Чтобы не сгинуть, Шэн Нуань вынуждена скитаться по мирам, отыгрывая роль расходного материала, который сам себя разрушает, и вытаскивая с того света самых опасных злодеев. Эти типы ледяные, помешанные на своём, безжалостные — улыбаясь, могут стереть с лица земли миллионы и обрушить целый мир одним движением. Её саму такой сценарий приводит в ужас… А дальше:
Мрачный юноша с паранойей: «Нуань Нуань, шагу без меня не смей ступить…»
Император с лицом, залитым кровью, холодный как лёд: «Нуань Нуань, тебе ли печься о падении империи?»
Бессмертный, что пал во тьму, с белыми волосами: «Нуань Нуань, ты — мой внутренний демон».
Повелитель зомби из конца света, взгляд которого не дрогнет: «Нуань Нуань, решай — убей меня или спаси».
Шэн Нуань в панике ещё сильнее…
Ярко светило солнце, и спортивная площадка столичной средней школы № 1 была наполнена радостными возгласами и криками. Баскетбольный матч достиг своего апогея, и зрители на трибунах не переставали ликовать...
На трибунах сидела группа энергичных молодых девушек, а рядом стоял парень в белой рубашке.
Рядом с мальчиком сидела невероятно красивая девушка. Её длинные, слегка вьющиеся льняные волосы были собраны в хвост и перекинуты через плечо. У неё была светлая кожа и невероятно тонкие черты лица.
Она была похожа на самого прекрасного и чистого ангела, но улыбка на её лице была зловещей. Она подняла руку и с надменным видом швырнула мороженое прямо в мальчика.
«Оно всё растаяло. Как я должна это есть?»
Мороженое в шоколадной глазури упало мальчику на грудь и скатилось по рубашке, оставив пятно на белой ткани.
Профиль мальчика был таким изящным, словно он сошёл со страниц комикса. Он опустил глаза, и его тёмные ресницы отбрасывали тень на веки. Он сидел молча и задумчиво.
Он посмотрел на пятно на своей рубашке, но не сказал ни слова, а просто стоял и молчал.
Девушки, сидевшие рядом с кудрявой девочкой, сначала были ошеломлены, но потом одна за другой начали злорадствовать.
«Оно всё такое. Ты это специально сделал?»
«Да, Нуань Нуань заплатила тебе за то, чтобы ты сходил по делам, и вот что ты принёс? Где твои манеры?»
Под болтовню других девочек та, что высокомерно швырнула мороженое в мальчика, внезапно замерла... казалось, у неё закружилась голова. Она покачала головой и моргнула. Когда она снова открыла глаза, то была ошеломлена и поражена.
Было ли это на самом деле?
Ей только что удалось выгнать свою мачеху, которая пила зелёный чай и претендовала на наследство её семьи, вместе с её сводной сестрой, одержав временную победу. Но после вечеринки с сомнительными друзьями она попала в аварию и погибла... а затем оказалась в месте под названием Центр восстановления времени и пространства.
Чтобы заработать очки для воскрешения, она стала новичком в Центре восстановления времени и пространства, и это была её первая миссия.
Время остановилось, пока она изучала сюжет миссии, поэтому Шэн Нуань не торопилась и внимательно следила за развитием событий в своём темпе.
Этот мир миссий был взят из книги «Королева развлекательного круга: любимица группы». Главную героиню звали Шэн Мянь... и теперь она стала злодейкой в этой книге, а героиня Шэн Мянь - была двоюродной сестрой Шэн Нуань.
Шэн Нуань была метиской, но, помимо необычайно утончённой внешности, её смешанное происхождение было не слишком заметно.
Изначально она жила с родителями в стране Ү, но позже её мать, Шэн Линшань, развелась со своим мужем-иностранцем Лесли Норманом и вернулась в страну Н, оставив Шэн Нуань за границей с отцом.
Однако однажды Шэн Нуань узнала, что причиной развода её родителей могла быть третья сторона, и что её отец до сих пор поддерживает связь с сыном этой третьей стороны и даже называет мальчика «своим ребёнком».
Шэн Нуань считала, что этот мальчик, должно быть, внебрачный сын её отца!
После крупной ссоры с отцом она вернулась в страну Н одна, полная решимости найти и отомстить этому незаконнорожденному ребёнку, который прятался в стране... Но вскоре после возвращения она с первого взгляда влюбилась в Гу Ланьфэна, самого популярного парня в столичной школе № 1.
Ради Гу Ланьфэна Шэн Нуань совершала много глупостей.
Поскольку Гу Ланьфэн был близок с её кузиной Шэн Мянь, Шэн Нуань часто намеренно провоцировала Шэн Мянь, из-за чего Гу Ланьфэн стал её недолюбливать.
Но она не понимала, что проблема в ней самой, и вместо этого стала вести себя ещё более агрессивно. Из-за того, что кто-то сравнил бедного студента Е Наньсюня с Гу Ланьфэном, она безжалостно издевалась над Е Наньсюнем и всячески унижала его.
В то же время она наняла людей, чтобы те разузнали о «незаконнорожденном ребёнке» Шан Юэ. После того как Шан Юэ был найден, она постоянно натравливала на него людей, которые преследовали его и даже пытались похитить...
Позже с родителями Шэн Нуань один за другим произошли несчастные случаи, и она в одночасье превратилась из избалованной дочери в беспомощную сироту, которой не на кого было положиться. К тому времени её двоюродная сестра Шэн Мянь, над которой она всегда издевалась, уже начала карьеру в индустрии развлечений и делала себе имя.
Гу Ланьфэн с его яркой внешностью тоже стал восходящей звездой в мире развлечений...
Шан Юэ, которого мучила Шэн Нуань, стал главой таинственной семьи в стране Ү, а Е Наньсюнь, над которым она издевалась и которого угнетала, внезапно стал наследником самой богатой семьи в стране Н, используя безжалостные и бессердечные методы.
Более того, все трое испытывали чувства к Шэн Мянь... и питали сильную ненависть к Шэн Нуань.
Пока Шэн Мянь осваивалась в индустрии развлечений, эти трое защищали её, обеспечивая ей стремительный взлёт к славе, что было невероятно здорово. В то время как Шэн Нуань, которая пыталась выжить в индустрии развлечений, полагаясь на свою внешность, подвергалась давлению с их стороны.
Шэн Нуань была им не ровней, поэтому она направила всю свою ненависть на Шэн Мянь. Она публично оскорбила её и дала ей пощёчину, когда Шэн Мянь участвовала в каком-то мероприятии.
Шэн Мянь ушла в слезах... а затем Шэн Нуань столкнулась с жестокой местью со стороны этой троицы.
Гу Ланьфэн публично разоблачил прошлые поступки Шэн Нуань, что привело к осуждению и бойкоту в интернете. Шан Юэ даже использовал свои финансовые ресурсы, чтобы внести Шэн Нуань в чёрный список.
Самым безжалостным был Е Наньсюнь. Он не только внес Шэн Нуань в черный список, но и натравил на нее людей, из-за чего она не могла найти даже подработку и была вынуждена жить без средств к существованию.
В конце концов, чтобы выжить, Шэн Нуань пришлось устроиться в ночной клуб, где она приобрела дурную славу «публичного автобуса». После того как она подхватила болезнь, её перестали пускать в клубы, и она стала безумной бродяжкой...
Однажды, бездомная, свернувшаяся калачиком на скамейке на пешеходной улице, как бродячая собака, она увидела на экране гламурную сцену помолвки Гу Ланьфэна и Шэн Мянь. Она, пошатываясь, отошла в сторону и в оцепенении попала под машину, положив конец своей короткой жизни.
После смерти Шэн Нуаня Е Наньсюнь унаследовал семейное состояние и стал новым бизнес-магнатом, подняв первоначальную бизнес-империю на новую высоту.
Однако после смерти приёмной матери Е Наньсюнь полностью очерствел. В его сердце не осталось места для эмоций, он думал только о прибыли. Под его руководством бизнес-империя стала хладнокровной и могущественной, она пожирала и поглощала бесчисленное множество малых предприятий, как монстр, не оставляя им ни единого шанса на выживание.
Многие люди искали его и хотели, чтобы он указал им путь к спасению, но они не могли даже мельком увидеть его.
Позже многие люди, доведённые до отчаяния бизнес-империей Е Наньсюня, покончили с собой, а сам Е Наньсюнь стал главным злодеем в мире книги.
Задача Шэн Нуань состояла в том, чтобы занять место этой второстепенной героини, которой был уготован трагический конец, не дать Е Наньсюню очерстветь и в то же время изменить свою судьбу.
Шэн Нуань задумалась над сюжетом книги, а затем посмотрела на будущего злодея, стоявшего перед ней с опущенной головой, растрёпанного и молчаливого. Она медленно приподняла бровь, и её взгляд стал задумчивым...
Шэн Нуань поняла, что происходит: Е Наньсюнь внезапно оказался в рейтинге «Самых красивых» в школе, и некоторые утверждали, что он даже красивее Гу Ланьфэна.
Прежде чем Гу Ланфэн, школьный красавчик, успел отреагировать, настоящая Шэн Нуань уже вышла из себя.
Е Наньсюнь происходил из бедной семьи и часто подрабатывал в школе и за её пределами, чтобы заработать денег. В том возрасте, когда он должен был быть беззаботным, он вёл напряжённую, скромную и жалкую жизнь.
Кроме того, из-за его мрачного и замкнутого характера почти все его избегали.
Как мог такой человек, как он, сравниться с Гу Ланьфэном в глазах Шэн Нуань?
Она хотела подавить Е Наньсюня. Узнав, что его семья бедна, а его мать нуждается в длительном лечении, она намеренно поручила Е Наньсюню выполнять свои поручения, воспользовавшись этим как возможностью унизить его.
Сначала Е Наньсюнь не хотел принимать её предложение. Но Шэн Нуань, полная решимости добиться своего, лишила его возможности подрабатывать, и ему ничего не оставалось, кроме как принять её предложение. После этого она подвергала его различным издевательствам и унижениям.
В сложившейся ситуации Шэн Нуань намеренно отправила Е Наньсюня за мороженым в магазин, расположенный далеко от дома, в разгар жары... Естественно, к тому времени, как он вернулся, мороженое растаяло.
Затем настоящая Шэн Нуань, воспользовавшись этим как предлогом, чтобы унизить его, публично бросила в Е Наньсюня растаявшее мороженое.
Заметив направленные на них взгляды, Шэн Нуань посмотрела на растрёпанного Е Наньсюня и потеряла дар речи.
Богатая девушка с неограниченным состоянием, которая, тем не менее, не тратит деньги на развлечения. Вместо этого она тратит своё время на участие в мелких школьных интригах с группой учеников начальной школы. Должно быть, у настоящей ведущей было слишком много свободного времени.
Разве симпатичные парни из клубов не привлекательнее?
Если бы у них было достаточно денег, они бы вились вокруг тебя, называли бы тебя старшей сестрой, были бы милыми и послушными. Зачем ей тратить время на споры с другими?
В этот момент в её голове внезапно раздался голос: «Хозяйка, пожалуйста, сосредоточься на миссии.»
Шэн Нуань вынырнула из своих мыслей и недовольно нахмурилась. «Может ли служба поддержки клиентов беспокоить хозяйку по своему усмотрению?»
Голос на мгновение замолчал. «Я - система, а не служба поддержки клиентов.»
Шэн Нуань: «Ладно, служба поддержки клиентов...»
Система:.....
Время возобновило свой ход, и к ним вернулись окружающие звуки. Шэн Нуань посмотрела на молчаливого мальчика, который на первый взгляд казался послушным, и мысленно цокнула языком.
Она знала исходную историю и то, что этот мальчик был далеко не таким слабым и покорным, каким казался... В оригинальном сюжете Е Наньсюнь зарабатывал больше всего денег в школьные годы, подрабатывая бойцом на подпольных боксёрских рингах.
В школе он был тихим и бедным учеником, но на ринге... он был одиноким волком, которого все боялись, - жестоким к другим и ещё более жестоким к самому себе!
В оригинальной истории он позже отомстил настоящей Шэн Нуань, отомстил в десятикратном, даже стократном размере, доведя её до отчаяния.
А она только что при всех швырнула вещи в Е Наньсюня, оставив его в смятении.
В этот момент одна из девушек рядом с ней намеренно подлила масла в огонь: «Нуань Нуань, заставь его купить это снова».
Шэн Нуань обернулась и приподняла бровь. «Ты указываешь мне, что делать?»
Пластиковая сестра застыла, глупо уставившись на неё.
Шэн Нуань усмехнулась. «Только я могу его задирать... понятно?»
Лица пластиковых друзей рядом с ней вспыхнули от смущения, но они ничего не сказали, лишь пробормотали что-то в знак согласия.
Шэн Нуань прищёлкнула языком и повернулась, чтобы посмотреть на Е Наньсюня, стоявшего перед ней. Она слегка вздёрнула подбородок.
«Хорошо, можешь идти».
Е Наньсюнь сделал паузу, что-то заподозрив.
Почему эта дура вдруг так изменилась в поведении сегодня... Разве она не привыкла, что другие подначивают её и продолжают мучить его?
Но хорошо, что эта идиотка отступила - у него были другие дела.
Е Наньсюнь издал тихий звук, а затем спокойно произнёс: «Оплата за сегодняшний день ещё не произведена».
«О».
Шэн Нуань неторопливо достала телефон, нашла профиль Е Наньсюня и нажала на него... Она увидела, что предыдущие переводы были на суммы в сто и двести юаней.
Зная, что у главной героини нет проблем с деньгами, она перевела пятьсот юаней и сказала Е Наньсюнь: «Отправь свою одежду в химчистку, она грязная. Я перевела деньги».
Е Наньсюнь даже не взглянул на неё.
Вместо этого он наклонился, чтобы поднять с земли обёртку от мороженого, и ушёл, не сказав ни слова.
Ух ты, он всё ещё вежливый и воспитанный ребёнок...
Шэн Нуань плюхнулась обратно на трибуну.
Свинья-товарищ по команде, стоявшая рядом с ней, не сдавалась и наклонилась к ней, чтобы спросить: «Нуань Нуань, почему ты сегодня так легко его отпускаешь?»
«Да, школьник Гу всё ещё играет в баскетбол. Ты должна была преподать Е Наньсюню урок, чтобы показать школьнику Гу, что ты к нему чувствуешь».
«Точно!»
Шэн Нуань посмотрела на нескольких пластиковых сестёр перед ней, на которых, казалось, было написано «не хватает нескольких клеток мозга», и осознала: трагический конец изначальной хозяйки определённо был отчасти связан с этими бестолковыми пластиковыми сёстрами.
Солнце палило, и она не могла понять, почему Шэн Нуань решила сидеть здесь и смотреть баскетбол. Разве она не боялась обгореть?
Что такого интересного в баскетболе? Было бы веселее посмотреть стриптиз в клубе.
Шэн Нуань встала. «Мне нужно кое-что сделать, я пойду первой».
Девушки рядом с ней были в шоке. «Но игра красавчика Гу ещё не закончилась. Куда ты идёшь?»
«Я собираюсь вернуть реквизит для чирлидинга, который взяла без спроса».
Шэн Нуань небрежно придумала отговорку и взяла помпоны, которые настоящая Шэн Нуань взяла, чтобы подбадривать Гу Ланьфэна.
В этот момент группа «пластиковых сестёр» ахнула в унисон. «Нуань Нуань, Гу Ланьфэн смотрит в нашу сторону».
Шэн Нуань повернула голову и увидела на площадке мальчика, который смотрел в их сторону. Его лицо раскраснелось от физической нагрузки, но резкие черты лица с чёткими линиями по-прежнему были заметны.
Увидев её, Гу Ланьфэн слегка нахмурился и тут же отвёл взгляд.
Этот презрительный взгляд заставил Шэн Нуань приподнять бровь. В следующее мгновение она повернулась к своим пластиковым сёстрам и сказала: «Посмотрите на него, он весь красный, раздувает ноздри и хватает ртом воздух. Разве он не похож на бабуина?»
Сказав это, она ушла, оставив группу «пластиковых сестёр» в недоумении. Они переглядывались, не веря своим глазам. Им что, показалось? Неужели Шэн Нуань действительно сравнила школьного красавчика Гу Ланьфэна с бабуином?
Шэн Нуань подошла к спортивному корпусу с цветным мячом в руках, размышляя о том, как быстро набрать достаточно очков для возрождения.
Её отец был на грани срыва, и после долгих усилий она наконец-то одолела дуэт матери и дочери, помешанных на зелёном чае. Если она не поторопится вернуться, эта стерва с зелёным чаем, несомненно, вернётся, и тогда она потеряет всё. В таком случае возрождаться было бы бессмысленно - с таким же успехом можно было бы просто лечь и забыть об этом.
В этот момент дверь в соседнюю комнату с оборудованием открылась без предупреждения. Кто-то схватил Шэн Нуань за руку и затащил в комнату...
Быстро среагировав, она наклонилась вперёд, не поворачивая головы, и ударила локтем назад, одновременно отведя ногу назад. Противник, похоже, не ожидал, что она будет сопротивляться, и, издав приглушённый стон, тут же схватил её за ногу.
Не раздумывая, Шэн Нуань развернулась и нанесла ещё один удар. В то же время противник крепче сжал её ногу и с силой оттолкнул её.
Опираясь одной рукой о землю, Шэн Нуань подняла голову и увидела молодого человека в чёрном плаще, стоявшего напротив неё. Он был явно ранен: его грудь была в крови, и он держал в руке нож, спокойно наблюдая за ней. Затем он ухмыльнулся и сказал: «Хорошие навыки».
И Шэн Нуань, и её изначальная версия прошли обучение — не настолько серьёзное, чтобы считаться экспертами, но у них были базовые навыки самообороны. Что ещё важнее, в тот момент Шэн Нуань узнала мужчину перед собой: Шан Юэ, персонаж из оригинального сюжета, которого изначальная владелица ошибочно считала внебрачным сыном своего отца.
В оригинальной истории Шан Юэ когда-то работал школьным врачом в старшей школе № 1. Однако позже он был ложно обвинён предыдущим владельцем и вызвал переполох в городе, после чего в конце концов покинул школу.
Что ещё более важно, Шэн Нуань узнала от службы поддержки, что отец первоначальной хозяйки, Лесли Норман, проиграл борьбу за власть в семье, и Шан Юэ сыграл значительную роль в его падении.
Но теперь они с Шан Юэ не были знакомы напрямую...
Шэн Нуань сделала шаг назад и достала из кармана телефон.
Выражение лица Шан Юэ помрачнело, но в своём нынешнем состоянии он не мог сразу справиться с этой юной девушкой... В следующее мгновение выражение его лица изменилось, и в глазах появилась мольба.
«Пожалуйста, не вызывай полицию».
Он добавил: «Я не плохой человек».
Шэн Нуань скептически посмотрела на него. «Ни у кого на лице не написано, что он плохой человек».
Шан Юэ вздохнул. «У меня действительно есть на то причины. Я здесь школьный врач... Внебрачный сын моего отца пытался меня похитить, и я просто пытаюсь сбежать и спрятаться от них. Я не лгу».
Мужчина был от природы красив и элегантен, и когда он говорил, слегка нахмурившись, то казался мягким и безобидным.
Но Шэн Нуань знала, что он несёт полную чушь... Он сам был незаконнорождённым сыном.
Она понимала это в глубине души, но не показывала этого на лице. Вместо этого она, поколебавшись, спросила: «Тогда почему ты напал на меня?»
Выражение лица Шан Юэ было искренним. «Я думал, что люди, которые пытались меня похитить, настигли меня, и я так испугался, что действовал импульсивно. Прости меня, ты можешь меня простить?»
Да, точно.
Но Шэн Нуань знала, что ничего не может сделать с Шан Юэ. Вместо того чтобы наживать себе врага, возможно, было бы разумнее оказать ему услугу - кто знает, может, это пригодится в будущем.
Напряжение на её лице постепенно спало, и она, взглянув на его рану, нерешительно спросила: «Ты уверен, что не хочешь вызвать полицию? Разве так ты не будешь в большей безопасности?»
Шан Юэ вздохнул. «Семейные скандалы не должны становиться достоянием общественности...»
Увидев, что девушка, похоже, согласилась, Шан Юэ осторожно спросил: «Ты можешь мне помочь?»
Шэн Нуань замялась. «Чем я могу помочь?»
Шан Юэ достал ключ и прошептал: «Это ключ от лазарета. Не могла бы ты принести мне комплект одежды и лабораторный халат тоже... Я не могу выйти в таком виде».
Шэн Нуань колебалась.
Выражение лица Шан Юэ стало ещё более невинным и безобидным, когда он тихо сказал: «Пожалуйста, помоги мне. Я отплачу тебе, когда у меня будет возможность».
После небольшой паузы Шэн Нуань слегка кивнула. «Хорошо, тогда...»
Она взяла ключ из рук Шан Юэ, нервно взглянула на кровь на его груди и повернулась, чтобы выйти из комнаты с оборудованием.
Медпункт находился недалеко от комнаты с оборудованием, поэтому Шан Юэ, скорее всего, решил спрятаться здесь.
Шэн Нуань достала из шкафчика комплект одежды и сняла с вешалки лабораторный халат. Перед уходом она заметила на столе лекарства, бинты и марлю и решила взять их с собой.
Тем временем в комнате с оборудованием Шан Юэ уже не выглядел как гонимый внебрачный сын, которым он притворялся перед Шэн Нуань.
«Я получил то, что ты просил, и отправил тебе... Позаботься о том, чтобы он не выбрался отсюда живым».
Повесив трубку, он неподвижно сидел на месте, поправляя пистолет, пристёгнутый к спине. Затем он холодно посмотрел на дверь комнаты.
Решение довериться этой маленькой девочке и обратиться к ней за помощью было крайней мерой... Если бы она посмела предать его, он бы позаботился о том, чтобы она пожалела о своём рождении.
В этот момент снаружи послышались шаги.
Шан Юэ плотнее запахнул свой чёрный плащ, чтобы скрыть пятна крови на теле, и незаметно положил руку на пистолет.
В следующее мгновение дверь в комнату с оборудованием осторожно открылась.
Шэн Нуань вошла внутрь, увидела, что Шан Юэ всё ещё там, и с облегчением вздохнула, прежде чем тщательно запереть за собой дверь.
Она быстро подошла к Шан Юэ и спросила: «Это подойдёт?»
Увидев внутри дезинфицирующие средства и бинты, Шан Юэ немного удивился. Затем он посмотрел на неё и дружелюбно, мягко улыбнулся.
«Спасибо», — сказал он.
«Не за что».
В этот момент Шан Юэ снял верхнюю одежду, под которой оказалась футболка, почти полностью пропитанная кровью... Шэн Нуань инстинктивно отпрянула от отвращения, но быстро скрыла свою реакцию, заменив её выражением беспокойства. Она помедлила, прежде чем спросить: «Тебе нужна помощь?»
Шан Юэ сделал паузу, а затем поднял взгляд. «Что ж, тогда спасибо... »
Шэн Нуань опустила голову и молча помогала ему перевязывать рану. Шан Юэ сидел на земле и смотрел на неё, пока она перевязывала его рану, слегка приподняв бровь.
Волосы девушки были красивого льняного оттенка... а вблизи казалось, что в её чёрных глазах есть зелёные вкрапления.
Она была метиской?
