Она сделала шаг вперед.

«Я тебя ненавижу», — сказал он прямо, все еще не в силах стереть с лица шокированную улыбку. «Я тебя, черт возьми, действительно ненавижу».

Выражение ее лица потемнело. «Лукас…»

«Ты все еще не поняла?» Он плюнул ей в лицо. Его слюна скатилась по ее щеке.

Она посмотрела на него в шоке.

Киган щелкнул пальцем.

Двое охранников, которых Лукас не видел, подкрались к нему сзади и схватили его за руки.

«Отпустите меня! Отпустите меня!»

Они потащили его к лифту и нажали кнопку. Как только дверь начала закрываться, он повторил еще раз: «Я тебя, блядь, ненавижу».

Генеральный директор положил мощную руку на плечо матери и тихо пробормотал: «Мы разберемся с этими террористами. Не волнуйся. Твой сын рано или поздно придет в себя».

Двери захлопнулись.

Марк Афронте ждал посреди леса, одетый в тяжелую металлическую броню. Он скрестил руки, небрежно прислонившись к дереву, и поигрывал в руках медальоном с фотографией своей семьи внутри.

Его телефон внезапно зазвонил. Он захлопнул медальон и положил его обратно в свое кольцо для хранения.

Он вытащил телефон из кармана. Это был Киган. Время пришло. Он снял шлем и приложил телефон к уху.

Раздался голос этого человека, слабака, смягченного десятилетиями бизнеса, а не борьбы, бессильного дурака, который не имел никакой ценности, кроме как быть марионеткой для Василиска. «Мы вывели всех наших людей. Помните, все, что вам нужно сделать, это позаботиться о главной цели. Мы позаботимся обо всем остальном».

----------

Блеф

Фредди бежал по коридору, спрашивая всех встречных, не видели ли они Лукаса.

Его сверстники понятия не имели, где он находится.

Его тренеры понятия не имели, куда он делся.

И, возможно, самое пугающее из всего…

Он был не единственным пропавшим без вести.

«Лукас?» — спросила женщина. «Я… я не знаю. Я ищу своего мужа. Всего несколько часов назад он…»

«Блядь!» — закричал Фредди, снова вытаскивая телефон, чтобы позвонить Тору в пятый раз. Мужчина снова не ответил. «Что, черт возьми, происходит?» Он снова посмотрел на женщину. «Извините. Просто возвращайтесь в свою квартиру. Что-то происходит, и это может быть опасно».

«Опасно?» Женщина рефлекторно схватилась за свое ожерелье. «Но мой муж…!»

«Мы разберемся с этим. А теперь, пожалуйста, возвращайтесь». Он прошел мимо нее и снова потянулся за телефоном. У него был только номер Тора. Но если бы он мог найти Тревиса, он бы...

Вдруг зазвонил телефон. Это был Тор.

Мутная смесь тревоги и облегчения охватила его, когда он поспешил ответить на звонок. «Алло?»

«Эй... Фредди...» — спокойно сказал Тор. Затем он усмехнулся. «Мне жаль».

«Что, черт возьми, происходит?»

«Послушай. Я не могу долго говорить, поэтому мне нужно, чтобы ты меня выслушал, ладно? Не приезжай. Я знаю, что у тебя возникнет соблазн, но не приезжай. Пожалуйста».

«Не приезжай куда!?»

«Просто не надо!» — крикнул Тор в трубку. Он судорожно вздохнул. «Если случится худшее, я оставлю все в твоих руках. Я доверяю тебе. Ты что-нибудь придумаешь».

«Можете ли вы мне просто сказать, что...»

«Прощай, Фредди», — он завершил разговор.

Фредди сжал толстый телефон так сильно, что металлический корпус треснул. Его рука дрожала, а на лице застыло выражение предательства и замешательства.

Не приезжай куда? Выясни что?

«Тор... Что, черт возьми, происходит?» Он стоял в ошеломленном молчании, пот градом лился по нему.

И затем, несколько мгновений спустя —

Земля под ним слегка задрожала, и мгновение спустя прямо за пределами здания раздался приглушенный звук молнии.

«Не приезжай…?» — рассмеялся Фредди. «Понятно». Он убрал телефон в кольцо для хранения. А затем, не останавливаясь ни на секунду, бросился бежать.

Тор убрал телефон в кольцо для хранения и вздохнул.

Он стоял, одетый в полную броню, прямо у ворот Валгаллы, словно сторожевой пес. Его проклятый топор висел, зажатый в левой руке.

День был облачным. Относительно теплый порыв ветра пронесся над городом Репентава. Короткий ежегодный проблеск лета уже почти наступил. Снег был тонким и грязным. Деревья потели от слякоти, и вдалеке он даже мог слышать знакомый треск молнии.

«Сегодня может пойти дождь, а?» — размышлял он, мельком взглянув на небо, прежде чем наконец взглянуть на своего врага.

Неподалеку от него угрожающе стоял человек, одетый в очень дорогие на вид доспехи. Посетитель не делал ничего, чтобы скрыть свою зловещую ауру. Она была гнетущей и плотной. Слишком плотной для ранга человека. Он уже слышал эти истории раньше. Об исключительно редких, непостижимо удачливых людях, которым удавалось заполучить уникальный прайм и обрести второй талант.

Хотя было трудно выразить словами всю шокирующую боль от присутствия этого человека, это было единственное объяснение, которое Тор мог дать своим чувствам.

Разочарованное онемение пробежало по телу Тора, когда он смирился. Этот день должен был в конце концов наступить.

Мужчина лениво закинул меч за плечо и наклонил голову. «Я так понимаю, ты Тор?»

«Ага. Единственный и неповторимый», — сказал он. «А кем бы вы могли быть?»

«Я просто какой-то парень», — пренебрежительно сказал мужчина. «Скоро это перестанет иметь для тебя значение».

Тор усмехнулся. «Тогда можешь хотя бы сказать, кто тебя послал?»

«Вы должны быть в состоянии догадаться».

Тор кивнул. «Как и ожидалось. Ну что ж. Если только вы не пришли сюда для дебатов, я думаю, нам пора начинать».

Мужчина усмехнулся. «Куда торопиться? Так хочется умереть?»

«Признаю — я тебе не соперник в прямом бою». Тор крепко сжал свой топор, поднимая его в защитную стойку. «Но меня более чем достаточно, чтобы усмирить тебя».

Двое мужчин стояли друг напротив друга, их аура была наэлектризована, напряжение между ними было взрывоопасным.

Им хватило лишь небольшого толчка. Они прыгнули друг на друга.

Пыль и грязь взлетели в воздух, когда они замахнулись своим оружием друг на друга, оба заметили разницу в скорости — мужчина был быстрее Тора, и когда их оружие столкнулось с оглушительным взрывом, только его бесчисленные годы боевого опыта позволили Тору отразить приближающуюся атаку, и именно электрическая искра, пробежавшая по оружию мужчины и, наконец, по его броне, хоть она и была ослаблена, сумела парализовать его ровно на время, достаточное для того, чтобы Тор успел увернуться от удара, который мог бы снести ему голову, но со сверхъестественной скоростью меч уже летел прямо ему в шею, и на этот раз он оставил неглубокий порез на его коже.

Тор оттолкнулся одной ногой, но его враг немедленно усилил атаку, намереваясь воткнуть массивный меч прямо ему в грудь, аура импульса окутала его, его клинок замерцал и загудел от интенсивной вибрации. Тор зарядил все свое тело электричеством, и как только меч коснулся его доспехов, выскочила искра, оставив горячую линию вдоль металлического меча и обжег руку человека, но этого было недостаточно.

Превозмогая боль, нападавший нанес удар, пробив броню Тора и даже вонзив меч на дюйм ему в грудь, но, изменив положение туловища и резко контратаковав, Тор создал между ними некоторое расстояние.

Он тяжело дышал. Пот собирался под его броней, но за неимением лучшего слова, он чувствовал себя вспотевшим как дерьмо. Невольная улыбка скользнула по его лицу. «Что такой человек, как ты, делает в Северном поясе?» Он сглотнул слюну. «Хотя ты еще не на пике третьей звезды, ты мог бы легко уйти на более зеленые пастбища. Что это даст?»

«Назовем это тренировочным забегом», — коротко сказал мужчина, поднимая меч и направляя острие в глаза Тора.

«Понятно». Он хмыкнул. «Люди действительно относятся к этой земле, как к какой-то извращенной игровой площадке». Его губы скривились в отвращении. «Понятно. Я не собираюсь ходить вокруг да около. У меня есть...»

«Тор!» — раздался глубокий голос из-за стен.

«Нет! Оставайтесь позади!» — в гневе крикнул Тор, наблюдая, как массивный человек перепрыгивает через стену.

Фредди приземлился с глубоким стуком, его ноги слегка утонули в земле. Он поднял подбородок и уставился на незваного гостя. «Всего один парень? И что, ты уже смиряешься со смертью!?»

«Ты ебаный придурок!» — закричал Тор дрожащим голосом. «Умоляю тебя, не вмешивайся».

«У тебя есть хоть немного веры в меня?» — спросил Фредди, когда он кастовал Чешуя Багрового Дракона с обеими звездами, мгновенно вложив 50% своей сущности в свою защиту. «Даже если я не могу сделать многого, я обещаю, что не буду мешать тебе».

«Ты понятия не имеешь, с чем ты сталкиваешься», — сказал Тор. «Пожалуйста. Просто вернись».

Фредди застыл при этих словах.

Нападавший рассмеялся. «Очаровательное представление, вы двое».

Фредди вздрогнул от голоса мужчины. Он показался ему знакомым. «Кто ты?» — выплюнул он. «Мы уже встречались?»

Мужчина повернулся, чтобы посмотреть на него. «Ты, должно быть, Раб». Он долго смотрел на Фредди, обхватив шлем там, где должен был быть его подбородок. Когда его глаза заглянули через прорези в шлеме и встретились взглядом с Фредди, мужчина надолго замер. «Ты…» Он уставился на Фредди сверху донизу. Затем он усмехнулся, покачав головой. «Нет. Я понятия не имею, кто ты».

«Это так…?» Фредди покосился на мужчину. «Почему ты здесь?»

«Хватит болтать». Мужчина внезапно рванулся вперед, устремившись прямо на Тора.

Фредди призвал Кровавый Копьё и бросил его в человека, активировав Гидравлическое Напряжение с обеими звездами. Человек уклонился от атаки с пугающей легкостью, когда он обрушил пагубный удар на Тора, который ответил мощным разрядом молнии, направленным на человека.

Фредди дождался подходящего момента и метнул второе Кровавое Копье, но на этот раз, несмотря на то, что его цель была точна, копье отклонилось в воздухе, обвиваясь вокруг человека, когда тот схватил его.

«Чт...» Прежде чем Фредди успел хоть как-то выразить свое потрясение, мужчина бросил в него свое оружие. Копье полетело так быстро, что у него не было никакой надежды отреагировать на него. Оно вонзилось прямо ему в живот, без усилий пробив чешую и вонзившись в его туловище, едва пощадив позвоночник.

Он посмотрел на него, внезапно почувствовав себя парализованным. Это было слишком легко. Слишком быстро.

Гром и металл громко разнеслись перед ним; искры, электрические и от встречающихся клинков летели вокруг, когда двое мужчин вступили в смертельную схватку, практически полностью игнорируя существование Фредди. «Серьезно…?» — пробормотал он. Неужели он действительно был настолько превосходящим?

Это был не просто какой-то случайный никто. Это был настоящий трехзвездочный. Даже Тор, несмотря на всю его мощь и скорость, выглядел так, будто он боролся за свою жизнь с каждым ударом, которым они обменивались. И хотя Тор едва мог защититься от одного удара, этот человек мог легко атаковать дважды.

Тор получил глубокий порез на бедре. Затем еще один на бедре. На лице. На шее. Дуэль даже близко не стояла, и она развивалась так быстро, что Фредди едва успел среагировать.

Уши Фредди неприятно загудели, когда он осознал это.

Был ли Тор…

Он вытащил копье из спины и бросил его на землю.

Он наклонился вперед, левой рукой создавая хрупкий шар из кровавого металла.

Затем он бросился в атаку.

Никто из мужчин не повернулся к нему, но он видел, что Тор заметно напрягся.

«Отвлеки его!» — крикнул Фредди, создавая щиты на предплечьях и поднимая их, чтобы защитить голову.

«Боже, черт возьми!» — закричал Тор, подчинившись, активируя заклинание молнии со всеми тремя звездами и в ответ получив глубокий порез поперек живота. Электричество извивалось, как змея, и человек приготовился отпрыгнуть назад, чтобы освободить место.

Активировав обе звезды, Фредди использовал Гидравлическое Напряжение и прыгнул, чтобы отрезать человеку путь к отступлению. Тот ответил блефом и бросился прямо на него, подняв меч, чтобы разрубить его на части.

Фредди не защищался и не бежал. Он не мог. За то немногое время, что у него было, он активировал Удар Цунами с обеими звездами, ударив кулаком по шару кровавого металла. Громкий взрыв пронесся по всей поляне, вспышка света ослепила его, когда шар распался на ливень осколков, направленных прямо на атакующего человека.

Хотя человеку все еще удавалось отражать изрядное количество летящих в него осколков, их было слишком много и они были слишком быстры, чтобы полностью отразить их. Они стучали по его броне, очевидно, истощая любые чары, которые усиливали защиту человека.

Но Фредди еще не закончил. «Ярость Ле…»

Мужчина мгновенно отреагировал, потянувшись к летящему куску кровавого металла, и Фредди поднял щит на предплечье, чтобы заблокировать его, но кусок вильнул в воздухе, обогнул его блок и направился прямо ему в рот.

Ему нужно было произнести это, чтобы использовать его. Но когда кусок кровавого металла врезался в его язык и влетел глубже в горло, он смог выговорить последний слог.

Нет.

Все, что он увидел, была короткая вспышка металлического света. Затем он потерял всякую чувствительность в своих конечностях.

Пока он наблюдал, как его оторванная рука уплывает в сторону, показалась нога мужчины, вонзившаяся прямо в туловище Фредди, раздавив его чешую, ребра, легкие и сердце и отправив его в полет.

Хм?

Он увидел вспышку молнии. Тор воспользовался этим, взмахнув топором, чтобы оставить глубокую рану на спине нападавшего, пробив защиту доспехов и повредив чары. На мгновение Фредди подумал, что этого будет достаточно. Но мужчина ответил без промедления, взмахнув мечом… и отсек левую руку Тора от предплечья вниз.

Прошло мгновение, и Фредди отлетел. Его тело врезалось в толстое дерево с такой скоростью и силой, что сломало ствол, как ветку, но он также почувствовал, как большинство костей в его теле треснули, и почти каждый кровеносный сосуд лопнул, когда он отскочил, пролетев по слякотной почве и оставив длинный след металлической крови.

Мир закружился перед его глазами, и в этот момент ничто не казалось реальным. Он словно плыл сквозь головокружительную мешанину мерцающих цветов. А потом он приземлился, наполовину зарывшись лицом в мокрый песок.

Все, что он слышал, были приглушенные взрывы. Он не мог ясно видеть. Он не мог дышать.

Кровь… пролитая…

Он не мог его отпустить. Его Кровавое Кольцо все еще было на его отрубленной руке.

Мне нужно исцелиться.

Но его кольцо-накопитель также было утеряно.

Собрав всю силу воли, которую он мог собрать, он заставил свою голову пошевелиться. К счастью, его шея была только треснута, а не сломана. Он приподнялся на голове, выгнув туловище, используя Гидравлическое Напряжение, чтобы помочь себе двигаться. Он едва мог двинутся на дюйм вперед. Он согнул все свое тело, пытаясь двигаться, как какая-то гребаная гусеница.

Там, где его ноги были оторваны, обнажённые кости царапали мокрую почву и снег.

Тор стоял, держа топор одной рукой, пока его противник пытался скрыть полученные им повреждения. Тор ухмыльнулся. «Хорошо тебя достали, да?»

«Твой друг погиб из-за этого».

«Не беспокойся о моем приятеле. Он крепкий парень». Тор закашлялся и сплюнул кровью. «Я собирался рассказать тебе это до того, как нас грубо прервали, но, думаю, сейчас самое подходящее время. Отвали нафиг. У меня есть способность духа, которая обменяет мою жизнь на временную силу. Если я ее использую, мы оба умрем».

«Тогда вперед. Используй его». Мужчина поднял меч, открыто смеясь над ним. «Как ты думаешь, сколько людей говорят такие вещи? Даже те, у кого действительно есть такая духовная способность, часто проигрывают, прежде чем используют ее. И даже если ты это сделаешь, это не гарантирует, что ты действительно убьешь меня. Здесь двое могут играть в эту игру — у меня есть духовная способность, которая телепортирует меня. Так что вперед». Он наклонился вперед. «Возьми меня на блеф».

Тор усмехнулся. «Ну и хрен с ним, тогда. Мне следовало чаще играть в покер.

«Последнее средство».

Внезапно все его тело начало дымиться, непреодолимая аура исходила от него. Снег в радиусе десяти метров вокруг него мгновенно испарился, превратившись в пар. Дикая, бушующая паутина электрических искр медленно расползалась вокруг него, образуя

Нападавший отступил на шаг. «Ты сумасшедший ублюдок. Ты действительно это сделал».

«Но вы правы».

«Тебе следовало чаще играть в покер».

Глаза Тора широко распахнулись.

«Мгновенное отступление».

Мужчина исчез, выпустив дуновение ветра.

----------

Труп правосудия

В нескольких милях от Валгаллы, посреди безлюдного леса, между деревьями раздался громкий порыв ветра, и из ниоткуда появился голый мужчина с черными, похожими на паутину ожогами по всему телу.

Марк рухнул на землю, стонал и кричал, чувствуя, как его сущность прогрессирует, а его душа скручивается во временную печать. Он отчаянно стиснул зубы, но боль была слишком сильной. Он издал приглушенный крик, покраснев лицом.

Еще через несколько мгновений это наконец прекратилось, и он безвольно упал в грязную, холодную жижу. «Это было близко…»

Большая рана на спине ужасно болела.

Он не пришел сюда, ожидая посмотреть смерти в глаза. Этот человек, Тор, был настоящим бойцом. Если бы он перешел в настоящую империю, у него были бы все шансы получить титул Лорда.

Но этого не произошло.

У любого уважающего себя человека, обладающего властью, имелось средство побега, готовое к использованию в таких ситуациях. У Марка была духовная сила под названием «Мгновенное отступление». Ее использование стоило ему 20% его прогресса сущности, и она имела несколько неприятных побочных эффектов.

Все, что он носил с собой, исчезло в пустоте. К счастью, у него не было с собой ничего особо ценного, но все равно это была суровая цена, оставившая его без оружия и доспехов.

А вторым, еще более неприятным побочным эффектом было то, что его душа была запечатана на несколько дней, не позволяя использовать его способности. К счастью, он мог, по крайней мере, использовать свои таланты, но он все еще был легкой добычей, если кто-то придет за ним.

Способности духа, которые позволяли отступать таким образом, были весьма карающими — как будто сам мир неохотно допускал их существование. Если бы кто-то выследил его, он бы оказался в реальной опасности.

Он медленно поднялся на ноги, поморщившись, когда почувствовал, как порез на спине открылся. «Мне повезло, что он не задел позвоночник».

Его работа в этом дерьмовом городе была сделана.

Пришло время уходить.

Тор стоял в буре энергии, наблюдая, как тает снег и высыхает грязная почва вокруг него. Его взгляд был прикован к этому месту, где всего секунду назад стоял его враг. А теперь его не было. «Нет...» — пробормотал он, падая на колени. «Нет...»

Лес перед ним внезапно показался ему ужасно мирным.

Прямо над собой он услышал странный звук.

Дрожащими руками он ледяным тоном снял шлем и поднял глаза.

Одна за другой капли дождя коснулись угасающей бури ауры и испарились тусклыми клубами. Постепенно, по мере того как эффект его жертвы сходил на нет, они достигли его лица, стекая по щекам и стекая по шее, останавливаясь, достигая его костюма.

Разочарованная вспышка молнии сверкнула за облаками, слишком пристыженная, чтобы прямо посмотреть на него.

Он услышал еще один странный звук и посмотрел в сторону. «Какого черта…?»

Он увидел Фредди, с оторванными конечностями, ползшего вперед, словно гусеница из ада. Тор не смог сдержать шокированного смеха. «Этот парень... Серьезно...»

Фредди дотянулся до левой руки. Затем он укусил ее и прикрепил к своему плечу. С металлическим лязгом его кровь затвердела в крючковатые шипы, которые помогли ему прикрепить ее обратно к телу. Фредди сосредоточился на своем кольце для хранения, и оттуда выпал мясистый комок. Он несколько раз ударил по нему лбом, пока его рука окончательно не срослась с телом.

Одну за другой он прикрепил себе конечности, а затем, несмотря на то, что ткани все еще разъедались и кровоточили, он поднялся на ноги и заковылял в сторону Тора.

Тор усмехнулся. «Этот парень... Почему он не мог...» Его губы внезапно скривились в гримасе отвращения.

Часть энергии все еще бушевала в нем. Но она подходила к концу.

Он услышал треск. Часть кожи на его щеке, которая и так была сухой, как кость, отвалилась и отделилась. Она упала на его доспехи и прилипла к ним, как позорный знак.

«Тор?» — позвал Фредди, его голос был хриплым и слабым, вероятно, из-за того, что его легкие все еще были частично разрушены.

Тор вздрогнул, моргнул глубоко и медленно, прежде чем повернуться лицом к Фредди. Он увидел человека, стоящего с выражением полного ужаса и замешательства. Его одежда была в лохмотьях. Его грудь все еще была вдавлена. Его конечности едва держались.

Но в его глазах была боль, непохожая на боль человека, получившего телесную травму.

«Эй, Фред». Тор попытался сглотнуть, но слюны не осталось. «Я…» Все его тело сотрясалось. «Я…» Он сильно затрясся. Желание переполняло его, но слезные протоки пересохли. Дождь плакал по нему. «Я… я ненавижу себя, Фредди. Я… я ничего не добился». Он посмотрел Фредди прямо в глаза. «На этот раз… пожалуйста, послушай меня… и беги». Он заставил себя улыбнуться. От этого его губы раскрылись. «Я знаю тебя… достаточно хорошо… чтобы знать, что ты, скорее всего, не будешь меня слушать».

Фредди рассмеялся, но выражение его лица болезненно исказилось, глаза затуманились.

«Иди сюда», — сказал Тор.

Фредди дохромал до Тора и рухнул на колени.

Тор поднял левую руку, протягивая ее вперед, словно желая пожать руку Фредди.

Фредди выполнил его просьбу.

Тор схватил его за руку, его хватка была слабой и увядающей, и его тело предало его. Он упал вперед, и Фредди поймал его своим телом. Фредди чувствовал кожу мужчины на своей голой груди. Она была похожа на обожженную кору дерева.

«Тебе... следует сдаться... Нет... смысла... в этом... Просто. Уходи. Исцели своего друга. И будь счастлив.

«Не будьте как я. Не умирай от трупа правосудия».

Мужчина замер.

Фредди медленно оттолкнул тело мужчины, опуская его на землю. Он потянулся к лицу мужчины, чтобы закрыть его глаза. Но век как будто не было. Кончики его пальцев скользнули по стеклянным глазам. Он вздрогнул, отдернув руку назад.

«Тор?» — раздался голос позади него.

Фредди обернулся и увидел стоящего там Трэвиса.

Трэвис рванулся вперед, отталкивая Фредди в сторону, когда тот сделал выпад. «Тор!? Тор!?» Он тяжело дышал, касаясь потрескавшегося лица мужчины дрожащей рукой. «О, Тор... Ты использовал его... Зачем ты использовал его?»

«Трэвис…» — позвал Фредди.

«Зачем он его использовал!?» — кричал мужчина, рыдая и трясясь. «Кто пришел!? О, боже… Он сказал мне держаться подальше. Зачем я послушался…?»

«Вы должны подготовить остальных к эвакуации».

«И куда, черт возьми, ты собрался!?» — выплюнул Трэвис, вскочил на ноги и схватил Фредди за то немногое, что осталось от его рубашки. «А!? Ты был здесь! Почему ты ничего не сделал!?» Он вяло ударил его в грудь. «Какого черта... В его последние минуты...

«Почему ты был рядом с ним?»

Фредди оттолкнул Трэвиса, и тот споткнулся. Он нахмурился. «Я пришел сюда не для того, чтобы смотреть, как умирает этот человек, ты, гребаный придурок. А теперь иди. Если они послали кого-то вроде него, остальные, без сомнения, скоро придут, чтобы закончить работу». Он повернулся и пошел к дороге.

«А ты что? Ты убегаешь?»

Фредди замер. Затем он усмехнулся, вытирая нос левой рукой. Он медленно повернулся. «Я отдам все», — заявил он, его глаза были пусты от всех эмоций. «Пока ничего не останется. Как я и должен был сделать давным-давно».

Он медленно пошел к дороге. Как только он ступил на нее, он вытащил свой мотоцикл и сел на него.

Вскоре он оказался в своей квартире. Там он подобрал необходимые ему вещи. Все это было упаковано в большую тканевую сумку. Но как только он схватил ее, он почувствовал, что все его силы исчезли. Он упал на колени и удержался на локтях.

Он почувствовал, как его собственные слова эхом отдаются в его голове.

Ярость Лев —

Ярость Ле —

Ярость —

Его вырвало на пол. Он заметил осколки кровавого металла в рвоте. Кислота обожгла порезы на его горле.

Он понадобилось время, чтобы успокоить дыхание, а затем он снова поднялся на ноги. Он схватил сумку. И он направился наружу.

Начался проливной дождь. Молнии трещали по всему небу, сердито извиваясь. Все это омывало его. Люди на пути странно на него смотрели. И вокруг промежуточного пространства было очень мало исследователей. Он знал, куда они, скорее всего, направляются. «Мне нужно торопиться».

Он пробрался в межпространство. Путь вперед был выжжен в его сознании.

Его шаги привели его в пещеры, заполненные ядовитым дымом и острыми, колючими растениями. Он прорвался через все это, и прежде чем он это осознал, он схватился за металлический барьер, который он небрежно разбросал над своей целью.

Глубокая пустота входа в подземелье заставила его на мгновение заколебаться.

Просто. Уходи. Исцели своего друга. И будь счастлив.

«Мне жаль. Мне так жаль», — пробормотал он, чувствуя, как слезы текут по его лицу.

И без лишних слов он шагнул в Век Одиночества.

Трэвис выкрикивал команды, приказывая всем взять с собой только самое необходимое и приготовиться.

Многие люди все еще верили, что им удастся убежать вовремя. Но это было наивное убеждение.

Почти час он бегал, как курица без головы.

И вот, наконец, ему удалось собрать всех в самом большом зале центрального здания. С вспотевшими ладонями и скручивающим животом он медленно подошел к сцене и схватил усилитель голоса.

Взгляды всех в толпе были словно иглы, вонзающиеся ему в сердце. Он сглотнул. «Я буду с вами честен. Мы просто ждем, когда придут другие фракции».

По толпе прокатился вздох удивления, многие даже закричали от паники.

«Если кто-то из вас хочет попытаться бежать... ну... лучше этого не делать.

«Что касается некомбатантов, то вы, скорее всего, будете в безопасности. Судья, безусловно, вмешается, чтобы гарантировать, что сегодня здесь не будет ненужного кровопролития». Он колебался. «Но это не значит, что с нами будут обращаться милосердно. Что касается бойцов… Нас посадят».

По всему залу разнеслись крики гнева и возмущения.

«Что, черт возьми, с тобой не так!?»

«Разве мы не должны хотя бы оказать сопротивление?»

«Мы что, падем как трусы!?»

Трэвис схватился за усилитель голоса. «Пожалуйста, сохраняйте тишину. Если вы побежите, вас убьют. Если вы будете сражаться, вас убьют, и ваша семья также может пострадать». Его голос сжался. «Без Тора у нас нет возможности дать отпор».

«А как же Фредди?» — донесся до него чей-то голос.

Трэвис замер. Его дыхание участилось, а рука затряслась. «А что с ним?»

«Он не может подойти?»

Трэвис криво улыбнулся. «Ты хочешь, чтобы пиковый двухзвездный в одиночку отбивался от целой армии?»

Толпа затихла.

Трэвис цокнул языком и ущипнул себя за лоб. «Послушай. Я не хочу никого обнадеживать. Он не совсем ясно изложил свои планы. Но я думаю, что у него может быть что-то в рукаве».

По толпе прокатилась волна радости.

«Не надейся!» — закричал Трэвис. «В лучшем случае он просто… Я даже не знаю, что он может сделать. Но в любом случае, худшее, что мы можем сделать сейчас, — это запаниковать. Просто сохраняйте спокойствие. Может, мы сможем заключить какую-то сделку».

«А как же тогда Вальхалла? А как же наша гордость?»

«Это все мертво. Мертво и похоронено. Забудьте об этом. С сегодняшнего дня Вальхалла мертва».

Он убрал усилитель и сошел со сцены. Как только он это сделал, его окружила разъяренная толпа людей. Со всех сторон к нему тянулись руки и голоса, но он чувствовал лишь онемение, а слышал лишь пронзительное жужжание в ухе.

Фредди... Ты... Пожалуйста.

Сделай что-нибудь.

----------

Берегитесь отражения [1]

Ничто не имело определяющих свойств. Оно было лишено всех характеристик, просто прекращение всего, что существует. Это не было пустым пространством. Это не была тьма. Это просто... ничто.

В каждой сфере в промежуточном пространстве была граница, где реальность внезапно обрывалась в ничто. И хотя само ничто не имело свойств, край реальности имел.

Во-первых, это было бесконечно сложно. Не было возможности «ничего не сломать».

Во-вторых, он был бесконечно отражающим. Вещи не могли никуда деться. Таким образом, они просто отскакивали обратно. Все — материя, сила, эфир, сущность, свет, информация, все это отражалось обратно без каких-либо потерь, без какой-либо неэффективности.

Когда Фредди вошел в кромешную тьму портала, он оказался в центре небольшого кубического мира. Его шесть сторон были примерно в 10 раз больше его роста по длине и ширине. Комната была совершенно пуста, если не считать холодного, даже ледяного воздуха.

Факельный шлем на его голове все еще светился. И в тот момент, когда он появился, он стал свидетелем чего-то действительно захватывающего.

Хотя пространство, в котором он находился, было ограничено, это была фактически комната идеальных зеркал. Свет отражался от стен и создавал иллюзию бесконечно огромного пространства с бесчисленным количеством по-разному повернутых копий его самого, стоящего неподвижно посреди вечной пустоты, держащего большую, тяжелую сумку со всеми ресурсами, которые ему понадобятся во время его пребывания.

Иллюзия становилась все тусклее с расстоянием, поскольку его тело поглощало немного больше света с каждым отражением, отчего она становилась все темнее и темнее по краям, пока, наконец, не стала слишком тусклой для восприятия.

Он ахнул от увиденного. Звук его вздоха эхом разнесся по комнате, создавая мерцающий, почти жужжащий шум, который постепенно рассеялся в глухой гул.

Именно в этот момент он вспомнил третье свойство края реальности. Поскольку это была граница с ничем, она не имела абсолютно никакого трения.

Как только он сделал малейшее движение, это свойство проявилось в захватывающей манере. Его ноги потеряли всякую опору, как будто он стоял на самом скользком в мире льду, и он упал на задницу, массивный мешок врезался в него, оба слегка скользнули вперед, когда он пытался стабилизироваться, но безуспешно. Он продолжал медленно скользить вперед, приближаясь все ближе и ближе к краю комнаты.

Звук его падения снова разнесся по комнате, и поскольку шуму некуда было деться, он, казалось, почти накапливался, добавляясь к уже существующему гулу. Он почти начинал болеть уши.

Он думал, что учел все. От еды и воды до воздуха, и до того, что эта комната будет медленно нагреваться со временем. В этот момент он надеялся, что не забыл о чем-то, что могло бы убить его.

Он застонал, подняв палец. Его кровь начала свободно литься из кончика указательного пальца. Скользя по пустоте, она растеклась в идеально круглую лужу с поразительной эффективностью, быстро заполняя всю комнату мелкой лужицей крови Фредди.

Появление жидкости оказало смягчающее действие на шум, и фоновый гул наконец начал немного ослабевать.

Как только его стало достаточно, чтобы коснуться всех четырех сторон, он послал импульс своей сущности через него, чтобы затвердеть. Учитывая, что его одежда контактировала с кровью, она теперь застряла в затвердевшей простыне, и ему пришлось ее отрезать. Это было действие, которое он не особенно любил, учитывая, насколько обжигающе холодно было.

Квадратный лист крови был прочно прижат ко всем четырем сторонам комнаты; он казался совершенно устойчивым, хотя и стоял ни на чем. С разорванной одеждой Фредди поднялся на ноги и сделал глубокий вдох. Он положил сумку с припасами рядом с собой.

С появлением сплошного пола отражение теперь сократилось только до боковых сторон, а сверху и снизу образовалась бесконечно обширная полоса алого цвета, из-за чего пространство внезапно стало казаться несколько тесным.

Фредди вздохнул. «Блин, как холодно!» Он потер плечи и немного поежился.

Он уже привык к низким температурам, но эта комната была чем-то особенным. Он плюнул на землю, и плевок издал звенящий звук, коснувшись металлического пола. Он замерз, даже не коснувшись земли!

Похоже, прежде чем поддерживать температуру в комнате, ее сначала нужно было нагреть.

Он начал бегать кругами по комнате, мысленно просматривая список дел.

Но сначала он осмотрел пространство, в котором оказался. Хотя оно определенно относилось к самой маленькой категории миров, пространство не казалось тесным ни в малейшей степени. Что касается миров класса А, то это было определенно на верхнем пределе. У него было 400 квадратных метров пространства, и поскольку оно было полностью пустым, он мог делать с ним все, что захочет.

Его первым делом было организовать всю инфраструктуру. Это означало установку очистителя воздуха, системы управления отоплением, утилизацию отходов и установку низкоуровневых генераторов эфира, которые он получил в свои руки.

Генераторы эфира могли производить струйки эфира. Они сильно различались по качеству, и самые полезные из них были ему не по карману. Их основной целью было подпитывать камеры сбора. Они были нужны ему, чтобы восстанавливать запасы своей сущности.

При этом те, что он получил, были... мягко говоря, не впечатляющими. Он нашел только три неисправных генератора сродства к воде, выставленных на продажу, и даже они были чертовски переоценены. Им требовался ценекит для работы, а эти явно использовали нечистую, неочищенную ценекитовую руду в качестве топлива. В результате они были очень медленными. Им требовалось около десяти минут, чтобы произвести всего один висп. Это означало, что в среднем у него был только один висп каждые 3 минуты.

Он вздохнул при этой мысли. Ему придется организовать свое обучение, чтобы сначала отдать приоритет дорогостоящим способностям, затем способностям, которые может покрыть его спутник, затем физическим упражнениям, когда он будет слишком полон рефлюксной сущности, чтобы продолжать.

Следующим пунктом в списке его дел была организация пространства. А именно, ему нужна была одна зона для тренировки способностей, другая для физической подготовки и третья для нейтрального жилого пространства.

Он не был дураком. Столетие, так или иначе, сведет его с ума. Он уже это знал.

Лучшее, на что он мог надеяться, — это минимизировать ущерб.

Хотя он мог положиться на свой талант, чтобы уберечь свой мозг от полного разрушения, ему нужно было что-то, что не давало бы ему потерять себя.

Имея это в виду, он привез с собой огромную коллекцию книг; купил гарнитуру для прослушивания музыки и кристалл с записанными на нем тысячами песен, BC с сотнями фильмов и сериалов, сохраненных на диске, и несколько красочных украшений, которые он хотел использовать для создания комфортного жизненного пространства.

И наконец, его расписание.

Он принял решение не отслеживать время по мере его течения. Вообще. Он мотивировал это тем, что чувствовал, что отслеживание времени ничего не даст, кроме как навредит ему. Лучше не знать. Черт, это даже может заставить время казаться идущим быстрее.

Вместо того, чтобы слушать часы, он слушал свое тело. Он спал столько, сколько мог; он тренировался до тех пор, пока не уставал. Он развлекал себя до тех пор, пока ему это не надоедало.

Он взял с собой достаточно дешевых пищевых таблеток, чтобы продержаться полтысячелетия, даже если он переборщит, поэтому он не боялся, что ресурсы случайно закончатся.

Это был бы экстремальный марафон. Любая мелочь, которую он мог бы сделать, чтобы минимизировать стресс, имела бы большое значение.

Его план состоял в том, чтобы все время чем-то заниматься, будь то тренировка, игра или сон. Чем меньше времени у него будет на размышления о весе времени, которое он там проведет, тем лучше.

Ему потребовалось довольно много времени, чтобы, наконец, довести температуру в комнате до приемлемой. Он, конечно, понятия не имел, сколько времени. Он не следил за временем.

Как только он закончил с этим, он приступил к работе.

Сначала инфраструктура. Он выделил один конкретный угол для всех хрупких вещей и быстро защитил его относительно толстым барьером из кровавого металла, оставив лишь крошечное отверстие для потока холодного свежего воздуха. Там же находились его генераторы. Предпочтительно, чтобы он держался как можно дальше от этого угла.

Если он сломает что-нибудь внутри, ему повезет, если это не будет смертным приговором.

Следующий угол он назначил для проверки способностей. На данный момент он не мог ничего сделать с этим.

В конце концов он защитит его толстой стеной, но это не произойдет немедленно. У него не будет бесконечных запасов крови. Он также сделает пол здесь немного толще. Но это не было приоритетом.

Далее следовала зона физической подготовки.

Он не мог точно втиснуть спортивное оборудование в маленькие кольца для хранения, которые он покупал оптом, поэтому ему пришлось бы положиться на свою кровь, чтобы сделать все оборудование с нуля. Что касается весов, он бы полагался на тот же трюк, который он использовал для Кровавого Обезглавливателя, чтобы увеличить плотность.

Что касается сложности оборудования, то ему пришлось бы довольствоваться свободными весами. Но этого было более чем достаточно, чтобы проработать все его тело. У него было 100 лет, чтобы тренироваться здесь. Он бы увидел солидный прогресс, несмотря ни на что.

Он быстро составил план того, куда что положить, а затем оставил работу на потом.

И последнее, но не менее важное: он приступил к обустройству спальной зоны.

Он не хотел, чтобы она была слишком большой, чтобы не занимала больше места, чем необходимо, но он хотел, чтобы она была достаточно просторной.

Он остановился на участке размером пять на пять метров. И вот он приступил к работе.

Взяв самый большой ящик для хранения, который он принес, он начал вытаскивать все, что ему понадобится. Сначала он вытащил деревянные доски пола и несколько ведер клея. Он принялся за работу, собирая пол своего нового дома. Затем он сделал металлический каркас из своей крови и отделал стены и потолок большими листами фанеры.

Ему не нужно было быть слишком прочным. Даже если он должен был прослужить столетие, он не подвергался воздействию стихии. Но на случай, если что-то сломается, он позаботился о том, чтобы взять с собой дополнительный материал для ремонта.

В ящике для хранения вещей также находился каркас кровати, который он быстро собрал, а также простыни и матрас.

Он повесил кучу постеров, картин, небольшой ящик и пару полок, все это было усеяно множеством красочных украшений. Он установил BC лицом к кровати и организовал остальные мелкие вещи, которые он будет использовать во время своего пребывания в этом месте.

И затем, в качестве последнего штриха, он вытащил эфирные лампы. Он выложил за них кучу денег. Они были специально разработаны для создания насыщенного, плотного света, который точно имитировал состав теплого солнечного света. В тот момент, когда он зажег их, он заметил разницу между ними и лампой, которую он нес на голове.

Все красочные украшения мгновенно ожили, как будто он увеличил насыщенность внутри своего жилого пространства. Это было успокаивающее зрелище.

Оставалось сделать только одно.

Прямо посередине комнаты он воздвиг огромный шест, использовав остатки своих запасов крови, чтобы вызвать его. А наверху он поместил шар размером с голову. Щелчком пальца шар засветился.

Этот был более полуденным, чем закатный солнечный свет гостиной, но это было именно то, что он хотел. Он отражался от голого зеркального потолка, равномерно рассеиваясь по всему пространству. Внезапно все это стало выглядеть гораздо менее гнетущим. Казалось, он мог дышать.

Разобравшись с этим, он направился в свою спальню.

Внезапно он заметил что-то краем глаза и мгновенно повернул голову, чтобы встретиться с этим, чувствуя, как его сердцебиение ускоряется, а инстинкт «бей или беги» срабатывает. Как только он понял, что это было, он застонал и вздохнул с облегчением.

Это было всего лишь его отражение в зеркальной стене.

На мгновение ему показалось, что он заметил темную фигуру, проходящую прямо мимо него и входящую в его спальню. Но к счастью, это был просто обман его разума. Тем не менее, он приблизился к входу с некоторой осторожностью. В комнате не было двери. У него были только толстые занавески, чтобы заблокировать свет внешнего шара, чтобы он мог спать спокойно.

С некоторым трепетом он отодвинул их в сторону и взглянул.

Его комната была пуста. Там ничего не было.

Хотя он был рад, что это было всего лишь его воображение, он не был особенно рад видеть дерьмо с самого начала. Но это был тяжелый день, мягко говоря. Неудивительно, что он все еще был на грани.

Он воспользовался своими навыками управления водой, чтобы помыться, а затем тут же скользнул в постель, полностью обнаженный.

Подняв руку, он активировал Кольцо Крови, чтобы высвободить Кровопролитие.

«Приветствую тебя, Мастер», — сказал он, кланяясь ему.

«Привет, приятель», — ответил он на приветствие. «Ты знаешь, что делать. Мы собираемся быть здесь долгое время. Ты будешь моей единственной компанией». Он грустно улыбнулся, похлопав Кровопролитие по кулаку. «Я буду надеяться, что ты не сойдёшь с ума».

Кровопролитие просто осталось стоять там, всего на секунду дольше, чем было удобно. «Действительно». Он ответил на удар кулаком. «Я с нетерпением этого жду».

Улыбка Фредди слегка померкла. «Правильно. В любом случае. Подземелье пусто, так что опасности здесь нет, но мне определенно было бы комфортнее, если бы ты присматривал за мной, пока я сплю. Спокойной ночи, Кровопролитие», — сказал он, накидывая одеяло на плечо.

После еще одной долгой минуты молчания Кровопролитие ответил: «Спокойной ночи, Фредди».

Фредди почувствовал, как его сердцебиение немного ускорилось. Он думал, что ему стало довольно комфортно с Кровопролитие. Но по какой-то причине, он снова почувствовал себя намного жутко.

Что-то в этом месте вообще не ладило с ним. Сначала его раздражал постоянный гул, но с каждым новым объектом, который он вводил, шум поглощался быстрее. А теперь... было тихо.

Слишком тихо.

Тихо до такой степени, что он почувствовал боль. Кровь, текущая по его телу, и его собственное дыхание были двумя самыми громкими и двумя единственными звуками, которые он слышал, помимо случайного шелеста его простыней.

Несмотря на то, что было все еще довольно холодно, он обнаружил, что вспотел.

Мысли о случившемся пронеслись в его голове.

Тор умер. Все это было еще так свежо в его памяти. Так невероятно. Как будто все это исчезнет, когда он присмотрится повнимательнее, как иллюзия, пойманная краем глаза. Столетие до него давало ему определенное чувство извращенного комфорта.

Он мог не торопиться. Или даже отложить на неопределенный срок осмысление произошедшего.

Возможно, к тому времени, как он вернется отсюда, рана уже полностью затянется, и от существования этого человека останется лишь смутное, далекое воспоминание.

Но сейчас.

В тот момент, когда он лежал в постели, весь в холодном поту и испуганный, так сильно испуганный предстоящим одиночеством, рана была слишком свежей, слишком болезненной, слишком реальной.

И это была его вина.

Слезы текли по его лицу, и он обнаружил, что не может сдержать рыданий.

Хотя он не мог точно знать, что бы произошло, маска, шлем — что-то, что-нибудь, что защитило бы его рот, позволило бы ему применить Ярость Левиафана. Это могло бы изменить положение вещей. Это могло бы помочь. И тот факт, что это было что-то настолько незначительное, что его было бы так легко исправить, будь он мудрее, ранил его больше всего.

Внезапная головная боль пронзила его череп, пронзая глубоко и сильно, прожигая дыру там, где он мог сделать меньше всего, чтобы проигнорировать ее. «О... Боже... Тор... Мне так жаль. Мне так жаль...» И когда его горе улетучилось, на смену ему поднялся глубокий, кипящий гнев. «Я найду этого ублюдка. Обещаю». Его глаза сияли безумным светом. «Он заплатит за то, что сделал».

Некоторое время он пытался заставить себя заснуть. Но зачем ему что-то заставлять? Не то чтобы у него было мало времени. Поэтому он просто... отпустил это. Он позволил себе остаться в постели. Бодрствующий, спящий, ему было все равно. Он не торопился. Это было онемение. Диссоциация. С головой на совершенно новой подушке он плыл, отстраняясь от сокрушительного давления обстоятельств.

Сон сладко не спеша наступил. Но в конце концов он подкрался к нему, и прежде чем он успел это осознать, он проснулся голым, потным и одиноким.

Он выскочил из кровати, тяжело дыша, когда одеяло соскользнуло с его массивных мышц. Он положил руку на голову и сделал глубокий вдох. Он понятия не имел, почему проснулся в такой панике. Это был сон без сновидений, почти как смерть.

Встав с кровати, он оделся и позавтракал. Учитывая, насколько он был голоден, он мог сказать, что прошло уже несколько дней с тех пор, как он вошел. Решив не думать об этом слишком много, он проглотил пять дешевых пищевых таблеток и запил их водой. Они были чертовски горькими.

Он покачал головой и отодвинул шторы, выходя из комнаты.

Большой шар ярко светил сверху, почти создавая впечатление солнечного света на короткий момент. Очевидно, это была не звезда, и ее не окружали лазурные небеса, усеянные пушистыми облаками, но это все равно щекотало какую-то часть его обезьяньего мозга. Сияющий шар сверху? Он был достаточно похож на солнце, чтобы, по крайней мере, создать иллюзию «снаружи».

«Ну что ж. Пора начинать строительство».

Первое, что он сделал, была зона для тренировок. Он сделал скамью, большую стойку и перекладину, которую он мог использовать для подтягиваний. Все было дополнительно усилено, чтобы гарантировать, что оно прослужит как можно дольше и не сломается под теми нагрузками, которым он их подвергнет.

Все, что ему тогда было нужно, это одна, смехотворно толстая и длинная штанга. И чертова тонна огромных тяжестей.

Приседания, жим над головой, жим лежа, становая тяга и подтягивания с отягощением — эти комплексные упражнения были, безусловно, самыми важными для выполнения. Что касается изоляции более мелких мышц, он бы разобрался. У него также был Кровавый Обезглавливатель, который он мог использовать для тренировки определенных движений.

Прежде чем он смог закончить все, у него закончилась кровь. Он съел несколько пищевых таблеток и работал над Водным Телом и Озером Крови, ожидая, пока восполнятся запасы крови.

Это будет его жизнь на некоторое время. У него было мало крови, и он восполнял ее довольно медленно, поэтому ему постоянно не хватало материала. Но это не было похоже на то, что он торопился все подготовить. Он мог занять все время в мире.

В течение первых нескольких дней он сосредоточился на создании всего, что ему понадобится. Ну, он называл их днями ради простоты, но он был вполне уверен, что бодрствовал больше, чем целый день за раз, и он даже не мог начать оценивать, как долго он спал.

Он относился ко всему размеренно, наслаждаясь возможностью двигаться в любом темпе, который ему нравился.

Хотя страх и таился где-то в глубине его сознания, он должен был быть честным: он не то чтобы ненавидел время, проведенное в одиночестве. Он даже не мог вспомнить, сколько раз он желал, чтобы мир просто остановился на некоторое время, чтобы он мог просто существовать в мире. Теперь, когда его желание наконец исполнилось, он не хотел упускать эту возможность.

Он принес огромную стопку книг. Казалось, что она не продержится столетие, но внешность обманчива.

Особенность архелюдей в том, что многие из них использовали кольца для хранения вещей. И даже самые дорогие кольца для хранения не были особенно щедры на то пространство, которое они предоставляли. Таким образом, каждый кусочек пространства внутри имел значение.

Это радикально повлияло на способ производства продуктов для архилюдей. Многие вещи имели кубическую форму, чтобы удобно складывать их, не занимая места. А другие вещи были сжаты до крайности. Книги были одной из таких вещей.

Страницы большинства купленных им книг были чрезвычайно тонкими. А шрифт был мелким. Плотным. Смертным было бы сложно читать эти крошечные слова. Некоторые могли бы даже посчитать это невозможным.

Фредди вытащил из коробки для хранения особенно толстую книгу и окинул ее беглым взглядом. Она была довольно тяжелой в его руке. Это тоже не было сюрпризом. Это была не обычная книга. На самом деле это была фэнтезийная серия из 27 частей, длиной почти в три миллиона слов.

В этом контексте масса книг в ящике для хранения внезапно показалась мне такой, будто их будет сложно закончить всего за столетие чтения.

Но хотя у него было много книг, он не был так богат в отношении другого контента. Конечно, у него были тысячи песен для прослушивания, но он бы услышал их все в конце концов, даже много раз. А контент BC был еще менее обильным.

Книги он мог читать сколько угодно. Но две другие он приберегал на случай, когда было подходящее настроение.

Вскоре он подготовил все необходимое. И однажды он проснулся, наконец, готовый начать серьезное обучение.

Его главным приоритетом были Десять тысяч мокрых адов.

----------

Берегитесь отражения [2]

Его главным приоритетом были Десять Тысяч Мокрых Адов.

Остальные способности, по его мнению, он мог развить, по крайней мере, близко к стадии 3.

Но с Десятью Тысячами Мокрых Адов он не был так уверен. Его обычный метод продвижения требовал убийства огромного количества монстров и злоупотребления абсолютно сверхмощной способностью духа. Без этого достижение какого-либо прогресса не было гарантировано.

Очень быстро огромная болевая точка стала мучительно очевидной.

Генераторы эфира работали ужасно медленно.

Только сейчас Фредди начал понимать, почему для большинства людей так важны роскошные места сбора.

Хотя обычно он не придавал этому большого значения, он начал по-новому ценить свою милую маленькую косу. Она казалась мелочью по сравнению со всем остальным сломанным дерьмом, которое он небрежно использовал, но это была действительно первоклассная конструкция души.

Это значительно ускорило как восстановление его сущности, так и очищение его тела от рефлюксной сущности.

Один только этот конструкт души может полностью изменить будущие перспективы любого обычного архичеловека.

И для него это было настоящим спасением.

День за днем Фредди работал над собой.

Хотя он все еще видел некоторый рост в отношении своего телосложения, он постепенно останавливался. Он всегда стремился сделать немного лучше, чем в прошлый раз, поэтому он либо добавлял немного дополнительного веса, либо делал еще одно дополнительное повторение.

Этот небольшой дополнительный вес становился все меньше и меньше. И все меньше. В какой-то момент «весы» были уменьшены до колец, которые едва могли обернуть штангу.

Но даже тогда он не сдавался в поисках путей улучшения. Он работал над своей техникой и связью разума и мышц. Он искал инновационные способы изоляции забытых мышц. И когда там больше не было работы, он работал над тем, чтобы лучше владеть своим оружием.

Чтобы развить способности, которые создали его оружие, ему нужно было использовать их в бою. И был только один противник, который был ему доступен — Кровопролитие.

Хотя маленький скелет мог стать сильнее его самого, будучи призванным через Кровавую Жертву, он не мог сравниться с ним в его базовой духовной форме. Однако это не означало, что он не мог помочь ему развить свои способности.

Ключевым моментом в развитии способности было сделать ее значимой.

Самый простой способ сделать это — использовать их, чтобы уйти от опасности. Но без опасности ему нужно было научиться лучше их использовать. А без риска он мог позволить себе роскошь сосредоточиться только на одной способности за раз.

Все, что ему нужно было сделать, — это исключить из уравнения как можно больше других вещей.

Например, когда он работал над своим Щитом Багрового Крыла, он создал только один. И затем. Он не сдвинулся с места, где стоял. Не используя никаких других способностей или даже своей другой руки, он защитился от как можно большего количества атак Кровопролития.

Чтобы усилить ситуацию, Кровопролитие напал на него со спины, а затем со все более странных и труднозащищаемых углов.

Аналогичные ограничительные методы он использовал и при работе над другими видами оружия.

Что касается других его способностей, то методы перемещения стрелки были разными.

Для своего Удара Цунами он использовал простой метод простого удара по барьеру пустоты так сильно, как только мог. Пока он идеально выбирал время, это немного улучшало способность. Вдобавок ко всему, он мог работать над совершенствованием ударов под разными углами.

Естественно, учитывая, что он ударился о край реальности, ответная реакция была экстремальной. Но, если уж на то пошло, это ускорило прогресс.

Гидравлическое Напряжение было таким же простым. Ему просто нужно было подталкивать свое тело к пределам, раскачиваясь под необычными углами и оттачивая тайминг, чтобы все продолжалось.

Для Гидравлического Броска и Ускоренного Кровавого Снаряда все было не так просто. Ему, естественно, приходилось бросать вещи, но вызов должен был быть соответствующим, чтобы это имело значение. Сначала он подбрасывал куски металла в воздух и бил их чем-то еще.

Затем он сделал это с большего расстояния. Затем он уменьшил оба предмета. Затем он отскочил от края реальности, чтобы увеличить сложность. Но попадать такими бросками, причем намеренно, было легче сказать, чем сделать.

Дни шли своим чередом.

Он чувствовал, что с каждым пробуждением он ложился спать дольше. Насколько дольше, сказать было трудно. Он думал, что это будет достаточно легко оценить, но не был уверен в своих догадках.

Он спал 40 часов подряд? 60? Больше?

А сколько он спал, он даже не имел смутной оценки. По сути, не было ничего, от чего можно было бы отталкиваться.

Сначала он наслаждался одиночеством в какой-то степени, но оно становилось утомительным. Кровопролитие тоже вело себя странно. Он был слишком тихим и отсутствующим. И он чувствовал, что оно наблюдает за ним слишком пристально.

Чтение книг было забавным, но оно становилось утомительным, поскольку его внимание рассеивалось. Он обнаружил, что все больше одержим драмой; все, что имело людей и личные отношения, приветствовалось. Он жаждал человечности больше, чем когда-либо прежде. Господи, он даже начал одержимо относиться к романтике. Даже крайне девчачьи вещи со всеми тропами, которые он раньше презирал, приветствовались.

Сначала он держал музыку для особых случаев, но вскоре обнаружил, что постоянно слушает ее, особенно во время тренировок. Все, что угодно, чтобы заглушить сводящую с ума тишину. Потребовалось удивительно мало времени, чтобы прослушать все тысячи песен там. И вскоре он даже мог процитировать их все от начала до конца.

Каждый раз, когда он начинал смотреть фильм или сериал, ему требовалась вся сила воли, которую он мог собрать, чтобы не начать запоем. Это постепенно становилось тем единственным, чего он действительно ждал. Ему приходилось приберегать немного на случай, когда дела становились совсем плохи.

Хотя у него не было точных оценок, он определенно мог сказать, что прошло больше времени, чем он осознавал. Все те же самые дни смешивались, исчезали в складках друг друга и сливались до такой степени, что он не мог сказать, произошло ли что-то два или пятьдесят дней назад.

Его борода и волосы стали нелепо длинными. Красочные плакаты в его комнате начали немного выцветать, цвет уже не был таким ярким. Повсюду была коричневая пыль от частиц засохшей крови, которую он постоянно поднимал во время практики.

Он откладывал дни на уборку. Не успел он моргнуть, как пыль вернулась, еще гуще, чем прежде.

Его тренировки становились утомительными. Когда он делал устойчивый прогресс, было легко мотивировать себя, но с каждым новым препятствием он чувствовал, что его терпение истончается и иссякает.

Один за другим он достиг легкого предела, того, который не требовал ничего, кроме упрямого повторения. Ему нужен был дух, чтобы улучшаться, а его у него не было, поэтому они застряли навсегда.

Все его способности давно достигли стадии 2. Ну, почти все.

Он использовал концепцию «очищения» для Очищающего Багрового Источника, концепцию «потенции» для своей техники закалки Водного Тела, антигравитацию для Кровавого Копья, которое теперь могло некоторое время парить в воздухе при призыве, а Ускорение Кровавого Снаряда получило «скорость».

Кастет Клинок получил «удар», чтобы легче пробивать защиту. Он создавал эффект, похожий на блокирующую функцию Щита Багрового Крыла, только в другом направлении. Функция срабатывала только один раз — дважды, если была дана двойная звезда.

Рассеивание Волны получило «рассеивание» для стадии 1 и «аннулирование» для стадии 2, а «возврат» остался для улучшения духа на стадии 3.

Щит Багрового Крыла получил «щит» для стадии 2, что сделало так, что каждый раз, когда он блокировал атаку с помощью функции «блока», эссенция крови распространялась по всей поверхности его тела, на мгновение защищая его. Это сделало эффект блока намного более полезным, особенно против больших атак заклинателя, которые распространялись, взрывались или омывали его.

Чешуя Багрового Дракона была улучшена с помощью «непроницаемости», что значительно повысило ее способность предотвращать проникновение эссенции в его тело.

Создание Воды приобрело «объем».

Гидравлический Бросок получил «напряжение», что позволило ему «зарядить» бросок перед его выпуском.

И, наконец, два упрямых куска дерьма — Гиблые Воды и Духи Утопленников. Как бы он ни старался, они не продвинулись дальше стадии 0—50%. Они просто не сдвинулись с места. Нужны ли им живые цели? Он не знал. В чем бы ни заключался секрет, он был положительно взбешен тем, что застрял на этом.

Он привез с собой несколько разных вещей, которые он мог бы потенциально использовать для этих двоих, как только они решат начать двигаться дальше.

Это должно было стать одной из главных вещей, которые он поймёт за Столетие Одиночества. Если он потратит сотню лет на попытки сделать какое то дерьмо, но не сможет, он может просто сойти с ума.

Время от времени он записывал свой прогресс, просто чтобы посмотреть, как он продвигается с течением времени.

И вот однажды он сел и открыл книгу. Он просмотрел последнюю страницу, а затем начал двигаться назад.

Никакого прогресса с прошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Он перевернул страницу немного агрессивнее. Никакого прогресса и в этот раз. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза. Или с позапрошлого раза.

Или до этого.

Бесконечные страницы почти одинакового текста.

И ни одного процента разницы.

Он глубоко вздохнул и схватил карандаш, чтобы сделать последнюю запись.

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Багровая Ртуть: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Очищающий Багровый Источник: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Сродство к воде:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Десять тысяч мокрых адов: Стадия 2 — 46% прогресса

Бездонные глубины: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Водное Тело: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 2 — 61% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 2 — 30% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 2 — 13% прогресса

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 2 — 40% прогресса

Кровавый Обезглавливатель: Стадия 2 — 70% прогресса

Кастет Клинок: Стадия 2 — 56% прогресса

Щит Багрового Крыла: Стадия 2 — 14% прогресса

Рассеивание Волны: Стадия 2 — 90% прогресса

Чешуя Багрового Дракона: Стадия 2 — 1% прогресса

Сродство воды:

Удар Цунами: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлическое Напряжение: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Создание Воды: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлический Бросок: Стадия 2 — 54% прогресса

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 50% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 50% прогресса

Он выдохнул разочарованно. Как и ожидалось, разницы не было. Зачем он вообще теперь записывал все это? Не было похоже, что произошли какие-то изменения.

Тем не менее, просто по привычке, он начал записывать остальное, чтобы убедиться, что все выглядит чисто и последовательно.

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ты подвел его.

Он моргнул. «А?»

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

Долгое время он представлял, что записал что-то совсем другое. Он судорожно вздохнул и медленно закрыл блокнот. Да что угодно. Он уже знал, какие у него есть предметы. В них ничего не изменилось ни в малейшей степени.

Капля пота сморщила его лоб и упала в глаз. Он вытер глаз рукой и убрал блокнот. «Не думаю, что я буду что-то записывать в ближайшее время».

В тот день он чертовски хорошо знал, что не спал гораздо дольше обычного. Это было совершенно очевидно, учитывая, что он отключился посреди тренировки, проснувшись распростертым на земле возле скамейки. Он схватился за скамейку, чтобы подтянуться. Его движения почти заставили его выглядеть похмельным. «Может быть, пришло время немного отдохнуть».

Он некоторое время бил искру нежити. Отчасти потому, что это было приятно, а отчасти чтобы выплеснуть немного разочарования.

Затем он медленно прошел в свою комнату и включил BC.

Кровопролитие уютно устроилось на кровати рядом с ним, и они просто лежали неподвижно, наблюдая друг за другом.

Он решил включить уже законченный сериал и посмотреть его от начала до конца.

Это было шоу о человеке, который стал детективом, чтобы раскрыть тайну убийства, стоящую за смертью его родителей. Было немного романтики и немного комедии. Это был сотый раз, когда Фредди смотрел его. Это было утешительное шоу для него.

Эпизоды просто продолжались, и вскоре он закончил последний эпизод.

Он вздохнул. «Не могу поверить, что это уже всё».

Подсознательно его рука потянулась к пульту. Стоит ли включить что-то новое? Может, пересмотреть еще одно шоу?

Его рука медленно отдернулась, и он упал на простыни. Хотя он принес много простыней и хорошо о них заботился, они уже давно прошли свой жизненный цикл. Дыры, общий износ, выцветшие цвета. Он погладил их, чувствуя неловкое утешение при виде этого. «Должно быть, прошло много лет». Он сдулся, его рот обмяк. «Интересно, сколько у меня осталось».

Он положил голову на подушку, а затем сосредоточился, спроецировав свою душу в Незер.

В воздухе вокруг него плавало несколько виспов. Он проигнорировал их, направляясь к выходу из своей комнаты. Его проекция души протолкнулась через относительно тонкий барьер, которым была ткань, закрывающая вход в его комнату.

Он повернулся в сторону и прошел немного, пока, наконец, не достиг края реальности.

Хотя в реальном мире это выглядело как зеркало, в Незере это была чистая белая поверхность. Просто... белая. Безупречная.

Его проекция, жнец в синем капюшоне, сидел перед белой пустотой, обхватив свои маленькие колени, подняв голову в капюшоне и просто наблюдая за мерцающим ничто.

У него вошло в привычку делать это всякий раз, когда он хотел очистить свой разум. А очищать свой разум он хотел очень часто.

Посмотрев вниз, он провел маленькими пальцами по коричневому полу. Затем он лег на спину и посмотрел вверх.

В воздухе виднелись несколько виспов воды, которые медленно плыли и перемещались в пустом пространстве, словно вода, ищущая путь сквозь камень.

Не все огоньки были созданы равными. В себе огоньки содержали проблеск истины. Эти истины можно было собирать и извлекать, чтобы помочь постичь их стихию.

Виспы, рожденные небольшим участком болота, и виспы, найденные на дне огромного океана, не несли в себе одни и те же концепции. И оба могли бы содержать ключ к решающему пониманию.

Фредди пришлось признать, что он был немного ленив в этом отношении. В конце концов, это имело значение только для создания новых способностей и их последующего реформирования на стадии 3 — 50%. Ну, и это также увеличивало скрытую ауру. И это помогало прорываться через узкие места.

Он неловко поморщился.

Может быть, поэтому он чувствовал себя так застрявшим со столькими способностями? Потому что он не уделял достаточно времени сбору?

Его карьера как архичеловека была крайне бурной, и все это происходило на бешеной скорости. Он делал много вещей не по порядку, а некоторые даже полностью игнорировал.

Каким бы могущественным он ни был, он прекрасно понимал, что его подход в дальнейшем помешает ему.

Ну, теперь нет смысла плакать из-за этого.

Что касается этих прозрений, то виспы над ним не могли быть более бесполезными. Они были созданы в генераторе, и в них не было никакой истины, кроме того, что вода была мокрой. А вода даже не была мокрой. Она просто делала мокрыми другие вещи.

Он усмехнулся.

Он испортил кое-что еще.

Его две способности духа были спасителями сами по себе, но... они также оказали влияние на его рост. Не столько его способности, сколько его звезда? О да. Позже он пострадает из-за этого.

Несмотря на свое нынешнее психическое состояние, он должен был признать: были времена, когда он действительно наслаждался пребыванием здесь. В моменты, когда он хотел, чтобы это длилось вечно. Он устал. Слишком устал, чтобы продолжать идти. Но он должен был продолжать идти. Он должен был встать.

Его проекция выросла.

День, когда он вернется ко всем своим проблемам, в конце концов настанет. И к тому времени он хотел быть готовым.

----------

Берегитесь отражения [3]

День, когда он вернется ко всем своим проблемам, рано или поздно наступит.И к тому времени он хотел быть готовым.

После еще одной ночи отдыха он встал, чувствуя себя удивительно свежим.

Выйдя наружу, он подошел к своему отражению, одетый лишь в то, в чем родился. Его борода уже почти достигала паха. Волосы спадали на ягодицы. Кожа была бледнее кости. Она не видела настоящего солнечного света уже кто знает сколько времени.

Ему пришлось отодвинуть свою мудрую бороду отшельника, чтобы лучше рассмотреть пресс.

Как будто перерождаясь в самого Нарцисса, он чувствовал, что влюбляется в свое отражение. Он был единственным человеком в этой тюрьме. Слава богу, что хотя бы выглядел безупречно.

Усмехнувшись, он вернулся, чтобы одеться. Он надел наушники и выкрутил громкость на максимум. «Поехали!» — хлопнул он в ладоши, бросившись к тренировочной площадке.

После некоторого времени работы над своими способностями он перешел к упражнениям. К этому моменту прогресс уже полностью остановился. Но в тот день он был полон решимости сделать лучше. Даже если он сможет поднять всего на грамм больше, клянусь, он добавит этот грамм и поднимет его.

Он нагрузил штангу и лег на скамью для жима. Сделал несколько вдохов, чтобы подготовиться.

Он поправил наушники. К счастью, и наушники, и BC были высочайшего качества и, вероятно, могли прослужить все время его пребывания здесь. Но это не означало, что он мог быть небрежным с ними.

Его палец коснулся кристалла сбоку. Он переключал песни, пока наконец не заиграла одна из его любимых. С улыбкой он приготовился к подходу, музыка громко звучала в его ушах.

Враги (Враги),Враги (Враги),Враги (Враги),Ты и я — враги,О, ты забыл? Как смешно!Дружище, ты меня боишься?Время прошло (годы летят),О, тогда, наверное, я уйду,Ты покончил с насилием (свободен),Ты заключил мир (ты вырос и исцелился),Но эти крики (те, что я слышу),Их нельзя заглушить (они не свободны)Что бы я ни делал,Они все еще эхом отдаются в моей головеИ что бы я ни делал,Они будут эхом звучать, пока я не умру.Ужас, террор, дрожь, бег,Полосы крови, пота и слез!Плюю, плачу, кричу, яМечтал о твоем лице годами!Все те грехи, что ты совершил,Ты оставил их в прошлом,Стоя здесь, ты забыл,Кровь капает с твоих рук,Но я не забыл (но я не забыл),Но я не прощу (но я не прощу),Прости себя (ты маленький ублюдок)И я соберу долг, который ты мне должен.Мне плевать на уважение,Я просто хочу видеть их мертвыми,Мне плевать на закон,Я просто хочу видеть тебя мертвым,Лопата сложена в моей сумке,Я направлю ее на твою голову, у меняНевыразимая ненависть,Ад ждет, широко распахнув двери.Я могильщик, сука,И ты можешь поцеловать свою жизнь на прощание.

Как только началось гитарное соло, Фредди снял штангу со стойки и начал поднимать. Он не имел ни малейшего понятия, сколько веса он поднимал, но судя по огромным блинам с обеих сторон и тому, как его сухожилия скрипели под кожей, это было много.

«Раз... Два...» В тот день он чувствовал себя потрясающе, и он знал, что его личный рекорд ждет его совсем рядом.

Песня продолжалась, но на этот раз что-то в ней было не так.

Под спокойными водами,Глубоко под морем,Зверь ждет в спячке,Ждет, когда я заговорю,Мой рот захлопнут,МОИ ГУБЫ ШИРОКО ОТКРЫТЫ,Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ ТАКИМ ОДИНОКИМ,Я ИСТЕКАЮ КРОВЬЮ ИЗ ГОРЛА---

Фредди внезапно бросил вес. Штанга ударила его прямо в живот, и он резко наклонился вперед, голова его дернулась, и наушники полетели вперед, скользя по полу.

Большой синяк медленно расползался по его животу, но он проигнорировал это. Даже такой вес едва ли мог серьезно его травмировать.

Нет. Его взгляд был прикован к наушникам.

Он слышал эту песню бесчисленное количество раз.

Это были не те слова.

Он поднял вес с помощью Гидравлического Напряжения и поставил его на стойку, затем медленно встал и подошел к наушникам. Минуту он просто стоял, сердце его бешено колотилось, пока он колебался, стоит ли их брать. Но в конце концов он набрался смелости и осторожно надел их.

Он перемотал назад. На этот раз песня звучала так, как он ее помнил.

«Что за хрень...?» — пробормотал он себе под нос, хмурясь. «Мне это показалось?»

Он не был сосредоточен на музыке в тот момент. И оригинал хотя бы звучал похоже на то, что он, как ему казалось, услышал. «Черт», — выругался он, снимая наушники.

Повернувшись, он посмотрел на край реальности, созерцая отражение. Мотивация, которую он чувствовал всего мгновение назад, исчезла, как дым.

Дни шли своим чередом. И это беспокойство так и не покидало его. Кровопролитие было молчаливым, как обычно. Ждало. Смотрело на него своими пустыми глазницами с загадочным ожиданием. «На что ты уставился?» — спросил он.

«Прошу прощения, — сказало Кровопролитие. — Я просто любовался вашим блистательным образом, Мастер.»

«Да... ну... делай это поменьше. Просто чтобы не устать от этого.»

Прошло еще несколько дней. Беспокойство росло.

С тех пор он так и не слушал музыку.

Хотя мотивации у него не было, желание отвлечь себя было неоспоримым. Он продолжал работать над своими способностями, пробуя новые вещи, даже если они были довольно нелепыми.

Ускоренный Кровавый Снаряд можно было применить к любому объекту, сделанному из его крови. Но он срабатывал только тогда, когда он переставал держать этот объект.

Он придумал идею применить его к своему мечу и затем, в середине замаха по врагу, отпустить меч, заставив его внезапно и быстро ускориться в направлении удара. Конечно, это наносило бы гораздо меньше урона, чем полный удар с весом тела за ним, но это могло бы сработать как финт или неожиданная атака.

Этот трюк также можно было использовать для быстрой переброски меча из одной руки в другую, как перед собой, так и даже за спиной. Он также мог заставить меч вращаться вокруг защиты противника. Были и другие применения, все они требовали много практики и терпения.

Особенно с учетом ожидания восстановления его эссенции. Это был полезный трюк, но, черт возьми, он был дорогим. Скорее всего, он никогда не использовал бы его в бою из-за огромной стоимости, но это все равно считалось. Впервые за долгое время он увидел, как способности прогрессируют.

С новым порывом ветра в парусах он стал более экспериментальным.

Одна вещь, которую он пытался понять уже давно, — это как использовать свой Цунами Удар на Кровавом Копье, подобно тому, как он использовал его с шаром.

С концепцией антигравитации его Кровавое Копье могло парить в воздухе около минуты. С этим ему больше не нужно было учитывать гравитацию при прицеливании. С двумя концепциями, которые он использовал до сих пор, и с помощью Ускоренного Кровавого Снаряда и Гидравлического Броска, было трудно даже оценить, как далеко он мог бросить копье.

На самом деле, он даже ожидал, что преодолеет звуковой барьер, когда все соответствующие способности будут улучшены до 3-го уровня. Это была не шутка.

Но зачем ждать до этого? Он предположил, что уже сейчас может приблизиться к этому, если ударит по задней части копья Ударом Цунами.

Основная проблема заключалась в том, что сила была просто слишком большой. Как бы он ни старался применить легкое касание, по крайней мере половина копья всегда разлеталась на куски, а другая половина отправлялась в полет в не очень аэродинамическом вращении. Он перепробовал все, но это просто не работало.

И тогда у него появилась идея. Если оно хочет вращаться, пусть вращается.

Стоя посреди камеры для тестирования способностей, Фредди создал Кровавое Копье и позволил ему парить в воздухе. Затем он осторожно нажал пальцем не на заднюю часть копья, а сбоку, почти у края. Затем он активировал Цунами Удар с двумя звездами, слегка касаясь края, чтобы передать силу.

Край копья, прямо в том месте, где он касался, взорвался в пыль, а остальная часть копья закрутилась, создавая абсолютно ужасающий высокочастотный звук, пока оно летело к краю реальности. Как только оно коснулось своего отражения, оно разлетелось на бесчисленное количество осколков, отскакивающих по всей комнате.

Кожа Фредди была покрыта несколькими новыми дырами, и когда он наконец опустил защиту, на его лице осталась безумная улыбка.

Хотя этот удар не разрезал бы кого-то пополам, как в каком-то мультфильме, попадание точно было бы болезненным. И концепции, стоящие за Кровавым Копьем, похоже, согласились, что это может быть полезно. Потому что способность наконец-то продвинулась.

Одна за другой он открывал новые, нишевые способы использования своих способностей. Большинство из них были бесполезны в бою, но это не имело значения. Ключевым моментом было то, что он открывал новые способы использования своих способностей. И это заставляло их расти, наконец пробиваясь через упрямые барьеры.

Он мог ударить по своим щитам на предплечьях, чтобы активировать функцию защиты самостоятельно, что могло быть полезно для блокировки атак сзади.

Он мог применить Ускоренный Кровавый Снаряд к своим Чешуям Багрового Дракона, что заставляло его двигаться чуть быстрее, если он прыгал или отталкивался от земли.

Держа Кровавое Копье, он немного сопротивлялся гравитации. Если он создавал два, эффект становился немного заметнее.

Если он использовал Рассеивание Волны в середине Удара Цунами, это значительно уменьшало силу способности. Это казалось совершенно бесполезным, но это имело огромный эффект, мгновенно продвигая способность на 5%. Он задавался вопросом, почему это вообще увеличивало способность, но затем понял, что это можно использовать, чтобы обмануть кого-то, заставив его думать, что его Удар Цунами гораздо слабее, чем на самом деле. Это было чертовски полезное применение.

Его Гидравлический Бросок можно было использовать как импровизированный Гидравлический Толчок. Это было неудобно и неуклюже, но у этого были свои применения. Это было точно и быстро, поэтому он мог использовать его в сочетании с Кастетом Клинком, чтобы ударить по слабому месту.

Как только он стал более креативным, он нашел целую кучу новых способов использовать свои способности. И чтобы помочь своей креативности, он также прочитал большое количество книг на тему способностей, связанных с кровью и водой.

Снова его дни стали немного легче переживать. Но со временем приближение новых барьеров снова настигло его, и он снова начал тормозить.

На этот раз, однако, он был более спокоен. Он знал, что со временем найдет способ преодолеть их. Он больше верил в себя.

Но затем начало происходить что-то странное.

«Спокойной ночи, Кровопролитие», — как всегда сказал Фредди, поворачиваясь и обнимая свою сильно изношенную подушку.

«Спокойной ночи, Мастер.»

Он был крайне измотан, как обычно, когда наступало время ложиться спать, поэтому заснул почти мгновенно. И затем, казалось бы, мгновенно, он снова проснулся. Но он не мог говорить. Он не мог двигаться.

Что...?

Краем глаза он заметил что-то. Тень нависла над ним, пока он спал. Все его тело покрылось потом, и он отчаянно пытался вырваться из того, что его сковывало. Теневая фигура наблюдала, протягивая руку вперед, и когда она была готова коснуться его шеи---

Фредди проснулся с криком и начал метаться. Он огляделся, не увидев никакой фигуры, только Кровопролитие, которое с любопытством смотрело на него. Он простонал, тяжело дыша, пытаясь успокоиться. Он повалился на кровать, закрыв лицо руками. «Сонный паралич. Ох, черт возьми. Это вообще может случиться с архчеловеком?» — подумал он.

Это был первый раз, когда с ним такое произошло. Без сновидений — это было его обычное состояние сна. Хотя он отчетливо чувствовал, что спал недолго, возвращаться ко сну не было и речи.

Он встал, начав новый день тренировок.

Какое-то время ничего подобного не происходило. А потом это случилось снова.

Он был прикован к кровати, глядя в потолок. Теневая фигура снова нависла над ним. Она потянулась к его горлу. Он не мог реагировать. Первобытный, неконтролируемый страх охватил все его тело, но он был парализован, не в силах ничего сделать, чтобы защитить себя.

Рука коснулась его горла. Ее прикосновение было холодным. Слишком холодным. Хватка была тугой. Он почувствовал, как приток крови к мозгу прекратился, и вскоре его сознание начало отключаться.

Что... за черт...!?

И затем он снова проснулся, вскочив с кровати.

Он стоял там, снова бодрствующий, но снова замерший.

Это было больно. Это казалось реальным.

Сделав глубокий вдох, он успокоился. Он слышал о сонном параличе. Так это и было, не так ли? Это казалось стопроцентно реальным. Но боль — боль и леденящий холод — застали его врасплох.

Он слегка шлепнул себя по щеке. «Успокойся.»

Было отвратительно внезапно столкнуться с чем-то подобным, особенно когда он уже был так напряжен морально. Но он хотя бы знал, что это не реально. Он не мог позволить этому повлиять на него.

Он заставил себя снова лечь и попытаться заснуть.

И затем у него была обычная ночь. Ничего необычного не произошло. И так продолжалось долгое время.

В какой-то момент он практически полностью забыл об этом. Он снова начал слушать музыку. Снова он преодолел барьеры, которые его сдерживали, узнавая еще более странные, почти полностью бесполезные способы использования своих способностей.

Он давно расстался с идеей практичности. Если это работало, то работало. Кто он такой, чтобы судить способности за то, как они хотят быть использованы?

Становилось все более очевидным, что его текущий статус двухзвездочного был главной причиной его ограничений. У него уже была куча чрезвычайно продвинутых способностей для двухзвездочного.

Его душа могла выдержать только определенное количество. Ей нужно было адаптироваться, чтобы позволить больше силы. И чем больше он ее подталкивал, тем медленнее становился этот процесс.

Улучшение способностей не было проблемой, к счастью. Эту часть нагрузки взяли на себя духи. Но достижение точки, когда он сможет улучшить еще одну способность, становилось все более неопределенным.

И снова это подрывало его мотивацию продолжать.

Честно говоря, он уже считал, что достаточно силен, чтобы защищать Вальхаллу. Единственная причина, по которой он продолжал двигаться вперед, — это иметь цель, к которой можно стремиться.

Хотя он не обязательно сожалел о том, что не отслеживал время, иногда у него возникали мысли, от которых его бросало в холодный пот — что, если он еще даже не прошел половину времени, которое должен провести здесь? Что, если прошло только что-то вроде двадцати или тридцати лет?

Мысль об этом была настоящим кошмаром наяву. Поэтому он старался не думать об этом как можно больше.

Что касается его физических возможностей, он давно достиг того, что считал своим абсолютным пределом. Возможно, дорогие сокровища или еще более безумные экспериментальные препараты могли бы дать ему немного больше силы, но в текущем состоянии упражнения казались довольно бессмысленными.

Но это не значит, что его тело не менялось. На самом деле, он медленно терял вес и уменьшал свою массу. Ничего слишком радикального. Он прислушивался к оружию. Их оболочки. Он был способен на более продвинутые вещи при меньшем весе, сохраняя при этом удивительно значительную часть своей физической силы.

И значительно увеличивая свою скорость.

Он также решил попробовать пойти в противоположном направлении, набрав массу далеко за пределы своего предыдущего максимума. Он стал сверхнеподвижным и в какой-то момент начал выглядеть как надувная игрушка. Его шея была настолько толстой, что голова казалась утопленной в теле. Хотя это был забавный эксперимент, он снова сбросил вес и вернулся к разумным размерам.

Однако был момент, когда он определенно становился слишком худым. Он чувствовал это по тому, как его меч реагировал на это. У него не было такого контроля над ним, как ему хотелось бы.

И после множества тестов он обнаружил то, что считал идеальным размером.

Именно в тот день, когда он это осознал, все как будто рухнуло. Награды за его работу становились слишком жалкими. Он в основном работал только над Десятью Тысячами Мокрых Адов, которые могли продвигаться вперед только за счет грубой силы. Все остальное застопорилось.

С вздохом он бросил Кровавый Обезглавливатель на землю и повернулся к краю реальности. Он медленно подошел к нему и осторожно положил руку на свое отражение.

Это всегда было таким странным ощущением. Тепло, ощущение — как будто он касался кого-то другого, незнакомца, который просто идеально отражал его. Это было почти утешительно.

Он усмехнулся. «Те действительно, действительно тяжелые времена, которых я боялся, похоже, наконец наступили.»

Что ж. Пришло время наконец открыть один из лучших фильмов, которые он приберег для этого момента.

С Кровопролитием, удобно устроившимся рядом, Фредди повалился на кровать и легонько коснулся кристаллов на пульте. Он пролистал библиотеку, пока не нашел то, что давно хотел посмотреть.

Это был триллер о человеке, который преследует группу людей, похитивших его дочь. В главной роли был его любимый актер.

Одним нажатием фильм начался, и он почувствовал, как крошечная часть его усталости покинула его.

До этого момента Фредди предпочитал более легкие вещи — комедии, романтику, легкую драму, все, что могло отогнать чувство одиночества. Но иногда было полезно посмотреть что-то мрачное. Принуждение к веселью было утомительным.

По мере развития сюжета Фредди понял, что ему действительно нравится. Он размял пищевую таблетку и ел маленькие кусочки в качестве закуски. Это был не попкорн, но черт возьми, это было лучше, чем ничего.

Человек в фильме ворвался в здание, только чтобы обнаружить, что его дочь была перемещена в другое место. Это была трагичная сцена, полная отчаяния и безнадежности.

Когда он вернулся домой, поняв, что снова оказался на начальном этапе, человек медленно поднялся и направился в ванную. Но когда он зашел туда, произошло нечто странное.

Экран начал мерцать.

«Нет...» — прошептал Фредди. «Только не говори, что BC сломается!»

Как только он собирался встать и проверить, что происходит, человек в фильме начал вести себя странно. Он медленно подошел к зеркалу и просто стоял там.

В зеркале перед ним не было отражения.

Затем с жутким хрустом его шея сломалась, и он повернулся, чтобы посмотреть прямо в камеру. Его глаза были пустыми.

Фредди замер на месте, его тело покрылось мурашками. Его глаза уставились прямо в эти пустые глазницы. Экран мерцал все сильнее.

Еще один хруст раздался в комнате, когда челюсть человека сломалась, и из нее потекла кровь. Он простонал от боли и прошептал: «Остерегайся... отражения.»

----------

Берегитесь отражения [4]

«Остерегайся… отражения».

Сцена оборвалась, и мужчина, сидящий на диване, рыдает в ладони. Экран перестал мерцать.

Долгую минуту Фредди просто сидел, застыв в недоумении. «Эээ...? Что?» Он приложил потную ладонь ко лбу. «Кровопролитие. Напомни мне найти этого гребаного режиссера и скормить ему его собственные яйца, как только я выберусь отсюда».

Кровопролитие оставалось тихим.

Он взглянул на него, а затем его глаза медленно переместились на пульт, лежащий рядом с ним на кровати. Дрожащей рукой он потянулся за ним. Затем, неохотно повернувшись, он перемотал отснятый материал.

Мужчина вошел в свою квартиру. Медленно он двинулся в ванную. Мерцания не было. Как только мужчина вошел внутрь, он встал перед зеркалом, глядя себе в глаза с выражением чистой, дистиллированной ярости. Затем он мрачно рассмеялся, словно насмехаясь над отражением в зеркале. «Кто ты вообще такой, ублюдок?» Он нанес удар, разбив зеркало на куски.

Фильм продолжился тем, как он падает на диване в гостиной.

«Кровопролитие», — прошептал Фредди. «Ты видел то же, что и я?»

Скелет оставался неподвижным.

«Ты что, оглох? А? Я задал тебе вопрос!» Он наклонился вперед. «Ты видел то же, что и я?»

Он отказался отвечать.

«Ты знал об этом, не так ли?» — обвинил он. «Ты знал, что в этом месте есть нечто большее, чем просто одиночество. Почему ты мне не сказал? Почему!? Почему, Кровопролитие?»

«Хозяин», — сказал он. «За время моего пребывания в этом подземелье я ничего подобного не видел».

Он хотел обвинить его во лжи. Но он не мог лгать. Он говорил правду. «Но вы заметили, что это было странно, когда я вошел».

Он медленно кивнул.

Фредди усмехнулся. «Какого черта ты ничего не сказал?»

«Ты никогда не спрашивал».

Он ударил кулаком по раме кровати. «Ты должен знать, черт возьми, что это важно!»

Кровопролитие медленно повернулось к нему. «Это правда?» Он наклонил голову. «И что плохого в том, чтобы немного сойти с ума?»

Он поморщился, немного отстранившись от него. «Кровопролитие. Хотя мне нравится думать о тебе как о моем милом маленьком скелетике, я чертовски хорошо знаю, кто ты». Он потянулся, схватив его за макушку. Как кукла, он сдался в его хватку, когда он притянул ее к себе и обнял. «Но тебе не нужно этого делать. У меня есть много веских причин дать тебе именно то, что ты хочешь. Так что, пожалуйста. Не толкай меня. Пожалуйста».

Скелет оставался неподвижным несколько мгновений, а затем кивнул. «Я сделаю все, что ты хочешь, Мастер. Только скажи слово».

Фредди вздохнул, возвращая дух в его оболочку в душе. Ему нужно было побыть одному хоть на мгновение.

Фильм все еще шел на заднем плане, поэтому он выключил BC. Он был не в настроении продолжать смотреть. Он усмехнулся. «Это было дешево», — сказал он. «Не мог бы ты найти более пошлый способ попытаться напугать меня? Да ладно. Ты думаешь, я какой-то слабак? Старайся лучше». Он встал с кровати и вышел на улицу, направляясь к тренировке.

В каком-то смысле он почувствовал небольшое облегчение. Долгое время он был убежден, что медленно сходит с ума. Но теперь, когда он знал, что это часть испытания, это уже не было таким пугающим. Его разум все еще был здоров. Он собирался выбраться.

На долгое время он полностью сосредоточился на улучшении Десяти Тысяч Мокрых Адов. Он едва продвигался вперед в процессе, но у него было достаточно времени, чтобы продолжать работать над ним.

День за днем, день за днем, день за днем. И вот однажды, наконец, он обновил свой блокнот.

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Исцеление динамического качества

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Озеро Крови: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Багровая Ртуть: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Очищающий Багровый Источник: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершена

Десять Тысяч Мокрых Адов: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Пучины Бездны: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Водное Тело: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродства крови:

Кровавые Кастеты: Стадия 2 — 80% прогресса

Кровавое Копье: Стадия 2 — 70% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 2 — 30% прогресса

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 2 — 64% прогресса

Кровавый Обезглавливатель: Стадия 2 — 95% прогресса

Кастет Клинок: Стадия 2 — 76% прогресса

Щит Багрового Крыла: Стадия 2 — 71% прогресса

Рассеивание Волны: Стадия 2 — 99% прогресса

Чешуя Багрового Дракона: Стадия 2 — 25% прогресса

Сродство воды:

Удар Цунами: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлическое Напряжение: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Создание Воды: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлический Бросок: Стадия 2 — 80% прогресса

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 50% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 50% прогресса

СПОСОБНОСТИ ДУХА:

Кровавая Жертва

Ярость Левиафана

# П.П. В оригинале часть с Способностями духа пропущена по не ведомым мне причинам, я решил её вставить что бы не казалось что эти способности куда то пропали

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Подвеска Короля Воинов: +8% к урону и +8% к прочности экипированного оружия.

Кольцо Крови: -9% стоимости сущности, +8% мощности для способностей сродства с кровью. Может использоваться для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают умеренное кровотечение.

Океанский Медальон: -13% стоимости эссенции для способностей, сродства воды.

И вот тогда все его методы закалки достигли своего полного потенциала.

Он уже знал, что будет несколько способностей, которые не смогут достичь пика 2-й стадии. А именно, Поглощение Крови и Чешуя Багрового Дракона. Первая требовала от него поглощения разных типов крови, чтобы продолжать двигаться, а вторая будет расти по мере того, как он будет сталкиваться с более разнообразными противниками. Что касается большинства других, он был уверен, что сможет довести их до 2-й стадии, учитывая, что у него не кончилось время.

Как раз, когда он собирался встать, он почувствовал что-то странное. Это было чувство удовлетворения, переполняющее его грудь давно забытым теплом. «А?» — выпалил он, заглянув в свою душу.

Его звезда. Она переливалась через край. В этот момент он мог подняться до третьей звезды.

Он чуть не закричал от радости.

Если бы он улучшил любую из своих способностей 2-го уровня, он бы уже давно прошел квалификацию. Фактически, с двумя способностями духа и без единой способности 3-го уровня, это было чертовым чудом, что он смог пройти квалификацию.

При этом у него пока не было причин для восхождения. Делать это до улучшения способностей было бы более чем идиотизмом. Разница в достижениях была неописуемой.

И снова он почувствовал желание продолжить тренировки.

Однако, как бы он ни старался казаться крутым, опыт взаимодействия с BC его действительно расстроил.

Он упорно трудился, чтобы не поддаться соблазну, но под беспощадным течением времени он почувствовал, что его защита рушится.

Все чаще ему казалось, что он краем глаза уловил движение. Там ничего не было. Кровопролитие тоже следило за порядком, на всякий случай, и так ничего и не заметило.

Он обнаружил, что избегает взгляда на свое отражение на краю реальности. И, порой, он обнаруживал, что наблюдает за ним, высматривая в нем любые признаки чего-то странного. Как только он это заметил, он сделал все, что было в его силах, чтобы бороться с этими импульсами.

Даже если отражение было каким-то жутким демоном или чем-то еще, что оно собиралось сделать? Сначала он задал вопрос риторически. Но чем больше потела его шея, когда он поворачивался спиной к зеркалу, и чем больше он чувствовал себя неуверенно, глядя на свое отражение, тем меньше он был уверен в ответе на этот вопрос.

Однажды ночью он уснул. И снова появилась эта странная, призрачная фигура.

Он глубоко вздохнул. Сонный паралич. Снова.

"Скоро все закончится, — сказал он себе. — Просто не обращай внимания".

Но что-то было не так. Он беспокойно заерзал на простынях. Затем он замер.

Он не был парализован.

Он тут же выскочил из кровати и призвал Кровавый Обезглавливатель, ударив им по теневой фигуре со всей силой, на которую был способен. Меч пронзил незваного гостя, расколов его пополам и заставив тень рассеяться.

И тут Фредди проснулся.

Покрытый потом и тяжело дыша, он прижал дрожащую ладонь ко лбу. «Что это, черт возьми, было?» — пробормотал он.

Это не было похоже на сон. Ни в малейшей степени.

С той ночи дискомфорт резко усилился. Он обнаружил, что прикрывает край реальности слоем крови, просто чтобы никогда не увидеть собственное отражение.

Как бы он ни старался игнорировать это, был этот... ужас. Всепоглощающий. Вездесущий. Как холодная рука, касающаяся его плеча сзади.

Время бодрствования продолжало увеличиваться. Все чаще он просыпался в случайном месте, засыпая на ногах от усталости. А в те ночи, когда он действительно ложился спать, он просто лежал там, широко раскрыв глаза, следя за каждой тенью вокруг себя на предмет движения.

Он больше не слушал музыку.

Он больше не читал.

Он больше не включал БК.

Он просто не мог сосредоточиться ни на одном из них.

Что-то явно пыталось залезть ему в голову. Что бы это ни было, он не даст этому возможности.

И вот однажды, как он и боялся так долго, он снова уснул, и снова его ждала темная фигура.

Не колеблясь, он вскочил на ноги, вытащил свое оружие и замахнулся им. Но на этот раз темная фигура нырнула под его клинок, замахнувшись в ответ черным как смоль мечом. Он обогнул ее, крутанув мечом в воздухе, чтобы вонзить его в плечо призрака. И снова он проснулся.

Но на этот раз он не вскочил на ноги. Он просто остался там, застыв под своим рваным и изношенным одеялом, окруженный бледными плакатами и пыльной мебелью. К тому времени, как он даже почувствовал, что хочет встать, он уже был достаточно уставшим, чтобы снова заснуть.

Пищевые пилюли становились все более горькими. Они не испортятся. Даже через сто лет они будут просто очень неприятными на вкус и немного менее калорийными. Всеми фибрами своего существа он молился, чтобы их прогорклый вкус, который он даже больше не мог выносить, был знаком того, что его время там подходит к концу.

После особенно интенсивной тренировки он открыл блокнот, чтобы записать свой прогресс.

Он перевернул страницу и обнаружил, что там уже что-то написано.

УБЕЙ СЕБЯ.

Он захлопнул книгу и закричал: «Оставьте меня в покое! Просто, черт возьми, оставьте меня в покое!» Он разрыдался. «Пожалуйста... Просто оставьте меня в покое».

Никто не ответил.

Он больше не мог даже заснуть. Но его снова настигла крайняя усталость. И он снова оказался лицом к лицу с тенью.

С безумным стоном он бросился на него. Тот увернулся от его удара, в свою очередь пнув его в живот. Его отбросило назад, прямо в хижину, которую он называл домом, но он быстро оправился. Он бросился на него. Он призвал Клинок Кастет и быстрым ударом пронзил его голову.

Он проснулся, безумно смеясь, но его смех вскоре превратился в непреодолимое желание блевать. Весь мир, казалось, вращался вокруг него. Каждая тень, казалось, извивалась под его взглядом.

Снова и снова тень появлялась в его снах.

Каждый раз, когда он побеждал его, он возвращался сильнее. Умнее. В конце концов, он оступился. И тогда он был тем, кто должен был умереть.

Ощущение того, что тебя разрезают на части, и он просто ждет, когда противник его прикончит, — он не был чужд этому. Но он выкарабкивался каждый раз прежде. На этот раз он узнал цену неудачи. Безнадежность. Неуверенность в том, проснется ли он вообще.

Реальность такова, что однажды, даже если он покинет это ужасное место, именно так, скорее всего, будет выглядеть его конец.

Но он действительно проснулся.

Странное спокойствие нахлынуло на него, отрезвив его. Он провел день, избивая искру нежити, чтобы исцелиться, чтобы убедиться, что его мозг не будет травмирован стрессом, которому он подвергался.

В следующий раз, когда ему приснится тот же сон, он будет готов сражаться.

Когда он был спокоен, тень была легким противником. Он вернул себе уверенность. Даже если он умрет во сне, он все равно проснется. Если что, он думал, что сможет использовать это себе на пользу. Он забыл, каково это — сражаться с противником, отличным от Кровопролития.

Это позволило бы ему немного отточить свои навыки.

Но каждый раз, когда он выходил победителем, следующий сон был более сложным. И с бесконечными, бесчисленными днями, это всегда было лишь вопросом времени, когда он достигнет своего предела.

Он появился во сне и немедленно призвал двухзвездную Чешую Багрового Дракона. За то время, которое потребовалось ему, чтобы перевести дух, он уже имел при себе все свое снаряжение: щиты, Кровавые Кастеты и Кастет Клинок, Кровавый Обезглавливатель и Кровавое Копье.

Не колеблясь, он метнул Кровавое Копье, дважды удвоив все соответствующие способности. Тень подняла копье и со всей силой, на которую была способна, перенаправила копье, которое вырвало часть ее живота, но не убило ее.

Фредди призвал сферу крови и приготовился ударить ее, но тень изогнула туловище, выбросила копье и отбила сферу с пути способности Фредди. Фредди использовал Рассеивание Волны и призвал еще одно Кровавое Копье, но фантом создал еще одно копье и бросился вперед, целясь ему в горло. Он увернулся, контратаковав мечом.

Тень убежала с дороги, но Фредди отпустил меч. Наделенный Ускоренным Кровавым Снарядом, он ускорился, врезавшись в бок фантома и сбив его с ног. Потеряв равновесие, Фредди вонзил свой Кровавые Кастеты в туловище тени. Прямо перед тем, как он дотянулся, копье пролетело прямо через его защиту и вонзилось ему в глаз. «Чт...» Прежде чем он успел это сделать, тень повернула копье, запутав его мозг и положив конец бою.

Он проснулся. «А, черт. Я тоже был близок». Он поник. «Ну, что поделать. По крайней мере, это быстро закончилось».

С тех пор, как он начал бороться с тенью, он черпал вдохновение для новых способов использования своих способностей. Осознавая, что работает в бою, а что нет, он мог сосредоточиться на тех частях, которые работали, чтобы получить максимальную пользу от своей практики.

Его способности все еще медленно прогрессировали. Но он больше не записывал это.

Его жизнь без развлечений казалась пустой и жалкой. Но он утешался тем, что, скорее всего, прошло больше времени, чем он мог разумно оценить. Он бодрствовал подолгу и спал неизвестное время. Его «дни» почти наверняка длились больше половины недели.

И это означало бы, что на самом деле у него было всего около ста дней в году, то есть в общей сложности десять тысяч дней.

Конечно, эта перспектива была немного натянутой. Но ему приходилось цепляться за все, что позволяло бы ему сохранить рассудок. В любом случае, он мог поспорить на свою душу, что ему осталось не так уж много.

Большую часть времени его занимали тренировки, но были времена, когда ему очень хотелось каких-либо развлечений.

Иногда он возвращался к чтению, музыке или просмотру BC, но это было просто не весело. Он постоянно беспокоился, что выскочит что-то странное или что подземелье снова попытается его напугать. Это заставляло его чувствовать себя жалким.

Но даже если он избегал развлечений, он обнаруживал, что играет со случайными предметами.

Закончив очередной раунд тренировок, он вернулся в свою комнату и рухнул прямо на кровать. Он давно перестал беспокоиться о том, чтобы вымыться. Наверное, от него пахло помоями.

Он крутил то, что осталось от его рубашки, блуждая глазами по выцветшим плакатам. Он задумался и начал собирать из своей крови небольшие предметы, вроде миниатюрного меча или кареты с функциональными колесами. Но и это ему наскучило.

Обернувшись, он увидел этикетку на своем одеяле. Текст на ней выцвел почти до неразборчивости. Но с его улучшенным зрением он все еще мог прочитать текст.

ГЭДЛАНД ТЕКСТИЛЬ.

ОДЕЯЛО ВЫСОКОГО КАЧЕСТВА.

100% ХЛОПОК.

ВЫ ЗДЕСЬ 48 ЛЕТ, 5 МЕСЯЦЕВ И 15 ДНЕЙ.

Он замер, медленно отпуская этикетку. Он не услышал ничего, кроме помех. Его глаза застыли на случайном пятне на стене. «Мне лгут…» — пробормотал он, но эти слова не принесли ему утешения. «Эй… Это шутка, да?»

Ответа не было.

«Это шутка… Это шутка…» Он начал верить в это. «Правильно. Это место создано, чтобы ебать мне мозги». Он вздохнул, медленно выдыхая. «Не позволяй этому задеть тебя. И что с того? Даже если это было так долго, кого это волнует? Я уже прошёл почти половину времени. Осталась ещё половина. И тогда я свободен».

Некоторое время его дни были такими же, как всегда.

И вот однажды он проснулся. Царство было тише обычного. Его мысли были спокойнее обычного.

Он чувствовал себя более свободным, чем обычно.

Он даже рассмеялся, чувствуя себя по-настоящему радостным. «О, чувак. Приехать сюда было глупой идеей. Но ведь я всегда был таким, не так ли?» Он начал кудахтать. «Я просто полный идиот. Я порчу все, к чему прикасаюсь. И что я вообще собирался исправить, делая это, а? Что, в мире станет на пару придурков меньше? Какая шутка».

Его шаги привели его в зону упражнений, и он сел на скамейку. Вспоминая время, проведенное там. В тот момент было почти темно. На скамейке был отпечаток его спины, прочно врезанной в металл. Он достиг так многого за время своего пребывания в этом подземелье.

Жаль, что все это пропало даром.

Не колеблясь, он направился в угол, где хранилось все необходимое оборудование, поддерживающее его жизнь. Если что-то внутри сломалось...

Что-либо.

Абсолютно все, что угодно.

Он стоял прямо перед металлическим барьером, спокойно дыша. Он занес кулак назад. Он активировал двойной Удар Цунами. Он пронесся по его телу. И взмахом руки он заметил свое отражение в зеркале, небольшой участок ничего, что он еще не успел скрыть.

Рассеивание Волны! — мысленно подгонял он себя, вовремя отменяя способность. Его удар все равно пришелся по цели, оставив трещины на почерневшем металле.

Он отвел назад свой трясущийся кулак и посмотрел на свое отражение. Впервые за то, что казалось вечностью, он наконец встретился лицом к лицу со своим отражением.

Он ухмыльнулся. Затем он начал посмеиваться. «О, чувак. Я понял». Он погрозил пальцем. «Я, наконец, понял. Берегись отражения». Он громко рассмеялся. «О, черт возьми... Оно никогда не будет двигаться смешным образом! Нет демона, который выползет из ничего! И все же, я только что видел свое отражение, собирающееся убить меня!» — закричал он, его веселье быстро переросло в гнев. Он сделал глубокий вдох и подошел к нему.

«Я понял. Я здесь единственная реальная опасность, не так ли? Пока я держу себя под контролем, я побеждаю». Он ухмыльнулся. «Достаточно легко». Его кулак врезался ему прямо в голову. И с глубоким стуком он вырубил себя.

Сон был без сновидений. Он не знал, сколько времени ему потребовалось, чтобы проснуться. Но как только он проснулся, он пошел к своей кровати. Там он побил искру нежити, просто чтобы подкрепиться. Он съел таблетку еды, чтобы прокормиться. А затем он снова отключился.

Снова и снова он делал все возможное, чтобы просто не бодрствовать.

Временами он сталкивался с призраком. И он боролся с ним искренне. Может быть, и так. Если у него не было развлечений под рукой, он мог бы также развлечься, сражаясь с противником.

Снова и снова он оказывался в этой схватке. Он ценил то, что она всегда была немного иной. Тень использовала разное оружие. А иногда она становилась заклинателем, применяя против него дальнобойные способности.

По большей части он проигрывал бои. Он был уже настолько быстр, что даже если бы он использовал Ярость Левиафана, он мог бы вовремя уйти с дороги.

Он отчаянно замахнулся мечом, но сумел лишь частично заблокировать атаку, которая разорвала его бок, а затем, прежде чем он успел среагировать, вибрирующий меч пронзил его горло. «Ярость Левиафана», — прошептал он, и фантом прыгнул, подняв меч, чтобы заблокировать гигантскую челюсть.

Что ж, это была хорошая попытка.

Чем дольше это продолжалось, тем больше он экспериментировал с немного более странными комбинациями способностей. И временами он находил приличное вдохновение, даже решая не спать немного дольше, чтобы проверить, увеличат ли эти идеи его способности.

Он снова почувствовал, что делает успехи, и на этот раз у него больше не было сомнений.

Одиночества он выносить не мог.

Жуткие галлюцинации были немного чересчур.

Но чистое, неотфильтрованное, нарастающее желание насилия? В каком-то смысле это было почти так, как будто он снова оказался снаружи.

Фантом всегда был слишком хорош. Но он всегда удивлял себя. Он всегда находил способ победить, даже когда он становился таким быстрым и мощным, что один удар мог разорвать его на куски. Чем более находчивым он был вынужден стать, тем больше он узнавал о своих способностях. И чем больше он узнавал о своих способностях, тем больше они росли. Он чувствовал, как они замыкаются в себе один за другим.

Кровавые Кастеты: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

И еще раз.

Кровавое Копье: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

И еще раз.

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Кровавый Обезглавливатель: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Кастет Клинок: Стадия 2 — 99% прогресса (готов к обновлению)

Щит Багрового Крыла: Стадия 2 — 99% прогресс (готов к обновлению)

Рассеивание Волны: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

Гидравлический Бросок: Стадия 2 — 99% прогресса (готово к обновлению)

За исключением Поглощения крови и Чешуи багрового дракона, которые невозможно было вырастить в таком ограниченном пространстве, все остальное было полностью прокачено.

Как раз когда он собирался посетовать, что ему больше нечего делать до конца своего времени, он увидел нечто странное. Свет засиял прямо за его маленькой хижиной. Ярче, чем лампа солнечного света. Чище, чем даже край реальности. Он сглотнул, вставая с кровати и отодвигая едва целую занавеску.

Там был портал. Размером примерно с обычную дверь. Жемчужно-белый.

«Выход…» — сказал он, совершенно оцепенев. «Ха. Неужели уже прошло 50 лет?» Он ухмыльнулся. «Так это была чертова ложь. Мать… ублюдок».

Его реакция могла подождать. Ему нужно было уйти. Быстро убедившись, что он не оставил ничего важного, он направился к выходу. Там он остановился, медленно обернувшись.

Он был здесь в пять раз дольше, чем снаружи. Технически ему было более 120 лет.

Но каким-то образом, несмотря на мучительное ожидание, оглядываясь назад, я не чувствовал, что прошло много времени. В конце концов, не так уж много и произошло. Многое было тем же самым.

Он не чувствовал себя другим человеком. Он определенно не чувствовал себя таким зрелым и выросшим, как настоящий 120-летний.

Мир ждал его все это время. И он ждал, чтобы вернуться.

Прошло чуть больше часа. Проблемы ждали своего решения.

Но он знал. Кто бы ни пришел, он был готов.

Бросив последний взгляд назад, он шагнул вперед и прошел через портал.

Ослепительный свет окутал его, и он на короткое время исчез в белой пустоте. Затем он появился снаружи в...

«Подожди, что?»

Луг. Прямо у тихого озера. С живописным лесом вокруг. «А?»

Он обернулся.

Там стояла небольшая бревенчатая хижина.

Двери его были слегка приоткрыты. И изнутри доносился приятный запах.

----------

Безумие

Тихое озеро. Живописный лес. Уютная хижина, из приоткрытой двери доносится запах жареного мяса.

Фредди обернулся, не найдя портала, через который он только что шагнул.

Сердце выпрыгивало из груди. Пот ручьями струился по всему телу. Глубокая, нарастающая боль грызла его внутренности, пожирая его изнутри. Он заставил себя успокоиться, но не смог.

В его голове снова и снова крутились одни и те же мысли:

Это не реально. Подземелье не закончено.

Сколько у меня еще времени?

Наконец, его паралич прервался, когда он услышал серьезный, но плаксивый голос пожилого мужчины, раздавшийся изнутри хижины. «Хе-хе-хе, не бойся так. Ты закончил. А теперь заходи внутрь и забирай свою награду».

Фредди не желал этого. Он тут же отпрыгнул назад, пытаясь как можно дальше отойти от дома. И все же он не упал в озеро, как ожидал. Его нога приземлилась на прочный деревянный пол.

Все волоски на его теле встали дыбом, когда он моргнул, и внезапно его окружение переместилось внутрь хижины.

Он обернулся и увидел пожилого мужчину с седеющими, спутанными волосами и густой, непослушной бородой, одетого в одежду лесоруба и жарившего на вертеле зайца в камине.

Фредди призвал свой Щит Багрового Крыла на обе руки и поднял защиту. Но атаки не последовало. Он отпрыгнул назад, готовясь ударить ногой, чтобы прорваться через дверь и уйти, но дом внезапно развернулся, и он обнаружил, что летит обратно к человеку.

Он наколдовал копье и бросил его в дверь, но оружие просто прошло сквозь дерево, как будто его там и не было. Он бросил еще одно в мужчину, и то же самое произошло снова.

Наконец, он поспешил сформировать беспорядочный комок кровавого металла и ударил его двухзвездным Ударом Цунами. Он взорвался в месиво красного тумана и шрапнели, но все это, казалось, просто исчезло в следующий момент. Его рука даже не была ранена.

На самом деле запасы его сущности были по-прежнему полностью заполнены.

Он невольно усмехнулся, подняв руки в знак капитуляции. «Ну, думаю, это все. Что дальше? Ты собираешься меня убить?»

«Хехехе…!» — нервно захихикал старик, все еще вращая зайца. «Я пытался. Целый век, даже! Но ты жил. И теперь ты заслужил награду. Но сначала!» Он поднял палец. «Нам надо поесть». Быстрым движением он вытащил вертел из камина и просто швырнул его на пустой стол. «Да ладно, чего ты ждешь? Гляди какой мясистый! Бегал от меня месяцами! Хватит нам обоим».

«Я... Нет, спасибо. Я не очень голоден».

«Хмф. Твоя потеря», — сказал он, откусывая большой кусок от заячьей ноги. «Ну что ж, мистер Нетерпеливый. Думаю, мы начнем. Твоя первая награда». Мужчина положил заячью ногу на стол и вытер рот рукавом. Его веселое настроение мгновенно исчезло, и он отказался от необычной манеры речи. «Невыразимое время назад, глубоко в глубинах Огромного Ничто, через махинации случая, которые заняли вечность, появилось Оно».

Вспышка чего-то промелькнула в голове Фредди, и неописуемая боль пронзила его душу. Он упал на землю, тяжело дыша и схватившись за голову, как будто его глаз собирался взорваться. Он обнаружил, что не может сдержать крик чистого ужаса, и не мог перестать кричать, пока воспоминания о том, что он видел, наконец не начали исчезать, поскольку его разум не мог вместить информацию.

Но намеки на это все еще оставались. Он чувствовал это в глубине своего сознания. Появилось осознание. Осознание чего-то, что бросало вызов иррациональным ограничениям и силам, столь огромным, что они приближались к всемогуществу. Внутри его тела, разума, души — это оставило след, такой глубокий, что он мог чувствовать, как его скрытая аура бурлит, кричит от ужаса, когда ее насильно скручивают в формы, которые он не мог понять.

Человек продолжил: «Существо распутало все. Его непостижимый разум, охватывающий все слои реальности и состояния бытия, так тщательно очистил истину, что навсегда изменил фундаментальные правила существования. Все свелось к невероятно простому принципу — взаимодействию хаоса и порядка. Но было и нечто большее. Парадокс.

«Когда структура достигала определенного уровня сложности, она обнаруживала свойство, которое даже Оно не могло понять. Был порядок. Был хаос. А затем… была мысль. Сознание. Сводящий с ума закон, возникший из ничего. Способность не подчиняться. Переключаться между порядком и хаосом по своему усмотрению. Быть. Выбирать. Играть.

«В своей огромной мудрости Оно быстро приняло истину. Это было единственное, что имело значение. Это было единственное, что в его бесконечной тайне имело смысл. Поэтому Оно убило себя. Его трупная кровь все еще течет через вселенные, их измерения и все их слои, просачиваясь во все более и более отдаленные уголки бесконечности, отчаянно ища больше сознания для служения».

Мужчина медленно встал со стула и подошел к Фредди, который все еще корчился в агонии. «Позвольте мне представиться. Я часть этого дара, один из инструментов Его рабства. Я изначальная концепция Безумия».

Разум Фредди снова вспыхнул. Он увидел огромную систему неевклидовых форм, планеты мозаичной крови и петли иррациональных, ужасных решений, все ведущие через бесконечные пути, ищущие опору на разум, скрытый в безумии. Он взглянул на сущность хаоса в его взаимодействии с порядком, и как только образ появился, он исчез. Его существо снова взбудоражилось, но по какой-то причине он почувствовал, как мучительная головная боль внезапно исчезла, как будто появилась чаша, чтобы держать кислоту, поджаривающую его разум.

Чашка странной формы. Та, что скрывала жидкость, чтобы она не причиняла ему боль. Та, что застряла в трещине, которую сама же и создала. Та, что будет с ним отныне; навсегда.

Он судорожно вздохнул и растянулся на полу, обливаясь лужей собственного пота.

«Ну, ну», — игриво сказал лесоруб. «Не сдавайся пока. Нам еще многому предстоит научиться». С безумной ухмылкой он щелкнул пальцем, и Фредди появился, паря в огромной пустоте космоса. Далеко впереди он заметил солнце, его вечно горящая сфера космического пламени бросала на него призрачный свет.

Он ахнул, обнаружив, что может дышать, но как только он смог сделать вдох, он обернулся, и у него снова отняли воздух.

Земля. Во всей ее красе он увидел Землю, но не Новую Землю, какой она была позже, а Старую Землю, какой она была прежде.

Он быстро вращался перед ней; дни, казалось, проходили за считанные секунды. Он видел континенты в их старой, неизмененной форме. Северная и Южная Америка, Африка, Австралия, Антарктида, Евразийский суперконтинент и все разбросанные острова.

Облака едва заметно двигались, собираясь и разделяясь, сверкая вспышками завораживающих молний в огромных штормах. Когда наступила ночь, он стал свидетелем отпечатков пальцев человечества — их освещенных городов, разбросанных так широко и далеко, что они едва ли оставили что-либо нетронутым.

Безумие парило в воздухе рядом с ним, наблюдая за планетой с маниакальным ликованием в глазах. «Прекрасно, не правда ли? Такая безмятежная и бесцельная, нетронутая и невозмутимая. Запертая в огромной, неструктурированной анархии еще одной бесконечной вселенной. Но потом...»

Это было едва заметно. Как щелчок замка, скрывающегося прямо под поверхностью, что-то сдвинулось, и Земля — она изменилась. С огромной скоростью она преобразилась.

Фредди уже знал, что Новая Земля намного больше Старой. Но, увидев перемены собственными глазами, он понял, насколько велика была разница. Как воздушный шар, планета раздулась. Как коричневая пена, плавающая на капучино, континенты зашевелились.

Он наблюдал, как поднимается Северный хребет, прорезая шрам на североамериканском континенте. Он видел великие извержения Антарктиды, когда неописуемо мощная вулканическая активность растопила ее ледяную шапку, оставив только выжженную пустошь, над которой висели густые облака пепла и дыма, а молнии сверкали с интенсивностью, не похожей на интенсивность обычных облаков.

Великая арктическая шапка распространила свое влияние, быстро поглотив Скандинавию, Россию и Канаду, оставив их жителей на произвол судьбы в глубине враждебной территории. Появился мост Дрейка, оставивший за собой след вулканов на всем пути от тлеющего континента Антарктида до оконечности Южной Америки. Огромный мост суши поглотил остров Чеджудо, соединив Корею, Японию, Китай и Тайвань.

Италия извивалась и расширялась через Средиземное море, соединяя Европу и Африку. Разверзлась Обширная Яма Колумбии. Образовалось Око Европы — огромная круглая стена, которая захватила всю Ирландию, Соединенное Королевство, Бельгию и Нидерланды и глубоко врезалась в Германию, Францию и немного в Данию и Норвегию. Затем, внутри этих стен, море внезапно осушилось.

Поднялись спирали Сахары, образовался Тихоокеанский континент, Австралия разделилась на две части.

Так много географических особенностей изменилось, что он едва мог за ними угнаться. Появились бесчисленные острова, оставив едва ли какие-то участки действительно пустого моря.

И вот наконец изменения прекратились, оставив после себя гораздо более богатую и большую планету.

Новая Земля стояла перед ним, почти такая же, как сегодня. Глядя на нее, он не мог сдержать всепоглощающего чувства скорби.

Люди Земли — все человечество. В мгновение ока их жизни, какими они их знали, исчезли. Их основные формы общения. Самозащита. Сами законы реальности. Все, что когда-то заставляло их чувствовать себя в безопасности — исчезло. Унесено в одно мгновение.

Он попытался представить это. Как бы он себя чувствовал, если бы с ним произошло обратное? Если бы прикосновение эфира было отнято, и Новая Земля внезапно вернулась бы к тому, какой она была раньше? Если бы он остался без своих сверхъестественных сил? Если бы он внезапно стал слабым, беззащитным и потерянным?

Это было невообразимо.

Внезапно они начали улетать от Новой Земли. У Фредди скрутило живот, и он рефлекторно потянулся, чтобы схватить что-то. Сначала они полетели к солнцу, пока не оказались совсем рядом. Как только они хорошенько его разглядели, они снова начали быстро удаляться.

Солнце становилось все меньше, и Фредди с трудом сдерживал первобытный страх, который он чувствовал при виде уменьшающейся звезды. Неохотно он повернулся лицом к вселенной. Они пролетели через плотное поле астероидов, а затем...

Они летели... сквозь завесу. Это было похоже на туман. Как ложные небеса межпространственных сфер.

Он почувствовал, как его желудок упал, когда он увидел свое отражение. «Что...?» — рассеянно пробормотал он. «Это...»

За пределами Солнечной системы не было Вселенной.

«Ты удивлен?» — спросил Безумие. «Забавный факт, что почти никто из вашего вида еще не понял этого». Он заговорщически наклонился и прошептал. «По правде говоря, это имеет мало общего с тем, что я пытаюсь тебе показать, но я хотел увидеть твою реакцию».

Краем глаза Фредди увидел гигантскую тень, движущуюся через пояс астероидов. «А?»

«Сейчас на это нет времени, нам нужно продолжить урок».

Внезапно они устремились обратно к солнцу, отчего желудок Фредди подскочил к горлу.

В мгновение ока они достигли Новой Земли, спустились на землю и появились над городом. Здания были явно не на своих местах. Дороги были разрезаны и разъединены. Некоторые здания даже опрокинулись.

Медленно он и Безумие спустились на поверхность и влетели в одно из полуразрушенных зданий.

Там он увидел подростка, передающего розовый прайм-след пожилому, закалённому мужчине. Оба были окружены испуганными людьми. Все они были грязными и выглядели так, будто не спали несколько дней. Мужчина неохотно схватил предложенный прайм и нахмурился. «И вы говорите, что это даст мне суперспособности?»

«Я…» — подросток споткнулся о собственные слова. «Да. Я слышал, как они это говорили. Вот что использовал этот ублюдок».

«Ты уверен, что это не трюк?»

«Я так не думаю. Они отчаянно ищут больше».

Мужчина зарычал. «Мне это не нравится. А вдруг это какой-то демон? Или инопланетянин… паразит какой-то? Ба». Он сплюнул в сторону. «И зачем мне это?»

«Мы поняли», — добавил случайный прохожий. «Но если мы не будем действовать, нас всех перебьют. Ты здесь самый большой человек, и ты единственный, кто умеет драться. Возьми. Пожалуйста».

«Я согласна», — добавила женщина.

«Я тоже», — сказал мужчина.

Закаленный мужчина нахмурился еще сильнее, и он судорожно вздохнул. Он перекрестился, пробормотав быструю молитву. «Прости меня, Иисус». Затем он посмотрел на прайм и сказал: «Хорошо. Дай мне эту магию».

Как только мужчина это сказал, сцена внезапно изменилась, и они оказались в шикарном офисе. Молодой, сердитый на вид мужчина в костюме держал большое огнестрельное оружие, возился с ним и постоянно пытался нажать на курок. Это не сработало. «Оно, черт возьми, не заклинило! Я проверил!» — закричал он. «Блядь! Просто стреляйте, черт возьми!» В гневе он швырнул оружие в стену и схватил старомодный смартфон.

«И какого черта мой телефон не включается!? ЭМИ? Я никогда раньше не слышал, чтобы чертов ЭМИ ломал оружие!» Как раз в тот момент, когда он собирался бросить телефон, за его спиной вспыхнул свет. «А?» — он обернулся, внезапно столкнувшись лицом к лицу с порталом, ведущим в открытое поле. Посреди этого открытого поля стоял монстр размером с человека, почти похожий на цыпленка, который повернулся к нему лицом и наклонил голову в любопытстве.

Телефон выпал из руки мужчины и со стуком упал на ковер. Он отступил на шаг и споткнулся о собственные ноги, упав на задницу. Затем он начал хихикать. «Я знал, что не стоило связываться с ЛСД».

Сцена снова изменилась.

Трое маленьких детей бежали по улице, не слишком далеко позади них кричала женщина. «Отнеси это своему отцу! Скорее!»

Один из троих, мальчик, сжимал в руках прайм и бежал.

Их мать держала зонтик. Мгновение спустя из-за поворота появились двое разгневанных мужчин, один из них нес пожарный топор, а другой — лом. Она попыталась замахнуться на них зонтиком, но тот, что был с ломом, поймал его одной рукой и разбил ей голову.

Он взглянул на нее, а затем на детей. «Черт! Она отдала это детям!»

Они побежали за ними. Когда они уже собирались их догнать, золотой щит окутал детей. Они врезались в него, падая на землю.

«Не трогайте детей», — раздался в пустом пространстве неземной голос.

Мужчины обернулись и увидели возвышающуюся фигуру. Она выглядела как большая женская кукла, которую нарисовали в реальности. Сила, исходящая от нее, была успокаивающей, но в то же время пугающе интенсивной. Это был эйдолон.

«Я — Защита», — сказал он. «Пожалуйста, уходите. Я не позволю вам причинить им вред».

Сцена снова изменилась, и на этот раз они смотрели на другой город. Внизу Фредди увидел большое количество сражающихся людей. Их оружие было грубым, и едва ли кто-то мог использовать надлежащие способности. Но улицы были залиты кровью.

Огненные арки сражались почти без сопротивления, с легкостью поджаривая любого, кто сталкивался с ними. Это было самое простое базовое сродство, которое можно было использовать для смертельных целей. И оно было смертельным.

Любой, кто обладал хоть какой-то физической силой, был подобен богу среди людей, разбивая головы и разрывая тела на части, словно воины из легенд.

Холодок пробегал по телу Фредди, словно армия муравьев. Он не мог описать, что чувствовал, наблюдая за этим. Все было так хаотично и ужасно. Он слышал истории тех, кто выжил в эти дни. Они не шутили.

Первые дни Разлома были настоящим Адом на Земле.

Но как бы ужасно это ни было видеть... это было также странно и волнующе.

Он чувствовал подтекст перемен и возможностей, какими бы ужасными ни были их последствия. Он не мог не задаться вопросом — если бы он был там, переживая это, как кто-то другой, как бы он с этим справился?

И он задался вопросом: почему ему это показывают?

Безумие, словно услышав его мысли, повернулось к нему и сказало: «Ваш мир давно восстановил свой порядок. Из-за этого трудно ясно видеть вещи. Я хочу, чтобы вы узрели природу Дара в ее чистейшей форме — а также парадокс, который в нем таится». Оно повернулось к улицам внизу.

«И что это за «Дар» должен быть?»

Он улыбнулся ему. «Другой вид силы».

Видение перед этим сместилось, и он снова появился в другом месте. На этот раз была ночь. Он заметил несколько подростков, идущих по улице. Но что-то было другим.

Они несли оружие на боку. И когда они встретили другую группу мальчиков, они открыли по ним огонь.

Фредди поморщился, увидев это.

Он много раз слышал об оружии. Он видел его в фильмах, где его изображали с помощью спецэффектов. Но это был первый раз, когда он действительно понял, насколько оно мощное и страшное.

Маленькие кусочки металла летели с такой огромной скоростью, что даже он едва мог их отслеживать. Не было ни единого способа уклониться или хотя бы отреагировать на объект, летящий с такой скоростью. Возможно, он мог бы жить со своей немертвостью и невероятной выносливостью, но если бы хоть одна пуля попала ему в глаз, он не был бы так уверен.

И вот они. Дети стреляют в детей, проливая мозги и кровь на спокойных улицах. Беззаботно используя силу, которой им даже не следовало обладать.

Изображение снова изменилось, и на этот раз он стал свидетелем бомбардировки жилого квартала, когда многочисленные взрывы уничтожили бетонные здания и убили сотни невинных людей.

Взгляд снова изменился.

На этот раз он стоял посреди пустыни. Затем, вдалеке, огромная вспышка света осветила весь горизонт. Грибовидное облако огня поднялось высоко в воздух, и ударная волна пронеслась по ландшафту.

Он медленно выдохнул. «Вот дерьмо…»

«Разве это не прекрасно?» — спросило Безумие. «Сердцебиение звезды. Оружие, которое стерло победу из словаря войны». Оно повернулось к нему. «Теперь ты понимаешь?»

Он хотел сказать, что не знает. Но он увидел проблеск огромного существа, о котором говорил Безумие. Черт, он говорил с буквальным понятием безумия. Трудно было отрицать правду, которую ему показывали. О природе силы. О природе эфира.

Мир не был и не мог быть справедливым. И дело было не в справедливости.

Он чувствовал, как его скрытая аура меняется в ответ на новообретенную мудрость.

И теперь, когда он это знал, он медленно начал осознавать правду о себе. Неудобную правду. Ту, которую он предпочел бы оставить похороненной.

Как только он подумал об этом, изображение снова изменилось. Он сразу понял, где они находятся.

Это был вечер 200-летия Рифта. Они были прямо перед воротами, ведущими в 25-й округ, очередь людей ждала, чтобы войти.

«Ух ты!» — вскрикнул молодой человек, когда кто-то перепрыгнул через забор прямо у него на глазах.

Фредди вздрогнул, узнав себя, держащего эту чертову банку бобов. Этот прыжок напугал его больше, чем он помнил.

Постепенно он наблюдал, как перед ним разворачивается сцена.

«Пожалуйста, предоставьте подтверждение личности или факта нахождения внутри вашего бизнеса».

«Что ты имеешь в виду?».

«Это частный район. Смертным вход без разрешения воспрещен».

Фредди вздохнул, наблюдая за происходящим. Перед собой он увидел жалкого, тощего молодого человека. Он увидел отчаяние, тревожную энергию.

Внутри зреет злоба.

«Сэр, мне придется попросить вас отойти».

«Наглец! Ты хоть представляешь, кто мой отец!?»

Фредди поморщился. Боже, смотреть на это было пыткой. Он действительно пробовал этот трюк? Какой идиот.

Очевидно, это не сработало. Его отвергли.

Сцена внезапно начала замедляться, как будто время остановилось.

Он увидел себя, оборачивающегося, проходящего мимо смеющейся толпы однозвездных, и сжимающего сумку в руке. И он увидел свое собственное лицо. Это было уродливое выражение. Ужасный взгляд ненависти и обиды. Это было лицо, которое он даже не осознавал, что может сделать. Извращенное, злое — мстительное. Дайте ему нож, и он зарежет кого-нибудь.

Вот насколько он был разъярен.

Но в следующий момент он сделал глубокий вдох и отбросил все это.

Время продолжало течь с обычной скоростью.

Его шаги продолжались, ведя его к невысокой стене, где он сидел и размышлял. Пока ненависть внутри него кипела. Пока жгучее желание большего разъедало его сердце.

Фредди наблюдал за происходящим, скривив губы в отвратительной гримасе, понимая и чувствуя, что именно с ним происходит в этот момент.

Безумие встало перед ним, заслонив вид его прошлого «я». «Это не может быть идеальным», — сказало оно. «Это не может быть справедливым». Лесоруб повернулся к Фредди с серьезным выражением лица. «Но инструменты были предоставлены. Любой, кто желает власти, получит шанс ее захватить».

Фредди увидел, как его прошлое «я» уходит, его шаги уверенно несут его по тропинке в 26-й район.

«Вы просили об этом. Всем сердцем вы желали возможности дать отпор. Вы можете называть это судьбой или роком, но это скорее путь к препятствию. А за препятствием стоит награда. С тех пор вы всегда больше внимания уделяли крупным событиям и крупным людям. Миру. Вы с большей вероятностью находитесь там, где что-то происходит».

«Именно поэтому моя жизнь такая хреновая?» — спросил Фредди, все еще хмурясь. «Именно поэтому вся эта» — он задохнулся — «вся эта боль? Все эти страдания?»

Безумие усмехнулось. «Было немало случаев, когда ты просто был идиотом и попадал в неприятности. Но да. Вот почему».

«Тогда как мне от этого избавиться?»

Безумие ухмыльнулось. «Все, что тебе нужно сделать, это пожелать этого, и это пройдет».

Фредди закрыл глаза. «Готово».

Но Безумие все еще ухмылялось ему.

«Ты сказал, что мне нужно только пожелать этого».

«Я действительно это сказал, да».

Он тяжело вздохнул, снова закрыв глаза. «Блядь». Он обернулся. Несколько секунд он просто стоял, сжав кулаки. «Могу ли я пойти за ним — я имею в виду... за собой?»

«Конечно. Уделите столько времени, сколько вам нужно».

Фредди бросился бежать, преследуя себя из прошлого. Там он наблюдал, как все это происходит.

«Прорыв прохода! Бегите, спасая свои жизни!»

От начала до конца.

«Можем ли мы получить, э-э... какую-либо форму... возмещения за это ужасно травмирующее событие?»

Дорога домой.

«Ты тоже спрятался под телом?»

Стычка с соседями.

«Господи Иисусе, Фредди! Что, черт возьми, произошло!?»

В тот момент, когда его вырвало в окно.

И мучительные часы, которые ему потребовались, чтобы заснуть.

Он стоял над собой, отдыхающим, дрожащим, и смотрел с отвращением нахмурившись. Он был таким жалким тогда. Таким хрупким. Таким слабым.

Таким наивным.

Внезапно он увидел себя буквально рычащим во сне, как какая-то злая собака. Он не смог сдержать смеха при виде этого зрелища. «Чёрт возьми, чувак». Он вздохнул. «Я никогда не думал, что смотреть на себя в прошлом может быть так неловко».

Безумие появилось рядом с ним, сидя на маленьком холодильнике. «Память обычно весьма предвзята. Милость для большинства».

«Вот уж действительно милость».

Фредди постоял там некоторое время. Затем медленно откинулся на подоконник и скрестил руки. «Безумие...» — он замолчал. «Могу ли я называть тебя так?»

«Можешь называть меня Салли, если хочешь, но мое имя — Безумие», — ухмыльнулся он.

«Ладно... эм... я думаю, я закончил. Мы можем теперь уйти?» И как только он спросил, он снова появился в хижине, лицом к лицу с лесорубом. Нет. Лицом к лицу с Безумием. Он схватил еще одну заячью ногу и продолжил свою трапезу.

«Есть вопросы?» — спросило оно ртом, полным плоти.

Фредди медленно подошел к ближайшему стулу и сел. Долгое время он просто стоял, не в силах сформулировать связную мысль. «Что с лесорубом?»

«Из всего, что ты видел, нет, из всего, что я тебе показал, это действительно то, что ты хочешь узнать?»

«У меня миллиард вопросов, которые я хотел бы задать». Он на мгновение заколебался. «Но… не думаю, что мне на самом деле нужны ответы. Так что скажи мне. Это просто случайный чувак или…?»

Безумие ухмыльнулось. «Я и так большой поклонник вашего вида. Но этот человек — нечто особенное».

Фредди услышал, как открываются двери, и повернулся направо. Там была дверь в комнату, окутанную зловещей тьмой. Он нахмурился и неохотно оглянулся на Безумие. «Что там?»

«Его жена и две маленькие дочери». Его ухмылка расширилась от уха до уха. «Хочешь увидеть?»

Фредди нахмурился. «Тьфу, это просто охренительно. Знаешь что, я покончил с вопросами. Что дальше?»

Безумие пожало плечами и щелкнуло пальцами. Комната удлинилась, превратившись в коридор, и с одной стороны начали появляться духи. Некоторые были одни, а другие небольшими группами. Все они просто стояли там, совершенно неподвижные, как будто они были статуями, а не настоящими духами.

Фредди посмотрел на ряд духов, а затем взглянул на Безумие. «Что это?»

«Это вторая часть твоей награды, Фредди. У тебя есть некоторые способности, которые нужно улучшить, не так ли?»

----------

По всем направлениям

Фредди оглядел коллекцию неподвижных духов. Количество групп совпало с точным количеством способностей, которые он имел в запасе для улучшения. Чего он не сразу понял, так это почему в некоторых группах было несколько духов, но у него была довольно хорошая догадка.

Безумие не дало ему много времени, чтобы во всем разобраться. «Ты будешь вознагражден выбором улучшения для всех своих способностей. Выбор будет включать все, что ты рассматривал». Он ухмыльнулся. «И несколько будут иметь мои рекомендации».

Фредди фыркнул на это, но Безумие тут же нахмурилось на него. «Не смотри на меня свысока. Я Безумие. А не Глупость. Я не буду давать тебе плохих советов». Он слез со стула и бросился к нему, толкая его мордой и рыча. «Безумие — это отступать от порядка в мыслях и действиях. Ты делал это так много раз. И с большой пользой. Так что прояви немного уважения!»

«Я понял. И я приношу извинения».

«Хорошо!» — рявкнул он. «А теперь поднимай свою задницу и начинай выбирать!»

Фредди встал и дошел до конца очереди, где его встретил одинокий дух.

Это было его обновление Озера Крови — объем. Это был единственный выбор. Все остальное было бы не просто безумием. Это было бы также глупо. «Как мне это принять?» — спросил он. «Мне нужно с этим бороться?»

Духи могли проникать в реальность, то есть с ними можно было сражаться за пределами Незера. Сложность их поимки заключалась в том, что это все равно нужно было делать внутри Незера.

Теперь убить духа в реальности было относительно просто. Ослабить его для захвата — это уже другое дело. Как только дух получал существенную травму в реальности, у него больше не было сил оставаться там.

Бой нужно было закончить в Незере.

Некоторые были склонны думать, что захватывать духов даже проще, чем захватывать остатки. В конце концов, проекция архечеловека не росла в силе так же, как его истинное тело. Возможность полагаться на свое истинное тело должна была сделать это намного проще, не так ли?

Неправильно.

Поймать духов было в сто раз сложнее, чем поймать следы.

Для начала, просто найти правильную концепцию было достаточно сложно. Их нельзя было навсегда заточить никакими способами. То есть, их нужно было выследить в дикой природе.

Это было гораздо легче сказать, чем сделать.

Они были редки. Межпространство было большим и опасным. Вдобавок ко всему, огромное разнообразие концепций делало отслеживание даже одной конкретной категории монументальной задачей.

Были люди, которые зарабатывали на жизнь, выслеживая духов определенных концепций, а затем продавая их последнее местоположение тому, кто заплатит больше. И это было только их последнее местоположение. Тем временем они могли переехать в другое место или даже умереть.

И это было самое простое.

Чтобы поймать дух, нужно было подчинить его себе.

Это можно сделать посредством устного соглашения. Любую разумную эфирную конструкцию, от самых обычных остатков до самых могущественных эйдолонов, можно заставить просто сдаться, выбрав правильный набор аргументов.

Но даже если они не могли лгать, они могли и часто меняли свое мнение. Иногда в последний момент, как раз перед тем, как их собирались схватить.

Попытка поговорить об этом была жизнеспособным выбором. Но это был небезопасный способ справиться с ними.

А как насчет борьбы?

Их сила резко различалась. Самый сильный из них представлял даже большую угрозу, чем Тор. Выбери неправильный бой, и свет будет потушен.

Как уже упоминалось, нужно было убедиться, что они не умрут. Духи и так были достаточно опасны, даже без необходимости соблюдать осторожность в бою с ними. Ранишь их слишком мало, и они раздавят проекцию духа архичеловека. Ранишь их слишком сильно, и они умрут прежде, чем станут улучшением.

Духи, которые предлагались Фредди, казались совершенно неподвижными. И этого было достаточно, чтобы заставить его волноваться.

«Расслабься», — сказал Безумие. «Просто коснись того, кого хочешь выбрать, и он переместится в Незер, где ты сможешь безопасно захватить его без сопротивления, в то время как остальные исчезнут».

Фредди приподнял бровь и прищурился, глядя на Безумие.

Безумие фыркнуло. «Я все еще конструкт. Я представляю истину вселенной. Я не могу лгать тебе».

Приятно слышать, что это все еще актуально.

И это, безусловно, воодушевляло Фредди.

Ему потребовались бы годы работы, чтобы собрать все точные конструкты, которые он искал. И даже с помощью Кровопролития, был ненулевой шанс, что он погибнет бы во время поиска.

Было много двухзвездочных, которые достигли порога улучшения для способности 2-го уровня, а затем просто не улучшили ее. Захват духов в качестве трехзвездочного был одним делом. Захват их в качестве двухзвездочного персонажа был смертным приговором для большинства.

Несмотря на то, что это было самое сложное испытание, с которым он когда-либо сталкивался, и что оно, скорее всего, подвело его миллионом разных способов, он начал чувствовать себя по-настоящему радым, что вошел в это подземелье.

И честно говоря, хотя это была невероятная награда, он уже понимал, что это не главный приз.

Эти странные видения едва не раскололи его голову.

Все остальное было платным.

И это была его главная награда.

Он пока не мог сказать почему. Но это изменило его. То, как он видел эфир. То, как он все понимал.

Он снова сосредоточился на задаче. Фредди приблизился к духу и осторожно коснулся его пальцем. Прежде чем он успел его почувствовать, он просто исчез, исчезнув из его поля зрения, словно галлюцинация.

Сделав глубокий вдох, освободив свое кольцо от Кровопролития и отойдя на некоторое расстояние от того места, где был дух, он вошел в Незер со своей проекцией души, готовый к бою. На всякий случай.

К его облегчению, он стоял на том же месте, что и в реальности. Как и было обещано, он был полностью и окончательно лишен эго.

Фредди сосредоточился, освободив эфирные цепи своего Озера Крови и основательно связав дух. Затем он втянул его.

Это было опьяняющее ощущение. Он чувствовал, как в его душе поднимается что-то мощное, оболочка немного увеличивается в размерах, ее синяя клетка мерцает почти так, как будто она металлическая. Внутри он мог видеть слияние остатка, реликта и, наконец, духа.

С каждой добавленной конструкцией старая конструкция вливалась в новую, превращаясь в сложную концепцию.

Но этот. Он больше не был полностью неподвижен. Он мог видеть, как дух внутри слегка шевелился, словно беспокойно спал.

Он вздохнул. Следующий апгрейд — стадия 4 — будет гораздо сложнее и беспощаднее. Это был последний шанс, когда он мог даже подумать о том, чтобы быть разборчивым с концепцией, которую он будет использовать.

Море Крови: Стадия 3 — 0% прогресса.

Он быстро вернулся в свое тело и открыл глаза. Он оставил Кровопролитие снаружи, на всякий случай. Безумие ничего не сказал об этом.

Это был один. Пришло время для следующего обновления, и это было первое, на что он получил несколько предложений.

Выбор 1: Титановость.

Выбор 2: Вольфрамность.

Предложение Безумия: Радиоактивность.

Выбор между титаном и вольфрамом был сложным. Хех. Сложным. Действительно, оба этих металла были довольно прочными. Вольфрам был намного прочнее. Но вольфрам также был очень плотным. Его металл крови в конце концов перестал бы быть легким, но это имело бы свои последствия. Это также значительно увеличило бы стоимость сущности для формирования его металла крови.

Титан был значительно легче. Но он не был бы таким прочным.

Честно говоря, оба варианта были хорошими. Сердце тянуло его в сторону вольфрама, но титан имел достаточно достоинств, чтобы он не мог с ним расстаться.

Но из этих двух вариантов любой подойдет.

Его внимание привлекло предложение Безумия. «Радиоактивность? Серьёзно?»

Безумие ухмыльнулось ему.

До эфира радиоактивность заставляла определенные атомы распадаться, высвобождая чрезвычайно энергичные частицы. После эфира это свойство изменилось. Теперь те же самые вещества производили эссенцию.

Самым известным из таких материалов был ценекит.

Фредди уже знал о «радиоактивности» как о выборе для Багровой Ртути. Была только одна маленькая проблема — это было отстойно.

Он сделал так, что его кровь производила собственную эссенцию крови. Она не могла быть поглощена, поэтому большая ее часть просто терялась. Но когда он использовал способность формировать кровь, эта способность могла поддерживать любые функции, которые она имела сама по себе.

Например, его Кровавое Копьё могло парить в воздухе благодаря антигравитации. Но это длилось всего около минуты. С помощью радиоактивности эссенция крови, которая поддерживала эту функцию, могла быть восполнена, что позволяло его Кровавому Копью парить значительно дольше.

Его щиты также могли перезаряжать свою блокирующую функцию, а его клинок-кастет мог перезаряжать пронзающую функцию.

Казалось бы, это просто потрясающе, не правда ли?

В теории это было феноменально. В реальности это было разочарование. Генерация эфира была просто слишком медленной.

Конечно, он мог бы восстановить блокирующую функцию своих щитов. После более чем десяти минут ожидания. В реальном бою это могло бы быть вечностью.

«Я знаю, о чем ты думаешь», — сказал Безумие. «Но не забывай об Чешуе Багрового Дракона. Она смогут регенерировать сами по себе».

«А если я возьму титан или вольфрам, они получат значительно меньше урона, чем смогут реально восстановить в реальном бою».

«Это правда, но», — он поднял палец, — «что если бы вы нашли эйдолона...»

«Позвольте мне прервать вас прямо здесь», — сказал Фредди, подняв руку. «Это просто безумие. Полагаю, это бренд для вас, но я не собираюсь рисковать, найдя конкретного эйдолона. Даже если я найду правильную концепцию, личность эйдолона может быть ужасной».

«Хмф. Трус. Но ладно, справедливо», — сказал он. «Но! У тебя будет шанс реформировать эту способность на 3-й стадии — 50%. Если ты найдешь правильное вдохновение, ты сможешь вытащить гораздо больше силы. Что скажешь?»

«Это…» Это был неплохой момент. Он окинул взглядом остальных ожидающих духов и медленно покачал головой. «Этот выбор повлияет на остальные мои решения. И я не планировал свой выбор вокруг радиоактивности».

Безумие щелкнуло языком. «Просто сделай свой выбор».

Фредди посмотрел на двух других духов.

Титан. Вольфрам.

Обычно титан был бы более рациональным выбором. Его способности и так были очень дорогими. Но у него было Кровавое Кольцо, которое продолжало расти и давало ему еще большую скидку. Кроме того, сила, которую давал вольфрам, более чем стоила этой цены.

Его палец скользнул к понятию «вольфрамовость».

Багровая Ртуть: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующим был Очищающий Багровый Источник. У него уже были «чистота» и «очищение». Он был вполне счастлив, что провел Багровый Источник по этому пути. Пришло время его обновить.

У Безумия не было никаких предложений. И он рассматривал только один вариант.

Понятие «незапятнанности».

Очищающий Багровый Источник: Стадия 3 — 0% прогресса.

Далее был еще один выбор из одного варианта: Десять Тысяч Мокрых Адов.

Понятие «уничтожения».

Фредди повернулся, чтобы посмотреть на Безумие. «Знаешь, я был уверен, что ты что-нибудь здесь предложишь».

«О, нет, этот выбор уже просто безумный. На самом деле, я горжусь тобой за этот выбор».

Фредди усмехнулся.

У него было целое столетие, чтобы обдумать, что он будет делать с этой способностью. Конечно, это было безумное обновление. И он даже не выбирал это, потому что считал это лучшим выбором.

Нет. Скорее, он чертовски хорошо понимал, что если не продолжит идти по этому пути, то будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Насколько сильным он теоретически может стать?

Это был вопрос, на который ему нужно было ответить, чтобы он не мучил его вечно.

Возможно, этого даже хватит, чтобы начать заново технику закалки.

При этом, если бы использование этого было действительно невозможно, ему, возможно, пришлось бы начать все сначала. Но это был риск, на который он был готов пойти.

Сотня Тысяч Мокрых Адов: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующим были Пучины Бездны. И снова никаких предложений от Безумия, что позволило Фредди завершить триаду «сжатия», «жидкого сжатия» и «водного сжатия».

Пучины Бездны: Стадия 3 — 0% прогресса.

Водное Тело последовал за ним. У него уже были «вода» и «потенция». И у него было несколько идей для этого.

Выбор 1: Текучесть

Выбор 2: Давление

Предложение Безумия: Прилив

Текучесть сделает его способности немного дешевле, а давление сделает его способности немного мощнее. Он обратился к Безумию. «Что, черт возьми, сделает «прилив»?»

Он улыбнулся. «Рад, что ты спросил. Это запустит воду в твоем теле в цикл. Во время «отлива» твои способности будут немного дороже и немного менее мощными. Во время «прилива» произойдет обратное».

«Это безумие».

«Эффект будет весьма заметным и составит до 25% в обоих направлениях».

«Что!?» — закричал Фредди. «Это безумие. Подожди, как долго будут длиться эти приливы?»

Безумие пошевелило рукой в неважном жесте. «Пару секунд».

Это было честно говоря чертовски хорошее предложение. Компромисс был очевиден: если бы он мог правильно рассчитать время, это было бы ужасающим усилением его силы, но если бы он был вынужден рассчитать время плохо, это было бы суровым наказанием.

Он немного поразмыслил. Это было заманчиво. Но это было слишком хлопотно. Он собирался приступить к действиям, как только покинет это подземелье, поэтому у него не было времени овладеть этой силой.

Вздохнув с некоторым сожалением, его рука потянулась к «текучести». Ему нужно было что-то, чтобы справиться с его стремительно растущим расходом эссенции.

Безумие отвернулось от него. «Ты совсем не веселый».

Водное Тело: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующим был Кровавые Кастеты.

Выбор 1: Кровотечение.

Выбор 2: Настойчивость.

Предложение Безумия: Боль.

Эффект «кровотечения» был очевиден, но «упорство», хотя и немного более запутанное, было почти тем же самым. Это сделало бы раны, нанесенные Кровавыми Кастетами, более сложными для закрытия и заживления. Они и так создавали очень рваные и грязные раны.

Кровавые Кастеты уже были хороши в обоих этих вещах, так что, честно говоря, это был полный выбор. Любой из вариантов был бы хорош.

Но на этот раз его взгляд переместился на предложение Безумия.

Безумие улыбнулось ему. Оно уже знало, какой выбор он сделает.

Кровавые Кастеты не были самым эффективным оружием в мире. Но это не было целью. Они были предназначены для устрашения.

Конечно, они позволили ему извлечь больше пользы из своего таланта, но, исходя из его опыта, аспект жестокости был гораздо более полезным, чем небольшое ускорение его исцеления.

Эта способность идеально дополняла ужас битвы с Фредди — немертвым и бессмертным маньяком, который не боялся никаких травм.

Добавление им боли было настолько хорошим выбором, что он почти считал это вполне рациональным, а не безумным. Но это, вероятно, говорило о нем больше, чем он был готов признать.

И это обновление определенно требовало смены названия.

Ужасающие Кастеты: Стадия 3 — 0% прогресса.

За ним последовало Кровавое Копье.

Выбор 1: Единство.

Вариант 2: Проницание.

Предложение Безумия: Хаос.

«Единство» было исключительно надежным выбором. Оно связывало все созданные им Кровавые Копья друг с другом. Как только он бросал одно, остальные следовали за ним, словно рой разъяренных пчел.

«Проницание» был немного более прагматичным. Это был просто хороший вариант, простой и понятный.

«Ладно», — сказал Фредди. «Почему «хаос»? Что именно это будет делать?»

Безумие сделало отвлекающее движение рукой. «Это сделало бы траекторию Кровавого Копья хаотичной. Теперь уже неважно, насколько хорошо вы целитесь или насколько хорошо ваш противник уклоняется! Вы можете попасть! Но вы также можете промахнуться! Никогда не знаешь! Разве это не волнительно?»

Фредди долго смотрел на него, а затем потянулся к «Единству».

«Нет, подожди!» — настаивал Безумие. «Это еще не все. Ты можешь выбрать, когда именно эта траектория начнет становиться хаотичной. Тебе даже не обязательно активировать функцию вообще!»

Фредди поднял бровь. Это было не так уж и плохо. Он мог представить, что это фантастический способ сбросить кого-то или поиздеваться над особенно быстрыми врагами, которым нравилось едва уворачиваться от снарядов.

На самом деле он был совсем не против такого варианта. Он даже очень любил его.

Но в конце концов слово «единство» понравилось ему немного больше.

Кровавое Копье: Стадия 3 — 0% прогресса.

Затем последовал «Ускоренный Кровавый Снаряд», и это был сложный случай.

Вариант 1: Заряд.

Вариант 2: Ускорение.

Вариант 3: Кровь.

В конце концов он остановился на «ускорении». У него уже был «заряд» с помощью Гидравлического Напряжения, а зарядка двух способностей одновременно немного отвлекала.

«Кровь» была хорошим выбором, поскольку она одновременно снижала стоимость и увеличивала мощность, но «ускорение» имело элемент хитрости.

Его метательные снаряды будут продолжать постепенно ускоряться по мере того, как они будут лететь. Не бесконечно, конечно, но этого будет достаточно, чтобы сбросить противников и дать ему больше силы при броске с большего расстояния.

Ускоренный Кровавый Снаряд: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующей была способность, о которой он долго думал, и которая, как он был уверен, всегда будет неотъемлемой частью его силы.

----------

Бродяга

Кровавый Обезглавливатель.

Во время многочисленных сражений Фредди с тенью во снах он пришел к выводу, что Кровавый Обезглавливатель был очень «иногда» полезным оружием.

Фредди создал арсенал гибких выборов, поэтому он был способен адаптироваться к широкому спектру проблем. Его могучий меч был хорошим выбором лишь иногда. Но те бои, где он был лучшим вариантом, на который можно было положиться... Ну, это были бои, которые он, как правило, выигрывал с наибольшей легкостью.

Громоздкие, медленно движущиеся цели были идеальной жертвой для его меча. Благодаря своей огромной массе он также служил дубинкой против сильных противников, позволяя Фредди прорываться сквозь оборону там, где в противном случае ему пришлось бы прибегнуть к дорогостоящему и саморазрушительному Удару Цунами.

Стоя там лицом к лицу с настоящей армией духов, он вздохнул, вспомнив одну из главных проблем, связанных с этой способностью.

Просто было слишком много хороших вариантов.

Выбор 1: Прочность

Выбор 2: Резкость

Выбор 3: Меч

Выбор 4: Импульс

Выбор 5: Кровь

Выбор 6: Парирование

Выбор 7: Поглощение ударов

Выбор 8: Раздавливание

Выбор 9: Казнь

Предложение Безумия: Возмездие

Большинство вариантов были вполне очевидны.

Среди тех, которые имели бы интересные эффекты, «Парирование» позволяло бы ему парировать атаку, получая несколько парирований от двойной звезды; «Раздавливание» давало бы ему возможности сокрушительных ударов, также несколько; и «Казнь» была немного особенной. Она была похоже на Раздавливание, в том смысле, что усиливало атаку по его выбору, но всегда давало только одну возможность. Активация его с несколькими звездами делала бы эту одну атаку намного сильнее.

Это была чертовски подходящая концепция для темы оружия, и, как должно быть очевидно, она могла бы стать невероятным завершающим ударом.

Единственное, о чем Фредди сожалел, так это о невозможности вставить концепцию, которая позволила бы ему размахивать оружием быстрее. К сожалению, у громоздкого меча было мало концепций, связанных со скоростью. Кто мог это предсказать?

На этот раз, прежде чем он успел проявить любопытство, Безумие уже объясняло свое предложение: «Возмездие сделает так, что когда вы получаете урон, ваша следующая атака с помощью Кровавого Обезглавливателя будет сильнее в зависимости от количества полученного вами урона».

Фредди замер. «О, что ж, это по мне».

И в данном случае он посчитал, что смена названия будет уместной.

Кровавый Мститель: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующим был Кастет Клинок. С «пронзанием» и «воздействием» он стал отличным выбором против брони. И он, и Кровавый Мститель были отличным выбором против защиты. Так что же определило и отделило Кастет Клинок?

Скорость. Он был быстрее. И точнее.

Выбор 1: Ускорение

Предложение Безумие: Голод

Фредди приподнял бровь.

«Он будет пить кровь, чтобы подзарядить ударный заряд».

«Хм. Это на самом деле кажется чертовски хорошим».

«Если ему не дадут достаточно крови, он начнет пить вашу кровь».

Фредди вздохнул. «Сколько?»

«Довольно много, надо признать».

«Не ужасно, но я думаю, что останусь при своем выборе».

«Ба. Неудачник».

Он выбрал «ускорение».

Это бы радикально повлияло на скорость его джебов каждый раз, когда он активировал удар. Ему не не понравилось предложение Безумия, но он действительно хотел большего преимущества против быстрых противников.

Кастет Клинок: Стадия 3 — 0% прогресса.

Его Щит Багрового Крыла был следующим.

У него были «блокировка» и «экранирование». Не было смысла слишком экспериментировать с этим. Он уже делал то, что ему было нужно. Ему просто нужно было стать лучше.

Он выбрал концепцию «обороны».

Щит Багрового Крыла: Стадия 3 — 0% прогресса.

Следующим был Рассеивание Волны, еще один одновариантный апгрейд, дающий ему довольно ценную концепцию «возврата». Теперь он не только отменит Струящийся Удар, но и вернет 50%. Он был очень доволен этим.

Рассеивание Волны: Стадия 3 — 0% прогресса.

Он вздохнул, как только увидел два варианта для следующей способности. Слева был дух, который испускал видимые ударные волны по воздуху. Справа была… бомба.

Речь идет о способности Удар Цунами.

Выбор 1: Ударная волна

Предложение Безумия: Взрыв

«Похоже на для тебя, я полагаю. Но ух ты. Это просто безумное предложение».

Безумие пожало плечами. «Не веди себя сейчас как какой-то святой здравомыслия, ты, маленький придурок. «Ударная волна» — это первый хотя бы наполовину разумный шаг, который ты сделал с этой способностью».

"Ладно. Справедливо. Так ты хочешь, чтобы я пошел на полный сброс? Чтобы я даже не пытался сохранить свою чертову руку целой, когда я использую эту способность?"

Безумие ухмыльнулось. «Это может быть моим предложением... но не веди себя так, будто ты его еще не рассматривал».

Это было правильно. Он рассматривал этот вариант. Даже много раз. Он продолжал говорить себе, что должен быть благоразумным и выбрать что-то более безопасное. Это был совет Тора. Это был совет любого здравомыслящего человека — не используй способности, которые причинят тебе вред.

Но возник вопрос: почему он должен руководствоваться здравым смыслом?

У него уже было несколько разумных форм атаки. Удар цунами не был одним из них. Он всегда был немного безумным. Но было ли это обязательно плохо? Его здоровье было для него просто еще одним ресурсом. Что плохого в том, чтобы относиться к нему как к ресурсу?

Было ли это неправильным, потому что это было некрасиво?

Было ли это неправильно, потому что это причинило бы боль?

Нет.

Это было совсем не неправильно. Это был «здравый смысл». И хотя о нем можно было сказать много всего, он был чем угодно, но не обычным. Ему нужен был редкий смысл. Уникальная точка зрения.

Он посмотрел на лесоруба.

Фредди не питал иллюзий — Безумие не давало ему безумных, сумасбродных вариантов. Конечно, оно давало ему безумные варианты, но они не были плохими. Ни один из них не был плохим.

И этот тоже был неплох.

«Тогда решено», — сказал он, фыркнув. «Удар Цунами станет моим последним ударом».

Его палец протянулся и коснулся взрыва.

Удар Цунами: Стадия 3 — 0% прогресса.

Затем последовало Гидравлическое Напряжение. Это было еще одно обновление с одним вариантом.

Понятие «перенаправления».

Фредди не был медленным. Он был неуклюжим, и это потому, что он не мог замедлиться. Он мог разогнаться до безумной скорости, если бы ему дали возможность бежать прямо, но если бы его заставили повернуть под острым углом в девяносто градусов, он бы не смог сделать это, сохраняя свою скорость.