Закончив перевязывать его, Шэн Нуань встала. «Если это всё, то я пойду».
Видя, что она, похоже, не хочет оставаться здесь ни на минуту дольше, Шан Юэ в глубине души посмеялся над этим, но на его лице по-прежнему читалась благодарность.
«Спасибо тебе за сегодняшний день».
«Всё в порядке, просто сделай вид, что ты меня не видел, а я сделаю вид, что не видела тебя».
Сказав это, Шэн Нуань махнула рукой, как будто хотела избежать неприятностей, и поспешила уйти.
Мгновение спустя Шан Юэ, переодевшись и приведя себя в порядок, вышел из комнаты с оборудованием и со спокойным выражением лица направился вниз.
Вернувшись в школьный лазарет, он расслабил спину, откинулся на спинку стула и с трудом начал раздеваться.
Он уже перевязал рану, чтобы остановить кровотечение, но теперь ему нужно было снять повязку и зашить рану.
Без всякой анестезии Шан Юэ зашил собственную рану. Его бесстрастное лицо было бледным и покрытым холодным потом... Закончив, он снова перевязал рану, переоделся и тяжело вздохнул.
Сегодня он был неосторожен... в будущем ему нужно быть более внимательным.
В этот момент его телефон завибрировал.
Он достал его и увидел электронное письмо с прикреплённой фотографией.
Увидев фотографию, Шан Юэ опешил и прищурился, а затем усмехнулся.
Неудивительно, что эта маленькая девочка показалась мне такой привлекательной. Оказалось, что в ней течёт кровь семьи Норман.
Шан Юэ прищёлкнул языком.
Лесли Норман на первый взгляд казался дружелюбным по отношению к нему, но на самом деле он предпочёл своего глупого старшего брата. Если бы он мог заполучить дочь Лесли, насколько надёжным был бы их союз?
Шан Юэ лениво ухмыльнулся, его взгляд был холоден...
В этот день у них был урок физкультуры, и к тому времени, как Шэн Нуань вернулась в класс, вторая перемена уже почти закончилась.
Не обращая внимания на взгляды «пластиковых сестёр», она села и стала серьёзно обдумывать свои дальнейшие действия.
Во-первых, через полгода с родителями главной героини должен был произойти несчастный случай... Если она хотела изменить свою судьбу, ей нужно было найти способ изменить концовку истории Лесли Нормана.
Также у неё есть задание для этого мира: не дать Е Наньсюню почернеть.
Подумав об этом, она позвала службу поддержки: «Не могли бы вы проверить текущий уровень почернения Е Наньсюня?»
Механический голос службы поддержки ответил: «Здравствуйте, хозяйка. Текущий уровень почернения Е Наньсюня составляет 80».
Шэн Нуань поперхнулась, а затем неохотно успокоила себя: максимальный уровень почернения - 100. Несмотря на то, что его текущий показатель почернения высок, у неё всё ещё есть шанс.
Однако с таким высоким показателем почернения подобраться к нему будет непросто. Ей нужно было тщательно продумать, как действовать!
Вскоре после обеда занятия в школе закончились. После звонка на перемену Шэн Нуань отклонила предложение своих «пластиковых сестёр» пойти выпить чаю с молоком. Она осталась одна в классе, что-то строчила в тетради и приводила в порядок свои мысли...
В то же время у клумбы за школьным навесом для велосипедов главная героиня этого мира, Шэн Мянь, стояла перед Е Наньсюнем с извиняющимся видом.
«Прости, Нуань Нуань бывает немного избалованной. Я знаю, что она совершила много плохих поступков. Я прошу у тебя прощения от её имени...»
Шэн Мянь была школьной красавицей в старшей школе № 1. Её светлая кожа и утончённые черты лица в сочетании с длинными волосами, ниспадающими на плечи, и светло-розовым бантом на голове делали её образ спокойным, красивым и очень приятным для глаз.
При взгляде на невероятно красивое лицо молодого человека, стоявшего перед ней, и при мысли о его печально известной бедности и нищете на лице Шэн Мянь отразились ещё большая нежность и забота.
В следующее мгновение Е Наньсюнь медленно поднял голову, словно в замешательстве: «И что дальше?»
Шэн Мянь была ошеломлена.
«И что дальше?»
Она только что проявила инициативу и предложила свою помощь, а он спросил: «И что дальше?»
В этот момент Е Наньсюнь тихо сказал: «Прости, если у тебя больше ничего нет... мне всё ещё нужно идти на подработку».
Шэн Мянь виновато улыбнулась и отошла в сторону: «Тогда я вас не побеспокою».
Е Наньсюнь кивнул ей и повернулся, чтобы уйти.
Шэн Мянь задумчиво смотрела ему вслед.
Гу Ланьфэн был хорош собой и умен, но он происходил из хорошей семьи и привык к тому, что окружающие ему льстят... У Е Наньсюня были еще более высокие оценки и внешность, которые не уступали её собственной.
Единственная проблема заключалась в том, что его семья была слишком бедной.
Окружающие его люди держались на расстоянии. Если бы она активно проявляла заботу о нём, такой замкнутый парень, как Е Наньсюнь, легко мог бы в неё влюбиться.
Если бы такой парень, как Е Наньсюнь, бедный, но выдающийся и далёкий от других, понравился ей... это было бы здорово.
Чего Шэн Мянь не знала, так это того, что Е Наньсюнь, который только что вежливо с ней разговаривал, отвернулся с безразличным видом, полным холодного презрения и насмешки.
Не говоря ни слова, он направился на свою подработку.
Болезнь его матери требовала больших денег, и в любой момент ей могла понадобиться операция. Он должен был быть готов к любым непредвиденным обстоятельствам...
Ему нужны были деньги.
Боксёрский ринг был спрятан в укромном месте. Он вошёл через заднюю дверь бара, спустился в подвал и, пройдя по коридору, толкнул большую тяжёлую дверь. Его тут же оглушили крики и свист.
Е Наньсюнь ловко пробрался в подсобку, чтобы переодеться. В этот момент раздался кокетливый и яркий голос.
«А'Нань здесь...»
К нему подошла молодая женщина с ярко накрашенными губами, в топе с глубоким вырезом и с сигаретой в пальцах. «Не видела тебя несколько дней. Как поживает тётушка?»
Е Наньсюнь робко ответил: «Спасибо, сестра Линь. С моей мамой всё в порядке.»
«Это хорошо... Сегодняшний соперник - Шоу Ху. Ты же знаешь, что он нехороший человек, так что будь осторожен, чтобы он тебя не обманул.»
Е Наньсюнь тихо хмыкнул, по-прежнему сохраняя послушный вид.
«Я понимаю, спасибо, сестра Линь».
Сестра Линь улыбнулась. «Тогда иди...»
Е Наньсюнь кивнул и пошёл переодеваться.
Младший брат, стоявший позади сестры Линь, взглянул на спину Е Наньсюня и слегка нахмурился. «Сестра, почему ты так хорошо о нём заботишься?»
Сестра Линь ухмыльнулась. «Ребенку нелегко зарабатывать на жизнь. Если я не буду о нем заботиться, над ним будут издеваться».
На лице младшего брата появилось выражение, которое было трудно объяснить.
Издеваться над Е Наньсюнем?
Кто бы вообще осмелился на такое?
Все здесь знали, что этот парень опасен. Он может казаться тихим и вежливым, говорить мягко и быть вежливым со всеми... но когда дело доходит до драки, он не узнаёт даже своих родственников.
Некоторые даже втайне говорили, что у него, возможно, шизофрения... Но сестра Линь, очарованная его милым личиком, считала его чистым и невинным, жалким человечком.
Вскоре настала очередь Е Наньсюня сражаться...
Он был стройным и выглядел молодо, но, как только он вышел на ринг, он стал похож на молодого леопарда, который вот-вот достигнет зрелости: неподвижный, спокойный, но сосредоточенный, не сводящий глаз с добычи.
В следующее мгновение прозвучал свисток, и двое на ринге одновременно двинулись вперёд.
Соперником Е Наньсюня был профессиональный боксёр, известный своим агрессивным и безжалостным стилем. Что ещё важнее, у него дурная репутация, и его прозвали Тощим Тигром.
Е Наньсюнь уже сражался с ним однажды. Противник обладал мощной взрывной силой и с самого начала атаковал его так, словно боролся за свою жизнь, но его выносливость была низкой.
Из-за этого Е Наньсюнь поначалу сосредоточился на защите, оберегая жизненно важные органы... Но как только он заблокировал удар Шоу Ху своей рукой, выражение лица Е Наньсюня внезапно стало холодным, а рука слегка дрогнула, когда он сжал кулак.
В перчатке противника что-то было.
Стоявший напротив него Шоу Ху ухмыльнулся, показав гнилые зубы, и снова бросился на него.
В одно мгновение аура вокруг Е Наньсяня изменилась...
Зрителям внизу поначалу наскучили оборонительные и наступательные действия двух мужчин, но в мгновение ока атмосфера на ринге изменилась.
Шоу Ху продолжал яростно атаковать, но Одинокий Волк больше не защищался - он вступил в бой напрямую... едва увернувшись от удара Шоу Ху, он нанёс ему удар в висок.
Он что, решил убить его?
Зрители тут же разразились радостными возгласами и криками, охваченные азартом... тем более что обычно сдержанный Одинокий Волк нанес такой безжалостный удар.
Голова Шоу Ху резко дернулась, и он на мгновение потерял сознание. Прежде чем он успел среагировать, Е Наньсюнь ударил его ногой и повалил на землю.
Толпа разразилась радостными возгласами и криками... но затем они увидели, что Одинокий Волк продолжает приближаться к Шоу Ху, словно намереваясь напасть.
Выражение лица подростка было ледяным, а в глазах читалось беспрецедентное, леденящее душу намерение убить...
Сестра Линь заметила, что что-то не так, и быстро встала. «Это не смертельный поединок. Что он делает?»
Рефери шагнул вперёд, чтобы остановить его, но прежде чем он успел приблизиться, Е Наньсюнь схватил Шоу Ху за руку и резко вывернул её... с треском предплечье Шоу Ху сломалось, изогнувшись назад и прижавшись к плечу. Вид сломанной кости был ужасающим.
Судья громко дал свисток, и охрана тут же бросилась вперёд. В этот момент все увидели, как Е Наньсюнь стянул с Шоу Ху перчатку и разорвал её, обнажив стальную пластину внутри.
Толпа на мгновение оцепенела, а затем начала насмехаться и ругаться, бросая в Шоу Ху, который держал руки перед собой и кричал, всё, что попадалось под руку.
Он дрался грязно...
Сестра Линь, взяв себя в руки, с облегчением вздохнула.
Оказалось, что это произошло из-за того, что сам Шоу Ху сделал что-то нечестное... Таковы были правила: если тебя ловили на нечестной игре, ты лишался жизни. В конце концов, стальная пластина в перчатке была предназначена для убийства.
Если ты хочешь лишить кого-то жизни, он имеет право лишить жизни тебя.
Шоу Ху больше никогда не будет драться здесь, и... раз он нарушил правила, её отец тоже не оставит это без внимания.
Отец сестры Линь был владельцем этого ринга.
К этому моменту Е Наньсюнь уже спустился с ринга...
Сестра Линь подошла к нему с обеспокоенным выражением лица.
«Как ты, ты не ранен?»
Е Наньсюнь покачал головой, сжимая поврежденную руку в кулак, пряча ее из виду...
«Хорошо, что ты не пострадал.»
Затем она повернулась к телохранителю позади себя и сказала: «Добавь 20% к зарплате А'Наня сегодня вечером, сними это с моего счета.»
Е Наньсюнь поджал губы и послушно поблагодарил ее: «Спасибо, сестра Линь.»
«Не стоит благодарности.» Сестра Линь похлопала его по плечу. «Не волнуйся, пока сестра здесь, никто не посмеет тебя обижать».
Ещё раз поблагодарив её, Е Наньсюнь вернулся в раздевалку.
Переодевшись, он, как и в прошлый раз, надел обычную чёрную толстовку с капюшоном. Он натянул капюшон на голову и молча, не говоря ни слова, протиснулся сквозь толпу.
Сестра Линь наблюдала за происходящим издалека, затягиваясь сигаретой и вздыхая: «Какой послушный братик...»
Лакей позади неё выглядел всё более растерянным.
Конечно, если ты узнал, что твой соперник жульничает, это значит, что ты можешь безнаказанно отомстить ему на боксёрском ринге... но только что этот парень даже глазом не моргнул, прежде чем сломать Шоу Ху руку. И всё же сестра Линь по-прежнему считает его хорошим мальчиком и бедняжкой?
А его светловолосого брата, который просто ходит за сестрой Линь и в лучшем случае швыряет пару пивных бутылок, который слаб и беспомощен, но в глазах сестры Линь он всё равно злодей.
Где же здесь логика...
Когда Е Наньсюнь вернулся домой, уже стемнело. Он купил немного овощей на рынке за пределами района и принёс их домой. Прежде чем подняться наверх, он помог бабушке Чжао, которая с трудом спускалась по лестнице, вынести мусор.
Внучка бабушки Чжао тоже была там.
Увидев Е Наньсюня у двери с несколькими яблоками в руках, она сунула их ему в руки. Е Наньсюнь вежливо отказался и попытался подняться наверх, но она потянула его обратно.
Взгляд Е Наньсюня мгновенно похолодел, когда он посмотрел на девушку, которая без всякого выражения на лице держала его за руку.
Девушка, напуганная его внезапной переменой в поведении, быстро отпустила его руку и сделала два шага назад, запинаясь, объясняя: «Я... я просто хотела дать тебе яблоки».
«Спасибо, но я уже купил немного».
Е Наньсюнь в мгновение ока снова стал таким же мягким и нежным, каким был обычно. Он кивнул ей и повернулся, чтобы уйти
Девушка в оцепенении смотрела ему вслед.
Неужели она только что... ошиблась?
Е Наньсюнь всегда славился своим мягким характером.
Но, вспомнив холодный взгляд подростка, девушка всё ещё чувствовала холод в сердце.
Что ж, наверное, она ошиблась...
На следующий день Е Наньсюнь вообще не пользовался левой рукой. Никто не знал, что под рукавом его рука была покрыта ужасными синяками.
После уроков он одной рукой прибрался в классе, а затем вышел из школы. Когда он дошёл до переулка, кто-то преградил ему путь.
Это были несколько знакомых свирепых лиц.
Группа головорезов со свирепыми лицами загнала Е Наньсюня в угол, шаг за шагом оттесняя его в переулок... Это место и так было уединённым, и головорезы явно чувствовали себя уверенно.
Шэн Мянь, которая только что рассталась со своими друзьями, шла неподалёку от Е Наньсюня. Она увидела, что происходит, и поспешила к нему, набравшись смелости, чтобы крикнуть: «Что вы делаете? Я вызову полицию!»
Лидер банды, Человек со шрамом, обернулся со зловещей ухмылкой. «Если не хочешь умереть, проваливай».
Шэн Мянь никогда раньше не сталкивалась с подобной ситуацией. Накопленная ею храбрость испарилась в одно мгновение. Она побледнела и попятилась. Не осмеливаясь взглянуть на Е Наньсюаня, она развернулась и убежала.
Бандиты тут же расхохотались...
«Как и ожидалось, он красавчик. Женщины влюбляются в него, куда бы он ни пошёл!»
«Да, разве можно обманывать женщин одним лишь лицом... Пытаешься подкатить к сестре Линь? Разве сестра Линь — та, о ком ты можешь мечтать?»
Эти бандиты были приспешниками сестры Линь.
Е Наньсюнь поднял голову с безразличным выражением лица. «У меня нет никаких отношений с сестрой Линь».
Человек со шрамом выругался: «А ты достоин быть с сестрой Линь?... Братья, позаботьтесь о нём!»
В ту же секунду бандиты набросились на Е Наньсюня...
Е Наньсюнь изначально был довольно опытным бойцом, но из-за того, что одна его рука была повреждена, а эти несколько человек нападали на него с агрессией, он всё ещё держался, несмотря на неравенство сил.
Напротив, время от времени один из головорезов вскрикивал и падал на землю.
Увидев, что дело идёт не так, как он планировал, Человек со шрамом в глазах проявил безжалостность. Затем он незаметно отошёл в угол, достал предмет, похожий на трубку, и резко дунул в него.
Крошечная игла устремилась к спине Е Наньсюня. Е Наньсюнь инстинктивно попытался увернуться, но бандит ударил его по раненой руке, и он пошатнулся. Он резко замер, почувствовав острое жжение в затылке.
Его прежде безразличный взгляд внезапно стал мрачным и злобным. Его движения становились всё более яростными, и через мгновение он повалил этих головорезов на землю.
Но Человек со Шрамом использовал какой-то неизвестный наркотик, и во время боя его действие явно усилилось. Е Наньсюнь с безучастным выражением лица направился к Человеку со Шрамом, но уже через несколько шагов у него закружилась голова и подкосились ноги.
Люди человека со шрамами схватили Е Наньсюня за руки и потащили его прочь. Е Наньсюнь с трудом поднялся на ноги и едва мог двигаться.
Человек со шрамом злобно ухмыльнулся: «Кто сказал тебе, что ты можешь быть агрессивным? Всё ещё хочешь быть крутым? Братья, уберите его... Отправьте его к этим извращенцам, пусть повеселятся. Посмотрим, останется ли он таким же крутым после этого...»
В этот момент раздался вой сирены и крик: «Полиция! Они идут сюда, быстрее!»
Полиция?
Человек со шрамом выругался, грубо оттолкнул Е Наньсюня и поспешно перелез через стену вместе со своими младшими братьями, чтобы сбежать.
Через несколько мгновений Шэн Нуань выглянула из-за угла.
Увидев, что бандиты ушли, Шэн Нуань подошла ближе, насвистывая.
Накануне она сказала водителю, что ей больше не нужно, чтобы её забирали, и что она хочет дойти сама. Однако, как только она пришла сюда сегодня, ей пришло уведомление от службы поддержки о том, что Е Наньсюнь находится неподалёку и что его ценность почернения возросла... Она сразу же поспешила сюда.
«Е Наньсюнь, Е Наньсюнь?»
Шэн Нуань толкнула мальчика, прислонившегося к стене... а затем увидела, как он поднимает голову.
Глаза молодого человека были налиты кровью и полны ярости. Она была так потрясена, что ахнула и, не подумав, дала ему пощёчину.
От её пощёчины голова Е Наньсюня резко откинулась в сторону и перестала двигаться.
Шэн Нуань надула губы... Так ему и надо, за то, что напугал меня!
Вспомнив о своей задаче, Шэн Нуань вздохнула, смирилась со своей участью и принялась ему помогать. Пытаясь удержать Е Наньсюня, она сказала ему: «Я здесь, чтобы спасти тебя, не бей меня!»
Если ты ударишь меня, я ударю тебя в ответ...
Шэн Нуань вызвала такси по телефону. К счастью, оно было неподалёку. Сжав зубы и ругаясь про себя, она помогла Е Наньсюню, который еле держался на ногах, дойти до конца переулка и усадила его на заднее сиденье такси.
Неужели этот человек вырос на кирпичах? Он такой худой, а оказывается, что он такой тяжёлый.
Служба поддержки клиентов сообщила, что Е Наньсюнь был накачан наркотиками и его нужно отвезти в больницу.
Шэн Нуань сказала водителю: «Пожалуйста, езжайте в ближайшую больницу».
Водитель ответил, нажал на педаль газа и помчался вперёд...
Возможно, из-за отсутствия вентиляции в машине Шэн Нуань вскоре заметила, что Е Наньсюнь дышит всё тяжелее.
Она наклонилась, чтобы попытаться открыть окно с его стороны, но в этот момент молодой человек, который до этого сидел с закрытыми глазами, внезапно открыл их... В следующее мгновение она почувствовала, как кто-то крепко обхватил её сзади, и, застигнутая врасплох, оказалась в объятиях Е Наньсюня... Сразу после этого она почувствовала жгучую боль на своих губах.
Е Наньсюнь на самом деле укусил её!
Шэн Нуань тут же пришла в ярость и сильно ударила его.
Раздался резкий хлопок, и в тот же момент водитель нажал на тормоз и, нахмурившись, оглянулся. «Что происходит?»
Шэн Нуань вытерла рот и сказала: «Кажется, его накачали наркотиками. Пожалуйста, ведите машину быстрее!»
Водитель тоже заметил, что с мальчиком что-то не так. Бормоча что-то себе под нос, он быстро завёл машину и помчался вперёд.
Пока машина мчалась вперёд, Шэн Нуань увидела, как Е Наньсюнь, которого отшвырнули на спинку сиденья, едва приоткрыл глаза, чтобы посмотреть на неё.
Его мысли явно были спутаны, в глазах читалась враждебность, и, что ещё важнее... на его лице были видны две заметные отметины от пощёчин одна слева, другая справа.
Шэн Нуань задумалась: неужели она только что применила столько силы?
Этот злодей кажется особенно мстительным. Когда он проснётся и увидит, что его лицо превратилось в свиную голову, возненавидит ли он её ещё больше? Она подошла к нему только для того, чтобы выполнить свою миссию. Она не достигла других своих целей, но в итоге стала ещё более презираемой.
«Кто... ты?»
Е Наньсюнь говорил приглушённым голосом, пытаясь сфокусировать на ней взгляд.
Всё кончено. Неужели он действительно затаил обиду?
Шэн Нуань моргнула и отпрянула. «Пожалуйста, зови меня Лэй Фэн*....»
«*Лэй Фэн - персонаж китайской культуры, которого часто ассоциируют с бескорыстием и помощью другим»
Шэн Нуань отвезла Е Наньсюня в больницу, оформила все документы, оплатила счета и убедилась, что Е Наньсюнь не получил серьёзных травм, после чего наконец покинула больницу и отправилась домой.
Вчера она не видела мать главной героини, Шэн Линшань. Сегодня Шэн Линшань вернулась из командировки.
Шэн Нуань и её мать, Шэн Линшань, жили в районе, сохранившем свой старинный облик. В этом доме когда-то жили бабушка и дедушка Шэн Нуань, а также её мать в детстве.
Перед смертью бабушка и дедушка Шэн Нуань оставили после себя три объекта недвижимости. Два более крупных достались дяде Шэн Нуань, Шэн Минъяну, а этот старый дом - Шэн Линшаню.
После того как Шэн Линшань вернулась в страну, она жила здесь. Когда Шэн Нуань вернулась, она тоже поселилась в этом старом доме со своей матерью.
Настоящей хозяйке этот старый дом не нравился. Он казался ей слишком обшарпанным, но она терпела его, чтобы быть рядом с матерью.
Когда Шэн Нуань вернулась домой, на столе уже стояли три блюда и суп. Увидев её, Шэн Линшань сняла фартук, подошла и поцеловала её.
Шэн Нуань на мгновение почувствовала себя неловко.
Её собственная мать умерла при родах. С самого детства её отец был сосредоточен исключительно на зарабатывании денег с помощью бизнеса... а её мачеха была сладкоречивой стервой. Она никогда раньше ни с кем не сближалась.
Но, увидев глубокую привязанность в глазах Шэн Линшань, она подавила тревогу и не стала отказываться.
Во время ужина Шэн Линшань вскользь поинтересовалась школьной жизнью Шэн Нуань. Хотя Шэн Нуань вернулась в страну Н больше месяца назад, Шэн Линшань всё ещё немного волновалась.
Она знала, какой жизнью жила её драгоценная дочь, и не было преувеличением назвать её принцессой... Шэн Линшань всегда беспокоилась, что та не сможет приспособиться к её нынешнему образу жизни.
В этот момент раздался стук в дверь.
«Кто там?» Шэн Линшань встала, чтобы открыть дверь, и Шэн Нуань увидела стоящую на пороге женщину средних лет с ярким макияжем. Это была её тётя Чжоу Жу.
Чжоу Жу, увидев Шэн Линшань и Шэн Нуань, презрительно прищурилась, а затем с тёплой улыбкой взяла Шэн Линшань за руку: «О, сестра, я пришла сегодня, потому что мне нужна твоя помощь. Послезавтра я иду на свадьбу, а у меня нет украшений. Не могла бы ты одолжить мне что-нибудь, чтобы произвести хорошее впечатление?»
Чжоу Жу намекнула: «О, тогда я продала свои украшения, чтобы оплатить медицинские расходы нашей матери. Теперь я тороплюсь, и у меня нет ничего приличного...»
Шэн Нуань опешила, а затем улыбнулась.
Чжоу Жу была тётей настоящей хозяйки тела. В оригинальном сюжете после того, как Шэн Линшань и её дочь вернулись в страну, Чжоу Жу начала просить у них деньги и драгоценности, но только брала в долг и никогда не возвращала. Каждый раз, не произнося и нескольких предложений, она начинала рассказывать, сколько трудностей ей пришлось пережить, пока она заботилась о двух стариках.
Стоит отметить, что, хотя она и заботилась о пожилых людях, те оставили её семье более двух миллионов юаней сбережений и два больших дома, в то время как Шэн Линшань досталась лишь маленькая старая квартира. Не говоря уже о том, что все медицинские расходы во время болезни пожилых людей покрывала Шэн Линшань.
Чжоу Жу часто прибегала к саркастическим и закулисным уловкам, пытаясь извлечь выгоду из отношений с Шэн Линшанем. Когда ей это не удавалось, она распускала слухи о том, что Шэн Линшань женилась на иностранце, который на самом деле был беден, и вернулась в страну только потому, что не могла зарабатывать на жизнь за границей.
Она также говорила, что Шэн Линшань вела себя за границей неподобающим образом, из-за чего не могла поладить со своим мужем-иностранцем, и так далее...
Шэн Линшань, с её отстранённым и беззаботным характером, не знала об этих слухах. Первоначальная хозяйка тоже была полностью сосредоточена на Гу Ланьфэне и не знала о сплетнях своей тёти. Из тщеславия и по другим причинам она даже отправила Чжоу Жу несколько подарков.
Позже, когда с Шэн Линшань и её мужем один за другим произошли несчастные случаи, Чжоу Жу первой выступила с инициативой и захватила этот старый дом, оставив первоначальную владелицу, сироту, без крыши над головой.
Украденные ранее драгоценности и деньги так и не были возвращены...
Если Е Наньсюнь и остальные преследовали изначальную хозяйку за то, что она сама навлекла на себя беду, то здесь изначальная хозяйка никогда не обижала эту тётю.
Но позже эта тётка воспользовалась ситуацией, чтобы запугать девочку-сироту, что было крайне бесстыдно.
Шэн Линшань, человек с покладистым характером, почувствовала, что у неё начинает болеть голова от ворчания и жалоб Чжоу Жу, и уже собиралась отдать украшения. В этот момент Шэн Нуань внезапно встала.
Она протянула руку, взяла Шэн Линшань и посмотрела на Чжоу Жу с улыбкой, которая не была совсем уж улыбкой, и сказала: «Тётя, ты до сих пор не вернула ожерелье, которое взяла у мамы в прошлый раз... Думаю, лучше сначала вернуть ожерелье, а потом брать другие украшения, тебе так не кажется?»
Шэн Линшань на мгновение опешила, а затем вспомнила об этом.
С другой стороны, Чжоу Жу на мгновение смутилась... Она прищелкнула языком: «Линшань, ты вышла замуж за иностранца и родила от него ребёнка. У тебя, должно быть, нет недостатка в деньгах. Почему ты так скупишься перед своей невесткой?.. Мы с твоим братом усердно трудились, чтобы проявить сыновью почтительность по отношению к тебе, а ты так с нами поступаешь?»
В старом районе есть соседи, живущие прямо за дверью. У Чжоу Жу громкий голос, и вскоре люди вышли посмотреть, что происходит.
Чжоу Ру знала, что у Шэн Линшань тонкая кожа, и, видя это, стала еще более неохотной входить и начала кричать громче: «Все приходите и судите сами. Когда пришло время помогать пожилым людям, ее не было рядом. Теперь, когда пожилых людей больше нет, ты возвращаешься и занимаешь дом. Она так холодна к своей невестке. Выйдя замуж за иностранца, она смотрит на нас свысока...»
Обычные люди любят посплетничать. Услышав громкий голос Чжоу Жу, ещё больше людей вышли посмотреть.
Глаза Чжоу Жу удовлетворенно блеснули, и она продолжила: «Линшань, какой бы богатой ты ни была со своим мужем-иностранцем, теперь, когда ты развелась и вернулась домой, мы снова семья... Этот маленький иностранец, разве он теперь не просто бывший муж? Посмотри, как ты отдалилась от нас...»
Шэн Линшань была не из тех, кто спорит с другими, но из-за глупостей Чжоу Жу выражение её лица стало неприятным.
Но она не умела ссориться. У неё разболелась голова, и она решила просто дать Чжоу Жу какую-нибудь сумму, чтобы та ушла. Шэн Нуань заметила её намерения и быстро остановила её.
Такие люди, как Чжоу Жу, были ненасытно жадными. Если на этот раз её план сработает, она обязательно повторит его в следующий раз... Шэн Нуань уже не раз сталкивалась с такими людьми.
Она взяла Шэн Линшань за руку и со слезами на глазах сказала: «Мам, тех денег, что у нас есть, едва хватает на жизнь... В прошлый раз тётя сказала, что нам нужно вернуть деньги, взятые в долг на лечение бабушки, но разве не мы оплачивали эти расходы? Зачем нам снова возвращать деньги и почему нас просят вернуть шестьдесят тысяч сразу?»
Шэн Линшань была слегка ошеломлена.
Их небольшие сбережения?
Хотя сейчас она не с Лесли... ей действительно не нужно беспокоиться о деньгах.
Но в следующий момент она увидела, как дочь незаметно подмигнула ей.
Шэн Линшань была ошеломлена, но в то же время удивлена и заинтригована. Зная, что её дочь необычна и умна, она решила подыграть ей.
«Да, невестка, это я тогда оплачивала больничные расходы стариков. Я сделала это, рассчитывая, что ты и мой брат будете заботиться о них, поэтому я должна нести финансовую ответственность. На этот раз я даже дала тебе шестьдесят тысяч юаней. Почему ты до сих пор думаешь, что я тебе что-то должна?»
Увидев, что Шэн Линшань идёт ей навстречу, Шэн Нуань воодушевилась ещё больше. Она подняла голову и громко сказала Чжоу Жу: «Тётя, ты до сих пор не вернула ожерелье, которое взяла у мамы в прошлый раз. Сегодня ты просишь ещё украшений. У мамы осталось не так много украшений. Не могла бы ты оставить ей несколько?»
Взгляд соседей, наблюдавших за Чжоу Жу, тут же изменился.
Лицо Чжоу Жу попеременно то зеленело, то краснело, и она недовольно проворчала: «Я сказала, что это было взаймы и что я обязательно верну. Тск, тск, ты, маленькая иностранка, ты такая коварная...»
Шэн Линшань была недовольна постоянными замечаниями Чжоу Жу о «маленькой иностранке» и уже собиралась что-то сказать, когда услышала, как Шэн Нуань серьёзно произнесла: «Я не маленькая иностранка. Я говорю по-китайски и являюсь гражданкой Китая. Ты не можешь издеваться надо мной и моей мамой только потому, что мы не даём тебе украшения...»
В этот момент соседи, стоявшие снаружи, не выдержали и начали критиковать Чжоу Жу.
«Поддерживать пожилых людей - это нормально: те, у кого есть деньги, могут оказать финансовую помощь, а те, у кого есть время, - помочь физически. Нельзя бесконечно вымогать деньги у людей, которые не помогли. Пожилых людей больше нет, как вы можете требовать шестьдесят тысяч?»
«Да, она красиво одета, но не вернула одолженные вещи и приходит просить еще. Совершенно очевидно, о чем она думает.»
«Вот именно, кто бы назвал собственного ребенка "маленьким иностранцем"... На первый взгляд эта женщина явно экономичная лампа*».
«*Экономная лампа - человек, с которым нелегко иметь дело.»
Соседи перешёптывались и показывали пальцем, и Чжоу Жу, лицо которой попеременно то бледнело, то краснело, не могла больше здесь оставаться. Перед уходом она холодно бросила: «Я верну тебе сломанное ожерелье завтра. Как будто кому-то есть до него дело».
Сказав это, она развернулась на каблуках и застучала ими по лестнице...
Шэн Линшань с облегчением вздохнула, закрыла дверь и повернулась, чтобы увидеть озорную улыбку на лице Шэн Нуань.
Вечером Шэн Нуань приняла ванну и легла в постель к Шэн Линшань, чтобы поболтать.
Шэн Линшань знала, что её дочь вернулась в страну Н одна из-за ссоры с отцом. Она несколько раз пыталась поговорить с ней, но дочь не проявляла интереса к общению.
Однако сегодня её дочь, похоже, была не так против разговора, и Шэн Линшань воспользовалась этой возможностью.
Тон Шэн Линшань был мягким, но в нём слышалась беспомощность: «Нуань Нуань, мне сложно объяснить, что происходит между мной и твоим отцом. Но несмотря ни на что, ты должна верить, что Лесли любит тебя, и его любовь к тебе не меньше моей. Ты должна быть с ним более открытой...»
Шэн Нуань ничего не сказала, потому что в оригинальном сюжете, предоставленном изначальной владелицей, было очень мало информации об её отце. Шэн Нуань не знала, что за человек этот магнат из страны Ү, и из краткого описания поняла только, что он волевой и решительный человек.
Увидев, что она молчит, Шэн Линшань вздохнула и достала её телефон. «Нуань Нуань, я думаю, тебе стоит позвонить Лесли... Он вчера связался со мной. Он очень беспокоился о тебе, но боялся, что ты не захочешь с ним разговаривать».
Прежде чем Шэн Нуань успела отказаться, Шэн Линшань уже набрал номер. На звонок быстро ответили.
«Привет, Шань...»
По глубокому и притягательному голосу было легко представить себе благородного и утончённого мужчину на другом конце провода.
«Лесли, Нуань Нуань хочет с тобой поговорить.»
В следующее мгновение телефон оказался в руке Шэн Нуань.
При разговоре с отцом Шэн Нуань неизбежно выходила из себя после трёх фраз. В этот момент, услышав глубокий и мягкий голос на другом конце провода, она на мгновение потеряла дар речи... Вместо этого первым заговорил мужчина на другом конце провода.
Лесли Норман говорил мягким тоном: «Нуань Нуань, моя маленькая принцесса, ты всё ещё злишься на меня?»
Шэн Нуань наконец тихо произнесла: «Папа».
Лесли медленно вздохнул. «Я думал, моя маленькая принцесса больше никогда не захочет со мной разговаривать...»
Его заботливый тон был слышен даже через телефон. Шэн Нуань редко сталкивалась с такой искренней заботой и любовью, поэтому чувствовала себя немного неловко.
Она молчала, и Лесли, приняв её молчание за слёзы, заговорил ещё тише. «Не плачь, моя маленькая принцесса. Это всё моя вина... Папа купил тебе замок в качестве извинения. Как тебе такое?»
Шэн Нуань была ошеломлена и недоверчиво моргала.
Подарок? Замок? Это... это...
Хотя семья Шэн Нуань тоже могла считаться богатой, её всё равно поразила невероятная щедрость человека, который мог запросто подарить замок.
Даже после того, как звонок закончился и Шэн Линшань ушла, Шэн Нуань лежала в постели одна, всё ещё не в силах оправиться от потрясения...
В тот момент, когда Шэн Нуань была ошеломлена неожиданным появлением замка, в другом месте Е Наньсюнь очнулся в больнице.
Как только он открыл глаза, он быстро сел, его лицо стало мрачным и настороженным. Но потом он понял, что находится в больнице.
В этот момент вошла медсестра и, увидев, что он внезапно сел, поспешно и встревоженно отругала его: «Что ты делаешь? Игла выпадет, если ты будешь так двигаться, пока стоит капельница!»
Е Наньсюнь пришёл в себя, и выражение его лица мгновенно смягчилось.
«Здравствуйте, могу я спросить... кто привёз меня в больницу?» - спросил Е Наньсюнь у медсестры.
Медсестра поначалу была недовольна такими пациентами, как он, которые так беспечно разгуливали по больнице, но, увидев бледное лицо и красивые черты молодого человека, она сдержала раздражение и ответила: «Молодая девушка, примерно твоего возраста».
Говоря это, медсестра не могла удержаться от нравоучений: «В таком юном возрасте ты уже так много раз пострадал. Тебе нужно быть осторожнее на улице. Не трогай эти грязные вещи... Ты ещё молод, и легко можешь навредить своему телу».
В глазах Е Наньсюня мелькнул холодный огонёк, и он тихо поблагодарил её.
После того как медсестра закончила обход и ушла, Е Наньсюнь откинулся на больничную койку, достал телефон той рукой, которая не была подключена к капельнице, и открыл групповой чат... Найдя Шэн Мянь, он на мгновение замер.
В этот момент к нему постепенно вернулись воспоминания о том, что было до потери сознания...
Он вспомнил человека, который в замешательстве помог ему выбраться из переулка, и... укус в машине, когда он едва не потерял контроль.
Он с трудом различил иероглиф «Шэн» на школьном значке и услышал слегка приглушённый голос. Е Наньсюнь раздражённо нахмурился.
Это была Шэн Мянь?
Сначала она хотела помочь ему, и хотя эти люди её напугали, вернулась ли она позже?
Е Наньсюню не нравилось иметь дело с посторонними людьми, но эта девушка спасла его и отвезла в больницу. Он также нагрубил ей в машине... но она тоже дала ему отпор.
Отек на его лице ещё не спал. Е Наньсюнь с бесстрастным выражением лица отправил запрос на добавление в друзья, и собеседник почти сразу принял его.
Е Наньсюнь: Спасибо тебе за сегодняшний день.
Шэн Мянь быстро ответила: Не за что, ты в порядке?
Е Наньсюнь: Я в порядке. Я переведу тебе деньги за лечение.
Ответа от собеседника не последовало, поэтому Е Наньсюнь позвал медсестру, чтобы узнать стоимость, а затем перевёл деньги.
Не проверяя телефон, он поставил будильник, засунул телефон обратно под подушку и вскоре снова погрузился в глубокий сон...
С другой стороны, Шэн Мянь, которая разговаривала со своей матерью Чжоу Жу, увидела сообщение Е Наньсюня и на мгновение опешила. В её глазах мелькнуло замешательство, но потом она кое-что поняла.
Кто-то спас Е Наньсюня и оплатил его лечение. Е Наньсюнь подумал, что это была она?
Она не была уверена, что её догадка верна, поэтому, поразмыслив, решила не отвечать Е Наньсюню... Она не подтвердила и не опровергла его слова и не стала возвращать больше тысячи юаней.
«Кто это был?» - спросила Чжоу Жу.
Шэн Мянь убрала телефон. «Друг кое-что у меня спросил».
Чжоу Жу вздохнула, а затем возмущённо сказала: «Завтра отнеси ожерелье той светловолосой девушке... Мать и дочь просто притворялись гламурными, но, похоже, у них действительно не так много денег».
Взгляд Шэн Мянь слегка дрогнул. «Мам, ты сегодня видела мою тётю?»
Чжоу Жу ответила утвердительно и вкратце рассказала, что произошло во время её визита к Шэн Линшань и её дочери... Шэн Мянь скривила губы.
Глядя на обычное поведение Шэн Нуань, она действительно думала, что её тётя вышла замуж за богатого человека за границей, но оказалось, что она просто притворялась богатой.
Подумав об этом, Шэн Мянь достала из рюкзака шкатулку для драгоценностей. Открыв её, она увидела сверкающее ожерелье из драгоценных камней, почти такое же, как то, что Чжоу Жу одолжила у Шэн Линшань.
Только это была качественная подделка.
Шэн Мянь улыбнулась и показала матери поддельное ожерелье.
Чжоу Жу сначала опешила, но потом её глаза заблестели, и она хлопнула в ладоши. «Да, верни это ей... После всех тех неприятностей, которые я пережила, заботясь о её родителях, она ещё и придирается из-за сломанного ожерелья. Я не отдам его. Она мне должна».
На следующий день, вскоре после прихода в школу, Шэн Нуань заметила, что окружающие смотрят на неё как-то странно. Особенно эти «пластиковые сёстры», которые сбились в кучку и о чём-то шептались, время от времени поглядывая на неё.
Мгновение спустя эти люди подошли к Шэн Нуань. Одна из них приподняла свой подбородок и сказала: «Нуань Нуань, кое-кто сказал, что ты притворяешься богатой и гламурной, но на самом деле живёшь в обветшалом маленьком доме, а твой шофёр возит тебя на арендованной машине. Это правда?»
Шэн Нуань на мгновение опешила, но потом вспомнила, что это происходило и в оригинальном сюжете.
Тогда изначальная хозяйка пренебрежительно продемонстрировала баланс своего счета, шокировав всех и развеяв слухи.
Но Шэн Нуань не собиралась этого делать.
Она узнала от службы поддержки, что этот слух распространила Шэн Мянь, которая, по всей видимости, сделала это «случайно».
Поняв, что Шэн Мянь не такая добрая и мягкая, как показано в оригинальной сюжетной линии, Шэн Нуань решила воспользоваться ситуацией, чтобы заставить мать и дочь думать, что они с Шэн Линшань испытывают финансовые трудности. Это избавило бы её от постоянных придирок Чжоу Жу.
Деньги не имели большого значения. Главное не раздражаться. У неё были дела, и ей было лень обращать внимание на этих мать и дочь.
Шэн Нуань хлопнула ладонью по столу и приняла виноватый, но в то же время дерзкий вид, как будто её поймали на почти раскрытой лжи. Она выпрямилась и возразила: «Кто это сказал? Чепуха!»
Сказав это, она вышла из класса с видом человека, который спасается бегством... Всем вокруг было ясно, что слухи, скорее всего, правдивы.
Шэн Нуань вовсе не богатая девушка, это всё притворство.
Выражение лиц «пластиковых сестёр» тут же изменились, и они захихикали, глядя вслед удаляющейся Шэн Нуань... Когда начинались перемены, они больше не звали Шэн Нуань провести с ними время, как раньше.
Шэн Нуань изначально не хотела связываться с этими недалёкими «сёстрами», которым не хватало нескольких клеток мозга, поэтому она решила не усложнять.
Во время перерыва между двумя следующими уроками Шэн Мянь нашла Шэн Нуань и позвала её на улицу.
На углу лестницы Шэн Мянь достала шкатулку для драгоценностей и протянула её Шэн Нуань. С улыбкой она мягко сказала: «Нуань Нуань, мама попросила меня передать тебе это ожерелье. Пожалуйста, отдай его тёте».
Шэн Нуань слегка приподняла бровь и протянула руку, чтобы взять его. Выражение её лица изменилось, когда она стала его рассматривать.
Не говоря уже о том, что она унаследовала опыт и воспоминания изначальной хозяйки и повидала бесчисленное множество драгоценностей... даже исходя из собственного опыта нувориша-магната, она сразу заметила, что что-то не так
Ожерелье, которое одолжила Чжоу Жу, было с драгоценными камнями и не должно было быть таким лёгким.
В следующее мгновение Шэн Нуань открыла шкатулку, и выражение лица Шэн Мянь слегка изменилось.
Шэн Нуань слегка улыбнулась и вернула шкатулку, сказав: «Это не то ожерелье».
Сердце Шэн Мянь забилось чаще, но она не показала этого. Вместо этого она выглядела совершенно растерянной и сказала: «Нуань Нуань, что ты имеешь в виду? Это же оно и есть».
Шэн Нуань была слишком ленива, чтобы тратить на неё время, и сунула коробку в руки Шэн Мянь со словами: «Если собираешься возвращать, возвращай то, что взяла».
Сказав это, Шэн Нуань повернулась, чтобы уйти. Увидев это, Шэн Мянь тут же схватила её и повысила голос: «Нуань Нуань, что ты имеешь в виду? Это явно то, что мы взяли у тёти. Что ты собираешься делать?»
Повышенный голос Шэн Мянь привлёк внимание многих студентов, и Шэн Нуань поморщилась от боли, которую причинила ей хватка Шэн Мянь. В этот момент она почувствовала, как рука Шэн Мянь соскользнула с её плеча, и увидела расчётливый взгляд.
Шэн Нуань приподняла бровь и резко отдёрнула руку, из-за чего Шэн Мянь споткнулась и с глухим стуком упала на землю.
Окружающие ученики тут же подняли шум.
Несколько девушек, стоявших рядом с Шэн Мянь, бросились ей на помощь и неодобрительно посмотрели на Шэн Нуань. «Как ты могла её ударить?»
Шэн Нуань приподняла губы в улыбке. Она подошла к Шэн Мянь и присела перед ней на корточки, глядя прямо на неё. «Больно?»
Лицо Шэн Мянь побледнело.
Конечно, больно.
Она всего лишь хотела притвориться, что упала, но не ожидала, что Шэн Нуань воспользуется возможностью и толкнёт её по-настоящему.
Окружающие студенты наблюдали за происходящим, а Шэн Мянь прикусила губу, и её глаза покраснели. «Нуань Нуань, зачем ты это делаешь?»
«Зачем?»
Шэн Нуань приподняла бровь. «Разве ты не этого хотела — упасть и притвориться слабой? Я просто помогаю тебе. Смотри, теперь все думают, что ты слабая и невинная... разве тебе не следует меня поблагодарить?»
Шэн Мянь задохнулась, и выражение её лица стало ещё более жалобным. «Нуань Нуань, ты...»
В этот момент из-за спины Шэн Нуань показалась фигура, которая протянула руку, чтобы помочь Шэн Мянь подняться. Повернувшись к Шэн Нуань, он сказал: «Извинись».
Это был Гу Ланьфэн.
Зрители выглядели так, будто наслаждались хорошим спектаклем, зная, что Гу Ланьфэн и Шэн Мянь были влюблены друг в друга с детства, а Шэн Нуань была влюблена в Гу Ланьфэна.
Выражение лица Гу Ланьфэна было холодным, а в глазах Шэн Мянь мелькнуло удовлетворение. Она поджала губы и тихо сказала: «Забудь об этом».
Затем она подняла на Шэн Нуань заплаканные глаза. «Нуань Нуань, это действительно то ожерелье, которое моя мама взяла у тёти. Если ты не хочешь его принимать, то где мне найти для тебя подходящее?.. Чего ты хочешь?»
Несколько девушек взглянули на упавшее ожерелье и вспомнили слухи, ходившие ранее. Их глаза расширились. «Может ли быть так, что эта псевдобогатая девушка пытается обмануть людей?»
«Да, она притворяется богатой. Может быть, она ещё и утверждает, что ожерелье её семьи из настоящего драгоценного камня? Боже мой, я видела такое ожерелье в интернете. Оно стоит несколько десятков тысяч...»