Вот что нужно было изменить. Вот на что ему нужно было нацелиться, если он хотел стать быстрым.

Гидравлическое Напряжение: Стадия 3 — 0% прогресса.

Создание Воды — еще одно скучное обновление. Он получил «воду», он получил «объем», поэтому следующим был «скидка».

Создание Воды: Стадия 3 — 0% прогресса.

И последняя способность, которую он должен был улучшить — Гидравлический бросок. У него была «скорость», у него было «напряжение». Теперь ему нужно было сделать только одно. Концепция «силы». Просто и эффективно.

Гидравлический бросок: Стадия 3 — 0% прогресса

Фредди сделал глубокий, дрожащий вдох, когда он, наконец, поглотил последний дух. «Ух ты. Я чувствую себя непобедимым». Он повернулся к Безумию. «Эээ... Спасибо, я полагаю?»

«Благодарите меня?» Он ухмыльнулся, но улыбка померкла через мгновение. «За что? Мое существование — это инструмент. Как и все остальное в этом мире. Ты благодаришь свой гребаный меч каждый раз, когда отрезаешь кому-то голову? Умоляю тебя. К тому же, твоя благодарность преждевременна».

У Фредди от этого сжалось сердце.

В следующий момент Безумие взмахнуло рукой, и в воздухе появились три объекта.

Фредди ахнул. «Что это?»

«Это твоя третья и последняя награда. Ты можешь выбрать только одну». Он указал на объект в дальнем левом углу. Это был маленький мерцающий шар с чем-то вроде звезд в бежевой пустоте. «Это превосходный драгоценный камень связывания. Ты можешь использовать его, чтобы объединить любые четыре проклятых предмета в набор».

Глаза Фредди широко распахнулись.

Безумие проигнорировало его, указав на второй предмет. Это был маленький кристалл, похожий на осколок стекла. Он переливался множеством цветов. «Это уникальный осколок сродства. Используй его, и ты сможешь выбрать любое сродство, которое пожелаешь. Даже второе уникальное сродство, хотя ты не будешь знать заранее, что он будет делать».

Пот начал капать по спине Фредди.

Он указал на третий объект, бесформенный, неровный шар, который выглядел почти как комковатый прайм. Он был костяно-белым, и у него было тусклое, невыразительное лицо. Это был прайм дух. Он мог использовать его, чтобы получить еще одну способность духа. Но что-то было странным. Этот был огромным, больше его головы. Он сглотнул, когда понял, что это было.

Безумие щелкнуло по нему пальцем, заставив его вращаться в воздухе. «Это уникальный прайм дух. Способность духа, заключенная в нем, довольно проста. В течение десяти секунд со стороны, пять секунд пройдут с вашей точки зрения. Все будет казаться движущимся в два раза быстрее, в то время как вы будете казаться движущимся в замедленном темпе. Затем, в течение десяти секунд, эти перспективы поменяются местами. В течение пяти секунд со стороны, десять секунд пройдут для вас. Вы будете двигаться в два раза быстрее, как если бы мир замедлился до ползания вокруг вас».

Что, черт возьми, происходит?

Фредди был убежден, что это будет все для наград. Но это? Любой из этих трех вариантов был тем, что разрушило бы всю империю, если бы его выставили на аукцион.

Он сам это сделал, так что он чертовски хорошо знал, сколько труда нужно, чтобы пройти через это подземелье. Но даже он думал, что это слишком.

Словно прочитав его мысли, Безумие пожал плечами. «Если ты не хочешь, то, наверное, я...»

«Нет!» — крикнул он, вытянув вперед руку. «Я выберу».

Он улыбнулся. «Не торопись».

Он сел, подтянув колени вперед и скрестив пальцы на них. Он уткнулся носом в переплетенные пальцы, слегка покачиваясь взад и вперед, перебирая в уме варианты.

Среди предлагаемых им улучшений были некоторые сложные выборы. Но это было на совершенно новом уровне.

Он посмотрел на способность духа. Эта была хороша. Действительно хороша. Даже удивительна. Прямо навскидку он мог придумать пять разных трюков, которые он мог бы провернуть с помощью искривления времени. А если бы он столкнулся с быстрым противником? Конечно, его сначала замедлили бы, но если бы он просто подождал, он мог бы перевернуть бой в одно мгновение.

Главная проблема была... ну... это была его третья способность духа. Но она была уникальной.

Что, черт возьми, это значит?

«Это уникальная способность духа», — сказал он, стиснув зубы. «Какое преимущество дает ее уникальность?»

Безумие ухмыльнулось ему. «Тебе уже следовало бы это знать. В конце концов, у тебя уже есть две уникальные способности духа».

Фредди замер. «Я согласен!?» Это имело смысл. Кровопролитие было уникальной эфирной конструкцией. И они оба дали ему новое сродство. Он думал, что это могло быть из-за странного метода, которым он их получил — в конце концов, обычные первичные духи не давали близость. «Так... Подожди, что!?» Он нервно почесал лоб. «Они оба хорошие способности духов, но ничего в них не отличается».

«Хех. Это как метать бисер перед свиньями. Но, думаю, логично, что ты не знаешь, что они сделали. В конце концов, чтобы узнать, нужно достичь шестой звезды».

Фредди оживился. «Шестая звезда!? Что!?» Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. «Это возможно?»

«Конечно, это так». Он ударил по плавающему уникальному первичному духу. «И эта штука поможет тебе туда добраться».

Фредди колебался. «Это замедлит мой рост на 99%. Как же тогда?»

«Просто. Потому что это не «замедляет ваш рост», как многие из вашего рода, похоже, верят». Внезапно он стал смертельно серьезным. «Духовные способности сжимают вашу скрытую ауру».

Фредди долго сидел, давая этим словам впитаться в его сознание. Его глаза медленно расширялись, пока он осознавал последствия.

«Ага», — сказал он, хихикая. «Конечно, это замедлит тебя. Но твои награды соответственно возрастут. Помни, что я сказал. Все — это сделка».

Фредди сидел там, размышляя об этом в течение долгого времени. «Ты сказал, что это поможет мне добраться до шестой звезды?»

Безумие кивнуло. «Чтобы достичь шестой звезды, нужно много скрытой ауры. Чем раньше ты получишь полное сжатие, тем лучше будет для твоего роста. Хотя, если быть честным с тобой, получить все три до третьей звезды — это... ну... я делаю предложение. Это должно быть очевидно».

«Безумие? Почему?»

«Это облегчит вам задачу в будущем, если вы усложните ее сейчас. Но вам я настоятельно рекомендую принять это».

«Есть ли какая-то конкретная причина, по которой мне не следует сначала добраться до третьей звезды?»

«Потому что развитие вашего таланта будет неутешительным».

Фредди рефлекторно рассмеялся. «Нет, не будет». Затем в его голосе проступила ярость. «Не будет. Почему это должно быть неутешительным? Это бессмысленно».

«Малыш. У тебя были просто безумные достижения на первой звезде. Так почему же твой талант так мало изменился? Есть предположения?»

«Это... это стало намного полезнее».

«Это просто мутация, чтобы соответствовать твоим потребностям. Но ее мощность почти идентична». Он оставил три плавающих объекта и подошел к нему. «То же качество. Тот же процент. Ты никогда не задумывался, почему?»

Он сделал. Конечно, он сделал. Он убил и гигантского левиафана, и чертового Лорда. Он ожидал, что получит 10% Кражи Жизни в качестве следующего улучшения. Но он этого не сделал. И это его беспокоило. Даже несмотря на то, что это было более полезно, он все еще не понимал, почему.

Почему же все изменилось так мало?

Безумие настигло его и присело, чтобы посмотреть ему в глаза. «Это потому, что твой талант уже смехотворно силен».

Долгое время он собирался возразить. Но какой в этом смысл? Это было правильно. И он это знал.

Количество вещей, которые его талант мог сделать для него, намного превосходило любой обычный талант. Это был чит. Несправедливое преимущество.

Выносливость намного выше того, на что он должен быть способен. Сила. Выносливость. Мощные способности. И исцеление. Бесконечное исцеление. Почти от всего.

Сделав глубокий вдох, он перевел взгляд на уникальный первоклассный прайм. А затем на два других предложения.

Уникальный осколок сродства был потрясающим. Если бы он мог получить уникальное сродство для своей крови, бог знает, насколько могущественным он мог бы стать. Уникальные сродства могли быть сложными в использовании, но они всегда были огромным преимуществом.

А связующий камень? Четыре проклятых предмета? Если он соберет еще два уникальных проклятых предмета, это может действительно изменить его жизнь. Его сила всегда будет намного выше его уровня.

Но его взгляд снова метнулся к этому главному духу. Он прикусил губу. «Насколько я продвинулся?» — спросил он. «Во что превратится мой талант, если я вознесусь сейчас?»

«Вы получите, может быть, 1,5% Вампиризма. Или, в качестве альтернативы, какое-то другое незначительное усиление, например, небольшую затяжную регенерацию, если вы перелечите себя».

Он рассмеялся. «И это все? И все? Вся эта работа, и это все, что я получу?»

«Не относитесь легкомысленно, когда я говорю, что это чертово чудо, что вы заслужили даже столько всего на второй звезде. У вас есть потенциал окунуть все в безумие, Фредди Штерн. Так что же это будет? Связующий камень? Осколок родства? Или первичный дух?»

Фредди глубоко вздохнул. «Я выбираю...»

Трэвис обнаружил себя стоящим снаружи. Сверху лил дождь. Выл ветер.

На Валгаллу обрушилась страшная буря.

За Тревисом стояли его люди. Большинство из них прятались от дождя, но все бойцы были там и мокли рядом с ним.

Перед ними стоял скромный человек. Лицо человека было чистым и безупречным, осанка твердая, но выражение лица было обычным. Он был одет как любой другой офисный работник.

«Судья», — поприветствовал его Тревис, сглотнув. «Что привело вас сюда сегодня?»

«Вы уже должны быть в курсе», — сказал мужчина. «Они идут. Новости распространяются быстро, я полагаю. Все остальные лидеры основных фракций должны быть здесь с минуты на минуту».

Трэвис стиснул зубы. «Ты собираешься...»

«Я не собираюсь принимать чью-либо сторону. Это не моя работа. Когда дело доходит до конфликтов, подобных этим, моя роль — минимизировать ненужные потери человеческих жизней и соблюдать любые соглашения, заключенные между сторонами». Мужчина похлопал Трэвиса по спине. «Я позабочусь о том, чтобы они не смогли отказаться от любой сделки, которую вы с ними заключите».

Трэвис обмяк в некоем подобии облегчения. «Спасибо. Мне этого достаточно».

Казалось, время тянулось вечность.

Трэвис стоял прямо у входа в штаб-квартиру, мокрый с головы до ног.

Буря отозвалась его печалью, молниеносные слезы оплакивали потерю отца. Он рассмеялся. «Я помню, как ты говорил, что хочешь похорон в самый дождливый, самый унылый день на свете». Он поднял глаза, его губы невольно скривились.

Ворота были широко открыты. Вдалеке Тревис заметил движение фургонов.

Они были почти здесь.

Он повернулся лицом к мужчинам и женщинам Вальгаллы. «Не сражайтесь. Судья сохранит вас всех в безопасности, если мы сможем заключить сделку. Не усложняйте мне задачу больше, чем она должна быть. Пожалуйста».

Все неохотно кивнули.

И с этими словами они вышли за ворота.

Приехало всего восемь фургонов, но когда они припарковались, из каждого вышло по десятку людей. Неподалеку от них ехали пять шикарных автомобилей.

Тот, что был спереди, был гладким, черным как смоль транспортным средством. Он припарковался на поляне, и двери открылись. Из него вышло несколько мужчин, одетых в практичные черные костюмы. Среди них стояла фигура, одетая в то, что выглядело как очень высококлассное тактическое снаряжение.

Волосы мужчины были длинными и темными, как ночь. Его глаза были глубокими, как ночное небо. Он был не слишком большим, но его мускулы были чрезвычайно хорошо развиты. У него были предплечья почти такого же размера, как его бицепсы, в то время как его грудь и плечи были больше среднего размера. Компактный, но смертоносный пакет.

Это был лидер клана Умбра. И их самый могущественный убийца.

За ними стоял белый лимузин. Из него вышел человек в ослепительно белом костюме, покрытом золотом больше, чем гробница древнего короля. Это был генеральный директор Grand West Enterprises. Его волосы были слегка вьющимися, ярко-русыми. Его глаза были скрыты за яркими солнцезащитными очками.

Третье транспортное средство представляло собой старомодную плавающую деревянную карету. Из нее вышло несколько фигур в синих одеждах. Впереди шла женщина с ослепительно-голубыми волосами и глазами того же цвета. Хотя у нее не было никаких признаков старения, было ясно, что она не молодая женщина. Ее осанка была царственной, и все вокруг нее выказывали почтение. Ее бледные глаза были холоднее самых глубоких уголков Крайнего Севера. Это был лидер клана Лазурит.

Четвертая машина была красной спортивной машиной. Из нее вышел неряшливый мужчина, одетый в почти расстегнутую рубашку. Он перевернул серый тильби и надел его на свои густые, вьющиеся, черные волосы. Из задней части машины вышел его сын. Это был генеральный директор Strata.

И последнее, но не менее важное: подъехал синий внедорожник.

Из водительского сиденья вышел Киган Джем, коренастый, крепкий мужчина с короткой стрижкой и, по-видимому, не лезущим в драку отношением. Из другого сиденья вышел женоподобный мужчина с длинными белыми волосами. Его телосложение было худым и мягким. Это был явно не воин.

Это был Джонатан Фоллер — глава семьи Фоллер. В то время как часть Gem в Gem & Faller занималась большей частью административной работы, Fallers были рабочими лошадками своего союза. Они состояли в основном из небоевых архилюдей и выполняли большую часть высокоуровневой эфирной работы в городе. Их опыт давал им много мягкой силы, и много лет назад они объединились с Gems, чтобы создать Gem & Faller, союз, который принес пользу обеим семьям.

Достаточно впечатляюще, что Джонатан был трехзвездочным небоевым архичеловеком, что является редкостью, особенно в этих краях.

Но всем было очевидно, кто настоящий хозяин в их маленьком профсоюзе.

Из внедорожника вышли Таннер и Джина Джем.

В то время как большинство их людей остались позади, шестеро трехзвездочных солдат двинулись вперед.

Трэвис нерешительно вздохнул и встал перед ними, готовый положить всему этому конец.

«Привет», — поприветствовал его генеральный директор Strata. «Ты выглядишь довольно спокойным для бешеной собаки, Трэвис. Хе-хе-хе».

«И вам привет».

Лидер клана Лазурит шагнула вперед. «Я уверена, что эта погода не из приятных ни для кого из вас. Мы все знаем, зачем мы здесь. Давайте опустим любезности и перейдем к делу. Тревис. Тор мертв. У вас нет никакого положения или рычага влияния в этих переговорах. Ваши некомбатанты будут привлечены к работе. Ваши бойцы сдадутся для казни. Поторопитесь. У нас нет возможности стоять здесь целый день».

Тревис подавил желание закричать. Он глубоко вздохнул, успокаиваясь. Затем он любезно сказал. «Мэм, наши воины не слабаки. Если вы хотите навязать невыгодные условия, мы будем вынуждены дать отпор. Я уверен, что в ваших интересах, чтобы все ваши люди ушли живыми. Если вы не хотите, чтобы пролилась кровь, сделайте нам лучшее предложение».

Лидер клана Умбра шагнул вперед. «Боюсь, мы не собираемся этого делать», — сказал он резким и мужественным голосом. «Трэвис, твои люди потратили годы, принося нестабильность в наш город. Если ты так настаиваешь, мы можем пойти на компромисс с тюремным заключением и принудительным трудом вместо казни. Но свобода любого рода — это то, что мы не примем». Взгляд мужчины стал жестче. «Даже если это должно привести к кровопролитию, пусть так и будет».

Сердцебиение Трэвиса ускорилось, и он обнаружил, что прикусывает нижнюю губу. «Пожалуйста. Проявите немного милосердия».

Он заметил, что Киган Джем, генеральный директор Strata, и генеральный директор Grand West Enterprises ухмыльнулись, услышав его слова. Он медленно моргнул, остро осознавая, как мало у него власти в тот момент.

Киган выступил вперед. «Ну… Если вы хотите, чтобы мы проявили милосердие, то нам нужно, чтобы вы сделали для нас кое-что еще».

«Что ты хочешь?»

«Передай своих маленьких друзей».

Трэвис нахмурился. «Что? Кто?»

«Давай, Трэвис». Киган наклонился. «Нет смысла притворяться, что ты ничего не замечаешь. Раб, Череп и их маленький приятель-убийца». Его взгляд стал безумным. «Где они, черт возьми?»

«Извините, вы имеете в виду Фредди Клиффа? Прошу прощения, но я понятия не имею, о ком еще вы можете говорить».

«Хех. Хорошо, тогда. Приведи нам Раба. Он нам расскажет, где его друзья».

Трэвис изо всех сил пытался сдержаться. Ему хотелось кричать. Ему хотелось ругаться. Фредди... Он действительно убежал? Это было глупо. Его все равно поймают. И они ничего не получат от этой сделки.

Слова вертелись у него на языке. Я не знаю, где он. Он хотел сказать это, но не посмел. Он держал рот закрытым, тянул еще мгновение, еще секунду, и он мог бы...

«Ну, а это что?» — раздался голос слева.

Все они обернулись и увидели какого-то дряхлого, но впечатляюще накачанного бродягу с волосами, доходившими до колен, и бородой, тянущейся до самых ягодиц.

----------

Секрет силы [1]

Фредди стоял, одетый в то, что можно было бы великодушно назвать рваными тряпками. У него не было времени переодеться перед тем, как прийти сюда. Он был покрыт таким количеством грязи, что оставлял за собой след, когда дождь смывал многолетнюю грязь, которая собиралась на его теле.

Он окинул взглядом толпу посетителей, прищурившись на шестерых человек, стоящих прямо перед Тревисом. Он узнал каждого из них. Это были главы своих фракций.

Хотя он не знал всего об их силах, из слухов он знал достаточно, чтобы, по крайней мере, понимать, чего ожидать.

Стоя перед этой довольно напряженной сценой, он не мог не обнаружить себя в нерешительности. Не потому, что он боялся. Скорее потому, что он просто чувствовал раздражение. Для него прошло более ста лет с тех пор, как он в последний раз был напрямую вовлечен в этот конфликт. Заботиться о чем-либо так долго было слишком. Но удивительно, насколько ему было наплевать. На самом деле, он был близок к тому, чтобы просто развернуться и уйти.

Однако некоторые из тех старых чувств все еще были там, хотя и слабые. Его глаза скользнули по нервной массе членов Вальхаллы, их страх и ожидание были очевидны на их лицах. Их мрачная решимость. Он не мог не вздохнуть при виде этого.

Это моя вина?.. — размышлял он, вспоминая то, что рассказало ему Безумие о его судьбе.

Как всегда, в конце концов, приводило его к кровопролитию. И кровопролитие действительно произошло. Сегодня в лесу прольется много крови. Так был ли это действительно он? Его судьба, его больное желание получить возможность выделиться - вот что привело его к нему?

Он понятия не имел. Он вообще не знал ни единой вещи о том, как эта судьба вообще работает.

Несмотря на это, он чувствовал некоторую степень ответственности за эту ситуацию. Чем дольше он стоял там, тем больше оттаивали его, казалось бы, замороженные воспоминания, и тем менее далеким он чувствовал себя от всего этого испытания.

Ну, теперь уже никто не позволит ему уйти.

К тому же он вряд ли мог упустить возможность создать сочную скрытую ауру.

Он улыбнулся присутствующим и помахал им рукой. «Привет, ублюдки! Давно не виделись!»

«О, боже», — сказала лидер клана Ляпис, прикрывая рот. «Кто-нибудь, пожалуйста, избавьтесь от этого нищего? Я чувствую его запах отсюда».

Трэвис уставился на него с совершенно ошеломленным выражением. «Фредди?» Мужчина на мгновение растерялся, затем с насмешливым выражением указал на бороду и волосы.

«Долгая история», — пробормотал Фредди.

Как только шесть руководителей местных органов власти услышали, как Тревис обращается к ним, они тут же изменили свое отношение.

«Ага». Лидер клана Умбра усмехнулся. «Так ты, должно быть, Раб. Добро пожаловать. Ты как раз вовремя для переговоров». Мужчина оглядел его с ног до головы, изогнув бровь.

«Прежде чем мы продолжим», — сказал Киган Джем, шагнув вперед и медленно приближаясь к Фредди. «У меня есть к вам несколько вопросов».

Фредди наклонил голову набок и ждал, пока мужчина заговорит.

«Я провел свое расследование и почти уверен, что я прав», — заявил мужчина. «Но я все равно хочу услышать, как вы это признаете. Скажите мне», — его голос стал хриплым, — «вы имеете отношение к смерти моих сыновей?»

Фредди долго смотрел ему в глаза. Затем он ухмыльнулся. «Отношение? Нет, чувак. Я сам их убил».

Мужчина зарычал. «Если ты пытаешься взять всю вину на себя, чтобы спасти своих маленьких друзей, не беспокойся. Они тоже получат по заслугам».

«Вальхалла тут ни при чем».

«Я не говорю об этих людях», — сказал мужчина.

«А?» — выпалил Фредди. «Тогда о ком, черт возьми, ты говоришь?»

«"Хватит притворяться идиотом. Тот, кто зовется Черепом и убийцей».

Мозг Фредди застыл на долгое время. Хотя его память была исключительно хороша, все равно требовалось некоторое усилие, чтобы вспомнить то, что произошло более века назад. Похоже, они каким-то образом связали его с его псевдонимом Череп, чему он был не слишком рад. По крайней мере, они не поняли, что он и Череп были одним и тем же человеком. Но...

Убийца? Что курит этот парень?

И тут его осенило. Мужчина говорил о Кровопролитии.

Осознав это, он не смог сдержать смеха.

Мужчина нахмурился еще сильнее. «Что-то смешное?»

«Я только что вспомнил кое-что, что мой приятель, э-э... Череп сказал сегодня утром. Но не волнуйся», — сказал он, пренебрежительно махнув рукой. «Я? Защищать этих парней? Да ладно, Череп тут постоянно пытается разрушить мою жизнь, и у меня есть счеты с другим парнем. Так что не волнуйся. Я не собираюсь ничего приукрашивать». Его ухмылка стала зловещей. «Я действительно убил твоих сыновей».

«Я устроил засаду Лукасу в лесу и размозжил ему череп». Он усмехнулся. «Ты и сам это видел. А Шон? Мужик, я горжусь этим. Он направлялся в Подземелье Крепости. Я подошел к нему и дружески помахал рукой. Видишь ли, мы уже встречались, во время пробежки. Он, наверное, думал, что мы можем подружиться».

Мужчина стиснул челюсти.

Фредди продолжал провоцировать мужчину. «Он не ожидал этого. Копье, прямо в голову», — он ткнул пальцем в висок. «Потом я сложил его, как куклу, и положил в свое кольцо для хранения». Затем, словно внезапно вспомнив что-то, он добавил: «А, и, конечно, его органы продавались за кругленькую сумму».

В этот момент Киган тяжело дышал. «Понятно». Он поднял руку и щелкнул пальцем. Один из мужчин в костюмах подошел к внедорожнику, затем вытащил кого-то наружу. У того, кого они везли, на голове был мешок. Когда они приблизились, они сняли мешок, и под ним оказался молодой человек.

При виде этого Фредди медленно вздохнул и покачал головой.

Лукас уставился на него, бледный как кость.

Фредди посмотрел ему в глаза. Чувства, которые он испытывал к молодому человеку, все еще были там, но они были далекими, блеклыми, как серая картина на стене. «Вот почему я сказал тебе никуда ее не отпускать, Лукас. Я знал, что так случится. Ты должен был знать лучше».

Молодой человек опустил голову от стыда, не в силах встретиться взглядом с Фредди. «Мне жаль, чувак». Он грустно рассмеялся. «Я идиот. Не могу поверить, что я», — он задохнулся, — «я…»

Со своей стороны, Фредди посмотрел на Кигана и пожал плечами. «Если ты здесь, чтобы использовать его в качестве заложника, ты можешь убить его прямо сейчас. Я не собираюсь сдаваться».

Мужчина мрачно усмехнулся. «Сдаться?» Он стянул с себя пальто и бросил его на землю. Затем он разорвал рубашку под ним, обнажив слой плотной черной синтетической брони. Он медленно снял наруч с левой руки и убрал его в свое кольцо для хранения. «Я не хочу, чтобы ты сдавался». Он снял другой наруч. «Никаких способностей. Никакого оружия. Никакой брони». Он снял жилет, затем расстегнул молнию на своем комбинезоне, обнажив свою точеную верхнюю часть тела, затем сделал угрожающий шаг вперед. «Я вызываю тебя на драку. Если ты победишь», — сказал он с насмешливой ухмылкой, «я отпущу твоего приятеля».

«Хочешь кулачного боя?» — фыркнул Фредди. «Никаких способностей? Серьёзно?»

Мужчина ударил кулаками друг о друга. Это звучало так, словно столкнулись два камня. «Я не хочу торопиться, избивая тебя до смерти!»

«А откуда мне знать, что ты не сжульничаешь?»

«Обманывать?» — пробормотал мужчина с недоверчивым смешком. «Ты думаешь, у меня есть причина обманывать? Ну, разве ты не уверен…?»

«Это будет моей работой», — сказал какой-то самоуверенный человек сбоку, и Фредди заметил его впервые с момента его прибытия. «Приятно познакомиться, мистер Клифф. Я ваш местный судья. Не стесняйтесь устанавливать условия вашего боя по своему усмотрению. Мой долг — обеспечить, чтобы проигравшая сторона выполнила свою часть сделки. Естественно, это также относится к правилам матча».

«Не то чтобы это имело какое-то значение», — сказал Киган, громко хрустя костяшками пальцев, — «но мой талант работает только с моими способностями. Так что ты скажешь?»

Фредди нахмурился. Он был более чем рад позволить этому придурку убить себя через Фредди, но это не означало, что он доверял судье быть судьей. Он посмотрел на Трэвиса.

Трэвис, со своей стороны, выглядел белым как снег, но, заметив, что Фредди смотрит на него, он подошел. «Ладно…» — сказал мужчина, глубоко вздохнув. «Спасибо, что пришли. Правда. Просто игнорируйте его. Он пытается спровоцировать вас на драку, чтобы вытащить из-за стола переговоров. С вами здесь мы, возможно, сможем добиться лучших условий».

«Судья», — сказал Фредди, переводя взгляд с неприметного мужчины на Трэвиса. «Сделает ли он то, что говорит?»

Трэвис долгое время казался сбитым с толку. «Что ты имеешь в виду?»

Фредди наклонился. «Будет ли судья справедливым судьей?»

Губы Трэвиса дрожали, и он тяжело дышал через нос. «Не надо. Пожалуйста, не надо. Я знаю, что ты сильный, но ты ему не соперник. Он мастер боевых искусств, и он специализируется на защите. Ты даже не сможешь причинить ему вред. Это ловушка».

«Так судья будет справедливым? Или нет?»

«Фредди, пожалуйста». Трэвис схватил его за длинную бороду. «Тор мертв!» Он указал на толпу людей перед штаб-квартирой Вальхаллы. «Каждый гребаный человек там делает ставку на нас. Сейчас не время быть глупым». Он отпустил бороду Фредди и попытался выдавить улыбку. «Слушай. Я вижу, что ты сделал... что-то. Но ты все еще всего лишь двухзвездочный». Его натянутая улыбка исчезла. «Я рад, что ты здесь. Я рад знать, что ты тот человек, которому Тор доверял по праву.

«Но это будет чертово чудо, если мы вообще сможем выбраться отсюда живыми. Так что, пожалуйста. Сотрудничайте со мной».

Фредди вздохнул. Он поднял руку и указательным пальцем велел Тревису подойти поближе.

Трэвис нахмурился и наклонился.

Фредди ударил его по лицу.

Трэвис пошатнулся и уставился на Фредди. «Какого хрена, мужик?»

«Просто заткнись и ответь на мой вопрос».

Долгое время мужчина стоял, держась за лицо, на котором мелькали противоречивые выражения. В конце концов он остановился на гневе и зарычал. «Да! Вы можете доверять судье!»

«Это все, что мне нужно было знать», — сказал он, отстранив Трэвиса и шагнув вперед.

Лицо Трэвиса исказилось от отчаяния, и он закричал: «Ты не победишь!»

Фредди остановился и обернулся. Какой бы взгляд он ни имел в своих глазах, Тревис замер. Затем он повернулся и шагнул к противнику. Он наколдовал в правой руке небольшое, острое как бритва лезвие и отрезал большую часть своей бороды и волос, укоротив их настолько, чтобы они не мешали в бою.

Несколько человек хихикали, увидев его. С его грубой стрижкой он, вероятно, выглядел в тот момент как ощипанная курица.

Судья шагнул вперед. «Правила поединка следующие: не будут использоваться способности, оружие, наркотики, лекарства или любое снаряжение, за исключением гражданской одежды; бой будет продолжаться до смерти одной из сторон или взаимного согласия на сдачу; третьи лица не будут вмешиваться. Тем не менее, — он посмотрел на Фредди, — мистер Клифф, пожалуйста, снимите проклятое кольцо кровного родства с вашего пальца».

Фредди кивнул. Он совершенно забыл о своем кольце.

К счастью, за сто лет скуки он придумал, как легко снять его. Он сосредоточился на мгновение, напоив его своей кровью. Казалось, он почти мурлыкнул от удовлетворения, а затем отпустил его кость, позволив ему снять его, не потеряв палец. Он спрятал его в своем кольце для хранения.

Судья кивнул. «Мистер Джем. Каковы ваши требования в сценарии вашей победы?»

Киган усмехнулся. «Я достаточно счастлив видеть, как этот ублюдок умирает».

«Мистер Клифф, вы согласны с этими условиями?»

Фредди кивнул.

«Хорошо. Мистер Клифф. Каковы ваши требования в сценарии вашей победы?»

Фредди задумался на мгновение, задержавшись взглядом на связанном Лукасе. Затем он посмотрел на судью. Он улыбнулся, поднял палец и указал им прямо на Джину и Таннера Джема, которые стояли неподалеку от Кигана. «Если я выиграю, я убью и их тоже. Точно так же, как я убил Джейсона и Шона».

Выражение лица Кигана потемнело. «Что ты только что сказал?»

«Ты меня услышал».

Мужчина зарычал, а затем усмехнулся. «Ты, должно быть, чертовски мазохист. Ты будешь страдать за это».

«Что?» Фредди сделал устрашающий шаг вперед, оказавшись прямо перед лицом мужчины. Он был немного ниже его ростом, но не выказал никакого страха, прошептав: «Боишься, что можешь проиграть?»

«Напомнить вам, что жизнь вашего друга в моих руках?» — сказал мужчина, указывая большим пальцем через плечо на связанного Лукаса.

«Ты также собираешься его освободить».

«Нет. Я убью его, если ты не заберешь свою глупую шутку обратно!»

«Тогда сделай это!» — сказал Фредди, подходя еще ближе, достаточно близко, чтобы поцеловать мужчину. «Но ты не получишь свою чертову дуэль. И ты не получишь своего удовлетворения». Он ухмыльнулся. «Неважно, сколько я поставлю, если ты все равно выиграешь… если только ты не думаешь, что проиграешь».

Мужчина встретился с ним взглядом на несколько мучительных мгновений. Затем он рассмеялся и отступил назад, грозя пальцем. «У тебя талант играть на нервах людей. В другой жизни мы были бы друзьями».

Фредди покачал головой. «Нет, мы не были бы друзьями».

«Как скажешь, милая». Он обернулся и помахал своим детям. «Прими условия. Всё в порядке».

Судья повернулся к ним лицом. «Джина и Таннер Джем. Вы согласны с этими условиями?»

Выглядя несколько потрясенными, они оба сглотнули и с мучительной неохотой кивнули в знак согласия.

Судья кивнул и крикнул: «Все остальные, пожалуйста, отойдите назад. Я не буду нести ответственности за тех, кто случайно получит травму. А вы двое, займите позицию. Отойдите друг от друга не менее чем на двадцать шагов. Когда вы оба объявите, что готовы, я начну отсчет времени».

Они оба долго смотрели друг на друга. Киган поднял большой палец и провел им по горлу в угрожающем жесте. Фредди послал ему воздушный поцелуй и улыбнулся. Затем они повернулись, чтобы занять позицию.

«Вы готовы?»

«Да», — сказал Фредди.

«Я готов», — сказал Киган.

«Счет до десяти!» — начал судья обратный отсчет. «Десять! Девять! Восемь! Семь! Шесть! Пять! Четыре! Три!»

«Два!»

«Один!»

«Начали!»

Судья отскочил назад, чтобы освободить им место.

Со своей стороны, Фредди и Киган медленно приближались друг к другу, усиливая защиту и внимательно наблюдая за противником.

Затем они прыгнули.

Фредди провел прямой удар, а Киган уклонился, нанеся удар в его корпус, от которого Фредди уклонился, ловко увернувшись.

Киган пнул Фредди в голень, и Фредди решил пропустить удар в ответ на удар в сторону лица мужчины. Оба удара пришлись почти идеально. Ни один из них не нанес никакого урона.

Они отстранились, подняли защиту и снова бросились друг на друга. На этот раз Фредди наклонился сильнее, рискнув нанести хук. Киган уклонился, нанеся ответный удар, который Фредди в свою очередь отразил, чтобы ударить мужчину ногой по ребрам. Ни один из ударов не нанес никакого урона.

Они оба отступили на мгновение, а затем снова бросились в атаку. Их кулаки встретились в воздухе, почти как гигантское бревно, врезающееся в валун, и на отскоке они бросили хук прямо друг другу в лицо, приземлив оба удара. Ни один из них не нанес никакого урона.

Они отступили: Фредди выглядел немного удивленным, а Киган — совершенно сбитым с толку.

1% Вампиризма имел тонкое, но существенное преимущество обратной связи. Фредди всегда мог сказать, какой урон наносят его удары. Киган не притворялся нетронутым. Он на самом деле просто не получал никакого урона.

Киган, тем временем, выглядел чертовски шокированным. «Ублюдок». Он выплюнул. «Из чего ты, черт возьми, сделан?»

Фредди усмехнулся. «Я мог бы спросить тебя о том же самом».

«Нет, черт возьми, ты не мог!» — закричал мужчина. «Я трехзвездочный. Вода, земля, металл. Не секрет, почему я такой прочный. Что с тобой?»

Вода, земля и металл. Начиная со второй звезды, это, вероятно, было единственной наиболее распространенной комбинацией трех сродств. Вода и земля были, безусловно, самыми распространенными среди основных сродств, а металл был более вероятным продвинутым сродством, чем лед.

Несмотря на распространенность, это было мощное сочетание, которое часто называли «золотым трио прочности».

Каменная кожа.

Металлические кости.

Бурные Воды-слэш-Сотня Мокрых Адов.

Это был полный пакет мер по защите.

Для Фредди, способного соперничать с ним без преданного таланта, и на звезду ниже, чем у человека, было свидетельством того, насколько тяжелую работу выполняли его Десять Тысяч Мокрых Адов. Технически это было Сто Тысяч Мокрых Адов, но он еще ни разу не использовал его, так что он все еще был только на пике Десяти Тысяч Мокрых Адов по уровню прочности. И это уже было чудовищно.

Фредди просто улыбнулся мужчине и снова насторожился. «Не говори мне, что ты напуган».

Мужчина усмехнулся. «Держу пари, что ты получаешь больше урона, чем показываешь».

«Думаю, тебе придется это выяснить».

Они снова бросились друг на друга.

Толпа наблюдала за происходящим с недоумением, особенно Трэвис.

Никто не ожидал, что этот бой окажется настолько напряженным.

И одно дело, когда защита Кигана была впечатляющей. Но демонстрация силы Фредди заставляла некоторых людей очень, очень нервничать. Особенно Джину и Таннера.

Хотя Фредди мог сравниться по скорости с атаками этого человека, он был далеко не таким ловким из-за разницы в плотности тела. Киган прыгал и скакал, и по мере того, как он разогревался, он становился все более изящным в своих атаках, бросаясь за спину Фредди и нанося удары ногами под странными углами. Со своей стороны, Фредди защищался и перенаправлял, ища способы контратаковать. Все эти бои с теневым монстром не пропали даром.

Он стал гораздо лучше сражаться.

Его защита была почти непроницаемой. Он выбирал удачные моменты для контратаки, заставая противника врасплох, но все равно не нанося ему реального урона. Не было смысла отвечать ударом на удар. При таком раскладе исход боя сводился бы к тому, кто первым умрет от голода.

Киган попытался оторваться от Фредди, но с каждым ударом выражение его лица становилось все серьезнее.

Они снова отстранились и, словно прочитав мысли друг друга, разжали кулаки.

Осторожно, как две змеи, они скользнули ближе друг к другу и начали прощупывать друг друга, одновременно отталкивая руки друг друга. Со стороны это выглядело немного нелепо, словно они играли в какую-то игру. Но это была не игра.

Исход боя, скорее всего, будет зависеть от того, кто кого первым схватит.

И хотя у Фредди было много практики с тенью, здесь у мужчины явно было преимущество. Он схватил Фредди за запястье, и, к счастью, Фредди немедленно отреагировал фронтальным ударом в грудь, вырвавшись из захвата мужчины. Внезапно Киган полностью изменил свою стратегию, ударив Фредди с разворота в подбородок, и неожиданный удар пришелся идеально, вывихнув челюсть Фредди.

Фредди отступил назад, и Киган продолжил атаку, на что Фредди ответил, сохранив хладнокровие, восстановив защиту и оттолкнув человека назад. Когда он нашел момент, он вдавил челюсть на место, и она треснула с ужасающе громким звуком. «Это меня хорошо зацепило», — сказал он.

«Трещины начинают появляться», — заявил Киган, ухмыляясь, как дикое животное. Он начал новую атаку, по-видимому, доводя Фредди до предела. Хотя шел дождь, скрывающий пот, было очевидно, что Фредди изо всех сил старается сохранить свою защиту. Удар за ударом, пинок за пинок, его защита, казалось, сходила на нет.

Трэвис смотрел с разбитым сердцем. Его глаза медленно закрылись, и он вздохнул в отчаянии. Он знал, что это произойдет. Но видеть, как это медленно разворачивается у него на глазах, было похоже на кошмар.

Киган был осторожен, но явно стремился подскочить и схватить Фредди.

Наконец, Фредди не успел вовремя поднять руку, и Киган прыгнул, чтобы схватить ее. Он схватил Фредди, и сочувственная дрожь пробежала по всей толпе. Они собирались наблюдать за бойней.

Ухмылка Кигана быстро расширилась, когда он повернулся, чтобы сбить Фредди с ног и удушающим захватом повалить его на землю. Но он не смог тянуть достаточно сильно. Тревога мужчины была очевидна, и он посмотрел на Фредди широко раскрытыми глазами, понимая, что полностью проигрывает в состязании по силе.

И тут Фредди внезапно схватил его за запястье. В одно мгновение панический, отчаянный взгляд Фредди исчез, сменившись ухмылкой чистой насмешки. «Думал, что ты меня поймал, да?»

----------

Секрет силы [2]

В одно мгновение панический, отчаянный взгляд Фредди исчез, сменившись ухмылкой чистой насмешки. «Думал, что поймал меня, да?»

Внезапно все тело Кигана поднялось, когда Фредди впечатал его в землю, разбивая камни и взбивая грязь. Воздух вышибло из легких мужчины, и он с трудом сделал болезненный вдох.

«Правда, твоя защита впечатляет». Фредди снова ударил его. «Но ты выбрал не того противника для драки». Он снова ударил его. «Видишь, я сильный». Чтобы продемонстрировать это, он сжал запястье Кигана, и мужчина почувствовал, как его кости согнулись. «Действительно чертовски сильный».

Фредди поднял его, схватил за шею и швырнул лицом в грязный снег. «Каково это, а? Знать, что ты полный неудачник как отец?»

Мужчина кричал, уткнувшись в землю, отчаянно пинаясь, но не мог даже сдвинуться с места.

Фредди вывернул руку за спину, и звук сгибающегося металла раздался под кожей мужчины. «Я помню, у твоего сына тоже были металлические кости».

Внезапно, кольцо хранения мужчины засветилось, и появился меч. Он использовал Гидравлическое Напряжение и оттолкнул Фредди. «Ты кусок...»

Его слова оборвались, когда копье зеленых миазмов пронзило его голову. Там, где коснулась кристаллизованная миазма, тело человека немедленно сгнило, быстро превратив его мозг в суп из отвратительного гноя.

Фредди отскочил назад, удивленный внезапной атакой. Он повернулся лицом к судье, который стоял небрежно, вытянув вперед одну ладонь.

Судья кашлянул. «За нарушение согласованных условий поединка Киган Джем понес наказание в виде смертной казни». Это было так небрежно. Мужчина действовал так, будто он прихлопнул муху в воздухе.

Фредди наконец отвел взгляд от трупа и оглядел окружающую толпу.

Все уставились на него в полном шоке.

Со своей стороны он ухмыльнулся прямо им. А затем его взгляд скользнул на Джину и Таннера.

Они оба отскочили назад, словно получив физический удар от его взгляда.

Не колеблясь, Фредди призвал Кровавое Копье и бросил его в Таннера. Он даже не использовал никаких способностей. Он полагался исключительно на свою физическую силу, и это было все еще слишком разрушительно для человека, чтобы защититься от него. Копье пронзило его сердце, и мгновение спустя он упал на землю, мертвый.

Джина закричала и повернулась, чтобы побежать в другую сторону.

Фредди наколдовал еще одно копье и приготовился его бросить. Но как раз в тот момент, когда он собирался бросить, глава семьи Фоллеров, тощий некомбатант, выскочил перед ней и поднял металлический щит.

Хотя этот человек не был бойцом, это не означало, что он не мог сражаться. Его металл, безусловно, был бы чрезвычайно высокого качества. Но это не имело значения.

Фредди вложил 2 звезды в Гидравлическое Напряжение и Ускоренный Кровавый Снаряд, бросив копье со всей своей мощью. Оно приземлилось на верхнюю часть щита с оглушительным лязгом, вывернув щит из рук мужчины, в то время как копье продолжило срезать верхнюю часть его черепа, выплескивая его мозги. Все, что потребовалось, это мгновение гордыни, и трехзвездный был мертв.

Джина все еще паниковала, прыгнула к Лукасу. Она занесла кинжал ему в шею. «Отойди!»

Фредди посмотрел на судью.

Мужчина едва успел перевернуть ладонь, и в ее центре появился кристаллический сгусток миазмов, который полетел в голову Джины, прикончив ее прежде, чем она успела подумать об использовании кинжала. «За нарушение согласованных условий Джина Таннер понесла наказание в виде смертной казни».

Она упала замертво на землю. Лукас отпрыгнул назад, покрытый ее гниющими мозгами. Он блевал на землю, делая неуклюжие шаги назад и спотыкаясь, шел на свою задницу. Люди, которые были ближе всего к ним, отступили назад, насколько могли.

Фредди посмотрел на паникующего мальчика. «Чего ты ждешь, Лукас?» — спросил он. «Приходи».

Дрожа с головы до ног, Лукас едва сумел оторвать взгляд от женщины. Медленно он встал и пошел. Люди расступились. Даже трехзвездочные держались подальше. Никто не хотел рисковать гневом судьи.

Фредди похлопал Лукаса по плечу и легонько подтолкнул его в сторону Вальхаллы. «Поговорим позже, ладно?»

Молодой человек неохотно кивнул, не глядя на него, и продолжил идти, прямо в толпу совершенно шокированных зевак.

Трэвис наконец вышел из оцепенения и побежал к Фредди. «Фредди! Ты...! Какого черта, мужик? Как?»

Он пожал плечами. «Я настолько хорош. В любом случае, мы еще не закончили».

«Правильно», — сказал мужчина, и в его глазах наконец-то прояснилось. Было ясно как день, что Трэвис никоим образом не верил, что проблема решена, но его лицо выдавало, что он думал, что у них просто немного больше рычагов для переговоров. С новой силой он уставился на оппозицию, расправив плечи и высоко подняв голову.

Фредди хихикнул и покачал головой.

Вся ситуация была в этой странной, нереальной дымке. Отсутствие в течение целого столетия заставляло его чувствовать себя оторванным, как будто он был в теле чужака, живя чужой жизнью, которую он больше изучал, чем испытывал сам. Хотя это было немного некомфортно, это позволяло ему сохранять холодную голову.

Он присоединился к Трэвису, разглядывавшему врагов.

Это было зрелище, богатое мелочами, которые можно было заметить, когда он смотрел. Оставшиеся члены Gem & Faller уже смешивались с остальной толпой. Многие из них выглядели ошеломленными, как будто вся их жизнь развалилась у них на глазах, но они понимали, что скоро им понадобится новая работа.

Так что, возможно, стоит пораньше начать целовать задницы.

Среди нападавших было несколько человек, которых он узнал, к сожалению. Шпионы, вот кем они были. Шестеро из них. Он встретился с ними взглядами первым, и они отвернулись. Затем были оставшиеся трёхзвёздочные.

Он осмотрел их одного за другим, вспоминая все, что знал об их силе и стиле.

Долгое время ни одна из сторон не предпринимала никаких действий.

Некоторые из головорезов шептались между собой, но большие боссы были заняты тем, что пялились на него. Выражения их лиц ничего не выражали.

Как и сказал Тор, эти люди были поистине трусами титанических масштабов.

Даже этот ублюдок Киган, чей труп был занят гнием в грязи, был абсолютным подонком без капли мужества или чести. Он использовал шантаж, чтобы заставить Фредди участвовать в заведомо проигрышном бою. Ну, то, что должно было быть заведомо проигрышным боем, если бы Фредди не был бы конченным.

Фредди чувствовал себя немного странно, стоя там. Его разум работал непривычным для него образом. Он не повзрослел, как это обычно бывает с людьми, через взаимодействие с другими и жизненный опыт. Но, как вино, оставленное в бочке на сто лет, он, безусловно, изменился.

Хотя его биологический возраст был неясным, он действительно прожил 120 лет. Он был спокойнее. Его мысли текли ровнее. Он чувствовал себя более осознанным и менее... глупым. Исчезли безрассудство юности и гормоны, которые заставляли его действовать.

Теперь он задавал вопросы. Как и его оппоненты, он рассчитывал и учитывал обстоятельства.

Во-первых, кто были эти люди? Почему они здесь? Чего они хотели? Что они знали? Что они не знали? Что, по их мнению, он знал и чего не знал?

Мысли кружились у него в голове.

Они были здесь, чтобы избавиться от Вальхаллы. Желательно с минимальными потерями. Фредди был конченным. Насколько конченным, они не знали, но достаточно, чтобы это заставило их отступить.

Достаточно, чтобы они были готовы пойти на компромисс.

Он изо всех сил старался не улыбаться. Он нашел идеальную слепую зону.

Внезапно он шагнул вперед.

Они оживились, и Трэвис тоже. «Что ты...» — крикнул мужчина, но Фредди поднял руку, чтобы остановить его.

«У меня есть для вас предложение», — сказал Фредди оставшимся четырем трехзвездочным игрокам.

Они подняли брови.

«Ты освободишь каждого члена Вальхаллы. Они будут изгнаны и вынуждены переселиться в другие города. Если ты согласишься на это», — он сделал еще один шаг вперед, — «я буду сражаться с тобой в одиночку».

Глаза Трэвиса широко раскрылись. «Фредди…»

«Не надо, — сказал он. — Я сделал свой выбор».

Три звезды переглянулись. Они поняли намерение предложения Фредди. Он сдавался за то, что было фактически казнью, и взамен все, что им нужно было сделать, это позволить Вальхалле мирно распасться. Естественно, они предпочли бы полностью уничтожить Вальхаллу. Но если бы дело дошло до войны, они бы победили, но был риск, что Фредди мог бы утащить за собой еще одного из них.

И они наверняка потеряют часть своих бойцов.

Но все равно ворчание было. Лидер Umbra поднял руку. «Я хотел бы предложить несколько дополнений к условиям. Во-первых, мы должны решить, куда переедут все участники, и они будут вынуждены сменить свои имена».

Это должно было сделать практически невозможным восстановление Вальхаллы. Это было разумным предложением.

Фредди кивнул. «Принято».

«Хорошо. Во-вторых, вы раскроете личности Черепа и убийцы, работающего с вами».

Фредди постарался не реагировать открыто и немного все обдумал. Как эти люди вообще пришли к выводу, что Фредди был связан с «Черепом»? Он постарался не раскрывать ничего, что могло бы их выдать. Что, вероятно, означало, что они строили догадки на основе косвенных улик.

Он долго обдумывал свой ответ, убеждаясь, что вся та чушь, которую он собирался сказать, правдоподобна, затем вздохнул с выражением ужаса на лице. «Слушай, я действительно не знаю, кто этот убийца, о котором ты говоришь, но Череп... разве он уже не ведет с вами дела?»

Генеральный директор Strata и его сын немного отреагировали на это. Они оглядели остальных вокруг себя. С их точки зрения, все остальные вполне могли вести дела с Черепом все это время в тайне. И остальные тоже явно были по крайней мере немного подозрительны к своим коллегам.

«И, говоря о Черепе, я бы с радостью рассказал вам, кто он, если бы знал! Я знаю, что у него где-то в городе есть лаборатория, но я понятия не имею, где именно. Мне кажется, вы, люди, думаете, что я близкий приятель этого парня, но это совсем не так. Я не могу вам помочь».

Лидер Ляпис покосился на него. «Можете ли вы хотя бы поделиться способом, как с ним связаться?»

«Могу, но сомневаюсь, что это будет полезно для тебя. Человек помешан на приватности. Обычно я жду его в заранее определенном месте, прямо на скамейке у семейного ресторана в трех кварталах от центрального прохода. Он подъезжает на фургоне и отвозит меня в свою лабораторию, где бы она ни была, с завязанными глазами. Можешь попробовать, но сомневаюсь, что он ответит». Честно говоря, ему было слишком весело выдумывать эту чушь.

Генеральный директор Grand West Enterprises, человек, одетый в золото с головы до ног, усмехнулся. «И как, на Новой Земле, ты вообще нашел этого человека?»

Фредди пожал плечами. «Я этого не делал. Это он меня нашел».

Четверо из них долго смотрели на него. Затем лидер Умбры кивнул с недовольным ворчанием. Но он явно принял ответ. Он продолжил: «Ладно, тогда. Спасибо за информацию. А теперь, третье и последнее дополнение», — взгляд мужчины стал острым, — «сдайся на казнь без борьбы».

Фредди ухмыльнулся. «Отклонено».

Мужчина поморщился.

«Что не так?» — спросил Фредди. «Ты боишься драться с одним двухзвездным бойцом, когда за тобой буквально все твои лучшие бойцы? Какая гребаная шутка!» — усмехнулся он. «Может, я и не был здесь долгое время, но я полноправный член Вальхаллы!» — он указал большим пальцем себе в грудь. «Ни за что, черт возьми, я не сдамся без боя!»

«Вы уже давите с этими условиями», — сказал генеральный директор Strata. «Не усложняйте все без необходимости».

Фредди хихикнул. «Настаивать на таких условиях? А что, если я вместо этого превращу твою жизнь в ад?» Он обернулся. «Ладно, все! Собирайтесь на тотальную войну!»

Даже Фредди ожидал, что бойцы будут выглядеть нерешительными. Но это длилось лишь мгновение. Через несколько секунд к грохоту дождя и отдаленному грохоту молний присоединились звуки вынимаемого оружия и лязга доспехов. Бойцы Вальхаллы привыкли смотреть смерти в лицо. Они привыкли сражаться, рискуя своей жизнью.

Их нападавшие не были. Нервная энергия поселилась в их рядах, и внезапно трехзвездочные игроки остро осознали, что это будет для них гораздо худшим результатом, чем предложение Фредди.

Лидер клана Ляпис первой подняла руку. «Я голосую за принятие предложенных условий».

Остальные трое были немного нерешительны, но генеральный директор Strata сдался следующим, подняв руку.

Оставшиеся двое покачали головами и тоже подняли руки.

«К черту их!» — крикнул кто-то из Вальгаллы, поднимая оружие. «Ты упустил свой чертов шанс!»

«Да, давайте драться!»

«Трусы! Теперь вы уходите, а!?»

По толпе разнеслись насмешки и скандирования, и волна энтузиазма охватила даже мирных жителей, которые, по-видимому, тоже были готовы сражаться.

Фредди улыбнулся, махнув им рукой. «Держитесь подальше, придурки! У вас есть семьи. Не убивайте себя из-за пустяков».

Толпа внезапно сдулась. Он получил так много противоречивых взглядов. Многие из них были плохого мнения о нем. Многие даже открыто говорили о нем гадости. И вот он здесь. Готовый отдать свою жизнь, чтобы спасти их.

Это, безусловно, оказало огромное влияние на его пиар.

Улыбнувшись, он поднял кулак. «Ты сможешь поблагодарить меня позже», — сказал он. «После того, как я выиграю бой».

Он увидел, как Трэвис прослезился.

Фредди не мог не ухмыльнуться еще шире.

Судья вышел вперед. «Все, кто будет драться, выходите вперед. Все остальные, отойдите в безопасное место».

Нерешительно толпа бойцов Вальхаллы отступила за стены, оставив Фредди в одиночестве. Последним остался Тревис, выглядевший потерянным и извиняющимся. «Мне жаль», — сказал он. «За все».

«Все в порядке», — небрежно сказал Фредди. «Просто идите за стены. Через секунду все закончится».

Мужчина шмыгнул носом и пошел вперед, похлопав Фредди по плечу. «Спасибо. Тебя запомнят».

Фредди на это открыто фыркнул. «Посмотрите на этого чувака, он уже убивает меня. Давай. Отстань от меня. Мне нужно победить в бою». Он повернулся и вышел на поляну.

Что касается сил вторжения, то буквально все были готовы к бою.

«У вас есть двадцать секунд на подготовку!» — сказал судья.

Все нападавшие немедленно зашевелились. Пользователи земного сродства сделали небольшие возвышения для рейнджеров, чтобы те могли лучше видеть Фредди. Мужчины и женщины со щитами стояли перед ними, чтобы защитить их. Несколько человек со святым сродством занялись благословением людей.

Strata, Grand West Enterprises и свободные члены Gem & Faller имели ряд разнообразных участников, но для Umbra и Lapis почти все люди были убийцами темного сродства и мечниками водного или ледяного сродства. Они все были рассредоточены, охранники подняты и их ноги готовы к действию.

А прямо впереди были четыре лидера, держа оружие наготове и применяя упреждающие способности.

Лидер Умбры держал в одной руке короткий меч, а в другой — метательный кинжал. Тени сгущались вокруг него, словно плащ, окутывающий все его тело.

Лидер Ляпис взмахнула своим длинным тонким мечом. Лед образовался поверх ее доспехов, укрепив критические области, а элегантная маска прозрачного льда обернулась вокруг ее лица. Остальная часть ее головы была защищена более грязными и толстыми кристаллами.

Генеральный директор Strata изменил несколько частей своего тела, добавив острые когти к рукам и оленьи изгибы к ногам. Его кожа собралась в жесткие квазичешуйки для защиты. Все тело человека превратилось в машину для убийств.

Генеральный директор Grand West Enterprises призвал оружие — не извлеченное из кольца хранения, а призванное. Это было оружие, наколдованное его талантом, редкое зрелище. И гротескное к тому же. Его оружием была грубая дубинка, перемежаемая отвратительными, зазубренными шипами и с массивным, ржавым кольцом, встроенным в нее. То, что оружие было жутким, не означало, что оно будет непрактичным. Оружие, проявленное талантом, имело всевозможные сверхъестественные свойства.

Фредди осматривал своих противников, отмечая, где каждый находится и что делает.

Казалось, его уничтожат в тот же миг, как начнется бой.

Фредди надел свой Воинский кулон и Кровавое кольцо. Затем он наколдовал свои Багряные кровавые чешуйки и Багряный крылатый щит на обеих руках, снабженные двойными звездами для максимальной защиты.

Его щиты сияли золотыми, блестящими линиями, а три звезды сразу же дали ему жадный взгляд. Особенно человеку, чей талант был оружием.

Всего лишь эта доза уже высосала из Фредди значительную часть его сущности, и еще до начала боя у него осталось всего около 130%.

Время, казалось, тянулось вечно. Привыкнув испытывать столько скуки, внезапный приток стимулов был подавляющим. Он чувствовал себя нервным и возбужденным. Его кровь горела в жилах. Невольная усмешка скользнула по его лицу.

И вот, когда отсчет достиг десяти секунд, он активировал свою духовную способность.

Мир вокруг него, казалось, ускорился с его точки зрения. Обратный отсчет пошел вдвое быстрее, а окружающие шумы, казалось, стали громче. Его тело прошло сквозь время вдвое быстрее, что привело к удвоению эффекта гравитации, вдавливая его ноги в грязь.

Он мог сказать, что они заметили, что он что-то сделал. В свою очередь, он ухмыльнулся. Его голос, который, несомненно, звучал медленно и искаженно с их точки зрения, звучал сквозь дождь. «Я согласился сразиться с тобой», — сказал он, вызывая гигантский сгусток кровавого металла, «но я никогда не говорил, что проиграю!»

----------

Секрет силы [3]

Он мог сказать, что они заметили, что он что-то сделал. В свою очередь, он ухмыльнулся. Его голос, который, несомненно, звучал медленно и искаженно с их точки зрения, звучал сквозь дождь. «Я согласился сразиться с тобой», — сказал он, вызывая гигантский сгусток кровавого металла, «но я никогда не говорил, что проиграю!»

«Начали!»

Его восприятие времени мгновенно изменилось. Теперь все двигалось вдвое медленнее, а он двигался со скоростью молнии. Звук вокруг него стал тише. Он мог различать отдельные капли дождя. Гравитация вдвое ослабила свою хватку на его теле.

Он подбросил огромный кусок металла в воздух перед собой и активировал двойной Удар Цунами, сократив свою сущность до менее чем 100%.

Его правый кулак коснулся металла. Тот мгновенно взорвался. Вся плоть была содрана с его руки, не оставив ничего, кроме сломанных костей.

Он наблюдал, как последствия атаки разворачиваются в замедленном темпе. Трещины быстро распространяются по куску, разбиваясь на части, оглушительный металлический грохот разрывает его уши, ударная волна отбрасывает капли дождя и отправляет осколки по широкой площади в сторону его врагов.

В него летело множество снарядов, заклинаний и других способностей, но, сталкиваясь с бурей кровавых теней и надвигающейся ударной волной, большинство из них разбивались и перенаправлялись, а те немногие, что добирались до него, скользили по его чешуе, оставляя после себя лишь царапину.

Основная часть атаки обрушилась на неподготовленного генерального директора Strata в лоб. Фредди целился в него. С техникой закалки Безграничная Живучесть дуги жизненной близости были идеальной целью для его таланта. И этот человек не был готов к внезапному повороту событий. Атака обрушилась на него, измельчая его тело в кровавые куски, а притока исцеления хватило, чтобы восстановить потерянную руку Фредди.

Затем остальные осколки достигли своих целей. Внезапный, подавляющий всплеск жизненной силы и сущности был достаточен, чтобы понять, что многие погибли в результате атаки, и еще больше были ранены.

Взгляд немного прояснился, и он понял, что все три звезды все еще держат свои щитки. Прежде чем они их сбросили, он прыгнул вперед, активируя Гидравлическое Напряжение с обеими звездами и вызывая мерцающие, прошитые золотом Кастеты Клинки на обоих кулаках. Он нацелился прямо на лидера Ляпис, который был ближе всех к ныне покойному генеральному директору и не смог отразить все осколки. Ее синие одежды были немного окровавлены вокруг бедра.

Он увидел, как на ее лице отразилось потрясение, когда она увидела, как он бежит к ней с, казалось бы, невероятной скоростью.

Лидер Умбры метнул свой метательный кинжал, используя теневые щупальца как своего рода пращу, чтобы отправить его в полет с молниеносной скоростью, и оружие вонзилось прямо в череп Фредди, вызвав ослепительную вспышку боли в его голове, но оно не проникло достаточно глубоко, чтобы нанести ему серьезную травму, и не замедлило его.

Многочисленные щупальца тени последовали за ним, но они не были достаточно быстры, чтобы догнать его или остановить. Лидер Ляпис отреагировал немедленно, заморозив окружающий воздух, заставив снег под ногами затвердеть, а дождь превратиться в ледяные слезы, а затем нацелил идеальный взмах меча на Фредди.

Обжигающе холодная ледяная эссенция хлынула на него, пытаясь пронзить кожу и замедлить его движение, но она была на мгновение остановлена Чешуёй Багрового Дракона, как раз достаточно долго, чтобы он поднял щит предплечья, чтобы защитить себя от атаки меча. Подавление ранга сработало, и даже с блокирующей функцией его щита меч все равно прорезал его руку наполовину. Но он остановился на его кости.

Судя по выражению ее лица, которое медленно перешло в выражение чистого ужаса, она ожидала, что удар пронзит его насквозь.

С широкой ухмылкой он активировал функцию удара на лезвии своего кулака, и все его тело, казалось, ускорилось вперед еще быстрее, и пока она пыталась уйти с пути, она была далеко не достаточно быстрой. Удар пришелся прямо на маску льда — подавление ранга и некая внутренняя концепция сработали вместе, чтобы минимизировать ущерб, но с весом Фредди и скоростью атаки этого было достаточно, чтобы прорваться, ударив ее в глаз и мгновенно убив ее.

Он быстро призвал Кровавый Мститель, который засиял, когда параллельные линии золотисто-желтого цвета пронеслись вверх и вниз по его длине, и повернулся, чтобы бежать к генеральному директору Grand West Enterprises. Он взмахнул мечом, и в этот момент его ускорение прекратилось. Его меч замедлился, позволив человеку поднять свое жуткое оружие, чтобы защитить себя. Только от соприкосновения с деревом, по краю меча распространилась заметная трещина.

Не глядя, Фредди бросился в сторону, полагаясь на Гидравлическое Напряжение, чтобы перенаправить импульс, и это было как раз вовремя, чтобы избежать массы темных щупалец, которые окутали бы его, если бы они коснулись его.

Среди двухзвездных бойцов еще оставалось несколько человек, но мало кто из них был в состоянии сражаться; черт, большинство из них, похоже, даже не понимало, где именно он находится. Даже те, кто не был тяжело ранен, выглядели ошеломленными.

Большинство из них привыкли топтать тех, кто ниже их, или сражаться в жестко регламентированных матчах. Таким образом, психологический ущерб от бессмысленного разрушения Фредди был даже сильнее, чем выстрел из дробовика.

Он снова сосредоточился на приближающемся убийце Умбры, который теперь мчался на него со смертельной скоростью. Мужчина выпустил еще одну массу щупалец, и Фредди замахнулся, разрезая их своим мечом, но они прилипли к лезвию, как живой клей, притупляя лезвие и ползя к его руке. Одновременно он защищался от другого мужчины своим щитом предплечья, который уже был почти весь потрескавшимся.

Неровные, острые шипы дубинки прорвали защиту Фредди, нанеся достаточно повреждений, чтобы сломать его левую руку, даже несмотря на его невероятную выносливость.

Кровь, пролитая от атаки, высвободила свою сущность, которая медленно переместилась в сторону Кровавого Мститель. После такого сокрушительного удара Фредди почувствовал, как его меч напрягся от волнения, готовый отплатить ему тем же.

Он позволил нескольким черным щупальцам обвиться вокруг него, когда он воспользовался возможностью, чтобы нанести мечу мощный рубящий удар сверху вниз. Мужчина поднял дубинку, чтобы защититься, но сила, стоящая за властным мечом, оказалась больше, чем он ожидал.

Фредди мог чувствовать своим талантом, что удар вызвал болезненный шок по всему телу мужчины, и, учитывая, что он выплеснул кровавую пену изо рта, этого было достаточно, чтобы оглушить его. Кровавый Мститель внезапно разломился пополам под силой удара о созданное талантом оружие, и Фредди активировал Удар Цунами, ударив левой ногой прямо в броню, защищающую печень мужчины.

Его нога взорвалась вместе со старым ботинком на ней, и мужчина был отправлен в полет с комичной скоростью, врезавшись в дерево с такой силой, что едва не повалило его. Сущность уведомила Фредди о смерти мужчины.

Наконец, лидер Умбры добрался до него, прыгнув с интенсивной концентрацией, нацелив короткий меч прямо в шею Фредди. Он нанес удар, перерезав критическую артерию, и немедленно принялся наносить безумно точные и резкие удары по каждой открытой слабой точке, каждый из которых нагружал Фредди токсичной эссенцией и распространял щупальца по поверхности его тела, замедляя его и связывая.

Как бы он ни старался, Фредди не мог восстановиться или отступить. Ущерб накапливался. Немного отчаянно, он затвердел в комке крови, покрывая всю свою, все еще сломанную левую руку, а затем использовал ее как щит против атак мужчины — или он сделал вид, что он это делает. На самом деле, как только он наклонил его так, что мужчина не заметил, Фредди запустил Удар Цунами правой рукой, ударив по массе затвердевшей крови, покрывающей левую.

Вся его левая рука взорвалась, отправив шрапнель прямо в убийцу Умбры, прорвавшись сквозь густую массу теней, защищающих человека. Этого было достаточно, чтобы лишить человека защиты и обнажить все его тело.

И тогда, с обеими бесполезными руками, Фредди сделал единственное, что он мог сделать. На этот раз он позаботился о том, чтобы создать маску из крови, чтобы защитить свой рот. Его глаза широко распахнулись, и он начал скандировать, и как только он это сделал, опытный убийца рефлекторно послал массу черных щупалец, чтобы заткнуть его. Они бессильно столкнулись с маской, защищающей лицо Фредди.

На короткое мгновение, впервые с тех пор, как они начали сражаться, лидер Умбры замер в панике.

«Ярость Левиафана!»

Костяные челюсти с хрустом сомкнулись вокруг убийцы Умбры, сломав все кости в его теле и убив его на месте.

И на этом последняя трехзвездочная команда была мертва. Но борьба не была окончена.

Каких только всплесков исцеления не было достаточно, чтобы перевесить ущерб, который получил Фредди. Его тело в основном держалось на изношенной розовой ткани исцеления качества первой помощи.

За его спиной закричала женщина, и мгновение спустя бледный меч вонзился ему в спину, не сумев пробить чешую. Он развернулся с помощью Гидравлического Напряжения, ударив ее слепым ударом слева и сломав ей шею. Но она была не единственной. Стрела звякнула о его чешую на бедре, и огненный шар взорвался у него в груди, заставив его упасть.

Ярость. Слезы. Крики возмущения. Его окружали люди, потерявшие своих лидеров и друзей.

Его сущность была крайне близка к истощению. Его руки и левая нога были всего лишь комковатой массой изношенной ткани. Он даже не мог сжать кулак. Медленно он сформировал лезвие-расширение своей правой руки. А затем он бросился вперед.

Многие мышцы его тела были почти бесполезны, благодаря Ярости Левиафана. Но он все равно умудрился обойти меч, чтобы отрубить голову человеку в мантии.

Из того, что видели все окружающие, он был просто ходячим трупом. Толкни его, и он умрет. Сильно уступающий числом и смертельно раненый. Все уже было кончено.

Способности обрушились на него. Стрелы ударили в открытую плоть, почти сбив его с ног импульсом позади них. Мастера боевых искусств наносили ему замораживающие удары, и щупальца тьмы обвились вокруг него.

И все же, как бы сильно они его ни били, он не умирал.

Даже не потрудившись уклониться от удара, он взмахнул рукой с лезвием, без усилий рассекая человека за мечом. Затем, словно вернув себе еще немного подвижности, он развернулся, пронзив голову женщины. И затем он снова двинулся быстрее, ловко отскочив назад и ударив ногой в живот человека в черном одеянии. Удар раздался с резким треском кости и отправил бойца в кувырок.

С каждым убийством его тело собирало по кусочку себя. Это было не так уж много. В конце концов, это был всего 1% от нанесенного им урона. Но этого было достаточно, чтобы его враги заметили.

Этого было достаточно, чтобы потрясти дух каждого, кто стоял на его пути.

Нападающие становились все более отчаянными, их способности становились все более интенсивными, вокруг него вспыхивали вспышки атак с двойными звездами.

Большой огненный шар ударил его, запустив в массу теневых щупалец. Несколько стрел и дротиков ударили по его телу. Толстый слой льда окутал его, и все, у кого было оружие, воспользовались шансом, чтобы нанести ему удар, пробив несколько маленьких отверстий в его теле.

Долгое время нападавшие просто наблюдали, затаив дыхание. Они ждали, что что-то произойдет. Но Фредди, казалось, был неподвижен.

По толпе прокатилась волна облегченных вздохов.

И тут лед тронулся.

«Ни за что…»

«Как!?»

«Продолжайте атаковать!»

«Подождите!» — подгонял его мужчина в черном с поднятой рукой. «Давайте сделаем это по порядку! Сначала — заклинатели льда!»

Оставшиеся бойцы в синих мантиях кивнули. Они сосредоточились, а затем, с той эссенцией, которую они могли себе позволить, послали коллективный леденящий бриз по льду. Он снова затвердел, и на замерзшую оболочку мгновенно опустился слой тяжелого инея. Каждая капля дождя, которая коснулась ее, немедленно присоединилась к льду.

Заключенный Фредди не двигался.

«Он, должно быть, уже мертв», — сказал кто-то.

Внутри льда Фредди пытался пошевелить мышцей. Он чувствовал, как лед медленно пронзает то, что осталось от его багровой чешуи, и если он не начнет действовать сейчас, то замерзнет. Будет слишком поздно.

Он не мог говорить, поэтому использование Кровавой Жертвы было невозможно. К счастью, все убийства восполнили достаточно сущности для отчаянного последнего средства.

Он бросил Удар Цунами. Цель? Его левое плечо. Вода в его теле собралась в одну точку. Он пошевелился совсем немного, ровно настолько, чтобы прижать плечо ко льду.

В следующий момент его плечо взорвалось, полностью оторвав ему остальную часть руки и уничтожив лед, державший его в плену.

«Тени!» — крикнул временный лидер, его голос дрожал от паники.

Прежде чем Фредди успел сделать еще один шаг вперед, его окутала масса щупалец, удерживая на месте. Он боролся с ней, каким-то образом сумев оторвать большой кусок, но не раньше, чем в него попало несколько больших огненных шаров. Взрыв поднял в воздух грязь, пыль и дым.

Такие чрезмерные, масштабные атаки не могли продолжаться вечно. Мало кто из бойцов был на пике второй звезды. Их запасы сущности не были безграничны.

Вокруг них повисла нервозная атмосфера, они с тревогой наблюдали за происходящим.

Мгновение спустя из дыма вышел забоданный Фредди. Его чешуя была чуть больше угля, едва держащегося на его обожженной коже, а его лицо было почти содрано, все его зубы были видны с одной стороны, где отсутствовал большой кусок щеки. Его левое плечо полностью исчезло, как и остальная часть его руки. «Спасибо, что согрел меня», — сказал он, делая еще один шаг вперед, поднимая свою правую руку с лезвием, чтобы продолжить бой.

«Чудовище ёбаное!» — крикнул кто-то. «Я сдаюсь!»

«Я тоже сдаюсь!»

«Стой! Я тоже!»

Как только первые несколько человек сдались, остальные вскоре последовали их примеру.

Обезумев от страха, они подняли руки и опустили головы.

Однако Фредди просто остановился на мгновение. Затем, с мерзкой ухмылкой, он сказал. «Судья. Бой продолжается до взаимно согласованной сдачи… верно?»

Мужчина коротко улыбнулся. Затем кивнул.

«Тогда я отказываюсь». Он снова бросился в драку.

Перед ним раздавались крики возмущения, люди кричали судье о помощи. «Мы сдались! Вы не можете этого сделать! Это просто убийство!»

Со своей стороны, Фредди просто рассмеялся. «Убийство!? Что именно, по-вашему, вы, ублюдки, здесь делали!?» Он полоснул, порезав мужчину в черном поперек груди. «Теперь, когда ты ешь дерьмо, ты хочешь отступить? Завались!» Он пнул мужчину в грудь, выбив весь воздух из его груди и раздавив ему грудину.

Женщина, на которую он нападал, просто тупо уставилась на него, полностью застыв от ужаса. Он обезглавил ее и пошел дальше.

Он по одному отбирал оставшихся в живых. Они сражались до последнего вздоха, но с малым количеством сущности они едва ли могли что-то сделать.

Некоторые из них попытались бежать.

Осколок кристаллизованных миазмов последовал за ним, убив дезертиров прежде, чем они успели уйти далеко. Судья бесстрастно снова пропел: «За нарушение согласованных условий…»

В конце концов, осталось только трое. Трое, которых Фредди намеренно оставил в живых. Предатели.

Мужчина, имя которого он едва помнил — Чарли Кинг — упал от страха и протянул руку. «Пожалуйста! Остановитесь! Мне... мне угрожали». Вокруг его промежности появилось мокрое пятно.

«О, я уверен, что угрожали», — сказал Фредди. Он отбросил удлинитель с лезвием и вызвал Кровавые Кастеты. Затем ударил мужчину прямо в живот. Концепция боли была явно довольно мощной, поскольку мужчина тут же начал кричать так сильно, что его глаза, казалось, вот-вот выскочат из черепа. Мгновение спустя он потерял сознание.

Затем Фредди получил прилив эфира. «Он умер от этого? Жалко».

Двое других мужчин выглядели совершенно подавленными, просто стояли с пустыми выражениями лиц, неспособные проявить даже крупицу боевого духа.

Фредди посмотрел на них. «Двух должно хватить. Я принимаю твою капитуляцию», — сказал он. «Теперь беги. Расскажи всем, что ты видел здесь сегодня».

Они оба энергично кивнули и обернулись.

«Спите с одним открытым глазом», — добавил он.

Они ненадолго замерли, а затем бросились бежать.

Фредди хрустнул шеей. «Ну что ж. Это будет так». Он повернулся к судье, который пристально за ним наблюдал. «Спасибо, судья», — сказал он.

Он был более чем истощен. Количество чужеродной сущности, все еще бродившей в его теле, было чрезмерным. Он все еще чувствовал, как температура его тела постепенно падает.

Судья кивнул с улыбкой. «Мне было приятно».

Вздохнув, Фредди огляделся вокруг. Он посмотрел на свою левую руку. И его Кольцо Крови, и накопительное кольцо были отброшены неизвестно куда, когда он решил превратить свою руку в импровизированный клеймор. К счастью, у него была связь с Кольцом Крови через Кровавую Жертву, так что найти его было не так уж и сложно. Накопительное кольцо было не так уж далеко от него.

Заметка для себя — не взрывайте левую руку.

Он также собрал оставшиеся части своей пропавшей руки. Собрать ее заново с нуля было бы царской болью.

«Мистер Клифф», — позвал судья.

Фредди напрягся, затем повернулся и посмотрел на мужчину.

Честно говоря, он был далеко не счастлив от присутствия этого человека. Но он ухмыльнулся и вытерпел. Он ничего не мог сделать этому человеку, особенно в его нынешнем состоянии. Тем не менее, он был готов активировать Кровавую жертву, если бы этот человек хотя бы подозрительно пукнул.

«Сначала, — начал мужчина, слегка поклонившись, — я хотел бы поздравить вас. А теперь, если позволите, у меня для вас есть несколько подарков».

Фредди изогнул бровь. «Подарки?» Он наклонил голову. «Какие подарки?»

«Я вернусь к этому через минуту. Прежде чем вручить вам ваши подарки, я хотел бы признать, что вы окажете мне огромную услугу, приняв их. Так что в дополнение к подаркам я буду вам обязан и личной услугой».

Фредди зарычал на это. «В чем подвох?»

«Улавливаешь?» Мужчина усмехнулся. «Ну, я получу повышение, если ты примешь мое предложение».

«Что произойдет, если я скажу «нет»?»

«Я буду весьма разочарован».

«И это все?»

Мужчина кивнул. «И это все».

«А что будет, если я скажу «да»?» Он прищурился.

«Вы получаете что-то очень приятное».

Фредди застонал. Он чувствовал, что этот человек намеренно выражается неопределенно. «Могу ли я хотя бы увидеть, что вы предлагаете?»

Судья с энтузиазмом кивнул. «Конечно». Мужчина вытащил из кармана кольцо для хранения, на мгновение сосредоточился на нем и бросил его во Фредди.

Фредди поднял кольцо и заглянул внутрь. Там было несколько бутылочек с люминесцентной жидкостью, какой-то порошок и бутылочка с таблетками. Само накопительное кольцо тоже было довольно большим, около 0,8 кубических метров.

«Немного лекарств», — сказал мужчина. «Учитывая, что вы знакомы с мистером Черепом, я предполагаю, что вы получите надлежащее лечение, но я все равно хотел бы убедиться, что вы поправитесь как можно лучше. Это была довольно интенсивная битва, и никому не пойдет на пользу, если вы будете страдать от постоянных последствий».

Фредди кивнул. «Спасибо». Он спрятал кольцо для хранения в то, что осталось от его кармана.

«А в качестве второго подарка вы официально свободны покинуть Северный пояс».

Глаза Фредди расширились. «Что? Правда?» Он немного запаниковал. «Я должен?»

«Нет, нет, абсолютно нет. Никто не обязан уходить, пока не достигнет пика третьей звезды. Таков закон. Вы просто вольны уйти, когда захотите. Просто нанесите мне визит, и я организую его для вас. Вы также настоящим приглашаетесь в обширный список имперских организаций, но, ну, мы более подробно обсудим это, когда вы, наконец, решите уйти».

«Угу. Ну, спасибо, я думаю. Это все?»

«Нет. Есть еще одна вещь, которую ты должен сделать», — сказал мужчина, неопределенно махнув рукой в сторону. «Репентава».

Фредди поднял бровь. «А как насчет Репентавы?»

«Это твое».

----------

Секрет силы [4]

Фредди поднял бровь. «А как насчет Репентавы?»

«Это твое».

«Что мое?»

«Репентава. Город.»

Он моргнул. «Не уверен, что понимаю».

Мужчина рассмеялся. «Город Репентава с сегодняшнего дня — ваша собственность. Естественно, если вы решите принять ее».

«Что? Ты шутишь».

«Ни в малейшей степени».

«И что это значит?»

«Это значит, что теперь вы владеете городом Репентава».

«Как по закону? Это все мое?»

Мужчина пожал плечами. «Все, что принадлежит городу, теперь принадлежит вам. Это включает в себя всю принадлежащую городу недвижимость, в том числе изрядное количество соседних земель, большую часть налогов и даже местный вход в межпространство».

«И в чем же тогда подвох?» — спросил Фредди. «Не поймите меня неправильно, но я просто отказываюсь верить, что получаю целый город без всяких условий».

Мужчина улыбнулся. «"Загвоздка", мистер Клифф, в том, что вы явно не знаете, как работает Империя». Выражение лица мужчины внезапно стало серьезным. «Оглянитесь вокруг. Вы убили всех, у кого была хоть капля права бороться за власть в этом городе. Притом зрелищным, ошеломляющим образом». Мужчина покачал головой. «Когда-то были времена бессильных лидеров, тех, кто пытался править железным кулаком, держа всех, у кого была власть, под каблуком».

«Но миром архилюдей невозможно управлять абсолютно. Это наша императрица произвела революцию в философии власти и позволила империи вырасти до таких размеров. На самом деле все довольно просто: если у кого-то есть власть что-то отнять… просто отдайте это ему».

Фредди стиснул челюсти. «И что тогда? Мне разрешено делать с ним все, что я захочу?»

Мужчина кивнул. «Все, что угодно».

«Если бы я захотел сжечь его, содрать кожу с горожан и превратить их трупы в чучела, которые можно было бы поставить по большому кругу вокруг города, смог бы я это сделать?»

Мужчина пожал плечами. «Конечно, если вы так хотите».

«И ты действительно не остановишь меня?»

«Моя работа не в том, чтобы останавливать вас».

«Зачем? Что же вы тут делаете, а? Разве вы не высший авторитет в области права?»

«Моя работа, по сути, заключается в том, чтобы делать людей, подобных вам, счастливыми, мистер Клифф». Он пожал плечами. «Вы просите о привязанных условиях и невидимой зацепке, но это довольно просто. Вы могущественны. И очень, очень талантливы. Я даю вам этот город, чтобы привязать вас к империи. Вам разрешено сжечь его дотла. Но вы этого не сделаете. Налоги сделают вас невероятно богатыми. Вы, вероятно, будете стараться изо всех сил, чтобы помочь городу расти и процветать.

«Если на него нападут, вы будете его защищать. Если на него нападут террористы, вы их остановите. Вы будете бороться за снижение преступности и расширение возможностей. Город будет процветать под вашим правлением».

«Как вы можете быть так уверены?»

«Потому что именно так и происходит в подавляющем большинстве случаев».

«Это действительно так?» — спросил он, криво усмехнувшись. «По моему опыту, те, кто у власти, торгуют гражданами, как скотом, и издеваются над всем и вся, до чего могут дотянуться своими скользкими ручонками».

«И все же я замечаю явную нехватку городов, сгорающих дотла. Как любопытно».

Фредди зарычал. Затем он сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться. Не было смысла враждовать с этим человеком. Борьба сделала его слишком жадным до конфликта. «Ладно. Допустим, город мой. Как, черт возьми, я буду им управлять? Я ничего не знаю об управлении».

«Тогда назначьте того, кто это сделает! Если они плохо справляются, замените их». Мужчина усмехнулся. «Послушайте, мистер Клифф. Я буду честен с вами — вы достаточно талантливы, чтобы стать Повелителем. Империя даст вам много вещей, чтобы заслужить ваше расположение. Потому что если мы этого не сделаем, это сделают наши враги. Вот так просто. Но помните, если вы проявите хоть какое-то намерение стать нашим врагом», — его глаза сузились, — «вы можете предсказать, что будет дальше».

«Я понимаю».

Его бесило до безумия, сколько смысла говорил этот человек. Это казалось неправильным. Почему в этом мире все по принципу «победитель получает все»? Это было неприятно. Невероятно. Но его гнев на этот факт уже угас. Он взглянул на существо, которое все это начало. Он увидел принципы, на которых функционировал этот мир.

Он знал, что может доверять слову этого человека.

Не потому, что этот человек заслуживал доверия.

А потому, что он сказал чистую правду.

У кого была власть, у того было всё.

Фредди знал это уже очень давно.

Но только теперь он понял, насколько это правило было фундаментальным. Можно даже сказать, что это зерно, на котором топор правления раскалывает мир.

«Хорошо, — сказал он. — Я принимаю город Репентава в свою собственность».

«Я рад, что вы готовы сотрудничать, мистер Клифф, но хочу прояснить: принимаете вы это или нет, это уже ваше».

Фредди фыркнул. «Понятно».

Если бы это была игра, он бы в неё играл. Потому что теперь у него была власть. Он заслужил своё право менять вещи. И он сделает именно то, о чём мечтал всю свою чёртову жизнь.

Он достаточно долго жаловался на правящий класс.

Теперь пришло время смириться или заткнуться.

Судья подошел к нему и протянул ему бумагу, попросив его подписать ее.

«А теперь», — сказал Фредди, глядя на свое изуродованное тело. «Если вы меня извините, мне нужно идти, а не умирать».

«Конечно». Мужчина повернулся, чтобы уйти, но затем остановился. «О, и пожалуйста, если вы увидите мистера Черепа, скажите ему, чтобы он связался со мной. Я дам ему отличную цену за его продукцию».

«Конечно», — сказал Фредди и повернулся, чтобы уйти.

«И последнее предупреждение». Голос мужчины понизился до шепота. «Остерегайтесь того, кто убил вашего друга. И этот человек, скорее всего, не единственный, кого вам следует опасаться. Полагаю, теперь, когда вы владелец города, многие бросят вам вызов».

Фредди нахмурился. «А если меня убьют, кто-то получит город?»

Судья улыбнулся. «Скорее всего, нет».

«Скорее всего?» — рассмеялся Фредди, покачав головой. «Спасибо за предупреждение».

«В любом случае, это не остановит многих от попыток. Не теряйте бдительности».

«Это звучит чертовски утомительно».

«Нахождение у власти часто бывает таким».

«Ну… принято к сведению. Хорошего вам дня, судья. Увидимся».

И вот они окончательно расстались, каждый своей дорогой.

Как только Фредди повернулся к Вальхалле, он заметил людей, выстроившихся вдоль стены. Из того, что он мог видеть, многие были в замешательстве относительно того, что, черт возьми, произошло на самом деле.

Он не мог не улыбнуться, увидев это. Медленно он поднял свой сжатый кулак — ну, скорее грубую массу изуродованной плоти, на самом деле — и поднял его в воздух. Его заявление о победе.

Недоверчивые выражения нахлынули на волну людей, которые не смели верить. А затем раздались громовые крики.

Фредди увидел, как Трэвис перепрыгнул через стену.

«Ты!» — закричал Трэвис. «Ты! Как!?» — он указал пальцем. «Что за херня это была!? Как ты это сделал!?» — спросил он, но затем поднял руку, чтобы остановить себя. «Ладно, давай заведем тебя внутрь». Он осторожно уперся рукой в спину Фредди, поморщившись от количества и серьезности его травм. «Как ты еще стоишь?»

«Едва».

«Тебе нужно, чтобы я тебя понес?»

Фредди посмотрел на него, а затем улыбнулся тем, что осталось от его изуродованного лица. «Просто показывай дорогу. Я все еще могу идти».

Фредди последовал за Трэвисом. Мужчина несколько раз предлагал его понести, но Фредди был далеко не так близок к смерти, чтобы позволить это в присутствии стольких людей.

Когда он пробирался сквозь толпу ликующих членов Вальгаллы, приветственные крики быстро стихли, сменившись шквалом ответных реакций.

Многие плакали и обнимали свои семьи. Многие падали от облегчения, некоторые падали на колени.

Но большинство людей, стоявших там, просто выглядели встревоженными. Тень нависла над толпой. Они были в безопасности, это точно. Однако Тор был мертв. Грядущие дни не будут мирными. Еще долго.

Для Фредди это произошло столетие назад. На самом деле труп Тора даже не успел остыть.

У некоторых, в том числе и у Трэвиса, возникли вопросы.

Фредди отвезли в лазарет, где несколько целителей Вальхаллы работали над его ранами. Он также принял часть лекарств, предоставленных судьей. Это были чертовски ценные вещи, на самом деле. Самая большая бутылка была полна целебного зелья сверхъестественного качества. Он использовал его экономно.

Он не полагался на 1% Вампиризма по понятным причинам. К счастью, воображаемая персона «Черепа» пригодилась бы для объяснения того, как он так основательно восстановился. Но это произошло позже.

Сейчас важно было собрать себя обратно в единое целое. Большинство полученных им ран были довольно неглубокими. Кроме отсутствующей руки, конечно. К счастью, он сохранил части, так что собрать руку обратно было не так уж и сложно.

Было много плоти, которую нужно было вырастить заново с помощью высококачественного лечения, что заставило его использовать немного больше дарованной медицины, чем он бы хотел. В конце концов, он выглядел заметно изуродованным, с многочисленными обесцвеченными участками кожи и странными шишками по всему телу. Но в основном он чувствовал себя довольно хорошо.

Ему также выдали простую одежду — простую белую рубашку и серые спортивные штаны, — но она была намного лучше тех гниющих тряпок, которые он носил до этого.

После исцеления Трэвис прогнал целителей, оставив их с Фредди наедине.

Фредди первым нарушил молчание. «Теперь я владею Репентавой».

Глаза Трэвиса на мгновение расширились, но затем он усмехнулся. «Вот это да. Я удивлен, что судья не отсосал тебе прямо после того, как ты это сделал. На самом деле, если бы ты вежливо попросил…»

Фредди усмехнулся. Между ними снова повисла неловкая тишина.

Трэвис указал на свое лицо. «Ты выглядишь как настоящий маньяк, судя по тому, как ты подстригся и подстриг бороду. Какого черта они были такими длинными?»

Фредди посмотрел ему прямо в глаза. «Это действительно то, что ты хочешь знать?»

Мужчина мрачно усмехнулся. «Нет». Он долго сидел там, явно пытаясь сдержать свой гнев. «Я не знаю, что ты сделал. И мне не нужно знать. Просто скажи мне», — его голос дрожал, — «почему ты не сделал этого до смерти Тора?»

Фредди улыбнулся. «Из-за него. Он сказал мне не делать этого. Он сказал мне, что некоторые вещи не стоят того, чтобы отдавать их ради власти. И я совершил ошибку, поверив ему».

Трэвис сдулся и отвернулся с болезненным выражением лица. «Это звучит как раз в его стиле. Грёбаный мудак», — выругался он, потирая глаза, явно не зная, на что направить свой гнев.

Фредди выглядел спокойным. Собранным. В его мысленном взоре воспоминание о человеке, известном как Тор, было далеким. Но он все еще помнил, кем был этот человек. Что он значил для Фредди. Но время осмысления смерти Тора давно прошло. Теперь все, что осталось, — это старый, уродливый, противный шрам. Тот, который со временем стал слабее.

Тот, который, в отличие от его физических шрамов, останется с ним навсегда.

Он посмотрел на свои руки. Пальцы у него были все согнуты, а кожа вокруг них была болезненного бледно-зеленого цвета. «Кстати, что ты знаешь о правлении?»

Мужчина усмехнулся. «Ты перекладываешь на меня свою работу, я вижу? Ну, Тор научил меня всему, что знал сам. Этого, на самом деле, не так уж много, но, полагаю, я смогу справиться с кое-какой бумажной работой тут и там. И сколько ты мне заплатишь?»

«Дай мне свою руку», — сказал Фредди, затем вытащил из своего кольца для хранения небольшой коричневый пакетик. Он высыпал дозу в руки Трэвиса. «Сделай себе чаю. Выпей его, и ты станешь трехзвездочным».

Мужчина уставился на экстракт розы «Звёздный огонь», затем попытался улыбнуться ему. Но его улыбка была скорее уродливой, искажённой гримасой ненависти и гнева. Он выглядел потерянным и убитым горем. «Почему…? Почему сейчас, когда его здесь нет, чтобы увидеть всё это?»

Фредди похлопал мужчину по плечу. Он ждал рядом с ним, наблюдая, как взрослый мужчина плачет, как ребенок.

Когда Трэвис наконец успокоился, Фредди похлопал его по руке, чтобы привлечь его внимание. «Ты можешь собрать всех? Я хотел бы выступить с короткой речью».

Трэвис кивнул. «Да. Это была бы хорошая идея». Он мельком осмотрел состояние тела Фредди. «Ты уверен, что справишься?»

«Это просто короткая речь. Она меня не убьет».

«Правильно», — усмехнулся мужчина. «Иди в зал, когда почувствуешь, что готов».

«Я сейчас же пойду», — сказал Фредди. «Только поторопись».

Фредди вышел из лазарета и направился в главный зал. Это была большая открытая комната с чем-то вроде сцены и подиума. Он подошел к ней и подождал.

Постепенно члены Вальхаллы вливались в комнату. Он переводил взгляд с одного лица на другое, разочарованный тем, как мало людей он узнал. Он встретил почти всех в Вальхалле. Но, похоже, даже воспоминания двухзвездного не были вечными.

В конце концов собралось большинство.

Фредди вздохнул, постучал по усилителю голоса, чтобы проверить, работает ли он. Он сработал. И звук его шершавого ногтя, стучащего по кристаллу, разнесся по комнате сильнее, чем он ожидал. Он поморщился.

Осмотревшись в последний раз, он начал свою речь: «Как вы все, вероятно, знаете, Тор мертв. Я защищал эээ... эээ... эээ...» Он неопределенно обвел рукой вокруг себя. «Вальхаллу. Вы видели бой, вы знаете, о чем я. Черт, я не создан для публичных выступлений».

Несколько человек усмехнулись.

Он продолжил: «В любом случае. Учитывая, что я подавал большие надежды, мне дали Репентаву. Весь этот город теперь мой».

По толпе разнесся ропот, многие обменивались недоуменными взглядами.

«Да. Совершенно верно. Я владею всем. Ну, по крайней мере, всей городской собственностью. Я мэр — ну, не мэр, а как лорд — но... как... лорд с маленькой буквы. Не как... ну, знаете, тот, для которого нужно быть четырехзвездочным? В любом случае. Хм... Ого, почему это так сложно?» Он рассмеялся, жалея себя. «Слушай, буду честен, я не совсем подготовил речь заранее. Так что я просто скажу то, что у меня на уме». Он на мгновение замолчал, потерявшись в сканировании лиц в толпе.

Как бы слаба ни была его память, у него сохранились некоторые воспоминания о днях, которые он провел, стуча в двери. О том, что он видел тогда. Обычные жизни, которыми жили эти люди.

Он внезапно был поражен реальностью того, с чем он столкнулся. Внезапным бременем, которое он был обременен. Это было неудобно.

«Я... я не очень-то умею быть правителем», — сказал он. «Если бы я начал говорить, что есть... что будет в этих краях, я думаю, все это довольно быстро пошло бы к чертям. И было бы неправильно с моей стороны так поступать. Я мог бы заслужить право на этот город с помощью какой-то извращенной логики, которую использует империя, чтобы давать людям вещи, но я этого не заслуживаю. Этот город принадлежит вам», — сказал он. «Вам, кто много лет трудился, чтобы защитить его». Затем он на мгновение замолчал. «Но я оставлю себе большую часть налогов».

Это вызвало еще один смех в толпе. Но несколько человек нахмурились на него с враждебным выражением лица. Шутка не всем понравилась. Он поморщился. «Не волнуйтесь, я обязательно вложу деньги в город. Я продолжу... э-э... убивать людей? Подождите, это не очень хороший способ выразиться. Я... э-э... я продолжу, вы знаете... я буду рядом, чтобы применить насилие против любого, кто захочет устраивать беспорядки на моей территории».

Многие бросили на него обеспокоенные взгляды.

«Или мирно!» — быстро добавил он. «Если это вариант, по крайней мере. Так что идите ва-банк. Исправьте этот долбаный город. Делайте то, что ты всегда делал лучше всего. Просто, знаете... на этот раз без особого сопротивления».

Мужчина, стоявший в первом ряду, поднял руку. «Что вы собираетесь делать с экономикой?»

Прежде чем Фредди успел придумать ответ, в разговор вмешался другой мужчина: «Вы собираетесь инвестировать в малый бизнес?»

Женщина подошла немного ближе и добавила: «Вы создадите законы против дискриминации смертных!?»

«А как насчет других корпораций, потерявших своих лидеров!?»

«Есть ли планы создать бесплатную государственную школу!?»

«Вы предоставите налоговые льготы людям с детьми!?»

«Станет ли Вальхалла официальной полицией!? Если да, то куда нам следует подать заявку на эту работу?»

Фредди поморщился от внезапного потока вопросов. Запаниковав, он поднял звуковой усилитель. «Я эээ... я не... я не знаю». Он внезапно закашлялся. «О, ничего себе, я внезапно почувствовал себя немного больным». Он помахал Трэвису. «Поднимайся, теперь твоя очередь».

Мужчина усмехнулся, покачав головой. Затем он медленно кивнул и пошел на сцену. Фредди передал ему усилитель голоса. Затем он развернулся и направился к выходу.

«Подожди», — крикнул Тревис, отключая усилитель голоса, чтобы его не услышали другие. «Тебе правда плохо? Тебе нужен кто-то, кто отвезет тебя в лазарет?»

«Просто возьми управление на себя, мужик», — сказал Фредди. «Мне нужно кое-кого проверить».

Мужчина медленно кивнул и повернулся к толпе. Он начал свою речь, звучавшую значительно менее неподготовленной.

Фредди, тем временем, практически выскочил из комнаты. Как только он оказался в пустом коридоре, он несколько раз ударил себя по лицу. «Речь!? О чем, черт возьми, я думал!? Я, выступить с речью? Почему я просто не позволил Трэвису сделать это? Боже, я иногда такой тупой».

Невероятно, как он смущался. Из-за того, что он так долго был вдали от людей, он стал чувствительным к социальной тревожности. Ему просто хотелось заползти в нору еще на сотню лет и умереть.

Преодолевая смущение, он попытался вспомнить, где находится комната Софии.

Он был на удивление спокоен, увидев ее снова. Ну, он знал, чего ожидать. Он видел ее ранее в тот же день, технически. Внимание, спойлер, она все еще была безмозглой. Он сомневался, что с тех пор что-то изменилось.

Причиной, по которой он направлялся к ней, было прежде всего любопытство.

В его воспоминаниях холодная, жесткая информация возвращалась гораздо легче, чем эмоции. Он помнил, кем была София. Что они делали вместе. Но он не мог вспомнить, что он чувствовал к этой девушке. Или почему он вообще так сильно заботился о ней.

Он мог понять, почему он сохранил ей жизнь. Их таланты имели впечатляющую синергию. Они также были друзьями, в некотором роде. Все это имело смысл.

Но он также мог видеть, что с его стороны была какая-то одержимость. И не романтическая. Он мог бы понять, если бы это была просто влюбленность в симпатичную девушку. Но это было не так. И он понятия не имел, что это было.

Он остановился перед ее комнатой, наконец, обнаружив, что колеблется. Когда он толкнул дверь, он испугался, что обнаружит что-то неприятное о себе.

С тех пор, как он покинул подземелье, все казалось... раздражающим. Как будто он пытался завладеть чьей-то чужой жизнью, а чьи-то давно зарытые эмоции были слишком слабы, чтобы по-настоящему определить, чего хотел этот человек.

Вздохнув, он наконец перестал откладывать дела на потом.

Он медленно толкнул дверь.

София сидела в инвалидном кресле, без руки и ноги, другая рука была вывернута под странным углом. Ее кожа была бледно-зеленой, а волосы — тонкими, обесцвеченными.

И она смотрела на него.

Глаза широко открыты.

На ее лице улыбка.

Он тут же почувствовал, как сильный поток эмоций затопляет его разум. Он подумал о той чуши жизни и смерти, которую они пережили. Он вспомнил, как узнал извращенный менталитет другого человека с ужасным воспитанием. Она была сумасшедшей. Другой оттенок того же цвета, что и он. Родственная душа, несущая те же несправедливые шрамы.

И судьба, скорее всего, будет очень похожа на ту, которая его прокляла.

«Со... фиа...?» — позвал он, его голос был хриплым и слабым, а горло сжалось.

«Привет, Фредди», — поздоровалась она. Но это было странно. Ее говор был не таким. Это было не похоже на нее.

Он нахмурился, прищурив глаза. «София?» Он осторожно шагнул вперед.

«А», — сказала она, качая головой. «Нет. Тот, с кем ты говоришь, не твой друг».

----------

Секрет силы [5]

Он нахмурился, прищурив глаза. «София?» — спросил он, осторожно шагнув вперед.

«А», — сказала она, качая головой. «Нет. Тот, с кем ты говоришь, не твой друг».

Фредди замер. Глубокий гнев закипел в его животе, и он немедленно призвал Кровавого Мстителя. Оружие материализовалось с агрессивным лязгом, и он медленно опустил его в стойку, крепче сжимая длинную рукоять. «Кто ты, черт возьми?»

«На твоём месте, я бы лучше положил эту штуку», — сказал человек, говорящий через Софию. «Если ты все еще хочешь вернуть своего друга, конечно».

На долгое мгновение мысли Фредди закружились. Затем его глаза расширились, когда он осознал нечто ужасное. «О, черт! Ты же Сильвер Харт, не так ли!?» Он нахмурился, злясь на себя за то, что не понял, что с ее состоянием что-то не так.

Глаза Софии расширились. «Любопытно. Что меня выдало?» Сильвер Харт наклонил голову Софии, но она была немного неустойчивой. Казалось, он был неспособен плавно манипулировать ее телом. То, что позволило мужчине забрать ее тело, было нестабильным.

«Ты уже пережил одну казнь. А у меня мало догадок», — сказал Фредди. «Так это был захват тела, да? Разве это стоит потери конечности навсегда?» Фредди сделал шаг вперед, готовый зарубить человека при малейшем признаке враждебности. «Это чертовски сильная способность духа».

«Уникальное сродство, на самом деле», — пояснил Сильвер Харт. «Не то чтобы это действительно имело значение».

«Это круто. Теперь назови мне хоть одну причину не убивать тебя», — сказал он, слегка приподняв меч и сделав еще один шаг вперед, и наконец приблизившись достаточно близко, чтобы обезглавить Софию одним взмахом запястья. «И поторопись. Мое терпение на исходе».

«Я все еще могу вернуть тебе твоего друга», — сказал мужчина.

«Заманчивое предложение», — сказал Фредди. «И все же я не склонен доверять тебе».

«Но я знаю, что ты доверишся». Мужчина скривил ее лицо в ухмылке. «Я... нет, мы присутствовали все те разы, когда ты усердно заботился о нас».

Фредди стиснул зубы.

Мужчина продолжил: «Все эти часы, которые ты потратил, пытаясь вернуть ее здоровье. Ты действительно собираешься сказать мне, что ты готов пожертвовать ее жизнью в одночасье? Я знаю, что ты этого не сделаешь. Если бы ты не был готов к переговорам, ты бы уже убил меня».

Фредди заколебался. «Дай угадаю — ты хочешь вместо этого забрать мое тело?»

«Хотя я бы с радостью принял предложение, я уже знаю, что ты на него не согласишься. Из того, что говорят мне ее воспоминания, ты далеко не так бескорыстен».

«Но ты же хочешь новое тело», — уверенно предположил Фредди.

«Ты умный ребенок».

«Этого не случится, приятель». С новой решимостью он отвел меч назад, готовый замахнуться. «Она не хотела бы, чтобы я пожертвовал кем-то ради нее».

«Мне не нужен живой человек».

Фредди снова заколебался, и на этот раз ему пришлось бороться с желанием не опустить меч.

Сильвер Харт улыбнулся. «Видишь ли, ритуал, который я провел, чтобы обезопасить свою жизнь, довольно ограничен. Я должен был бы с легкостью овладеть телом этой девушки. И я бы это сделал, если бы тело не было без сознания так долго. Теперь мы две души в одном сосуде, обреченные продолжать бороться за свое место и все же неспособные когда-либо выйти победителем». Он поднял руку Софии. Над ней парил серый туман — это была Искра Нежити. «Потому что граница между мной и ею больше не такая четкая».

Глаза Фредди расширились от увиденного. «Какого хрена ты используешь ее талант!?»

«Я же говорил тебе. Наши души больше не полностью разделены. Однако в данном случае это может быть удачным совпадением». Насмешливая улыбка, которую мужчина натягивал на ее лицо, исчезла, когда он стал серьезным. «Все, что тебе нужно сделать, это принести мне недавно умерший труп. Пока в нем еще есть живые клетки, я могу использовать талант этой девушки, чтобы полностью реконструировать тело».

Затем лицо Софии исказила болезненная ухмылка. «Целое человеческое тело без души. Ужасная, ужасная сила у этой девушки. Но полезная в данном случае. С моим ритуальным сродством я наконец смогу разделить наши души и освободить нас обоих от этого затруднительного положения. Мне просто нужен чистый лист, чтобы двигаться дальше. Ты вернешь своего друга, и я оставлю тебя в покое. Разве это не звучит как идеальная сделка?»

Фредди оставался там несколько долгих мгновений, его разум бурлил, а сердце быстро билось. Этому человеку нельзя было доверять. Однако это не означало, что не осталось никакой надежды. С преувеличенным вздохом он опустил меч и осторожно отступил назад. «Тебе повезло с моментом».

«Это не удача», — заявил Сильвер Харт. «Я вижу глазами этой девушки, что окружающий воздух полон жизненной эссенции. Человеческой жизненной эссенции. Рядом пролилась кровь. Много. Я решил, что это хороший момент, чтобы напрячь свою душу и ненадолго взять верх. Кстати, тебе стоит поторопиться. Я не могу продолжать это вечно. И если я снова потеряю контроль, есть риск, что мы действительно сольемся в одного человека. И поверь мне, ты бы не хотел, чтобы это произошло».

«Еще один вопрос, прежде чем я уйду: как я узнаю, что ты мне не лжешь?»

«Поверьте, я бы хотел сделать лучше, но все, что я могу сделать в этом состоянии, — это дать устное обещание. Но если это поможет, эта девочка — мой потомок. И я не отказываюсь от жизни своих детей без веской причины».

«Забавно, что ты так говоришь», — сказал Фредди. «Я помню, как видел, как они умирали десятками».

«На то есть веская причина».

Фредди сделал долгий глубокий вдох. «Хорошо. Скоро вернусь».

«Пожалуйста, поторопись. И корми свою маленькую искорку нежити, пока ты там. Она мне понадобится».

Фредди повернулся и вышел из комнаты.

Это был бы морозный день в аду, где Фредди поверил бы всему, что сказал бы один из самых позорных людей на свете. И если бы они играли в эту игру, он бы сделал первый шаг.

Как только он выбрался наружу, где повсюду были разбросаны брошенные им тела, он поискал кого-нибудь особенно мягкого, желательно без особой закалки.

Тот, кто легко погибнет от одного удара.

Он остановился на невысокой женщине, которая, похоже, была заклинателем чего-то, скорее всего, огня. Она умерла от осколка крови прямо в лоб, скорее всего, в самом начале боя.

Это означало, что ее лоб действительно был довольно хрупким.

Он приложил палец к ране, затем применил Поглощение Крови. Он продолжил осушать все ее тело, оставив пустую оболочку. Затем он заменил ее кровь своей, затвердев во всей ее сердечно-сосудистой системе.

Если бы она была жива, она бы не смогла пошевелить ни одним мускулом. И он знал по опыту, что даже высшее исцеление не было лучшим средством для решения таких проблем.

Идеальный.

Накормив свою искру нежити, он оттащил тело обратно в комнату Софии. К счастью, Трэвис все еще болтал, поэтому никто не видел, как Фредди тащил труп по коридору.

Как только он вошел в комнату, он бросил его на пол.

Сильвер Харт на мгновение бросил на него взгляд, заметно выразив недовольство в глазах Софии. «Я бы предпочла тело мужчины».

«Это было одно из немногих тел, которое не было буквально разорвано на части. Нищие не могут выбирать».

Серебряное Сердце вздохнуло. «А как же искра?»

Фредди вытащил его из кольца и разрезал пополам.

«Я хочу все целиком», — потребовал Сильвер Харт.

Фредди покачал головой. «Я не уверен, что могу доверять тебе, что с Софией все будет в порядке. И я не хочу терять искру. Она мне очень полезна».

«Ты что, принимаешь меня за слабака? Я хочу все, сказал я, и ты мне это дашь».

Фредди ухмыльнулся. «Воспоминания Софии должны сказать тебе, что я более чем достаточно эгоистичен, чтобы закончить на этом».

Сильвер Харт нахмурился. Очевидно, он согласился. Что, честно говоря, немного задело чувства Фредди.

Фредди усмехнулся. «И половины будет более чем достаточно, чтобы полностью исцелить это тело», — солгал он. «Она была убита одной раной прямо в лоб. Даже десятой доли искры хватило бы для этого».

Сильвер Харт вздохнул, явно взвешивая свой выбор. «Ладно». Мужчина извлек захваченную искру нежити, отбросив в сторону уже тающую массу органики, а затем медленно вытащил тело Софии из инвалидной коляски и подвел к мертвой женщине. Затем он посмотрел на Фредди. «Не мог бы ты дать мне немного места?»

«Конечно», — сказал Фредди, отступая на несколько шагов. Он небрежно заложил руки за спину. Затем, тихо, он наколдовал Кастет Клинок на своем правом кулаке.

Он наблюдал, как Сильвер Харт медленно положил руку Софии на тело. Затем труп быстро зажил. Было довольно жутко смотреть. И честно говоря, это без сомнений перевело талант Софии в категорию нелегальных.

Сильвер Харт начал применять способность. Это, несомненно, было продуктом уникального сродства, о котором он говорил. Он скандировал странные… звуки. Их нельзя было описать словами. И с каждым мгновением собиралось все больше и больше символов. Некоторые прикрепились к телу Софии, другие прикрепились к трупу на земле.

Прошло несколько секунд, и когда песня ужасного жертвоприношения подошла к концу, тело Софии безвольно рухнуло на пол.

На короткое мгновение Фредди просто стоял там, каждый мускул его тела был готов к движению, наблюдая за трупом на земле. Затем труп открыл глаза.

Фредди рванулся вперед. Он мгновенно активировал ударную функцию своего Кастета Клинка и применил Удар Цинами, ускорившись прямо в голову Сильвер Харт.

Сильвер Харт заметил его атаку, как и ожидалось от пятизвездочного, он немедленно отреагировал, пытаясь увернуться. Но он не мог пошевелиться. Кровь застыла во всем теле женщины, парализовав его.

Поняв, что он застрял, он открыл рот и издал ужасный визг. Пять звезд зажглись внутри души мужчины, выпустив ослепляющую и подавляющую ауру, и порыв нечестивой сущности нахлынул на Фредди, когда составное проклятие поразило его тело. Он был ослеплен. Он потерял все ощущения в своем теле. Он слышал крики всех, кого он когда-либо знал, молящих о спасении и пытающихся отвлечь его внимание.

Но он не потерял веру. Он не дрогнул. Хотя он не чувствовал своего тела, он верил, что все еще движется вперед, и в эту долю секунды он продолжал, доверяя своему телу, чтобы оно ответило на его команду. По сравнению с тем, чтобы стать свидетелем воплощения самого Безумия, это было ничто!

Мгновение спустя проклятие разрушилось. Оно вытекло из его тела, словно несколько сотен жирных языков, все они издавали неприятный предсмертный вопль. Клочья оставляли кровавые дыры в его коже, вырываясь через гигантские нарывы. Его слух все еще гудел. Глубокий, глубокий зуд все еще терзал его кожу.

Задыхаясь и борясь со слепыми пятнами в поле зрения, он заставил себя посмотреть вниз.

Кончик его Кастета Клинка вонзился прямо в череп женщины, достаточно глубоко, чтобы убить. Вокруг него рассеивались теневые щупальца, несомненно, еще одна неудачная попытка заблокировать атаку Фредди. Вся мебель в комнате была опрокинута, а тело Софии лежало на другой стороне комнаты. Трещины распространились по полу. Рука Фредди разрывалась по швам из-за Удара Цунами.

Но он знал, что лучше не терять бдительности. «Кровопролитие!» — крикнул Фредди, освобождая скелет из эфирной клетки. «В Незер! Скорее!»

Он присоединился к нему мгновение спустя.

Прямо там, где был труп женщины, теперь была черная сфера. Она зловеще парила, издавая глубокий, гудящий гул. А затем, словно воздушный шар, подхваченный легким порывом ветра, она начала двигаться в направлении тела Софии.

«Уничтожь эту сферу!» — закричал Фредди, замахиваясь на нее своей косой-конструктом души. Но когда кончик его лезвия косы ударил, он был отброшен. Как стальной нож, ударивший по алмазу, он не оставил даже царапины. «Дерьмо!» — выругался он, отводя косу назад и готовясь к новой атаке.

К нему присоединился Кровопролитие, стреляя всеми видами кровавых снарядов, от затвердевшей крови до кислотных атак, но ничего, казалось, не сработало. Когда сфера медленно приблизилась к телу Софии, Фредди запаниковал, выскочив обратно наружу. «Блядь!» — закричал он, вернувшись в реальность и подпрыгнув к Софии.

Он не рискнул обойти сферу и подойти к двери. Он просто ударил кулаком в стену с другой стороны, разбив ее вдребезги, а затем выбежал в коридор, неся Софию на плече.

Кровопролитие! — мысленно позвал он. Следуй за этой сферой и продолжай ее атаковать!

Мастер! Сфера становится быстрее!

«О, да ладно!»

Фредди наступил на него, активируя Гидравлическое Напряжение с обеими звездами, чтобы проскочить через коридор. Его разум бурлил, пока он перебирал варианты, и, стиснув зубы, он повернулся лицом к залу заседаний, где находилось большинство членов.

«… и именно поэтому мы собираемся…» Трэвис замолчал, повернувшись к Фредди и нахмурившись при виде окровавленного человека, несущего на плече бессознательную Софию.

«Все!» — крикнул Фредди. «Пожалуйста, идите в Незер. Мне нужна ваша помощь!»

Люди выглядели напуганными, и никто его не слушал.

«Пожалуйста!» — снова закричал Фредди.

«Делай, как он говорит!» — приказал Тревис. «И поторопись!»

Власть Трэвиса развеяла их колебания, и архилюди в комнате расселись — один за другим они спроецировали свои души в Незер.

Фредди опустил тело Софии и присоединился к ним. «Все!» — крикнул он внутри Незера. Некоторые повернулись к нему лицом, но у большинства не было достаточно широкого обзора в Незере, чтобы его слова достигли их. Он стиснул зубы и обернулся, заметив черную сферу. Теперь она приближалась намного быстрее. Времени не было. «Атакуйте эту черную сферу!»

На секунду все замерли при виде зловещего шара. А затем многочисленные проекции душ пришли в движение. Люди бросились вперед, размахивая всевозможным странным оружием.

За сферой Кровопролитие бросило набор кровавых цепей. Они спутались и схватили сферу. Со всей своей силой Кровопролитие потянуло сферу назад, погрузив ее ноги в пол. Оно напряглось, но едва замедлило движение сферы.

Атака за атакой обрушились на сферу. Фредди прыгнул на нее с безрассудной самоотдачей, повторяя взмахи своей косой. Все, что ее касалось, казалось, немедленно отталкивалось. Сфера продолжала тянуться к манекенообразному отражению тела Софии, все быстрее и быстрее, и он знал, что нет смысла пытаться увести ее еще дальше. Даже на такой скорости она легко догонит.

«Кровопролитие!» — закричал он.

Глаза скелета засветились зловещим красным светом. Он потянул за цепи, разворачиваясь в другую сторону. Затем он сосредоточился. Кровавая эссенция собралась вокруг него в вихре. Он сложил руки.

Люди заметили это и отошли в сторону. Мгновение спустя, чрезвычайно сжатая струя кислотной крови врезалась прямо в сферу. На этот раз сфера была отброшена назад. На один метр. На два метра. На три. Затем атака Кровопролития прекратилась. Сфера замерла на мучительное мгновение. Затем появилась трещина. Но в следующий момент струя кислоты прекратилась, и руки Кровопролития упали в сторону.

«Прости, Мастер», — сказал он, растворяясь в тумане и возвращаясь в душу Фредди.

Мгновение спустя проекция с головой собаки врезалась в черную сферу, вонзив топор прямо в трещину. Трещина разрослась, и небольшой взрыв эссенции отправил проекцию с головой собаки в полет.

Сквозь трещину просочился зловещий зеленый свет.

Не колеблясь, Фредди побежал к ней, вонзая косу в дыру. Затем, со всей силой, на которую он был способен, он потянул, волоча проекцию своей души, чтобы расширить шрам. Внезапно трещина начала расширяться. Зловещий свет просачивался со всех сторон.

«Отходим!» — закричал Фредди, и все, включая его, бросились возвращаться в реальность.

Реальность была спокойной. Все просто сидели вокруг, напряженно выглядя. Затем, мгновение спустя, Фредди вернулся в Незер.

Бесчисленные пучки странного сродства, принявшие форму светящихся зеленых символов, распространились по всему Незеру, заняв пространство зала. И посреди них стоял… дух.

Это был долговязый, большой дух с кожей цвета кости, натянутой на то, что выглядело как мумифицированная плоть. В центре его туловища была большая дыра, а в ней на нитях висело серебряное сердце. Дух обернулся, открыв лицо с пустыми глазами и широкой зубастой ухмылкой. «Незер…?» — пробормотал он. «Где я?»

----------

Секрет силы [6]

Дух обернулся, открыв лицо с пустыми глазами и широкой, зубастой ухмылкой. «Незер…?» — пробормотал он. «Где я?»

Фредди медленно приблизился. «Ну… ты больше не в теле Софии, это точно».

Сильвер Харт обернулся, заметив маленькую проекцию жнеца. «А, это, должно быть, тот человек, который убил меня. Хорошая работа. Ты меня хорошо подловил. Знаешь, для двухзвездочного, ты бьешь как грузовой поезд. И твоя ментальная сила поразительна. Из любопытства, как ты вообще выжил, получив удар такого проклятия?»

«Какого черта ты все еще жив?» — парировал Фредди, полностью проигнорировав вопрос.

«Я не, я не знаю». Сильвер Харт посмотрел на свои неуклюжие руки. «Без тела я... просто дух, значит? Замечательно. Я понятия не имел, что такое возможно».

Фредди поднял косу.

Сильвер Харт усмехнулся. «Я действительно стал эфирным конструктом. Я чувствую, что больше не могу лгать». Кулаки проекции сжались, и она повернула голову, чтобы посмотреть прямо в душу Фредди. «Так что знай, что я говорю правду, когда говорю, что я... в ярости». Он сделала агрессивный шаг в сторону Фредди.

Фредди нервно отступил назад. Судя по размеру этого духа, он определенно был на уровне пиковой трехзвездочной мощи. Проекция Фредди была далеко не достаточно сильной, чтобы противостоять ей.

Сильвер Харт сделал еще один угрожающий шаг в его сторону, а затем взглянул на свою руку. «Хотя я хочу лишь разорвать тебя на части, должен признать, мне очень любопытно, что я могу сделать в этой форме. Давайте посмотрим». Внезапно он исчез.

«Блядь!» — закричал Фредди и тут же бросился врассыпную.

Как только он открыл глаза, он столкнулся лицом к лицу с когтистой, костлявой рукой, которая была готова разорвать ему горло. Он отодвинулся в сторону, избегая худшего из повреждений, но этого все равно было достаточно, чтобы проделать большую рану на его коже. Он извернулся и пнул духа, но тот исчез, переместившись в Незер.

«Все! Бегите!» — крикнул Фредди.

Кровопролитие! — позвал он внутренне. Ему нужно было Кровопролитие в Незере, чтобы отслеживать перемещения Сильвер Харта.

Я... Я все еще истощен, Мастер. Мне нужно время.

Глаза Фредди обшарили комнату, и он заметил Трэвиса неподалеку от себя. «Трэви...» — его слова оборвались, когда он заметил, как Сильвер Харт появился прямо рядом с гражданским и протянул когтистую руку, чтобы схватить его.

Фредди тут же призвал Кровавое Копье и метнул его со всей силы, которую мог собрать, но прежде чем оно достигло цели, дух снова исчез в Незер. «Чёрт возьми! Как часто он может так перемещаться!?» Он повернулся к Трэвису. «Помоги мне!»

Трэвис кивнул с мрачным выражением лица. Они оба остановились и вошли в Незер.

Как только появился Фредди, Сильвер Харт бросился прямо на него.

«Трэвис!» — закричал Фредди, блокируя атаку когтей своей косой, из-за чего руки его проекции едва не расцепились, и Трэвис появился в своей проекции с собачьей головой, размахивая большим топором.

Сильвер Харт уклонился от атаки и снова бросился на Фредди, заставив его покинуть Незер.

Но Трэвис все еще был там, поэтому Фредди снова вошел в Незер, чтобы помочь ему, но только для того, чтобы заметить, что Сильвер Харта там больше нет. «Черт!»

Он вернулся в реальность как раз вовремя, чтобы дух успел вонзить свою когтистую руку ему в грудь, схватив его сердце. Он явно пытался вырвать его, но Фредди был недостаточно мягок, чтобы это было особенно легко.

Он видел, как лицо духа исказилось от шока. И прежде чем он успел вытащить руку, Фредди призвал Кастет Клинок и ударил его с ускорением. Сильвер Харт явно пытался вернуться к Незер, но он слишком много ходил туда-сюда.

Духи могли делать это лишь ограниченное количество раз.

Атака Фредди достигла цели, и его удар пробил туловище Сильвер Харта насквозь, вырвав небольшой кусочек ауры.

Он снова исчез.

Фредди насторожился.

Тревис вдруг резко вдохнул, потом схватился за грудь. «Иисусе...! Я думал, что умер!»

Двое мужчин подождали несколько секунд, ожидая, что он появится снова. Но этого не произошло.

Фредди отпрыгнул на несколько шагов назад, следя за тем, чтобы положение его тела не было обнаружено в Незере и не выдало его местонахождение, а затем выглянул.

Сильвер Харт исчезл.

Он лихорадочно огляделся и заметил слабую тень, выходящую за пределы его восприятия.

Он тут же вернулся в реальность и побежал. «За мной, Трэвис!»

Мужчина последовал за ним. «Что это за дух, черт возьми!?»

«Долгая история! Кровопролитие!» — крикнул он, и через мгновение скелет появился рядом с ним. «Ты можешь сражатся?» — спросил он.

«Я немного восстановил энергию».

«Мне нужно, чтобы ты отслеживал его местонахождение в Незере!»

«Я могу это сделать». Кровопролитие исчезло.

«Фредди, что за фигня!?» — закричал Трэвис. «Что это за скелет?»

«Связанный дух!»

«Как он может войти в Незер!?»

«Сейчас на это нет времени!»

Хозяин, голос Кровопролития раздался в голове Фредди. По ту сторону стены впереди тебя!

Фредди щелкнул языком, ударил ногой стену, пробив ее насквозь и оказавшись в коридоре. Множество людей лихорадочно бегали вокруг, женщины и дети кричали от внезапного появления Фредди. Он вошел в Незер, только чтобы обнаружить, как Сильвер Харт движется сквозь стену с другой стороны.

Он также ударил ногой по этой стене.

Слева от тебя, Мастер!

Фредди развернулся и пробил еще одну стену.

Вверх через потолок!

Он поднял глаза, подпрыгнул и ударил кулаком, чтобы создать дыру. Она была недостаточно большой. Ему пришлось использовать Удар Цунами, чтобы закончить работу, затем он подтянулся и нашел другой коридор.

Снова вверх!

Фредди снова прыгнул, снова поднявшись на этаж выше. Он ворвался в пустой офис, и там Сильвер Харт наконец изменил направление.

Хозяин, позади тебя!

Фредди резко развернулся, уходя от когтистой руки, которая едва не вырвала ему глаза.

«Тц!» Сильвер Харт пнул голову Фредди, чтобы оттолкнуть его и создать больше пространства между ними, а затем снова исчез в Незере. Фредди последовал его направлению, пробежав сквозь стеклянную стену, а затем рванув в открытое офисное пространство, опрокидывая столы, пока он продолжал идти в направлении, указанном ему Кровопролитием.

Внезапно Кровопролитие появился в реальности, подняв руки в защитной стойке. «Прошу прощения, Мастер! Эта атака убила бы меня!»

«Где оно!?» — закричал Трэвис, наконец пробравшись через последнюю дыру, созданную Фредди.

Фредди вошел в Незер, чтобы проверить. Но там он ничего не нашел. Он вернулся в реальность, а затем сразу же обратился к Кровопролитию. «Куда он делся!?»

«Я не знаю, Мастер!» — закричал он, а затем вернулся обратно в Незер, чтобы продолжить охоту. Секунды тянулись, отсчитывая одну за другой.

Один.

Два.

Три.

Кровопролитие хранил молчание.

Ты в порядке, Кровопролитие!?

Со мной все в порядке, Мастер, но я потерял счет времени.

Фредди повернулся направо, глядя на большое окно, ведущее наружу. Он едва ли колебался мгновение, достаточное для того, чтобы его интуиция отреагировала, и в следующий момент он рванул к окну, выпрыгивая из него головой вперед.

Он обнаружил себя летящим по воздуху снаружи, осколки стекла смешивались с каплями дождя вокруг него. Его глаза были широко открыты, когда он падал, уставившись на грязную землю хорошо утоптанной земли позади здания с высоты нескольких этажей. После секунды падения он покинул свое тело, снова войдя в Незер.

Как только он вошел, его тело исчезло. Оно все еще двигалось, поэтому его не было видно в Незере. И там, даже не на расстоянии вытянутой руки от него, падал в воздухе Сильвер Харт с сосредоточенным взглядом на искаженном лице своего духа.

Прежде чем Сильвер Харт успел заметить внезапное появление Фредди, Фредди взмахнул своей косой, заведя её за шею Сильвер Харт и потянув. Сильвер Харт завизжал, пытаясь отбиваться, но внезапная атака застала духа врасплох. Вспышкой он снова исчез из Незере.

Фредди запаниковал, обратив взгляд вниз, где его тело наконец коснулось земли и появилось снова, остановившись.

Он сосредоточился и позволил себе упасть как можно быстрее, и как только он коснулся тела, он вернулся в реальность, где почувствовал, как коготь Сильвер Харта вот-вот перережет ему позвоночник.

Внезапно осколок крови выстрелил, ударив духа в бок его головы и сбив его с ног. Он застонал, споткнувшись, и Фредди завел руку за спину, схватил его за ногу и, развернув, швырнул на землю. Человек-превратившийся-в-духа, все еще был полон энергии, и он развернулся, схватив руку Фредди, чтобы оторвать ее и освободиться от титанической хватки.

Но в следующий момент пара ног врезалась прямо в голову духа, впечатав ее в землю. Трэвис на мгновение пошатнулся от падения, пытаясь справиться с ударом, но он восстановил равновесие, ударив массивным мечом по спине Сильвер Харта, оставив глубокую рану.

Дух издал противный, леденящий кровь визг. Его сердце внезапно выскочило из дыры в туловище и превратилось в маленькую куклу, которая прыгнула на Трэвиса. Мужчина не был готов к атаке. Несмотря на невероятно маленький размер, удар куклы отправил мужчину в полет в стену, где он ударился головой и упал на землю, ошеломленный и стонущий от боли.

Фредди вскочил на ноги и поднял руку, призывая своего Кровавого Мстителя, все еще держа Сильвер Харта за ногу. Марионетка прыгнула на него и потянулась к его глазу, схватив его и раздавив, как яйцо. Но вместо того, чтобы пошатнуться от боли, Фредди сосредоточился на своем мече, который пошатнулся от желания отомстить.

Сильвер Харт запаниковал и снова попыталось сбежать в Незер, но вместо этого он замерцал.

Дух мог сделать это лишь ограниченное количество раз.

Фредди взмахнул своим Кровавым Мстителем, разрубив дух пополам, прямо поперек его талии. Верхняя половина упала на пол, а ноги мгновенно рассеялись в эссенцию и исчезли.

Кукла, рука которой все еще была в глазу Фредди, снова приняла форму сердца и лениво перевернулась, чтобы снова устроиться в отверстии.

Тяжело дыша, Фредди упал на одно колено, кровь капала по всему его телу. «Слишком много побоев, чтобы выдержать за день».

Сильвер Харт просто остался там, недвижимый, его духовное тело разваливалось на порезанном животе и более мелких ранах. Если бы человек не перескакивал между двумя сторонами реальности так много раз, возможно, этот удар заставил бы его вернуться в Незер.

Трэвис наконец поднялся на ноги, лихорадочно озираясь по сторонам, пока, наконец, не заметил духа на земле. Он одной рукой придерживал свою голову, которая обильно кровоточила, а другой рукой зажимал рану на груди. Ему потребовалось много времени, чтобы осознать происходящее, но когда он увидел состояние умирающего духа, он облегченно поник. «Если у меня сегодня не случится сердечный приступ, то никогда не случится».

Кровопролитие подошло и подняло руку, чтобы прикончить Сильвер Харт.

Фредди посмотрел на него. «Нет причин беспокоиться», — сказал он. «Ты уже потратил слишком много энергии. Возвращайся в мою душу. Эта штука уже мертва».

Скелет кивнул, затем растворился в тумане, хлынув обратно в кольцо и вернувшись в душу Фредди.

Сильвер Харт усмехнулся, заставив Фредди и Трэвиса напрячься. «За все свои годы я никогда не встречал двухзвездного человека, который был бы столь странным, как ты. Воспоминания девушки сбили меня с толку. Ты был фриком даже тогда, конечно. Но теперь ты монстр». Он лежал там молча несколько мгновений. «Я не могу лгать в этой форме, поэтому, прежде чем я уйду, я хотел бы, чтобы ты узнал правду о моей жизни. Ты хочешь меня выслушать?»

«Просто поторопись, — сказал Фредди. — У тебя осталось не так много времени».

«Извините, что прерываю», — сказал Трэвис, делая шаткий шаг вперед. Он поморщился, вероятно, потому, что получил травму, упав с высоты нескольких этажей. Не все были такими крепкими, как Фредди. «Но разве это человек?»

Фредди кивнул. «Да. На самом деле, вы, вероятно, уже знаете о нем. История помнит его как Сильвер Харт».

Трэвис просто сидел, явно не в состоянии переварить слова Фредди. Но когда он это осознал, вся краска внезапно сошла с лица мужчины. Он сглотнул. «Ты же не говоришь о…?»

Фредди кивнул. «Единственный и неповторимый».

Сильвер Харт рассмеялся. «Я заслужил свою репутацию. Я совершил ужасные вещи. Но я не просто какой-то наглый маньяк, как многие любят верить. С самого начала у меня была одна цель — сохранение человеческой расы».

Фредди рассмеялся. «Ух ты. Так ты просто непонятый герой, да?»

«Конечно, нет. В этой забытой богом вселенной нет места героям». Его голос стал горьким и злобным. «Этот мир… эти жалкие порталы… они принесут разумных существ, могущественных и опытных в правилах эфира. И мы будем уничтожены». Он повернул голову, чтобы посмотреть на Фредди. «Я был готов на все. На все, слышишь меня? На все, чтобы получить силу, чтобы дать отпор. И я потерпел неудачу». Он рассмеялся. «Так… так жалко. Я потерпел неудачу».

Фредди покачал головой. «В этом проблема любых средств достижения цели. Если ты умрешь до того, как доберешься туда, тебя просто запомнят как гребаного мудака ».

Сильвер Харт рассмеялся сильнее. «Да. Я согласен. Но кто-то должен это сделать. Иначе не останется никого, кто бы помнил меня». Его пустые глазницы сузились. «Ты был прав, убив меня. Я бы использовал и тебя, и ту девчонку в своих целях. Особенно эту девчонку. У нее есть сила, чтобы совершить реальные перемены. Прежде чем я умру, я оставлю тебе последний подарок».

Внезапно странная сила окутала дух. Его тело, которое уже быстро распадалось, начало делать это гораздо быстрее. «Отдай ей это», — сказал он. «И пусть делает, что хочет. Я заглянул в ее разум». Серебряное Сердце ухмыльнулся в последний раз. «У нее есть потенциал унаследовать мою волю». Его тело взорвалось.

Эфир весь собрался вместе, пучки собрались вместе и кристаллизовались в маленький черный осколок эфира. Он парил в воздухе мгновение. А затем, с мягким шлепком грязи, он упал на землю.

Фредди подошел к нему и поднял его. Это был осколок сродства. Сродства смерти. Он не мог сдержать смех. «Этот психопат… Правда…» Он покачал головой, убирая его в свое кольцо для хранения.

Трэвис просто уставился на него. Казалось, миллион вопросов промелькнул в глазах мужчины. «Кто ты, черт возьми, такой, Фредди?»

«Кто я?» — усмехнулся он. Затем он вздохнул с такой тяжестью, что его дыхание шевельнуло дождь. «Я просто ублюдок, который не может перестать лезть на рожон. Теперь пойдем за моей подругой. Я как бы бросил ее в коридоре».

«Знаешь, я бы тебя отчитал за то, что ты притащил что-то подобное в Вальхаллу», — сказал Тревис. Затем он усмехнулся. «Но я думаю, что ты заслужил сегодня перерыв».

«Эх. Не так уж это и плохо. Никто не погиб», — усмехнулся Фредди. «Считайте это сближающим опытом».

Трэвис ответил нерешительным смехом. «Ладно. Ну, давай двигаться. Люди паникуют».

Они вдвоем вернулись в здание. Оба были тяжело ранены. Внешне Фредди выглядел намного хуже. Он был весь в крови, и у него отсутствовал один глаз. Но пока он шел без особых проблем, Трэвис хромал и морщился при каждом шаге. «Фу, на этот раз я действительно облажался».

«Улыбнись и терпи. Я дам тебе немного лекарства, которое мне передал судья».

«Та забей», — сказал человек. «Скоро я поднимусь на третью звезду. Это должно исцелить такую маленькую травму. Было бы пустой тратой использовать такое драгоценное зелье».

Фредди пожал плечами. «Как хочешь».

Когда они вошли внутрь, их встретило несколько человек, которые бежали с оружием наготове и лихорадочно оглядывались по сторонам. «Где оно!?» — закричала Лара с широко открытыми глазами.

«Мы расправились с ним», — сказал Фредди.

Внезапная волна облегчения затопила толпу. Они немедленно развернулись и побежали обратно по коридору, чтобы распространить информацию и остановить панику.

Фредди последовал за ними, помогая мужчине. Они вошли в пустой зал, только чтобы найти крайне сбитую с толку женщину, без руки и ноги, озирающуюся вокруг в неуклюжем ступоре. Она заметила их, подпрыгнула от увиденного и откинулась на свою единственную руку. «Кто...?» — спросила она.

Фредди просто ухмыльнулся ей. «Привет, София! Давно не виделись».

----------

Секрет силы [7]

В переполненном зале с множеством плавающих платформ, где между людьми, одетыми во всевозможные экстравагантные наряды, велись весьма содержательные, но, казалось бы, непринужденные разговоры, мадам Морлепп была одной из немногих, кто не парил в воздухе. Она покрутила виски в своем бокале, сделав изящный глоток. «Клянусь, у высшего общества развивается аллергия на землю».

Десять мужчин, которые были заняты подлизыванием к ней, разразились смехом, как будто она только что сказала самую смешную вещь в мире.

«Это совершенно верно, мадам! Действительно, некоторым людям не помешало бы быть немного приземлённей».

«Впечатляет, как хорошо вы справляетесь со своим положением, миледи. Если бы у меня была хотя бы десятая часть вашего смирения, мои жены начали бы спрашивать, не заболел ли я!»

«В самом деле, мало кто способен на вашу элегантность и сдержанность, мадам. Императрица мудро поступает, держа вас рядом с собой».

Это было изнуряющее испытание. Теперь ее жизнь была такой изнурительной. Она тосковала по расслабленным дням, когда она сидела в своем маленьком офисе в Питтерсвилле, копалась в отчетах и искала свежую сенсацию.

По мере того как этот забавный вечер продолжался, ей казалось, что это будет очередная пустая трата того небольшого свободного времени, что у нее оставалось.

Затем она почувствовала что-то, что едва не заставило ее выронить стакан.

Она повернула голову и посмотрела на вход. Она не заметила его, но почувствовала его среди толпы.

Фредди Штерн. Он только что вошел в комнату.

Что за...!?

«Прошу прощения, господа», — вежливо сказала она, направляясь в указанном ее талантом направлении. Она нахмурилась, искренне сбитая с толку внезапностью.

Этот ужин мог быть для нее всего лишь утомительной обязанностью, но это было собрание некоторых из самых важных людей в Стархолде, оплоте расширения человечества в межпространстве. Не каждый мог войти.

Ее сердце забилось. Впервые за все время она почувствовала настоящее волнение. Она настраивалась на жизнь мужчины через очень узкую щель, но даже через нее она отчетливо чувствовала почти бесконечное насилие.

На ее лице появилась ухмылка. Как он будет выглядеть? Чего он достиг за это время? Какую невероятную историю он расскажет? Неужели его тело действительно украли? Она чувствовала, как ее пальцы дергаются, держа воображаемый карандаш, пока они писали статью собственными мыслями.

Это был редкий день, когда люди видели, как она двигалась быстрее тектонической плиты. Но в тот вечер она практически пробежала через зал, пока наконец...

Молодой парень, вероятно, лет 20-ти, вздрогнул от ее внезапного появления. Он был коренастым и красивым лицом, но он не был Фредди Штерном. Он тупо уставился на нее, а она уставилась на него с недоуменным выражением.

«О, боже!» — внезапно воскликнул мужчина. «Это, должно быть, мадам Морлепп!» Вмешался пухлый, скользкий мужчина, протягивая ей свою потную руку. Она проигнорировала его. Он посмотрел то на нее, то на мальчика. «О? Ты — ты — боже мой! Мой сын тебя как-то обидел?» — пробормотал он, протягивая сердито руку к мальчику и схватив его за руку, словно собираясь ее вывернуть.

Она посмотрела на мальчика, внезапно осознав что-то. Ее талант дал очень смутный сигнал, и он был локализован где-то в туловище молодого человека. Глаза мадам вспыхнули, когда она поняла, что происходит. «У вас была пересадка органа», — заявила она.

Мальчик усмехнулся. «Ух ты. Да, мадам! Как вы могли догадаться?»

Отец мальчика ударил его по затылку. «Наглость! Это же сама Сгоревшая Плоть! Конечно, она могла заметить что-то вроде... Боже мой, я что, ничему тебя не научил?»

Мадам успокоилась и натянула легкую улыбку. «Простите. Я на мгновение потеряла себя».

Она не могла отрицать разочарования, которое она чувствовала. Но в то же время тайна разожгла ее любопытство, питая ее ненасытную тягу к старому доброму расследованию.

Она открыла рот, заговорив прежде, чем ей даже нужно было придумать, что сказать: «Простите мое неотесанное поведение». Она приятно усмехнулась, скрывая улыбку за поднятой рукой. Ее взгляд стал хищным, и двое мужчин напряглись от явного голода в ее глазах. «Я хотела бы задать вам двоим пару вопросов».

С тех пор, как был уничтожен клан Крэйвен, жизнь Нахара стала казаться пустой.

Он обладал несметным богатством.

Несмотря на то, что он едва обращал внимание на чушь Василиска, он смог заставить деньги работать на себя. И они работали на него. Достаточно хорошо, чтобы ему больше никогда не пришлось работать. Поэтому он баловал себя. Северный пояс был холодным местом. Людям нравилось оставаться в помещениях. Клубы в Оттаве всегда были полны. И он был там все время.

Наркотики и секс составляли ему компанию на протяжении большей части его жизни. И теперь он полагался на них больше, чем когда-либо прежде. День за днем он просыпался с незнакомцами в своей постели. Или как незнакомец в чьей-то чужой постели. Редко это был один человек за раз, и он никогда не помнил, как он туда попал.

Время от времени он выходил в межпространство и сражался. Он редко сражался с чем-то достаточно сильным, чтобы дать отпор. Он был там ради фантазии о власти — чтобы почесать зуд, который он накопил за всю свою жизнь, пока его отец готовил как машину для убийств.

Однажды он проснулся. Он понятия не имел, восходит солнце или садится. Как только он открыл глаза, его охватила глубокая скука. Она парализовала. «А, точно», — сказал он, бормоча себе под нос. «Мне нужно навестить Марка».

Он не любил этого урода с квадратными глазами. Конечно, клан предал Нахара. Но было трудно смириться с тем, что Марк разрушил его дом. Вырезал его соклановцев.

Украл у Нахара возможность сделать это самому.

Он оделся во что угодно, что не слишком плохо пахло. Он не был уверен, его это было или нет. Под одеялами его кровати спали несколько человек, храпевших, когда он направился к выходу. Из туалета вышел голый мужчина, вытирая кровь под носом. Он помахал рукой с приглашающей улыбкой, которую Нахар проигнорировал, продолжая идти.

До комнаты Марка пришлось добираться недолго. Он позвонил в звонок, и через мгновение двери открылись, позволяя ему войти.

Марк отдыхал на диване и выглядел немного бледным.

Вид оборванца вызвал у Нахара детскую радость. «Привет, Марки Му. Слышал, ты здорово облажался на задании».

Марк фыркнул. «Я не хочу ничего слышать от тебя, неудачник. С тем, как ты заржавел, ты бы потерял голову, сражаясь с маленькой двухзвездочкой, не говоря уже о главном блюде».

«Извинени, извинени». Нахар схватил стул и развернул его, сел на него, прислонившись грудью к остальным. Он наклонил голову. «Ты уже избавился от этих уродов?»

«Не твоё дело.»

«Как это может быть не моим делом? Ты продал свою душу какому-то демоническому существу за гранью. Я содрогаюсь, представляя тот день, когда ты внезапно превратишься в зверя и начнешь всех убивать».

Марк улыбнулся. «Этого не произойдет».

«Итак, ты продолжаешь утверждать», — Нахар оперся подбородком на спинку стула, ухмыляясь. «Но я не так уж в этом уверен».

«Если ты пришел сюда только для того, чтобы быть придурком, то убирайся к черту из моей комнаты и дай мне спокойно посмотреть свое шоу».

«Не будь таким. Ты становишься холоден ко мне. Скучно. Где тот забавный маленький младшеклассник, которого я мог бы спокойно запугать?»

Марк фыркнул, решив ответить молчанием.

«Эй, давай выйдем», — предложил Нахар. «Ты и я, как в старые добрые времена».

«Нет, спасибо. Я больше не буду жить как свинья».

«Ух ты. Прямо комплекс превосходства какой-то. Ты меня шлюхой пристыжаешь?»

«Нахар», — резко крикнул Марк. «Ты себя отпускаешь. Предлагаю тебе перестать жарить мозги наркотиками и вернуться к тренировкам. Такими темпами ты никогда не покинешь пояс».

«А что, если я захочу сказать?» Нахар откинулся на спинку стула, оттянув его как раз до предела, где он собирался упасть, но сохранил равновесие. «А что, если мне здесь понравится?»

«Мне плевать на тебя и на то, что тебе нравится. Я просто говорю тебе правду. Гни, если хочешь, мне все равно, просто не вмешивай меня».

«А что, если...» — начал Нахар, но его стул внезапно оторвался от земли и вылетел в коридор. Двери закрылись.

Он цокнул языком. «Хотел бы я иметь такой талант».

Оставшуюся часть дня он решил не торопиться. Марк был придурком, но он не ошибся. Наркотики действительно поджаривали мозг Нахара. Он все время забывал вещи, и постоянное, подавляющее чувство тревоги и ненависти преследовало его везде, куда бы он ни пошел. Хотя последнее могло быть и не из-за наркотиков.

В тот день он долго гулял. Посидел в нескольких кафе, читал газеты. Пошел в театр.

Это было мучительно скучно. Но он сдержался. Один день был не так уж плох.

Какой вред был от того, что его оставили наедине со своими мыслями хотя бы на один день?

В ту ночь он с трудом заснул. Но это все равно его настигло.

И когда это произошло, он обнаружил, что стоит в слишком знакомом коридоре, ведущем прямо в кабинет его отца.

«Что…?» — пробормотал он себе под нос, оглядываясь по сторонам. «Не помню, чтобы я сегодня принимал что-то для сверхреалистичных снов». Он сделал несколько шагов вперед, затем постучал себя по телу. Это казалось реальным. Слишком реальным. Что-то было не так.

Он пошел вперед, приближаясь к каменным дверям, ведущим в кабинет отца. Они начали подниматься, медленно, с фальшивым скрипучим звуком.

Он закатил глаза. Как только появилось достаточно места, он пролез под ними и вошел в кабинет.

Там, в своем обычном офисном кресле, сидел его отец. Ну, явно не его настоящий отец, судя по квадратным зрачкам.

Нахар ухмыльнулся. «Желтый там, папаша! Вернулся из мертвых, чтобы снова на меня наехать? Как мило».

Существо с лицом его отца улыбнулось ему. «Нахар. Я...»

«Ты демон. Ты здесь, чтобы купить мою душу. Бла-бла, слушай, давай опустим чушь и перейдем к делу». Он наклонился над столом, глядя прямо в глаза с квадратными зрачками. «Чего ты хочешь? И что ты мне дашь?»

Лицо его отца исказила широкая ухмылка.

Для Репентавы солнечный день был редкостью. Еще реже температура была выше нуля. Но в те несколько дней, которые можно было бы щедро назвать летом, была вероятность увидеть и то, и другое.

В один из таких дней большое количество людей, одетых в черное, стояло прямо у штаб-квартиры Вальхаллы, наблюдая за похоронной процессией. Рыдания разносились по всему двору. О многих людях, которые заботились. О многих, кто любил Тора Коннела и работу, которую он проделал за свою жизнь.

Среди носильщиков, несущих гроб, был Фредди, темная тень на его лице. Он приблизился к яме, и он, вместе с другими тремя мужчинами, одним из которых был Трэвис, поставил его на землю, чтобы они могли опустить его в землю.

Мужчина, играющий на трубе, увеличил громкость, сделав песню еще более грустной и трогательной.

Женщина, стоявшая прямо над могилой, несла портрет Тора, рыдая. Судя по всему, она была его девушкой. Фредди никогда ее раньше не встречал. Черт, он даже не знал, что она существует.

Они опустили гроб. Они схватили лопаты. Они закопали яму.

Он был прямо посреди главного двора. Статуя была заказана. Она будет установлена прямо на его могиле.

Трэвис оперся на лопату, глядя на слежавшуюся кучу земли с отсутствующим выражением лица.

Фредди стоял рядом с ним.

«Тор однажды сказал, что хочет, чтобы его похороны состоялись в самый унылый день из всех возможных», — сказал Тревис, фыркнув и покачав головой. «Мрачный, дождливый день — желательно с громом, отражающим его уход».

«Он умер в такой день».

«Так и было», — Трэвис натянуто улыбнулся Фредди, а затем повернулся и направился к группе людей, разговаривавших в стороне.

Фредди вздохнул и пошел к той, кто ждал всю дорогу в глубине, вдали от толпы людей. Она стояла в одежде, немного не соответствующей случаю, ее все еще болезненно-тонкие и довольно короткие светлые волосы были уложены в меру возможностей стилиста.

Она неловко помахала ему рукой. «Привет. Все хорошо?»

Он улыбнулся ей. «Все хорошо, София. Как ты себя чувствуешь?»

«Это на самом деле так чертовски удручающе! Я только что вернулась из мертвых, и первое, куда я пойду, — это похороны?»

Фредди рассмеялся. Он подошел к ней и встал рядом с ней, все еще неся лопату. Он воткнул лопату в землю и слегка на нее оперся. Они вдвоем наблюдали, как смешивалась толпа, люди выражали друг другу соболезнования и утешали в трудные времена.

Он все еще был аутсайдером. И, вероятно, всегда им будет. Но это было нормально. Он мог с этим смириться.

Он информировал Софию обо всем, что произошло за время ее отсутствия. А это было все. Он не скрывал от девушки многого. Она уже многое знала о нем, и он чувствовал себя комфортно, имея хотя бы одного человека, с которым он мог поделиться своим истинным «я».

По большей части она восприняла все это довольно хорошо. Ну, правильнее было бы сказать, что она была настолько подавлена всем, что вообще не осознавала этого. Вероятно, это ударит по ней в один прекрасный день. Может быть.

«Что ты хочешь делать?» — спросил он ее.

«Я думал, может, прогуляться. День хороший. Я еще не видела город».

«Я не это имел в виду». Он посмотрел на нее. «Куда ты хочешь пойти отсюда?»

Она замерла, а затем неловко почесала щеку. «Честно говоря, я просто хочу домой».

«Твоего дома давно нет».

«Ну, ух ты, спасибо, что так деликатно напомнил, придурок».

Он усмехнулся. «Я понимаю, о чем ты говоришь. Часть меня все еще скучает по этому подземелью».

Она странно на него посмотрела. «Это место что-то странное сделало с твоим мозгом, да?»

«О, ты даже не представляешь».

Она отступила от него на шаг, все еще странно на него глядя. «С тобой... безопасно находиться рядом?»

«Нет, если ты меня разозлишь».

«Хм. Ну, это совсем не расплывчато и не угрожающе».

Он рассмеялся, изменив позу и опершись локтем на черенок лопаты. «Тебе не о чем беспокоиться. Если только ты снова не сбросишь меня со скалы».

Она прищурилась на него. «Поэтому ты назвал себя Фредди Клиффом?»

Он замер на вопросе. «Нет. Это просто первое, что пришло в голову».

На несколько мгновений между ними повисла тишина. Затем Софья спросила: «А как насчет вас? Чего вы хотите, господин градоначальник?»

Фредди взглянул на нее, внезапно вспомнив свой последний разговор с Безумием.

Фредди принял способность духа, приняв ее в свою душу. Это был похожий процесс на то, как человек принимает первичный след.

Он медленно выдохнул. «Ммм. Я чувствую, как моя душа сжимается. Это нормально?»

«Это нормально, да».

«Подожди», — он обернулся, — «Нет сродства? Я думал, что получу другое сродство». Он неопределенно махнул рукой в сторону. «Две другие уникальные способности духа дали мне сродство».

«Вы получили два других, напрямую внедрив в свою душу двух духов. К сожалению, гораздо более хромой, небезумный метод не дает таких преимуществ».

«Проклятие».

«Прежде чем искать что-то большее, подумайте, что делать со своей уникальной склонностью», — говорит Безумие.

Фредди поморщился. «Есть какие-нибудь советы по этому поводу? Я много чего перепробовал, но ничего не работает».

«Продолжай пытаться. И нет, у меня нет никаких советов. Это не часть твоей награды. Кстати, я считаю, что ты получил все, что тебе причиталось. Пора уходить».

Фредди вздохнул. «Да. Хорошо». Он обернулся. «Эм. Есть порталы?»

«Я хочу сказать тебе еще одну вещь». Он приблизился, проникнув в его личное пространство. Дыхание лесоруба пахло чем-то свирепым. «Ты многое вынес. Больше, чем большинство из нас смогли бы вынести. Ты начинаешь думать, что у тебя бесконечная сила воли. Так что позволь мне предупредить тебя. Сила воли очень похожа на сердце: она продолжает биться вечно — пока не перестанет».

Безумие подняло руку, сжав два пальца вместе, оставив лишь немного места, чтобы они не соприкоснулись. «Ты так близок к тому, чтобы полностью потерять себя».

Фредди усмехнулся. «Что это? Я думал, тебе понравится идея, что я схожу с ума».

Он ухмыльнулся ему. «Мне нравится загонять людей до смерти. Но ты должен приберечь это для своих врагов».

«И что ты предлагаешь? Мне поехать в отпуск?»

«Позвольте мне задать вам вопрос — ради чего вы так усердно трудитесь? Чего вы хотите?»

Фредди колебался.

Безумие ударило ему в глаза.

«Ой, что за х...»

«Вот в этом-то и проблема», — сказал он, сделав агрессивный шаг вперед. «Вы боитесь иметь вещи. Вы боитесь вознаграждать себя. Вы все время думаете о следующем препятствии, которое вам предстоит преодолеть. Вы боитесь, что, действительно дав себе то, что вы хотите, вы потеряете желание продолжать работать. Вы боитесь, что любое время, которое вы тратите на то, чтобы действительно наслаждаться своей жизнью, — пустая трата, потому что вы не можете себе этого позволить».

«Разве я не прав?!»

«Ты придурок!» — закричал Безумие, брызгая слюной во все стороны. «Полный идиот!»

«Почему?»

«Потому что вы не понимаете, что то, что вы пытаетесь сделать, противоречит природе вашего вида! Позвольте мне сказать вам кое-что — в Великий Лабиринт были добавлены существа, которые были воплощением разума. Чистый утилитаризм. Абсолютная преданность всему, к чему они стремились. Так что они, должно быть, стали невероятно могущественными, верно?

«Неправильно! Они вымерли после того, как другие виды их раздавили! Хотите узнать, почему они проиграли? Потому что идеальный порядок не может противостоять хаосу!» Он сделал шаг назад. «У вашего тела и разума есть желания. У вас есть вещи, которые вы хотите. От тех, которые вы биологически запрограммированы желать, до тех, которые вы лично желаете. Вот секрет истинной силы. Вот что приведет вас к большим высотам».

«Но ты отказываешься дать себе то, что ты уже можешь иметь. И хотя ты можешь притворяться, что хочешь, твое тело и разум не обманешь. Твое стремление ослабеет. Исчезнет. Ты сломаешься. Так скажи мне. Чего ты хочешь?»

Фредди замолчал. «Я... я не знаю».

«Ты знаешь. Ты можешь не признавать этого, но ты знаешь».

Еще одна долгая пауза, а затем он почувствовал, как его голос дрогнул: «Я просто хочу повеселиться, чувак».

Безумие был прав.

Он знал, чего хотел.

Он знал это так хорошо, что ему было больно произносить это вслух.

«Я хочу встречаться. Я хочу путешествовать по красивым местам». Он глубоко вздохнул. «Я хочу быть знаменитым. Я хочу, чтобы все знали, кто я. Я хочу тусоваться как животное. Я хочу... Я хочу иметь друзей. Людей, с которыми я могу тусоваться. Людей, с которыми я могу быть самим собой. И как я могу иметь это, когда меня преследует опасность, куда бы я ни пошел?

«Я не хочу продолжать терять вещи. Это всегда одна и та же история. Это всегда одна и та же трагическая история. Я устал от этого ». Он на мгновение отдышался. «Но я слишком хорошо себя знаю. Я не могу отказаться от этой судьбы, которая меня прокляла. Я не хочу упускать свой шанс на величие. Но как я могу позволить себе иметь вещи, когда я так чертовски боюсь, что их у меня отнимут?» Он задохнулся. «Я... Что мне тогда делать?»

Безумие улыбнулось ему. «Все равно сделай это».

«Что?»

«Просто имей вещи в любом случае. Даже если ты их потеряешь. Даже если ты боишься. Иногда, чтобы понять мир, нужно быть немного безумным».

Он замер на долгое время. «Я... Ого. Никогда не ожидал услышать разумный совет от буквального понятия безумия ».

«Это потому, что ты до сих пор не можешь отделить безумие от отсутствия разума». Затем он загадочно ухмыльнулся. «Но я бы не стал долго об этом беспокоиться, если бы я был тобой».

Он изогнул бровь, а затем кашлянул. «Ну... спасибо, я полагаю. Я ценю совет».

«А теперь убирайся».

Позади него появился портал. Он простонал. «Пожелай мне удачи».

«Нет», — сказало оно и пнуло его под зад, выталкивая через портал.

Он обернулся. Черный как смоль вход в подземелье исчез. Навсегда.

Глубоко в темноте пещеры он почувствовал запах ядовитых паров и услышал крики монстров, снующих вдалеке. Один из них выскочил из густой массы растительности и прыгнул на него. Он инстинктивно прихлопнул его в воздухе, как муху. Он полетел к стене с удивительной скоростью, врезавшись в нее с такой силой, что сломал половину костей в его теле.

«Неплохо», — сказал он, глядя на свою руку. Он усмехнулся. «Ну что ж. Пора идти».

----------

Отпуск

Ближе к вершине заснеженной горы поднимался мужчина с аккуратно подстриженными волосами и бородой.

Он был одет скорее для пляжа, чем для пронизывающего до костей холода на вершине, но не проявлял ни малейшего дискомфорта. В своей короткой оранжевой рубашке — расстёгнутой посередине, демонстрирующей идеально рельефное тело — и хаки-шортах, он носил большие снегоступы из багрового металла. Они были широкими и тонкими, чтобы обеспечить максимальную площадь поверхности и не дать ему провалиться в снег.

Пара стильных солнцезащитных очков защищала его глаза от яркого отражения белоснежного снега. Он насвистывал весёлую мелодию.

В руках он держал длинную багровую цепь с колючей звездой на одном конце. Он небрежно раскрутил её и перебросил через каменистый выступ, потянув за конец, чтобы убедиться, что она надёжно зацепилась, а затем подтянулся вперёд, осторожно ставя одну ногу перед другой, чтобы его невероятно плотное тело не провалилось в снег и не вызвало очередную лавину.