На лице Шэн Мянь отразилась паника. «Нуань Нуань, я правда не знаю, что произошло. Это явно та самая вещь, которую принесла моя мама».
Некоторые ученики зашептались: «Шэн Нуань всегда издевалась над Шэн Мянь... хотя они вроде как двоюродные сёстры. Тьфу, притворяться богатой и при этом издеваться над собственной кузиной - это уже слишком».
«Ш-ш-ш, это, наверное, потому, что она тайно влюблена в школьного красавчика Гу, а он игнорирует ее.»
Слушая окружающие сплетни, глаза Шэн Мянь сияли триумфом.
Шэн Нуань улыбнулась.
Она посмотрела на холодное выражение лица Гу Ланьфэна и сказала с ухмылкой: «Извиниться? Кем ты себя возомнил?»
Лицо Гу Ланьфэна стало ещё мрачнее, а зрители, наблюдавшие за происходящим, были ошеломлены... Шэн Нуань действительно так разговаривала с красавчиком Гу?
Разве она не цеплялась за Гу Ланьфэна всё это время? Может быть, она использует стратегию «недоступности»?
Не обращая внимания на недовольное выражение лица Гу Ланьфэна, Шэн Нуань прищелкнула языком и взглянула на шкатулку с драгоценностями в руке Шэн Мянь. «На самом деле, будь то вещи или люди... То, ради чего ты из кожи вон лезешь, - это как раз то, что я презираю. Если тебе это нравится, я отдам это тебе. Считайте это благотворительностью».
Сказав это, Шэн Нуань скривила губы, встала и медленно, размеренно пошла прочь... её поведение излучало безграничную уверенность.
Она знала, что Шэн Мянь меньше всех хотела обострять ситуацию.
Зрители были немного ошарашены.
Они и раньше считали Шэн Нуань довольно высокомерной. Они ожидали, что она сбавит обороты после того, как её разоблачили как фальшивую богачку, но вместо этого она стала ещё более дерзкой!
«Ты в порядке?» - спросил Гу Ланьфэн у Шэн Мянь.
Шэн Мянь покачала головой. «Я в порядке».
В этот момент до них донеслись перешёптывания нескольких девушек.
«Вы слышали, как Шэн Нуань только что огрызнулась на школьного красавчика Гу?.. Неужели он ей больше не нравится?»
Другая девушка прошептала: «Должно быть, это правда, ты забыла? В прошлый раз она сказала, что Гу Ланьфэн похож на бабуина, когда играет в баскетбол... Если бы он ей всё ещё нравился, она бы так не сказала, верно?»
«Тогда это, должно быть, правда, но разве раньше ей не нравился школьный красавчик Гу?»
«Наверное, потому что она узнала, что он похож на бабуина, и поэтому он ей больше не нравится...»
Гу Ланьфэн, услышав их разговор, сначала опешил, а потом его лицо помрачнело...
Покидая театральную сцену Шэн Мянь, Шэн Нуань спросила у службы поддержки: «Шэн Мянь явно нехороший человек. Почему она главная героиня в этом мире?»
Служба поддержки ответила категорично: «Потому что удача на её стороне».
Шэн Нуань на мгновение задумалась, а затем всё поняла.
Если удача будет на её стороне, то даже если Шэн Мянь окажется фальшивым и претенциозным «белым лотосом», она всё равно будет любимицей этого мира, и её карьера и личная жизнь будут складываться как по маслу.
С другой стороны, Шэн Нуань, или изначальная хозяйка, по сути, была полной противоположностью «дочери удачи». Даже если изначально ей везло, в конечном счёте она оказывалась в бедственном положении по разным причинам.
Шэн Нуань не могла понять, что она чувствует - беспомощность или гнев, - но она знала, что должна что-то сделать. Иначе выполнить задание будет очень сложно.
После школы за ней так и не приехал водитель.
Предыдущий водитель действительно был нанят из-за того, что у изначальной хозяйки были конфликты с отцом, и она не позволяла ему приставлять к ней кого-либо. Поэтому Шэн Линшань пришлось найти временного водителя.
Однако, поскольку их дом находился недалеко от школы, Шэн Нуань решила, что ей не нужен личный водитель.
Когда она свернула на другую улицу, служба поддержки клиентов внезапно напомнила ей, что Е Наньсюнь находится впереди.
Шэн Нуань тут же пришла в себя и медленно пошла вперёд, оглядываясь по сторонам... Затем она заметила стройную фигуру, которая выгружала напитки перед рестораном.
У боковой двери ресторана был припаркован фургон, набитый коробками с алкогольными напитками. Е Наньсюнь в чёрной рубашке с коротким рукавом нёс коробку с напитками и входил в ресторан.
Даже издалека Шэн Нуань могла разглядеть, что его лицо неестественно бледное.
Рана на руке Е Наньсюня ещё не зажила, и у него по-прежнему держалась высокая температура... Но найти подработку было непросто, поэтому ему пришлось стиснуть зубы и продолжать.
Затем Шэн Нуань вспомнила, что в оригинальном сюжете изначальная хозяйка узнала о подработке Е Наньсюня. Тогда она, как и прежде, намеренно создала проблемы, чтобы его уволил начальник, и Е Наньсюнь был вынужден слушать её и работать на неё.
У Е Наньсюня была тяжелобольная мать, и их средства к существованию, а также расходы на её лечение зависели от того, сможет ли он найти способ заработать. Поэтому он так усердно трудился каждый день.
Первоначальная хозяйка не знала, а если бы и знала, ей было бы всё равно. Она с лёгкостью играла с беспомощным молодым человеком, как кошка с мышкой.
Надо знать, что каждая копейка, которую он зарабатывает, идёт на лечение его матери, спасающее ей жизнь. Первоначальная хозяйка, по сути, намеренно издевалась над ним и мешала ему спасать мать.
Позже мать Е Наньсюня скончалась, и он не смог вернуться в богатую семью. Без денег на операцию Е Наньсюнь полностью почернел.
Стоя там со скрещёнными руками, Шэн Нуань размышляла, как это изменить. И тут она увидела, как Е Наньсюнь снова выходит на улицу.
Его лицо выглядело ещё хуже, чем раньше... Он подошёл к фургону, взял коробку с напитками и развернулся. Но как только он собрался подняться по лестнице, он пошатнулся, поскользнулся и упал на землю.
Коробка тоже упала, и со звуком бьющегося стекла из неё вытекла красная жидкость, которая растеклась по земле...
Мужчина, похожий на управляющего, выбежал из зала, увидел мальчика на полу и тут же разозлился: «Что с тобой, чёрт возьми, не так? Ты что, не можешь с этим справиться? Ты хоть представляешь, сколько стоит вино, которое ты только что разбил?»
Менеджер выругался и быстро подошёл, бормоча себе под нос: «Чёрт возьми, как же не везёт. Ты что, не можешь за это заплатить?»
Е Наньсюнь, покрывшись холодным потом, сжал губы и тихо извинился: «Извините...»
Менеджер продолжил ругаться: «Извинения бесполезны. Тебе придётся за это заплатить. Эта коробка красного вина стоит 888...»
Костяшки пальцев Е Наньсюня, которыми он опирался о землю, побелели.
Он заработал всего двести юаней за перевозку всех товаров... Его мать плохо себя чувствовала последние несколько дней, и ему нужны были деньги, чтобы отвезти её в больницу.
Увидев, что менеджер вот-вот ударит Е Наньсюня, Шэн Нуань наконец вмешалась. «Прекрати!»
Она подошла к менеджеру. «Я заплачу несколько сотен юаней. Только заткнись со своими грязными словами.»
Менеджер, поначалу пренебрежительно отнесшийся к молодой девушке, был ошеломлён, увидев её слегка вьющиеся льняные волосы, неожиданно элегантную и в чём-то благородную внешность. Его отношение к ней невольно изменилось.
Шэн Нуань достала кошелёк, отсчитала красные купюры, затем шагнула вперёд и сунула их в руки менеджеру: «Вот, держи».
Затем она повернулась, подошла к Е Наньсюню и вздёрнула подбородок. «Эй, ты в порядке?»
Е Наньсюнь молча встал...
Шэн Нуань приподняла бровь. «Если я правильно помню, я только что помогла тебе. Это так ты обращаешься со своим благодетелем?»
Е Наньсюнь нахмурился и молча поджал губы.
Шэн Нуань неторопливо пошла вперед. «Следуй за мной.»
Е Наньсюнь поколебался, глубоко вздохнул и последовал за ней. Через некоторое время они остановились на углу улицы.
Шэн Нуань задумчиво посмотрела на него.
Лицо Е Наньсюня все еще было очень бледным, но выражение его лица было безразличным. «Что ты хочешь, чтобы я сделал на этот раз?»
Шэн Нуань усмехнулась. «В твоём нынешнем состоянии я вряд ли смогу заставить тебя что-то сделать».
Затем она спросила: «В чём дело? У тебя действительно мало денег?»
Она знала, что это лишний вопрос, и Е Наньсюнь действительно проигнорировал её.
Шэн Нуань холодно рассмеялась. «Если ты работаешь на меня, значит, ты мой человек. Если ты уйдёшь и будешь работать на других, а тебя будут бить и ругать, разве это не будет ударом по лицу для меня?»
С недовольным видом Шэн Нуань достала телефон и перевела ему пять тысяч юаней.
«Хорошо, это твоя зарплата. С этого момента просто следуй моим указаниям, понял?»
Е Наньсюнь посмотрел на уведомление о переводе на своём телефоне и на мгновение опешил.
Он действительно недолюбливал эту идиотку, но ему правда нужны были эти деньги...
После паузы Е Наньсюнь тихо произнёс: «Понял. Что тебе от меня нужно сейчас?»
Он знал, что получить от неё деньги будет непросто, и был готов к тому, что его могут высмеять или унизить.
Но как только он закончил говорить, он увидел, что девушка напротив довольно и весело помахала ему рукой. «Хорошо, раз ты заболел, я дам тебе несколько выходных. Можешь идти домой».
С этими словами она повернулась и, напевая, неторопливо пошла прочь.
Е Наньсюнь стоял на месте, слегка ошеломленный...
Шэн Нуань знала, что пять тысяч юаней не решат проблему Е Наньсюня полностью, а его мрачное настроение было вызвано в первую очередь финансовыми трудностями и невозможностью оплатить лечение матери.
Вернувшись домой, она начала думать о том, как бы ей и дальше отправлять деньги Е Наньсюню. В конце концов, если она будет слишком добра к нему, он может что-то заподозрить. В этот момент она не могла придумать хороший предлог.
Шэн Нуань начала искать информацию в полученных воспоминаниях и в исходном сюжете... Через некоторое время она наконец нашла способ.
Она достала телефон, зарегистрировала новую альтернативную учётную запись в QQ и отправила Е Наньсюню запрос на добавление в друзья с пометкой: «Игровой бустер».
Е Наньсюнь также искал подработку в интернете: он выполнял домашние задания, составлял компанию в играх и ускорял их прохождение... Он брался за любую работу, которая могла принести деньги.
С другой стороны, после горячего душа и горячей каши дома Е Наньсюнь наконец почувствовал себя немного лучше.
Как только он вернулся в свою тесную комнату, он услышал сигнал уведомления.
Увидев сообщение о запросе на добавление в друзья, он приподнял бровь.
«Изменяя судьбу вопреки воле небес»... Что это за дурацкое имя пользователя для школьника?
Е Наньсюнь принял запрос и отправил смайлик с улыбкой.
В реальной жизни он редко улыбался людям, но в сети делал это с лёгкостью... В конце концов, это был его потенциальный работодатель.
Собеседник быстро ответил.
«Изменяя судьбу вопреки воле небес»: «Братан, ты можешь помочь с прокачкой в игре? Новый аккаунт, хочу быстро прокачать его до 85-го уровня.»
Е Наньсюнь ответил: «Конечно».
Его пальцы на мгновение замерли, но в конце концов он напечатал: «Сначала оплата».
Е Наньсюнь сначала подумал, что, если другая сторона откажется, он сможет договориться о предоплате в размере половины суммы, но в следующий момент другая сторона перевела ему сразу пять тысяч.
Его ставка составляла три тысячи пятьсот.
Е Наньсюнь отправил вопросительный знак, и собеседник быстро ответил.
«Изменяя судьбы вопреки воле небес»: «Иногда в качестве оплаты за повышение уровня можно играть вместе. Доплата за компанию вносится заранее. Если позже возникнет дефицит, я его компенсирую.»
Е Наньсюнь поджал губы, сделал паузу и напечатал ответ: «Спасибо, босс».
По крайней мере, теперь у него были деньги, чтобы отвезти мать в больницу...
После перевода денег Шэн Нуань намеренно завела разговор с Е Наньсюнем, надеясь, что это сблизит их.
Возможно, из-за того, что этот начальник был довольно щедрым, Е Наньсюнь набрался терпения и через некоторое время отпросился, сказав, что ему нужно принять душ, и вышел из сети.
На следующий день в школе, когда Шэн Нуань увидела, как её одноклассники возбуждённо переговариваются в классе, она поняла, что в школе будет сниматься фильм.
Она вспомнила, что по первоначальному сюжету именно в этот день режиссёр съёмочной группы заметил Шэн Мянь и пригласил её на прослушивание на второстепенную роль в драме, тем самым открыв ей путь в индустрию развлечений.
После уроков, когда остальные ученики спустились вниз, чтобы посмотреть на съёмки, Шэн Нуань не пошла с ними. Вместо этого она стояла в коридоре и наблюдала за толпой на игровой площадке.
В этот момент позади неё раздался голос.
«Ученица?»
Шэн Нуань обернулась и увидела мужчину средних лет с бейджем и в бейсболке... Мужчина с небольшими слегка закрученными усами подошёл к ней с воодушевлением в глазах.
«Ученица, я Хань Фан, помощник режиссёра фильма «Ветер дует». Наша съёмочная группа работает в вашей школе, и у нас есть свободная роль второго плана, не хотите пройти прослушивание?»
Шэн Нуань на мгновение опешила и почувствовала себя одновременно забавной и беспомощной.
По первоначальному сюжету изначальная хозяйка тоже должна была пойти на игровую площадку, чтобы присоединиться к толпе, но ей было лень идти, и вместо этого она случайно столкнулась здесь с помощником режиссёра.
Шэн Нуань на мгновение засомневалась, но потом подумала, что Шэн Мянь, скорее всего, сейчас проходит прослушивание. Она огляделась и улыбнулась: «Конечно».
Ей было любопытно узнать, действительно ли героине этого мира так везёт, как кажется на первый взгляд...
Действительно ли ей так везёт, что всё всегда идёт как по маслу?
Вскоре Шэн Нуань последовала за помощником режиссёра Хань Фаном в конференц-зал, который съёмочная группа оборудовала в школе. Войдя, она увидела, что Шэн Мянь только что закончила прослушивание.
Лицо Шэн Мянь, которое изначально было озарено нежной улыбкой, внезапно застыло, когда она обернулась и увидела Шэн Нуань.
Встретившись с ней взглядом, Шэн Нуань ухмыльнулась и показала провокационную улыбку.
Она прищелкнула языком и спросила: «Служба поддержки, я сейчас похожа на пушечное мясо?»
Механический голос сухо ответил: «Пожалуйста, называйте меня системой...»
Хань Фан подвёл Шэн Нуань к человеку, сидевшему в центре комиссии по контролю прослушивания. Поговорив с ним, группа посмотрела на Шэн Нуань, и их глаза загорелись.
Внешность девушки действительно была исключительной...
Шэн Мянь, спокойно сидевшая в углу на пластиковом стуле, с улыбкой наблюдала за прослушиванием Шэн Нуань, но её руки, лежавшие на коленях, невольно сжали юбку.
Прослушивание Шэн Нуань прошло довольно просто. После того как она выполнила задание в соответствии с инструкциями, она заметила, что люди, сидящие напротив неё, смотрят на неё пристальным, сосредоточенным взглядом.
Прежде чем вывести Шэн Нуань, Хань Фан улыбнулся и сказал: «Давайте добавим друг друга в WeChat, мисс Шэн. О, у студентки, которая только что прошла прослушивание, кажется, такая же фамилия - Шэн...»
В этот момент Шэн Мянь уже исчезла.
Хань Фан сказал, что они свяжутся с ней и сообщат окончательный результат в течение двух дней. Шэн Нуань поблагодарила его и ушла.
Пока остальные наблюдали за съёмкой на игровой площадке, Шэн Нуань развернулась и направилась обратно в класс.
Но, завернув за угол у клумбы, она увидела Шэн Мянь, стоявшую у неё на пути к классу.
Они встретились взглядами. Шэн Мянь улыбнулась и подошла к ней, понизив голос: «Нуань Нуань, ты что, специально пытаешься со мной соперничать?»
Шэн Нуань тут же улыбнулась в ответ: «Да, ты права».
Шэн Мянь была в ярости. Поскольку рядом никого не было, а терпение было на исходе, она посмотрела на Шэн Нуань ледяным взглядом и процедила сквозь зубы: «Гу Ланьфэн и возможность пройти прослушивание... Шэн Нуань, насколько сильно ты мне завидуешь, что хочешь соперничать со мной во всём?»
Шэн Нуань прищелкнула языком: «Испугалась, да? Тебе страшно?»
Лицо Шэн Мянь стало ещё мрачнее...
Шэн Нуань свистнула, напевая какую-то мелодию, и, пройдя мимо Шэн Мянь, направилась наверх. Когда она уже собиралась пройти мимо, Шэн Мянь внезапно преградила ей путь, вскрикнула и отступила назад: «Нуань Нуань, не...»
В следующее мгновение Шэн Мянь с глухим стуком рухнула на клумбу под ступеньками. На клумбе, покрытой рыхлой чёрной землёй, она с трудом приподнялась, вся в грязи и мусоре.
Шэн Нуань на мгновение опешила, а затем рассмеялась.
Опять этот трюк - вот что значит дочь удачи?
Хотя это было довольно эффективно... просто представление было слишком нелепым и неприглядным.
В этот момент прозвенел школьный звонок... Когда ученики, наблюдавшие за съёмками, возвращались с игровой площадки, тот, кто шёл впереди, заметил Шэн Нуань на лестнице и Шэн Мянь, растрёпанную и с красными глазами, на клумбе.
«Нуань Нуань, как ты могла так поступить...»
Шэн Нуань знала, что камеры наблюдения в школе были сломаны, поэтому Шэн Мянь вела себя так нагло.
Гу Ланьфэн протолкался сквозь толпу и, шагнув вперёд, вытащил Шэн Мянь из клумбы. Обернувшись, он бесстрастно посмотрел на Шэн Нуань и сказал: «Извинись!»
Шэн Нуань потеряла дар речи и потёрла лоб: «Опять эта строчка?»
Вокруг них люди перешёптывались.
«Она снова издевается над школьной красавицей».
«Да, я слышала, что она пыталась вести себя как богатая и красивая девушка, чтобы привлечь внимание школьного красавчика Гу, но у неё ничего не вышло. С тех пор она положила глаз на школьную красавицу».
«Шэн Мянь всё-таки её двоюродная сестра, тск...»
Гу Ланьфэн четко проговорил слова: «Шэн Нуань, извинись!»
Шэн Мянь прикусила губу и тихо сказала: «Забудь об этом».
Кто-то рядом крикнул: «Как можно такое игнорировать? Это уже слишком. Поторопись и сообщи об этом учителю...»
В этот момент все увидели, как Шэн Нуань сделала шаг вперёд и встала перед Шэн Мянь.
Как раз в тот момент, когда все подумали, что она собирается извиниться, Шэн Нуань без предупреждения подняла руку и с громким шлепком ударила Шэн Мянь по лицу...
Толпа ахнула от неожиданности, и Гу Ланьфэн тут же оттолкнул Шэн Нуань.
Гу Ланьфэн не ожидал, что Шэн Нуань окажется такой дерзкой и даже осмелится ударить. Он рефлекторно оттолкнул её, и в следующее мгновение Шэн Нуань ударилась о стену, поскользнулась и упала на землю.
Гу Ланьфэн на мгновение опешил. Шэн Нуань, сидевшая на земле, тоже на мгновение растерялась, а затем рассмеялась: «Ну ладно, Гу Ланьфэн, ты нарываешься на драку, да?»
В этот момент все увидели, как Шэн Нуань встала и закатала рукава, словно собираясь драться с Гу Ланьфэном.
В этот момент подошёл учитель из дисциплинарного отдела, отправил наблюдавших за происходящим учеников обратно в классы, а затем сказал Шэн Нуань, Шэн Мянь и Гу Ланьфэну: «Пойдёмте со мной. Мы обсудим это в кабинете.»
Не в силах больше ничего сделать, Шэн Нуань указала на Гу Ланьфэна и усмехнулась: «Запомни это. Мы разберёмся с этим позже!»
Учитель увёл их троих, и остальные ученики быстро разошлись. Никто не заметил, что в углу неподалёку стоял мужчина в белом лабораторном халате и курил сигарету, просматривая видео, которое он только что записал на свой телефон. Его глаза горели интересом.
Неужели все современные девушки такие коварные?
Однако эта маленькая девочка из семьи Лесли действительно оказалась такой интересной, как и предполагала его информация... Тск, как увлекательно.
В дисциплинарном кабинете директор школы был настроен сурово.
Шэн Мянь только что рассказала о случившемся между ними: они поссорились, и Шэн Нуань в гневе толкнула ее.
«Учитель, Шэн Нуань, наверное, сделала это не нарочно...»
Директор школы взглянул на Шэн Мянь, которая всё ещё была растрёпана, а затем на Шэн Нуань, и его лицо помрачнело. «Почему ты толкнула одноклассницу?»
Шэн Нуань покачала головой. «Я ее не толкала».
Стоявший рядом с ней Гу Ланьфэн холодно вмешался: «Не толкала? И ты ее не била?»
Шэн Нуань повернулась к Гу Ланьфэну и четко проговорила: «Я дала ей пощечину, потому что она меня подставила. Я хочу знать, ты своими глазами видел, как я ее толкнула?»
Гу Ланьфэн на мгновение растерялся.
Он действительно не видел, как Шэн Нуань толкала Шэн Мянь собственными глазами, но была ли необходимость думать об этом?
Она же уже была обычным нарушителем...
Однако, поскольку он сам этого не видел, Гу Ланьфэн промолчал.
Директор школы снова спросил. «Почему вы двое поссорились?»
Шэн Мянь тихо сказала: «Шэн Нуань - моя двоюродная сестра. Я слышала, что в последнее время она издевалась над Е Наньсюнем, заставляя его выполнять ее поручения, и хотела поговорить с ней об этом».
Е Наньсюнь всегда был лучшим учеником в классе. Несмотря на то, что его семья была бедной, он отличался и хорошим характером, и успеваемостью и был любимцем школьных учителей... Услышав, что Шэн Нуань издевается над Е Наньсюнем, директор школы помрачнел еще больше. Он тут же позвал Е Наньсюня к себе.
Вскоре после этого Е Наньсюнь постучал в дверь и вошел.
Директор прямо спросил: «Ученица Шэн Мянь говорит, что Шэн Нуань издевалась над тобой и заставляла выполнять ее поручения. Это правда?»
Шэн Мянь слегка приподняла голову, чтобы посмотреть на Е Наньсюня, и прикусила губу.
Е Наньсюнь помолчал, а потом сказал: «Она заплатила».
Это косвенно подтверждало, что Е Наньсюнь действительно выполнял поручения.
Он вяло подумал... что больше ничего не должен Шэн Мянь.
Лицо директора школы тут же изменилось. Он хлопнул ладонью по столу и указал на Шэн Нуань: «Издевательства над одноклассниками? Плата за это? Шэн Нуань, где ты научилась таким плохим привычкам? Иди и немедленно напиши мне самокритичное письмо. А ещё вызови своих родителей в школу... К этому вопросу нужно отнестись серьёзно!»
Лицо директора школы стало пунцовым. Шэн Мянь стояла, опустив голову, и казалась немного растерянной, но её взгляд был полон спокойствия и триумфа.
В этот момент Шэн Нуань подняла голову и серьёзно спросила: «О каком именно случае говорит учитель?»
Директор не ожидал, что она осмелится спросить, и разозлился ещё больше. Но прежде чем он успел что-то сказать, Шэн Нуань продолжила: «Я не толкала Шэн Мянь. Если школа собирается наказать меня за это, пожалуйста, предоставьте доказательства. В противном случае я не буду звонить родителям, а вместо этого приглашу адвоката».
Директор школы был ошеломлён.
Приведёт адвоката?
Ученик осмелился угрожать ему адвокатом?
Директор школы грохнул кулаком по столу. «Отлично, ты ещё и смеешь угрожать учителю!»
«Извините, я не хотела угрожать. Но если школа не может восстановить справедливость, то я могу защитить себя только законными средствами.»
После паузы Шэн Нуань продолжила: «Что касается одноклассника Е Наньсюня, я заплатила ему за то, чтобы он выполнил кое-какие поручения. Это была честная сделка, признанная обеими сторонами. Или одноклассник Е считает, что сделка была нечестной? Вы не хотели помогать?»
Шэн Нуань повернулась к Е Наньсюню с уверенным и бесстрашным выражением лица.
Е Наньсюнь кивнул: «Учитель, я согласен».
Директор снова сглотнул.
Шэн Мянь, стоявшая рядом, незаметно прикусила губу, но тут же расслабилась.
Ей не обязательно было доказывать свою правоту. В конце концов, никто не мог доказать, что Шэн Нуань толкнула ее, и точно так же никто не мог доказать, что она ее не толкала.
Пока об этом инциденте знает съёмочная команда, этого будет достаточно...
По этой причине Шэн Мянь взяла инициативу в свои руки. «Учитель, мне жаль. Я тоже несу некоторую ответственность за это. Я не хочу это продолжать. Можем ли мы считать, что вопрос закрыт?»
Директор выглядел мрачным. Он бросил на Шэн Нуань суровый взгляд, помолчал, а затем низким голосом произнес: «Возвращайтесь на свои уроки. Я тщательно обдумаю, как поступить в этой ситуации».
Шэн Нуань развернулась и вышла, не оглядываясь...
Когда она вернулась в класс, урок уже подходил к концу.
Крикнув «доклад», она вошла, и все в классе посмотрели на неё с разными выражениями лиц, а некоторые что-то зашептали.
Она сделала вид, что не замечает этого, и спокойно вернулась на своё место.
Её соседка по парте, которая раньше была одной из «пластиковых сестёр», презрительно отодвинулась, когда Шэн Нуань села.
Шэн Нуань обернулась и спросила: «У тебя что, на заднице выросли шипы?»
Пластиковая сестра Хуа поперхнулась и инстинктивно почувствовала себя немного не в своей тарелке. Но, вспомнив, что Шэн Нуань - всего лишь фальшивый белый лотос, она не смогла сдержать усмешку и спросила: «Ты что, завидуешь, что красавчик Гу так добр к Шэн Мянь, и пытаешься ей помешать?»
Шэн Нуань посмотрела на неё с сочувствием. «Знаешь ли ты, что молчание о том, чего ты не видела своими глазами, - это самая главная мудрость в жизни?»
Не успела девушка ответить, как она снова улыбнулась. «А, так ты не знала».
Девушка снова поперхнулась, закатила глаза и демонстративно отвернулась с таким видом, будто хотела сказать: «Я тебя игнорирую».
Шэн Нуань спросила: «У тебя что, глаза болят?»
Девушка: «...».
Вернувшись домой, Шэн Нуань приняла душ и легла в постель. На ее телефоне внезапно появилось сообщение от Е Наньсюня со скриншотом игрового уровня.
Он еще не достиг 85-го уровня и просто сообщал ей о своих успехах.
Затем Е Наньсюнь извинился и сказал, что ему нужно несколько дней ухаживать за матерью в больнице, и спросил, может ли он отложить повышение уровня на несколько дней.
Шэн Нуань, естественно, согласилась, а затем осторожно спросила Е Наньсюня о болезни его матери. Она сказала, что знает врачей, которые могли бы помочь.
Е Наньсюнь не принял слова этого пользователя сети близко к сердцу. Однако, возможно, из-за того, что этот пользователь сети с ником «Меняя судьбу вопреки воле небес» был настроен относительно дружелюбно, Е Наньсюнь лелеял слабую надежду и в итоге поделился подробностями о болезни своей матери.
Он знал, что в стране Y есть врач, который является экспертом в этой области и успешно проводит операции, подобные той, что была нужна его матери.
Однако он не мог позволить себе увезти мать на лечение за границу... Даже если бы они продали свой маленький дом, этого было бы недостаточно.
Расходы на поездку за границу и лечение были астрономическими.
Но в следующий момент он увидел сообщение от «Меняя судьбу вопреки воле небес».
Меняя судьбу вопреки воле небес: «Я знаю доктора Лоуренса. Мой отец знаком с ним. Я спрошу у отца, сможет ли он убедить доктора Лоуренса приехать в страну Н... Доктор Лоуренс, судя по всему, всегда хотел посетить нашу страну с инспекцией.
Е Наньсюнь на мгновение опешил, а потом беспомощно рассмеялся.
Его отец был знаком с доктором Лоуренсом и мог пригласить его в страну Н?
Не знаю, сколько лет этому пользователю с другой стороны... наверное, только ребёнок мог бы так опрометчиво говорить.
Е Наньсюнь не воспринял это всерьёз.
Вежливо поблагодарив собеседника, он потерял интерес к разговору и под каким-то предлогом поспешил выйти из сети.
В течение следующих двух дней положение Шэн Нуань в школе стало еще более неловким.
Сначала выяснилось, что ее образ богатой наследницы был фальшивым, а затем стало известно, что она неоднократно издевалась над популярной школьной красавицей Шэн Мянь... Все знали, что она намеренно вредила Шэн Мянь из зависти.
Куда бы она ни шла, на нее бросали странные взгляды. Если кто-то смотрел на нее, она смотрела в ответ, пока собеседник, чувствуя себя виноватым, не отводил взгляд. Тогда она спрашивала: «Хорошо выгляжу?»
Девочки из ее класса тоже старались держаться от нее подальше, но она продолжала ходить одна с совершенно открытым и беззаботным видом, выглядя очень счастливой и непринужденной. Это злило и одновременно бесило тех, кто жаждал драмы...
Через три дня после того, как Шэн Мянь подставила Шэн Нуань, та взяла академический отпуск и начала сниматься в фильме.
Съёмочная группа знала об инциденте, произошедшем между ними в школе, поэтому, несмотря на то, что все сошлись во мнении, что Шэн Нуань подходит на эту роль больше, они не хотели брать актрису, которая могла бы навредить репутации фильма.
Таковы были истинные намерения Шэн Мянь.
Через два дня доктор Лоуренс приехал в страну Н с визитом, и больница, которую он выбрал, находилась в этом же городе.
Когда Е Наньсюнь получил сообщение от «Меняя судьбу вопреки воле небес», он был ошеломлен.
Он почти забыл об этом и никак не ожидал, что случайный знакомый в сети сможет одним словом пригласить в его страну эксперта мирового уровня.
Он понял, что этот пользователь сети определённо не был обычным человеком, но он не знал, что сказать, и мог только продолжать благодарить его.
Шэн Нуань отложила телефон и узнала от службы поддержки, что показатель почернения Е Наньсюня снизился до 60.
Она с облегчением вздохнула...
В этот момент она увидела, как позади неё по лестнице медленно поднимается напряженная фигура девушки, стоящая к ней спиной.
Это было самое высокое экспериментальное здание в школе; она уже была на девятом этаже, и крыша находилась прямо над ней.
Что девочка делала на крыше?
Шэн Нуань на мгновение замешкалась, но затем быстро вошла в класс и подошла к учительнице, которая готовила экспериментальное оборудование. Она взволнованно прошептала: «Учитель, я видела, как одна девочка поднималась на крышу... она выглядела немного странно.»
Учительница опешила и слегка нахмурилась, но затем решительно сказала: «Пойду посмотрю.»
В таких ситуациях лучше перестраховаться...
Шэн Нуань последовала за учительницей наверх, но, как только они вышли на крышу, она увидела, что девочка уже подошла к краю.
Выражение лица учительницы тут же изменилось.
«Ученица, ученица, что ты делаешь?»
Учительница, дрожа, потянулась за телефоном, чтобы позвонить в службу безопасности школы. Повесив трубку, она тут же вызвала полицию...
Девушка медленно обернулась, ее лицо было бледным и мокрым от слез.
Учительница в панике повторяла: «Не принимай поспешных решений, скажи учителю, если что-то не так, не принимай поспешных решений...»
Когда она уже собиралась подойти, девочка вдруг закричала, напугав учительницу так, что та замерла на месте.
«Они не дают мне уйти, я больше не могу так жить...»
«Я совершила ошибку, но почему я не могу вернуться...»
Учительница была напугана до слез. Сзади послышались шаги... это были ученики, которые прибежали на шум.
В это же время Шэн Нуань узнала от службы поддержки, что девушка влезла в долги в интернете, проценты по кредиту из восьми тысяч юаней превратились в сто тысяч, а затем в школьной группе появились ее полуобнаженные фотографии.
Увидев, что девушка собирается перелезть через перила, Шэн Нуань крикнула: «Подожди, что бы у тебя ни случилось, я могу тебе помочь.»
Девушка остановилась, обернулась и заплакала: «Ты не можешь мне помочь, это сто тысяч... Я взяла в долг всего восемь тысяч, всего восемь тысяч, а теперь это сто тысяч. Родители не знают, у них нет таких денег. Я не могу предстать перед ними. Мне так стыдно...»
Девушка и так была в ужасе из-за долга с процентами, а теперь еще и ее фотографии попали в сеть. Все вокруг обсуждали это с утра, но Шэн Нуань до сих пор не обращала внимания.
Увидев, что девушка уже стоит на перилах, Шэн Нуань сказала: «Я думаю, это пустяк, всего сто тысяч... Я заплачу за тебя.»
Девушка усмехнулась: «Думаешь, я тебя не знаю? Ты та самая богатая наследница, у которой нет денег. Не ври мне.»
Шэн Нуань растерялась и смогла лишь достать телефон. «Если ты мне не веришь, дай мне номер своего счёта, и я переведу деньги прямо сейчас... но у меня есть условие. Если я дам тебе деньги, ты расскажешь, как тебе удается так хорошо выглядеть.»
Девушка немного растерялась: «Что?»
«Эти фотографии... Да ладно тебе, у тебя такая красивая фигура, а они даже не откровенные, так чего переживать, если их увидят? Разве людям в купальниках тоже теперь из-за этого умереть? Погоди, что-то я не по теме... Ты так и не ответила, для тебя это нормально?»
Шэн Нуань помахала телефоном: «Дай мне номер своего счёта, но помни: ты должна рассказать мне правду о том, как тебе удается поддерживать свою фигуру.»
В этот момент подоспело много студентов... Они тоже были в шоке и кричали, пытаясь уговорить девушку спуститься, некоторые даже плакали. Услышав слова Шэн Нуань, все они были ошеломлены.
Она спрашивает человека, который хочет спрыгнуть с крыши, как сохранить фигуру?
И неужели она действительно может вот так просто достать сто тысяч юаней?
Девушка явно не хотела умирать, но была доведена до отчаяния и ужаса. Слова Шэн Нуань привели ее в замешательство.
Неужели ее тело такое хорошее?
Да, это были всего лишь фотографии в нижнем белье, а люди в купальниках повсюду... У нее была хорошая фигура, так чего тут стыдиться?
Увидев, что Шэн Нуань трясет телефоном, девушка на мгновение замешкалась, а затем продиктовала номер своего счёта.
Шэн Нуань без колебаний перевела деньги.
Когда телефон девушки зазвонил и она увидела уведомление о зачислении, она недоверчиво посмотрела на Шэн Нуань.
Там действительно было сто тысяч.
Шэн Нуань убрала телефон и посмотрела на нее: «Ну что ж, оплата получена. Разве ты не должна сдержать свое обещание?»
Девушка все еще была в шоке и молча смотрела на нее.
Учительница тоже быстро подошла к ним и сказала: «Да, спускайся скорее...»
Девушка прикусила губу, глядя на Шэн Нуань, помедлила и медленно убрала ногу, уже занесенную за перила... Но в этот момент она поскользнулась и без предупреждения упала назад.
Перила, которые годами находились в плачевном состоянии, с грохотом накренились, и девушка с криком упала...
В этот момент Шэн Нуань бросилась вперед и схватила девушку за лодыжку. Под действием огромной силы, тянувшей ее вниз, она врезалась в перила, сильно ободрав руку.
Девушка закричала и начала вырываться. Шэн Нуань стиснула зубы: «Не двигайся, я не могу тебя удержать... Ты такая тяжёлая.»
Девушка внезапно замерла и посмотрела на неё: «Разве ты только что не сказала, что у меня хорошее тело?»
Шэн Нуань:......
В этот момент к ним подбежали несколько студентов.
Учительница уже схватила Шэн Нуань за ноги, чтобы она не упала, а несколько мальчиков бросились к перилам, чтобы помочь вытащить девочку. Снизу доносились крики и вопли.
Гу Ланьфэн бросился к ней первым. Он протянул руку и схватил девушку за лодыжку, и в этот момент он вдруг увидел Шэн Нуань, которая держала девушку, всю в кровоточащих царапинах...
Ее руки дрожали, тело обмякло... но она стиснула зубы и вцепилась в лодыжку девочки, побелев от напряжения...
После того как девушку, пытавшуюся покончить с собой, спасли, ее немедленно доставили в больницу. Все учителя были бледны от шока и страха. Учительница, которая осталась с Шэн Нуань, испытывала одновременно облегчение и потрясение.
«Шэн Нуань, сегодня всё обошлось благодаря тебе...» - сказала она и, заметив пятна крови на руках Шэн Нуань, воскликнула: «Ты ранена! Почему ты ничего не сказала раньше?»
Шэн Нуань опустила взгляд и резко вдохнула: «Ничего страшного.»
Учительница глубоко нахмурилась: «Это не пустяк. Давай сходим в школьный медпункт и обработаем её...»
Учительница без лишних слов потащила Шэн Нуань в школьный медпункт. Как только они вошли, она увидела, что Шан Юэ только что закончил осмотр ученика и убирает стетоскоп.
Только тогда она вспомнила, что здесь есть еще один значимый второстепенный персонаж.
На Шан Юэ были белый халат и очки в золотой оправе. Его тщательно уложенные волосы придавали ему утонченный и элегантный вид, совсем не похожий на его зловещий и окровавленный облик при их первой встрече.
Но Шэн Нуань понимала, что чем утонченнее он выглядит, тем больше это наводит на мысль, что с ним что-то не так.
Наличие в человеке двух совершенно противоположных сторон по своей сути пугает.
«Доктор Шан, эта студентка пострадала, пытаясь кого-то спасти. Мне нужно вернуться и помочь связаться с семьей пострадавшей, так что я оставляю ее на вас.»
Учительница похлопала Шэн Нуань по плечу и быстро вышла из кабинета.
В школьном медпункте остались только они двое.
«Где ты поранилась?» - мягко спросил Шан Юэ, словно впервые увидел её.
Шэн Нуань моргнула и сделала вид, что не узнала его. Она подняла руку и с некоторым трудом аккуратно закатала рукав, обнажив кровоточащую рану.
Рука девушки была белой и нежной, как молоко, поэтому раны на ней выглядели особенно пугающе.
Шан Юэ взглянул на рану, затем молча взял поднос с лекарствами и бинтами, сел и начал обрабатывать рану.
На мгновение в школьном медпункте воцарилась тишина, нарушаемая лишь их дыханием...
Когда лекарство коснулось раны, Шэн Нуань почувствовала жгучую боль. Она поморщилась, но тут же закусила губу, чтобы не издать ни звука.
Шан Юэ поднял глаза и слегка приподнял бровь.
В этот момент Шэн Нуань, казалось, хотела отвлечься и внезапно спросила: «Твой незаконнорожденный брат уже нашел тебя?»
Шан Юэ на мгновение был ошеломлен, затем с улыбкой покачал головой: «Нет.»
Шэн Нуань была озадачена: «Почему он нацелился на тебя... Ты что-то ему сделал?» - спросила она и, нахмурившись, резко вдохнула. — «Поаккуратнее.»
Она говорила с чувством собственной правоты.
Шан Юэ, казалось, было все равно, и он, умело перевязывая ее рану, как ни в чем не бывало сказал: «Что бы я ему ни сделал, разве это не заслуженно? Незаконнорожденный ребенок по определению лишний.»
Шэн Нуань прищелкнула языком: «Он не выбирал родиться вне брака. Если хочешь кого-то обвинить, то это должен быть твой отец и его любовница. Те, кому не хватает способностей, всегда выбирают обвинять слабых.»
Шан Юэ слегка замер и поднял на нее глаза.
Шэн Нуань быстро добавила: «Смотри на свои руки, мне больно, ты же знаешь...»
Наконец, обработав рану, Шан Юэ отложил поднос в сторону.
«В ближайшие несколько дней не мочи рану и следи за питанием... Как ты получила эту травму?»
Шэн Нуань осторожно опустила рукав и надула губы: «Какая-то дура чуть не прыгнула с крыши из-за пустяка, а я сыграла в героя или что-то в этом роде.»
Шан Юэ, раскладывая лекарства, взглянул на неё и спросил: «Ты считаешь её дурой, но всё равно помогла?»
Шэн Нуань слегка расширила глаза: «Ты что, проявляешь какие-то антисоциальные наклонности? Она просто немного глуповата, но это не преступление, за которое можно казнить...»
Сказав это, она посмотрела на Шан Юэ с раздражением, словно на преступника. Она небрежно поблагодарила его и развернулась, чтобы уйти.
Стоявший позади нее Шан Юэ, которого описали как человека с «антисоциальными наклонностями», медленно приподнял бровь, его глаза горели интересом...
На самом деле еще до того, как Шэн Нуань пришла в школьный медпункт, он уже знал, что произошло в школе. Информация о том, что высокомерная мисс Норман рисковала собой, чтобы спасти кого-то, и при этом получила травму, удивила и заинтриговала его.
Семья Норман славилась своей гордыней и холодностью, а их род по своей сути был отстраненным и презрительным. Он не ожидал, что эта маленькая мисс Норман окажется такой преданной.
Шан Юэ вспомнил, как она дрожала от боли, но при этом сохраняла прямую осанку и молчала во время процедуры, и это его позабавило.
В полученной им информации мисс Норман описывалась как избалованная отцом, высокомерная, глупая и вспыльчивая... совсем не такая, какой он видел ее сейчас.
Интересно...
Когда Шэн Нуань вернулась домой, Шэн Линшань сразу заметила рану на ее руке, и ее лицо резко изменилось.
Узнав, что Шэн Нуань пострадала, спасая кого-то, Шэн Линшань смягчилась, обняла ее и поцеловала в щеку: «Моя малышка выросла. Мама так тобой гордится.»
В ее словах не было ни капли упрека, только намек на беспокойство, когда она посоветовала ей в будущем в первую очередь заботиться о себе, помогая другим.
Шэн Нуань слегка напряглась от этих объятий и с трудом сохраняла спокойствие. Она откашлялась и похлопала Шэн Линшань по плечу: «Да, я понимаю. Я буду осторожнее в будущем.»
Женщины такие надоедливые, такие сентиментальные.
На следующий день были выходные. По настоятельной рекомендации Шэн Линшань Шэн Нуань нанесла вежливый визит девушке, которая пыталась покончить с собой.
У девушки не было серьезных травм, только несколько шишек на голове от удара о стену, когда ее схватили, и сильный испуг. Вдобавок к недавнему стрессу из-за онлайн-кредитов она была немного не в себе... Родители забеспокоились и на несколько дней положили ее в больницу под наблюдение.
Когда Шэн Нуань пришла в больницу и постучала в дверь, прежде чем войти, девочка увидела ее и тут же попыталась встать.
«Мама, папа, это Шэн Нуань, та, что спасла меня...»
Супруги средних лет быстро подошли, чтобы поздороваться с ней, и мать девочки с особым энтузиазмом схватила Шэн Нуань за руку.
Шэн Нуань почувствовала себя немного неловко и быстро отстранилась, сухо сказав: «Что ж, давайте поговорим спокойно, без прикосновений.»
Мать Чжао Инцзы, ничуть не смущаясь, встала перед ней и вытерла слезы. «Хорошая девочка, тётя даже не знает, как тебя благодарить. Я собиралась навестить вас дома, чтобы выразить свою благодарность, как только Инцзы выпишут, но вот ты уже здесь...»
«Хорошая девочка, ты спасла жизнь Инцзы. Тетя и ее семья будут помнить твою доброту до конца своих дней.»
Шэн Нуань хорошо дралась, но не умела вести себя в подобных ситуациях. Она могла лишь неловко помахать рукой и сказать несколько слов утешения.
Сразу после этого супруги настояли на том, чтобы вернуть ей сто тысяч юаней, и осыпали ее бесконечными благодарностями.
Через некоторое время супруги вышли из палаты: один чтобы - оплатить счёт, другая - за продуктами. В палате остались только Шэн Нуань, Чжао Инцзы, которая хотела спрыгнуть с крыши, и несколько девушек у кровати.
Несколько девушек у кровати оказались «пластиковыми сёстрами» Шэн Нуань... Хотя Чжао Инцзы училась не в одном классе с ними, все они выросли в одном районе.
При виде Шэн Нуань девочкам стало немного неловко, но Чжао Инцзы заговорила первой: «Скажу прямо. С этого момента Шэн Нуань - моя названная сестра. Если кто-то в будущем будет плохо о ней отзываться, я этого не потерплю.»
Подружки тут же вмешались.
«Тебе не нужно ничего говорить. Только за то, что она поступила по-честному, я готова принять ее как сестру!»
«Да, да, даже если ты фальшивая богачка, с этого момента мы будем относиться к тебе как к настоящей сестре...»
«Да, не волнуйся, мы не будем смотреть на тебя свысока.»
Шэн Нуань потеряла дар речи... Этим людям явно не хватает самообладания.
В этот момент Чжао Инцзы спросила: «Вы правда такие богатые?»
Все присутствующие замерли.
Чжао Инцзы вздохнула: «Я усвоила урок... Все эти телефоны Apple и лимитированные коллекции - это так, ерунда. На самом деле раньше я была слишком тщеславной, инфантильной и нелепой...»
Остальные девушки медленно замолчали. После паузы одна из них фыркнула: «Тогда давайте перестанем притворяться. Иногда, если подумать, это действительно бессмысленно.»