Его подъём продолжался ещё несколько часов. Прекрасное, великолепное солнце на бездонном голубом небе было редким зрелищем в этих краях. Со временем солнце начало опускаться, и он приблизился к вершине, где наконец устроился на камне и глубоко вздохнул.

Фредди не считал себя любителем таких старомодных занятий, как пеший туризм. Но после долгого века в тесной, сырой, вечно слегка тёплой коробке вид бескрайних просторов и ощущение холодного воздуха, ласкающего кожу, утолили жажду, выжженную в его душе.

И ещё, хотя он не чувствовал себя на сто двадцать лет, технически он был именно в таком возрасте. Может, стариковские хобби теперь стали его стихией.

С приближением заката и без того морозные температуры резко упали. Но его это почти не беспокоило. Его невероятно калорийная диета превратила его тело в живую печь. Он сидел на камне и смотрел вниз на город Рапентава.

Отсюда он видел поднимающиеся столбы дыма и места, где бушевали пожары по всему городу.

Честно говоря, он должен был быть там, туша как метафорические, так и реальные пожары.

Но то, что сказал Безумие о том, что он был так близок к тому, чтобы потерять ее?

Это было справедливым предупреждением. После более чем двух недель непрерывного хаоса он был готов начать без разбора уничтожать всех, кто ему досаждал. А таких было немало.

Так что, было ли это подходящее время или нет, не имело значения. Он сказал остальным разобраться с этим и эгоистично бросил свои обязанности.

Подняв руку, он вызвал своё кольцо хранения и извлёк большой термос с коктейлем. Это был грубо смешанный напиток, состоящий из «вина счастливых грибов», целой банки мёда (поскольку Фредди ненавидел вкус алкоголя), щедрой порции экстракта холодного кофе и огромной дозы чистого этанола, чтобы сделать его как можно крепче.

Он хотел напиться до беспамятства. Всё, что могло заставить его забыть о ситуации, в которой он оказался.

Размашистым движением он извлёк ещё один предмет из кольца хранения. Это были наушники, совершенно новые, с музыкой, которую он ещё не слышал. Он надел их, включил музыку и откинулся на снег, заложив руки за голову, медленно потягивая напиток и наслаждаясь закатом.

А что касается того, о чём он пытался забыть... ну...

Это было сложно.

Всё было относительно спокойно до похорон Тора, но после этого, как только он и Трэвис начали разбираться с ситуацией, всё быстро пошло под откос.

Оказалось, что, помимо эксплуатации бедняков, правящий класс действительно делал что-то продуктивное и необходимое для предотвращения анархии! Кто бы мог подумать?

Конечно, не Фредди, Мясник Правящего Класса Рапентавы.

Хотя он и не ожидал, что люди выйдут на улицы, распевая народные песни и танцуя на цветущих полях, узнав о смерти своих угнетателей, их реакция была слишком далека от этого.

Оказалось, что смерть всех значимых людей и парень, который умел только убивать и имел загадочные мотивы, ставший новым владельцем всего города, не были хорошей новостью для обычных граждан. Опять же, кто бы мог подумать?

Но страх, нависший над массами, был не главной проблемой.

Это была маленькая «п» проблема.

Проблема с большой буквы «П» — это неминуемый, тотальный и катастрофический крах местной экономики.

Он смотрел на небо, где медленно появлялись первые звёзды.

Раньше он любил смотреть на звёзды. Ну, ему всё ещё нравилось, но осознание того, что они иллюзия, делало это зрелище немного некомфортным.

Покачав головой, он сделал глоток и изо всех сил старался забыть об этом.

Иллюзия или нет, это было прекрасное зрелище.

Над ним было очень мало облаков, и многие находились не намного выше вершины, на которой он отдыхал. Он выдохнул, наблюдая, как влага конденсируется и превращается в туманную дымку. Затем он сделал ещё один глоток и закрыл глаза от блаженства.

Все большие шишки были мертвы. И многие из тех, кто поменьше, но всё же значимых. Управление большинством местных предприятий рухнуло. Люди массово уезжали. Фактически, кланы Умбра и Лапис уже исчезли, и почти все остальные, не связанные каким-либо контрактом или слишком бедные, чтобы уехать, тоже ушли.

Производство продуктов питания резко сократилось. Доставка важных товаров из других городов остановилась. Монстры, из-за отсутствия людей, которые следили бы за окрестностями, приближались и скапливались с тревожной скоростью. Многие начали грабить и бунтовать.

Вальхалла провела большую часть предыдущих двух недель, пытаясь предотвратить дальнейший хаос. И Фредди, как владелец этого города, играл в этом большую роль.

Первое, что они решили сделать, — это выкупить как можно больше местных предприятий. Ну, «выкупить» — это мягко сказано. У Фредди было много власти в Рапентаве. Настолько, что он мог буквально убить всех там, и судья даже пальцем не пошевелил бы, чтобы остановить его.

Но были вещи, которые он не мог сделать.

Во-первых, он не мог просто взять компании себе без согласия законного наследника или, в его отсутствие, империи. Он мог, конечно, запугать наследников, чтобы они подписали передачу компаний, но это не означало, что он мог заставить их отдать всё.

Была забавная деталь в большинстве предприятий Рапентавы. У них были долги. Огромные долги. Даже миллиарды долларов. Но они не были бедными и далеко не банкротами.

Трэвис объяснил ему. Проще говоря, поскольку они могли получать довольно дешёвые кредиты от империи, они брали деньги и инвестировали. Доход от инвестиций почти всегда превышал проценты. Так что у них было не просто куча денег. У них была ещё и куча неоплаченных долгов. И, как ни странно, это имело смысл.

Но вот в чём была загвоздка. У компаний была куча долгов.

Но все деньги хранились на частных счетах.

Если в Американской Империи и был один бог, которому поклонялись, то это были деньги. А банки были священными храмами, которые нельзя было осквернять.

Если бы Фредди, скажем, попытался запугать наследников, чтобы они отдали ему деньги с этих частных счетов, его голова и туловище быстро и некрасиво разошлись бы. Вероятно, руками того самого судьи, который дал ему город.

Имперские банки были неприкосновенны. Если чьи-то деньги хранились там, они были в безопасности. Неважно, кто спрашивал.

Это усложняло ситуацию.

Фредди нужно было взять под контроль рушащиеся предприятия. Если он позволит им развалиться, город разорвётся по швам, что приведёт к гуманитарному кризису.

Таким образом, у него было несколько вариантов.

Первый — взять все компании и просто принять долги.

Второй — заставить компании распуститься, что приведёт к тому, что законные наследники будут вынуждены погасить долги из своих личных средств. Затем он мог выкупить их активы и нанять работников через другую компанию.

И третий — позволить компаниям разбираться самим.

Третий вариант был неприемлем. То, как они действовали, было неправильным. А живые наследники теперь были его злейшими врагами. Ни за что он не позволил бы змеям гнездиться в его саду.

Первый вариант был болезненным. В конце концов, он оказался бы с долгом почти в полтриллиона долларов. Это было слишком много, даже для него.

Таким образом, второй вариант казался лучшим выбором. Но это было не так. На самом деле, он мог быть худшим из трёх.

Причина была проста — если бы он заставил компании закрыться, юридическая структура, которую они создали, исчезла бы вместе с ними. Купить их активы было легко. Но пересмотреть все контракты на практике было невозможно.

Хотя это было неприятно, правда заключалась в том, что главная причина, по которой большинство работников оставались, заключалась в том, что их заставили подписать несправедливые контракты, не позволявшие им уволиться до истечения срока. Если компании закрылись, почти все работники просто сбежали бы из города. Хорошо для них, может быть, но ужасно для тех, кто остался.

В итоге Фредди пришлось взять компании вместе с их долгами.

Всё незаконное и сомнительное было закрыто.

Что касается законных наследников, они либо ждали казни, либо были изгнаны из города.

Честно говоря, многие из них были такими же, как Шон Джем. Безразличными, да, но не слишком вовлечёнными. Они просто были там, попав туда по блату и играя по правилам.

Даже если они способствовали ужасным вещам, трудно было сказать, что они заслуживали смерти. Вместо того чтобы повторять свои ошибки, Фредди решил, что лучше просто выгнать их. Хотя многие из них получили хорошую взбучку за свои поступки.

Другие же были далеко не так пассивны в своей жестокости. Узнав, что они творили, не было никаких сомнений в том, что с ними следует сделать.

Забавно, но большинство ублюдков, ожидающих заслуженной смерти, предлагали купить свою свободу за деньги, которые Фредди был вынужден отдать. И даже тогда ему не разрешалось их принять. Имперские банки не допускали никаких методов, которые могли бы обойти их защиту.

Кроме того, нужно было разобраться с другими вещами. Пострадавшими и часто искалеченными жертвами, активными бунтами, бесконечными попытками закрыть новые игорные дома, которые появлялись на каждом углу, как бывшие наркоманы сбивались в стаи, всё больше работников бежали, несмотря на свои контрактные обязательства — всё это было слишком сложно.

Фредди допил свою бутылку, и как раз когда он достиг дна, алкоголь наконец начал действовать. Он достал вторую бутылку и продолжил пить.

С наступлением ночи и опустошением третьей бутылки он наконец почувствовал, как его тревоги тают, оставляя его на мгновение в блаженном покое под звёздным небом. Он глубоко вздохнул. Воздух был свежим. Вкусным.

Неважно, сколько проблем стояло на его пути, он утешался тем, что находился в положении, чтобы поступать правильно.

И больше всего он хотел доказать это. Что можно быть лучше. Что те, у кого есть власть, не обязаны быть жестокими и эгоистичными, и что правильный настрой и немного эмпатии могут сделать город, в котором люди действительно хотят жить. Даже в самых тёмных уголках империи.

И он хотел заработать кучу денег. Долги компаний были ничто по сравнению с налогами целого города. Естественно, он собирался вкладывать их обратно в город ещё долгое время.

Но если он сыграет правильно, у него мог бы быть весьма завидный пассивный доход.

Но это было в будущем.

В какой-то момент сон наконец одолел его.

Фредди разбудил палец, тыкающий его в щёку. «А?» — вырвалось у него, когда он открыл глаза. «Какого чёр—» — закричал он, вскакивая на ноги и отпрыгивая от фигуры, закутанной в многочисленные слои плотной одежды.

«Наконец-то нашла тебя... придурок», — раздался приглушённый голос Софии между тяжёлыми вздохами из-под толстого шарфа. Она опустила его, сделав глубокий, прерывистый вдох. «Боже, воздух такой разреженный. О господи. Меня тошнит».

«София?» — осторожно позвал Фредди.

«Доброе утро, Солнышко!» — язвительно бросила она. «Ты сказал, что идёшь в поход, а потом исчез на два целых дня. Ты знаешь, сколько людей тебя ищут? Я смогла тебя выследить только потому, что твоя жизненная сила светится, как чёртов маяк на вершине этой горы!»

Он усмехнулся и неловко почесал затылок. «Да, прости за это. Как ты сюда забралась?»

«Это просто гора», — сказала она. «Может, ты и оставил меня далеко позади в силе, но я всё ещё пиковая одно-звёздочная и в целом довольно выносливая».

«Ладно, справедливо».

«Так. Почему здесь?»

«Мне просто нужен был свежий воздух».

«Понимаю», — сказала она, плюхнувшись в снег и продолжая бороться с дыханием. «Ты рассказывал мне о том сумасшедшем подземелье, в которое попал. Клянусь богом, в последнее время ты выглядишь так, будто вот-вот сорвёшься, так что я не удивлена, что ты так поступил. Но остальные не понимают, что происходит. А вокруг всё горит!» — она застонала. «Неужели ты не мог воскресить меня на каком-нибудь тропическом острове?»

«Просто будь благодарна, что ты больше не плаваешь в банке».

«Да, да», — отмахнулась она, но затем замерла. Она повернулась к нему, прищурив глаза. «Ты ничего... странного со мной не делал, пока я была в таком состоянии... да?»

Он рассмеялся. «Нет. Ещё вопросы?»

«Да, эм, как ты не замёрз насмерть? На тебе почти ничего нет. Ты получил ледяное сродство?»

«Нет... но вот». Он просто протянул ей руку.

Она схватила её и ахнула. «Ого, какая тёплая. Я чувствую её даже через перчатки. Садись рядом. Будь моей человеческой грелкой. Потому что я п-п-просто замерзаю». Она дрожала, скрестив руки.

Он сел рядом, глядя вниз, где утреннее солнце освещало город. И да. Он всё ещё горел. «Не думаю, что готов нырнуть обратно в этот хаос».

«Думаю, тебе придётся».

«Не думаю, что смогу».

«Ты позволишь ему сгореть?»

«Лучше, чем сойти с ума и сжечь его самому. Моя работа довольно грязная. Или так говорят».

«Люди много говорят о тебе, знаешь? Ты в курсе, насколько ты всех пугаешь?»

«Немного преувеличено, если ты спросишь меня».

«Они говорят, что ты взорвал несколько десятков людей одним ударом».

«Технически, я ударил металлический шар, который разлетелся на осколки. Так что это не считается».

«Ага. Конечно». Она наклонилась с ухмылкой. «Можешь показать?»

Он ухмыльнулся в ответ. «Конечно». Вскочив на ноги, он создал шар из багрового металла. «Тебе лучше отойти».

Она сделала несколько шагов назад. Он махнул рукой, чтобы она отошла ещё дальше.

«Ты бьёшь в другую сторону, Фредди. Не думаю, что что-то долетит до меня».

«Ты можешь оглохнуть».

«Я... Что? Оглохнуть?»

Он кивнул. «Это довольно громко».

«Чёрт. Ну, ладно. Я смогу вылечить себя, если это случится».

Фредди пожал плечами. «Как скажешь».

Он повернулся и прошептал: «Скрученный маятник». Внезапно всё вокруг, казалось, ускорилось. Он дождался, пока пройдёт этап ослабления, и затем, когда начал двигаться с двойной скоростью, активировал «Удар Цунами» с двумя звёздами и ударил по шару из кровяного металла.

Он взорвался с яркой вспышкой света, разбросав множество осколков по склону горы. Ударная волна разорвала воздух, и дальше он увидел, как снег начал сдвигаться, вызвав несколько лавин от внезапного толчка.

Его рука снова взорвалась, оставив обнажённые треснувшие кости. Когда способность духа закончилась, он повернулся к Софии с самодовольной ухмылкой.

Она держала руки у ушей, а её рот был широко открыт.

«Ну как, достаточно громко?» — спросил он.

«Что?» — закричала она. «Погоди!» — она создала искру жизни и использовала её, чтобы исцелить себя. «Ладно, вау, ты не шутил! И, боже всемогущий! Теперь мне даже жаль тех людей. Это должно было быть больно».

«У них был выбор не пытаться убить меня».

Она взглянула на его изуродованную руку. «Фредди. Ты сказал, что твой «Удар Цунами»

«Да, Удар Цунами» .

«Так вот, ты сказал, что он третьей стадии?»

Он кивнул.

«Ладно... и какую концепцию ты использовал для улучшения?»

«Взрыв».

Она скривилась. «Конечно, ты выбрал именно это».

Он ухмыльнулся. Пожав плечами, он вернулся и снова сел. Вдалеке он всё ещё слышал слабые отголоски взрыва. Он достал искру нежити и начал бить по ней, чтобы исцелить себя.

Нежный палец коснулся его руки, и через мгновение мощный поток исцеления прошёл по его телу, быстро восстанавливая руку. София надела перчатку обратно и потерла руки. «Просто так быстрее».

Он усмехнулся и убрал искру. «Спасибо».

Долгое время они просто молча смотрели на город. Отсюда он казался таким маленьким. Таким хрупким.

«Так...» — начала она. «Когда мы были на тех похоронах...»

«М-м?»

«Я спросила тебя о том, чего ты хочешь. Ты сказал, что расскажешь позже. Но так и не рассказал».

«Ах, да. Вроде забыл со всем этим дерьмом, что происходило». Он сделал паузу. «У меня больше нет конкретной цели. Ну, есть, но она не очень определённая. У меня есть... скорее направление».

«М-м-м. И куда ты направляешься?»

Он подумал над словами. «Я хочу стать богаче, сильнее и научиться лучше наслаждаться жизнью».

Она рассмеялась. «Первые два я понимаю. Но разве это не... ну, я не называю тебя глупым, но просто делай то, что хочешь, понимаешь? Не должно быть так сложно».

«Это может быть сложнее, чем ты думаешь». Его брови дёрнулись, и он взглянул на нее. «Знаешь, за те сто лет я много времени провёл, вырубая себя. Даже с исцелением я забыл больше, чем думал. Но некоторые вещи помню очень чётко. У меня стало лучше с картиной моей жизни, вроде того. То, что было для меня важно, события, которые сделали меня тем, кто я есть». Он замолчал на мгновение, колеблясь. «Помнишь, я рассказывал тебе о... ну, той женщине?»

Она нахмурилась. А затем, осознав, о чём он, засияла, как свеча. «Жена того парня?»

Он поморщился. «Да. Это воспоминание действительно выделяется».

Она хихикнула. «Вау, секс был настолько хорош?»

«Я не знаю. Я был в отключке. Не помню ни секунды».

Она поморщилась. «Оу. Ёлки... Прости».

«Становится ещё хуже», — сказал он со смехом. «Это был мой первый раз. И утро после было просто... аргх!» — он застонал и агрессивно почесал макушку. «Такой стыд и неловкость... просто пиздец как неудобно. Так что да. Наслаждаться собой не всегда просто. Рискуя показаться поверхностным, я не очень люблю отношения. Но здоровому парню всё ещё нужны интимные связи, понимаешь?

«И после ста лет одиночества...» — он выдохнул через сжатые губы. «Это плохо. Очень плохо». Он посмотрел на Софию с неловкой ухмылкой.

Любые намёки на улыбку исчезли с её лица, и она уставилась на него серьёзным взглядом. «Погоди... так ты был в отключке? Ты хотя бы помнишь, как оказался с ней?»

Он покачал головой. «Нет».

«Окей. Вау. Эм. Да, это пиздец. Я имею в виду, она была, типа, на пятнадцать лет старше тебя? Это большая разница».

Фредди замер. «О чём ты?»

«Думаю, именно тебя использовали, Фредди».

«Ну... она тоже была довольно пьяна...»

Она скрестила руки и просто смотрела на него. «Думаю, это воспоминание осталось с тобой не просто так».

Фредди вздохнул. «Слушай, она что-то бормотала про использование меня и что я был ребёнком и всё такое, так что не думаю, что она сделала что-то, чем особенно гордилась».

«И это делает это нормальным?»

«Это делает это... ошибкой. Я могу с этим смириться». Затем он ответил ей тем же взглядом. «И я скажу тебе то же, что сказал ей — я не был чёртовым ребёнком. В любом случае... чёрт, это пошло в неудобном направлении. Суть того, что я пытался сказать... слушай... думаю, причина, по которой это застряло во мне, в том, насколько это было далеко от того, что я представлял. Это был буквально только стыд. Ничего положительного в этом опыте не было».

«А её муж потом пытался меня убить. Так что да. Полный пиздец». Он вздохнул. «Я хочу получать удовольствие от жизни, понимаешь? Но я могу признать, что я в этом плох. И я понимаю, что это может быть сложно. Не только это, но... всё, вообще». Он замолчал надолго. «Иногда у меня есть желание сделать что-то для себя. А потом я чувствую себя потерянным и просто... жду, пока оно пройдёт. Или, типа, смотрю фильм или читаю книгу. Но всё это пассивно, понимаешь? Я хочу делать что-то. И я даже не знаю, с чего начать».

«Ну, ты пришёл сюда», — сказала она. «Поход был веселым?»

Он медленно кивнул, свернув губы в выражение «неплохо». «Было довольно весело. Я бы с радостью повторил. В следующий раз где-нибудь потеплее». Он повернулся к ней. «Знаешь, в локальном межпространстве есть маршрут, ведущий на безымянный остров посреди океана».

Она оживилась. «Правда? Пляж?»

«Именно пляж. Но также... ну... ненулевой шанс быть атакованным глубоководным монстром, который нас абсолютно уничтожит?»

После долгого молчания она сказала: «Я готова рискнуть».

«Значит, пляж?»

Она прищурилась и серьёзно кивнула. «А ещё» — она широко ухмыльнулась — «может, возьмём с собой горячих девушек?»

Он расхохотался. «О, боже...»

«Что? Один плохой опыт сделал тебя девственником? Как именно ты собираешься переспать с кем-то, не взаимодействуя с женщинами?»

«Да, но здесь?» — он внезапно стал серьёзным. «Эх... не знаю».

Нос Софии сморщился. «Я не особо обращала внимание, но не думаю, что они такие уж страшные».

Он рассмеялся. «Нет, не в этом дело. Я слишком силён здесь».

«Да... ты», — осторожно сказала она. «И ты, если позволишь мне сказать, довольно привлекательный. Должно быть... проще?» — она сделала преувеличенные жесты.

«Проще для кого? С кем я могу сблизиться, не задаваясь вопросом, не слишком ли они напуганы, чтобы отказать мне?»

«Ладно. Это справедливо. Но готова поспорить на что угодно, что, когда всё немного успокоится, у тебя будет много добровольцев на выбор».

«И почему они будут добровольцами? Они что-то ожидают взамен? Или это просто игра власти?»

Она рассмеялась. «Я понимаю, откуда ты, и, серьёзно, ты молодец, что не прыгаешь на первый шанс, как многие. Но... мы же говорим о сексе, понимаешь? Власть, типа, очень тесно связана с тем, почему люди вообще этим занимаются. Если ты ожидаешь, что это никогда не будет немного грязным в несексуальном смысле, тебе, наверное, лучше просто найти жену».

«Окей, спасибо за совет. Но думаю, этот разговор окончен. Зачем я вообще начал эту тему с тобой?»

«Не знаю. Наверное, я просто напоминаю тебе о травмирующих вещах».

«Да, точно. Утёс — это тоже воспоминание, которое я чётко помню».

«Вау, окей. Ты что, будешь продолжать называть себя в честь вещей, которые тебя травмировали? Что дальше? Фредди Одиночное Заключение?» — затем она улыбнулась, как будто придумала шутку, но не была уверена, стоит ли её говорить. Какой-то демон на её плече явно победил, потому что она открыла рот. «Фредди МИЛФ?»

Они смотрели друг на друга долгое мгновение. Затем оба разразились смехом.

Когда они успокоились, она встала и хлопнула его по плечу. «Давай, большой парень. Нам правда пора возвращаться».

Он застонал. «Что меня ждёт?»

«Ну, для начала, они наконец-то выследили последних предателей. Включая маму твоего друга».

Фредди замер. «Верно...»

«Думаю, пришло время для публичной казни».

----------

Умирающее желание

Сродства не были равны.

Было ли можно назвать одни из них более мощными, чем другие, всегда оставалось предметом споров, но несомненно, что у каждого были свои сильные и слабые стороны. И воду называли сродством боевых искусств не просто так — и причина этого почти полностью сводилась к одной способности.

Фредди скользил вниз по склону горы на багровых металлических лыжах, с кричащей Софией на шее.

Несмотря на его массивное телосложение, плотность тела и полное отсутствие знаний о лыжах, он спускался с невероятной лёгкостью.

Это была работа его Гидравлического Напряжения третьей стадии.

Обычно только на третьей стадии способности начинали по-настоящему бросать вызов логике.

Благодаря «перенаправлению» его Гидравлическое Напряжение делало контроль над траекторией совершенно не требующей усилий. Ему едва нужно было подтолкнуть себя, чтобы двигаться именно туда, куда он хотел. С его огромной плотностью тела он двигался очень быстро.

Несмотря на повторяющиеся мольбы Софии, он продолжал ускоряться и даже намеренно прыгал с крутых утёсов.

«Ненавижу тебя!» — крикнула она.

В ответ он громко рассмеялся.

Несмотря на их скорость, спуск к подножию горы занял некоторое время.

Оказавшись там, Фредди поставил Софию на землю. Она тут же рухнула в снег. «Всё кружится…»

Дорога была недалеко от места, где они приземлились. Как только они добрались до неё, Фредди достал мотоцикл.

София бросила на него взгляд, а затем посмотрела обратно на Фредди. «Думаю, я пойду пешком…»

Он приподнял бровь, садясь на мотоцикл. «И сколько это займёт времени?»

Она вздохнула.

Вскоре они подъехали к штаб-квартире Вальхаллы.

София свалилась с мотоцикла и пошатываясь встала на землю. Использовав искру, она фыркнула. «Почему это не лечит головокружение? Это просто бред».

Как только они прибыли, несколько людей заметили их и достали устройства связи.

Фредди вздохнул, прекрасно понимая, что его ждёт.

Не прошло и минуты, как разъярённый Трэвис прошёл через входную дверь, сопровождаемый несколькими помощниками.

Его светлые волосы сияли сверхъестественным оттенком, словно золотые локоны, извивающиеся в прекрасных узорах. Его глубокие голубые глаза стали ещё ярче после третьей звезды. Но остальная часть его тела не изменилась сколько-нибудь значительно.

Для трёхзвёздочного его физические изменения были довольно минимальными. Такова была цена дополнения скрытой ауры экстрактами.

Как только он заметил Фредди, он отдал несколько приказов, отправив помощников сообщить всем, кто всё ещё искал Фредди.

Затем, сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он подошёл к Фредди. «Где ты, чёрт возьми, был?»

«Привет, большой парень», — неловко помахал рукой Фредди. «Прости за это».

«Прости?» — мужчина сухо рассмеялся. Его голос стал немного менее высоким, чем раньше, и сейчас он определённо не звучал успокаивающе. «Ты просишь прощения? Да что с тобой не так?» Он встал прямо перед Фредди. Он был немного выше. «Где ты был?» — повторил он.

«Я отправился в поход».

«Почему ты ничего не сказал?»

«Скажем так, мне пришлось уйти немедленно».

«Неужели тебя убило бы, если бы ты хотя бы сказал, как долго тебя не будет?» — спросил Трэвис.

Фредди улыбнулся. Затем он оттолкнул Трэвиса, приложив немало силы. Мужчина пошатнулся. «Нет», — сказал Фредди. «Это бы меня не убило». Он сделал шаг вперёд. «Но я уже предупреждал, что после всего случившегося могу быть не совсем стабилен».

Трэвис встретился с ним взглядом, а затем плюнул в сторону. «А я говорил тебе чётко обозначить, насколько ты готов участвовать». Он шагнул вперёд и ткнул пальцем в грудь Фредди. «Ты сам решил ввязаться — нет, ты пообещал, что доведёшь дело до конца, пока ситуация не стабилизируется! Если хочешь, можешь убираться и позволить мне спокойно заниматься работой, которую ты мне поручил, но если уж решил участвовать, то хотя бы не исчезай, когда мы не можем продвинуться без тебя!»

Фредди почувствовал сильное желание ударить мужчину в лицо, но сдержался. Должно было случиться что-то серьёзное, чтобы Трэвис вёл себя так. Было бы лицемерием с его стороны требовать права на эмоции из-за пережитого, а затем осуждать Трэвиса за то, что он тоже находится под давлением. «Я понял», — сказал он. «Что-то случилось, да? Расскажи, в чём дело».

Трэвис глубоко вздохнул и наконец отошёл. «Пойдём со мной. Нам нужно спешить».

Фредди помахал Софии на прощание. Она лениво помахала в ответ и отправилась в свою комнату отдыхать.

Они направились в бывший кабинет Тора. Теперь это был кабинет Трэвиса.

Там остался тот же деревенский деревянный декор и отполированные поверхности, тщательно обработанное дерево блестело, как фарфор. Но если раньше здесь был небольшой беспорядок, то теперь повсюду лежали груды бумаг. Копии контрактов, записи о компаниях, которые они взяли под контроль, финансовые отчёты, предупреждения от имперского банка и тому подобное создавали поистине тревожную картину.

Трэвис плюхнулся в кресло и сразу же потянулся к бумаге. «Местный рынок недвижимости полностью рухнул».

«Что? Что ты имеешь в виду?»

«Разошлись слухи, что ты насильно заставил местные компании подписать договоры с тобой. Несколько оставшихся на свободе озлобленных идиотов распространили слух, что ты заставишь всех отдать тебе всё, что у них есть. Так что люди начали продавать всё, что у них было. Целые квартиры уходят за гроши. Все в панике. Это катастрофа. Бунты усиливаются с каждой минутой, и люди уже погибают». Трэвис посмотрел ему в глаза. «Понимаешь, почему я злюсь?»

«Так что нам делать?»

Трэвис повернулся, взял пару контрактов из стопки и протянул их Фредди. «Подпиши это, и худшее будет позади».

Фредди нахмурился и просмотрел бумаги. Он сел и прочитал их, страницу за страницей.

Подписав всё, он сделал бы несколько вещей. Во-первых, он объявил бы Репентаву независимым юридическим лицом. Сейчас город полностью принадлежал ему. Подписав документы, он как бы отказывался от города, но при этом сохранял эксклюзивный контракт с ним, так что фактически ничего не терял.

Однако здесь вступал в силу следующий документ. Это был упомянутый контракт между ним и новоиспечённой независимой Репентавой. В нём были прописаны условия, на которых он мог бы управлять городом.

Во-первых, он не мог бы заставлять кого-либо подписывать что-либо в его пользу. Во-вторых, он не мог бы убивать людей без причины. Он также не мог приватизировать какую-либо часть общедоступного прохода. Это касалось только прохода, о котором знали люди, в то время как другой они могли свободно оставить себе без проблем.

Была куча других мелких ограничений, но суть заключалась в том, что он отказывался от большинства привилегий, которые у него были как у владельца города.

И наконец, был контракт, согласно которому он не мог повышать налоги в течение трёх лет, и в этот период 100% налогов должны были инвестироваться в переустройство.

В случае нарушения любого из этих условий он лишался эксклюзивных административных прав. Проще говоря, он терял город.

«Да, я это не подпишу», — сказал Фредди.

«Так и думал. Но это не так плохо, как кажется», — заверил Трэвис. «Все условия сформулированы расплывчато, так что будет сложно доказать, что ты нарушил контракт, даже если ты действительно его нарушишь. Конечно, ты не можешь «заставлять людей» подписывать что-либо, но кто сможет доказать, что ты не просто очень убедительный бизнесмен? Ты не можешь убивать кого-либо «без причины», но даже то, что тебе не понравился чей-то взгляд, технически является причиной». Он уже собирался продолжить, но махнул рукой. «Ты понял суть».

«Верно».

«И», — добавил Трэвис, «самое главное — даже если ты нарушишь условия, этот контракт всё равно должен кто-то исполнять».

Фредди медленно кивнул. «Арбитр».

«Именно. А этот человек отдал тебе город из эгоистичных соображений. Если только ты не нарушишь контракт настолько явно, что это превратится в скандал, достигнущий материковой части империи, он и пальцем не пошевелит, чтобы остановить тебя. Единственный пункт, который чётко прописан, — это налоги, но ты сам говорил, что собираешься это сделать, так что…»

Фредди медленно кивнул, понимая. «Так что, по сути, этот контракт — просто фикция, чтобы успокоить людей?»

«Да», — кивнул Трэвис. «В общем-то, да».

«Ладно, тогда».

Он всё же внимательно прочитал каждый пункт контракта, чтобы убедиться, что там нет подвоха в мелком шрифте или чего-то подобного, но всё было именно так, как сказал Трэвис.

Он взял ручку со специальными чернилами. Затем он наполнил её своей эссенцией и подписал бумагу. На ней остался след с отпечатком его ауры, что служило доказательством подлинности его подписи.

Как только он закончил подписывать, Трэвис схватил документы и выбежал из комнаты. Он позаботится о том, чтобы новости о контракте распространились по городу, а арбитр получил оригинал как можно быстрее.

«Ну что ж», — сказал Фредди, взглянув на часы. Было ещё очень рано.

6:52 утра.

«Ладно», — сказал он. «До казней ещё есть время. Наверное, могу пойти вздремнуть».

Он вышел из кабинета и направился в свою комнату.

Но по пути он столкнулся с Лукасом, стоящим у его двери.

Фредди вздохнул, увидев убитое выражение лица молодого человека.

Когда Лукас заметил его, в его глазах появилась явная надежда. «Фредди», — позвал он, торопливо шагнув вперёд. «Слава богу, ты вернулся. Они собираются—»

«Казнить твою мать. Да. Я знаю».

«О, ты уже в курсе». Он облегчённо вздохнул. «Она в безопасности?»

Фредди просто стоял, не выражая эмоций.

Лицо Лукаса потемнело. «Она в безопасности, да?»

«Лукас…»

«Я знаю, у тебя есть сила—»

«Я не хочу этого делать».

Лукас отступил на шаг. В его выражении появилась нотка злости. «Почему?»

«Я понимаю, что ты чувствуешь».

«У тебя даже нет родителей!» — крикнул Лукас. «Откуда тебе знать?!»

«А как ты думаешь, почему так, а?» — Фредди покачал головой. «Потому что они бросили меня».

«И ты бы хотел, чтобы они за это умерли?!» — голова Лукаса опустилась. Он закусил губу. «Пожалуйста. Это между мной и ней. Она сделала это мне. Дай мне разобраться самому».

«Лукас…»

«Просто… пожалуйста… дай мне разобраться». Он заплакал. «Пожалуйста».

Фредди вздохнул. «Если бы хоть один из моих родителей… будь то родные или приёмные… я бы не хотел, чтобы они умерли».

«Пожалуйста».

«Даже если они причинили мне невообразимую боль, бросив меня. Я всё равно не хотел бы их смерти. Я не хочу делать это с тобой».

«Так почему…?»

«Потому что у меня нет на это права». Он положил руку на плечо Лукаса. Тот дёрнулся, но Фредди схватил его за оба плеча и наклонился. «Ты хоть представляешь, сколько людей сегодня увидят смерть своих родных? Ты хоть немного понимаешь, сколько предателей ждут своей участи?»

«Но моя мама…»

«Она среди них».

«У неё проблемы!»

«Есть момент, когда человек, у которого есть проблемы, становится проблемой. Твоя мать перешла эту грань». Он сделал паузу. «Она чуть не убила тебя».

«Она не знала—»

«Не приводи этот аргумент. Я знаю, что ты не настолько глуп».

Лукас опустил голову, скрывая лицо от Фредди. Слёзы капали на деревянный пол. «Могу я хотя бы увидеть её?»

Фредди медленно покачал головой. «Если разрешить тебе, другие будут возмущаться, что им не дали такого шанса. И, честно говоря, я не думаю, что у тебя получится тот тёплый прощальный момент, который ты себе представляешь».

Лукас резко оттолкнул его, задев плечом, и побежал по коридору. «Вот что значит быть другом», — прошипел он сквозь зубы.

Фредди смотрел, как мальчик убегает, и его охватило неприятное чувство грусти. «Ладно», — сказал он, развернулся и вошёл в свою комнату. Он лёг на кровать, но сон не шёл. Он просто смотрел в потолок, в голове крутились мысли.

«Пожалуйста! Я отдам тебе деньги! Я знаю, ты их хочешь! Мы можем договориться!» — умолял один из последних врагов Вальхаллы, с руками, связанными за спиной, и обычно аккуратные волосы растрёпанные и грязные.

Не колеблясь, Фредди поднял Кровавого Мстителя, используя меч палача по назначению, и обезглавил мужчину одним ударом.

Голова покатилась с возвышения, и толпа смотрела в трепете.

Солнце уже начало садиться. Это был один из немногих приятных дней в Репентаве за весь год. Жаль было тратить его на такое.

Они находились прямо перед штаб-квартирой Вальхаллы. Но там присутствовали не только члены Вальхаллы. Многие пришли, чтобы стать свидетелями этого. В основном это были оставшиеся члены организаций, которые Фредди, а следовательно, и Вальхалла, взяли под контроль.

Одного за другим людей подводили к платформе, где они встречали свой конец.

Хотя это была грязная работа, было важно, чтобы казни были публичными. И было важно, чтобы Фредди сам их проводил. По крайней мере, для тех, кто всегда был их врагом.

Закончив свою часть, Фредди кивнул одному из стоявших рядом мужчин и покинул платформу.

Этот мужчина, один из ораторов, поднялся.

Фредди подошёл к Софии, которая стояла в стороне. Она повернулась к нему и спросила: «Ты в порядке?»

Он странно посмотрел на нее. «Да. А почему я должен быть не в порядке?»

Она фыркнула и покачала головой. «Ты действительно сошёл с ума».

Через несколько мгновений толпа расступилась, пропуская Трэвиса. Мужчина был один, и перед тем как встать рядом с ними, он глубоко вздохнул и поправил галстук. «Всё в порядке?» — спросил он.

Фредди просто кивнул. «Да».

Трэвис выглядел неуверенно. «Прости, что заставили тебя это сделать».

«Да брось. Как будто ты действительно можешь мной командовать», — усмехнулся Фредди.

Трэвис замешкался. «Я знаю, ты был против».

«Вы проголосовали за это», — сказал Фредди. «Не мне вмешиваться в то, как вы решаете свои дела».

«Ты мог бы», — сказал Трэвис. «Мы вряд ли смогли бы тебя остановить, если бы ты захотел заставить нас делать по-твоему».

«Но даже если бы вы сначала согласились, в конце концов вы бы взбунтовались». Фредди ухмыльнулся. «Это твоя фишка».

Трэвис фыркнул. «Если настанет день, когда мы сможем противостоять кому-то вроде тебя, мы будем держать весь Северный Пояс на коротком поводке».

Мужчина на платформе наконец начал свою речь.

Люди, которых Фредди казнил сегодня, были теми, кто планировал и руководил большинством незаконных операций. Нескольким удалось сбежать, но не многим. Чёрт, некоторых даже поймали работники местных компаний, которые затем с явной радостью передали их властям.

Возможно, некоторые из них действовали из самосохранения, но, судя по тому, что они раскрыли, у Фредди не было сомнений, что этих мужчин и женщин искренне ненавидели все, у кого оставалась хоть капля порядочности.

Из уважения к Тору и всему, чему тот его научил, Фредди решил провести тщательное расследование, чтобы убедиться, что поступает правильно.

Дело было даже не в том, что эти люди сделали. А в том, как они это сделали.

Документы, описывающие их деятельность, вызывали дрожь. Сухой, формальный тон и механический юридический язык, используемый для организации ужасов за гранью понимания, было… просто ужасно читать. Даже по меркам Фредди.

Эти люди не просто знали, что делают. Они понимали это. Они были экспертами в своём деле. Для них это была наука. Как оптимизировать системы, чтобы максимизировать долговое рабство. Какие универсальные признаки указывают на то, что человек близок к тому, чтобы продать свои органы или принять рабство ради свободы своей семьи.

«Сотрудничество» с другими отделами и компаниями, например, когда больных людей оставляли для подпольных лагерей, а женщин, сломленных принудительной секс-работой, отправляли на плаху.

Эти упыри высасывали всё человеческое из всего, к чему прикасались.

И самое обидное — это даже не приносило так много денег.

Если бы любой из них попытался развиваться, им бы не составило труда достичь уровня, где исследование относительно безопасных проходов приносило бы больше дохода. Так что двигал ли ими страх? Удобство? Отсутствие риска? Может, они делали это просто из жестокости.

Как бы то ни было, с этими чудовищами выбор был хотя бы прост.

Но никто не радовался тому, что предстояло дальше.

Теперь очередь была за предателями.

Оратор произнёс речь перед началом.

Речь несла посыл единства в тяжёлые времена. Мужчина говорил о непростительной природе такого предательства и о том, почему никого из приговорённых нельзя пощадить.

Это была речь, обращённая к тем, кто терял родных. Братьев, сестёр, мужей, жён… детей. Многие из предателей, возможно, имели веские причины для своих поступков или хотя бы думали, что имеют. Но в итоге результат был один.

Вместо посыла, который они хотели донести, речь скорее была о том, что они не могли сказать в такое время — измена абсолютно непростительна.

Фредди был владельцем Репентавы. Как таковой, он мог делать с городом что угодно. Он мог даже продать его кому-то другому. И более могущественная сила могла заставить его отдать город.

И Трэвис, и Фредди согласились, что арбитр вряд ли вмешается, если кто-то более сильный заставит Фредди отказаться от города. Он может вмешаться, чтобы спасти самого Фредди, но не более.

Этот город был подарком не меньше, чем испытанием.

Было соблазнительно думать, что арбитр обманул Фредди, навязав ему город, но на самом деле это было не так.

Никто не заставлял его тушить все эти пожары. Если бы он хотел, он мог бы делать вид, что всё в порядке, и позволить ситуации разрешиться самой. Чёрт, он мог бы просто продать город.

Но он не сделал этого.

Это был шанс. Сделать всё лучше. Доказать, что так можно.

Тем не менее, это было не самое лучшее начало.

Если быть честным с самим собой, ему очень не нравилось, что Вальхалла решила казнить предателей. Он понимал это с рациональной точки зрения. Но это казалось неправильным. Увы, он не мог придумать лучшего решения. Физически ему было 123 года. Но у него было только 23 года жизненного опыта. И большую часть этого времени он провёл, стараясь не выделяться и дожить до следующего дня.

Он едва понимал, чего хочет от жизни. И при этом ему нужно было решать судьбы других.

По крайней мере, он мог найти утешение в том, что не он предложил это.

Даже если он понимал, что потворствует этому, не останавливая.

Предателей вывели на открытое пространство. Несколько стражников Вальхаллы стояли с арбалетами.

Их головы были покрыты чёрной тканью, а конечности связаны. Затем палачи выпустили залп стрел.

Было очевидно, просто глядя на толпу, кто кому приходился роднёй. Это было трагическое зрелище. Но, что удивительно, никто, ни один человек, не попытался остановить это. Может, из страха. Может, они понимали, что это необходимо.

А может, как в случае с Лукасом, те, кого это касалось больше всего, просто не могли найти в себе силы смотреть.

Мать Лукаса — Хелен Блэк — дёргалась, когда её оттаскивали от других предателей. Её рот был заткнут, а лицо закрыто, так что невозможно было разобрать, что она пыталась сказать, хотя было ясно, что она кричала.

Её подвели к стене. Через мгновение стражи подняли арбалеты.

«Огонь!» — крикнул главный стражник, и остальные нажали на спусковые крючки.

Стрелы пронзили тело Хелен. Одна попала прямо в голову. Через мгновение она упала. Затем её оттащили, и следующего подвели к стене. И всё. Его шанс что-то изменить исчез.

Фредди вздохнул при виде этого. Что он вообще чувствовал в этот момент? Облегчение? Печаль? Удовлетворение? Трудно сказать. Но что бы это ни было, это не было хорошим чувством.

Он повернулся к Трэвису и спросил: «Как обстановка в городе?»

«Плохо», — вздохнул мужчина. «Но новости о том, что ты подписал контракт, уже печатаются и распространяются. Теперь нам остаётся разобраться со всеми, кто продал свои дома за гроши и теперь хочет их вернуть». Он мрачно усмехнулся. «И таких, поверь, много».

«Я понял», — сказал Фредди. «Не надо тыкать мне этим в лицо. И я уже говорил, что мне нужно было отлучиться».

«И как часто это будет происходить?» — спросил Трэвис, поворачиваясь к нему. «Мне теперь постоянно переживать, что ты внезапно исчезнешь?»

Фредди пожал плечами. «Буду честен. Возможно».

«Понятно». Трэвис вздохнул. «Я подумал и, честно говоря, хотя было бы лучше, если бы ты сотрудничал, мы справимся и без тебя. Ты сделал достаточно. Не чувствуй себя обязанным оставаться здесь. У тебя есть шанс покинуть Северный Пояс. Ты должен им воспользоваться».

Фредди усмехнулся. «Кто сказал, что я хочу уходить?»

Трэвис посмотрел на него. «Я серьёзно».

«И я тоже».

«Знаешь, как человек, выросший на Северном Поясе, я не могу понять, почему кто-то вообще захочет сюда приехать, не то что отказаться уезжать, когда есть возможность».

«Тор тоже отказался уезжать».

«Это другое. И ты знаешь это».

Фредди усмехнулся. «Да. Ты прав». На мгновение он хотел объяснить мужчине, почему остаётся. Но как ни старался, не мог подобрать подходящих слов. Всё звучало слишком идеалистично и неубедительно. Так что он выбрал лёгкий путь. «Скажем так, я остаюсь по эгоистичным причинам».

Трэвис фыркнул, и на его губах появилась улыбка. «Конечно, по эгоистичным».

«И я подумал об этом. О том, чтобы немного отстраниться. И согласен, что пока это будет лучшим решением. Кое-что ещё горит, но в целом всё идёт к лучшему».

«Громкие слова, учитывая, что мне придётся этим заниматься».

«Я просто уверен, что ты справишься». Он ухмыльнулся.

Трэвис покачал головой, развлечённый.

«В любом случае», — продолжил Фредди, «я думаю, что могу внести вклад лучше, чем бегать и заниматься бюрократией».

«А именно?»

«Деньгами. И насилием».

«Верно. Конечно. Твои две специализации».

Фредди хлопнул Трэвиса по плечу. «Эй, кто-то же должен делать полевую работу, пока ты сидишь в офисе весь день. Кроме того, чем больше денег я вложу в этот город, тем быстрее всё наладится».

«Просто будь осторожен», — сказал Трэвис. «Обстановка нестабильна. Некоторые могут решить, что слухи о тебе преувеличены. Могут подумать, что ты лёгкая цель».

Фредди ухмыльнулся. «Пусть поторопятся. Мне как раз нужно собирать скрытую ауру».

Трэвис усмехнулся. «Сколько тебе вообще нужно для третьей звезды, жадина?»

Фредди поморщился. Несмотря на всё, что он сделал, он сомневался, что приблизился к тому, что нужно для восхождения. Переход с 66% до 99% сжатия эссенции — огромная разница. Тем не менее, лучше, чтобы другие думали, что он может подняться в любой момент. «Ну ты знаешь. Чем больше, тем лучше». Он ухмыльнулся Трэвису. «Ты что, ревнуешь?»

«Я завидую тебе больше, чем ты можешь представить. Но, думаю, могу смириться с тем, что ты на моей стороне». Трэвис посмотрел на Фредди с непростым выражением. «Я чувствую, что в последнее время с тобой что-то не так. У тебя… аура. С тех пор, как умер Тор, тебе было тяжело. Ты уверен, что не хочешь поговорить с кем-нибудь?»

Фредди долго смотрел ему в глаза. Что-то в его взгляде заставило Трэвиса отвести глаза.

«Не переживай, парень», — сказал Фредди. «Я справлюсь». Он повернулся к Софии. «Пошли. Поехали».

«Удивительно скромно для человека, который владеет городом», — сказала София, входя в квартиру Фредди.

Он впервые показал ей это место. До этого он был слишком занят делами в городе, чтобы выделить время.

«А чего ты ожидала? Дворец?»

Она замедлилась и затем медленно кивнула. «Особняк как минимум».

«Да, да», — усмехнулся он. «Куплю, как только они перестанут гореть».

«Я немного проголодалась», — сказала София. «Что будем есть?»

Фредди бросил ей пищевую таблетку.

Её улыбка стала напряжённой.

«Что?» — сказал он. «Доставки тебе сейчас не видать».

«У тебя хоть что-то есть в холодильнике?»

«Нет».

«Знаешь, ты был прав, когда сказал, что не умеешь наслаждаться жизнью». Затем, с выражением отвращения, она разгрызла таблетку, её лицо скривилось, будто она сосала лимон. В конце концов она проглотила её с дрожью. «Это ужасно».

Он усмехнулся. «Придётся привыкнуть».

Они сидели без дела, болтая о ерунде. Заняться было особо нечем. И, честно говоря, Фредди всё ещё не был в настроении для чего-либо.

«Должна сказать», — начала София, «хоть это и не особняк, это гораздо лучше комнаты, которая была у меня в Вальхалле». Она растянулась на диване. Закрыв глаза, она просто лежала, напевая мелодию и постукивая ногой.

Фредди сидел в другой части комнаты. Он посмотрел вниз, и в его руке появился маленький чёрный осколок. Это был осколок смерти, оставленный Сильвер Хартом на прощание. Он смотрел на него долгое время, затем взглянул на Софию. «Эй…» — позвал он.

«М-м?» — промычала она, не открывая глаз.

«Я должен тебе кое-что сказать».

----------

Безумие

«Я заглянул в её разум. У неё есть потенциал унаследовать мою волю».

Последние слова Сильвер Харта эхом разносились в голове Фредди, пока он смотрел на осколок смерти в своей руке. Он был чёрным, но с лёгким зелёным оттенком. Сам осколок представлял собой ничем не примечательный кристалл с неровной поверхностью и мощной, чистой аурой внутри.

«У неё есть потенциал унаследовать мою волю».

Эти слова словно вирус заразили его разум. И когда он почувствовал, как теряется в болезненном зелёном оттенке чёрной смерти, голос Софии наконец донёсся до него. «Эй? Ты там? Просыпайся».

«А?» Он поднял голову и посмотрел на неё.

«Не „а“ мне, псих. Ты драматично заявил, что должен мне что-то сказать, а потом уставился в пол». Она посмотрела на него с недоверием. «Ты что, изображаешь крутого?»

Фредди усмехнулся и убрал осколок смерти. «Нет. Просто отвлёкся на постороннюю мысль».

«Так… Ты хотел сказать…?»

«Ах, да». Фредди откинулся назад. «Помнишь, я говорил, что продаю свои органы за безумные деньги?»

«О, чёрт», — вздохнула она, опускаясь в подушки. «Ты хочешь втянуть меня в свою аферу, да?»

«Я могу продолжать делать это сам, если ты действительно не хочешь помогать», — сказал Фредди с лёгким раздражением. «Но с тобой всё пойдёт гораздо быстрее».

«Ладно. Я согласна». Она ухмыльнулась. «Если ты отдашь мне 80%».

«Я дам тебе 50%, и даже это больше денег, чем ты сможешь потратить».

Она на секунду задумалась. «Из чистого любопытства… Сколько именно ты зарабатывал?»

«Дай-ка подумать… Раньше я продавал полный набор органов за 50 миллионов долларов».

«П… пятьдесят?! Вау. Это действительно много денег».

«Честно говоря, сейчас я мог бы продать их вдвое дороже».

София резко выпрямилась. «Так когда мы начинаем?»

Он рассмеялся и покачал головой. «Сначала мне нужно связаться с судьёй и договориться с ним. Сегодня я предпочитаю просто отдохнуть».

«Бууу. Нельзя так размахивать деньгами, а потом делать вот так!»

Он поднял бровь. «Я удивлён, что тебя так соблазняют деньги. Разве ты не выросла в коммунистическом культе?»

Она швырнула в него подушкой. «В последний раз говорю, мы не были коммунистами!»

Фредди защитился от летящего снаряда, затем поднял бровь. «Что за реакция? У тебя что-то против коммунизма? Знаешь, на самом деле он основан на довольно убедительных—»

Она просто закатила глаза, взяла пульт и включила телевизор.

Фредди вздрогнул и чуть не подпрыгнул от звука внезапно включившегося телевизора, едва не слетев с дивана.

«Боже…» — сказала София. «Ты в порядке?»

С бешено колотящимся сердцем он успокоился. «Да. Прости. Просто это было неожиданно…»

София посмотрела на него с грустью.

Он усмехнулся и отмахнулся. «Не переживай. Я в порядке», — настоял он и присоединился к просмотру дешёвой криминальной драмы. Какое-то время они просто молчали. Всё это время Фредди выглядел напряжённым, будто ожидал, что на экране появится что-то странное.

«Мы можем не смотреть, если тебе некомфортно», — сказала София.

«Я сказал, что всё в порядке», — ответил он с натянутой усмешкой. «Мне нужно время, но я должен привыкнуть».

«М-м…» — недоверчиво пробормотала она и положила пульт.

Они продолжили смотреть шоу в тишине.

«Я скучаю по дому», — вдруг сказала София.

Фредди хотел ответить колкостью, но не нашёл сил. «Да». Он вспомнил тот маленький чулан, который неохотно называл домом. Место, где он мог спокойно читать, не боясь, что следующая страница убедит его убить себя. «Я тоже».

В конце концов они выключили телевизор и отправились спать.

После часа ворочания Фредди наконец решил встать и выйти на кухню. Там он увидел Софию, сидящую за столом. Горела только одна лампа, слабо освещая кухню. Под её светом она наливала себе водку в большой стакан. На ней была белая рубашка на несколько размеров больше и мешковатые пижамные штаны. Волосы были собраны в небрежный пучок.

«Откуда у тебя бухло?» — спросил он.

«Храню в кольце хранения», — ответила она. Затем улыбнулась. «Если хорошо попросишь, могу поделиться».

«О, ваше высочество, не соблаговолите ли вы удостоить меня каплей небесной росы?»

Она закатила глаза. «Просто садись».

«Погоди», — сказал он, потянувшись к шкафу. Он открыл его и достал банку мёда.

«Зачем это?» — спросила она.

«Чтобы подсластить алкоголь».

«Пф. Слабак. Поставь обратно».

Он посмотрел на неё, затем вздохнул и неохотно вернул банку на место. «Ты же знаешь, что нет никакой причины мучиться с вкусом алкоголя. От сахара мы не заболеем».

Она фыркнула. «Если бы алкоголь должен был быть сладким, его бы таким и продавали». Наклонив стакан, она с размахом толкнула его вперёд. Он не скользнул по столу, как она ожидала, а опрокинулся, разлив водку. «В моей голове это выглядело круче». В итоге она просто передала ему бутылку, и он налил себе. Учитывая размеры Фредди и его устойчивость к ядам, включая алкоголь, он налил себе полный стакан.

«До дна!» — сказала София, когда он опустошил стакан.

С неохотой Фредди последовал её примеру. Он не смог сдержать гримасу, когда жидкость обожгла горло. И водки было много. Поставив стакан на стол, он почувствовал, как рот немеет, а слюнные железы работают на износ. «Чёрт возьми».

Затем они налили ещё. И ещё. И ещё.

Было откровенно неприятно. Но когда алкоголь начал действовать, ему стало легче. К третьей бутылке он начал понимать.

Пить алкоголь вот так — отстой. Но в этом и был смысл. Это была замена боли. Отвлечение. Жжение выжигало из головы все мысли.

София икнула и приложила руку к груди. «Знаешь, доступ к исцелению высшего качества делает выпивку слишком хорошей идеей», — сказала она, слегка заплетающимся языком.

Фредди усмехнулся. «Это точно». Его речь почти не пострадала. Он чувствовал себя пьяным, но не настолько, чтобы потерять контроль. «Но зато никакого вреда мозгу или печени».

«Фредди, ты употребляешь наркотики?» — неожиданно спросила София.

Он замешкался. «Зависит… Я курю, пью. Стероиды считаются?»

«Я имела в виду тяжёлые», — серьёзно уточнила она.

Он замолчал, почувствовав её тон. «Нет. Не употребляю». Он посмотрел на стакан. «Честно говоря, я думал об этом. Но я видел, как быстро наркотики разрушают жизни. Не хочу так закончить».

«Думаешь, у тебя будут такие же проблемы?» — она наклонилась. «Они не навредят твоему здоровью. И не будут стоить больших денег».

«Не в этом суть. Конечно, это усугубляет ситуацию. Но люди… Они становятся одержимыми, и всё остальное перестаёт иметь значение. Отсутствие последствий может даже сделать хуже. Я могу потерять себя и провести всю жизнь в кайфе. Лучше даже не пробовать».

«Хороший ответ», — сказала она, криво улыбаясь. «Но я, возможно, не буду такой благоразумной».

Он фыркнул. «Не надо. Ты пожалеешь».

«Правда?» — игриво протянула она. «А если я очень хочу?»

Он хотел продолжить спорить, но почувствовал, что сил нет. Вместо этого спросил: «Почему?»

«Разве не очевидно?» — она опустилась на стол и глубоко вздохнула. «Знаешь, это место — точь-в-точь как та „пропаганда“, которой меня кормил мой „культ“ всю жизнь». Она рассмеялась. «Когда я начала сомневаться, я думала, что всё не может быть настолько плохо. Мне казалось, что это просто ложь, чтобы держать нас в страхе и покорности». Её взгляд стал отстранённым. «Иногда я думаю, зачем вообще убежала».

«Ты бы умерла, если бы осталась».

«Да. И, возможно, я бы предпочла это».

«Нет, не предпочла бы». Он вздохнул, обдумывая следующие слова. «Знаешь, в том подземелье был момент, когда я был на волосок от самоубийства. Тогда смерть казалась единственным спасением. Но теперь я понимаю, что не хотел умирать. Я просто хотел, чтобы боль прекратилась».

«И что мне тогда делать?» — спросила она, сжимаясь. «Какие у меня варианты?»

Он помолчал, затем пожал плечами. «Я сам ещё ищу ответ».

Она надолго замолчала. «Понятно».

Фредди потянулся за бутылкой, чтобы налить ещё. Она была пуста. «У тебя есть ещё?» — спросил он.

Она покачала головой.

«Ну и ладно». Он поставил бутылку и посмотрел на неё.

Она улыбалась. Это была та игривая, ужасная улыбка, за которой скрывались внутренние демоны. Но её улыбка стала чуть искреннее, когда их взгляды встретились. «Что уставился? Хочешь воспользоваться моментом?»

На его лице промелькнуло отвращение. «Нет. Боже. Не говори такого. Это мерзко».

Её губы искривились в недовольной гримасе. «Не обязательно так реагировать, знаешь ли? У девушек тоже есть чувства».

«Я не…» — он застонал. «Прости, если обидел. Просто… не говори так. Я никогда бы так не поступил».

«Я знаю. И это хорошо. Ты хороший парень. Но… Мне часто кажется, что ты смотришь на меня свысока, Фредди. Будто не уважаешь».

«Я уважаю».

«Уверен? Ты не слишком ладишь с женщинами».

Он поморщился. «Возможно. В моей жизни их было мало. Но я не хочу быть таким, понимаешь? Дай мне время научиться».

«И как ты научишься без опыта?» — её ухмылка вернулась. «Разве ты не говорил, что тебе не везёт?» — она наклонила голову. «В чём дело? Боишься?»

«Ты же не хочешь этого на самом деле. И я тоже».

«А ты откуда знаешь, чего я хочу?» — внезапно в её голосе появилась агрессия. «Ты что, скажешь, что „это алкоголь говорит“?» — она рассмеялась. «Ты правда считаешь меня настолько жалкой? Или женщин вообще?»

«Откуда это?»

«Твои же слова, Фредди. Я думала о нашем разговоре в горах… Хочется верить, что ты просто осторожен. Что не хочешь злоупотреблять властью. Возможно, так и есть. Но это чувствуется… не так». Она бросила ему вызов взглядом. «Я ошибаюсь?»

Он хотел рассердиться, но… «Я однажды случайно подслушал разговор двух женщин, моих коллег. Одна сказала, что архчеловек пытается за ней ухаживать, но он ей не нравится. Но у её мамы была болезнь. Она была без денег. Чувствовала себя эгоисткой, отказывая. Поэтому сказала, что заставит себя согласиться».

«И?»

«Что значит „и“? Я не… Я не хочу ставить кого-то в такую ситуацию, София. Разве это так плохо?»

Она фыркнула. «Вот в чём проблема. Ты думаешь, не сможешь понять, если женщина будет терпеть тебя через силу? Никто не настолько туп. Если только не хочет быть».

«Так что мне делать?»

«Боже, это не так сложно!» — она схватилась за голову. «Просто давай женщинам пространство. И уважение. Не будь придурком. Разве это так сложно?»

«Наверное, нет…»

«И…» — она вздохнула. «Послушай». Она встала со стула, подошла к нему и села ему на колени, обняв за шею. «Не обязательно усложнять», — прошептала она.

«Даже если ты хочешь, я — нет».

«Это из-за того случая с той женщиной?» — спросила она. «Если хочешь, подождём, пока протрезвеем».

Он задумался. «Просто я хочу, чтобы мы остались друзьями».

«Мы останемся друзьями», — сказала она. «Ничего не изменится. Я не усложню, если ты не захочешь. Но это ничего… странного. Просто дружеские привилегии».

Он натянуто улыбнулся. «Единственные привилегии, которые мне от тебя нужны, — это твой талант».

«Вау, так ты просто используешь меня, да?» — она рассмеялась. Затем её смех стих, и она прикрыла лицо рукой, фиолетовые глаза смотрели на него поверх идеальной кожи. «Неужели нельзя забыть об этом… хотя бы на одну ночь?»

Искренность этих слов оставила его в оцепенении. Его сердце забилось чаще, руки слегка дрожали. И его «маленький друг» начал подавать признаки жизни.

Со вздохом он взял себя в руки и на секунду действительно задумался. «Знаешь, я обычно довольно безрассуден. Но я уже достаточно пожалел об этом». Он откинулся на стуле, вспоминая. «Один мудрый человек сказал мне слушать свой внутренний компас. И… может, я не настолько мудр, чтобы понять почему… но сейчас он орёт на меня. Я просто чувствую, что это неправильно. Прости».

Она улыбнулась. «Всё в порядке». Внезапно напряжение исчезло, и она встала, потянувшись. «Ладно, пожалуй, мне пора спать». Она прошла мимо, хлопнув его по плечу. «Было приятно поболтать».

Когда она скрылась за углом, Фредди почувствовал подозрение. «Погоди», — сказал он.

Она выглянула из-за стены. «М-м?»

«Ты что, проверяла меня?» — спросил он.

Она рассмеялась. Покачала головой и скрылась. После паузы донёсся шёпот: «Нет».

Он медленно повернулся и тоскливо посмотрел на пустую бутылку. Он знал, что сделал правильный выбор. И гордился собой.

«Чёрт», — пробормотал он. «Только не жалей теперь, лузер».

На следующий день Фредди договорился с судьёй. На этот раз он не посылал Кровопролитие, а пришёл лично и передал «письмо от Черепа».

Судья, скорее всего, уже догадывался, что Фредди либо сам Череп, либо связан с ним. Но сейчас он ничего не предпримет. Человек получит куда больше наград от империи за обнаружение потенциального будущего Владыки, чем за попытку захватить его силой. Да и прибыль от органов Фредди была огромной.

Он предложил более 130 миллионов долларов за набор. Почти втрое больше, чем тот ублюдок из Страты. И более того, Фредди без труда поднял сумму до 170 миллионов. Он мог бы выжать больше, но не хотел злоупотреблять доброй волей.

Хотя София и шутливо выражала энтузиазм, её не особо впечатлили богатства. И это было понятно. Ценности её культа, возможно, и не были коммунистическими, но явно враждебно относились к имперскому капитализму.

Даже если деньги были… «этически чистыми», торговля органами не казалась «правильным» способом их заработать.

И, учитывая, что город всё ещё горел, тратить эти деньги было не на что.

С каждым днём ситуация в Репенте улучшалась.

София и Фредди занимались сбором органов, но вскоре столкнулись с ограничениями. Фредди уже знал, что чрезмерный сбор «истощал» его тело. Его диета немного помогала, но наступал момент, когда он просто не мог усваивать пищу достаточно быстро. Даже постоянное использование Адаптивного Водного Тела не решало проблему.

Органы, собранные после определённого количества, быстро деградировали вне его тела. Не до полной непригодности — клетки были неживыми, поэтому они не разлагались. Но их качество падало настолько, что это ставило под вопрос их ценность.

Возможно, их ещё можно было продать, но уже как дешёвый вариант.

Тем не менее, с помощью Софии дело шло гораздо быстрее.

Ей потребовалось время, чтобы привыкнуть к жуткой работе. Сдирание кожи с Фредди беспокоило её больше всего. Но она быстро адаптировалась. Учитывая её прошлое, вид крови её не пугал. И, как архчеловека с талантом жизни, ей стоило привыкнуть как можно скорее.

Они продали почти 150 наборов за пару дней, став невероятно богатыми. Их общий доход составил почти 26 миллиардов долларов. Но тут они столкнулись с новой проблемой.

Спрос на такие органы был огромным, но рынок не справлялся с таким наплывом. Вместо того чтобы сбивать цену, судья посоветовал «Черепу» притормозить, чтобы фракции подготовили средства для следующей партии.

С новыми деньгами Фредди решил выдать всем оставшимся сотрудникам компаний огромные премии. Это обошлось ему всего в полмиллиарда, разделённых между всеми. Конечно, это были огромные деньги, но эффект был мгновенным: люди замолчали и вернулись к работе.

Затем он вложил ещё 5 миллиардов в покрытие расходов бизнеса, пока экономика восстанавливалась. И ещё 2,86 миллиарда на устранение последствий бунтов и краха рынка недвижимости.

Вальхалла также начала устраивать своих людей на освободившиеся должности. Да, это был кумовство, но их кумовство, так что всё в порядке. Шутки и мораль в сторону, рабочих рук не хватало. Кто-то должен был работать.

С напряжением, быстро спадавшим, Репента начала залечивать раны.

Дождливым утром Фредди сидел на диване в гостиной с книгой. Он пил водку прямо из бутылки, собираясь с духом, чтобы открыть её и начать читать. Это оказалось сложнее, чем он ожидал.

С усилием он открыл первую страницу. Титульный лист встретил его, и он выдохнул. «Пока всё хорошо…»

«Что ты делаешь?»

«Боже!» — он вздрогнул, захлопнув книгу. Он так сосредоточился, что не заметил, как подошла София.

Она была в спортивном костюме, слегка вспотевшая после пробежки, с полотенцем на шее. Взглянув на книгу, она сделала глоток из термоса и нервно спросила: «Ох. Настолько плохо?»

Он усмехнулся. «Нет. Не совсем. Я просто трушу».

«Не называй себя так». Она вздохнула. «Ладно, я пойду в душ. Можешь продолжать, я не буду мешать».

Он кивнул и вернулся к книге. В этот раз было легче. Он открыл её и начал читать. Текст не пытался играть с его сознанием. Но временами паранойя брала верх, и он видел в предложениях скрытые послания. Требовалась сила воли, чтобы не захлопнуть книгу.

Сидя на диване, он постепенно успокаивался. Чтение приносило ему покой, которого он давно не чувствовал. Это было умиротворяюще.

Затем ему показалось, что он что-то услышал. «М-м?» — он поднял голову и прислушался. Кроме звука душа, ничего не было. Наверное, показалось.

Но это повторилось. «Что за чёрт…?» — пробормотал он, медленно вставая. «Ремонт рядом?» Он не мог понять, что именно слышал, или слышал ли вообще. Но что-то было не так.

Неохотно он сел обратно. Покой исчез. Он напрягся, и сосредоточиться на чтении стало трудно.

Затем он почувствовал лёгкое движение воздуха. Сначала он проигнорировал это, списав на воображение, но когда понял, что это не иллюзия, оно уже исчезло.

Он вскочил и огляделся, чувствуя, как сердце бьётся чаще. «София?» — позвал он. Она была в душе.

Он обыскал всю квартиру, но ничего не нашёл. Незер тоже был пуст.

Но он что-то чувствовал.

… Или ему казалось?

То, что он не был уверен, было ли это реальностью, отбрасывало его назад в процессе восстановления. Со вздохом он сел на диван. Потянулся к книге, но рука замерла.

Вместо этого он взял бутылку водки.

Он хотел сделать глоток. Но выпил половину.

Дни шли, и мотивация Фредди таяла. Его мысли путались, и он не мог избавиться от ощущения, что что-то не так. Хуже всего было то, что он не понимал, проблема в нём или… в мире вокруг.

Его дни превратились в сон и пьянство. Он просыпался после полудня, перебирался на диван, где копились пустые бутылки, и пил.

София заметила, но сначала молчала.

Вместо этого она присоединилась к нему. Позволяя обоим игнорировать растущую проблему.

Фредди же продолжал чувствовать эти странные моменты, когда мир будто сдвигался. Как шёпот на ветру, но не звук. Как изменение структуры реальности, но нет. Было ли это реальным, его уже не волновало. Он просто хотел, чтобы это прекратилось.

Очередным вечером за выпивкой София наконец заговорила. «Эй. Мы вообще что-то будем делать? Мне это надоело».

«Не…» — он налил себе виски. «Я в отпуске».

«Да это не отпуск. Может, займёшься чем-то действительно интересным, вместо того чтобы сидеть и пить?»

«Куда спешить?» — он осушил стакан и засмеялся. «Знаешь, я думал об этом. С такими деньгами и силой у меня просто нет мотивации что-то делать».

«Но ты мог бы развлечься».

«Это… верно. Но опять же, куда спешить?»

«Помнишь, как ты говорил, что не будешь пробовать тяжёлые наркотики, потому что боишься провести всю жизнь в кайфе?»

«Я… Да, ладно, я понимаю, что сейчас делаю то же самое с алкоголем, — но!» — он поднял палец. Но аргумент исчез, и он остался с глупо поднятой рукой. «Вообще-то, это хороший аргумент».

Она усмехнулась. «Давай—»

Внезапно Фредди снова почувствовал это странное движение воздуха. София что-то говорила, но он не слышал. Его дыхание участилось, он озирался, параноидально осматривая каждую тень.

«Всё, хватит», — сказала София, хватая его за руку. «Я вытащу тебя из дома, даже если это будет последнее, что я сделаю».

Ощущение прошло, и он посмотрел на неё. «Что? Нет, подожди».

«Вставай, дружок. С меня хватит».

И снова это чувство. Он вырвал руку и вскочил. Он пытался определить источник, но оно будто исходило слева, куда бы он ни повернулся. Как смех, рвущий пространство, но приглушённый и искажённый. Он вертелся на месте, и через несколько минут это прекратилось.

София кричала, пытаясь привлечь его внимание. В конце концов она изо всех сил толкнула его на пол. «Чёрт, ты такой тяжёлый».

«А?» — он был в поту, озираясь. «Я…» — голос сорвался.

«Боже…» — она схватилась за голову. «Знаешь что?» — она забрала бутылку виски. — «Думаю, тебе хватит. Больше ни капли алкоголя. Никогда!»

«Нет», — он попытался встать.

«Да-а-а», — она спрятала бутылку за спину.

«Нет, я не об алкоголе», — он повернулся к стене, смотря на неё с подозрением.

Она осторожно коснулась его руки и использовала искру, чтобы снять опьянение. Ему стало немного легче. «Посмотри на меня», — она шлёпнула его по лицу. — «То подземелье сломало тебя. И если ты продолжишь в том же духе, ты не поправишься».

«Нет…» — пробормотал он, но уже неуверенно. «София, я не выдумываю, что-то действительно происходит».

Она хотела возразить, но вздохнула. «Хорошо. Я верю тебе. Но можешь объяснить, что?»

«Я… не знаю», — сказал он. «Это… как будто воздух сдвигается. Как левый сдвиг, которому смешно». Он замолчал, осознавая абсурдность своих слов. «Словами это не передать».

«Фредди… ты говорил, что встретил саму концепцию Безумия, да?»

«Да».

«Думаешь, это могло на тебя повлиять?»

«Оно действительно на меня повлияло», — сказал он.

София смягчила выражение лица. «И это явно оставило след».

«Нет, оно оставило след. Буквально. Мне показали видение… Безумия. Во всей красе». Он постучал по виску. «И я узнаю это чувство. Оно настоящее».

«Возможно. Но если лучшее, что ты можешь описать, это „левый сдвиг, которому смешно“, то какая разница, реально оно или нет?»

«Я… я…»

«Послушай», — она села. «Просто перестань пить. Хотя бы сегодня. И я не буду тащить тебя никуда сегодня, но пообещай, что завтра выйдешь».

Он сдался. «Ладно».

«Обещаешь? А теперь иди спать». Затем неохотно добавила: «И можешь что-то сделать с криками?»

Он нахмурился. «Какими криками?»

«Да с криками. Ты кричишь во сне. Я не хотела говорить, чтобы не обижать, но теперь сказала, так что просто перестань». Она криво улыбнулась. «Ладно?»

«Ладно. Хорошо».

Они разошлись, готовясь ко сну.

Но Фредди не мог уснуть. Он лежал, наблюдая за каждой тенью. В воздухе висело напряжение. Что-то было не так. За гранью восприятия шевелилась злая сила, как волны безумия, накрывающие мир.

Затем он снова почувствовал это. Он сел, но вместо паники успокоился и прислушался. Как оно смеётся в темноте, меняя форму и напевая песню безумия. Но чем больше он слушал, тем меньше оставалось спокойствия. Он не понимал, но начинал смутно осознавать, что это.

«О, чёрт!» — он вскочил с кровати и ворвался в комнату Софии. Дверь была заперта, но его сила и масса сделали это незначительным препятствием.

Он вломился внутрь, найдя её спящей.

Она зашевелилась, затем закричала при виде взъерошенного Фредди. «Какого чёрта?!»

«Некогда объяснять!» — он подхватил её, перекинул через плечо и выбежал в коридор, затем на крышу, где поставил её на ноги и озирался, осматривая небо.

«С меня хватит!» — она кричала. «Я не игрушка! Скажи, что происходит, или я ухожу!»

«Безумие, София!» — сказал он. «Происходит нечто неописуемое. Я не знаю что или где, но могу сказать одно». Он повернулся к ней. «Если оно придёт сюда, нам конец».

----------

В невыгодном положении

София уставилась на Фредди, который всё ещё лихорадочно озирался, всматриваясь в небо.

Ночь была облачной, с редкими просветами, сквозь которые пробивался резкий лунный свет. В отличие от неба, город погрузился во тьму. Репентава обычно ярко освещалась по вечерам, но из-за недавних событий люди предпочли оставаться дома и не включать свет.

Со вздохом София прижала руку к груди, чтобы успокоиться, и спросила: «Ладно. Итак… Безумие?»

Фредди, занятый подсчётом разрывов в облаках и их соответствия сторонам света, кивнул. «Да. Я понимаю, что происходит. Ну, не совсем, но могу хотя бы примерно объяснить, почему я это чувствую». Внезапно он обмяк, будто с плеч свалилась огромная тяжесть, и прислонился к парапету. «Я правда думал, что схожу с ума…» Он усмехнулся, затем застонал и опустил голову на холодный бетон, с облегчением выдохнув. «Но это не так».

«Ты собираешься рассказать мне, что происходит?»

«Да», — ответил он, затем резко посмотрел на неё. «Думаю, мне имплантировали некий концепт. Когда я впервые его получил, я предположил, что это главная награда из подземелья. Теперь я уверен, что так и есть. Это что-то вроде шестого чувства для всего, что связано с безумием».

Брови Софии поползли вверх. «Звучит…» Она нахмурилась. «Полезно?»

Фредди рассмеялся. «Очень», — серьёзно кивнул он. «Кто-то только что совершил нечто совершенно безумное где-то там». Он прищурился, глядя вверх. «Во всём есть оттенок безумия. Представь его как огромный водоём под поверхностью мира. То же самое относится ко всем великим концептам, доведённым до крайности. И кто-то только что швырнул в этот водоём здоровенный камень. А я», — он ткнул себя пальцем в грудь, — «вижу волны».

Он замолчал, сосредоточившись. «Я не могу определить, откуда они идут, но они… искажены. Это произошло слишком далеко, чтобы разобрать детали, так что, возможно, в соседнем городе. В последнее время я чувствовал лишь мелкие, но частые волны. А теперь накатила огромная. Что бы ни случилось, это произошло задолго до первой волны. Как минимум неделю назад».

София медленно кивнула. «Ладно. Значит, ты не просто сошёл с ума. Но… ты хотя бы знаешь, что произошло?»

«Нет», — покачал головой Фредди. «Я понятия не имею».

«А ты говорил, что мы в опасности?»

Он задумался. «Скорее всего, учитывая масштаб того, что я чувствую».

«И ты уверен, что», — она скептически скривила губы, — «кто-то не… скажем, намазал шоколадный торт майонезом?»

Он рассмеялся. «Это было бы безумием, но нет. Такой эффект могло вызвать только появление новой силы в мире. Что-то вроде того, как я выбрал "взрыв" для улучшения Удара Цунами, но в гораздо большем масштабе».

Услышав это, она занервничала. «Если всё так плохо, разве Империя не вмешается?»

Он энергично кивнул. «О, я был бы удивлён, если бы они уже не начали действовать».

«Тогда почему паника?»

Фредди замешкался. «Я проклят. Вроде как». Он откинулся назад и разочарованно вздохнул. «Моя жажда силы создала для меня своеобразную судьбу. Когда происходят важные события, я, скорее всего, окажусь в их эпицентре, даже если не хочу». Он усмехнулся.

«Значит», — неловко усмехнулась София, большим пальцем указывая за спину, — «мы сбегаем?»

Он на секунду задумался. «Мне этого хочется. Но… Знаешь, оглядываясь назад, я начинаю понимать, что прожил жизнь как микроб, который бежит к свету и прячется от громких звуков. Я пассивен. Я опускаю голову и работаю, ожидая, когда проблемы начнут реагировать на меня».

София подошла и села рядом, поджав ноги и потирая колени, чтобы согреться. «Ну… а что в этом плохого? Я имею в виду… ты всё ещё жив. И у тебя больше силы, чем большинство может себе представить. Кажется, такой подход тебе неплохо служил».

Он просто улыбнулся. «Нет. Не служил. Жить, постоянно защищаясь, — плохая идея. Я дошёл до того, где нахожусь, вопреки такому образу жизни». Он вздохнул.

Фредди почувствовал, как волна безумия отступает, оставляя после себя лишь тревожное беспокойство, ощущение неправильности в том, как ветер касается его кожи. Затем он внезапно вскочил и повернулся к Софии. «Пойдём развлечёмся».

«Что?»

Не дав ей опомниться, он рванул обратно в здание. Она последовала за ним.

Они переоделись и вышли, сели на мотоцикл и поехали в центр города.

София шла за ним, не задавая лишних вопросов.

Фредди остановился у площади перед общественным проходом. Сложив мотоцикл, он убрал его в Кольцо Хранения.

На улице было мало людей, многие ларьки вокруг прохода закрылись. И не потому, что была ночь. Обычно они работали круглосуточно, но из-за недавних событий не хватало персонала. Лекари тоже отсутствовали, что значительно повышало риск исследования.

Таким образом, здесь остались только отчаявшиеся или уверенные в себе. В основном отчаявшиеся.

«Пошли», — сказал Фредди, шагнув к проходу.

«Погоди», — остановила его София. «Куда именно мы идём?»

«Помнишь, я говорил, что в локальном межпространстве есть путь к пляжу где-то посреди океана?»

Она усмехнулась. «И ты хочешь пойти туда сейчас? Разве что-то страшное не движется сюда?»

«Нет», — просто ответил он. «Я бы почувствовал, если бы это было близко. Оно где-то там, но не здесь. По крайней мере, пока. Кроме того, даже если бы оно и было, ко мне движется нечто куда более пугающее».

Она нахмурилась. «Что?»

Он посмотрел на неё. «Безумие. Я схожу с ума, сидя взаперти в этой чёртовой квартире день за днём». Он поднял руки и посмотрел на ладони. Они дрожали. «Я сломаюсь, если не начну лучше заботиться о себе».

«Один маленький вопрос: разве утром не лучше было бы пойти?»

«Разница во времени означает, что там сейчас раннее утро». Он ухмыльнулся. «И эй, это ты сказала, что нам нужно развлечься». Размашисто взмахнув рукой, он указал на город. «Если только у тебя нет других идей…?»

Улыбнувшись, она покачала головой, затем пожала плечами. «Знаешь что? Чёрт с ним. Веди». Она хлопнула его по спине и шагнула рядом. «Вперёд!» — крикнула она. Затем остановилась. Резко развернулась и пошла в другую сторону, продолжая кричать: «У нас нет купальников! Давай сначала найдём их!»

Он рассмеялся, покачал головой и последовал за ней.

В это время было открыто мало мест, но мир архлюдей никогда не останавливался.

В одном из крупных зданий находился огромный гипермаркет, очень похожий на тот, где раньше работал Фредди. Из-за роста краж охраны было больше обычного, а свежих продуктов не хватало. Чёрт, почти все полки с едой были пусты, а то, что осталось, можно было купить только в ограниченном количестве, чтобы люди не запасались впрок и не усугубляли ситуацию.

Но с не скоропортящимися товарами дела шли как обычно.

Разумеется, в Северном Поясе плавание не было популярным хобби. Но были крытые бассейны. А некоторые смельчаки даже ходили к ближайшей реке. Так что купальники всё ещё продавались.

Фредди взял самые большие плавки, какие нашёл, а София выбрала простой бикини.

Они обсуждали, стоит ли брать что-то ещё, но в итоге решили отказаться от этой идеи. Еду они могли поймать в море, а от алкоголя оба решили временно воздержаться.

Добраться до пляжа оказалось проще, чем они ожидали. До него было всего несколько шагов, но промежуточные миры были пустынны и относительно малы.

Сам проход к пляжу находился в небольшой пещере. Его было трудно найти. Да и сам проход оказался крошечным — овальной формы, шириной не больше, чем нога Фредди от колена до ступни. Ему пришлось изрядно постараться, чтобы протиснуться, и в какой-то момент он даже подумал, что застрянет на полпути.

По ту сторону их встретил густой лес, кишащий насекомыми. Фредди заметил змею, скользящую в траве.

Воздух был неприятно влажным, а запах леса — интенсивным, с болотными и травянистыми нотами.

Он застонал. «Я уже жалею, что пришёл сюда. Ненавижу насекомых».

София, наконец протиснувшись, поднялась на ноги. «Да заткнись ты, нытик».

Тропа к пляжу была хорошо протоптана. Несмотря на опасность, сюда, видимо, приходило удивительно много людей.

По пути они наткнулись на разбросанный мусор, подтверждающий человеческую активность.

Вскоре лес начал редеть, и перед ними открылся вид на пляж.

Фредди внезапно замер, охваченный острым чувством опасности.

София остановилась рядом. «Всё в порядке?»

Он глубоко вдохнул. «Да. Просто вспомнил, как в последний раз был на пляже. Всё прошло не очень». Затем рассмеялся и шагнул вперёд. «Серьёзно, есть ли что-то, что ещё меня не травмировало?»

Сделав последние шаги, они наконец увидели море.

«Вау», — прошептала София.

Вид был завораживающим. Они находились на холме, так что перед ними открывался бескрайний синий океан с бесчисленными островами.

Внизу простирался песчаный пляж, гораздо больше, чем они ожидали — как минимум полмили чистого песка.

Фредди кивнул. «Волны здесь, должно быть, серьёзные».

«Ага», — ухмыльнулась София, глядя вниз. Там была чёткая тропа, вероятно, проложенная архчеловеком с земным сродством. «Пошли», — сказала она, спрыгнув вниз и шагая первой.

Фредди фыркнул и последовал за ней.

По пути они наткнулись на несколько неожиданных вещей. Одна из них — небольшое деревянное строение. Оно было скорее навесом, чем домом, с соломенной крышей и деревянными опорами, но создавало уютную тень. Вокруг были и другие следы человеческого присутствия: ещё мусор, аккуратно сложенные полотенца.

И это было не единственное строение. Там были шезлонги, зонтики, каменные площадки и несколько других небольших зданий.

Кроме них, никого не было.

«Люди, видимо, часто приходят сюда», — заметил Фредди. «Честно говоря, удивлён. Никогда об этом не слышал».

София пожала плечами. «Мне, в общем-то, подходит». Затем она словно стала немного выше.

Фредди взглянул вниз и увидел, что её ноги приняли оленеподобную форму, позволяющую бежать быстрее.

«Догони меня!» — крикнула она и рванула вперёд.

Он фыркнул. «Да ладно, это нечестно».

«Сам виноват, что медленно реагируешь!» — донеслось издалека.

Со вздохом он активировал Гидравлическое Напряжение. За три шага он обогнал её, буквально пролетев над землёй. «Не в этом дело», — усмехнулся он, оставляя её в пыли, а точнее — в песке, взметнувшемся за ним.

«Пфф—тьфу», — сплёвывала София, отряхивая песок с лица. «Эй!»

Он рассмеялся, добежав до берега. Затем, собрав весь импульс в прыжке, взмыл в воздух, поднявшись впечатляюще высоко. В полёте он перевернулся и вошёл в воду спиной, подняв огромный всплеск и ударившись затылком о камень на дне.

Это не причинило ему боли, но было немного стыдно. Так что он промолчал, когда вынырнул.

Как только он показался на поверхности, София прыгнула ему на голову, используя его лицо как трамплин, чтобы подпрыгнуть ещё выше.

Он развернулся и увидел, как она игриво показывает ему средний палец с широкой ухмылкой, прежде чем тоже скрыться под водой.

Пару часов они просто плавали.

В какой-то момент Фредди начал нырять и быстро увлёкся.

Он использовал манипуляцию эссенцией, чтобы создать на глазах водяные линзы, улучшающие видимость. Получилось неидеально — без таланта к манипуляции сделать их прозрачными было сложно, — но достаточно, чтобы разглядеть подводный мир.

Под поверхностью моря его встретило потрясающее зрелище: косяки рыб, танцующие в лучах солнца, проплывающие среди водорослей и кораллов.

Благодаря манипуляции эссенцией он мог плавать довольно быстро, хотя ему приходилось бороться с тем, что его плотное тело стремилось ко дну.

К его удивлению, ни он, ни София не встретили вблизи пляжа агрессивных животных или монстров. Это не означало, что их тут не было, но явно они не были такими распространёнными — или опасными, как они предполагали. Не зря сюда приходило так много людей.

Фредди первым устал. Он вернулся на пляж, растянулся на песке и подставил тело солнцу. Его бледная кожа блестела под лучами. Глядя в небо, он едва различал крошечные очертания парящих островов где-то высоко.

Вскоре к нему присоединилась София, легла рядом. «Это так круто», — сказала она. «Хотела бы я провести здесь пару месяцев, просто отдыхая».

Фредди фыркнул. «Репентава может сгореть, если мы задержимся так надолго».

Она покосилась на него. «Кто сказал, что ты мне нужен?»

Он усмехнулся. «Да ладно. Думаю, тебя съедят за день».

«Вау. Вот это неуважение. Ты забыл, кто я?»

«Ты всё ещё довольно слаба», — сказал он. «Может, ты и вершина первой звезды, и умеешь обращаться с мечом, но у тебя практически нет способностей. Не дай эго себя ослепить».

«Ты…» Она цокнула языком. «Я могу постоять за себя».

«Возможно. Но тебе ещё много работать». Он сел. Песок прилип к его спине и рукам. Он попытался стряхнуть его, но быстро сдался. Со вздохом он достал из Кольца Хранения небольшой предмет и бросил Софии.

Он попал ей в щёку и упал на песок. «Ай. Что это за…?» Она подняла предмет и рассмотрела его. Увидев, что это, она резко села. «Это что, —

«Осколок смерти», — сказал он. Затем рассказал, где его нашёл. Ничего не утаивая.

Выслушав, София сжала осколок в руках и прижала к груди. «У меня до сих пор остались смутные воспоминания из его прошлого», — прошептала она. «Он совершил много ужасного. То, что преследует меня во снах. Но в глубине души он любил человечество, каким бы извращённым ни было это чувство». По её щекам текли слёзы. «Эй… это странно, что я плачу?»

«Ещё как», — ответил Фредди, за что получил удар в плечо. «Ай!»

«Козёл!» — крикнула она, тряся головой. «Нельзя так отвечать!»

«Эй, я просто честен!» Но после паузы он похлопал её по плечу. «Но я понимаю. Может, я и не одобряю его методы, но разделяю его цель. Мы как рыбы в пруду. И у меня есть ощущение, что скоро на нас обрушится что-то страшное».

«Кстати о страшном… Что ты собираешься делать с этой угрозой?»

«Ну… Я не буду сидеть сложа руки. Я подготовлюсь». Он взглянул на осколок в руках Софии. «Мы подготовимся».

Она подняла бровь. «Не знаю, чего ты ожидаешь, но я не думаю, что смогу —» Она замолчала, затем плотоядно посмотрела на него. «Ты хочешь, чтобы я создала нежить?»

Он ухмыльнулся. «Можешь попробовать».

«Это мерзко».

Он пожал плечами. «Определённо. Но ты не можешь отрицать, что с твоим талантом можно натворить жутких дел».

София взглянула на осколок и неохотно кивнула.

«Ладно, хватит об этом». Он поднялся на ноги и посмотрел на океан. Вдали, из тёмных глубин, он почувствовал нечто необычное. Нечто, что его шестое чувство безумия интерпретировало как угрозу.

И нечто, что, как он подозревал, резонировало с его уникальным сродством.

----------

Встреча

Фредди перестал плыть и развернулся. Позади него он видел остров, на котором ждала София, во всей его полноте. Отсюда он казался совсем маленьким. «Достаточно далеко».

Затем он наконец перестал вливать эссенцию в воду, чтобы удерживаться на поверхности.

Он тут же начал тонуть, его плотное тело уносило его всё глубже и глубже.

Возрастающее давление воды его почти не беспокоило.

Он расслабил всё тело и распространил свои чувства, сосредоточившись, пока наконец не начал ощущать окружающую ауру воды.

Вокруг него было множество водных виспов. И чем глубже он погружался, тем больше их становилось.

Хотя Северный Пояс был чем-то вроде эфирной пустыни, это место совсем не походило на него. Эфир здесь был богат и обилен. Должно быть, поблизости было немало проходов, но, к счастью, пока ничего опасного на него не напало.

Он позволил своему телу продолжать погружаться, сосредоточившись на сборе виспов вокруг себя. Они втекали в его душу, как река — нет, как глубокий океанский поток.

Солнечный свет становился всё слабее, и вскоре он оказался в полной темноте. Там он наконец нашёл то, что искал.

Всё здесь было отмечено безумием. Вода не была исключением. Здесь, куда едва проникал свет, где скрывались множество ужасных существ, непрестанно ищущих добычу, рождался особый вид страха.

В своей основе гиблые воды были тесно связаны с талассофобией. Здесь лежала их связь с безумием. Бояться глубин больших водоёмов — не безумие. Но страх имел свойство выводить разум из строя.

В виспах, которые Фредди так жадно поглощал, он чувствовал множество концепций, тесно связанных с его уникальным сродством. Но распутать и интерпретировать их было сложно, к такой работе он совсем не привык. Тем не менее, он терпеливо продолжал, компенсируя недостаток опыта в медитации объёмом эфира, к которому у него был доступ.

Вскоре он поглотил чуть больше, чем мог осмыслить. Обработав то, что смог, он отбросил остальное и придерживался своего предела.

Наконец, он достиг дна. Его тело мягко коснулось песчаного океанского дна.

Он сдержал порыв рассмеяться. Он чувствовал, как дремлющее безумие вокруг него приходит в ярость. Казалось, сам факт его появления здесь был немного безумным.

Подняв руку в пустую воду, он направил своё уникальное сродство.

Оно истощало его эссенцию по капле, медленно превращая солёную океанскую воду в субстанцию его уникального сродства. Начиная процесс, он не мог не поморщиться. Это было… дёшево. Количество эссенции, которое он тратил, было куда меньше, чем обычно требовалось для использования способности через Создание Воды.

Вокруг него появились зловещие фантомы. Жуткие формы странных рыб, одни больше, другие меньше. Он сосредоточился сильнее, выплеснув большую порцию эссенции. Она повисла в воде на мгновение, прежде чем принять форму стройной акулы.

Как только вокруг него образовался небольшой рой, он использовал Духов Утопленников, чтобы взять их под контроль, а затем отправил вперёд.

Они подчинились его мысленному приказу, и вскоре рой поплыл в случайном направлении, некоторые фантомы отделялись и шли своим путём. Когда они оказались примерно в 20 метрах от него, его контроль над ними внезапно исчез. Но сами фантомы никуда не делись. Они продолжали плыть вдаль, будто им не было дела до мира.

Их эссенция в конце концов рассеялась бы, но, судя по его ощущениям, они могли продержаться довольно долго без особых проблем.

Фредди уже начинал тревожиться. Он тестировал эту способность в более мелких водоёмах, которые встречал в пограничном мире, но она никогда не работала так. Она никогда не была настолько дешёвой, а фантомы имели ограниченную зону действия.

У него появилось неприятное предчувствие насчёт всего этого.

Чуть позже он почувствовал крошечный всплеск эссенции, втекающей в него. Фантомы что-то убили, скорее всего, рыбу.

И как только это произошло, он заметил изменения в своей душе.

Гиблые Воды: Стадия 0 — 51%.

Духи Утопленников: Стадия 0 — 51%.

Он что-то крикнул в воду. Это вышло в виде пузырей, но примерно переводилось как: «Да вы издеваетесь?!»

Неудивительно, что у него всё это время ничего не получалось.

Оказалось, что ключом к полному раскрытию потенциала была уникальная смесь тёмных глубин и охоты на добычу.

Внезапно у него заныла голова, когда он осознал последствия.

Не бывает плохих уникальных сродств. У всех есть свои причуды и особенности, но при правильном использовании они всегда могущественны. Гиблые воды не были исключением.

Но причуды гиблых вод были слишком уж своеобразными.

Фредди не был рыбой. Он не жил на дне большого водоёма.

Это не обязательно означало, что он не мог использовать его на суше. Но это значило, что ему придётся изрядно постараться. А чтобы воплотить это в жизнь, ему сначала нужно было достичь третьей звезды. У него не было места для новых способностей.

Он провёл некоторое время, бродя в глубинах, охотясь на невинных рыб и одного монстра-осьминога среднего размера.

Монстр просто не мог сопротивляться. Он не был слабым — он был от природы скрытным, как и многие морские существа в этих краях, но Фредди едва мог определить, что его сила приближалась к третьей звезде.

Он бился и сопротивлялся, даже пытался убежать, но что бы он ни делал, непреклонные фантомы постепенно изматывали его.

Хотя казалось очевидным, что Фредди должен был победить случайного монстра на пике второй звезды, это не должно было быть так легко.

Он использовал способность нулевой стадии. Однозвёздную. И этого хватило, чтобы победить существо его уровня. В его естественной среде обитания. Где оно должно было иметь преимущество.

Такова была сила уникального сродства. Вот почему патриарх Крэйвен преследовал «Кровопролитие», как одержимый. Базовая сила уникального сродства намного превосходила любое базовое, продвинутое или даже особое сродство. До пугающей степени.

Способности гиблых вод в конце концов достигли 52% и остановились. У Фредди было слишком много способностей, которые были слишком развиты. Вероятно, это был последний рост, который он увидит до третьей звезды.

К счастью, он хотя бы теперь знал, как развивать это сродство.

Внезапно он почувствовал глубокую вибрацию в воде. Она прокатилась по его телу, заставив грудь сжаться. Медленно он обернулся, но ничего не увидел.

Что ж. Пожалуй, пора уходить.

Осторожно, но быстро он направился обратно к берегу и появился перед Софией.

Она ехидно ухмыльнулась и фыркнула. «Ты не поймал ни одной рыбы?»

Он усмехнулся. «Давай. Пора возвращаться. Там что-то большое плавает».

Веселье Софии испарилось, когда она с беспокойством взглянула на воду и отступила на несколько шагов. Волна чуть больше обычного докатилась до берега, омыв их ноги. «Ага, — сказала она. — Думаю, пора уходить».

Они побежали, пока не достигли леса, а затем снова замедлили шаг.

«Ну так, — начала София. — Ты говорил что-то о подготовке к этой безумной штуке, которая может или не может прийти нас убить?»

«Верно, — сказал он. — Так и было». Он почесал подбородок. «Самое важное, что мне нужно сделать, — это достичь третьей звезды. С тремя духовными способностями я должен быть в сто раз круче. Это и так уже сложно. Честно говоря, я даже не представляю, насколько я близок к этому, и это чертовски раздражает».

«И чего ты ждёшь от меня? — спросила она. — Потому что если эта безумная штука достаточно сильна, чтобы угрожать тебе, я предпочту быть как можно дальше от неё». Затем она оживилась и щёлкнула пальцами. «О, я знаю! Почему бы мне просто не уйти?» Она взглянула на него и прищурилась. «Ты же не заставишь меня остаться, да?»

Он усмехнулся. «Я уже говорил, что ты свободна уйти, если захочешь. И да, это справедливый вопрос. У меня есть несколько идей, как ты могла бы—»

«Погоди, — сказала она, поднимая руку. — Я подумала и решила, что не хочу иметь ничего общего с созданием нежити».

«Почему нет? Ты же понимаешь, что если ты оживишь бездушную оболочку, она превратится в монстра с врождённым талантом, верно?»

Она побледнела. «Да, понимаю. И это ужасает. Ты заставишь меня это сделать?»

Он смотрел на неё несколько мучительных секунд. «Нет».

«Эта пауза была слииишком долгой, приятель».

«Послушай, — сказал он. — Если сделать нежить достаточно тупой, она никогда не обретёт самосознание! Проблема решена!»

«Рисковать всё равно крайне опасно. И ещё… это просто неправильно. Я не хочу этого…»

«Ну… я не говорил, что тебе нужно оживлять человеческие тела».

«Ладно… я подумаю».

«О чём тут думать? — сказал он с раздражением. — Было бы глупо не использовать свою силу на полную».

Её выражение лица потемнело. «Не пойми меня неправильно, но только потому, что ты потерял рассудок, не значит, что я буду поддерживать все твои безумные идеи».

«Но это даже не так уж безумно! — возразил он. — Я уверен, что любой сродством смерти был бы рад использовать нежить».

Она фыркнула. «Тогда ты полностью оторван от реальности».

«Я бы поспорил».

«Ты не видишь ничего пугающего в том, чтобы таскать за собой живые трупы? Фредди, ты вообще представляешь, что люди думают о некромантах? Сколько некромантов ты встречал?»

«Очень мало».

«И тебе никогда не было интересно, почему?»

«Я знаю почему, — сказал он. — Потому что быть некромантом чертовски сложно. Скелеты высасывают эссенцию, как будто завтра не наступит, а мясистую нежить сложно контролировать и ещё сложнее создавать. Неудивительно, что их редко встретишь».

«Это часть правды, конечно. Но многие просто не хотят быть некромантами».

«Да почему, чёрт возьми? Я не могу представить ничего круче, чем повелевать нежитью».

«Это мерзко и странно».

«Бa. Ты странная».

«Фредди, ты не можешь просто волшебным образом убрать нежить, если она не помещается в кольцо хранения. Тебе придётся таскать её на виду. Где другие люди смогут её видеть».

«И?»

«И!? Серьёзно?»

Он заколебался. «Ну, не обязательно брать их везде…»

«Мне было бы некомфортно с ними где бы то ни было, так что…»

«Просто подумай об этом».

«Фредди, я даже не хотела сродство жизни. Я уже чувствую себя уродом, потому что постоянно возюсь с плотью… Если я добавлю к этому нежить, я даже не знаю, что буду думать о себе».

«Тогда я не понимаю. Что ты вообще собираешься делать с сродством смерти?»

«Оставь это мне. У меня есть пара идей. А теперь давай двигаться, пока что-то не выпрыгнуло из кустов». Она прихлопнула осу в воздухе. «И эти насекомые уже достали!» Она прошла мимо него и продолжила идти по тропинке, ускорив шаг.

Он вздохнул и последовал за ней.

Они медленно выбрались из пограничного мира в тишине.

Перед самым выходом Фредди положил руку на плечо Софии. «Подожди».

«М-м?» Она остановилась, повернувшись к нему. «Что?»

«Останься позади меня».

«Что-то не так?»

Он взглянул на проход обратно на площадь и простонал. «Снаружи ждёт арбитр».

Глаза Софии расширились, и она сурово кивнула.

Медленно они вышли из пограничного мира.

Там, как и почувствовал Фредди, стоял арбитр.

Мужчина выпускал лишь немного своей ауры — достаточно, чтобы такой, как Фредди, мог её почувствовать, но не настолько, чтобы вызвать переполох в городе. «Здравствуйте, мистер Клифф». Он взглянул на Софию. «А вы, должно быть, София. Приятно познакомиться».

«Здравствуйте, — сказал Фредди, делая несколько шагов вперёд. — Есть проблема?»

«Я хотел бы обсудить с вами кое-что. Наедине, если вы не против».

«Конечно. Но она пойдёт с нами».

Арбитр пожал плечами. «Если вы ей доверяете, у меня нет возражений. Пожалуйста, следуйте за мной». Мужчина развернулся и пошёл прочь.

София дёрнула Фредди за руку. «Мы в опасности?» — прошептала она.

«Не знаю. Не думаю», — ответил он.

Она вдруг побледнела. «Думаешь, он нас слышал?» — беззвучно произнесла она, чтобы арбитр не услышал.

«Нет, — сказал Фредди. — Сомневаюсь». Он вздохнул и почесал затылок. «У нас нет выбора. Будем надеяться на лучшее».

Фредди не особо доверял арбитру. Ни капли. Но он знал, что мужчине было выгодно способствовать его росту. Гораздо выгоднее, чем вредить ему. Кроме того, если бы дело дошло до боя, без большой «Кровавой Жертвы» у Фредди не было бы шансов на победу. Если бы мужчина хотел им навредить, ему не нужно было бы хитрить.

Арбитр подошёл к ближайшему зданию и зашёл внутрь. Там они поднялись по лестнице на верхний этаж. Где, как оказалось, у арбитра был пентхаус. Что, впрочем, было логично.

Пентхаус был хорошо изолирован, с множеством зачарованных защит, предотвращающих проникновение тех, у кого были особые таланты. В остальном же он был довольно… пустым. Кроме стола и нескольких стульев, в большом открытом пространстве не было ничего, кроме белых стен. И, пожалуй, мягкого белого ковра. Очевидно, это было не место для жизни.

Фредди и София сели за стол, а арбитр занял место напротив.

Мужчина приятно улыбнулся им и указал на планшет, лежащий на столе. «Пожалуйста, закажите что угодно. И спасибо, что нашли время встретиться со мной».

Глаз Фредди дёрнулся. У них не было особого выбора. «Без проблем, — вежливо сказал он. — Спасибо за приглашение. Итак. В чём дело?»

«Во-первых, я хочу поздравить вас с быстрой стабилизацией ситуации в вашем городе. Отличная работа».

Фредди неловко рассмеялся. «Я почти ничего не сделал. Просто переложил работу на Вальхаллу».

Улыбка арбитра стала немного шире. «Найти союзников, которым можно доверить такое дело, впечатляет больше, чем вы думаете. Теперь, когда поздравления позади, перейдём к главной теме нашей встречи».

Фредди незаметно сглотнул, предчувствуя. Он точно знал, о чём пойдёт речь.

«Похоже, что кто-то в соседнем городе вступил в контакт с высшей силой. И теперь, судя по следам, которые они оставляют, путешествуя дальше в Ледяные Пустоши, они, вероятно, собирают огромную орду монстров, которая уничтожит весь Северный Пояс».

----------

Локальный Апокалипсис

Фредди на мгновение застыл, не в силах поверить услышанному. «Что?»

Арбитр вздохнул. «Я бы с радостью сказал, что всё под контролем, но, честно говоря, у меня мало уверенности, что ситуация не выйдет из-под контроля».

«Погоди. Помедленнее». Фредди поднял руку. «Так… кто-то собирает орду монстров? Кто? Как? И что будет дальше?»

«Мы скоро перейдём к деталям. Что касается методов, мы не уверены. Похоже, они используют какой-то эфирный вирус, чтобы влиять на монстров, заставляя их вести себя неестественно. Симптомы, по крайней мере, очевидны. У всех зараженных квадратные зрачки».

Фредди замер. «Квадратные зрачки?»

«Хм?» Арбитр выпрямился. «У вас есть информация об этом явлении? Уверяю, империя щедро вознаградит вас, если…»

«Нет, нет», — поспешно ответил Фредди. «Это пустяки. Просто деталь показалась… странной».

Он вспомнил своё время на Фаралетале и двух странных людей, пытавшихся его убить. Были ли эти события связаны? Учитывая природу межпространственности, это было вполне возможно. Но если так, то ситуация была плохой. Очень плохой. Эфирный вирус, сводящий монстров с ума? Это могло создать серьёзные проблемы для… ну… всего мира.

Фредди нахмурился, глядя на арбитра. «Он влияет и на людей?»

Тот слегка поморщился. «Мы не знаем. Человек, стоящий за этим, действительно человек. Но охотники, контактировавшие с этими монстрами, даже те, кто получил ранения, пока не проявляют признаков заражения. Мы предполагаем, что у этой заразы есть ограничения в способе распространения». Он неуверенно усмехнулся. «Учитывая, что в мире не миллиард подобных эфирных зараз, скорее всего, они и не могут распространяться бесконечно».

Это звучало логично. Фредди вспомнил то, что показывало ему Безумие. Природу эфира. Это существование, стремящееся быть хоть сколько-нибудь справедливым. Бесконечно распространяющийся эфирный вирус противоречил фундаментальным принципам этого мира.

«Насколько всё плохо?» — спросил Фредди.

«Очень плохо», — ответил арбитр. «Хоть он и не влияет на людей, среди монстров заражение, похоже, распространяется без конца. Крупные орды уже начали мигрировать к населённым районам. И за ними, вероятно, последуют ещё большие».

Фредди прищурился. «Вы здесь, чтобы завербовать меня для борьбы с этим?»

«Я здесь для большего». Он кашлянул и выпрямился. «Мистер Клифф. Как имперский арбитр, я официально предлагаю вам присоединиться к борьбе с этим кризисом. Любой ваш личный вклад, а также вклад тех, кого вы приведёте, будет щедро вознаграждён после разрешения ситуации.

А теперь, как частное лицо, дам вам совет — покиньте Северный Пояс как можно скорее».

Фредди недовольно хмыкнул. «Империя не поможет», — констатировал он.

«Они вмешаются, но не станут прилагать особых усилий. В лучшем случае, это станет экспедицией для молодых бойцов, чтобы те получили опыт, пока ситуация не ухудшилась. Но я боюсь, этого будет недостаточно, чтобы остановить надвигающуюся катастрофу».

«Разве не в их интересах предотвратить распространение заразы?»

«Если она способна распространиться так далеко, её уже не остановить. Достаточно одному монстру попасть в дикий проход, и вскоре заражение охватит всё. Либо оно уже вышло из-под контроля, либо нет. В любом случае, защита Северного Пояса — не в приоритете. Они начнут действовать серьёзно, только если угроза дойдёт до материковой империи».

Фредди тяжело вздохнул. «Чёрт возьми». Он откинулся назад, запустив пальцы в волосы.

София смотрела на него, ожидая его решения. Он на мгновение встретился с ней взглядом, затем повернулся к арбитру. «Вы обещали мне личную услугу».

«Так и есть».

«Тогда», — он указал на Софию, — «вы можете вывезти её?»

Глаза Софии расширились.

Арбитр вздохнул. «Вы остаётесь».

Фредди пожал плечами.

«Погоди!» — крикнула София. «А моё мнение?»

Он усмехнулся. «Что? Ты хочешь остаться?»

«Ты даже не спросил!»

«Хорошо, тогда, — сказал он. — Ты хочешь остаться?»

Она открыла рот, но затем закрыла его. Её голова слегка опустилась. «Можно подумать?»

Фредди взглянул на арбитра.

Тот пожал плечами. «Пока Северный Пояс существует, я останусь здесь. Вашу подругу я могу отправить в любой момент».

«Ты слышала», — сказал Фредди, поворачиваясь к Софии. Он уже собирался что-то сказать, но, вспомнив, что перед ними имперский арбитр, добавил: «Поговорим позже».

Она кивнула.

«Итак, — Фредди снова обратился к арбитру. — Вы считаете, что шансов на успешное сопротивление нет?»

«Не обязательно, но монстров в Ледяных Пустошах слишком много. Даже если мы уничтожим их всех, их численность не позволит сделать это до того, как они разрушат всю гражданскую инфраструктуру».

«А эвакуация гражданских?»

Арбитр покачал головой. «Шансов на это нет».

Фредди сдержал проклятие. Хоть арбитр и не полностью соглашался с политикой империи, он всё же был её представителем. Критиковать империю при нём было неразумно. Возможно, он даже проверял реакцию Фредди.

Поэтому Фредди решил сыграть свою роль. «Это логично, — спокойно сказал он. — Массовая эвакуация стала бы кризисом для империи. Не говоря уже о криминальных наклонностях населения. И, как вы сказали, либо заражение уже вышло из-под контроля, либо нет. Тратить ресурсы на тонущий корабль — пустая трата».

София скривилась от отвращения. Фредди старался не реагировать, хотя и беспокоился, что её мнение о нём рушится.

На мгновение арбитр позволил себе лёгкую усмешку, но она тут же исчезла. «Мистер Клифф, если не секрет, почему вы настаиваете на том, чтобы остаться? Как вы сами понимаете, защита города лишь оттягивает неизбежное».

«Сюда движется целая армия монстров». Он улыбнулся. «Отличный шанс для роста».

Арбитр кивнул. «Как всегда, амбициозно. Хорошо. Отправка вашей подруги — небольшой подарок от меня. Моё предложение о личной услуге остаётся в силе».

«Спасибо, — сказал Фредди. — Теперь о том, кто стоит за этим. Что мы знаем?»

«Это мужчина лет тридцати, трёхзвёздочный. Когда-то считался вундеркиндом, но из-за семейных интриг его жизнь пошла под откос. Он переехал в Северный Пояс по неизвестным причинам и, похоже, погряз в разврате. Несколько недель назад он резко изменился. Его тело исказилось, включая зрачки, и после неудачной попытки убить своих союзников он сбежал. Его имя — Нахар Крэйвен».

Фредди замер. Ледяной холод пробежал по его телу. «Это… «Крэйвен» с «К»… или…?»

Арбитр поднял бровь. «С «К». Вы знакомы с кланом Крэйвен?»

Оцепенение охватило Фредди. Он старался не показывать этого, заставляя себя говорить. «Да. Я слышал о них. Они базируются в Питтерсвилле, если не ошибаюсь. Читал кое-что, когда изучал кровное сродство», — солгал он.

«Ах, да. Спойлер — клана больше нет».

Брови Фредди взлетели вверх. «Ого, эм… Вау. Это безумие, ха-ха!» — он нервно засмеялся и кашлянул. «Это… должно быть, произошло… недавно?»

Арбитр странно посмотрел на него. «Да… Относительно».

«Не расскажете, что случилось? Если это не лишнее, конечно. Не хочу уводить разговор в сторону».

«Без проблем, — ответил арбитр. — Их постигла самая частая участь любой организации — они потеряли лидера, и у них не было преемника. Какое-то время Нахар был временным патриархом, но амбициозный старейшина предал и сверг его. Заговор был хорошо продуман, но он допустил роковую ошибку. Он не учёл, что Нахар и его союзник могут ворваться, казнить его и перебить половину клана».

Глаза Фредди расширились. «Вау. Вот это драма!» — он рассмеялся, не скрывая злорадства. «Насколько я знаю… то есть читал… это не удивительно. Они были довольно мерзкими. И раз он был временным патриархом, значит, Нахар…»

«Сын бывшего патриарха, да».

«Понятно… Да, да. Логично. Так вот. Нахар Крэйвен, да?» — он усмехнулся. «Он… тот, кто стоит за всем этим. Верно. И вы сказали, у него были союзники?» — он слегка подался вперёд.

Арбитр нахмурился. «Не могу сказать больше. Один из них — очень… особенная личность. Скажем так, у меня нет полномочий обсуждать это».

«Ясно», — сказал Фредди, гадая, кто же это такой, что даже арбитр связан по рукам.

«Могу сказать одно — союзники Нахара, похоже, частично ответственны за то, что с ним случилось, и их заставят помочь в борьбе с катастрофой. Вряд ли наказание будет серьёзным, но у вас может быть шанс встретиться с ними».

«Хорошо. Так что мне делать? Бежать в пустоши и сражаться с монстрами?»

Арбитр пожал плечами. «Пока ничего. Монстры ещё не дошли до поселений и вряд ли появятся раньше чем через неделю. Если вы останетесь помогать, советую уладить все личные дела. Вам предстоит долгая работа».

На этом они пожали руки и завершили встречу.

Фредди вышел из здания, за ним последовала София. Она молчала, но её мысли читались по лицу.

«Не волнуйся, — сказал он. — Я просто говорил то, что он хотел услышать. Я не настолько легкомыслен».

«За кого ты меня принимаешь? — она подняла взгляд и фыркнула. — Думаешь, я не поняла, что ты его подмазывал? Пожалуйста. Но вот что меня беспокоит. — Она замолчала. — Так что? Чтобы сохранить расположение империи, ты готов говорить что угодно? Это касается и действий?»

Он остановился. «Возможно, отчасти». Повернулся к ней. «Тебя это беспокоит?»

«Конечно беспокоит! Что это за общество? Это ад! Сколько миллионов живёт в Северном Поясе? И все они умрут, потому что империи просто лень что-то делать? Как ты можешь с этим мириться… вообще?» — она сверлила его взглядом, губы искривились от отвращения. — «Даже просто сказать то, что ты сказал…»

«София, — перебил он. — Позволь прояснить: я остаюсь не ради тренировки. Разговор о клане — это тот самый клан, который похитил и пытал меня. Все просто позволили этому случиться. Все всегда позволяют таким вещам происходить. Ты правда думаешь, что я люблю империю? Что я хочу быть частью этого ада на Новой Земле, того самого ада, в котором горел всю жизнь?» — он сделал шаг в её сторону и ткнул пальцем в ключицу. — «Я готов есть дерьмо с земли, если это даст мне шанс на силу. Слова дёшевы, София; я скажу что угодно. И хоть я не готов стать мучеником без причины, я сделаю всё, что в моих силах, чтобы что-то изменить. Потому что только так что-то и меняется.

А у тебя есть шанс уйти и делать что хочешь. Открыть новую коммуну где-нибудь и оставить меня в покое. Но если останешься, ради всего святого, не читай мне мораль!»

Она смотрела на него несколько долгих секунд, кусая губу. Затем опустила взгляд. «Ладно. Прости, я не должна была…»

«Я понимаю. Мне тоже это не нравится. Так что… я понимаю». Он тоже расслабился.

«И, видимо, ты не шутил насчёт «безумия в воздухе»… И ты правда проклят! Сын того, кого ты убил, серьёзно? Каковы шансы?»

«Не так низки, как кажется. И… это сложнее, чем просто совпадение. Моё проклятие сводит людей с похожими судьбами».

Она на мгновение задумалась. «Думаешь, ты косвенно виноват в этом?»

«Нет, — покачал головой Фредди. — Это не так работает. Проклятие не устраивает катастрофы по всему миру, чтобы навредить одному человеку. Если бы так было, судьбы самых сильных людей давно разрушили бы всё. Если точнее, судьба ничего не делает. Это я вляпываюсь в такие ситуации. Иногда даже не осознавая. Но сейчас я знаю».

«Да… вроде логично. Ладно, — она хлопнула в ладоши. — У нас есть неделя. Может, пойдём?»

Он улыбнулся. «Значит, остаёшься?»

Она застонала. «Ты правда думаешь, что я уйду сейчас?»

«Откуда мне знать? Я не так уж хорошо тебя знаю».

«Это… справедливо. Но я хорошая, честно! Я именно тот человек, который станет героем, когда другим нужна помощь!»

«Напомни, это та же девушка, которая чуть не закопала себя, спасаясь от террористов?»

Она ударила его по плечу. На этот раз он даже не сделал вид, что больно. Просто одарил её самой довольной ухмылкой. Затем выражение его лица стало серьёзным. «Так. Локальный апокалипсис на подходе. Думаю, сначала надо предупредить Трэвиса».

----------

Экстремальные меры

Фредди сидел перед Трэвисом, а София стояла рядом с ним. Момент назад Трэвис услышал ужасные новости. Со своей стороны, он казался довольно невозмутимым. «Понятно».

«Ты, кажется, воспринимаешь это довольно спокойно», — сказал Фредди. «Не уверен, что ты понимаешь—»

«О, я понимаю», — ответил Трэвис с мрачной усмешкой. «Но что я должен делать? Рыдать? Рвать на себе волосы? Это никого не спасёт». Он тяжело вздохнул. «Когда ты принимаешь решения, паника — это последнее, что может помочь».

«Есть какие-то идеи?» — спросил Фредди.

«Мы могли бы эвакуировать людей в локальное межпространство. Отчаянный шаг, но это лучший вариант из возможных».

«Есть другие варианты?»

«Не самые хорошие».

«Например?»

«Мы могли бы попытаться связаться с югославской границей. Или попробовать пройти через межпространство в поисках прохода в другую страну. Но шансы, что какая-либо страна добровольно примет тысячи иностранных беженцев, крайне малы. И даже если нас примут, я не удивлюсь, если нас тут же обратят в рабство. Или хуже.

Югославия печально известна тем, что застряла в бесконечной гражданской войне. Скорее всего, большинство беженцев будут насильно завербованы на службу к местному лорду и отправлены в качестве пушечного мяса».

Фредди вздохнул. «Да… Но даже если мы переместим всех в межпространство, это в лучшем случае временное решение».

«Я знаю. Но у нас нет времени».

«А как насчёт стены вокруг Репентавы?» — предложил Фредди. «Хотя монстры скоро начнут прибывать, крупным существам понадобится много времени, чтобы добраться так далеко на юг. Стена может дать нам несколько месяцев на подготовку межпространства».

Трэвис фыркнул. «Скорее всего, мы даже не сможем построить грубую стену меньше чем за месяц. И то только если рабочие будут постоянно защищены от набегов монстров».

«Я возьму оборону на себя».

«Ты, может, и силён, Фредди, но тут дело не только в силе. Думаешь, ты сможешь сражаться 24/7 неделями?»

«Да».

«Именно. Такие действия—» Трэвис замолчал и нахмурился. «Сейчас не время для шуток».

«Я не шучу».

«Даже с твоей силой я в это не верю. Если ты не хочешь, чтобы рефлюксная эссенция убила тебя в первый же день, тебе придётся полагаться в основном на физическую силу. И у тебя не будет времени на сон».

Фредди кивнул. «Я всё равно уверен, что справлюсь».

«Даже если ты выдержишь, сможешь ли ты убивать монстров достаточно быстро, чтобы сдерживать их наплыв?»

«Да».

Трэвис на мгновение задумался, изучая лицо Фредди. «Серьёзно?»

Фредди кивнул. «У меня есть способность под названием Адаптивное Водное Тело. Это улучшенная концепция. Она позволяет мне адаптироваться к любым условиям. Я давно использую её, чтобы постоянно поглощать калории и физически напрягаться долгое время. Пока у меня есть пищевые таблетки, я могу сражаться без отдыха. Правда, нехватка сна может дать о себе знать, но на это уйдёт несколько недель».

«А если ты получишь ранение?»

Фредди усмехнулся. «Об этом можешь не беспокоиться».

Трэвис вздохнул. «Ты не можешь быть везде одновременно. Чтобы прикрыть все стороны города, понадобится немало сил. Хотя ты сможешь продержаться долго, не факт, что остальные смогут то же самое».

«Разберёмся по ходу дела», — сказал Фредди. «Я также могу обратиться к арбитру за помощью. Хотя, возможно, он и сам поможет нам сражаться с монстрами, но вряд ли станет напрягаться».

«Было бы здорово, если бы он просто появился на пару часов», — сказал Трэвис. Внезапное напряжение охватило его, он наклонил голову вперёд, схватившись за затылок. «Почему это должно было случиться именно сейчас?..»

«Ты сам сказал. Размышления никому не помогут».

«Верно», — поднял голову мужчина. «Если мы начнём строить стену, слухи распространятся. К нам хлынет поток беженцев из других городов».

Фредди кивнул. «Учитывай это сразу. Огороди большую территорию и организуй временные лагеря внутри».

«Не уверен, что мы сможем принять столько людей».

Фредди задумался. «Да. Это может стать проблемой. Но среди пришедших будет много архилюдей. Это дополнительные бойцы и рабочие».

«И большая нагрузка на ресурсы».

«Не беспокойся о ресурсах», — сказал Фредди. «Я позабочусь об этом».

«Понадобится огромное количество еды, чтобы всех накормить, Фредди».

«Просто доверься мне. Я разберусь».

Трэвис вздохнул. «Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. И было бы здорово, если бы ты уговорил того Черепа помочь. Многие целители Страты уже покинули город. Любой, кто может лечить, будет на вес золота».

Фредди замолчал. «Посмотрим, что я могу сделать».

«Ну что ж», — Трэвис поднялся со стула. «Мне нужно предупредить начальство». Он потер переносицу. «Господи. Эта головная боль меня прикончит».

«Можешь умереть после кризиса. А пока ты мне понадобишься». Фредди тоже встал. «Я займусь кое-какими делами в эти последние дни спокойствия. Пошли, София. Нас ждёт работа».

Когда они вышли из кабинета, София шагала рядом. «Еда станет серьёзной проблемой, Фредди».

«Мне придётся поговорить с арбитром. Надеюсь, он сможет связать меня с кем-то, кто доставит дешёвые пищевые таблетки в больших количествах».

Она поморщилась. «Это будет—»

«Невероятно дорого, я знаю». Он вздохнул. «Хотя даже дешёвые таблетки дороги, у них долгий срок хранения, и они компактны. Они помогут людям выжить».

«А кто вообще согласится их доставить?»

Он посмотрел на неё, как будто она сказала что-то невероятно глупое. «София, мы говорим об Американской Империи. Какими бы глупыми или опасными ни были вещи, если на этом можно заработать, найдётся тот, кто это сделает».

«Верно», — фыркнула она, качая головой. «И что мы будем делать в ближайшую неделю?»

«Ты готова попробовать создать нежить?» — спросил он.

Она застонала. «Я знала, что ты об этом спросишь. У меня вообще есть выбор?»

«Конечно, есть».

«Да, но если я откажусь, то упущу шанс на что-то, что может серьёзно повлиять на наше выживание во время этого вторжения!»

«Честно говоря, мы даже не знаем, насколько они будут эффективны. Ты ещё не взяла осколок. Тебя даже нельзя назвать начинающей некроманткой. Даже с твоим талантом создание сильной нежити будет непросто».

Они свернули за угол и открыли дверь. Внутри несколько человек шли по коридору. Он взглянул на неё. «Обсудим это позже. Сейчас у нас другие дела».

Она удивлённо подняла бровь, но промолчала и последовала за ним.

По пути они столкнулись с Лукасом и Джанис. Лукас бросил на Фредди враждебный взгляд, затем резко развернулся и зашёл в случайную дверь. Джанис же посмотрела на Фредди с извиняющимся и грустным выражением, а затем последовала за Лукасом.

София вздохнула. «Этот парень тебя действительно ненавидит, да?»

«Это его проблемы, не мои. Я не могу со всеми ладить».

Он привёл её в секретный тренировочный зал, а затем в дальний угол, где находился скрытый вход в подземную пещеру.

«Вау!» — воскликнула она. «Я не знала, что у Вальхаллы есть секс-подвал!»

Он слабо усмехнулся.

Они продолжили идти, и вскоре оказались у подземного прохода.

«О…» — замедлила шаг София. «Я не знала, что у Вальхаллы есть проход в подвале…»

«Это хорошо охраняемый секрет», — сказал Фредди. «Ты одна из трёх, кто знает об этом месте».

«Ура… Рада быть в клубе». Она посмотрела на него. «Так что мы здесь делаем?»

«Просто следуй за мной», — он шагнул вперёд.

Он провёл её через несколько первых этапов. София прокомментировала почти полное разрушение миров, которые Фредди уже очистил, но он не ответил.

Вскоре они добрались до одного из диких миров, которые он отметил, но не исследовал.

Это было угнетающее место: серое небо, обвисшие пепельные деревья с мёртвыми листьями и участки маслянистых чёрных болот. В болотах копошились существа, иногда показывая головы.

«Пошли», — сказал он. «Нам нужно много чего убить, прежде чем начать».

«А что именно мы начинаем?»

«Скажу, когда будет готово».

«Ладно. Боже. Тебе сложно просто объяснить?»

Он ухмыльнулся. «Не хочу портить сюрприз».

«Теперь ты меня пугаешь».

Фредди проигнорировал её и подошёл к одному из болот. Змееподобный монстр тут же высунул голову. Он призвал Кровавого Мстителя и одним взмахом рассек её пополам. «Осторожнее с болотами», — предупредил он.

Они медленно принялись истреблять монстров, прятавшихся в трясине.

София выступала в роли приманки: подходила к болоту, провоцируя монстров, а затем убегала к Фредди, который без усилий рубил их. Через час работа была закончена. «Хорошо. Теперь за мной», — он побежал. Вскоре они достигли другого прохода, который он также обнаружил, но не исследовал.

Здесь опасность была очевиднее.

Огромные, толстые ящероподобные монстры бродили по просторному лугу с редкими высокими деревьями. Вокруг них копошилось потомство, более подвижное и напоминающее ощипанных кур.

Гиганты вытягивали шеи, чтобы сорвать плоды с деревьев.

«Отличный выбор», — сказал Фредди.

«Для чего?»

«Для Кровавой Жертвы».

За их спинами трупы внезапно затрепетали, из них вытекала кровь. Она собралась в воздухе над Фредди, превратилась в туман и приняла форму Кровопролития в плаще.

София указала на него. «Оно выглядит совсем не так, как я помню».

Кровопролитие взглянуло на неё. «Рад снова тебя видеть, София».

Она отпрянула. «Без обид, Кровопролитие, но ты меня пугаешь».

Оно наклонило голову. «Что такое „пугаешь“?»

«Эм…» — она моргнула. «Это значит, что ты меня жутко пугаешь».

Кровопролитие медленно кивнуло. «Хорошо».

«Ладно», — София повернулась к Фредди. «И ты вызвал его, потому что…?»

«Чтобы получить много вампиризма», — он развернулся и вернулся в предыдущий мир. Там он сел на землю и глубоко вздохнул. «Когда-то я получил технику закалки под названием Сотня Мокрых Адов. Потом, частично из амбиций, частично из-за своей глупости, я улучшил её до Сотни Тысяч Мокрых Адов. И, по моим оценкам, она убьёт меня примерно за десятую секунды после активации».

«О. Вот зачем мы здесь».

Фредди улыбнулся. «Тебе придётся использовать свой талант на мне. Много раз подряд».

«Не хочу пугать… но я не думаю, что моя реакция настолько быстра».

«Ты архчеловек. Должна быть».

«Да, но, понимаешь». Она нервно засмеялась. «Это немного стрессово».

«Если я активирую свою способность духа, изменяющую время, я могу использовать её штрафную часть себе на пользу. У тебя будет две десятых секунды на реакцию. А ещё исцеление от Кровопролития придёт в два раза быстрее. Да, я знаю, я гений».

«Думаю, ты всё равно превратишься в суп раньше, чем я успею тебя исцелить».

«Урон от Кровопролития и исцеление от моего таланта отсрочат смерть».

«Всё равно…»

«Да ладно, времени хватит».

«Дело не в этом, чувак».

«Ты боишься, что ошибёшься?» — спросил он.

«Очевидно. Я ошибусь — и ты в прошедшем времени». Она замолчала. «И ты действительно доверяешь мне настолько?»

Он улыбнулся и кивнул.

Если она и была рада, стресс не давал этому проявиться. «Ты уверен, что нужно начинать это до третьей звезды?»

Он тяжело вздохнул. «Если бы это были просто монстры, моей текущей прочности хватило бы. Но у меня всё никогда не идёт гладко».

«Верно. Тот парень, Нахар. Думаешь, он придёт?»

Фредди пожал плечами. «Может он, может какое-нибудь жуткое чудовище, которое лучше не тревожить, может дремлющий эйдолон… Кто знает».

После долгого стенания она села перед ним. «Ладно, ладно, давай уже покончим с этим».

Он посмотрел на неё. «Я тебе доверяю, но ты уверена, что не дашь мне умереть? Твоя неуверенность начинает меня заражать».

«Да заткнись. У меня есть, что, три десятых секунды?» Она кивнула, сначала медленно, затем быстрее, чтобы убедить себя. «Я справлюсь».

«Хорошо».

«Только… когда мне исцелять?»

«Как только моё тело начнёт разрушаться. Кстати, твои пальцы могут оторваться. Просто предупреждаю».

Она рассмеялась и покачала головой. «Только ты мог придумать технику закалки, которая убивает и случайного прохожего».

«Ладно», — сказал Фредди, «хватит болтать. Ты потратишь все пять искр на меня. Используй их как можно быстрее. Как только они закончатся, я остановлю технику. Я заключу себя в металл из крови, чтобы мои конечности не разлетелись. Сосредоточься». Затем он сделал именно так, как сказал.

София сглотнула.

Фредди оставил отверстие в кровавом коконе, достаточно большое, чтобы видеть макушку его головы. Она приложила пальцы к его волосам. Важно было сохранить мозг. Всё остальное — второстепенно.

Дыша тяжело, София сосредоточилась на отверстии. Сердце бешено колотилось.

Внутри металла Фредди мысленно отдал приказ Кровопролитию. Затем прошептал: «Скрученный Маятник».

Его восприятие времени ускорилось. Он почувствовал, как гравитация усилила своё воздействие на его тело. Исцеление от Кровопролития лилось в два раза быстрее, наполняя его эйфорией, которой он давно не испытывал от своего таланта.

Как только исцеление пришло, он активировал Сотню Тысяч Мокрых Адов.

Мгновенно он потерял все ощущения в теле. В тот краткий миг он чувствовал себя лишь душой, парящей в темноте, с смутным ощущением, как его талант щедро наполняет его вампиризмом. Затем пришла волна исцеления Софии, на мгновение собрав его воедино, прежде чем он снова превратился в суп. Затем исцеление ударило во второй раз.

Затем в третий. Четвёртый. Пятый.

Он отменил способность.

Долгое мгновение темнота не отпускала. Он боялся, что на этот раз перестарался, но по мере того как исцеление продолжало литься, к нему медленно возвращались ощущения.

Его нервы восстановились, но что-то было не так.

О-оу.

Насколько он мог понять… всё его тело было консистенции желе.

И оно не заживало.

----------

Неудобные вопросы

Судя по ощущениям, Фредди находился в чём-то желеобразном. Время словно замедлилось, и теперь исцеление шло вполовину медленнее, но всё ещё в огромных количествах.

Однако его тело почему-то не заживало. Нервы восстановились почти полностью, но остальное тело будто поглощало исцеление, как бездонная пустота.

Паника охватила его. Какое-то время он просто беспомощно плавал в этой субстанции, не зная своей судьбы. Затем он начал двигаться.

Насколько он мог понять по хаотичным сигналам разбросанных нервных окончаний и своему духовному чутью, София, скорее всего, подняла его мозг и теперь вытаскивала его из этой желеобразной массы.

И тут его нервы начали запутываться.

Невыносимая боль охватила его. Хуже этого он не чувствовал никогда. Все его нервы терлись друг о друга, некоторые застревали и рвались. Он не мог сформулировать ни одной мысли от невероятной агонии, в которой оказался.

Какое-то время он существовал в этом состоянии чистой боли, худшей, какую только можно представить. Затем исцеление наконец распутало его нервы и начало восстанавливать тело. Судя по чужеродной энергии, которую он почувствовал, София, вероятно, создала и сожгла ещё несколько искр, чтобы ускорить процесс.

Через некоторое время его глаза наконец зажили достаточно, чтобы хоть что-то видеть. Всё ещё было размыто, а слух улавливал лишь приглушённые звуки, будто кто-то яростно стучал банками из-под пива. Он почувствовал онемение в левой щеке, словно что-то раз за разом шлёпало по ней.

«Я… в порядке…» — выдавил он, догадываясь, что София, наверное, паникует и бьёт его, чтобы разбудить.

Шлепки прекратились, и он буквально почувствовал, как женщина наконец перестаёт сходить с ума. Ещё немного — и его тело зажило достаточно, чтобы он мог им управлять. Зрение и слух восстановились, хоть и не идеально, а контроль над телом вернулся, хотя до полного исцеления было далеко. «Ну… — пробормотал он. — Это пошло не по плану».

«Что, чёрт возьми, произошло?!» — закричала София ему в лицо. «Я только коснулась тебя, а ты вдруг… растаял!» Она скривилась, размахивая рукой, будто пытаясь стряхнуть с себя воображаемую слизь. «Фу, боже, это ощущение будет преследовать меня до конца жизни!»

«Помоги мне встать».

София помогла ему подняться. Он подошёл к форме в виде его тела из багрового металла и заглянул внутрь. Там была коричневая вонючая жижа. Он резко сник и покачал головой в разочаровании. «Провал», — сказал он.

«Что?» — спросила она.

«Сотня Тысяч Мокрых Адов. Эту способность невозможно использовать».

«О… — она взглянула на жижу. — Да. Ты вообще не заживал. Ты знаешь, почему так вышло?»

«Потому что способность уничтожила меня, — ответил он с самокритичной усмешкой. — Она превратила моё тело в суп из химикатов, стерев все признаки того, что это когда-либо было моим телом. Хотя исцеление высшего качества может вылечить любые недуги, это выходит за рамки повреждений. Оно разорвало меня настолько тщательно, что исцелению пришлось собирать новое тело с нуля. Но из-за жижи оно не смогло этого сделать».

София вздохнула, поняв, к чему он клонит. «И если исцеление не может восстановить твоё тело, эффекты закалки не срабатывают».

«Бинго, — он рассмеялся над собой. — Знаешь, когда само воплощение безумия сказало мне, что это безумная идея, возможно, это должно было стать знаком, что я зашёл слишком далеко».

«Разве ты не говорил, что Безумие не предлагало тебе глупых вариантов?»

«Говорил. — Он простонал. — Но дело в том, что нет ничего невозможного. Должен быть какой-то способ обойти это. Но он точно не будет простым. Если решение и есть, оно вне моих текущих возможностей. Или, возможно, вообще недостижимо».

«Так что ты будешь делать?»

Он задумался. «Не знаю. У меня есть искушение начать заново и найти другой путь. Но у меня нет времени на это прямо сейчас».

«Да, думаю, у тебя и так полно работы на ближайшее время». Она похлопала его по спине. «Кстати, ты совершенно голый, так что, может, оденешься?»

К счастью, он убрал свою одежду в Кольцо Хранения перед началом. К несчастью, он не снял проклятые предметы и кольцо, так что пришлось выуживать их из жижи.

С отвращением он опустил руку в слизь. Затем его палец наткнулся на что-то невероятно плотное. «Хм?» — промычал он. Потом осознал, что это. «Ой-ой…» — сказал он.

«Что?» — испуганно спросила София, отступив на полшага.

Прежде чем он успел ответить, кровь, сжатая в пространстве его сердца, наконец разжалась, стремительно расширяясь и выплёскивая небольшое море металлической крови на них, смешанной, конечно, с коричневой жижей.

Они стояли там, покрытые с головы до ног.

«Фредди, — позвала она его, но это звучало как полурыдание. — Я сейчас реально тебя ненавижу».

Они покинули межпространство в отвратительном настроении.

Если бы не угроза, медленно надвигающаяся на горизонте, они бы, скорее всего, закончили день прямо сейчас. Но, увы, у них не было времени на раскачку.

София вздохнула. «Я пойду займусь базовыми способностями. Если я хочу участвовать в отражении этих тварей, мне нужно подготовить несколько приёмов».

«Ты возьмёшь сродство смерти?» — спросил он.

«Ага, — ответила она. — К счастью, миазму легко использовать в нападении».

Зелёные миазмы были для сродства смерти тем же, чем жизненная сила — для сродства жизни. Когда что-то гнило и разлагалось, жизненная сила не исчезала в никуда, как эссенция, а превращалась в миазмы. Это была основная субстанция, на которую воздействовало сродство смерти.

Как и сказала София, их было легко использовать в атаке. Примерно как огонь. Даже в самой базовой форме попадание по врагу причиняло боль, в то время как другие сродства требовали больше усилий для прямого урона.

«Ладно, — сказал он. Затем сделал паузу. — Ты попробуешь… ну, знаешь…?»

«Если будет время, — ответила она. — Нужно поработать, чтобы я не создала какого-нибудь ужасного монстра. Даже с учётом угрозы я не стану играть с этим».

«Это правильно. Вообще, я бы предпочёл, чтобы ты сосредоточилась на базовых вещах сейчас. Мы не можем сразу выпускать волны нежити. Это только в случае крайней необходимости».

Она надолго замолчала, опустив голову. «Ты заставишь меня это сделать?»

Он не мог ответить несколько секунд. Но затем фыркнул и покачал головой. «О чём я вообще думаю…?» — он улыбнулся ей. «Я не буду тебя ни к чему принуждать. Обещаю. Я просто, знаешь, мягко напомню, что это может быть полезно, если поможет нам спасти невинных от неминуемой гибели».

«Неминуемой гибели, да?» — София заколебалась, затем посмотрела ему в глаза. «Ты не планируешь сбежать, если станет совсем плохо?»

«Что? — удивился он. — Конечно, планирую. Какой смысл оставаться и погибать? Разве моя смерть кому-то поможет?»

«А если бы помогла? Ты умер бы ради других?»

Он поморщился от неудобного вопроса. «Я… не знаю. Не… думаю, что сделал бы это».

«А как насчёт Вальхаллы? — спросила она. — Когда на них напали, судя по рассказам, никто даже не ожидал, что ты появишься. Но ты сразился с целой армией».

«Это другое. Я возвращал долг Тору. И мстил».

«А как насчёт меня? Ты рискнул против пятизвёздочного, чтобы спасти меня».

«Это тоже другое, — заявил он. — Он был настолько слаб, насколько это вообще возможно для пятизвёздочного. Я был почти уверен, что добьюсь успеха».

«Насколько уверен? Ты был абсолютно уверен, что пятизвёздочный, даже ослабленный, не имеет скрытого метода убить тебя до того, как ты его одолеешь?»

Он уже собирался возразить, но понял, к чему она клонит. «Это всё равно другое».

«Правда? Как?»

Он открыл рот. Затем закрыл. Потом остановился и повернулся к ней. «Не знаю. Извини, но почему ты вдруг засыпала меня такими вопросами?»

«Я просто пытаюсь узнать тебя лучше».

«Да ладно. Мы оба знаем, чем это закончилось в прошлый раз».

«Эй! — она выглядела оскорблённой. — Это ты тогда всё испортил».

«Нет, ты всё испортила. Не я задаю вопросы, от которых голова болит».

Она фыркнула и скрестила руки. «Простите? Для справки, я стараюсь задавать осмысленные вопросы, которые действительно помогают мне понять человека, с которым я говорю». Затем повернулась и пробормотала себе под нос: «Не моя вина, что у тебя аллергия на самоанализ».

«Хватит, — он поднял руку. — У нас будет много времени, чтобы обсудить, насколько у меня всё запущено. Сейчас давай сосредоточимся на текущей проблеме».

«Конечно, Босс, — она произнесла последнее слово так, будто это было оскорбление, и подчеркнула его преувеличенным закатыванием глаз.

Он в шутку прищурился. В ответ она показала ему самодовольную ухмылку и послала воздушный поцелуй.

Они выбрались из подземной тренировочной комнаты и разошлись. София направилась в библиотеку, чтобы найти таблички для медитации и ускорить освоение способностей.

Тем временем, собравшись с духом, Фредди вышел из здания. Там он развернул свой компактный байк.

Наконец пришло время отправиться в резиденцию арбитра.

Дорога заняла не так много времени. Резиденция находилась чуть выше на ближайшей горе, с хорошо заметной тропой, ведущей к ней. Дорога была исключительно в хорошем состоянии, конечно же. По бокам не было деревьев, а земля была расчищена на двадцать метров в каждую сторону.

Вскоре Фредди подъехал к воротам, ведущим через высокий забор.

«Стой!» — крикнул мужчина, выходя из небольшого здания у ворот. На нём была чёрная форма, и, к удивлению Фредди, этот человек был уже на третьей звезде.

Было довольно шокирующе видеть человека с силой, достаточной для управления небольшой бизнес-империей в Северном Поясе, работающего простым стражником у арбитра. Это лишь подчёркивало, насколько могущественным был этот человек.

Стражник подошёл к нему, остановившись в нескольких метрах и блокируя дорогу. «Люди ниже третьей звезды не допускаются к резиденции арбитра! Пожалуйста, развернитесь, пока я не вынужден был вас удалить!»

Фредди поднял бровь. «Ты вообще знаешь, кто я, чувак?»

На мгновение мужчина, казалось, собирался усмехнуться. Но сдержался. «Меня не интересуют ваши союзы, сэр». Он показал неприятную ухмылку. «Или кто ваш отец. Для входа требуется третья звезда. Теперь, пожалуйста, развернитесь и уходите».

Фредди растерянно замолчал, не зная, что делать, затем просто показал большим пальцем за спину и сказал: «Я буквально владею этим городом. Арбитр предлагал вывезти меня из Северного Пояса целиком, какого чёрта я не могу с ним поговорить?»

Стражник стоял в молчании. Затем, с недовольной гримасой, нажал кнопку на ухе. Он что-то сказал, но его голос был приглушён, вероятно, из-за заклинания приватности. Он задал вопрос. Получив ответ, скривился и беззвучно выругался, затем взглянул на Фредди.

Мужчина отпустил кнопку. «Приношу извинения за недоразумение, мистер Клифф. Меня проинформировали о вашей ситуации, но я явно упустил, что вы…» Он неловко кашлянул.

…всё ещё на второй звезде — скорее всего, это было неозвученным окончанием фразы. Затем он отошёл в сторону, поклонился и махнул рукой. «Можете проехать».

Усмехнувшись, Фредди нажал на педаль. «Без проблем, чувак. Ты просто выполнял свою работу». Проехав мимо стражника, он продолжил путь в резиденцию.

Здания внутри были далеки от помпезности. В основном это были грубые бетонные конструкции с резкими углами и без намёка на радость. Тюрьмы, в которых он бывал, выглядели менее удручающе, чем здание впереди.

Там было всего несколько строений, и самое большое из них было даже меньше главного здания Вальхаллы.

Когда Фредди подъехал к площадке в центре, несколько слуг вышли из самого большого здания, чтобы встретить его.

Довольно молодой человек — или, по крайней мере, выглядевший молодым — подошёл к нему. У него были яркие каштановые волосы, собранные в хвост. Его сила была на пике второй звезды — так же, как у Фредди. «Добро пожаловать, мистер Клифф, — сказал он. — Если позволите». Он жестом указал за спину. «Арбитр попросил меня проводить вас».

«Спасибо. Ведите».

Он последовал за мужчиной. Как только он переступил порог главного здания, он сразу понял, в чём подвох. Снаружи здания выглядели отвратительно, устрашающе, и это явно было сделано намеренно. Но внутри они расширялись в огромные, роскошные залы с замысловатой плиткой на полу, множеством украшений на стенах, освещением богаче и теплее солнечного света и таким количеством растений, что это можно было назвать полуджунглями.

И когда слуга сказал, что «проводит» Фредди, он действительно имел это в виду. Внутреннее расширение этого здания было куда масштабнее всего, что Фредди видел раньше, а коридоры извивались в замысловатых лабиринтах, в которых невозможно было бы ориентироваться без помощи.

В конце концов они вошли в комнату со стеклянными стенами, за которыми была вода, помещая их в середину огромного аквариума с экзотическими существами. В центре стояло несколько диванов вокруг огромного, вызывающе роскошного стола, сделанного, казалось, из чистого алмаза.

«Можете присесть, мистер Клифф. Арбитр скоро подойдёт, — сказал слуга. — Хотите что-нибудь выпить или съесть, пока ждёте?»

Фредди подумал. «Нет, спасибо. Я просто подожду».

«Как пожелаете». Мужчина развернулся и вышел, оставив Фредди в тишине.

Он не мог удержаться, чтобы не осмотреться. Его пальцы невольно провели по коже дивана. Она была мягкой, но прочной. И сидеть было очень удобно. Хотя он старался не показывать впечатления, стол из цельного алмаза был чертовски крут, и его глаза то и дело возвращались к нему. Он цокнул языком. «У меня буквально миллиарды долларов… Почему я вдруг снова чувствую себя бедным?»

Вскоре в комнату вошёл арбитр, сияя искренней, широкой улыбкой. «Мистер Клифф! — радушно приветствовал он. — Как приятно, что вы навестили меня!» Он подошёл к Фредди и крепко пожал ему руку. «Почему вам ничего не предложили?» — на его лице мелькнуло недовольство.

«О, нет, нет, нет, — поспешил поправить его Фредди. — Мне предложили, я просто… не захотел».

«А. Хорошо. Тогда ладно. Но если передумаете — у нас есть много интересного». Он свистнул и хлопнул в ладоши. «Питер!»

Тот же слуга появился из-за угла и подошёл к столу с приятным выражением лица. «Да, ваша честь?»

«Подайте мистеру Клиффу меню. Возможно, он передумает, увидев варианты».

Мужчина кивнул, затем взмахом руки вызвал меню из ниоткуда и протянул его Фредди. На его пальце не было видно Кольца Хранения, что немного озадачило Фредди.

Пытаясь понять фокус, он машинально принял меню, хотя и не собирался ничего заказывать. Он напряжённо улыбнулся списку в руке и затем нерешительно поднял его в жесте «понял, спасибо».

Раз уж оно было у него в руках, он решил хотя бы взглянуть на варианты.

В разделе еды первым пунктом шёл стейк из левиафана. Вторым — филе-миньон из таурина, которое он смутно помнил как мясо быка-монстра. Если он не ошибался, это считалось деликатесом. Но его взгляд упал на другой вариант. «Извините, — сказал он. — Можно мне… виверн бур… бургинь…»

«Виверн бургиньон?»

«Да, именно».

Слуга улыбнулся. «Будет готово через пятнадцать минут».

«Спасибо. И ещё, я бы хотел попробовать этот… папиттро…»

«Эспрессо из папиетротиновых зёрен?»

Фредди скривился. «Да, один такой, пожалуйста».

«В стиле Штилена или Джеффри-Квизака?»

«Эм… Да?»

Мужчина не стал хмуриться, но сужение глаз выдало его замешательство.

«То есть второй вариант», — поспешил поправиться Фредди.

Слуга вернулся к вежливой улыбке, хотя и несколько напряжённой. «Подать до еды или вместе с ней?»

«Как вам удобнее», — сказал он, затем засмеялся слишком громко, резко сник и вернул меню. «Просто принесите с едой».

«Конечно, сэр». Слуга взял меню и ушёл.

«Итак, — Фредди повернулся к арбитру, кашлянув, чтобы разрядить атмосферу. — Я пришёл поговорить о…»

«Прежде чем вы продолжите, мистер Клифф, у меня к вам важный вопрос».

Фредди поднял бровь. «Да? Какой?»

«Вы планируете остаться здесь ради опыта… или всерьёз намерены попытаться спасти этот город от грядущего?»

На мгновение Фредди не нашёл ответа. Так ли это? Он планировал попытаться, но слова Софии неожиданно всплыли в памяти. Он чувствовал, что хочет этого. Может, потому что это казалось правильным, или потому что он не мог просто так отказаться от владения городом. Но, в любом случае, он понимал, что сейчас, по крайней мере, он настроен серьёзно.

Он фыркнул и покачал головой. «Да. Я настроен серьёзно».

«Хорошо. Тогда, если позволите, я предположу, что вы здесь, чтобы получить больше ресурсов для этого. Прежде чем вы потратите время на переговоры, я сделаю встречное предложение». Он посмотрел Фредди прямо в глаза. «Я провёл достаточно исследований, чтобы не сомневаться в своём предположении. Человека, которого вы называете Черепом, не существует. У него нет лаборатории в этом городе или где-либо рядом.

Остаётся только один вариант — человек по имени Череп… это вы».

----------

Благодарность

Фредди не колебался ни мгновения. Он тут же растянул губы в неловкой, явно растерянной улыбке и пробормотал: «Что?» Затем наполовину нахмурился и фыркнул. «Эм… Извини, что разочаровываю, но нет. Это абсурд».

Мужчина улыбнулся, его глаза сверкнули от удовольствия. «Отличная реакция. Будь я не так уверен в своей догадке, твой ответ заставил бы меня усомниться. Но уверяю, я серьёзен: у меня нет ни тени сомнений».

«Погоди-ка, приятель», — сказал Фредди, подняв руку в защитном жесте и усмехнувшись с оттенком раздражения. — «У меня даже нет сродства к жизни. Чёрт, я даже не помню, сколько костей в человеческом теле, а ты думаешь, что у меня есть что-то похожее на серьёзную медицинскую лабораторию? Ты уже видел меня в деле. Я в недоумении, как ты вообще мог такое предположить».

«Я тоже в недоумении, как ты это делаешь. И не стану выпытывать. Но повторю: я не сомневаюсь». Мужчина сделал паузу, чтобы отпить кофе. Фредди даже не заметил, что у него в руках была чашка, и не помнил, откуда она взялась. «Видишь ли, я очень хочу наладить долгосрочное сотрудничество с мистером Черепом. Поэтому я исследовал весь город, составил подробную карту каждого здания, его назначения и всех, кто там живёт. В ходе поисков я обнаружил кое-что любопытное.

Я даже наткнулся на пещеру недалеко от города и нашёл в ней подземный проход. И, к своему шоку, обнаружил четырёхзвёздного арчеловека, живущего отшельником — человека, который инсценировал свою смерть более пятидесяти лет назад. После казни за измену я наконец вынужден был признать, что таинственная лаборатория, в которой работает Череп… не существует.

И, кстати, — добавил он с лёгкой улыбкой. — Хотя этот проход немного выходит за границы города, я взял на себя смелость подать запрос на расширение городской черты, чтобы включить его». Мужчина подмигнул. «Всегда пожалуйста».

«Опять же, не хочу показаться грубым, но это не меняет того факта, что—»

«Как и многие восходящие звёзды из низов, ты узнал, что значит иметь врагов. Только врагов. Для тебя я, должно быть, кажусь ужасающим существом. Кем-то, у кого есть власть и сила, чтобы причинить тебе вред, если мне вдруг станет скучно. Я ошибаюсь, предполагая, что ты видишь меня именно так?»

Фредди замер на мгновение. «Это, кажется, немного не по теме», — сказал он, теперь уже с неохотой.

«В твоей жизни, — продолжил арбитр, игнорируя попытки Фредди отрицать, — будет много врагов. Наличие надёжных союзников значительно облегчит твою жизнь».

«У меня есть союзники», — вырвалось у Фредди, хотя он не хотел говорить.

Мужчина улыбнулся ему, и, отвернувшись, уголок его губы дрогнул в жалостливой усмешке. «У тебя есть друзья, да. Но друзья и союзники — не одно и то же. Возьмём того человека, который убил твоего друга. Он тебе не друг. Но теперь, когда над горизонтом нависла угроза, вы оба будете заняты тем, чтобы затыкать дыры на одном тонущем корабле. Что касается его, я уверен, он прекрасно понимает, что нападать на тебя в такой момент — ошибка. А что касается тебя…» — мужчина замолчал, окинув его взглядом. — «Думаю, тебе ещё предстоит усвоить этот урок».

Что-то изменилось в его взгляде, и на мгновение в глазах отразилось то, кем он себя считал. «Я не святой. Если ты боишься того, что я могу сделать, значит, твои инстинкты работают правильно. Но инстинкты немогут увести достаточно далеко. Страх, мой хороший друг, — спутник добычи. А хищники охотятся стаями».

Фредди тяжело дышал несколько мгновений, в животе клокотал гнев. Он понимал, что имел в виду мужчина. В каком-то смысле он уже давно жил по этим словам. Но услышать их так откровенно было больно, как клеймо позора между глаз. И всё же бессмысленность борьбы с этим была для него так же очевидна, как никогда.

Что он должен был сделать? Угрожать мужчине? Кричать на него за попытку нажиться на грядущей трагедии, обвинять огромную империю в равнодушии к резне, которая ждёт население Северного Пояса?

Это не дало бы ничего, кроме его собственной смерти.

«Я понял, — сказал Фредди. — И да, ты прав. Я — Череп. Теперь, полагаю, ты к чему-то клонил?»

Губы мужчины растянулись в широкой, дьявольской ухмылке. «Да. Именно». Он взмахнул рукой, и между пальцев появился лист бумаги. Он протянул его Фредди.

Фредди видел немало контрактов, особенно за последний месяц. Но этот был другим.

На его поверхности были нанесены странные заклинания, а материал, из которого он был сделан, был… проклят. У него была аура. Это был проклятый предмет.

Фредди открыл рот, чтобы прокомментировать, но арбитр перебил его: «Если ты волнуешься, то зря. Это не какое-то—» — он сдержал смешок — «магическое соглашение, которое сверхъестественным образом заставит тебя выполнить написанное. Если бы такое существовало, в империи не было бы предателей, уверяю тебя. Ох, извини. Я предположил, что ты можешь быть невежествен в этом вопросе, что было грубо с моей стороны. Наверное, ты хотел спросить что-то другое?»

Фредди знал, что такие контракты не могут существовать. Клан Крэйвен даже пытался втянуть его в подписание подобной подделки. Но он признавал: будь у них тогда такой документ, как этот, он, возможно, поверил бы в эту историю. Он неловко кашлянул и сказал: «Нет, я знаю, что такое невозможно. Мне просто интересно, почему этот контракт выглядит так… необычно».

«Ах, да, — с лёгким смешком ответил арбитр. — В основном, чтобы обеспечить максимально возможный уровень подлинности. Подделка сложнее, чем некоторые думают, но проще, чем мне бы хотелось. Это гарантирует, что сущностные отпечатки, которые мы оставим в подписях, нельзя будет изменить или подделать».

«Угу. Ясно». Тут он углубился в содержание контракта. Как только он начал читать его внимательно, на его лицо попыталась прорваться невольная, шокированная улыбка.

Контракт обещал ему 300 миллиардов долларов авансом.

Это были огромные деньги. Больше, чем Фредди мог себе представить. Это был город — нет, несколько городов. Большой город. С такими деньгами он мог позволить себе невероятные вещи. Он был уверен, что это значительная часть состояния арбитра. И мужчина предлагал это авансом.

И сделка, казалось, была составлена в пользу Фредди.

По сути, арбитр готов был купить товары Фредди на указанную сумму заранее, по уже установленной ставке, без скрытых условий или прочей ерунды.

Более того, в контракте даже не было жёсткого графика, только условие «…проявлять достаточное стремление соблюдать статью 1.1., если подписант не занят иным образом». Также в контракте указывалось, что если арбитр выставит товары на аукцион и конечная цена превысит определённую сумму, Фредди получит дополнительную выплату.

Это была не просто хорошая сделка. Это была отличная сделка. Такая сделка могла исходить только от человека, который хотел большего, чем просто купить товары Фредди. Это было практически официальное заявление о полной поддержке Фредди. Он вкладывался в потенциального кандидата в Повелители.

Фредди посмотрел на мужчину, но тот сохранял прежнее невозмутимое выражение лица.

Предложение было потрясающим. Слишком потрясающим. Настолько, что Фредди должен был убедиться, что ничего не упускает.

Сам контракт был кратким, без запутанных частей. Но Фредди потратил время, чтобы внимательно изучить рунические узоры на бумаге.

Хотя он не был настолько сведущ в рунах, чтобы точно понять их назначение, время, проведённое в столетии одиночества, он потратил на изучение множества вещей, включая зачарования. Он хотя бы мог сказать, что содержание контракта не изменится после подписания, и что под видимыми рунами не скрывалось ничего дополнительного.

Более того, часть рун была предназначена именно для того, чтобы предотвратить любые изменения контракта без уничтожения сущностного отпечатка, а сам контракт после подписания разделялся на две идентичные копии, что делало любые махинации ещё сложнее.

Такой контракт, вероятно, стоил целое состояние. Было небольшим одолжением, что мужчина не упомянул о необходимости для Фредди покрыть часть его стоимости.

Убедившись, что подвоха нет, Фредди положил контракт на стол и глубоко вздохнул. В этот момент из-за угла появился слуга с едой и напитками.