«Да, я завидую богатым девушкам, но сколько бы мы ни притворялись, мы все равно не такие, как они. Не очень-то приятно, да, Шэн Нуань?»
Шэн Нуань подняла на неё удивлённый взгляд: «Откуда мне знать!»
С детства и до зрелых лет, от жизни к смерти и обратно к жизни... она всегда была воплощением белокожей, богатой и красивой девушки.
Навестив Чжао Инцзы, Шэн Нуань вышла из палаты. К этому времени она уже узнала, что мать Е Наньсюня тоже находится в этой больнице.
Когда она подошла к лифту, из ближайшего запасного выхода донесся разговор двух людей.
«Не так-то просто уговорить доктора Лоуренса приехать в страну Н. Если бы мы приглашали его специально, это обошлось бы в несколько раз дороже...»
Затем Шэн Нуань услышала голос Е Наньсюня, несколько низкий и хрипловатый: «Пожалуйста, подсчитайте, сколько нужно денег.»
«Около трехсот тысяч юаней. Я постарался использовать для твоей матери как можно больше лекарств, предусмотренных страховкой. Это уже самая низкая цена...»
На лестнице воцарилась тишина. Мгновение спустя вышел врач в белом халате с беспомощным видом.
Шэн Нуань стояла рядом и быстро оценивала ситуацию.
Она попросила Лесли привести врача, но было очевидно, что Е Наньсюнь не может позволить себе лечение.
Затем Шэн Нуань услышала, как Е Наньсюнь кому-то звонит, и сразу поняла, что он связывается с агентом... Он хотел продать их дом, но цена была очень низкой.
Дом, в котором жили Е Наньсюнь и его мать, был по-настоящему старым и обветшалым, к тому же расположенным в неблагополучном районе. А также из-за того, что Е Наньсюнь так стремился продать дом, цена была сильно занижена - скорее всего, ее не хватило бы даже на оплату операции, не говоря уже о последующем лечении и уходе.
Значит... если она поможет ему в этот раз, одолжив денег на операцию для его матери, он должен быть ей бесконечно благодарен, верно?
Даже если он не испытывает благодарности, она не должна снова пострадать от него, верно?
С этой мыслью Шэн Нуань направилась к запасному выходу. Не успела она сделать и нескольких шагов, как дверь открылась и оттуда вышел Е Наньсюнь.
Выражение его лица было мрачным, глаза слегка покраснели, он явно испытывал сильные душевные терзания.
Увидев Шэн Нуань, он на мгновение замер, а затем продолжил идти, глядя прямо перед собой, намереваясь пройти мимо нее.
«Эй?» - Шэн Нуань не знала, что сказать, но он ее полностью проигнорировал.
Е Наньсюнь не ответил и даже не замедлил шаг.
Шэн Нуань пробормотала: «Разве ты не хочешь собрать деньги на операцию для своей матери?»
Е Наньсюнь остановился как вкопанный. Он повернул голову и посмотрел на нее пустым взглядом, в котором не было и следа обычной мягкости, которую он изображал.
Он явно был не в духе, и его глаза налились кровью. Его взгляд, обращенный на Шэн Нуань, был ледяным... В прошлый раз ей удалось перехитрить мачеху благодаря упорству и терпению. Поэтому, несмотря на холодный взгляд Е Наньсюня, Шэн Нуань лишь откашлялась.
«Ну, я пришла навестить кое-кого другого и случайно услышала ваш разговор с врачом... Если у тебя проблемы с оплатой операции для твоей матери, я могу помочь.»
Е Наньсюнь на мгновение опешил, но тут же в его глазах вспыхнула настороженность. Он спокойно посмотрел на нее холодным взглядом.
«Чего именно ты хочешь?»
В прошлый раз она необъяснимым образом помогла ему выбраться из передряги и с тех пор не выходила с ним на связь и не вела себя с ним как раньше - не дразнила и не унижала его... Е Наньсюнь уже тогда почувствовал, что что-то не так. А теперь она и вовсе предлагает помочь собрать деньги на операцию для его матери.
Она что, пыталась стать бодхисаттвой?
С другой стороны, Шэн Нуань уже была немного ошарашена.
Она знала, что Е Наньсюнь очень скрытен, и это было связано с тем, что они с матерью с детства во многом полагались друг на друга. Но она не ожидала, что даже в такой критической ситуации он будет так подозрителен.
Зачем она это делала? Конечно же, чтобы добиться его расположения и уменьшить его показатель почернения... Она делала это ради собственной жизни!
Но, конечно, она не могла этого сказать.
Однако, если бы она сейчас не нашла разумного объяснения, Е Наньсюнь легко мог бы расценить это как очередную насмешку - как будто она намеренно использует нехватку денег на операцию для его матери, чтобы унизить его... Если бы его мать не выжила, как и в оригинальном сюжете, ей бы тоже пришёл конец.
Шэн Нуань несколько раз открыла и закрыла рот, но так и не смогла придумать правдоподобное оправдание.
В этот момент она увидела, как Е Наньсюнь холодно взглянул на неё и развернулся, чтобы уйти...
Всё кончено!
Сердце Шэн Нуань бешено колотилось, по коже побежали мурашки. Она быстро протянула руку и схватила Е Наньсюня за рукав: «Не уходи!»
Е Наньсюнь остановился и обернулся, его взгляд был темным и непроницаемым.
Шэн Нуань была уверена, что у нее есть только один шанс, иначе эту миссию уже не спасти.
«Я...»
Шэн Нуань собралась с духом и сказала: «Ты мне нравишься, и я хочу за тобой приударить... Если ты согласишься, я одолжу тебе денег, чтобы спасти твою мать.»
Е Наньсюнь был ошеломлен.
Застигнутый врасплох ее словами, он на мгновение растерялся. Когда он пришел в себя, его охватило чувство насмешки.
Он ей понравился?
Неужели она думала, что он не знает, как она увивалась за Гу Ланьфэном, пытаясь добиться его расположения... А теперь она заявляет, что он ей нравится?
Е Наньсюнь мысленно усмехнулся, но внешне остался невозмутимым.
Шэн Нуань отбросила все сомнения. Ей было уже все равно, как она выглядит в глазах окружающих, и она изо всех сил старалась казаться смущенной, глядя на Е Наньсюня и твердо заявляя: «Если ты согласишься быть моим парнем в течение шести месяцев, я одолжу тебе деньги на операцию... Вернешь ли ты их и когда - решать тебе. Как тебе такое предложение?»
Самое большее через полгода его богатый отец приедет за ним. А до тех пор она могла бы использовать это как предлог, чтобы помочь ему и завоевать его расположение... Это ведь должно сработать, верно?
Шэн Нуань не моргая смотрела на Е Наньсюня, и в ее глазах читались нервозность и предвкушение.
Е Наньсюнь презрительно фыркнул, но в то же время был вынужден признать: это его единственный шанс спасти мать.
Если он упустит эту возможность, то вряд ли дождется возвращения доктора Лоуренса в страну Н, так что деньги ему были очень нужны.
Что касается Шэн Нуань... Вероятно, она просто придумывала какой-нибудь новый способ унизить его.
Это не имело значения. Пока он мог спасти свою мать, он мог подыгрывать ей...
С этой мыслью Е Наньсюнь медленно поднял глаза на Шэн Нуань, четко произнося каждое слово: «Хорошо, я согласен.»
Он добавил: «Я напишу тебе долговую расписку...»
Шэн Нуань немедленно перевела Е Наньсюню четыреста тысяч юаней. «Помимо самой операции, последующее лечение тоже будет стоить недешево. Я отправляю тебе еще немного денег.»
Е Наньсюнь молча посмотрела на уведомление о транзакции.
Шэн Нуань отложила телефон, слегка кашлянула и неуверенно произнесла: «Итак, эм, теперь ты мой парень. Если у тебя возникнут какие-то трудности, просто скажи мне. Как твоя девушка, я не буду стоять в стороне и ничего не делать.»
Е Наньсюнь едва заметно дернул уголком рта и едва слышно ответил: «Мм.»
Шэн Нуань почувствовала прилив сил и решила ковать железо, пока горячо: «К тому же, раз уж я теперь твоя девушка, даже если мы не будем вместе, у нас все равно есть какая-то связь. Если я столкнусь с трудностями... ты ведь мне поможешь, да?»
Е Наньсюнь не воспринял ее слова всерьез и лишь небрежно хмыкнул в ответ.
Шэн Нуань с облегчением вздохнула, и ее настроение сразу улучшилось.
«Ну вот и всё... ты занят, так что я навещу тётушку в другой раз.»
С этими словами она с улыбкой помахала Е Наньсюню и развернулась, чтобы уйти.
Е Наньсюнь, стоявший позади нее, холодно отвел взгляд, снова посмотрел на уведомление о балансе на счёту, поджал губы и направился в кабинет врача...
В тот вечер Шэн Нуань позвонила Лесли Норман.
Как раз в тот момент, когда она разговаривала с мужчиной, держась сдержанно, но в то же время радушно, служба поддержки клиентов сообщила ей о ситуации с Лесли Норман, о которой она спрашивала ранее.
Согласно данным, предоставленным службой поддержки, через три дня Лесли должен был присутствовать на банкете, где ему предстояло выпить бокал отравленного вина. После этого его здоровье резко ухудшилось... Это также подготовило почву для его окончательной гибели.
Семья Норман была очень многочисленной, и в ней постоянно шла борьба за власть. Когда здоровье Лесли начало ухудшаться из-за отравления, его положение резко ухудшилось, и в конце концов он стал жертвой заговора своих врагов, который привел к его смерти.
Слушая ласковый голос мужчины на другом конце провода, Шэн Нуань почувствовала тяжесть в груди, думая о его будущем и судьбе.
Судьба этого человека напрямую повлияла на ее положение в этом мире. Первоначальная хозяйка тела оказалась в столь плачевном положении из-за того, что после смерти родителей ею воспользовались другие.
Поэтому ей нужно было найти способ предотвратить этот инцидент.
После короткой паузы Шэн Нуань внезапно сменила тему и сказала Лесли, что ей приснился плохой сон.
Лесли, конечно, успокоил ее, сказав, что это был всего лишь сон, но Шэн Нуань принялась подробно описывать его. Она сказала, что во сне он пришел на банкет в резиденцию семьи Валенцо, выпил бокал шампанского с подноса официанта и внезапно начал кашлять кровью, после чего упал без сил...
Шэн Нуань притворилась, что ей страшно, и сказала: «Я видела папу в синем костюме с галстуком, который я тебе подарила, и галстук был весь в крови... Папочка, мне правда страшно.»
На другом конце провода Лесли замолчал.
Он действительно собирался через три дня посетить банкет семьи Валенцо... Как могло его маленькой принцессе присниться такое?
Совпадение?
В этот момент в дверь кабинета постучали, и вошел помощник с костюмом в руках.
«Сэр, это костюм для банкета, который состоится через три дня. Что вы думаете? По-моему, он идеально сочетается с галстуком, который вам подарила мисс Айви...»
Лесли резко поднял голову и, увидев в руках помощника синий костюм, тут же посерьезнел.
Но его тон не изменился, когда он мягко утешал свою маленькую принцессу, которая умоляла его не ходить на банкеты и не пить алкоголь в ближайшие дни. Он притворился, что согласен с ней, и наконец повесил трубку.
Завершив разговор, высокий светловолосый мужчина с темно-зелеными глазами, излучавший элегантность и благородство, сел за стол и со спокойным выражением лица уставился на синий костюм...
Предупредив Лесли, Шэн Нуань наконец смогла расслабиться, когда служба поддержки сообщила ей, что Лесли действительно отнесся к ее предупреждению серьезно.
Что бы ни случилось, пока его не отравили, его состояние не ухудшится так быстро.
На следующее утро после первого урока классный руководитель вызвала Шэн Нуань в дисциплинарный кабинет. Там сидели родители Чжао Инцзы, которые тут же встали, увидев Шэн Нуань.
Они пришли специально, чтобы поблагодарить ее...
Директор выглядел растерянным.
В конце концов, совсем недавно Шэн Нуань обвинили в травле ученика, а теперь она стала образцовой ученицей, которая рисковала жизнью, чтобы спасти человека.
Предыдущий инцидент казался незначительным по сравнению с тем, что она спасла жизнь своей однокласснице, и директор понимал, что они не могут продолжать расследование.
Шэн Нуань получила много похвал от классного руководителя Чжао Инцзы и нескольких других учителей в дисциплинарном кабинете. Прошло немало времени, прежде чем она смогла уйти.
Она плохо справлялась с такими ситуациями и в итоге сильно вспотела и чуть не убежала в панике.
В тот день классный руководитель, учительница Ван, вызвала Шэн Нуань из класса...
«Нуань Нуань, учитель заметила в твоих документах, что ты хорошо играешь на фортепиано и скрипке, это так?»
Шэн Нуань немного растерялась, но всё же кивнула.
Учительница Ван с облегчением вздохнула. «Дело в том, что через несколько дней у нас в школе будет празднование юбилея, и в одной из программ будет сольное фортепианное выступление.
Изначально должна была выступать твоя одноклассница Шэн Мянь... но она в отпуске и не сможет принять участие, а мы не можем оставить программу без выступления.
Учитель хотела спросить, не согласишься ли ты выступить?»
Шэн Нуань сразу всё поняла.
Шэн Мянь присоединилась к съёмочной группе и ради этого даже пропустила занятия в школе, не говоря уже о небольшом школьном юбилее... Сама Шэн Нуань раньше училась играть на музыкальных инструментах, но не особо преуспела в этом. Хотя она унаследовала навыки изначальной хозяйки, сама она никогда не пробовала играть, поэтому не была уверена в своих силах.
После короткой паузы она сказала: «Я сначала попробую, а потом вы, учитель, решите.»
Учительница Ван охотно согласилась.
Она была одним из главных организаторов празднования юбилея школы. Изначально она выбрала Шэн Мянь, но та в последний момент отказалась... Если замену не найдут, ответственность ляжет на нее.
Учительница Ван сразу же отвела Шэн Нуань в музыкальный класс и включила свет. Там стояло чёрное пианино, излучавшее холодное, но элегантное сияние.
«Играй то, что тебе нравится. Не волнуйся, все в порядке», — мягко подбодрила ее учительница Ван.
Шэн Нуань кивнула, подошла к музыкальному инструменту, села за него и медленно подняла руки, чтобы коснуться клавиш...
Холодная гладкая поверхность была ей явно незнакома, но, казалось, она впитала ее в себя. В следующий миг ее пальцы заскользили по клавишам, повинуясь знакомым воспоминаниям.
Комнату медленно наполнили звуки фортепиано - это была песня, которую она очень любила в прошлом - «Замок в облаках».
Она постепенно погрузилась в свои мысли, не замечая, что выражение лица учительницы Ван за ее спиной сменилось с удивления на изумление, и, наконец, уступило место глубокой задумчивости.
Тем временем недалеко от музыкальной комнаты, в школьном медпункте, мужчина в белом халате, сидевший за компьютером и быстро печатавший строки кода в даркнете, внезапно замер... Его пальцы остановились, когда он повернулся и посмотрел в окно.
Звуки фортепиано, парящие в сумерках, легко затрагивали самые нежные струны человеческих сердец...
Через мгновение Шан Юэ отвел взгляд и продолжил смотреть на экран... Темно-красный фон и черный текст навевали ощущение непроглядной тьмы.
Когда Шэн Нуань закончила играть на фортепиано, она услышала позади себя гнусавый голос. Это была учительница Ван, и она была довольна: «Хорошо, очень хорошо... Это ты, Нуань Нуань. Я знала, что не ошиблась в тебе. Ты потрясающая!»
Шэн Нуань улыбнулась. «Спасибо, учитель.»
Только в день годовщины школы «пластиковые сёстры» решили пригласить Шэн Нуань, чтобы занять хорошие места, однако оказалось, что Шэн Нуань сама собирается выступать.
Чжао Инцзы и остальные девушки были потрясены и встревожены, поэтому поспешили за кулисы, чтобы найти Шэн Нуань.
Увидев Шэн Нуань в платье цвета шампанского, с длинными, слегка вьющимися волосами, собранными в небрежный пучок и свободно ниспадающими на спину, «пластиковые сёстры» были потрясены.
«Мне вдруг стало немного смешно от того, что Шэн Мянь считают школьной красавицей.»
«Это правда. Не говоря уже ни о чем другом, даже в этом наряде Шэн Нуань точно затмила бы всех...»
«Но, Нуань Нуань, для этого тебе действительно нужны настоящие навыки. Не увлекайся ролью богатой девушки... Ты уверена, что справишься с выходом на сцену?»
Шэн Нуань с легкой головной болью посмотрела на безмозглых «пластиковых сестёр» и прижала пальцы ко лбу. «Не волнуйтесь, всё будет хорошо.»
Чжао Инцзы быстро кивнула: «Я в тебя верю! Давай, действуй!»
Вскоре после того, как Чжао Инцзы и остальные ушли, Шэн Нуань снова столкнулась с Гу Ланьфэном.
Гу Ланьфэн был одним из ведущих и стоял рядом с известной студенткой и еще несколькими девушками, которые собирались исполнить джазовый танец.
«Шэн Нуань заменяет Шэн Мянь за фортепиано? Хм, похоже, она действительно пытается превзойти Шэн Мянь во всех аспектах. Она хочет соревноваться с ней во всем.»
«Она, наверное, не знает, насколько хорошо Шэн Мянь играет на фортепиано. Не поставит ли она себя в неловкое положение? Очень интересно.»
«Да, люди подумают, что она просто смешная...»
Гу Ланьфэн слегка нахмурился, не участвуя в обсуждении, но и не прерывая его. В этот момент группа заметила Шэн Нуань на противоположной стороне.
Девушки замолчали, и на их лицах появилось неловкое выражение, когда они поняли, что их подслушали. Затем они увидели, что Шэн Нуань улыбается.
«Фэн Цзяоцзяо, верно? Твои двойные веки почти касаются бровей, но ты все равно смеешь выходить на сцену в таком виде. Если бы люди не знали, они бы подумали, что это грустная лягушка танцует.»
«А ты, Чжао Ле, в этом платье просто катастрофа... Не боишься, что молния лопнет, когда будешь танцевать?»
«На что ты пялишься? Е Фэй, верно? Только не говори мне, что ты считаешь макияжем нанесение белой пудры на лицо и красной помады на губы?»
Шэн Нуань с недоверием посмотрела на группу девушек перед собой. «Вы все похожи на деревенских жителей с окраин, пришедших на торжественное открытие аптеки... Зрелище и правда впечатляющее!»
После этой словесной атаки Шэн Нуань развернулась на каблуках и с гордо поднятой головой и расправленными плечами удалилась, оставив позади группу девушек, которые были слишком потрясены, чтобы реагировать.
Гу Ланьфэн тоже немного опешил, а потом ему захотелось рассмеяться.
Несмотря на острый язычок Шэн Нуань, ее замечания были довольно точными. Он видел макияж девушек, который было сложно описать... Особенно на фоне слегка накрашенной Шэн Нуань это выглядело сокрушительно.
Гу Ланьфэн всегда знал, что Шэн Нуань невероятно красива, но, увидев сейчас её в коктейльном платье и с лёгким макияжем, он всё равно был потрясён её красотой.
Вскоре начался школьный праздник в честь юбилея, и атмосфера становилась все более оживленной, зрители бурно аплодировали...
В середине мероприятия настала очередь Шэн Нуань выйти на сцену.
После того как ведущая объявила номер, свет на сцене погас. Когда он снова зажегся, прожектор осветил фортепиано, рядом с которым сидела стройная девушка с прямой спиной. Повернувшись к зрителям вполоборота, она медленно подняла руку и нажала на первую клавишу...
Учительница Ван настоятельно просила Шэн Нуань сыграть «Замок в облаках» - пьесу, которую она исполнила на репетиции, - потому что в тот день она её глубоко тронула.
И вот, когда зазвучала неземная мелодия, оживленная атмосфера мероприятия постепенно стихла.
Все внизу смотрели на девушку на сцене и видели, как она словно сливается с музыкой, как все ее существо окутывает теплое, но в то же время неземное сияние...
Гу Ланьфэн стоял недалеко от сцены.
С того дня, когда Шэн Нуань без колебаний спасла Чжао Инцзы на крыше, отношение Гу Ланьфэна к ней сильно изменилось.
Перед его глазами все ещё стоял образ её окровавленной руки, и он задавался вопросом, как человек, готовый рискнуть жизнью в такой ситуации, может быть таким хрупким внутри.
Он знал, что Шэн Нуань заменит Шэн Мянь на праздновании юбилея школы, и, хотя он уже не презирал её так сильно, как раньше, он не ожидал, что она так преуспеет.
Но в тот момент, когда он увидел на сцене стройный силуэт девушки, ее красивый и изящный профиль, когда она слегка наклонила голову, словно лебедь, ему вдруг показалось, что он видит ее впервые...
Е Наньсюнь, который поздно вернулся из больницы, где ухаживал за матерью, не стал садиться в зрительном зале, а встал в задних рядах.
Когда зазвучала фортепианная музыка, он прислонился к двери и молча склонил голову... Через мгновение он услышал звуки фортепиано.
Казалось, они взмыли ввысь, заставив его поднять голову.
Ночь была глубокой, и он представил, как музыка обретает форму, расправляет крылья и устремляется к звездам на небе, где в лунном свете парит прекрасный, но туманный замок.
Вернувшись на сцену... издалека он увидел, что девушка у фортепиано слегка приподняла голову, словно глядя в пустоту.
В этот момент Е Наньсюня охватило странное чувство: ей тоже было больно.
Могла ли такая избалованная и безрассудная девушка испытывать боль?
После выступления Шэн Нуань встала и поклонилась. Зрители аплодировали стоя, кто-то даже свистел.
«Пластмассовые сёстры» и Чжао Инцзы прыгали от радости и громко хлопали, что выглядело немного забавно...
Покинув сцену, Шэн Нуань направилась в гримёрку, чтобы переодеться.
Концерт подходил к концу, и никто уже не красился. В коридоре никого не было. Когда Шэн Нуань почти дошла до гримёрки, она услышала хлопки.
Она обернулась и увидела, что Шан Юэ стоит, прислонившись к стене, и улыбается ей.
Сегодня на нём не было привычного белого лабораторного халата, а была повседневная одежда, в которой он выглядел моложе обычного...
«Партия была сыграна хорошо», - похвалил Шан Юэ, слегка улыбнувшись.
Шэн Нуань приподняла бровь: «Спасибо».
С этими словами она развернулась, чтобы уйти, но не успела сделать и шага, как снова раздался голос Шан Юэ.
«Я слышал, ты подменяла свою двоюродную сестру, из-за того, что она уехала сниматься в фильме?» - игриво спросил Шан Юэ. «Разве это не она притворилась, что ты издеваешься над ней на лестнице, со всем этим притворным представлением с падением?»
Шэн Нуань сделала паузу, затем повернулась обратно: «Ты это видел?»
Шан Юэ слегка помахал своим телефоном: «Я не только видел это, но и записал... Ты хочешь, чтобы я обнародовал это?»
Шэн Нуань уставилась на него, не говоря ни слова.
Шан Юэ цокнул языком: «Можешь хотя бы как-то отреагировать?»
Шэн Нуань спросила его: «Чего ты хочешь?»
Шан Юэ широко улыбнулся: «Помочь тебе... Я могу опубликовать это видео, но взамен ты должна мне кое-что пообещать».
Шэн Нуань спросила: «Что именно?»
Шан Юэ на мгновение задумался, а затем улыбнулся: «Я еще не решил. Давай оставим это на крайний случай».
Но в следующее мгновение он увидел, что девушка перед ним без колебаний ответила: «Тогда не нужно».
Шан Юэ опешил: «Что?»
Шэн Нуань посмотрела на него: «Мне всё равно, что меня могут неправильно понять, и я не собираюсь платить неизвестную цену только ради того, чтобы изменить их мнение обо мне».
Шан Юэ на мгновение опешил, а потом рассмеялся.
Он потер лоб: «Не ожидал, что ты такая умная».
Шэн Нуань закатила глаза и раздраженно сказала: «Если это все, то я ухожу».
Не дав Шан Юэ возможности ответить, она развернулась и зашагала в сторону гримёрки...
Шан Юэ, наблюдавший за тем, как Шэн Нуань уходит, не оглядываясь, удивленно поднял брови.
Все женщины, которых он встречал, либо сами вешались ему на шею, либо были на пути к этому... Впервые кто-то активно его избегал.
Кажется, этой кудрявой малышке нравится тот школьный красавчик по фамилии Гу?
Что ж, она еще маленькая, и ее эстетическому вкусу есть куда расти...
С этой точки зрения празднование юбилея школы № 1 прошло с большим успехом. Тем временем Шэн Мянь, которая работала в съёмочной группе, давно знала, что вместо неё на фортепианном соло выступит Шэн Нуань. Но она не придала этому особого значения.
За два дня до празднования юбилея школы она заметила, что в знакомой ей группе в чате полно людей, которые насмехаются над Шэн Нуань, говоря, что она всегда пыталась соперничать с Шэн Мянь, но всегда терпела поражение.
Шэн Мянь чувствовала себя совершенно спокойно.
Но после мероприятия, когда она ждала, что все в группе будут высмеивать Шэн Нуань, она заметила, что в чате повисла тишина.
Девушки, которые обычно поддерживали ее в насмешках над Шэн Нуань, притихли. Шэн Мянь не могла не счесть это странным.
На следующий день было опубликовано видео с празднования юбилея старшей школы № 1. Шэн Мянь ждала своей сцены на съёмочной площадке, когда увидела ссылку на видео. Она слегка приподняла брови, прежде чем нажать на неё.
Актёр из той же съёмочной группы, стоявший рядом, с любопытством спросил: «Шэн Мянь, что ты смотришь?»
Шэн Мянь слегка улыбнулась с виноватым видом. «Я приехала на съёмочную площадку, поэтому не смогла присутствовать на праздновании юбилея нашей школы. Учителям пришлось в последний момент искать мне замену... Надеюсь, все прошло хорошо и я не слишком подвела шоу».
Люди, стоявшие рядом с ней, тоже играли второстепенные роли и знали, что Шэн Мянь, выбранная режиссером на роль значимой актрисы второго плана, высоко ценится. Поэтому они тут же вежливо похвалили ее: «Конечно, она не сравнится с тобой».
«Не чувствуй себя виноватой. Работа в команде важнее. Как только ты закончишь с этим фильмом, ты сможешь сразу попасть в индустрию развлечений. Школьный юбилей — это не так уж важно... Кстати, в чём заключалось твоё выступление?»
Шэн Мянь пролистала видео и с улыбкой сказала: «Фортепианное соло».
Остальные снова осыпали ее комплиментами: «Наша Шэн Мянь такая талантливая девушка, ха-ха...».
Некоторые тоже захотели поучаствовать в обсуждении. «Давайте посмотрим, как выступила замена. Неужели это будет провалом?»
В этот момент Шэн Мянь перемотала видео на фортепианное соло Шэн Нуань. «Это моя двоюродная сестра, она, наверное, неплохо справилась...»
Остальные столпились вокруг, чтобы посмотреть, и вскоре зазвучала фортепианная музыка.
Сначала некоторые шутили, говоря, что эта девушка не может быть так же хороша, как Шэн Мянь. Однако, увидев девушку в свете софитов, они тут же замолчали.
По мере того как звучала фортепианная музыка, лица людей вокруг Шэн Мянь становились всё более напряженными, и они смотрели на неё со смешанными чувствами.
Стоит ли ей вообще беспокоиться, если она играет на таком уровне?
Или, скорее, может ли Шэн Мянь быть еще более выдающейся, чем эта девушка?
Выражение лица Шэн Мянь сменилось с самодовольного, предвкушающего шоу, на напряжённо-бледно-зелёное. В этот момент она наконец поняла, почему те, кто высмеивал Шэн Нуань в школьной группе, теперь молчали.
Потому что лица этих людей, скорее всего, уже опухли.
Шэн Мянь почувствовала, как горит её лицо... Несмотря на то, что окружающие ничего не сказали и молча ушли, она не могла отделаться от ощущения, что их взгляды полны насмешек.
Она тут же заблокировала экран и закрыла видео, до боли прикусив губу, чувствуя, как в сердце нарастает разочарование.
Ничего страшного, ничего страшного. Ну и что, что на этот раз в центре внимания оказалась Шэн Нуань? Это всего лишь небольшой школьный праздник. Она сейчас в одной из самых популярных съёмочных групп... Как только фильм выйдет, её имя станет нарицательным.
С чем может сравниться момент славы Шэн Нуань?...
Вскоре настала очередь Шэн Мянь сниматься, и так совпало, что сцена, которую она должна была снимать в этот день, включала игру на пианино.
Шэн Мянь, с ее изысканным макияжем, села за пианино и подняла руку, чтобы коснуться клавиш.
Эта сцена была ей хорошо знакома, но почему-то перед глазами вдруг возник образ Шэн Нуань в свете софитов... Сердце сжалось, и она тут же взяла несколько фальшивых нот.
Шэн Мянь застыла и быстро остановилась, желая начать всё сначала, но ассистент режиссёра Хань Фан громко отчитал её: «Звук будет перезаписан на этапе постпродакшена, чего ты так разволновалась? Ты даже с простой позой не можешь справиться без пересъёмок?»
Только тогда Шэн Мянь пришла в себя. Ее лицо побледнело, она снова и снова извинялась...
Другие актёры переглянулись, и на их лицах читалось, что они смотрят на хорошее представление.
В индустрии развлечений никто не был наивен. Выступление Шэн Мянь не осталось незамеченным.
Это была всего лишь попытка продемонстрировать свое превосходство, но в конце концов она поняла, что сама оказалась в проигрышном положении, и ее самообладание было подорвано.
Однако всё-таки её психологическая устойчивость оставляет желать лучшего.
Шэн Нуань и представить себе не могла, что Шэн Мянь, с которой она даже не встречалась, уже затаила на неё обиду.
На следующий день после школьного праздника были выходные. Рано утром Шэн Нуань отправилась в больницу... Матери Е Наньсюня предстояла операция.
Возможно, из-за того, что она много помогала Е Наньсюню в качестве своего онлайн-образа «Меняя судьбу вопреки воле небес», Е Наньсюнь стал относиться к ней гораздо более искренне и даже время от времени заводил с ней беседы на разные темы.
Вчера вечером Е Наньсюнь сказал, что на следующий день его матери предстоит операция. Она может продлиться долго, и, хотя Е Наньсюнь доверял доктору Лоуренсу, он все равно нервничал, ведь операция была серьезная.
Шэн Нуань утешила его парой слов, а на следующий день решила навестить его в больнице... В конце концов, теперь она была его «девушкой».
Е Наньсюнь удивился, увидев Шэн Нуань в больнице, но его мать уже везли в операционную. Ему пришлось помогать медсестре с кроватью и разбираться с различными медицинскими картами, и он не справлялся в одиночку. Шэн Нуань помогла ему с некоторыми вещами.
Вскоре мать Е Наньсюня увезли в операционную...
Когда в операционной зажегся свет, Е Наньсюнь неподвижно сидел, уставившись в сторону операционной, и был явно напряжен.
Шэн Нуань взглянула на него и неуклюже попыталась его успокоить: «Не волнуйся, доктор Лоуренс очень опытный. Всё пройдет гладко».
Только тогда Е Наньсюнь понял, что Шэн Нуань все еще здесь...
На мгновение на его лице отразился дискомфорт, и он почти инстинктивно хотел сказать ей, чтобы она уходила. Но слова застряли у него в горле.
В голове у него было пусто, его охватило беспокойство, и он почувствовал слабость. Присутствие рядом с ним другого человека придало ему столь необходимое чувство защищенности.
Операция длилась семь часов... Наконец, ближе к вечеру, свет в операционной погас и дверь открылась.
Е Наньсюнь вскочил на ноги и подошел к врачу, всё его тело напряглось, и на мгновение он потерял дар речи.
Доктор Лоуренс со светлыми волосами снял маску и улыбнулся: «Операция прошла успешно. Не волнуйтесь».
Е Наньсюнь с облегчением вздохнул и несколько раз поблагодарил доктора.
Шэн Нуань, стоявшая позади, встретилась взглядом с доктором Лоуренсом.
Только тогда она вспомнила, что настоящая Шэн Нуань была знакома с доктором Лоуренсом.
Доктор Лоуренс подошел к ней и с улыбкой сказал: «Ну и ну, кого я вижу, наша маленькая принцесса Айви. Давненько не виделись».
Е Наньсюнь, полностью сосредоточенный на работе в операционной, не обратил внимания на эту сцену. Шэн Нуань с облегчением вздохнула и вежливо поздоровалась: «Здравствуйте, дядя Лоуренс».
Доктор Лоуренс подмигнул ей: «Это твой маленький парень, Айви? Лесли об этом знает?»
Шэн Нуань взглянула на Е Наньсюня, который с тревогой заглядывал в операционную, и покачала головой: «Нет, он просто мой друг. Спасибо, дядя Лоуренс. Я обязательно навещу вас, когда у меня будет возможность».
Доктор Лоуренс подмигнул: «Не нужно меня благодарить. В конце концов, я в долгу перед Лесли. Я обязательно выберу в его погребе хорошую бутылку вина, когда вернусь... »
Через некоторое время доктор Лоуренс и медсёстры ушли.
Е Наньсюнь видел, как Шэн Нуань разговаривает с доктором Лоуренсом, но был слишком занят, чтобы обращать на это внимание. Он проводил медсестёр, которые перевозили его мать в отделение интенсивной терапии, немного постоял снаружи, чтобы убедиться, что всё в порядке, и только после этого почувствовал облегчение.
Обернувшись, он понял, что Шэн Нуань всё ещё здесь...
Е Наньсюнь подошёл к ней с немного смущённым видом и тихо поблагодарил: «Спасибо, что пришла».
Шэн Нуань улыбнулась и махнула рукой. «Не нужно меня благодарить. Один человек не справился бы с ожиданием окончания операции, а у меня и так было немного дел. Это меньшее, что я могла сделать».
Е Наньсюнь помолчал мгновение, a потом тихо сказал: «Если тебе понадобится моя помощь, просто дай мне знать».
Шэн Нуань сразу поняла, о чем он думает... Он совсем не поверил её словам и по-прежнему считал, что она помогает ему из корыстных побуждений.
Она сделала вид, что ей немного обидно, и сказала: «Мы же теперь пара. Не нужно так отдаляться друг от друга, верно?»
Е Наньсюнь поднял глаза и увидел слегка удивленное выражение лица Шэн Нуань... Она молча смотрела на него, словно её действительно волновало его отношение к ней.
Он слегка нахмурился, отвел взгляд и промолчал.
Шэн Нуань вздохнула и сказала: «Я знаю, что не очень тебе нравлюсь. Как насчет такого... Вместо полугода давай попробуем встречаться три месяца. Ты будешь моим парнем три месяца, а потом мы расстанемся. Как тебе такое?»
Е Наньсюнь посмотрел на неё, на мгновение задумался и медленно кивнул: «Хорошо».
Шэн Нуань тут же просияла и улыбнулась.
Она сказала: «Присмотри за тётей. Я пойду домой. Если что-то случится, просто дай мне знать», - с этими словами она весело помахала рукой Е Наньсюню и ушла...
После ухода Шэн Нуань Е Наньсюнь сидел в кресле у палаты своей матери, слегка нахмурившись и с сомнением глядя в пространство.
Чего именно она добивается?
Не может же быть, чтобы он ей действительно нравился... Это было бы слишком нелепо.
Вскоре после этого зазвонил его телефон.
«Здравствуйте, вам доставили еду. Пожалуйста, заберите ее на стойке регистрации на первом этаже...»
Е Наньсюнь был ошеломлен.
Единственным человеком, который знал, что он в больнице и не ел, была Шэн Нуань.
Вернувшись домой, Шэн Нуань обнаружила, что в доме больше людей, чем обычно. Это были сотрудники, которые привезли платья и украшения.
Только тогда она вспомнила, что через пару дней ей предстоит присутствовать на грандиозном банкете по случаю помолвки ребёнка одного из друзей Шэн Линшань.
Эти платья и украшения прислал Лесли. Оба платья из одной коллекции - своего рода парный наряд для родителей и детей... Помимо платьев и украшений, Лесли прислал два букета цветов.
Несмотря на то, что они расстались, было очевидно, что Лесли по-прежнему заботится о Шэн Линшань и уделяет ей внимание.
За последние несколько дней Шэн Нуань узнала от службы поддержки, что Лесли в конце концов впал в немилость и погиб из-за того, что выбрал не того союзника.
В борьбе за власть в семье Норман Лесли решил сотрудничать со старшим сыном семьи Филд, бароном Филдом. Но он не знал, что, хотя барон и обладал большой властью в семье Филд, на самом деле... вся семья Филд позже перешла в руки незаконнорождённого сына.
А Шан Юэ был незаконнорождённым сыном смешанной расы из семьи Филд.
Лесли и старший брат Шан Юэ сотрудничали: последний помогал Лесли разбираться с врагами семьи Норман, а Лесли взамен помогал ему разобраться с Шан Юэ.
По этой причине Лесли делал вид, что поддерживает Шан Юэ, и поэтому же поддерживал с ним связь.
Но Лесли так и не понял, что Шан Юэ уже разгадал его истинные намерения... Позже барон семьи Филд потерпел поражение в борьбе за власть с Шан Юэ, внебрачным сыном. Шан Юэ отомстил Лесли, и тот, оказавшись между двух огней, быстро потерпел поражение и погиб.
Думая об этом, Шэн Нуань не могла избавиться от чувства беспомощности.
Может, стоит попытаться дать Лесли понять, что Шан Юэ - главный победитель в борьбе за власть в семье Филд...
Через два дня Шэн Нуань последовала за Шэн Линшань на банкет в честь помолвки.
Банкет проходил в пятизвёздочном отеле, довольно далеко от их дома. Шэн Нуань сначала хотела найти машину, но Шэн Линшань сообщила ей, что Лесли уже договорился, чтобы за ними приехали.
Именно в этот момент Шэн Нуань поняла, что Лесли также предусмотрел то, чтобы рядом с матерью и дочерью находились телохранители.
Шэн Линшань беспомощно улыбнулась: «Лесли боялся, что ты на него рассердишься, и не хотел, чтобы ты знала. Он только недавно позволил этим людям раскрыться».
Соседей из старого жилого комплекса тоже привлекла суматоха внизу, и они выглядывали из окон, чтобы посмотреть, что происходит. После того как мать с дочерью сели в машину, Шэн Линшань обсудила с Шэн Нуань, где можно найти новое жилье.
Хотя это место хранило воспоминания о её детстве, оно не подходило для Шэн Нуань в качестве постоянного жилья.
В конце концов, Шэн Нуань была не только ее дочерью Шэн Нуань, но и Айви Норман из семьи Норман... Она не могла эгоистично заставлять дочь оставаться с ней здесь.
Ни условия жизни, ни безопасность не могли быть гарантированы.
Шэн Линшань смутно что-то почувствовала... Похоже, что-то случилось с Лесли, поэтому он внезапно усилил защиту для неё и Шэн Нуань.
Хоть она и была немного беспечной, глупой ее не назовёшь. Она бы не стала упрямо настаивать на своём и подвергать риску себя и дочь в такой ситуации.
Шэн Нуань тоже догадалась, в чём дело, и без колебаний согласилась.
Телохранитель на переднем пассажирском сиденье тут же сообщил, что новая резиденция будет готова в кратчайшие сроки.
Вскоре Шэн Нуань, держа за руку Шэн Линшань, вошла в банкетный зал... Как только она переступила порог, то случайно увидела в другом конце зала Шэн Мянь и её мать.
Друг Шэн Линшань также знал, что дядя Шэн Нуань недавно уехал за границу, поэтому на банкет пришли Чжоу Жу и её дочь.
На шее Чжоу Жу висело то самое ожерелье, которое она когда-то одолжила у Шэн Линшань.
Мать и дочь использовали поддельное ожерелье, уверенные, что Шэн Линшань не станет ссориться с ними из-за какой-то безделушки.
Шэн Нуань уже рассказала Шэн Линшань о поддельном ожерелье, поэтому, когда она увидела эту пару - мать и дочь, - Шэн Линшань не обратила на них внимания и вошла в дом вместе с Шэн Нуань.
Вскоре хозяин банкета тепло поприветствовал Шэн Линшань и увлёк её беседой, а Шэн Нуань отвели в сторону, чтобы познакомить с другими гостями.
«А, так это Нуань Нуань! Ты посмотри, как ты выросла... Ох, как же я жалею, что у меня нет еще одного сына. Иначе я бы точно хотела, чтобы Нуань Нуань стала моей невесткой».
«Ха-ха, все в порядке. Если у тебя нет лишнего сына, то у меня есть. Давай, Линшань, после этого бокала вина мы станем родственниками...»
Шэн Нуань была знакома с подобными сценами. Перекинувшись парой приветствий, она выпила всего один коктейль и ускользнула в менее людное место.
Ей не хотелось слушать, как эти тётушки сплетничают и сравнивают себя с другими.
Но, развернувшись, она случайно на кого-то наткнулась.
«Извините».
«Шэн Нуань, это ты...»
Только тогда Шэн Нуань поняла, что это был Гу Ланьфэн.
Мать обманом заставила его прийти сюда. Присмотревшись, он увидел молодую девушку, стоявшую к нему спиной.
Мать всегда стремилась знакомить его с потенциальными партнёршами и уговаривала его жениться, как только он достигнет совершеннолетия, говоря, что так он сможет сосредоточиться на учёбе, а также завести ребёнка, с которым она будет нянчиться.
Это напоминает ситуацию, когда достигаешь максимального уровня с одним персонажем, и тут же появляется желание начать прохождение заново с другим?
Гу Ланьфэн чувствовал себя беспомощным и уже собирался найти предлог, чтобы уйти, как вдруг столкнулся с Шэн Нуань, которая тоже пыталась ускользнуть.
На мгновение Гу Ланьфэн оцепенел...
На Шэн Нуань было сиреневое платье с открытыми плечами, обнажавшее гладкие плечи и тонкие ключицы. Её длинные льняные волосы струились вниз, делая фарфорово-белую кожу ещё более нежной... В свете хрустальной люстры ее глаза казались тёмно-зелёными.
Когда девушка неожиданно столкнулась с ним, она вздрогнула и подняла на него глаза.
Он пришел в себя, только когда Шэн Нуань выпрямилась и сделала шаг назад.
«Ты в порядке?» - мягко спросил Гу Ланьфэн.
Шэн Нуань покачала головой и сказала: «Всё в порядке, у меня есть дела, так что я пойду...».
Затем Гу Ланьфэн увидел, что девушка даже не взглянула на него, и попыталась уйти.
Он инстинктивно хотел окликнуть её, но в этот момент раздался голос: «Нуань Нуань, Ланьфэн...»
Шэн Мянь, придерживая юбку, подошла к ним в сопровождении двух девочек примерно того же возраста. Она улыбнулась Гу Ланьфэну, а затем с очень дружелюбной улыбкой повернулась к Шэн Нуань.
«Нуань Нуань, давно не виделись. Я слышала, что ты спасла меня на последнем школьном празднике. Я так и не успела тебя поблагодарить».
Увидев вызов в глазах Шэн Мянь, Шэн Нуань почувствовала прилив воодушевления. Она улыбнулась и сказала: «Да, учительница Ван говорила, что вы долго тренировались. Я не ожидала, что смогу выйти на сцену, даже не потренировавшись».
Шэн Мянь напряглась, а затем посмотрела на Шэн Нуань с легкой грустью. «Нуань Нуань, ты всё ещё злишься из-за того, что произошло в дисциплинарном отделе в прошлый раз?.. Я не ожидала, что кто-то позовёт учителя. И я тебя не виню. Нуань Нуань, давай просто забудем об этом, хорошо?»
Прежде чем Шэн Нуань успела ответить, кто-то рядом с Шэн Мянь вдруг с улыбкой спросил: «Мянь Мянь, это твоя кузина, которая любит притворяться богатой?»
«Я слышала, что она метиска. Хотя по ней и не скажешь... Откуда она?»
«Красивое платье. Где ты его взяла? Оно, наверное, очень дорогое. Будь осторожнее, если испачкаешь его, замена обойдется дорого».
Выражение лица Гу Ланьфэна постепенно становилось мрачным.
Шэн Мянь заметила реакцию Гу Ланьфэна и быстро остановила своих спутниц: «Не говорите так... Нуань Нуань - моя двоюродная сестра. Но, Нуань Нуань, Мэн Мэн просто по-дружески напоминает тебе, чтобы ты берегла платье. Иначе тебе действительно придется дорого за него заплатить».
Шэн Нуань широко раскрыла глаза, нарочито изображая удивление. «Серьёзно? В наше время кто-то еще берёт платья напрокат? Может, у тебя все платья в прокате?»
Выражение лица Шэн Мянь тут же застыло...
В этот момент раздался голос сбоку.
«Ого, так это платье для тебя?»
К ним поспешила молодая женщина, ее глаза сверкали, когда она смотрела на платье Шэн Нуань. «Это платье было создано госпожой Роуз и входит в комплект. Взрослая версия называется «Лунный туман», а детская - «Сирень»... Мой учитель рассказывал, что этот комплект был специально привезен в страну Х одним джентльменом для своей жены и дочери. Я не ожидала увидеть его здесь...»
Женщина с воодушевлением схватила Шэн Нуань за руку. «Мисс, не могли бы вы одолжить мне это платье на пару дней, когда закончите его носить? Я просто в восторге. Обещаю, что буду бережно с ним обращаться. Я просто хочу его осмотреть, вот и все. Смотрите... в обмен я могу подарить вам платье, которое сама сшила».
Энтузиазм женщины немного смутил Шэн Нуань. Она инстинктивно попыталась отстраниться, но та, приложив немало усилий, не отпускала ее.
В этот момент рядом с ними внезапно появился высокий мужчина в чёрном костюме с европейскими чертами лица. С холодным и серьёзным выражением лица он поднял женщину и отодвинул её в сторону, встав перед Шэн Нуань в совершенно неприступной позе.
Шэн Мянь и все окружающие были несколько удивлены.
Шэн Линшань быстро подошла к ним. «Что происходит, Свэт?»
Мужчина в чёрном костюме заговорил на ломаном китайском: «Кто-то обидел мисс Норман».
Чувствуя себя неловко под пристальными взглядами окружающих, Шэн Нуань смогла лишь объяснить: «Со мной всё в порядке... Эта женщина, должно быть, дизайнер».