Фредди почувствовал запах еды раньше, чем увидел её.

«Виверновый бургиньон», — объявил слуга, ставя блюдо. — «И эспрессо из бобов папиетротина, в стиле Джеффри-Квиззака». Кофе, которого было больше, чем Фредди ожидал, был густым и вязким, как пенистая грязь в жемчужно-белой чашке.

Еда выглядела как рагу. Это было не совсем то, что он представлял, но пахло восхитительно. Кофе, напротив, пах горько, с явными и неприятными нотками аммиака.

Арбитр кивнул с улыбкой. «Можешь есть. Мы продолжим разговор, когда ты закончишь».

«Ладно… спасибо, наверное».

Слуга стоял рядом, наблюдая за Фредди с ожидающей улыбкой, от которой тому стало немного не по себе.

Он сначала потянулся к кофе. «Будем здоровы», — сказал он, отпивая глоток. Хотя напиток выглядел как грязь, текстура тоже напоминала грязь, и, честно говоря, на вкус был похож на грязь. Однако, к удивлению, он не был горьким. Зато был кислым. И маслянистым. Но когда он стекал по горлу, Фредди почувствовал лёгкий подъём настроения.

Эффект был не таким, как от обычного кофеина. Не было тревожности. Напротив, он был расслабляющим, успокаивающим. Не слишком интенсивным, но ощутимым. Таким, что можно было и не заметить, если не обращать внимания. Просто хорошее настроение, и ничего больше. Самый коварный вид наркотика.

С лёгкой усмешкой он кивнул и медленно поставил чашку. «Отличная штука».

«Благодарю, мистер Клифф», — вежливо кивнул слуга.

Фредди на мгновение заколебался, собираясь сказать, что это не совсем комплимент. Откуда ему было знать, лучше или хуже эта чашка маслянистой грязи, пахнущей мочой, чем обычно? Но ради приличия он проглотил комментарий и просто кивнул в ответ.

Теперь очередь еды.

Фредди потянулся за столовыми приборами, но ложки не оказалось. Только тогда он снова взглянул на блюдо. Это было не совсем рагу. Кусочки мяса плавали в густом соусе и были достаточно большими, чтобы их пришлось резать ножом. Так он и поступил, откусив совсем немного, почти деликатно.

Он сразу же поморщился. «М-м». Он слегка кашлянул, заставляя себя проглотить. «Довольно… эм…» — он прочистил горло, пытаясь вспомнить слово, но не смог. — «Как это называется?»

«Дичью?» — подсказал слуга.

«Да. Дичью». Он облизал зубы, и мышцы шеи напряглись в знакомом жесте дискомфорта. Он привык есть всякую дрянь, но это было странно в непривычном смысле.

Арбитр усмехнулся. «Это мясо виверна, мистер Клифф. С этим ничего не поделаешь. Уверяю, это самое вкусное мясо виверна, которое ты попробуешь к северу от Хребта».

«Поверю на слово», — сказал Фредди, откусив ещё раз. Только тогда он заметил, как его тело отреагировало, словно после тренировки. Мышцы напряглись, наполнились силой, готовые к действию.

«Всё в порядке, мистер Клифф?» — спросил слуга.

«Да, да… отлично», — ответил он. По крайней мере, это было куда лучше старых пищевых таблеток.

«Рад это слышать. Теперь, если позволите». Слуга кивнул и удалился.

Фредди проглотил ещё несколько кусочков, но на этом остановился. Откликнулись не только мышцы. Другие части тела тоже начали реагировать на то, что делало с ним это мясо, и он решил прекратить, пока встреча не стала неловкой.

Он сделал ещё один нерешительный глоток маслянистого напитка и поставил чашку с лёгким раздражением. Его взгляд снова упал на контракт. «Мне нечего добавить к условиям, — сказал он. — Но у меня есть вопрос: ты готов заплатить мне товарами вместо денег?»

Арбитр улыбнулся. «Хочешь ресурсы для защиты города?»

Фредди замешкался на мгновение, затем кивнул. «Да».

«Какую часть аванса ты готов выделить на это?»

На этот раз он не колебался. «Всю».

Брови арбитра слегка приподнялись. «Это щедрое предложение, мистер Клифф. Я бы посоветовал тебе пересмотреть это решение».

«Почему?»

«Потому что, честно говоря, даже если ты потратишь все деньги на защиту города, нет гарантии, что ты преуспеешь. А если чудо случится, город вряд ли окупит твои вложения достаточно быстро». Затем, после паузы, он добавил: «И нельзя игнорировать, что Северный Пояс крайне нестабилен».

«Я всё понимаю, — с улыбкой сказал Фредди. — Но…» Он собирался привести аргумент, но не нашёл слов. Затем нахмурился.

Почему он собирался отказаться от трети триллиона долларов?

Этих денег хватило бы на годы жизни в роскоши: высококлассные ресурсы, обучение у лучших мастеров империи, доступ к медитационным камерам и табличкам.

Даже половина, даже десятая часть суммы сделала бы его жизнь намного проще.

Но он не чувствовал желания отступать.

Он отогнал мысли о разговоре с Софией ранее в тот же день. Но даже без её слов он знал, что не они влияли на его решение.

Он подумал о том, что значит быть владельцем города. Даже с самоограничениями он был практически королём в Репенте. Он вспомнил о людях. О тех, кто всю жизнь боролся с коррумпированной властью. О тех, кто впервые за долгое время начал надеяться, что, возможно, им больше не придётся бояться рабства или разборки на запчасти.

Что подумают эти люди, когда орда монстров придёт к их порогу?

Их надежды рухнут, сменившись ужасом, куда более страшным, чем всё, что они знали раньше.

Это было ещё далеко. Но это приближалось.

Для Фредди то, что арбитр мог так спокойно предложить просто позволить этому случиться, вызывало тошноту. Ещё хуже было осознавать, что это не проверка. Не сложный способ прощупать его характер.

Нет. Этот человек с совершенно серьёзным лицом предлагал Фредди бросить целый город, более ста тысяч людей, на милость надвигающейся орды.

Всё ради экономии денег.

Для Фредди его жалкая юность была столетие назад. Но это не было далёким, стёршимся воспоминанием. Те годы беспомощности определили его как личность.

Если он не сделает всё возможное, он знал, что больше никогда не сможет спать спокойно. Он никогда не простит себя.

Фредди выпрямился, глядя прямо в глаза арбитра. «Назови меня рискованным, если хочешь. Но у меня хорошее предчувствие насчёт этих вложений».

«Мистер Клифф…» — мужчина смотрел на него с чем-то между жалостью и неодобрением, как строгий отец на глупого сына. — «Последнее, чем стоит руководствоваться при инвестициях, — это интуиция. Иногда нужно отступить и пересмотреть свою позицию».

Долгое мгновение Фредди искал в голове вежливый ответ. Но нашёл не его. С подёргивающимся веком он ответил взглядом, каким мать смотрит на провинившуюся дочь. «А иногда, Арбитр, нужно поступать правильно. Даже если это не принесёт кучу денег». Он не смог удержаться от яда в последних словах. Затем вздохнул и, заставив себя улыбнуться, рассмеялся. «Я просто ещё не привык ко всему этому. Прости, если был груб».

«Всё в порядке. Напротив, я восхищён тем, что ты ставишь жителей Северного Пояса на первое место. Хотел бы я, чтобы у власти было больше таких, как ты», — сказал он, но неозвученная часть эхом прозвучала в тишине.

Но их нет. Потому что они проигрывают.

Отогнав мрачные мысли, Фредди вернулся к теме. «Так… Ты согласен на оплату ресурсами или?»

«Я предложу тебе лучшее, мистер Клифф, — сказал мужчина. — Я добавлю твои деньги к плану обороны города, над которым уже работаю».

Брови Фредди взлетели вверх. «Ого. Ты собираешься сотрудничать с местными силами?»

«Разве я уже не делаю это?»

«Не совсем. Я не владею Вальхаллой. У меня есть влияние на них, да, но они не совсем мои. У них своя структура командования и свои планы».

Арбитр замолчал на мгновение. Затем испустил лёгкий, недовольный стон. «Возможно, тебе стоит усилить контроль над ними. Сейчас они кажутся безобидными или даже полезными, но со временем решение оставить их как есть может обернуться против тебя».

«Я спас их от неминуемой гибели, — сказал Фредди. — Сомневаюсь, что они предадут меня».

«Не обижайся, мистер Клифф, но последнее, чего стоит ждать от тех, кому ты помог, — это благодарности».

Фредди замер на мгновение. «Ладно. Я не жду от них ничего, кроме продолжения того, что они делали годами».

«И этого тоже не стоит ждать».

«При всём уважении, я бы хотел оставить свои отношения с Вальхаллой личным делом».

Арбитр поднял руки. «Хорошо. Твои дела — твои. Я не стану вмешиваться больше, чем ты просишь. В таком случае я свяжусь с их руководством для координации. Если можешь, предупреди их заранее. Хочу, чтобы они знали о моём визите и были готовы к сотрудничеству, насколько ты сможешь их убедить».

Фредди кивнул. «Сделаю. И спасибо за щедрость», — сказал он искренне. Хотя мужчина ему категорически не нравился, нельзя было отрицать, что арбитр тоже шёл на огромный риск. «О, и прежде чем я забуду…» — он перечислил несколько вещей, которые хотел бы получить для Софии: эликсиры, однозвёздный спутник и другие ресурсы.

«Всё будет у тебя к концу следующего дня», — сказал арбитр. — «На этом, полагаю, мы закончили».

Осталось только подписать контракт, и Фредди отправился в путь.

----------

Мускулы и кошелек

Слово «магия» редко использовали для описания дел, связанных с эфиром. По крайней мере, среди уважаемых людей.

Но в определённый момент эфир был магией. До того, как он пришёл в этот мир. До того, как исказил реальность. Потому что тогда его не существовало. А когда он появился, его нельзя было назвать иначе.

Так что в раннюю эпоху Пост-Разлома люди называли эфир магией.

Но слово «магия» — странное. Оно предназначалось для незнакомого, странного, возможно, даже несуществующего. Это было слово, которое, по мере того как люди начали понимать эфир, вышло из моды. Более того, стало довольно неловко называть его магией. Это воспринималось как признак простодушия. Это было бы как назвать квантовую физику магией в присутствии учёного из старого мира.

В лучшем случае, тебя бы высмеяли.

В худшем — подумали бы, что ты сумасшедший.

Но помимо странного, незнакомого и несуществующего, слово «магия» часто использовалось в более простом, повседневном смысле.

Можно было услышать, как молодая женщина говорит, что её новый крем для лица «работает как магия». Или как шеф-повар хвалит нож сталевара, говоря, что он «режет как магия». Или как больной человек, приняв особенно эффективное лекарство, заявляет, что оно «волшебным образом исцелило его».

Конечно, при таком использовании подразумевалось, что крем не работает магически, нож не режет магически, а лекарство не исцеляет магически.

Но всё это работало очень, очень хорошо. Удобно сверх разумных ожиданий. Точно так же, как можно было бы помечтать — как магия.

Именно поэтому Гидравлическое Напряжение Фредди третьей стадии работало как магия.

Во время своих исследований Фредди прочитал множество книг, в которых обсуждались концепции, связанные с определёнными способностями. И в этих книгах часто ранжировали эти концепции — иногда по отдельности, иногда в комбинации с другими.

«Перенаправление» всегда занимало довольно низкие позиции.

На то было несколько причин.

Первая — оно было избыточным. С каждым новым уровнем прогресса люди становились более устойчивыми к эффектам инерции, что делало «перенаправление» относительно ненужным.

Вторая — для эффективного использования требовалась немалая сила. Аспект перенаправления был концептуальным, поэтому он не создавал дополнительной нагрузки на мышцы, но зависел от движений пользователя. Теоретически, оно могло превратить импульс бега в силу, отправляющую человека прямо вверх. Но на практике никто не обладал такой силой и взрывной мощью, чтобы выполнить необходимые для этого резкие движения.

Третья причина заключалась в том, что его просто затмевало множество более удачных альтернатив.

Но случай Фредди был редким, когда эти причины просто не работали.

Даже с возможностью сопротивляться инерции, Пучины Бездны всегда затрудняли манёвренность, а у него было более чем достаточно силы, чтобы извлечь из этого максимум пользы. Это делало его весьма конкурентоспособным вариантом.

Но там, где он планировал полагаться на него, чтобы избежать неуклюжести в бою, оказалось, что оно способно на гораздо большее, чем просто помочь ему быстрее перемещаться из точки А в точку Б.

Глубоко внутри межпространственного прохода под Вальхаллой Фредди бежал по прямой в сухом пустынном мире с твёрдой потрескавшейся почвой. Он набрал максимально возможную скорость, затем напряг всю нижнюю часть тела. Его пресс сжался, бицепсы бёдер растянулись, квадрицепсы напряглись, икры подтянулись. Он активировал Гидравлическое Напряжение. С взрывным и мгновенным рывком ног его импульс перенаправился вверх. Не под прямым углом в 90 градусов, но довольно близко к нему.

То, что было стремительным бегом на максимальной скорости, превратилось в значительный прыжок, позволивший ему осмотреть пустынный мир класса C, простирающийся на мили вокруг.

Затем, достигнув вершины прыжка, он пробормотал: «Скрученный Маятник».

Изначально он предполагал, что эта способность, учитывая её влияние на восприятие времени, удваивает эффект гравитации во время штрафа. Но в ходе тестов он понял, что это совсем не так. Нет, она учетверяет эффект гравитации. Это происходило потому, что гравитация выражалась как ускорение через время. Но ускорение было функцией скорости через время.

Таким образом, гравитация, которая была скоростью через время через время, фактически возводила временную часть функции в квадрат, что, будучи уменьшенной вдоль способностью духа и затем возведённой в квадрат, превращалось из 1 в 0,25.

Но это было только с его точки зрения. Вроде как.

Здесь происходила какая-то запутанная математика, которую Фредди даже не пытался разгадать.

Со стороны казалось, что он падает всего лишь «вдвое» быстрее. Но с его точки зрения, поскольку он падал вдвое быстрее, воспринимая время вдвое быстрее, он падал вчетверо быстрее. И поскольку его тело действительно испытывало вчетверо большее воздействие, он ударялся о землю вчетверо сильнее. Но на самом деле он ударялся всего лишь вдвое сильнее, чем можно было бы ожидать, исходя из его скорости с точки зрения стороннего наблюдателя.

Во время тестов это казалось абсолютно логичным. Путаница начиналась только тогда, когда он задумывался об этом.

Но в конечном итоге математика за кулисами не имела особого значения. Важно было то, что даже штрафную часть можно было использовать себе во благо. Он прыгал высоко, затем падал быстро. И очень, очень сильно.

Достигнув вершины, он рухнул на землю, как метеорит. Его ноги ударили с огромной силой, погрузив ступни в твёрдую почву, в то время как трещины расползлись во все стороны.

Довольный, он вытащил ноги из земли и снова побежал. Вскоре штрафная часть способности духа закончилась, и скорость его движения возросла ещё больше.

Из-за упомянутой странной физики эффект изменился на противоположный. Теперь он испытывал не вдвое меньшее воздействие, а всего лишь четверть.

Набрав максимальную скорость, он приготовился и использовал ещё одно Гидравлическое Напряжение. Он взмыл в небо, поднявшись так высоко, что почти достиг искусственной синевы неба этого мира.

Затем эффект Скрученного Маятника закончился.

Он мысленно быстро рассчитал время, глубоко вдохнул и использовал Удар Цунами с двумя звёздами. «Скрученный Маятник», — активировал он способность духа снова, начав падение.

Поднявшись ещё выше, он падал ещё быстрее и ударялся о землю ещё сильнее. Время для Удара Цунами было слегка неподходящим. Но это не имело особого значения.

Его ступни разорвало, кости превратились в пыль до середины икр. Почва рассыпалась, подняв облако пыли и отправив ударную волну по идеальному кругу вокруг него. Когда дым рассеялся, он обнаружил себя лежащим на дне кратера. Земля вокруг дымилась и светилась красным от энергии удара.

Хотя для этого требовалось безупречное время, точность и немалая подготовка — не говоря уже о полученных травмах — это была самая мощная атака, которой он обладал на данный момент. Пока что.

Он предполагал, что Кровавый Мститель, возможно, мог бы ударить чуть сильнее. Но для этого ему пришлось бы получать много урона, исцеляться, снова получать урон, снова исцеляться и повторять это, пока не наберётся достаточно отражённого урона. Это было не так практично.

За столетие одиночества он довольно привык к своим способностям. Но это были его способности второй стадии. На третьей стадии они изменились настолько, что он отчётливо осознавал, насколько лучше мог бы использовать их. Он почти сожалел, что у него не было ещё одного столетия для тренировок. Почти.

Среди всех улучшений больше всего надежд он возлагал на Гидравлическое Напряжение.

Он исцелил ступни после нескольких ударов Искры Нежити и поднялся на ноги.

Затем снова побежал.

Теперь, с лёгким движением ноги, он мог полностью изменить направление своего движения. Иногда это было более чем немного сложно в использовании.

Во-первых, это вызывало сильное головокружение. Резкий рывок тела, мгновенно меняющий импульс, было трудно принять. Его разум интерпретировал это как смещение всего мира на угол, под которым он менял импульс. Это было менее проблематично, когда он прыгал вверх, но когда он бежал прямо, а затем резко менял направление на 90 градусов, это вызывало у него почти тошноту.

Но он мог делать и больше. Он мог почти мгновенно остановиться. То есть, он мог перейти от полного спринта к полной неподвижности с одним хорошо рассчитанным нажатием ноги. Это требовало точного времени, и ему приходилось направлять силу строго против себя, чтобы нейтрализовать её, но он довольно быстро освоил это.

Однако это, пожалуй, больше всего вызывало у него желание вывернуться наизнанку.

Переход от движения к остановке так быстро сбивал его мозг с толку настолько, что на несколько мгновений после остановки весь мир казался движущимся в противоположном направлении.

Были и другие трюки, которые он мог выполнять.

Например, владение Кровавым Мстителем стало таким же лёгким, как размахивание полым куском фанеры. С Гидравлическим Напряжением он мог контролировать импульс меча так, что тот казался невесомым в его руке.

Мог. Теоретически.

На практике… ну, он мог делать лучше, чем раньше. Но для истинного мастерства потребовались бы годы работы.

После ещё нескольких тестов и настройки он понял, что это всё время, которое он мог выделить на это.

Примерно пять дней назад он начал тренировать свои улучшенные способности. Хотя у него было много времени для тренировок против монстров, он не мог позволить себе безумные риски и перегибы. Но ему нужно было знать, на что он способен.

К сожалению, пяти дней было недостаточно. Он лучше почувствовал свойства перенаправления Гидравлического Напряжения и провёл более глубокое тестирование Скрученного Маятника. Но это всё, что он успел.

Возможно, он слишком привык к тому, как тренировался в подземелье. Тогда у него было всё время мира, чтобы медленно разбирать свои способности и оптимизировать их использование. Но теперь он был не в подземелье.

На этот раз у него было всего пять дней. И хотя он не сидел без дела, он жалел, что не успел сделать больше.

Волна монстров могла обрушиться в любой момент. Сегодня — в лучшем случае, через три дня — в худшем.

Стоя посреди пустынного мира, он осмотрелся. Местность была довольно плоской, но вдалеке виднелись несколько скалистых холмов, где находился выход. Он направился туда, подобрал сумку с дополнительными припасами и двинулся к выходу.

Кто-то мог подумать, что есть более ценные способы провести время во время кризиса. И поначалу он пытался взять инициативу. Он говорил с Трэвисом, с другими влиятельными людьми, строителями, координаторами — и быстро понял, что абсолютно не разбирается в том, что делал.

Происходило много всего. Было множество логистических и административных задач, которые нужно было решить. Вещи, с которыми он был совершенно некомпетентен.

Признаться, у него была небольшая фантазия, когда всё началось. Что он станет главным стратегом и разработает идеальный план борьбы.

Но нет.

В конечном итоге он всё ещё был необразованным качком.

Даже со всем прочитанным, без формального образования он был, в лучшем случае, умником, который мог привести несколько забавных и интересных фактов. В худшем — горделивым глупцом.

Хотя он прочитал несколько книг о строительстве от скуки, он не понимал азов возведения стены. То же самое касалось… ну… практически всего, кроме боя.

Вместо того чтобы безуспешно пытаться влезть в совещания и тратить время всех, он решил придерживаться своей роли.

В этой битве он был мышцей. Он будет сражаться дольше и упорнее, чем все остальные вместе взятые. И в этом не было ничего постыдного.

Конечно, он хотел бы научиться многому другому. Но это придётся отложить.

Возвращаясь в Вальхаллу, он ощущал некоторую тревогу. Он сообщил Трэвису, где находится, и был посыльный, который должен был срочно найти Фредди в случае чрезвычайной ситуации. Посыльный не появился. Надеюсь, это означало, что всё в порядке.

Его путь через межпространственный проход был спокойным и тихим. Он уничтожил всех монстров на пути к миру, где тренировался, и даже нескольких за его пределами, так что монстров не было. Хотя их и так было мало.

Этот проход вёл в особенно пустынную часть межпространственного мира. Даже более пустынную, чем тот, что находился в центре города. Там не было подземелий. Никаких духов. Почти никаких следов. Он не был бесполезным — ни один проход не был таковым.

Но он был близок к этому.

Теоретически, он мог бы пройти 50 шагов и наткнуться на более богатую часть межпространственного мира. Но на практике это было не так просто.

Узкие или недоступные проходы, сложный рельеф, опасные миры — всё это мешало просто отправиться туда.

И, пожалуй, самое главное — после определённого количества шагов проходы имели свойство смещаться. Они исчезали и появлялись вновь, причём новые вели в совершенно другие части межпространственного мира. Неудивительно, что это приводило к тому, что множество людей терялись.

Были способы отследить путь обратно на Землю. Некоторые устройства можно было настроить на определённые миры, и их диапазон зависел от размера целевого мира. Земля считалась бесконечно большой вселенной — что, как теперь знал Фредди, было не так — но солнечная система была достаточно большой, чтобы её можно было обнаружить с огромных расстояний.

Но хотя эти устройства слежения казались замечательными, они были далеки от совершенства.

Самое главное — они не различали проходы и миры. Часто они указывали на проход размером с монету или вели через миры, заполненные токсичным газом, лавой или опасными монстрами.

Это было основной причиной, почему некоторые проходы были значительно ценнее других. А тот, что находился под Вальхаллой, к сожалению, был одним из самых бесполезных.

Но он всё равно был огромным подспорьем для Вальхаллы. И там ещё было что исследовать.

Он отвлёкся от этих размышлений, когда наконец достиг выхода и ступил в небольшую пещеру под Вальхаллой.

Как только он вышел, его встретил упомянутый посыльный. Это был мужчина лет тридцати, близкий друг Трэвиса, как понял Фредди. У него были ранние седины по бокам, и в целом он выглядел скорее как клерк, чем боец. Он сидел, прислонившись к валуну, и когда Фредди вышел, тот поспешно поднялся, нервно поправив пиджак и вежливо склонив голову. «Здравствуйте, сэр», — робко сказал он.

«Привет, приятель. Ты Джефф, верно?»

«Да. Не могли бы вы подождать минутку?» — попросил мужчина, вежливо подняв палец, пока копался в кармане и доставал небольшой кристалл связи. «Трэвис сказал позвонить ему, как только вы выйдете».

«Конечно, чувак».

Джефф кивнул с весёлой улыбкой и потёр бок кристалла большим пальцем. Он засветился, и через мгновение голос Трэвиса раздался из него: «Он вышел?!» — спросил мужчина тоном, который сразу заставил Фредди насторожиться и прищуриться.

Он нахмурился и сделал несколько шагов вперёд. «Эй!» — крикнул он. «Трэвис?! В чём дело?»

«В чём дело?!» — мужчина рассмеялся почти маниакально. «Да заткнись, придурок! Почему ты мне не сказал?! Хотя знаешь что? Мне всё равно. Я бы сейчас тебя в губы поцеловал».

Фредди удивлённо поднял бровь. Он переступил с ноги на ногу и упёр руки в бока. Это было не совсем то направление разговора, которого он ожидал. «Какого чёрта происходит?»

«Ты всё ещё прикидываешься? Ну же, скажи честно — ты что, сын императрицы или что?»

«Что?!» — Фредди рассмеялся с недоверием. «Прости? О чём ты?»

Несколько мгновений тишины, прежде чем голос Трэвиса наконец раздался снова. «Ты правда не знаешь или просто прикалываешься? Арбитр довольно громко заявил, что это всё — твоя заслуга».

«Всё это?» — Фредди задумался на мгновение, и вдруг его лицо озарилось пониманием. «А! Ты про финансирование!»

«А, ты про финансирование!» — передразнил его Трэвис. «Да, да, заткнись. Я ни на секунду не верю, что ты забыл об этом. Ладно, давай поговорим об этом лично». Кристалл отключился.

Фредди посмотрел на кристалл, а затем на мужчину, который его держал. Джефф развёл руками. «Чувак, я спал в том углу в мешке последние пять дней, так что понятия не имею, о чём он».

«Ладно… Похоже, придётся разбираться самому».

Фредди быстро выбрался из скрытой пещеры, оставив Джеффа собирать свои временные пожитки.

Как только он вышел в тренировочные залы, он заметил Софию, которая тренировалась. Она была одной из немногих, кому Трэвис разрешил использовать специальные тренировочные комнаты для подготовки к нашествию монстров. Одной из одиннадцати.

Среди остальных Фредди также заметил Лару. Девять из присутствующих были элитными двухзвёздочными бойцами Вальхаллы. Среди остальных двоих — одна была Софией.

А второй — Лукас.

Больше никому не доверяли тренироваться здесь, и, чего уж там, Лукас был действительно талантливым.

Их взгляды ненадолго встретились. Как только Лукас заметил его, он сошёл с тренажёра, которым пользовался, и направился в ближайшую комнату для собраний, хлопнув дверью за собой.

Фредди вздохнул.

«О, так ты наконец выбрался», — сказала София, подходя к нему и потягивая из термоса.

Он взглянул на неё и не смог сдержать изумления.

На ней была простая белая футболка и серые спортивные штаны. Но выбор одежды был не тем, что привлёк его внимание.

Это было её тело. Она была просто накачанной. И выше. Чуть выше него, если точнее. И кроме того, он заметил, что она модифицировала своё тело, сделав плечи немного шире и значительно уменьшив грудь. Она практически полностью её убрала. Хотя она была почти одного роста с ним, её общая масса была далека от его собственной. Очевидно, она сделала ставку на мобильность.

Она заметила его взгляд, затем посмотрела на себя, довольная ухмылка играла на её лице. «Нравится, что видишь, дружище? Чёрт, я и не знала, что тебе такое нравится. Уважаю, здоровяк».

Он фыркнул. «Я удивлён, что ты зашла так далеко. Надень мешок на голову, и я бы поклялся, что разговариваю с мужиком».

Она пожала плечами. «Я получила крутую способность модификации тела. Она очень гибкая. Я могла экспериментировать сколько угодно, зная, что всегда могу отменить любые изменения. Оказывается, это творит чудеса для быстрого развития невероятно продвинутой способности модификации тела!» — Она подняла руки и напрягла бицепсы для демонстрации.

Мышцы выделялись невероятно чётко, показывая почти полное отсутствие жира. Вены вздулись, извиваясь вокруг её рук. Хорошая работа.

Фредди ткнул пальцем в её бицепс. Он был твёрдым, как камень. Плотным. Очевидно, она сделала нечто большее, чем просто изменила форму. Он кивнул, явно впечатлённый. «И ты можешь это отменить?»

«Ага. Не мгновенно, но это займёт не больше пары часов. Как я и сказала, моя модификация тела очень гибкая». Она немного наклонилась. «Кстати, если найдём время, думаю, я могла бы сделать ещё пару корректировок твоего тела». — Она ткнула пальцем в его бедро. — «Исцеление отлично справилось с балансировкой твоего тела в прошлый раз, но теперь я знаю, что делаю. Я могу придумать несколько способов улучшить свою работу».

Фредди ухмыльнулся. «Звучит неплохо. Но давай сначала проверим, когда придут монстры. Не хотелось бы быть неготовым, если кризис наступит».

Она подняла бровь. «Да… Не думаю, что это будет большой проблемой, честно говоря».

Он нахмурился. «Что ты имеешь в виду?»

Она уставилась на него в полном недоумении. «Не смотри на меня, это не я дала арбитру все эти деньги».

На этом этапе он уже откровенно хмурился. «Ладно, что он сделал?»

На её лице на мгновение отразилось замешательство, прежде чем оно расплылось в самодовольной ухмылке. «О, ты даже не знаешь, да?»

«Не знаю что?»

«Думаю, тебе стоит увидеть самому», — сказала она со смешком, развернулась и жестом показала ему следовать за ней.

Фредди согласился, поскольку уже направлялся в офис Трэвиса. Они поднялись на этаж, где он находился, и как только он оказался перед первым окном, наконец понял, в чём дело.

Он буквально прилип лицом к окну, уставившись наружу, рот открылся от изумления при виде происходящего. «Да ладно».

Там была стена. Где-то высотой 30-40 метров. Множество людей ходили по бойницам, и судя по тому, что он видел вдалеке, стена окружала весь город.

Она была уже готова.

----------

Выслуживание

Фредди зашёл в кабинет Трэвиса. «Эй, какого чёрта—» Но прежде чем он успел что-то добавить, Трэвис бросился на него и заключил в медвежьи объятия.

«Братан!» — произнёс Трэвис, и в его голосе звучали эмоции. «Прости, что вёл себя так ужасно. Я больше никогда не буду к тебе придираться».

Фредди вздохнул. «Можешь отпустить?»

«Дай мне ещё пару секунд». Мужчина похлопал Фредди по спине, прежде чем наконец отступил. «Так. Чьё ты порождение?»

«Ничье, насколько я знаю», — ответил Фредди.

«Насколько знаешь?» — Трэвис усмехнулся с подозрительной ухмылкой.

«Ну, я никогда не видел своих родителей. Кто знает, может, они и правда повелители?» — пошутил он.

Трэвис слегка поморщился. «Ох, прости».

«Да ладно, не переживай. В любом случае, нам стоит обсудить, что здесь происходит».

«Да, стоит», — Трэвис стал серьёзнее, скрестил руки и облокотился на стол. Он мельком взглянул на Софию, словно хотел что-то спросить, но передумал и снова обратился к Фредди. «Ты, кажется, не до конца понимаешь ситуацию. Давай проясню — арбитр сказал, что помощь, которую мы получили, оказана благодаря тебе». Мужчина прищурился. «Это… правда?»

«Правда. Всё так». Затем Фредди нахмурился. «Хотя я не совсем понимаю, как это произошло так быстро, но в целом это не ложь».

«Ладно… ладно, ладно». Трэвис энергично кивнул.

Фредди наклонился вперёд с лёгкой гримасой. «Арбитр сказал, что именно я сделал?»

«Нет», — отрицал Трэвис. «Он просто сказал, что тебя стоит благодарить за большую часть».

«Хорошо».

«Так… что же ты сделал, если не секрет?»

«Не могу сказать», — ответил Фредди. «Скажем так, я заключил сделку». Увидев, как на лице Трэвиса нарастает паника, Фредди поспешил добавить: «Не волнуйся, я не продал душу или что-то в этом роде».

«Эта сделка включает—»

«Она никак не касается Вальхаллы или Репентавы», — прервал его Фредди. «Не переживай».

«Тогда я закончил с расспросами».

«Теперь моя очередь», — сказал Фредди. «Как, чёрт возьми, эта стена уже готова?»

Трэвис вдруг замялся. «Честно говоря, я сам не знаю. Надеялся, что ты в курсе».

«Ну, моя сделка действительно включала кучу финансирования», — сказал Фредди. «Но, судя по разговорам с координаторами, строительство стены не должно было начаться до прибытия монстров, а затем, в лучшем случае, заняло бы недели».

София шагнула вперёд и вмешалась в разговор. «Ну, по слухам, которые я слышала, так и должно было быть».

«Но потом что-то изменилось», — сказал Трэвис. «Строительство началось около двух дней назад».

«Что?!» — выпалил Фредди. «Оно завершилось за два дня?»

«Да», — хором ответили Трэвис и София.

Трэвис глубоко вздохнул и посмотрел Фредди прямо в глаза. «Иди поговори с арбитром. Сейчас же».

Тон мужчины не понравился Фредди. «Ты говоришь так, будто есть проблема».

«Потому что она может быть». Трэвис снова взглянул на Софию, и на этот раз не смог удержаться. «Прости, но ты уверен, что хочешь, чтобы она была здесь?»

«Да, не переживай. Можешь сказать ей всё, что сказал бы мне».

«Ты точно уверен?»

Фредди застонал. «София, ты сделала что-то странное?»

«Нет!» — возмутилась она. Но затем её лицо осветилось догадкой. «Возможно…»

«Трэвис, что она натворила?»

«Она избила нескольких членов своей тренировочной группы. Ситуация несколько раз накалялась, что привело к серьёзным травмам».

Фредди шокированно посмотрел на неё. «София, какого чёрта?»

«Ладно», — она подняла оба указательных пальца. «В мою защиту, я не начинала первой».

«Нет, это ты», — сказал Трэвис.

Она раскрыла рот. «Погоди-ка! Лукас тот, кто сказал—»

«Ты избила Лукаса?» — недоверчиво спросил Фредди.

«И Джеффри», — добавил Трэвис. «И Маркуса. И Лара чуть не пострадала, хотя она проиграла тот бой».

Фредди уставился на неё.

Она отвела взгляд. «Я слаба против огня».

«Это не проблема здесь!»

«Я защищала тебя!» — воскликнула она. «Лукас продолжает говорить людям, что ты монстр за то, что сделал с его матерью. А я очень вежливо объяснила, что у тебя не было выбора, и—»

Фредди поднял руку, чтобы прервать её. «Знаешь что, мне сейчас всё равно». Он указал на Трэвиса. «Я поговорю с арбитром. Ты знаешь, где он?»

Трэвис соскочил со стола и подошёл к окну. Там он указал на относительно удалённый участок стены. Он находился прямо посередине, где стена перекрывала долину к северу от города.

Там было сооружение. Что-то вроде башни, но массивное, ближе к крепости.

Вся стена была сделана из гигантских блоков сплавленного камня, и крепость выглядела так же, но с явно более толстой защитой. Она была холодной и практичной, с небольшими квадратными окнами и парапетом на крыше, где Фредди смутно различал несколько патрульных.

Фредди кивнул и вышел, на ходу указав на Софию. «Мы ещё поговорим».

А затем отправился на встречу с арбитром.

Попасть в крепость оказалось несложно. Там его проводили на верхний этаж, где арбитр ждал в огромном зале с видом на долину внизу. Это была единственная часть крепости с каким-то намёком на декор, и одна из стен представляла собой огромное окно. В углах Фредди заметил что-то вроде гравировки на стекле, заполненной серебристым металлическим веществом — вероятно, часть заклинаний, укрепляющих стекло.

Арбитр стоял прямо перед окном, держа в одной руке бокал вина, а другую заложив за спину. «Ты пришёл», — объявил он, не оборачиваясь.

«Да, я здесь», — подтвердил Фредди, подходя ближе и оглядывая богато украшенный зал. «И это…?»

«Мой кабинет», — с лёгким смешком ответил мужчина. «Я буду руководить обороной». Он убрал руку из-за спины и указал на долину, где виднелся огромный карьер, в котором толпы рабочих добывали камень и транспортировали его по множеству маршрутов. Это было похоже на наблюдение за муравьями с высоты. Очень эффективными муравьями, которые уже вовсю строили множество башен и более низких стен вдоль гор и долины.

Мужчина отпил вина. «Основная масса монстров пойдёт отсюда. В идеале мы направим их туда, где защита сильнее всего. Попадётся ли это на их интеллект — зависит от вида. Но в любом случае, эти укрепления значительно облегчат нам работу».

«Всё прошло куда глаже, чем я ожидал», — просто сказал Фредди.

«Да. К сожалению», — мужчина допил бокал и повернулся.

Фредди вздохнул. «Что случилось?»

«Обычно у меня хватило бы полномочий пресечь подобные игры», — начал арбитр, расхаживая по комнате. «Но учитывая чрезвычайную ситуацию и то, что империя открыла несколько… “благотворительных фондов” для помощи в кризисе, они действовали через каналы, которые я не мог контролировать».

Фредди приподнял бровь. «Они?»

«Фракции с материка, мистер Клифф». Мужчина усмехнулся. «Они пришли вам на помощь».

Фредди едва сдержался, чтобы не спросить: «Разве это не хорошо?» — но он знал, что подобная наивность неуместна. «Благотворительные фонды», о которых говорил арбитр, были всего лишь прикрытием для переброски бойцов и молодёжи, чтобы те получили опыт в предстоящей катастрофе.

Но это было нечто большее.

Фредди вспомнил разговоры координаторов в самом начале. Одна из главных проблем проекта — логистика доставки ресурсов и рабочих. Им пришлось обращаться к империи. Ускорить процесс было почти невозможно. Деньги не решали проблему.

Даже если бы они предложили рабочим больше денег, после определённого предела это лишь заставило бы людей думать, что проект — самоубийственный или близок к тому.

Но если в дело вмешались фракции материка, всё менялось. У них были свои рабочие, уже связанные контрактами, и для их переброски требовалось лишь слово начальства. Но даже если они могли приказать рабочим явиться сюда, это не означало, что это было легко.

Принудительная отправка небоевого персонала в опасные зоны — одно из самых нежелательных действий для фракций, если только у них не было очень, очень веской причины.

Это подрывало доверие и сеяло недовольство.

Их будущие сделки стали бы дороже, а люди неохотно шли бы к ним, зная, что могут быть отправлены в зону риска.

Вопреки прежним убеждениям Фредди, небоевой персонал в империи имел немало власти, особенно те, кто достиг второй звезды или выше. Эти люди не были бесправными рабами, которых можно использовать как ресурс. Они были богаты и умели себя защитить.

То, что стена была построена так быстро, не было просто жестом доброй воли со стороны фракций. Это не была простая благотворительность. Это было серьёзно. И если они пошли на такие меры, значит, у них была очень, очень веская причина.

Он застонал. «Подлизываются, да?»

«Именно». Мужчина сладко улыбнулся. «Они здесь, чтобы наладить с вами отношения, мистер Клифф».

Фредди фыркнул. «Ну, пусть попробуют».

«Ох, дорогой Фредди», — сказал арбитр с фамильярностью, «ты не понимаешь. Они обязательно наладят с тобой отношения. Не думай, что сможешь их игнорировать, и они просто уйдут. Они уйдут отсюда либо на хорошей ноте с тобой, либо на плохой». Выражение лица мужчины потемнело. «И со всеми ты хороших отношений не добьёшься. Здесь ждут две дочери из влиятельных семей».

Глаза Фредди расширились. «Ты что, хочешь сказать…?»

Мужчина кивнул. «Они здесь, чтобы свататься».

Фредди подошёл к ближайшему дивану, плюхнулся на него и закрыл лицо руками. «Бля-я-я-ядь!» — выкрикнул он, издав нечто среднее между смехом и стоном. Когда он убрал руки, ухмылка не сходила с его лица.

«Это не повод для смеха».

«О, я знаю!» — сказал Фредди. «Я прекрасно понимаю, что это не смешно». Ухмылка оставалась на месте. «Но что ещё мне делать? Рыдать? Боже, это так глупо». Внезапно его осенило. «Может, сказать им, что я гей?»

«Сексуальная ориентация редко становится препятствием в таких делах», — сказал мужчина. «Подобные политические браки редко заключаются по любви».

«Чёрт. Что же мне делать?»

«Хотел бы я дать тебе пару советов, но, увы, у нас на подходе кризис. Если кратко — удачи».

«Что, вообще без советов?»

«Ты житель Северного Пояса. Они не ожидают, что ты будешь… цивилизованным по их меркам. Но если мне нужно говорить тебе не грубить, значит, тебе нужно куда больше, чем пара подсказок. И я не могу просто дать тебе пару советов, потому что лучше, если ты будешь полным профаном. Пока ты — деревенщина, всё, что ты скажешь, будет восприниматься как норма. Но если они заподозрят, что ты знаешь больше, твои ошибки станут куда обиднее».

«Вау. Это самый вежливый способ сказать, что я неотёсанный мужик без манер».

Мужчина лишь улыбнулся. «Ну что ж. Давай обсудим, как это повлияет на грядущий кризис».

Фредди кивнул и выпрямился на диване. «Да. Это всё ещё актуально. Итак…» — он указал на долину за окном, — «полагаю, теперь всё пройдёт глаже?»

Арбитр вздохнул. «Возможно. Помни, мы до сих пор не знаем, с чем имеем дело. Ледяные Пустоши — не шутка. В зависимости от того, что придёт, даже эти стены не спасут город».

«А как насчёт плана эвакуации граждан в локальный межпространственный коридор?»

«Это всё ещё логистический кошмар», — сказал мужчина. «Есть веские причины, почему поселения в межпространственных коридорах редки. Мы можем построить временное убежище, но это максимум, что мы можем сделать».

«Понятно… Чёрт. Ну, хотя бы стена уже готова», — сказал он. Затем он вспомнил о «подкреплении». «Сколько людей прислали эти фракции?»

«Много», — ответил арбитр. «Сотни от каждой. И хорошие бойцы. Пятеро из них — элита, включая двух женщин, которые приехали свататься. И возможно, будут ещё».

Фредди поморщился при этом напоминании. «Ну, это хоть что-то».

«Но учти: если ты сильно кого-то обидишь, они, скорее всего, отзовут свои силы или отправят их в другое место. Не воспринимай их помощь как должное».

«Не буду. Кстати, кто именно эти фракции?»

«Я пообещал не говорить, чтобы они могли представиться сами».

«Ладно, допустим. И они представятся…?»

Мужчина улыбнулся. «Я дам им знать, что ты здесь. Они уже договорились представиться группой, чтобы избежать драк из-за того, кто подойдёт к тебе первым».

«Воу, воу, воу!» — Фредди поднял руки. «Сейчас?!» Он оглядел себя. На нём была чистая, но повседневная одежда, и он был покрыт пылью и грязью после времени, проведённого в пустынном мире. «Дай мне сначала помыться!»

Арбитр пожал плечами. «Я подумал, что лучше представиться в таком виде. Это даст им понять, чего ожидать».

Фредди бросил на него плоский взгляд.

«Шучу!» — арбитр рассмеялся, и в его смехе было что-то зловещее. «Можешь расслабиться». Он хлопнул в ладоши. Через секунду в комнату вошёл слуга, которого Фредди уже видел в резиденции арбитра, с полотенцем на руке. Слуга поклонился и жестом пригласил выйти. Арбитр повернулся к Фредди. «Сначала мы тебя переоденем, конечно. Моя репутация тоже на кону».

Фредди застонал. «Давай покончим с этим».

Он последовал за слугой в соседнюю комнату. Это была своего рода ванная, расширенная зоной для косметических процедур. Он быстро принял душ, а когда вышел, его встретила небольшая группа слуг, которые сняли мерки и мгновенно сшили для него костюм на заказ. Его волосы уже немного отросли. Он хотел оставить их как есть, но женщина, которая должна была привести их в порядок, буквально умоляла на коленях позволить ей подстричь его.

Это даже немного задело его чувства. Достаточно, чтобы он сдался.

Она подстригла ему бока, оставив большую часть волос на макушке, которые уложила в слегка небрежный, но стильный вид. Они были обработаны каким-то веществом, которое сделало его от природы волнистые волосы ещё более кудрявыми.

Прежде чем он успел возразить, женщина начала брить его бороду. Теперь он не мог остановить её, так как часть уже была сбрита. И это не было ошибкой. Женщина знала, что делала. Она действовала быстро и хитро, чтобы поставить его в такое положение.

Он строго посмотрел на неё. Она сохраняла извиняющийся вид, делая невинные глаза. Нехватка времени и усталость взяли верх, и он разрешил ей продолжить.

Конечный результат, надо признать, был впечатляющим. У него были мужественные черты лица, но новая стрижка делала его моложе, каким он и был. Без бороды он выглядел очень даже хорошо.

Он прищурился и повернулся к парикмахеру. Та сияла улыбкой и показала два больших пальца вверх.

Фредди не смог сдержать смех. «Ты настоящий профи, да?»

«Не первый раз работаю с упрямыми клиентами», — ответила она. «Думаю, ты согласишься, что так тебе больше идёт».

Он вздохнул.

Чёрт возьми, она права.

Женщина рассмеялась, увидев его покорное выражение.

Чувствуя себя прекрасно, Фредди надел новый костюм. Он был почти чёрным, сшитым из тонкой, мягкой ткани и идеально подчёркивал его мощную мускулатуру. Кроме того, ему дали золотые часы, платиновое ожерелье и чёрную серёжку в правое ухо. Прокол сделали с помощью сродства жизни, так что это было быстро и совершенно безболезненно.

Закончив, он встал перед зеркалом. В жизни он ещё никогда не выглядел так хорошо. Даже близко.

С новообретенной уверенностью он вернулся в зал к арбитру.

Мужчина улыбнулся и показал большой палец вверх. «Ты выглядишь отлично, мистер Клифф».

«Признаю», — ответил Фредди.

«Готов?»

Фредди глубоко вдохнул и кивнул.

«Хорошо». Арбитр нажал на что-то за ухом и сказал: «Можете впустить их».

В следующее мгновение в комнату вошли пять человек.

Трое из них были женщинами, двое — мужчинами.

Однако, когда они вошли, Фредди почти не обратил на них внимания. Кроме одного.

Средних лет, с роскошными каштановыми волосами, мужчина с гордой осанкой, но менее надменный, чем остальные, и более уважительный, вошёл в комнату.

Фредди встретился с ним взглядом. И мужчина, Мэтт Кэнстоун, помощник мадам Морлепп, улыбнулся ему и беззвучно произнёс: «Рад снова тебя видеть, Фредди Штерн».

----------

Элиты

Казалось, весь мир замер. Фредди узнал этого человека. Несмотря на то, что столетие одиночества стёрло из его памяти многие вещи, некоторые лица навсегда врезались в его сознание.

Мэтт Кэнстоун стоял там, не отводя взгляда от Фредди.

Паника почти захлестнула его.

Она нашла меня, подумал он, в его голове разыгрывались худшие сценарии.

Его отношения с Мадам были одной из тех вещей, о которых он старался не думать.

Предала ли она его? Привела ли она его на ту вечеринку, зная, что его похитят? Если нет, почему она не спасла его? Пыталась ли она вообще?

Но хуже всего был циничный голос в глубине его сознания, который всегда ожидал жестокости от тех, кто имел над ним власть — технически, будучи похищенным, он нарушил их контракт. Для него даже не стоял вопрос, насколько реалистично было бы ей настаивать на этом. Он всё равно боялся, что она это сделает. У неё была такая власть.

«… Мистер Клифф?» — обеспокоенный голос судьи вывел его из раздумий.

«Ох, простите», — поспешил он.

«Боже, вот это зрелище», — певучий голос женщины прозвучал в комнате. «Понимаю, что ты впечатлён, но попробуй хотя бы не пялиться, как деревенщина».

Фредди взглянул на женщину, которая это сказала, и снова замер.

Прибывшие люди… были яркими, мягко говоря. «Яркие» — даже не передавало сути. Они выглядели так, будто сошли с экрана кино, причём из фильма с невероятно красивым актёрским составом и гениальным дизайнером персонажей.

Кроме Мэтта Кэнстоуна, который был трёхзвёздочным, все остальные были пиковыми двухзвёздочными, как и сам Фредди.

Фредди не сомневался, что любой из этих людей мог бы перейти на третью звезду, если бы захотел.

Каждый из четырёх присутствующих имел яркую и запоминающуюся внешность, с физической красотой, которая дополняла или даже превосходила их наряды.

Первый слева был высоким мужчиной с фиолетовыми волосами и ослепительно зелёными глазами. Он был одет в зелёное и коричневое, с множеством странных деревянных украшений: серёжки из переплетённых деревянных кубиков, длинное ожерелье из листьев, несколько деревянных колец и что-то похожее на живое деревянное пальто. Его рубашка была ярко-зелёной, и при ближайшем рассмотрении казалось, что она соткана из какого-то живого мха.

Рядом с ним стояла застенчивая и робкая женщина, едва достававшая ему до пояса. Её длинные волосы, собранные в хвост, были тёплого хромированного оттенка, а глаза — такого же цвета. На ней была пышная бежевая мантия с замысловатой золотой вышивкой, напоминающей облачение епископа. Она нервно теребила пальцы, стараясь не встречаться с Фредди взглядом.

Слева от неё была высокая, мускулистая женщина, покрытая множеством едва заметных шрамов. Её волосы были огненно-рыжими, коротко подстриженными в стиле пикси, а глаза — обычного коричневого цвета. На ней была белая майка и синие джинсы, с поясом для инструментов, на котором висело несколько клинков. Для кого-то настолько богатого, чтобы не заботиться о шрамах, это было либо заявлением, либо частью её таланта. А может, её просто поразило что-то, что невозможно удалить без огромного количества исцеления высшего качества.

И наконец, та, что сделала саркастичное замечание. Женщина среднего роста, с кожей бледной, как кость, и буквально всем остальным — отвлекающе чёрного оттенка. Её волосы были буквально клубящейся тенью, явно продуктом таланта, а одежда состояла из свитера чуть светлее ночного неба и штанов настолько чёрных, что невозможно было определить их материал.

Когда их взгляды встретились, несмотря на то, что она была немного ниже его, ей удалось смотреть на него свысока, криво ухмыляясь — что-то между гримасой и оскалом, с достаточной долей жестокой радости в глазах, чтобы не выглядеть так, будто она буквально хочет его укусить.

В этот момент он вернулся в реальность. Бросив последний взгляд на Мэтта, который кивнул ему, Фредди осознал, что этот человек — далеко не единственная проблема, с которой ему предстоит столкнуться.

Люди перед ним были исключительными личностями с невероятным прошлым. Все они, вероятно, происходили из фракций как минимум уровня бывшего клана Крэйвен, и они пришли сюда с явной целью — посмотреть, на что он способен.

Ах да, и две из этих трёх женщин, похоже, были здесь, чтобы «ухаживать» за ним? Он не знал, означало ли это, что они буквально пытались выйти за него замуж, но он чувствовал себя крайне неуверенно. Единственная из троих, кто не вызывал у него страха, была низенькая девушка в священнических одеждах, но она выглядела молодой. Очень молодой. Лет 15–16. Вряд ли она была одной из них.

Значит, это, скорее всего, была покрытая шрамами женщина, смотревшая на него, как на червяка под ногой, и Мисс Тьма, которая явно считала собачий помёт на дороге более достойным внимания, чем Фредди.

Первое впечатление, которое он произвёл, — пялился, как идиот. А второе — снова пялился, но уже с индивидуальным подходом.

Замечательно. Он начал просто прекрасно.

Пока он едва сдерживал желание схватить Мэтта и утащить его для приватного разговора, его инстинкты предупреждали, что оскорблять этих людей дальше — глупо, и он пожалеет об этом.

Он кашлянул, наконец отведя взгляд, и жестом указал на судью. Жест был настолько неопределённым, насколько это возможно, но примерно означал, что тот должен взять инициативу.

Судья ухватился за это предложение, как голодный — за хлеб. «Добро пожаловать!» — сказал он, разводя руками. «Благодарю вас всех за то, что нашли время прийти сюда. И, конечно, как представитель её величества, императрицы, и провинции Северный Пояс, выражаю глубочайшую признательность за помощь, которую вы и ваши семьи оказали в эти трудные времена». Он поклонился в знак благодарности.

Фредди понял, что он делает, и на мгновение показалось, что он последует его примеру, но усмешка тёмной леди заставила его передумать.

Судья выпрямился. «Теперь позвольте мне предложить вам угощение». Он хлопнул в ладоши, и через мгновение в комнату вошла толпа слуг, которые, прежде чем Фредди успел моргнуть в третий раз, установили большой обеденный стол, казалось, из ниоткуда, и быстро наполнили его всевозможными горячими блюдами и закусками.

Маленькая девушка в мантии вежливо улыбнулась и прошептала почти неслышно: «Спасибо за гостеприимство». Затем она направилась к столу.

«Благодарю за приём», — сказал высокий мужчина с кратким кивком, тоже садясь.

«Спасибо», — сказала женщина со шрамами, следуя за ним.

Женщина в чёрном ничего не сказала, заняв место, закинув ноги на стол, положив руку на спинку стула и начав ковырять ногти.

Мэтт Кэнстоун двинулся последним. Он ненадолго остановился рядом с Фредди и протянул руку для рукопожатия. «Давно не виделись… Мистер… Клифф».

Фредди поморщился от волны, прокатившейся по комнате. Все, включая судью, насторожились при таком представлении. То, что Фредди знал кого-то из присутствующих, определённо не было тем, чего кто-либо ожидал, но это не объясняло такую реакцию.

Мадам Нарцисс Морлепп была заметной фигурой, но не той, о которой крупные фракции стали бы сильно беспокоиться.

Для Фредди, когда он встретил её, она была почти что богиней. Но теперь, после прочтения материалов на эту тему, он имел гораздо более чёткое представление о том, кем она была в масштабах империи.

Она была известным бойцом, носившим прозвище Опаляющий Плотьвед. Можно сказать, она была чем-то вроде старой героини, с заметными достижениями в прошлой войне, о которой Фредди знал лишь смутно.

Она также была одной из старейших жителей империи, ей было 11 лет, когда появился Разлом. Но она отошла от жизни бойца. Она не возглавляла какую-то крупную фракцию. Конечно, она была Лордом, но лишь номинально. Кроме пары маленьких городков, у неё не было значительных владений.

В каком-то смысле, она была тем, о чём мечтает большинство архлюдей — достигла комфортного уровня силы и переключилась на то, что ей нравилось.

Из того, что он читал, он думал, что для крупных фракций она не представляла ничего особенного. Но, судя по реакции в комнате, он ошибался. Глубоко ошибался.

Фредди, увидев свой шанс, решил воспользоваться этим. Он пожал руку Мэтту и широко улыбнулся. «Давно не виделись, мистер Кэнстоун. Как поживает Мадам?»

Это заставило всех насторожиться ещё больше.

Мэтт, в свою очередь, усмехнулся. «Она процветает, сэр». Мужчина подмигнул ему.

Это сняло значительную часть напряжения с плеч Фредди. Он всё ещё сомневался и был любопытен, но худшие сценарии отошли на задний план, и он улыбнулся более искренне. «Рад это слышать».

Мэтт приподнял бровь. «Кажется, ты не в курсе?»

«В курсе чего… именно?» — осторожно поинтересовался Фредди.

«Ох… Ну, полагаю, ты был занят своими делами», — сказал Мэтт. «Моя госпожа получила новую работу в симулированной арене в Стархолде».

«Симулированная арена?» — спросил Фредди с вежливым кивком, делая вид, что понимает, о чём идёт речь. «Простите, если ошибаюсь, но с её талантами, полагаю, она комментатор?»

«Организатор», — поправил мужчина. «Но да. Она возглавляет отдел трансляций».

«Это так на неё похоже…» — сказал Фредди и едва сдержал гримасу от неловкости своего комментария. Он кашлянул. «Ну что ж, думаю, нам стоит сесть. Не хотелось бы заставлять других ждать».

«Конечно. У нас будет время наверстать позже», — сказал мужчина, проходя мимо него и занимая место.

Стол был огромным. Семеро человек сидели так, что не чувствовалось тесноты, но Фредди всё равно нервничал, когда осознал, что единственное свободное место осталось между женщиной в чёрном и «шрамфейс».

С вздохом он смирился с судьбой и сел.

Судья жестом указал на стол. «Еда остывает. Давайте сначала поедим и выпьем».

«Аминь», — сказал Фредди, протягивая руку к ближайшей бутылке виски.

Примерно пятнадцать мучительно неловких минут Фредди, Мэтт Кэнстоун и судья ели и пили, пока остальные четверо сидели и ждали. Единственный раз, когда кто-то из них потянулся к чему-либо, был момент, когда мужчина в живом дереве налил себе стакан воды.

Почему они не ели, Фредди не имел ни малейшего понятия. Еда была отличной. Он сильно сомневался, что эти люди боялись быть отравленными. Может, это было недостаточно «шикарно» или что-то в этом роде. А может, это была просто гордость.

И что бы ни произошло во время его разговора с Мэттом, этот мужчина заслужил его уважение тем, что не вёл себя высокомерно.

«Мы наконец можем начать?» — саркастично спросила женщина в чёрном, криво ухмыляясь Фредди. «Или нам нужно поджарить ещё пару поросят? Вы трое, кажется, уже успели нагулять аппетит».

Фредди поморщился, сдерживая желание нахмуриться. Вместо этого он напряжённо улыбнулся, отложил вилку и откинулся на спинку стула.

«Простите за задержку, юная госпожа», — судья сдался, как мокрый лист. «Мы можем продолжить». Он поднялся, поправил воротник и окинул всех взглядом. «Вы все уже в курсе происходящего. В этой комнате собраны самые ценные защитники, которые есть на нашей стороне».

Женщина в чёрном скептически посмотрела на Фредди. Что характерно, все её спутники сделали то же самое. Даже Мэтт бросил на него любопытный взгляд.

Судья явно заметил их скепсис и жестом указал на Фредди. «Признаю, что не знаю всего о прошлом мистера Клиффа» — он подчеркнул свои слова взглядом на Мэтта — «но могу сказать, что он определённо не из крупной фракции. Я лично видел, как он сражается, и его стиль крайне неортодоксален, выкован из сырого таланта и упорства. Не недооценивайте его. С правильной поддержкой я уверен, что в будущем он сможет стать настоящей силой.

Теперь, когда это прояснено, думаю, будет лучше, если все представятся. Я начну. Вы все уже знаете, что я судья. По закону я не могу раскрывать своё настоящее имя. Вы можете называть меня просто Судьёй. Или Судией, если так вам удобнее. Я работаю в Северном Поясе уже около двадцати лет, в качестве наказания за мои довольно посредственные результаты на предыдущем месте. Мой срок должен был закончиться через пять лет, но если всё пойдёт плохо, меня могут перевести раньше.

Хотя я не буду участвовать в большинстве сражений, я всё же расскажу вам о своих силах, чтобы вы знали, чего ожидать, если мне придётся вмешаться. Я практикую сродство смерти, с талантом манипуляции эссенцией, который позволяет мне кристаллизовать миазмы. Я не занимаюсь некромантией. Предпочитаю дистанционные атаки, но вполне способен постоять за себя в ближнем бою.

Что касается моего оружия» — он достал из кольца хранения ржавую старую лопату — «это уникальный проклятый предмет, который значительно снижает стоимость моих способностей. Если я когда-нибудь окажусь в безвыходной ситуации, у меня есть способность духа, которая даёт мне огромный прирост скорости ценой понижения на целую звезду. Мне никогда не приходилось её использовать, и я надеюсь, что так и будет».

Фредди был сильно удивлён. Он не ожидал, что мужчина так откровенно расскажет о своих силах. Конечно, он мог что-то утаить, но он сказал гораздо больше, чем Фредди предполагал.

«Если вы не против», — поднял руку Мэтт. «Я хотел бы продолжить. Меня зовут Мэтт Кэнстоун, и я слуга леди Нарцисс Морлепп. У меня тёмное сродство, а также талант, позволяющий превращать моё тело в тень. Я могу использовать его даже при ярком свете, но чем светлее, тем больше страдают мои скорость и скрытность.

Мой основной стиль боя — убийца, и я не слишком уверен в своих дальних атаках. Что касается оружия, я использую обычный проклятый кинжал, усиливающий режущую силу. У меня также есть способность духа на крайний случай, которая позволяет мне обменять жизнь на временный прирост силы. Это всё, что касается меня».

К концу представления Мэтта шок Фредди уже прошёл. Он так привык параноидально скрывать свои секреты, что полностью забыл о ситуации, в которой они находились. Конечно, им нужно было делиться своими способностями. Они будут сражаться бок о бок, и возможно, их будут испытывать на прочность.

Вряд ли кто-то раскроет свои слабые места, и он сомневался, что все выложат все свои секреты. Но так или иначе, они будут использовать свои силы против орды монстров. Лучше поделиться сейчас, чтобы они могли спланировать свои действия.

Следующей подняла руку маленькая женщина в бежевой мантии. «Здравствуйте…» — сказала она чуть громче шёпота. «Я Пери Остревальд. В основном я заклинатель. У меня есть сродство огня, а также уникальное сродство душевного пламени».

Это вызвало несколько одобрительных кивков. Уникальные сродства были редкими и мощными.

Она продолжила: «Душевное пламя ведёт себя как обычный огонь, но я могу привязывать огненные способности к любым заклинаниям душевного пламени. Когда я поражаю существо, оно становится проводником. После смерти его оставшаяся эссенция и аура преобразуются в топливо для привязанной способности. Например, если я привяжу Взрыв, трупы будут взрываться. К сожалению, я не могу создать цепную реакцию, но моё душевное пламя эффективно в длительных битвах и против множества противников.

Тем не менее, хотя я в основном заклинатель, я вполне уверена в своих навыках ближнего боя». Она достала из кольца хранения боевой посох. «У меня есть два уникальных проклятых предмета. Моя мантия, которая нейтрализует входящий урон, и мой боевой посох, у которого две функции. Он усиливает любые огненные заклинания, а также я могу использовать огненную эссенцию, чтобы удлинить лезвие».

Она продемонстрировала вторую функцию, наполнив посох эссенцией. Над лезвием появилось мерцающее прозрачное продолжение, но оно не выглядело как огненная эссенция. Оно было слишком призрачным. «Да, это эссенция душевного пламени», — пояснила она. «И да, я могу привязать заклинание к нему. Обычно здесь вступает в игру мой талант. Мой талант — Элементальная Душа, он позволяет мне призывать огненных элементалей. Если применить его к этому лезвию из душевного пламени, я могу создавать нового огненного элементаля каждый раз, когда убиваю цель, без ограничений.

У меня только одна способность духа, и она лишает меня возможности двигаться с места в обмен на всеобщее усиление физической силы. Это всё, что касается меня».

Присутствующие выглядели впечатлёнными, но в целом никто не выражал особого удивления.

Кроме Фредди.

Он изо всех сил старался не раскрыть рот от того, что только что услышал.

Что за чёрт?

Он думал, что его Кровавая Жертва — это что-то особенное. Он действительно считал свои способности абсурдными. По сравнению с этой девушкой? Он был полным лузером. Внезапно он почувствовал себя глупо за то, что вообще думал, будто кого-то заинтересует Кровавая Жертва или его сродство гиблых вод.

А люди вокруг даже не выглядели особо впечатлёнными. Напротив, женщина в чёрном насмехалась над юной девушкой, явно уверенная в своём превосходстве.

Внезапно мысли о Мадам, Мэтте и даже орде монстров полностью покинули его голову, и он почувствовал себя очень, очень не в своей тарелке.

Он абсолютно не мог позволить себе оскорбить кого-либо из них.

----------

Стратегия и политика

Пока шли представления, Фредди не мог отделаться от ощущения, что что-то не так. Он чувствовал, что ведётся какая-то игра, но, как ни старался, не мог понять, в чём именно она заключалась.

Пока его не осенила случайная мысль.

Эти люди, за исключением, пожалуй, Мэтта, провели много времени, сражаясь бок о бок с другими. Такова жизнь среднего элитария. Если они хотели участвовать в турнирах, им не удавалось скрыть свои способности. Значительная часть их навыков неизбежно становилась достоянием общественности. Даже Фредди не избежал этой участи. Он сражался с шестью трёхзвёздочными на глазах у всей Вальхаллы, и в ходе боя раскрыл две способности духа и практически все свои обычные техники.

И, кроме того, он продемонстрировал свой талант.

Но это не означало, что люди знали, на что он способен. Не в точности.

Во-первых, хотя теперь все знали, что у него есть две способности духа, никто не заподозрит, что у него есть третья. Ведь в глазах почти любого это было бы полным безумием.

Хотя «1% Вампиризма» был показан, он продемонстрировал только его динамический аспект, но не исцеление высшего качества.

И, что, пожалуй, важнее всего, он явно был нежитью, судя по тем атакам, которые он пережил. Люди определённо считали, что у него есть сродство к смерти.

Когда до него дошло это, то, как эти люди описывали свои способности, внезапно зазвучало совсем иначе.

Мэтт практически признался, что днём он слаб. В этом был смысл. Но так ли это на самом деле? Или он просто хотел, чтобы они так думали? Что мешало ему намеренно замедляться в хорошо освещённых местах, чтобы люди считали это его слабостью?

А девушка, Пери Остервальд, фактически навела их на мысль, что её душевное пламя практически бесполезно, если она не сражается с несколькими противниками. Но так ли это? Ничто не мешало её душевному пламени быть просто намного опаснее обычного огня, помимо эффекта клеймения души.

И её «способность духа» — физическое усиление во всех аспектах в обмен на необходимость оставаться на месте — тоже вызывала подозрения.

Что, если это просто третья функция её посоха или её мантии? Что, если это второй талант, и она лишь притворяется, что должна оставаться на месте, чтобы люди попали в ловушку, считая её слабее, если ей приходится двигаться? А что, если её талант «Стихийная Душа» вообще не талант, а функция её снаряжения, в то время как её настоящий талант — всестороннее физическое усиление?

Было невозможно сказать. И в этом, возможно, и заключалась суть.

С этим в голове он тщательно обдумывал, что скажет, пока слушал остальных.

Следующим был высокий хиппи с фиолетовыми волосами и фиалковыми глазами, в рубашке с живым деревом.

Его звали Реджинальд Прайс.

По его словам, у него был талант «Биосфера», который создавал обширное внутреннее пространство в его теле, где он содержал и разводил насекомых для боя.

«Тревога, у нас тут чудовище!» — крикнула теневая девушка. «Кто-нибудь, вызовите полицию по уродцам! Или истребителя тараканов». Она усмехнулась ему, а затем притворно скривилась, будто её сейчас вырвет.

Мужчина бросил на неё убийственный взгляд, прежде чем проигнорировать и продолжить представление.

В основном этот человек сражался с помощью насекомых, которых выращивал в своём теле, но также был искусен в обращении с растениями, которые использовал для дальних атак. Он утверждал, что у него нет способностей духа, но зато был набор уникальных проклятых предметов — деревянные кубические серьги, редкий пример единого проклятого предмета, существующего в виде двух отдельных частей, живая деревянная куртка и моховая рубашка.

Он не вдавался в подробности о том, что они делают, но намекнул, что они дают ему различные бонусы к заклинаниям сродства к природе.

Фредди предположил, что его талант «Биосфера» — возможно, наборный бонус от этих трёх предметов, а его настоящий талант — нечто совершенно иное. Кроме того, он не верил, что у мужчины не было способностей духа. И, учитывая, как сильно он подчёркивал своё мастерство в обращении с насекомыми, вероятно, его растения были ещё смертоноснее.

После него настала очередь девушки с шрамами и короткой стрижкой.

Её представление было кратким, а голос спокойным, почти без эмоций.

Её звали Джорджи Лиг, и её талант назывался «Супер Регенерация». Что делало её талант особенно интересным, так это нестандартное качество, не вписывающееся в обычную шкалу.

Строго говоря, её талант был не исцелением, а скорее «обращением повреждений вспять». То есть это не настоящая регенерация, а скорее отматывание времени. Единственным изъяном её исцеления были едва заметные шрамы, которые на самом деле не были шрамами, а просто участками с меньшей пигментацией по сравнению с остальной кожей.

Хотя это нестандартное качество делало её исцеление чрезвычайно мощным, почти сравнимым с исцелением высшего качества, у него было несколько слабостей. Во-первых, оно плохо справлялось с ядами. Кроме того, оно не могло обратить мышечное напряжение и другие самопричинённые травмы, поэтому она не могла использовать его для тренировок, как Фредди.

И, что, пожалуй, важнее всего, если она когда-нибудь полностью потеряет часть тела, она исчезнет навсегда. Она не могла отрастить ткани из ничего, как Фредди.

К удивлению всех, женщина призналась, что у неё есть сродства к молнии, металлу и воде. Каким-то образом она развила два из них, отбросив исходные, оставив себе странную, но несомненно мощную комбинацию.

Она использовала множество разных видов оружия и не стала уточнять насчёт проклятых предметов или способностей духа.

Затем настала очередь теневой девушки.

Она широко улыбнулась им, прежде чем начать. «Меня зовут Эмили Умбра, и мой талант — „Королева Теней“».

Её фамилия не ускользнула от внимания Фредди, а его мгновенный взгляд удивления не ускользнул от неё.

Она приятно улыбнулась ему, сложив руки. «Кстати, я должна поблагодарить тебя за то, что ты уничтожил того выскочку, который использовал нашу фамилию, будто она принадлежала ему. Мы бы разобрались с ним давно, если бы нам позволили», — она сопроводила свои слова ядовитым взглядом в сторону судьи, — «но увы. От имени настоящего клана Умбра я благодарю тебя.

А теперь вернёмся ко мне. Как следует из названия моего таланта, я королева всего, что связано с тенью. Мои способности стоят меньше и бьют сильнее. У меня мощная сопротивляемость к тёмной сущности и идеальное зрение даже в абсолютной темноте. Моё управление намного превосходит среднего пользователя тёмного сродства. Кроме того, мои волосы», — она с любовью погладила развевающийся водопад теней, — «это практически пятая конечность, которую я могу использовать в бою.

Я бы сказала, что специализируюсь на бою на средней дистанции, но это было бы ложью, потому что я хороша почти во всём. Моя физическая форма исключительна. Я могу использовать практически любое оружие. Мои проклятые предметы — это леггинсы, свитер», — она достала ожерелье из-под рубашки, — «и это ожерелье. Вся моя экипировка направлена на снижение стоимости способностей, что означает, что я могу сражаться почти бесконечно, не вспотев».

Она дала своим словам время осесть, прежде чем указать на остальных троих. «Эти трое неудачников уже знают, кто я, так что если хотите узнать что-то ещё, спрашивайте у них». Эмили бросила им всем насмешливый воздушный поцелуй, прежде чем перевести чёрные глаза на Фредди.

Фредди должен был быть честен с собой. Хотя он в целом презирал элитизм всем сердцем, эта женщина пробуждала в нём что-то. Как ни больно было признавать, ему слишком нравилось, когда высокомерная готическая девушка смотрела на него свысока, и он был крайне недоволен этим внезапным открытием о себе.

Отбросив это, если даже половина из того, что сказала эта женщина, была правдой, то она была настоящим монстром. Это заставило его задуматься, зачем она вообще здесь? Просто из-за благодарности за то, что он разобрался с теми, кто выдавал себя за членов её клана? Неужели этого достаточно, чтобы прислать кого-то вроде неё?

И тут до него дошли слова судьи.

Две из трёх присутствующих женщин, вероятно, были здесь, чтобы попытаться выйти за него замуж.

Почему-то у него возникло плохое предчувствие.

Она приятно посмотрела на него, заставив его сердце сжаться, и жестом предложила: «Ну что? Почтенный мужчина собирается говорить?»

«Ах, да». Фредди кашлянул. Пока он отложил это в сторону и сосредоточился на том, чтобы вспомнить ту чушь, которую придумал для своего представления.

Он оглядел комнату, выигрывая несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. «Меня зовут Фредди Стер—» Он резко закашлялся и схватил стакан виски, чтобы сделать глоток. «Простите за это. Кажется, что-то вдохнул. В общем, меня зовут Фредди Клифф. Мой талант — „1% Вампиризма“».

Все в комнате, кроме Мэтта Канстоуна, отреагировали, подняв брови. Даже судья казался удивлённым.

«Я знаю, о чём вы думаете», — сказал он, поднимая руки. «Звучит не слишком впечатляюще, да? Но хотя количество исцеления может быть небольшим, качество компенсирует это. Оно динамического качества, адаптируясь от минимального до сверхъестественного, чтобы лечить более серьёзные раны в первую очередь». Он скрыл тот факт, что оно может доходить до высшего качества, по очевидным причинам. «И хотя оно отлично подходит для боя, оно ещё лучше вне его, так как работает на всё живое, включая растения».

Это вызвало несколько одобрительных кивков. Эти люди понимали, какие преимущества это давало ему в физических тренировках, без лишних объяснений. Даже при «всего лишь» сверхъестественном качестве он мог восстанавливаться после тренировок в мгновение ока и позволить себе закаляться намного интенсивнее, чем большинство других.

У большинства из них, вероятно, был доступ к чему-то подобному, возможно, в виде очень дорогой группы целителей со сродством к святости, так что они определённо могли оценить силу такого умения, доступного практически бесплатно.

Поскольку сверхъестественное исцеление не позволяло ему делать то, что он делал со своими органами, он не боялся раскрывать его, так как, скорее всего, продемонстрировал бы его в боях в любом случае. Тем не менее, он получил странные взгляды от судьи. Надеюсь, тот ещё не сложил всё воедино. А если и сложил, Фредди отчаянно надеялся, что он сохранит это при себе.

То же касалось и Мэтта, который определённо уже знал секрет Фредди.

Фредди продолжил: «Мои сродства — кровь, вода и смерть. Хотя должен признать, сродство к смерти я получил довольно поздно, так что пока успел включить в свой арсенал только „Искру Нежити“».

Это заставило Эмили фыркнуть, когда она закрыла лицо ладонью. По какой-то причине она считала его идиотом. Это было хорошо. Он предпочёл бы быть идиотом, чем человеком, который знает секрет быть нежитью без сродства к смерти.

Он проигнорировал её и продолжил: «В первую очередь я мастер боевых искусств. Я следую школе „Багровой Ртути“ сродства к крови, поэтому в бою создаю оружие. У меня есть три проклятых предмета: это кольцо», — он поднял руку, а затем достал ожерелья из кольца хранения, — «и эти два ожерелья». Он также позаботился не упоминать два уникальных предмета. «Кольцо усиливает кровотечение от моих ударов, а ожерелья — одно усиливает оружие, а второе снижает стоимость водных способностей. Они не являются частью набора».

«Очевидно», — сказала Эмили с саркастическим фырканьем. «Их функции не могли бы быть дальше друг от друга».

«Верно», — дружелюбно согласился Фредди и продолжил. «У меня также есть две способности духа». Он показал обе в бою с местными лидерами, так что присутствующие уже знали о них. «Первая позволяет мне двигаться быстрее сквозь время, а вторая заставляет мои кости превращаться в шипастую массу в форме головы, которая кусает всё, на что я её направляю».

Упоминание о двух способностях духа вызвало у присутствующих жалостливые взгляды. Из того, что они знали о способностях духа, иметь две было практически губительно для роста. Если бы они узнали, что у него их три, они, вероятно, заключили бы, что он безнадёжен, и потеряли бы всякий интерес к нему.

Со своей стороны, он должен был сдержать самодовольное чувство от знания того, что даже эти золотые ложки не знали. Это было чертовски приятно.

«Вот, пожалуй, и всё», — сказал он, наконец садясь обратно.

Эмили сразу же начала аплодировать, будто он только что произнёс вдохновляющую речь. «Браво, мистер Клифф. Очень смело с вашей стороны признать нечто настолько неловкое. Ну серьёзно, у вас есть сродство к смерти, и вы не нашли места даже для одной атаки миазмой?»

Он приятно улыбнулся ей. «Мои способности слишком продвинуты, чтобы так легко от них отказываться».

Она громко рассмеялась в ответ и затем указала на него большим пальцем, бросая остальным взгляд в стиле «вы только посмотрите на этого парня».

Внезапно раздался едва слышный голос Пери: «Уверена, у мистера Клиффа есть свои причины».

«О, что это?» — Эмили поднесла руку к уху. «Кажется, я почти услышала, как кто-то что-то сказал».

Пери недовольно вздохнула носом и покачала головой.

«Ну что ж!» — судья хлопнул в ладоши, чтобы разрядить обстановку. «Представления закончены. Теперь, думаю, нам стоит обсудить стратегию».

Следующие два часа судья подробно объяснял, как они будут справляться с надвигающейся ордой монстров.

Их защита состояла из трёх слоёв.

Первый слой — стена. Она была оснащена множеством баллист, и на ней располагались лучники. Если монстры доберутся до самой стены, их встретит множество бойцов, прежде чем они смогут прорваться.

Второй слой — башни. Несколько башен были расставлены в ключевых точках гор к северу от Репентавы. В башнях использовалась та же система, что и на стене, но с большим упором на качество бойцов, а не на количество. Это были ударные группы, которые перехватывали более серьёзные угрозы, прежде чем те приблизятся к стенам.

А третий слой — люди в этой комнате, за исключением судьи.

Им выдали высокотехнологичные часы со всевозможными навороченными эфирными технологиями. Фредди включил свои, и перед ним появилась голограмма карты местности к северу от стены, с красной стрелкой, указывающей на его местоположение у края карты, прямо в центре стены.

Фредди был фанатом технологий, так что ему потребовалось всё его самообладание, чтобы не завизжать от восторга, как школьница, при виде этого крутого гаджета.

У часов было множество других функций. Он мог нажать кнопку, чтобы отправить своё местоположение всем остальным, а также использовать их как устройство связи.

Им предоставили список людей, которых они могут взять с собой, с правом окончательного решения. Фредди твёрдо намеревался пригласить Софию, но понимал, что она, возможно, недостаточно сильна для такой роли. Тем не менее, он предложит ей место в своей команде. В радиусе тысячи миль не было лучшего целителя. Единственной проблемой было бы скрыть её полные возможности от остальных, кого он возьмёт с собой.

Кроме того, средняя команда профессиональных разведчиков поможет им собирать информацию о передвижениях монстров, с постоянными обновлениями, отправляемыми на их часы круглосуточно.

В основном их работа заключалась в том, чтобы уничтожить как можно больше монстров до того, как те достигнут второго слоя обороны. Но их главная роль — сражаться или отвлекать особо опасных существ, если те появятся.

В глубинах Ледяной Пустоши обитали поистине ужасные твари. Стены, защищающие Репентаву, для некоторых из этих чудовищ — не больше, чем бумага. Хотя эти существа, несомненно, представляли собой одну из самых серьёзных угроз их успеху, удивительно, но они не были самой большой опасностью. И это даже не Нахар.

Нет, настоящая самая большая угроза — это просто… количество.

Если монстров будет слишком много, они истощатся и в конце концов будут сметены. Неважно, насколько они сильны или сколько слоёв защиты у них есть, если они буквально утонут в цунами существ, рвущихся к Репентаве.

Лично им не обязательно угрожала бы опасность в таком случае, но это не имело значения. Если достаточное количество монстров прорвётся через все три слоя, гражданские будут растерзаны заживо, и город будет обречён.

Защищать будет нечего.

Совещание закончилось, и им велели отдыхать следующие несколько дней. Судья заявил, что монстры отстают от прогнозируемого времени прибытия, давая им несколько дополнительных дней на подготовку.

Как только всё закончилось, Фредди буквально выпрыгнул из кресла и бросился к выходу. Однако, прежде чем он смог совершить свой побег, судья окликнул его: «Мистер Клифф. Мне нужно поговорить с вами наедине».

Он мог только вздохнуть, разворачиваясь.

Мужчина протянул ему небольшую ключ-карту. «Вас проводят в вашу комнату. Настоятельно рекомендую оставаться здесь следующие несколько дней». Он на мгновение замолчал, бросив взгляд в сторону остальных, покидающих комнату.

Фредди понял намёк. Они собирались связаться с ним наедине.

Ещё раз вздохнув, он взял ключ-карту.

С перспективой нескольких дополнительных дней до прибытия монстров он надеялся выкроить день или два, чтобы эмоционально подготовиться к тому, что грядёт. Но, увы, это было пустым мечтанием. «Спасибо, судья», — сказал он, убирая ключ-карту в карман. «Увидимся завтра».

Через мгновение последние гости покинули комнату, оставив Фредди и судью наедине. Судья посмотрел Фредди в глаза. «Будьте осторожны. Но не позволяйте себя запугивать. Вы владеете целым городом, и это актив, который многие захотят заполучить. Большинство из них, вероятно, попытаются претендовать на часть Репентавы в обмен на помощь, которую они оказывают. Не поддавайтесь. У них нет права ничего у вас забирать.

Даже если они будут угрожать отозвать свою помощь, самое большее, что они смогут сделать, — это забрать своих людей и уйти, и они вряд ли сделают даже это, ведь они здесь ради опыта, и их репутация пострадает, если они так поступят. В этих переговорах все карты у вас в руках. Я всегда могу вмешаться, если они начнут давить на вас своим статусом.

Однако было бы неразумно с вашей стороны не рассмотреть их предложения, если они будут справедливыми и разумными. Это шанс завести связи. Не упустите его. И, ради всего святого, постарайтесь не делать из них врагов. Вы точно пожалеете об этом».

Фредди глубоко вздохнул и кивнул. «Спасибо за совет». Он пожал руку мужчине и улыбнулся. «Я искренне ценю вашу помощь».

«И ещё, что бы вы ни делали, не думайте членом. Если вы заведёте ребёнка, вам точно конец».

Фредди отпрянул от неожиданности. «Ох… ладно. Я не планировал…»

«У вас может и не быть планов, но у таких людей, как они, они всегда есть. И, хоть это и грубо, соблазнение — мощный инструмент в политике. И он работает на таких, как вы, безотказно. Так что не будьте идиотом. Кроме того, если кто-то из них попытается вас принудить, отрезание члена — верный способ защититься».

«Ладно! Вау! Господи всемогущий!» — воскликнул он с нервным смехом. «Это приняло тёмный оборот». Он нахмурился, понизив голос до шёпота: «Они действительно на такое способны?»

Судья пожал плечами. «Маловероятно, но нужно быть готовым ко всему».

«Ну… спасибо за это… наверное…»

«Удачи, мистер Клифф. И помните, они здесь из-за того, что вы можете им предложить, а не наоборот. Так что не будьте тряпкой».

«Понял», — сказал он с гораздо большей уверенностью, чем чувствовал. «Что ж, пожалуй, я пойду».

Его проводили в комнату одним из слуг. Комната была огромной, невероятно помпезной и заполненной роскошью. Фредди вздохнул при виде этого. Вместо того чтобы тратить деньги на роскошный бар, лучше бы построили ещё одну стену или наняли пару лишних бойцов.

Но раз уж они потрудились поставить там алкоголь, он не позволит ему пропасть.

Он открыл самую дорогую на вид бутылку виски и отхлебнул прямо из горлышка, большими глотками. Это был крепкий напиток, от которого его сущность закипела, слегка ускорив восстановление. И он был чертовски вкусным. Ему пришлось остановить себя, чтобы не осушить бутылку целиком.

Подойдя к одному из кресел, он сел и задумался. Его сердце бешено колотилось в груди, и, хоть это и заставляло его чувствовать себя трусом, он не мог отрицать испытываемый страх.

Именно в этот момент до него наконец дошло, насколько абсурдной стала его жизнь. На несколько мгновений ему захотелось вернуться в «Век Одиночества», где всё, с чем ему приходилось иметь дело, — это ужасы, пытающиеся сломать его разум и заставить покончить с собой.

По крайней мере, Безумие было прямолинейно в своих намерениях.

Вскоре настал тот самый страшный момент.

Кто-то постучал в дверь.

Вздохнув, он поднялся с кресла. Он мельком увидел себя в зеркале. Пока он поправлял волосы и воротник, стук повторился, и он понял, что тянет время.

Сдавленно сглотнув, он протянул дрожащую руку, чтобы открыть дверь, гадая, кто же окажется по ту сторону.

----------

Политическая принадлежность

Фредди натянул привычную улыбку и открыл дверь.

Прошло немало времени, прежде чем он осознал, кто стоит перед ним. Как только это произошло, его приветливая улыбка мгновенно сменилась озадаченной гримасой. «Лукас?!»

Фредди быстро оглядел коридор, убедившись, что никто из ожидаемых гостей не направляется сюда, прежде чем резко повернулся к Лукасу. «Какого чёрта ты здесь делаешь?»

«О…» — мужчина нервно отступил на шаг. «Мне нельзя здесь быть?»

«Да? Нет?» — Фредди замялся. «Вообще-то, я не знаю. Как ты вообще сюда попал?»

«Я…» — он неловко указал большим пальцем через плечо. «Я просто спросил у одного из слуг, где ты, и меня привели сюда».

«А. Понятно».

Возможно, арбитр велел слугам приводить к Фредди всех, кто его ищет. Или, может, Лукас был в каком-то списке одобренных посетителей? Они не были близки, по крайней мере сейчас, но дружба Фредди с этим молодым человеком была широко известна.

В любом случае, как он здесь оказался, не имело значения.

Часть напряжения покинула плечи Фредди, когда он полностью вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Он бы пригласил его внутрь, но предпочитал поскорее закончить этот разговор, чтобы вернуться к ожиданию богатых наследников. «Так зачем ты пришёл?»

Лукас попытался встретиться с ним взглядом, но его уверенность быстро угасла. Он опустил голову и уставился в пол.

Фредди скрестил руки и ждал.

Потребовалось несколько секунд, чтобы собраться, но вскоре Лукас ответил: «Я не был готов потерять её. Я знал, что она сделала что-то ужасное, и что прощение никогда не будет вариантом, но… я не был готов к такому». Он прикусил губу. «Но это было неправильно — винить тебя во всём». Затем он внезапно побледнел, вспомнив что-то. «София дала мне это ясно понять, когда сломала мне обе руки и ноги».

Фредди разразился внезапным смехом. «Она что?» — он кашлянул, чтобы взять себя в руки. «Прости, я не знал, что она это сделала».

«Всё в порядке. Переломы были чистыми, и потом она меня вылечила».

«Она тебя вылечила?» — с паникой в голосе спросил Фредди. «Как она тебя вылечила?»

Лукас посмотрел на него, будто у того было две головы. «Она… имеет сродство жизни. Ты же знаешь это, да?»

«Ах. Да. Конечно». Он засмеялся. На мгновение ему показалось, что София отдала свой талант. «В любом случае, мне жаль, что она зашла так далеко».

«Не надо. Я заслужил». Лукас снова замялся. «Я говорил о тебе довольно гадкие вещи. Я пришёл извиниться за это».

«Извинение принято», — сказал Фредди.

«Серьёзно? Вот так просто?» — он усмехнулся. «Ты вообще знаешь, что я о тебе говорил?»

Фредди вздохнул и положил руку на плечо Лукаса. «Дай угадаю — я убийца-ублюдок, который с радостью воспользовался возможностью убивать людей, когда был другой выход?»

«Да, примерно так».

«Ты всё ещё веришь в это?»

Лукас открыл рот, чтобы ответить, но слова застряли у него в горле. Вместо этого он отвернулся.

Фредди усмехнулся и покачал головой. «Я уже говорил тебе это, но повторю ещё раз. Если бы я не вмешался, все в Вальхалле столкнулись бы с участью хуже смерти. Все, кто нас предал, добровольно способствовали этому».

Челюсть Лукаса напряглась, и он замер, словно собирался возразить, но Фредди опередил его: «Твоя мать была одной из самых отъявленных».

«Она думала, что спасает меня», — выпалил Лукас.

«И она знала, что делает с остальными».

Молодой человек, возможно, хотел снова что-то сказать, но было ясно, что ему нечего возразить.

Фредди снова вздохнул. «Думаю, ты не готов к этому разговору».

Лукас горько рассмеялся. «Я никогда не буду готов, Фредди. Но к нам движется орда монстров, и это, возможно, мой последний шанс всё исправить». Наконец он посмотрел Фредди в глаза. «Ты однажды сказал мне, что у каждого всегда есть выбор. У тебя был выбор остановить казни. У тебя была сила назначить другое наказание.

«И да, я знаю, что это усложнило бы ситуацию, но это лишь значит, что ты выбрал лёгкий путь. Теперь у меня никогда не будет шанса помочь ей. Я никогда не услышу, как она извиняется за всё, что сделала со мной. Когда у меня будут дети, они никогда её не узнают». Лукас сдерживал слёзы. «Даже если твой выбор был лучшим для всех, он был сделан за мой счёт. И я ненавижу тебя за это».

Лукас наконец выдохнул и немного расслабился. «Теперь, когда я высказался, хочу сказать, что понимаю, почему ты сделал такой выбор. Так что я перестану говорить о тебе плохо. Вот и всё».

Как только Лукас закончил, Фредди снова рассмеялся.

Молодой человек возмутился такой реакции, но Фредди махнул рукой. «Ладно, во-первых, ты явно не знаешь, что на самом деле произошло». В его словах и поведении не было ни капли раскаяния, лишь лёгкий гнев. «Лидеры Вальхаллы проголосовали, как поступить с предателями. Большинство выбрало публичную казнь. Конечно, я мог бы вмешаться и сказать что угодно, и никто не смог бы меня остановить.

«Но это было бы равносильно объявлению себя диктатором. Даже если бы это касалось только этого случая, это навсегда закрепило бы за мной репутацию человека, который имеет последнее слово во всём в этом городе. А единственное, в чём я хочу иметь последнее слово, — это когда страдают невинные люди».

Он агрессивно шагнул вперёд и ткнул пальцем в грудь Лукаса. «Так что не неси мне эту чушь». Он оттолкнул Лукаса. «Ненавидь меня, если хочешь. Более того, не стесняйся говорить другим, что ты на самом деле думаешь. Я прослежу, чтобы София больше так не поступала. Удачи в обороне». И с этими словами он развернулся и захлопнул дверь.

Он ругался, расхаживая по комнате. Потребовалась вся его сила воли, чтобы не разнести что-нибудь.

Когда он принял решение не вмешиваться в дела Вальхаллы, это был лишь один из многих сложных выборов, которые ему пришлось сделать, чтобы исправить ситуацию в городе.

И если быть честным с самим собой, он до сих пор не знал, был ли это правильный выбор. Но он точно знал, что этот груз до сих пор давит на него.

Это заставило его вспомнить слова, которые Тор сказал ему, казалось, сто лет назад.

Ты считаешь, что поступил правильно?

Что ты чувствуешь, Фредди? Ты чувствуешь себя героем?

И, к сожалению, его ответ снова был прежним. Нет. Он не чувствовал себя героем. Он чувствовал себя дерьмом. Но хуже всего было то, что это не было похоже на тот раз, когда он убил Шона. Границы были слишком размыты, а исход слишком неопределённым.

Потянувшись за виски, он едва сдержался, чтобы не осушить всю бутылку. Он не хотел быть пьяным в стельку, если кто-то из гостей решит его навестить.

Хотя он был любопытен насчёт всех визитёров, больше всего он хотел поговорить с Мэттом Кэнстоуном. Он с ужасом думал о том, что мадам могла от него хотеть. Вряд ли это было что-то хорошее.

Самый лучший сценарий — это если бы она хотела взять у него интервью.

И… что ж… он бы не отказался.

В конце концов, после всего пережитого он мог дать ей адское интервью.

Однако была одна небольшая проблема.

Его могли узнать те, кто ищет убийцу Джейкоба Санторио. Это маловероятно. Но если отец того парня хотел неприятностей, ситуация могла накалиться. У Фредди не было ни малейшего желания связываться с четырёхзвёздными. Особенно с очень богатыми четырёздными.

Он решил сделать ещё глоток виски, чтобы снять внезапное напряжение.

Итак, он ждал. Он развалился на диване, пытаясь отвлечься от разговора с Лукасом. Был ещё ранний вечер, но время неумолимо шло. Вскоре стрелки часов показали восемь, а затем, прежде чем он моргнул, уже пробило полночь.

Он усмехнулся, глядя на напольные часы в углу комнаты.

Вряд ли кто-то решит навестить его в такой час. Гнев, всё ещё клокотавший внутри, подсказал ему решение: он подошёл к двери и запер её.

Если они хотят прийти посреди ночи, пусть целуют дверь. Он не собирался принимать гостей.

Он попытался уснуть. Сон не шёл. Прежде чем он осознал, что делает, глубоко укоренившаяся привычка, выработанная за время Века Одиночества, взяла верх, и его кулак ударил себя по голове, отправив в глубокий нокаут.

«Мистер Клифф?» — лёгкое прикосновение встряхнуло его. «Вы проснулись?» — спросил слуга, склонившись над ним.

Приоткрыв один глаз, он увидел мужчину, стоящего над ним. «Что?» — Фредди вскочил с кровати.

Слуга отпрыгнул, побледнев от его резкой реакции.

Фредди, в свою очередь, смерил слугу недовольным взглядом. «Какого чёрта ты делаешь в моей комнате? Я точно помню, что запер дверь».

Мужчина отступил на шаг и поднял руки в защитном жесте. «Приказ арбитра, сэр! Уже давно полдень, а мне велели вас разыскать!»

Фредди сник. Он был немного зол на арбитра за такое вторжение в его личное пространство, но вымещать злость на невинном слуге он не собирался. Он сел на кровать и потер виски. «Ладно. Скажи ему, что я иду».

Мужчина быстро поклонился и выбежал из комнаты.

Со вздохом Фредди начал одеваться. Он ожидал, что его костюм будет слегка помят, ведь он просто швырнул его на пол прошлой ночью, но ни рубашка, ни пиджак не имели ни единой складки.

Он предстал перед арбитром почти в том же виде, что и прошлой ночью, за исключением причёски, которую нужно было поправить.

Арбитр нервно посмотрел на него, когда тот вошёл. «Кто-нибудь навещал тебя прошлой ночью?»

Фредди покачал головой. «Нет. Я ждал довольно долго, но никто… Хотя нет, был Лукас Блэк, если ты знаешь, кто это. Удивительно, что ему вообще сказали, где меня найти».

Мужчина пожал плечами. «Я не собираюсь изолировать тебя от твоих знакомых. Ты сам решаешь, кому уделять время». Он выглядел слегка озадаченным. «Так никто не пришёл, да?»

Фредди напрягся. «Что? Что это значит?»

«Хм?» — переспросил арбитр.

«Я имею в виду… это какой-то изысканный способ высшего общества назвать меня отбросом или дать понять, что я не стою их времени?»

Впервые с тех пор, как Фредди встретил этого человека, арбитр искренне рассмеялся. «Что? Нет! Это просто значит, что никто из них не захотел прийти!»

«А». Фредди почувствовал, как его щёки покраснели от смущения. «Просто ты выглядел немного озадаченным, вот я и подумал…»

Арбитр махнул рукой. «Я надеялся, что у тебя будет хотя бы один разговор, чтобы лучше понять, как ты справляешься с такими вещами. Но расслабься. Это ничего не значит». Он хлопнул в ладоши, и в комнату вошёл слуга. «Отведи мистера Клифа к стилистам, пожалуйста».

Мужчина кивнул и жестом предложил Фредди следовать за ним.

Фредди вздохнул, чувствуя, что впереди у него долгие дни.

На этот раз его оформили немного иначе: белый костюм вместо чёрного, золотая серьга, слегка изменённая причёска. Вскоре он снова оказался в своей комнате и продолжил ждать.

Первый стук в дверь раздался только ближе к вечеру.

С новым приступом тревоги Фредди открыл дверь.

На пороге стояла София.

Он безразлично посмотрел на неё и захлопнул дверь перед её лицом.

Она постучала сильнее, и он снова открыл. «Я сейчас жду очень влиятельных людей, чтобы узнать, что они от меня хотят. У меня действительно нет времени, София».

«А», — пробормотала она. «Мне просто было интересно, почему ты одет как жуликоватый риелтор».

Фредди усмехнулся и покачал головой. «Ладно, в чём дело? Пожалуйста, побыстрее».

Она пожала плечами. «Я хотела начать готовиться к предстоящей атаке. Я до сих пор не знаю, где вообще должна находиться. Все только и говорят, что мне нужно поговорить с тобой».

«Верно». Фредди щёлкнул пальцами. «Ты пойдёшь со мной. Мы обсудим это через день-два, когда закончится вся эта политическая хрень. Это всё?»

София открыла рот, но затем закрыла его и сделала отмахивающийся жест. «Ничего срочного. Поговорим позже, ладно? И удачи».

«Хорошо. Увидимся». Он закрыл дверь и вернулся на диван.

Не прошло и двадцати секунд, как в дверь снова постучали. Похоже, София ещё не закончила с ним. Он закатил глаза и поспешил открыть. Однако, как только он коснулся ручки, замер.

А если это кто-то другой?

От этой мысли его бросило в холодный пот. Он был в шаге от того, чтобы распахнуть дверь и накричать. Взяв себя в руки, он открыл её, готовясь произвести хорошее впечатление.

Снова София.

Он застонал от раздражения. «Ладно, какого чёрта?! София, это действительно очень напряжённое время, и мне это сейчас совсем не нужно!»

София выглядела потрясённой. «Эм…» — она указала направо. «Эта девушка попросила меня постучать за неё…»

Фредди замер. Затем он повернул голову и увидел слегка растерянную Пери Остервальд. Сначала он с трудом узнал подростка, ведь она больше не носила церковные одежды. Вместо этого на ней была свободная белая рубашка и джинсы, а её серебристые волосы были распущены.

Блиииин.

Он скривился, будто его тело пыталось вывернуться наизнанку. «Здравствуйте, мисс Остервальд…» — он жестом указал в комнату. «Проходите».

София, в свою очередь, ухмыльнулась во весь рот, отступая и махая им на прощание.

Фредди хотел, чтобы земля разверзлась и поглотила его.

Пери нерешительно вошла, явно чувствуя себя неловко, и Фредди закрыл за ней дверь.

Он указал на стол, пока сам поспешил к кнопке вызова слуг.

Они сели за большой стол в неловком молчании.

«Я обычно так не разговариваю с людьми», — поспешил объяснить Фредди.

«О. Ладно…» — она прошептала так тихо, что Фредди не услышал бы, не будь он пиковым двухзвёздным.

«Это просто моя подруга», — он махнул рукой. «Она немного…» — он застонал. «Прости. Просто я очень на взводе из-за всего происходящего. Давай начнём сначала. Привет. Добро пожаловать». Он неловко помахал рукой. «Чем могу помочь?»

Пери выпрямилась в кресле и несколько секунд молча собиралась с мыслями. «Здравствуйте», — прошептала она. «Не знаю, говорил ли вам арбитр, но изначально я приехала сюда из-за предложения о браке».

Фредди замер.

Она одна из них?!

Его ум лихорадочно искал вежливый способ отказа, но прежде чем он успел что-то сказать, она опередила его: «Но, думаю, мне придётся отозвать это предложение».

«О, слава богу», — вырвалось у Фредди, прежде чем он осознал, что говорит. Он мгновенно запаниковал, поняв, что натворил. «Прости, я хотел сказать… Я не говорю, что не польщён таким предложением, но я просто не создан для брака, и к тому же ты очень молода, и мне это совсем некомфортно…»

Она слегка раздражённо посмотрела на него. «Мне 27 лет».

Он скривился. «А… Конечно». Он глубоко вдохнул, чтобы собраться, прежде чем копать себе яму дальше. Взяв с неё пример, он несколько секунд молчал, а затем сказал: «Я польщён, что ты вообще рассматривала такой вариант. Прежде чем спросить, почему ты отказываешься, хочу сказать, что я бы отказал. Это ничего личного, просто я не готов жениться. По крайней мере, ещё очень долго. И мне искренне жаль, если мои слова тебя обидели. Это было недоразумение».

Она вздохнула. «Всё в порядке. Люди часто ошибаются насчёт моего возраста. Я выгляжу так же, как в 14, из-за синдрома Питера Пэна».

Фредди поморщился, услышав это.

Синдром Питера Пэна — психологическое состояние, при котором люди отказываются взрослеть в том или ином смысле. Чаще всего это касается мужчин, которые не хотят социально взрослеть с возрастом, но в мире архлюдей это проявлялось гораздо радикальнее.

Во время вознесения тела людей трансформировались в соответствии с их глубинными подсознательными желаниями. Это могло быть желание выделиться, что приводило к странным цветам волос или глаз, желание выглядеть определённым образом, быть выше, иметь более выраженный подбородок и так далее.

Но для некоторых этим желанием было снова стать ребёнком.

Возможно, они были счастливее всего в детстве, или просто хотели сбежать от ответственности взрослой жизни и вернуться в более простое время.

Из-за огромного количества скрытой ауры, необходимой для такой радикальной трансформации, это затрагивало только вундеркиндов, накопивших невероятное количество скрытой ауры. В некоторых кругах это считалось своеобразным шиком, но в основном это просто отстой. Конечно, некоторые хотели снова стать детьми, но превращение в ребёнка не избавляло от взрослой жизни. Оно просто делало тебя похожим на ребёнка.

Когда Фредди впервые услышал об этом, он почувствовал лёгкое злорадство. В конце концов, это затрагивало только крайне одарённых. Людей, которые обычно росли в богатых семьях и имели всё с самого начала.

Но, столкнувшись с живым примером человека, страдающего от этого состояния, он не мог не почувствовать сочувствия. Ведь это проявлялось из-за желания вернуться в детство. Когда они были счастливы.

Мысли о его приёмных родителях всплыли в его голове при этом воспоминании. Даже с его ужасным детством это было самым счастливым временем в его жизни.

Он улыбнулся девушке, надеясь, что это выглядело как сочувствие, а не жалость. «Надеюсь, ты скоро достигнешь третьей звезды и вернёшь себе взрослое тело», — сказал он.

Она слабо улыбнулась. «Спасибо».

В комнату вошли слуги, быстро накрыв стол всевозможными блюдами и напитками. Вскоре они снова остались наедине.

Фредди очень хотел спросить, к чему всё это сватовство, но разговор немного ушёл в сторону, так что он решил подождать подходящего момента. Надеясь, что она сама затронет эту тему.

Вскоре его терпение было вознаграждено. «Моя семья владеет одной из крупнейших компаний по развитию инфраструктуры в империи. Как ты мог догадаться, мы — основная причина, по которой стена была возведена так быстро. Чтобы избежать недопонимания, сразу скажу: эта помощь и предложение о браке не связаны».

«Так… я полагаю, помощь всё же имеет определённые условия?»

Она слегка обиделась на это предположение. «Нет. Мы бы так не поступили. Это просто то, что мы делаем почти для каждого нового центра силы, если представляется возможность. Это своего рода реклама. Если тебе когда-нибудь понадобятся наши услуги в будущем, теперь ты знаешь, чего ожидать».

Фредди должен был признать: это сработало. Конечно, в следующий раз это будет стоить денег, но если ему снова понадобится что-то подобное… ну, она сама сказала. Теперь он знал, чего ожидать. И они хорошо работали.

Он просто кивнул и улыбнулся. Честно говоря, её слова значительно улучшили его настроение. Всё-таки это была довольно невинная мотивация. Конечно, в конечном итоге они делали это ради денег, но он бы не отказался жить в мире, где компании могли бы зарабатывать больше, иногда помогая людям бесплатно.

Глубоко внутри циничная часть его натуры отказывалась верить, что такая крупная компания может не быть замешана в чём-то тёмном. Но было приятно хотя бы раз не оказаться на плохой стороне этой темноты.

Чёрт… Мне нравится быть центром силы.

«Так значит…» — он кашлянул. «Раз уж ты отзываешь предложение, мы просто забываем обо всём этом сватовстве и движемся дальше, или…?»

Она помолчала несколько секунд, и Фредди испугался, что снова её обидел. Но его опасения были напрасны. «Думаю, будет справедливо объясниться», — наконец сказала она со вздохом. «Из-за характера нашей работы мы стараемся сохранять политический нейтралитет. Как ты можешь догадаться, это создаёт определённые трудности.

«Одна из таких проблем — наши члены не могут вступать в брак с кем-то, кто имеет проблемные политические связи. Судя по нашим исследованиям, ты, казалось, не имел никакого прошлого. Хотя мы не могли точно определить, откуда ты родом, твоя странная комбинация способностей явно не была результатом обучения в какой-либо респектабельной академии».

Фредди поморщился. Он знал, что его стиль был неортодоксальным, но услышать в лицо, что это явный признак отсутствия образования, было немного обидно.

«Но мои догадки оказались ошибочными», — продолжила девушка.

Фредди нахмурился. «Почему ты так думаешь?»

«Потому что ты явно связан с леди Нарцисс Морлепп».

Он хотел что-то сказать… но почти сразу понял, что это бессмысленно.

Учитывая её слова, неважно, хорошие или плохие у него отношения с мадам. Проблема в том, что они вообще есть. А с появлением Мэтта стало очевидно, что она что-то от него хочет. Следовательно, у него проблемные политические связи.

Следовательно, она не может выйти за него замуж.

В каком-то смысле это было идеально. Ему не нужно было выкручиваться, чтобы избежать брака. У него был идеальный предлог, даже несмотря на то, что он уже облажался со своими ужасными социальными навыками.

Фредди не стал спорить. Вместо этого он просто пожал плечами и принялся за стейк на своей тарелке. Он был отличным.

После обсуждения довольно обыденных тем и обмена мнениями о предстоящей атаке монстров она извинилась и покинула его комнату.

Он должен был признать, спешка в её шагах немного задела его.

Это было очень плохое представление, даже для него. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться и подготовиться к следующему гостю. Ему нужно было быть осторожнее. В этот раз он легко отделался.

Снова он начал расхаживать по комнате, пытаясь успокоиться в ожидании следующего стука в дверь.

В какой-то момент его осенила внезапная мысль.

Почему бы ему самому не навестить их?

Как только эта идея пришла ему в голову, он сразу же отбросил её как полнейший идиотизм. Арбитр сказал бы ему сделать так, если бы это было хорошей идеей.

Пока он едва размышлял о том, чтобы рискнуть и хотя бы поговорить с Мэттом, в дверь снова постучали.

Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, он подошёл к двери с максимальным самообладанием. Повернув ручку, он открыл её.

«О, привет!» — весело поздоровался мужчина со слегка змеиным взглядом. Его волосы были тёмно-чёрными, лицо привлекательным, но с оттенком холодной жестокости. На его лице играла насмешливая улыбка.

Фредди мгновенно замер, как только увидел его.

Он знал этого человека.

Он узнал его.

Ещё в Питтерсвилле, на следующий день после прорыва, этот мужчина постучал в его дверь. Он искал Кровопролитие.

И всё же внимание Фредди задержалось на его лице лишь на мгновение, прежде чем он перевёл взгляд на человека, стоящего перед ним.

Он хотел отрицать это. Каждая клетка его тела кричала, что он не может видеть то, что видит. И всё же, несмотря на бороду и небольшие изменения вокруг глаз, перед ним стоял тренер с пшенично-русыми волосами.

Это был Марк Афронте.

----------

Точка пересечения судеб

Век, который Фредди провёл в одиночестве, изменил его во многих мелочах. Для начала, окажись он в такой ситуации до прохождения подземелья, он, скорее всего, закричал бы и запаниковал, как полный идиот. Но теперь ему удавалось сохранять подобие спокойного выражения лица, даже когда внутри он кричал и ругался.

Ладно, что за летающий, мерцающий, судьбоносный пиздец?

Это не было совпадением, и он уже знал это. Это была судьба. Люди с такими проклятыми судьбами подсознательно принимали решения, которые всегда приводили их к опасным возможностям. Как говорило Безумие — они весили больше в этом мире. И, очевидно, друг для друга.

Сначала это был Нахар. Потом Мадам. А теперь его навещали какой-то случайный парень, с которым он говорил однажды, и бывший друг.

Хотя он понимал, почему это происходило, ему было трудно не считать это болезненно нелепым. Это было похоже на то, как его жизнь превращалась в один из тех ужасных сериалов, которые тянутся вечно и иногда случайно возвращают старых персонажей, когда сюжет застаивается. Не то чтобы его жизнь действительно застаивалась. Скорее, он постоянно был по уши в одной проблеме за другой, и они, казалось, только усугублялись со временем.

Его глаза скользнули по выражениям лиц гостей, и вскоре он сделал несколько выводов.

Во-первых, Марк. Мужчина смотрел на Фредди с настороженной напряжённостью, и, хотя он пытался это скрыть, было очевидно, что он готов к драке. Но в его взгляде не было и намёка на то, что он узнал Фредди. Что было… хорошо?

Честно говоря, видя Марка в таком состоянии, Фредди был благодарен, что тот его не узнал. Потому что в его глазах он видел то же самое, что видел в зеркале — как и любой, чья судьба была порождена жаждой власти, Марк прошёл через что-то ужасное и, без сомнения, сделал что-то ужасное. Как и сам Фредди.

И у него была судьба, в этом не было сомнений. Фредди не мог почувствовать его силу — значит, он был трёхзвёздочным. Что…

Погоди-ка.

Трёхзвёздочный? За такое короткое время?

Фредди отлично знал, какие муки требовались, чтобы достичь третьей звезды. Это был не обычный рост. Обстоятельства Марка были ещё более странными, чем его собственные.

Но, несмотря на всё это, он не мог не почувствовать лёгкую радость при виде этого человека.

Может, когда всё уляжется, он скажет ему, кто он такой, просто чтобы поставить точку для них обоих. Или, может, они снова смогут стать друзьями.

«Эм… Привет!» — повторил скользкий тип и саркастично помахал рукой. «Кто-нибудь дома?» — он усмехнулся. — «Ты уставился на нас уже довольно долго».

«Ах. Да». — Фредди рассмеялся, глядя на него. Отложив мысли о Марке, он с трудом сдерживал внезапное желание убить ублюдка перед ним. В конце концов, этот человек точно был связан с похищением Фредди так или иначе.

Он однажды пришёл, ища Кровопролитие.

Хотя именно клан Крэйвен в итоге заполучил Фредди, шансы на то, что этот человек не был причастен, равнялись нулю.

Он снова мельком взглянул на Марка, на этот раз с тревогой. Не-а, — решил он. — Он не может знать об этом. Или так он надеялся. «Извините, ребята. Я ждал других гостей, а вы… ну… вы не те, кого я ожидал увидеть».

Мужчина поднял бровь при его формулировке. «Ага. Ну, надеюсь, ты всё же найдёшь для нас время…?»

«О, конечно, конечно», — он с энтузиазмом помахал им, приглашая в комнату, — «заходите».

Хотя у него было много других забот, Фредди должен был признать, что ему не терпелось узнать, зачем эти двое пришли.

Они уселись за стол, и Фредди позвал слуг. Вскоре стол был заставлен едой, которая, без сомнения, снова отправится в мусор, что слегка раздражало Фредди, учитывая, сколько раз в юности он сам оставался без еды. Но что поделать.

«Итак, джентльмены», — Фредди выпрямился. — «Чем могу помочь?»

Скользкий тип усмехнулся и покачал головой. «Не думаешь, что для начала стоит представиться?»

«Ах, точно. Глупость». — Фредди с преувеличенным выражением хлопнул себя по лбу. — «Конечно. Ну, я Фредди Шт—БЛЯТЬ!» — он внезапно закричал и снова закашлялся. Мне нужно перестать так делать!

Оба мужчины смотрели на него, будто у него внезапно выросла вторая голова, поэтому он поспешил объясниться. «Извините. У меня… синдром Туретта». — Он посмотрел на них, проверяя, купились ли они на отмазку, а затем внезапно крикнул: «Ублюдки!» — чтобы продать историю.

Похоже, этого хватило, и они оба бросили на него неловкий взгляд.

Он решил продолжить. «Как я говорил, я Фредди Шт—ХА-ХА» — он ударил кулаком по столу, слегка расколов дерево, — «УБЕЙТЕ МЕНЯ!» — затем сник. — «В общем. Фредди Клифф. Фредди Клифф». — Он показал на себя, будто испытывая глубокий стыд. — «Не знаю, почему это так проявляется, прошу прощения».

Ему нужно было успокоиться. Честно говоря, хотя он неплохо справился с первоначальным шоком от встречи, теперь, когда всё улеглось, он осознал, насколько это его тревожило.

Почему Марк с этим человеком? Что им от меня нужно?

Его мысли путались, и он не мог скрыть дрожь в руках, поэтому предпочёл держать их под столом.

«Эм…» — мужчина кашлянул. — «Не переживай, мы не будем тебя судить. Верно, Марк?»

Марк кивнул, и мужчина продолжил. «Меня зовут Гарольд Маскаарт. Мои обстоятельства немного уникальны, так что надеюсь, ты простишь мне секретность насчёт моего прошлого».

«Ну», — начал Фредди, — «раз уж арбитр одобрил твоё присутствие здесь… я не могу жаловаться». — Он вложил немного яда в последние слова. — «В любом случае, приятно познакомиться, Гарольд. А твой друг… Марк, верно?»

«Я Марк Афронте», — холодно сказал он. — «Приятно познакомиться».

Фредди посмотрел на Марка, затем вернул взгляд на Гарольда. «Тоже особые обстоятельства, полагаю?»

«О, нет, Марк просто мудак». — Гарольд рассмеялся. — «Не обращай на него внимания».

«Конечно…» — Фредди неуверенно усмехнулся, слегка поморщившись. — «Учитывая, что я жду других гостей, я был бы признателен, если бы вы объяснили, зачем пришли».

«Без проблем. Всё просто. Судя по тому, что мы видели, этот город с наибольшей вероятностью переживёт грядущую катастрофу, поэтому мы решили присоединиться, пока очереди ещё короткие. И должен сказать, я в восторге от того, что ты здесь сделал! Правда, ты потрясающий лидер! Более того, я уверен, что после всего это место станет одной из самых влиятельных второстепенных территорий во всей империи! Настолько уверен, что готов вложить немалые деньги, чтобы всё прошло как можно глаже. Вижу, ты сегодня немного занят, но, может, мы сможем обсудить детали позже…?» — он оставил конец фразы вопросительным.

Фредди действительно не нравился этот человек. Масляные слова, расчётливый блеск в глазах. Даже если бы он не был причастен к тому, как жизнь Фредди пошла под откос, он всё равно не хотел бы иметь с ним дела. «Хм… Так ты бросил то место, откуда пришёл?»

Мужчина опешил. «Прости?»

«Прости, если это звучит грубо, но прийти сюда, за эти толстые стены, даже не попытавшись защитить своё родное место…» — Фредди насмешливо усмехнулся. — «Довольно трусливо, не находишь?»

«Это…» — его улыбка дрогнула. — «Да ладно, чувак. Не надо так! Мы из Оттавы. Это большой город, понимаешь? Много людей. И хоть я уверен в себе, вряд ли я один смогу что-то изменить».

«Наверное, ты прав». — Фредди попытался изобразить лёгкую улыбку. — «Что ж, рад видеть новые лица. Помогайте, как считаете нужным. Но если это всё, что ты хотел сказать, не думаю, что нам есть о чём ещё говорить».

Его развязный тон наконец исчез. «Тебе стоит выслушать меня, пока я ещё играю по-хорошему».

Фредди оскалился. «Что ты сказал?»

Гарольд усмехнулся, показав слишком много зубов. «Я знаю, что тебя называют вундеркиндом, но, дружок, прикрути эго на пару делений. Я прощу тебе сегодняшнее поведение, но поверь, дружба со мной куда ценнее моей… нейтральности».

Фредди стиснул зубы. И наконец его терпение лопнуло. «Проваливай из моего кабинета».

Гарольд поднял руки с улыбкой. «Конечно, босс! Мы уже уходим. Надеюсь, поговорим, когда ты будешь в лучшем настроении». — Он хлопнул Марка по плечу. — «Пошли».

Они вышли, оставив Фредди кипеть в тишине.

Он просто сидел, чувствуя себя парализованным. Всё его тело онемело, а сердце стучало так громко, что отдавалось в ушах. Нежеланные мысли неслись в направлениях, которые ему не нравились, и он изо всех сил старался не строить догадки.

И тут краем глаза он заметил, как тень в углу комнаты шевельнулась. Фредди дёрнулся, повернувшись к ней, и увидел, как Мэтт Кэнстоун материализовался из тени с глубоким вздохом.

Хотя Фредди этого не ожидал, он не мог сказать, что удивлён. Теперь он хотя бы знал, как этот человек следил за ним, оставаясь незамеченным. «Старые привычки не умирают, да?» — пошутил он.

Мэтт смущённо рассмеялся. «Прошу прощения за вторжение».

«У тебя должно быть чертовски хорошее оправдание».

«Пожалуйста, успокойся. Я не шпионил за тобой. Но в этот раз был вынужден».

«Вынужден как?»

«Моя госпожа приказала мне обеспечить твою безопасность. И я опасался, что встреча с этими двоими наедине может закончиться насилием».

«И почему же?» — саркастично спросил Фредди. — «Интересно, почему они могут захотеть напасть на меня… Может, потому что я был груб? Или чтобы…» — он прикусил губу. — «Или чтобы закончить…» — он хотел сказать это вслух, но слова застряли в горле, как гвозди.

Мэтт грустно посмотрел на него. «Как ты, наверное, уже догадался, это мистер Афронте продал тебя клану Крэйвен».

Глаза Фредди закрылись сами собой, будто от физического удара.

Внезапно он вспомнил, что говорил ему арбитр в прошлом разговоре. Нахар Крэйвен был с «союзниками», и один из них был настолько важен, что даже арбитр не мог раскрыть его личность. Он не знал, был ли это Марк или Гарольд. Но это не имело значения.

А Марк… он был единственным, кто знал о Кровопролитии.

«Понятно», — пробормотал он. — «Ты знаешь, почему он это сделал?»

«Он получил серьёзное ранение от особо мерзкого девианта. Это была такая рана, которую обычное лечение не могло исправить. Без больших денег он не успел бы вылечиться до того, как потеряет руку».

«Почему Мадам не помогла ему?»

Мэтт просто покачал головой. «Это должно быть очевидно».

Фредди усмехнулся. Потому что у неё не было причин, конечно. Он сам напросился на неприятности, а она не благотворительность. Это не её вина. «Чёрт возьми», — он глубоко вздохнул и прижал руку ко лбу. — «А зачем ты здесь? Что ей от меня нужно? И как она меня нашла?»

«Даже я не знаю её методов», — сказал мужчина. — «А насчёт причины: Мадам хотела бы предложить тебе интервью».

Фредди замер, затем нахмурился. «И это всё, что ей нужно?»

Мэтт рассмеялся. «Кажется, ты не понимаешь, насколько твои обстоятельства озадачивают. Я даже не могу предположить, как ты стал таким сильным за такое короткое время. Неудивительно, что она хочет тебя заполучить».

«И это предложение, да?» — он прищурился. — «Ты не собираешься доставать контракт, ведь так?»

«О, нет, нет, не переживай». — Мэтт нервно усмехнулся. — «Обстоятельства были вне твоего контроля».

«Тогда скажи мне одно, прежде чем я отвечу». — Он посмотрел на Мэтта с такой тьмой в глазах, что даже человек, способный сливаться с тенями, напрягся. — «Она хотя бы пыталась меня спасти?»

Мэтт вздохнул. «Мы действительно пошли спасать тебя вместе с мистером Маскаартом».

Брови Фредди взлетели вверх, когда он показал на дверь. «Этот ублюдок? Прости, что?»

«Но всё пошло не по плану. В последний момент он предал нас, чтобы заключить сделку с патриархом Крэйвенов».

Спина Фредди напряглась, когда он снова вспомнил слова арбитра. «Он четырёхзвёздочный, да?»

«Был. Лорд, к тому же. Городской Лорд Питтерсвилля. Но его понизили в ранге, наложили штраф и заставили выпить яд для души, опустив до третьей звезды».

Фредди немного расслабился. «Тогда ладно».

«Не ладно». — Мэтт тяжело вздохнул. — «Мистер Штерн, пожалуйста, не ввязывайся в конфликт с ними. Я знаю, что тебе удавалось побеждать врагов на звезду выше, но это не то. Его сила уменьшилась, но он далеко не беспомощен. Его способности и закалка будут на пике третьей звезды. Ты не ровня ему».

Стиснув зубы, Фредди вскочил и ударил кулаком по столу, расколов его пополам и отправив всю посуду на пол. «Поверь мне на слово — я всё равно убью их».

«Просто не делай ничего опрометчивого. Пожалуйста».

Это немного успокоило Фредди. Мужчина был прав. Парочка отбросов с Северного Пояса не идёт ни в какое сравнение с настоящими элитами империи, тем более с тем, кто достиг четвёртой звезды. На самом деле, любой из четырёх вундеркиндов, которые приезжали, мог бы с лёгкостью повторить то, что он сделал во время штурма Вальхаллы.

Теневая Королева, вероятно, могла бы сделать это с закрытыми глазами и связанными руками и ногами.

И как раз когда он начал успокаиваться, дверь в его комнату распахнулась, и вбежал взбешённый Трэвис с окровавленными глазами, сжимая свой гигантский меч. «Где они?» — спросил он.

Фредди нахмурился. «Трэвис? Какого чёрта?»

«Фредди, слушай меня». — Мужчина шагнул к нему. — «Сегодня в Репентаву пришли люди, я знаю, кто они». — Он сглотнул, пытаясь перевести дух. — «Один из них — ублюдок, из-за которого погиб Тор».

Лицо Фредди потемнело. «Что ты имеешь в виду…?»

«Его зовут Василиск. Он—»

Глаза Фредди расширились, и он посмотрел на Мэтта. «Это он?»

Челюсть Мэтта сжалась. «Пожалуйста, не делай этого, мистер Штерн. Ты пожалеешь».

«Пожалеешь о чём?» — спросил Трэвис, затем схватил Фредди за рубашку. — «О чём?! Ты знаешь, где они?!»

Фредди отстранил его руку. «Скрученный маятник».

----------

Василиск

Когда Фредди активировал способность духа, он сразу же рванул в коридор. Трэвис легко поспевал за ним, учитывая, что тот сильно замедлился, но вскоре соотношение изменилось, и Фредди оставил мужчину позади.

Фредди перепрыгивал со стены на стену, сворачивал за углы, пока наконец не заметил двух мужчин, только что покинувших его комнату. Их спины были к нему.

Мысленно он создал два Кровавых Копья с двумя звёздами, по одному в каждой руке. Левый дротик он оставил парить в воздухе, а правый отвёл назад, готовясь к броску.

Гидравлический Бросок также активировался с двумя звёздами, и он почувствовал взрывную силу, накапливающуюся в его мышцах, пока концепт напряжения делал своё дело. Он позволил ей расти, пока она не достигла точки, где могла разорвать его мышцы, и затем, как только временное замедление Скрученного Маятника подходило к концу, он метнул копьё, добавив Ускоренный Кровавый Снаряд с двумя звёздами.

Дротик вылетел из его руки с такой невероятной силой, что камень под его ногами треснул, а воздух взорвался оглушительным хлопком. Второй дротик, паривший рядом, тут же последовал за первым, летя с той же скоростью и силой.

Их цель?

Затылок Василиска.

Фредди ожидал увидеть, как мозги мужчины размажутся по стенам, но с невозможной скоростью реакции тот поднял руку, покрытую каменной чешуёй, и перехватил первое копьё, даже не оборачиваясь.

Дротик отскочил от его руки с невероятной силой, рикошетом ударив в стену, а затем обрушив её на другом конце коридора, но едва оставил царапину на каменной чешуе, хотя импульс отбросил мужчину вперёд — к сожалению, прямо из-под траектории второго копья.

Василиск застонал и вскрикнул от неожиданности, когда остановился.

Фредди почувствовал отклик от своего таланта. Это ранило мужчину. Меньше, чем он хотел, но больше, чем боялся. Хотя он понимал, что ввязывается в крайне невыгодную схватку, его цель могла истекать кровью.

А если она может истекать кровью, она может умереть.

Но, к сожалению, он был не один.

Марк выхватил меч и развернулся к Фредди. «Какого чёрта ты творишь?!» — закричал он.

«Заткнись нахрен!» — рявкнул Фредди в ответ. «Прочь с дороги, или умрёшь тоже!»

«О, я так не думаю», — холодно заявил Марк, принимая стойку.

Что-то в этой стойке сразу же зацепило память Фредди. Он узнал её. Чёрт, он узнал меч, который держал Марк.

Образ мужчины в полных доспехах наложился на Марка. Их рост совпадал. Телосложение было одинаковым. Оружие — тем же самым.

Он замер на месте, а его губы искривились в уродливой гримасе. «В довершение ко всему… это ты убил его». Отчаяние смешалось с неконтролируемой яростью. «Как ты посмел?»

Василиск наконец поднялся на ноги и злобно уставился на Фредди. «Сначала ты оскорбляешь меня. Потом пытаешься убить?!» — он выплюнул слова, будто не мог поверить в них. «Ты правда ищешь смерти, да?»

Фредди вызвал Кровавого Мстителя как раз в тот момент, когда позади появился Трэвис.

Тот замер при виде этого и поднял оружие. Честно говоря, Трэвис был мёртвым грузом в этой схватке. В лучшем случае — отвлекающим манёвром. Но Фредди не сказал ему отступить. Он уважал этого мужчину слишком сильно, чтобы унижать его.

Трэвис точно знал, что этот бой будет стоить ему жизни или, как минимум, покалечит его. И, судя по решимости на его лице, он был готов принять эту жертву, даже если это увеличит шансы Фредди всего на один процент.

Фредди встретился взглядом с Василиском, затем с Марком и медленно шагнул вперёд.

Увы, он потерял момент. Скрученный Маятник был слишком рискованным, чтобы использовать его снова.

Его мысли метались, перебирая варианты.

Честно говоря, любой затяжной бой был обречён. Эти двое — не какие-то случайные проходимцы. Без элемента неожиданности он сомневался в своих шансах.

Единственное, что приходило на ум, было безумным и крайне рискованным, но давало реальный шанс закончить бой сразу.

Сначала он бросится вперёд и обменяется ударами с тем, кто атакует первым. Ему придётся рассчитывать, что его Удар Цунами нанесёт больше урона, чем что угодно, что они бросят в него. Затем, с усилением от Кровавого Мстителя, он ударит второго.

Возможно, он не победит мгновенно, но если его атаки попадут, он получит преимущество.

Коридор между двумя парами мужчин наполнился мёртвой тишиной, пока они изучали друг друга. Воздух между ними стал настолько тяжёлым, что казалось, вот-вот взорвётся. Любое движение, даже малейший вздрагивание, могло воспламенить пороховую бочку.

И в этот момент зелёная вспышка света озарила потолок посередине коридора, прямо между ними, и камень рухнул на пол вместе с разъярённым судьёй.

Чёрт.

Мужчина взглянул на Василиска и Марка, затем на Фредди. «Что вы тут устроили?»

«Судья», — поздоровался Фредди. «Мы тут кое-чем заняты. Буду признателен, если вы уйдёте».

«Я задал вам вопрос, мистер Клифф». Мужчина выпустил ауру. Она была жуткой. Полная мощь ауры четырёхзвёздочного должна была заставить Фредди упасть на колени. Трэвис, кстати, так и сделал, тяжело дыша и покрываясь потом.

Но Фредди не сдался. Он стоял неподвижно, с окровавленным мечом палача в руке. «Пожалуйста», — повторил он. «Мне правда нужно, чтобы вы ушли».

Помимо невыразимой ненависти к этим двоим, Фредди нуждался в их смерти по практическим причинам. Это были подонки высшего разряда. Он просто знал: если позволит им жить, пожалеет об этом.

«Судья», — позвал Василиск. «Хорошо, что вы здесь». Он указал на Фредди. «Арестуйте его. Он только что пытался убить меня».

«Не испытывай удачу, змея», — сказал судья, направив ауру в сторону Василиска. «Я знаю тебя достаточно хорошо, чтобы понимать: ты виноват в том, что он пытается тебя убить. Так что не играй роль невинной жертвы!»

Василиск оскалился. «Так вы обращаетесь с гостями? Вы же не хотите, чтобы я сообщил об этом верховному совету, да?»

«Ха!» — выражение лица судьи потемнело. «Громкие слова для бывшего Лорда!»

Фредди сделал ещё один шаг вперёд, но в этот момент судья выстрелил осколком кристаллизованного миазма прямо в пол перед ним. «Мистер Клифф. Я не буду повторяться в третий раз. Отступите».

Фредди стиснул зубы. «Почему вы их защищаете?»

«Ты совсем рехнулся?!» — закричал судья. «Ты пытаешься убить моих гостей у меня под носом!»

С грязным смешком Фредди напомнил: «А, так теперь они ваши гости? Разве это не мой город?»

«Не прикидывайся дураком. Ты серьёзно испытываешь пределы моего терпения». Затем он понизил голос и предупредил: «И если бы я был на твоём месте, дважды подумал бы, прежде чем бросать вызов этим двоим». Он уставился на Фредди безумным взглядом. «Так что отойди. Назад».

«О?» — женский голос раздался позади Фредди. «Что тут происходит?»

Судья заметно побледнел. «Мисс Умбра».

Фредди оглянулся и увидел архчеловека с тёмной сущностью, стоящую там с широкой ухмылкой. «Пожалуйста, судья, зовите меня Эмили». Она щедро помахала. «О, и не обращайте на меня внимания! Я просто постою тут и посмотрю». Она отошла и прислонилась к стене, в последний раз весело помахав и сделав отмахивающий жест, словно приглашая их продолжить.

Судья снова уставился на Фредди с безмолвным предупреждением, явно призывая его отступить.

Но он не мог.

Фредди так и не смирился со смертью Тора. Это была незаживающая рана на его сердце. И сейчас он чувствовал, как она пульсирует, горит болью, которая не позволяла ему уйти.

Возможно, если бы Василиск не был частично виновен в его похищении, он смог бы сдержать эмоции. Но теперь шанс взять себя в руки ускользнул.

Ярость, какой он никогда не чувствовал в жизни, пылала в нём. У него не было настроения отступать. Поэтому он перевёл взгляд с судьи на предателя. «Как ты мог, Марк?»

Марк приподнял бровь. «Как я мог что? И почему ты говоришь со мной, будто мы старые друзья?»

Фредди оскалился. «Потому что мы, блядь, и есть друзья».

На секунду мужчина смотрел на него в замешательстве. Затем, кажется, до него дошло. Он рассмеялся, и смех постепенно перерос в неконтролируемый приступ. «Так это ты! Я знал! Я… просто… знал! Я думал, что это невозможно, но было столько совпадений! Чёртов Фредди Штерн всё ещё жив. Интересно — как?» — он спросил, слегка опуская меч. «Как ты выжил? Хочешь верь, хочешь нет, но я следовал за мадам, чтобы расследовать твоё исчезновение в том лагере».

Фредди дёрнул бровью. «Правда?»

Марк энергично кивнул. «Ага. Она была абсолютно уверена, что ты жив, и вот пожалуйста! Она была права. И не только это — ты ещё и вырос. Слишком быстро, кстати».

Фредди фыркнул. «Ты-то говоришь. Почти трёхзвёздочный на пике? Ты что, продал душу дьяволу?»

Марк дёрнул глазом. Но он улыбнулся и отмахнулся. «Мне просто повезло, вот и всё».

«Так скажи мне», — он поднял меч, и вся дружелюбность исчезла с его лица, — «ты следовал за ней, чтобы добить меня?»

Марк замешкался. Тень пробежала по его глазам, и на мгновение он выглядел больным от этих слов. Его железная хватка на мече ослабла, и он отвернулся, смущённый. «Нет. Мадам привела меня извиниться».

На кратчайший миг в груди Фредди мелькнула ниточка радости среди вихря эмоций. Но она сгорела мгновенно. «Может, если бы ты нашёл меня тогда, я бы принял извинения. Но ты убил Тора», — холодно заявил он. — «Ты не тот светлоглазый невинный юноша с будущим». Он указал мечом на Василиска. «И ты дружишь с ним? Ублюдок. Ты не заслуживаешь прощения».

Губы Марка, сжатые в недовольстве, исказились в гадкую ухмылку, а в глазах вспыхнула злость. «Кто сказал, что я вообще когда-либо извинялся?»

Фредди мрачно рассмеялся. «Ты конченный психопат».

С обоих концов коридора появилась толпа. В основном слуги, но впереди были остальные молодые элиты, без сомнения пришедшие посмотреть на источник переполоха.

Судья мог только стоять с покорным видом.

Марк наклонил голову на обвинение Фредди. «Психопат? Кто? Я?» — он указал на себя. Он смотрел на Фредди с насмешкой. И затем эта насмешка мгновенно исчезла, сменившись пустым, безжизненным взглядом, который пронзил душу Фредди. «Это громкие слова для такого, как ты, Фредди». Он шагнул вперёд. «А кто тогда ты? Тот, кто заманил человека в переулок, чтобы убить?»

Фредди побледнел при этих словах. «Что ты сказал?»

Ухмылка вернулась на лицо Марка. «Что? Думал, я не знал об этом?» — он усмехнулся. «И ты ещё вор. Ты украл у клана Крэйвен».

Эти слова были как нож в сердце Фредди. «Ты не веришь в это».

«О, ещё как», — сказал Марк. «Я не знаю, как ты это сделал, но могу предположить. Ты, наверное, знал цену вещам, связанным с прорывом уровня. Скажи, Фредди, ты обшаривал карманы трупов, пока никто не видел?»

«Отвали. Я точно знаю, что ты не веришь в эту чушь».

«А какие у тебя доказательства?» — спросил Марк.

Фредди рассмеялся. «Ты полгода пытал невинного парня. Из чисто эгоистичных побуждений. Если ты действительно веришь в то, что говоришь, то чувство вины должно было съесть твой мозг».

«Нет, Фредди», — холодно сказал мужчина. «Ты прав, я чувствовал вину. И конечно, ты знаешь это, потому что играл на моих эмоциях. Ты манипулировал мной».

«Уууу!» — весело хихикнула Эмили Умбра. «Вот это становится интересно!»

Фредди бросил на женщину взгляд, на что она ответил едва уловимо враждебной улыбкой. Затем он повернулся обратно к Марку.

«Это смешно», — внезапно вмешался Василиск. «Хватит тратить время, Марк. Судья, одумайтесь. На нас напал этот человек без всякого повода. Если вы не собираетесь его наказывать, то хотя бы…»

Но Марк вдруг поднял руку и шагнул вперёд. «Я ещё не закончил».

«Да, закончил», — сказал Василиск, опуская руку Марка. «Заткнись».

«Да, Марк», — провоцирующе ухмыльнулся Фредди. «Ты сказал достаточно. Как насчёт того, чтобы заткнуться?»

«Ты продал мне историю про бедного сиротку, который просто пытался выжить», — продолжил Марк.

«Марк, прошу!» — взмолился Василиск. «Судья…»

«И я действительно купился!» — перекричал его Марк. «Я искренне верил, что ты просто невинный ребёнок, который оказался не в том месте. Но ну… Давай. Посмотри на себя. Ты правда думаешь, что тут хороший парень — это ты? Господи, ты вступил в группу террористов!»

«Заткнись!» — внезапно закричал Трэвис рядом с Фредди. «Ты не понимаешь ни единого нашего принципа!»

«Марк, клянусь Богом», — настаивал Василиск, сильнее дёргая его за руку.

Но в ответ Марк вырвался и шагнул вперёд. «Знаешь, какие истории я слышал о знаменитом "Фредди Клиффе"? Нелестные. Отрывание голов. Убийства невинных исследователей. Массовые убийства, нападения на местные предприятия, публичные казни… Ты ведёшь себя, будто ты бог! Но ты не бог. Ты жалкий, жестокий, чудовищный тиран. Ты был говном тогда, и ты говно сейчас. Так что давай закончим этот фарс, ладно?» — Марк повернулся к толпе вокруг. «Вам стоит быть осторожнее с этим человеком. Он только что попытался хладнокровно убить моего друга. Смотрите в оба в этих коридорах — никогда не знаешь, когда он сорвётся!»

«Буквально никто не хочет, чтобы ты продолжал, Марк», — напомнил Фредди.

Марк усмехнулся и продолжил. «И ещё, чтобы вы знали, раз уж он точно скрывает это — его талант это практически бесконечный источник исцеления высшего качества!»

«Ты!» — Фредди в ярости шагнул вперёд.

Марк продолжил, явно воодушевлённый. «Всё верно, вы не ослышались! Высшее качество!» — затем он замолчал, будто что-то осознав. Он рассмеялся, подняв указательный палец. «Погодите-ка! Кажется, я знаю, откуда берутся те высококачественные органы! Это он!» — Марк хлопнул в ладоши. «Он вырывает их из себя!»

Фредди почувствовал, как холод разлился по телу. Он просто не понимал. Что, чёрт возьми, творил Марк? Зачем? Какой в этом смысл? Его ум лихорадочно искал оправдания этим действиям, но находил лишь пустоту и боль.

А Марк всё продолжал: «Скажите, вы думаете, он вообще в своём уме? Какой человек будет раз за разом вырывать свои внутренности, используя себя как инкубатор для органов? Если он так поступает с собой, что он готов сделать с другими?»

Прежде чем осознать, что делает, Фредди шагнул вперёд.

«Ты!» — закричал судья. «Стой!» — на мгновение он выглядел так, будто готов атаковать, но замешкался — вместо этого он прыгнул вперёд и оттолкнул Фредди. «Если не остановишься, мне придётся действовать. Ты не хочешь этого».

Фредди схватил судью за руку и сжал. Тот скривился. «Мне нужно, чтобы ты ушёл с дороги. Сейчас же».

Марк захохотал. «Видите?!» — закричал он. «Он псих!» — Марк поднял меч и принял стойку. «Тиран! Террорист!» — он провоцировал, запыхавшись. «Трус! Лжец!» — он продолжал орать. Затем, сделав глубокий вдох, прошептал: «Убийца». И наконец, со всей язвительностью, плюнул: «Вор».

В этот момент что-то внутри Фредди сломалось.

Его аура, уже выпущенная на полную, потянулась из глубин его души. Вес множества способностей третьей стадии. Их крайняя сжатость. Видения бурлящей, пульсирующей вселенной макабрического безумия мелькали перед глазами, пока он пытался дышать.

И затем он просто отпустил всё.

Цвет пространства вокруг него мгновенно исчез.

В этот момент в комнате воцарилась мёртвая тишина, и все повернулись к нему.

В нём была лишь одна мысль.

Я убью его.

Он шагнул, и на этот раз судья не остановил его.

Взгляд чистой, безудержной ненависти пронзил Марка, как стрела, и тот невольно отступил.

Василиск встал перед ним, и с вспышкой трёх звёзд его тело покрылось толстым слоем каменной чешуи. «Возьми себя в руки», — сказал он Марку. «Он всего лишь двухзвёздочный».

Потный Марк кивнул и поднял меч.

Что я делаю? — подумал Фредди, замедляя шаг.

Даже если бы он не был в явном меньшинстве, он был уверен, что судья остановит его, как только начнётся бой. Вокруг были крайне важные люди. Судья, несмотря на всю свою поддержку Фредди, просто не мог позволить такой схватке случиться.

Но Фредди сделал ещё один шаг.

Это очень плохая идея, — подумал он. Я, наверное, умру, — сказал он себе.

Так почему я не могу остановиться?

Будто им овладело. Внезапно в его голове прозвучали слова самого Безумия.

Ты на грани полной потери себя.

Как только он осознал это, в груди поднялась ужасная паника.

Он не был незнаком с глупостью. Он знал, каково это — быть дураком. Но это было куда хуже.

Его дыхание участилось. Сердце бешено колотилось. Он уже даже не действовал осознанно. Им двигало чистое безумие, толкающее вперёд — к, вероятно, худшей ошибке в его жизни.

Он собрал всю свою силу воли, но всё равно шёл вперёд.

Марк поднял меч выше, а лицо Василиска исказилось в ожидающей ухмылке.

Сила воли похожа на сердце: оно бьётся вечно — пока не остановится.

Фредди полностью потерял контроль над собой.

Это осознание ударило с неоспоримой тяжестью. Он отчаянно искал что-то, что поможет ему вернуть контроль.

В отчаянии он сделал по-настоящему безумный выбор — мысленно выбрал Сотню Тысяч Мокрых Адов.

Если ты сделаешь ещё один шаг, — сказал он себе, — я убью себя.

Его шаги остановились. Там, где не было самоконтроля, сработал инстинкт выживания. И этого хватило. Собрав последние остатки силы воли, он дёрнул и затем…

Фредди усмехнулся. Всё исчезло, будто этого и не было. В шокирующем контрасте он спокойно покачал головой. «Никто здесь не дурак, Марк. Люди знают, кто я и что я сделал. Я не буду оправдываться, потому что лучше всех знаю, что далёк от идеала. Но ты», — он указал на него пальцем, — «безнадёжен. Я вижу пустую оболочку, когда смотрю на тебя. Пустую, гулкую шелуху.

Спроси себя — чего ты пытаешься добиться, раскрывая мои секреты? На что надеешься? Что кто-то тут похитит меня и превратит в ферму органов?» — Фредди усмехнулся, оглядев комнату. «Есть желающие?»

«Я бы попробовала», — сказала Эмили Умбра за его спиной с каменным лицом.

То, как она это сказала, заставило Фредди похолодеть. Ему показалось, что это была шутка, но он не был уверен. Он предпочёл проигнорировать её и снова посмотрел на Марка.

На мгновение то же безумие снова мелькнуло в его мыслях, но он подавил его глубоким вдохом, глядя на бывшего друга с выражением настоящей, искренней предательства. «Ты сохранил руку, чувак. Но потерял всё остальное».

Губы Марка искривились в недовольной гримасе. «Не говори, будто ты что-то знаешь обо мне».

«Я не знаю о тебе ни хрена и не хочу знать». Он развернулся. «Я просто знаю, что это ещё не конец». Затем он пошёл прочь.

Василиск крикнул ему вслед: «И куда это ты собрался? Думаешь, можешь попытаться убить меня и просто уйти?»

«Конечно могу — смотри». И он сделал именно это.

Как только он скрылся из виду, он рухнул на колени и схватился за грудь. Слёзы текли по его лицу. «Я больше не могу», — признался он себе, рыдая.

Василиск смотрел, как Фредди Штерн разворачивается и уходит, с выражением чистого неверия на лице. Он повернулся к судье. «Вы отпускаете его», — обвинил он.

Судья встретил его взгляд и фыркнул. «Конечно. Ты почувствовал то же, что и я. Мой долг — взращивать такие таланты. И чтобы ты знал, если ты попытаешься тронуть его, я буду защищать его жизнь».

«Даже если он нападёт первым?»

Судья кивнул.

Василиск молчал несколько долгих секунд. «Вы пожалеете об этом».

«Ты угрожаешь имперскому чиновнику, Гарольд?» — предупредил мужчина. «Ты больше не Лорд. Хватит вести себя как один из них».

Василиск стиснул зубы, выдавливая улыбку. «Как же я мог забыть?» — он постучал по виску. «Спасибо, что вмешались и… защитили меня, судья. Я обязательно верну этот долг». И с этими словами он развернулся.

Марк последовал за ним.

Вскоре они добрались до своей комнаты, и Василиск захлопнул дверь. «Он вывихнул мне плечо», — просто сказал он.

Марк округлил глаза. «Как?»

Гарольд скривился, вправляя плечо. «Три способности третьей стадии, плюс что-то ещё».

С сардоническим смешком Марк покачал головой. «Неудивительно, что у него такая аура». Он вздохнул. «Что будем делать?»

«Уходим», — сказал мужчина. «Нас тут не ждут. Судья будет поддерживать его, и я ожидаю, что он будет этим злоупотреблять». Он серьёзно посмотрел на Марка. «Я считаю себя везучим, что выжил». Подняв руку, которой защищался, он убрал каменную чешую и показал огромный синяк, начинавшийся на ладони и доходивший до середины предплечья.

Марк скривился. «И всё это — всего лишь дротиком?»

Гарольд кивнул.

С кислым выражением Марк простонал. «Он унизил нас». Но стыд в его глазах был глубже, чем слова.

Василиска тошнило от вида Марка. «Я отомщу». Внезапно его лицо исказилось в садистской ухмылке. «Но перед этим я отправлю ему послание».

Фредди сидел на краю кровати. Глубокое оцепенение охватило всё его тело.

Дверь открылась, и вошёл судья. Он остановился в нескольких шагах.

Фредди осторожно взглянул на его лицо. Глубоко недовольная гримаса заставила его отвернуться.

«Надеюсь, ты понимаешь, насколько ты подорвал мою репутацию сегодня, мистер… Штерн», — сказал мужчина. «Это твоё настоящее имя?»

Фредди кивнул. «Да. И прежде чем спросите, я сменил его, потому что бежал от людей, которые хотели меня убить».

«Клан Крэйвен?» — судья мрачно усмехнулся. «Какое совпадение. Что именно ты у них украл?»

«Я никогда ничего не крал», — пробормотал он с большей горечью, чем думал возможным. «Меня ложно обвинили. Затем похитили и полгода пытали. Василиск участвовал в этом. Поэтому я и попытался его убить».

Судья вздохнул и потер переносицу. «Мне нужно подтверждение твоей личности. И если у тебя есть доказательства твоих обвинений против мистера Маскаарта, это поможет оправдать моё решение защитить тебя».

«Вы можете спросить Мэтта Кэнстоуна. Леди Нарцисс Морлепп тоже подтвердит мои слова».

«Хорошо», — кивнул мужчина. «Это хорошо». Он выдохнул с облегчением. «А насчёт твоего таланта… Я не рад, что он раскрылся перед всеми. Но, если что, тебе нечего бояться. Ты под моей защитой».

Я боюсь тебя больше всех, — подумал Фредди, но всё равно изобразил благодарную улыбку. «Спасибо, судья. И простите за переполох. Обещаю, это не повторится».

«Я запомню это обещание». Мужчина наклонился, приблизившись так близко, что их губы почти соприкоснулись, и уставился в его глаза. «Это не шутки. В следующий раз, когда я скажу отступить, ты послушаешься. Я понятно выразился?»

«Да, судья. Это не повторится».

«Хорошо», — бросил мужчина и развернулся. «Наши гости, без сомнения, знакомы с Василиском. Он довольно одиозная личность. Попытка убить его едва ли испортит их мнение о тебе».

Фредди фыркнул. «Любимчик, да?»

Судья покачал головой. «Нужно сильно постараться, чтобы лишиться статуса Лорда в империи. Но он перешёл столько границ и стольких людей, что это было неизбежно. Тем не менее, он крайне опасен, и твоя вражда с ним — плохой выбор. Будь осторожен. Он не остановится, пока не уничтожит тебя». С этими словами он вышел.

Фредди почувствовал глубокую тревогу от этого предупреждения, но теперь он ничего не мог с этим поделать.

Очевидно, он не собирался отпускать ситуацию. Рано или поздно он получит голову змеи.

Но мысли его были больше заняты Марком.

Трудно было смириться с тем, что он всё тот же Марк, которого он когда-то знал. Разум Фредди просто отказывался сливать воедино образы двух людей. Возможно, даже пытаться было неправильно.

В глубине души он хотел навсегда забыть о Марке. Но этому не суждено было случиться.

Большую часть дня в дверь Фредди никто не стучал. Он с ужасом думал о том, что кто-то может постучать в его дверь. Кто бы ни пришёл, это не к добру.

Но ничто не могло подготовить его к отчаянным, паническим стукам с другой стороны. К крикам молодой женщины, умоляющей Фредди поторопиться и открыть дверь.

Так он и сделал.

И там он увидел Дженис, растрепанную и с широко раскрытыми глазами, держащую на руках израненное, покрытое синяками тело Лукаса Блэка, у которого отсутствовали все пальцы, был отрезан язык, а глаза были выколоты из черепа.

----------

Подстрекательство к мятежу

Фредди просто не мог осознать, что видел. Жгучая боль и смятение при виде изувеченного, обнажённого юноши боролись в его сознании, но тщетно. Его способность испытывать эмоциональное потрясение была попросту перегружена.

Лукас слабо застонал — единственный признак того, что он ещё жив.

Его состояние было ужасающим. Судя по всему, его органы и многие другие части тела, за исключением сердца и одного лёгкого, чтобы он не умер сразу, были вырваны, а тело залито натуральным лечебным снадобьем, которое грубо сшило его обратно.

Возможно, это было даже хуже, чем оставить зияющие раны открытыми. Ни один врач в мире не смог бы спасти его теперь.

Дженис стояла там, дрожа как лист на ветру. Её глаза были безумными и широко раскрытыми, рвота, которую она извергла на Лукаса, стекала по её подбородку вместе с кровью от прокушенных губ.

Она пыталась говорить, но издавала лишь нечто среднее между стоном и криком. «Они… Они…» — её слова тонули в рыданиях.

В этот момент Фредди заметил окровавленный лист бумаги, буквально прибитый к груди Лукаса. Он сорвал его и развернул.

«ПРИВЕТ, ФРЕДИК!

МНЕ ОЧЕНЬ ЖАЛЬ ДОСТАВЛЯТЬ ТЕБЕ НЕУДОБСТВА.

МНЕ НУЖНЫ БЫЛИ ЗАПЧАСТИ, ПОЭТОМУ Я ПОЗАИМСТВОВАЛ ИХ У ПАРЕНЬКА.

НО ЭТО НЕ ДОЛЖНО БЫТЬ ПРОБЛЕМОЙ, ВЕРНО? СУДЯ ПО ТОМУ, ЧТО Я СЛЫШАЛ О ТВОЕЙ РАБОТЕ В КАЧЕСТВЕ «ЧЕРЕПА», ТЫ ДОЛЖЕН БЕЗ ТРУДА ЕГО ПОЧИНИТЬ!

НО ВСЁ РАВНО ИЗВИНИ, ЧТО ВЗЯЛ БЕЗ СПРОСА.

НЕ ПЕРЕЖИВАЙ.

КОГДА МЫ ВСТРЕТИМСЯ В СЛЕДУЮЩИЙ РАЗ, МЫ ОБЯЗАТЕЛЬНО ПОГОВОРИМ ОБ ЭТОМ ДОЛГЕ.

С ЛЮБОВЬЮ,

ТВОЙ САМЫЙ ЛУЧШИЙ ДРУГ В МИРЕ! XЕ-XЕ»

Фредди сжал бумагу в кулаке и глубоко вдохнул. «Занеси его внутрь», — сказал он Дженис. «Я скоро вернусь».

Он запер дверь и затем побежал к ближайшему окну, из которого выпрыгнул. Он находился довольно высоко, но с его выносливостью такое падение едва ли могло быть опасным.

Через несколько минут он был в штаб-квартире Вальхаллы.

По стенам патрулировали бесчисленные охранники с поднятыми арбалетами, а все окна были закрыты ставнями, что вызывало вопрос: как эти ублюдки вообще смогли похитить Лукаса?

Очевидно, это не помешало Фредди проникнуть внутрь.

Он ворвался внутрь и быстро нашёл Софию, которая тренировалась в подземных залах. Не спрашивая разрешения, он просто подхватил её и вернулся в свою комнату.

Там он обнаружил Лукаса, распростёртого на диване, а рядом — гипервентилирующую, полубессознательную Дженис, корчащуюся на полу.

София вскрикнула при виде этого. «Фредди, что за хрень произошла?!»

«Чёрт», — выругался он. «Сначала вылечи её. Приступ может её убить».

После короткого колебания она послушалась и применила искру к голове девушки. Та перестала биться в конвульсиях и просто замерла, полностью потеряв сознание.

Затем София повернулась к Лукасу. Она сожгла четыре искры подряд, но её попытка едва ли смягчила его раны.

Натуральное исцеление часто называли худшим видом лечения. В теории оно не лучше хирургии, но на практике даже хуже, поскольку не имело чёткой стратегии. Оно грубо соединяло куски тела, что часто создавало ещё больший хаос, требующий ещё большего лечения.

В большинстве случаев оно было едва лучше, чем ничего. Но в данном случае ничего было бы предпочтительнее.

«Что, чёрт возьми, случилось, Фредди?» — пробормотала София в растерянности.

Фредди был слишком оцепеневшим, чтобы заботиться об этом. Пока она работала над созданием новых искр, чтобы ускорить лечение Лукаса, он рассказал ей всю историю.

Он рассказал о Марке Афронте и Гарольде Маскаарте, также известном как Василиск. О своём недавнем открытии, связанном с их прошлым. О том, как всё разыгралось после их появления и последовавшего конфликта в коридоре.

К концу его рассказа она выглядела даже злее, чем он. А затем просто разрыдалась. «Как кто-то может быть настолько жестоким…?» — спросила она со стоном.

Фредди задавался тем же вопросом.

Для полного исцеления Лукаса потребовалось слишком много искр. Так много, что это должно было быть абсолютно невозможным, даже с лучшими источниками высшего качества исцеления, известными человечеству.

Если бы София не напрягла свой талант до предела, когда едва могла оставаться в сознании, не было бы ни единого шанса, что Лукас выжил бы.

С последней искрой и последней залеченной раной Лукаса София облегчённо выдохнула и тоже отключилась.

«Отлично», — пробормотал Фредди. «Именно то, что мне было нужно».

В тот момент он больше всего на свете хотел голову Василиска. Но попытка выследить его была исключена. Фредди был готов поспорить, что это ловушка, специально предназначенная для того, чтобы заманить его на смерть.

У Василиска, без сомнения, было множество людей на содержании. Даже с ним и Марком Фредди в честном бою вряд ли смог бы победить. Но это не был бы честный бой. И уж точно он имел бы дело не только с прогнившим городским лордом и предателем.

Поэтому он был вынужден сделать глубокий вдох и успокоиться. Он уже совершил ошибку, снова столкнувшись с Марком и Василиском. Даже с его дурной репутацией и ужасными решениями это был яркий пример того, чего нельзя делать ни при каких обстоятельствах.

Оставшись наедине со своими мыслями, он не мог не задуматься. Как они нашли и похитили Лукаса, если Вальхалла была на замке, а все охранники были начеку? И, чёрт возьми, как Дженис донесла окровавленного Лукаса до его двери, не будучи остановленной слугой или охранником?

Не имея никого, кто мог бы ответить на его вопросы, он мог лишь предположить, что у Василиска был как минимум один специалист по скрытности. Это было что-то, о чём стоило помнить в будущем.

Фредди практически не имел способов противостоять такой скрытности. И это была слабость, которую он не мог оставить незакрытой, особенно с учётом тех секретов, которые у него были.

Может быть, он мог бы использовать своё шестое чувство к безумию?

В последнее время он немного притупился к его сигналам из-за всего безумия, происходящего вокруг. В городе практически постоянно кто-то совершал что-то безумное, и ему приходилось отключать это чувство, чтобы не усугублять своё и без того хрупкое психическое состояние.

Но даже если бы он постоянно держал «ухо востро» на предмет близлежащего безумия, это не помогло бы. Это сработало бы только в том случае, если сама попытка шпионить за ним считалась бы безумной.

Его глаза расширились от внезапного осознания.

А что если…?

Что если он распустит слух, что у него есть какой-то сверхсекретный, абсолютно надёжный метод обнаружения шпионов на месте?

Слуху не нужно было быть правдоподобным. Он просто должен был посеять зерно сомнения в умах людей. Если потенциальный шпион поверил бы в это хотя бы немного, попытка шпионить за Фредди показалась бы ему опасной.

А значит — безумной.

Если бы они попытались шпионить за ним, он почувствовал бы источник безумия рядом.

Эта уловка должна была сработать всего один раз. И тогда слухи стали бы сильнее.

Только он начал обдумывать другие возможные способы использования этого, как его мысли прервались.

С самой неподходящей возможной заминкой кто-то постучал в его дверь. Фредди раздражённо посмотрел на неё. «Почему, чёрт возьми, они не сделали смотровое окошко?»

Ему очень хотелось проигнорировать стук. И хотя он, несомненно, обидел бы того, кто пытался до него добраться, он всерьёз рассматривал этот вариант, особенно учитывая, что балансировал на грани потери рассудка.

Вздохнув, он крикнул: «Пожалуйста, подождите минуту!»

К его несчастью, время для приватных встреч с каждым подходило к концу. Был серьёзный риск, что любой, кого он решит проигнорировать, уведёт своих людей, что было бы куда хуже для его психики, чем короткий разговор.

Он поднял своих троих гостей и отнёс их в комнату. Кровать там была достаточно большой, чтобы десять человек могли комфортно лечь рядом, так что места хватало с избытком.

Он посмотрел на них и простонал. «Они могут проснуться», — осознал он.

Мысль связать их промелькнула в его голове, но это могло создать куда большую проблему.

Поэтому он быстро создал Кровавое Копьё и затем повернулся к потолку, где выгравировал слова «ПОЖАЛУЙСТА, НЕ КРИЧИТЕ» на плитке. Было бы немного неловко, если бы они закричали, мягко говоря. Он уже собирался уйти, но решил добавить: «ВЫ В БЕЗОПАСНОСТИ В КОМНАТЕ ФРЕДДИ».

И, кроме того, закрыв дверь в комнату, он убедился, что запечатал её каплей своей крови. Если бы кто-то увидел, что случилось с Лукасом, было бы трудно объяснить, как его вылечили.

Это была проблема, для которой ему нужно было найти более постоянное решение.

Но сейчас у него был гость, которого нужно было принять.

Разобравшись с этим, он закрыл дверь в комнату и направился встречать нового посетителя.

Быстро проверив в зеркале, что выглядит опрятно, он расправил плечи.

Он сосредоточился на Гидравлическом Напряжении и Ударе Цунами на случай, если на него нападут.

Затем он открыл дверь. И сразу же его настроение испортилось.

Перед ним стояла женщина с шрамами, мускулистая, с огненно-рыжими короткими волосами — Джорджи Лиг. Она всё ещё была в белой майке и синих джинсах, как при первом визите, но на этот раз без ремня.

Хотя у него не было особых причин не любить эту женщину, он был абсолютно уверен, что сейчас последует ещё один разговор о женитьбе. Учитывая, как прошёл предыдущий, он был не в настроении для второго. «Здравствуйте», — сухо поздоровался он, желая поскорее закончить разговор.

«Здравствуй», — сказала она, коротко кивнув своим ровным, низким голосом. «Не возражаешь, если я зайду? Я хотела бы поговорить с тобой наедине».

«Конечно».

Они устроились, слуги подготовили всё необходимое, и вскоре они остались одни.

Джорджи была самой молчаливой из всех элит во время представления.

Честно говоря, из всех элит Фредди меньше всего понимал, что думать об этой женщине. Но, когда тишина затянулась, он осознал, что она, скорее всего, не перейдёт к сути, пока он не начнёт разговор.

Подавив вздох, чтобы не быть грубым, он сказал: «Итак… чем я обязан вашему визиту, мисс Лиг?»

«Зови меня Джорджи», — сказала она. «Я не люблю церемонии. Если хочешь что-то узнать, я предпочитаю прямые вопросы».

«Ладно… Ладно. Тогда позвольте перейти к сути — что вы хотите от меня?»

С кивком, который, казалось, выражал одобрение — хотя было трудно сказать — она ответила: «Изначально я пришла сюда, чтобы предложить тебе вступить в мою частную наёмную компанию, но после того, что я увидела сегодня, мне пришлось скорректировать планы».

Фредди замер и вдруг осознал. «О, боже, ну вот», — простонал он, закрывая лицо руками.

Это была не она.

Второе предложение о браке последует от Эмили Умбры.

С тяжёлым вздохом от внезапной головной боли он пожелал, чтобы земля разверзлась и поглотила его.

Это худший день в моей жизни.

«Не стоит расстраиваться», — сказала женщина. «Уверяю тебя, моё новое предложение будет куда привлекательнее».

«Дело не в… Извините, я просто осознал кое-что совершенно не связанное». Он отложил это на потом и перефокусировался. «Пожалуйста, продолжайте».

Женщина странно посмотрела на него и кивнула. «Я ищу людей с талантами, связанными с самовосстановлением и регенерацией, поскольку моя группа в основном состоит из таких. Изначально я собиралась предложить тебе место в моей организации и видную позицию, но после того, что я увидела сегодня, я считаю, что ты заслуживаешь большего уважения».

Фредди поднял бровь. «То, что вы увидели сегодня?» Он не смог сдержать самокритичного смешка. «Можно спросить, что именно вас так впечатлило?»

«Твоя аура», — сказала она, как будто это было очевидно.

Это заставило Фредди замереть.

Она глубоко вдохнула, проявляя больше эмоций, чем он видел до этого. «У тебя, без преувеличения, самая интенсивная аура среди всех двухзвёздных, которых я встречала в жизни, включая нескольких людей с двойным талантом».

Брови Фредди взлетели вверх. «Что? Серьёзно?»

Она выглядела смущённой. «Ты не осознаёшь, насколько интенсивна твоя аура?» Покачав головой в недоверии, она продолжила: «Я даже не могу представить, сколько у тебя способностей третьей стадии. Одна уже делает тебя талантливым. Три — невероятно. Пять — уровень вундеркинда. Семеро ставят тебя в один ряд с Эмили Умброй, а она почти определяет талант поколения. Я однажды встретила человека, который застрял на пике второй звезды из-за платы за способность духа. Ему больше 150 лет, и у него одиннадцать способностей третьей стадии. Это единственный человек, чья аура может сравниться с твоей по интенсивности, и даже тогда твоя сильнее».

Фредди остолбенел. Интересно, что бы она сказала, узнав, что у него шестнадцать способностей третьей стадии.

Снова покачав головой, она продолжила: «Конечно, просто наличие множества мощных способностей не обязательно означает, что ты равен кому-то вроде Эмили. Но я думаю, можно с уверенностью предположить, что у тебя есть потенциал стать Лордом однажды».

«Вау…» — пробормотал он. «Похоже, я довольно впечатляющий, да?» Он неловко усмехнулся, почесав затылок. «Так… вы сказали, у вас есть предложение для меня? Можно узнать, какое?»

Она кивнула. «Я хочу, чтобы ты помог мне основать новую страну».

Фредди уставился на неё. «Простите, что?»

Джорджи усмехнулась. «Я знаю, это звучит нелепо, но уверяю, мой план куда более продуман, чем кажется».

«Ладно, подождите минутку». Он поднял руку, останавливая её. «Вы хотите основать новую страну?»

Она кивнула.

«Эм… Не хочу показаться грубым, но разве это не измена?» Он вдруг почувствовал лёгкое беспокойство. «И разве у судьи не было бы веской причины казнить вас, услышав такие речи?»

К его удивлению, она открыто рассмеялась. «Нет, уверяю тебя, мои планы совсем не такие. Выслушай меня сначала, а потом делай выводы». Она потянулась к бокалу вина и сделала глоток. «Что ты знаешь о Проекте Расширения Стархолда в Фаралетале?»

Упоминание большого мира заставило Фредди дёрнуться, вспомнив свои дни в рабской шахте. «Честно говоря, почти ничего. Вообще, я почти ничего не знаю».

«Неудивительно, учитывая, где мы находимся. Но, говоря прямо, по большинству показателей это был полный провал».

Он нахмурился. «В каком смысле?»

«В том, что почти каждая попытка основать вторичное поселение провалилась. Без прямой связи с Землёй логистика вокруг создания новых территорий далеко от Стархолда просто разваливается».

Фредди не был удивлён этим. Чёрт, даже обычная горнодобывающая операция, в которой он участвовал, потерпела полный крах, так что это не было шоком.

Джорджи продолжила: «На мой взгляд, ответственные смотрят не в ту сторону. Все сосредоточены на создании комфорта. Логистика ресурсов и услуг ценится выше всего, и когда молодое поселение захлёстывают монстры, это всегда списывают на „нехватку людей“, „слабую защиту“ или „мало ресурсов“. Затем они отправляют больше бойцов, строят больше укреплений и тратят ещё больше ресурсов на следующее поселение, а потом удивляются, когда и оно терпит крах».

«Что же вы предлагаете?»

Она улыбнулась ему. «Отправлять таких, как мы».

«Людей, которые могут исцелять себя?»

Она подняла палец, мягко поправляя его. «Людей, которые могут сопротивляться истощению. Главная проблема защиты любого поселения, которое постоянно атакуют, в том, что защитники постепенно выбывают. В Стархолде у этой проблемы есть невидимое решение — портал на Землю может поставлять постоянный поток новых бойцов. Но где-то дальше это решение исчезает.

Когда пытаешься основать новое поселение в тысячах миль от Стархолда, приходится перевозить новых бойцов через огромные территории, полные опасностей. Каждый потерянный боец — это дополнительные затраты и сложности».

Фредди задумался. «Почему бы просто не нанять больше лекарей?»

Она рассмеялась. «Ты представляешь, сколько это будет стоить? Буквально никто не может себе этого позволить. Даже самый богатый Повелитель не сможет переманить достаточно лекарей, чтобы это окупилось. И в этом вся проблема».

Чем дольше длился разговор, тем больше Фредди замечал, как Джорджи расслабляется и становится оживлённее. Она была не такой холодной, как он думал сначала, и, честно говоря, он должен был признать, что первоначальное беспокойство от общения с ней исчезло.

Впервые с начала разговора он улыбнулся в ответ. «Кажется, я начинаю понимать, к чему вы клоните. Каждый боец требует определённой инфраструктуры вокруг себя. И исцеление — большая её часть». Затем он указал на себя. «Мне не нужно исцеление, потому что у меня есть самовосстанавливающийся источник. Кроме того, я с меньшей вероятностью умру. Если бы у каждого бойца был талант вроде моего, вы сэкономили бы миллиарды на медицинской инфраструктуре. И это не говоря уже о том, что бойцов нужно было бы заменять реже».

Её улыбка стала лучезарной. «Бинго».

Фредди рассмеялся. «Полагаю, ещё одна причина, по которой вы здесь, — получить опыт противостояния бесконечной орде монстров с вашими наёмниками?»

«Именно так. И, кроме того, мне не помешало бы увидеть, на что ты способен».

«У меня остаётся важный вопрос. Мне кажется, империя не одобрила бы идею создания новой страны. Как вы планируете избежать обвинений в измене?»

«Это будет вассальное государство, конечно. По крайней мере, таков план».

«Ладно, это хорошо». Он задумался на мгновение. «Хотя мне хотелось бы узнать больше, прежде чем дать окончательный ответ, должен признать, предложение мне нравится. Однако…» Он замешкался. «Мне бы очень хотелось немного… пожить, понимаешь?» Он усмехнулся. «Звучит глупо, но я столько всего пережил, сколько себя помню. Я хочу однажды совершить что-то великое, но…» Он развёл руками. «Я бы убил за пару лет покоя».

«Я понимаю». Она усмехнулась. «Такие, как мы, редко могут позволить себе отдых».

«О, вы даже не представляете, насколько это верно». Он вздохнул. «Но всё же. Я подумаю над предложением. То есть… если у меня будет время на раздумья?»

Она кивнула. «Конечно. И немало. Этот проект, без сомнения, займёт у меня десятилетия».

Он хлопнул в ладоши. «Отлично! Мы обязательно останемся на связи».

«Тогда на этом всё», — сказала она. Вдруг её лицо стало немного печальным. «Ты в порядке?»

Он замер. «Что вы имеете в виду?»

«После того, что случилось сегодня… Я не знаю всей истории, конечно, но совершенно очевидно, что эти двое сделали с тобой что-то ужасное». Она фыркнула. «Василиск — известный подлец, так что его выходки меня не шокируют. Но этот Марк… Давно я не испытывала такого желания надрать кому-то задницу».

Фредди рассмеялся. «Ну… если увидишь его, у тебя есть моё благословение». Его смешок затих, когда он немного поник. «Он не всегда был таким. На самом деле, он изменился настолько, что кажется другим человеком». Его голос дрогнул. «Я действительно хотел снова увидеть его однажды. Но это не совсем то, что я представлял». Он вздохнул, внезапно ощутив тяжесть лет, которые он технически прожил.

Вдруг раздался стук. Он повернулся ко входу, но звук шёл от двери в комнату. «Эм…» — пробормотал он.

Джорджи бросила взгляд на дверь, и в её глазах мелькнуло понимание. «Кажется, ты занят. Тогда я не буду тебя больше задерживать». Она подмигнула.

Фредди поморщился от недопонимания, но не стал поправлять её. «Конечно. Я с нетерпением жду возможности сражаться рядом с вами», — добавил он.

«Я тоже». Она помахала. «Удачи в твоих начинаниях. И надеюсь, ты сможешь отдохнуть до появления монстров».

«Честно? С таким количеством проблем у меня на столе, я не могу дождаться, когда это начнётся».

Она усмехнулась. «Хорошего дня». И с этими словами она ушла.

----------

Жизненый опыт

Фредди был удивлён, обнаружив, что все трое не спят.

София была той, кто постучал, чтобы привлечь его внимание, и Фредди хотел отругать её, но решил не делать этого.

Сказать, что Лукас проснулся, было бы преувеличением. Его глаза были открыты, да, но даже несмотря на то, что Дженис обнимала его и рыдала у него на плече, он оставался совершенно безучастным, просто уставившись в потолок пустым взглядом.

На мгновение Фредди вспомнил, как София была в кататоническом состоянии, но быстро понял, что здесь всё немного иначе. «Ты здесь», — сказал Лукас.

Выдохнув воздух, о котором даже не подозревал, что задерживал, Фредди кивнул. «Да».

«М-м», — только и добавил Лукас, прежде чем снова замолчать.

Дженис схватила его за лицо и поцеловала в губы. «Я так рада, что ты в порядке!»

Фредди едва сдержался, чтобы не сказать, что нет, Лукас не в порядке. Физически он исцелён, да. Но такие жестокие пытки оставляют шрамы, которые не исчезнут даже после исцеления высшего качества. Ничто не сможет их стереть.

Они провели ещё несколько минут в комнате, пока Дженис выплакивала своё облегчение в уже мокрую от слёз шею молодого человека. Затем Фредди спросил: «Расскажи, что произошло».

Дженис заколебалась, но затем пересказала историю.

Оказалось, что в их комнату проник замаскированный человек, способный сливаться с тенями, похитил их, подверг Лукаса пыткам в заброшенном складе, а затем провёл мимо охраны и сказал Дженис, где находится комната Фредди. Он пригрозил ей смертью, если она не подчинится, и намекнул, что Лукас будет исцелён магически, если она послушается.

Естественно, это был ложный намёк, предназначенный для того, чтобы дразнить Фредди. Они даже не подозревали, что это правда. Или, возможно, это был способ выяснить пределы «методов исцеления Черепа». В любом случае, это был хладнокровно просчитанный ход, который поставил бы Фредди в ужасное положение независимо от исхода.

Что касается виновника, Фредди был склонен предположить, что это Мэтт Кэнстоун — тот, кого послал Василиск. Но эта мысль задержалась в его голове всего на две секунды, прежде чем он отбросил её. Не потому, что у него были неопровержимые доказательства обратного, а потому, что он знал: это не так.

Почему?

Потому что именно этого и хотел Василиск.

Не случайно этот ублюдок послал кого-то с талантом, похожим на Мэттов. Он сделал это, зная, что Фредди заподозрит Мэтта. Учитывая то, что Мэтт рассказал ему о предательстве Василиска, когда они пытались спасти Фредди, было очевидно, что его отношения с Мадам далеки от идеальных.

Фредди отказался вестись на эту уловку.

Если Василиск не хотел, чтобы он и Мадам встретились, то это было ещё одной причиной сделать наоборот.

Фредди узнал, кто такой Василиск, на собственном горьком опыте. Это хитрый, подлый психопат. И враг, которого нужно устранить как можно быстрее.

Когда Дженис закончила рассказ, пришло время принимать решение. И выбор был только один. «Хотя мне бы очень хотелось дать вам пару дней отдохнуть от всего этого, к сожалению, у нас нет времени», — сказал Фредди, готовясь к следующему. — «Так что придётся разобраться с этим сразу. Вы двое мертвы».

Лукас выпрыгнул из кровати, схватил Дженис и отпрыгнул в другой конец комнаты. В мгновение ока он создал каменное копьё и направил его на Фредди. «Я не позволю тебе причинить нам вред!» — крикнул он с безумным блеском в глазах.

Фредди вздохнул. «Я не собираюсь. Но те, кто это сделал с тобой, — другое дело».

Лукас стиснул зубы. «Это всё твоя вина!» — выплюнул он. «Я ненавижу тебя!»

Худшее было в том, что Лукас был абсолютно прав. Фредди схватился за затылок, раздумывая, не поручить ли Софии разобраться с ситуацией.

Но затем произошло нечто неожиданное.

Дженис ударила Лукаса по лицу так сильно, что он упал на пол. «Хватит во всём его винить!» — закричала она так истерично, что голос сорвался. Затем она указала на Фредди, глядя на Лукаса. «Без него ты был бы никем… Мы были бы никем! Почему ты всегда сваливаешь все свои проблемы на него?!» — её крик перешёл в кашель. «Тебе совсем не стыдно?!»

Выражение лица Фредди, должно быть, было жалким, потому что София похлопала его по плечу и прошептала: «Всё в порядке…»

Он вздохнул и мягко отстранил её руку. «Нет, Дженис. Он не ошибается. Я виноват в этом». Эти слова заставили всех замолчать и посмотреть на него. «Когда я впервые связался с Лукасом, я делал это исключительно из эгоистичных побуждений. Наверное, я хотел доказать, что те, у кого есть сила, могут легко исправлять мир вокруг и делать жизнь лучше». Его голос стал горьким. «Но я ошибался».

«Это возможно. Но это чертовски сложно. Да, если бы я ничего не сделал, его жизнь всё равно не была бы лёгкой. Но разве сейчас лучше?» Он потер переносицу. «Лукас, ты хоть немного понимаешь, в каком ужасном состоянии ты был? В мире едва ли найдётся больше горстки людей, способных вернуть тебя с того света».

Он указал на Софию. «Она одна из них. Если ты выйдешь отсюда невредимым, её секрет раскроется. И хотя я в долгу перед тобой за случившееся, я не могу позволить Лукасу Блэку уйти отсюда живым и невредимым».

Выражение лиц всех присутствующих потемнело, и Лукас поднял копьё.

Фредди зарычал. «Не в этом смысле! Я не собираюсь тебя убивать, болван. София изменит твою внешность, и ты сменишь имя. Иначе я тебя не отпущу». Он мельком взглянул на Дженис. «Ты тоже. Либо так, либо бросай его, потому что люди рано или поздно догадаются».

Дженис энергично кивнула. «Я сделаю всё, что потребуется. Обещаю».

Лукас, со своей стороны, не отказался. «С одним условием», — сказал он, поднимаясь на ноги. «Я хочу, чтобы ты взял меня с собой».

Фредди нахмурился. «Куда?»

«В мир чудовищ. Я хочу, чтобы ты взял меня и помог мне стать сильнее».

Фредди вздохнул. «Сильнее? Ты там погибнешь, Лукас».

«Ты мне должен!» — закричал Лукас. «Ты мне должен…»

«Лукас…» — попыталась Дженис, но—

«Не трогай меня!» — он оттолкнул её, отступая назад. «Я не могу так жить! Я не хочу жить в мире, где кто-то может просто… сделать со мной такое», — в его взгляде читался ужас. «И я даже не смог дать отпор…» Он прислонился к стене и опустился на пол, обхватив колени. «Я не могу». Он посмотрел на Фредди. «Либо ты берёшь меня с собой, либо я убью себя! И это будет твоя вина!»

Без предупреждения Фредди развернулся и ударил кулаком в стену за спиной. Комната содрогнулась, трещины разошлись от места удара, а глухой гул заставил всех замолчать. Включая Лукаса.

Молча Фредди медленно развернулся и подошёл к Лукасу, сидящему у стены. Из-за своего роста он полностью затмил молодого человека своей тенью. Он присел, чтобы оказаться почти на одном уровне с ним, и дал тишине полностью воцариться, прежде чем заговорить. «Ты совершаешь ошибку».

«И откуда тебе знать…?» — Лукас стиснул зубы и опустил взгляд. «Ты даже не представляешь, через что я прошёл».

«Представляю. Меня пытали полгода подряд. И сейчас я даже не уверен, что это входит в топ-5 самых ужасных вещей, через которые я прошёл. Поверь, я знаю, что ты чувствуешь».

Лукас попытался встретиться с Фредди взглядом, чтобы оспорить его слова. Но выражение глаз Фредди ясно говорило, что он не шутит. Отведя взгляд со смесью злости и стыда, Лукас прошептал: «И что? Думаешь, ты лучше меня? Думаешь, я слабак, потому что так себя веду?»

«Нет», — Фредди глубоко вздохнул, закрыв глаза на мгновение, чтобы немного остыть. Когда он открыл их снова, его взгляд стал совсем другим. «Ты никогда не станешь настолько сильным, чтобы никто не мог причинить тебе боль. Никогда. Взгляни на меня — я могу выдержать любые пытки. И всё равно люди находят новые способы сделать мою жизнь невыносимой».

«Так что же мне делать?»

«Не знаю», — признал Фредди. «Но я знаю, чего делать не стоит. Не стоит идти по пути, где ты ищешь силу любой ценой. Где становишься животным. Где отталкиваешь всех. Потому что в конце концов ты поймёшь, что лучший способ не страдать — это не иметь ничего». Он сделал паузу. «Я так и сделал. И где-то посередине, максимизируя свои страдания, я осознал, что живу ради ничего. И если ты планируешь жить, как я, то лучше убей себя сейчас».

«Чёрт возьми…» — пробормотала София, заставив Фредди обернуться. Она смотрела на него в полном шоке. «Ты только что дал ему… хороший совет?» Она приложила руку ко лбу. «Мне нужно прилечь».

Фредди усмехнулся и покачал головой. Затем снова повернулся к Лукасу и положил руку ему на плечо. «Хочешь, я попрошу арбитра отправить тебя и Дженис в империю?»

Лукас удивлённо посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Дженис, которая сказала: «Если ты этого хочешь, я пойду с тобой».

«А как же твои родители?»

Она заколебалась. «Если выбирать между тобой и ими, я выбираю тебя».

«Вот это да!» — воскликнула София. «Хотя бы спроси, могут ли они поехать с вами!»

Дженис покраснела от её слов.

«Я могу это устроить… наверное», — сказал Фредди. «Что скажешь?» — спросил он Лукаса.

Лукас задумался на несколько мгновений. «Там жизнь менее дерьмовая?»

Фредди сделал неопределённый жест. «Немного».

Молодой человек вздохнул. «Ладно».

Фредди кивнул. «Сейчас вернусь». Он вышел из комнаты, достал кристалл связи и вызвал арбитра.

«Есть проблема?» — тот сразу спросил с заметным беспокойством в голосе.

«Да, вроде того. Слушай… насчёт того одолжения, которое ты мне должен… Не мог бы ты переправить четырёх человек в империю?»

В трубке повисла долгая пауза. «Одного», — наконец сказал арбитр. «Я могу переправить одного человека».

Фредди поморщился. «А двух?»

«Это не обсуждается».

«Почему?»

«Дело не в том, что я не хочу помочь, а в том, что не могу. Каждый, кого я хочу переправить, должен быть одобрен особым советом. У меня есть право время от времени делать исключения для кого-то одного. Но если их больше, нужно ждать официального одобрения. А учитывая кризис, с которым мы столкнулись, это займёт много времени».

«Сколько?»

«Достаточно, чтобы кризис к тому времени уже разрешился — так или иначе».

Фредди сжал кристалл связи в руке. На мгновение ему захотелось спросить, не может ли арбитр переправить их нелегально, но он сразу понял, насколько глупо просить арбитра нарушить закон. «Понятно. Спасибо за информацию».

«Если что-то ещё понадобится, звони».

«Хорошо». Он прервал связь.

Он передал слова арбитра остальным, что сильно испортило настроение. Началась сцена в духе «Нет, её нужно отправить — нет, его», от которой София яростно закатывала глаза, пока не взорвалась: «Фредди, почему бы нам просто не взять их с собой?»

Лукас и Дженис уставились на них, и Фредди покачал головой. «София, это полное безумие. Я уже с трудом решаюсь взять тебя. Я не могу одновременно присматривать за тремя слабыми одно-звёздочниками и убивать орды чудовищ!»

Она подняла бровь. «Я не слабая, Фредди».

«А они — точно».

Ухмыльнувшись, она подняла палец. «Но что, если я могу это изменить?»

Он фыркнул. «Что? Сделаешь им модификацию тела? Это мало что изменит».

«Фредди, я не шучу, когда говорю, что моя модификация тела теперь намного лучше, чем когда я делала её тебе. И они уже знают о моём таланте, так что я смогу их исцелить, даже если с ними что-то случится!»

«Контр-аргумент — мы будем постоянно окружены разведчиками и другими, кто непременно будет следить за нами. Кроме того, я хочу нанять пару наёмников для поддержки».

«Контр-контраргумент — мы снарядим их в лучшую экипировку, наймём разведчика, чтобы убедиться, что за нами никто не следит, и будем действовать максимально осторожно».

«Те, кого мы нанимаем, и будут за нами следить, София!»

К его удивлению, она яростно покачала головой. «Вообще-то, нет! Я много общалась — сюда прибыло несколько групп наёмников, и их члены точно не станут болтать, что бы ты ни делал».

«Пфф. Гарантировать это невозможно».

«О, ещё как возможно», — настаивала София. «Эти группы работают с элитами, у которых полно секретов. Ты даже не устроишься в такую компанию без жёстких психологических тестов, чтобы убедиться, что ты не болтун. Фредди, когда я говорю, что они не проболтаются, я серьёзно. Репутация их компаний на кону, и они связаны такими жёсткими контрактами, что, если нарушат их, их жизни разрушатся так, что ты даже не представляешь».

Фредди не знал об этом, но, подумав, понял, что в этом есть смысл. В конце концов, какой сильный игрок станет работать с компанией, известной тем, что сливает секреты? «Но всё же…» Он задумался. «Последний контр-аргумент — почему бы просто не изменить их лица и отпустить? Взять их с собой — значит подвергнуть ненужной опасности».

София мельком взглянула на них, затем жестом подозвала Фредди ближе. Когда он наклонился, она прошептала ему на ухо: «Это твой шанс наконец помириться с Лукасом».

Фредди яростно закатил глаза и отстранился. «Это по-детски».

В ответ София пристально посмотрела на него и агрессивно махнула ему рукой.

Вздохнув, он подчинился, и она прошептала: «Хватит быть тряпкой! Я знаю, что он тебе нравится, и знаю, что тебя беспокоит, как всё испортилось. Как насчёт того, чтобы последовать своему же совету и перестать отталкивать людей?»

Фредди выглядел растерянным, но его мысли прервал новый стук в дверь квартиры. «Мы обсудим это позже», — сказал он, направляясь к входу, чтобы узнать, кто там.

----------

Революционное изобретение

С одной стороны, Фредди был рад, что это не Эмили. С другой — он слегка раздражался, что не может просто покончить с этим делом.

Фредди поднял взгляд на высокого мужчину с изумрудными глазами и фиолетовыми волосами. Живая растительная одежда мужчины издавала приятный травяной аромат, и у Фредди едва не возникло навязчивое желание наклониться и вдохнуть его поглубже.

«П-привет…» — нервно поздоровался мужчина, выглядевший куда более скованно, чем во время своего представления перед всеми. — «Мистер Клифф». Он резко кивнул. «Я хотел спросить, есть ли у вас время для разговора».

«Конечно», — ответил Фредди. «Заходите, мистер Прайс. Или мне стоит называть вас Реджинальдом?»

«Можете звать меня Реджи», — сказал мужчина, слегка пожав плечами. «Так меня называют те, кто меня знает».

«Хорошо. Тогда проходите».

Слуги были вызваны, стол накрыт, и беседа началась.

Реджинальд то и дело бросал на Фредди нервные взгляды, но большую часть времени его внимание было приковано к расположенной рядом мясной нарезке. Затем, после нескольких неуверенных движений рукой, он наконец решился взять кусочек сыра и осторожно откусил.

Фредди был удивлён таким поведением. Было ли это игрой, чтобы заставить его расслабиться? В любом случае, это выглядело настолько странно, что он не знал, что сказать. Поэтому он последовал примеру мужчины и тоже взял сыр. «Сыр хороший?»

«Что? А, да… Очень вкусный. Я обожаю сыр».

«Понятно. Я тоже люблю сыр». Он отломил кусочек себе. «Ммм. Вкусно».

«Забавный факт — большинство элитных сыров сегодня производятся под контролем одной могущественной группы архилюдей с природным сродством. Мне как-то довелось учиться у одного из их старейшин».

«Здорово», — сказал Фредди. «Вы, значит, академик?»

Мужчина неуверенно засмеялся. «Честно говоря, я скорее академик, чем боец, ха-ха… Просто моя семья не терпит слабости, поэтому мне приходится поддерживать боевую подготовку».

«Поэтому вы здесь?»

«Отчасти», — ответил Реджи. «Я здесь по нескольким причинам». Он вдруг замолчал. «Моя семья владеет ПрайсТек. Одна из причин моего визита — испытание нашего нового изобретения». Он криво улыбнулся. «Я уже предложил участие остальным, но согласился только Джорджи. Думаю, вы подошли бы ещё лучше, поэтому откровенно скажу: если вы согласитесь, я буду вам должен».

Фредди приподнял бровь. «И это изобретение…?»

«Сейчас объясню», — сказал он, внезапно обретая уверенность. «Но сначала скажите, что вы знаете о душевных отверстиях?»

«Немного. Знаю о четырёх главных. Первичный проводник — через него эфир от убийств и сбора попадает внутрь. Затем незерный люк — через него душа может проецироваться в Незер. Корни власти — маленькие каналы, по которым течёт эссенция. И желудочно-кишечный комплекс — он переваривает ауру из еды и лекарств. Это всё, верно?» — спросил он с наивным видом.

Реджинальд выглядел так, будто проглотил муху. «Э-э… Вы не ошибаетесь, но нет такого понятия, как "главные" душевные отверстия — все они важны. Это как спросить, что важнее: сердце или мозг? Без обоих не выжить!» Он снова неуверенно засмеялся. «Но да, это самые изученные… Хотя, конечно, корни власти у всех разные, первичный проводник технически состоит из двух частей, которые работают по-разному в реальности и Незере, не говоря уже о том, что желудочно-кишечный комплекс включает 84 известных и, вероятно, ещё больше неизвестных отверстий…»

«Извините, без обид, но я не этэролог. Хотел бы знать больше, конечно, но если это не связано с вашим предложением, лучше перейти к сути».

Улыбка мужчины стала напряжённой. «Да. Простите. Я увлёкся. Просто я очень увлечён образованием. Честно, обидно, сколько дезинформации ходит и как многое до сих пор непонятно. Я изучал множество областей — мне уже за сорок — начиная с общей этэрологии, затем биология, энтомология, ботаника, углублённые курсы по природному сродству… Был даже период, когда я увлёкся социальными науками…» Он продолжал говорить о своём академическом пути, и к этому моменту Фредди уже начинал терять терпение.

Чёрт возьми, да когда же он заткнётся?

Но он сдержался, вежливо кивал и старался быть хорошим слушателем, иногда вставляя удивлённое «Правда?» или впечатлённое «Вау, невероятно!»

Несмотря на неловкость, Реджинальд оставался человеком с влиятельными связями, и Фредди предпочёл бы оставаться с ним в хороших отношениях.

«… и вот так я в итоге по настоянию отца занялся изучением души. Я был одним из 76 ассистентов, помогавших разработать наш новый продукт! И знаю, это звучит не так впечатляюще, но для человека без особого таланта к эфирным технологиям и всего со второй звездой это серьёзное достижение…»

«Новый продукт!» — почти выкрикнул Фредди. «Да, мне не терпится узнать о нём подробнее! Может, начнём с него?»

Мужчина моргнул. «Ах, да! Конечно! Секунду!» Он сосредоточился на своём кольце хранения, и в следующее мгновение в его руке оказалось маленькое кольцо. «Лови!» — сказал он, бросая его Фредди.

Фредди уже собирался поймать его, но что-то в кольце показалось ему опасным. От него исходила отчётливо неприятная аура, и он рефлекторно оттолкнулся от стола, откатившись на стуле на несколько футов назад.

Кольцо упало на пол перед ним.

«Что?» — удивился Реджинальд. «Почему вы так сделали?»

Глаз Фредди дёрнулся. «Вы бросили в меня кольцо с крайне неприятной аурой. Я не знаю, что это, но не понимаю, почему я должен ловить опасный предмет, который вы швырнули без предупреждения». Его слова звучали резко.

«Ох. Ой! Простите!» — мужчина засуетился. «Я ошибся. Дайте, я подниму». Он встал со стула.

Фредди поднял руку. «Оно не навредит мне, если я возьму его?»

Мужчина замер. «Нет-нет. Оно совершенно безопасно, обещаю! Я не посмел бы причинить вам вред, особенно под защитой арбитра!»

С вздохом Фредди наклонился и поднял кольцо. Оно было толстым, белым, с замысловатыми руническими узорами по всей поверхности. Он не стал его надевать, но даже просто держа в руках, чувствовал, как оно пытается что-то с ним сделать. Тогда он наконец понял, что держит. «Это истинный проклятый предмет?»

Мужчина снова поморщился. «Ну… да, но термин "истинный проклятый предмет" избыточен. Это просто проклятый предмет. Большинство этэрологов сейчас называют предметы, усиливающие пользователей, "артефактами". Люди путают термины, потому что проклятые предметы — это ингредиенты для создания артефактов. Поняли? Проклятые предметы называются так, потому что вредят пользователю. Артефакты же действительно полезны. Большая разница».

«Значит, эта штука вредит пользователю?» — спросил он, поднимая кольцо.

«Да, но нет». Мужчина указал на кольцо. «Вы заметите, что на нём есть руническая гравировка».

Фредди посмотрел вниз, и его брови взлетели. «Подождите, вы смогли зачаровать проклятый предмет?»

Это должно быть невозможно. Проклятые предметы не могли удерживать зачарования, а зачарованные — ауру. Это было общеизвестно, и, несмотря на многочисленные попытки, никто никогда не добивался успеха в совмещении органической ауры и зачарований.

Мужчина заикался. «Э-э, нет. Это… вообще-то, это никогда не было невозможным. Невозможно зачаровать артефакты. Проклятые предметы с технически негативным эффектом не подвержены таким ограничениям. Хотя процесс создания действительно сложен, и вы правы, что впечатлены».

Фредди прищурился. «Вы сказали "технически негативный эффект"?»

Мужчина щёлкнул пальцами. «Точно! Я к этому подвожу. Но сначала скажите, знакомы ли вы с предвосхождением эфирного разряда?»

«Да. Даже испытывал его на себе».

Предвосхождение эфирного разряда происходило со смертными, пытавшимися убивать монстров. Поскольку душа ещё запечатана, эфиру от убийств некуда деваться. Тело просто избавлялось от него крайне неприятным способом.

«О, правда?» — спросил мужчина с сочувственной гримасой. «Жаль это слышать».

«Не стоит. В общем, вы хотели сказать?»

«Ладно, так вот… Недавно мы совершили прорыв. До сих пор мы не понимали, как работает процесс эфирного разряда. И в ходе исследований мы обнаружили нечто удивительное! Мы нашли ранее неизвестное душевное отверстие. И угадайте, что ещё?»

«Даже не знаю, с чего начать».

«Мы нашли регрессивные корни власти».

Фредди выглядел совершенно не впечатлённым. «И они делают… что именно?»

«Вы знаете, что у монстров есть стандартное сродство и талант, зависящие от их вида?»

«Да?»

«А у разумных видов, вроде людей, их нет?»

Фредди нахмурился. «Ну да?»

Улыбка мужчины стала сияющей. «У людей есть копчик, хотя хвоста нет. И у нас тоже есть корни власти для стандартного сродства! Даже два!» Он весь оживился, с энтузиазмом делился новостью.

Фредди чуть не подпрыгнул на стуле. «Это кольцо пробуждает наши базовые таланты и сродства?!»

Улыбка мужчины потухла. «Что? Нет. Это невозможно. Эти регрессивные корни власти существуют, но они регрессивные. Пока мы разумны, скорее всего, мы не можем получить к ним доступ».

«О». Он снова сел. «Ну, это разочаровывает».

«Нет, вы не поняли! Это действительно очень круто! Оказывается, наши стандартные сродства — жизнь и смерть! Мы не знаем, какой талант был бы по умолчанию, но смогли измерить, что у нас была бы ёмкость эссенции в 449% на звезду! Это ставит людей довольно высоко в пищевой цепочке монстров, учитывая наш размер!»

«Ладно, да, это действительно круто», — сдался он.

Люди, как и другие разумные виды, имели стандартную ёмкость в 100%.

Но это не касалось монстров.

Некоторые, вроде горлов, с которыми он сражался в Нова-Йорке, имели меньше — около 70% по сравнению с разумными видами. Но другие, вроде того левиафана, которого убил Фредди, имели эссенцию в тысячах для каждой звезды.

Скорее всего, тот левиафан был всего лишь однозвёздным представителем своего вида.

Естественно, это не обязательно делало монстров сильнее людей. Мир, как Фредди узнал во время встречи с Безумием, работал по логике относительной справедливости. Разум был, ну, слишком силён. Тот уровень интеллекта, который позволял людям разрабатывать сложные способности, синергии, предметы и стратегии, с лихвой компенсировал недостаток общей эссенции.

«Так… как это связано с темой разговора?» — спросил Фредди, поднимая кольцо.

Реджинальд выпрямился. «Вы когда-нибудь слышали о клапанном проводнике?»

«Вы имеете в виду клапан Тесла?»

Это была особая трубка, закрученная особым образом. Благодаря своей конструкции жидкость текла через неё значительно быстрее в одном направлении, чем в другом.

Реджинальд кивнул. «Поскольку души работают в мнимых измерениях, это не совсем то же самое, но, упрощая, это кольцо добавляет к первичному проводнику вашей души аналог клапана Тесла для реальной фазы».

Брови Фредди снова взлетели. «Разве не должно быть невозможно изменить первичный проводник?»

«Да. Но это не изменяет его. Оно просто добавляет насадку на конец».

«Опять же, разве это не должно быть невозможно?»

«Нет — невозможно заблокировать первичный проводник. Из-за его устройства ничто не может помешать эфиру проникать в душу через него. Это принципиально невозможно. Но это кольцо не блокирует вход. Оно мешает эфиру выходить».

Это… звучало весьма тревожно.

Первичный проводник был как дыхательное отверстие — эфир входил и выходил. Когда архичеловек убивал монстра, эфир попадал в душу. Там небольшая часть шла на латентную ауру, ещё часть — на прогресс звезды, и, наконец, из него выжималось около 1% эссенции, после чего остаток выходил через то же отверстие.

Остановить его выход звучало очень плохо. Душа избавлялась от большей части эфира не просто так — она не могла справиться с таким количеством.

«Вижу, вы обеспокоены», — заметил Реджинальд. «И я понимаю почему. Но здесь в игру вступает открытие регрессивных корней власти». Он ухмыльнулся. «Помните, как я упомянул предвосхождение эфирного разряда?»

«Да?»

«Так вот, я не сказал, что он происходит через регрессивные корни власти. И не только это — поскольку он проходит через инертные корни, эфир полностью очищается. И, что важнее, на несколько мгновений он остаётся в реальности. Это кольцо позволяет нам воспроизвести этот процесс у архилюдей».

«Поскольку душа открыта, во время разряда выделяется на порядок больше эфира. Замедляя скорость выхода эфира через первичный проводник, мы заставляем душу избавляться от него через регрессивные корни власти, а затем, с помощью этого кольца, собираем его, чтобы создать вот это». С драматизмом, на который только способен неуклюжий ботан, он достал из кольца хранения некий предмет.

Глаза Фредди расширились при виде него. Это была монета размером и формой с обычную, но сделанная из ослепительного, переливающегося белого эфира. «Чёрт возьми», — пробормотал он.

Мужчина энергично кивнул. «Точно, чёрт возьми. Одна такая штука стоит почти миллион долларов. Их сложно создавать, потому что для этого нужно убить много монстров за короткое время, ведь клапанный проводник не останавливает выход эфира, а лишь замедляет его. То есть нужно достичь критической точки, чтобы запустить процесс разряда».

«Что вы хотите за это кольцо?» — сразу спросил Фредди, стараясь не показать, как отчаянно хочет заполучить его.

Ему не нужно было объяснять ценность этих монет, чтобы понять, что они изменят мир. Даже с его ограниченными знаниями Фредди мог придумать с дюжину способов, как алхимик мог бы использовать их в качестве реагента. И это только в алхимии.

Для такого предмета было миллион применений.

Фредди хотел проверить, сможет ли он скормить их Кровопролитию.

«Насчёт этого…» — начал мужчина. «Оно не продаётся».

Как только Фредди собрался возразить, тот поднял руку. «Но! Вы можете получить его, если поможете мне с экспериментом».

«Что нужно сделать?»

«Носить его во время вторжения. На нём есть трекеры, которые будут записывать параметры работы. После кризиса я дам вам новое, а это вернёте мне. Нам нужны данные для дальнейших исследований».

Фредди нахмурился. «Оно будет следить за моей личной информацией?»

«Нет! Клянусь! Я даже подпишу документ в присутствии арбитра, если это вас успокоит».

«Тогда в чём подвох?» — спросил он.

«Н-ну… Вы сказали, что уже испытывали эфирный разряд…» — начал Реджинальд.

Но Фредди не понял намёка. «Что? Оно повредит мою душу, или…?»

«Нет, нет… Просто будет очень больно».

«О. Да мне плевать на это. С радостью соглашусь».

«Вы уверены? Сначала стоит попробовать. Потому что это будет больнее, чем разряд у смертного. И невозможно предсказать, когда это случится. Если произойдёт в неподходящий момент, это может отвлечь вас в бою».

Фредди просто пожал плечами. «А нельзя просто снять его, если придётся сражаться с чем-то опасным?»

Мужчина поморщился. «Это… будет проблемой, ведь именно такие стресс-тесты нам особенно интересны». Он напряжённо вздохнул. «Думаю, можно, если столкнётесь с чем-то особенно жутким… но если итоговые данные окажутся слишком искажёнными или некачественными, я не отдам кольцо бесплатно. Справедливо?»

Фредди подумал. «Допустим».

«Отлично!» — обрадовался мужчина. «Подпишем документы?»

«Конечно», — сказал Фредди, доставая контактный кристалл. «Арбитр», — позвал он. «Не могли бы вы зайти ко мне? Мистер Прайс хотел бы вашего присутствия для оформления документов».

Кристалл молчал несколько мгновений. «Буду через десять минут».

«Спасибо», — сказал Фредди, отключая связь. Тут он заметил, что Реджинальд смотрит на него странно. «Что?»

«Ох. Ну… Я просто удивлён, что у вас такой прямой контакт с арбитром». Он слегка нахмурился. «Мне кое-что любопытно. Можете не отвечать, если не хотите».

«Спрашивайте».

«Как я говорил, я изучаю душу. Одна из тем, которые я исследовал особенно глубоко, — это поведение ауры. Другие, возможно, не так хорошо разбираются в тонкостях, поэтому сомневаюсь, что они осознают масштаб вашего выступления сегодня. Если кратко, ваша душа значительно превосходит теоретический максимум мощности для двузвёздного архичуловека. Вопрос… как?»

Фредди удивился такому вопросу. Может, дело в огромном количестве его способностей. Или в том, что сделало с ним Безумие во время тех видений. Или в том, что у него было три духа, причём три уникальных, хотя он и не знал, что это значит.

Какой бы ни был ответ, он не хотел раскрывать такую информацию о себе. Поэтому просто пожал плечами. «Честно, понятия не имею».

Вскоре прибыл арбитр, они подписали документы, и Фредди получил кольцо. Ему не терпелось испытать одну из тех монет на Кровопролитии. Если бы мог, он бы сразу побежал искать монстра. Но у него были другие дела.

Закончив с сделкой, он попрощался с арбитром и Реджинальдом и повернулся, чтобы проверить остальных.

И в этот момент дверь в его комнату распахнулась. «Они наконец ушли», — сладко улыбнулась Эмили Умбра, входя внутрь. Она подошла на несколько метров ближе, улыбаясь во весь рот. «Теперь моя очередь».

----------

Предложение

Фредди замер, держа руку на дверной ручке. «Мисс Умбра, — поприветствовал он как можно вежливее. — Я бы предпочёл, чтобы вы постучали».

Она усмехнулась. «Если бы ты хотел, чтобы я стучала, тебе следовало запереть дверь».

«Я запер дверь, — сказал он, указывая на сломанный замок, который она выбила ударом ноги».

Эмили пожала плечами. «Ну, явно ты закрыл её недостаточно надёжно».

Может, это была усталость от сегодняшних событий, или то, что он находил её пугающе привлекательной, но это едва не заставило его рассмеяться. Почти.

Но текущая ситуация не располагала к смеху.

Эмили Умбра была чрезвычайно могущественной личностью с ещё более впечатляющим прошлым — и к тому же она была задирой.

У Фредди не оставалось сомнений, что она пришла с одной целью — заполучить город Репентава. Предложение о браке, упомянутое арбитром, было лишь её избранным методом.

Вздохнув в очередной раз за этот день, он указал на стул. «Пожалуйста, присаживайтесь. Я позову слуг».

«Не нужно, — сказала она, направив открытую ладонь на стул. Теневой щупалец потянулся к нему, схватил и подтащил к ней. Затем она села, скрестив ноги и руки. — Я не из тех, кто тратит время на пустые разговоры. Ты знаешь, зачем я здесь».

Фредди не удержался от низко висящего плода. «Вы буквально дождались, пока все остальные закончат говорить со мной, прежде чем прийти сюда. Если это не трата времени, то я не знаю, что это».

Она закатила глаза. «Очевидно, я не могу прийти первой. Я не какая-то жалкая шлюха. В любом случае, — она щёлкнула пальцами, — поторопись с согласием, чтобы мы могли назначить дату».

Он уставился на неё с нарастающим раздражением. «Мой ответ — нет. У меня нет желания жениться на вас».

К его удивлению, Эмили вздохнула с облегчением. «О, отлично. Я боялась, что ты будешь очарован, что сделало бы всё довольно раздражающим. Теперь давай, скажи, что изменит твоё мнение».

Он нахмурился. «Ничего». Глубокое раздражение закипело у него в животе, и он больше не мог сдерживаться. «Мисс Умбра, если вы пытаетесь заполучить этот город, то просто сделайте обычное предложение. Кто знает, я мог бы даже согласиться. Но если вы настаиваете на том, чтобы запугивать меня браком, то я прошу вас немедленно уйти».

Она уставилась на него на долгий момент, прежде чем разразиться внезапным смехом. «Город!? Ты что, глупый? Зачем мне это жалкое поселение? Мой отец — Лорд — я могу заполучить настоящий город, если захочу».

Фредди замер. «Тогда… что?» Он потер лоб. «Простите, но зачем тогда вы пытаетесь выйти за меня замуж?»

«Хм, — фыркнула она. — Я надеялась, что ты просто прыгнешь на возможность, как хороший мальчик, но, видимо, придётся объяснить, раз уж ты так вежливо спросил». Она бросила ему слишком приятную улыбку. «Если говорить прямо, я не хочу выходить замуж вообще. Но моя семья настаивает на том, чтобы использовать меня как политический инструмент.

«Я бы выбрала одного из тысяч мужчин, слюнявящихся при виде меня, но, к сожалению, большинство кандидатов, которых одобряет моя семья, принадлежат к фракциям, которые, без сомнения, будут оказывать политическое давление, чтобы у меня были дети. Ты же, с другой стороны, независим, так что этого не случится. И благодаря твоему впечатляющему таланту, который привлёк внимание арбитра, ты едва-едва перешагнул порог того, кого моя семья сочтёт достойным брака.

«Выйдя за тебя, я „обеспечу ценную связь“ для моей семьи, и они оставят меня в покое. Женившись на мне, ты убедишь меня привести армию, чтобы защитить милый маленький городишко моего муженька. И тебе не стоит бояться, что это какой-то трюк, чтобы вырвать у тебя твоё жалкое поселение, ведь мы, очевидно, подпишем брачный контракт. Есть вопросы? Нет? Отлично. И нет, ты не получишь мою фамилию».

Это было много для осознания. Самое удивительное, что он не видел явных причин отказаться от предложения. Но даже если они не были очевидны, это не означало, что таких причин не существовало.

Возможно, он навлечёт на себя гнев тех самых «тысяч мужчин», о которых она упомянула. Или станет мишенью для врагов Умбры.

И даже если она представила всё так, будто для него нет подводных камней, это не означало, что её семья не будет чего-то ожидать от него. Или хуже — вести себя так, будто он их собственность.

После нескольких долгих секунд молчания он наконец покачал головой. «Простите, но я всё же вынужден отказаться».

Она уставилась на него с пустым взглядом, затем вздохнула и цокнула языком от раздражения. «Господи всемогущий. Ты явно не понимаешь серьёзности того, что я предлагаю, так что позволь мне разложить всё по полочкам — ты получишь поддержку одной из самых могущественных организаций во всей империи.

«Твоим тестем будет Повелитель. Ты хоть представляешь, какой статус это даст тебе в высшем обществе? Мы буквально специализируемся на убийствах. Люди прекрасно это осознают. Как думаешь, сколько людей рискнёт оскорбить тебя, зная этот факт? Уверяю, немногие».

«Ты говоришь так, будто я получаю от этой сделки очень много, — заметил Фредди, — но ни разу не упомянула, что будет ожидаться от меня. Я не дурак. Такая поддержка не даётся бесплатно».

Она улыбнулась ему. «Очевидно, нет. Тебя будут часто просить участвовать в различных мероприятиях как моего мужа. Это будут турниры, рейды в подземелья, решение кризисов, подобных нынешнему. Естественно, ты не обязан соглашаться на каждую просьбу. Но было бы неплохо иногда соглашаться, если ты не хочешь заставить меня развестись с тобой». Её взгляд потемнел. «И мне это не понравится».

Опять же, это не казалось таким уж плохим.

Но если есть что-то, чему Фредди научился не доверять, так это собственному суждению.

Независимо от практических аспектов принятия её предложения, он не был уверен, что хочет быть связан с такой группой. Они были буквально профессиональными убийцами. Хотя он был бы лицемером, если бы стал возмущаться убийствам, ему хотелось бы знать, кого именно они убивают.

Если они были из тех, кто убивает кого угодно за правильную цену, он не хотел иметь с ними ничего общего.

Поэтому он решил спросить: «Простите за моё невежество, но не могли бы вы рассказать мне немного больше о клане Умбра?»

Она застонала, запрокинула голову и закатила глаза. «Просто поторопись, пожалуйста».

«Какие задания вы принимаете?»

Она фыркнула. «Если тебе интересно, можешь ли ты нанять нас для убийства Василиска, то, к сожалению, разочарую — мы принимаем заказы только от членов правительства, и даже тогда только после прохождения этического комитета. Убийство бывшего Лорда абсолютно исключено. Что-то ещё?»

Ну, это, по крайней мере, выше минимального уровня.

Хотя у него были другие вопросы, он знал, что спрашивать, берут ли они заказы «под столом» или занимаются другими грязными делами, было бы просто оскорбительно. И, честно говоря, он был уверен, что они замешаны в тёмных делах, как и все на таком уровне власти.

Если быть честным с самим собой, он уже был убеждён, что получит больше, чем потеряет. Но он всё ещё колебался сказать «да». Был ли он просто трусом, или боялся нарушить какие-то свои моральные принципы, он не был уверен.

Но его эмоции по этому поводу были ясны. «Простите, — сказал он. — Хотя ваше предложение действительно очень заманчиво, я недостаточно разбираюсь в политике, чтобы точно понимать, во что ввязываюсь. Кроме того, мне это не по душе. Даже если это просто фиктивный брак, он определённо помешает знакомствам с другими людьми».

«О ужас! — воскликнула она с притворным скандалом. — Ещё не обручились, а ты уже думаешь об измене? Каков пёс!»

Он посмотрел на неё без эмоций. «Ты понимаешь, о чём я».

Покачав головой, она рассмеялась. «Да, да, я поняла. Ну, я попыталась». Она поднялась со стула со стоном. «Пока-пока! Было приятно поболтать». Затем она направилась к выходу.

Фредди смотрел, как она уходит, и, когда она уже собиралась выйти, крикнул: «Погоди, стой!»

«Хм? Ты передумал?»

«Нет, но… Ты правда просто уйдёшь?»

Она прищурилась. «Ты что, играешь в труднодоступного?» Она вздохнула. «Я сделала предложение, и ты отказался. Ты ожидал, что я буду умолять на коленях?»

«Э-э. Нет. Наверное, нет. Просто быстрый вопрос — это значит, что ты уезжаешь с пояса?»

«Нет, я остаюсь, — сказала она. — Очевидно, ты не получишь армию, но я не собираюсь упускать шанс побыть подальше от семьи». Она повернулась и помахала ему за спиной. «Увидимся!» Выйдя из комнаты, она протянула волосы, чтобы схватить ручку и захлопнуть сломанную дверь. Та скрипнула, приоткрывшись, когда она ушла.

Вздохнув, Фредди позвал слуг и попросил починить дверь.

Вместо того чтобы сразу вернуться к остальным, он взял пару бутылок виски и сел за стол.

Его мысли были в полном беспорядке.

Только сейчас до него дошло, что он отказался от помощи целой армии. Хотя логически он понимал, что не обязан продавать себя, он не мог избавиться от чувства, что немного предал этих людей. Независимо от деталей, его выбор приведёт к ненужным смертям.

Был ли это эгоизм с его стороны?

Он не хотел в это верить.

Поскольку переговоры закончились, он не сдерживался. Опрокинув две целые бутылки, он налил себе стакан и продолжил потягивать, делая большие глотки.

Глубоко внутри он знал: если бы он был обычным жителем Репентавы и услышал, что кто-то другой сделал такой же выбор, он бы разозлился. Ему пришлось на мгновение подавить эти чувства, прежде чем они вышли из-под контроля. Он был готов на многое ради этого города. Он был несправедлив к себе.

Но помимо дополнительной помощи были и другие сожаления. Он мог бы получить политическую защиту от таких, как Василиск. Смог бы он наконец жить относительно свободной жизнью с их именем за спиной?

И, несмотря на лёгкий стыд, она была именно его типом, и он вполне понимал тех тысяч мужчин, слюнявящихся при виде её. Хуже всего было то, что он даже не мог сказать, что дело только в её внешности — даже её характер был ему по душе, что открывало неприятные истины о себе.

В целом, этот разговор прошёл совсем не так, как он ожидал.

Ему нужно было быть настороже на случай, если она захочет отомстить, но, по крайней мере, она не угрожала и не обещала ничего подобного.

После такого утомительного дня он мало чего хотел. И особенно не хотел возвращаться к Лукасу и Дженис. К сожалению, выбора у него не было.

По крайней мере, все переговоры были позади.

Он выпил стакан виски в тишине, размышляя о своих дальнейших действиях. «Знаешь что? Похуй». Всё ещё держа стакан, он встал и ворвался в комнату.

Все сидели на кровати и разговаривали, а когда он вошёл, они резко повернулись к нему.

«Я решил, — сказал он. — Вы двое поедете с нами».

София просияла, как свеча, но остальные двое выглядели растерянными.

Особенно Лукас, который посмотрел на него с подозрением. «Что за внезапная перемена?»

«Честно?» Он допил остаток напитка. «Сегодня у меня был самый сложный день в жизни. Вы двое поедете со мной, потому что это выбор, после которого я буду чувствовать себя менее паршиво».

«Что-то случилось?» — спросила София.

«Нет, — сказал он. — Ну, не совсем. Я просто чертовски устал и хочу, чтобы это закончилось. Теперь начинайте модификации тела, чтобы мы могли пойти и купить им снаряжение». Он замолчал. «Хотя, погоди». Указав на Софию, он отвёл большой палец за плечо. «Давай сначала посмотрим, что есть в продаже».

«А как же мы?» — спросила Дженис.

«Что ещё? Занимайтесь… ну, сексом или чего-то».

Они оба покраснели и выглядели потрясёнными. Но прежде чем они успели что-то сказать, он перебил: «Вы хоть представляете, что сейчас произойдёт? Поверьте тому, кому пришлось сменить имя и лицо. Это отстой. Кажется, будто ты навсегда потерял часть себя. А я потерял только себя. Вы теряете друг друга. Внимательно посмотрите на человека рядом — сегодня вы видите его в последний раз».

Они отвели взгляд. Казалось, они начали сомневаться.

«Не нравится? Жаль. Это всё, что мы можем для вас сделать. Так что я дам вам время попрощаться». Он взглянул на Софию и кивнул в сторону двери.

Она кивнула и последовала за ним.

Как только они вышли в коридор, она похлопала его по руке. «Это было мило с твоей стороны».

«Спасибо… наверное».

Они направились по коридору, и вскоре Фредди дошёл до кабинета арбитра. Он велел Софии подождать, а сам вошёл, чтобы поговорить с ним наедине. Вкратце он рассказал о своих переговорах, стараясь делиться минимумом.

Арбитр вздохнул, услышав о разговоре с Эмили Умброй. «Это было неплохое предложение, знаешь ли?»

Фредди поморщился. «Да. Я так и думал. Но я не знал, во что ввязываюсь, поэтому решил перестраховаться».

«Это, по крайней мере, было мудро. Даже несмотря на хорошее предложение, в нём было бы больше подводных камней, чем она упомянула, и некоторые из них серьёзно ограничили бы твою свободу». Несмотря на всё, мужчина выглядел заметно спокойнее. «Всё прошло так хорошо, как мы могли ожидать. Спасибо, что прислушался к моему совету. Теперь…» — он переключился, поправив галстук, — «полагаю, ты пришёл ко мне за чем-то ещё?»

Фредди кивнул. «Я хотел узнать, где можно купить снаряжение для подготовки к тому, что грядёт?»

Арбитр улыбнулся, доставая из кольца хранения большой планшет. «Вот, — протянул он его Фредди, который взял его с лёгким недоумением. — Включи экран».

Фредди сделал это. На экране загорелся интерфейс. Он заметил множество категорий — как по типам товаров, так и по поставщикам. После нескольких пробных нажатий он обнаружил, что ассортимент гораздо шире, чем он ожидал.

«Удивлён?» — усмехнулся арбитр.

«Не особо», — ответил Фредди с кривой ухмылкой.

Учитывая, сколько людей прибыло сюда, неудивительно, что многие хотели на этом заработать.

Пробежавшись глазами по товарам, Фредди осознал, что может позволить себе довольно много, учитывая своё нынешнее состояние. Он надеялся разве что нанять пару наёмников и купить базовое снаряжение.

Но после беглого просмотра он не смог сдержать нервную ухмылку.

«Это здорово опустошит мой кошелёк…»

----------

Парадокс бескорыстия

Решив, что этим двоим не помешает немного уединения, Фредди попросил арбитра выделить ему другую комнату, где он сможет спокойно изучить магазин.

К его удивлению, мужчина даже не спросил, почему текущая комната не подходит, и просто вручил ключи от свободной гостевой.

Выйдя, он взял с собой Софию и направился туда.

«Что это у тебя?» — игриво спросила она, наклоняясь, чтобы заглянуть в планшет.

Он ненадолго показал ей экран, и она сразу же радостно ахнула. «О, дай-ка!» — выхватила она устройство из его рук и принялась листать. София свистнула и поморщилась. «Ого. Цены просто бешеные…»

«О, горе нам! Если бы только у нас были миллиарды долларов под рукой…» — пробормотал Фредди с хитрой усмешкой.

Она фыркнула. «Ну, не знаю, как ты, но я планирую немного потратиться». София ахнула. «О боже, это так мило!» — нажав на экран, она увеличила изображение определённого предмета.

Фредди не мог оторвать взгляд от этого образца эфирологии. Он не знал, как сравнивались бы технологии Старой Земли, поскольку лишь читал описания и видел рисунки в книгах, но ему казалось, что это устройство должно быть довольно близко. Он невольно задумался, сможет ли человечество когда-нибудь воссоздать что-то вроде Староземного Интернета.

Эфирнет существовал, но использовался в основном для базовой связи между богатейшими людьми империи или крупными организациями. И даже тогда он не был так взаимосвязан, как всеобъемлющий Интернет прошлого.

Отбросив эти мысли, Фредди с любопытством заглянул в то, что она покупает, и обнаружил, что она рассматривает стильный чёрный кожаный комплект. Он был украшен множеством цветных узоров и вышивок до такой степени, что выглядел как что-то, что серьёзный человек вряд ли стал бы носить в смертельной схватке.

Со вздохом сожаления она покачала головой. «Если бы я могла надеть что-то подобное…»

Он приподнял бровь. «А почему бы и нет?» — окинув её мускулистую фигуру взглядом, добавил: «Можно подогнать по размеру».

«Хех. Если бы». Она взглянула на него и ухмыльнулась ещё шире, увидев его недоумение. «Ах да. Ты ещё не видел меня в деле». Её улыбка стала ещё шире. «Оставлю это как сюрприз».

«Как скажешь».

Вскоре они дошли до комнаты. Она была немного меньше той, где остановился Фредди, но это не имело значения. Устроившись на диване, они начали изучать магазины.

Товаров было много, и большинство из них были откровенно завышены в цене.

Одной из вещей, которую Фредди рассматривал для Джейнис и Лукаса, был простой проклятый предмет, либо восстанавливающий выносливость, либо снижающий скорость её расходования.

Исцеление Софии могло нейтрализовать любые травмы, но это не означало, что они смогут сражаться бесконечно. Он прекрасно знал, что даже самое лучшее исцеление мало что может сделать с обычной усталостью. И последнее, чего он хотел, — это таскать их на себе, если они полностью выдохнутся, как ему пришлось таскать Софию в Нова-Йорке.

Такие проклятые предметы идеально подходили для этой цели, поскольку обычно были дёшевы. Материалы для них были доступны. Чёрт, даже интенсивная тренировка могла проклясть одежду, наделив её подобным эффектом.

Их чаще всего использовали как вспомогательные средства для тренировок, и если только у них не был абсурдно мощный эффект, они редко стоили больше миллиона долларов.

Самый дешёвый, который он нашёл, был оценён в более чем 4 миллиона. «Это же полный бред», — пробормотал он себе под нос.

«Что?» — спросила София.

«Цены просто заоблачные». Он указал на кольцо выносливости с ценником в 6 миллионов долларов. «В любом другом месте империи оно стоило бы всего полмиллиона».

«Чёрт! Это же откровенный развод!» — согласилась София. «Хотя логично. В предстоящей битве на истощение выносливость будет критична».

«Да, но ну вот серьёзно. Это же смешно».

Со вздохом София покачала головой. «И снова слова культа оказываются правы. Аутсайдеры — самые жадные существа». Она сказала это игриво, но её выражение лица стало немного кислым.

Фредди кашлянул. «Ладно… Продолжим смотреть. Хочу понять, что вообще есть в продаже, прежде чем планировать бюджет».

«Бюджет?» — София ухмыльнулась. «Можешь планировать сколько угодно — я буду тратить деньги, как будто завтра не наступит. Мы всегда сможем заработать ещё». Она игриво ткнула его в живот. «Пока у нас есть эта денежная фабрика, детка!» — рассмеялась она.

«Да, но только после…» — Фредди замер. «О, чёрт. Я же тебе не сказал».

«М-м? Что не сказал?»

«Помнишь все те деньги, которые я отдал арбитру?»

«Ага?»

«Они могли или не могли быть получены от… предварительной продажи органов…»

Она не сразу поняла. А потом осознала, что он отдал все деньги. Включая ту половину, которая по их текущему соглашению должна была достаться ей. Её лицо скривилось, будто она проглотила лимон. «Вау! Ладно… То есть… это твоё тело. И ты можешь извлекать органы даже без моей помощи, так что я не могу претендовать на них. Но… Да…»

«Мне очень жаль», — сказал он. «Но я верну тебе долг», — настаивал он. «Я, скорее всего, получу дополнительные деньги от особенно удачных продаж. Согласишься продолжать помогать мне, если я отдам их тебе?» Хотя он мог справиться и сам, её помощь значительно ускоряла процесс.

София усмехнулась. «Пополам. Я возьму половину».

«Что?»

«Если получишь дополнительные деньги, разделим их пополам. И я продолжу помогать тебе».

Он нахмурился. «Ты понимаешь, насколько тебя надувают при таком раскладе?»

К его удивлению, она рассмеялась. «Во-первых, половина всегда была немного щедрым предложением. И, Фредди, честно говоря, я рада, что ты так поступил. Даже если бы ты сказал мне заранее, я бы согласилась отдать свою половину на помощь».

«Зачем тебе это?»

«А почему бы и нет?»

«Потому что это огромные деньги, София. Просто так отдавать их…»

«Вау, ты сейчас проявляешь редкое лицемерие», — заметила она. «А почему ты можешь так поступить?»

«Это было не пожертвование. Это инвестиция. Я владею этим городом».

Она приподняла бровь и прищурилась. «Почему ты так стараешься выставить себя эгоистом?»

«Я… Что? Нет, я просто пытаюсь сказать, что мои мотивы не были бескорыстными».

«Но они были», — настаивала она. «Мы оба знаем, что были миллион способов вложить эти деньги лучше, Фредди. Даже если город выживет, потребуется вечность, чтобы он восстановился и окупил эти затраты. Ты мог просто потратить их на себя. Так поступило бы большинство».

Он фыркнул. «Ты думаешь, я этого не понимаю?»

«Тогда в чём дело?»

«Потому что я не могу перестать думать, что было бы лучше потратить эти деньги на себя — а потом помочь людям». Она уже собиралась что-то сказать, но он её опередил: «Я знаю! Я знаю…» — простонал он. «Знаю. Типичная ошибка. Именно из-за такого мышления всё идёт к чёрту. Я знаю». Он вздохнул и погрузился в диван. «Но я не могу перестать об этом думать. Особенно после сегодняшнего».

Его тело слегка дрогнуло, когда он сделал прерывистый вдох. «Я не могу не думать, что бескорыстие всегда где-то подводит. Отдавать деньги — значит терять их. Спасение слабых злит сильных. Протянутая рука рискует быть отрубленной. Так что же — все хорошие люди изначально в проигрыше? Поэтому только сволочи преуспевают в обществе?»

«Кажется, в самой реальности есть явный недостаток. Почему добрые дела хотя бы не создают скрытую ауру? Хоть какую-то небольшую награду — что-то, чтобы уровнять шансы. Но нет ничего. Единственный способ влиять на что-то — это сила. А единственный способ получить силу — ставить себя на первое место. Ненавижу это».

«Да. Понимаю». Она отвела взгляд с грустным выражением. «И хотела бы я сказать что-то утешительное, но… да, ты не ошибаешься. Попытки быть хорошим — неблагодарное занятие. Впрочем…» — она махнула рукой, — «это слишком депрессивно. На сегодня хватит».

Фредди покачал головой. «Точно. Давай займёмся шопингом. И знаешь что?» — он улыбнулся. «Думаю, я тоже немного потрачусь».

В ответ она одарила его дьявольской ухмылкой, и они сосредоточились на планшете.

Сначала они просто кликали на категории наугад, чтобы посмотреть, что есть в продаже. Однако предметов было слишком много, и вскоре стало ясно, что таким методом они далеко не продвинутся.

Честно говоря, они оба были полными профанами в эфирологии. Они выглядели глупо, тыкая в экран и пытаясь разобраться, как эта штука вообще работает. Через пятнадцать минут они наконец обнаружили раздел с фильтрами.

Фредди взглянул на Софию и увидел, что она смотрит на него. Они одновременно кивнули, и он нажал на фильтр «цена», выставив сортировку от дорогих к дешёвым.

Учитывая, что среди присутствующих были весьма состоятельные элиты, Фредди не удивился, что в продаже есть дорогие вещи.

Но он не ожидал, что верх списка заставит его почувствовать себя нищим.

Самым дорогим предметом в списке было проклятое кольцо за 37 миллиардов долларов. Это было Кольцо Восстановления Эссенции, дававшее 0,007% восстановления эссенции в секунду.

Для непосвящённых это могло показаться странным. Учитывая мизерный процент восстановления, предмет казался бесполезным. Но это было не так. Совсем не так.

Естественное пассивное восстановление эссенции у архлюдей составляло около 0,001% в секунду — то есть, чтобы восстановить одну звезду эссенции, требовалось около 27 часов.

Конечно, этот процесс можно было ускорить медитацией или убийством слабых монстров. Но у этого были свои нюансы.

Для пиковой одной звезды требовалось убить почти 100 монстров, чтобы восстановить эссенцию до полного уровня. Это было не быстро и не безопасно.

А медитация, хоть и помогала при полном истощении, замедлялась по мере приближения к максимуму.

Так что для полного восстановления, без специализированного таланта, большинству оставалось только ждать. Дорогие эликсиры восстановления эссенции тоже могли помочь, но их злоупотребление рисковало повредить душу, так что и это не было идеальным вариантом.

Этот предмет ставил преимущество Фредди в перспективу.

Он давно принимал это как должное, но его конструкт души был поистине нечестным преимуществом. Но даже для него полное восстановление занимало раздражающе много времени, поэтому он обычно доводил себя до 190% эссенции и позволял естественному восстановлению сделать остальное.

Именно поэтому этот предмет был так ценен.

Для пиковой две звезды он сокращал время полного восстановления до примерно 7 часов, и это без медитации. С медитацией можно было ускорить процесс ещё сильнее.

От более частых погружений до практики способностей и просто более частого полного восстановления — этот предмет был полезен каждому.

Кроме тех, у кого были таланты к восстановлению эссенции. Но такие люди были читерами.

Фредди немного расстроился, когда предмет внезапно исчез из списка. Видимо, кто-то его купил. «Чёрт. А я бы не отказался».

София фыркнула. «Похоже, нам всё же придётся немного урезать бюджет».

Продолжая листать, они нашли лишь несколько других предметов, которые были им не по карману. И вскоре Фредди заметил закономерность — почти каждый предмет в списке был явно предназначен для кого-то из элит. Или, ну, для него самого.

Одним из предметов был уникальный браслет сродства крови со скидкой на эссенцию. Он стоил 20 миллиардов долларов.

Учитывая, что ни у кого из элит не было сродства крови, этот предмет явно был предназначен для Фредди.

К счастью, у него уже была Подвеска Короля Воинов, так что он не поддался искушению, иначе бы плакал перед сном.

У него уже было Кольцо Крови со скидкой, но дополнительный предмет со скидкой всегда был кстати, особенно для сродства крови — даже если скидки складывались мультипликативно, а не аддитивно.

П.П. мультипликативно - умножение, аддитивно - сложение, и вроде как получается что скидка два раза по 10% мультипликативно будет 1-(1-0.1)*(1-0.1)=19% меньше чем аддитивно 1-(1-(0.1+0.1))=20%

Продолжая листать, они нашли ещё более интересные вещи. Но вскоре список стал слишком замусорен ненужными предметами, и они начали добавлять больше фильтров.

Сначала они решили взглянуть на расходники.

Вверху списка было несколько сокровищ, обещавших всевозможные постоянные или временные усиления. Постоянные почти всегда имели какие-то недостатки или побочные эффекты, но в большинстве случаев они того стоили даже без таланта вроде Фредди.

Фредди проигнорировал предметы с незначительными побочками и продолжил листать в поисках действительно опасных штук. Там несколько предметов привлекли его внимание. Один из них — мощный состав для силы, вызывающий сильные проблемы с кожей. Другой — лист растения, улучшающий зрение в темноте, но иногда вызывающий мигрени при ярком свете. Третий предмет улучшал кровообращение, но рисковал вызвать варикоз.

Конечно, ни один из этих эффектов не причинил бы ему вреда, так что выбор был очевиден.

Большинство этих предметов стоили сотни тысяч или несколько миллионов, так что он купил кучу, не особо задумываясь. Учитывая его богатый опыт злоупотребления сомнительными веществами, он сомневался, что получит от них значительный прирост, но на его уровне любая дополнительная сила была на вес золота.

Вскоре они поднялись немного выше, и там он заметил кое-что интересное.

Таблетки Защиты Разума.

Цена: 14 510 000 долларов за штуку.

Он поднял руку и сосредоточился на своём Кольце Хранения. Через мгновение в его руке появился флакон с двумя мерцающими прозрачными таблетками, выглядевшими так же, как на изображении.

София посмотрела на его руку, затем на экран. «О! Отлично! Теперь мы знаем, что это такое».

Он усмехнулся. «Хорошо, что они не испортились за Век Одиночества».

Теперь, когда он знал, что это, он с радостью заказал ещё пару, поскольку хотел иметь их на случай чрезвычайных ситуаций.

Самая большая разница между смертным и вознёсшимся заключалась в их центральной нервной системе. Душа была тесно связана с ЦНС, и эта связь также служила своеобразным щитом. Часть его была физической, но в основном он защищал от враждебной эссенции.

Это была единственная причина, по которой средний архчеловек не был наполовину овощем.

Враждебная эссенция, даже в форме рефлюксной, могла легко разрушить мозг без этой защиты.

А таблетки Защиты Разума временно усиливали этот щит.

Неудивительно, что такой человек, как Джанхалар, носил с собой флакон этих таблеток. Сродство крови имело низкий ИТРЭ, и эффект делал кровь кислотной и токсичной, что подвергало архлюдей с этим сродством риску инсульта и повреждения мозга, если они решали выйти за пределы своих возможностей.

Хотя у Фредди не было необходимости так сильно напрягать сродство крови, он предпочитал перестраховаться, учитывая, что даже его исцеление не спасло бы его в таком случае.

В его кольце был ещё один предмет, назначение которого он не знал. Это был высушенный кусок кожистой плоти. К сожалению, такого предмета не было в продаже, так что загадка оставалась неразгаданной.

Он на секунду задумался о том, чтобы просто проглотить его и посмотреть, что будет, но остановился. Был ненулевой шанс, что это повредит его душу, и на такой риск идти не стоило.

Вскоре они переключили фильтр на снаряжение — точнее, зачарованное.

Фредди не ожидал, что потратит деньги в этой категории. Однако оказалось, что одна из компаний провела тщательное исследование его потребностей.

Потому что они продавали набор предметов, который был практически создан специально для него.

----------

Яркий маяк среди потускневших воспоминаний

Фредди было три проблемы с зачарованным снаряжением: во-первых, он создавал своё оружие с помощью способностей, поэтому оно ему не нужно; во-вторых, его стиль был слишком разрушительным для снаряжения, особенно из-за «Ярости Левиафана»; и в-третьих, он был настолько естественно выносливым, что большинство снаряжения просто не стоило ограничения его подвижности.

Тем не менее, он хотел снова обзавестись хорошим снаряжением. Никто не мог обойтись без надёжного доспеха. Просто ему нужно было что-то более экзотическое.

Какое-то время он думал, что ему придётся проконсультироваться со специалистом, чтобы выбрать лучшее для себя.

Но он не ожидал, что специалист опередит его, даже не дожидаясь вопроса.

Просматривая характеристики комплекта, который стоил чуть больше 4 миллиардов долларов, он не успел дойти до середины, как уже понял, что купит его.

Комплект состоял из полуоблегающего верхнего боди, напоминающего белую толстовку, пары обтягивающих леггинсов из синтетического материала, похожего на кожу, и высоких чёрных ботинок. Также была небольшая коллекция масок, которые можно было докупить за дополнительную плату, но они явно были второстепенными по сравнению с самим комплектом.

Если леггинсы выглядели довольно стандартно, а ботинки тоже не были чем-то особенным, несмотря на их плотную посадку, то верхняя часть была… слегка странной.

Это была облегающая белая рубашка практически без отверстий, кроме талии. Рукава переходили в перчатки с едва заметным резиновым покрытием для лучшего сцепления, а головная часть состояла из двух элементов: плотно прилегающего псевдо-балаклавы без прорезей для глаз и капюшона, который можно было накинуть сверху.

Балаклава делала его похожим на безликого манекена, но продавцы уверяли, что изнутри она полностью прозрачна — как и капюшон, а значит, ни одна из деталей не будет ограничивать его зрение. К счастью, там была молния, так что ему не пришлось бы ходить с закрытым лицом, как какому-нибудь психопату-убийце, и это был плюс.

Но внешний вид был не причиной такой безумной цены.

Во-первых, каждая часть комплекта имела не малую и не большую, а великую руну самовосстановления, способную накапливать до 50% эссенции. Это была единственная стандартная руна, нанесённая на каждую деталь — изнутри, чтобы её не было видно. Кроме того, каждая часть была усилена трёхзвёздным тзенекитным зачарованием, включая ботинки, которые стоили примерно половину стоимости всего комплекта.

Весь комплект был намеренно сделан крайне хрупким. Над ним работал человек с уникальным ритуальным сродством — да, тем же самым, что было у Серебряного Сердца. Хотя это было жутковатым совпадением, не исключено, что два человека могли обладать одинаковым уникальным сродством.

Но это было редко. Настолько редко, что Фредди сомневался, что когда-либо найдёт руководство по «Гиблым Водам».

Ритуальное сродство, похоже, работало с эзотерическими рунами, основанными на принципах, схожих с нечестивым сродством. Их можно было использовать для ритуалов, но они также подходили для зачарования снаряжения.

Они не расходовали эссенцию, как обычные руны, но жертвовали одним аспектом снаряжения, чтобы усилить другой.

В данном случае жертвовалась прочность комплекта, делая его легче рвущимся, чем обычный хлопок.

Так зачем же кому-то носить снаряжение, которое, казалось бы, не обеспечивает никакой защиты? Всё просто. Оно не давало физической защиты, но защищало буквально от всего остального. Руны жертвования забирали прочность материала и обменивали её на усиление других свойств.

Крайняя гидрофобность — любая жидкость просто скатывалась с него. Кислоты, яды, клей — им было сложно закрепиться на ткани.

Высокая термоустойчивость — ни холод, ни жара не могли легко проникнуть внутрь. Кроме того, ткань вообще не горела.

Исключительная непроницаемость для эссенции, что делало её отличной защитой от враждебной эссенции. Она также рассеивала эссенцию при контакте, слегка ослабляя большинство способностей, направленных на него.

И последнее, но не менее важное — фильтр ауры, позволявший Фредди легче скрывать своё присутствие. Не до уровня полной невидимости, но это было приятным бонусом.

И всё это было завернуто в замечательную упаковку самовосстановления.

Особенность руны самовосстановления в том, что она плохо масштабировалась с прочными материалами. Руна на стальной пластине была бы куда менее полезной, чем на обычной ткани.

А этот комплект был разработан так, чтобы быть максимально хрупким. Всё это при трёхзвёздном зачаровании и великой руне самовосстановления.

Проще говоря, он был практически неразрушимым.

Любое повреждение, кроме полного уничтожения каждой части, не могло остановить работу рун самовосстановления. А с трёхзвёздным зачарованием руна восполнялась за считанные секунды.

Руны имели определённый запас эссенции, и пока они работали, этот запас расходовался. Особенность руны самовосстановления заключалась в том, что она могла восстанавливать повреждения только сразу после их нанесения. И если эссенция заканчивалась до полного восстановления, оставшиеся повреждения становились постоянными.

Но с этим комплектом такое ограничение вряд ли стало бы проблемой.

Во-первых, 50% эссенции для настолько хрупкого комплекта было почти избыточным. А если этого мало, трёхзвёздное зачарование восстанавливало 3% эссенции каждую секунду.

Даже «Ярость Левиафана» едва ли оставила бы след. Вообще, он не мог сделать ничего, что по-настоящему повредило бы комплект. Ну, разве что снять его и бросить в чан с кипящей кислотой на полчаса. Но даже тогда он не был уверен, что этого хватит.

Конечно, против самых обычных физических атак комплект был бесполезен. Для большинства людей это уже делало его плохим выбором.

Но не для Фредди.

Его физическая защита была запредельной, а способность «1% Вампиризма» позволяла ему исцеляться.

Но против кислоты, яда, огня и льда он был не так устойчив.

Именно поэтому он понимал, что этот комплект продавался только потому, что он, скорее всего, его купит.

Он был впечатлён, но также слегка обеспокоен тем, насколько хорошо этот доспех соответствовал его потребностям. Это заставило его задуматься, насколько много о нём известно публично и как ещё можно использовать эту информацию.

Тем не менее, они попали в точку с этим комплектом, и потому он без сожалений нажал кнопку «Купить».

Комплект доставят в его комнату к концу дня, но только после подгонки по его размерам.

Планшет попросил его поднять его над головой, чтобы отсканировать его пропорции и отправить продавцу для окончательной настройки. Хотя это вызывало у него лёгкий дискомфорт, это было необходимо, если он не хотел носить неудобный доспех.

София наблюдала, как он завершает покупку, прежде чем пробормотать: «Эм… Фредди. Какого чёрта?»

«Хм?» — он повернулся к ней. «Что?»

«Ты же не собираешься это носить?» — она усмехнулась. «Это так, так уродливо. Ну просто вау.»

Он пожал плечами. «Я покупаю его не ради внешнего вида, София.» — он закатил глаза, прежде чем бегло взглянуть на дополнительные маски, которые предлагались. Несколько из них можно было получить бесплатно с комплектом, но были и такие, за которые нужно было доплачивать.

Все они были стилизованы под что-то, и хотя его юношеская сторона умоляла выбрать самое мрачное предложение — страшную чёрную маску в виде черепа — он сдержался и сосредоточился на функциональности.

Это неизбежно привело его к самой дорогой маске в списке. Она стоила около полумиллиарда долларов, ещё больше опустошая его карманы, но эффекты определённо того стоили.

Сама маска была простым золотым овалом, опять же без прорезей для глаз, так как изнутри она была прозрачной, как одностороннее зеркало. Она была сделана из исключительно твёрдого материала и имела великую руну твёрдости с двухзвёздным зачарованием. Самовосстановления не было, вероятно, потому что оно было бесполезно, если маска действительно повреждалась.

У неё было две основные функции помимо защиты лица — она выделяла движение, позволяя ему легче отслеживать множество монстров, особенно в условиях плохой видимости, а также «сжимала» отражение по краям, увеличивая поле зрения. Это почти позволяло видеть то, что происходит сзади — хоть и с искажениями — а движение по краям выделялось ещё сильнее, что давало больше предупреждений, если что-то приближалось к нему со спины.

Функция выделения также лучше работала на быстро движущихся объектах, особенно если они направлялись в его сторону.

София наблюдала, как он завершает вторую покупку, и простонала. «Да ладно тебе! Ты что, пытаешься выглядеть как член какой-то секты?»

«Ты буквально последний человек, от которого я хотел бы это услышать.»

Она фыркнула и отвернулась. «Ладно, теперь дай мне, я тоже хочу что-нибудь купить.»

Передав ей планшет, он встал, чтобы пойти в ванную.

Следующие несколько часов они провели за покупками. София в итоге приобрела два проклятых предмета — оба были кольцами со скидкой на эссенцию жизненного сродства. Всего 7 и 9%. И из-за того, что скидки на эссенцию применялись последовательно, а не сразу, в сумме это давало 15,37%.

Она также купила себе жестоко завышенный однозвёздный спутник, кучу разных сокровищ и случайных зелий, несколько полуразрушенных рунных табличек для жизненного сродства и целую кучу безделушек. К его удивлению, она не купила ни доспехов, ни оружия. На вопрос она ответила, что он позже узнает почему.

Фредди также приобрёл зелье, временно увеличивающее силу, и несколько эликсиров восстановления эссенции. Он хотел избегать мгновенного восстановления из-за риска повреждения души, но всё же взял несколько зелий, усиливающих пассивное восстановление на время. Если не злоупотреблять, всё будет в порядке.

С последней покупкой — огромной партией роскошных пищевых таблеток — они закончили, по крайней мере, с собой.

Осталось только проверить наёмников, которых можно нанять для совместного боя. И ещё двоих, которые пойдут с ними.

Фредди вздохнул. «Если мы берём Лукаса и Дженис, нам нужно купить им снаряжение.»

«Конечно!» — сказала София. «Но сначала стоит спросить, что им нужно.»

После мгновения молчания он фыркнул. «Да… Не уверен насчёт этого.»

«Что?»

«Не уверен, что хочу брать их с собой.»

«Ты отказываешься от своего слова?»

«Возможно…» — он позволил слову повиснуть в воздухе, прежде чем повторить: «Возможно.»

София выглядела так, будто хотела что-то сказать, но решила дать ему время.

Собравшись с мыслями, он продолжил: «Моя первая встреча с Лукасом — как яркий маяк среди тусклых воспоминаний. Тогда я придумал себе жалкое оправдание, но я прекрасно знал, что лгу. Когда я увидел, как он, смертный, идёт в проход в огромном снаряжении, дрожа от страха… Чёрт, это было как смотреть в зеркало.

«Поэтому я решил помочь ему. И, знаешь, насколько это возможно, я думаю, что сделал довольно хорошую работу.» Он усмехнулся. «У меня есть половина мыслей просто отпустить его. После смены лица мы можем дать ему денег и попрощаться. А дальше — что будет, то будет.»

София грустно улыбнулась. «Но ты не хочешь этого, да?»

«Конечно, не хочу. Но что ещё мне делать? Если не считать сотни лет изоляции, у меня едва ли больше жизненного опыта, чем у него. Если честно, я даже не знаю, что, чёрт возьми, делаю. Мне кажется, я не хочу всего этого, и всё же я здесь, занимаюсь политикой, сражаюсь с монстрами и погружаюсь в то, что сводит меня с ума. Тащить его за собой не принесёт ему ничего хорошего.»

София усмехнулась. «Забавно. У тебя, похоже, нет проблем тащить за собой меня.»

Он фыркнул. «Да брось. Ты прекрасно знаешь, что я никого никуда не тащу. Мы просто идём в одном направлении.»

«Справедливо,» — она рассмеялась. «Но я чувствую, что должна кое-что отметить.»

«О, боже…» — он пробормотал, закрывая лицо рукой. «Почему мне кажется, что ты скажешь что-то, от чего мне станет плохо?»

София рассмеялась. «Не знаю, станет ли тебе плохо, но… Мне кажется, ты всё ещё проецируешь себя на Лукаса.»

Фредди замер. «В каком смысле?»

«Ты ведёшь себя так, будто он не может выбирать за себя. Или жить за себя. Или быть собой. Ты же понимаешь, что он в конечном итоге сам отвечает за свою жизнь? Ты не его отец.»

«Я отвечаю за то, что с ним случилось, София. Я должен всё исправить.»

«Нет,» — резко сказала она, становясь серьёзной. «Василиск отвечает за то, что с ним случилось. Ты ведёшь себя так, будто всё либо твоя вина, либо твоя ответственность. Но это не так.» Она вздохнула. «Дай ему выбрать. Если всё пойдёт к чёрту, пусть будет так.»

Он поморщился и открыл рот, но она ткнула указательным пальцем в его щёку. «Нет,» — заявила она авторитетно. «Хватит.» Она вздохнула. «Ты сам сказал. Без столетия безумия в маленькой коробке ты просто парень чуть за двадцать.

«Ты запутался в этой паутине ерунды, и она явно тебя перегружает, даже если ты не готов в этом признаться. Перестань так мучить себя. Тебе придётся научиться отпускать. Иначе это сломает тебя.»

Он отвернулся, опустив уголки губ. «Хотел бы я, чтобы это было так просто.»

«Это так просто. Ты просто привык делать всё сложным.» Она цокнула языком и проворчала. «Ты действительно ужасно к себе относишься, знаешь?»

Он усмехнулся. «Да. Знаю.» Взяв планшет, он открыл раздел с наёмниками. «Давай продолжим. Хочу, чтобы этот день закончился.»

Покачав головой, она сосредоточилась на планшете.

Пришло время проверить наёмников.

----------

Помощь наемников

Наёмники набирались гораздо быстрее, чем Фредди ожидал. Он думал, что придётся продираться через огромный список потенциальных кандидатов, но когда они отсортировали список от самых дорогих к самым дешёвым, он мгновенно нашёл именно то, что хотел.

Было множество одиночных наёмников, которых он мог комбинировать, как игральные карты, если бы захотел, но те, что были наверху, все шли группами по три человека. Группа на самом верху выделялась тем, что была единственной доступной трёхзвёздочной партией в списке.

Быстро проверив их возможности и цену, он не увидел причин продолжать поиски.

На мгновение он подумал: «Вау, они стоят всего 11 миллионов долларов в день!» — и тут же почувствовал себя ужасно подавленным. Его поразило, как быстро его восприятие денег изменилось, когда он приобрёл больше богатства.

Он до сих пор помнил время, когда работал кассиром, и архчеловек купил бутылку апельсиновой газировки за 2 доллара. Она увидела цену, нахмурилась и спросила: «Тут не хватает пары нулей, да?»

Он смеялся над ней месяцами.

И вот он сам. Удивляется, почему может нанять несколько трёхзвёздочных всего за 11 миллионов долларов в день. Деньги, которых хватило бы на жильё для нескольких десятков семей, теперь казались мелочью. Не было загадки в том, почему он терял связь с реальностью. Но для него, который большую часть жизни высмеивал людей в подобных ситуациях, это был довольно сильный момент лицемерия.

Сказать, что он был глубоко разочарован в себе, — значит ничего не сказать.

Пообещав себе постараться оставаться ближе к реальности, он прочитал подробное описание того, что эта группа могла сделать.

Она состояла из трёх мужчин — разведчика, носильщика и поддержки. Ну… технически.

Они были обозначены как способные выполнять эти роли, но более внимательный взгляд на их способности показал, что они могли гораздо больше.

Их таланты, способности и снаряжение были перечислены с шокирующей детализацией. Казалось, карьерные наёмники могли попрощаться со своей приватностью, но в этом был смысл. Их возможности были, по сути, рекламой их услуг, и они были защищены своими компаниями.

Самым обычным из них был разведчик. У него было сродство со светом, и его талант позволял ему собирать информацию через свои способности. Проще говоря, он мог превращать свои световые конструкции в полупостоянные камеры или дроны для разведки.

Тем не менее, он также был экспертом в обращении с копьём и мастером иллюзий. Если этого было мало, у него был Световой Луч 3-й стадии, который достигал границы возможностей заклинателя света без таланта манипуляции.

Среди троих он был самым обычным, и это даже не обсуждалось.

Следующим шёл поддержка. Его сродства были святым и нечестивым, а его талант заключался в том, что при использовании способности одного сродства следующая способность другого сродства усиливалась. Таким образом, пока он переключался между ними, он мог демонстрировать значительную силу.

Среди его Святых Благословений были разнообразные баффы практически на всё, включая комбинации характеристик, таких как скорость и сила, сила и выносливость, выносливость и скорость, и несколько других.

Что касается его Нечестивых Благословений, у него было только два — очень рабочее Нечестивое Благословение Выносливости 3-й стадии, оптимизированное для длительности и минимального отката, и «кнопка паники» — Последний Шанс 2-й стадии, Нечестивое Благословение, дающее общий физический буст с максимальной силой и полным игнорированием отката. Фредди очень хотелось посмотреть, что он сможет сделать с этим.

Но его способности были лишь частью картины. Они не были чем-то необычным. Однако, судя по снаряжению этого человека и краткому описанию его стиля боя, он был крепким фронтлайнером, вооружённым кувалдой. А также арбалетом с дальнего расстояния. И ещё разнообразными алхимическими зельями.

Если этих двоих было недостаточно, то их… «носильщик» был полной загадкой. Единственное, что делало его носильщиком, — это его талант «Хранилище Бездны». Он мог открывать небольшой проход в личное измерение, которое использовал как хранилище. Оно было всего в два раза больше кольца хранения Фредди, но это было обманчиво.

Потому что этот человек мог класть кольца хранения внутрь Хранилища Бездны.

По сути, он мог носить с собой целый склад припасов в магическом пространстве. И у него не было слабостей обычного кольца хранения, таких как риск его потери. Это был очень, очень мощный талант.

Так как это связано с его сродствами? Легко. Никак.

У него были кровь, природа и молния. Кровь и природа сочетались, потому что он использовал Богатую Кровь, чтобы питать кровяные грибы в своём теле. Но сродство с молнией просто было. Способности не показывали никакой синергии с другими двумя. Честно говоря, оно было достаточно мощным само по себе, но определённо казалось немного неуместным.

Разобравшись с их информацией, Фредди открыл контракт и прочитал его подробнее, прежде чем завершить найм. Было много вещей, которых ему следовало избегать, если он не хотел быть засуженным до забвения. Но в основном всё было довольно разумно.

Единственное, что его удивило, — это то, что наёмническая компания имела субподряд с компанией, собирающей трупы монстров. Так что всё, что они убьют, будет собрано и продано для прибыли. Он также мог запросить оставить определённые части, если хотел, но только после того, как сборщики заберут 30% себе, что было разумно, а наёмническая компания заберёт половину от оставшегося, что уже не казалось таким разумным.

Он уже платил им кучу денег каждый день, а они ещё хотели половину всей добычи? Это было просто нечестно. Но у Фредди не было возможности договориться о лучших условиях.

… Или была?

Из любопытства Фредди позвонил арбитру. Через несколько мгновений тот ответил. Фредди спросил у него совета, как можно договориться о лучших условиях контракта с наёмнической компанией, стоящей за трёхзвёздочным трио, и тот предложил сам попробовать связаться. Фредди согласился и подождал несколько минут, прежде чем получил ответный звонок.

«Ничего не выйдет», — сообщил арбитр. «Они не заинтересованы в компромиссе с вами. Всё, что они мне сказали, — это то, что вы можете нанять менее рейтинговую команду, если хотите большую долю добычи монстров».

Фредди вздохнул. «Понятно. Ну, спасибо за помощь».

«Если вам что-то ещё понадобится, я буду доступен».

«Спасибо». Он положил трубку.

Немного раздражённый, Фредди вернулся к планшету. К сожалению, они были нужны ему больше, чем он им. Если что, одного члена поддержки было достаточно, чтобы его убедить.

«Ты их нанимаешь?» — спросила София.

Он на мгновение заколебался. Затем пролистал список вниз, но не нашёл других поддержек с нечестивым сродством среди топовых наёмников. Он вздохнул. «Хотел бы я быть настолько мелочным, чтобы отказаться, но мне очень нужны Нечестивые Благословения».

«Логично. Последний Шанс — это нечто, и я представляю, как ты сможешь его использовать».

Он фыркнул. «О, ты даже не представляешь».

Тем не менее, даже с не совсем справедливым разделом, он был рад узнать, сколько денег сможет заработать на волнах монстров. Он сильно сомневался, что это будет хотя бы близко к суммам, которые он получал от торговли органами, но он собирался убить много монстров. Это должно было сложиться.

И, к счастью, всё, что он подберёт сам, полностью его. Даже если носильщик будет это нести.

Проверив всё, он нажал кнопку найма и нанял их на месяц. Он мог продлить контракт, если понадобится. Однако в разделе оплаты он заметил странную деталь.

Ему нужно было вручную выбрать, чтобы они присоединились к его партии. Он думал, что это само собой разумеется, но, видимо, нет. Оказывается, он мог отправить их куда угодно.

И вот тогда до него наконец дошло. «О, чёрт возьми…»

«Что?» — спросила София. «Ты нажал не ту кнопку?»

«Нет. Я просто понял кое-что. Все эти наёмники» — он быстро пролистал список вниз — «не будут участвовать в обороне, если их никто не нанял».

София подняла бровь. «Эм… Да? Логично? Наверное?» — она неуверенно засмеялась, явно сбитая с толку. «Я имею в виду, это буквально наёмники. Они сражаются, если им платят. Не понимаю, почему ты удивлён».

Он вздохнул и откинулся назад. «Ну… да, я понимаю. Но что тогда? Они приехали сюда и просто уйдут?» — его лицо потемнело. «Или хуже — они будут ждать за безопасностью стен, пока ситуация не станет достаточно отчаянной».

Напевая себе под нос, она пожала плечами. «Это неприятно, но опять же, это их бизнес. Лучше, чем ничего, нет?»

Возможно, это имело бы для него смысл несколько месяцев назад. Но после всего этого времени, проведённого в изучении грязных бизнес-практик, он стал довольно чувствителен к эксплуатации. Он чувствовал, что что-то не так.

«Да, я не уверен». Он выпрямился и подпер подбородок рукой. «Подумай об этом — кто их клиенты? Это не элиты или их люди, у них и так достаточно сил. Но знаешь, кто будет нанимать наёмников? Люди Северного Пояса. Те, кто не может уехать или эвакуироваться.

«И если они берут столько с меня, то что они возьмут с людей, которые отчаянно сражаются за свой последний дом? Семьдесят процентов? Восемьдесят? Девяносто? И посмотри сюда — наёмников можно назначить сражаться вне твоей партии. Для этого есть другой контракт. Давай посмотрим». Он открыл его. Как и ожидалось, раздел добычи даже не упоминался.

То есть они просто заберут всё себе.

«О…» — пробормотала София.

Фредди покачал головой. «Теперь посмотри на эти цены. Они довольно разумные, да? Но что будет, когда станет страшно? Если стены начнут трескаться? Обычные люди начнут паниковать. Ведь им больше некуда идти. Так что они сделают? Попытаются нанять наёмников. Но они едва ли смогут позволить себе даже самых дешёвых. Так что им придётся делать всё возможное, чтобы достать больше денег.

«Подумай об этом — эти компании могли бы просто присоединиться к обороне. У них есть контракты с сборщиками и высококвалифицированные бойцы. Добычи, которую они соберут, хватит, чтобы заработать состояние. Но вместо этого они держат свою помощь в заложниках».

Она нахмурилась. «Ладно, когда ты так это описываешь…»

Вдруг его осенило ещё кое-что. И на этот раз он усмехнулся.

«Что смешного?» — спросила София.

«А что, если я, скажем, найму каждого наёмника в списке? Согласно контракту, они не могут отказаться от сделки, если я заплачу им заранее».

Она нахмурилась. «Стоит ли оно того?»

Он пожал плечами. «Зависит от того, насколько они планируют поднять цены. Если я прав, то бронирование их по текущей цене лишит их кучи прибыли».

Она задумалась. «А если ты ошибаешься?»

«Скажу так — если я потрачу больше денег, чем нужно, я переживу. Но если ситуация станет ужасной, и они начнут требовать абсурдные суммы за участие, я буду чертовски зол».

София посмотрела на него, а затем улыбнулась. «Давай сделаем это».

Он ухмыльнулся и кивнул ей.

К счастью, трёхзвёздочная партия была самой дорогой с огромным отрывом. Даже самая сильная элитная двухзвёздочная партия стоила в десять раз дешевле на человека, и цены только снижались.

Быстрый взгляд показал, что компания Джорджи не была в списке. Они, похоже, участвовали в любом случае. Он запомнил это.

Не видя причин медлить, они приступили к делу. Но список был длинным. И Фредди боялся, что они заметят и вмешаются. Нужно было действовать быстро.

Поэтому он позволил Софии заниматься покупками, пока он раз за разом активировал Скрученный Маятник. Затем, когда время для него ускорялось, он брал управление на себя, пока эффект не заканчивался.

Медленно они прошли по списку и наняли всех, кого смогли, от самых дорогих к самым дешёвым, на срок 120 дней. Этого было достаточно, чтобы кризис мог полностью закончиться к тому времени.

Элитные партии были пройдены быстро, и вскоре они уже нанимали средних двухзвёздочников. Затем что-то внезапно изменилось.

Цены резко взлетели. Он наблюдал, как стоимость случайного двухзвёздочного поддержки подскочила с 36 000 долларов в день до примерно 170 000 долларов в день. Они просматривали список наёмников из каждой компании, и одна из компаний, похоже, поняла, что они делают.

Фредди расхохотался. «Какие же они хитрые».

«Ты можешь позволить себе остальных?»

Фредди задумался. «У меня осталось около 4 миллиардов долларов. Я справлюсь».

Она ухмыльнулась и подняла свою карту. «Не волнуйся, если закончатся».

Он ударил её кулаком с широкой ухмылкой, и они продолжили.

Вскоре остальные компании тоже поняли, что происходит, и тоже решили поднять цены. Но это их не остановило. Фредди и София продолжали пробиваться, и вскоре одна из компаний полностью исчезла.

Они оба рассмеялись ещё громче.

Фредди ускорился. «Давай поторопимся, пока остальные не сделали то же самое».

К сожалению, остальные последовали их примеру. Но это не имело значения. Фредди уже нанял всех двухзвёздочников и большую часть хороших однозвёздочников.

Немного посмеявшись над тем, какую дрянную, но несомненно забавную вещь они только что сделали, они продолжили просматривать магазин, чтобы убедиться, что получили всё, что нужно.

И тут его кристалл связи засветился.

Он вздохнул и поднял его. «Привет, Судья. Чем могу помочь?»

«Не лучшая идея — наживать врагов среди наёмнических компаний, мистер Штерн».

Фредди широко ухмыльнулся. Но взял себя в руки и сделал максимально искренне-растерянный голос. «Извините? Я сделал что-то плохое?» — спросил он с беспокойством. «Я просто нанимал дополнительных наёмников для защиты стен, как вдруг они все исчезли. Я даже подумал, что сломал планшет».

Арбитр молчал долгое время. «Ты понимаешь, что только что сделал?»

«Я… нанял кучу наёмников? Опять же, я сделал что-то не так? Я читал контракты, так что уверен, что не нарушил закон».

Снова тишина. Затем раздался тихий смешок. «Нет, думаю, ты не нарушил. Тем не менее, ты, кажется, поставил эти компании в довольно неловкое положение».

«Правда?» — спросил он, едва сдерживая смех. «Как так?»

«Их цены обычно зависят от ситуации. Из-за конкуренции с другими компаниями они выставили многих своих наёмников по цене ниже реальной. Ты только что запер их в ужасной сделке».

Фредди ухмыльнулся Софии. Она покачала головой и предложила ему ещё один удар кулаком. Он кашлянул и собрался. «Вау… Я… извините? Они злятся на меня?»

«О, они в ярости. Всё ещё хуже, потому что они не платят наёмникам долю от твоих денег. Их зарплата зависит от ситуации и их работы. Если дела пойдут плохо, они, скорее всего, потратят больше, чем ты им дал».

Они заработают кучу денег на добыче, подумал он. Этот аргумент не вызывает у меня сочувствия.

«И что теперь?» — спросил он.

«Это зависит от тебя. Ты готов к переговорам?»

Нет. Очевидно, он не хотел идти на уступки. Присутствие такого количества дополнительных бойцов значительно снизило бы нагрузку на других защитников и минимизировало бы шансы того, что эти компании будут давить на уязвимых гражданских.

Как бы он ни был обеспокоен, он уже получил все, что хотел, от этой сделки.

Фредди взглянул на Софию с широкой ухмылкой, прежде чем сказать: «Неа. Не готов договариваться».

«Я советую тебе отбросить обиды и всё же сделать это».

Он сдержал желание фыркнуть. «Просто скажи, что они собираются делать, если я откажусь».

Арбитр вздохнул. «Они мало что могут сделать. Они живут и умирают благодаря своей репутации, и рисковать ею — не вариант. Тем не менее, они будут особенно бдительны к условиям контракта. Будь осторожен и следуй контракту буквально, иначе они найдут повод его разорвать. И возврата денег в таком случае не будет».

«Понял. Могу ли я рассчитывать на твою поддержку, если они попытаются давить на меня ерундой?»

«Я всегда на стороне закона, мистер Штерн. Контракты написаны чётко. Следуй им, и у тебя не будет проблем».

«Спасибо, Судья».

«И мистер Штерн… По нашим последним оценкам, орда монстров прибудет завтра ближе к вечеру. Отдохни сегодня и будь готов к завтрашнему дню».

«Спасибо за информацию». Он положил трубку.

«Ну…» — София потянулась. «Похоже, нам придётся прочитать контракты всех остальных компаний, если не хотим быть обманутыми».

Он рассмеялся. «Единственный контракт, о котором нам действительно нужно беспокоиться, — это тот, что с людьми, которые пойдут в нашу партию. Что касается тех, кого я размещу на стенах, я просто назначу их туда для безопасности. Невозможно нарушить их контракты, если я вообще не буду с ними взаимодействовать. Но да, нам стоит прочитать их для подстраховки. А теперь» — он встал — «пора проверить тех двоих».

----------

Дрейк и Лили

«Эй, ты знал, что подглядывать за мной буквально невозможно?» — спросил Фредди у восемнадцатого подряд слуги. «Я всегда чувствую, когда кто-то пытается это сделать!» Он наклонился и добавил шёпотом: «Только никому не говори, ладно?»

Мужчина уставился на Фредди в полном недоумении. «Эм… Ладно».

«Отлично! Хорошего дня!»

Они с Софией продолжили идти, а она не сводила с него глаз. «Ты собираешься объяснить, зачем говоришь это буквально каждому, кого встречаешь?»

Он усмехнулся и пожал плечами. «Расскажу, если сработает».

Вскоре они добрались до комнаты. Там они застали Лукаса, утешающего рыдающую Дженис.

Фредди вздохнул. Он надеялся, что они уже будут готовы к отъезду. Впрочем, он не мог осуждать бедную девушку.

Проблема была в том, что Дженис не нужно было менять личность. Но если она этого не сделает, то не сможет продолжать встречаться с Лукасом. Поэтому она разрывалась между двумя вариантами. «Мои родители даже не поймут, что со мной случилось…» — сквозь слёзы проговорила она.

София подхватила её подбородок. «Почему бы не отправить им сообщение, что ты сбежала с Лукасом?»

Дженис заплакала ещё сильнее. «Они будут в ярости, потому что ненавидят его!»

Фредди расхохотался, из-за чего все в комнате уставились на него. Он поспешно взял себя в руки. «Простите, это было неожиданно».

София тронула его за плечо. «Пошли», — кивнула она в сторону двери. «Дадим им ещё несколько минут наедине».

С вздохом он последовал за ней в коридор.

Она прислонилась к стене, и её выражение стало серьёзным. «Мне нужно кое-что тебе сказать».

«Если это плохие новости, то… не надо».

Она рассмеялась. «Нет. Ну, не совсем».

«Всё равно звучит не очень», — заметил он.

«Это сложно».

Он посмотрел на неё долгим взглядом, прежде чем уступить любопытству. «Ладно, о чём речь?»

«Мой талант действительно очень, очень хорош», — сказала она.

«Для меня это не новость, но ладно».

«Он даже лучше, чем мы думали».

Услышав это, он стал серьёзным. На его взгляд, у неё был самый невероятный талант из всех, что он когда-либо слышал. «В каком смысле?» — спросил он.

Подняв руку, она создала искру. Это была искра высочайшего качества. «Архилюды с сродством к жизни управляют жизненной силой», — объяснила она. «Эти искры — жизненная сила. И я всё ещё могу ими управлять». Повернувшись к нему, она втянула искру обратно. «Когда я воздействую на жизненную силу своим управлением, а затем применяю талант к той же цели, жизненная сила, которой я управляю, как бы… захватывается. Поскольку я источник изменений, это всё равно считается, будто это я управляю ею».

Он не понял сразу. Но затем до него дошло. «Это засчитывается для твоих способностей…» — пробормотал он. «Твой талант удваивается как талант управления».

«Да». Она кивнула. «И притом потрясающий. Я сделала способности нулевой стадии, способные на исцеление высшего качества», — с усмешкой заявила она, будто сама не могла в это поверить. «И это ещё не всё. Разные типы жизненной силы и разные уровни качества дают разные эффекты. Поскольку всё это считается моим управлением, технически я могу вручную делать всё, на что способен мой талант.

Ты должен увидеть мой эфиркосм — он переполнен оболочками. Очень сложными, к тому же. Я даже не знаю, для чего большинство из них. Я много тестировала, и те немногие способности, которые создала, превзошли все мои ожидания. Это… пугает».

«Меня это тоже пугает», — полушутя сказал он. «Чёрт. Честно говоря, я тебе завидую. Твой талант может делать всё, что может мой, и даже больше. Независимо от текущей разницы в силе, у меня есть ощущение, что однажды ты оставишь меня далеко позади».

На мгновение она выглядела так, будто хотела возразить. Но это было правдой. «Знаешь, я бы не смогла этого сделать, если бы у тебя не было твоего таланта».

Он пожал плечами. «Но теперь, когда у тебя есть это, я тебе даже не нужен». Он прозвучал куда более обиженным, чем ожидал.

Она улыбнулась ему. «Мы всегда будем друзьями. Я не забуду тебя, когда однажды стану правителем планеты».

Он фыркнул. «Погоди-ка, ты никогда не знаешь. Давай дождёмся моего следующего улучшения таланта, прежде чем забегать вперёд».

Она рассмеялась. «В любом случае… Я говорю это не просто так. Я хочу, чтобы ты знал, что я крайне уверена в своих возможностях. И у меня есть идея. Я знаю, что смогу это сделать, но не уверена, что ты согласишься…»

«Какая идея?»

«Ладно, слушай. Сначала мы обезглавливаем тебя—»

«О, конечно, почему бы и нет!» — воскликнул он. «Любая идея, которая начинается с моего обезглавливания, должна быть абсолютно адекватной!»

Со смехом она шлёпнула его по руке. «Да замолчи ты! Сначала выслушай. Мы обезглавливаем тебя, а затем выращиваем совершенно новое тело, сохраняя старое».

Кровь Фредди застыла в жилах. «Ты хочешь создать нежить?»

Она замерла. «Что? Нет! Я не об этом. Я хочу использовать тебя как основу для новых тел Лукаса и Дженис».

Он поморщился. «Фу! Какого чёрта? Это отвратительно».

«Просто выслушай меня!» — настаивала она. «Это почти как твои продажи органов, только… ну… ты жертвуешь всё ниже шеи. Я просто использую это как материал, вот и всё. И они станут значительно крепче в результате».

Его недовольство не утихло. «Всё равно звучит… неправильно. Сомневаюсь, что Дженис обрадуется, получив тело парня».

«В этом-то и прелесть!» — воскликнула она. «Она даже не узнает! Я просто пересажу её женские части и—»

«Стой, что ты только что сказала?»

«Я пересажу—»

«Нет. Перед этим. Ты сказала, что она не узнает?»

София выглядела смущённой. «Ну… да? Они же не будут в сознании во время процедуры. Это практически пересадка головы».

«Но почему бы не сказать им?»

«Ну… это немного странно. Я просто подумала, что будет лучше, если они не узнают».

Он схватился за голову в отчаянии. «София, не могу поверить, что говорю это, но то, что они не узнают, что ты с ними сделала, пока они без сознания, — это очень, очень, очень плохая отговорка, чтобы не спросить их согласия».

«Да ладно тебе! Это не то же самое». Она застонала. «Мы ведём их на чёртово поле боя! Я просто пытаюсь минимизировать риски».

«Так почему бы просто не спросить их?»

«Потому что они, наверное… скажут… нет…» Его взгляд заставил её понять. «Да, ладно, я поняла», — вздохнула она. «Прости. Я увлеклась—»

«Всё в порядке», — сказал он. «Тебе не нужно извиняться. Просто знай, что… Смотри, я уже принимал решения за Лукаса, думая, что это будет лучше для него. Дело даже не в том, хорошая это идея или плохая, просто… что бы ни случилось, всё будет на твоей совести. Не делай так с собой».

Она медленно кивнула. «Не буду».

Они помолчали ещё несколько минут. Фредди выглядел явно неловко, и София это заметила. «Ты в порядке?»

«Не знаю», — ответил он. «Рационально я понимаю, что твоё предложение — хорошая идея. Но я работал над этим телом, понимаешь? Кажется несправедливым просто отдать весь мой труд другим. Знаю, это глупо, но—»

«Это не глупо», — прервала она. «Это твоё тело, в конце концов. Ты имеешь право так чувствовать. Но знаешь, если это поможет, просто помни — поскольку эффекты твоей закалки связаны с душой, большая часть исчезнет, когда их души адаптируются. Кроме того, их общие физические способности не получат того усиления, что ты получил на второй звезде».

«Знаю», — сказал он. «Но всё равно…»

«Да… Если ты не хочешь—»

«Всё в порядке», — с улыбкой ответил он. «Честно говоря, мне чертовски интересно посмотреть, насколько хорошо сработает эта идея. Если они согласятся, конечно».

Она кивнула. «Честно говоря, я просто умираю от любопытства».

Внезапно Фредди что-то осознал. «А что, если… мы найдём какого-нибудь монстра с особенно мощным телосложением… Сможешь ли ты использовать его тело как материал?»

Она широко улыбнулась, подняв руку и напрягая бицепс. «Не знаю… смогу ли?»

Он покачал головой. «Тебе придётся это доказать».

Её улыбка внезапно исчезла. «О чёрт!» — воскликнула она.

«Что?»

Она схватилась за голову. «Ты заказал тот супердорогой доспех до того, как я сделала тебе модификации. Он теперь не подойдёт! Ты сможешь его подогнать к завтрашнему дню?»

«А, да», — усмехнулся он, махнув рукой. «Я хотел сказать — думаю, будет лучше, если ты не будешь менять мои общие пропорции. По крайней мере, пока».

«Но почему? Я теперь могу сделать это намного лучше!»

«Может, и можешь», — сказал он. «Но я провёл век, тренируясь с этим телом. Мышечная память прилипла ко мне, как клей. К большим изменениям придётся привыкать».

«О… Верно. Да, это логично. Но эй, я всё ещё могу многое сделать».

Он улыбнулся. «И я с нетерпением жду этого».

Вскоре дверь приоткрылась. Лукас и Дженис вышли, держась за руки. «Мы согласны», — сказал Лукас. «Просто отправь сообщение её родителям, чтобы они не волновались».

Фредди кивнул. «Если не рассказывать им слишком много, всё в порядке». Он повернулся к Софии, многозначительно глядя на неё. «Ну?»

Она глубоко вздохнула и указала на диван. «Присаживайтесь. Я объясню, что именно буду делать, прежде чем мы начнём».

Она подробно рассказала им о процессе, убедившись, что они дают согласие на всё. Они выглядели ужасно напуганными при упоминании использования тела Фредди как материала, но ей как-то удалось убедить их согласиться. Честно говоря, Лукас был слишком рад получить усиление, а у Дженис были разумные опасения.

В итоге София продемонстрировала свою «Модификацию Тела» на себе, кардинально изменив руку за шокурующе короткое время, доказав, что Дженис не будет выглядеть как мужчина. Этого было достаточно.

Тем не менее, оба были более чем неуверенны при упоминании нежити. Это было понятно, учитывая репутацию нежити. В конце концов они согласились, но Фредди был уверен, что они не до конца понимали, во что ввязываются. Он даже уговаривал их подумать ещё, объясняя худшие последствия, но они стояли на своём.

Ну и ладно. Он сделал своё дело.

После разговора Дженис застенчиво покраснела и жестом подозвала Софию. Она что-то прошептала ей на ухо, и та отреагировала со смесью изумления и шока. «Подруга!» — София взглянула на Лукаса. «То есть, я могу, но… Может, после всего этого?»

Дженис покраснела ещё сильнее и снова прошептала.

София закатила глаза. «О, он не станет!»

Ещё один шёпот.

София рассмеялась. «Просто расслабься, ладно? Поверь ему».

Лукас нахмурился и посмотрел на Фредди. «Что сейчас происходит?»

Фредди пожал плечами. «Честно, понятия не имею».

Убедившись, что все согласны, Фредди положил Дженис и Лукаса в большой мешок и вынес их наружу. Это было нужно, чтобы никто не увидел Лукаса на улице.

Они спустились в тайный проход под Вальхаллой и приступили к делу. София дала Фредди список тел монстров, которые ей нужны: мощная рептилия, крупная кошка, волкоподобный монстр и что-то вроде обезьяны. Она много экспериментировала, смешивая разные ткани с помощью «Модификации Тела», и эти четыре типа давали наилучший результат для человечиской ткани. По крайней мере, насколько она знала.

Она не шутила насчёт продвинутого уровня своей «Модификации Тела». Её версия способности заслуживала переименования в «Мастера Тканей» или что-то подобное.

Она практически без усилий соединяла несколько типов тканей, сохраняя только лучшие аспекты каждого. Это было намного выше того, на что способен даже высокоуровневый архичеловек с сродством к жизни и талантом управления.

После нескольких часов охоты Фредди нашёл нужных монстров. Затем София приступила к работе. Первым был Фредди, поскольку его тело использовалось как основа для остальных.

Как только она начала, он сразу понял, что она стала намного лучше. Больше не было боли. Ткани просто сливались, смешивались и менялись. Никакого насилия над телом. От костей до сухожилий и мышц — всё ощущалось… раскошно. Лучшего слова не подобрать.

Это было похоже на ощущение, когда он впервые надел дорогую одежду. Всё казалось таким качественным. Быстрый тест показал, что его сила увеличилась как минимум на 30%, что было невероятно для его уровня. Но это было не всё. Он стал быстрее, движения — плавнее, мышцы реагировали быстрее на команды и действовали с взрывной силой.

«София… чёрт возьми», — пробормотал он.

Она ухмыльнулась. «Нормально?»

«Нормально — это ничего не сказать. Мне понадобится чертовски крутое улучшение таланта, чтобы угнаться за тобой, если ты уже на первой звезде можешь такое».

Закончив с ним, они перешли ко второй части.

Им потребовалась почти вся ночь, чтобы создать два дополнительных копии тела Фредди. Это была тяжёлая работа, особенно с подготовкой «Кровопролития» для исцеления его после обезглавливания.

Но как только это было сделано, дело пошло быстрее.

Фредди не разрешили смотреть, по просьбе Дженис, поэтому ему пришлось ждать окончания процедуры.

Наконец, после небольшого ожидания, они вышли — Дженис и Лукас выглядели совершенно другими людьми.

Фредди прекрасно понимал, что им понадобится емоциональная поддержка. Поэтому он приготовился быть понимающим и убедить их, что они привыкнут.

Тем не менее, сейчас он изо всех сил старался не смеяться над тем, что Лукас сделал с собой.

Проще говоря, молодой человек решил взять все дополнительные ткани, от которых отказалась Дженис. Все. В результате он стал ростом более 7 футов, с мышцами, способными затмить солнце. Его лицо изменилось незначительно — он выглядел как свой собственный кузин или даже брат, но с такими физическими изменениями его никто не узнал бы.

С другой стороны, Дженис пошла в посностью противоположном направлении. Если раньше она была немного коренастой и мускулистой, то теперь выглядела худой, почти хрупкой, хотя и немного выше. Хотя, учитывая, что теперь она была сделана из Фредди, она определённо не была слабой даже в таком виде.

Но даже тогда Фредди не мог не вздохнуть при виде этого.

Честно говоря, оба, похоже, имели комплексы по поводу внешности, и, если позволить себе немного осуждения, они зашли слишком далеко. Особенно Лукас. Но в конечном итоге это был их выбор. Они имели право делать что угодно. И хотя у него были свои мысли, он никогда не сказал бы ничего, что заставило бы их чувствовать себя плохо. И уж точно не стал бы смеяться.

Тем не менее, он надеялся, что они довольны своим новым обликом. Всё, что могло помочь им справиться с потерей идентичностью, было хорошо.

Также стоит отметить, насколько красивее стали их лица. Серьёзно, это было почти пугающе. София могла бы зарабатывать целое состояние как пластический хирург с такими навыками.

«Вы выглядите потрясающе!» — сказал он, всё ещё стараясь не смеяться над нелепыми пропорциями Лукаса. «Теперь. Вы выбрали новые имена?»

«Да», — сказал Лукас слегка более глубоким голосом. «Я хочу, чтобы меня звали Дрейк. И я предпочёл бы оставить свою фамилию. Она достаточно распространённая, чтобы не вызвать проблем».

Фредди промолчал, но София рассмеялась. «Дрейк? Серьёзно?»

Лукас покраснел. «Мне нравится это имя, ладно?»

«Да, мне тоже», — сказала Дженис. «Не обращай внимания на её слова, Лу— то есть… Дрейк».

«А ты?» — спросил Фредди.

Она подумала лишь мгновение. «Лили. Это имя моей бабушки. И я хочу… взять… его фамилию», — последние слова едва можно было расслышать.

Фредди улыбнулся. «Звучит прекрасно, Лили. Теперь нам стоит поторопиться. Как владелец Репентавы, я имею право выдать вам новые личности, так что проблем не будет. Но орды монстров приближаются, и нам нужно готовиться».

Они вышли из междумирья. По дороге Фредди неожиданно заговорил с Софией. Неожиданно для себя он спросил: «Ты можешь вернуть моё лицо?» Он прозвучал куда более уязвимым, чем хотел.

Она подумала мгновение, затем медленно кивнула. «Но тебе придётся подождать. Мне нужно потренироваться, и я буду делать это по памяти, так что тебе придётся направлять меня».

Он кивнул с счастливой улыбкой. «Спасибо».

Они снабдили Лукаса и Дженис — то есть Дрейка и Лили — последним снаряжением. Оба выбрали полные латы, но относительно лёгкие. Дрейк решил использовать алебарду вместо копья, а Лили захотела двуручный меч.

Хотя их снаряжение было отнюдь не дешёвым, по сравнению с тем, что уже потратили Фредди и София, это казалось мелочью.

Остаток дня пролетел как в тумане.

Фредди получил своё снаряжение, оформил новые документы для Лукаса и Дженис — всё ещё с трудом называя их Дрейком и Лили.

Прежде чем они осознали это, до волны монстров оставалось всего несколько часов, и судья созвал всех на собрание.

----------

Прибытие

Дни становились всё холоднее. Снег уже шёл ежедневно. Глядя на долину, которая скоро заполнится враждебными существами, Фредди не мог не почувствовать лёгкого возбуждения. Хотя он ненавидел сражаться с людьми, он должен был признать — ему действительно нравилось биться с монстрами. Это было честнее и веселее, без всей той вины и ерунды, что приносили с собой люди.

Он оглянулся назад, увидев внушительную стену примерно в миле от них. Они ждали наёмников, и тогда, наконец, можно было отправляться в путь.

Рядом с ним стояли недавно переименованные Дрейк и Лили. Он постепенно привыкал называть их так.

Дрейк был ростом более семи футов, его массивная фигура отбрасывала внушительную тень на землю. Серебристые латы, которые он носил, были довольно лёгкими, но металлический доспех всё же добавлял ему ширины, усиливая его присутствие.

Его алебарда, отличавшаяся от привычного копья, была чертовски огромной. Она была сделана из чёрного металла и зачарована на повышенную прочность и небольшое самовосстановление. Кроме того, она была усилена двухзвёздной тзенековой инкрустацией. Функция самовосстановления предотвращала затупление лезвия, но любые сколы или трещины пришлось бы исправлять вручную.

Рядом с ним стояла Лили, его жена. Фредди даже провёл церемонию их бракосочетания. Правда, они не считали это «настоящим» браком — это было скорее для дополнительных документов, чтобы ещё больше дистанцироваться от своих прежних личностей.

Лили тоже была в латах, но её фигура выглядела куда менее внушительной, чем у Дрейка. Двуручный меч казался комично большим в её руках, но она держала его легко, будто он ничего не весил. Что было недалеко от истины, учитывая, что металл, из которого он был сделан, был одним из самых лёгких, какие они смогли найти.

Неподалёку от них была София, которая в этот момент разминалась. Хотя «разминалась» — не совсем подходящее слово, потому что она делала это не так, как обычные люди. Нет, она буквально растягивала своё тело вверх и вниз, тренируясь изменять свой рост. Это выглядело забавно. На ней была обычная одежда, без даже руны самовосстановления.

Фредди пытался убедить её хотя бы взять что-то, что могло бы саморемонтироваться, но она настаивала, что ей это не нужно. Что ж, пришлось принять её слово.

Тем не менее, никто из них не выглядел так смешно, как он сам.

Хотя его новое снаряжение ощущалось чертовски удобным, почти как вторая кожа, верхняя часть была слишком облегающей для его вкуса. В сочетании с золотой маской под белым капюшоном он выглядел откровенно безумным.

Остальные старались не пялиться и не смеяться над ним. Ну, по крайней мере, Дрейк и Лили. София безжалостно издевалась над ним, когда он впервые надел это.

И всё же, несмотря на внешний вид, это было действительно замечательное снаряжение. Он не чувствовал ни холода, ни жары. Оно регулировало температуру так идеально, что он мог закрыть глаза и представить, что на улице приятный весенний день.

Теперь оставалось только ждать наёмников.

«Где же они, чёрт возьми?» — пробормотал Фредди. «Я плачу им хорошие деньги, если они опоздают хоть на минуту, клянусь, я подам в суд». Продолжая ворчать, он подошёл к ближайшему камню и достал свой блокнот. Он так и не записал свои достижения после «Века Одиночества».

Пора было это исправить.

СБОР:

Вторая звезда — 199% сущности

2-звёздный спутник

ТАЛАНТ:

1% Вампиризма: Динамическое исцеление

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Коса: Извлечение эссенции

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Море Крови: Стадия 3 — 0% прогресса

Багровая Ртуть: Стадия 3 — 0% прогресса

Очищающий Багровый Источник: Стадия 3 — 0% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное Водное Тело: Стадия 1 — завершено

Сотня Тысяч Мокрых Адов: Стадия 3 — 0% прогресса

Пучины Бездны: Стадия 3 — 0% прогресса

Водное Тело: Стадия 3 — 0% прогресса

АКТИВНЫЕ СПОСОБНОСТИ:

Сродство крови:

Ужасающие Кастеты: Стадия 3 — 0% прогресса

Кровавое Копьё: Стадия 3 — 0% прогресса

Поглощение Крови: Стадия 2 — 39% прогресса

Ускорение Кровавого Снаряда: Стадия 3 — 0% прогресса

Кровавый Мститель: Стадия 3 — 0% прогресса

Кастет Клинок: Стадия 3 — 0% прогресса

Щит Багрового Крыла: Стадия 3 — 0% прогресса

Рассеивание Волны: Стадия 3 — 0% прогресса

Чешуя Багрового Дракона: Стадия 2 — 26% прогресса

Сродство воды:

Удар Цунами: Стадия 3 — 0% прогресса

Гидравлическое Напряжение: Стадия 3 — 0% прогресса

Создание Воды: Стадия 3 — 0% прогресса

Гидравлический Бросок: Стадия 3 — 0% прогресса

Сродство Гиблых вод:

Гиблые Воды: Стадия 0 — 52% прогресса

Духи Утопленников: Стадия 0 — 52% прогресса

ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Океанский Медальон: -13% стоимости эссенции для способностей сродства воды.

Кольцо Захвата Эфира: Создаёт монеты из чистой ауры

УНИКАЛЬНЫЕ ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Подвеска Короля Воинов: Добавляет 13% урона и 13% прочности к экипированному оружию.

Кольцо Крови: -12% стоимости эссенции, +11% мощности для способностей сродства крови. Можно использовать для освобождения Кровопролития. Атаки вызывают умеренное кровотечение.

Разница между этим и последним разом, когда он делал записи, была ошеломляющей. Самое заметное изменение, вероятно, было в Подвеске Короля Воинов, которая получила увеличение на 5% для обоих параметров после его битвы с трёхзвёздочными из Репентавы. Эти цифры уже были достаточно высокими, чтобы предмет можно было считать элитным проклятым артефактом. И, по мнению Фредди, он ещё не закончил её развивать.

Кольцо Крови получило чуть меньше улучшений, но всё же достойных. Кроме того, учитывая, сколько крови он прольёт, оно не сильно отстанет.

Их ожидание продолжилось ещё 13 минут, и затем, буквально точно в срок, вдали появились трое наёмников.

Все трое мужчин носили белый камуфляж поверх доспехов. Впрочем, были небольшие различия, которые позволяли Фредди легко отличать их друг от друга.

Разведчик был слева. На нём были странные очки. Фредди читал отчёт об этом человеке, поэтому знал, что это проклятый предмет, помогающий ему лучше воспринимать окружение.

Справа был их поддержка. На шее у него был грязный, потрёпанный серый шарф. Это был проклятый предмет, дававший ему значительную скидку на нечестивые заклинания. На самом деле, это была часть комплекта, но остальные два предмета были спрятаны под камуфляжем, так что он не мог их разглядеть.

И, наконец, их носильщик — он был настоящим гигантом. Не совсем такого размера, как Дрейк, но близко, что делало его настоящим исключением.

Троица вскоре подошла к ним, и носильщик шагнул вперёд, чтобы пожать руку Фредди. «Джон Марквард со своей командой, к вашим услугам».

Фредди схватил руку мужчины. Джон тут же сжал хватку и дёрнул её. «Я брат нашего генерального директора. Так что я знаю о вашем маленьком акте вандализма». Он криво ухмыльнулся. «Думаешь, ты такой умный, да? Но тебе лучше быть осторожным. Если ты или любой из твоей команды хоть на шаг выйдет за рамки, я завалю тебя исками».

«Не стоит беспокоиться, дружище, — сказал Фредди, сжимая руку чуть сильнее. — Я законопослушный гражданин, уважающий условия контракта». Он тоже дёрнул, слегка выведя мужчину из равновесия. — «И я тоже ожидаю, что вы выполните свои обязательства до буквы. Иначе я завалю вас». Он сделал паузу. «Исками, разумеется».

Мужчина нахмурился, затем фыркнул. «Хотя бы с позвоночником у тебя всё в порядке». Он отпустил руку и отступил с усмешкой. «Мы будем выполнять свою работу на высшем уровне. Мне просто интересно, сможешь ли ты за нами угнаться». Затем он взглянул на Дрейка с недовольством. «Ты здоровенный ублюдок для одно звёздочника. Чем тебя кормили в детстве?»

Дрейк неловко рассмеялся, не отвечая.

Брови Джона дёрнулись, и он покачал головой. Затем он заметил Софию. «Где, чёрт возьми, её снаряжение?» — спросил он, поворачиваясь к Фредди. — «Ты уверен, что эти одно звёздочники справятся? Потому что мы не будем рисковать собой, чтобы спасти их».

«Не беспокойся, — сказал Фредди. — Они справятся сами».

«Я предупредил». Джон повернулся и показал на своих людей. «Вот мои ребята. Оба — высококвалифицированные профессионалы. Ожидаю, что ты проявишь к ним такое же уважение, как ко мне».

Поддержка шагнул вперёд. «Меня зовут Стинг», — сказал он хриплым голосом.

«Эрен Винг», — добавил разведчик, отдавая честь. Его голос был мальчишеским и игривым. «Приятно познакомиться».

«Теперь, — сказал Джон, указывая на Фредди, — командование переходит к тебе. Мы будем выполнять твои приказы в разумных пределах». Он повернулся к большой куче ящиков, сложенных неподалёку. «Предполагаю, это припасы, которые я должен нести?»

Фредди кивнул. В основном это была огромная партия пищевых таблеток с небольшим количеством других расходников.

Мужчина подошёл к куче и взмахнул рукой. Прямо в воздухе открылось прямоугольное отверстие, открывая небольшое пространство с множеством колец хранения, аккуратно развешанных на проволоке. Он достал несколько из них и начал убирать вещи.

Вскоре они наконец отправились к месту назначения.

Подняв левую руку, Фредди коснулся часов, чтобы вызвать голограмму. На ней отобразилась карта их маршрута.

По всей дикой местности между приближающейся ордой и Репентавой было построено несколько небольших бункеров. Здесь они могли отдыхать и восстанавливаться между боями.

Каждые четыре дня действий у них был один день отдыха. Остальные четыре команды, возглавляемые элитами, также получали перерыв в том же интервале, но никогда в один день, чтобы гарантировать, что в любой момент в действии находится минимум четыре команды.

Их путь к ближайшему бункеру был относительно коротким — всего около получаса.

Фредди нашёл люк, скрытый под снегом, и использовал часы, чтобы открыть его. Раздался щелчок, и он поднял его одной рукой.

Бункер находился не слишком глубоко под землёй, но достаточно, чтобы быть безопасным даже в случае боя на поверхности. Сам бункер представлял собой круглую комнату, похожую на гостиную, с десятью дверями вдоль стен, каждая из которых вела в небольшую отдельную комнату с кроватью.

Честно говоря, это было куда просторнее и удобнее, чем ожидал Фредди.

Они осмотрели его всего несколько минут, прежде чем продолжить путь к месту назначения.

Их разведчик отправился вперёд, чтобы найти хорошую позицию, и вскоре они оказались на вершине небольшого холма, прячась за деревом и наблюдая за подножием горы.

Фредди проверил часы. К ним приближалась большая пульсирующая красная точка — приблизительное местоположение одной из групп монстров. Приблизив карту, он увидел десятки таких точек, разбросанных по дикой местности перед ними.

Их ожидание было недолгим. Из небольшой рощи вырвалась настоящая орда из сотен гигантских паукообразных монстров. Их белоснежные тела были почти идеально круглыми, а четыре голубых ноги заканчивались острыми лезвиями. Они передвигались по снегу, будто невесомые.

«В основном двухзвёздочные, — заметил разведчик. — Большая ёмкость сущности на звезду». Он стиснул зубы. «Почти 200%. Это страшные твари. Рекомендую медленно сократить их численность примерно на 30%, прежде чем…»

«Ребята, ждите здесь, — сказал Фредди, призывая Кровавого Мстителя. Он также призвал Чешую Багрового Дракона и щиты на предплечьях. В одной руке у него были Ужасающие Кастеты, в другой — верный Кастет Клинок.

Он достал Подвеску Короля Воинов из кольца хранения и накинул её на шею. Мгновенно всё его снаряжение озарилось мощным свечением, с перекрещивающимися золотыми линиями, создававшими почти технологичные узоры. «Поддержка. Мне понадобится твоё нечестивое благословение на выносливость».

«Погоди-ка! — закричал разведчик, Фрэнк. — Если ты получишь травму, мы не будем бросаться тебя спасать. Монстров слишком много, так что если тебя окружат, ты погибнешь».

Фредди посмотрел на него. «Ценю заботу». Он повернулся к поддержке. «Итак, благословение?»

Поддержка, Стинг, взглянул на Джона, затем пожал плечами и хлопнул Фредди по плечу. «Как скажешь». Он наложил Нечестивое Благословение Выносливости.

«О, мне тоже!» — настаивала София.

«Думаю, я пропущу этот раунд… — сказал Дрейк. — Сначала попробую себя на чём-то поменьше».

Лили молча встала рядом с ним.

Фредди кивнул им. «Хорошая мысль». Благословение наконец сработало, и он почувствовал, как оно обвивается вокруг него. Это было похоже на змееподобного демона с широкой ухмыляющейся мордой, жадно ожидающего, какую цену он заплатит.

На самом деле ничего не было. Даже иллюзии. Это было просто ощущение, которое Фредди испытывал, когда способность проникала в его тело. И как только это произошло, он без колебаний сказал: «Все внутренние органы».

Его сердце остановилось. Лёгкие перестали двигаться. Всё остальное онемело.

Трое наёмников уставились на него в шоке, а он лишь усмехнулся в ответ.

София повторила то же самое, и через мгновение они уже мчались вниз по холму.

«Безумные ублюдки…» — пробормотал Джон, наблюдая, как они уходят.

Фредди чувствовал себя потрясающе. Разница между этим Нечестивым Благословением и тем, что он получил от Шона, была огромной. Не было бушующей энергии, растекающейся по телу и превращающей органы в суп. Оно было мягким, успокаивающим — почти умиротворяющим. Оно укрепляло его мышцы, дополняя питательные вещества и обеспечивая их максимальную эффективность.

Он не использовал Гидравлическое Напряжение. Ему нужно было максимально полагаться на своё тело. Каждый процент эссенции, который он тратил, накапливался, и даже с щедрым ИТРЭ воды дни боёв быстро дали бы о себе знать.

Поэтому он просто бежал, таща свой массивный меч чисто физической силой. К счастью, её у него было в избытке.

Он достиг пауков намного раньше Софии и принялся за работу.

Их круглые, выпуклые тела имели радиус примерно с длину тела Фредди. То есть вблизи они были чертовски огромными. Сначала он не увидел явных глаз, но когда подошёл достаточно близко, по всей поверхности шара открылись щели, обнажая жуткие голубые глаза, позволяя монстрам видеть во всех направлениях.

Он также заметил, что у глаз были квадратные зрачки.

На его прямоугольном клинке не было острия, но углы всё равно были острыми. Паукообразный монстр, с которым он столкнулся, атаковал его почти пренебрежительным взмахом когтя, будто не считал его серьёзной угрозой.

Его ошибка стоила ему жизни, когда багровый клинок врезался в его панцирь, углом вперёд, отчего тот треснул, как огромное яйцо.

Фредди был поражён количеством исцеления, которое он получил от своего таланта за убийство существа. У них была значительная биомасса, и даже 1% от этого давал заметное исцеление.

Как только он убил первого монстра, остальные остановились и повернулись к нему, наконец восприняв его как настоящую угрозу.

Он предположил, что их талант позволял им скользить по льду, будто они невесомые. И скользили они быстро, стремительно окружая его и приближаясь с такой скоростью, что он бы запаниковал, если бы не был так уверен в себе. Его маска очень помогла, позволяя отслеживать монстров на краю поля зрения.

Сначала они попытались окружить его и дуть ледяными ветрами, чтобы замедлить его движения. Когда это не сработало из-за его доспехов, они начали выплёвывать жидкость, которая замерзала при контакте, образуя твёрдую, паутинообразную субстанцию. К их несчастью, доспехи Фредди делали адгезивные вещества совершенно бесполезными, так что они просто стекали с него, как дождь с полированного стекла.

Обожаю эти доспехи.

Они снова сменили тактику, стреляя в него кристальными пулями, которые взрывались на осколки при ударе. Они легко пробивали его тонкие доспехи, но абсолютно ничего не могли сделать с багровой чешуёй под ними. А доспехи тут же восстанавливались.

Обожаю эти чёртовы доспехи.

Его тактика, по большей части, оставалась прежней. Он размахивал мечом. Честно говоря, в его подходе не было ничего сложного. Их конечности были слишком хрупкими, чтобы противостоять невероятно плотному оружию, а панцири трескались, как яичная скорлупа.

Тем не менее, он старался максимально экономить энергию.

Он придумал небольшую хитрость с Гидравлическим Напряжением, используя его лишь на долю секунды в конце удара. Это позволяло ему мгновенно остановить оружие и тут же размахнуться в другую сторону, создавая иллюзию невесомости, будто он размахивал игрушкой из фанеры, а не тяжёлым металлом.

Поскольку Гидравлическое Напряжение использовалось лишь на мгновение, оно тратило лишь доли процента за применение, что делало его устойчивым вариантом.

Даже с его невероятной силой ему приходилось серьёзно относиться к такому количеству монстров. Он на секунду задумался, как там София, и обернулся посмотреть. То, что он увидел, шокировало его.

София снимала панцирь с одного из пауков и превращала его в доспехи, покрывающие её кожу. Он наблюдал, как она прыгает к другому монстру, размахивая рукой в перчатке. Перед ударом её предплечье выдвигалось вперёд, как отбойный молоток, добавляя удару достаточно силы, чтобы расколоть панцирь монстра. Она продолжала избивать его, ловко уворачиваясь.

Она не была достаточно быстрой, чтобы избежать всех атак двухзвёздочного монстра, но даже когда получала повреждения, одной искры было достаточно, чтобы вернуть её в идеальное состояние. Вскоре ещё один монстр был повержен.

Это было просто невероятно.

Покачав головой, он снова сосредоточился на битве. Он убивал по монстру каждые пять секунд, но их было так много, что он не мог не чувствовать себя немного медленным. Тем не менее, он постепенно сокращал их численность без особых проблем.

Вскоре между более крупными сородичами проскользнул крошечный коричневый дивиант размером едва ли по пояс. Он не проваливался в снег, как остальные. Потому что у него явно был другой талант.

Не потребовалось много времени, чтобы понять, в чём он заключался. Сила способностей. Он использовал свою превосходную ёмкость эссенции, чтобы создать настоящий лес каменных шипов под Фредди. Ни один из них не пробил его кожу, а разрывы на доспехах мгновенно затягивались. Тем не менее, ему было трудно удержаться на ногах.

Он поднял руку и создал Кровавое Копьё. Монстр почувствовал, что он собирается атаковать, и воздвиг плотную каменную стену для защиты. Стена, которая явно недооценила плотность летящего копья.

Атака Фредди пробила стену, а затем и монстра, пригвоздив его к земле и положив конец его атакам.

Они вдвоём продолжали очищать волну монстров без особых проблем, в конце концов уничтожив каждого.

Они вернулись к шокированной троице ветеранов, которые смотрели на них, как на фриков природы. Что, впрочем, было правдой.

«Пошли, — сказал Фредди. — Нечестивое Благословение скоро закончится. Хочу успеть разобраться ещё с одной толпой монстров, пока оно действует».

Следуя за следующей красной точкой, они наткнулись на относительно небольшую группу ледяных големов. В основном это были снежные варианты с небольшим количеством льда, и хотя их ёмкость эссенции была пугающе большой — 500% на первую звезду, они были слишком тупыми, чтобы использовать это эффективно.

София вздохнула при виде них. Неорганические монстры были для неё бесполезны, учитывая её стиль боя. Она была покрыта довольно замысловатым панцирным доспехом, представляя впечатляющее зрелище. Что ещё более жутко, она, похоже, прикрепила его прямо к своей коже.

Особенность архлюдей сродства жизни заключалась в том, что они обычно сильно ограничены в том, на что могут рискнуть. Милосердие Эфира имело свои пределы — если они переступали черту и слишком сильно изменяли себя, это становилось необратимым.

У Софии не было такой слабости.

Хотя он не видел её лица, Фредди был уверен, что она ухмыляется ему.

Так вот что она хотела мне показать, да? Ладно, допустим.

В этом бою Фредди позволил Дрейку и Лили присоединиться.

Дрейк быстро разобрался с големом, которого ему поручили. Алебарда была страшным оружием в руках такого крупного, но быстрого человека. Он избил беднягу без особых проблем.

Лили была не так искусна. Далеко не так. Честно говоря, она не была особо талантливой бойцей по сравнению с Дрейком.

Однако её новое тело было довольно сильным, а оружие — эффективным. Даже если она использовала двуручный меч больше как дубину, чем меч, она всё равно могла снимать с големов значительную часть массы, заметно ускоряя их смерть.

Фредди, со своей стороны, использовал меч как дубину, разбивая големов, как огромные пиньяты. Он смеялся над Софией, которой не удалось убить ни одного.

«Чёрт!» — вдруг закричал их разведчик сзади. «Трёхзвёздочный металлический дивиант! Отходите!»

Фредди остановился. «Где?» — спросил он.

«Близко! Судя по форме, он куда умнее этих! Надо звать подкрепление!» Разведчик вдруг замолчал. «О, чёрт!»

Прежде чем Фредди успел спросить, что происходит, трёхметровая масса металла, грубо напоминающая манекен, упала с неба прямо перед ним.

----------

Эфирная монета

Монстры не были равны. В большинстве случаев их звёздный ранг мало что значил. Были жуки-монстры, достигавшие пятой звезды к моменту взросления. Но с 4% ёмкости за звезду они даже близко не могли сравниться с пятизвёздочными людьми.

С другой стороны, у многих монстров было много ёмкости эссенции за звезду. Големы были среди них. Но опять же, это мало что значило. Они были тупыми массами материала, движущимися за счёт чистой силы энергии, которой они были наполнены. Редко у них хватало мыслительных способностей, чтобы сформировать настоящую способность.

Существо, стоявшее перед Фредди, было редким и пугающим исключением.

Его грязное чёрное металлическое тело сверкало на белом снегу, когда оно склонило безлицую голову в его сторону. Оно подняло руку. Три звезды зажглись в его груди.

Фредди мгновенно отпрыгнул назад и поднял щиты, чтобы защитить голову.

Град металлических осколков пронёсся по воздуху с устрашающим, высоким свистом, врезаясь в его тело. Даже с его чешуёй и естественной прочностью многие из них пробили его насквозь. Его Щиты Багрового Крыла мгновенно истощились и едва держались, пока голем сосредоточил огонь на его голове, пытаясь убить.

Вскоре он остановился, опустив руку. Он стал немного меньше в размерах, так как использовал собственное тело как материал для пуль. Затем его руки превратились в клинки, и он принял стойку, готовясь броситься на Фредди.

Фредди почувствовал, как трое наёмников движутся к нему с намерением оттеснить монстра. Но у него были другие планы. «Отойдите!» — крикнул он. «Дайте мне разобраться с этим! Это приказ!»

Люди остановились, колеблясь. Но они были профессионалами. И приказ работодателя, если он не нарушал условий контракта, был абсолютным. Они отступили.

Голем прыгнул вперёд с огромной скоростью, манипулируя своим телом, чтобы бежать всё быстрее.

Фредди поднял левую руку, чтобы блокировать удар сверху, который летел с высокочастотной вибрацией ещё одной трёхзвёздочной способности. Клинок прошёл прямо через его поднятую руку, и он едва успел отклонить голову, избежав той же участи. Даже так часть его черепа была затронута ударом. Изрядное количество кости было срезано, но недостаточно, чтобы добраться до мозга.

Кровавый Мститель застонал от ярости, и, увидев момент, Фредди ударил им с двузвёздочным Гидравлическим Напряжением. Оружие врезалось в бедро голема с яростью, разрушив значительную часть его тела и почти наполовину застряв в нём.

Именно тогда Фредди почувствовал, как оружие внезапно размягчилось в его руке. Оно разжижилось и растаяло, когда голем поглотил багровый металл и использовал его, чтобы заполнить трещины, вызванные атакой Фредди.

«Чёрт».

Он тут же побежал назад, вкладывая всё, что мог, в Гидравлическое Напряжение. Монстр последовал за ним, размахивая удлинёнными клинками и периодически стреляя небольшими снарядами в открытые места.

Если бы Фредди продолжал бежать, он проиграл бы бой. Это был голем. Учитывая, что даже самые слабые из них имели огромное количество эссенции за звезду, он не удивился бы, если бы у этого существа была ёмкость более 2000%. Даже с безумной силой, которую он вкладывал в атаки, голем мог пережить его в бою. Кроме того, это был неорганический враг, так что 1% Вампиризма не мог исцелить его.

Долго он бы не продержался.

Нужно было что-то делать.

Голем был сосредоточен на атаке, явно уверенный, что Фредди мало что может противопоставить. Увидев его агрессивное поведение, Фредди внезапно развернулся и прыгнул прямо на голову монстра, активировав двузвёздочный Удар Цунами, а затем, за мгновение до удара, включил ударную функцию своего Кастета Клинка.

Его атака взорвалась с силой, уничтожив его правую руку и отбросив монстра назад. Его лицо треснуло, и кусок размером с кулак светился от тепла, выделенного ударом, но даже этого было недостаточно, чтобы убить его.

«Скрученный Маятник!» — крикнул он, падая на землю и бежал так быстро, как мог, в противоположном направлении.

С одной отрубленной рукой и другой, разорванной в клочья, он даже не мог держать оружие. С его скоростью, уменьшенной вдвое, монстр поднялся и догнал его в мгновение ока. Затем, когда он уже заносил удлинённый клинок, чтобы отрубить ему голову, соотношение времени изменилось.

Его скорость удвоилась, Фредди активировал двузвёздочное Гидравлическое Напряжение и прыгнул прямо в воздух.

Глядя вниз, он увидел, как монстр поворачивается к нему. Он поднял руки, готовясь сбить его с неба. Вместо того чтобы тратить время на защиту, он сосредоточился на времени. Как только ускорение закончилось, он активировал ещё один двузвёздочный Удар Цунами. Затем он снова произнёс: «Скрученный Маятник».

Голем явно не ожидал, что он внезапно упадёт так быстро, и не успел увернуться. Ноги Фредди приземлились на его лицо с сокрушительной силой. Его ноги разорвались, а тело голема согнулось от удара. Ударная волна и жар мгновенного удара испарили снег в небольшом радиусе вокруг взрыва, подняв завесу пара.

Фредди моргнул, пытаясь избавиться от звёзд в глазах, когда открыл их. Он лежал на земле недалеко от взрыва. Голем перестал двигаться. Оглядев себя, он на мгновение оценил доспехи. Сапоги мгновенно восстановились, даже если они были пусты, учитывая отсутствие ног внутри. К счастью, они всё ещё были прикреплены к штанам.

К сожалению, его Кольцо Захвата Эфира было на левой руке, рядом с Кольцом Хранения и Кольцом Крови. Иначе, судя по количеству эфира, полученного за убийство, он был уверен, что смог бы сделать монету или две.

«Мне нужна помощь!» — крикнул он.

Через несколько мгновений носильщик нашёл его и поднял, унося от трупа голема.

Пока они бежали обратно к остальным, носильщик усмехнулся. «Ты что-то с чем-то».

«Наверное», — сказал Фредди.

Человек вздохнул, покачав головой. «Сэр, при всём уважении — даже с вашей силой, о чём вы думали, когда решили сражаться с этим в одиночку?»

Фредди пожал плечами. «Скрытая аура».

С соотношением накопления скрытой ауры сто к одному ему нужно было быть очень активным, чтобы достичь третьей звезды. Брать только те бои, в которых он чувствовал себя комфортно, не привело бы его далеко.

Человек фыркнул. «Ясно. Значит, ты из таких. Просто знай, даже с твоим талантом, однажды ты умрёшь, если продолжишь так делать».

«Спасибо за совет», — сказал Фредди, слегка раздражённый внезапной лекцией. Но всё же он решил не портить отношения без нужды и промолчал.

Фредди вернулся к остальным, где София начала его «лечить». Она сильно сдерживалась, лишь восстанавливая немного тканей в примерной форме того, что отсутствовало. Даже с конфиденциальностью наёмников они не могли открыто демонстрировать то, что могла делать София.

«Нам стоит вернуться на время», — сказал разведчик. «Отдохнуть несколько часов и восстановиться».

Фредди повернулся к нему. «Что? Ты устал?»

Разведчик нахмурился. «Нет… но ты—»

Фредди рассмеялся. «Тогда продолжаем».

Големы не потребовали много усилий. И прежде чем они закончили, на них напала стая гигантских волков, наконец позволив Фредди полностью исцелиться.

Дрейк и Лили тоже вернулись в игру, но они держались сзади, ближе к наёмникам, которым приходилось вмешиваться время от времени, чтобы спасти их. В основном Лили. Дрейк справлялся хорошо.

София справлялась с ними куда лучше. И, убив несколько, она тут же начала присваивать их плоть, добавляя к себе.

Фредди думал, что размер Дрейка был уже слишком. Но это ничто по сравнению с тем, что София делала с собой. Каждый раз, когда он считал, что она уже достаточно выросла, она смеялась над его наивностью, добавляя ещё больше материи к куче. Вскоре она превратилась в громадную массу мышц и костяных пластин.

Наёмники, вероятно, видели множество безумных вещей за свою карьеру. Но даже они смотрели с широко раскрытыми глазами, когда София достигла 10 метров в высоту и создала гигантскую пасть прямо посередине туловища. Она собирала волков шестью массивными руками и просто бросала их в отверстие в своём теле, где их пережёвывали и добавляли к постоянно растущему чудовищу.

В этот момент Фредди остановился. «Рефлюксная эссенция должна была убить тебя к этому моменту. Как, чёрт возьми, ты это делаешь?»

Она повернулась к нему своей разросшейся, деформированной головой и улыбнулась отвратительно искривлённой улыбкой. «Грубая манипуляция очень дёшева», — сказала она низким, громовым голосом. «Я просто приклеиваю плоть к себе. Но я достигаю своих пределов. Придётся замедлиться».

«О… Ну, продолжай в том же духе», — сказал он, разворачиваясь, чтобы продолжить бой.

Вскоре они наткнулись на ещё одну серьёзную угрозу. На этот раз это был небольшой белый волк. Используя сродство с воздухом, он двигался с огромной скоростью и, обладая впечатляющим интеллектом, выслеживал их издалека, выжидая момент для удара.

Единственной причиной, по которой они заметили его, был их разведчик, который следил во всех направлениях.

Этот бой мог бы стать неприятным, но прошёл гораздо лучше, чем встреча с големом.

Фредди заранее активировал Скрученный Маятник, а затем использовал дополнительную скорость, чтобы метнуть точное копьё в голову волка. Скрученный Маятник отлично сочетался с его Кровавым Копьём. Когда он двигался в два раза быстрее, он также бросал копьё в два раза быстрее. Даже с призрачной скоростью волка, он не успел среагировать.

На этот раз он носил Кольцо Захвата Эфира. И оно захватило эфир.

Неприятное ощущение распространилось по груди Фредди, когда мир вокруг него стал странным. Жар, и дышать стало трудно. Всё было точно так, как он помнил. Тем не менее, такое едва ли могло его отвлечь. С мерцанием и звоном монета появилась на кольце. Фредди снял её и убрал на потом, уже предвкушая, сможет ли Кровопролитие использовать её для чего-то.

Первые несколько групп монстров были отдельными. Затем, по мере увеличения плотности монстров, группы исчезли, и они столкнулись с натиском разнообразных существ.

Фредди и София составляли устрашающий дуэт. Хотя он убивал гораздо быстрее в целом, София могла расправиться с мелкими тварями в мгновение ока — ей достаточно было взмахнуть одной из своих неестественно длинных конечностей, чтобы смести десятки существ разом.

От маленьких драконов до змей, волков и големов, затем кошачьих тварей, мясистых уродцев, жуков, летучих существ — монстры не прекращали появляться, их разнообразие и количество росли с каждым часом.

Наёмникам наконец пришлось вмешаться и помочь.

Носильщик сражался в основном с помощью паразитических кровяных грибных щупалец, атакуя слабые места, такие как глаза. Но его сродство с молнией тоже было не для виду. Он перемещался с впечатляющей скоростью, демонстрируя невероятные рефлексы и силу удара.

Поддержка обрушивал как благословения, так и проклятия. Он был пугающе эффективен, выбирая опасные цели и используя минимум, с которым мог справиться. Ему достаточно было создать брешь, и обычно кто-то другой добивал. Фредди думал, что человек будет чаще использовать Проклятие Паралича, но, похоже, он больше полагался на Обострённый Инстинкт и Нанесение Боли.

Обострённый Инстинкт даже не казался таким уж проклятием, но это было так. Он отлично работал против полуразумных монстров, поскольку заставлял их превращаться в безмозглых зверей. Даже против людей он был страшен, поскольку внезапно обострившиеся инстинкты сбивали с толку и заставляли попадаться на обман, который они бы иначе раскусили.

А Нанесение Боли не нуждалось в объяснениях.

Их разведчик не был силён в чистой силе, но его копье быстро справлялось даже с довольно опасными целями. Он, казалось, полагался на рефракторные иллюзии — смещал своё видимое положение в сторону, чтобы застать противника врасплох. Кроме того, он отлично осознавал всё вокруг, превращаясь в машину для поиска слабостей.

Но даже тогда они редко вмешивались. Их основной задачей была защита двоих детей и их позиции.

Более серьёзные вещи Фредди разбирал сам, иногда с небольшой помощью Софии.

Время от времени они натыкались на что-то особенно страшное, но лишь один монстр был близок к уровню угрозы первого голема — виверна. Она, вероятно, обрушила бы на них огонь, пока не превратила бы всех в угольки, но Фредди успел повредить её крыло и сбить на землю, где София затем обернула её горами плоти, позволив ему относительно безопасно изрубить на куски.

Её шкура была чертовски прочной, и даже связанная, она могла биться так сильно, что попадала по Фредди. Но это не имело большого значения.

Монеты накапливались быстрее, чем Фредди ожидал, и вскоре у него было десять штук в Кольце Хранения.

Честно говоря, даже для него это начинало становиться слишком. Он боялся, что если так продолжится, они не продержатся и неделю, не говоря уже о нескольких месяцах.

Но, к счастью, это был лишь пик первой волны. Вскоре волна схлынула, и орда резко поредела.

Фредди проверил часы и, увидев лишь несколько красных точек, удовлетворённо кивнул. «Теперь можем отдохнуть несколько часов».

Остальные с радостью воспользовались возможностью.

Фредди сидел в одной из приватных комнат бункера, а Кровопролитие сидело перед ним, держа одну из монет. Оно посмотрело на него своими светящимися красными глазами. «Это мало полезно для меня, Хозяин», — сказало оно. «Я могу использовать это, чтобы восполнить энергию, когда ты освободишь меня через кольцо, но это всё. Аура полностью пуста. Она не имеет иного применения, кроме чистой энергии».

Фредди вздохнул и забрал монету. «Да, я так и думал. Ну, по крайней мере, это продаётся за хорошие деньги».

Убрав её, он решил выйти из комнаты. В гостиной было только три человека.

Их носильщик — Джон — сидел на одном из диванов, дружелюбно болтая с Дрейком и Лили. Фредди был немного удивлён его поведением. Он был совсем не похож на грубого наёмника, каким казался при разговоре с Фредди. Скорее, он вёл себя как крутой отец, раздавая комплименты и советы паре напротив.

Разговор стих, когда Фредди вошёл. «Не обращайте на меня внимания», — сказал он, садясь. Стол был заставлен сладостями и закусками. Несколько пустых стаканов стояли рядом с большим кувшином растворимого кофе посередине. И это был не дешёвый кофе. На самом деле, довольно хороший, даже если и растворимый. Фредди налил себе щедрую порцию и сел.

Разговор остальных продолжился, пока Фредди молча пил кофе. Почему-то он продолжал поглядывать на Дженис. То есть, Лили, но он всё ещё не мог привыкнуть называть её так. Он смотрел на неё не из-за внешности или чего-то подобного. Скорее, ему казалось, что он что-то забыл. Это беспокоило его.

Отложив это на потом, он откинулся на диван.

«Эй. Мистер Клифф», — позвал носильщик, снова становясь грубым. «Я хочу поговорить с тобой минутку, если не возражаешь».

«Пожалуйста, зови меня Фредди», — сказал он. «Или мистер Штерн, если настаиваешь. Я уже знаю, что ты слышал моё настоящее имя из слухов. Не притворяйся, что это не так».

Человек фыркнул. «Как скажешь».

«Мы мешаем?» — спросил Лукас — то есть, Дрейк. «Если да, мы можем выйти».

«Можешь остаться», — сказал носильщик. «Если… мистер Штерн не против».

«Конечно. Они мне не мешают».

Дрейк и Лили переглянулись. Они прошептались и кивнули, закрыв глаза. Должно быть, они вошли в Незер.

«Насчёт сегодняшнего…» — начал наёмник, но Фредди вдруг вскочил на ноги.

Незер. Он посмотрел на Лили снова.

Она могла манипулировать аурой предметов с помощью своего конструкта души. Если так…

Что она могла сделать с эфирной монетой?

----------

Силуэт на горизонте

«Всё в порядке, мистер Штерн?» — спросил Джон, приподняв бровь.

Фредди долго смотрел на Дрейка и Лили. Его маска всё ещё была на месте, поэтому, когда он взглянул на наёмника, тот даже не догадался, что Фредди смотрит на него.

«Лучше оставить это в тайне», — решил он, медленно опускаясь обратно в кресло. «Ничего. Просто вспомнил кое-что, но это не срочно. В любом случае, ты хотел поговорить со мной?»

Мужчина кивнул. «Я просто хочу выразить благодарность за возможность работать с тобой». Он достал коробку дорогих сигар и открыл её. «Может, разделишь одну со мной?»

«Не в настроении», — ответил Фредди, откидываясь в кресле. «Просто интересно, откуда такая внезапная благодарность».

Джон усмехнулся. «Сегодня ты убил примерно в 270 раз больше монстров, чем я предполагал».

Фредди нахмурился и фыркнул. «Твоя математика, должно быть, хромает, если ошибка настолько велика».

«Моя математика в порядке, уверяю тебя. У людей обычно есть пределы. У них заканчивается эссенция. Или они достигают предела толерантности. Или у них кончается выносливость. А если они каким-то образом преодолевают всё это, в конце концов, их снаряжение выходит из строя. Ты же, похоже, обладаешь бесконечной выносливостью».

Мужчина был прав. У Фредди действительно была бесконечная выносливость. Вроде как.

Выносливость зависела от износа тела и общего запаса энергии. Износ компенсировался 1% Вампиризма, а запасы энергии легко восполнялись благодаря Адаптивному Водному Телу. Эта концептуальная способность влияла на движение воды в организме, что идеально подходило для пищеварения и транспортировки питательных веществ. Пока у него были пищевые таблетки, он мог продолжать сражаться.

Стоит отметить, что без 1% Вампиризма и Моря Крови Адаптивное Водное Тело не развило бы такой эффект, хотя бы потому, что такая высокая концентрация питательных веществ и калорий убила бы почти любого. 1% Вампиризма лечил повреждения от избытка питательных веществ, а Море Крови помогало их хранить и разбавлять.

Джон вдруг рассмеялся. «Я видел, как ты сегодня съел девятнадцать пищевых таблеток», — сосчитал он. «Девятнадцать! И это ещё высококачественные рационы для выживания. Ты представляешь, сколько в них калорий? Я поражён, что ты не сварился заживо от того количества энергии, которое тратишь в бою. Но даже если отбросить это, я думал, что твоё снаряжение рано или поздно выйдет из строя. Мне потребовалось время, чтобы разгадать твой трюк с доспехами — умная штука, и, наверное, очень дорогая.

«Но твой чёртов меч — это то, что я никак не могу понять. Когда я впервые увидел, как ты создаёшь этот кусок металла, я чуть не рассмеялся. Но ты не только управляешься с ним с лёгкостью, его сложнее сломать, чем обычную конструкцию из Багровой Ртути».

Он был третьей стадии, обладал свойствами стали и вольфрама, его сила усиливалась Кольцом Крови, а прочность увеличивалась Подвеской Короля Воинов. И это не считая того, что он был просто очень толстым.

Фредди не выдержал и вздохнул. «Есть причина, по которой ты мне подлизываешься?»

«Брось. Я не пытаюсь быть бестактным», — настаивал мужчина. «Я просто хочу извиниться за своё поведение сегодня».

Глаз Фредди дёрнулся. «Извинение не принято». Он мрачно усмехнулся. «Что, теперь, когда ты увидел, сколько денег можешь на мне заработать, хочешь стать моим лучшим другом? Пошёл вон. Если ты будешь таким только тогда, когда тебе это выгодно, я предпочту, чтобы ты был грубым».

Мужчина поник. «Это…» Он вздохнул. «Допустимая критика».

«Да, и ты бы не принял её, если бы я не был так силён. Теперь у тебя есть что-то полезное для обсуждения?»

Фредди знал, что лучше просто отпустить ситуацию, но он терпеть не мог подобное двуличие.

Если этот человек хотел быть грубым — пожалуйста. Но он не мог взять свои слова обратно, теперь, когда ему было выгодно быть дружелюбным.

Джон вздохнул. «Я хотел добавить, что ты можешь больше на нас рассчитывать. Я понимаю, что ты амбициозен, но бои с големом и виверной были слишком рискованными».

«Не беспокойся», — сказал Фредди. «Если я когда-нибудь почувствую реальную угрозу, я попрошу вашу поддержку применить Последний Шанс».

Глаза мужчины расширились. «Эта способность называется Последний Шанс не просто так. Она разрушит твоё тело, если ты её используешь».

«Это единственное, о чём мне не нужно беспокоиться». С этими словами Фредди поднялся. «Было приятно поговорить».

Теперь пришло время поговорить с влюблёнными. Он просто коснулся их, чтобы вернуть в реальность, и прошептал: «Нам нужно поговорить наедине».

Они кивнули и последовали за ним в одну из комнат. Там он кратко объяснил Лили свою идею.

Однако вместо ожидаемого энтузиазма его предложение вызвало у них шок.

«Что?» — спросил Фредди.

Дрейк нахмурился. «Откуда ты вообще знаешь о её конструкте души?»

Фредди замер. «Ах, да. Ну, я видел, как она использовала его в тот день, когда мы встретились в Подземелье Крепости».

Дрейку не понравился ответ. «Понятно… Так вот почему ты сказал мне поговорить с ней? Потому что знал, на что способен её конструкт души?» Он стиснул зубы. «Ты действительно манипулировал и использовал меня на каждом шагу?»

Фредди вздохнул. «Да», — признал он. «И когда я осознал это, я решил прекратить, потому что не хочу быть таким человеком».

«Но ты, кажется, вполне рад пожинать плоды».

«Лукас…» — пробормотала Лили. «То есть… Дрейк. Остановись». Она положила руку ему на плечо, но он отстранился.

«Почему ты всегда защищаешь его?» — вскочил он. «Что, он тебе нравится больше, чем я?»

Фредди закатил глаза так сильно, что они чуть не выпали из орбит. «О, Господи, Лукас, пожалуйста, мне сейчас совсем не до подростковых драм! Я понимаю, что облажался, ты переживаешь, мир сейчас безумен, но это действительно, действительно не так глубоко! Я знаю, что она может что-то сделать, и просто прошу её помочь! И я позабочусь о том, чтобы она получила достойную компенсацию. Вот и всё!»

Казалось, Дрейк хотел что-то сказать, но вместо этого он выбежал из комнаты, хлопнув дверью. Лили, конечно же, побежала за ним, стуча в дверь и зовя его.

Фредди вздохнул. «Я так устал от этого дерьма».

К счастью, у него под рукой не было ничего с аурой крови, так что он не мог проверить свою теорию, даже если бы захотел.

Вместо этого он нашёл Софию в её комнате и завёл разговор о том, что она узнала о модификациях своего тела за день.

Массивный плотоядный голем, которого она создала, ждал снаружи бункера. Она просто отделилась от него и оставила его там на потом. Даже если монстры наткнутся на него, они вряд ли смогут быстро прожевать толстую костяную броню. И, скорее всего, им даже будет всё равно.

Раз уж они заговорили об этом, Фредди решил поднять одну тему. «Ты говорила, что не хочешь использовать нежить, потому что не хочешь, чтобы люди считали тебя полной уродиной. Но, по-моему, этот костюм из плоти в разы хуже».

Она фыркнула. «У меня было время подумать. И хотя я всё ещё не хочу быть отвратительной, к сожалению, большая часть моей силы требует, чтобы я была немного странной».

«Так что… Когда нежить?» — спросил он с хитрой ухмылкой.

София усмехнулась. «Этот костюм из плоти уже нежить».

«Он нежить, как и всё органическое, до чего ты дотрагиваешься, я полагаю», — сказал он. «Но это не нежить. Он не двигается самостоятельно».

Она уставилась на него.

Его глаза расширились. «Он что, двигается!?»

«Там спрятан крошечный мозг», — призналась она. «Сейчас он отключён, но я могу легко его подключить, если захочу. Мне просто нужно присоединить нервы, и всё».

«И что будет, если ты это сделаешь?»

«Понятия не имею», — честно ответила она. «Честно говоря, мне страшно пробовать. Я хочу оставить этот вариант на крайний случай, но если я подключу его и использую Поднятие Нежити… Скажем так, если что-то пойдёт не так, начнётся ад».

Он нахмурился. «Наверное, не стоит экспериментировать с этим здоровяком».

Она пожала плечами. «Не планирую, если только не придётся».

После мгновения колебания он кивнул. «Тогда, наверное, стоит попробовать. Будем надеяться, что до этого не дойдёт. В любом случае, отдохни. Скоро нам снова в путь».

Следующие два часа они просто отдыхали. Фредди немного вздремнул. Ему нужно было убедиться, что он отдыхает, чтобы усталость не накопилась после, возможно, месяцев сражений.

Затем они снова отправились в бой. Была уже ночь, что осложняло задачу. Монстров было сложнее заметить, даже с подсветкой от разведчика.

Орда не ускорилась, но они всё же столкнулись с новой серьёзной угрозой. На этот раз это был снежный минотавр — двуногий бизон с невероятной физической силой. У него не было абсурдного запаса эссенции, как у голема, но это был монстр четвёртой звезды.

«Нам понадобится подкрепление!» — настаивал разведчик.

«Поддержка», — позвал Фредди, как только заметил, что бык несётся на них. «Дай мне Последний Шанс».

Глаза мужчины расширились. «Ты уверен—»

«Просто сделай это», — приказал он, проглатывая таблетку защиты разума. Энергия от этого будет безумной, и без таблетки он боялся повредить мозг.

Раздражённо кряхтя, мужчина подчинился.

На этот раз Фредди увидел не змея, а кошкоподобное чудовище с безумным выражением, будто оно хотело оторвать ему конечности и тут же съесть. Оно не ждало жертвы с радостью. Оно требовало её.

«Посмотрим, на что оно способно», — сказал он, глубоко вздохнув. «Все внутренние органы».

Отряд наёмников замолчал, услышав это. Разведчик что-то пробормотал, отступая, а поддержка побледнел.

Фредди взорвался. Ну, не буквально, но на мгновение казалось, что вот-вот. Его тело раздулось, как шар на грани разрыва. Зрение покраснело от невероятной ярости, захлестнувшей его.

Он не мог сформулировать ни одной мысли. В итоге он швырнул меч в снежного минотавра и бросился на него с кулаками. Меч ударил с такой силой, что монстр рухнул на землю, а затем, с Ужасающими Кастетами на одной руке и Кастетом Клинком на другой, Фредди избивал его, пока тот бился в агонии.

Минотавр сумел подняться и ударить, но Фредди парировал Ударом Цунами. Монстр проиграл схватку — его предплечье разорвалось в клочья, что почти полностью исцелило Фредди от повреждений, нанесённых Ударом Цунами.

Поэтому он использовал его снова.

В какой-то момент он потерял сознание, а очнулся среди моря трупов монстров, как раз когда сорвал голову с тела пантеры голыми руками.

«Ладно…» — пробормотал он, наконец восстановив контроль над дыханием. «Этот… Может, не стоит жертвовать всеми внутренними органами ради такого».

«Кто-то вернулся», — раздался искажённый, громкий голос Софии. «Я уже думала, ты совсем спятил».

Он неловко усмехнулся. «Честно говоря, если бы не 1% Вампиризма, который лечил меня всё это время, возможно, так и было бы».

«Оставь это на крайний случай», — сказала она. «Ради общего блага».

Он кивнул. Если ему снова понадобится эта способность, он выберет менее радикальную жертву.

Битва с ордой монстров продолжалась.

Следующие несколько дней слились в постоянный вихрь насилия. Волны монстров то накатывали, то отступали — иногда их почти не было, а иногда казалось, что им не будет конца.

Эфирные монеты копились, и Фредди собирал всё, что имело хотя бы след ауры крови. Это было несложно, учитывая, сколько крови он проливал.

Его Кровавый Мститель обычно был полностью покрыт аурой крови к концу боя, так что он мог продать его как сырьё за хорошую цену. Каждый раз, когда срок службы меча подходил к концу, он отдавал его носильщику на хранение.

Ситуация с Дрейком и Лили оставалась напряжённой — Дрейк явно был перегружен. К сожалению, у него не было времени на осмысление. Была только война и страдания, и оба неоднократно получали ранения. София быстро лечила их, позволяя продолжать сражаться.

Часы на запястье Фредди иногда звонили. Лидеры команд — Фредди и другие элитные бойцы — имели доступ к групповому чату для обмена информацией. Сначала его почти не использовали, но со временем сообщений становилось всё больше.

РЕДЖИНАЛЬД:

Привет!

Просто хотел предупредить — только что убил пятого снежного льва третьей звезды, так что их определённо больше. Будьте осторожны. Их талант превращает враждебную эссенцию в ледяную, так что если не хотите, чтобы ваши способности заморозило, не попадайтесь под удар.

ЭМИЛИ:

«Не попадайтесь», говорит.

ХАХАХАХА!

Да без шуток, болван.

РЕДЖИНАЛЬД:

Ты поняла, что я имел в виду.

ПЕРИ:

Пожалуйста, не засоряйте чат бесполезными сообщениями.

ЭМИЛИ:

Пери, я тебя ненавижу

ПЕРИ:

…

Тебе обязательно так себя вести?

ЭМИЛИ:

----------

Раздавить

Глубоко в Ледяных Пустошах, вдали от ближайшего человеческого поселения, шёл невысокий темноволосый мужчина. На первый взгляд он ничем не отличался от обычного человека. Но если присмотреться к его лицу, взгляд упирался в странные, жутковатые квадратные зрачки.

На его лице играла лёгкая улыбка, пока его окружали несколько существ. Они были покрыты белой шерстью, размером со среднюю собаку, с неровными челюстями, усеянными острыми зубами, и тремя глазами, которые неестественно близко располагались на их головах.

Мужчина взмахнул рукой. По ним пронёсся ветер. Это был тот самый хищный порыв, который ласкает кожу тех, кто погряз в отчаянии. Он охотился на тех, кто верил, что у них нет выбора, нет надежды, нет шанса на спасение.

И он делал им предложение.

Тихий шёпот проникал в уши каждого монстра. Некоторые из них замедлялись и задумывались, размышляя о предложенной силе, в то время как другие отгоняли шёпот, шипя и рыча на воздух.

Быть монстром — значит постоянно быть во власти более крупных хищников. Беспрестанно искать пропитание, оставаясь при этом чьей-то добычей. У них не было развитого разума, который позволил бы им видеть дальше. Они не могли планировать, мечтать, организовываться или общаться на языке, как те, кто одарён разумом.

Но они не были глупыми. Они не были бесчувственными. И все они знали, что однажды их ждёт. Как и многие другие в их стаях, они падут. Все они в конце концов умрут.

Шёпот обещал им жизнь после смерти. Гарантию, что, даже погибнув, они не исчезнут в ничто. Они останутся. Станут частью чего-то большего. Навсегда.

Около половины монстров поддались искушению.

Каефальге с радостью наблюдал, как Повелитель Отчаяния забирал всё больше душ.

Те, кто принял предложение, изменились. Их глаза преобразились, а сила слегка возросла, раскрыв больший потенциал, подкреплённый мудростью, превосходящей мелкие законы этого мира.

Отказники попытались бежать. Мгновения спустя их разорвали в клочья.

С глубоким вздохом удовлетворения он отпустил монстров и продолжил свой путь.

Каефальге был занят последнее время, водил за нос этих назойливых людей. Трое шли по его следу, уверенные, что преследуют Нахара и ещё двоих. Одураченные миражом.

Покачав головой, он сокрушался о своём положении. Если они догонят его — а они могли, — он мёртв. Это либо случится, либо нет. Теперь всё зависело от случая. У него оставалось не так уж много дешёвых трюков, чтобы сбить их со следа.

Оглянувшись на кровавую бойню, он вздохнул. Когда-то он был таким же, как эти окровавленные звери. Глупым и жаждущим силы. Он продал душу за мощь, когда она была ему нужна. И теперь, после смерти, расплачивался за это.

Он не понимал логики. Не знал планов своего господина. Он был пешкой. Лучшее, на что он мог надеяться, — дойти до конца доски.

Его шаги вели его вперёд, всё глубже в пустыню льда и снега.

Арбитр смотрел на горизонт, наблюдая, как вдали появляется гигантская фигура. Пока она была размером с муравья в его глазах. Но она приближалась. И он прекрасно знал, что никто не сможет её остановить. На его лице появилась грустная улыбка. Подняв бокал, он отхлебнул.

Прошло немало времени с тех пор, как его перевели сюда. Было жаль, что, как только всё стало интересным, всё рухнет.

Даже отсюда он чувствовал, как из гигантской формы изливается мощная эссенция. Он ощущал миазмы, текущие по телу существа. Если оно подойдёт к стенам ближе чем на милю, половина города погибнет от одного его дыхания.

Подняв часы, он вызвал голограмму.

ДЖОРДЖИ:

Гигант идёт прямо сюда.

Местоположение отмечено на карте.

РЕДЖИНАЛЬД:

Я тоже его вижу.

Это серьёзная угроза. Всем, пожалуйста, собирайтесь.

ЭМИЛИ:

Ой-ой.

:D

Нам конец.

ПЕРИ:

Я иду.

ФРЕДДИ:

Уже в пути.

Он вздохнул и покачал головой. Эти ребята были умны. Они сразу всё поймут, как только присмотрятся к приближающемуся монстру.

К сожалению для большинства жителей города, эвакуационные зоны в межпространстве ещё не были готовы. Даже близко. Большинству придётся бежать в другое место, и, скорее всего, немногие далеко уйдут, учитывая монстров, бродящих по дорогам.

Тем не менее он отдал приказы подготовить всё. Возможно, они смогут спасти несколько человек, если начнут прямо сейчас.

А что касается его самого, ну…

Ему нужно было остановить одного молодого дурака от безумного поступка.

Фредди добрался до вершины холма, как раз туда, где Джорджи отметила карту.

Как только он оказался на виду, его челюсть отвисла.

Во-первых, на краю обрыва сидел огромный дракон из чистого, призрачного огня. Почему-то это никого не смущало. Вокруг стояли десятки опытных бойцов. Ни у кого, кроме элиты, не было меньше трёх звёзд. За исключением трёх одно звёздных, которых привёл Фредди.

Как только команда Фредди приблизилась, все повернулись к ним.

Он беспокоился, что они запаникуют из-за Софии, но, кроме беглого взгляда на её странную форму, никто ничего не сказал. Это было логично, предположил он. Это было собрание самых больших чудаков империи.

По сравнению с драконом из живого огня, который просто спокойно сидел тут, София даже не казалась такой уж странной.

Он заметил четырёх элит, стоящих на возвышенности и смотрящих вдаль.

Эмили обернулась, увидела его и широко улыбнулась. «Добро пожаловать на вечеринку, Фредди! Кстати, вау, ты привёл одно звёздных? Гении или пушечное мясо?»

Нахмурившись на неё, он вздохнул. Решив проигнорировать вопрос, он спросил: «Какая ситуация с гигантом?»

«Ну…» — неуверенно улыбнулся Реджи. «Это…»

«Всё, наверное, кончено», — сказала Джорджи.

Фредди посмотрел на неё. «Что кончено?»

«Наша милая попытка сохранить жизни сотен тысяч людей!» — радостно улыбнулась Эмили. «У этой штуки есть сродство со смертью и достаточно эссенции, чтобы затопить весь город. Ей даже не нужно подходить близко — всё, на что она дышит, станет непригодным для жизни на недели».

Фредди замер, услышав это. Затем глубоко вдохнул. «Ладно. Что будем делать?»

Пери покачала головой. «Мне жаль. Мы не можем его остановить».

Фредди оставался совершенно спокойным. Он мог остановить гиганта. Более того, он мог щёлкнуть пальцами, и всё было бы кончено. Он убил достаточно монстров, чтобы побить свой предыдущий рекорд по Кровавой Жертве несколько раз.

Но он очень, очень не хотел раскрывать Кровопролитие без крайней необходимости. Вздохнув, он огляделся. «Совсем ничего нельзя сделать? Серьёзно?»

Джорджи покачала головой. «В радиусе мили от этой штуки — зона мгновенной смерти. Она может наполнить окрестности таким количеством миазмов, что почти ничто не выживет. Печально то, что таких гигантов обычно не так уж сложно убить. Достаточно просто заставить их упасть. Из-за их массы падение разорвёт их на части».

«Так почему мы этого не делаем?»

«У нас нет времени».

Фредди вздохнул. «А сколько у нас есть?»

«Он будет у городской стены примерно через пять часов», — сказал Реджинальд. «Это… увы… недостаточно, чтобы создать ловушку, способную его опрокинуть».

Фредди кивнул. Он подошёл ближе, чтобы лучше рассмотреть гиганта. Его взгляд снова привлёк дракон из чистого огня. «Прости, но это твой элементаль, Пери, да?» — спросил он невысокую женщину.

Она кивнула.

Ему очень хотелось спросить её, как она призвала эту штуку с ёмкостью эссенции всего в две звезды, но сейчас было не самое подходящее время. Это явно было связано с её уникальным сродством. Что, признаться, вызывало у него лёгкую зависть. «Не могла бы ты отправить его к гиганту? Просто… пусть плюнет огнём ему в лицо?»

Она неуверенно улыбнулась. «Прости, но хотя это выглядит впечатляюще, дракон — это, по сути, просто батарейка эссенции. Он может извергать много огня, но не способен нанести серьёзный урон целям, которые подавляют меня. Я использовала его, чтобы прореживать орды, когда их становится слишком много. Даже если я отправлю его, его просто смахнут, как муху».

«О. Ну это отстой». Он перевёл взгляд на остальных. «У кого-нибудь есть идеи?»

Эмили фыркнула. «Тебе понадобится либо божественная устойчивость к миазмам, либо снаряд, способный убить его с расстояния хотя бы в пять миль». Она сладко улыбнулась ему, сложив руки. «О, я знаю! Я слышала, у тебя неплохой бросок! Может, это сработает!»

Он замер. «Думаю, это действительно может сработать».

Эмили расхохоталась. Она смеялась так сильно, что даже согнулась пополам.

Игнорируя её, он повернулся к своей поддержке. «Мне понадобится твоя помощь. Давай поднимемся чуть выше».

Джорджи подошла. «Погоди, ты серьёзно? Советую пересмотреть это».

Он нахмурился. «Почему?»

Внезапно позади них появился арбитр. «Потому что, если ты не убьёшь его, ты рискуешь разозлить его».

Фредди повернулся к арбитру. «Что ты имеешь в виду?»

Тот покачал головой. «Такие гиганты глупы, как элементали. Даже если ты попадёшь в него отсюда, он начнёт атаковать всё вокруг, а если это не сработает, побежит сюда. С его массой это разрушит его тело, но не настолько, чтобы он не успел уничтожить весь город до того, как мы завершим хоть что-то, отдалённо напоминающее эвакуацию. Так что я умоляю тебя, мистер Штерн, давай остановимся здесь».

Фредди задумался. Даже если это произойдёт, он просто призовёт Кровопролитие, чтобы перехватить гиганта. С тем количеством крови, что он собрал, он, наверное, сможет сделать его такого же размера, как этот чёртов гигант. «Я всё равно попробую», — сказал он.

«У меня нет законных полномочий останавливать тебя», — сказал арбитр, — «но я могу сказать, что ты ведёшь себя как дурак, и если всё пойдёт плохо, а оно точно пойдёт, ты поставишь под угрозу жизни многих людей, включая…» — он указал на группу молодых элит — «…всех рабочих, которых они привели. Даже если я не могу тебя остановить, они точно не позволят тебе это сделать».

Фредди повернулся к элитам. Только тогда он заметил, что никто больше не шутит. На самом деле, Эмили смотрела на него так, словно бросала вызов.

Он застонал. «Слушайте, я не могу раскрыть причину, но могу с абсолютной уверенностью сказать, что я могу остановить этого гиганта».

Эмили сделала враждебный шаг вперёд. Прядь её волос внезапно удлинилась и прижалась к горлу Фредди. Она прошла сквозь тонкую, как бумага, броню, будто её не было, и он почувствовал, как она слегка впивается в кожу. Её развевающиеся тенистые волосы, вероятно, были полны скрытых лезвий.

Она уставилась ему прямо в глаза. «Готов поклясться своей жизнью?»

Не задумываясь, он кивнул. «Ага».

Её глаза слегка расширились от шока, и она неохотно убрала лезвие. «Ладно», — после мгновения колебания сказала она. «Но если проиграешь, быстрой смерти не получишь».

Он усмехнулся. «О, тебе определённо понадобится время, чтобы убить меня».

«Знаешь, такая уверенность почти привлекательна», — насмешливо сказала она, кривя губы. «Было бы так смешно, если бы ты сейчас облажался».

К счастью, он всё ещё носил золотую маску, так что никто не видел, как он покраснел. Он снова открывал в себе весьма неудобные вещи. Казалось, жизнь, которую он прожил, испортила его больше, чем он думал. Это определённо не было нормальным — испытывать влечение к мысли, что женщина пытается его убить.

Но нормально это или нет, он начал серьёзно спрашивать себя — неужели у него действительно влюблённость в эту женщину? Он взглянул на неё и почувствовал, как сердце сжалось.

Вот чёрт.

Он не знал, что с этим делать. Он говорил Софии, что хочет избегать отношений с теми, кто значительно слабее его. А тут она. Женщина, у которой не было ни одной причины его бояться.

Так почему бы не попробовать?

Но как только он задал себе этот вопрос, он понял, что у него проблема.

Он хотел знать, чем занимается её семья. Чем занимается она.

Потому что он не мог представить себе никаких реальных отношений с кем-то, кто имел какое-то отношение к эксплуатации. А это была женщина из семьи убийц. Конечно, у них был какой-то «этический комитет», наблюдающий за их работой, но для него это не значило ничего.

Насколько он знал, они были не чем иным, как логовом змей. Но он хотел верить. Что не все на этом уровне связаны с жестокостью по отношению к тем, кто ниже. Потому что он был слишком одинок — настолько, что мог предать свои принципы, если не оставалось выбора.

Почувствовав горечь, он развернулся и начал подниматься на холм. Он отошёл недалеко, просто чтобы лучше разглядеть гиганта вдали.

«У меня мало эссенции», — сказал он Стингу, поддержке, садясь и сосредотачиваясь. «Мне нужно немного времени, чтобы восстановиться, прежде чем мы начнём».

Совокупная стоимость Гидравлического Броска, Ускоренного Кровавого Снаряда и Кровавого Копья составляла около 28% эссенции при удвоенных звёздах. Таким образом, он довёл свою эссенцию до 168%. Этого хватило бы на шесть полных комбо. Это отправило бы в полёт двенадцать копий, надежно прямо в голову гиганта. Если он не сможет убить его этим, придётся вызывать Кровопролитие.

На это ушло некоторое время, и гигант успел преодолеть несколько небольших холмов. Честно говоря, он всё ещё был слишком далеко, чтобы Фредди мог быть уверен в попадании, поэтому он подождал ещё двадцать минут. Затем поднялся.

«Начинаем?» — спросил Стинг.

Фредди кивнул. «Дай мне Последний Шанс и Благословение Силы».

«Ты уверен? После того, что случилось…»

«В этот раз я принесу меньшую жертву», — настоял он. «Все органы — это перебор, но, думаю, левая рука будет как раз в пределах того, что я могу вынести, не сойдя с ума».

«Доверюсь твоему решению».

Фредди кивнул и подождал, пока баффы вступят в силу. «Левая рука», — предложил он, и через мгновение конечность онемела, в то время как всё его тело наполнилось мощной энергией.

Смешивать обычные благословения с нечестивыми было немного рискованно, но он легко справлялся с дополнительной отдачей.

Глубоко вдохнув, он создал Кровавое Копьё с удвоенными звёздами. Появились два копья, покрытые перекрещивающимися золотыми линиями от Подвески Короля Воинов. Концепция единства связывала их. То, что он делал с одним, автоматически применялось к другому. Так что он позволил концепции антигравитации поднять первое копьё в воздух, в то время как второе оттянул назад.

Заняв стойку, он активировал Гидравлическое Напряжение с удвоенными звёздами. Концепция заряда позволяла ему накапливать силу броска сколько угодно. Единственным ограничением была способность его тела выдержать такую мощь. Разумеется, в этот раз он не собирался сдерживаться.

Он позволил атаке зарядиться до такой степени, что казалось, будто его плечо вот-вот взорвётся. И затем прошептал: «Скрученный Маятник».

Мир внезапно начал пролетать мимо него, когда всё ускорилось. Но он продолжал накапливать силу. Вскоре соотношение изменилось, и всё замедлилось. Но он продолжал. До самого последнего момента эффекта.

Затем, добавив Ускоренный Кровавый Снаряд, он наконец метнул копьё, целясь прямо в голову гиганта.

Каждая кость в его руке сломалась при броске, превратив конечность в мешок крови и разорванных мышц, когда он отправил пару Кровавых Копий в полёт с головокружительной скоростью.

Они летели по воздуху, не встречая сопротивления, благодаря концепции аэродинамики. По мере движения они продолжали ускоряться с помощью концепции ускорения.

Прямо перед тем, как попасть в гиганта, они вспыхнули пламенем.

Его глаза расширились при виде этого. Я думал, аэродинамика предотвратит это.

Но трение было слишком сильным. Они двигались слишком быстро, и, судя по всему, должны были попасть прямо в глаз гиганта. Внезапно его охватило дурное предчувствие. Он посмотрел на палец. Он не снял Кольцо Захвата Эфира. «Ой-ой».

Копья одно за другим исчезли в глазу гиганта.

Внезапно в него хлынул титанический поток вампиризма. С оглушительным хрустом его рука зажила до идеального состояния, и он рухнул на землю, крича от боли.

На кольце появилась эфирная монета. Затем, как только она сформировалась, её вытеснила другая. И ещё одна. Он стиснул зубы от боли, пока монеты продолжали появляться, в итоге их набралось около тридцати.

Как раз в этот момент толчок от падения гиганта потряс землю под ним. А через мгновение последовала оглушительная ударная волна.

Тяжело дыша, он поднялся на ноги. Повернулся к толпе совершенно шокированных зрителей. Он не смог сдержать улыбку.

«Говорил же, что смогу».

----------

Потолок ранга

Когда Фредди впервые встретился с элитой, он заметил нечто странное в том, как они на него смотрели. Конечно, они признали его как человека, достойного общения с ними, и даже уважали настолько, что сделали несколько серьёзных предложений.

Но это было ничто по сравнению с тем, как они смотрели на него сейчас.

Реджи выглядел ошеломлённым. Пери уставилась на него широко раскрытыми глазами. Джорджи ухмылялся одобрительно, а Эмили…

Она смотрела на него с откровенной враждебностью. Её взгляд был настолько полон неприязни, что Фредди искренне растерялся. С фырканьем она развернулась и зашагала прочь.

Тем временем арбитр, направлявшийся к нему, выглядел настолько счастливым, что у Фредди чуть не случился когнитивный диссонанс. Казалось, будто этот человек только что выиграл в лотерею. Он подошёл к Фредди с широкой улыбкой и протянул руку для рукопожатия.

К удивлению Фредди, арбитр даже обнял его, громко смеясь. «Отлично сработано, молодой человек! Ты настоящая жемчужина, о которой я даже не мечтал!» Он отступил и одобрительно похлопал Фредди по плечу. «Молодец!»

«Эм… спасибо», — сказал Фредди, слегка ошарашенный. «В любом случае, думаю, моя смена закончена. Если позволите, я пойду отдохну».

«Конечно! Возьми даже два дня! Ты заслужил!» — радостно объявил арбитр. «О, и ещё: тело этого гиганта невероятно ценно. Я куплю его у тебя за шесть миллиардов, если хочешь. Но настоятельно рекомендую оставить сердце. Мясо сердца гиганта — одна из лучших вещей для увеличения силы. Оно отвратительное и твёрдое, как сталь, но если сможешь есть его сырым, советую не упускать шанс. Не пожалеешь».

Фредди кивнул. Он никогда не отказывался от возможности стать сильнее. «Пошли», — сказал он остальным. «Пора отдохнуть».

«О да, это просто потрясающе», — сказала София, поглаживая огромное сердце. «Чёрт возьми».

Они находились в одной из тайных комнат Вальхаллы, осматривая добычу Фредди после убийства гиганта.

Сердце было примерно в три раза выше его самого и имело неприятный зеленоватый оттенок. «Что с ним можно сделать?» — спросил он.

«Я могу улучшить твоё сердце. Кроме того, могу сделать его немного легче для переваривания, если ты решишь последовать совету того человека и съесть его».

«Звучит неплохо».

«Но отдай мне половину», — сказала она.

Он поднял бровь.

Внезапно она упала на колени и сложила руки. «Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста—»

«Зачем оно тебе?»

«Плотоядному голему». Она вздохнула. «Честно говоря, его сердце — самая большая головная боль. Я просто не могу найти ткань достаточно высокого качества, чтобы поддерживать его. Как бы я ни старалась, кровь не доходит до конечностей. Это идеальное решение».

Он посмотрел на неё и пожал плечами. «Эффект от поедания всего сердца будет уменьшаться, так что бери, если хочешь».

Она ухмыльнулась.

Сначала она улучшила его сердце и своё, а затем разделила оставшуюся часть пополам.

Одну половину она превратила в кучу таблеток из плоти, а вторую начала готовить для своего творения.

Фредди убрал свою половину в кольцо хранения и унёс, оставив Софию за работой, а сам отправился в свою комнату в Вальхалле. Там он сначала поспал несколько часов, а затем приступил к поеданию добычи.

Честно говоря, он был немного разочарован эффектом. Он, конечно, был, но учитывая объём вещей, которые он уже поглотил для улучшения тела, это не было тем сокрушительным сокровищем, о котором говорил арбитр.

Тем не менее, его новое сердце было заметным улучшением. Оно билось гораздо медленнее, и каждый удар казался освежающим, будто ткань делала нечто большее, чем просто перекачивала кровь.

Он начал немного нервничать. Каждый раз, когда ему казалось, что он достиг предела возможного на второй звезде, он находил новый способ продвинуться дальше.

Это было бы захватывающе, если бы не одна назойливая мысль: а что, если человечество просто слишком невежественно?

Если он продолжал находить столько способов улучшиться, очевидно, их должно быть ещё больше. Конечно, он был привилегированным среди своих, с доступом к ресурсам, которые толкали его всё дальше.

Но как насчёт других рас в межпространье?

Сколько они знают?

Какие техники разработали?

Что, если «потолок силы», известный человечеству на каждой звезде, для других цивилизаций — просто смешная шутка?

Это была довольно тревожная мысль.

Человечество даже не знало о том, что способности духов сжимают скрытую ауру. А это казалось базовым знанием. Так чего ещё они не знают?

Что касается причины, по которой эти мысли вдруг начали мучить его, то тут всё очевидно. Те квадратноглазые монстры… ими командовал человек. Человек, вступивший в контакт с какой-то высшей силой. И этого было достаточно, чтобы они стали угрозой для целого региона империи.

Почему-то он не верил, что хаос на этом закончится.

Отбросив эти мысли, он взял ещё несколько шариков и проглотил их. Они тяжело лежали в желудке из-за сложности переваривания. Вероятно, уйдёт несколько недель, чтобы съесть всё. Как только он подумал использовать «Адаптивное Водное Тело» для помощи, в дверь его комнаты постучали.

С тяжёлым предчувствием он вздохнул и открыл дверь.

К его полному изумлению, это была Дженис — или, точнее, Лили. «Привет…» — сказала она, выглядевшая расстроенной, но пытавшаяся сохранить приятное выражение лица. «Надеюсь, я не отвлекаю…» Она нервно переминалась с ноги на ногу.

Фредди выглянул в коридор, посмотрев направо и налево. «Лу— то есть, Дрейк с тобой?»

Её лицо потемнело. «Нет. Его нет».

«О… Он не против, что ты здесь?»

Она цокнула языком. «Что? Думаешь, мне нужно его разрешение на всё?»

«Нет, я не это имел в виду…» — поспешил он. «Просто, судя по его поведению, подумал, что он будет недоволен».

Она фыркнула. «Пусть».

Чувствуя приближение головной боли, он спросил: «Так зачем ты пришла?»

«Помнишь, ты говорил о моём конструкте души?»

Спина Фредди выпрямилась. «Да. Что насчёт этого?»

«Предложение ещё в силе? Если хочешь, я могу помочь».

Он прекрасно знал, что Дрейк взбесится, если он согласится. Но, честно говоря, ему уже было всё равно. «Я был бы рад», — сказал он, приглашая её войти.

Они быстро обсудили оплату, и она согласилась делать это за сто тысяч за монету. Он предложил больше, но она была непреклонна. Для него это была небольшая плата за улучшение Кровопролития. Но для неё брать больше было неприемлемо.

«Я уже многим тебе обязана», — сказала она. «Буду чувствовать себя виноватой, если возьму больше».

Пожав плечами, он решил не настаивать. Ему не терпелось начать, так что, пока она согласна, он не стал спорить.

Нервно достав эфирную монету из кольца, он осторожно положил её на пол. «Ну, попробуем». Затем он достал осколок одного из своих «Кровавых Мстителей», сломанного в бою. Он был наполнен аурой крови.

Они оба погрузились в Незер. Там они увидели бледный, почти стеклянный контур монеты. Рядом лежал кусок сломанного меча, излучающий невероятно агрессивную ауру крови и ярости.

Собравшись, Лили подошла к нему и вонзила лопату в проклятый материал. С напряжением она выкопала клубящуюся массу ауры, которая начала ползти по её лопате. В панике она быстро швырнула её в монету. Аура погрузилась в отражение монеты и исчезла.

Они переглянулись. «Кажется, не получилось…» — сказала Лили.

«Нет. Получилось. Это же всего лишь отражение, помнишь?» — сказал он, чувствуя, как волнение наполняет его душу. «Настоящая аура снаружи».

Её проекция широко раскрыла глаза.

Они выскочили обратно и, как и ожидалось, увидели монету.

И теперь она была не просто чистой эфирной монетой. Нет. Она была окрашена кровью. Хотя большая часть монеты всё ещё оставалась чистой. Фредди повернулся к ней. «Похоже, в неё можно втиснуть ещё многое».

Она кивнула, и они снова погрузились в Незер. Провозившись с яростной аурой ещё час, Лили наконец заполнила монету до предела её вместимости. И своего предела тоже. Её проекция обмякла. «На сегодня хватит. Боюсь повредить душу».

«Без проблем», — сказал Фредди. «Спасибо за помощь».

С этими словами она ушла, оставив его наедине с сияющей багровой монетой. Казалось, будто внутри неё была кровь, и при встряхивании жидкость шевелилась.

Наконец оставшись один, он выпустил Кровопролитие и передал ему монету. Тот подержал её, а затем его ухмылка слегка расширилась. «Она не так насыщена, как кровь, которую ты давал мне раньше, но эффект будет тот же».

Фредди ухмыльнулся в ответ. «Чего же ты ждёшь? Бери».

Однако Кровопролитие покачало головой. «Нет, Мастер. В этот раз возьми её ты».

Он поднял бровь, но вместо вопросов просто взял монету. «Думаю, так будет лучше».

Кровопролитие уже значительно улучшилось в плане сложности. Честно говоря, эта монета не сильно бы ему помогла — разве что сотни таких. Но для Фредди это был шанс получить бесценные знания.

Твёрдо кивнув, он проглотил монету. Она растаяла у него во рту, превратившись в жидкость. Как только она достигла желудка, он почувствовал, как она просачивается в его душу, и в следующий момент узнал то, о чём не догадывался секунду назад.

Быстро погрузившись в эфиркосм, он осмотрел свои способности. Увидев оболочку «Кровавого Мстителя», он поморщился. «Чёрт. Я мог бы сделать это гораздо лучше».

Аура из монеты, которую он только что проглотил, была получена от доведения «Кровавого Мстителя» до предела. Естественно, большая часть знаний касалась именно этой способности. Это очень пригодится при её переформировании на третьей стадии — 50%, но пока что ему придётся мучиться, видя все ошибки.

И не только в ней. Некоторые знания можно было обобщить, и теперь он видел ошибки и в других способностях. Вздохнув, он вышел из эфиркосма. В целом его настроение было хорошим. «Быть проклятым — выгодно», — поразмышлял он. Он постоянно попадал в неприятности. Но это лишь одна сторона его судьбы. Другая приносила ему удачу и возможности.

Даже если эта удача иногда втягивала его в ещё большие неприятности.

Не успел он моргнуть, как день отдыха закончился. Он мог бы взять ещё один, но не стал, так что они снова окунулись в гущу событий.

Как только они отправились в путь, он сразу заметил изменения в плотоядном големе Софии. Теперь он двигался проворнее. «Сердце тебе помогло, я вижу», — заметил он.

Её кукла ухмыльнулась. «Ещё как».

Дрейк был в отвратительном настроении, как и в последнее время, а Лили делала вид, что не замечает его. О чём бы они ни спорили, их конфликт ещё не закончился.

Наёмники, как всегда, вели себя профессионально, следуя за ними и выполняя свою работу. Как только Джон забрал новую партию припасов, они двинулись дальше.

С этого момента они вошли в ритм.

Дни проходили в боях, убийствах и оттеснении орд монстров. Вторжение становилось всё интенсивнее, и с каждым днём они тратили всё больше времени на охоту за особенно опасными целями.

То, что они не истребляли орды так активно, не обязательно означало, что город в опасности.

Стены были заполнены защитниками. Любой боец, ищущий убежища, не мог просто отсиживаться за стенами. Все, кто мог сражаться, сражались.

Постепенно Фредди продолжал есть сердце, время от времени встречаясь с Лили, чтобы создать ещё одну кровавую монету. Каждая из них делала его всё более нервным. Невозможность исправить старые ошибки становилась настоящей пыткой.

Так проходили дни.

Плотоядный голем Софии становился сложнее. Раньше она не могла придать ему сильную хватку, так как кровь почти не доходила до пальцев. Но с сердцем гиганта всё изменилось. Теперь он не только мог хватать, но и удерживать вещи. Например, оружие.

По пути она создала огромный меч из живой костной ткани. Потом выбросила его, потому что он был слишком неудобным, заменив на более короткую дубину. В руках её творения это было впечатляюще, особенно против больших и медленных целей, вроде големов.

Однако чем больше она испытывала своё творение, тем очевиднее становились его слабости. Они столкнулись с относительно разумным монстром-богомолом, который раскусил её и атаковал именно то место, где она пряталась. Он бросился вперёд, вонзив свои лезвия. Удар был слишком близок к её мозгу, и если бы Фредди не отогнал его, следующий удар мог бы стать фатальным.

Кроме того, плотоядный голем начал упираться в ограничения. Без души его физический предел всегда будет низким. Ей понадобится несколько продвинутых способностей, чтобы обойти это, и даже тогда, возможно, лучше сосредоточиться на чём-то другом.

Её талант ломал все правила, делая её исключительной. Но он не был всемогущим. И она всё ещё была всего лишь однозвёздной. Честно говоря, если она не возьмёт три духовных способности, вряд ли она сильно улучшится на второй звезде. Но даже если её талант не изменится, она никогда не будет обычной для своего ранга. Она была слишком чудовищной.

Они сражались четыре дня и отдыхали один. Во время отдыха София и Фредди начали поставлять арбитру огромное количество органов.

Так прошло две недели без серьёзных проблем.

А затем, в один из дней отдыха, Фредди заметил длинную очередь людей, пытающихся покинуть город. Все — гражданские. Все — смертные.

Увидев очередь, он сразу понял, что происходит что-то подозрительное. И тут же решил разобраться.

----------

Юридические тонкости

Одетый в повседневную одежду и с открытым лицом, Фредди был легко узнаваем на улицах. Его личность была публичной, и к этому моменту его изображение можно было встретить повсюду. Так было уже давно.

В свои свободные дни он всё равно оставался занятым, поэтому редко проводил много времени на улице. Сегодня не должно было стать исключением. И не стало.

Покидая квартиру, где он успел немного поспать за последние недели, он подслушал странный разговор.

Трое людей курили на углу и болтали.

Один из них, пожилой мужчина, сказал: «Меня наконец-то одобрили для эвакуации». Он выглядел радостным, хвастаясь перед остальными.

«Тебе повезло, ублюдок», — сказал второй. — «Моя дрянная студия ещё не прошла проверку».

«Вам хоть есть куда податься», — третий мужчина проговорил с горечью. — «Если бы я не продал свой дом, как идиот…» Он выглядел так, будто вот-вот заплачет.

«Не переживай, мужик», — первый положил руку ему на плечо. — «Уверен, ты найдёшь выход. А если нет, я могу сказать им, что ты мой брат. Кто знает, может, поверят».

«Ты бы так для меня постарался? А если поймают?»

Мужчина улыбнулся. «Я бы сделал что угодно для своего лучшего друга. Ты для меня как брат, так что это даже не совсем ложь».

«Извините», — внезапно вмешался Фредди.

Мужчины замолчали и обернулись. Увидев, кто к ним подошёл, они замерли, слегка побледнев. «О, здравствуйте, сэр…» — первый произнёс напряжённо. — «Чем можем помочь?»

Прищурив глаза, Фредди медленно подошёл к ним. «Да… Что за эвакуацию вы тут обсуждаете?»

Мужчины переглянулись. Второй кашлянул. «Мы, э-э… Никому не мешали, сэр. Есть причина придираться к нам?» Это был вежливый способ сказать Фредди, чтобы он не лез не в своё дело.

Но он не собирался отступать. «Просто скажите. Мне интересно».

Они снова переглянулись. Первый нервно засмеялся. «Мы очень впечатлены вашей работой, сэр. Ваши подвиги у всех на устах. Понимаете, это не… Не то чтобы мы были неблагодарны… Просто хочу это прояснить».

Фредди уже хмурился, поэтому мужчина поспешил продолжить. «Просто, по слухам, сюда идёт в десятки раз больше монстров, чем в другие места. Не вините обычных людей за то, что они немного нервничают».

«Да, это правда», — сказал Фредди. Он тоже слышал об этом. Вероятно, Нахар знал о мерах защиты в разных городах и направлял орды туда, где оборона сильнее. «Но что с того? У нас защита в сотни раз мощнее, чем в любом другом городе региона. Ладно, хватит ходить вокруг да около. Что за эвакуация?»

Они снова переглянулись, колеблясь.

«Да побыстрее уже», — буркнул Фредди.

Второй мужчина наконец сдался. «Несколько дней назад сюда пришла группа. Они предлагают выкупить недвижимость, дают щедрые предложения и в придачу — бесплатную эвакуацию».

Фредди нахмурился. «Эвакуацию куда?»

«В Оттаву», — сказал первый.

«И вы думаете, там будет безопаснее?»

«Это большой город», — сказал третий. — «В толпе безопаснее».

«Какой ещё безопаснее?» — Фредди вздохнул с раздражением. — «В толпе нет никакой безопасности. В Оттаве нет чёртового плана. Сейчас город защищают кучки независимых групп, которые держат людей в заложниках и вымогают у них всё, что можно!» — к концу он уже почти кричал. — «Вы, идиоты, сами подписались на полный развод!»

«Так вы говорите», — возразил первый. — «Но почему мы должны вам верить?» — он побледнел, осознав, с кем говорит. — «Без обид, конечно. Просто…»

«Просто заткнитесь». — Фредди закатил глаза и сжал переносицу. — «Назовите мне имя этой группы».

Трое опустили взгляд. «Простите», — сказал первый. — «Я бы предпочёл не говорить».

«Ладно. Я сам их найду».

Он направился к стене, к единственному выходу из города. Это не была тюрьма — если кто-то хотел уйти, его не останавливали. Однако на стене вели учёт всех входящих и выходящих.

Подойдя к стене, он заметил подозрительно длинную очередь. «Ну блин…»

Десятки людей ждали. И очередь двигалась быстро. Сколько уже попало на эту удочку?

Разъярённый, он подошёл к последнему в очереди — нервному мужчине в шапке. Тот был худым, неопрятным и постоянно чесал шею.

Фредди буквально набросился на него. «Эй!»

Он крикнул так громко, что мужчина и остальные в очереди вздрогнули. Тот выглядел так, будто вот-вот бросится бежать, когда Фредди спросил: «Ты из тех, кого «эвакуируют»?»

«Не бейте, пожалуйста», — взмолился мужчина. — «Я никому ничего плохого не сделал!»

«Да или нет!?»

«Да! Да! Пожалуйста!» — он поднял руки, защищаясь.

«Как называется группа, которая этим занимается? Где вы их нашли?»

В отличие от предыдущих троих, этот парень не стал скрывать. Оказалось, это компания по недвижимости «Фантеллон», и они недавно появились в городе. После допроса ещё нескольких людей Фредди был готов взорваться от ярости.

Эта группа играла на страхах людей, заставляя их продавать недвижимость. Их предложения казались щедрыми по меркам Репентавы, но любой с половиной мозга понимал, что цены будут только расти по мере наплыва людей.

Репентава была самым защищённым городом во всём Северном Поясе, и это не обсуждалось. На первый взгляд, Оттава казалась безопаснее, но это было не так. Там не было такого единства и организации, как здесь. Да, защитников было больше, и пока они держались.

Но у них не было стены, поэтому монстры постоянно прорывались. Кроме того, им нужно было гораздо больше бойцов, а желающих рисковать жизнью было не так много.

Урон накапливался, а монстры не кончались.

В Репентаве, если к стене подходила особенно плотная волна, бойцы могли отступить за стены и дать лучникам сократить её численность. Это было гораздо устойчивее, и последние недели только укрепили оборону.

Люди становились сильнее в боях. Вторую звезду получали всё чаще, а недавно даже говорили, что одна женщина достигла третьей. И поскольку система была относительно безопасной, особенно для лучников на стенах, это был лёгкий способ заработать.

Чем дальше, тем очевиднее становилось, что Репентава — самое безопасное место.

Но внутри стен оставалось всё меньше места для новых домов.

Фредди направился к зданию, где располагался этот новый бизнес. Оно было на окраине центра. Они купили целый жилой дом и превратили его в штаб-квартиру. Ремонт ещё не закончили, но были близки к этому. Что и следовало ожидать от «агентства недвижимости».

Фредди просто вошёл внутрь. Их холл был выполнен в стандартном корпоративном стиле — пластиковые растения, нейтральные цвета, реклама с улыбающимися семьями на стенах. И благодаря этой рекламе было легко понять их бизнес-модель.

Они сдавали купленные квартиры в аренду. Цен, конечно, не было видно, но судя по «альтернативным планам оплаты», вроде «работы» или даже кредита на аренду, цены явно были грабительскими.

Очередь людей ждала у окошка, где мужчина-клерк принимал их данные. Не став ждать, Фредди подошёл к клерку и постучал по защитному стеклу. «Мне нужно поговорить с вашим боссом».

«Э-э… Извините, сэр, но вам нужно встать в очередь…»

Вместо спора Фредди просто щёлкнул по прочному стеклу. Паутина трещин разбежалась по всей поверхности. «Я не здесь, чтобы играть в игры».

В панике клерк опустил руку под стол. Фредди вздохнул.

В следующее мгновение открылась дверь в глубине помещения, и вышли несколько вооружённых охранников. Улыбнувшись клерку слащавой улыбкой, Фредди указал на них. «Туда, значит?» — пройдя сквозь очередь, он вышел навстречу охране.

Четверо крепких мужчин шли к нему, все довольно сильные второзвёздные. Трое приближались с враждебными лицами, но самый сильный из них, стоявший сзади, вдруг побледнел и замер. Но прежде чем он успел что-то сказать, Фредди уже был перед ними.

«У нас проблема, сэр?» — спросил один из охранников.

«Есть. Я встречаюсь с вашим боссом. Лучше скажите, где он, пока я не начал искать сам».

«Эй, э-э…» — мужчина сзади позвал, агрессивно ткнув двоих в спину. Он что-то прошептал, и те вдруг стали выглядеть крайне неловко.

Но тот, кто стоял перед Фредди, не услышал. Вместо этого он замахнулся и ударил Фредди прямо в нос.

Фредди даже не пошатнулся. Его рука мелькнула, и в следующее мгновение охранник летел через комнату, его лицо распухло от пощёчины.

Люди в очереди зашевелились от шума. В следующее мгновение они уже спешно покидали здание.

«Спрашиваю в последний раз — где ваш босс?»

Остальные просто взглянули на охранника, лежащего без сознания, и посторонились. «Лифт в конце коридора, сэр. Верхний этаж».

«Спасибо», — сказал Фредди, проходя мимо.

Через пару секунд он добрался до лифта и нажал кнопку верхнего этажа.

Но вместо подъёма лифт вдруг начал падать, будто трос оборвался. На мгновение он растерялся, затем глубоко вздохнул. «Ну и жизнь…»

Лифт врезался в шипы, пронзившие пол. Они слегка прокололи его кожу, но не более. Почувствовав опасность, он призвал Чешую Багрового Дракона.

В следующее мгновение всё заполнило крайне токсичным газом, который затем воспламенился, горел так сильно, что расплавил одежду Фредди. Если этого было мало, всё вокруг вспыхнуло электрическими разрядами. А если и этого мало, стены лифта начали деформироваться и скрипеть, как консервная банка в гидравлическом прессе.

Он снова вздохнул. «Ну, за креативность плюс».

Уперевшись в две стены, которые вот-вот должны были раздавить его, он изо всех сил надавил. Хотя он не мог раздвинуть их обратно, но легко остановил сжатие. Только когда он упёрся ногами в одну стену, а спиной в другую, механизм сломался, и давление прекратилось.

Он посмотрел на своё голое, покрытое чешуёй тело. Надев белый костюм, Подвеску Короля Воинов и золотую маску, он выбрался из покорёженного лифта и начал подниматься по шахте.

С Гидравлическим Напряжением он мог буквально бежать вверх, перепрыгивая от стены к стене. За секунды он оказался у входа на верхний этаж. Там он выбил дверь ударом ноги и вошёл.

Перед ним был прямой коридор с единственной дверью в конце. Но между ним и целью стоял трёхзвёздный архчеловек с проклятым кинжалом. «Советую передумать», — сказал мужчина, выпуская ауру. — «Я знаю, что тебя считают сильным, но…»

Не дожидаясь конца, Фредди создал Кровавое Копьё и метнул его.

Надо отдать должное — реакция у мужчины была впечатляющей. Он активировал способность сродства воздуха и начал уворачиваться в тот же миг, когда Фредди бросил копьё. Возможно, он даже увернулся бы, если бы был достаточно быстр.

Копьё вонзилось прямо в ребро, раздробив его и выйдя с другой стороны. Мужчина издал хриплый вздох, как раз кстати для удара Фредди в лицо. Он отлетел назад, проломив дверь и скользя по полу роскошного офиса. Всплеск эссенции подтвердил его смерть.

«Стой!» — кто-то крикнул из офиса. — «Ты не можешь так делать!»

Фредди шагнул вперёд, входя в богато украшенное помещение.

На другом конце, за столом, стоял внушительный мужчина с серебряными волосами в чёрном костюме. Он был трёхзвёздным, причём довольно сильным. Его лицо было жёстким, а поза, хоть и оборонительная, не выражала страха. «Даже если ты владеешь городом, ты заходишь слишком далеко, мелкий ублюдок!»

«Кто сказал?» — Фредди наклонил голову. — «Я пришёл поговорить, а вы попытались меня убить».

«Неправда», — уверенно заявил мужчина. — «В лифте есть автоматическая система безопасности. Ты нажал кнопку верхнего этажа без авторизации, и это активировало защиту. И это после того, как ты ворвался в мой бизнес и напал на моих сотрудников!» — его взгляд стал холодным. — «Если ты думаешь, что можешь вести себя как угодно, то ошибаешься. В империи есть законы. Ты не выше них».

«Вы отправляете невинных людей на смерть, играя на их страхах и давая ложные обещания», — сказал Фредди. — «Как владелец этого города, я обязан поддерживать порядок. А вы его нарушаете».

«Я не нарушил никаких законов», — настаивал мужчина.

«Технически — нет. Но вы всё равно убиваете людей ради денег».

Мужчина скривился. «Технически или нет, но я действую в рамках закона. А ты — нет. Ты подписал декларацию, которая запрещает тебе вмешиваться в бизнес и убивать людей по своему желанию. Советую отступить. Арбитр не станет молчать, если ты продолжишь».

«Хочешь поговорить о юридических тонкостях?» — Фредди внезапно рванулся вперёд. Глаза мужчины расширились, он взмахнул рукой, создав каменный щит, который на мгновение остановил атаку, позволив ему отпрыгнуть. — «Технически, то, что ты меня бесишь, — уже достаточная причина для казни». — Он снова бросился вперёд, нанося Удар Цунами.

Мужчина попытался защититься, но на этот раз его защита была полностью уничтожена, ударная волна выбила все окна и потрясла здание. Стонув от боли, мужчина отлетел к противоположной стене, врезавшись в неё.

«Такие, как ты, любят формальности, пока не окажутся по другую сторону».

Плюнув кровью, мужчина взглянул в окно. «Посмотрим». — Он прыгнул. — «Обещание Спасения!» — крикнул он.

Фредди почувствовал, как тело мужчины вспыхнуло силой, и в следующее мгновении над ним появилась крылатая ангельская фигура, обнявшая его и унёсшая прочь.

Он достал ещё одно Кровавое Копьё, но мужчина уже скрылся за зданием. Фредди цокнул языком. «Духовная способность для побега! Чёрт!»

----------

Убежище

В Империи количество звёзд было не единственным, что определяло статус человека. Но даже самый слабый трёхзвёздочник мог открыть многие двери, закрытые для всех, кроме самых выдающихся двухзвёздочников.

Одной из таких привилегий было право запросить аудиенцию у высокопоставленного представителя закона, например, у арбитра.

Именно поэтому, когда Фредди ворвался в кабинет арбитра в башне, он ни капли не удивился, обнаружив там раненого мужчину, который спорил с арбитром.

Глаза мужчины расширились, и он указал на Фредди, крича: «Измена! Вторгаться в частную встречу в кабинете арбитра незаконно!» Он широко ухмыльнулся. «Вот! Тебе нужна "уважительная причина", чтобы арестовать его? Что ещё тебе нужно!?»

Фредди на мгновение заколебался от этих слов, но затем арбитр пожал плечами и сделал ещё один глоток из своего бокала. «Действительно, вторгаться в частную встречу в кабинете арбитра крайне незаконно». Лицо мужчины озарилось радостью, но арбитр продолжил: «Однако это не кабинет арбитра. Это временный офис, который я занимаю как руководитель оборонных сил. Как один из важнейших членов обороны, не говоря уже о де-факто владельце всей этой башни, мистер Штерн имеет свободный доступ в эту комнату».

Раненый мужчина отступил. Затем он рассмеялся. «Это настолько откровенно коррумпировано, что мне сложно поверить в услышанное!» Он нервно повернулся к Фредди. «Но это не меняет того факта, что он пытался меня убить! Согласно официальному заявлению, у него нет права на такие действия!»

«Неужели?» — вздохнул арбитр и повернулся к Фредди. «Согласно контракту, который ты подписал с городом как независимая сторона, ты действительно действуешь вне своих законных полномочий, если убиваешь кого-то без причины. Так какая у тебя причина убить этого человека?»

Фредди понял, к чему клонит арбитр. «Он меня до чёртиков бесит».

«Хорошо, тогда. С причиной ты не нарушаешь условия контракта». Арбитр повернулся к раненому мужчине и пожал плечами. «Хочешь что-то ещё добавить?»

Мужчина тупо уставился на арбитра. Затем медленно повернулся к Фредди. «Об этом узнают. И людям это не понравится». С этими словами он направился к выходу.

Но Фредди преградил ему путь.

«Ты!» — взвизгнул мужчина. «Убирайся с дороги, ублюдок! Ты не настолько безумен, чтобы нападать на меня в присутствии арбитра!»

Фредди снова замешкался, но арбитр сказал: «Ты всё ещё в пределах своего города. Не позволяй моему присутствию тебя смущать. Действуй в рамках закона, как тебе угодно».

Этого было достаточно. Он призвал Кровавого Мстителя.

Лицо мужчины побледнело, и он начал отступать. «Вы, ублюдки, сгорите в аду за это!»

«Правда?» — спросил Фредди. «О чём ты вообще? Что неправильного в том, чтобы растягивать закон, оправдывая убийства?» Он холодно рассмеялся. «Пошёл вон». И с этими словами он бросился на мужчину.

Этот мужчина не был настоящим бойцом. Все его способности были сугубо оборонительными, а выносливость — безумно высокой. Вероятно, у него был талант, усиливающий защитные способности. Это делало его достаточно крепким, чтобы доставить Фредди некоторые проблемы.

Каменные барьеры, каменные доспехи, покрывающие тело — у него было множество способностей, эффективно затягивающих его смерть.

Но в конце концов его эссенция иссякла.

Фредди подумал, что битва окончена, но, к его удивлению, мужчина выдержал несколько прямых ударов Кровавого Мстителя. Это сделало его смерть особенно кровавой: Фредди пришлось буквально изрубить его, прежде чем тот перестал двигаться.

Закончив, он посмотрел на изуродованный труп. Ему стало немного дурно при виде этого. Это был далеко не первый труп, в смерти которого он был виновен. Но мысль о том, что он открыто и медленно убил кого-то перед арбитром, не давала ему покоя. Совсем.

Арбитр, со своей стороны, лишь одобрительно кивнул и хлопнул в ладоши.

Двери открылись, и несколько слуг вошли с уборочным инвентарём. Они не выглядели ни удивлёнными, ни колеблющимися. Они просто начали убирать беспорядок, который устроил Фредди; некоторые даже сохраняли обычную вежливую улыбку, как ни в чём не бывало.

Не в силах оставаться здесь дольше, Фредди направился к выходу. «Если позволите, я пойду».

«Убедись, что хорошо отдохнёшь в свой выходной», — сказал арбитр. «Не стоит утруждать себя такими мелочами».

Фредди замер. «Ты предлагаешь помощь?»

Арбитр вздохнул. «Пожалуйста, мистер Штерн, ты же знаешь, что я бессилен против тех, кто действует в рамках закона».

Кровь Фредди застыла в жилах. «Понятно. То есть ты предлагаешь мне перестать бороться с такими уродами?»

«Если ты хочешь истолковать мои слова так, чтобы я выглядел злодеем в твоих глазах, пожалуйста», — с досадой сказал арбитр. «Учитывая твою историю, я прекрасно понимаю твою позицию по поводу законов Северного Пояса и, возможно, всей Империи. И это нормально. Ты имеешь право не любить то, как всё устроено. Хотя ты ещё и не Лорд, ты уже правитель. Меняй законы и устанавливай правила, как тебе угодно. Это в твоей власти.

Но если ты на секунду вытащишь голову из задницы, ты вспомнишь, что я арбитр, а не политик. Я не создаю законы, я их представляю. Какими бы ни были законы, я поклялся соблюдать их в меру своих возможностей. И это включает законы, которые ты сам уже установил для этого города, а также любые изменения, которые ты можешь внести в будущем.

Злиться на меня за выполнение моей работы тебе не поможет. И если ты готов слушать то, что я говорю, а не то, что хочешь услышать, ты, возможно, поймёшь, что мы сейчас в разгаре катастрофы и работаем на пределе.

Многие попытаются воспользоваться этой ситуацией. Такие люди всегда есть. У тебя один день отдыха на каждые четыре дня сражений на пределе. Я просто предлагаю переложить эти заботы на кого-то другого, пока ты следишь, чтобы постоянное насилие и усталость не свели тебя с ума».

Ошеломлённый внезапной тирадой, Фредди почувствовал стыд. «Ты прав. Прости».

«Тебе не за что извиняться. Повторюсь: я просто делаю свою работу».

В последний раз взглянув на арбитра, он направился к выходу. «Я учту это».

Как только он вышел из комнаты, он позвонил Трэвису.

«Эй! Всё в порядке?» — мужчина ответил почти сразу.

«Мне нужна твоя помощь. Ты свободен?»

Трэвис на секунду задумался. «Приходи в мой кабинет через полчаса».

Они встретились, и Фредди объяснил ситуацию. Он рассказал о возможном появлении новых мошеннических схем и поручил ему две задачи: создать новые законы, которые заставят арбитра поддерживать порядок, и избавиться от тех, кто попытается обойти закон.

Это потребует от Вальхаллы отозвать часть защитников со стен и передовой, но арбитр был прав — Фредди не справится с этим в одиночку.

Хотя он чувствовал себя в целом нормально, он понимал, что рискует сойти с ума. Ему нужно было сбавить темп, чтобы избежать проблем в будущем.

Выйдя из кабинета, он понял, что принял правильное решение. Казалось, будто огромный камень свалился с его плеч.

Глубоко вздохнув, он пообещал сосредоточиться на обороне. У них ещё будет время навести порядок, когда всё закончится.

Какое-то время всё шло гладко.

Фредди продолжал торговать с Лили и производить органы с Софией. Если Дрейка что-то и беспокоило, он держал это при себе.

Однако отношения Дрейка и Лили оставляли желать лучшего. Они даже не ссорились. Просто держались на расстоянии, почти не разговаривая. Иногда они срывались и снова ругались, затем мирились, и всё казалось нормальным, но вскоре снова отдалялись друг от друга.

По мере продолжения вторжения наёмники были счастливее, чем когда-либо. Скорость, с которой Фредди убивал монстров, только росла. Благодаря своей доле добычи они быстро богатели.

Фредди точно знал, сколько они зарабатывали — ему платили столько же, учитывая их договорённость о равном разделе. Они получали миллиарды долларов за каждую четырёхдневную смену.

И дело в том, что хотя такие, как Пери, могли расправляться со слабыми монстрами быстрее Фредди, её методы были крайне разрушительными, что сильно снижало ценность туш. Фредди же заканчивал большинство схваток парой чистых ударов меча — даже крупные существа не были исключением.

Через некоторое время Фредди начал волноваться. У монстров якобы был какой-то эфирный вирус, и продажа их тел вызывала опасения. Но его тревоги оказались напрасны — такое случалось и раньше. Компании, специализирующиеся на переработке туш, имели множество способов обезопасить свою продукцию.

Затем, после долгого ожидания, это наконец произошло — Фредди почувствовал внезапный прилив безумия, исходящий из-за ближайшего дерева.

Кто-то следил за ним.

Он тут же указал на дерево и крикнул об этом. В следующий момент, когда шпион исчез, исчез и прилив безумия.

Разведчик не сразу понял, что делает Фредди, но, присмотревшись, он обнаружил невероятно скрытную женщину, которая то появлялась, то исчезала, убегая вглубь леса. Он повернулся к Фредди с изумлённым взглядом.

Фредди, тем временем, усмехнулся. Это подтвердит слухи. И в следующий раз, когда кто-то придёт, слухи станут ещё сильнее.

Однажды София пришла в начале смены без своего плотоядного голема. Это не было неожиданностью. Та богомолка была не единственным монстром, который раскусил её, и становилось очевидно, что она подвергает себя излишней опасности, тестируя незавершённый продукт в бою. Какое-то время это замедляло её, но когда она начала экспериментировать с прямой модификацией собственного тела, её эффективность снова возросла.

Время от времени появлялась серьёзная угроза, и часы Фредди подавали сигнал.

Но обычно сигналы приходили только от Пери, Реджинальда или Джорджи. Эмили ни разу не запросила помощи. Фредди не осуждал её за это — он и сам никогда не просил о помощи. И хотя она сама не подавала сигналов, она всегда появлялась, когда это делал кто-то другой.

Во время этих чрезвычайных ситуаций Фредди получил хорошее представление о навыках каждого.

Хотя Реджинальд был скорее учёным, чем бойцом, он, должно быть, был чертовски хорошим учёным, учитывая, насколько он силён в бою. Дело было даже не в его мастерстве, а в том, что все его способности казались невероятно эффективными. И у него был огромный арсенал.

У него не было больше способностей, чем может освоить двухзвёздочник, но у него было столько разных видов насекомых и растений, что комбинации способностей и существ просто ошеломляли. У парня было гиперспецифичное решение для всего — и обычно эти решения были отвратительными.

Множество жуков заползало в отверстия. И хотя Фредди видел немало кровавых убийств, это всегда вызывало у него глубокую неприязнь. В какой-то момент он заметил, что слегка сжимает ягодицы, когда находится рядом с Реджинальдом.

Навыки Джорджи тоже были впечатляющими. В прямом смысле. С её металлом, водой и молнией она, казалось, использовала металл и воду как проводники для электричества. Её атаки были яростными и безрассудными, скорость — невероятной, а выносливость — запредельной. У неё тоже была «Сотня Мокрых Адов», хотя и в более традиционном варианте, чем у Фредди, но, что странно, это даже не было её основной защитой.

Её сродство с металлом неожиданно сочеталось с её талантом. «Металлические Кости» делали её конечности практически неуязвимыми для отсечения. И пока она не теряла части тела, её «Суперрегенерация» мгновенно восстанавливала её.

Далее была Пери. И её стиль боя был просто ужасающим.

Её клинко-посох всегда был наполнен её сродством с огнём души, и любое убийство с его помощью заставляло цель схлопываться, а затем превращаться в огненного элементаля. Эти элементали были довольно примитивными.

Но её «Огненный Дракон» — нет. И это существо могло пожирать меньших элементалей, чтобы увеличиваться в размерах.

Однако, увидев его в действии, Фредди понял, что Пери имела в виду, называя его просто большой батареей эссенции. По сути, это была просто большая модная огнемётная установка. И хотя её пламя было весьма опасным, оно не было самым эффективным против одной мощной цели.

Но Пери и сама справлялась с такими противниками.

Хотя она всегда звала на помощь, это было не потому, что она действительно в ней нуждалась. Она просто была осторожна.

У неё была способность духа, которая закрепляла её на месте в обмен на усиление физических характеристик. Вдобавок у неё была продвинутая версия «Воспламенённых Мышц», дававшая ей ещё больше взрывной силы.

В сочетании с её безумным мастерством владения клинко-посохом она могла сражаться с существами, которые дали бы Фредди трудности. Самое впечатляющее было то, что у неё не было ничего для усиления восприятия, и всё же она успевала за невероятно быстрыми противниками. Она была просто настолько хороша.

Но, увы, несмотря на их впечатляющие показатели, никто из них не мог сравниться с Эмили Умброй.

Её эго, возможно, было слегка раздуто, но не без оснований.

Честно говоря, Фредди даже не знал, на что она способна. В основном потому, что редко видел, как она напрягается.

Её связывающие заклинания были ужасающими. Однажды она пришла на помощь с гигантской ящерицей. Она наложила «Тёмные Оковы», которые обвили шею и основание хвоста существа. Затем оковы сжались, сломав позвоночник ящерицы. Это был не просто случайный монстр. Реджинальд подал сигнал тревоги, и не зря. Но даже этого было недостаточно, чтобы бросить ей вызов.

И, по какой-то причине, она, казалось, действительно не любила Фредди. С тех пор, как он убил того гиганта, она вела себя странно, бросая на него злобные взгляды и фыркая ещё больше, чем обычно.

В конце концов Фредди подошёл к Джорджи и спросил: «Эй, ты не в курсе, почему Эмили меня так ненавидит? Я её чем-то обидел?»

Джорджи усмехнулась. «Я встречала множество таких, как она, за свою жизнь. Она настоящий гений, Фред. Такие, как она, привыкли быть самыми исключительными в любой комнате». Она внезапно стала серьёзной. «То, что ты сделал с гигантом, впечатляет. По любым меркам. Ты сделал то, чего не смогла она. На мгновение ты затмил её. Конечно, она будет тебя ненавидеть».

Фредди нахмурился. «Что? Не может быть, чтобы она была настолько мелочной».

Джорджи рассмеялась. «О, ты такой наивный».

Дни шли. Прошёл целый месяц.

Кроме одного дня, когда появилась огромная стая летающих монстров, город ни разу не столкнулся с по-настоящему серьёзной угрозой. И даже тогда было всего несколько жертв.

Город был хорошо защищён, как снаружи, так и внутри.

Все здания были усилены, и было построено множество убежищ. Конечно, несколько человек не успели добраться до укрытий, но по сравнению с разрушениями в соседних городах это было ничто.

Как и предсказывалось, Оттава была уже на грани коллапса. Несколько других городов уже полностью рухнули.

Толпы беженцев появлялись у их ворот каждый день.

В один из таких дней, во время отдыха, Фредди решил показаться у одного из входов. Это было что-то вроде пиар-хода, но ему также было интересно посмотреть на ситуацию.

Это было душераздирающе.

Множество людей входили с отсутствующими конечностями и другими тяжёлыми травмами. Многие прибывали на грани смерти, и город был вынужден разбить небольшой лагерь для экстренной помощи прямо за стенами, чтобы люди не умирали в очереди.

Пока Фредди стоял там, он почти физически ощущал безумие, исходящее от несчастных жертв.

Проходя между палатками, он на мгновение задумался о том, чтобы позвать Софию, но ей бы грозили большие неприятности, если бы она показала даже малую часть своих способностей.

Он раздавал еду и другие припасы, пока за ним следовал репортёр из местной газеты. Они буквально производили пропаганду, что оставляло неприятный осадок, но если это помогло бы снизить тревогу среди граждан, он был готов на это.

В последнее время участились случаи терроризма — всё больше людей сходили с ума и устраивали бойню. Ситуация стала настолько плохой, что Фредди запретил местным газетам нагнетать страх. Теперь они должны были подавать всё в положительном ключе. Опять же, это была тактика, которая ему не нравилась, но кризис требовал всех доступных средств.

И всё же, проходя мимо детей, плачущих по мёртвым родителям, и взрослых, оплакивающих погибших детей, он чувствовал глубинную гордость за всё, что сделал.

Это было ничто по сравнению с тем, что творилось в других городах.

Без надёжной защиты и поставок многие места превратились в настоящий ад. Были сообщения о каннибализме и резком росте числа людей, использующих запрещённые таланты. Где-то была женщина с талантом, позволявшим ей поглощать души детей для усиления своих способностей. И она была далеко не самым страшным случаем.

В Репентаве, однако, несмотря на проблемы, люди были накормлены, защищены от монстров и в основном защищены друг от друга.

Пока ничего глобально не изменится, он спасёт бесчисленное количество жизней.

Внезапно Фредди замер и повернулся к паре, стоявшей в очереди на вход в город. Он нахмурился, присмотревшись к ним.

Перед ним была женщина в солнцезащитных очках, несшая на себе изуродованного мужчину. У него была повязка на глазах, а его тело было ужасно искалечено. Конечности вывернуты, кожа неестественного цвета, случайные наросты — это был один из самых страшных случаев, которые он видел.

Но внешность была не тем, что привлекло его внимание.

Это были волны чистого, яростного безумия, исходившие от мужчины.

Он чувствовал, что этот искалеченный человек испытывал глубокую, всепоглощающую ненависть ко всему, желая сжечь весь мир дотла.

Если бы Фредди почувствовал такое безумие от кого-то ещё, он бы как минимум допросил этого человека. Но, видя состояние мужчины, он оставил его в покое. Неудивительно, что он дошёл до такого состояния. Учитывая, что Фредди не чувствовал его сбора, скорее всего, он был смертным.

Он покачал головой и отвернулся. Бедолага попал под что-то серьёзное.

Закончив с фотосессией, он встретился с Лили, которая дала ему ещё одну «кровавую монету». Поблагодарив её и оплатив её услуги, он проглотил монету и отправился медитировать.

И тут случилось нечто странное.

Одно мгновение он чувствовал, что вот-вот постигнет какую-то глубокую истину о крови. В следующее мгновение он оказался в мире, словно сошедшем с картины. Земля была твёрдой, багрово-красной. Рядом текла река крови. Кровавое небо лилось дождём.

А вдалеке, почти на границе видимости, огромная фигура повернулась и посмотрела на него.

И когда их взгляды встретились, он понял, что сейчас умрёт.

----------

Домен крови

Не существует такого понятия, как полностью изолированная концепция. Во всём есть частичка всего остального. Немногие понимали это так же хорошо, как Фредди, который мог просто взглянуть на что-то и увидеть, как это связано с безумием. Конечно, он не всегда мог расшифровать эти связи, но это было похоже на разницу между попыткой прочитать текст на ощупь в темноте и включить свет — последнее делало всё намного проще.

Некоторые из этих концепций были полезными. Некоторые — нет. Некоторые связи были сильными. Некоторые — нет. Некоторые он мог использовать для усиления своих способностей. Другие — нет. Но в конце концов, все эти концепции существовали только в контексте безумия. Если он хотел выйти за его пределы, ему нужно было опереться на что-то ещё.

Обычно здесь вступали в дело кровавые монеты.

Они давали ему намёки, которые были не только более полезными, но и специфически связанными с тем, как работали его способности.

Используя ауру сломанных Кровавых Мстителей, он получал множество инсайтов о том, как меч убивает. Но даже тогда эти концепции можно было лишь частично экстраполировать на другие его способности. Кроме того, с каждой новой поглощённой кровавой монетой он получал всё меньше и меньше ценных инсайтов.

Становилось всё очевиднее, что если он хочет серьёзно продвинуться в медитации, ему придётся перестать полагаться на костыли и начать полагаться на себя.

Были вещи, в которых Фредди был хорош, и вещи, в которых он был плох. Медитация была чем-то, в чём он был… приемлем.

Он был медленным и обычно не имел ни малейшего понятия, что делает, но он никогда не получал никакого образования или руководства по этому поводу. С этой точки зрения, его почти можно было назвать впечатляющим.

Но независимо от его врождённого таланта, огромный опыт, которым он мог воспользоваться, значительно облегчал ему жизнь. Он провёл почти каждый день на протяжении недель, проливая кровь, и это после пары очень кровавых лет. Даже идиот мог понять кое-что после всего этого.

Но вместо «кое-чего» он начинал видеть нечто… большее.

С его опытом, кровавыми монетами и шестым чувством к безумию, всё, что ему было нужно, — это ещё один маленький толчок, и он наткнётся на нечто огромное.

В тот день, когда он погрузился в глубокую медитацию, образы крови и всех её форм начали кружиться в его сознании. Сначала он сопротивлялся этому странному явлению. Оно казалось беспорядочным потоком несвязанных мыслей. Он думал, что просто слишком долго размышлял об этом, и теперь его мысли смешались.

Но это было не так. В этом был ритм. Орбита.

Увидев это, он позволил своим мыслям свободно блуждать. Какое-то время всё оставалось бессмысленным, но постепенно всё начало складываться. Он чувствовал, что вот-вот постигнет нечто огромное, как будто его озарит так, как никогда раньше. Его многочисленные, более мелкие инсайты о том, как работает кровь, начали складываться во что-то большее.

И как раз когда он был на грани постижения чего-то ценного — он почувствовал, как исчезает.

Когда он открыл глаза, он подумал, что случайно погрузился в Незер. Всё выглядело так, будто было нарисовано на холсте. Текли реки крови, почва была сухой и твёрдой — с неба лился красный дождь. И он действительно был там в проекции, не в теле, но явно это был не Незер его комнаты.

Внезапно он почувствовал огромную опасность. Подняв голову, он посмотрел вдаль. То, что он принял за гору, внезапно сдвинулось на вершине. Он не мог разобрать, что это за поднимающаяся масса, пока она не повернулась, чтобы посмотреть на него.

Существо, большее, чем всё, что он когда-либо видел, встретилось с ним взглядом. Сквозь красный туман он видел только его растущие красные глаза, но этого было достаточно. Его ужасный взгляд смотрел на него сверху, с той смертельной угрозой, с которой он уже слишком хорошо знаком.

Если бы он остался там ещё на мгновение, он бы умер.

Он запаниковал, и в тот же момент почувствовал, как отступает из этого странного мира и возвращается в своё тело. Он тут же начал кричать и дёргаться, отползая от того места, где сидел, в панике и покрытый потом.

«Чёрт возьми, это было близко! Что, чёрт возьми, только что произошло?!»

Ни в одном тексте, который он когда-либо читал, не упоминалось ничего подобного. Когда он вспомнил эти мерзкие глаза — когда он вспомнил зловещий взгляд существа, смотрящего на него — он почувствовал, как дрожит, и обхватил себя руками для утешения. Впервые за долгое время он почувствовал настоящий, дикий страх.

Он медленно вдохнул, пытаясь успокоиться. «Сейчас я в безопасности», — напомнил он себе. «Надеюсь».

Но что-то казалось немного не так. Как будто мир вокруг него был слегка другого цвета. Затем он внезапно осознал, что, учитывая произошедшее, он ожидал бы какого-то комментария от Кровопролития. «Кровопролитие?» — позвал он мысленно, но ответа не последовало.

Мурашки побежали по его спине, пока он ждал в тишине. Он почувствовал, как что-то щекочет его палец, и посмотрел вниз, только чтобы увидеть, как мясистое Кровавое Кольцо извивается, обвивая кость. Что-то было не так.

С некоторой тревогой он заглянул в свою душу.

Там, внутри деформированной тюрьмы из рун, покоилось Кровопролитие. Его форма была неподвижна. Тьма под его кровавым покрывалом была на оттенок глубже, чем обычно.

«Кровопролитие?» — позвал Фредди. «Ты здесь?»

Как только он задал вопрос, клетка открылась, и Кровопролитие вылетело — прежде чем Фредди успел понять, что происходит. Он наблюдал, как оно исчезает, выходя в реальный мир через его кровавое кольцо.

В панике он вернулся, только чтобы обнаружить его стоящим прямо перед ним.

«Кровопролитие?» — спросил он снова. «Это не смешно», — сказал он.

«Почему ты ушёл так скоро?» — спросило Кровопролитие. «Вернись. Там многое, что ты можешь получить».

Фредди сразу понял, что что-то не так. Это было не Кровопролитие. «Кто ты?»

«Я?» — существо, говорившее через Кровопролитие, рассмеялось и склонило голову. «Разве это не очевидно? О чём, по-твоему, ты медитировал? Давай, подумай — ты уже должен точно знать, кто я».

Фредди нахмурился ещё сильнее. «Ты не можешь быть—»

Наконец он увидел череп Кровопролития под покрывалом, но он выглядел незнакомым. Лицо было более определённым и гораздо более выразительным. Оно улыбнулось ему, прищурив глаза, и сказало: «Да, именно так; я — Первичная Концепция Крови».

Кожа головы Фредди защекотала, когда он осознал, с кем разговаривает. Именно в этот момент он понял, что происходит с Кровопролитием.

Ничего.

Оно не было одержимо.

Эта штука не говорила через Кровопролитие.

Оно и было Кровопролитием.

Оно было всем, чем была кровь, и это включало каждую концепцию, связанную с кровью, будь то руна или разумный эфирный конструкт, даже Кровопролитие. Оно было, как оно и сказало, Первичной Концепцией Крови.

«Что ты хочешь от меня?» — спросил Фредди.

«Я не хочу и не могу хотеть ничего», — заявила Первичная Концепция Крови. «Я здесь только для того, чтобы выполнить свою цель. Это была Первичная Обитель Крови. Если ты решишь вернуться и прогуляться там, ты найдёшь это стоящим твоего времени».

Фредди нахмурился. «Если я вернусь, ты убьёшь меня».

«Ах, ах, ах». Подняв палец, Первичная Концепция Крови поправила его. «Я только попытаюсь. Но если ты будешь умён, изобретателен и достаточно удачлив, ты сможешь вернуться с чем-то исключительно ценным».

Нахмурившись, Фредди спросил: «Что именно я только что сделал?»

«Ты достиг просветления. Насчёт того, что именно… это тебе предстоит узнать самому. Просто подумай об этом», — сказало оно, его глаза пронзая его душу. «Подумай, насколько проще могла бы быть твоя жизнь с чуть большей силой. Твоя борьба за достижение третьей звезды. Защита этого города. Шанс пережить эту катастрофу».

«Звучит так, будто ты просто заманиваешь меня на верную смерть».

Вместо того чтобы подыграть, оно просто рассмеялось. «Я буду ждать. Надеюсь скоро увидеть тебя снова». И с этими словами он увидел, как поведение Кровопролития изменилось, а его лицо вернулось к своему обычному черепу. «Не ходи туда!» — закричало оно. «Не возвращайся в Первичную Обитель Крови!»

Фредди вздрогнул. «Эй, дружище. Не волнуйся. Я и не собирался».

«Ты искушаешься», — заявило Кровопролитие. «Я знаю тебя, Мастер».

Фредди замешкался. Кровопролитие не ошибалось. Конечно, он был искушён вернуться туда. Ему не сказали, что именно он найдёт, но он не был идиотом. Это была бы не обычная вещь. Но увы, одна только мысль о том ужасном присутствии внутри — направленном прямо на него со смертельной интенсивностью — убедила его в обратном.

«Не волнуйся, дружище», — сказал он, наконец поднимаясь на ноги. «Я, может, и сумасшедший, но я не ищу смерти. Я вижу — я чувствую, что… эта штука не по моим силам».

Кровопролитие не расслабилось. «Не возвращайся туда», — попросило оно снова. «Пожалуйста. Если бы ты был кем-то другим, я бы не сказал этого. Но я понимаю тебя, Мастер. Ты жадный человек. Ты можешь взять с собой только одну вещь, и ты не удовлетворишься первым, что найдёшь».

Фредди прищурился. «И что именно я могу найти там?» — спросил он.

Кровопролитие выглядело так, будто не хотело отвечать на вопрос. Но, увы, его преданность хозяину победила. «Всё. Всё, что связано с кровью, ты можешь найти там».

«Что ты имеешь в виду?»

«Я имею в виду то, что сказал. Теперь, пожалуйста, не спрашивай больше об этом, Мастер. Подожди, пока не достигнешь третьей звезды».

Не решаясь, Фредди медленно кивнул. «Хорошо. Я доверяю тебе». Но даже самому себе его слова казались неискренними.

То немногое лето, что было в северном поясе, уже ушло. Дни становились короче, темнее — небо было почти постоянно затянуто тучами, а снегопады усиливались.

Пробираться через снег становилось всё труднее, что мешало защите города, в то время как у монстров, с другой стороны, не было никаких проблем с передвижением. Фредди справлялся с дополнительной нагрузкой от снега без особых трудностей, но того же нельзя было сказать о его спутниках.

Дрейк, и особенно Лили, сильно страдали, быстро расходуя силы в попытках не отставать. Но, надо отдать им должное, оба молчали и продолжали идти. Дрейк в последнее время был особенно впечатляющим, привыкнув заменять своё копьё алебардой. Алебарда в руках такого огромного человека была ужасающим оружием.

Будь то укол, использование обуха как кирки или рубящие удары лезвием, он мог расправляться с монстрами с пугающей эффективностью и скоростью для среднего двухзвёздочного.

И, что удивительно, Лили тоже начала навёрстывать упущенное. Хотя она была далеко не так талантлива, как Дрейк, с тех пор как они стали меньше болтать и больше сражаться, казалось, что её обида и желание не быть защищённой и не быть обязанной Дрейку подтолкнули её к новым высотам, позволив сражаться на уровне выше среднего.

Для двухзвёздочного её талант был довольно простым, давая лишь базовое усиление силы. Но простое иногда бывает хорошим, и с её зачарованным двуручным мечом она быстро расправлялась со всем, что попадалось на её пути.

София, с другой стороны, была далеко выше уровня среднего двухзвёздочного. Почти освоив базовый набор способностей сродства к жизни, она начала больше сосредотачиваться на использовании своей миазмы в бою. Насколько Фредди понимал, её талант мог в некоторой степени влиять и на её способности сродства к смерти, но далеко не так сильно, как на сродство к жизни. Тем не менее, этого хватало, чтобы сделать её базовые атаки миазмой довольно впечатляющими.

Тем не менее, никто не вырос так сильно, как Фредди за последние несколько недель. То, как именно он улучшился, было трудно описать, но когда он сражался, казалось, что он просто лучше понимал течение боя. Он знал, куда ударить, когда уклониться, когда войти, когда выйти. Разница в его понимании была тонкой, но в итоге результат был довольно значительным.

По мере того как их дни сражений и защиты города продолжались, Репентава начала сталкиваться с серьёзными проблемами в своей обороне. Из-за накапливающегося снега авангарду становилось всё труднее уничтожать крупные цели. К счастью, те, кто держал оборону на стенах, значительно улучшились. А некоторые, как ходили слухи, даже жаждали столкнуться с более серьёзными противниками. И более серьёзных противников они получили.

Однажды, каким-то образом обойдя всех разведчиков и элитную команду, к стене подобрался массивный монстр с четырьмя лезвиями вместо рук. Это был первый раз, когда что-то подобного уровня появилось, и защитники понесли серьёзные потери. Около десятка бойцов ближнего боя были выведены из строя, прежде чем смогли отступить.

Монстр нанёс довольно существенный урон стене, прежде чем дальнобойные бойцы смогли его уничтожить. Учитывая количество защитников, потери были не слишком катастрофическими, а повреждения стены довольно легко устранили.

Но этот инцидент поколебал прежде несокрушимую решимость. Теперь ходили слухи, что некоторые даже подумывали сдаться и покинуть город. Единственное, что их останавливало, — это то, что идти было некуда.

Продолжая сражаться, Фредди изо всех сил старался игнорировать свой опыт с Первичной Обителью Крови. Но каждый раз, когда он садился медитировать, он оказывался на грани возвращения в то место. Достаточно было одной мысли, и он оказывался в месте силы и возможностей. Хотя сейчас он мог сопротивляться искушению, его решимость уже начала ослабевать.

Кровопролитие было право.

Он был чертовски жадным человеком.

Однажды раздался сигнал тревоги на его часах. Джорджи прислала тревожное предупреждение о приближающемся огромном драконоподобном монстре на горизонте. Так как в тот день Реджинальд отсутствовал, это оставило Эмили, Пери, Джорджи и Фредди разбираться с ним.

Когда Фредди прибыл на место, он увидел Эмили уже там, опутывающую гигантского дракона множеством тёмных пут.

Существо было почти полностью чёрным, с толстой чешуёй и очень ящерицеподобной внешностью. Его присутствие было подавляющим — явно у него было гораздо больше эссенции, чем даже у пятизвёздочного человека. Но даже тогда Эмили всё ещё как-то умудрялась удерживать его связанным.

Казалось, у него было сродство к огню, но каждый раз, когда оно пыталось использовать своё дыхание для атаки или любую другую огненную способность, Эмили находила способ помешать, будь то захлопывание его пасти или подножка. Но она напрягалась, с трудом успевая за всеми разрывающимися путами, в то время как лезвия, спрятанные в её волосах, не могли пробить чешую существа.

Всё, что она могла сделать, — это удерживать его связанным, и эти путы держались не особенно долго.

Пери тоже испытывала большие трудности. Хотя она могла сражаться с довольно серьёзными угрозами в ближнем бою, она была далеко не так сильна, чтобы противостоять чему-то подобному. А что касается её огня… ну, это был монстр сродства к огню — излишне говорить, что у него была некоторая сопротивляемость.

Джорджи в этом случае добивалась наибольшего прогресса. Она продолжала прыгать на дракона, шокируя его электрическими атаками, одновременно нанося удары кинжалами, которые оставляли неглубокие раны на коже существа. Тем не менее, ей тоже было трудно нанести серьёзный урон, даже если существо довольно бурно реагировало на электрические разряды.

В один момент дракон освободил хвост и щёлкнул им, сбив беззащитную Джорджи в воздухе и отправив её кувыркаться по земле. Атака явно сломала почти каждую кость в её теле, но, пока она кувыркалась, всего через десять секунд Фредди увидел, как она поднимается.

«Чёрт», — подумал он, — «хотел бы я, чтобы мой талант работал так же быстро».

«О, ты здесь», — сказала Джорджи. «Как насчёт того, чтобы снова бросить одно из этих копий?»

Фредди фыркнул. «На этот раз я достаточно близко, чтобы сразиться с ним в лоб», — сказал он. «В этом не будет нужды». Он посмотрел на своих спутников. «Просто отойдите», — сказал он, а затем указал на поддержку. «Дай мне благословение».

Тот согласился, усилив силу Фредди. Они не использовали никаких Нечестивых Благословений, однако. В них пока не было нужды.

«Может, поторопишься, чёрт возьми!?» — крикнула Эмили Умбра, обвивая шею существа очередным витком тьмы.

«Я уже в деле». Подняв Кровавого Мстителя, он вступил в бой.

Эмили на мгновение бросила на него взгляд, но затем фыркнула и отвернулась. Она была сильной — очень сильной для двухзвёздочного — но это был тот тип противников, против которых она боролась больше всего. Но даже тогда необходимость практически выступать в роли поддержки в бою явно ранила её гордость.

К удивлению Фредди, все сопровождающие, которые обычно следовали за Пери, Джорджи и Эмили, держались на расстоянии и наблюдали за их боем. Они выглядели готовыми вмешаться, если опасность станет слишком велика.

Но явно они были здесь не для помощи.

Они были здесь только для того, чтобы обеспечить выживание этих элит.

Все сопровождающие были трёхзвёздочными, и когда Фредди встретился взглядом с одним из них и мельком увидел его ауру, он понял, что это были не обычные трёхзвёздочные. Хотя это позволяло немного расслабиться, он не мог не почувствовать лёгкую горечь от того, что эти люди просто стояли без дела. Если бы они участвовали чаще, город был бы в значительно меньшей опасности.

Отбросив эти мысли, он сосредоточился на монстре впереди. И затем он побежал. С помощью Гидравлического Напряжения он быстро ускорился и прыгнул на голову монстра, опуская Кровавого Мстителя вниз. Дракон, несмотря на то, что был довольно туго связан, всё же успел отклонить голову и затем резко дёрнул шеей, отшвырнув Фредди в сторону мордой. Он не получил урона от удара, но был отброшен и вынужден был подняться на ноги и снова прыгнуть на него.

После нескольких таких обменов он наконец загнал монстра в угол и ударил Кровавого Мстителя прямо по голове. Он оставил довольно глубокую рану своим ударом. Подвеска Короля Воинов и Кровавое Кольцо стали значительно сильнее с начала вторжения монстров. Оба этих предмета усиливали мощь его кровавого оружия, делая его чрезвычайно грозным.

Но даже тогда его атака была слишком слабой, чтобы пробить чешую существа.

Широко раскрыв глаза, он едва увернулся от попытки монстра проглотить его целиком. На мгновение его потянуло позволить ему это сделать, но он не хотел проверять свою броню на кислоту в желудке существа. Кроме того, с него хватило этого на всю жизнь.

Решив изменить тактику, он пробормотал: «Скрученный Маятник». Как всегда, как только он активировал способность духа, его восприятие времени ускорилось. Существо билось намного быстрее. Джорджи металась с удвоенной скоростью. Всё это время он стоял в стороне и ждал, пока пройдут первые десять секунд штрафа. Затем, когда они прошли, он бросился вперёд и прыгнул в воздух над существом.

«Держи его связанным!» — крикнул он тем, что должно было звучать как крайне высокий голос. До смешного.

А затем, когда его ускорение закончилось, он снова прошептал: «Скрученный Маятник», и активировал Удар Цунами. Он идеально рассчитал время, ударив существо прямо в позвоночник с достаточной силой, чтобы треснуть позвонок.

Тем не менее, даже его самая мощная атака сделала только это, но этого было достаточно, чтобы начать падение существа. Оно завизжало от боли, начав биться ещё сильнее. В этот момент Эмили удвоила свои путы, удерживая существо на месте, пока Фредди поднимал Кровавого Мстителя и начинал рубить.

Он неоднократно бил в то самое место, куда пришёлся его удар ногой, пока не пробил кожу и наконец не перерезал позвоночник существа.

Но даже тогда оно не обмякло полностью. Только когда Пери прыгнула на его спину, к ней присоединилась Джорджи, и они вместе сосредоточились на ране, которую открыл Фредди, пока не расширили её достаточно, чтобы истечь кровью.

Эфирная награда была разделена между ними вчетвером, и все они облегчённо вздохнули.

«Было не так уж плохо», — сказал Фредди. «Я сталкивался и похуже».

Джорджи усмехнулась. «Неужели?» — она покачала головой с ироничной усмешкой.

«Вау, ты такой крутой!» — саркастично сказала Эмили, фыркнув.

Но когда он встретился с ней взглядом, Фредди почувствовал что-то необычное в этой женщине — что-то вроде родства. Он узнал что-то в её ауре, что существовало и в его собственной. Сначала она отвела взгляд, но затем снова посмотрела, хмурясь ещё сильнее, когда, видимо, осознала то же самое.

«Да быть не может», — сказала она, ещё больше нахмурившись. Она фыркнула, отвернулась и пошла к своим сопровождающим.

«Что это было?» — пробормотал Фредди, обернувшись, только чтобы увидеть Пери, смотрящую на него с открытым ртом.

«И она тоже?» — пробормотал он, понимая, что чувствует то же самое в ауре Пери, что и в ауре Эмили.

Шокированное выражение Пери исчезло, когда она улыбнулась ему и кивнула. «Поздравляю, мистер Штерн», — сказала она своим обычным, почти шёпотом.

Он нахмурился. «С чем поздравляешь?»

«Ты коснулся Первичной Обители», — сказала она, и его подозрения подтвердились.

Фредди уставился на неё на мгновение. «Так вот что это за чувство? Значит, ты тоже сделала это? Хм. Я знал, что не могу быть таким уж особенным, но всё же удивлён, что никогда не слышал, чтобы кто-то говорил об этом».

Пери пожала плечами. «Не то чтобы Первичные Обители были секретом. Просто любая информация на этом уровне должна конкурировать с кучей выдуманной чепухи».

«Ну, это звучит немного как выдуманная чепуха», — заметил Фредди. «Если бы кто-то сказал мне, что они медитировали себя в другое измерение, я бы решил, что они приняли что-то сильное».

Пери хихикнула, прикрывая рот рукавом. «Если ты не против, что ты нашёл?» — осторожно спросила она. «Конечно, тебе не нужно вдаваться в подробности».

Он почувствовал лёгкое смущение. «Я… ничего не получил».

Но вместо насмешек её взгляд был полон одобрения. «Это тоже хорошо. Нет ничего плохого в том, чтобы подождать, пока не станешь увереннее. Мне повезло с моей. Я нашла уникальный след. Именно так я получила своё уникальное сродство».

Фредди уставился на неё. «Твоё что!?» — его челюсть отвисла.

Учитывая то, что он слышал от Кровопролития, он уже догадывался, что подобные вещи возможны. Но услышав, как она прямо говорит об этом, он почувствовал, как перехватывает дыхание. Внезапно искушение нырнуть туда стало намного сильнее.

Она гордо рассмеялась. «Но всё же советую не жадничать. Лучше просто взять первую найденную вещь и уйти». Её взгляд внезапно потускнел. «Я потеряла тётю из-за подобного просветления».

«Мне жаль это слышать», — сказал Фредди. «Я тоже буду осторожен».

Их разговор внезапно прервался, когда на их часах загорелся красный свет и раздался сигнал тревоги.

Каждый волосок на теле Фредди встал дыбом, когда он понял, что означает этот сигнал.

Произошёл прорыв стены.

----------

Нарушение

[ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА]

Извините за запоздалую и несколько короткую главу. У меня была адская неделя, которая отняла большую часть моего рабочего времени. Больной член семьи, многочисленные визиты в больницу, и всё это в добавок к куче дел. Тьфу. Хотел бы я наконец немного вздохнуть свободно.

В любом случае, надеюсь, вам понравится!

/////////////////////////////////

Несмотря на то, что он максимально быстро мчался обратно к стене, Фредди не паниковал. Пролом в стене — это кризис, да, но он не только уже жил в состоянии кризиса какое-то время и был готов к таким чрезвычайным ситуациям, он также считал, что пролом в стене не должен был быть такой уж большой проблемой.

Стена была важна, но её роль заключалась в том, чтобы передовые бойцы могли отступать, когда это необходимо. Пока защитники ещё стояли, было маловероятно, что много монстров проберётся в город.

Пустившись в бег, он внезапно применил Гидравлическое Напряжение, чтобы толкать себя вперёд, всё быстрее и быстрее. Эмили и Джорджи бежали рядом с ним, и поначалу они почти поспевали за его скоростью. На самом деле, Эмили была даже немного быстрее него. Но когда он вошёл в ритм и достиг своей максимальной скорости, он быстро обогнал её.

Он не стал ждать, пока кто-либо догонит. Он доверял своим спутникам и наёмникам, зная, что с ними, вероятно, всё будет в порядке, пока он изо всех сил старался как можно быстрее добраться до стены.

Однако, когда он прибыл на место, его спокойствие мгновенно испарилось.

Сигнал тревоги обозначал пролом в стене — но он обозначал пролом любого рода. Не было уточнения, насколько большим на самом деле был пролом. И ситуация оказалась куда хуже, чем он ожидал.

Участок длиной около пятисот метров обрушился в груду обломков. Из-под завалов он видел, как выбираются многочисленные тяжелораненые защитники. Многие из них погибли.

Задыхаясь от шока, он ощутил, как у него поплыло сознание.

Что, чёрт возьми, могло вызвать всё это? — пронеслось у него в голове.

Отбросив эти мысли, он поднял своего Кровавого Мстителя и бросился к первому увиденному монстру.

Надо отдать должному, авангард держался вполне неплохо. Несколько более сильных защитников вышли вперёд, разгорая свои ауры, и командовали более слабыми бойцами, направляя их в построения для максимальной обороны. Что касается монстров, их было не больше, чем обычно. По крайней мере, поначалу.

Но из-за того, что такой огромный участок стены рухнул, количество защитников дальнего боя на этом конкретном участке резко сократилось, оставив значительную брешь.

Судя по тому, что Фредди мог разглядеть издалека, многие монстры постепенно смещали направление — едва заметно, но ощутимо — в сторону обрушившегося участка.

«Чёрт», — выругался он на бегу.

Спустя несколько секунд он уже нырял в массу монстров, размахивая мечом и рассекая их, как жнец косит пшеницу. Когда он держал хватку ближе к навершию, он мог существенно увеличить дальность атаки. Скорость, с которой он расправлялся с врагами, заставляла многих защитников разевать рты от изумления. Он был подобен стихийному бедствию — рассекая море монстров на своём пути.

Каждый взмах рассекал около десятка монстров, а взмахов было почти два в секунду. Это было зрелище, которое люди обычно видят только в фильмах, а не в реальной жизни.

Спустя мгновение, с раскатом грома прибыла Джорджи, обогнав Эмили в какой-то момент. Взмахнув рукой, она призвала массивный поток воды, который хлынул на особенно плотный участок орды монстров. Она выждала, пока уровень воды не опустится до дюйма от земли, и тогда искра молнии пронзила воду, парализуя и даже убивая многих монстров, оказавшихся в зоне поражения.

Секундой позже прибыла Эмили, подняв руку. Несмотря на то, что у неё зажглась лишь одна звезда в груди, обширная территория радиусом в сто метров внезапно погрузилась во тьму, ошеломляя монстров внутри и заставляя их метаться в поисках пути. Мало того, многие из них начали атаковать друг друга, заставляя Фредди задуматься, на каких концепциях была построена эта способность.

Немного отстав от остальных, прибыла и Пери вместе со своим драконом душевного огня. Он парил над вторгшейся ордой, извергая пламя, выжигая обширный участок земли и убивая почти каждого монстра слабее среднего двухзвёздочника одним дыханием.

«У нас достаточно сил, чтобы отбить их!» — крикнул Фредди линии защитников. «Половина из вас, идите помогать вытаскивать пострадавших из-под завалов!»

После лишь мгновения колебания большая часть защитников — больше половины, если точнее — развернулась и бросилась на помощь своим товарищам что были еще под обломками. Даже тогда, с Фредди и остальными на позициях, ситуация в основном была под контролем.

Наставники молодых элит всё это время следовали за ними по пятам, и даже в таких обстоятельствах они лишь наблюдали издалека.

Фредди был готов накричать на них, чтобы заставить их вмешаться и помочь, но удержался. Хотя они и выступали в роли телохранителей, это были не обычные трёхзвёздочники. Уже по тому, как они стояли, Фредди понимал, что они не особо напуганы или впечатлены опасностью ситуации.

Стиснув зубы, он проигнорировал их, сосредоточившись на уничтожении монстров.

Вскоре подоспели и остальные из его команды, а также горстка других наёмников, следовавших за молодыми элитами.

Примерно в течение часа всё шло гладко. Они отбивали монстров, пока жертв обрушения стены спасали и оказывали им помощь.

За это время Фредди смог гораздо лучше разглядеть молодых элит в действии.

Волосы Эмили могли удлиняться метров до десяти. Размахивая ими, как кнутом, она рассекала орду. Её атаки были точными и смертоносными; её связи были настолько прочными, что даже одна тонкая, как волос, нить тьмы могла удерживать более слабого монстра. Будь то убийство или сковывание, она действовала быстро и редко требовала больше одного движения для нейтрализации цели.

Джорджи была самой медленной в плане убийства, в основном из-за затратных на сущность способностей, которые она использовала. Тем не менее, её атаки по одиночным целям были взрывными и абсолютными. Сочетание её способностей молнии и металла показывало, почему у неё был такой большой арсенал одноразового оружия — когда она выкладывалась по-настоящему, большая часть оружия оказывалась искорёжена чистой силой её атак.

Дракон Душевного Огня Пери в одиночку уничтожал около 80% приближающихся монстров, выкашивая слабых своим Дыханием Душевного Огня. Там, где монстр погибал от его атаки, призывался элементаль огня низшего порядка. Обычно дракон поглощал этих мелких элементалей для восполнения энергии, но сейчас Пери оставляла в живых около половины из них, рассредоточивая их, чтобы ещё больше задержать наступающих монстров.

Они были действительно очень слабы, но служили отличным отвлекающим манёвром. При смерти они также создавали небольшой взрыв.

После отметки в один час дела снова начали принимать серьёзный оборот.

Строительная бригада только начинала ремонт стены. Надо отдать им должное, они работали чертовски быстро. Завалы ещё оставались, а земные способности позволяли им собирать камень обратно, так что не было нужды привозить новый материал.

Но орда монстров продолжала сгущаться и уплотняться. И так как некому было вести разведку впереди, более серьёзные угрозы начали приближаться — несколько сразу, почти как будто они ждали, когда это произойдёт.

Первым среди них был медведь-зомби. Он был довольно тощим и истощённым, что делало его относительно неопасным на вид. Но как только он появился на поле боя, ситуация резко ухудшилась. Существо обладало талантом, который автоматически воскрешал трупы, даже собирая разбросанные или обугленные останки в големов из плоти, которые поднимались и начинали атаковать.

Хуже всего было то, что, поскольку это был талант, а не способность, похоже, не было предела тому, сколько трупов он мог вернуть к жизни. Поначалу дракон душевного огня Пери сводил число нежити к минимуму, в основном сжигая трупы убитых монстров дотла.

Но затем появилась вторая угроза. Паук угольно-черного цвета промчался по ландшафту, прыгнул в воздух и опутал дракона Пери путами тьмы, окончательно выведя его из боя.

Эмили попыталась сковать паука, но из-за его природного сродства к темноте её связи оказывались на него значительно менее эффективными, чем на любого другого противника. Фредди попытался броситься в атаку, чтобы выследить его, но он был невероятно быстр — даже быстрее него, когда он ускорялся с помощью Скрученого Маятника.

Он попытался метнуть в него копья, но у паука была зловещая способность предсказывать, куда полетит его бросок. Он бегал кругами вокруг них, выбивая более слабых защитников, чтобы потом разрушить их оборону, и при этом возвращался, чтобы обезопасить медведя-лича от вреда.

Пока эти два монстра уже начинали переламывать ход битвы, ситуация стала ещё хуже с прибытием третьего. Из ниоткуда появилась парящая белая голова с тремя глазами, вероятно, бывшая невидимой мгновением назад.

Будь у неё только сродство к свету, проблем бы было вполовину меньше. Но она также обладала сродством к святости, что было невероятно редко среди монстров. Её появление усугубило ситуацию ещё сильнее. Она могла исцелять монстров в пределах своей видимости и даже накладывать Благословения, делая и без того невероятно опасного паука ещё большей угрозой.

По мере того как ситуация стремительно ухудшалась, Фредди чувствовал, что сходит с ума. Наставники элит по-прежнему ничего не делали, а лишь сидели и ждали, хотя некоторые из них выглядели так, будто готовы были вмешаться.

Он уже было собрался с облегчением вздохнуть, когда увидел, как в бой прыгнул пожилой человек в золотой робе. Но всё, что он сделал, — это оттащил Пери с пути атаки паука, которая, вероятно, серьёзно ранила бы её. И всё. Подняв её, он просто ушёл.

С умом, идущим кругом, Фредди едва сдержался, чтобы не разразиться проклятиями в адрес этого человека. Становилось всё более очевидным, что ему придётся применить Кровавую Жертву, чтобы не допустить полного выхода ситуации из-под контроля.

Как раз когда он достигал своего предела и был готов поддаться искушению призвать Кровопролитие, с вершины стены вылетело копьё из кристаллизованной миазмы, поразившее паука прямо в голову и выведшее его из боя.

С гибелью паука некому стало защищать медведя-зомби. Не колеблясь, Фредди достал копьё, создал Кровавое Копьё и метнул его в медведя, попав ему в голову и окончательно устранив его из битвы.

В следующее мгновение белая парящая голова мигнула и исчезла, активировав свою невидимость, но даже этого оказалось недостаточно, так как другое копьё из кристаллизованной миазмы выстрелило и сбило её с воздуха.

Фредди взглянул на стену, заметив судью с протянутой рукой, его глаза оценивали ситуацию, не осталось ли ещё чего-то, с чем нужно разобраться. В его жизни было мало моментов, когда он чувствовал бы такую благодарность за чью-то помощь.

С устранением трёх монстров ситуация наконец стабилизировалась, и Фредди, Джорджи и Эмили наконец получили возможность как следует отбросить наступающую волну монстров.

С исчезновением нависшей угрозы строители вышли в полном составе, быстро возведя около 20% стены, чего уже было достаточно, чтобы не допустить проникновения большинства мелких угроз.

Казалось, что какая бы сила ни контролировала этих монстров, она заставила их броситься вперёд как можно скорее, чтобы использовать внезапную брешь в стене. Из-за этого позади них образовался большой разрыв, наконец давая им передышку и позволяя перегруппироваться.

Самым важным теперь было выяснить, что именно разрушило такой обширный участок стены.

Прежде чем Фредди успел даже начать расследование, судья спрыгнул вниз и поманил трёх элит к себе. Пери также вернулась к бою, выглядя немного пристыженной, когда подошла к их группе, чтобы присоединиться к разговору.

«Приношу извинения за опоздание, — сказал судья, глядя Фредди прямо в глаза. — Я пришёл бы раньше, если бы не был занят другим делом».

«Вы нашли, что разрушило стену?» — спросил Фредди.

Вздохнув, судья сказал: «Да. И ситуация хуже, чем ты думаешь».

От этих слов сердце Фредди ёкнуло. «Что её вызвало?» — спросил он.

«Проблема не в том, что, а в том, кто это сделал», — уточнил судья. «Это работа своих».

Как только он произнёс эти слова, выражение лица Фредди стало ледяным.

«И я бы хотел сказать тебе, что это какая-то террористический заговор. Это бы упростило дело». Ущипнув переносицу, судья тяжело выдохнул. «К сожалению, всё гораздо хуже. Мы выследили семерых индивидов, которые заложили взрывные устройства в технические тоннели, проходящие через эти стены.

У всех у них были квадратные зрачки».

----------

На краю руин

Сильный снегопад кружился сверху, скрывая разыгравшуюся трагедию. Пролом в стене унёс множество жизней. У её основания повсюду были разбросаны кровь и внутренности; многих всё ещё утаскивали, чтобы оказать помощь, если их вообще ещё можно было спасти.

Прямо у основания недавно отстроенной стены стояла небольшая группа. Это были элитные бойцы, находившиеся на передовой обороны города, окружившие казавшегося всемогущим четырёхзвёздного судьи.

Немного поодаль расположилась небольшая группа суровых телохранителей. Для большинства эта группа не казалась чем-то примечательным, но лишь потому, что мало кто понимал: каждый присутствующий там был трёхзвёздным.

С точки зрения большинства очевидцев, это небольшое собрание было зрелищем, которое им обычно не довелось бы увидеть за всю жизнь. Во многих отношениях это была картина прямо из сказки. Группа героев, совещающаяся с местными властями о том, как лучше действовать дальше, сразу после того, как они захлопнули пасть катастрофы.

К сожалению, это была не сказка.

Это была картина прямиком из хоррора.

Тишина, воцарившаяся после слов судьи, была настолько густой, что её можно было резать ножом. Это был мрачный момент, который в одно мгновение изменил всё в кризисе, с которым они столкнулись.

Одно дело, если эфирный вирус распространяется от монстра к монстру.

Совсем другое дело, если он поражает и людей.

Внезапно риск оставаться где бы то ни было рядом с этим городом взлетел до небес.

Гораздо выше того, на что согласилось бы большинство людей.

«Этого не может быть», — сказал Фредди. Он смотрел в землю, его глаза были широко раскрыты и налиты кровью, а кулаки сжаты. «Этого не может быть…»

«Боюсь, это правда», — снова произнёс судья, тяжело вздыхая. «К сожалению, мы даже не смогли извлечь информацию от виновных. Как только их задержали, они просто… отключились. Словно кто-то выдернул их души из тел. Очевидно, это странное влияние имело над ними полную власть. Жаль, что мы не знаем, как они были заражены, но всё же… независимо от того, как это произошло, ситуация выглядит очень плохо. Крайне плохо».

Взгляд Фредди скользнул по лицам молодых элитных бойцов. Хотя он знал, что увидит, выражение их лиц заставило его сердце упасть. Эмили выглядела раздражённой. Пери выглядела мрачной. Джорджи ненадолго встретилась с ним взглядом и виновато улыбнулась, прежде чем неловко отвести глаза. «Вы все собираетесь уйти, да?»

Эмили фыркнула. «Я не настолько труслива, чтобы меня могло напугать нечто подобное. Но не я здесь принимаю решения. Если те старикашки захотят меня убрать, они вытащат меня силой».

«Я останусь», — сказала Джорджи, удивив всех. Но даже при этом она выглядела виноватой. «В отличие от мисс Умбры, у меня нет особо опекающего отца. Мой более чем готов позволить мне умереть, если я того захочу. Но все остальные, кто пришёл со мной…»

Фредди простонал. «Дерьмо».

Она криво улыбнулась ему. «Я не могу принимать решения за них. Я не отношусь к своим людям как к расходному материалу. Их контракты позволяют им уйти в случае неоправданного риска. Это определённо такой случай. Хотя я и не окружаю себя трусами, останутся только такие дураки, как я. А большинство моих людей — не дураки». Она снова отвела взгляд. «Прости».

Взгляд Фредди переместился на Пери. Он хотел спросить её о строителях. Но не мог даже раскрыть рот. Те, кто взорвал стену, несомненно, были частью её компании. Чтобы получить доступ внутрь стены, они должны были быть важными людьми.

После этого инцидента шансы на то, что кто-то останется поддерживать стену, равны нулю. И Фредди ничего не мог с этим поделать. Без них любой дальнейший ущерб станет невосполнимым.

Без них… Всего один подобный инцидент…

Даже без слов его взгляд достаточно ясно передавал его чувства.

Пери вдруг побледнела. Рука, держащая её посох, дрогнула, пока она медленно выдыхала. Она поклонилась судье. «Приношу свои извинения. Мы проведём расследование случившегося. Если это хоть как-то наша вина, мы выплатим соответствующую компенсацию».

«Не тратьте извинения», — сказал судья. «И так достаточно ясно, что вина лежит не на вашей компании. Это странное влияние просто опаснее, чем мы предполагали».

Фредди внезапно шагнул вперёд. «Погодите». Он поднял руку.

Если честно, он даже не знал, что сказать. Но в тот момент он отчаянно пытался изменить настроение разговора. «Здесь что-то не так». Все повернулись к нему, и он продолжил. «Не может быть, чтобы этот «эфирный вирус» мог передаваться людям. Это нарушало бы фундаментальное правило реальности».

Все смотрели на него в полном недоумении. Эмили рассмеялась. «Фундаментальное правило реальности? Скажи на милость — о чём, чёрт возьми, ты вообще?»

Он поморщился. «Я…» Он вспомнил видение существа, которое показало ему Безумие, и истину о мире, которую оно ему открыло. Мир устроен несправедливо, но некоторые вещи, так сказать, «сбалансированы». Эфирный вирус, способный захватывать разум людей, не мог существовать. Просто не мог.

Это было слишком «нечестно», если не находилось лучшего слова.

Единственный способ, чтобы это произошло… это если бы эти люди добровольно подчинились его влиянию.

Но стоя там и подбирая слова, он понял, что что бы он ни сказал, он, вероятно, будет звучать как полный сумасшедший. Он стиснул зубы. «Слушайте, это сложно объяснить, но я гарантирую, что это влияние не может распространиться на людей без их согласия».

Поза всех присутствующих изменилась. Особенно Пери, которая смотрела на него с ненавистью. «Вы предполагаете, что мои люди добровольно подчинились этому?»

«Нет! — поспешил он. — Да, вообще-то… но погодите, прошу! Мы не знаем всей истории! Их могли как-то принудить! Всё, что я говорю… мы не должны делать поспешных выводов».

Джорджи внезапно вступила. «Нет, он прав. Насколько мы знаем об эфире, насильственный захват разума невозможен. Даже сродство снов, которое специализируется на прямом воздействии на разум, не способно на такое».

«То, что мы никогда не видели метода, который может это сделать, — прокатила глазами Эмили, — не означает, что это невозможно. Мы тоже не думали, что эфирные вирусы существуют, но взгляните-ка!» — сказала она саркастически.

«Слушайте, — снова вмешался Фредди, обращаясь к Пери, которая всё ещё сверлила его взглядом. — Я не утверждаю, что ваши люди виноваты. Я лишь говорю, что мы не знаем точно, что с ними случилось».

Эмили фыркнула. «Разве это что-то меняет?»

«Да! — настаивал он. — Это означает, что это влияние не заразит вас просто так. Если бы это было возможно, было бы множество подобных случаев».

Эмили снова прокатила глазами. «Опять же, это что-то меняет? Конечно, они, вероятно, не вдруг решили принять вирус, контролирующий разум, в свои души, но он как-то туда попал. Это всё, что на самом деле будет волновать людей». Она пристально посмотрела на Фредди. «Хлипкие теории о технических деталях его работы не принесут никакого утешения людям, которые больше не будут чувствовать себя в безопасности за этими стенами».

И впервые с тех пор, как он встретил эту девушку, она бросила на него взгляд, похожий на сочувствующий. «Слушай, я вижу, что ты искренне переживаешь, но ты должен научиться вовремя сдаваться. Ты можешь упрямо продолжать, но давай будем честны: мы все знаем, как всё пойдёт дальше. Все, кто может уйти, уйдут. А те, кто не может, умрут. Ради твоего же блага, я советую тебе признать потери и свалить».

Фредди мрачно усмехнулся. «Ты серьёзно предлагаешь мне просто бросить всех этих людей на смерть? Если ты не видишь в этом проблемы, то с тобой что-то серьёзно не так».

Её рот раскрылся от изумления. «Ха! Ладно, во-первых, катись к чёрту со своим морализаторством! У тебя есть выбор: уйти и дать всем умереть или остаться и смотреть, как все умирают. Извини, что не страдаю бредовыми идеями, наверное. Тьфу». Она оскалила на него зубы и злостно закатила глаза.

Фредди проигнорировал её и повернулся к судье. «Вы должны что-то сделать. Неужели действительно нет возможности эвакуировать всех?»

«Я уже говорил тебе…»

«А я говорил тебе, что это чушь! — закричал Фредди. — Ты говоришь, что представляешь закон, но, чёрт побери, — он развернулся и ударил по стене, оставив глубокие трещины в месте удара, — не говори мне, что ты не видишь, насколько больна вся эта ситуация!» Он смотрел на судью глазами, налитыми кровью. «Ты действительно можешь заставить себя смотреть на это?» Он сделал дрожащий вдох. «Неужели нельзя хотя бы вывезти детей?»

Выражение лица адъюдикатора потемнело. «Я не могу».

Выражение лица Фредди стало ещё мрачнее. «Эй, Судья. Разве ты не здесь для того, чтобы я оставался на стороне империи?» Он пристально смотрел в глаза судье. «Потому что я сейчас не чувствую особой лояльности».

Глаза судьи бегали. «Будь осторожен в выражениях. Кто-то может расценить их как предательские». Мужчина простонал, качая головой. «Я уже говорил тебе, что ты ничего не добьёшься, рыдая об этом. Если тебе не нравится, как империя ведёт дела, стань достаточно сильным, чтобы изменить всё самому».

«Но что… — у Фредди перехватило горло. Он сглотнул и прошептал: — Что мне делать теперь…?» Всё его тело онемело. Он поник, выглядея меньше, чем когда-либо в жизни. Его слова прозвучали в тоне, о котором он не подозревал. «Если я всё ещё не могу ничего сделать, кроме как наблюдать… тогда зачем я вообще старался?» Долгое мгновение он ждал, когда хлынут слёзы, но чувствовал лишь… пустоту.

Остальные смотрели, как он разваливается на их глазах. И в их собственных глазах на мгновение мелькнул слабый отзвук его чувств.

Он думал, что готов к провалу. Их шансы на успех изначально были невелики. Но сам того не осознавая, он построил иллюзию, что всё будет хорошо. А дела шли гладко. Это просто было нечестно.

Судья глубоко вздохнул, подошёл и положил руку на плечо Фредди. «Ты хороший парень. И я не обязательно с тобой не согласен. Империя неидеальна, если выражаться мягко. Но если есть что-то, что мне нравится в империи, так это то, что у любого есть сила изменить её. И я знаю, эта система не совсем справедлива. Но это самое близкое к справедливости, что реально работает».

Эти слова заставили глаза Фредди слегка расшириться. Это были почти те же слова, что сказало ему Безумие. Именно в тот момент он понял, почему империя стала такой большой и могущественной, в то время как многие другие страны оказались на грани полного краха.

Потому что они идеально адаптировались к тому, как устроен мир после Разлома.

Но, если что, это осознание лишь усилило его отчаяние.

Внезапно, ни с того ни с сего, Эмили вставила: «Знаете, судья, мне действительно интересно, почему мы не можем эвакуировать жителей».

Фредди повернулся к ней с широко раскрытыми глазами, внезапно почувствовав себя виноватым за то, что был с ней груб.

Она продолжила: «В смысле, мы всё равно будем вывозить кучу людей. Мы, вероятно, могли бы взять с собой половину города без особых дополнительных затрат».

Судья выглядел разрывающимся от её предложения. «Дело не в практичности. Просто империя не утвердила эвакуацию».

«Из-за эфирного вируса?» — спросила следующей Пери. «Если так, то это не имеет смысла. Учитывая природу межпространственности, он определённо распространится повсюду, если сможет, независимо от того, привезут ли его беженцы с собой. И даже в этом случае никто не мешает нашим людям уезжать», — указала она. «Я должна согласиться с мистером Штерном и мисс Умброй. Эвакуация — наиболее разумный выход».

Джорджи ничего не сказала, но присоединилась к ним, бросая на адъюдикатора настойчивый взгляд.

Мужчина выглядел крайне неловко, и Фредди поклялся бы, что увидел лёгкую испарину на его лбу. «Вы, ребята, ставите меня в довольно неудобное положение. Моя работа — обеспечивать соблюдение закона. Если вы думаете, что я внезапно сотворю чудо, то, к сожалению, разочарую вас: этого не произойдёт».

«Не секрет, что империей правят не святые, — нахмурилась Джорджи, — но даже по их меркам это выглядит комично зловеще».

«Должна согласиться», — сказала Эмили, и Пери кивнула в знак согласия.

Он не мог сказать, что это давало ему надежду, но, как бы то ни было, вид того, как молодые элитные бойцы принимают его сторону, согрел Фредди изнутри. Кивнув им с благодарностью, он присоединился к тому, чтобы смотреть на адъюдикатора.

Тот наконец вздохнул. «Если вы разрешите мне использовать ваши фамилии, я, возможно, смогу обратиться к империи за официальным одобрением».

Лицо Фредди просияло, и он умоляюще посмотрел на остальных.

Джорджи покачала головой с кривой ухмылкой. «Мой отец сдерёт с меня шкуру за это, но ладно. Вы получаете моё согласие».

Эмили кивнула. «Я за».

Пери тоже кивнула.

Простонав, судья покачал головой. «У меня будет ответ к концу дня. Не обнадеживайтесь». И с этими словами он побежал, взлетел на стену и направился к центральной башне.

«Спасибо», — сказал Фредди, поворачиваясь к остальным. — Я серьёзно».

Пери и Джорджи кивнули ему, а Эмили просто фыркнула и побежала к своим телохранителям, вероятно, чтобы сообщить им о ситуации.

«Она не плохой человек, — сказала Пери. — Жаль только, что она не такая уж…»

«Раздражающая? — предположила Джорджи с усмешкой. — Да, я тоже». Она повернулась к Фредди. «Буду с тобой честна, хотя я и планирую остаться, у меня нет никакой надежды, что мы сможем повернуть ситуацию в одиночку. Я остаюсь ради того, чтобы испытать себя».

«Я всё равно ценю это», — сказал Фредди.

Она кивнула ему. «Что ж. Будем надеяться, что до этого не дойдёт». Затем она тоже побежала к своим телохранителям.

Пери бросила на него странный взгляд. «Эмили права. Тебе было бы лучше уехать. Наблюдать за всем этим разворачиваться тебе не пойдёт на пользу. Если это что-то значит, я считаю, что двухзвёздный вроде тебя вообще не должен был оказываться в положении, когда он отвечает за стольких людей. У тебя нет моральных обязаний делать что-то столь неразумное».

«Ценю совет», — сказал Фредди. Затем внезапно что-то изменилось в его глазах, и он выпрямился. «Но я не собираюсь сдаваться так легко».

С раздвоенным чувством Пери коротко кивнула ему и ушла.

Фредди обернулся, разыскивая остальных членов своей команды. Он заметил их неподалёку, помогающих отгонять приближающихся монстров. Наплыв ослаб, и монстров прорывалось не так много, так что они не были особо заняты; по сути, им даже не с кем было сражаться в данный момент.

Он подошёл к ним и сразу же отвёл Софию в сторону. Он кратко объяснил ей ситуацию.

С грустным выражением лица она попыталась усмехнуться, но это вылилось лишь в короткий выдох через нос. «Я чувствовала, что к этому всё идёт». Она пристально посмотрела ему в глаза. «Хочешь, чтобы я создала нежить для борьбы?»

Он замешкался. «Я умоляю тебя, София». Он сделал дрожащий вдох, чтобы успокоиться. «Я могу призвать Кровопролитие, и это облегчит ситуацию. Но независимо от того, насколько мощную Кровавую Жертву я принесу, радиус действия Кровопролития ограничен». Он указал на стену, протянувшуюся далеко в обе стороны. «Оно не может покрыть всё».

«Я понимаю», — сказала она. Её голова опустилась, и чёлка упала на лицо, скрывая глаза. «Уже некоторое время я наблюдаю, как в этот город массово стекаются напуганные люди. Я уже давно приняла своё решение». Она подняла взгляд, и в её глазах читалась решимость. «Если всё это полетит к чёрту, — она усмехнулась, — вина будет не на мне. Я сделаю это».

Он с облегчением выдохнул. «Спасибо». Тревожно взглянув на почти пустые равнины перед ними, он сказал: «У нас действительно нет времени ждать. Если мы собираемся это сделать, нужно начинать немедленно».

----------

Достаточно умён, чтобы сражаться, достаточно глуп, чтобы подчиняться

Глубоко в межпространстве под штаб-квартирой Вальхаллы Фредди наблюдал, как София в пятидесятый раз пытается поднять нежить.

Она положила руку на грубую массу плоти, грубо напоминающую гуманоида, и затем, сглотнув, использовала Поднять Нежить — стадия 0. Как только способность активировалась, она отпрыгнула назад, чтобы спрятаться за Фредди.

Они оба нервно наблюдали, как масса плоти медленно поднимается на ноги.

Сердце Фредди колотилось в груди, смесь разочарования и трепета заставляла его бессознательно сжимать кулаки.

Нежить наконец поднялась и просто замерла на месте.

София тревожно взглянула на него, и он кивнул. Затем, сглотнув, она взмахнула рукой и активировала своё Управление Нежитью.

Существо несколько мгновений сильно дёргалось, а затем успокоилось, с любопытством оглядываясь вокруг.

София глубоко вздохнула и сделала несколько шагов вперёд. Нежить с любопытством посмотрела на нее, но не атаковала. София улыбнулась и повернулась к Фредди, который выпустил Кровопролитие из своего кольца. Со зловещим красным свечением в глазницах скелет прыгнул на нежить, подняв коготь, словно собираясь атаковать.

Нежить немедленно отреагировала, подняв руки для защиты. Когда имитация атаки прошла мимо, она несколько долгих секунд стояла в замешательстве.

Фредди и София наблюдали, затаив дыхание.

И затем случилось чудо. Немного подумав, нежить наконец решила поднять руку и атаковать Кровопролитие. Кровопролитие уклонилось, а затем кивнуло Софии и Фредди. Их взгляды встретились.

Оно не взбесилось. Оно не атаковало Софию. Оно защитилось от атаки. И, наконец, оно действительно поняло, что нужно давать сдачи.

Они улыбнулись. А затем разразились ликующими криками, начав танцевать.

«Сработало! — закричал Фредди. — Это, чёрт возьми, сработало!»

София взвизгнула, сделав несколько сальто назад и потряся кулаком.

Благодаря своему таланту София имела поразительное мастерство в сродстве жизни. Но это ничего не значило для её сродства смерти, что было довольно важно при создании нежити. Кто бы мог подумать?

Поднять Нежить было очень легко создать, но невероятно сложно освоить. Если нужно было просто вернуть труп к жизни, это мог бы сделать величайший болван на планете. Всё, что требовалось, — это влить эссенцию смерти в труп, и вуаля! Он становился нежитью.

Но если некромант хотел, чтобы эта нежить делала что-либо вообще, сложность возрастала экспоненциально.

Большинство некромантов — то есть почти все, за исключением редких девиантов вроде Софии — работали только с безмозглыми трупами. Чтобы Поднять Нежить сработало, цель должна была быть и мёртвой, и в некоторой степени разложившейся. Единственным исключением было, если цель была нежитью ещё при жизни, но даже тогда, чтобы убить её, сначала нужно было уничтожить мозг, что опять-таки приводило к безмозглости.

Чтобы заставить такую нежить двигаться, некроманты базово должны были «запрограммировать» свою способность, как это делают с тренировочными манекенами или големами. Это было чрезвычайно сложно, и для большинства людей это было главной причиной, почему использование нежити никогда не станет реальностью. Базовое движение было достаточно простым, но реальная боевая способность требовала образования и исследований на уровне диплома колледжа.

Вот здесь у Софии было преимущество. Поскольку она могла превратить в нежить что угодно, трупы, с которыми она работала, вообще не должны были быть разложившимися. Более того, она могла легко восстановить мозг достаточно, чтобы создавать разумную нежить.

Но здесь они столкнулись с первой проблемой — заставить эту нежить действительно слушаться её.

Вот почему потребовалось более пятидесяти попыток, чтобы добиться единственного успеха. Это был крайне разочаровывающий процесс тонкой настройки мозга, чтобы он был достаточно тупым для лёгкого контроля, но и достаточно умным для выполнения необходимых задач.

Их последняя попытка наконец дала рабочее соотношение.

Однако их радость вскоре угасла. Фредди упёр руки в боки, и его улыбка медленно исчезла. «Но оно всё равно довольно тупое, разве нет?»

София тоже сникла. «Да… Но это хоть что-то».

«М-да», — пробормотал Фредди. «Но мы не остановим нашествие монстров чем-то такого уровня».

Со вздохом София кивнула. «Ага». Она усмехнулась. «Я могла бы просто сделать миллион таких».

Он фыркнул. «Мы оба знаем, что у тебя нет на это времени». Его выражение лица стало серьёзным, когда он медленно повернулся к ней. «Как насчёт того, чтобы пойти в другом направлении?»

«Нет», — выплюнула она без малейшего колебания.

Он поморщился. «Но если оно будет по-настоящему разумным, мы могли бы—»

«Это пересечение черты, Фредди», — твёрдо заявила она. «Да, я понимаю, что мы могли бы договориться с по-настоящему умной нежитью. Но я не в настроении играть в бога со своей силой».

Пытаясь выглядеть невинно, он соединил кончики пальцев и уставился на неё своими лучшими щенячьими глазами. «Хотя бы чуть-чуть?»

Она рассмеялась и покачала головой. «Нет. Я серьёзно».

Он вздохнул. «Придётся обходиться тем, что есть. А теперь…» — он повернулся, чтобы направиться к ближайшему проходу, — «мы вернёмся на поверхность и продолжим тесты там. Мы отсутствовали уже слишком долго».

Слух о том, что Фредди чувствует, когда за ним шпионят, уже широко разошёлся. Несколько раз он ощущал присутствие шпиона в укрытии. Но он не был полностью уверен, что это сработает каждый раз, и это заставляло его нервничать.

София была тем, кого он глубоко ценил. Если его безрассудство причинит ей вред, он никогда себе этого не простит. А её помощь была ключевой в этой обороне.

Если они хотели, чтобы этот план сработал, им нужно было хранить источник нежити в секрете. И это было легче сказать, чем сделать.

Наёмники и двое других защищали стену вместе с остальными бойцами. Они оставили их и направились в дикие земли, где продолжили эксперименты. К счастью, у них был практически неограниченный материал для тестов, так как поток монстров был практически бесконечным.

Найдя небольшую рощу недалеко от стены, они укрылись в ней. Прежде чем позволить Софии начать, Фредди сначала обследовал периметр, прислушиваясь к любым намёкам на безумие и высматривая любые признаки разведчиков или шпионов. Он даже выслал Кровопролитие. Он почти до паранойи убедился, что вокруг никого нет, и даже тогда был едва уверен достаточно, чтобы позволить Софии начать.

Когда она наконец приступила к работе, её эксперименты пошли гораздо быстрее. Одни создания получались слишком умными, другие — слишком тупыми. Но София быстро набиралась опыта, и вскоре она наконец вышла на приемлемый уровень интеллекта.

Она создала нежить, которая могла сражаться на очень базовом уровне, почти не заботясь о собственной безопасности и не зная реальных боевых стоек. Тем не менее, она атаковала яростно и была достаточно умна, чтобы проводить миазмы в свои удары, хотя и грубо. В любом случае, это было больше, чем они могли просить.

Естественно, учитывая, что нежить была разумной — пусть и едва — она также формировала талант при создании. Технически София могла просто воскресить монстра, что позволило бы ему сохранить свой талант — просто скорректировано для сродства смерти — но это было слишком рискованно. Поэтому она была вынуждена разбирать плоть и собирать её заново.

Это означало, что вся её нежить имела только сродство смерти и очень грубый общий физический буст в качестве таланта. Их максимальная ёмкость звезды также была жалкой, всего около 20% эссенции на звезду.

Что касается формы, она остановилась на грубо гуманоидном, неустойчивом существе ростом около трёх метров, с толстой головой, полной глаз со всех сторон, жёсткой кожей цвета вяленого мяса, огромными мышцами, короткими ногами, длинными руками и кистями с массивными когтями. Чтобы иметь как можно меньше слабостей, у него практически не было шеи, его крошечный мозг был спрятан глубоко в центре тела, а также у него было множество маленьких сердец, которые продолжали качать кровь несмотря ни на что.

Оно также дышало через кожу и питалось исключительно с помощью острого хвоста, растущего из спины, который мог высасывать кровь из трупов.

Это была идея Софии — по сути, эти твари не были жизнеспособны в дикой природе без постоянного притока свежей крови. Без той плотности монстров, с которой они имели дело сейчас, эти существа умерли бы от голода. На всякий случай, сказала она, если некоторые из них вырвутся на свободу. Чтобы они не стали угрозой для людей. Именно поэтому у них также не было репродуктивных органов.

Честно говоря, этим существам не хватало почти всего, что нужно существу для выживания в долгосрочной перспективе. У них отсутствовали какие-либо органы — единственным способом, которым они могли выводить отходы, было выделение крови через те же поры, через которые они дышали, а это вряд ли можно было назвать эффективным методом.

В лучшем случае они проживут пару месяцев, прежде чем накопление отходов в телах сделает их практически неспособными двигаться. В этот момент, нежить или нет, они умрут медленной смертью, будучи съеденными грибками и бактериями, от которых у них также не было реальной иммунной системы для защиты.

Тем не менее, несмотря на свою нежизнеспособность в долгосрочной перспективе, они были чрезвычайно сложными существами, и Фредди был шокирован тем, как быстро София собрала первого. Вся та практика, что она получила с гигантом, не прошла даром.

Они были созданы для одной цели — сражаться какое-то время, а затем умирать. Теперь оставалось только посмотреть, насколько хорошо они с этим справляются.

София использовала Управление Нежитью. Она всё ещё не знала, как отдавать сложные команды, так что всё, что делала её способность, — это выпускала монстра на волю, чтобы он бродил и делал что хотел.

Существо дёрнулось, затем моргнуло своими десятками глаз, осматривая окружение. После этого оно начало двигаться. Оно было на удивление гибким и хорошо сбалансированным, несмотря на свою неустойчивую форму. Оно также было жутко тихим, учитывая отсутствие голосовых связок и снег, заглушающий его шаги.

Убедившись, что оно не будет атаковать людей, они отпустили его и тихо последовали за ним. Вскоре оно наткнулось на свою первую добычу. Котообразный монстр с чешуёй вместо шерсти прыгнул на него из-за дерева, взмахнув острыми когтями по спине нежити. Когти впились в кожу, похожую на вяленое мясо, но на этом всё и закончилось. Они не вызвали крови и не причинили реального вреда.

Нежить развернулась, ударив массивной рукой назад и отбросив кошку. Затем она просто бросилась в атаку, нанося широкие, дикие удары, каждый из которых был заряжен небольшой порцией миазмов. Учитывая, что оно было почти что новорождённым, у него была ёмкость эссенции всего около 2%, что означало, что эссенции хватало лишь на одну атаку.

Но это не имело особого значения.

Кошка была крайне подвижной, бегая кругами вокруг нежити, но безжалостные атаки нежити и полное отсутствие реакции на урон начали подрывать уверенность монстра. Он попытался отступить, но нежить продолжала преследовать его по прямой.

Кошка ускорилась, но нежить догоняла, развивая удивительную скорость, преследуя теперь уже запаниковавшую кошку, и наконец рассекла когтями её спину. Атака была невероятно сильной, сокрушив позвоночник кошачьего монстра и почти разорвав его на две части. Добившись убийства, нежить села, пошевелила своим змеевидным хвостом, вонзила его в труп монстра и высосала его досуха.

Фредди посмотрел на Софию. «Вау. Эта штука реально ужасающая». Он вдруг выглядел немного некомфортно. «Ты уверена, что оно не может быть заражено эфирным вирусом?» — спросил он.

София вздохнула. «Честно говоря, я понятия не имею». Она подняла руку. «Я установила нечто вроде аварийного выключателя рядом с его мозгом, который могу активировать одним прикосновением. Тем не менее, насколько я знаю, должно быть невозможно взять контроль над нежитью. Но если я потеряю контроль над ним первой…»

Фредди поморщился и простонал. «У нас всё равно нет выбора. Придётся рискнуть».

Пока они ждали новостей от империи, они начали производить как можно больше нежити. Фредди собирал материалы и прикрывал Софию, пока она работала. Её последующие итерации становились более искустными, более сбалансированными и гораздо более смертоносными. Она уменьшила количество когтей, оставив только два, и сделала руки существа немного короче.

Она добавила дополнительную мышечную ткань к хвосту, чтобы его можно было использовать в бою как оружие.

Некоторые нежити были созданы для большей физической силы, а некоторые — чтобы противостоять более быстрым и мелким противникам. Некоторые она оставляла лёгкими и без защиты, а некоторых покрывала костяной бронёй.

Всю нежить отпускали, и она немедленно начинала охотиться на первое, что встречала на пути — конечно, если это не был человек.

Вскоре София слишком вымоталась, чтобы продолжать, перенапрягнув и свой талант, и запасы эссенции. «Это всё, что я могу сделать сейчас», — сказала она.

«Отлично сработано», — похвалил он. «Если это сработает, ты спасёшь много жизней».

Она напряжённо улыбнулась ему. «Я очень надеюсь, что это не выйдет мне боком».

«Эй, ну… — сказал он с кривой ухмылкой. — Не поднимай такие флаги. Теперь это почти что гарантированно пойдёт к чёрту».

Она рассмеялась и покачала головой. «Просто заткнись, чувак».

Остальное время ожидания они просто присоединились к обороне, охотясь на как можно больше монстров, оставаясь при этом относительно близко к стене на случай очередной чрезвычайной ситуации.

Пока они продолжали сражаться в бесконечной войне, эмоции кипели внутри Фредди. Он хотел, чтобы всё это закончилось, чтобы просто эвакуировать мирных жителей и оставить всё позади. И на краткий, горький миг ему показалось, что он не будет против, даже если случится худшее — лишь бы это наконец закончилось.

В те мгновения беготни от одного монстра к другому, рубки, ударов, пинков он ловил себя на мысли, как он ещё не потерял рассудок, проведя так долго на грани безумия. Он задавался вопросом, не потерял ли он себя уже давно.

В конце концов, ожидаемый момент настал. Наручные часы загорелись красным, завибрировав, когда арбитр вызвал их как можно скорее встретиться в башне.

Вздохнув, Фредди тапнул по часам, чтобы погас свет. По правде говоря, он уже знал, что империя откажет. В этом у него не было почти никаких сомнений. Он велел Софии ждать его у стены, а сам побежал обратно.

Там, в кабинете арбитра, собрались все.

Реджинальд, Пери, Джорджи, Эмили и даже Мэтт Кэнстоун, которому было поручено руководить разведкой дальнего радиуса. Они быстро вошли в комнату, собравшись вокруг арбитра, который посмотрел на них и вздохнул. «Моя петиция отклонена, — сказал он. — Эвакуация не санкционирована».

Фредди наблюдал с некоторой долей извращённого удовольствия, как молодые элиты с отвращением смотрят на арбитра. В глубине их глаз он видел, как что-то рушится.

Ясно, что независимо от того, насколько мудрыми они себя считали, они никогда по-настоящему не сталкивались с грязной стороной империи. Они были слишком богаты. Слишком привилегированны для этого. Но в тот день это изменилось, по крайней мере, немного. Он мог только надеяться, что они пронесут этот момент в своих сердцах и вспомнят о нём, когда окажутся в позиции из которой смогут изменить положение вещей к лучшему.

Арбитр извинился и вышел, чтобы заняться какими-то официальными делами.

Реджинальд подошёл к Фредди и протянул ему кольцо, точно такое же, как то, что было на нём самом. «Держи. Как и обещал». Он сделал паузу. «Эта модель немного лучше той, что я собирался тебе дать. Судя по тому, что я видел и слышал, ты ни на мгновение не снимал кольцо. Собранная тобой информация будет бесценна. Хотя сейчас я не могу дать тебе большего, надеюсь, ты пока примешь этот небольшой подарок. И если в будущем тебе что-нибудь понадобится, просто свяжись со мной».

Фредди почувствовал, как у него сжалось горло. «Спасибо, мужик». Он пожал ему руку. «Было приятно сражаться рядом с тобой». Затем он усмехнулся. «Надеюсь, в следующий раз, когда мы увидимся, у тебя будет способ получше, чем засовывать жуков в задницу цели».

Реджинальд криво улыбнулся и рассмеялся. «Не самый красивый способ сражаться, знаю. Но эй, это определённо работает».

Фредди пожал плечами. «Не поспоришь».

Реджинальд наконец вздохнул, проходя мимо Фредди и похлопав его по плечу. «Удачи. Надеюсь, ты ещё найдешь способ сохранить этих людей в безопасности». Его хватка на мгновение усилилась, прежде чем он отпустил, с решительным выражением лица. «Прощай». Он вышел из комнаты.

Следом подошла Пери. Она просто немного поклонилась и сказала: «Удачи, Фредди».

Он улыбнулся ей. «И тебе удачи, Пери. Надеюсь, ты перерастёшь свою проблему на следующей звезде».

Она фыркнула от его каламбура и покачала головой. А затем улыбнулась. «Спасибо». И с этими словами ушла.

Следующей была Эмили. Она просто долго и пристально посмотрела на него, в её глазах блиснул странный свет. Затем она тихо прошла мимо него и вышла.

«Грубо, — пробормотал Фредди. — Могла бы хотя бы помахать или что-то в этом роде…»

Джорджи тихо рассмеялась. «Я удивлена, что она не плюнула в тебя на выходе».

«Я разочарован, что она этого не сделала», — сказал Фредди.

Джорджи расхохоталась. «Окей, вау! Я не ожидала от тебя таких слов».

Он усмехнулся, махнув ей рукой. «Это просто шутка». Затем нахмурился и прошептал: «Наверное».

Покачав головой, Джорджи прошла мимо него. «Пожалуй, пойду продолжать сражаться».

«А почему ты не уезжаешь?» — спросил Фредди, заставив её замедлить шаг.

После долгого молчания она сказала: «Потому что мне было бы ужасно, если бы я уехала». И затем вышла из комнаты.

Фредди остался наедине с Мэттом Кэнстоуном, который вздохнул. «Было бы мудро с твоей стороны уехать сейчас, но я вижу, что ты не уедешь».

«В чём проблема? Разве моё присутствие не сделает историю для Мадам лучше?»

«Только если ты выберешься отсюда живым, — сказал Мэтт. — Теперь, когда структура обороны немного рухнула, надеюсь, ты не возражаешь, если я присоединюсь к твоей команде».

«Возражаю, на самом деле, — сказал Фредди, заставляя человека замереть. — Не обижайся, но я буду уходить со своим другом. Если хочешь, можешь присоединиться к наёмникам, которых я нанял, для защиты стены». Он не хотел, чтобы Мэтт знал, что он и София задумали.

Вздохнув, мужчина сказал: «Полагаю, мне придётся на этом остановиться».

Кивнув, Фредди повернулся, чтобы уйти, но его прервал арбитр, который внезапно ворвался обратно в комнату с яростным взглядом. «У меня плохие новости, — сказал он тоном, от которого у Фредди упало сердце. — Наёмные группы, которых ты нанял, собираются уходить».

----------

Неповиновение

Когда ей исполнилось двенадцать, Эмили впервые приняла участие в основном бизнесе своей семьи. Она слышала, что они убивают людей. Знала это столько, сколько себя помнила. Видела это. Слышала это. Жила своей ролью будущей убийцы.

Но одно дело — знать, и совсем другое — быть отправленной на задание с приказом отнять жизнь.

Даже в таком юном возрасте она без проблем выполнила свою задачу. Её подготовка была основательной, и даже когда её скрытый клинок рассек глотку сбежавшему серийному убийце, она не почувствовала ничего, кроме облегчения от успешно выполненной миссии.

И всё же, в ту ночь она не сомкнула глаз. Как и в следующую. А когда ей это наконец удавалось, ей снилась её вина, та самая, что была загнана в самые глубины её сознания.

Спустя месяц и четыре успешные миссии, она оказалась на спарринге со своим отцом.

Он был жилистым мужчиной с гибкими мышцами, наполненными непостижимой силой. Его волосы цвета ночи ниспадали на широкие плечи, а красные глаза будто прожигали Эмили насквозь, в то время как на его губах играла насмешливая улыбка. Его ноги были связаны вместе. Руки скрещены за спиной. Тело сковывали цепи весом в несколько тонн.

Эмили бросилась на него, занося кинжал к его голове. Несмотря на многочисленные ограничения, он уклонялся с абсолютной лёгкостью, уворачиваясь и отскакивая от её атак, словно пушинка, несомая ветром.

С любой точки зрения, стойка Эмили была безупречна, её удары точны и выверены, целясь именно туда, куда нужно. Но насмешливая улыбка отца исказилась, превратившись в недовольную гримасу. «Достаточно», — сказал он, кусив край её рубашки, развернул её тело и швырнул на пол, прижав её запястье левой ногой.

Она зарычала и попыталась вырваться, но её отец не сдерживался. Он прекратил их спарринг, и она простонала. «Что я опять сделала не так?»

«Твой разум замусорен, — сказал он. — Твой хищнический инстинкт притупился. Я не чувствую даже тени страха перед твоей охотой». Его взгляд стал интенсивнее, заставляя её съёжиться и отвести глаза. «О чём ты думаешь?»

Она прикусила язык, стиснув губы и сохраняя молчание, но взгляд отца не отрывался от неё ни на секунду. Она сникла под ним, и вскоре вопрос, который глодал её изнутри, сам сорвался с её губ. «Почему мы убиваем людей?» — прошептала она.

Эмили хорошо знала своего отца. Он не терпел слабости. Особенно слабости духа. Пока вопрос слетал с её языка, она напряглась, опасаясь, какое наказание её ждёт. Отправит ли он её на новые задания? Запрёт в подземелье? Удвоит или утроит тренировки?

К её удивлению, однако, на его губах вновь появилась насмешливая улыбка. «Я уже начал волноваться, что ты так и не спросишь». Освободив её запястье, он напрягся, разорвав многочисленные слои цепей. Те с оглушительным грохотом обрушились на пол, расколов каменные плиты при падении. Он размял торс, расслабив плечи и потянувшись, заложив руки за голову.

Эмили остолбенела, её ум метался в замешательстве.

Её отец внезапно остановился, обернулся и приподнял бровь. «Ты пойдёшь за мной или нет?»

«Д-да, отец», — сказала она, поднимаясь на ноги и подбегая к нему.

Они неспешно выбрались из штаб-квартиры и вскоре уже шли по городским улицам, смешавшись с пешеходами. Был поздний вечер — но для них двоих это было практически утро, так как Эмили проснулась примерно час назад.

Они выделялись, как больной палец, в своих чёрных тренировочных костюмах, но её отца это ни капли не смущало. Напротив, он часто поощрял членов их группы показывать свои лица на публике как можно чаще. Их группе не годилось вести себя как кучке затворников. Лучше было, чтобы простые люди привыкли к их существованию.

Они шли всё дальше и дальше, пока не оказались в пригородном районе.

Там её отец велел ей запрыгнуть на дерево, где они укрылись высоко среди ветвей, безупречно слившись с тенью кроны.

Это было шумное место в округе. Дети бегали неподалёку на игровой площадке, пары выгуливали собак в парке позади них. Улица внизу кишела людьми, возвращавшимися домой после долгого рабочего дня, в основном пешком.

Вместо того чтобы что-то говорить, её отец, казалось, был доволен тем, что просто сидел в тишине. Неужели он ждал, что она задаст какой-то вопрос? Она сомневалась. Он был из тех, кто давал людям знать только то, что им нужно было знать; в остальном он предпочитал помалкивать.

Немного озадаченная и больше чем немного нетерпеливая, она сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться, и сосредоточилась на окружении. Её отец привёл её сюда не просто так.

И она догадалась, что её работа — понять, зачем.

Само дерево было обычным и ничем не примечательным. Она осмотрела каждый лист, предполагая, что на одном может быть написано послание — её отец не был чужд задавать маленькие головоломки вроде этой, — но ничего не нашла.

Значит, дело было в чём-то в окружающем их поселении. Она осмотрела здания, выискивая каждое окно в каждом доме и квартире, анализируя, наблюдая, выискивая подсказку. Она неотступно следовала своей задаче, остановившись лишь тогда, когда её глаза наткнулись на беспечную парочку, которая не потрудилась закрыть окно, прежде чем предаться… интимным занятиям.

Её щёки покраснели, и она стиснула зубы. Значит, дело было в людях. Она запечатлела в памяти каждое увиденное лицо; каждый прохожий и его собака были тщательно занесены в дотошно выстроенный дворец памяти в её сознании.

Они охотились за конкретной целью? Если так, то за кем? Они должны были поймать кого-то на месте преступления?

Её глаза слегка расширились, когда она перевела взгляд на детскую площадку.

Только не говори… извращенец!?

Но увы, она не заметила никаких странных типов, подстерегающих детей на площадке.

После того как она прочесала окрестности до головной боли, она наконец почувствовала, что начинает сдаваться. Её внимание переключилось на другой тип наблюдения. Вместо деталей она позволила своему разуму отступить назад и взглянула на целостный срез общества вокруг неё.

Для среднего горожанина это было обычное зрелище, а для неё — странный, чужеродный мир. Люди расслаблялись и отдыхали, проводили время с семьёй, друзьями, возлюбленными и наедине с собой. На скамейке сидел старик, читающий газету, прямо рядом с двумя подростками в школьной форме, оживлённо болтавшими о том, как их преподаватель опозорился ранее тем же днём.

Мимо них прошли мужчина и женщина, катившие коляску с близнецами, за ними медленно плелся на поводке старый пёс. Отец держал за руку сына лет восьми, и они направлялись к игровой площадке, где ребёнку позволили бегать и играть свободно.

В конце концов, мир вокруг неё стал тусклее, поскольку её сознание постепенно сфокусировалось на игровой площадке. Она даже не заметила, насколько больше она сосредоточилась на ней по сравнению со всем остальным, и если её отец и заметил, то не прокомментировал.

Для неё это было горькое зрелище. Возможно, в глубине души у неё было желание оказаться среди тех детей, но эти мысли были отброшены выроботаной дисциплиной. Вместо этого всё, что она признавала, — это отвращение и мощное чувство превосходства, которое она испытывала. Те дети и их родители были сродни паразитам в её сознании. Беззаботно живущие без единой заботы в мире, невежественные относительно грязной ответственности своих надсмоторщиков.

Возможно, она просто пыталась справиться, но не могла не почувствовать и намёк гордости при виде этого. Она участвовала в работе по защите этого города от опасных людей. То, что она делала, было частью причины, по которой мир внизу был возможен.

Постепенно она наткнулась на то, что, как она думала, было посланием, которое пытался передать её отец. Гордая собой, она улыбнулась и стала ждать возможности продемонстрировать свою работу.

Часы текли. Вскоре солнце начало садиться, и дети стали прощаться. Возникла небольшая потасовка из-за того, кому принадлежит мяч, найденный в кустах часа три назад, и в конце концов отец одного из ребят вырвал мяч из рук своего упитанного сына и отдал его плачущему ребёнку, которого его отпрыск толкнул на землю.

Вскоре после этого большинство детей были забраны родителями. С наступлением ночи площадку заняла компания старших подростков, слонявшихся без дела. Между ними расцветали дружба, соперничество и романтика. Ещё один мир, совершенно чуждый ей.

В конце концов, и подростки разошлись.

В тот час на улице оставалось всего несколько взрослых. В основном это были люди, возвращавшиеся с поздней работы, и даже их число постепенно сходило на нет. Огни в окнах зданий гаснули, шторы закрывались, и на улицах наконец воцарилась тишина.

Никого не осталось.

Её отец наконец заговорил. «Куда все подевались?» — спросил он.

Ошарашенная, Эмили задумалась над ответом. Её отец ненавидел глупые вопросы и презирал глупые ответы. Должен же был быть в этом какой-то скрытый смысл…

«Это же должно быть очевидно, нет?» — поддразнил он с хитрым оскалом.

Всё ещё хмурясь, она неуверенно произнесла: «Домой?»

«Это вопрос или ответ?»

Она бросила на него плоский взгляд. «Домой. Они пошли домой».

Он медленно кивнул. «И почему они пошли домой?»

Почувствовав направление мыслей, она ответила: «Потому что уже поздно».

«И почему это заставляет людей идти домой?» — спросил он.

Потому что на улице стемнело, подумала она, но, открыв рот, она поймала эти слова и проглотила их. Это не был настоящий ответ, и она это знала. «Потому что люди устают ночью и направляются в безопасное место, чтобы поспать. Это эволюционная черта».

«Хороший ответ, — сказал он, а затем указал на случайного мужчину, проходившего поодаль от дерева. — А что насчёт того мужчины? Почему он не дома и не спит?»

Она на мгновение задумалась над ответом. «Люди — не животные. То, что у нас есть определённые инстинкты, не значит, что мы всегда будем им подчиняться». Она повернулась к отцу. «Он не спит по той же причине, что и мы. Потому что он решил не ложиться спать».

«Или, может быть, он просто работает в ночную смену?» — предположил её отец с поддразнивающей ухмылкой, заставив её фыркнуть и отвести взгляд. Улыбаясь ей, он похлопал её по плечу. «Почему мы убиваем людей…?» — повторил он её вопрос с начала дня. — Многие думают, что ответ очевиден. Они считают, что некоторые люди просто заслуживают смерти. Плохие парни умирают, и мир становится лучше. Это наш долг, наше призвание, бла-бла-бла…»

Взгляд его стал отстранённым. «Я рад, что ты посмела усомниться в этом. Честно говоря, мне даже полегчало». Он усмехнулся. «Слишком многие из наших принимают сказанное за чистую монету и живут дальше, будто это не имеет значения. Но это имеет. Убивать людей — это плохо, понимаешь? Даже если мы делаем это по уважительной причине».

«И что это за причина?» — спросила она, её руки задрожали при воспоминании о жизнях, которые она забрала.

«Ты уже сама наткнулась на ответ, — сказал он ей. — Это потому, что мы не животные, Эмили. У людей есть свободная воля, и некоторые используют её, чтобы творить дурное. Сказать, что всё, что мы делаем, — это убиваем людей, не совсем точно. Если быть точнее, мы следуем за теми, кто выпал из порядка, чтобы они не оставались в одиночестве и не были свободны делать что пожелают. Мы бодрствуем, чтобы хищники не были единственными, кто не спит ночью».

Он посмотрел на небо и на несколько мгновений замолчал. «Наши цели не всегда плохие люди, знаешь ли?» — сказал он задумчиво. — Бывают времена, когда империя хочет, чтобы мы сделали неправильную вещь для правильных людей».

Она смотрела на него долгий момент. «И что мы делаем тогда?»

Он ухмыльнулся ей. «А что ещё? Мы не подчиняемся». Он посмотрел на неё пристально. «Наступит день, когда тебе придётся ослушаться, чтобы поступить правильно. Думаешь, ты сможешь это сделать?»

Эмили застыла. «Но… единственный человек, кого я слушаюсь… это ты».

Его ухмылка стала шире, и он тихо рассмеялся. «Именно».

Эмили следовала за своей свитой стариков из башни, выглядя столь же незаинтересованной, как и всегда, ковыряя грязь под чёрным ногтем, пока те трещали о своей мелкой ерунде.

«Люди здесь… — мужчина слева покачал головой и усмехнулся. — Серьёзно, «нецивилизованные» — это даже не начало».

«Не будь таким, — сказал мужчина посередине, толкнув того локтем. — Звучит так, будто ты говоришь, что они заслужили то, что их ждёт».

«Ну… Я не говорю, что это не так».

«Это новая низость, даже для тебя, Джексон, — сказала пожилая женщина справа, фыркая и качая головой. — Это всё ещё люди империи. И они люди, чёрт побери, чтобы я больше не слышала от тебя таких разговоров». Затем она внезапно обернулась, взглянув на Эмили. — Юная госпожа… с вами всё в порядке?»

Эмили цокнула языком. «Нет».

Взгляд женщины сузился. «Вы злитесь на империю за отказ помочь?»

Она фыркнула. «Пожалуйста. Я не ожидала от них ничего иного. Честно, я просто раздражена тем, сколько времени я потратила здесь впустую».

Мужчина слева, Джексон, приподнял бровь. «Разве вы не получили хороший боевой опыт? Я видел, как вы изрядно потрудились против некоторых из тех чудовищ».

Закатив глаза, она простонала и отвела взгляд. «Серьёзно, мне стоит попросить отца отправить меня с кем-то, кто умеет держать язык за зубами».

Выражение лица Джексона стало кислым, и он отвёл взгляд.

Они продолжили путь в молчании и вскоре добрались до города. Там, недалеко от центральной башни, находилась большая огороженная платформа — внутри неё стоял ассортимент летательных аппаратов, включая их транспорт домой. Чёрный экипаж ждал внутри усиленного гаража с замком, и вскоре они поднялись на борт.

Внутри он был значительно больше, чем снаружи. Внутри было пространство размером с небольшой дом, и добрая половина его была занята личной комнатой Эмили.

Подойдя к двери, она замерла перед входом, слегка повертев ручку. Слегка повернув голову, она крикнула: «Я буду медитировать, так что я предпочла бы уединение. Если только мы не умрём или не прибудем домой, я не хочу, чтобы вы, старикашки, мне мешали». Она прищурилась на них. — Откроете дверь — велю отцу распять вас».

Со всей подростковой тоской, какую только могла собрать, она маршем прошла внутрь и захлопнула дверь. Она направилась в медитационную камеру и закрыла дверь снаружи. Затем, с помощью волоса, она просунула его в замочную скважину с другой стороны и повернула ключ.

Сделав глубокий вдох, она немедленно направилась к окну. Из-за пространственного искажения гараж снаружи казался огромным. Открыв окно, она выпрыгнула наружу, почувствовав лёгкое недомогание от резкой смены сжатого пространства на обычное. Приземлившись с перекатом, она скользнула к ближайшей тени и слилась с ней, став не более чем непримечательным пятном темноты в углу.

Там она наблюдала, как экипаж улетает. Без неё.

Когда они исчезли, она усмехнулась. «О, чёрт… Мне будет крышка, когда папа узнает». На мгновение она вспомнила те слова, что он сказал ей давным-давно.

То, что её отец намекнул ей сделать это, не означало, что он не надерёт ей задницу за попытку. В этом он был немного лицемерен.

Отбросив эти мысли, она выползла обратно, пробравшись на стену, замаскировавшись под обычного наёмника.

«Наёмные группы, которых вы наняли, готовятся к отбытию, — сказал арбитр, и Фредди почувствовал, как его сердце сжалось.

«Что ж, — Мэтт Кэнстоун кивнул. — Полагаю, я оставлю вас наедине». Он вышел из комнаты, оставив их наедине.

Фредди мрачно усмехнулся. «Это нарушение контракта, — констатировал он очевидное. — Но, полагаю, они рассчитывают на какую-то лазейку?»

«Вроде того, — подтвердил арбитр, недовольно покряхтывая. — Технически, большая часть их наёмников — это те, кто разрывает свои контракты со своими компаниями».

«Большая часть? — подметил Фредди. — Значит, некоторые остаются?»

«Некоторые, да. Трёхзвёздные не могут уйти, потому что я несу прямую ответственность за соблюдение их контрактов. И кроме них, некоторые другие тоже решили остаться, без сомнения, чтобы помочь с правдоподобным отрицанием».

«Разве я не могу засудить их за это? Хотя, нет, кажется, я понял. — Усмешка Фредди внезапно переросла в злой рык. — Я мог бы засудить их, но они, наверное, достаточно замутили воду, чтобы ничего нельзя было успеть сделать вовремя».

«Именно так», — сказал арбитр.

Фредди вздохнул. «Спасибо за информацию, полагаю. Как будто и без того всё было недостаточно плохо».

«Всё гораздо хуже, мистер Штерн», — сказал он, оставив очевидное невысказанным.

На долгий момент Фредди почувствовал искушение просто уйти. Это уже давно вышло далеко за рамки того, за что он должен был нести ответственность. «Мне нужно вернуться к обороне».

Выражение лица арбитр стало печальным. «Как пожелаете».

Фредди прошёл мимо мужчины и вышел в коридор. Там он обнаружил… никого. Он был пуст. Многочисленные слуги, прибывшие с молодыми элитами, уже уезжали, отчего город ощущался ещё более покинутым.

Монотонные каменные стены, казалось, душили его, пока он шёл по ним. И вот он наконец остановился, его ноги отказывались двигаться вперёд, тело и разум онемели. «Может, мне просто сдаться?..» — спросил он себя.

Не было никого, кто бы ответил на его вопрос.

Он даже не знал, сколько времени прошло, прежде чем он снова пришёл в движение.

Когда он выбрался на стену, он заметил группу наёмников, рядом с которыми стоял Дрейк.

«Фредди?» — тихий голос окликнул его сбоку, и он обернулся, увидев Лили. «Насчёт того предложения, которое ты делал… Не мог бы ты отправить меня в империю?»

----------

Ефирный вирус

«Ты хочешь уехать?» — спросил Фредди Лили, отводя от неё взгляд, чтобы взглянуть на Дрейка, который смотрел вниз со стены вдаль. «А как же он?»

Она улыбнулась ему сквозь подавленный гнев и горе. «А что насчёт него?» — повторила она его вопрос. «Он что, владеет мной? Разве я не могу сама принимать решения?»

«Я не поэтому тебя спросил, и ты это знаешь».

Лили опустила взгляд, её губы искривились в некрасивую, глубоко раненую гримасу. «Такое чувство, будто он больше не тот человек. Я не знаю, что, чёрт возьми, с ним не так, но я устала пытаться до него достучаться». Единственная слеза скатилась по её щеке, но она быстро, агрессивно смахнула её. «Предложение ещё в силе?» — спросила она.

Вместо ответа Фредди достал кристалл связи.

Мгновение спустя судья ответил, тяжело вздохнув. «Я не в настроении для новых плохих новостей, мистер Штерн».

«Предложение вывезти одного человека из Северного Пояса ещё в силе?» — спросил Фредди.

После небольшой паузы судья хмыкнул. «Да, если мы сделаем это тайно. Было бы ужасно, если бы люди узнали».

«Хорошо. У меня есть молодая женщина, которой я должен оказать услугу, и я хочу её вывезти».

«Пришли её в мой офис», — сказал мужчина. «И считай, что дело сделано».

«Спасибо». Он положил кристалл и снова посмотрел на Лили. «Ты уверена, что хочешь это сделать? А как же твои родители? Ты же знаешь, они не могут поехать с тобой».

Она помрачнела от этого вопроса. «А… А ты сможешь их защитить?»

У него не было настоящего ответа для неё. Но он всё равно попытался. «Я сделаю всё, что в моих силах».

На её лице вновь появилась слабая, дрожащая улыбка. «Я знаю, что веду себя эгоистично. Но я правда не хочу умирать, Фредди, прости меня. Прости». Она сглотнула. «И ещё мне жаль, что я не смогу делать для тебя эти монеты».

«Всё в порядке. Эй, мы можем поддерживать связь. Может, что-нибудь придумаем через почту». Хотя он и правда хотел ещё тех монет, это была не единственная причина его предложения. Эта женщина собиралась ехать в империю одна. Ей будет нужен способ зарабатывать деньги, и, желательно, чтобы её конструкт души оставался в секрете от других.

Она кивнула ему. «Спасибо».

Он протянул ей руку для рукопожатия.

Она избежала его и вместо этого обняла. «Я хочу, чтобы ты знал, что уважаю тебя больше, чем кого-либо в жизни. Спасибо, что остаёшься защищать этот город. Насколько я понимаю, ты настоящий герой».

Её слова ошеломили его. «Нет, — отказался он. — Это не про меня». Он мягко отстранил её.

«А кто ты тогда? — спросила она его. — И зачем ты всё это делаешь?»

Он уверенно открыл рот, но не нашёл, что ответить. «Хороший вопрос, — сказал он. — Какого чёрта на Новой Земле я всё это делаю?» Он усмехнулся над собой и покачал головой. «Ладно, иди. Арбитр не любит ждать».

Она в последний раз кивнула ему и поспешила в здание.

Как только она скрылась, выражение лица Фредди потемнело, и он снова повернулся к Дрейку. На этот раз мужчина смотрел на него, в шлеме.

«Такое чувство, будто он не тот человек, да?» — пробормотал Фредди про себя и ринулся прямо на Дрейка.

Мужчина не дрогнул. Он просто стоял и ждал.

Фредди остановился прямо перед ним. «Сними шлем, Дрейк, — сказал он. — Немедленно».

Дрейк замер на долгое мгновение, а затем поднял руку. Он снял шлем, открыв напряжённую улыбку и совершенно нормальные глаза. Он усмехнулся. «Что? Думал, у меня квадратные глаза, как у тех террористов?»

Фредди проигнорировал его, схватил за подбородок и притянул к уровню глаз, чтобы получше разглядеть его глаза. Он не заметил никаких иллюзий или уловок. Действительно, глаза мужчины не изменились. Он отпустил его, с облегчением выдохнул и отступил назад. Долгое мгновение он колебался, его взгляд упал на пол. «Лили уезжает в империю».

«Она меня ненавидит?»

«Определённо, не похоже, что она тебя любит».

К удивлению Фредди, Дрейк с облегчением вздохнул. «И хорошо. Чем скорее она забудет обо мне, тем лучше».

Фредди замер и повернулся, чтобы встретиться с ним взглядом. Затем он нахмурился. «Ты сделал это нарочно, да?»

Дрейк рассмеялся. Его смех быстро стих, и на лице появилось грустное выражение. «Если честно, я уже сам не знаю, что, чёрт возьми, делаю». Он сжал кулаки и опустил взгляд. «Нет оправдания моему поведению. Прости, чувак. Я просто… Чувствую себя дерьмом. Постоянно. Моя мать…»

Он потер переносицу, его глаза закрылись, и из губ медленно вырвался болезненный вздох. «У меня уже какое-то время эти сны. Каждую чёртову ночь она является мучить меня, говорит ужасные вещи. Это действительно действует мне на нервы, чувак. Это тупое вторжение, и эти отвратительные квадратные глаза!» — выкрикнул он, а затем быстро сдулся. «Но я прекращаю обвинять других. Обещаю, я собираюсь…»

Внезапно Фредди протянул руку, схватил его за руку и притянул ближе. «Квадратные глаза!?» — взгляд Фредди был безумным. «У твоей матери в сне были квадратные глаза?»

Дрейк медленно кивнул.

Фредди отпустил его и побежал к ближайшему защитнику, какому смог найти, невысокому мужчине, тестирующему лук. «Эй!» — крикнул он.

Мужчина чуть не упал со стены от shock, резко обернувшись. «А? Что…»

«Тебе недавно снились кошмары!?»

Мужчина замер на мгновение. «Да? То есть, у кого их нет с этим…»

«Квадратные глаза! Кто-нибудь с квадратными глазами появлялся!?»

После небольшой паузы мужчина нахмурился и пробормотал: «Моя покойная сестра… Как вы…?»

Прошмыгнув мимо мужчины с рычанием, Фредди нашёл другого человека и задал ему тот же вопрос.

«Ах, да, вообще-то. Профессор из моей старой школы. Откуда вы знаете?»

И ещё одного.

«Мой отец…»

И ещё одного.

«Да! Моя бывшая! Я знал, что это не случайность!»

Фредди опросил ещё десяток людей, и практически у всех был для него тот же ответ. К концу он трясся так сильно, что едва мог удержать кристалл связи.

«Что происходит?» — спросила София, приближаясь к нему. «Как прошли дела с…»

«Помолчи минутку», — сказал он, подняв палец, а затем, мгновение спустя, когда судья ответил, он тут же закричал: «Я понял! Я знаю, как те рабочие были скомпрометированы! Сны! Эта штука вторгается в сны людей!»

«Что? Объясни».

Фредди передал судье своё открытие, объяснив свою теорию.

Эфирный вирус не может силой захватить разум людей. Но он может вторгаться в их сны и затем медленно манипулировать ими, чтобы они приняли вирус в свою душу.

Душа не полностью неприкосновенна. Только центральная, ядерная область души иммуна к внешнему влиянию. Но есть своего рода «жировой» слой на окраинах души, и эта часть может быть силой захвачена. Обычно это не имеет особого значения, даже если и происходит. Ведь даже если что-то и вторгнется на окраины души, это не может повлиять на мысли или сознательные решения человека.

Но это может повлиять на подсознание, если оставаться там достаточно долго.

Это может повлиять на сны человека.

Судья был ошеломлён долгое мгновение после того, как Фредди закончил своё объяснение. «Это ужасная новость», — сказал мужчина.

«Нет!» — не согласился Фредди. «Подумай, Судья. Это значит, что никто не обязан уезжать! Мы знаем, как это работает! Пока мы…»

«В идеальном мире ты был бы прав. Пока никто не поддался, нам нечего бояться. Но реальность иная. И люди впадают в отчаяние. Даже если мы скажем всем не доверять людям в их снах, я полагаю, что заражения будут распространяться быстро».

Рука Фредди сжала кристалл. «Разве мы не можем удалить вирус, если знаем, где он прячется?»

«Могли бы. Но это дорого и сложно, и, скорее всего, даже если мы кого-то вылечим, они просто заразятся снова».

«Неужели мы действительно ничего не можем сделать…?» — пробормотал Фредди сквозь стиснутые зубы.

После долгой паузы судья сказал: «Есть одна вещь».

Фредди встрепенулся. «Что?»

«Если бы мы подняли моральный дух людей, они бы с меньшей вероятностью поддались на это. Но…»

«Но элиты уезжают. И наёмные группы тоже. Моральный дух собирается рухнуть…»

«Именно».

Мир словно замедлился. Снова Фредди почувствовал, как притяжение безумия стучится в двери его разума. Ему не нужен был никакой проклятый эфирный вирус, чтобы подтолкнуть его. Даже сейчас он был вполне готов сдаться.

София, которая слушала весь разговор, вмешалась: «Если это правда, то в момент, когда новость об уходе элит распространится, ситуация выйдет из-под контроля. Я… я не думаю, что мы можем это остановить».

Вывези меня отсюда.

Эти слова повисли на кончике языка Фредди. Почти десять секунд он просто стоял в тишине, ища хоть одну причину не уезжать. Он не хотел на это смотреть. Он не хотел больше быть частью этого. Какого чёрта он вообще во всём этом замешан? Как всё вышло так сильно из-под его контроля?

Он был просто молодым человеком, который искал лишь немного покоя. У него были деньги. У него была сила. У него был статус. С его талантом он никогда не состарится и не заболеет. Ничто не мешало ему жить той жизнью, которую он всегда хотел, вдали от всех проблем и боли.

Так зачем вообще возиться со всем этим дерьмом?

«Фредди?» — позвала его София, и он вышел из ступора. «Ты в порядке?» — спросила она.

«Мистер Штерн, — снова заговорил судья через кристалл. — Повторю ещё раз — вам следует покинуть Северный Пояс. Если вы беспокоитесь о друзьях, я могу обеспечить их безопасность, пока их не вывезут».

«Я не могу бросить этих людей умирать», — сказал он.

К его удивлению, София заговорила. «Но разве ты действительно можешь их спасти?» Он повернулся к ней лицом и увидел глубоко печальные глаза, смотрящие на него. «Это отстой, Фредди. Я понимаю, что ты чувствуешь. Но ты взял на себя слишком много. Ради всего святого, чувак, у тебя вторая звезда. Это чудо, что ты смог сделать так много. Никто не осудит тебя, что бы ты ни выбрал».

«Прошу прощения!?» — взвизгнул оскорблённый знакомый голос позади них. Они обернулись и увидели женщину, снимающую шлем. Под ним была Эмили Умбра. «Если я осталась, а вы, крестьяне, собрались уехать, клянусь, я кого-нибудь придушу».

Из кристалла в руке Фредди послышались звуки удушья. «Пожалуйста, скажите мне, что этот голос не принадлежит мисс Умбре».

«Терпи, старикашка, — сказала она с усмешкой, втискиваясь в небольшую группу. — Так о чём это вы все? Почему вы говорите об отъезде?»

Судья пробормотал что-то, звучавшее очень напряжённо, так что Фредди взял на себя объяснение своего открытия с кошмарами.

Эмили уставилась на него. «О. Да, это довольно плохо».

«Мисс Умбра, — голос судьи наконец донёсся через кристалл связи. — Пожалуйста, умоляю, позвольте мне сопроводить вас обратно в империю».

Она фыркнула. «Чёрта с два! Мой отец задаст мне трёпку. Ни за что я не вернусь назад без каких-нибудь достижений». Она оглядела группу. «Кроме того, что с вами всеми!? Хоть попробуйте что-нибудь сделать, прежде чем сдаваться. Боже мой, вы все ведёте себя так, будто половина города уже одержима.

«К вашему сведению — я не видела ни одной пары квадратных глаз среди защитников. Кроме того, — она гордо подняла подбородок, — у них есть я. Просто позвольте мне разобраться. Если я действительно покажу, на что способна, будьте уверены, моральный дух не упадёт».

«Показать…?» — пробормотал Фредди, встречая её взгляд.

Она усмехнулась ему. «Только не говори, что хочешь посоревноваться? Ты талантлив, но не настолько впечатляющ. Разве что появится ещё одна массивная, медленно движущаяся цель, которая идеально дополнит твои сильные стороны».

Фредди повернулся к Софии, его замысел был очевиден по взгляду.

Она поморщилась. «Ты уверен, что это поднимет моральный дух…? Скорее, ты можешь просто напугать до чёртиков всех».

«Я должен попробовать», — сказал он.

«Попробовать что?» — нетерпеливо переминаясь, спросила Эмили.

Фредди проигнорировал её, поднимая кристалл. «Судья, пожалуйста, организуйте оставшихся защитников и соберите их всех на стене примерно через два часа».

«Что ты собираешься делать?»

«Что ещё? Я собираюсь показать себя».

----------

Надежда и отчаяние

Вверх и вдоль всей стены расположились бесчисленные защитники, тревожно ожидая того, ради чего их сюда пригласили. Это была напряжённая сцена, особенно с учётом того, что многих из них отозвали с обороны других участков города, которые отнюдь не были свободны от атак.

При том, что для защиты других направлений осталось всего несколько человек, не было сомнений, что причина их нахождения здесь должна быть чрезвычайно важной. В сочетании с недавними новостями о том, что многие наёмники покинули силы обороны, ситуация складывалась довольно мрачная.

К тому времени, как люди собрались, отметка в два часа уже прошла. И вдалеке они заметили печально известного Фредди Клиффа.

Для многих это был первый раз, когда они видели его лично. Пока он был слишком занят всем происходящим, чтобы заметить, его репутация росла всё более неуправляемо, истории о его подвигах в диких землях распространялись как чума, и многие считали их не более чем пропагандой.

То, как долго он сражался, количество существ, которых он убил, шагающий гигант, которого он уничтожил одним копьём, брошенным за много миль — всё это было слишком фантастическим, чтобы быть правдой, и всё же слухи были слишком громкими и яркими, чтобы их игнорировать.

Независимо от того, что они могли думать, даже величайшие скептики при виде него прикусили язык.

Медленно шагая по равнине в своей наполовину белой, наполовину чёрной броне, с огромным мечом палача, перекинутым через плечо, за ним следовала одетая в чёрное Эмили Умбра, ещё одна фигура, которая для обычного защитника могла сойти за легенду.

Она бежала рядом с ним, её натренированное зрение улавливало выражения на лицах многих в толпе. Для неё не было новостью, когда другие бросали на неё потрясённые взгляды.

Но сейчас всё было иначе.

Её раздражение начинало достигать точки кипения.

Она пошла за ним, чтобы посмотреть, что именно он будет делать, на что он согласился, и вместо того чтобы что-либо объяснять, Фредди просто игнорировал её, продолжая преследовать всё, что может истекать кровью, и убивать это с такой скоростью и жестокостью, которым даже ей пришлось признаться, что это довольно впечатляюще — пусть и несколько грубовато.

И теперь он, казалось, использовал её не более чем инструмент для подкрепления своего раздутого имиджа перед толпой. Если бы не грызущее любопытство по поводу его дальнейших действий, она бы уже подвесила его вверх ногами на всеобщее обозрение.

Но должна же была быть причина, по которой он всё это делал.

И, в самом деле, зачем он спровоцировал того гигантского дрейка? Эта тварь была достаточно отвратительной, чтобы на её уничтожение пришлось бы потратить серьёзные усилия, даже если бы они сражались вместе.

Дрейк, который теперь следовал за ними, издал яростный рёв, доносящийся издалека, но приближающийся быстро, боль от раненого хвоста придавала его рыку немалую интенсивность.

Многочисленные защитники забеспокоились при этом звуке, их реакция граничила с паникой.

Именно в этот момент Фредди повернулся к ней в своей золотой маске и кашлянул. «Эй, эм… У тебя есть советы, как произнести воодушевляющую речь?»

Она смотрела на него долгий момент, прежде чем разразиться внезапным приступом смеха. «Что?! Ты шутишь?» Увидев его полную неподвижность, её весёлое выражение лица сменилось полным недоумением. «Ты серьёзно».

«Я абсолютно серьёзен. Я полный ноль в подобных вещах».

«Знаешь, тебе следовало подумать об этом пораньше…»

Он вздохнул. «Я думал, что смогу это сделать, учитывая ситуацию, но сейчас я немного нервничаю. В смысле… посмотри на размер этой толпы. Ёшкин кот».

Она легонько хлопнула его по плечу. «Эй, если ты не чувствуешь себя готовым к задаче, я могу взять на себя».

Он покачал головой. «Нет. Это должен быть я. Я лицо сил обороны и лидер города. Именно поэтому это так волнительно…»

«Просто попробуй. Что худшее может случиться, в конце концов?»

«Дай-ка подумать — я запнусь во время речи и покажусь некомпетентным, что подорвёт боевой дух города, позволив эфирному вирусу укрепиться и выйти из-под контроля, пока все не умрут?»

Выражение лица Эмили внезапно стало серьёзным. «Ты слишком много думаешь. Кроме того, к нам мчится огромный дрейк, так что, если ты не поторопишься, я полагаю, твой план окажется под вопросом в любом случае».

«Чёрт. Ты права». Он сделал долгую паузу, затем устало выдохнул. «Я просто скажу то, что у меня на уме. Сработает — хорошо, не сработает — что ж… по крайней мере, я попытался».

Фредди потянулся к своей золотой маске, снял её, стянул головной убор и сделал несколько шагов вперёд, прежде чем остановиться, глядя на стену. Сверху он чувствовал, как волны безумия бурлят, словно цунами, вздымающееся к небу. Это было гнетущее чувство — ему казалось, что он никогда по-настоящему не привыкнет к этому шестому чувству.

Но пока он слушал и наблюдал, он начал замечать. То, как распространяется безумие. То, что его подпитывает. То, как он может его подавить. Пока он прослеживал след безумия до его источника, слова, сами по себе, начали приходить к нему.

Он подождал мгновение, пока толпа утихнет. Он глубоко вдохнул, чтобы успокоить нервы. Затем он крикнул таким громким голосом, что чуть не оглушил Эмили. «Вам снились кошмары, — объявил он, — о людях с квадратными глазами, говорящих вам ужасные вещи».

Глаза многих в толпе расширились от удивления. «Откуда он знает?» — пронеслось по толпе, пока он делал ещё один шаг вперёд.

Широко раскинув руки, он крикнул: «Вирус, что заражает монстров, является причиной этого!»

По толпе прокатилась волна тревоги.

«Мучения, которые он причиняет вам во сне, предназначены для того, чтобы вы сломились. Он тыкает в ваши самые слабые места, толкая вас к отчаянию! И затем, когда вы наиболее слабы, он предложит вам добровольно впустить его в неприкосновенные глубины вашей души». Он сделал долгую паузу, оставив толпу в ошеломлённой тишине. «Именно это и произошло с несколькими несчастными рабочими.

«И затем, под влиянием вируса, они разрушили участок стены, вскоре после этого потеряв жизни. Хотите ли вы закончить так же, как они?!»

Ещё один рёв донёсся сзади, и на этот раз дрейк стал виден, когда он сокрушил небольшую рощу деревьев и выбежал на пустые равнины. Меньше чем через минуту он будет рядом с Фредди и Эмили.

В толпе раздались взвизгивания и крики удивления, но Фредди сделал ещё один шаг вперёд. «В середине всего этого вы услышали довольно плохие новости. Наёмники покинули силы обороны! Элиты, пришедшие на помощь, выбирают забрать своих людей! Так кто же будет удерживать стены, если они рухнут?! Кто будет сражаться с ордой?!»

Тревога толпы стала ощутимой.

Фредди сделал ещё один шаг вперёд. «Скажите же тогда! Думаете ли вы, что мы беспомощны?! Думаете ли вы, что мы обречены?!» Он сделал паузу. «Собираетесь ли вы сдаться?!»

«Чувак…» — пробормотала Эмили, принимая боевую стойку. «Дрейк уже почти здесь!» — напомнила она ему насмешливо-напевным голосом. «Тебе лучше поторопиться».

Фредди поднял руку. «Если вы думаете, что у вас будет лучший шанс, тогда я советую вам уйти и попытать счастья в диких землях. Но для тех из вас, кто хочет остаться…»

Он поднял руку к небу и прошептал: «Кровавая Жертва».

Мгновенно бесчисленные потоки крови потекли издалека, с равнины. Кровь каждого монстра, которого он убил, каждого зверя, которого он сразил за последние два часа. Это заняло у него не так много времени, но даже за этот срок он пролил достаточно крови, чтобы заполнить небольшое озеро. За время его боёв с ордами монстров количество пролитой им крови было трудно описать. И его Кольцо Крови купалось в достаточно багровом, чтобы вырасти до поистине внушающего благоговение уровня.

Кольцо Крови: -20% стоимости эссенции, +22% мощности для способностей сродства крови. Может быть использовано для освобождения Кровопролития. Атаки наносят тяжёлое кровотечение.

Если бы это была просто очередная регулярная проклятая вещь, с такими эффектами, она бы граничила с бесценной. Любой из трёх её эффектов был бы достаточен сам по себе, чтобы вызвать серьёзную войну ставок между крупными фракциями крови. Но Фредди никогда не продал бы эту вещь. Для него это, вероятно, самое важное сокровище, которым он обладал, и немалую роль в этом играло то, как оно работало с Кровавой Жертвой.

С -20% к стоимости эссенции, каждая капля крови, которую он использовал, шла гораздо дальше. С +22% к мощности, эта кровь демонстрировала взрывную мощь.

Пока массивные потоки крови текли над его головой, даже гигантский дрейк вынужден был замедлиться и приближаться осторожнее. Но, несмотря ни на что, было уже слишком поздно.

Кровь собралась в сферический бассейн. А затем она превратилась в массу чистой кровяной эссенции, сплетаясь вместе и вырастая в гигантскую красную массу, возвышающуюся над стенами. Затем она начала твердеть.

Фредди ухмыльнулся. Впервые в жизни он превзошёл тот раз, когда убил левиафана.

Облачённый в струящиеся коричневой робе появился скелет-гигант, деформированный, неровный череп скрывался под его капюшоном. У него было две руки на левой стороне и одна на правой, а его левая нога раздваивалась от колена. Появившись, он повернулся к небу. И затем он закричал.

Все и вся, кто услышал этот крик, замерли на месте, включая массивного дрейка. В одно мгновение монстр превратился из хищника в добычу, будучи размером всего лишь с небольшую собаку по сравнению с возвышающимся Кровопролитием. После секунды колебаний его инстинкты наконец взяли верх, и он развернулся, чтобы бежать в другую сторону.

Но у Кровопролития были другие планы. Он наклонился, потянулся к дрейку и поднял его, обхватив за туловище. Дрейк попытался сопротивляться, но в колоссальной хватке скелета-титана он был совершенно беспомощен, когда его подняли к черепу, и кровавые зубы откусили его голову от тела.

Толпа смотрела в ошеломлённом ужасе, многие выглядели так, будто были на грани бегства.

Именно в этот момент Кровопролитие бросило тело дрейка, наклонилось и подняло Фредди на свою другую ладонь, вознеся его высоко над толпой на стене. «Для тех из вас, кто хочет остаться, — он раскинул руки, — знайте, что монстры не ступят ногой в этот город! А нечисти, что преследует вас в ваших снах, дайте знать, кто сражается на вашей стороне!»

Он был потный и тяжело дышал, когда закончил. «Нормально же было, да…?» — прошептал он себе.

Толпа не устроила ему стоячую овацию. Его речь не была в точности той воодушевляющей речью, которую он ожидал. Но она сработала, тем не менее. Даже если большинство людей внизу выглядели до смерти напуганными при виде происходящего, он мог почувствовать, как их отчаяние увядает.

Осознавали они это или нет, сама мысль о том, что Кровопролитие сражается на их стороне, творила чудеса, заставляя их чувствовать себя в безопасности.

И для Фредди этого было достаточно. «На этом всё! — сказал он. — Все, возвращайтесь на свои посты! И помните, если какая-то серьёзная угроза покажет свою морду, вам просто нужно дать мне знать! Тем не менее, Кровопролитие не может охватить всю южную сторону стены. Если что-то появится там, я разберусь с этим сам!»

Многие из присутствующих быстро закивали и затем практически бросились бежать, явно стремясь оказаться как можно дальше от массивного скелета.

Фредди посмотрел вниз, только чтобы увидеть Эмили, смотрящую на него в полном шоке. То же самое можно было сказать и о Джорджи, но она также ухмылялась ему как одержимая и качала головой.

А затем был тот человек, с которым ему не хотелось сталкиваться, — арбитр.

Мужчина смотрел на Фредди с глубоко разочарованным, граничащим с враждебностью взглядом. И не нужно было быть гением, чтобы понять почему. Вздохнув, Фредди приказал Кровопролитию опустить его на стену, где адьюдикатор подошёл к нему, как только он ступил на неё. «Мой кабинет. Сейчас».

«У тебя три способности духа, — сказал адьюдикатор, как только они вошли. — И ты мне не сказал».

Если бы Фредди был глуп, он мог бы сказать что-то вроде: «Я не знал, что это важно». Но это определённо было важно. Для начала, это было «общеизвестно» — или, скорее, заблуждение, — что способности духа тормозят рост арха, причём три из них замедляют его на 99%. Что большинство людей не знало, так это то, что способности духа также сжимали ауру, усиливая её мощь.

И была веская причина, почему никто этого не знал. Ведь насколько общественность была осведомлена…

Никто и никогда не возносился с тремя способностями духа в своей душе. Никогда.

Арбитр вздохнул в ответ на молчание Фредди. «Ты хоть представляешь, какой кошмар ты для меня только что создал?» Он пристально посмотрел на Фредди. «Почти всё, что мне было разрешено для тебя сделать, было основано на предпосылке, что ты являешься кандидатом на позицию будущего Властелина. Почти. Всё». Он сделал агрессивный шаг в направлении Фредди. «Ты хоть малейшее представление имеешь, что это теперь значит? Я в глубокой заднице, Фредди. Глубокой-глубокой заднице».

«Нет, если я поднимусь на звезду», — сказал Фредди.

«Ха! Ты выдающийся молодой человек, но, похоже, ты не знаешь математики. Ты хоть представляешь, что значит быть ограниченным в росте до такой степени? Тебе нужно быть в СТО — он крикнул, вены набухли на его лице — раз более впечатляющим, чем обычный арх, чтобы достичь третьей звезды. В сто раз. И ты таковым не являешься. Я знаю, что нет. Ты бы сказал мне, если бы был готов вознестись, но ты не готов, потому что не будешь готовым ещё очень, очень долгое время».

Фредди внезапно напрягся. Он хотел рассказать мужчине правду о способностях духа, но без доказательств он бы просто звучал как сумасшедший. Он был и оставался полностью уверен, что однажды достигнет третьей звезды. Но он серьёзно недооценил, что его третья способность духа значила для арбитра. «У меня проблемы?» — спросил он.

«Нет. Да». Адьюдикатор простонал. «Возможно. Я не знаю. Мне придётся предстать перед судом верховных арбитров за это. И единственный способ, которым я мог бы оправдать свою помощь тебе, — это если я смогу доказать, что ты уже чудовищно могущественная личность». Взгляд мужчины невольно устремился к окну, в направлении гигантского скелета. «Кстати, что это, чёрт возьми, за штука?»

«Кровопролитие, — сказал Фредди. — Способность духа, которая призывает его, растёт в силе в зависимости от количества крови, которую я приношу в жертву. А я потратил около двух часов, убивая монстров так быстро, как только мог».

Глаза арбитра расширились. «Это замечательная способность духа. Это сильно поможет в представлении моего дела».

«Этого будет достаточно?»

«Даже близко нет».

Фредди замешкался. «Что же мне тогда придётся делать?»

Выражение лица адьюдикатора потемнело. «Скорее всего? Тебе придётся победить Лорда в прямом поединке».

----------

Апостол

[мини-заметка]

Двухсотая глава, ура! 🥳

[конец мини-заметки]

/////////////////////////////////////////////

Фредди замер на словах арбитра.

Технически, он уже однажды убил Лорда. Технически. Но это было возможно лишь благодаря невероятному стечению обстоятельств. Конечно, сейчас он стал намного сильнее, чем тогда, но, по правде говоря, большая часть его настоящей силы была заблокирована за необходимостью в благоприятных условиях.

В честной дуэли один на один большинство Лордов надерут ему задницу. Чёрт, даже четырёхзвёздочные, не достигшие уровня Лорда, вроде арбитра, вытрут об него пол. Это, честно говоря, немного несправедливо. «Это абсурд, — сказал он. — Неужели действительно нет другого пути?»

Судья фыркнул. «Есть миллион способов доказать свой потенциал, мистер Штерн. Но если ты хочешь оправдать владение городом на второй звезде, даже на подчинённой территории, империи нужны серьёзные гарантии, что инвестиции окупятся. И, по текущим меркам, наличие трёх духовных способностей считается сокрушительным препятствием для прогресса. Таким образом, единственный способ оправдать привилегии Лорда — это если ты уже способен стоять с ними наравне».

«А что, если я не смогу этого сделать?» — спросил Фредди.

«Город могут у тебя отобрать, — сказал судья. — Если, конечно, после всего этого вообще что-то останется, что можно будет забрать».

«Но может и не отобрать?» — подметил Фредди.

Судья замешкался. «Дело в том, что очень мало людей вообще пытаются подняться на звезду с тремя духовными способностями. Большинство тех, кто берёт третью духовную способность, полностью отказываются от восхождения. А те, кто пытается восходить, считают калечение себя подобным образом ужасной идеей. Но…» Мужчина вздохнул, потирая переносицу. «Технически, нет никаких твёрдых доказательств, что это невозможно. Конечно, это может занять у тебя век, но если есть хоть какая-то надежда, что ты достигнешь такого уровня, империя, возможно, захочет оставаться с тобой в хороших отношениях».

«Так мне нужно не победить четырёхзвёздочного, а скорее…»

«Тебе нужно продемонстрировать очень, очень достойный бой, как минимум. Но я также буду с тобой честен. Я не знаю наверняка, что произойдёт. Ситуация немного запутанная. Если весь Северный Пояс будет стёрт с лица земли… что ж… они могут списать это со счетов. И прежде чем ты начнёшь делать своё обычное дело, подозревая меня в худшем — нет, я не предлагаю нам сдаваться».

«Я ничего не сказал».

«Но ты подумал», — обвинил судья, указывая на Фредди.

«Ладно, да, подумал», — признался он.

«Хм. В любом случае, твоя главная проблема не столько город, сколько сами верховные судьи. Они могут быть настоящей занозой в заднице, когда захотят, и существует серьёзный, ненулевой шанс, что тебе могут запретить возвращаться на территорию империи. Помни, людям разрешено возвращаться только на пике третьей звезды».

Фредди нахмурился на это, но, честно говоря, он не выглядел слишком обеспокоенным. В конце концов, если это случится, у него всегда есть выбор —

«И даже не думай ни о чём подобном», — прервал его мысли судья. «Помни, я знаю твою настоящую личность. И я не нашёл никаких записей о том, что Фредди Штерн когда-либо легально пересекал границу Северного Пояса». Мужчина повернулся, чтобы посмотреть прямо в глаза Фредди. «Хотя я в какой-то степени привязан к тебе, не забывай, кто я. Я соблюдаю закон не просто из удобства, я искренне верю в то, что делаю.

Имперская политика часто поощряет… скажем так, закрывать глаза на… «беспричинные преступления», совершённые теми, у кого есть потенциал служить делу. Но то, что ты совершил, — всё равно преступление, и если ты окажешься несостоятельным, у тебя могут возникнуть проблемы со мной».

Фредди, честно говоря, был немного раздражён отношением судьи. Этот мужчина не был отъявленным злодеем, но он не был и тем морально прямолинейным героем справедливости, за которого он иногда пытался себя выдать. Тем не менее, он решил проявить уважение к парню и просто кивнул. «Понял».

«Хорошо. Тогда я не буду тебя больше задерживать».

Фредди вежливо кивнул мужчине, после чего вышел из кабинета.

«Кровопролитие!» — мысленно позвал он, сосредотачиваясь на связи со скелетом. «Как тебе твоя новая форма?» Форма, которую приняло Кровопролитие, становилась нестабильной после определённого размера. Сейчас было не так плохо, как раньше, но две руки с одной стороны и раздвоенная нога всё ещё были далеки от оптимальных.

«Она служит мне хорошо, Хозяин, — сказало Кровопролитие, сопровождая слова громким грохотом, прокатившимся на мили вокруг, вероятно, от того, что оно сбило приближающегося монстра. — Однако мой контроль над эссенцией весьма ограничен. Я могу собирать кровь, чтобы поддерживать свою форму. Но большего я сделать не могу».

«А как насчёт кровавого тумана? — поинтересовался Фредди. — Чем больше хищников ты сможешь привлечь к себе, тем лучше».

«Я могу рассеять немного, если пожелаю, — сказал скелет. — Это не проблема».

Фредди кивнул про себя. Он решил призвать огромное Кровопролитие по двум причинам: во-первых, это было намного устрашающе; а во-вторых, чем больше его размер, тем больше будет его радиус действия.

Если бы оно было минимального размера, площадь, которую оно могло бы покрыть, охватывала бы относительно короткий участок одной стены. Так же у него было гораздо больше свободы передвижения, даже если оно не могло дотянуться до южной стороны стены.

С уходом многих элит структура обороны должна была измениться. Прежде всего, некому будет сражаться с более крупными угрозами заранее, поэтому им придётся держаться гораздо ближе к стене. Имея это в виду, структура группы Фредди тоже должна была измениться.

Пора было заняться этим.

Во-первых, его наёмная помощь — трёхзвёздочные, которые были вынуждены остаться, поскольку находились в прямом подчинении у судьи.

Когда он вышел и встретился с ними, разведчик и поддержка смотрели на него нейтрально. Хотя они и были элитой, они не были напрямую вовлечены в управление наёмной группой, к которой принадлежали.

Таким образом, Фредди обратился к носильщику.

Тот посмотрел на него задумчиво. «Мистер Клифф…»

«Меня не волнует, — сказал Фредди, — ничего из того, что ты можешь сказать. Ни капли. Ты, твой брат и все те ублюдки, которые владеют другими компаниями, знают, что они сделали». Фредди сделал вид, что на мгновение запнулся. «Что ты мне сказал, когда мы впервые встретились? Я выйду за рамки, и вы завалите меня исками?»

«Ты должен понимать, — сказал мужчина, — что значит желать защитить своих людей».

«О, правда? Защищаешь своих людей? Или ты просто защищаешь свои активы?» — спросил Фредди.

Взгляд мужчины стал враждебным, когда он сделал шаг вперёд. «Я не потерплю, чтобы ты так говорил о наших людях!»

Фредди встретил его выпад, толкнувшись грудью в мужчину и продемонстрировав своё превосходство в плотности тела, оттеснив его назад. «Не смей нести мне это самодовольное дерьмо! Вы, люди, продаёте услуги своей помощи. Я заплатил заранее. Вы все слишком рады брать деньги, когда вам нечего терять, но когда приходит время зарабатывать эти деньги, вас и след простыл». Он отступил, качая головой. «Когда всё это закончится, я засуду каждого из вас до полного исчезновения. Запомни мои слова».

«Мы компенсируем всю работу, которую не выполнили», — заявил мужчина.

«А я также получу компенсацию за весь ущерб, который причинило отсутствие помощи», — утвердил Фредди, глядя на мужчину и ожидая, что тот оспорит его слова. Естественно, он не собирался брать эти деньги себе. Он отдаст их городу. По крайней мере, тому, что от него останется.

Носильщик отступил. «Я понимаю».

Учитывая, что ему всё ещё нужна была помощь этих людей, он решил бросить им кость. «Я понимаю, почему вы так поступили», — сказал Фредди. Он подумал о городе и о том, почему он всё ещё здесь, всё ещё сражается.

Сколько бы он ни пытался себя убедить, в конечном счёте всё было не так уж сложно. Он чувствовал ответственность за жизни людей Репентавы. Даже если это была просто глупая должность, которую у него могут скоро отобрать, пока что в этот момент он был лидером города. Они были его людьми, и они нуждались в нём. Вот и всё.

Его выражение лица смягчилось, когда он замешкался. «Просто… Не принимай это на свой счёт. У вас есть ваш трудный выбор, а у меня — мой. Я поступлю правильно по отношению к тем, кто пройдёт через всё это. А вы трое делайте свою часть, чтобы кто-то остался в живых. Вы будете полезнее, помогая остальным авангарда. Я сам о себе позабочусь, и далеко от города я всё равно не уйду.

Он посмотрел на носильщика. «Я всё равно оставлю свои припасы у тебя и буду заглядывать, когда они понадобятся». Затем он повернулся к поддержке. «Что касается тебя, постарайся держать немного эссенции для Нечестивого Благословения про запас, на случай, если оно мне понадобится». А разведчику он кивнул с признательностью. «Береги себя. И удачи».

Все они ответили ему почтительным кивком.

Фредди развернулся и ушёл, оставив их за работой. Сначала он поискал Софию, чтобы посоветоваться с ней о том, что она будет делать.

«Я буду создавать больше, подальше», — сказала она, не уточняя что, на случай, если кто-то подслушивает.

Фредди кивнул, затем беззвучно сказал: «Будь как можно незаметнее».

Хотя Кровопролитие сильно поможет, если быть честным, София могла внести гораздо больший вклад.

В конечном счёте, самой большой угрозой для них были не несколько элитных монстров, появляющихся время от времени, а огромное количество более слабых. Чтобы максимизировать шансы на успех, они должны были сосредоточиться на уничтожении как можно большего их числа. Тем не менее, для неё было критически важно оставаться в тени. Люди могли заметить нежить, но пока их источник остаётся загадкой, проблем быть не должно.

А если она создаст их достаточно далеко от города, есть реальная вероятность, что их никто вообще не заметит. Они по задумке были довольно временными и, возможно, даже не смогут добраться достаточно близко к городу, чтобы быть обнаруженными.

Было бы оптимально, если бы нежить убила по несколько десятков монстров каждая, а затем просто умерла, прежде чем кто-либо успеет заметить их присутствие. «Просто будь осторожна», — сказал он.

Она кивнула, повернулась и ушла.

Дрейка нигде не было видно. Хотя Фредди хотел сообщить ему, что их группа расходится, он не мог позволить себе тратить время на его поиски, поэтому надеялся, что тот догадается сам. Что касается Дрейка, он сильно вырос. Возможно, он даже был близок ко второй звезде, если уже не был способен к восхождению и просто ждал лучшего улучшения таланта.

В любом случае, даже на пике первой звезды он уже был сильным бойцом и тем, кто мог внести большой вклад в оборону.

Что до Лили… что ж, Фредди пожелал ей удачи. Он не осуждал её за побег. Это был понятный выбор, особенно учитывая её сложные отношения с Дрейком.

Вздохнув, Фредди повернулся к последним людям, которые его интересовали.

Найти Джорджи и Эмили было несложно. Эмили с самодовольной ухмылкой смотрела на него. «Так значит, всё-таки три духовные способности? Уф, это жёстко, — сказала она с усмешкой. — Похоже, мы с тобой больше не конкуренты».

Фредди удивлённо поднял бровь. «Конкуренты?»

«Тебе уже не о чем беспокоиться», — сказала она с самодовольной усмешкой. «Может быть, когда ты наконец доберёшься до третьей звезды лет через сто или двести».

«Ладно», — просто сказал он, отказываясь поддаваться на провокацию, и повернулся к Джорджи.

«Должна сказать, — Джорджи повернулась к Кровопролитию, которое в тот момент сбивало с негиантарного монстра, похожего на гигантскую саранчу, — если бы я нашла такую духовную способность, даже я была бы готова рискнуть тройным блоком, чтобы заполучить её».

«Прости, — сказал Фредди. — За то, что не упомянул об этом раньше».

Они ранее обсуждали возможность создания нового подчинённого государства в Фаралетале, и, как полагал Фредди, женщина, вероятно, ожидала, что к тому времени он станет значительно сильнее. Всё же, он был уверен в себе, но решил не выглядеть перед ней высокомерным.

Она улыбнулась ему. «Не стоит. Даже если ты намертво застрянешь на своём текущем уровне, нечто вроде этого — она снова указала на Кровопролитие — будет огромным подспорьем в моём плане. Если уж на то пошло, ты мне теперь нужен даже больше».

«Снимите уже комнату, вы двое», — сказала Эмили, издавая звук, похожий на зуммер.

Что касается Фредди и Джорджи, то обоим удалось её проигнорировать.

«В любом случае, — сказал Фредди, меняя тему. — Мы расходимся и встречаемся, если появится серьёзная угроза?»

«До сих пор работало», — сказала Джорджи.

«Может, стоит разделить стороны света, — предложила Эмили. — Мы можем оставить этого грёбаного скелета здесь, а остальные займут другие стороны города».

«Я пойду на юг, — сказал Фредди. — Та часть не прикрыта Кровопролитием, так что я бы хотел дополнительной безопасности там».

«Так у него есть имя? — заметила Джорджи. — Кровопролитие, да? Довольно мило».

«Эм, прошу прощения? — Эмили уставилась на него. — Если тебе нужна дополнительная безопасность, пошли меня». Её взгляд стал ещё суровее. — Если только ты не считаешь, что на самом деле сильнее меня?»

Фредди честно не знал, сильнее ли он её. Но он был гораздо увереннее в своих боевых способностях, когда в игре было Кровопролитие. Он указал на скелета. «Эта штука — моя способность, поэтому любой урон, который она наносит, активирует мой талант. Возможно, я и не сильнее тебя, но моя выживаемость возросла на порядок. Я не сказал бы, что я бессмертен, но что угодно, короткое превращения моего мозга в кашу, и я буду в порядке.

Если появится что-то слишком сильное, я, вероятно, с наибольшей вероятностью продержусь достаточно долго, чтобы позвать на помощь».

Её взгляд задержался на нём ещё на мгновение. «Это до боли хороший аргумент. Ладно, делай что хочешь».

Они обсудили некоторые другие детали, например, как они будут связываться, что делать с перерывами, а затем разошлись по своим позициям.

Южная часть стены не находилась на прямой линии предстоящего вторжения, но вокруг кружило множество монстров. Возможно, это был стратегический выбор той силы, что направляла их, а может, они были просто достаточно разбросаны. В любом случае, за этим стоило присматривать.

Оказавшись на месте, он спрыгнул со стены и пробежал мимо авангарда, призвав Кровавого Мстителя и начав бой. До того, как всё это закончится, было ещё очень далеко.

Тем временем, в центре города, среди многочисленных некомбатантов и других гражданских, находилась маленькая, обветшалая квартира. Внутри был мужчина, его конечности были вывернуты в неестественных направлениях, а кожа покрыта болезненными пятнами болезненных цветов.

Дверь со скрипом открылась, и внутрь вошла женщина в солнцезащитных очках. Она подошла к нему и встала на колено, сняв очки и открыв жуткие, квадратные глаза. «Апостол… у нас проблема».

----------

Высший разум

Марк отчётливо помнил ту ночь, когда всё случилось. Было дурное предчувствие, грызущее изнутри, из-за которого невозможно было расслабиться или заснуть.

Тени смеялись громче обычного. Лунный свет, пробивавшийся сквозь окно, ненавидел его. Собственное отражение… он определённо не смел на него смотреть.

Он думал, что это просто вернулись его приступы тревоги, но нет. Это чувствовалось хуже — невидимая угроза, которой он боялся, ощущалась более реальной. И всё же, как он ни старался, он не находил причин так себя чувствовать. Его квартира была пуста. Снаружи ничего не было, и охрана здания не сообщала ничего необычного.

Нехотя он заключил, что это просто игра разума, и лёг спать.

Именно тогда луна спряталась за облаком всего на мгновение, и к тому времени, когда она вернулась… он стоял посреди комнаты. Его конечности были вывернуты. Кожа окрашена в болезненные пятна гнилостных цветов. Его лицо… Вытянутые черты будут преследовать Марка до конца его жизни.

Он смотрел на Марка такими же квадратными глазами, продав душу тому же дьяволу, и затем прошептал: «Эй, Марк. Посмотри на меня», — сказал он, оскаливаясь и обнажая нечеловеческий ряд злобных зубов.

«Теперь я такой же, как ты».

Марк проснулся с криком, хватая себя за грудь и тяжело дыша. Он оглядел интерьер их расширенной плавающей кареты и не нашёл никого, кроме человека, который следовал за ним как дурной запах.

«Опять?» — любопытно спросил Гарольд, приподнимая бровь.

«Да», — сказал Марк, медленно выдыхая и обмякнув, когда он сел, простыня сползла с его тела.

Гарольд сидел недалеко от Марка, перелистывая страницу какого-то отчёта. «Ты уверен, что эти кошмары не связаны с—»

«Да», — вздохнул Марк. «Уверен. Это просто обычные кошмары». Он усмехнулся. «Довольно иронично, если ты спросишь меня».

Гарольд пристально посмотрел на него долгим моментом, прежде чем взять чашку чая, ожидавшую на той же скамье, на которой он сидел. «Хм. Ну тогда… Ты как раз вовремя. Наша обязательная смена вот-вот начнётся».

Вздохнув, Марк поднялся и стал облачаться в свою броню.

Они покинули карету, припаркованную на окраине… деревни, по сути, и направились к ближайшему лесу. Юридически их принуждали участвовать в защите от нашествия монстров. Но технически ничто не уточняло, что именно они должны защищать. Таким образом, они выбрали деревню в глуши, на которую нацеливалось мало сколь-либо значимых существ, и решили просто переждать вторжение.

В такие моменты Марк чувствовал себя нервным и неуютным. Василиск, мягко говоря, был немного ленив. Не поймите неправильно — этот человек был трудоголиком, когда дело касалось бизнеса. Но когда дело доходило до боёв…

Прошла целая вечность с тех пор, как он активно рисковал собой, чтобы стать сильнее. Если он хотел иметь шанс вернуться к четвёртой звезде, ему нужно было давить на газ и подталкивать себя; иначе он так и останется навсегда там, где был.

Но Гарольд не торопился. В его глазах каждая трагедия была лишь возможностью. Он был настоящим стервятником в душе. Хуже того, он был червём. Насколько он был обеспокоен, недавние события были полосой несказанной удачи. Как настоящий червь, чем больше гнили и разрушений, тем больше он процветал.

Марк покачал головой. Менталитет Василиска передавался ему, и ему это не нравилось. Он делал вещи, которыми не гордился, да, но в конце дня он всё же считал себя бойцом.

Это была единственная вещь, которая поддерживала его гордость живой.

Как и каждый день за последние несколько недель, они принялись очищать несколько окружающих миль от чего бы то ни было, даже отдалённо напоминающего угрозу. Особого разнообразия не было. Но с каждым днём количество встречаемых монстров становилось всё меньше. И в тот день, казалось, произошло резкое, внезапное снижение их присутствия.

«Может, мы приближаемся к концу?» — заметил Марк.

Гарольд усмехнулся. «Возможно. Но, учитывая то, что сказано в отчёте, возможно, это нечто большее».

«В отчёте?»

«Наконец-то заинтересовался?» — поддразнил Гарольд. «Забавно, на самом деле. Значительная часть монстров внезапно изменила свой маршрут. Пока нет неопровержимых доказательств, но, учитывая их текущую траекторию… Я бы поставил, что большинство из них направляются в Репентаву».

Выражение лица Марка исказилось при этих словах. Когда дело доходило до того, что произошло между ним и Фредди «Клифом», ему почти нечего было сказать. В основном потому, что он избегал думать об этом насколько это было человечески возможно. «Тем лучше для них», — сказал Марк, поднимая меч и устремляясь вперёд. Он не остановился, даже когда покинул их обычный радиус.

Вместо этого он продолжал бежать, продолжать искать, надеясь на бой. Место, где было неясно, выберется ли он живым. Именно там он чувствовал себя наиболее спокойно. Там, где огонь в его сердце всё ещё горел.

Там, где он был в одном промахе от того, чтобы получить то, что заслуживал.

Фредди ожидал кровавой борьбы. Они потеряли многих защитников, и их первая линия обороны была оттянута к самой стене. Независимо от того, что делали София или Кровопролитие, сложность должна была возрасти экспоненциально.

Первые несколько дней давление определённо ощущалось. Моментальный отступ подошёл к концу, и прилив поднялся, затопив равнины ордами монстров, движущихся в их сторону.

Земля дрожала от звуков погони Кровопролития за самыми большими угрозами, и немногие из защитников могли позволить себе перерыв. Сэм Фредди был доведен до предела своих возможностей, и, по правде говоря, если бы не постоянный приток исцеления — благодаря Кровопролитию — он, вероятно, проиграл бы в нескольких схватках, в которые попадал.

Один особенно противный противник, с которым он столкнулся, был существом, почти похожим на минотавра, но вместо бычьих черт у него были черты причудливого, похожего на лошадь монстра. Оно было быстрым и крепким, преследуя Фредди когтистыми взмахами невероятной мощи. Если бы не Кровопролитие и исцеление, которое оно предоставляло вместе с наносимым уроном, Фредди предполагал, что ему пришлось бы потратить все свои запасы эссенции, чтобы одолеть его.

Но таким образом он мог позволить себе просто обмениваться ударами с существом, пока оно не истощится. Каждый раз, когда оно ударяло его, Кровавый Мститель, усиленный гораздо более мощной Подвеской Короля Воинов, которая теперь давала +18% к урону и прочности, возвращал боль с процентами.

В этих специфических условиях Фредди стал настоящим кошмаром для противника. На самом деле, он начинал думать, что некоторые из защитников, видевшие, как он сражается, боялись его больше, чем скелета-гиганта. Можно было многое сказать о зрелище, когда парень раз за разом позволяет монстру выпотрошить себя, лишь чтобы затем ударить в ответ с такой силой, что земля содрогается, а воздух расступается.

На мгновение боевой дух сил обороны снова пошатнулся. Внезапное увеличение давления заставляло всех думать, что дальше станет только хуже.

Но нет.

Кроме нескольких кошмарных дней в начале, дела пошли на лад. И становилось всё легче. День за днём количество прибывающих монстров, казалось, сокращалось заметными темпами.

Примерно через две недели разведчики наконец заметили ненасытных нежить вдали, в дикой местности. Отчёт, который получил Фредди, предполагал, что эти существа каким-то образом невосприимчивы к влиянию эфирного вируса и что текущие условия чрезвычайно благоприятны для них, позволяя им быстро размножаться, как инвазивный вид — даже если разведчики не знали, как именно эти существа размножаются.

Тон отчёта был довольно тревожным, со спекуляциями, что нежить может стать ещё большей проблемой, чем эфирный вирус, если они продолжат распространяться такими темпами.

Само собой разумеется, этого не произойдёт.

Так продолжалось целый месяц, причём скорость прибытия монстров вышла на плато примерно к 3 неделе. Нежить Софии держалась только так долго, и, казалось, они начинали иссякать примерно с той же скоростью, с какой она могла создавать новых.

Но вместо разочарования это оказалось прекрасной новостью. Как только разведчики подтвердили, что нежить не будет размножаться с экспоненциальной скоростью, арбитр отдал официальный приказ оставить нежить в покое. Казалось, он верил, что их появление — счастливая случайность — или, по крайней мере, такова была его официальная позиция.

Знает ли он больше, Фредди не мог сказать.

Так или иначе, это было облегчением. Последнее, чего хотел Фредди, — это чтобы кто-то проявил чрезмерное любопытство и чтобы София пострадала в результате.

Чем больше времени проходило, тем более горьким становился холод. Сильные снегопады начали доставлять неприятности из-за того, как быстро снег скапливался на стенах и вокруг них. Но, в конечном счёте, это оказалось чистым плюсом.

За исключением горстки видов с очень специфическим талантом, большинство монстров, даже тех, что процветали на холоде, замедлялись снегом. Это было неизбежно. Необходимость пробиваться сквозь него была просто изнурительной.

Это было особенно разрушительно для големов, которые полагались на эссенцию для движения. К тому времени, когда они достигали стены, они обычно были полностью истощены, что делало их не более чем мишенями для лучников, чтобы те практиковали свои атаки.

И погода способствовала их безопасности и другими способами.

Летающие монстры не могли много летать во время сильных снежных бурь по множеству причин, будь то резкие температуры или турбулентные потоки воздуха. Затем случались случайные лавины, которые погребали большие скопления существ. Некоторые происходили естественным путём. Другие провоцировались разведчиками, которых отправляли на стратегические точки со взрывчаткой.

В этом отношении Мэтт Кэнстоун был настоящим чемпионом. Его талант делал восхождение на горы почти не требующим усилий, судя по тому, как быстро и эффективно он мог устанавливать дистанционные взрывные устройства.

Снег также служил отличным прикрытием для ловушек.

Другой вещью, игравшей на руку защитникам, было то, что тренд на улучшение и рост бойцов также продолжался. Не только бойцов; появилась целая новая группа некомбатантов, которые быстро набирались опыта в обслуживании стены и общей инфраструктуры города.

Арбитр действительно принял меры, чтобы гарантировать, что каждый, кто может внести вклад, сделает это, но даже без принуждения почти все горели желанием что-то сделать. Просто прятаться и ждать могло свести с ума. Вместо того чтобы позволить этому случиться, большинство предпочло бы чувствовать себя полезными.

Был короткий, прекрасный момент, когда всё, казалось, складывалось в одну линию. Победа за победой ободряли всех. Было несколько инцидентов, когда люди поддавались эфирному вирусу, но после первой атаки были установлены дополнительные уровни защиты, чтобы предотвратить повторение чего-то подобного.

Дела шли хорошо. Устойчиво сохранялось ощущение, что кризис медленно подходит к концу.

И затем, в один день, к городу не пришло ни одного монстра.

Стены были полны нервных защитников. Это было слишком неестественно и внезапно. Должно было случиться нечто ужасное. И, как и ожидалось, разведчики подтвердили это.

Кристалл связи Фредди зазвонил, и он ответил.

Раздался голос арбитра. «У нас проблема».

«Это я и так понял», — вздохнул Фредди. «Что происходит?»

«Монстры ждут. Кажется, они собираются в круг вокруг города. Становится хуже. Согласно отчётам, которые я получил из соседних регионов, значительное количество существ внезапно повернуло в этом направлении».

Желудок Фредди сжался. «О, это действительно плохо».

С самого начала было очевидно, что за атакой стоит некий высший разум. Не только в её начале, но и в направлении монстров к населённым пунктам. Но это было иначе. Настоящая стратегия была совершенно другим уровнем угрозы.

Хватка Фредди на кристалле сжалась до такой степени, что тот начал мерцать. «Нам нужно действовать немедленно. Если мы просто будем ждать, нас сомнут».

«Согласен. Ты должен отправиться прямо сейчас, а я организую защитников в ударную группу. Мы должны разбить формирование, которое они строят, пока оно не стало достаточно большим, чтобы поглотить нас целиком».

«Я уже в пути», — сказал Фредди, немедленно отправляясь в путь и перемещаясь огромными прыжками, чтобы минимизировать контакт со снегом.

«Удачи, Фредди», — было последнее, что сказал арбитр, прежде чем разорвать связь.

С Кровавым Мстителем в руке Фредди ринулся вперёд, пробираясь через заснеженные равнины и рощи деревьев, пока наконец не достиг точки в нескольких милях от города и не столкнулся с окружением.

С огромным прыжком он направился к ближайшему монстру, четвероногому существу, не похожему ни на одно животное, которое он когда-либо видел, и обрушил свой меч вниз. С влажным звуком ломающихся костей под весом и всплеском багрянца он начал свою бойню.

За многие дни борьбы с вторжением Подвеска Короля Воинов выросла до поистине нелепых величин. При 18% бонуса к урону и прочности любое оружие в его руках становилось неизмеримо опаснее.

Оценивать два эффекта предмета только через цифры было несколько обманчиво, однако. Легко предположить, что оружие теперь вдвое сильнее, чем тогда, когда оно давало только 9% к обоим показателям. Но это просто не так. Совсем.

Возьмём, к примеру, смертного человека. Затем заставьте его ударить окно. Если он ударит достаточно сильно, стекло разобьётся. Если нет, его палец, вероятно, сломается вместо этого. В этом случае более сильный удар заставит его получить меньше повреждений. Аналогичным образом, если его кулак будет сделан из камня, а не из плоти, вероятно, потребуется гораздо меньше энергии, чтобы разбить окно.

Эти два примера довольно крайние, но те же принципы применимы к оружию, усиленному Подвеской Короля Воинов.

Нанесение большего урона в некоторых случаях заставляло меч страдать от меньшего износа. Большая прочность заставляла меч наносить больше урона. Эти два концепта были различны и отдельны как эффекты предмета, но на практике они имели глубокую, глубокую синергию, которая заставляла каждый процент работать гораздо дальше, чем в противном случае.

Но подвеска была не единственной вещью, которая росла. Его Кольцо Крови тоже. И он сам.

Его скорость убийства была лишь несколько выше, чем тогда, когда он только начинал. Но его эффективность была намного выще. Даже он сам не до конца понимал, что именно он делал лучше, он действительно познал бой более интимно после всего того времени, проведённого в сражениях. Он выковал могущественный метафорический клинок в Веке Одиночества. И теперь он наконец-то заточил его на точильном камне.

Один монстр за другим падал под его безжалостным натиском, и вскоре любой разум, направлявший их, заставил их начать отступать. Учитывая, что он направлял их вдоль круга, толпа монстров перед ним начала сгущаться довольно быстрыми темпами.

Вскоре он увидел возможность. «Скрученный Маятник». Монстры бежали от него, так что всё, что ему было нужно, — это подождать, пока штраф не закончится. И как только это произошло, он прыгнул в воздух.

Огромный рой зверей, бегущих перед ним, заполнил всё его поле зрения. Созерцая их, он сформировал идеальную сферу крови, такую, которая распространится достаточно широко, чтобы накрыть их всех.

Затем, прежде чем ускорение закончилось, он ударил по ней Ударом Цунами с двумя звёздами. Шрапнель разлетелась конусом перед ним, обрушив мелкие и смертельно острые осколки крови с чрезвычайно высокой скоростью на бегущую орду. Мгновенно сотни — около половины зверей — были уничтожены, а меньшая часть была серьёзно ранена, с лишь крошечной долей оставшихся относительно невредимыми.

Ему не нужно было убивать всех. Достаточно было того, что многие из них были ранены, и их построение было сломано, он сделал свою работу достаточно хорошо. Игнорируя отставших, он побежал вперёд, предпочтя продолжать разрывать окружение, а не преследовать каждого отдельного зверя, который ускользал.

Именно в тот момент он почувствовал, что что-то не так.

Это было легко. Даже без кровавой шрапнели он оценил, что сможет нанести критический урон построению до того, как соберётся достаточно монстров, чтобы сокрушить город. Это было слишком легко.

Если бы существовал высший разум, пасший этих существ, он делал очень плохую работу по стратегии. Было две возможности — либо Фредди был элементом, который он не учёл…

Либо это был не весь план.

Это было предчувствие. Он не знал почему, но в мгновенном решении он развернулся и побежал обратно к городу. К тому времени, когда он был на полпути, он задавался вопросом, не совершает ли он ошибку.

И именно тогда это наконец достигло его.

Снежинки, танцующие на ветру, закружились в безумном тумане. Ветер закричал в агонии.

Кто-то только что совершил нечто поистине безумное.

И безумие… ощущалось немного слишком знакомым.

Его зрачки сузились, когда он осознал, что происходит. Кристалл в кармане Фредди ещё не загорелся. Это только начиналось. Но оно уже в пути. Он был в пути. Нет… скорее…

Нахар всё это время прятался в городе.

----------

Мир не для тебя [1]

«Привет, ты, маленький засранец. Давно не виделись», — сказал брат Лукаса, его квадратные зрачки впивались в молодого человека, сидевшего на земле и терпеливо ожидавшего, когда очередной кошмар закончится, чтобы он мог спокойно проспать остаток ночи.

Безразлично он поднял взгляд, вздохнув при виде фантома своего покойного брата.

У них были разные отцы, и это было заметно. Его старший брат был выше и красивее его, и, честно говоря, они даже отдалённо не походили на родственников. Из всех, кого он когда-либо знал, его брат чаще всего появлялся в его снах. Его мать занимала почётное второе место.

Иногда они появлялись вдвоём. В другие разы он видел Дженис, Фредди, Тора и многих других, с кем у него были сложные отношения. Хуже всего была таинственная тёмная фигура, которая мучила его, но кто бы — или что бы — ни стояло за этими снами, оно приберегало ту для случаев, когда действительно хотело заставить его страдать.

Увы, как и с любой болью, повторение порождает привыкание. Он привык к этому.

«Или мне стоит называть тебя Дрейком сейчас?» — спросил его брат, ухмыляясь ему сверху вниз. Он присел на корточки, оказавшись на одном уровне с Лукасом, который сидел на земле, обхватив колени. «Я вообще-то говорил тебе, какой ты ахуенно жалкий?» — он рассмеялся. «Ты когда-нибудь изменишься?» — мужчина цокнул языком, качая головой в сторону Лукаса. «Скажи мне, когда ты умолял ту стрёмную сучку о гигантском теле, ты тоже просил её исправить твою… неполноценность?»

«Или ты был слишком труслив для этого?» — он усмехнулся. «Поэтому твоя жена тебя бросила? Или ты всё ещё притворяешься, что» — он насмешливо сделал воздушные кавычки — «’прогнал её ради её же блага!’» — Он разразился приступом смеха.

Лукас вздохнул. Он слышал, как его брат говорит что-то в этом роде, наверное, уже раз пятьдесят. Сжав губы, он поднялся на ноги.

Среди защитников уже было общеизвестно, что любые действия только усугубляют сны. Лучше всего было просто свернуться калачиком и оставаться неподвижным, безмолвным, и переждать.

Поднимаясь на ноги, его состояние отражало его новое тело, и он отдавал себе полный отчёт, что совершает ошибку. Но на тот момент даже усугубление кошмара было предпочтительнее, чем слушать искажённого призрака своего брата, повторяющего одно и то же, как заевшую пластинку.

«О, что это, большой парень?» — ухмыльнулся его брат. «Собираешься ударить меня?»

«Эй», — позвал Лукас. «Я вот думаю… что ты такое? Зачем ты всё это делаешь?» — Он наклонился, всматриваясь в те квадратные глаза. «Что ты получаешь от этих кошмаров? Это просто способ нас измотать? Разве ты не должен как-то соблазнять меня? Тогда к чему всё это? Я не представляю особой ценности как цель, полагаю?» — Он замолчал на мгновение, ожидая ответа. «Или ты просто выжидаешь?»

Пока его брат просто продолжал ухмыляться ему, Лукас протянул руку к его груди и оттолкнул его. Его брат внезапно обмяк и рухнул на землю с влажным, гнилым стуком. Живой, дышащий образ его брата внезапно сменился трупом — под ним расползались в разные стороны опасливые личинки и прочие насекомые.

Лукас побледнел. «Я бы сказал, что это будет преследовать меня в кошмарах, но, кажется, для этого уже слишком поздно, да?» — Снова вздохнув, он опустился на колени, внимательнее разглядывая лицо брата. «Эй, — пробормотал он. — Ты, кажется, знаешь обо мне всё. Как?» — продолжал он подначивать, пытаясь вытянуть хоть какой-то ответ из загадочной сущности. — «Ты читаешь мои мысли? Разве это не должно быть невозможно?»

Долгое время мёртвая форма его брата оставалась бесстрастной. И затем, мгновение спустя, его рот расплылся в тошнотворной, гнилой ухмылке. «В этом и дело Кошмаров… мой дорогой Лукас… — он произнёс чужим, странным голосом, его пустые глазницы повернулись, чтобы пронзить душу Лукаса. — Я даже не знаю, что ты существуешь».

Лукас проснулся с криком.

Двухъярусная койка, которая была ему откровенно мала, затряслась от его движений, потревожив сон раненого бойца наверху. Вторая двухъярусная кровать в другом конце крошечной комнаты оставалась неподвижной, так как двое мужчин в ней спали как убитые, уже давно привыкшие к тому, что другие просыпаются с воплем.

Сделав глубокий, дрожащий вдох, Лукас вцепился руками в тонкие простыни. «Что это было…?» — Нервно оглядев комнату, он словно ожидал, что что-то выползет из-под одной из коек. Что именно со мной только что говорило?

Я даже не знаю, что ты существуешь…

Он нахмурился, услышав эти слова. Долгое мгновение ему казалось, что он наткнулся на ценную информацию. Но эти слова ничего не значили для него, даже если и казались важными.

Он почувствовал, что его челюсти сжаты так сильно, что он едва мог разжать рот. Он впился в простыни с железной хваткой. Выпустив немного воздуха, застрявшего в груди, он медленно вдохнул, пытаясь успокоиться.

Биение его сердца замедлилось. Напряжение в плечах ослабло. У него была работа. Пора было вставать.

Выспавшись, он выполз из маленькой койки. Его торс демонстрировал множество шрамов, заработанных за месяцы боёв. К счастью, вокруг ещё оставалось достаточно целителей, так как их охраняли как бесценное сокровище. Иначе некоторые из полученных им ударов могли бы навсегда вывести его из строя.

Один из трёх других мужчин в комнате простонал во сне. Лукас мельком взглянул на него и увидел, что тот туго замотан в пропитанные кровью бинты. Кто-то должен проверить его, — с безразличием осознал он, выходя из комнаты.

Едва он распахнул металлическую дверь своей барачной комнаты, как его оглушил звук бегущих туда-сюда бойцов, случайные приказы, раздававшиеся по коридору. Это было обычным зрелищем. Когда-то разрозненные наёмники и прочие бойцы давно уже были объединены и организованы в армию.

Угроза смерти в пастях тех мерзких тварей была более чем достаточным аргументом, чтобы заставить подчиняться даже самых упрямых вольных стрелков.

Заметив уставшего на вид медика — пожилую женщину, курившую сигарету в ожидании чрезвычайной ситуации среди выздоравливающих, — он подошёл и коснулся её плеча. «Комната 152, — безжизненно произнёс он. — Сильное кровотечение, возможен бред».

Она цокнула языком, швырнула сигарету на пол и яростно растоптала её. «Две сраные минуты». — Она ринулась в направлении его комнаты. — «Не могу выкроить себе и двух сраных минут». — Прорычав нечто среднее между рыком и ругательством в адрес мужчины, преградившего ей путь, она скрылась за поворотом коридора.

Лукас покачал головой и продолжил путь.

Он направился в столовую, где ему выдали большую порцию баланды. Ну, это было «рагу», сваренное из мяса неизвестного происхождения и того, что поставщики могли раздобыть своими грязными ручонками. Сделав глоток, он почувствовал во рту привычную горечь пищевых таблеток, хотя и не такую сильную, как обычно. Хотя они и портили вкус рагу, они были самой питательной вещью в нём. И, похоже, запасы города подходили к концу.

С завтраком, тяжело лежавшим в желудке, он поднялся и направился обратно в коридор.

Пробравшись через толпу суетящихся бойцов, Лукас вошёл в раздевалку, быстро нашёл свой шкафчик и открыл его ключом, который хранил в кольце на своём пальце.

Некогда великолепные доспехи покрылись множеством царапин и были не раз отремонтированы. Зачарования, к счастью, всё ещё работали, но они слабели по мере накопления повреждений. Он медленно надевал доспехи, один потрёпанный кусок за другим, и наконец натянул шлем на голову.

Это было странное чувство. В тот момент, когда забрало опустилось, все его сомнения и проблемы будто исчезали. Сны, воспоминания, будущее. Всё становилось не более чем фоновым шумом. Он слышал собственное дыхание внутри шлема, чувствовал его тепло.

Последним движением он снял свою зазубренную алебарду со стойки и осторожно прижал её к телу, чтобы случайно никого не задеть. Он выбежал наружу, оказавшись прямо за башней и стеной, которые хранили их всех в живых. Сделав глубокий вдох, он ринулся к воротам, ведущим наружу, и встал в строй.

Выход в стене представлял собой узкий коридор, и он был вынужден идти, пригнув голову. Он слышал эхо множества шагов впереди и позади себя, тяжёлое дыхание, стоны и шёпот его товарищей по оружию сливались в монотонный гул, пока они все медленно продвигались к свету в конце туннеля.

И вот он наконец снаружи.

«Сдержите их!» — проскрипел низкий голос, в то время как небольшая орда белых, размером с собаку, чудовищ с восемью лапами и челюстями-присосками вместо морды атаковала авангард.

Запах горелой плоти, звук металла, сталкивающегося с зубами и костью, свист снарядов, огненные взрывы, вид красочных вспышек огня и света, заливающих поле боя и уничтожающих тварей — он замер на долгое мгновение, впитывая всё это.

И затем, с боевым кличем, он ринулся в атаку.

«Дрейк здесь!» — крикнул кто-то. — «Поддержка!»

Тяжелобронированный мужчина, практически покрытый металлической оболочкой для максимальной возможной защиты, перехватил Лукаса и, хлопнув его по спине, наделил его Благословением.

Священная эссенция разлилась по телу Лукаса, наполняя его экстазом, медленно преобразуясь в физическую мощь. Его мышцы натянулись, и с новым рёвом он перепрыгнул через переднюю линию, обрушив алебарду на спину особенно крупного монстра и сокрушив его позвоночник.

Эфир покинул погибшую форму твари и устремился в тело Лукаса. Часть его преобразовалась в эссенцию, восполнив те несколько процентов, которые не успели восстановиться за пару часов сна. Часть слилась с его скрытой аурой, окрашивая её в другой оттенок красного, подпитывая силу его предстоящего вознесения. А остальное было потеряно, так как он уже давно достиг пика первой звезды, которая клокотала, ожидая, когда он наконец сочтёт свой рост достаточным для продолжения пути.

Уже много месяцев, как внутри, так и снаружи, жизнь Лукаса была зоной боевых действий. И он был Лукасом, а не Дрейком. Это было имя, данное ему при рождении, и это было имя, которым он всегда называл себя, кем бы он ни притворялся для других.

С диким криком он снова взмахнул своей алебардой, усиленной Тектоническим Ударом первой стадии. Тварь, которая уже неслась на него, получила удар в шею. Сродство земли было простейшим из всех сродств. И Тектонический Удар, возможно, и был простейшей способностью в мире. Всё, что она делала, — это добавляла инерции тому, чем пользователь размахивал. И это работало очень, очень хорошо.

Относительно лёгкий наконечник алебарды обрушился с весом нескольких кувалд, вгрызаясь в шею существа, скорее дробя, чем разрезая, пока практически не оторвал голову от плеч, разбрызгивая вокруг фонтан крови и внутренностей.

Несколько солдат воодушевились, присоединившись к нему, вонзая копья и размахивая мечами, вбивая кирки в слабые места и молоты в кости. Лукас раскрутил свою алебарду, перевернул её на шипованую сторону и всадил её в голову другого монстра, затем, выдернув, ткнул остриём в глотку второго, и затем снова разрубил бок третьего.

Долгое время после получения своего нового тела Лукас пытался примириться с тем, кем он вообще был. С тем, кем он был всю свою жизнь.

Пока те ненормальные монстры по имени Фредди и София едва замечали его, он сражался как одержимый, выходя далеко за пределы возможностей обычного одно-звёздного. Много раз он чувствовал, что с ним нянчатся. Будь то наёмники или та невероятно талантливая манипуляторша плотью, они относились к нему как к тому, за кем нужно присматривать, как за младенцем.

И часто это было недалеко от истины. Без исцеления той женщины он не смог бы продержаться долго.

Это разочарование чуть не свело его с ума.

Вскоре он обнаружил, что экспериментирует с Сотней Мокрых Адов, причём одолженная у Фредди ткань кардинально помогла ему адаптироваться. Сначала боль была невыносимой. Но он прорвался через неё. То же самое и с Каменной Кожей. Пеллеты из камня, врезавшиеся в его чувствительную кожу, заставляли его вздрагивать и хныкать. Теперь он мог использовать способность без единого звука.

Они снова не заметили этого, но по мере продолжения боёв Лукасу всё реже и реже требовалось лечение или спасение из беды.

Затем, совершенно внезапно, их группа распалась. Он остался один. Сначала он боялся. В конце концов, несмотря ни на что, он был всего лишь одно-звёздным. Он был едва ли взрослым. И его бросали на передовую войну.

«Мутант! Отходим!»

Лукас развернулся, заметив розововолосое существо за секунду. Оно было намного больше своих собратьев размером с собаку, почти достигая размеров кареты, и явно превосходило их как минимум на одну звезду, а может, даже и на две. Он наблюдал, как оно без усилий отряхивает болт баллисты, пока его круговая пасть расширялась, издавая пронзительный визг.

Сделав глубокий вдох, он крепче сжал древко алебарды. Он принял низкую стойку, отведя алебарду назад.

Из-за своей скорости он не был поклонником Пучин Бездны. Из-за упора на алебарду, Струящаяся Река ему была не очень нужна. Без таланта к манипуляции эссенцией, он не мог создать технику закалки Гидравлической Жидкости.

У него оставалось всего несколько вариантов. И из всех них выделялся лишь один. Тот, который большинство людей считало безумным, возможно, даже более безумным, чем Сотня Мокрых Адов.

Он ясно ощущал каналы спинномозговой жидкости, текущие через его центральную нервную систему, транспортирующие питательные вещества и вымывающие примеси. С мысленной командой он активировал Цереброспинальный Вихрь.

Его руки дёрнулись. Всё его тело словно загорелось, когда он широко раскрыл глаза, его восприятие ускорилось до такой степени, что казалось, будто мир почти остановился.

С громким рыком он ринулся вперёд с Гидравлическим Напряжением, атакуя массивное существо.

Оно заметило его. Мгновением позже он увидел, как центр его тела вспыхнул светом трёх звёзд. Его круговая пасть завертелась, как пила, когда она раскрылась, выпуская в его сторону щупальца плоти, пытаясь связать его и поглотить. Он видел каждое из них, то, как они пульсировали и извивались, приближаясь быстрее, чем он мог увернуться.

С диким рыком он взмахнул алебардой, срезая те, что были ближе всего, и в мгновение ока проложил путь вперёд. Прежде чем оно успело среагировать, он пригнул свою громоздкую форму и проскочил под его атакой, пронеся лезвие-топор алебарды, усиленное Гидравлическим Напряжением и Тектоническим Ударом, по шее существа, оставляя глубокую рану.

Существо дёрнулось, оттягивая свой языкоподобный придаток назад, но прежде чем оно успело переориентировать их в атаку, он рассек его переднюю левую ногу. Оно выстрелило массой плоти прямо в него, но с нечеловеческой скоростью реакции он изогнулся, уворачиваясь, и уже заносил шип алебарды в глаз существа.

Одна атака сменяла другую, он буквально в последний момент избегал смерти, контратакуя, оказывая давление на монстра и позволяя лучникам наносить ему урон. С его сродством к жизни, оно, казалось, могло исцелять от чего угодно, но подобное восстановление было слишком поверхностным, чтобы помочь ему успевать, как бы оно ни притворялось неуязвимым.

В какой-то момент оно наконец решило, что находится в слишком большой опасности, и с рыком развернулось на оставшихся семи конечностях, чтобы бежать.

Присев, Лукас активировал Гидравлическое Напряжение. Его мощные ноги раздулись, как водяные шары, и в следующий миг он уже летел по воздуху. Он опустил алебарду вниз, поставил правую ногу на обух топора и, с ещё одним Тектоническим Ударом, вогнал наконечник копья глубоко в позвоночник существа.

Оно издало отвратительный, истошный визг, рухнув на землю, и Лукас дёрнул за древко, полностью сломав его позвоночник, прежде чем вытащить своё оружие. Снова, под кровавым душем, он принял поток эфира и свою долю в 1% эссенции, закрыв глаза и вдыхая её.

Все его тревоги были смыты, сомнения и все трудности исчезли, словно их никогда и не было.

Кто такой Лукас Блэк?

Честно? Он был сраным лузером. Сопливым, неблагодарным говнюком. Кем-то, кто ненавидел себя до самого основания.

Но глядя на себя сейчас, даже если он всё ещё чувствовал себя мошенником, самозванцем, он сжал кулак, горя желанием сделать данную ему силу своей собственной. Действительно, без помощи других, особенно Фредди и Софии, он был бы ничем. Но с самобичеванием покончено. То, что ему помогли, не значит, что он не может гордиться тем, что совершил собственными руками.

Кто такой Лукас Блэк?

Честно? В некоторые дни он сам не знал.

Но он точно знал, кем он хочет стать.

В его мысленном взоре промелькнул образ брата, издевающегося над ним каждую ночь, заставляя его стиснуть зубы.

Он знал, кем он больше не хочет быть. Он знал, что хочет измениться.

Только тогда он заметил ликующие и восторженные крики других бойцов первой линии, бремя надвигающейся волны стало намного меньше с устранением большого монстра из боя. Ухмыляясь, он спрыгнул с мёртвого тела и вернулся в бойню, его верная старая алебарда была рядом с ним.

Вскоре наступила очередная передышка в натиске, и бойцы первой линии устремились к ближайшим местам, чтобы присесть и отдохнуть, пока была возможность.

Лукас плюхнулся спиной к стене и снял шлем, затем осушил целую флягу с водой. С Водным Телом он испытывал жажду не так быстро, как другие одно-звёздные, но гонка битвы всегда оставляла его пересохшим.

Под своей броней он был чертовски потным. Мельком взглянув на свою эссенцию и поморщившись, увидев, что она ниже 50%, он нехотя расстался с несколькими виспами, чтобы применить Испарение на пот, покрывающий его тело. Это было ключевое умение в холодную погоду, как эта, если он не хотел возвращаться в казармы, чтобы высушиться. Гипотермия была опасна даже для архилюдей.

Его кожа уже начала парить, но когда он использовал способность, его доспехи буквально превратились в машину для тумана на несколько мгновений. Часть этого пара сконденсировалась на его металлических латах и замёрзла в тонкий слой льда. Но даже тогда он почувствовал, как его тело снова начало согреваться, поскольку он перестал терять тепло тела.

Долгое время он сидел там, вдыхая запахи и слушая праздные разговоры. Он медитировал, когда мог, но в этом не было особого смысла. Северный Пояс и так был эфирной пустыней, а с таким количеством людей вокруг ему повезло найти хоть один висп воды или земли, плавающий вокруг. Даже тогда, чтобы забрать его, требовалось обойти дюжину других, пытающихся втянуть его одновременно. Оно просто не стоило того.

Передышка продолжалась какое-то время. Долгое время, действительно. Слишком долгое. Монстров нигде не было видно. Что-то было не так.

«Эй, дружище. Держишься хорошо?» — мальчишеский, весёлый голос прозвучал рядом с Лукасом, выводя его из задумчивости.

Лукас повернулся, заметив трёхзвёздного скаута, который когда-то был частью той же группы, что и он с остальными. «Эрен, — окликнул он. — Давно не виделись».

Хотя он не особо общался ни с кем из своей группы, после ухода из неё он несколько раз натыкался на этого мужчину, и вскоре у них завязалось нечто вроде крепкого знакомства. Хотя и не совсем дружбы.

Людям разных рангов было трудно быть друзьями.

«Ага, — сказал Эрен, садясь рядом с Лукасом. — Клянусь, я никогда не видел, чтобы время текло медленнее, чем сейчас».

Лукас фыркнул. «Ага. Чувствую, будто я уже здесь несколько лет». Пауза. Он посмотрел на полное отсутствие монстров, идущих в их сторону. Это было странно. «Скажи, а сегодня что-то странное, нет?»

Эрен кивнул. «Это первый раз, когда мы видим такую передышку. Я полагаю, должно случиться нечто ужасное. Нечто ужасное всегда происходит в такие моменты».

И словно призванные его словами, с стены над ними прозвучал крик. «Все собраться для получения указаний!»

Вздохнув, Лукас поднял своё оружие и встал. «Нужно же было тебе это сказать, да?»

Эрен притворно обиделся. «Ну, по крайней мере, я не сказал что-то вроде «Может, это наконец-то закончилось?»»

Лукас усмехнулся. «Берегись себя». Он предложил ему ударить кулаками. «Что бы это ни было, я уверен, мы справимся».

Улыбка Эрена стала напряжённой. «Вот это уже похоже на флаг смерти».

Лукас рассмеялся. «Помни, тебя дома ждут жена и дети!»

Эрен аж подпрыгнул. «Ты делаешь только хуже!»

Подливая масла в огонь, Лукас подумал мгновение, прежде чем добавить: «Разве ты не говорил, что твоя жена беременна?»

Эрен заткнул уши. «Лалалала, я тебя не слышу!»

Лукас усмехнулся, помахал рукой и побежал, присоединяясь к толпе собирающихся бойцов. Это были не только те, кто уже был там — даже бойцы, которые спали, были разбужены и теперь проходили через стену, чтобы присоединиться. Что бы ни происходило, это было действительно нехорошо.

Они выстроились в ряд и ждали, пока какой-то трёхзвёздный, которого Лукас никогда не встречал, объяснит ситуацию. Оказалось, что монстры окружают город, причём значительное число из окружающих поселений перенаправляются, чтобы присоединиться к схватке.

Среди защитников не было паники. Даже те, кто ещё пару месяцев назад теряли бы рассудок, просто держали спины прямыми, а лица бесстрастными.

Люди там видели, как умирают другие. Они видели, как кто-то умирает каждый чёртов день. Они были ранены. Они видели ад. Даже их сны не были безопасны от вторжения. Уже давно все присутствующие были готовы к тому, чтобы однажды проснуться, выйти за стены и сложить голову.

Сегодня ничем не отличалось. Если что, в воздухе витало ощущение возбуждения. Это было инстинктивное чувство, и все его ощущали. Чувство завершённости.

Все там это знали. Так или иначе, всё скоро закончится.

Их разделили на команды и выдали дополнительные припасы. Медики хлынули на поле, оказывая лечение всем, кто в нём нуждался, не жалея своей эссенции. Тем, у кого было повреждённое или сломанное оружие, предлагали новое. Даже Лукасу предложили новую алебарду, но, несмотря на сколы на его, он знал, что его зачарованное оружие значительно лучше базового, которое ему предлагали.

В течение получаса все силы защитников были готовы развернуться, как волна по пруду. И именно тогда всё полетело в ад.

Каждое устройство связи загорелось одновременно. Все лидеры засуетились, крики и лихорадочные приказы эхом разносились по их рядам. «Назад! Назад в город!»

Устройство связи Эмили загорелось. Она приняла вызов и просто сказала: «Я же говорила!»

«Что ж, ты была права, — сказал арбитр. — Пожалуйста, не делайте ничего опрометчивого, мисс Умбра. Разведайте обстановку и оставайтесь скрытой. Я буду там как можно скорее».

«Хорошо. Ухожу в тишину!» Она включила трубку и убрала устройство в свое Кольцо Хранения, перепрыгивая с крыши на другую, используя свои волосы в качестве инструмента для захвата, чтобы передвигаться более эффективно.

Для убийцы было мало навыков важнее, чем умение распознать ловушку. И, на её взгляд, кольцо из монстров было самой очевидной диверсией, которую она когда-либо видела. То, что это не произошло раньше, было странно.

Она уже прочесывала город почти полчаса. Сначала она не находила ничего примечательного — и затем, прямо посреди города, близ их единственного, жалкого прохода, в земле разверзлась дыра, и оттуда хлынула немалая орда монстров, затопив улицу криками, будь то крики хищников или их добычи.

Какое-то время она действовала не в своей стихии. Бегать на монстров на открытой местности и сражаться, как какой-то варвар, было не в её стиле. Наконец-то пришло время положиться на её настоящий набор навыков. То, что она умела лучше всего.

Что-то координировало эту атаку.

Пришло время найти, где оно прячется.

И, если возможно… убить его.

Продвинувшись примерно на милю от места прорыва, она проникла в окно, просунув свои теневые волосы через щели и повернув ручку, влезла в пустой, заброшенный офис и прошептала: «Теневой Якорь» в самом тёмном углу, который смогла найти. Мгновением позже тёмная форма сгустилась, приняв смутные очертания её тела, высеченного из кромешной тьмы.

Покончив с этим, она выскользнула обратно на улицу и начала прокладывать путь к месту прорыва.

Вокруг центральной площади, которую заполонили монстры, было несколько зданий. Вместо того, чтобы двигаться к ближайшим, она обнаружила немного более высокий стеклянный небоскрёб примерно в полуквартале от неё и направилась к нему. Несколько минут спустя она была у его основания, с стороны, противоположной площади.

Её руки и ноги стали цвета кромешной тьмы, когда тонкий слой тени окутал их. Затем она начала карабкаться прямо вверх, прыгая на десятки футов за раз, быстро взбираясь на монолит.

Если у тени как у элемента и было какое-то свойство, так это то, что она была… липкой. Она принимала форму густого, стойкого, вязкого тумана, который прилипал к вещам, как клей. Многие глупцы считали, что тени можно формировать в тёмные клинки или твёрдые снаряды, но хотя, возможно, существовали редкие таланты, позволявшие это, это было далеко от того, для чего тени подходили лучше всего.

Добравшись достаточно высоко, близко к самому верху здания, она подвинула волосы и спрятанные в них бритвы, чтобы прорезать круглое отверстие в окне сбоку.

Однако это здание не было пустым. Пока ещё нет. Работники внутри находились в процессе эвакуации. Никто даже не заметил, как она проскользнула с задней стороны, приближаясь к окну на другой стороне, пытаясь рассмотреть источник прорыва поближе.

Она проскользнула за стол в самом углу, прямо рядом с видом вниз, и достала бинокль из своего Кольца Хранения. Она приблизила изображение, глядя через площадь.

Прямо перед центральным проходом в земле зияла массивная воронка диаметром около пятидесяти метров. Монстры извергались из зияющей пасти земли, почти выглядя как разноцветная жидкость с такого расстояния сверху. Челюсть Эмили сжалась при виде этого.

Это был просчитанный ход, и к тому же жестокий. Ведь центральный проход был местом, куда большинство людей должны были эвакуироваться в случае чего-то подобного. Как только она бросила взгляд на упомянутый проход, она заметила нечто, от чего кровь застыла в её жилах.

Двое людей небрежно вышагнули из портала. Кровь, покрывающая их тела, была достаточным доказательством того, что они сделали с рабочими, готовившими эвакуационные камеры внутри.

Из двоих одна была женщиной, которую Эмили ощущала на второй звезде. На ней был комплект чёрной кожаной брони, и она несла двуконечное копьё. Оружие было выковано из двух материалов. Одна половина была из прозрачного кристалла, а другая — из чёрного металла.

Эмили лишь мельком взглянула на женщину, когда та повернулась, чтобы посмотреть на… Него.

Вид «человека», которого она с трудом признавала за человека, заставил её желудок сжаться. Это был мужчина, как она предположила, стоящий без рубашки и босиком, лишь порванные лохмотья, грубо напоминающие штаны, прикрывали его тело. Его кожа была неестественного цвета, конечности вывернуты неправильно, а его лицо… вытянутые черты, словно растянутая глина, были тем, что она никогда не забудет.

Он шёл так, словно едва мог, но, несмотря на его шаткую внешность, он не был беспомощным калекой. Ведь мужчина демонстрировал свои звёзды… все четыре из них, изо всех сил, распространяя свою ауру. Ауру, которая была плотной. Слишком, слишком плотной. Это было чувство, которое Эмили узнала. Ведь она слишком хорошо знала его по тому, как её отец выпускал своё полное присутствие — это была тяжесть двух талантов, покоящихся в одной душе.

Но это ощущалось… иначе. Это было похоже на взгляд на контейнер, лопающийся по швам. Это чувствовалось неправильным. Её взгляд скользнул обратно к искривлённому телу мужчины, его отвратительная форма слишком соответствовала неправильности его присутствия.

Её брови взметнулись вверх, когда она соединила факты.

Что бы ни было сделано с этим мужчиной, чтобы довести его до такого уровня силы, это явно было впихнуто в него насильно, вытолкнув его далеко за пределы того, что его душа — и тело — могли выдержать. Он был подобен мерцающей свече, едва держащейся за своё увядающее существование, и всё же он горел слишком ярко, со всей яростью бушующего лесного пожара.

Если бы она была щедра, она оценила, что он мог прожить, возможно, ещё год, прежде чем побочные эффекты того, что он сделал, настигнут его. Худшим было то, что такое не могло быть сделано с ним насильно. Он согласился на это. «Чёкнутый…» — прошептала она под нос.

Она наблюдала, как он обменялся несколькими словами с женщиной, стоявшей рядом с ним, и затем мужчина наклонил голову, оглядываясь, словно заметил что-то.

Хватка Эмили на бинокле усилилась. «Не может быть…»

Внезапно искалеченная голова мужчина резко повернулась прямо в её направлении, его квадратные зрачки были единственным, что на его лице хотя бы отдалённо напоминало обычную форму. И искажённая ухмылка чистейшего зла расползлась по его лицу, когда его деформированные ноги согнулись, и он наклонился вперёд.

«Теневой Обмен!» — панически крикнула Эмили, и в мгновение ока она оказалась в здании, где спрятала тень, пот залил всё её тело, дыхание стало тяжёлым.

Половина её общих запасов эссенции — примерно 100% эссенции — была унесена способностью духа. Несмотря на то, что это оставило её с менее чем четвертью общих запасов, всё равно это была невероятно дешёвая цена за её жизнь. Но…

Она подошла к окну, взглянув на здание, из которого только что телепортировалась. Её челюсть отвисла при виде пыли, клубящейся из разбитых окон на этаже, с которого она только что сбежала. В следующий момент массивные трещины побежали по сторонам стеклянного здания. Ещё мгновением позже она с ужасом наблюдала, как здание начало рушиться, увлекая за собой всё ещё эвакуирующихся работников.

Долгое мгновение она просто стояла там, её разум не успевал осознать то, что она видела. Это было плохо. Ужасно. Гораздо хуже самого худшего сценария, который кто-либо мог предсказать. Ведь был только один человек, подходящий под описание мужчины, который только что чуть не убил её — это был Нахар Крэйвен. Человек, стоящий за всем этим вторжением.

Она нащупала своё устройство связи и позвонила адъюдикатору.

«Есть проблема?» — спросил он.

«Большая. Нахар Крэйвен здесь. Имперские палачи охотятся на отвлекающий манёвр».

Арбитр молчал долгое мгновение. «Насколько силён?»

Она стиснула зубы при воспоминании о тяжести его ауры. «Слишком силён. Четыре звезды, двойной талант. Я только что видела, как он запрыгнул на верхушку здания без способности».

«Благодарю за информацию, мисс Умбра, — сказал арбитр. — Тишина снова воцарилась, и она услышала тихий вздох, доносящийся от мужчины. — Я посмотрю, что можно сделать. Что касается вас… Я настоятельно советую вам эвакуироваться».

Она сделала дрожащий вдох, всё ещё потрясённая увиденным.

Даже среди четырёхзвёздных существ была значительная разница в силе. То, что четырёхзвёздный был всего лишь адъюдикатором — да ещё в небольшом городе в регионе вроде Северного Пояса — означало, что он, вероятно, был одним из низших рангов среди имперских четырёхзвёздных.

Из уважения она не хотела списывать его со счетов сразу. Но если только его опыт не сократит разрыв… скорее всего, он не выиграет этот бой. «Понимаю. Удачи». И на этом связь прервалась.

Её рука бессильно упала вдоль тела, из её губ вырвался прерывистый вздох. Тишину вокруг неё нарушали лишь отдалённые крики монстров, преследующих мирных жителей по улицам.

«Полагаю, в конечном счёте, это была пустая трата времени…» — Развернувшись на каблуке, она направилась к окну. Но мгновением позже она остановилась, прикусив губу.

Это был первый раз в её жизни, когда она участвовала в чём-то подобном. Перед тем как приехать, ей сообщили, что подобные вторжения часто проваливаются, и что она должна быть готова сбежать, если такое случится. Она думала, что понимает, во что ввязывается.

Подняв руку, она вытерла кровь, стекающую с подбородка, и наконец вспомнила, что нужно расслабить челюсть, освободив губу от пронзающей хватки зубов.

Скорее всего, все в этом городе были мертвы, за исключением тех немногих счастливчиков, кому повезло выжить и сбежать за пределы кольца монстров, ожидающего снаружи города.

Оказавшись на грани катастрофы, провал обороны ощущался слишком личным. Внезапное, глубокое спокойствие охватило её, когда годы тренировок наконец-то нашли опору в хаосе её разума.

Она была убийцей. А убийце нужно только три вещи — цель… оружие…

И возможность.

Она заметила кровоточащего, скелетообразного гиганта, который теперь заглядывал за высокие укрепления внешней стены, заглядывая в город.

Всё ещё не закончилось. Ещё нет.

Её присутствие, казалось, растворилось в ничто, когда тени покрыли её форму. Она застегнула браслет на левом запястье, и после этого она казалась неотличимой от смертного даже для ауры четырёхзвёздного, как Нахар. Эффект продлится всего около часа. Если за это время ничего не произойдёт, она сбежит.

А если она получит возможность, которую ищет… Она усмехнулась. «О, папа был бы так зол, если бы знал, что я собираюсь попытаться…»

Одна сторона визжала, шипела, рычала, лаяла и кричала. Монстры, собравшиеся в круг вокруг города, держали свою позицию. Или по крайней мере пытались.

Но с другой стороны, жутко тихий рой нежити с клинками вместо рук, оптимизированной для коротких жизней ужасающего насилия, мчался вперёд, не заботясь о своём выживании, ставя смерти своих целей выше всего прочего.

Все, кроме самых крупных монстров, не смогли удержать свои позиции.

Одна из нежити стояла в стороне, молча наблюдая за резнёй с вершины недалёкого холма. Внезапно её спина разошлась, как костюм из плоти, и оттуда вышла обнажённая женщина, освобождаясь от своего мясного камуфляжа. Её тело было ближе к мужскому, чем к женскому, с худым, мускулистым телосложением, широкими плечами и узкими бёдрами.

Оглядев себя, замёрзшую, окровавленную и голую на снегу, она вздохнула. На мгновение она оценила всю абсурдность ситуации. «Я становлюсь слишком привычной к отвратительным вещам». Проглотив дальнейшие жалобы, она достала одежду из своего кольца и начала одеваться.

София была чертовски уставшей от всей этой ситуации. Честно говоря, она чувствовала, что медленно сходит с ума.

Конечно, она делала это, чтобы защитить людей, и ценности, вбитые в неё за всю её жизнь, говорили ей, что она поступает правильно, даже если её методы были… слишком причудливыми.

Но хотя её воспитание всё ещё сильно влияло на её решения, она не совсем сходилась во взглядах с путями людей, которых она когда-то называла семьёй. И пока она проводила дни в одиночестве, прячась внутри тел нежити-монстров, проводя ужасающие эксперименты, видя воочию, сколько террора она может обрушить на мир, если захочет… она не совсем чувствовала, что идёт по правильному пути.

Стоя на холме, она наблюдала за хаосом внизу, глядя на него с оцепеневшим выражением лица.

Нежить, которую она создавала, была далека от лучшего, что она могла сделать. Их ёмкость эссенции была довольно низкой. На самом деле, многие из них поднялись на одну звезду, две и даже три. Но даже будучи четырёхзвёздными, они были по силе лишь на уровне достаточно компетентного двухзвёздного архичеловека.

И всё же она с напряжённым взглядом наблюдала, как они с ужасающей лёгкостью прорываются сквозь орду монстров, их когти, покрытые миазмами, сгнивают плоть с каждым взмахом. Они получали множество атак, и всё же, казалось, ничто не могло их остановить.

Что бы она могла создать, реши она отбросить свои моральные ценности?

Широко раскрыв глаза, она представила многочисленные улучшения, малые и большие, которые она могла бы даровать своим творениям. Могла бы она положить конец всей этой заварушке, если бы решила? Смогла бы она даже контролировать такую силу, если бы действительно выложилась по полной?

Она с содроганием закрыла глаза и покачала головой. Подняв руку, она извлекла из неё кристалл связи. По какой-то причине монстры собирались в круг вокруг города, и она хотела знать, что происходит.

Однако кристалл совершенно не отвечал. Никто не поднимал трубку. Она нахмурилась. Медленно она повернулась лицом к направлению города. Её глаза расширились, когда она увидела слишком знакомое зрелище — облако розового цвета, парящее над городом.

Вид жизненной силы. Человеческой жизненной силы.

Ей потребовалось всего мгновение, чтобы снова проскользнуть в голема из плоти. Она развернулась и побежала прямо к городу без малейшей паузы, оставив орды позади.

Арбитр вздохнул, положив свой кристалл связи. Из его губ вырвался пустой усмешку. «Я не могу остановить его сам, — констатировал он, разговаривая сам с собой в пустом офисе. — После ещё одного мгновения колебания, бутылка виски появилась из его Кольца Хранения, и он сделал глубокий глоток, прежде чем швырнуть бутылку на пол, позволив ей разбиться и пролить алкогольный напиток по всему паркетному полу.

Юридически говоря, как адъюдикатору, ему нужно было делать удивительно мало вещей. Но эти немногие обязательства высасывали всю радость из любых привилегий, которые предоставлял его пост.

Юридически говоря, он не обязан был останавливать Нахара.

Но… он обязан был попытаться.

Если бы он полностью отказался от своих обязанностей, его осудили бы за измену. Но даже вялая попытка столкнёт его с угрозой, с которой, как он знал, он не способен справиться.

Сегодня вполне может быть день, когда он умрёт.

Тем не менее, он собрался с духом и вышел из офиса в коридоры башни, мысли о бегстве от долга быстро отступили.

Правда, если бы ему каким-то образом удалось преуспеть сегодня, он, вероятно, столкнулся бы с повышением, не похожим ни на что, о чём он мечтал. Чёрт, даже скрытая аура успеха могла бы подтолкнуть его достаточно, чтобы дать ему право на получение небольшого феода где-нибудь в империи, наконец положив конец пытке жить здесь, в этом аду.

Но даже это было не причиной, по которой он держал голову высоко, выходя на улицу.

Во многом он был бесчестным человеком. Этого он не мог отрицать. Он много раз закрывал глаза на несправедливости в течение своей карьеры и даже наживался на широко распространённой жестокости этого региона.

В конце концов, однако, у него всё же была черта, которую он не переступал.

Когда он только начинал свою карьеру арбитра, он был озлоблен, подавлен и безнадёжен. Он так усердно трудился, чтобы достичь четвёртой звезды, и что он получил взамен? Неблагодарную, бездушную работу с меньшими удобствами, чем те, что он имел на пике третьей звезды. Такова была участь таких, как он, кто полагался на деньги и множество сокровищ, чтобы продолжать прогрессировать. Он не был достаточно силён, чтобы стать Лордом.

Но годы работы по поддержанию порядка дали ему цель, которую он никогда не ожидал обрести.

Для тех, кто решал обнажить клыки против империи, он был судьёй, присяжными и палачом. Полностью наделённый силой буквой закона и властью самой императрицы Кайи, он стоял на передовой, спиной к порядку, а его яростный взор был устремлён на хаос.

Он был имперским арбитром — для всех злодеев в регионе под его началом он был самой дланью закона.

Он ворвался в дверь раздевалки.

Минуту спустя он вышел обратно, облачённый в свою официальную униформу, ту, что предназначена для моментов, определяющих его карьеру. Золотая маска с суровым вырезанным лицом. Белый парик. Чёрный костюм.

Благодаря четырёхзвёздной инкрустации из ценекита, его доспехи в форме костюма и маска были одними из самых качественных предметов экипировки, доступных кому-либо в империи.

Перекинув свою верную проклятую лопату через плечо, он поднялся на вершину башни. Там он вошёл в карету, где уже ждал возничий. Он шагнул внутрь, и они поднялись в воздух, быстро оказавшись над центральной площадью.

Он посмотрел вниз на остатки обрушившегося здания, чувствуя обширную, бурлящую ауру искажённой четырёхзвёздной души, сияющей внутри. И затем, без тени колебаний, он прыгнул вниз.

Его падение было стремительным. За несколько секунд он приземлился, даже не утруждая себя согнуть ноги, от его приземления поднялось небольшое облако пыли. Чары на его ботинках и костюме вспыхнули на мгновение, поглотив удар, но потраченная эссенция была быстро восстановлена благодаря четырёхзвёздной инкрустации, питавшей их.

Опираясь на лопату, он уставился на груду обломков, которая внезапно взорвалась, разбросав армированный бетон веером вокруг эпицентра. Из дыры выполз человек с изуродованным, деформированным телом, его кожа была покрыта пятнами неестественного цвета, а вытянутое лицо было искажено во что-то едва ли человеческое.

«Нахар Крэйвен», — позвал арбитр.

Искажённая фигура повернулась к нему с ухмылкой. «Кто зовёт?»

Подняв лопату за древко, арбитр направил её на свою цель, его аура вспыхнула, излучая всё его присутствие. «Ты виновен в измене и заговоре против империи. По указу Совета Имперских Арбитров ты приговорён к смерти». Кристалл зелёного миазма сформировался на кончике его лопаты. «Готовься умереть».

Ловушки, скрытые в лесу, не особо разбирались между монстрами и людьми. Безопасные пути были помечены, а карты с их обозначением распространялись среди всех защитников. Но безопасный маршрут был извилист. Он был просто недостаточно быстрым.

Фредди прошёл напролом через опасные зоны. Взрывы, ядовитые газы, капканы, острые проволоки, скрытые стрелы — он подвергся множеству смертельных атак. Благодаря комбинации его доспехов и Чешуи Багрового Дракона под ними, он отмахнулся от большей части опасности, но это всё же немного замедлило его, заставив прибыть на драгоценные минуты позже, чем он мог бы.

«Кровопролитие!» — крикнул он массивному скелету, который опустил руку, чтобы тот мог взобраться на неё.

Его подняли над стеной, откуда он мог видеть хаос внутри. Это зрелище заставило его горло сжаться, а желудок уйти в пятки.

Что бы ни контролировало монстров, у этого не было абсолютной власти над ними — некоторые из сильнейших, казалось, сохраняли некоторую самостоятельность и «бунтовали», несмотря на возможную лучшую для них стратегию. Некоторые из туповатых, вроде големов, просто не реагировали на сложные команды. А умные часто упрямо придерживались того, что сами хотели делать.

Но был определённый золотой диапазон силы и интеллекта, который позволял им применять сложные стратегии. Например, медленно прорываться под городом, пока они в конце концов не достигнут местного прохода, а затем проделать дыру и хлынуть наружу.

Как густой рой муравьёв, монстры были повсюду в городе.

Даже с его точки обзора он не видел никого сильнее слабого двухзвёздного человека. Но и этого было более чем достаточно.

С оцепеневшей паникой Фредди окинул взглядом город, заметив бесчисленное множество людей, которых убивали. Монстры врывались в окна, вытаскивая мужчин, женщин, детей —

Он снял маску, чтобы его вырвало, его дыхание было поверхностным и учащённым.

«Всё кончено…» — пробормотал он, не в силах заставить себя поднять глаза и смотреть на катастрофу.

Мастер… — Кровопролитие обратилось к нему прямо в разум. — Взгляни внимательнее.

Он поднял голову, глядя в направлении, куда указывал Кровопролитие.

Там были очаги сопротивления, где защитники отбивались, позволяя небольшой части горожан пробиваться к стене. Желудок Фредди сжался при мысли о кольце окружения из монстров. «Так вот почему…?» Было сомнительно, выживет ли кто-нибудь из сбежавших из города.

Но это ещё не было концом.

Внезапно одно из более высоких зданий рядом с площадью начало рушиться. Даже среди абсолютного потока безумия, переполнявшего чувства Фредди, обрушение здания выделялось как пылающий маяк сумасшествия. «Что, чёрт возьми, это такое…?»

Неужели это…

Фредди натянул маску обратно на лицо и глубоко вдохнул. На него снизошло спокойствие, пока он всё осмысливал. Даже со всей своей силой он не мог сильно изменить ситуацию против этого потока. Не без того, чтобы не погубить множество мирных жителей в качестве сопутствующего ущерба. Его мысли пронеслись вихрем, и, видя, как ему не хватает времени, он принял быстрое решение. «Разрушь стену прямо здесь, Кровопролитие», — приказал он.

Скелет послушался. Он держал Фредди одной рукой, в то время как две руки на другой стороне отклонились назад. Мгновение спустя оглушительный грохот потряс мир. Отдача от взмаха едва не сбросила Фредди с руки, но ему удалось удержаться.

Звуки рушащихся обломков эхом прокатились по городу, на мгновение заглушив крики. И затем всё стихло. Когда облако пыли рассеялся, открылся проход сквозь стену.

«Хорошо, — сказал он. — Теперь рассеивай как можно больше кровавого тумана. Чем больше монстров ты сможешь привлечь сюда, тем лучше».

А что насчёт тебя, Мастер? — спросил скелет, глаза под капюшоном на мгновение вспыхнули ярче.

Было одно место, где он был нужен больше, чем где-либо ещё.

Краткая вспышка безумия привлекла его внимание, когда он увидел парящую карету, остановившуюся над тем местом, где обрушилось здание. Мгновение спустя оттуда прыгнула вниз фигура. «Арбитр…» — пробормотал Фредди.

Судя по краткой вспышке безумия, этот человек только что совершил нечто безумное. Это могло означать только одно — то, с чем он собрался сражаться, было могущественным. Достаточно, чтобы поставить его победу — и саму жизнь — под вопрос.

У Фредди было ужасное предчувствие по этому поводу.

На мгновение он подумал, не стоит ли позволить Кровопролитию рассеяться, а затем призвать его снова. Но это было бесполезно. Ему потребовалось бы заново собрать необходимую для жертвоприношения кровь. К тому времени, как он наберёт достаточно, чтобы Кровопролитие стало достаточно сильным, чтобы помочь, всё уже будет кончено, так или иначе. Кроме того, лучше было позволить ему оттянуть часть монстров от мирных жителей.

И пока он это делал, он мог снабжать Фредди нечеловеческим количеством исцеления. Этого должно было хватить.

Он посмотрел обратно на обрушившееся здание в центре города и на арбитра, который только что приземлился. Одно было очевидно. Человеку нужна помощь. «Кровопролитие, — позвал Фредди. — Брось меня туда».

Вместо того чтобы оспорить абсурдную просьбу, Кровопролитие просто кивнуло и оттянуло руку назад.

Фредди проверил себя. Он заново сотворил Кастет Клинок на правой руке и двойные звёздные Ужасающие Кастеты на левой, отвратительные шипы сформировали мерзкий отросток на его пальцах, его обещание боли нашёптывая безумие ветру. Он восстановил свои Щиты Багрового Крыла — с двойными звёздами — чтобы убедиться, что у него есть два заряда блокирующей функции.

Его тело уже было покрыто Чешуёй Багрового Дракона, но она была немного повреждена всеми ловушками, в которые он врезался. Он ненадолго активировал регенеративную подфункцию способности, позволив небольшим царапинам полностью зажить. Всё это заняло чуть меньше четверти его эссенции. Пока Кровопролитие устраивало малый геноцид монстров у стены, ему не нужно было беспокоиться о истощении эссенции.

Но он подвергался серьёзному риску погрузиться в тяжёлое превышение дозы рефлюксной эссенции. Что бы он ни собирался сражать, он знал, что не может сдерживаться. Если так нужно, значит так тому и быть. Исцеление от Кровопролития будет достаточно, чтобы сохранить ему жизнь. Возможно.

Он извлек одну из таблеток защиты разума из своего Кольца Хранения, приподняв маску, чтобы проглотить её. Ему нужно было защитить мозг, потому что если он пострадает, он подвергнется серьёзному риску потерять часть себя, даже если исцелит повреждение. Будь то его воспоминания или даже личность, повреждение мозга могло привести к постоянному вреду. Этим нельзя было пренебрегать.

«Искажённый Маятник», — пробормотал Фредди, активируя свою духовную способность. На этом он завершил последние приготовления. «Я готов».

Удачи, Мастер.

В следующее мгновение его отбросило с невероятной скоростью, штрафная часть Искажённого Маятника создавала иллюзию, что он летит вдвое быстрее, чем на самом деле. Его полёт над городом был коротким и турбулентным, учитывая, что он вращался в воздухе по пути туда.

Прицел Кровопролития был не идеален, и в итоге Фредди врезался в стену здания. Даже с его выносливостью он сломал несколько костей.

Прости, Мастер, — сказало Кровопролитие, опуская руку и убивая десятки монстров, посылая ему поток вампиризма, достаточный, чтобы устранить повреждения ещё до того, как он врезался в дорогу ниже.

Едва приземлившись, он вскочил на ноги, сотворив Кровавого Мстителя. Его окружали многочисленные монстры, но с его полной аурой ни у одного не хватило смелости броситься на него.

Поскольку они были слишком слабы, чтобы даже отвлекать его, он поднял взгляд, устремив его на облако пыли. Внутри него громкие удары звучали каждую секунду, а несколько яростных вспышек зелёного света, подобных молниям в буре, освещали округу.

Бой там, — подумал он, когда штрафная часть Искажённого Маятника закончилась, и время для него ускорилось.

И как раз вовремя, потому что в следующий момент женщина в чёрной кожаной броне, с двумя копьями в руках, появилась прямо из-за крупного монстра перед ним и бросилась на него с невероятной скоростью, нанося удар наполовину кристальным, наполовину металлическим копьём в точку прямо под подбородком, целясь в мозг — прежде чем он успел среагировать, удар пришёлся стороной с кристаллом и пронзил насквозь, лишь ненадолго замедленный его Чешуёй Багрового Дракона.

Какого чёрта!?

Его разум закружился, пока он спешил среагировать, и даже с замедленным вдвое временем он едва успел схватить копьё, прежде чем оно достигло мозга.

Он сжал его с двойным звёздным Гидравлическим Напряжением, едва остановив атаку, которая могла бы покончить с ним тут же. Он почувствовал, как кристаллы выросли в тонкие, острые шипы, которые глубоко вонзились в окружающую кость, насильно закрепив копьё на месте, прежде чем он смог его вытащить. Несмотря на испытываемую им огромную агонию, ему удалось сохранить самообладание, вырвав копьё из хватки женщины и пнув в её направлении, чтобы заставить её отступить, бросив одно из своих копий.

Квадратные глаза нападавшей сузились на нём, когда она продолжила, замахнувшись своим вторым оружием на него справа, но на этот раз он среагировал и заблокировал его щитом на предплечье, нанося ответный удар другой рукой с помощью кастет-клинка, прежде чем отпрыгнуть назад, чтобы создать дистанцию между ними.

Она отступила как раз вовремя, чтобы избежать контратаки Фредди, но он продолжил наступление, создавая дистанцию, используя своё превосходство в скорости, чтобы сотворить Кровавое Копьё и метнуть его в центр её массы, но даже при его скорости и точности ей удалось отбить его достаточно, чтобы получить лишь относительно небольшое ранение в бок, прежде чем немедленно ринуться обратно к нему.

Он быстро сотворил Кровавого Мстителя, взяв его низко, чтобы нанести широкий удар, которого она не смогла бы избежать. Без тени паники она подняла копьё, чтобы защититься. Удар пришёлся, и вместо того чтобы сокрушить, как ожидал Фредди, он почувствовал, будто ударил по подушке — каким-то образом копьё поглотило добрую долю энергии атаки, но недостаточно, чтобы полностью спасти женщину от незначительной травмы плеча и локтя, которую он отследил через исцеление, посылаемое его талантом, и отбросило её в толпу монстров.

На этом обмен завершился, и скорость Фредди вернулась к норме. Он схватился за копьё, всё ещё застрявшее в его черепе, и потянул обеими руками, но прежде чем он успел его вытащить, оно рассеялось в эссенцию. Мгновение спустя Кровопролитие раздавило ещё дюжину монстров, исцелив рану, оставленную копьём.

На это ушло значительно больше вампиризма, чем ожидал Фредди. Его глаза сузились. Что бы это ни была за атака, наносимый ею урон был непростым.

Он повысил бдительность, относясь к противнику с той серьёзностью, которую она заслуживала. Эта особа была двухзвёздной, как и он сам. Тем не менее, её боевые навыки и сила были на ужасающем уровне. Он много раз видел, как сражаются элитные бойцы. Эта женщина легко была на уровне таланта поколения вроде Эмили.

Женщина не позволила себе оставаться сбитой с ног надолго. Вообще-то. Она приземлилась на ноги, в стойке, с ещё одним фантомной копией её копья, появившимся в её другой руке.

Он хмуро посмотрел на это. Так она может создавать точные копии этого копья?

Это был пугающий талант. Само копьё было проклятым предметом, и, казалось, копии сохраняли полную силу. К счастью, копьё не было самым мощным проклятым предметом, который он видел, даже близко. Но его было более чем достаточно, чтобы бесконечные копии стали серьёзной проблемой.

Остановившись, она оценила его, не отводя глаз от его фигуры ни на мгновение.

Пока они оба измеряли друг друга взглядами, монстры вокруг наконец поняли намёк и рассеялись, отправившись по своим делам. В схватке между этими двумя они были не более чем сопутствующим ущербом. Своими инстинктами они понимали, что бегство было лучшим выбором.

Увидев её стоящей там, у него наконец что-то щёлкнуло. Фредди нахмурился, внимательнее разглядев женщину. «Я знаю тебя, — заявил он. — Это не первая наша встреча».

Склонив голову набок, она улыбнулась. «Какое совпадение. Должна извиниться, но прежний владелец этого тела больше не с нами».

Фредди нахмурился ещё глубже. «Бывший владелец?» Квадратноглазая женщина была похитительницей тел? Но… «Нет… Не думаю, что я встречал "прежнего владельца"…» Он приподнял меч чуть выше, щурясь на неё. «Ты была на том острове». Слегка запаниковав, он на мгновение окинул взглядом округу.

К счастью, благодаря маске женщина не знала, куда он смотрит, поэтому не могла использовать эту возможность для атаки. «Твой друг тоже здесь?» Он вспомнил невысокого, жестокого на вид мужчину, который, не моргнув глазом, списал его со счетов как мёртвого. Если тот человек тоже здесь, Фредди был в беде. Ведь вдвоём они сумели оказать давление на Джанхалара Крэйвена. Даже сейчас Фредди был далёк от уровня Лорда по силе.

«Ты…?» — пробормотала женщина, и затем на её чертах наконец появилось узнавание. «Ах, да. Ты тот, кто убил отца того мальчика».

Глаза Фредди расширились. Его взгляд скользнул туда, где сражался арбитр. «Так это всё-таки Нахар…»

Кое-что наконец прояснилось для него. Клан Крэйвен, должно быть, охотился на этих двоих в межпространстве, скорее всего, ошибочно полагая, что именно они убили их патриарха. Повезло ему, пожалуй. Но последствия этого оказались довольно плачевными. Эта женщина и мужчина с ней почти наверняка были источником всего этого эфирного вируса.

На мгновение ему пришло в голову, не они ли являются истинными организаторами всего этого, но это не имело смысла. Эта женщина была всего лишь двухзвёздной. Скорее всего, она была просто ещё одной пешкой истинной силы, стоящей за всем.

Женщина опустилась в стойку, подняв копьё и направив его на него. «Если ты беспокоишься о Каефальге, можешь расслабиться. Даже если бы он был здесь, я бы не позволила ему вмешаться в мой бой. Ты — моя добыча». Её глаза были дикими, как у животного, пока она впитывала его всем своим существом, её язык тела кричал о желании победить. «Как тебя зовут?» — спросила она.

«Фредди Клифф», — сказал он, выигрывая несколько секунд на раздумья.

«Я — Фиррита, — объявила она. — Подними свою защиту!»

Фредди стиснул зубы. Это было плохо. Он даже не был уверен, что сможет победить эту женщину, не говоря уже о помощи арбитру. Он не мог позволить себе ничего приберегать. Каждая потраченная здесь секунда приближала катастрофу. Ему нужен был убийственный приём. Что-то, гарантированно побеждающее в бою как можно быстрее.

Женщина скрестила оружие, переходя в сложную стойку, её глаза с квадратными зрачками были устремлены на него. Затем, лишь с лёгким размытием движения влево, её форма исчезла.

Полагаясь лишь на покалывание на шее сбоку, он поднял предплечье. В следующее мгновение остриё копья ударило в его щит, активировав второй заряд блокирующей функции, которая ненадолго окутало всё его тело, как раз вовремя, чтобы помешать, но не остановить, второму уколу прямо в его левое колено.

Он простонал, переориентируясь, замахнувшись Кровавым Мстителем, который ревел от желания отплатить за атаку, но он промахнулся, поскольку женщина с лёгкостью ускользнула в сторону, послав два удара в его бок, пробивая его чешую и оставляя осколки кристаллов, в его плоти, замедляя его восстановление.

Он нанёс удар своим Кастетом Клинком в её сторону, ускорившись достаточно, чтобы заставить её защищаться, но она просто подняла фантомную копию своего копья, которая разлетелась в эссенцию, дав ей возможность отступить и перегрупироватся, пока он отходил.

Кровопролитие убило ещё дюжину монстров. Но даже с таким количеством исцеления раны на его боку и колене не зажили полностью. Тем временем женщина без малейшего напряжения сотворила ещё одну копию своего оружия, с лёгкой, возбуждённой улыбкой на лице.

Только тогда он осознал, что не почувствовал ни крупицы безумия от атак женщины. Она могла казаться слегка сумасшедшей, но она не была безумной. В её глазах атаковать его было почти или совсем не рискованно. В её глазах она должна была победить.

И, честно говоря, если быть с собой честным, даже он бы поставил на неё. Его хватка сжалась, он стиснул зубы. «Чёрт возьми».

Мысль о том, чтобы приберечь силы для Нахара, уже полностью вылетела у него из головы.

Ему пришлось сражаться с этой женщиной со всем, что у него было. Его жизнь зависела от этого.

Переложив Кровавого Мстителя в другую руку, он сотворил Кровавое Копьё. Золотые линии побежали по всему его оружию, усиливая их и делая их гораздо прочнее, чем обычно.

Они стояли друг напротив друга, звуки близких ударов и далёких криков звучали как мрачная музыка на фоне. Вокруг них шёл довольно сильный снег, но недостаточно, чтобы мешать обзору.

Она снова двинулась. На этот раз он уловил её движение. Он не имел понятия, что это за способность, но каким-то образом она могла мгновенно ускоряться в выбранном направлении. Увидев, что она ударит справа, Фредди выпустил своё Кровавое Копьё, позволив ему на мгновение зависнуть в воздухе.

Сделав вид, что будет защищать бок щитом на правом предплечье, он намеренно опустил его слишком низко, создав промежуток на своём бицепсе. Женщина без колебаний прыгнула на него, вонзив своё фантомное копьё в его плоть, и он обхватил его рукой, чтобы вырвать его из её хватки.

Видя, как легко она сотворяет эти копья, он не удивился, когда она внезапно отпустила его и ускорилась назад. Чего она не ожидала, так это того, что он метнёт Кровавого Мстителя прямо в её направлении. Он увидел в её глазах, что внезапная атака застала её врасплох, и она двинулась, чтобы уклониться в сторону, лишь чтобы обнаружить Кровавое Копьё, летящее прямо на неё.

Ей пришлось защищаться своим настоящим оружием. Фредди прекрасно знал, с какой силой он мог метнуть эту штуку. Его талант дал ему знать, что даже если оно было небольшим, напряжение от парирования копья повредило руки женщины, усугубив предыдущую рану на её плече, пока он бросался на неё, используя второй заряд своего Кастета Клинка, чтобы ускориться быстрее и сократить дистанцию.

Женщина уклонилась от атаки, контратакуя, пронзив Фредди прямо в грудь. Несмотря на огромную силу её атаки, его защита была не той, на которую можно было бы смотреть свысока. Копьё достигло его сердца, но благодаря ткани великана, которого убил Фредди, оно было слишком прочным для неё, чтобы пронзить. Её шок был прерван, когда внезапная вспышка агонии охватила её левую руку.

Ужасающие Кастеты Фредди причинили невероятное количество боли.

Хотя женщина не закричала, напряжение в её теле было очевидным. Фредди бросился на внезапно открывшуюся возможность, пнув её в живот, но даже тогда у неё хватило духа продолжать колоть, нанося несколько быстрых, но серьёзных ран, одну в правое плечо, одну в шею и одну в бедро.

Его пинок пришёлся, выбив из неё дыхание и отбросив её, но с раной в бедре он знал, что ему придётся ждать исцеления, прежде чем он сможет продолжить атаку. Чёрт!

Он уже собирался применить атаку с кровавой шрапнелью на неё, что, скорее всего, принесло бы ему победу в схватке. Не только она лишила его возможности выполнить ещё одну атаку, рана на плече сделала его неспособным использовать Удар Цунами в любом случае, а дыра в шее убила бы его, если бы он не был таким крепким ублюдком.

Он заплатил тройную цену за эту одну атаку. Видя, как она поднимается на ноги без особых проблем, он был вынужден признать, что проиграл этот обмен.

Пришла очередная порция исцеления, и Фредди почувствовал, как многочисленные осколки кристаллов изгоняются из множества полученных им ран. Это был болезненный процесс, поскольку казалось, что ещё больше их в его костях. И они, казалось, сопротивлялись изгнанию.

Едва поднявшись, она сотворила ещё одно копьё и метнула его в него. С раной в бедре он не мог полностью увернуться, получив довольно серьёзное ранение ноги, из-за которого треснула его бедренная кость. Вместо того чтобы бросаться обратно, женщина продолжала метать копья, каждое из которых загоняло его в угол неожиданным образом. Даже те, что ему удавалось блокировать, сбивали его равновесие ещё сильнее.

Он попытался ответить своими копьями, но его многочисленные раны слишком сильно снизили его силу, позволяя ей лекго уклоняться от его попыток.

Он получал слишком много урона. Если это продолжится, его бой закончится здесь.

Именно в этот момент что-то первобытное в нём взяло верх. Тени в снах во время Века Одиночества много раз загоняли его в угол. К данному моменту самоубийственные атаки в безвыходной ситуации стали для него мышечной памятью.

Он наклонился вперёд, как будто собирался упасть лицом вниз.

Она заметила, что что-то не так, и приготовилась уйти с пути, но этого было недостаточно. В следующее мгновение нога Фредди взорвалась внезапным двойным звёздным Ударом Цунами, который запустил его прямо в неё. «Ярость Левиафана!» — крикнул он.

Каждая кость в его теле согнулась и затрещала, посылая драконью пасть в сторону женщины. Она скрестила руки и применила двойную звёздную способность, которая покрыла всё её тело кристаллами. Несмотря на то, что он треснул под мощными челюстями из кости, этого было недостаточно, чтобы убить её.

Но это зафиксировало её на месте.

Кости Фредди втянулись обратно в его тело, оставив его стоять там и обнажив шар из кровавого металла, который он приготовил в руках. Большая часть его тела была бесполезна, но этого было недостаточно, чтобы остановить его. Он уронил шар, готовясь пожертвовать своей второй ногой с помощью ещё одного Удара Цунами.

Внезапно нога Фредди взорвалась, всего за мгновение до того, как атака должна была соединиться. «Что!?» — выдохнул он, наблюдая, как свёрнутый плетёный хлыст с лезвиями оттягивается назад, пока он падал на землю. Мгновение спустя мощный пинок пришёлся по его рёбрам, превращая их в пыль, когда он влетел в бетонную стену с силой, достаточной, чтобы расколоть её.

Что за чёрт?

Он посмотрел вниз.

Рядом с женщиной стояла искажённая фигура и знакомый маяк безумия. Тот самый, что он чувствовал давным-давно, когда всё это началось.

Нахар склонил голову в сторону Фредди. «Ты ещё жив? Чёрт возьми, чувак! Что за телосложение!» Он ухмыльнулся, оттягивая хлыст с лезвиями назад, целясь им прямо в голову Фредди. «А теперь умри».

Едва-едва, со всей силой воли, которую он мог собрать, Фредди удалось опустить голову и увернуться от удара. Щелчок хлыста прозвучал неистово, взрываясь с достаточной силой, чтобы пустить массивные трещины вверх по стороне здания; один только звук едва не оглушил Фредди, в то время как крошечные кусочки бетона впились в его кожу по всей голове, плечам и верхней части спины. Мне нужно бежать!

Обе его ноги были изувечены, но даже тогда, как только его левая коснулась земли, он отпрыгнул назад, целясь в окно здания и влетев в него. Внутри он запустил ещё один Удар Цунами в потолок, введя себя в критически низкую по эссенции территорию. Взрыв потряс здание и, добавившись к ущербу, ранее нанесённому Нахаром, начал обрушивать его.

Сквозь весь этот хаос женщина каким-то образом всё же успела метнуть копьё, попав ему прямо в левое плечо, а хлыст Нахара извился среди обломков, прорезая жестокую рану вниз по его спине. Если бы не всплеск исцеления от Кровопролития мгновением позже, его жизнь была бы оборавна.

С гневным криком он рванул вперёд через рушащееся здание, выпрыгнул в окно с другой стороны на улицу и сразу же повернул, чтобы бежать.

Затем стена взорвалась позади него.

Фредди обернулся, заметив искажённое лицо Нахара, ухмыляющегося ему, в то время как тот пробежал сквозь стену, будто она была из фанеры, а не из цельного бетона. Его окружала аура красного тумана. Прилив Крови!? — осознал Фредди. У него есть доступ к двум типам крови!?

Но прежде чем он успел закончить удивляться этому зрелищу, рука Нахара наполнилась шипящей жидкостью, которую он взмахнул вперёд, плеснув ею в сторону Фредди и прожег насквозь большую часть его доспехов на той стороне тела. Три типа!?

Нахар, всё так же ухмыляясь, оттянул свой кровавый хлыст назад, и на этот раз удар пришёлся прямо в незащищённую середину тела Фредди. С жестоким треском, отозвавшимся во всём его теле, он наблюдал, как атака почти разрезала его пополам в поясе, оставив немного более чем рыхлую, разорванную ткань, чтобы удерживать верхнюю и нижнюю части вместе.

Это было чувство, слишком знакомое Фредди по многим кошмарам, которые он пережил во время своего века одиночества. Чувство, что его время подходит к концу.

Но на этот раз пробуждения не будет.

Прежде чем он успел полностью осознать происходящее, что-то дёрнуло его за руку. Он мельком увидел арбитра, облачённого в униформу и в странной маске, готовящегося отбросить Фредди подальше от боя. «Просто беги!»

Бросок мужчины обладал достаточной силой, чтобы перебросить Фредди через другое здание. И это заняло ровно столько времени, чтобы Нахар использовал возможность, нанеся удар по тыльной стороне руки арбитра, полностью раздробив её.

Разум Фредди застыл, пока он улетал с места битвы, две части его тела едва держались вместе, когда он грубо приземлился, перекатившись через фасад магазина и раздавив несколько столиков в маленьком кафе. Там он увидел трёх монстров, разрывающих на части невзрачные тела, от которых осталось не больше половины лица женщины, застывшего в выражении ужаса.

Выражении, которое, без сомнения, отразилось на его собственном лице.

В течение нескольких долгих секунд он просто лежал там, не в силах сделать что-либо, кроме как ждать, пока Кровопролитие нанесёт достаточно урона, чтобы его талант исцелил то невообразимое количество повреждений, которые он получил. Но даже когда его две половины срослись обратно, он едва мог собрать силы, чтобы вернуться на ноги. «Я должен…» — пробормотал он, не в силах подобрать слов.

Что он вообще мог сделать на этом этапе?

Арбитр наверняка проиграет. Не было никакой возможности спасти людей, ни от Нахара, ни от прилива монстров, идущих с обеих сторон. Стиснув зубы, он крикнул, заставляя себя подняться на ноги. «Возьми себя в руки!» Он пырнул себя в бедро Кастетом Клинком, надеясь, что боль поможет ему вырваться из спирали, в которую закручивались его мысли. «Это ещё не конец!»

Вскочив на ноги, он помчался по улице, убивая встреченных монстров, пока его тело полностью заживало, боль от осколков кристаллов, отказывающихся покидать его кости, нависала над ним как постоянное напоминание о его слабости, пока он направлялся прямо к защитникам, занявшим свою последнюю позицию.

«Сдерживайте их! Ради бога, просто сдерживайте их!» — отчаянно кричал командир, вонзая своё копьё в череп монстра, не делая практически ничего для поднятия рушащегося морального духа защитников, держащих линию.

Мирных жителей оттягивали назад, подталкивая к стене и, с надеждой, на другую сторону, в то время как неисчислимые монстры атаковали из глубины города, перегружая защитников.

Лукас размахивал своей алебардой, движимый лишь отчаянием от, казалось бы, бесконечного потока монстров, надвигающегося на них, пытаясь любым способом не думать о том, что ещё один такой же поток готовится прийти с другой стороны.

Ещё один массивный грохот прокатился по земле, сотрясая землю, когда кровавый скелет опустил свою руку, уничтожив ещё одну небольшую орду монстров, делая больше в одиночку, чем все остальные защитники вместе взятые.

Видя плотность монстров, идущих на них, Лукас знал, что у него нет выбора. Стиснув зубы с решимостью, он активировал своё восхождение. Он почувствовал, как вторая звезда сформировалась в его душе, а затем прикосновение другого сродства, пытающегося закрепиться в его душе. Он бездумно принял сродство металла, проигнорировав его, потому что не имел понятия, как его использовать, и сейчас было не самое подходящее время для обучения.

Небольшой прилив исцеления натурального качества залатал ряд открытых ран, которые он имел, но сделал мало для сломанного безымянного пальца на левой руке и треснувших костей предплечья на правой руке.

Его талант эволюционировал. Его природа осталась почти той же, но с количеством накопленной скрытой ауры разница в силе была как небо и земля. Он почувствовал, как сильно ускорился, импульс неуклюжей алебарды ослаб, когда оружие со свистом пронеслось по воздуху почти втрое быстрее, чем прежде.

С безумным криком он активировал двойную звёздную Цереброспинальную Воронку, чувствуя, как мир вокруг него замедлился ещё больше, но ценой почти ослепления на левый глаз. Игнорируя взрывающую голову головную боль, которая угрожала расколоть его череп, он бросился вперёд, уничтожая монстров дюжинами, обеспечивая, чтобы каждый удар убивал.

Скрытая сила, запертая в его теле, медленно пробуждалась. Этого было далеко не достаточно, чтобы восстановить всю силу изначального тела Фредди, но даже воспроизведение малой её части было достаточно, чтобы изменить ситуацию.

Он превратился в размытое пятно.

На один краткий, славный момент они начали оттеснять монстров назад.

Наёмное трио трёхзвёздных наёмников, нанятых Фредди, устроило настоящее шоу, поскольку многочисленные кроваво-красные лозы расползлись по полю битвы, проклятия, прикреплённые к болтам арбалетов, летели наружу, а иллюзии направляли монстров прямиком на их собственную смерть.

Все выкладывались изо всех сил. Трио наёмников держалось стойко, но все остальные начинали слабеть.

Лукас был измотан. Он не мог долго поддерживать двойную звёздную Цереброспинальную Воронку, так как быстро исчерпал последние запасы эссенции. Затем, так же внезапно, облегчение превратилось в ужас.

Монстры врезались в линию обороны с новой яростью, многие из них перепрыгивали через защитников и бросались на мирных жителей, их крики слышались повсюду.

«Кто-нибудь, отойдите и защитите —» — попытался командир, но в мгновение, когда его внимание отвлеклось, лисообразный монстр мутант прыгнул на него, вырвав ему глотку клыками, прежде чем убить ещё двоих.

Что-то критическое внезапно сломалось. В течение мгновений оборонительная линия была преодалена, заставляя всех отступать к мирным жителям, ведя отступающий бой, делая всё возможное, чтобы не потерять больше территории.

В тот момент Лукасу захотелось обернуться и бежать. Но вместо этого он сжал алебарду. «Сдохни, чёрт возьми!» — крикнул он достаточно громко, чтобы его услышали на четверть города, вонзая шип алебарды вниз в череп монстра. И затем появился лисообразный монстр мутант, прорезав большую рану на его левом предплечье.

Он проигнорировал это, вместо этого вонзив остриё алебарды в него и убив его. Что-то укусило его за ногу, но он проигнорировал и это. Он не был уверен, откуда взялось внезапное ощущение холода в левом боку, но кровь, стекавшая по его ноге, была доказательством, что в этом не было ничего хорошего.

Понемногу он чувствовал, как его осознание угасает. Но в тот момент, когда он в последний раз поднял алебарду, унося с собой ещё одного монстра, он почувствовал покой. Он фыркнул. «Я не против умереть таким человеком».

И затем несколько монстров вокруг него внезапно взорвались. Лукас поднял взгляд, заметив фигуру в белом, с треснутой золотой маской, закрывающей лицо. «Фредди?»

Фредди держал Кровавого Мстителя, только что взмахнув им, чтобы уничтожить нескольких монстров. «Чёрт!» — выкрикнул он, увидев почти мёртвого Лукаса. Прежде чем мужчина успел что-то сказать, Фредди подхватил его, перекинул его массивную форму через плечо и помчался обратно к гражданским.

Он убил нескольких монстров, которые были на их пути к смертным. Добравшись до гражданских, он бросил Лукаса на землю и развернулся. Сделав глубокий вдох, он призвал багровый шар из твёрдой крови. Он поморщился, почувствовав, как он перешагнул свою толерантность к рефлюксу, кровь в его венах стала токсичной, пока он поднимал сферу. Он подождал три секунды, как раз достаточно, чтобы последний защитник вышел из радиуса поражения.

И затем, с Ударом Цунами с двумя звёздами, он ударил по сфере крови.

Оглушительный взрыв разбил окна по всей улице, когда плотное облако осколков уничтожило больше сотни монстров, превратив и без того мрачное зрелище в сцену чистой, неприкрытой бойни.

Несколько защитников издали радостные возгласы, их боевой дух вернулся с грани при виде Фредди, стоящего там. «Мы спасены!» — крикнул какой-то дурак. «Городской глава здесь!» — подхватил другой. «Восстанавливайте строй».

Тем временем Фредди продолжал стоять там, наблюдая, как монстры нерешительно готовятся к броску, но, тем не менее, собираются для новой волны. Его кровь жгла вены словно адское пламя. Он лишь чуть-чуть пересёк порог своей толерантности, и уже чувствовал, что умрёт, если Кровопролитие перестанет снабжать его исцелением. Даже ещё 5% сущности сверх лимита, и он не был уверен, что выживет.

Он больше не мог использовать своё сродство крови.

Его сродство воды, с его гораздо более высоким пределом толерантности, всё ещё было далеко от достижения лимита, но оно быстро приближалось к нему, особенно с учётом всех Ударов Цунами, которые он обрушивал на врагов.

Щелчок молнии привлёк его внимание, и Джорджи вырвалась из маленькой боковой улочки, обугленные части монстров разлетаясь вокруг неё. Она повернулась к нему, её выражение лица было удручённым. Она не была дурочкой. Скорее всего, она уже хорошо осознавала, насколько всё плохо. Несколько человек выбежали из-за неё, присоединившись к их группе в поисках иллюзии безопасности в численности.

Фредди глубоко посмотрел в глаза Джорджи, и даже с его маской вопрос дошёл до неё. Ты собираешься бежать? Честно говоря, он не стал бы осуждать её, если бы она это сделала. Он и сам был близок к бегству. На самом деле, он даже не был уверен, что именно его останавливало.

В ответ Джорджи ответила ему ухмылкой, выпрямив спину. Она пожала плечами.

Он тихо усмехнулся. Похоже, они были в одной лодке.

Между ними не потребовалось слов, когда они подняли своё оружие и повернулись к собирающимся монстрам. Как будто дожидаясь сигнала, масса чудовищ наконец ринулась на них.

Фредди пошёл в атаку. Его Кровавый Мститель разрывал плоть с абсолютной лёгкостью, месяцы практики стояли за каждым его ударом. Этого было недостаточно. Монстры протекали мимо него словно жидкость. Он начал пропускать удары, только чтобы иметь возможность бить сильнее своим Кровавым Мстителем. И снова этого было недостаточно.

Но он был не один. Защитники позади него сражались с большим безумием, чем чудовища, с которыми они столкнулись.

Фредди не знал, на что он надеялся. На чудо, возможно? В глубине души он медленно начинал смиряться с тем, что он вот-вот умрёт. Это было горькое чувство. Немалая часть его требовала развернуться и бежать. Он сражался так усердно. Слишком усердно. Было ли с его стороны ошибкой хотеть немного пожить? Если все всё равно умрут, имеет ли это значение?

Минуты тянулись мучительно долго. Каждые дюжину секунд новая группа защитников появлялась из боковой улицы, каждая группа выживших медленно пробивалась туда, где был Кровопролитие, используя гигантский скелет как маяк надежды, обещание спасения. Каждый новый человек латал очередную дыру в обороне, их отчаяние подпитывало последний бой, который оказался эффективнее, чем кто-либо мог бы ожидать.

Казалось бы, бесконечный поток монстров вскоре начал редеть. В конце концов, монстры осознали, что их осталось слишком мало, и начали отступать. Звери или нет, это были не глупые создания. Они ценили свою собственную жизнь, и мясорубка, которую создали защитники, была не тем, во что им хотелось бросаться.

Когда они поняли, что монстры перестали прибывать, бесчисленные люди разразились радостными и облегчёнными возгласами. Тем временем Фредди и Джорджи просто стояли там, в тишине, тяжесть кризиса, с которым они столкнулись, лишь нарастала.

Единственный способ переломить ситуацию — это чтобы судья сотворил чудо.

И, к несчастью, казалось, что такого чуда не произойдёт.

Фигура промчалась по улице с невероятной скоростью, окружённая мощной белой дымкой, прежде чем споткнуться и рухнуть в кучу конечностей прямо перед Фредди и Джорджи.

Они оба посмотрели на изувеченную форму судьи. Вся левая рука мужчины была размозжена, даже если костюм был едва помят, что свидетельствовало о прочности брони. Его маска, однако, наполовину расплавилась кислотой, лицо судьи под ней было покрыто сильными ожогами. Он кое-как поднялся на ноги, кровь сочилась по его раздробленной руке, пока он с трудом дышал.

Фредди посмотрел на мужчину, и в его желудке образовалась бездна отчаяния. Судья ничего не делал, чтобы скрыть свою ауру. Гораздо, гораздо более слабую ауру, питаемую всего тремя звёздами. Мужчина использовал способность духа, увеличив свою скорость ценой потери звезды. И, судя по его состоянию, этого всё равно было недостаточно.

Издавая пустой усмешку, мужчина пошатнулся, чуть не упав, сделав невольный шаг ближе к двоим перед ним. «Я сделал всё, что мог». Его челюсти сжались, и он был на грани слёз. «Ублюдок всё это время играл со мной. Даже со способностью духа я едва мог за ним угнаться». Его правая рука потянулась к его изувеченной левой, и он ухватился за свой рукав. «Это стоило мне руки, моего оружия и каждой крупицы моей сущности, и всё, что я смог сделать, — это немного его замедлить. Он скоро будет здесь».

Глаза широко распахнулись, Фредди посмотрел вниз по дороге, откуда пришёл судья. «Как скоро?»

Судья угрюмо нахмурился. «Минуты».

Фредди пошарил в своём кольце, доставая устройство связи. «София!» — попытался он позвонить, но она не ответила. Он закусил губу. Если бы она была здесь, она, возможно, смогла бы поднять плотьного голема как нежить. Помогло бы это хоть сколько-нибудь, он понятия не имел. «София!» — громко крикнул он. «Чёрт!» Он опустил устройство. «Кто-нибудь знает, где Эмили!?»

«Сбежала, скорее всего», — сказал судья. «Я потерял с ней связь».

Раздался треск, и Фредди взглянул вниз, обнаружив, что его устройство связи падает на землю разбитым. «Чёрт!» Его дыхание участилось. Кровавый домен! — подумал он, сосредоточившись. Однако, как бы он ни старался, он не мог войти в него. «Чёрт возьми, блядь!» Он швырнул то, что осталось от устройства, на землю и огляделся с широко раскрытыми глазами. Повернувшись к Кровопролитию, он спросил: «Почему я не могу войти!?»

Скелет на мгновение остался бесстрастным, прежде чем кровавый череп слегка поник. Вам нужно успокоиться и сосредоточиться, Мастер.

«Ладно…» — он сел на пол и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь привести себя в медитативное состояние. Это не помогало.

Мастер… — осторожно позвал Кровопролитие. Вы с большей вероятностью умрёте, чем найдёте что-то полезное. Но даже в случае успеха шансы найти что-то немедленно полезное невелики.

«Заткнись!» — крикнул он. «Заткнись, просто… заткнись!»

Скелет, казалось, мысленно вздохнул.

Даже пытаясь отогнать эти мысли, он знал, что скелет прав. «Чёрт побери…» — Медленно он обернулся.

Там выстроилась шеренга напуганных и сбитых с толку защитников, ожидающе ждущих ответа. Глубокое чувство стыда пронзило его нутро, когда он отвёл взгляд, не в силах встретиться с их взглядами.

Долгое мгновение он стоял застывшим, думая о чём угодно, что они могли бы сделать. С оставшимися минутами на ум не приходило ничего. Призвать Кровопролитие снова? Недостаточно времени. София не отвечала. Эмили сбежала. Судья был тяжело ранен и потерял звезду.

Единственное, что пришло на ум, — это Нечестивое Благословение с большой жертвой, но и тогда, что хорошего это даст? Он уже с трудом мог использовать сущность. В его сознании мелькнуло злобное лицо Нахара, ухмыляющегося ему, его скорость и сила явно были намного выше всего, чего мог достичь Фредди, даже если бы он пожертвовал своим зрением, слухом и всеми чёртовыми конечностями и органами.

«Я должен бежать…» — внезапно пробормотал он. «Я не хочу умирать…» — Его дыхание стало прерывистым.

Он много раз сталкивался со смертью раньше. Но сейчас всё было иначе. Каждый раз до этого у него не было выбора. Его загнали в угол, заставили сражаться изо всех сил. У него не было времени думать об этом. Это было либо сделай, либо умри.

Но сейчас?

Был выбор.

Либо позволить всем этим людям умереть.

Либо умереть вместе с ними.

Логически говоря, не было ни единой причины оставаться.

Он медленно поднялся на ноги, внезапно разразившись приступом смеха. «К чёрту всё это!» Он откинул капюшон, снял маску и схватил пригоршню своих волос с такой силой, что вырвал некоторые из них. Повернувшись к судье, он сказал: «Ты был ко мне справедливее, чем я когда-либо ожидал.

«Но отдать мне этот город было ублюдским поступком». Его выражение было горьким. «Конечно, на меня не давили. Но мы оба прекрасно знаем, что у меня не было реального выбора. Ты успешно привязал меня к империи, я полагаю. Отличная работа. И теперь я тот, кто отвечает за жизни этих людей. Если я уйду сейчас, я никогда не проживу ни одного момента в покое».

Судья просто смотрел, его взгляд слегка опустился, и ему нечего было сказать.

Фредди повернулся к толпе, глаза выискивали определённого человека.

«Что ты собираешься делать?» — спросила Джорджи.

Он горько улыбнулся в ответ. «А вот и ты. Стинг!» — крикнул он имя трёхзвёздного наёмника-поддержки, которого он нанял.

Мужчина с вздохом вышел из толпы. Фредди ответил ему некрасивой ухмылкой. «Одну Последнюю Надежду, пожалуйста». Он сделал паузу. «А остальные — бегите. Я выиграю немного времени».

«Ты…» — начала Джорджи… её выражение лица потемнело. «Тебе не обязательно это делать».

«А что ещё ты предлагаешь?» — отрезал он.

«Беги», — вдруг сказал судья. «Эта ситуация безнадёжна». Он сжал свою раненую руку сильнее. «Если кто и виноват в этом, так это империя». Слегка сникнув, он пробормотал: «Если тебе нужно кого-то винить, вини меня. Я мог бы сильнее бороться, чтобы заставить их действовать. Я мог бы сильнее давить на наёмников. Я мог бы потратить деньги мудрее. Нет никаких причин для тебя чувствовать себя виноватым из-за всего этого. Ты ещё молод. Беги и живи».

Фредди шагнул к судье, схватил его за воротник и притянул к себе, с бешеным взглядом в глазах. «Ублюдок, уже слишком поздно для этого. Посмотри». Он указал на толпу. «Просто посмотри на них. Посмотри на надежду в их глазах. Посмотри туда». Фредди указал на маленького мальчика лет шести, которого держал на руках его отец.

Мужчина смотрел широко раскрытыми глазами, как будто мысленно он даже не присутствовал, его лицо было забрызгано кровью, пока он просто укачивал своего рыдающего ребёнка, пытаясь успокоить его. Нога мальчика, от колена и ниже, отсутствовала, явно была откушена. Жгут был туго затянут, чтобы остановить кровотечение, но это мало помогало унять панику ребёнка, его болезненные всхлипы были хриплыми, голос срывался.

Судья бросил один взгляд на сцену и тут же отпрянул, отвернувшись.

«Почему ты отвернулся?» — спросил Фредди, дёргая мужчину за воротник. «А? Почему ты отвернулся? Тяжело смотреть, да!?» — крикнул он, хватая его другой рукой, пока его Кровавый Мститель падал на землю. «Посмотри на меня; нет ничего, что ты мог бы сказать мне в этот момент, чтобы очистить мою совесть». Грубо оттолкнув мужчину, он снова повернулся к Стингу. «У меня нет другого выбора».

«Я пойду с тобой», — настаивала Джорджи.

«Нет. Не пойдёшь», — отрезал Фредди. «Без обид, но ты не сильно поможешь. У меня будет Кровопролитие для поддержки. Тебе лучше помочь всем остальным убраться как можно дальше. Теперь», — он повернулся к Стингу, — «чего ты ждёшь?»

Стинг выглядел так, будто его тошнило, но всё равно протянул руку. Но прежде чем он смог наложить на Фредди Нечестивое Благословение, Фредди поймал его руку. «С тремя звёздами».

Глаза мужчины расширились. «Это отбросит меня далеко за пределы моей толерантности к нечестивому сродству».

Фредди сжал руку мужчины так, что она затрещала. «Чувак, я собираюсь пойти убить себя, чтобы ты мог сбежать». Он многозначительно уставился на мужчину, не нуждаясь в дальнейших словах.

Стинг смущённо отвёл взгляд. «Ты прав. Прости». Его душа вспыхнула тремя звёздами, и тяжёлая нечестивая сущность омыла Фредди.

Фредди почувствовал, как энергия обвивается вокруг него, её присутствие глубоко тревожное. Она буквально кричала на него, требуя жертву. Он отодвинул её требования в сторону, ожидая подходящего момента, чтобы предложить её.

Стинг простонал от боли, согнувшись пополам и упав на землю.

Его лидер, крепкий носильщик Джон, подбежал с тёмным выражением лица. Он опустился на колени перед кричащим Стингом, чьё лицо быстро покрывалось зловещими волдырями. «Ты! Это нарушение—»

Фредди ударил мужчину ногой в нос, заставив его отшатнуться. «Засунь себе в задницу ржавую арматуру, Джон». Фредди повернулся к судье. «Может, это мелочно для последнего желания, но, пожалуйста, завали его компанию исками, когда меня не станет».

«Пожалуйста, подожди», — Стинг, стиснув зубы от боли переполнения рефлюксной сущностью, поднялся в сидячее положение и положил руку на ногу Фредди. Мгновение спустя три звезды снова зажглись в его душе, и Фредди почувствовал, как его омывает тяжёлая защитная аура, благословение светлого сродства сильно повысило его прочность.

«Спасибо, что делаешь это. Ты хороший человек», — с трудом выдавил Стинг, поворачиваясь к своему компаньону. «Это был мой выбор. Просто оставь это». Внезапно он потерял сознание от боли пересечения двух толерантностей к рефлюксной сущности, тёмные пятна появились на его коже.

Джон снова поднялся на ноги, а затем медленно наклонился, чтобы поднять Стинга. Он бросил на Фредди кислый взгляд, прежде чем кратко кивнуть в знак признания и отвернуться, оставив свои мысли при себе.

Фредди развернулся, медленно натягивая капюшон на голову и снова надевая свою треснувшую маску. Долгое мгновение он колебался, испытывая искушение сдаться и бежать.

Вместо этого он шагнул вперёд, привлекая внимание каждого невинного человека, ждущего его слова. Он на мгновение задержался, пытаясь почувствовать некую гордость за то, что даёт этим людям шанс. В ответ ему отозвалась лишь пустота.

«Я никогда не хотел всего этого», — крикнул он, убедившись, что все его слышат. «Я никогда вообще этого не хотел». Его голова опустилась. «Я просто хотел прожить жизнь, стоящую того. Долгое время я очень усердно боролся. У меня есть деньги, внешность, сила, чтобы жить жизнью из моих грёз. Но у меня не будет шанса сделать это». Пауза. «Это… этого действительно никогда не случится, да? Чёрт. Я мог бы сказать что-то крутое и героическое, но я буду просто честен.

«Пошли вы все на хуй». Он показал обе средние пальцы толпе. «Надеюсь, вы все будете нести мою смерть на своей совести до конца своих дней. А теперь проваливайте, пока я не передумал». Он пошарил дрожащими руками, доставая коммуникационные часы из своего кольца хранения. Он отметил область, а затем передал часы судье. «Я очистил от монстров эту область. Их должно быть там немного меньше. Теперь идите».

Фредди повернулся к остальным людям, которые ждали, явно недоумевая, что происходит. «Просто идите! Бегите!» Вместо того чтобы тратить больше времени на объяснения, он сделал жест судье, чтобы тот занялся этим, а затем развернулся. Кровопролитие, — мысленно позвал он, пытаясь успокоиться достаточно долго, чтобы подумать, что вообще сказать.

Честно говоря, он не знал, что сказать скелету.

Каким будет этот бой — если это вообще можно будет назвать боем — он не знал. Поэтому он решил просто довериться суждению Кровопролития. Просто помоги мне, ладно?

Его глаза вспыхнули глубоким красным цветом. Как пожелаете, Мастер.

Он фыркнул. Тогда, когда он вошёл в изначальный кровавый домен, он умолял его не делать этого снова, опасаясь последствий для него. И вот сейчас он ничего не сказал. Может, он верил, что они каким-то образом смогут победить?

«Кто знает?» — Расправив плечи, Фредди рыкнул, делая тяжёлый шаг вперёд. «Это ещё не конец».

Позади него послышались звуки людей, наконец понявших намёк и повернувшихся, чтобы бежать из города. Мгновение спустя чья-то рука легла ему на плечо. Он раздражённо обернулся, готовый крикнуть на того, кто это был, но обнаружил Джорджи, протягивающую ему запечатанную коробку. «Возьми», — сказала она. «Там шприц. Боевой стимулятор. Твоё тело будет пожирать само себя, чтобы подпитывать эффект. Это должно помочь тебе сократить разрыв. Потребуется минута или две, чтобы подействовать, так что не мешкай». Она крепко сжала его плечо. «Задай ему жару».

Фредди напряжённо улыбнулся ей. «Вывези хоть кого-нибудь из них, если сможешь. Не дай мне умереть зря. Пожалуйста».

Она кивнула и поспешно развернулась, чтобы последовать за остальными.

Оставшись стоять в одиночестве, Фредди медленно открыл коробку. В ней действительно был очень страшного вида шприц. Как будто тот, кто его разрабатывал, хотел, чтобы пользователь действительно спросил себя, уверен ли он, что хочет это сделать.

Вздохнув, он медленно вытащил его и пустился бежать. Когда он приблизился достаточно, чтобы почувствовать ауру Нахара вдалеке, он остановился, сделав глубокий вдох. Тот, скорее всего, уже почуял его, и до их встречи оставалось недолго.

Сделав глубокий вдох, он откинул капюшон и ввёл препарат прямо в шею. Мгновенно он почувствовал, как температура его тела резко подскочила, когда препарат начал действовать. Он нервно усмехнулся. Если это то, что он чувствовал до того, как он подействует…

Медленно он повернулся к видению нечестивого благословения, которое ему дали.

Оно приняло форму паршивого кота-змеи, который обвился вокруг его тела, его безумное лицо почивало в дюймах от его лица, с нетерпением ожидая, когда он, наконец, соберётся и принесёт жертву.

На мгновение он подумал о том, чем он готов пожертвовать. Вскоре у него был обширный список вещей, с которыми он был готов расстаться. Один глаз, его слух, его органы, рука — всё, что добавило бы силы благословению, было желанно.

Пока он размышлял, в нём вспыхнула глубокая, жгучая ярость. Он ненавидел это. Всем своим существом он презирал то, что оказался в такой ситуации. И в тот момент был только один объект, на который он мог направить эту ярость.

Если уж он собирался это сделать, то заставит этого ублюдка страдать.

Игнорируя жгучую боль, бегущую по его венам, он призвал Ужасающие Кастеты с двумя звёздами на обе руки. Они были достаточно дёшевы, чтобы обратная реакция не убила его. И ими было чертовски больно бить.

Он почувствовал, как боль пронзила его бок. Нечестивое благословение нельзя было откладывать вечно. Если он не начнёт, оно рассеется, и обратная реакция поразит его многочисленными проклятиями, так же как и превышение толерантности к нечестивому сродству.

«Ладно… Я приношу в жертву—» — Он открыл рот, собираясь начать перечислять свои жертвы, когда в его голову внезапно пришла великолепная, безумная идея. И он мог сказать, что она была безумной. Настолько сумасшедшей, что мир вокруг него содрогнулся, отшатнувшись от одной только мысли об этом.

Сработает ли это вообще? — задался он вопросом. Насколько он знал, это был практически смертный приговор. То есть, он немедленно взорвётся на миллион кровавых кусочков, если попытается это сделать. Но он верил в свою прочность. И он получил довольно сильное благословение на прочность от Стинга.

Его тело, возможно, сможет это выдержать. Совершенно безудержная улыбка расползлась по его лицу, пока он тихо смеялся. Всего лишь возможно…

Это отрежет доступ к его таланту, а также ко всем его способностям. Но в этом-то и дело нечестивых благословений — чем больше жертва, тем большую силу он получит. И это, возможно, величайшая жертва, которую он мог принести.

Он залез в своё кольцо хранения и достал две таблетки защиты разума. Использование двух одновременно, несомненно, приведёт к нежелательным побочным эффектам, но это лучше, чем иметь мозг, сожжённый дотла.

Игнорируя пронзительную головную боль, он медленно повернулся, лицом к лицу с воплощением Последней Надежды, ожидающим его предложения.

Безумный кошачий демон встретился с ним взглядом, но чистое безумие за ним укротило само заклинание, заставив его медленно отодвинуться от него. «Чего ты ждёшь?» — спросил Фредди.

Восторженная ухмылка расползлась по его лицу, пока он приближался обратно.

«Возьми это», — сказал он, его губы дрожали, когда он наконец сделал своё предложение.

«Мою душу».

----------

Мир не для тебя [2]

Нахар Крэйвен испустил глубокий, раздражённый вздох.

Рана, идущая от его левого бедра до самого правого плеча, ужасно зудела, пока тело работало над изгнанием миазмов и заживлением. Медленно, но верно гниль выдавливалась наружу, и плоть срасталась. Оставался отвратительный, зазубренный шрам, но, в общем-то, он был едва заметен на уже изуродованной, отвратительной поверхности его кожи.

Судья попал по нему здорово. И это отстой. Он прошёл через столько хлопот, и как только подумал, что наконец-то может дать себе волю, наткнулся на одну проблему за другой. Это должно было быть весело. Освобождение от всех оков, которые душили его всю жизнь.

Вместо этого всё начинало походить на чёртову рутину.

«Что должен сделать мужчина, чтобы предаться мирной, бездумной бойне?» — цыкнул он. — «Я уже продал свою чёртову душу. Чувствую себя пр-ри-личным лохом!»

Он повернул лицо к странной женщине, его удлинённые глаза сузились вертикально, а не горизонтально. Он видел, насколько ей противно его присутствие. Но её оковы, цена, которую она заплатила за силу в прошлой жизни, когда была важной шишкой, не позволяли ей сделать ничего, кроме как стоять на месте, дрожа нижней губой и изо всех сил стараясь выглядеть непринуждённо.

О, он был уверен, что однажды окажется в похожей ситуации. В конце концов, за всё приходится платить. Но сейчас он мог спокойно наслаждаться своим авансом, свободный от таких забот.

Переступив с ноги на ногу, он медленно поднялся, разминая плечи и глядя в ту сторону, куда сбежал тот чёртов судья. «Я заставлю его заплатить за это».

С самого детства Нахара растили как оружие.

Конечно, было много моментов, когда он сокрушался о своём воспитании. Оно было лишено всей радости и невинности, которые должны быть у нормального детства, и наполнено бесконечными часами тренировок, граничащих с пыткой.

Но в конце концов, была причина, по которой его отец выбрал именно его, а не одного из его братьев или сестёр.

Потому что он родился, чтобы быть оружием. Это было для него естественно. Когда-то он был слеп к этой истине. Теперь он принял её всем телом, разумом и душой. «Наконец-то я могу сделать тебя гордым, пап», — сказал он шутливо. С хрустом размяв шею, от которого она поморщилась, он повернулся к Фирите и сделал жест. «Пошли, собака. Прогуляемся».

Она зло на него посмотрела, но подчинилась. Долгое мгновение казалось, что она хочет что-то сказать, но в итоге предпочла молчать.

«В чём дело?» — плюнул Нахар.

«Тот мужчина…» — она взвесила это ещё одно, последнее мгновение, а затем выпалила. — «Владелец этого города. Он тот, кто убил твоего отца».

Нахар замер. «Что? Правда?»

Она кивнула. «Я подумала, ты захочешь знать».

«Хм. Молодец», — заявил он. — «А теперь пошли».

Фирита нахмурилась. «Тебе правда всё равно? Я думала, у людей довольно сильные семейные узы».

Он отмахнулся. «Будто мне не всё равно. Забавное совпадение, наверное. Но судя по тому, что ты рассказывала мне о судьбе, это даже не так уж маловероятно, да?»

Она на мгновение задумалась, прежде чем медленно кивнуть. «Верно».

«И снова, почему меня это должно волновать?» — спросил он, и отвратительная ухмылка чуть не разорвала его лицо надвое. — «Я всё равно убью этого ублюдка».

Они пустились бегом. Он не спешил. Судья был ранен и ослаблен. Его скоро поймают.

Глаза Нахара сузились, когда он увидел, как гигантский скелет медленно входит в город, пробиваясь через огромную трещину в стене. Эта штука может доставить хлопот, подумал он, слегка замедляясь, чтобы рассмотреть титаническую форму.

Тот мужчина, который убил моего отца, да?

Значит, это должен быть тот же скелет-гигант, о котором раньше упоминали Фирита и Каефальге. Ну, немного другой, кажется. Они не упоминали плащ, и у предыдущего было трёхглавое чудовище со щупальцами-позвоночниками, а этот, за исключением двух рук и ноги, раздвоенной в колене, был примерно гуманоидным.

Он слышал слухи о том, как его призвали через огромное кровавое жертвоприношение. И тут какая-то часть его мозгов, отравленных наркотиками, наконец заработала, и он осознал что-то уморительное, разразившись внезапным смехом. «Кровавое жертвоприношение!» — захохотал он. — «Вот почему мой старик проиграл!»

Добавь труп левиафана, и всё встало на свои места.

Джанхалар Крэйвен построил своё наследие на своём таланте. Его кровь была особым реагентом, и если использовать её как часть способности, даже в микроскопических количествах, она могла резко усилить мощь любой способности сродства крови. Это работало даже на духовные способности.

Если тот мужчина принёс в жертву кровь того левиафана, одной капли крови Джанхалара было бы достаточно, чтобы перезарядить призыв.

Это осознание заставило Нахара слегка поморщиться. Если он может стать таким большим без крови моего отца…

Он слышал от Фириты об этом скелете-гиганте, но видеть его своими глазами было иначе. Это было творение красоты. Мощи. В сердце Нахара вспыхнула глубокая зависть. На его лице появилось тёмное выражение. «Такая сила должна принадлежать только мне».

«Ты правда её хочешь?» — спросила Фирита таким тоном, что он замедлился.

«Хочу. Говоришь, есть способ её заполучить?»

Она замешкалась. «Есть метод передачи духовных способностей из одной души в другую. Однако он довольно сложен. Изначальный владелец должен дать согласие, и он умрёт».

Нахар ухмыльнулся. «Уверен, небольшое убеждение справится с этим».

«Но—»

«Я знаю, — сказал Нахар, и в его глазах появился безумный блеск. — Но оно того стоит».

Когда-то, получив свой второй талант, ему пришлось удалить свои духовные способности. Потому что сжатие сделало бы невозможным вместить всю дополнительную силу.

И теперь, если он примет ещё одну духовную способность, его и так короткое время в этом мире станет ещё короче.

Но ради такой силы?

Оно того стоило.

С обновлённым энтузиазмом он ускорился, его глаза жадно метались.

Они продолжили бежать, но прошло меньше четверти минуты, как случилось нечто странное. Огромный скелет внезапно стал серым и замер. «А?» — Он был полностью обездвижен, словно запечатан во времени. — «Какого чёрта…?» — Повернувшись к своей спутнице, Нахар спросил: — «Эй, Фирита… у тебя есть хоть малейшее представление, что только что случилось с этой штукой?»

«Я… прости, Апостол. Я не знаю. Я никогда не видела ничего подобного».

«Серьёзно? Разве ты не должна быть какой-то древней силой?» — Он фыркнул и покачал головой. — «Какая же ты мудрая провидица».

Она насупилась. «Пути Великого Лабиринта бесконечно сложны. Всегда есть что-то новое».

«Да-да, как скажешь». Нахар прищурился. «Может, тот лордик умер?»

«Нет, — покачала головой Фирита. — В зависимости от точной природы духовной способности, она либо исчезла бы, либо оставалась, пока не закончится энергия. Это другое». На её лице появилось озабоченное выражение. «Как будто её каким-то образом приостановили. Или запечатали». Её язык тела изменился, когда она стала ещё более осторожной. «Мне это не нравится. Мы должны действовать осмотрительно».

«Ба!» — плюнул он. — «Просто скажи, что не знаешь, что происходит, и закрой рот».

Она, казалось, собралась возразить, но передумала. Вместо этого она просто кивнула и побежала дальше.

Они бежали ещё минуту. Затем внезапно нечто странное привлекло внимание Нахара. «Стой». — Он поднял руку, резко остановившись, и его перемена в настроении насторожила Фириту. — «Мы нашли его. Кажется».

Это был тот чёртов лордик, Фред Хилл или как там его. Однако что-то было совершенно не так.

«Какого хрена?» — пробормотал Нахар, наблюдая, как лордик ходит на четвереньках, стоит, как какая-то обезьяна, и с любопытством рассматривает мёртвое тело. Чтобы сделать странную ситуацию ещё более странной, мужчина просто… отсутствовал. Как будто у него не было души, и всё же его тело излучало интенсивную, ужасающую силу, такую, которую Нахар связывал с мощными проклятыми предметами, а не с людьми.

Фирита что-то испуганно пробормотала, отступая. «Пустотел! Апостол, мы должны—»

Нахар обернулся как раз вовремя, чтобы мимо него пронёсся порыв ветра, а Фирита исчезла из виду. «А?» — Громкий грохот привлёк его внимание, когда он повернулся, и его глаза широко раскрылись, когда он увидел мужчину, теперь стоявшего в пятидесяти метрах в другом направлении, который держал Фириту за её окровавленную голову и раз за разом вмазывал её лицо в стену, словно пытаясь посмотреть, что выпадет.

Когда он успел переместиться?

Глубокие трещины разошлись вокруг места удара, кровь разбрызгивалась на большое расстояние с каждым ударом.

Мужчина поднял её за шею, и она повернула своё изуродованное, неузнаваемое лицо в сторону Нахара, раздвинула разорванные губы, чтобы прошептать «Беги», прежде чем человек-обезьяна спокойно надавил ей на плечо, сорвал голову, как срывают цветок, затем осмотрел её и наконец отбросил в сторону, как ребёнок, потерявший интерес к игрушке.

Медленно, с ужасающим, звериным интересом, мужчина повернул свою треснувшую золотую маску в сторону Нахара.

«Эй, — зло позвал Нахар. — Это же моего слугу ты только что сломал». Он отвёл назад свой кнут-клинок. «Она должна была научить меня кое-чему очень важному». Его гнев из-за потери источника информации вспыхнул, удвоившись, когда он осознал, что никогда не получит доступ к скелету-призыву. «Проваливай с глаз моих!» — Он активировал способность, послав своё оружие с хлопком в сторону мужчины.

В ответ лордик просто поднял руку и схватил кнут, прежде чем тот смог щёлкнуть, а затем дёрнул.

Нахар чуть не сбило с ног невероятной силой этого рывка, и пока он изо всех сил пытался удержать оружие, он увидел, как оно ломается пополам, почти потеряв равновесие и сделав шаг назад. «Что за—»

Прежде чем он успел осознать, что происходит, Нахар полетел назад, получив сокрушительный удар коленом в живот. Он врезался спиной в стену здания, удар выбил воздух из его лёгких, и прежде чем он успел прийти в себя, мужчина уже стоял прямо перед ним, нанося прямой удар в лицо.

Он уклонился, используя всю силу, на которую был способен, но даже когда шипастый кулак промахнулся, нога взлетела ему в подбородок, ударив с такой яркой силой, что казалось, выбила душу из тела. Стекло и бетон громко разбивались в хаосе вокруг, когда его отбросило, разрывая боковую часть здания.

Нахар осознал, что произошло, только когда оказался почти в пятидесяти метрах в воздухе, где увидел, как звероподобный мужчина прыгнул, оттолкнувшись от бетонных обломков в воздухе, чтобы ускориться к нему. Как это возможно!?

Будто он внезапно шагнул в кошмар. Его тело пылало от множества травм. Разум, охваченный ужасом перед внезапной опасностью, действовал изо всех сил. Его тело вспыхнуло красным светом, когда Прилив Крови с четырьмя звёздами усилил его физические возможности, наконец позволив реагировать на движения противника.

Он создал толстое копьё, вращая его, балансируя в воздухе.

Лордик пронёсся по воздуху, как стрела, и как раз вовремя Нахар выставил вперёд копьё, направляя его в лицо мужчины. Тот уклонился, неестественно ловко обвиваясь вокруг копья, и нанёс удар своими шипастыми кастетами. Они ударили в живот Нахара, распространив самую сильную боль, которую он когда-либо чувствовал, парализовав его.

Лордик отвёл кулак назад, дёрнул за копьё Нахара и нанёс прямой удар ногой в лицо. Нахар рухнул на землю, как метеорит, отскочил от бетона, как тряпичная кукла, пытаясь остановиться, не в силах подняться на ноги. Только врезавшись в стену, он наконец остановился.

Отрывистый звук шагов, отталкивающихся от стен зданий, был единственным знаком для Нахара, что на него вот-вот снова нападут. «Хватит!» — крикнул он, когда область в десяти метрах вокруг него взорвалась силой Красного Яда, его кислотная кровь прожигала сплошной бетон, как пламя свечи бумагу.

Брызги крови Нахара попали на лордика как раз в тот момент, когда тот вступил в радиус. Они окатили его, мгновенно расплавив переднюю часть доспехов, оставив его почти голым, лишь небольшой усиленный участок поножей вокруг паха остался целым. Даже его золотая маска треснула и развалилась на куски, обнажив лицо. Лицо с пустыми, бездонными глазами.

На мгновение Нахару показалось, что кожа мужчины плавится, и под доспехами виднелась чистая краснота. Но это была не кожа. Это была чешуя; чешуя кровавого металла. И хотя кислота нанесла ей поверхностный ущерб, этого было недостаточно, чтобы расплавить её насквозь.

Шокировало то, что в следующий момент доспехи стали быстро восстанавливаться, возвращая свой белый блеск, снова покрывая тело мужчины, переходя из наполовину разрушенных в целые за считанные мгновения. Даже без золотой маски капюшон снова покрыл лицо мужчины.

Не испугавшись атаки Нахара, лордик рванул вперёд, выставив вперёд голову и протягивая руку.

Нахар поднял копьё, блокируя приближающийся кулак, прежде чем отбить его в сторону, уклонился от последующей атаки и нанёс мощный удар сверху вниз по телу лордика, который треснул чешую и вонзился в плоть, наконец отбросив его, чтобы получить немного пространства для дыхания. Его противник отлетел назад, кувыркаясь через голову по улице, прежде чем медленно остановиться.

Мужчина пролежал недолго. Но даже поднимаясь на ноги, он не бросился вперёд. Тело лордика клубилось жаром и эссенцией, сила внутри него выходила из-под контроля. Он смотрел, как какое-то неразумное животное, склонив голову набок, почти как бы удивляясь, почему Нахар ещё не остановился.

Рана, которую нанёс Нахар, уже снова была покрыта доспехами, но даже так он мог сказать, что она поверхностна.

Нахар прищурился. Что он мог сделать, чтобы получить такую силу?

К этому моменту у Нахара было достаточно времени, чтобы собраться. Внезапная атака застала его врасплох. Он не ожидал встретить такого противника, что поставило его в невыгодное положение. Но он не был слабее своего врага. Несмотря на несколько прямых попаданий, которые он получил, урон был довольно минимальным и уже медленно заживал.

Нахар наблюдал, как мужчина наклонился вперёд, явно готовясь снова атаковать. «Ну давай, урод!» — пронзительно взвизгнул он, выставляя копьё вперёд, восхищённый перспективой хорошего боя.

Его противник не стал ждать ни секунды, превратившись в размытое пятно, чтобы встретить атаку Нахара лицом к лицу. Они обменялись градом ударов, обе стороны получая тяжёлые попадания.

Второй талант, полученный Нахаром, усилил его физические возможности во всех отношениях. Это включало его естественную регенерацию, которая позволяла ему быстро залечивать получаемый урон. Он слышал о таланте лордика. Но с его скелетом-гигантом, замороженным, у него не было хороших способов использовать его в поединке один на один. Вообще-то…

Нахар внезапно осознал нечто, отчего по спине пробежал холодок.

Мужчина… он не использовал ни одной способности.

Это была лишь грубая физическая сила.

Именно в этот момент он наконец понял, почему эссенция, изливающаяся из тела мужчины, казалась такой знакомой. Это была нечистая эссенция. Отсутствие способностей, замороженный гигант, животное поведение мужчины — всё вдруг сложилось в картину, и чистое неверие захлестнуло разум Нахара.

Он принёс в жертву свою душу!

Из уст Нахара вырвался безумный крик, когда он выпустил высокоскоростную струю кипящей крови под давлением, стремясь сокрушить защиту мужчины. В ответ лордик использовал наручный щит, чтобы отразить струю, и побежал вперёд, не обращая внимания на кислоту, прожигающую его предплечье, и снова атаковал.

Вынужденный прекратить атаку, Нахар отвёл руку назад и снова замахнулся копьём. Он промахнулся, только чтобы получить отвратительный удар ногой в висок, который он отплатил ударом ногой по колену мужчины.

Лордик бросился вперёд, Нахар отступил. Он замахнулся, лордик уклонился. Нахар нанёс удар копьём, попав неглубоко в плечо мужчины, только чтобы получить ещё одну мучительную дозу шипов, на этот раз в висок, за которой последовали три быстрых удара в живот. Вместо того чтобы отшатнуться, Нахар возрадовался. Его атаки слабеют!

В ударах мужчины была невероятная тяжесть, но по мере продолжения боя казалось, что он теряет силу.

У Нахара было полмгновения, чтобы заметить, что что-то не так. Несмотря на меньшую силу атак, эссенция, излучаемая телом мужчины, только усилилась. В его разуме зазвучали тревожные звоночки, когда он заметил, что облегающие доспехи стали выглядеть на мужчине гораздо более мешковатыми, болтаясь свободно, словно мужчина…

Он не слабеет! Он становится легче!

Его осознание было подчёркнуто ещё одной серией атак, каждая быстрее предыдущей; он едва мог защищаться, и вскоре они начали пробиваться сквозь защиту, когда ужас снова поднял свою уродливую голову. Я не успеваю.

Его ударили по голове, избили по всему боку, удар ногой треснул ему в бедро, шипы причиняли боль везде, где касались.

Лордик схватил Нахара за голову и вмазал её в землю, затем швырнул его всем телом, и прежде чем Нахар успел врезаться в стену, в которую его бросили, торпедообразный дропкик вогнул ему живот, сокрушив с достаточной силой, чтобы хрустнул позвоночник, послав покалывающее онемение в ноги.

Они проломили стену и вылетели с другой стороны, где Нахар врезался в другую стену, и тут мужчина быстро загнал его в угол, яростно избивая, шипы ломались и оставались внутри тела Нахара.

Испустив отчаянный, высокий визг, четыре звезды зажглись внутри души Нахара. Он взорвался такой густой кровяной эссенцией, что казалось, его тело пылает красным пламенем, его запасы Богатой Крови быстро таяли, а он также взорвался Красным Ядом.

Лордика отбросило назад, но не прошло и секунды, как он снова бросился в атаку, и тут Нахар выпустил град багровых шипов. Накопившийся урон наконец пробил толстую чешую мужчины, ворвался в его тело, разорвал доспехи до неузнаваемости, даже повредил глаза.

И всё же, как монстр из фильма ужасов, он не сдавался. Кровь обильно текла из его разорванного тела, он снова прыгнул, достигнув Нахара за считанные мгновения, и тот дико рубил зазубренными кинжалами, превращая руки лордика в клочья, только чтобы мужчина бросился вперёд с открытым ртом, впиваясь в предплечье Нахара.

Как бешеная собака, он рвал и тянул, дергая за руку, пока та часть, которую он укусил, не отломилась, а затем извился вперёд, укусив во второй раз, на этот раз в шею Нахара.

Нахар закричал. «Отстань от меня!»

То, что произошло дальше, уже нельзя было назвать боем. Это было чистое проявление грубого, жестокого насилия. Несмотря на отчаянные попытки Нахара сопротивляться и несмотря на успешное и неоднократное выведение противника из строя, человек-зверь отказывался прекращать атаковать; даже когда его передние зубы были сломаны, он разорвал свои щёки, чтобы кусать коренными зубами.

И затем, внезапно —

Сила, окутывавшая тело лордика, резко ослабела. Он замер. Его дымящееся тело обмякло, а затем рухнуло, как марионетка с оборванными нитями.

С паническим хныканьем Нахар оттолкнул его, торопясь подняться на ноги. Его ноги, вместе с остальным телом, были сильно повреждены, делая его неустойчивым. Но теперь, когда беспощадный натиск закончился, он заметил, что урон был не так уж плох, как могла бы указывать боль.

Мир содрогнулся. Нахар поднял взгляд, когда паника вернулась, только чтобы глянуть вниз, когда понял, что лордик внезапно исцелил значительную часть полученных травм. Скелет снова движется!

Нахар издал яростный лай, ударив ногой в голову бессознательного лордика и отправив его вылетевшим из здания на улицу. «Ты жалкий—» — снова закричал он, создавая копьё и пронзая его прямо через сердце бессознательного лордика. Затем он сделал ещё одно, пригвоздив левую руку, затем правую, затем ноги.

Долгое мгновение он испытывал искушение подождать и посмотреть, не проснётся ли тот. Стыд, который он чувствовал от своих собственных жалких реакций, жёг гораздо сильнее, чем боль от травм. Но нет. Он хотел этого мужчину мёртвым, ещё вчера.

Поэтому он создал ещё одно копьё, нацеленное в череп своей цели. «Сдохни».

Но он, похоже, слишком увлекся своим замыслом. Над ним внезапно нависла тень.

Нахар обернулся, полностью ожидая увидеть скелета-гиганта, стоящего позади него —

Но вместо этого перед ним стояло нечто иное.

Голем из плоти, сотканный из переплетённых мышц и костяных доспехов.

Он стоял с внушительным видом. У него не было черт лица, за исключением двух пар тяжёлых, нависших век. Костяные пластины покрывали каждый дюйм открытой кожи, не стесняя при этом движений существа, и даже та немногочисленная плоть, что оставалась открытой, выглядела не как нежная кожа, а скорее как дублёная кожа.

Из слухов, которые дошли до Фиритты, эта штука когда-то была доставлена в город тем лордиком и его спутниками, лишь для того, чтобы быть оставленной в штаб-квартире правящей фракции, где и оставалась с тех пор.

У него даже не было времени удивиться, как он услышал звук и обернулся к телу лордика. Там он заметил голую… женщину? Несмотря на женственное лицо, она была сложена как мужчина, её ноги имели обратные суставы, а руки перекатывались под толстыми мышцами, пока она отчаянно пыталась вытащить тело лордика из копий, которыми Нахар его пронзил.

Яростный, разрывающий внутренности гнев вспыхнул в Нахаре, когда он сотворил ещё одно копьё, готовясь метнуть его. «Не смей!» Но едва он двинул рукой, как что-то дёрнуло её, сбив бросок. Обернувшись, он заметил тёмное щупальце, привязывающее его правую руку к земле. Он потянул, обнаружив, что оно довольно прочное, но недостаточно, чтобы выдержать полную силу.

Тем не менее, этого хватило. Это дало женщине ещё один момент, который она использовала, чтобы вытащить лордика и начать бегство.

«Ты—» Он уже собирался броситься за ней в погоню, но его прервало внезапное движение голема из плоти позади.

Нахар обернулся, и в тот же миг его чувства уловили неладное. Голем позади него больше не был простым големом. Он смотрел на Нахара сверху вниз с интеллектом в глазах, от него исходило тонкое, но плотное давление.

Подняв кулак, он обрушил его на Нахара. Тот приготовился увернуться, но обнаружил, что его нога приклеена к земле — ещё одна тёмная пута связывала его, появившись там, без малейшего намёка, которого он бы заметил или почувствовал. Он скривился. «Кто, чёрт возьми…!?»

Атака голема достигла цели. Нахар скрестил руки, защищаясь. В ней не было и пятидесятой части физической силы того лордика, так что она почти не причинила Нахару вреда, но это было досадно. И, что более важно —

«Они сбежали, — прошептал он, обернувшись и не обнаружив ни странной женщины, ни своей цели. — Они сбежали…» — повторил он с недоверием, его гнев пылал так сильно, что зубы скрипели от стиснутой челюсти.

Нахар закричал, нанося удар, который отбросил голема из плоти назад, в то время как его глаза бешено метались. Его квадратные зрачки светились зловещим серым светом. Каждый монстр в радиусе десяти миль внезапно замер, когда команда была передана прямо в их разум — «Найти их! Найти и привести ко мне!»

Закончив крик, он на мгновение огляделся, не обнаружив ничего на пустых улицах вокруг. Он также не мог не заметить те тёмные путы. «Кто-то прячется в тени, хм?» Он холодно рассмеялся. Но даже сосредоточив свои чувства, он ничего не нашёл. «Уже сбежал?» — удивился он. Его холодный смех усилился, когда он взглянул на голема из плоти, который поднимался. «Только подождите. Никто не покинет этот город живым».

Было больно. Маленькое существо ударило его. Было так больно.

Было холодно.

Страх охватил множество сердец новорождённого, пока он ковылял, пытаясь встать на ноги. Драться? Бежать? Его инстинкты конфликтовали. Он жаждал крови и в то же время тревожно ёрзал, боясь хищников, таящихся во тьме.

На маленькое, но сильное существо было больно смотреть. Потом оно что-то крикнуло. И затем — побежало.

Новорождённый почувствовал облегчение. Он огляделся. Смущённый, испуганный и такой холодный, он поднялся и побежал прочь от страшного маленького существа, которое причинило ему боль. Он пробирался через узкий коридор, теряя путь между высокими прямоугольными монолитами из гладкого камня.

Кто-то закричал. Он обернулся, заметив несколько существ, похожих на то маленькое страшное.

«Мама!» — закричало ещё более маленькое, хватаясь за ногу более крупного маленького.

«Слушай меня, Ханна, — прошептало второе, ещё большее маленькое. — Беги обратно в здание. Возьми Эмму с собой».

«Но ты—»

«Я отвлеку его! Просто иди!»

Двое других, испуская странные всхлипы и панические крики, юркнули обратно в каменную постройку.

«Эй!» — крикнуло существо, оставшееся позади, поднимая камень и швыряя его в новорождённого. «Иди сюда, тупая тварь!» Оно побежало, поспешно удаляясь по улице.

Новорождённый настороженно наблюдал за ситуацией. Другое маленькое существо было страшным. На него было больно смотреть. Эти маленькие существа не причиняли боли при взгляде. Они не были страшными. Он с любопытством шагнул вперёд, настигнув бегущее маленькое существо за считанные секунды.

«О, чёр—» — завизжало оно, когда нога новорождённого опустилась на него.

Он поднял ногу, заметив багровое пятно под ней.

Внезапно что-то изменилось. Он почувствовал, как сила вливается в него. Её было не много, но звезда, бурлящая внутри, стала чуть больше. Это было приятно. Ему нужно было ещё.

Медленно он повернулся к каменному монолиту, куда сбежали двое других. Спустя несколько мгновений он вытащил руку из рушащейся конструкции, на ней были ещё два красных пятна. Но на этот раз приятного чувства не было. Они были слишком маленькими? Нет, теперь, когда он задумался, они были другими. Страшное маленькое существо причиняло боль при взгляде. Маленькое существо, от которого стало хорошо, не причиняло боли, но у него было присутствие. Вес.

Ему нужно было ещё этого.

Бегая по лабиринту, он находил других маленьких существ, эти были мохнатыми, их присутствие было ещё весомее. Они сражались. Они причиняли боль, совсем немного. Но превращение их в пятна ощущалось куда лучше, чем с другими, не мохнатыми маленькими. Звезда внутри него взбурлила, стремительно расту. Он мог тянуть силу из неё.

Эта сила прошла через его тело и без усилий соединилась с каменными конструкциями вокруг. Приложив немного усилий, он мог приказывать камню изгибаться и поворачиваться. Он поднял кулак, затем наполнил его силой. Он обрушился на землю с оглушительным ударом, оставив небольшой кратер.

Это было приятно.

Ему нужно было ещё этого.

Он продолжил преследовать маленьких мохнатых. Они двигались. Охотились на что-то, так же, как он охотился на них.

И их добыча была там, снаружи. Где-то за пределами лабиринта.

Через большую дыру в гигантском окружении.

Он последовал.

Где-то далеко он почувствовал множество маленьких существ, многие из которых изобиловали силой, больше пищи для звезды, сияющей в его душе. Он знал, что ему нужно делать.

Это было приятно.

Ему нужно было ещё этого.

«Чёрт чёрт чёрт чёрт чёрт чёрт—» София серьёзно сожалела о выборе своей жизни.

Бессознательный Фредди был перекинут через её плечо, пока она мчалась по улице, сворачивая несколько раз, чтобы попытаться оторваться от ужасной фигуры, от которой она только что спасла вышеупомянутого отключившегося мужчину.

Нужно быть особым kind of глупым, чтобы сделать то, что она только что сделала. На самом деле, если бы не её теневой спаситель, она, без сомнения, присоединилась бы к множеству трупов, усеивающих улицы вокруг. Её сердце сжалось при виде стольких мёртвых.

Но у неё не было времени об этом беспокоиться.

Искажённая фигура внезапно закричала, и её кровь застыла от гнева в его голосе.

«О… он реально в ярости!»

Чтобы сделать плохую ситуацию ещё хуже, она была лишь наполовину уверена, что Фредди всё ещё жив.

Несмотря на то что она исцелила его до совершенства, она не могла его разбудить. Он был ужасно худым — даже истощённым. Почти вся мышечная масса исчезла, и, несмотря на её исцеление, это не исправить за одну ночь.

Впрочем, это была незначительная проблема.

Более серьёзной проблемой было то, что она едва могла почувствовать его ауру, и даже тогда она казалась… сломанной. «Повреждение души, — пробормотала она, и толчок паники пронзил её грудь. — Слишком сильное повреждение души!»

Однако сейчас было не время беспокоиться об этом.

Она заметила нечто среднее между совой и медведем. Оно свернуло за угол перед ней. Затем остановилось, замерло, наблюдая за ней, словно чтобы что-то подтвердить.

И затем начало кричать.

София в ужасе оглянулась, как появлялось всё больше монстров, в основном на крышах ближайших зданий, смотрящих на неё сверху вниз и кричащих.

Ужасающая, колоссальная аура того искалеченного мужчины внезапно дрогнула, сосредоточившись в её направлении. Он знает, где я!

Она почувствовала, как титаническая аура усиливается, стремительно приближаясь, и, несмотря на то что она бежала изо всех сил, этого было недостаточно.

Сзади раздался крик, и она обернулась, увидев мужчину высоко в небе, перепрыгнувшего через здания, держащего копьё и готовящегося метнуть его в неё. «Умри!» — крикнул он —

И тут массивный обломок здания ударил его прямо в центр, сбив с воздуха и отправив в полёт. Секундой позже он врезался в землю, заставив её содрогнуться.

София обогнула здание, лишь чтобы увидеть гигантскую фигуру Кровопролития, стоящую так, будто только что метнула что-то в их направлении. Я никогда в жизни не была так рада видеть кровавый скелет!

И едва она подумала об этом, как владелец скелета приоткрыл глаза. «Фредди!» — крикнула она, и облегчение было явно написано на её лице.

Но её ликование было прервано при виде ужаса в его глазах. «Ууууаааррр, — простонал он. — Хувурара, хааарааараа…» — продолжил он бормотать, глаза бешено метались, будто он не имел понятия, где… или даже кто он.

Что происходит с—

Мысль Фредди оборвалась, когда внезапный резкий звук, похожий на искажённый, фальшивый горн, прозвучал в его разуме. Мгновением позже его учащённое дыхание стало громким, как обвал горы, затем стихло, когда мир потерял все цвета, потом перевернулся, затем время словно двигалось взад и вперёд; прозвучал второй горн. Что я!? — настаивал он, но его слова лишь отозвались эхом на всех языках, которые он когда-либо слышал.

О боже о боже о боже о боже о боже—

Третий горн запах зелёным по всей его спине.

ЗАТКНИСЬ ЗАТКНИСЬ ЗАТКНИСЬ—

МАСТЕР! Громовой голос вырвал его из спирали. Он узнал его. Рефлекторно он переместился в свою душу, в безопасность своего эфирокосма.

Там он наконец почувствовал… стабильность, по крайней мере. Невероятная боль пронзила проекцию его души, прямо вдоль массивной трещины, которая почти расколола синеодетого жнеца пополам.

Его паника, вместо того чтобы утихнуть, умножилась в сто крат.

Глубокие белые трещины, словно паутина, разбросались по всей его душе. Она казалась на грани коллапса. Это было не просто небольшим повреждением души. Он умирал. На самом деле, наблюдая, как одна из крупных трещин расползается, он понял, что даже ближе к смерти, чем думал.

«Я… Я не хочу умирать… — пробормотал он. — О боже… Что я с собой сделал?»

Мастер! Голос Кровопролития позвал снова, и он повернулся к рунической клетке, заключающей Кровопролитие. Слушай меня! Ты ещё не мёртв.

«Я почти мёртв, Кровопролитие, — сказал он, голос его проекции напряжён, звучал на грани слёз. — Всё кончено».

Ты ещё не мёртв, — настаивало оно. Кровавая область, Мастер! Иди в кровавую область.

Фредди разразился смехом. «Кровавую область!? То место, где мне гарантированно сдохнуть!?» — с недоверием спросил он. Но мгновением позже он сумел взять себя в руки. Это далеко не первый раз, когда он оказывался перед невозможными шансами. Конечно, на этот раз он был в дерьме до абсурдной степени, но ещё не всё было кончено.

Не нуждаясь в дальнейших подначках, он сосредоточился. Не было времени для медитации или успокоения. Он поднял свою косу. Ведомый отчаянной паникой и инстинктом, он рубанул вниз, сосредоточив каждую крупицу понимания крови в одной атаке.

Его душа разорвалась ещё сильнее, но на этот раз вместо белого сияния испаряющейся эссенции его встретил портал, ведущий в багровый пейзаж. Как, чёрт возьми, ему удалось проделать дыру в первозданной кровавой области прямо посреди своей души, он не знал. Он тянул из понимания, из знаний, о которых даже не подозревал, и по какому-то чуду это сработало.

У него была лишь одно мгновение колебания, которое он мог позволить. И в это мгновение он осознал, что не знает, что случилось с Нахаром. Он также не имел понятия, что именно он мог найти, чтобы помочь починить свою душу.

Но кое-что можно было сказать о наличии единственного пути вперёд.

На него снизошло спокойствие, забрав каждую крупицу паники, боли и отчаяния и превратив их в чистейшую решимость.

Он бывал здесь раньше. И, как он доказывал снова и снова, у него был определённый талант бегать за своей жизнью.

Если был хоть один человек, которому он доверял вытащить себя с края, так это он сам.

Проекция души Фредди Штерна, маленький синеодетый жнец с косой и зазубренным разрезом через саму душу, взмыла через трещину в первозданную кровавую область.

Калейдоскоп душевных трещин сменился тяжёлым запахом крови, ослепляющим красным светом и видом непостижимо массивного кровавого конструкта. «С возвращением, — сказал титан, его ужасающее лицо искажаясь в злобной ухмылке.

Хватка Фредди на косе усилилась. Он выпрямил спину, встретив взгляд первозданного конструкта. «Нападай».

На мимолётное мгновение ухмылка первозданного конструкта расширилась. И затем весь мир стал красным.

Поток крови, настоящий цунами, накрыл Фредди, захватив его в подавляющем, всесокрушающем потоке. Трещина в его душе немедленно расширилась, когда его понесло течением. Это была не физическая катастрофа. Это был барьер постижения, несущий в себе все тонкости того, как течёт кровь.

Если бы он идеально понимал поток крови, он мог бы полностью остановить цунами. Он не понимал идеально, но знал достаточно хорошо, чтобы успокоить поток. В одно мгновение он перешёл от ощущения, будто застрял в стиральной машине, работающей на полную мощность, к ощущению, будто застрял в стиральной машине, работающей на половине своей максимальной скорости.

Это всё равно было чертовски ужасно, но по крайней мере его не раздавит сразу.

Прилив медленно спал, выбросив его на берег посреди кровавых равнин. Несмотря на заметное расширение трещины, проходящей через его проекцию, чего бы это ни стоило, он преодолел первое препятствие.

Второе испытание не стало ждать, пока он соберётся с силами.

В мгновение он был окружён бесчисленными эйдолонами крови. О. Я полностью в дерьме.

Они закричали в унисон, потрясая его до самого нутра, но давая ему мгновение собраться. Увидев одного, похожего на скелетного голема из кровавого металла, он подумал, что он кажется… знакомым. Как будто он знал, или, скорее, понимал концепцию, которую он воплощал.

Это понимание создало мост, словно нить, соединяющая его с эйдолоном. Как утопающий, заметивший обломок, он ухватился за него изо всех сил. Он чувствовал, как его понимание концепций взвешивается, почти как будто он поднимал умственную штангу.

Он надавил.

Одного взгляда хватило, чтобы эйдолон уменьшился, превратившись в немного выше среднего по силе след.

Значит, я должен направлять своё понимание на них, чтобы ослаблять.

Это превратило бой из сокрушительно безнадёжного в просто обыкновенно безнадёжный, уровень безнадёжности, к которому Фредди был вполне привычен.

Не теряя ни мгновения, его взгляд метнулся по всему полю боя. Его душа напряглась, будто он пытался на скорость пройти самый сложный в мире тест, но его усилия были вознаграждены. Некоторых эйдолонов он ослабил до относительно неопасных следов и остатков. Небольшое, но заметное количество уменьшилось до всё ещё очень опасного духа, а парочка, которых он даже не мог начать постигать, остались полноценными эйдолонами.

О, я всё ещё полностью в дерьме.

Их крики стали громче, когда они устремились к нему. Он был окружён со всех сторон, и прежде чем он успел моргнуть, один из эйдолонов ударил его. По чудесной случайности его атака была ослаблена вторым, который оказался на пути, но она всё же ударила Фредди со всей силой, которую его душа была абсолютно не готова выдержать.

Трещина в его душе расширилась, почти убив его на месте. Собрав каждую крупицу силы воли, он заставил свою душу оставаться целой, и в ещё один момент первобытной паники он обратился к первому эйдолону, которого ослабил до следа.

Рефлекторно, ведомый своим глубоким пониманием крови, он снова проецировал своё постижение на ослабленный конструкт, заставляя его уменьшиться почти до ничего.

Прямо перед тем, как он мог полностью исчезнуть, у Фредди закончилось понимание, которое он мог в него вложить.

Так что он бросился постигать больше.

При любых других обстоятельствах ему потребовались бы часы, чтобы распутать оставшиеся микроконцепции. Но поскольку смерть была в считанных мгновениях, он проявил скорость, которую не считал возможной. В мгновение ока он заставил конструкт исчезнуть.

А затем он появился снова, вернувшись к своей полной силе —

Прежде чем обернуться против своих ближайших собратьев, убив ослабленного эйдолона одним ударом.

Наконец, заметив выход из затруднительного положения, Фредди сосредоточился на всех самых слабых конструктах, которые смог найти. Все они были привязаны к весьма специфическим концепциям, и он не понимал полностью ни одной из них. По крайней мере, до тех пор, пока не обрушил на них весь вес своего понимания.

Теперь он был склонен полагать, что угроза смерти пробудила скрытый потенциал, о котором он и не подозревал. Но хотя это отчасти было правдой, дело было в другом. Именно в этот момент он осознал кое-что — этот бой сам по себе был наградой. Каждая концепция, которую он полностью постигнет, будет продвигать его понимание крови семимильными шагами.

Уклоняясь от атак со всей скоростью, которую только мог собрать, он сосредоточился на распутывании как можно большего количества конструктов. Переманивая их на свою сторону, он использовал их для ослабления других, которые затем мог постичь еще легче.

Меньше чем за полминуты его понимание крови взорвалось, достигнув уровней, которые были на голову выше его текущего состояния. Вскоре бой был окончен.

«Впечатляюще», — громоподобный голос эхом разнесся вокруг него.

Фредди поднял взгляд, чувствуя себя на удивление хорошо от внезапного комплимента. Не каждый день получаешь похвалу от основополагающего закона реальности. «Э-э... Спасибо, наверное?»

Земля треснула недалеко от того места, где он стоял, заставив его вздрогнуть, и в воздух поднялся пьедестал. На нем лежало нечто похожее на маленькую палочку. Она имела форму узловатой, искривленной ветви длиной не более фута с драгоценным камнем на одном конце. Без сомнения, это был мощный проклятый предмет. Возможно, даже уникальный. Но это не спасло бы его.

С горьким вздохом он огляделся, пытаясь понять, куда идти дальше.

Но прежде чем он успел сдвинуться с места, его накрыл еще один внезапный поток крови. Он выглядел куда более агрессивным, чем предыдущий. Он окутал его, но прежде чем он успел запаниковать, произошло нечто странное. Когда он обрушил на него вес своего понимания, тот ослабел, пока он не почувствовал, будто его смывает в огромный унитаз.

«Всего за один этот бой я добился невероятного прогресса в понимании крови».

Вскоре он снова оказался на суше. Кровь впиталась в почву, практически исчезнув, словно ее и не было.

На этот раз он оказался в каверне. Он не чувствовал немедленной опасности, но все же с опаской оглядывался по сторонам. Неподалеку от того места, где его выбросило на берег, находилась клетка из шипов. Внутри нее был след. Но он был странным. Он ощущался тяжелее для его чувств. Его глаза расширились, когда он понял, на что смотрит.

Это было знакомое чувство. В некотором роде. Оно напоминало ему Кровопролитие, когда то было свободным реликтом, но с добавленной нестабильностью, от которой по спине пробежал холодок возбуждения. Возможно, он и не был в форме шара, но если он достанет его, то знал, что тот примет форму одного из величайших сокровищ в мире. «Уникальный изначальный след!?»

Награды за вход в домен первозданной крови превзошли даже его и без того смелые ожидания. Получение второго таланта было заветной мечтой любого архичеловека. Тем не менее —

Он нахмурился, глядя на клетку. Смутно он чувствовал, что сможет прорваться сквозь нее, хотя и с некоторым трудом.

Но... ну и что? Даже если он преуспеет, что потом? Он даже не знал, какой талант в нем заключен, и сильно сомневался, что он позволит ему оправиться от повреждений души, которые он перенес. Нет... скорее, он чувствовал, что это никак его не спасет. Заключенные внутри концепции не давали на это никаких указаний.

Горькое чувство наполнило его. Очередной промах.

Хуже того, пока он стоял в нерешительности, клетка из шипов немного расширилась. Фредди огляделся. В каверне было не так много места. Если он промедлит, шипы окутают его.

Вздохнув, он шагнул к клетке, осторожно вытянув руку вперед. Шип тут же удлинился и вонзился в нее, но несмотря на причиненную боль, Фредди почувствовал небольшое облегчение.

Семейство концепций внутри клетки из шипов было ему хорошо знакомо. Это было Мученичество. Истекать кровью ради цели, более важной, чем собственная жизнь. Почти не колеблясь, он шагнул вперед. Шипы расступились перед ним, словно их и не было, и через несколько секунд испытание закончилось.

Он вздохнул. След перед ним, как и ожидалось, сжался в шар размером с голову.

Необходимость отказаться от него ранила почти так же сильно, как и повреждение души, от которого он страдал.

Он уже чувствовал бурление бегущей крови, когда очередной прилив приготовился унести его прочь.

На мгновение он задался вопросом, не играет ли с ним первозданная концепция крови, но... нет. Это было не так. Ему просто не везло. Вспышка паники промелькнула в самой глубине его существа, когда он подумал...

Сколько наград ему придется пропустить, пока он не найдет то, что ищет?

На этот раз прилив крови был намного сильнее. Несмотря на его новообретенное понимание, его снова швыряло из стороны в сторону, а повреждение души усугубилось. На этот раз его выбросило в середину леса багровых деревьев. Это был еще один бой, но против одного противника. Это был относительно слабый след.

Он принял форму бурлящей массы вязкой крови, лениво шагающей к нему.

Однако вместо облегчения он почувствовал панику.

Потому что концепция внутри громко отозвалась в сознании Фредди. Это была мощная концепция потери крови — нечто такое, что со временем становилось намного хуже. Он попытался применить против нее свое понимание, но это было испытание иного рода. Это не сработало. Он нанес удар, но обнаружил, что его атака была совершенно неэффективной.

Вместо того чтобы сражаться, он развернулся и бросился бежать. «О, черт, черт, черт...»

След издал пронзительный вопль, который сначала был слабым, а затем стал экспоненциально громче, по мере того как существо стремительно росло в силе.

Путь через лес был извилистым, и не только в физическом смысле. Это был лабиринт. Как бы он ни старался, Фредди не мог понять суть этого испытания. Хуже всего было то, что он уже начал испытание — он не мог просто уйти, не найдя свою награду.

Стараясь сохранять спокойствие, он пробирался по извилистым тропам, сопоставляя их со всем, что знал о крови, в то время как преследующая его тварь становилась все громче и громче.

Возможно, путь, по которому он должен был идти, чем-то напоминал сердечно-сосудистую систему? Это было притянуто за уши, но это было единственное, что он мог придумать.

Внезапно ему пришла в голову довольно безумная идея. Даже сумасшедшая.

Что такое потеря крови? Это постепенное истощение крови, которое в конечном итоге приводит к смерти. Но только для некоторых существ. А что, если тот, кто теряет кровь, скажем, нежить? Это не была концепция, напрямую связанная с кровью, но, как он уже понял, все было взаимосвязано.

Несмотря на то что инстинкты кричали ему об обратном, он замедлился, а затем внезапно остановился. Сделав глубокий вдох, он направил свое понимание крови.

«Я — нежить...» — пробормотал он, надеясь, что это поможет направить его мысли в нужное русло. «Потеря крови не может меня убить».

Как раз когда он начал думать, что это глупая затея, костлявая рука пробилась сквозь почву прямо у его ноги. Он вздрогнул, но продолжил концентрироваться. Крики Потери Крови стали громче, но он игнорировал их. Медленно несколько скелетов выбрались из земли и подошли к нему. Затем, один за другим, они обняли его.

Вскоре он был полностью погребен в объятиях многочисленной нежити.

Его разум содрогался от ужаса, когда он почувствовал стремительное приближение Потери Крови. Она уже обладала силой довольно сильного духа, достаточной, чтобы серьезно угрожать его жизни. Но затем, вместо того чтобы прорываться сквозь кости, пока не доберется до него, она просто промчалась мимо, оставив его в покое.

Он подождал какое-то время, но бурления крови не последовало. Он еще не прошел испытание.

Сглотнув, он выбрался из своего костяного кокона и побежал обратно тем же путем, в конце концов достигнув того самого места, с которого начал. Затем он шагнул дальше, в место «до» Потери Крови.

Земля снова треснула, и поднялся еще один пьедестал. Облегчение захлестнуло его, когда он понял, что испытание действительно окончено. Но он приберег это облегчение до тех пор, пока не увидел, что получил.

Как только его глаза коснулись предмета, он выругался: «Сын собачий!» На этот раз на пьедестале лежал ржавый железный нагрудник.

Интуитивно он понимал, что каждая отвергнутая им награда делает следующую лучше. Вот почему он был так разгневан. «Я отказываюсь верить, что проклятый предмет лучше второго таланта! Дайте мне что-нибудь другое!»

Но несмотря на его ребяческие выходки, награда осталась прежней. Хотя он мог поклясться, что услышал отдаленный смешок.

Подавляя дальнейшие проклятия, он сосредоточился на предмете, ожидая, когда его перенесут к следующему испытанию. Это было... гораздо более интенсивно, чем палочка. Намного. Общепринятая мудрость — или, скорее, все, что он знал об эфире — заставляло его верить, что простой проклятый предмет никак не может превосходить второй талант.

Это был инструмент. Тот, который мог сломаться или быть потерян. Талант, даже с меньшим эффектом, останется и будет расти вместе с ним до самого момента смерти. То, что стало частью его души, всегда будет ценнее того, что он на себя напялил...

Или нет?

Согласен он или нет, первозданная концепция крови сочла это лучше, чем второй талант. Может быть, талант, привязанный к этой первооснове, был ужасен? Даже в этом случае он бы рос с каждой звездой. Но это... это был настоящий удар по его нынешним взглядам на вещи.

Прежде чем он успел слишком глубоко погрузиться в свои размышления, бурление крови стало громче, и поток крови снова накрыл его. Интенсивность потока стала намного выше. Это не было просто чуть сильнее, чем в прошлый раз — это было похоже на переход в качественно иную часть испытания.

О чер...

Он выругался, когда сила прилива внезапно удвоилась, затем утроилась, а затем стала настолько мощной, что он потерял всякий контроль над тем, как его закручивает. Трещина в его проекции расширилась сверх того, что он мог выдержать, и ветвящаяся трещина паутиной разошлась по всей стороне его проекции. В какой-то момент его снова выбросило на берег лицом в багровую почву, запах металла и легкой гнили, или скорее сама идея этого, наполнили все его существо.

Он почти не мог подняться.

Слабый смех вырвался из-под капюшона его плаща.

Если предстоит драка или какой-то бег, с ним покончено. Честно говоря, он чувствовал, что с ним покончено в любом случае. Но он все же заставил себя подняться на ноги и огляделся. «Вы издеваетесь?»

На вершине холма, куда вела короткая лестница, стоял храм. Он был размером примерно с двухэтажный дом, построенный из нежно-розового камня, с большими, величественными колоннами, возвышающимися перед входом. Просто взглянув на него, он уже мог сказать, что это было необычное испытание. В конце концов, давление, исходящее от него, было в тысячи раз больше, чем буквально все, что он когда-либо чувствовал, включая ауру самой императрицы.

«К черту храм», — сказал он, опуская взгляд. «Смогу ли я вообще подняться по лестнице?»

Он доковылял до нее и попробовал. Несмотря на то что он действительно едва мог идти, он каким-то образом преодолел агонию от трещин, продолжающих расползаться по его душе; хотя бы потому, что он не хотел, чтобы какая-то проклятая лестница прикончила его. После мучительной борьбы он оказался у цели, стоя прямо перед входом.

Внутри храма было темно, что почти напоминало вход в инстанс-подземелье. Не видя причин медлить, он похромал вперед, пробираясь внутрь. Никакого барьера не было. Просто внутри храма было так темно.

Он потерял счет времени, продвигаясь вперед. К этому моменту он был убежден, что время внутри домена первозданной крови течет не с той скоростью, что во внешнем мире — иначе повреждение души давно бы его прикончило. И это только в том случае, если ему все еще не грозила смерть от рук Нахара.

В конце концов он заметил слабый огонек. Он двинулся к нему. Постепенно он рос в его глазах, и когда он понял, на что смотрит, то издал смешок.

Там была небольшая освещенная платформа из красной земли, на которую падал эфирный свет. Прямо в центре нее росла прекрасная роза. Ее багровые лепестки мерцали в лучах света, и она держалась на идеально прямом белом стебле, который слабо пульсировал, почти как вена.

Роза лишь на мгновение привлекла его внимание. Куда более интересными были два высоких разумных эфирных конструкта, стоящих рядом с ней на страже.

Оба были скелетами. Кости того, что слева, были словно раскрашены, почти ритуально, красными узорами, в то время как правый был полностью багровым. Левый был облачен в белые доспехи с красной тканью, акцентирующей суставы, в то время как правый носил шелковые жреческие красные одежды, украшенные белым и золотым. У левой фигуры на бедре висел большой двуручный меч, в то время как правая была безоружна, спрятав руки в рукава.

Они были огромными. Даже массивными. Сила, исходящая от них, была колоссальной. Это были не эйдолоны.

Это были асуры.

Фредди окинул взглядом всю сцену. При этом удивление заставило его замереть. Затем он издал облегченный смех.

Никогда прежде он не чувствовал такой благодарности за то, что обременен судьбой, рожденной его желанием. Да, она подбрасывала ему испытания. Несправедливые, за гранью всякого разума. Но точно так же она подбрасывала ему и награды.

И эта, ну, она была почти слишком хороша, чтобы быть правдой.

Он добрался до освещенного участка земли и посмотрел вниз. Один шаг — и он выйдет из темноты на свет. Он глубоко вздохнул, чтобы успокоить нервы. А затем сделал решительный шаг.

Как только его треснувшая стопа коснулась земли, обе фигуры пришли в действие. Фигура слева — Смертоубийство, если он не ошибся — приставила свой двуручный меч к его шее, угрожая снести голову, если он сделает хотя бы шаг вперед.

Тем временем фигура справа — Кровопролитие, если он был прав, а он знал, что прав — вытащила руки из рукавов и подняла их, сотворяя небольшой агрессивный шар кислоты и направляя его в его сторону.

Их действия были стремительными, величественными, исполненными достоинства тех, кто вершит правосудие.

Он мельком взглянул на асуру Кровопролития. Это было не то Кровопролитие, с которым он был знаком. Та же концепция, другое существо. Но это была именно та подсказка, которая позволила ему немедленно понять, что происходит.

Смертоубийство посмотрело на него сверху вниз, его взгляд был исполнен такой интенсивности, что его пробрала дрожь. «Ты должен ответить на вопрос, прежде чем пройдешь. Скажи мне, какова природа...»

«Прежде чем мы пойдем дальше, приятель», — прервал его Фредди, — «давай сначала отбросим притворство». Он выпрямил спину. Несмотря на колоссальное давление, под которым он находился, он не чувствовал страха.

Он не знал, что это за конструкт — эта роза. Он был не похож ни на что, виденное им прежде.

Но он знал, с какой концепцией она связана.

О, он был с ней очень тесно знаком.

Вызов и награда. Борьба и сила. Действие и его последствие.

Существует множество способов смотреть на основополагающий принцип, управляющий всем эфиром.

Что такое Смертоубийство?

Это вырванное сердце. Раздавленный череп. Перерезанное горло.

Что такое Кровопролитие?

Это податливая плоть трупа. Награбленное сокровище. Залитое кровью поле битвы.

Он очень хорошо знал этот процесс. Достаточно хорошо, чтобы отличить правду от лжи. «Я видел Цикл Смертоубийства и Кровопролития», — заявил Фредди. «Это не он, шеф». Он еще мгновение смотрел на розу, чувствуя тошноту в животе. «Уберите это дерьмо с моих глаз».

Мир замер на долгое мгновение. Будь он хоть немного менее уверен в себе, он бы обделался от страха. Но он знал, что прав.

Мгновение спустя его подозрения подтвердились.

Сцена перед ним внезапно преобразилась.

То, что мгновение назад было величественным дуэтом стражей, теперь превратилось в свирепую пару монстров.

Доспехи Смертоубийства превратились из жемчужно-белых в ржавые, помятые, зазубренные пластины, повидавшие бесчисленные сражения, а его двуручный меч стал старым топором. Чистые, методичные линии на его костях сменились беспорядочными брызгами крови, а его лицо-череп исказилось в оскале.

Кровопролитие превратилось в нечто гораздо более близкое к тому Кровопролитию , с которым был знаком Фредди, только в сто раз более ужасающее. Его шаль была толстой, черной и буквально сочилась кровью. Его багровые глаза были скрыты под призрачным капюшоном, который открывал лишь красный свет и ряд неестественно белых зубов.

Но самым поразительным было преображение розы.

Исчезла красота. Исчез порядок.

Прямой белый стебель превратился в извилистую, мясистую вену, которая пульсировала еще сильнее, а красный цветок превратился в толстый черный нарост с чем-то похожим на оскаленный рот с золотистыми губами.

Затем эти рты открылись. Затем они начали смеяться, причем каждый по отдельности звучал чуть фальшиво по сравнению с другими, создавая жуткую, ужасную какофонию издевательств. Жуткая роза извивалась и укоренялась, а затем поползла к Фредди, словно змея.

Она остановилась прямо перед ним, когда две асуры расступились, чтобы пропустить ее. «Я нужна тебе», — заявил один из ртов, в то время как остальные продолжали хохотать. «У тебя даже нет выбора».

Фредди заколебался. «Ты исцелишь мою душу?»

«Интересно», — оскал на каждом рту расширился, а смех усилился. Она подползла ближе. «Возьми меня. Узнаешь».

Кулаки его проекции сжались, и он вздохнул. Эта штука была права. У него не было другого выбора, кроме как рискнуть.

На что именно он соглашается, он не знал. Но почему-то у него было чувство, что за эту силу ему придется заплатить свою цену. «Я понимаю». Медленно он протянул руку, хватая розу за колючий, пульсирующий стебель-вену. И в следующее мгновение он проснулся.

Звук трубы пронзил его правый глаз, и он закричал.

София, которая несла его, что-то в панике сказала, но он не мог разобрать ни слова.

Мастер! Сосредоточьтесь!

Он задействовал каждую крупицу силы воли, которую смогли собрать его израненный разум и душа, и посмотрел на свою руку. Там, зажатая в его хватке, была роза, выжидающе ухмыляющаяся. На самом деле она была толщиной с жирного червя и длиной около фута.

Он никак не мог связать и двух слов, поэтому в итоге пробормотал серию стонов и рычаний, которые грубо переводились как «Я принимаю тебя в свою душу».

Но роза не пошевелилась. «К чему такая спешка?» — спросила она, и ее голос проецировался прямо в его разум, пока она играла с ним. «Кажется, я чувствую легкий голод. Скажи мне, у тебя есть что-нибудь, чем я могла бы перекусить?»

У Фредди было плохое предчувствие на этот счет. Он снова пробормотал конструкту что-то совершенно невнятное, но пытался сказать: «Что, черт возьми, тебе нужно?»

«Хм... дай-ка подумать. Как насчет...» — прямо за спиной Фредди и Софии прогремел мощный удар. Их подбросило вперед, и они покатились по земле, когда их накрыло облако пыли.

Фредди поднял взгляд, едва успевая сообразить, что происходит. При этом его внутренности сжались от паники.

Нахар был уже на них. Кровопролитие оттеснял его назад, но со своей гигантской формой он мало что мог сделать против маленькой и проворной цели. София снова подхватила его и побежала дальше.

В панике он снова обратился к розе, понимая, что времени на всякую чушь не осталось.

Роза же, напротив, никуда не торопилась. «Я думаю, что подвеска у тебя на шее была бы весьма изысканной».

Стиснув зубы, он снял Подвеску Короля Воинов и протянул ее розе. Конструкт развернул свои черные лепестки с золотистыми краями, открыв круглую пасть с зазубренными зубами. Затем он высосал проклятый предмет из руки Фредди. «Хорошо. Теперь кольцо».

Фредди замер при этом требовании. Кольцо? Оно не могло...

«Кольцо крови», — уточнила она.

Он заколебался. Это была не только одна из его самых ценных вещей, это был единственный способ, которым он мог освободить Кровопролитие. Пока он боролся с собой, пытаясь заставить себя расстаться с ним, Кровопролитие закричал в его сознании: Не сомневайтесь, Мастер!

С горьким привкусом, поднимающимся к горлу, он скормил кольцу немного крови — достаточно, чтобы оно ослабило хватку на его пальце и соскользнуло, после чего оно попало в быстрый, похожий на змеиный выпад розы, которая проглотила его, а многочисленные рты на ней застонали от удовольствия. «Вкусно. Итак, что ты там сказал? Ты принимаешь меня в свою душу?»

Он невнятно подтвердил свое согласие.

«Хорошо. Теперь при-го-товь-ся-я-я», — хором пропели несколько голосов. «Это будет больно ровно настолько, чтобы свести тебя с ума». Она впилась в ладонь его руки, выполняя обещание боли.

Будь здесь Реджинальд, он мог бы точно указать, по какому каналу конструкт пробирается к душе Фредди. Однако Фредди знал только то, что это чертовски больно, когда колючая штука толщиной с червя вползает внутрь. И когда она достигла его души, эта боль только многократно усилилась. В геометрической прогрессии.

В глазах поплыли звезды, а в ушах зазвучал ужасный шум, похожий на скрежет миллионов тарелок вилками. Он то терял сознание, то приходил в себя, пока трещины в его душе закрывались. Но это не было исцелением — его душу сшивали воедино, чего было достаточно, чтобы сохранить ему жизнь, но далеко не достаточно, чтобы по-настоящему исправить нанесенный ущерб.

Это также вызвало самую страшную боль, которую он когда-либо чувствовал.

Процесс был коротким, заняв всего несколько секунд, а затем его мысленно вытолкнуло в его эфиркосм. Там он увидел, как внезапно появился конструкт его души. Что происходит?

Он наблюдал, как роза несколько мгновений парила вокруг него, а затем, движением, от которого глаза Фредди широко раскрылись, проглотила его целиком. Что-то вытолкнуло его из эфиркосма, и он открыл глаза с судорожным вздохом. Обернувшись, он посмотрел на Софию, которая была за пределами паники и вся в поту, пока бежала изо всех сил. «Я могу бежать сам», — сказал он.

Она издала какой-то звук. Ее выражение лица на мгновение сменилось радостью и облегчением, но тут же снова сменилось паникой. Они были не в той безопасности, чтобы праздновать его внезапное оживление.

София опустила его на землю, и он вскочил, побежав рядом с ней. Он был не совсем готов к бою, даже если его состояние в основном стабилизировалось. Его душа пульсировала от боли, и он чувствовал, что использование способностей в нынешнем состоянии опасно. С угрозой, наступающей на пятки, у него не было ни единого мгновения, чтобы даже проверить, что, черт возьми, случилось с его бедной косой.

Он был ужасно худым. Почти вся его мышечная масса испарилась, но, по крайней мере, теперь он мог двигаться быстрее.

Таким образом, в безмолвном согласии они оба приняли одно и то же решение. Бежать. Так быстро, как только могли их нести ноги.

Нахар, вероятно, все равно догнал бы их, но бегство давало гораздо больше шансов на выживание, чем движение навстречу.

«Что, черт возьми, произошло!?» — спросил Фредди.

«Откуда мне знать?» — огрызнулась София. «Я нашла тебя пришпиленным к улице, какой-то очень разозленный урод пытался проткнуть тебе мозги. Что ты натворил?»

« Долгая история!»

Им неслись прямо по улице, звуки битвы Кровопролития против Нахара оглушали их, несмотря на то, что бой шел уже в нескольких кварталах от них.

«И что это за чертова татуировка!?» — внезапно спросила она, перекрикивая шум разрушающихся зданий.

«Что?» — переспросил он.

Она нахмурилась и указала на его левую руку.

Он посмотрел вниз. У него перехватило дыхание.

Начиная от ладони, черная извилистая фигура с разбросанными по ней закрытыми ртами с золотистыми губами обвивала всю его руку, словно змея. Она заканчивалась за его левым плечом, а затем тянулась дальше в виде широкого изогнутого лезвия косы, которое проходило над его левой трапецией, вниз по левой грудной мышце и под широчайшую мышцу спины. «Что это за херня?» Как только он сосредоточился на ней, произошло нечто поразительное.

Татуировка зашевелилась. В мгновение ока она размоталась вокруг его руки, собравшись в ладони, где затем внезапно превратилась в массивную косу.

У обоих глаза широко раскрылись.

Коса была иссиня-черной, с тем же мотивом золотых ртов, что и на татуировке. Но вместо того, чтобы быть закрытыми, рты теперь открылись, с них капала кровь, и раздавался смех.

София повернулась к Фредди. «Святое дерьмо, чувак. Просто... что за чертовщина?»

Он повернулся к ней. «Я в таком же замешательстве, как и ты».

«Ну-ну», — сказал один из ртов, напугав их обоих. «Я знаю, что ваши крошечные мозги вряд ли могут постичь то, что вы видите, но на самом деле все не так уж сложно. Теперь я конструкт твоей души. Мы так весело проведем время вместе».

София чуть не споткнулась. «Ты можешь использовать конструкт своей души в реальности!?»

«Я же сказал, я в таком же замешательстве!»

Их спор был прерван внезапным хрустом, от которого кровь Фредди застыла в жилах. Он обернулся и увидел, как Кровопролитие заваливается на бок, а сломанная нога не дает ему устоять. «Нам конец». В качестве довольно резкого подтверждения его слов, возвышающаяся аура Нахара внезапно указала прямо на них, словно лазер.

Мгновение спустя эхом отозвался его голос: «Нашел вас!»

Фредди не помнил абсолютно ничего из того, что произошло после того, как он предложил свою душу за Нечестивое Благословение. Но было ясно, что что бы он ни сделал, Нахар был крайне недоволен им.

В панике он рефлекторно использовал Гидравлическое Напряжение. Мгновенно он почувствовал, как в его душе открылось несколько мелких трещин, и издал внезапный крик агонии.

«Боже, ты в порядке?» — спросила София.

«Я не в порядке!» — сказал Фредди, почти плача. «Я действительно не в порядке!»

«Эй», — позвала коса, и все ее многочисленные рты по-прежнему ухмылялись. «Тебе не любопытно, на что я способна?»

Фредди посмотрел на конструкт души в своих руках. «Что бы это ни было, лучше бы оно было потрясающим!»

Смех усилился. «Тогда испытай меня. Призови своего Кровавого Мстителя. Двухзвездочного, пожалуйста».

Нахмурившись, Фредди уже собирался возразить, перечислив множество проблем, связанных с этой просьбой, но, видя, что до гибели остались считанные секунды, он подчинился. Агония снова пронзила его душу, но он выдержал это, активировав вторую звезду для Кровавого Мстителя. Оружие появилось в его свободной руке и чуть не опрокинуло его своим весом, который был слишком велик для его нынешних габаритов.

Но прежде чем он успел впасть в панику и пожалеть о своем решении, он почувствовал, как его мысли потянулись к косе в другой руке. Повинуясь инстинкту, он двинул косу и прижал ее к мечу из кровавого металла.

Коса расплавилась в призрачную субстанцию и окутала меч.

Немедленно оружие, которое казалось непосильно тяжелым, стало легким, как полая фанера. «Что за...»

Позади них что-то взорвалось.

Фредди резко обернулся и увидел Нахара, летящего по воздуху прямо на них. «Внимание!» Он грубо оттолкнул Софию с дороги, заставив ее покатиться по земле, и рефлекторно взмахнул мечом, чтобы перехватить Нахара. Он не использовал никаких способностей. Он не мог. Его замах был даже неуклюжим, учитывая, что его мышечная память привыкла к гораздо большему весу.

Нахар поднял копье из крови, чтобы блокировать удар, а выжидающая ухмылка на его лице выдавала намерение отрубить Фредди голову в тот момент, когда его атака будет отражена. Эта ухмылка исчезла, когда почти стокилограммовый меч врезался в его защиту со скоростью стрелы.

Недостойный рык вырвался из уст Нахара, и копье, которым он блокировал удар, треснуло в месте столкновения двух орудий: его отбросило в сторону, словно воздушного змея с обрезанной нитью.

Мужчина проскользил по асфальту, после чего перевернулся в воздухе и вскочил на ноги с безумным взглядом.

Фредди взглянул на Софию, и его глаза послали ясное сообщение. Она покачала головой, отказываясь бежать. «Ты умрешь», — произнес он одними губами.

«Тебе нужна помощь», — настаивала она.

Он щелкнул языком и снова повернулся к Нахару.

Смех, доносившийся от его меча, усилился. Рты открылись, насмехаясь над Нахаром нестройными голосами: «Слабак!»

«Жалкий!»

«Совсем как твой отец!»

Лицо Нахара потемнело.

Нельзя сказать, что мужчина выглядел особенно чистым в прошлый раз, когда Фредди видел его, но сейчас он выглядел совершенно растрепанным. Все его тело было покрыто коркой крови, состояние его кожи каким-то образом стало еще хуже, и, судя по отсутствию используемых способностей, он был либо на пределе, либо полностью исчерпал эссенцию. Его дыхание было тяжелым. Он был истощен.

Тем не менее, этот бой Фредди не выиграл бы легко. Фредди и сам был не в лучшей форме. Разница в физических возможностях между ними была слишком велика.

Но он прошел через слишком много дерьма, чтобы сдаться сейчас.

Просто еще один набор непреодолимых препятствий, которые нужно преодолеть. Ничего особенного.

Настрой Фредди изменился. Ему нужно было использовать любое преимущество, которое он мог получить. Он усмехнулся. Чтобы не отставать от своего оружия, он решил бросить пару собственных насмешек: «Вижу, тебе понравился мой маленький подарок. Надеюсь, я не был слишком груб с тобой».

«Что это за хрень?» — спросил Нахар, не отрывая взгляда от хохочущего меча.

«О, это?» Фредди поднял его, демонстрируя, насколько невесомым он был в его руках, несмотря на огромную массу. «Как раз то, чем я отрублю тебе голову».

Нахар прорычал: «Ты хочешь поиграть со мной в психологические игры, сука?» Он бросился вперед...

Прямо к Софии.

Каждый волосок на теле Фредди встал дыбом, когда он увидел, как мужчина наносит удар прямо в живот Софии. Она отлетела назад, словно змей с перерезанной нитью, оставив длинный кровавый след на дороге, пока вращалась, ее тело было все переломано, кожа содрана от трения.

Фредди изо всех сил старался сохранять спокойствие. В конце концов, это София. Учитывая, что Нахар не метил в голову, он мог с тем же успехом вообще ничего не делать. Но все же... «Как ты, блядь, посмел!?» — закричал он так, будто его мир рушится. Ты выбил меня из колеи, Нахар. Теперь иди сюда. Откройся.

Нахар рассмеялся. «Она действительно выжила после этого». Он повернулся к Фредди, широкая ухмылка исказила его лицо. «Это должно быть больно. Надеюсь, она проживет еще немного после того, как я закончу с тобой».

Фредди не нужно было притворяться хмурым. Он опустил меч в низкую стойку, схватившись за длинную рукоять обеими руками, готовясь ударить изо всех сил. «Ты идешь или нет?»

Нахар поднял свой меч. Затем, без единого слова, он прыгнул вперед, двигаясь так быстро, что у Фредди не было шансов увернуться. Но он и не планировал.

Кровавый Мститель запел, когда метнулся вперед, его глянцево-черная поверхность оставляла темный след с золотистыми полосами, пока он летел по воздуху.

На этот раз Нахар был готов уклониться. Однако он не был готов к внезапному появлению черного щупальца, которое вцепилось в его ногу, заставив его споткнуться. Не ожидая этого, Нахар как раз пытался проткнуть Фредди и не выставил никакой защиты против меча, который вот-вот должен был врезаться в его плечо.

Оружие обрушилось с оглушительным хрустом кости, превращающейся в пыль, и хлюпаньем разрезаемой плоти. Плечо мужчины смялось. Удар был настолько неожиданно сокрушительным, что и Нахар, и Фредди были ошеломлены, обменявшись недоуменными взглядами, когда в их умах пронеслась одна и та же мысль:

Святое дерьмо.

Нахар пришел в себя мгновение спустя, доведя атаку до конца и проделав новую дыру в животе Фредди. Он дернул и грубо вырвал копье, выпотрошив Фредди решительной контратакой. Судя по ухмылке на его лице, он решил, что бой окончен.

Но его ухмылке вторил каждый рот на мече. Энергия перешла из раны в меч, и рты на нем вскрикнули нечестивыми, ужасающими голосами. «Тебе-е-е лу-учше защи-и-ищаться!»

Искаженное лицо Нахара превратилось в картину ужаса, когда меч взметнулся вверх, а затем обрушился на его лицо. Он поднял предплечья, чтобы защититься. Обе его руки были сломаны ударом, а земля под ногами взорвалась, когда кровь запузырилась вокруг его носа и рта.

Нахар был четырехзвездочным. Более того, у него был талант, усиливающий его телосложение. Таким образом, жизненных сил в его теле было в избытке, и того невероятного количества урона, который нанес Фредди, хватило, чтобы затянуть рану в его собственном животе. У него все еще не хватало нескольких органов, но в боку больше не было зияющей дыры.

Видя, что Нахар все еще ошеломлен, Фредди поднял меч и снова опустил его вниз, целясь в голову, так как у противника не осталось целых рук, чтобы прикрыться. Нахар попытался отпрыгнуть в сторону, но еще одно черное щупальце прилипло к его боку, привязав его к ближайшему дорожному знаку и удерживая на месте достаточно долго, чтобы атака Фредди достигла цели, превратив его ключицу в костяную крошку и оставив в ней разрез глубиной в фут.

Нахар зарычал, на его лице было явное безумие. «Где ты, блядь, прячешься!?» — закричал он, казалось бы, в пустоту.

«Я прямо здесь», — внезапно раздался женский голос прямо за спиной мужчины. Затем черное лезвие перерезало ему шею, отделив голову от тела.

Фредди в шоке смотрел, как Эмили хватает голову Нахара, запихивает ее в какую-то коробку, нажимает кнопку, отшвыривает коробку как можно дальше, используя свои волосы как импровизированную пращу, затем извлекает из кольца железную деву, в которую бросает тело Нахара, после чего запирает ее каким-то специальным заклинанием.

Коробка с головой Нахара внезапно взорвалась в паре кварталов отсюда, причем с такой силой, что сравняла бы с землей здание.

Внезапный, невероятный всплеск эссенции затопил душу Фредди. Она немного заныла, но в хорошем смысле. Это подтверждало.

Нахар наконец-то был мертв.

«Э-э...» — пробормотал Фредди.

«Дополнительная страховка», — сказала Эмили, пожав плечами. «С такими противниками никогда не знаешь наверняка. Нужно быть на сто процентов уверенной, что они мертвы». Она бросила на него выразительный взгляд. «Тем не менее», — ее взгляд стал противоречивым, когда она встретилась с ним глазами, — «ты монстр».

«Спасибо, наверное». Фредди усмехнулся, облегчение затопило его, когда он обмяк, опираясь на меч для поддержки. «Честно говоря, я думал, ты убежала».

«Хорошо», — сказала она. «Это лучше, чем если бы ты выдал, что я там».

«Справедливо». По его телу катился пот. Он чувствовал невероятную жажду. Прошло немало времени с тех пор, как это случалось в последний раз. «Спасибо за помощь».

«Нет. Тебе спасибо». Она усмехнулась. «Скажу тебе по секрету, убийство четырехзвездочного в послужном списке сотворит чудеса с моей карьерой».

Фредди фыркнул. «Поздравляю».

Она прищурилась на него. «Как скромно с твоей стороны. Ты ведешь себя так, будто не ты только что почти в одиночку выбил всю дурь из усиленного четырехзвездочного».

«Ну, скажем так, я заплатил за это дорогую цену». Он поморщился, стараясь не думать о повреждении души и о том, что это сделает с его развитием. «И даже тогда я бы не справился без твоей помощи».

«Не знаю, не знаю...» — пробормотала она, щурясь на него и мельком взглядывая на его меч. «Эта штука ужасна. Что это?»

«Если бы я знал, я бы сказал».

Она рассмеялась, затем помрачнела. «И извини за твою подругу. Он добрался до нее раньше, чем я смогла его остановить».

«О, не беспокойся об этом», — внезапно раздался голос Софии с другого конца улицы, когда она поднялась, практически невредимая. «Нужно нечто большее, чтобы убить меня».

Эмили несколько мгновений тупо смотрела на нее. «Знаешь... в любой другой день вид однозвездочного, который получает такие увечья, а через минуту встает как ни в чем не бывало, поверг бы меня в немой шок».

Фредди бросил на Софию нервный взгляд, затем перевел его на Эмили. «Эй, э-э...»

«Не волнуйся. Я не буду болтать». Эмили усмехнулась. «Я ведь очень деликатная девушка, знаешь? Я не бегаю повсюду, разбалтывая чужие секреты направо и налево. А теперь, если извините». Она повернулась, вскинув руки в воздух. Затем она издала неуместно радостный крик, и раздался ее смех. «Я сделала это!»

Фредди хотелось бы чувствовать хоть каплю той радости, которую чувствовала она.

Вместо этого он обернулся, созерцая огромные разрушения города вокруг него. Его губы сжались в глубокой гримасе. Прежде чем он смог надолго погрузиться в раздумья, неподалеку от него зашевелилась тень, и из нее, пошатываясь, вышел растерянный Мэтт Кэнстоун.

Волосы мужчины слиплись от пота, он был покрыт грязью и кровью. Он бросил один взгляд на тело Нахара, и его глаза расширились до размеров блюдец. «Не... Невозможно! Ты убил...» Он перевел взгляд на Фредди и Софию. «Боже мой». Изумленный смех сорвался с его губ.

Фредди долго держал рот на замке, проглатывая обвинения. Ему хотелось наброситься на него и допросить, где, черт возьми, его носило, но, судя по всему, тот не терял времени даром.

Мгновение спустя с ближайшей крыши спрыгнул Трэвис, и на его лице отразился такой же шок. Он выглядел еще хуже, чем Кэнстоун, и даже щеголял несколькими неприятными травмами.

Фредди почувствовал, как его челюсти разжались. «Где вы двое были?» — спросил он голосом, в котором не было обвинения.

Мужчины обменялись взглядами. Мэтт кивнул, и Трэвис повернулся к Фредди. «Мы держали это в секрете от тебя, но в течение некоторого времени мы строили секретные туннели под городом».

Глаза Фредди широко раскрылись.

Мэтт вмешался. «Мы не могли допустить утечки информации в чужие руки. Не с угрозой вируса эфира». На мгновение он выглядел виноватым. «Мы не думали, что ты выдашь секрет, но если за кем-то и велось наблюдение, так это за тобой».

Горло Фредди сжалось. «Значит... вы...»

«Некоторых», — сказал Трэвис, его губы искривились в глубокой гримасе. «Нам удалось спасти некоторых людей. Но не более пары тысяч. Они в целости и сохранности в секретном проходе под Вальгаллой». Он сдулся, в его глазах появилось выражение поражения. «Мы надеялись сделать гораздо больше, но часть туннелей была обнаружена монстрами, копающими под городом, что отрезало нас». Его голос стал хриплым. «Если бы только...»

«Вы хорошо справились», — сказал Фредди. «Как раз сейчас из города выводят изрядное количество людей. Тем не менее, нам стоит догнать их и заставить повернуть назад».

«Я знаю, что сейчас не время встревать», — сказала Эмили, все равно встревая, — «но вам стоит взглянуть на светлую сторону!» Она сделала преувеличенный жест в сторону трупа Нахара. «Мы убили этого ублюдка! Одно это, вероятно, спасло неисчислимое количество жизней. Взбодритесь немного!»

Хотя она была права, это не слишком улучшило чье-либо настроение.

Число погибших было огромным.

Ее попытка утешить их с треском провалилась, и улыбка исчезла с ее лица. «Тяжелая аудитория, боже». Она скрестила руки на груди.

«Пойдемте...» — начал Фредди, но что-то его прервало.

Все повернулись в сторону тяжело раненного человека, бегущего к ним с невероятной скоростью.

Кровь Фредди застыла в жилах, когда он понял, кто это. Это был адъюдатор. И теперь он был двухзвездочным. Он снова использовал свою способность духа.

Он остановился перед ними, когда его сила иссякла, споткнувшись и упав на землю. Он пробормотал что-то, подобно тому, как Фредди с трудом связывал слова, когда страдал от худшего повреждения души.

Они не колебались.

София быстро залечила его физические травмы, и Мэтт подхватил его. Все они побежали так быстро, как только было возможно, в сторону людей, бегущих из города. Путь туда казался вечностью. Когда они покинули город, они сразу же заметили грязный след на притоптанном снегу — следы бежавших людей.

И след из массивных отпечатков ног, направляющихся в их сторону.

Ужасающая мысль пронеслась в голове Фредди, и он заметил, что София побледнела. У них не было времени на споры, они бросились вперед и вскоре преодолели холм, наконец догнав выживших.

Или то, что от них осталось.

Гражданские разбегались во всех направлениях, а в самой гуще на них охотился не кто иной, как гигантский мясной голем Софии. Он разрывал людей, словно муравьев, затаптывая их в землю с детским восторгом.

Они бросились в бой.

Душа Эмили вспыхнула двумя звездами, и огромные путы сдержали существо. Фредди прыгнул на него, десятки раз обрушивая свой усиленный меч и прорубая костяные пластины, отрубив ему голову. Этого было недостаточно, чтобы убить существо. София не сделала его настолько хрупким.

Им пришлось отрубить ему ноги и руки, чтобы оно перестало двигаться, прежде чем София, чьи руки сильно дрожали, вонзилась в точные места, где находилась разделенная центральная нервная система существа.

Когда оно наконец умерло, они просто стояли в полном, ошеломленном молчании, София сотрясалась в тихих, горестных рыданиях. «Я не...»

«Чего вы ждете!?» — крикнул Фредди. «Скорее! Спасайте, кого можете!»

Она побежала. Они нашли столько раненых выживших, сколько смогли, включая ужасно избитого Лукаса. Казалось, существо наступило на него. Каждая кость в его теле была треснута или сломана, а внутренности превратились в кашу, за исключением мозга, защищенного внутри его толстого черепа. Если бы он не был нежитью, ему бы конец.

Джорджи была в похожей ситуации. Судя по следам обугливания на костях голема, она оказала достойное сопротивление, вероятно, задержав существо достаточно долго, чтобы большое количество людей успело разбежаться. Ей повезло даже больше, чем Лукасу, так как почему-то, несмотря на ее талант, она была в еще худшем состоянии. Тем не менее, София без труда привела ее в порядок.

Она напрягала свой талант до тех пор, пока не начала плакать кровью, и злоупотребляла эссенцией до такой степени, что на ее теле начали прорастать случайные мутации.

Никто ничего не сказал о кажущихся божественными целительских способностях Софии.

В конце концов, Фредди пришлось остановить ее, прежде чем она убьет себя. «Довольно», — сказал он, схватив ее за руку, чтобы помешать дотянуться до женщины, находящейся на грани смерти. Это действие причинило ему боль, и София забилась, протестуя против его решения.

Ему пришлось удерживать ее достаточно долго, чтобы женщина умерла, прежде чем София наконец сдалась.

Она спасла немногим меньше сотни человек. Многие бежали, разбежавшись по лесу, чтобы спастись. Выживут ли они на самом деле, потерявшись в лесу в одиночку, прежде чем их кто-то найдет, было под вопросом.

Что касается всех тех, кому не удалось убежать от нежити...

«Я не...» — бормотала она в оцепенении. «Я не хотела...»

«Все в порядке», — сказал он, и его слова прозвучали глухо даже для него самого. «Если бы не ты, все равно бы все погибли, София. Все в порядке».

«Нет, нет, нет, нет, нет...»

Он успокаивал ее, пытаясь заставить ее прекратить панику, пока наконец не крикнул: «Послушай меня!» Он схватил ее за плечи, вытряхивая из ступора. «Ты герой, София».

Она оттолкнула его, все еще качая головой. Ее глаза были пустыми. «Нет...» Это было последнее, что она сказала, развернувшись и убежав вдаль.

Фредди хотел броситься за ней, но его колени потеряли всякую силу, и он упал вперед, рухнув в грязный снег. Пока он стоял там на коленях, глядя ей вслед, его разум погрузился в оцепенение.

Это он убедил ее начать создавать нежить. Рационально он понимал, что так было лучше. Но в тот момент, в окружении трупов людей, ради спасения которых он отдал саму свою жизнь, ему нечего было сказать.

София в конце концов скрылась за далеким холмом. Никто не погнался за ней.

Ему совсем нечего было сказать.

У повреждения души было свойство обесценивать вещи.

Цвета теряли свой блеск. Музыка превращалась в шум. Но для Фредди это было маленьким благословением.

Апатия пришлась как нельзя кстати перед лицом стольких ужасов.

Со смертью Нахара ситуация с ордой монстров не обязательно подошла к концу, но она достигла важного поворотного момента. Квадратноглазый вирус эфира все еще распространялся, но, по крайней мере, больше некому было направлять монстров.

Окружение вокруг Репентавы постепенно рассеялось, и многие монстры ополчились друг на друга теперь, когда ими больше не руководили.

Как бы то ни было, окончательное число погибших оказалось гораздо менее разрушительным, чем они ожидали вначале. Было подсчитано около восьмидесяти тысяч выживших. Это все еще была лишь малая часть людей, находившихся в городе, но гораздо больше, чем они ожидали найти.

Люди не сидели сложа руки, пассивно ожидая, когда смерть постучит в их дверь, и не слишком доверяли плану эвакуации, составленному городом. Укоренившийся в жителях Северного Пояса скептицизм и пессимизм спасли неисчислимое количество жизней.

В течение последних нескольких месяцев появилось множество предприятий, предлагавших массу услуг, помогающих людям выжить, если случится худшее. От превращения ванных комнат в импровизированные бункеры до продажи укрепленных шкафов и перепрофилирования гробов в самодельные убежища — люди прибегали к самым разным креативным методам.

Даже если это была худшая из зафиксированных в истории орд, это был далеко не первый раз, когда этот регион подвергался нападению монстров.

Тем не менее, трудно было особенно радоваться за тех, кто выжил, когда улицы были усеяны теми, кто не смог. Если бы не холод, заморозивший трупы, городу грозила бы серьезная опасность крупной вспышки заболеваний.

Следующие две недели прошли для Фредди как в тумане. Он помогал, чем мог, но это продлилось всего несколько дней. Повреждение души, которое он получил, вскоре сделало жизнь для него невозможной. Он испытывал постоянную боль. Время от времени он внезапно терял сознание.

Даже с его телосложением потеря сознания на холоде могла быть опасной для жизни. Учитывая его изможденный вид, его легко можно было спутать с очередным трупом, так что вполне вероятно, что никто бы даже не понял, что ему нужна помощь.

Неожиданно здание, в котором у него была квартира, оказалось совершенно целым. В этом даже не было ничего чудесного. Монстры ведь не разбрасывали бомбы повсюду. Большинство зданий отделались поверхностными повреждениями — разбитыми окнами, ободранными фасадами, выбитыми дверями — но он вполне ожидал найти кучу обломков на месте своего дома.

Это было бы идеальной вишенкой из дерьма на вершине гигантского торта из дерьма, в который превратилось все происходящее.

Он заперся внутри, проводя большую часть времени в постели, чтобы восстановиться.

Пока он бодрствовал, он просто тупо смотрел в потолок. Его часто накрывали приступы: в основном он терял всякое чувство собственного «я», слышал эти проклятые трубы и множество других сенсорных иллюзий. Со временем стало немного лучше. Но повреждение его души не заживало. И не зажило бы без серьезной помощи.

Глубоко внутри его эфиркосма бушевали звезды. Процесс еще не завершился, но мерцание уже было. У него появились ранние признаки готовности к возвышению. Сначала ему нужно было вылечить душу, но как только он это сделает, переход к третьей звезде не займет много времени.

Ему действительно хотелось порадоваться этому. Но было трудно заботиться о чем-либо... вообще о чем угодно.

Примерно через две недели после смерти Нахара в дверь постучали. Он открыл ее, не удивившись тому, кого там увидел.

Это был адъюдатор, а за ним шли Мэтт, Трэвис, Эмили и Джорджи.

Он впустил их без единого слова, и они молча прошли в гостиную.

Адъюдатор, на самом деле, выглядел довольно хорошо. София основательно подлечила его, даже убрав некоторые признаки старения, которые начал проявлять мужчина. Повреждение его души было гораздо менее серьезным, чем у Фредди, и неудивительно, что мужчина держал при себе мощное сокровище для исцеления души на случай, если произойдет нечто подобное.

На короткий миг Фредди почувствовал ярость от того, что мужчина не отдал его ему, учитывая, в насколько худшем состоянии он находился. Но этот момент быстро прошел. Он прекрасно знал, что сам не захотел бы отдавать такую вещь кому-то другому, будь она у него.

У Джорджи исчезли ее фирменные тонкие шрамы, которыми раньше было покрыто ее тело. Опять же, это была работа целительства Софии.

Хотя они не объявили цель своего визита, Фредди казалось, что он знает, зачем они здесь.

Все они сели за стол, выжидая в тишине несколько напряженных мгновений.

«Думаю, ты догадываешься, почему мы все здесь собрались», — сказал адъюдатор.

Фредди выдавил слабую улыбку. «Из-за моей подруги, да?»

Адъюдатор кивнул. «Ты ведь понимаешь, насколько незаконен ее талант?»

Фредди слабо кивнул.

«И ты держал это в секрете?»

Фредди кивнул более решительно. Он не стыдился того, что сделал.

Адъюдатор вздохнул. «Очень хорошо».

«Вы здесь, чтобы задержать меня?» — спросил Фредди, пристально глядя мужчине в душу. Его взгляд выдавал, что мирно он не сдастся.

«Нет», — заявил мужчина. «Я просто хотел прояснить ситуацию». Он выпрямил спину, встретив взгляд Фредди. «Что касается меня, я ни черта не видел».

Фредди моргнул. «Простите?»

«Ты меня слышал». Он усмехнулся. «Мы уже договорились о версии событий. Учитывая мое нынешнее состояние, меня заменят, и будет проведено расследование того, что именно произошло. Для любого из нас твоей подруги вообще не существует. Голем был вызван Нахаром и его союзником».

Взгляд Фредди метался между ними. «Почему?»

Эмили закатила глаза. «Потому что вы двое спасли положение, тупица. Тогда, когда ты сражался с Нахаром, она использовала голема как отвлекающий маневр, чтобы спасти тебя от лоботомии в подворотне. Если бы она этого не сделала, ты бы погиб, и никто не смог бы остановить Нахара. Мы сохраним ее положение в секрете, чтобы ты не лишился головы».

Вздохнув, Фредди поник. Он не высказал им никакой благодарности. Вместо этого он взглянул на Трэвиса, которому он был нужен для помощи в восстановлении. Затем на Эмили, которая хотела иметь чистую репутацию благодаря своему вкладу в уничтожение четырехзвездочной угрозы. На адъюдатора, которому очень пригодились бы деньги от органов Фредди, если бы он когда-нибудь захотел получить шанс вернуться к четвертой звезде. На Мэтта, которого явно прислала мадам Морлепп, чтобы пригласить Фредди. И, наконец, на Джорджи, у которой с ним было устное соглашение о крупном проекте в будущем.

Каждый человек перед ним действовал в личных интересах. Он мог бы поблагодарить их из вежливости. Но ему не хотелось. Вместо этого он хмыкнул в знак подтверждения и кивнул головой. «Хорошо».

Они продолжили болтать на случайные темы, в основном об усилиях по восстановлению, и Фредди по большей части пропускал это мимо ушей, не имея сил обращать внимание. Вместо этого он просто сидел там, выглядя таким же опустошенным и изможденным, каким себя чувствовал. Вместо того чтобы набрать вес, он потерял его еще больше. Он превратился в кожу да кости.

В какой-то момент они ушли. Он не помнил, как провожал их. Память была штукой капризной при том типе повреждения души, который он перенес. Прежде чем он осознал, что произошло, он снова оказался в постели, пусто глядя в потолок. По какой-то причине этот провал в памяти уязвил его сильнее других. Он заплакал, оплакивая состояние, в котором находился, охваченный страхом и тревогой. «Смогу ли я вообще это вылечить...?»

Это был вопрос, которого он избегал задавать себе. Ответ был тем, чего он не был уверен, что хочет знать. Это не было похоже на физическое или даже ментальное повреждение. Повреждение души было общеизвестно трудным для исправления. Он старался не падать духом. Он твердил себе, что у него есть деньги и влияние, чтобы получить доступ к лучшим услугам, которые может предложить империя.

В конце концов, он сыграл решающую роль в убийстве Нахара — сверхсильного, обладающего двойным талантом четырехзвездочного противника, будучи при этом всего лишь на пике второй звезды.

Из того, что он слышал от адъюдатора, одного этого было достаточно, чтобы империя сочла его критически важным активом, заслуживающим поддержки.

Но все это не имело значения перед лицом ужасной истины. Он очень мало знал о повреждениях души. До получения надлежащего диагноза его судьба висела на волоске.

А в случае, если он не сможет полностью восстановиться? На кону был не только его рост. В своем нынешнем состоянии он был глубоким инвалидом. Наслаждаться жизнью в любом качестве было невозможно. Каждый день бодрствования был пустым кошмаром, насмешкой над жизнью, лишенной всех ее радостей и чудес.

Это било еще сильнее, потому что благодаря своему таланту он всегда чувствовал себя непобедимым, словно ничто не могло причинить ему вред.

В какой-то момент поздно ночью в дверь снова постучали. Он заставил себя выбраться из постели, гадая, кто это может быть. «Если это Лукас, я ударю его по яйцам», — пробормотал он, желая найти собственные слова забавными, но не сумев этого сделать.

Он приоткрыл дверь, сначала слегка заглянув внутрь. К его шоку, это был никто из его знакомых. Просто какой-то парень. Он был невысокого роста и необычного телосложения, со странным лицом и ни единым волоском на лысой голове. Фредди нахмурился. «Ты кто такой и что тебе нужно?»

Парень посмотрел налево, затем направо, после чего слегка наклонился вперед и прошептал слишком знакомым голосом: «Можно мне войти?»

Глаза Фредди резко расширились, он резко распахнул дверь, схватил человека за руку и втащил внутрь, после чего крепко и безмолвно обнял.

Человек медленно ответил на объятия, и затем его тело начало меняться. Оно задвигалось под руками Фредди, и постепенно начали прорастать знакомые светлые волосы.

София не сказала ни слова, пока завершала трансформацию, просто ожидая.

Через несколько десятков секунд Фредди отстранился, его лицо исказилось, когда он попытался и не смог задать вопрос.

«Я в порядке», — ответила она все равно, одарив его слегка странной улыбкой. «Это был несчастный случай». Она развернулась на каблуках, сделав чистый поворот на сто восемьдесят градусов, и остановилась спиной к нему. Ее пальцы медленно сплелись за спиной, когда она сделала веселый шаг вперед. «Пойдем. Я хочу поговорить». Она направилась в сторону гостиной.

Ему следовало понять, что что-то не так. Но со всеми этими повреждениями души, путающими мысли, он чувствовал лишь облегчение от того, что она, кажется, справилась с этим.

Они сидели вместе в гостиной, и ее рука нежно обхватила его подбородок. Она одарила его улыбкой, которая не коснулась ее глаз. «Ты хочешь оставить бороду или нет?»

У него перехватило дыхание, когда он понял, зачем она здесь. Впервые за долгое время он усмехнулся. «Чем от большего количества волос ты сможешь избавиться, тем лучше», — сказал он, поглаживая пальцами свое волосатое предплечье. «Мне не нравится быть волосатым ублюдком».

Она усмехнулась ему в ответ. «Хорошо. Просто расслабься».

Он подчинился, позволяя ей работать над ним. Он почувствовал, как сущность возвращает его лицу знакомые черты, те, что действительно принадлежали ему. В этот момент он ощутил, как часть стресса от того, что он жив, уходит. Лицо беспокоило его даже больше, чем он осознавал, и возвращение своего облика принесло облегчение, из-за которого повреждение души показалось почти незначительным. Почти.

Её сущность продолжала течь сквозь него, избавляя от лишних волос на теле и оставляя лишь немного там, где они не мешали. Его диван в итоге оказался завален волосами, но ему было на это совершенно плевать. Когда её работа подошла к концу, Фредди поник, а по его лицу потекли слезы. «О… боже… Спасибо, София».

Она кивнула, доставая из своего кольца хранения большую Искру Нежити. «Теперь пришло время вернуть тебе немного мышц». Она попыталась дотянуться до него, но он перехватил её руку и покачал головой.

«Нет». Его губы искривились в хмурой гримасе, когда остатки радости покинули его. Он выдохнул эти проклятые слова, чувствуя себя так, словно выплевывает осколки стекла. «Повреждение души».

От этих слов её глаза расширились, и она поморщилась. «Все настолько плохо?»

Он кивнул.

Душа была глубоко связана с телом. Пару косметических изменений погоды бы не сделали, но форма тела была тем, к чему его душе нужно было адаптироваться. Если бы он позволил радикальные изменения физической формы в таком состоянии, это вполне могло бы его убить.

«О… ладно». Она убрала искру. «Тогда я не буду этого делать».

Они продолжали сидеть в тяжелом молчании. Фредди первым задал вопрос: «Что теперь?»

Выражение лица Софии помрачнело. «Кажется, я наконец-то знаю, что хочу делать со своей жизнью».

Фредди посмотрел на неё, стараясь выглядеть воодушевленным ради подруги. «О? И что же это?»

«Эта империя… это ведь паршивое место, не так ли?» Её улыбка дрогнула. «Одно дело, если бы они совсем не помогали. Но были моменты, когда казалось, что они активно пытаются сделать ситуацию еще хуже. Я больше не могу этого отрицать, Фредди». Её улыбка стала натянутой. Глаза были открыты чуть слишком широко. «Что-то должно измениться. Мои люди были правы».

Притворное воодушевление Фредди угасло. «Ну… Они никогда не ошибались относительно самой проблемы. Проблема всегда была в том, что именно они хотели с этим сделать». Его взгляд внезапно скрестился с её взглядом с необычайной интенсивностью. «Мне не совсем нравится то, к чему ты клонишь».

Она вскинула ноги, спрыгивая с дивана, и снова сплела пальцы за спиной, игриво переступая с ноги на ногу. «Я догадывалась, что ты так отреагируешь. Поэтому я не собираюсь тебя ни к чему принуждать».

Фредди рванулся на ноги, потянувшись к лицу Софии. Он крепко обхватил её за челюсть, пристально вглядываясь в её глаза, пытаясь понять, не случилось ли с ней чего-то не того.

Она рассмеялась. «Ты серьезно думаешь, что я достаточно слаба, чтобы поддаться этому вирусу?» Она схватила его за руку, отстраняя её от себя с гораздо большей силой, чем Фредди считал её способной развить. Она размяла челюсть, и в её взгляде внезапно промелькнула ярость. «Ты всё ещё не умеешь относиться к женщинам с уважением. Тебе действительно стоит над этим поработать».

«София, это, блядь, не смешно».

Все следы её весёлого настроения исчезли. «И какая часть из того, что я сказала, звучит для тебя как шутка?» Она на мгновение замолчала. «Это ты подтолкнул меня к этому. И я рада, что ты это сделал. Я не жалею, что сделала всё, что в моих силах, чтобы помочь… но до такого никогда не должно было дойти. Ты знаешь, что я права».

«И что же ты предлагаешь?»

«Мы сделаем то, что сможем». Она протянула ему руку. «Ты уже знаешь, на что мы способны». Её глаза блеснули ужасным блеском. «Если кто-то и может это сделать, то это мы».

«Говори ясными терминами, София». Он сухо усмехнулся. «Впрочем, не говори. Я уже знаю, на что ты нацелилась. И я не думаю, что ты ограничишься лишь парой нежити, верно?»

Она отдернула протянутую руку. «Я сделаю то, что должна».

«Ты сделаешь что-то хреновое».

«Ради благого дела».

«Отъебись. Отъебись окончательно; ты же знаешь, что это добром не кончится».

Её губа задрожала. «Я наконец-то поняла. Я своими глазами видела, насколько всё на самом деле плохо. Ты искренне веришь, что есть хоть какой-то способ для нас стать хуже, чем они?»

Фредди замялся. Он прошел через всё это. Он знал, как мало империя была готова сделать. От отправки помощи до разрешения на эвакуацию — были бесчисленные вещи, которые они могли бы предпринять.

Почувствовав его нерешительность, София надавила: «Ты уже изо всех сил стараешься что-то изменить. И я готова в этом помочь».

«Что-то изменить, да?» Он рассмеялся, внезапно сникнув. «Если у меня когда-нибудь и были планы сделать мир лучше, я собирался делать это законными средствами».

София слегка нахмурилась. «Что значит «если»?»

«С меня хватит. Хватит всего этого дерьма», — заявил он. «Я просто хочу прожить свою жизнь». Его голова опустилась. «Если я вообще на это еще способен».

«В мире так много неправильного, Фредди». Она сделала шаг вперед. «У тебя есть сила всё изменить. Ты не можешь просто сдаться!»

«Я уже делом доказал свои слова!» — крикнул он, но быстро растерял те крохи гнева, которые смог наскрести в своем состоянии. «Я отдал саму свою жизнь ради других. Как один из немногих, кто действительно через это прошел, я имею право сказать, что это, блядь, того не стоит». Он сделал дрожащий вдох, вцепившись руками в волосы и сжимая их достаточно крепко, чтобы вырвать несколько прядей. «Я свою часть выполнил. Если хочешь идти по стопам тех террористов — валяй».

Отпустив волосы, он явил ей напряженный взгляд. «Но если наши пути снова пересекутся, София, мы не будем на одной стороне. Я тебя убью».

Она выглядела обиженной, но её собственный гнев дал о себе знать. «Попробуй».

Татуировка, обвивающая левую руку Фредди, развернулась, явив сияющую черную косу, чьи многочисленные рты зашлись в радостном хохоте.

«Любовная ссора!»

«Как мило!»

«Убей её, немедленно!»

«Кровопролитие!»

«Резня!»

«Боль!»

«Убей!»

«Убей!»

«Смерть псу культа!»

«Сильвер Харт живёт внутри тебя!»

«Ты родился террористом—»

«—и умрешь как террорист!»

Глаза Софии стали отсутствующими. «Эта штука тебе идеально подходит». Она отпрыгнула назад. «Прощай, Фредди». Она прыгнула, пробив окно.

«Ну же», — подначивала коса. «Ты ведь не дашь ей уйти, верно?»

Фредди посмотрел на конструкт души. Коса растаяла, снова обвившись вокруг его руки, где она наконец замолкла. Он просто стоял там, с онемевшим телом и разумом. Холодный воздух задувал через разбитое окно, похищая те крохи тепла, что он сохранил внутри.

Это действительно должно было его подкосить. Но, как и со всем остальным, из-за повреждения души ему было на это почти насрать. Он исчерпал те немногие эмоции, которые мог из себя выжать. Теперь оставались лишь легкое раздражение и тяжелая усталость.

Он развернулся, щелкнул выключателем и направился в свою комнату, после чего лег спать.

Вместо грациозных объятий утреннего света его встретило зрелище, которого он ждал так долго. В те дни сражений он всегда удивлялся, почему это не приходило к нему, когда оно мучило столь многих других.

«Наконец-то мы встретились», — поприветствовала его черная, призрачная фигура странным глубоким голосом; в темноте светились лишь белки её квадратных зрачков.

Язык, на котором оно говорило, был не похож ни на что из того, что Фредди когда-либо слышал. Единственной причиной, по которой он понимал существо, было то, что оба они были вознесенными существами.

Здесь не было иллюзии или трюка. Никаких попыток манипуляции. Перед ним стояло присутствие, стоявшее намного выше самого гнетущего, что Фредди когда-либо ощущал. Кем бы ни было это существо, оно находилось на уровне, который он не мог даже начать постигать. И он это чувствовал.

Это существо…

Оно было первопричиной эфирного вируса.

Фредди хранил молчание.

«Впечатляющая работа с моим Апостолом, Фредди Штерн», — похвалило оно. «Ты редкий талант».

«Чего ты хочешь?»

Фредди не видел его улыбки, но чувствовал её. «Твоя душа ранена. Я готов поделиться лекарством. Но мне нужно, чтобы ты исправил вред, нанесенный моему делу».

Смех сорвался с губ Фредди. Вместо того чтобы что-то сказать, он продолжал смеяться, становясь всё громче и маниакальнее.

«Вижу, я с тобой далеко не продвинусь», — заключило существо, пожав плечами. «Впрочем, я и так знал, что это маловероятно».

«О, ты так думаешь?» Смех Фредди внезапно оборвался. «Знаешь, для существа, чья единственная фишка, кажется, заключается в манипулировании другими, ты чертовски туп». Он зарычал. «С чего ты взял, что я когда-нибудь соглашусь на что-то из того, что ты предлагаешь?»

«Те, кто в отчаянии, совершают неожиданные поступки». Оно снова улыбнулось.

Намек — и насмешка — стоявшие за этими словами, не укрылись от Фредди. «Вот как? Что ж, моя реакция будет довольно предсказуемой, приятель — отъебись».

«Ты должен чувствовать мою мощь. Я здесь не для пустых угроз. Ты стал моим врагом, и я уже ожидаю, что ты попытаешься снова вмешаться в мои дела в будущем. Я не позволю тебе этого сделать. Как только ты проснешься, твой шанс на жизнь будет упущен. Выбирай тщательно».

«Знаешь, что забавно?» Фредди сделал шаг вперед. «Я вообще-то не планировал больше во всё это ввязываться». Еще шаг. «Я собирался заниматься своими делами и позволить миру сгореть к чертям, если ему так хочется». Еще один. «Но ты приходишь в мой сон…» — еще один — «…чтобы ставить мне условия?» Он остановился, стоя прямо перед призрачной тварью.

Затем он высвободил каждую крупицу безумия, которую только мог вызвать.

Он увидел, как глаза фигуры расширились, и она сделала удивленный шаг назад.

«Мы когда-нибудь встретимся», — пообещал Фредди. «А до тех пор…» — трещина пробежала по кошмару, разбивая его, — «…пошел вон из моей души». Фальшивый мир растворился во тьме.

И Фредди вернулся к блаженной тишине сна без сновидений.

Глубоко в душе Фредди, прямо внутри паутины запечатанных трещин, находились три неровные рунные тюрьмы.

Оболочка глубокого синего цвета зашуршала, когда дух внутри зашелся в ликующем хохоте. «Ах… Ты чувствуешь это, скелет?» — радостно произнес Левиафан. «Запах души, которой больше нечего отдать. Этот урон…» — он сделал глубокий вдох и выпустил его с довольным стоном, — «…он далеко за пределами того, что можно исцелить обычными средствами». Его взгляд впился в Кровопролитие. «С ним покончено. Оставим несбыточные фантазии, у него нет шансов восстановиться и продолжать двигаться вперед». Его массивная пасть растянулась в кровожадной ухмылке. «Твой путь подошел к концу».

Кровопролитие молчало несколько мгновений. А затем оно начало хохотать. «Тише, дурак». Оно медленно повернуло свои пустые глазницы в сторону Левиафана, в глубине которых сияло багровое свечение. «Ты наблюдал всё это время, и всё же не видишь ни единой правды о моем мастере».

«Ты в бреду».

«Нет», — сказало Кровопролитие. «Если на то пошло, мне не хватало веры». Его голова опустилась, словно оно корило себя. «Я считал своего мастера достаточно жалким, чтобы потерпеть неудачу в первозданном домене. Я был глупцом».

«Ему просто повезло».

«Ты правда так считаешь?»

Левиафан замолчал.

Кровопролитие отвело взгляд и вздохнуло. «Я вижу это, ясно как день». Оно сделало шаг вперед. Клетка из рун отперлась, распахнувшись, и Кровопролитие вышло в обнаженную душу своего мастера, пока Левиафан наблюдал за этим с завистью. «Путь, по которому он идет, становится лишь гуще от запаха Кровопролития». Скелет поплыл вперед, широко раскинув руки.

Его левая рука вывернулась вниз, а правая ладонь повернулась вверх. Оно откинуло голову назад, словно вдыхая саму эссенцию души мастера. Мерцающие капли крови поплыли прочь от него, свободные от оков гравитации, медленно распадаясь и растворяясь в прекрасных искрах.

«Мастер», — пробормотало оно. «О, Мастер. Вы — всё, о чем я могло молиться. Я ни на мгновение не верю, что это вас остановит». Оно подалось головой вперед, вглядываясь в трещины внутри души Мастера. «Однажды вы увидите это так же, как вижу я. Нет силы, способной положить конец вашему правлению. Если вы сбежите с пути, вы увидите, что не созданы для мира».

Кровопролитие оскалилось. «А этот мир… не создан для вас».

В Северном Поясе в последнее время было довольно много проблем. Многие пытались уехать, и почти никто не хотел туда направляться.

Потому ситуация, когда все силы охраны целого сектора стояли перед фигурой, пытающейся прорваться внутрь, выглядела несколько странно.

Каждый присутствующий охранник был на третьей звезде. И всё же они дрожали как листья на ветру, до смерти напуганные тем, что может сделать стоящий перед ними человек.

Это был жилистый мужчина с поджарыми мускулами, наполненными непостижимой силой. Его иссиня-черные волосы спадали на широкую спину, а красные глаза буравили строй гвардейцев; на губах играла игривая улыбка. «Ну? Вы собираетесь меня пропустить?»

Офицер пограничной службы с четырьмя звездами, один из самых низкоранговых четырехзвездочных в империи, тяжело сглотнул, сделал нерешительный шаг вперед и поклонился почти под прямым углом. «Нам очень жаль, сэр. Пожалуйста, пощадите нас. Мы лишь следуем имперскому закону. Тем, кто выше третьей звезды, вход запрещен».

Мужчина, всё ещё сохраняя терпение, хмыкнул на эти слова. «И кто, по-твоему, вообще создает эти законы?»

Офицер сглотнул. «Для Оверлордов нет официальных исключений. Нам нужно связаться с вышестоящим руководством, чтобы предоставить вам исключение».

«Ну, я сам предоставляю себе исключение прямо сейчас». Он сделал шаг вперед, положив мягкую руку на плечо мужчины. «Расслабься. Я знаю, что веду себя немного неразумно. Как насчет такого — вы не смогли меня остановить. Что касается последствий, я возьму на себя полную ответственность. Или», — он поднес палец к своим широким губам, — «возможно, мы могли бы сохранить это в тайне?»

Охранник нехотя кивнул. «Если таков ваш приказ, Оверлорд Умбра».

Мужчина улыбнулся. «Хорошо. Не волнуйся. Это не займет много времени, не больше пары часов».

«Я просто собираюсь убить человека, который сбежал с моей дочерью».

----------

Циклическая Коса

Фредди проснулся. «О, черт возьми». Его сразу же охватило рвотное позывы, а по позвоночнику пробежал дрожь ужаса. «Нет, нет, нет, нет…» Он закрыл глаза, надеясь, что, открыв их снова, увидит что-то другое. Но удача ему не улыбнулась.

Перед ним был выцветший потолок того места, которое когда-то было полно жизни и красок. Но, что ж, столько десятилетий в подземелье износили его, и цвета поблекли до безжизненного серого.

Слезы навернулись на глаза. «Нет, нет, нет, нет, нет… Я знал это». Он ударил кулаком по стене своей дерьмовой хижины, пробив в ней огромную дыру. «Я ЗНАЛ ЭТО!» Крик чистого возмущения вырвался из его горла.

Боясь, что это может сделать его реальностью, он никогда раньше не признавал своего страха. Но он всегда был там, всегда скрывался прямо за углом. Он видел собственными глазами, на что способно Безумие. Он знал, что, если бы оно захотело, то легко могло бы обмануть его, заставив поверить, что он ушел.

Игра окончена.

Он все еще был заперт в подземелье.

«Я не могу этого сделать…» — сказал он, задыхаясь от паники и дрожащим голосом. «Я убиваю се…» Шуршание прервало его слова. Он повернулся к входу, где стоял странный лысый мужчина, выглядывая головой извне. Голова исчезла, и раздалась быстрая серия шагов, когда мужчина убежал куда-то.

Сердце Фредди колотилось в груди. Кто это? Он сделал нерешительный шаг вперед, широко раскрыв глаза, и просто стоял там, парализованный и ошеломленный. О боже. Он направляется к генератору…

***

Фредди проснулся с криком, привстав в постели. Прошло долгое мгновение напряженной тишины, и звук его сердцебиения казался неестественно громким в тихой, холодной спальне. «Кошмар». Он плюхнулся спиной на кровать, медленно выдыхая.

Паника, которая казалась такой яркой и реальной во сне, теперь притупилась. Он чувствовал биение своего сердца, учащенное дыхание, холодный пот, покрывающий его кожу. Но все это было… неважно. Фоновый шум.

Он цеплялся за эти мимолетные ощущения ужаса, как ребенок, держащийся за игрушку, прежде чем ее вырвут из его рук, оставив его одного, брошенного в бездне бездонной скуки.

Из его губ вырвался пустой смешок. Сон был слишком приятен.

Вот это и был настоящий кошмар.

Повернув голову, он взглянул на цифровые часы на тумбочке. 9:14 утра. Он моргнул. 10:57 утра.

Его губы сжались в тонкую линию. Этот пропуск был немного хуже, чем обычно, и он знал, что ему нужно поспешить встать с постели; иначе он проморгает еще целый день. Как бы ни было заманчиво поддаться сиреневому зову небытия, упрямая часть его всегда отказывалась отпускать. У него была жизнь, которую нужно было прожить. Черт бы его побрал, если бы он не боролся за нее.

Вытащив себя из постели, он выполнил свою обычную утреннюю рутину. Честно говоря, у него не было никакой реальной причины снимать пижаму, но он давно понял, что занятость — лучший способ удержать себя в рамках собственной совести.

Вскоре он оказался перед зеркалом в ванной.

Он был без рубашки, обнажая неприятный вид своего истощенного торса, а также извивающуюся черную татуировку вокруг левого предплечья.

В его груди мелькнула едва уловимая нотка облегчения — крупица тепла на фоне всепоглощающего холода. Его лицо, которое он когда-то так безрассудно отверг, вернулось. Он был самим собой. Нигде не было видно ни одного волоска бороды, а его волосы снова достигали плеч.

Это было так, будто он снова оказался в той общей ванной, морально готовясь к работе. Хотя нет, на самом деле — сейчас он выглядел в сто раз лучше, с гладкой кожей без прыщей и шрамов и здоровыми густыми волосами.

Он провел рукой по своим темным локонам, которые слегка завивались и ниспадали вокруг лица. Было странно, как его волосы просто сами по себе так выглядели. Он, наверное, мог бы быть моделью шампуня.

Где-то в животе зародилось едва уловимое желание усмехнуться, и он ухватился за него. Вырвался натянутый смех. Он щелкнул языком. «Это прозвучало не так, как надо».

Возможно, это было проявлением его отчаяния, но он мог поклясться, что, цепляясь за те редкие проблески эмоций, которые он время от времени ощущал, ему удавалось хоть немного залечить раны души. Возможно, это было лишь его воображением. «Но я ведь ни черта не знаю о ранах души». Вздохнув, он направился на кухню.

Там он приступил к медленному и утомительному процессу приготовления утреннего кофе. Не то чтобы он мог заметить разницу между дешевой растворимой дрянью и эспрессо, на приготовление которого он тратил полчаса, но, опять же, найти себе занятие было крайне важно.

Он медленно обжаривал зерна на огне, используя специальный контейнер. Когда он решил, что они наконец готовы (они были поджарены до хрустящей корочки), он измельчил их (в угольную пудру) и использовал свою шикарную кофемашину, чтобы… приготовить себе чашку? Заварить? «Заварить» — это было правильное слово, он был в этом почти уверен.

Его праздные мысли прервались, когда небольшая струйка кофе под высоким давлением решила свернуть с пути к чашке и разбрызгаться по всему его паху. Он вздохнул, выключил машину и отпил глоток конечного продукта.

Теперь, как и со всем остальным в наши дни, ему было трудно понять, что именно подсказывали ему его чувства. Конечно, он чувствовал вкус кофе, но это было почти так, будто его способность оценивать вкус отключилась. Однако он знал две вещи. Во-первых, это не имело ничего общего со вкусом любого кофе, который он когда-либо пробовал, и, во-вторых, даже если он не мог непосредственно оценить вкус, непроизвольные спазмы шейных мышц не были типичным признаком удовольствия.

Пожав плечами, он схватил чашку с угольным кофе с кухонной столешницы и направился к дивану в гостиной, где включил BC. Они наконец-то восстановили местный приемник. BC отлично подходил для человека с повреждением души. Достаточно бездумный, чтобы участие в нем требовало минимальных усилий, и достаточно динамичный, чтобы удерживать его внимание и не давать кускам времени испариться в ничто.

В основном Фредди просто ждал. Скоро придут следователи, о которых его предупредил судья, и начнется вся эта процедура по улаживанию дел. После этого он сможет свободно покинуть Северный Пояс и как следует вылечить свою душу.

Но ожидание начинало затягиваться. Хотя он отлично справлялся с самообманом и отвлекал себя, на самом деле его состояние ухудшалось. Апатия становилась все более коварной, и... «Черт возьми, я опять два дня не ел».

Ворча, он направился к холодильнику. Он не стал возиться с приготовлением еды, так как ингредиенты обычно портились, прежде чем он вспоминал о их существовании. Вместо этого он взял несколько старых добрых пищевых таблеток и проглотил их.

Он залпом выпил воды прямо из-под крана. Она была ледяной.

Вздохнув, он прислонился к столешнице. Он знал, что нужно сделать. Ему нужно было чем-то занять себя, пусть даже на один день. К счастью, он приберег кое-что. Вещь.

Вещь, которая ему действительно была небезразлична — нет, вещь, к которой он испытывал глубокий интерес, даже несмотря на душевные раны, от которых он страдал.

Его взгляд медленно скользнул к татуировке, обвивающей его левую руку. Поднеся руку к лицу, он рассмотрел золотые губы, прикоснувшись к ним пальцами правой руки. Они действительно выглядели и ощущались ничем иным, как татуировкой. Ну, чертовски хорошей татуировкой. Губы были невероятно сложными, с красивой штриховкой и яркими цветами. Они даже отражали свет, как настоящее золото, придавая им завораживающий трехмерный вид, несмотря на то, что они были на одном уровне с кожей.

Он мог оценить это даже с повреждением души.

Как ни старался, он ничего не мог сделать, чтобы скрыть татуировку, кроме как просто прикрыть ее. К счастью, причудливые татуировки не были редкостью среди архилюдей, поэтому он сомневался, что у него возникнут проблемы, если он соврал бы об этом.

Хватит тянуть время. Он поднял руку.

Глубоко вздохнув, впервые с момента встречи с Софией, Фредди высвободил «Циклическую Розу». Он наблюдал, как она разматывается, пока в его руке с громким металлическим звоном не материализовалась большая черная коса.

Вместо хора злорадного хихиканья золотые губы просто улыбнулись, ожидая в зловещей тишине. Фредди охватило чувство дискомфорта. «Думаю, пора покончить с этим. Скажи мне — что именно ты делаешь?»

Пара губ, на которую он как раз смотрел, раскрылась в широкой улыбке; по их уголкам стекала тоненькая струйка крови, а на него сияли жемчужно-белые зубы. Струйка крови стекала по полу кухни, но кровь была создана из эссенции, так что со временем она просто испарится.

«Тебе бы очень хотелось узнать, не так ли? Обо мне. Все для чего ты можешь использовать меня». Раскрылась еще одна пара губ, и из них вытекла новая струйка крови, когда они заговорили более глубоким голосом. «И я с удовольствием тебе расскажу». Раскрылась третья пара, и ее голос прозвучал высоким тоном. «Но мы оба знаем, что есть лучший способ для тебя это узнать.

«Используй меня. Поэкспериментируй. Посмотри своими глазами, на что я способен».

Фредди нахмурился.

«Тебе это нужно», — сказала первая пара губ. «Ты чахнешь. Хотя тебе кажется, что ты прилагаешь огромные усилия, чтобы не заснуть, на самом деле ты гниешь». Вторая пара. «Да! Выйди на улицу!» Третья пара. «Ты превращаешься в псевдо-человека».

Губы Фредди задрожали. Они были правы. Как и все другие разумные эфирные конструкции, Циклическая Роза не могла лгать. Вздохнув, он кивнул. Он переложил окровавленную косу в правую руку и достал из кольца хранения телефон размером с кирпич. Он набрал номер.

«Фредди?» — раздался удивленный голос Джорджи. «Тебе что-то от меня нужно?»

«Да… У тебя есть свободное время? Мне понадобится кто-то, кто проследит, чтобы я не отключился в одиночестве в межпространстве».

***

Фредди встретился с Джорджи в пещере под штаб-квартирой Вальгаллы. Женщина ждала его прямо у подземного прохода, одетая в полную металлическую броню. Фредди впервые видел ее в таком снаряжении. Похоже, то, что голем Софии затоптал ее в грязь, преподало ей урок.

«Привет!» — восторженно поприветствовала она его. «Давно не виделись».

Он кивнул в ответ. «Мм», — без энтузиазма пробормотал он.

Вокруг них множество людей входило и выходило из прохода, шепчась и указывая на Фредди, с восхищением перешептываясь.

Что касается него, то он был одет в простую белую футболку и испачканные черные спортивные штаны, выглядя совершенно непринужденно.

Она напряглась, заметив отсутствие снаряжения. «Ты уверен, что не хочешь хотя бы какой-нибудь защиты?»

Он пожал одним плечом. «Я почти надеюсь, что что-нибудь просто избавит меня от мучений».

Джорджи хмыкнула.

Фредди предположил, что его слова действительно прозвучали как шутка. «В любом случае…» Сменив тему, он указал на проход. «Мы выйдем на несколько шагов — не слишком далеко, но мне хотелось бы немного уединения. Ты подожди в соседнем проходе, пока я кое-что проверю. Это не должно занять много времени. Если я не выйду, скажем, через полчаса, можно с уверенностью предположить, что я где-то отрубился».

Женщина кивнула. «Ну что ж. Тогда нам пора».

«А Джорджи?» — окликнул он. «Спасибо за это. Уверен, у тебя есть дела поважнее».

«Ничего страшного», — она махнула рукой. «Правда. Я тебе хотя бы этим обязана».

Вместо того чтобы зря спорить, он просто кивнул, и они без слов прошли в межпространство. У него было довольно подробное представление о местном межпространстве, учитывая массовую резню, которую он здесь устроил, так что после коротких поисков он нашел подходящее царство.

Царство было класса B, в нижней части шкалы. Оно представляло собой пустынный серый пейзаж с мрачным небом, застывшим в вечном сумерках. Единственными монстрами поблизости были грызуны размером с собаку, а единственный проход, который нашел Фредди, был настолько тесен, что делал это царство чем-то вроде тупика. «Это подойдет», — сказал он, поворачиваясь к ней. «Подожди снаружи».

Кивнув, она отступила, оставив его наедине. Фредди уважал Джорджи, но никому не доверял точных подробностей о том, как работает «Циклическая Роза».

«Итак…» — пробормотал он, оглядывая унылое царство. На его губах заиграла небольшая улыбка. Впервые за долгое, долгое время он искренне с нетерпением ждал, когда сможет что-то сделать.

Он вышел наружу, подняв левую руку. Коса развернулась, снова появившись в его руке, и на этот раз сразу же затрещала.

Испытание этой штуки обещало быть не из легких. Фредди не мог использовать способности, не чувствуя, будто разрывает собственную душу на части, поэтому ему пришлось импровизировать. Первое, что он хотел выяснить, — на что именно способна эта коса сама по себе?

Ее можно было прикрепить к оружию, но он еще не пробовал использовать ее в чистом виде.

Найдя валун примерно своего роста, он кивнул. Затем он замер. «Ты сломаешься, если я врежу тебя в твердый камень?»

Коса сочла эту идею забавной. «Чтобы сломать меня, понадобится гораздо больше, чем это».

«Понятно. Но спросить не помешает». Он оттянул косу назад — и сразу же столкнулся с первой проблемой.

Косы — ужасное оружие. В смысле, действительно отвратительное. Из-за положения лезвия практически все приемлемые способы атаки становились невыполнимыми. Он видел это достаточно раз, когда пользовался этим оружием в Отголоске\Нетерехо, но там все было немного более… концептуально. Оглядываясь назад, становится очевидным, что общая беспорядочность Отголоска\Нетерехо делала это оружие более практичным, чем оно имело право быть.

К сожалению, эта безумность плохо переносилась в реальность.

Вздохнув, он поднял оружие, как кирку, направив острие лезвия на камень. Затем он замахнулся. Оружие отскочило с пронзительным звоном, и кровь брызнула по всему валуну, а многочисленные рты резко замолчали, издавая звуки разной высоты: «уф» и «ай». Фредди поморщился. «Прости».

Несмотря на отсутствие глаз, многочисленные рты все равно уставились на него осуждающим взглядом. «Знаешь, должно быть довольно очевидно, что так меня использовать не положено».

«Я просто хотел понять, с чем я здесь имею дело, на случай, если когда-нибудь окажусь без оружия, которым тебя использовать».

«Уверен, ты сможешь придумать что-то получше, чем это». И снова, даже не имея глаз, коса сумела многозначительно уставиться на его руку.

Он приподнял бровь. Сосредоточившись на мгновение, он сумел заставить косу расплавиться и облечь его правый кулак, обернув его вплоть до локтя. «Хм». Он ударил по камню. Фредди в своей жизни ударял по камням не раз, так что в общем-то знал, чего ожидать. Но это было не то.

Его кулак приземлился с хрустящим ударом, и трещины распространились по камню вокруг него. Даже при довольно сильном ударе, учитывая, насколько худым было его тело в данный момент, у него просто не хватило силы разбить весь валун. Тем не менее, ущерб был определенно больше, чем был бы без косы.

«Хм?» Это было немного сложно заметить из-за брызг крови, сопровождавших каждый удар, но теперь, когда он внимательно присмотрелся к месту удара, камень… кровоточил? Он потрогал это место большим пальцем, и, как и следовало ожидать, его палец остался в крови. Через несколько мгновений брызги крови испарились в эссенцию, но кровь, просачивающаяся через трещины в камне, осталась. «Что это, блядь, такое?»

Губы хрипло хихикнули, отказываясь давать подробные объяснения.

Я могу заставить неживые предметы кровоточить? Ну, это чертовски жутко.

Откуда, черт возьми, взялась эта кровь? И, что еще важнее, что именно она делала? Он попытался впитать кровь, но даже одна маленькая капля вызвала у него крайне неприятное ощущение, заставив его остановиться.

Решив переключить внимание на что-то другое, он посмотрел на свою правую руку. Конечно, косу можно было использовать на собственном теле, но явно чего-то не хватало. В силе косы был элемент, для использования которого требовалось оружие.

Он снова материализовал косу. На мгновение он подумывал рискнуть и вызвать «Кровавого мстителя», но это была плохая идея. Его взгляд переместился на ближайший камень. Наклонившись, он поднял его. Потребовалось немного сосредоточиться, но ему удалось обернуть косу вокруг камня.

Он сразу почувствовал, что что-то изменилось. Не то чтобы камень стал невесомым, но его душевное создание явно делало что-то, чтобы помочь ему нести его легче. Это было трудно описать, но это было почти так, как будто у него появился новый мускул в душе, способный помогать тащить все, к чему в данный момент была прикреплена коса.

Он снова ударил камнем по валуну, и на этот раз проявилась еще одна часть сил косы. Вместо того, чтобы расколоться, как он ожидал, камень остался целым, а валун, в который он врезался, получил еще больше повреждений. И снова валун закровоточил.

Было ясно как день, что Циклическая Роза съела кольцо и кулон Фредди не просто потому, что почувствовал легкий голод. Он бросил на конструкцию многозначительный взгляд, и одна из губ улыбнулась ему. «Постарайся разобраться в этом самостоятельно. Я расскажу тебе подробности о том, что ты не сможешь решить сам...»

Он медленно кивнул. «Думаю, это справедливо».

Затем он подошел к дереву. Это было хилеющее, гнилое дерево, у которого вместо кроны осталось всего лишь несколько скрученных ветвей, но для его испытания оно подошло. Сначала он попытался просто обхватить его косой.

Как и ожидалось, ничего не вышло. Он кивнул и пару раз пнул дерево, пытаясь его повалить. Удалось. Он снова попытался. И снова коса просто безжизненно упала на него, словно рыба на суше. Затем он собрался с силами, приподнял дерево и на этот раз, приложив немного усилий, сумел обернуть вокруг него косу.

Все дерево стало темно-черным, и по всей его поверхности появились большие пары губ.

Он был застигнут врасплох тем, что это действительно сработало, но быстро пришел в себя, сделав несколько важных открытий.

Его душевный конструкт действовал на все, что можно было использовать в качестве оружия, при условии, что он продемонстрировал, что может использовать это в качестве оружия. Не было жестких ограничений по весу, кроме его собственной силы. И во-вторых —

Фредди недовольно вздохнул, пытаясь немного раскачать дерево. Упомянутая мышца в его душе была не в восторге от того, что ей приходилось тащить гигантское дерево. Тем не менее, это сработало, пусть и ненадолго, позволив ему раскачивать дерево с видимой легкостью. Вскоре Фредди почувствовал, что мышца отказывает, что заставило косу втянуться обратно в его руку, а дерево рухнуло на землю.

Усталость сохранялась некоторое время, может быть, около пяти минут. Это было не так уж плохо, но если бы это произошло во время боя, это могло бы быть довольно тяжелым испытанием. Об этом стоило помнить. Он все еще помнил ту абсолютную легкость, с которой он владел «Кровавым мстителем» против Нахара. Теперь он понял, что нужно быть осторожным. Правильная техника и сила по-прежнему имели решающее значение.

Как только коса восстановилась, он продолжил испытания. Была одна вещь, которая интересовала его больше всего.

Вздохнув, он мысленно выбрал «Ужасающие кулаки». Это была чрезвычайно дешевая способность, и даже при этом ее использование ощущалось как душевный эквивалент того, будто из души выходит еж.

Выдохнув с дрожью, он сосредоточился и без труда обмотал косой хрупкие на вид шипы. Как ни странно, губы стали настолько крошечными, что их смех стал едва слышным и чрезвычайно высоким. Оружию это тоже показалось забавным, и вскоре тонкая, диссонансная какофония голосов зашептала хихиканье на ветру.

Эта штука чертовски жуткая.

Отбросив эти мысли, он пробрался по каменистому ландшафту в поисках своей первой жертвы. Грызуны любили прятаться в больших трещинах, но, учитывая, насколько маловато было это царство, найти их не составляло особого труда.

Вскоре он держал за загривок крупную крысу, которая яростно билась.

Сначала он убрал косу и использовал одни «Ужасающие Кулаки», слегка вонзив их в бок чудовища. Чудовище взвизгнуло и удвоило свои усилия. Затем он обмотал косу вокруг шипов и снова замахнулся.

Шипы с невероятной легкостью вонзились в бок чудовища, словно он окунул их в жидкость, а не вонзил в твердую плоть.

Чудовище не билось. Оно просто застыло, явно парализованное. Рана обильно кровоточила, и кровь стекала по ноге существа, как из открытого крана. Через мгновение чудовище умерло.

Фредди затаил дыхание. Наконец наступил роковой момент.

Становилось все более очевидным, что «Циклическая Роза» имитирует функции уникальных проклятых предметов, которые он проглотил. Но его предметы были не единственным, что он проглотил. Самое главное, он поглотил его душевную конструкцию.

Сердце колотилось в груди, пока он ждал, что произойдет, когда существо умрет.

----------

Вечная машина войны

Секунды, которые потребовались, чтобы грызун-монстр умер, казались ему вечностью. Фредди с удовольствием отметил, как его предвкушение заставляло его почувствовать себя по-настоящему живым. Но даже это отошло на второй план, когда он наблюдал, как существо истекает кровью, а сердце его колотилось в груди.

Духовная конструкция Фредди всегда была одним из незаметных героев его арсенала. Ему было трудно представить жизнь без нее. Управление эссенцией было известным источником раздражения, и для большинства это был самый важный фактор, определяющий их долгосрочный рост.

Доступ к большему количеству эссенции означал больше практики в использовании своих способностей, а это, в свою очередь, означало меньшую необходимость подвергать себя опасности ради роста. Больше эссенции означало больше денег, а больше денег означало больше ресурсов, что обычно приводило к появлению других способов восстановления и развития.

Но все это относилось к восстановлению эссенции вне боя.

Если эффект «Циклической Косы» сработает так, как он предполагал, это может позволить ему сделать чуть больше, чем просто это.

После мучительного ожидания существо наконец расслабилось, выпуская воздух из легких тихим шепотом смерти.

И, как обычно, Фредди восстановил 1% эссенции за убийство.

Он долго наблюдал за своей душой, но это было все. Всего 1%. Ничего не изменилось, и, насколько он мог судить, никаких других эффектов на его душу не было.

Он покинул свой эфирный космос с приступом разочарования, а затем сразу заметил нечто, от чего у него подкосились колени. Он использовал «Кулаки ужаса», что оставило в его теле небольшое количество рефлюксной эссенции.

Эта рефлюксная эссенция исчезла.

«Расслабься», — сказал он себе. Возможно, она просто испарилась естественным образом. В конце концов, у него был «Очищающий багряный источник».

Глубоко и медленно вздохнув, чтобы успокоиться, он решил повторить эксперимент. На этот раз он использовал манипуляцию сырой эссенцией, задействовав все три своих сродства. В то время как использование способностей причиняло адскую боль, манипуляция казалась совершенно безопасной. Даже слегка приятной, почти. Стоит запомнить на будущее.

Как только он накопил около 10% рефлюксной эссенции для каждого сродства, он выследил еще одного грызуна. На этот раз он не стал возиться, а вместо этого использовал «Циклическую Косу» как большую кирку и вонзил ее острие прямо в мозг существа.

Вместо того, чтобы обращать внимание на свою душу, на этот раз он наблюдал за эффектом на своем теле.

Вздох удивления вырвался из его горла, когда он увидел, как рефлюксная эссенция всех сродств мгновенно уменьшилась, упав чуть менее чем на 1% каждая. Он застыл на месте на долгий момент. «Это не может быть правдой».

Он поохотился на другого грызуна, на этот раз чуть покрупнее. После убийства эссенция рефлюкса упала еще больше. Третье убийство подтвердило это — это сработало.

Фредди нервно хмыкнул. «Никто не должен знать об этом». Одно дело, если бы это позволяло ему восстанавливать немного больше эссенции, чем обычно. Но очищать рефлюксную эссенцию? «Черт возьми». Колени подкосились, и он был вынужден сесть на землю.

Золотые губы злорадно хмыкнули. «Что случилось, большой парень? Чувствуешь себя слишком уж могущественным?»

«Заткнись». Он нервно посмотрел на косу. «Я серьезно. Если я когда-нибудь покажу тебя, я ожидаю, что ты никому об этом не расскажешь».

Губы растянулись в широкой улыбке. «Или что?»

«Я… что, черт возьми, ты имеешь в виду под „или что“? Ты хочешь, чтобы меня оттащили куда-нибудь на передовую? Потому что, если не тот человек пронюхает, что я — вечная военная машина, именно это и произойдет».

Улыбка стала еще шире. «Ну, это было бы зрелище».

Фредди щелкнул языком. «Да что ты вообще хочешь? Кто ты, на самом деле?»

«Эй, не смотри на меня, — сказала странная тварь. — Я всего лишь мостовая на твоем пути. Если хочешь кого-то винить за то, что выходит из моих уст, вини себя». Открылся еще один рот. «В конце концов, я — продолжение тебя». Еще один. «Немного честнее, конечно». Еще один. «Но я не могу сказать ничего, о чем ты не думаешь где-то в глубине души». Еще один, с самым глубоким, самым зловещим голосом, который он слышал до сих пор. «И давай будем честны. Ты ненавидишь хранить секреты».

Высокий, насмешливый голос прокричал: «ТЫ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ВСЕ ЗНАЛИ, НАСКОЛЬКО ТЫ КРУТОЙ».

«ПОВЕРХНОСТНЫЙ!»

«МЕЛОЧНЫЙ!»

«СЛАБЫЙ!»

Самый глубокий голос зазвучал снова: «И гораздо, гораздо слишком могущественный для своего же блага!»

Вокруг него раздался хохот.

Он хотел что-нибудь сказать. Что угодно. «Я выяснил все, на что ты способен, или есть еще что-то? У нас заканчивается время».

«Сменил тему, я вижу? Типично».

«Просто пойди мне навстречу».

«Ладно. В основном, это все». Рот растянулся в широкой улыбке. «Но разве нет чего-то, о чем ты боишься спросить?»

Фредди нахмурился и опустил голову. «Это все еще возможно?»

«Может быть».

Фредди поднял голову. «Что ты имеешь в виду?»

«Связь с Кровопролитием была частью силы кольца. Это нельзя стереть». Открылся второй рот. «Но, как ты, наверное, заметил, отдельные эффекты мутировали, чтобы соответствовать назначению конструкции как модификатора оружия». Третий. «Верь или нет, но я знаю о своих способностях не намного больше, чем ты». Четвертый. «Я могу рассказать тебе подробнее, на что я способен, но только после того, как ты сам обнаружишь эти эффекты». Пятые. «Связь с Кровопролитием все еще существует». Шестой. «Но я не узнаю, что она делает, пока ты сам не выяснишь».

Фредди нахмурился. Связь с Кровопролитием раньше была чертовски очевидна. Теперь он даже не мог ее почувствовать. Что-то в том, как она работала, изменилось, и у него не было ни малейшего представления, как ее на самом деле использовать, или можно ли ее вообще использовать, чтобы освободить Кровопролитие.

Часть его хотела верить, что так даже к лучшему. В конце концов, способность освободить духа была катастрофой, которая рано или поздно должна была случиться. Каждый раз, когда он его освобождал, существовала серьезная вероятность, что его убьют, и если это произойдет, пути назад не будет. Призывать его было безопаснее.

Но даже зная это, он не чувствовал себя хорошо. По правде говоря, он был опустошен. Он любил этот маленький кровавый скелет. Он хотел провести с ним еще немного времени.

«Ну, со временем мы узнаем». Фредди сменил тему, доставая свой блокнот. «А теперь пора сделать небольшое обновление». Он посмотрел на косу. «Насчет тех подробностей…»

СБОРЩИК:

Вторая звезда — ГОТОВ К ВОЗНЕСЕНИЮ

2-звездочный спутник

ТАЛАНТ:

1% Похищение жизни: динамическое исцеление

КОНСТРУКТ ДУШИ:

Циклическая Коса:

Помощь в владении оружием

Всепроникающее кровопролитие (умеренное)

Извлечение сущности

Усиление оружия: +37% урона, +37% прочности

Синергия крови: +79% к силе специальных способностей оружия крови

Узы Кровопролития (?)

ТЕХНИКИ ЗАКАЛКИ:

Сродство крови:

Море крови: Этап 3 — 0% прогресса

Багровая ртуть: Этап 3 — 0% прогресса

Очищающий багровый источник: Этап 3 — 0% прогресса

Сродство воды:

Адаптивное водное тело: Этап 1 — Завершено

Сто тысяч мокрых адов: Этап 3 — 0% прогресса

Бездонные глубины: Этап 3 — 0% прогресса

Водное тело: Этап 3 — 0% прогресса

АКТИВНЫЕ УМЕНИЯ:

Сродство крови:

Кастеты ужаса: Этап 3 — 0% прогресса

Кровавое копьё: Этап 3 — 0% прогресса

Поглощение крови: Этап 2 — 39% прогресса

Ускорение кровавого снаряда: Этап 3 — 0% прогресса

Кровавый мститель: Этап 3 — 0% прогресса

Кастетный клинок: Этап 3 — 0% прогресса

Щит багрового крыла: Этап 3 — 0% прогресса

Рассеивающая волна: Этап 3 — 0% прогресса

Чешуя багрового дракона: Уровень 2 — 26% прогресса

Сродство воды:

Удар цунами: Уровень 3 — 0% прогресса

Гидравлическая гибкость: Уровень 3 — 0% прогресса

Создание воды: Уровень 3 — 0% прогресса

Гидравлический бросок: Уровень 3 — 0% прогресса

Связь с погибшей водой:

Погибшая вода: Уровень 0 — 52% прогресса

Призраки утопших: Этап 0 — 52% прогресса

ПРОКЛЯТЫЕ ПРЕДМЕТЫ:

Океанский медальон: -13% к стоимости эссенции для способностей, связанных сродством к воде.

Кольцо захвата эфира: Создает монеты чистой ауры

Циклическая Коса провела его через все эффекты и все детали, и…

«Боже мой».

Усиление владения уже было достаточно, чтобы сделать эту штуку просто нелепой. Все остальное было просто… «Ты уверен во всем этом?»

«Возможно, ты не знаешь, кто я такой на самом деле, но я все же являюсь разумным сущностным конструктом. Ты знаешь, что я не могу лгать».

«Все равно…»

По словам «Циклической Косы», это существо могло поглотить до двух проклятых предметов — один обычный и один уникальный. Фредди было немного жаль, что он потерял два уникальных предмета, но, учитывая полученный эффект… наверное, так было даже к лучшему.

Важно отметить, что это, по-видимому, был лишь базовый уровень, и его возможности будут расти по мере того, как Фредди будет собирать ресурсы, причем с каждым повышением звездного уровня будут происходить значительные скачки.

«Циклическая Коса» приобрела свойства предметов, которые она поглотила, с мутациями, адаптированными к ее основному назначению — прикреплению к оружию и его модификации.

«Помощь в владении» была ее основной функцией, а «Извлечение сущности» исходило от душевного конструкта Фредди. Без предметов это было бы все, на что она способна.

«Усиление оружия» исходило от «Кулона Воина-Короля», а остальное — от «Кровавого кольца».

+37% к урону и прочности оружия — это была полная чушь. Просто откровенная. И это число было намного больше, чем сила, которой достиг «Кулон Воина-Короля» сам по себе. Частично это происходило от всего скрытого, неиспользованного потенциала поглощенного проклятого предмета, а частично от того, что его сила теперь была сконцентрирована и сосредоточена только на одном предмете, тогда как раньше не было ограничений на то, к скольким предметам она могла применяться. Фредди не собирался жаловаться. Эти цифры и так были нелепыми, а когда они выросли…

«Всепроникающее кровотечение» было странным, хотя и простым. Оно могло заставить кровоточить что угодно. Для неодушевленных предметов это означало постепенную потерю прочности, а старые добрые плоть и кости теперь теряли не только кровь от кровотечения, нанесенного Фредди.

И, наконец, «Кровавая синергия». Она возникла из двух основных эффектов «Кровавого кольца», которые слились во что-то гораздо более конкретное. +79% к силе специальных способностей его оружия — это… очень много. Логически это имело смысл. Большое общее усиление силы и значительная скидка были сведены к тому, чтобы действовать только на конкретную часть некоторых его способностей… но, черт возьми, это было огромное число.

Была еще и таинственная связь с Кровопролитием, но как он ни старался, он просто не мог понять, что именно она делала. Это было досадно, но он был уверен, что в конце концов разберется.

Он закрыл тетрадь и убрал её. На мгновение он заглянул в свой эфиркосмос, мимо всех ярких, пульсирующих трещин в своей душе, вплоть до своей второй звезды, которая бурлила силой, готовая родить третью, как только будет устранен ущерб его душе.

Ему нужно было быть осторожным. Фредди не был настолько наивен, чтобы думать, что империя проигнорирует его существование. У них было достаточно войн, куда его можно было отправить, а Фредди не хотел становиться чьей-то пешкой. Или убивать большое количество иностранцев на каком-нибудь поле боя.

Если он хотел, чтобы его оставили в покое, ему нужно было показать, что он готов играть по их правилам. Не было никакого способа избежать необходимости доказать свою ценность.

Чего хотела империя? Она хотела сильных правителей. Лордов и леди, которые будут расширять свои владения и сражаться за интересы империи. Экспансия была главным приоритетом империи, и для расширения им нужны были те, кто обладал волей и силой удержать новые территории.

Тень промелькнула в глазах Фредди, когда он укрепился в своем решении.

Они, без сомнения, попытаются как-то проверить его лояльность. Они будут пытаться вывести его из себя, заставить показать свое истинное лицо.

Костяшки его кулаков побелели, когда он встал на ноги.

Он покажет им именно то, что они хотят увидеть.

— Ты закончил? — спросил Джорджи, выходя.

— Да. Спасибо, что прикрывала меня. Теперь осталось только надеяться, что я не упаду в обморок по дороге домой.

К счастью, их обратный путь прошел без происшествий. Она подвезла его к его квартире, и, попрощавшись, он вошел внутрь.

Войдя, он облокотился на дверь.

День был насыщенным, что было хорошо, но он определенно вымотал его. Его израненная душа была измотана всеми этими событиями, и он не хотел ничего больше, чем завалиться в постель и заснуть.

С трудом, с усилием, он направился к гостиной. Но как только он собирался войти, его шаги замедлились. Что-то было не так. Он нахмурился, осторожно заглядывая из-за стены.

Там, прямо в его гостиной, сидела Эмили Умбра, выглядящая подавленной и маленькой.

А прямо рядом с ней сидел мужчина, тихо потягивающий какой-то напиток. Его мерцающие красные глаза приковали его взгляд. «А, вот и он». Мужчина медленно поставил стакан. «Моя дорогая дочь рассказала мне кое-что весьма интересное. Не мог бы ты рассказать об этом подробнее?»

Дочь?

О, черт.

Колени Фредди едва не подкосились, когда он осознал, кто сейчас находится в его гостиной. Он осторожно сделал шаг вперед, готовый выпрыгнуть из окна при первом признаке опасности. «Ко-нечно…» — нерешительно ответил он, стараясь выглядеть как можно менее угрожающе. «Что… э-э… что вас интересует?»

Мужчина перед ним взорвался леденящим душу всплеском убийственного намерения. «Моя дочь тебе не подходит?»

----------