Шэн Линшань кивнула. «Свэт, не нужно так напрягаться».
Человек в чёрном костюме не пошевелился, но посмотрел на Шен Нуань.
Шен Нуань махнула рукой. «Я в порядке. Теперь ты можешь идти».
Мужчина в чёрном костюме немедленно почтительно поклонился: «Да».
Мужчина в чёрном костюме вскоре исчез из виду, а лица окружающих стали непроницаемыми.
Ведущий банкета, который был в курсе происходящего, беспомощно и с усмешкой увёл перепуганную девушку-дизайнера.
Дизайнер запинаясь спросила: «Я... я что-то не так сделала?»
Ведущий с сочувствием ответил: «Вы с вашим учителем уже несколько лет живёте в стране Ү. Разве вы не слышали о семье Норман?»
Дизайнер мгновенно застыла, её глаза расширились от удивления. «Вы хотите сказать...»?
Ведущий кивнул со смесью смирения и сочувствия.
После того как мужчина в чёрном костюме ушёл, Шэн Мянь и её спутницы всё ещё пытались осознать произошедшее. Особенно Шэн Мянь, которая смотрела на Шэн Нуань со смесью подозрения и удивления.
Её тётя всегда говорила, что вышла замуж за художника из страны Ү... Что означала эта сцена?
И это платье, в котором была Шэн Нуань...
Шэн Мянь осторожно спросила: «Нуань Нуань, ты...»
Шэн Нуань, не желая оправдываться, прямо ответила: «Прости, я устала. Я пойду прилягу».
С этими словами она едва заметно кивнула Гу Ланьфэну и направилась в зону отдыха.
Выражение лица Шэн Мянь было непроницаемым, а одна из её спутниц, придя в себя, начала возмущаться: «Ο боже, неужели она наняла этого человека? Это так нагло, это возмутительно!»
«Да, и телохранитель тоже. Я сейчас умру от смеха... Ты что, серьёзно болен? Она что, думает, что она принцесса?»
Шэн Мянь пошевелила губами и, увидев рядом Гу Ланьфэна, выдавила из себя улыбку: «Я не уверена».
Сказав это, она повернулась к Гу Ланьфэну и спросила: «Давно не виделись. Может, пойдём туда и поболтаем?»
Гу Ланьфэн взглянул на двух надменных спутниц Шэн Мянь, слегка нахмурился и спокойно ответил: «В другой раз».
С этими словами он развернулся и ушёл.
Шэн Мянь стояла на месте, ее лицо то бледнело, то заливалось румянцем.
Что происходит с Шэн Нуань и её тётей?.. За кого на самом деле вышла замуж ее тётя?
Она уже знала о том, как Шэн Нуань спасла человека в школе, и о том, что Шэн Нуань без труда раздобыла сто тысяч юаней.
В школьной группе уже поговаривали, что Шэн Нуань, возможно, и правда очень богатая девушка. В конце концов, не каждый может без особых усилий достать сто тысяч юаней, чтобы помочь другим.
Шэн Мянь поначалу полностью отвергла эту мысль, но в этот момент... она засомневалась.
Может ли это быть... правдой?
Шэн Нуань вышла из банкетного зала и направилась в гостиную в задней части помещения. Она не знала, что спутницы Шэн Мянь обсуждали, как она наняла телохранителя, чтобы покрасоваться... На самом деле она немного нервничала.
Раньше Лесли не так рьяно охранял её и Шэн Линшань, но теперь, войдя в гостиную, она увидела двух телохранителей в чёрных костюмах, стоявших в конце коридора.
Не нужно долго думать, чтобы понять, что вокруг неё должны быть не только эти люди...
Это может означать только одно - с Лесли случилось что-то серьёзное.
Он считал, что её с Шэн Линшань могут подстерегать опасности, поэтому им предоставили такую усиленную охрану, хотя они находились в самой безопасной стране мира.
В прежней семье ей жилось лучше, хоть они и были всего лишь мелкими нуворишами и не могли так просто раздавать замки... по крайней мере, она была в безопасности.
Она родилась в такой семье, как Норман, где люди безжалостны, и один неверный шаг и даже замок, которого она никогда не видела, может стать её наследством.
В этот момент Шэн Нуань вдруг услышала шум за окном. Она инстинктивно повернула голову и увидела, как в оконную раму вонзается кинжал, а затем окно распахивается под напором окровавленной руки.
Она вздрогнула и уже хотела что-то сказать, но увидела, что это Шан Юэ.
Шан Юэ, похоже, не меньше Шэн Нуань удивился, увидев её в комнате. Он застыл на мгновение с пистолетом в окровавленных руках. Затем быстро подошёл к окну, вытер кровь с рамы и закрыл ее.
Почти сразу в дверь постучали, и раздался голос телохранителя Свэта.
«Мисс Норман?»
Выражение лица Шан Юэ несколько раз менялось. В конце концов он спрятал оружие за спину, прислонился к дивану и посмотрел на Шэн Нуань с жалостливым и беспомощным видом. «Меня кто-то преследует. Пожалуйста, помоги мне».
Шэн Нуань: ... Опять?
Из-за двери снова раздался голос Свэта: «Мисс Норман, я вхожу».
В следующее мгновение дверной замок был взломан, и в комнату вошла высокая мускулистая фигура в чёрной форме, излучающая смертоносную aypy.
Увидев Шан Юэ на диване, Свэт тут же выхватил пистолет и направил его на него, обращаясь к Шэн Нуань: «Мисс Норман, пожалуйста, подойдите ко мне».
В этот момент в дверях появились ещё три фигуры в чёрной форме, и все они направили оружие на Шан Юэ.
Шэн Нуань вдруг пришла в голову мысль... Она сжала губы, затем холодно произнесла: «Он просто нуждается в помощи и не хочет причинить вреда».
Шан Юэ незаметно взглянул на спину Шэн Нуань.
Свэт нахмурился: «Мисс Норман, возможно, вы не знаете, но он из семьи Филд... Он опасен».
Шэн Нуань сделала паузу, повернувшись, чтобы посмотреть на Шан Юэ.
Шан Юэ с выражением невинного отчаяния на лице сказал: «Я не думал о том, чтобы причинить тебе вред. Меня преследуют, и если ты мне не поможешь, мне конец».
Шэн Нуань посмотрела на него и, поколебавшись мгновение, снова повернулась к Свэту: «Он мой друг. Я должна его спасти».
Свэт помрачнел: «Мисс Норман, он из семьи Филд. Если вы это сделаете, у мистера Лесли могут возникнуть проблемы».
Шэн Нуань тихо пробормотала: «Я пытаюсь спасти вашего мистера Лесли».
Даже если бы у Шан Юэ сегодня возникли проблемы, это не имело бы особого значения. Она узнала от службы поддержки, что его люди уже прибыли.
Даже если бы она выгнала его прямо сейчас, ему бы ничего не угрожало... Так что она могла бы оказать ему услугу.
По крайней мере, она помогла ему, и это может пригодиться в критический момент...
Поэтому Шэн Нуань решительно встала перед Шан Юэ и холодно сказала мужчинам в чёрных костюмах: «Немедленно уходите!»
Она сохраняла серьёзное выражение лица: «Я не понимаю, в чём ваша проблема, но сегодня я должна ему помочь. Можете сообщить об этом моему отцу, пусть он сам решает».
Выражение лица высокого и сильного телохранителя изменилось, но в конце концов он убрал оружие в кобуру и развернулся, чтобы уйти.
Шэн Нуань с облегчением вздохнула и медленно обернулась.
Шан Юэ на самом деле не думал, что Шэн Нуань его спасёт... Он притворялся, что ему нужна помощь, исключительно из вредности.
Но он не ожидал, что она действительно решит его защитить, даже зная, что из-за него между ней и её отцом могут возникнуть разногласия.
Выражение лица Шан Юэ несколько раз менялось. Увидев, что Шэн Нуань тихо сидит в стороне, он вдруг снова улыбнулся.
Он сказал: «Спасибо».
Шэн Нуань взглянула на него и ничего не ответила.
Она размышляла, как извлечь максимальную выгоду из сложившейся ситуации... или она просто зря потратила время?
В конце концов, согласно первоначальному сюжету, Шан Юэ не из тех, кто отвечает добром на добро.
Девушка сидела молча, с серьёзным выражением лица, в её глазах мелькнуло беспокойство... Только тогда Шан Юэ обратил внимание на её внешний вид.
Вероятно, она пришла на банкет в изысканном наряде и выглядела в нём, как самая красивая кукла на витрине.
Увидев беспокойство в её глазах, Шан Юэ вдруг заговорил: «Не волнуйся, ничего не случится».
Шэн Нуань посмотрела на него и увидела, как Шан Юэ подмигнул ей и сказал: «Не бойся».
Шэн Нуань ничего не ответила, но Шан Юэ не возражал. Он просто стоял рядом и задумчиво наблюдал за ней.
Через некоторое время Шан Юэ посмотрел на часы на своей руке. Часы, казалось, что-то показывали, и он слегка приподнял уголок рта, прежде чем встать: «Я ухожу».
Шэн Нуань наблюдала за ним, приподняв уголки губ.
«Ты уже дважды мне помогла. Так скажи, как мне тебя отблагодарить, хм?»
Шэн Нуань на мгновение задумалась и прямо сказала: «Не нужно меня благодарить. Главное, чтобы ты не причинял вреда моей семье, и этого достаточно».
Шан Юэ слегка приподнял брови. На этот раз он ничего не сказал. Он бросил на нее многозначительный взгляд, после чего вернулся к окну и вылез наружу.
На следующий день после банкета Шэн Нуань пошла в школу. Как только она вошла, зазвонил её телефон. Она достала его и увидела сообщение с неизвестного номера.
Пришедшее сообщение было с простой фразой: «Небольшой подарок в знак моей благодарности».
Шэн Нуань немного удивилась, но инстинктивно подумала, что это может быть от Шан Юэ.
Небольшой подарок? Что бы это могло значить...
Вскоре она узнала, что это действительно был Шан Юэ: он выложил видео, на котором видно, как Шэн Мянь подставляет её.
Поскольку в видео был фрагмент из фильма, в котором снималась Шэн Мянь, оно быстро распространилось.
Недавно Шэн Мянь впервые предстала перед публикой на официальных фотографиях со съёмок дорамы. Пользователи сети, которые, судя по всему, состояли в «водяной армии»*, хвалили её за «свежесть и утончённость» и тому подобное. Однако не успела шумиха улечься, как всплыл фрагмент чёрного материала.
*Водяная армия - интернет-тролли или платные комментаторы.
На видео отчетливо видно, как Шэн Мянь провоцирует Шэн Нуань, а затем сама падает и подстрекает одноклассников обвинить Шэн Нуань... и даже запечатлен момент, где Шэн Нуань дает ей пощечину.
Раздел комментариев быстро разросся до размеров небоскрёба.
«Не сравнивайте, не сравнивайте. Даже младшие сёстры начинают соперничать. Что же нам, тётушкам, делать...»
«Без Шэн Мянь я не буду смотреть «Легенду о Чжэнь Лань». С такими актёрскими способностями она точно дойдёт до финала».
«Этот мир развлечений очень тесен. Ну и ну, она выглядит как маленькая фея, а оказывается, у неё такое тёмное сердце...»
«Кстати, я что, единственная, кто облизывает лицо другой сестры?»
«+1 сверху. Неудивительно, что её подставили, ведь красота это первородный грех...»
«Ух ты, ух ты, мне нужно за десять минут собрать всю информацию о сестре в видео. Я объявляю, что она официально стала моей женой».
«Кто-нибудь, разбудите того, кто наверху...»
«Я сделаю это, я в последнее время на взводе!»
«Ха-ха-ха, эта юная леди и красива, и дерзка. Пощечина была что надо!»
«+1...»
Поскольку Шэн Мянь была не слишком известна, эта сплетня не получила широкого распространения. Однако этого было достаточно, чтобы все, кому нужно было знать, узнали.
Когда Шэн Мянь выгнали из съёмочной группы, в старшей школе № 1 поднялся шум.
Никто не ожидал, что Шэн Мянь, обычно такая нежная и красивая, окажется такой коварной и злобной. На школьных форумах появилось множество постов, в некоторых из них даже упоминался случай, когда Шэн Мянь вернула ожерелье Шэн Нуань, а та отказалась его принять.
«Ух ты, это действительно переворачивает моё представление о мире...»
«У меня вопрос. Как она стала школьной красавицей? Перед Шэн Нуань она просто ничтожество».
«Кхм, я долго не решался это сказать, но, честно говоря, она выглядит так себе. В лучшем случае её можно назвать скромной красавицей. Я хотел сказать это раньше, но боялся, что меня сочтут завистником».
«Она умеет наряжаться, но как бы изысканно она ни одевалась, она все равно проигрывает сопернице...»
Шэн Нуань взглянула на сообщение, но не стала читать дальше и убрала телефон.
Рядом с ней стояла одна из «пластиковых сестёр» - Тан Юран. Просмотрев видео, Тан Юран с изумлением посмотрела на Шэн Нуань и сказала: «Ух ты, Нуань Нуань, так ты всё это время была жертвой».
Шэн Нуань:....
На самом деле нет.
Вскоре Шэн Нуань вызвали в кабинет директора.
Она всё также находилась в дисциплинарном кабинете, и Гу Ланьфэна тоже позвали туда.
Директор школы встал со сложным выражением лица и серьёзно извинился перед Шэн Нуань: «Простите, ученица Шэн Нуань. В прошлый раз учитель безосновательно обвинил вас. Я позвал вас сегодня, чтобы извиниться».
Не успел директор договорить, как Гу Ланьфэн сказал: «Я тоже прошу прощения. Я тоже должен извиниться».
Более того, он отчетливо помнил, как толкнул Шэн Нуань на землю... Никто не знал, какие сложные чувства испытывал Гу Ланьфэн в этот момент.
Его мать и отец Шэн Мянь были одноклассниками, и можно сказать, что они росли вместе. Поэтому он относился к ней с большим вниманием. Однако он никак не ожидал, что милая и очаровательная сестрёнка, которую он знал с детства, в какой-то момент превратится в такую коварную и пугающую особу.
Гу Ланьфэн испытывал сильнейшее сожаление.
Директор также сообщил Шэн Мянь, что школа подвергнет её критике... В конце концов, поскольку предыдущий инцидент не был предан огласке, любые извинения или критика носили бы чисто формальный характер.
Шэн Нуань было всё равно, и она просто сказала директору: «Для меня это не имеет большого значения. Я могу за себя постоять. Но я надеюсь, что в будущем учителя будут справедливо относиться ко всем ученикам, независимо от их успеваемости, происхождения или поведения... Школа, где ко всем относятся одинаково, - это действительно место, где воспитывают людей».
Её тон был спокоен до безразличия, но директор был глубоко тронут. Он тяжело вздохнул, чувствуя себя неловко и испытывая угрызения совести, и пообещал: «Учитель глубоко проанализирует свою работу».
Гу Ланьфэн, наблюдавший за равнодушной девушкой, тоже был тронут.
Выйдя из дисциплинарного кабинета, Шэн Нуань пошла впереди Гу Ланьфэна... Когда они проходили мимо учительской, Шэн Нуань случайно услышала имя «Е Наньсюнь» и невольно остановилась, напряжённо вслушиваясь.
Услышав подробности, она слегка приподняла брови и продолжила идти.
Гу Ланьфэн догнал её: «Шэн Нуань».
Шэн Нуань озадаченно обернулась.
Гу Ланьфэн поджал губы, на мгновение замолчал, а затем тихо извинился: «Мне правда жаль, что так вышло в прошлый раз. Я не должен был толкать тебя... Но, пожалуйста, поверь мне, я просто хотел вас разделить, и случайно тебя толкнул».
Шэн Нуань взглянула на него и едва заметно улыбнулась: «Всё в порядке, это было давно».
Она уже собиралась развернуться, но Гу Ланьфэн окликнул её.
«Ты меня простила?» - Гу Ланьфэн выглядел немного взволнованным.
Шэн Нуань помолчала, а потом улыбнулась: «Я же сказала, забудь об этом...»
В следующее мгновение она развернулась и ушла.
Гу Ланьфэн стоял в нерешительности.
Он понял, что она имела в виду... когда она сказала «забудь об этом», она просто не хотела держать обиду из-за такой мелочи, но это не означало, что она не сердится и простила его.
«Забыть» - означало лишь оставить всё как есть.
Но отпустить ситуацию - ещё не значит простить...
Девушка впереди, с высоким хвостом и светло-каштановыми локонами, ниспадающими на плечи, шла медленно, засунув руки в карманы, беззаботная и гордая.
Гу Ланьфэн вдруг вспомнил, как Шэн Нуань бегала за ним с глазами, полными восхищения. Тогда она всегда смотрела на него так пристально, что её глаза, казалось, светились.
Но в какой-то момент она перестала на него смотреть.
Гу Ланьфэн поджал губы и склонил голову, его лицо наполнилось печалью...
Шэн Нуань не особо задумывалась о Гу Ланьфэне.
Пока Е Наньсюнь и Шан Юэ находятся под контролем, такие люди, как Гу Ланьфэн, не смогут натворить больших бед в будущем, так что нет смысла тратить на него силы.
Размышляя, Шэн Нуань направилась в класс, где был Е Наньсюнь.
Подойдя к задней двери девятого класса, Шэн Нуань увидела, что Е Наньсюнь спокойно сидит и занимается... Вокруг него царила такая тишина и спокойствие, что казалось, будто он находится в другом мире, вдали от шумных учеников.
Внезапно ей захотелось проникнуть в его мир.
Шэн Нуань изначально планировала, что кто-то позовёт его на разговор, но в последнюю минуту передумала. Вместо этого она неторопливо вошла через заднюю дверь и под взглядами других учеников девятого класса села прямо напротив Е Наньсюня.
Е Наньсюнь, казалось, совершенно не обращал внимания на происходящее вокруг, продолжая решать математические задачи, уткнувшись в бумаги...
Шэн Нуань цокнула языком, наклонилась и легонько постучала по его столу.
Е Наньсюнь отложил ручку, поднял глаза и увидел лукаво улыбающееся лицо.
Он был настолько застигнут врасплох, что на мгновение опешил...
Утренний солнечный свет лился в окно, придавая её светлому лицу золотистый оттенок и подчеркивая тонкие мягкие волосы.
Она посмотрела на него с улыбкой, ее глаза блестели от удовольствия, что ей удалось его удивить... Глубокий зелёный блеск в её зрачках переливался на солнце, и от этого становилось немного не по себе...
В этот момент Е Наньсюнь отчетливо почувствовал, как что-то забилось в его груди...
Шэн Нуань и Е Наньсюнь вышли на лестничную клетку, чтобы поговорить. В конце концов, из-за видео с Шэн Мянь она оказалась в центре внимания. Ей не хотелось быть бесплатным развлечением для зевак, поэтому просто позвала Е Наньсюня наружу.
«Как поживает тётушка?» - вежливо поинтересовалась Шэн Нуань.
Она не решалась лично навестить семью Е Наньсюня, учитывая, что их отношения были не такими крепкими, как с «пластиковыми сёстрами». Всем было бы неловко, если бы она просто заявилась без предупреждения.
Е Наньсюнь слегка кивнул: «Выздоровление идёт хорошо, спасибо».
Они были парой, но вели себя очень вежливо по отношению друг к другу.
Шэн Нуань не увидела в этом ничего странного и сразу перешла к делу: «Я слышала, ты отказался от участия в региональном конкурсе по математике?»
Е Наньсюнь не ожидал, что она спросит об этом. Он посмотрел на неё с легким удивлением, но в конце концов просто ответил: «Ну, у меня нет времени».
Для участия в региональном конкурсе требовалось десять дней усиленных тренировок. Его матери только что сделали операцию, и её нельзя было оставлять одну, он не мог уехать на десять дней.
Шэн Нуань сразу догадалась, что его беспокоит. «Ты переживаешь, что не сможешь позаботиться о тётушке?»
Она сказала: «Я могу тебе помочь. Хоть я и не сильна в уходе за людьми, я могу нанять сиделок и присматривать за ними. Если ты переживаешь, я могу нанять двух или трёх... Они точно хорошо позаботятся о тётушке».
Е Наньсюнь не поспевал за ходом её мыслей и выглядел немного растерянным.
Шэн Нуань объяснила: «Если ты победишь на региональном конкурсе, у тебя будет шанс поступить напрямую в университет. У тебя такие хорошие оценки, неужели ты так просто сдашься?»
Е Наньсюнь молчал.
Конечно, ему было жаль, но его мать только что вытащили с того света, и её состояние еще не стабилизировалось. Он не мог оставить её одну на десять дней.
«Если бы тётя узнала, что из-за неё ты упустил такую прекрасную возможность, ей бы точно стало не по себе. Кроме того, преодолев временные трудности и обеспечив себе хорошее будущее, ты сможешь лучше заботиться о ней, не так ли?»
Шэн Нуань искренне убеждала его: «Если у тебя всё сложится хорошо, ты сможешь сам справляться с трудностями, и тебе не придётся заключать подобные сделки, чтобы помочь тётушке, верно?»
Е Наньсюнь замолчал и посмотрел на нее со сложным выражением лица.
Она действительно великодушна.
Е Наньсюнь тоже знал, что Шэн Нуань говорит правду... На протяжении многих лет, как бы тяжело ему ни приходилось, даже когда он голодал, он никогда не бросал учёбу, потому что знал, что это единственный шанс изменить жизнь к лучшему для него и его матери.
На этот раз если он пропустит региональный конкурс из-за болезни матери, то кто знает, какие еще проблемы могут возникнуть во время вступительных экзаменов в университет?.. Всегда нужно использовать возможности, которые находятся в пределах досягаемости.
В этот момент он увидел, что девушка напротив смотрит на него очень серьёзно, и говорит: «Не беспокойся во время учёбы и экзаменов. Я попрошу кого-нибудь каждый день связываться с тобой и сообщать о состоянии тёти... Хорошо?»
Е Наньсюнь и представить себе не мог, что однажды кто-то приложит все усилия, чтобы убедить его и помочь ему в будущем...
Раньше он бы точно не обратил на это внимание.
Он не мог доверять той, кто так любила насмехаться над ним и унижать его...
Но в этот момент он, возможно, осознал важность этой возможности участия или вспомнил, как она тихо стояла у операционной с рассвета до заката, и даже вспомнила, что он не ел с тех пор, как пришёл...
Спустя мгновение Е Наньсюнь наконец медленно кивнул.
Он посмотрел на Шэн Нуань, помолчал и тихо сказал: «Тогда... пожалуйста, позаботься о моей маме».
Шэн Нуань наконец расслабилась и улыбнулась: «Конечно».
Она добавила: «И пусть об этом узнает твоя классная руководительница. Учительница Чжан - хороший человек. Тебе не нужно, чтобы она заботилась о тёте, но ты можешь попросить её присмотреть за всем. Я уверена, она согласится».
Знаете, из-за того, что Е Наньсюнь собирался отказаться от участия в конкурсе, классная руководительница чуть ли не расплакалась.
Е Наньсюнь сразу понял, что Шэн Нуань сказала это, чтобы его успокоить.
Она знала, что он ей не доверяет, поэтому попросила его обратиться за помощью к классной руководительнице... Теперь ему не о чем было беспокоиться.
В этот момент, глядя на облегчённую улыбку девушки, Е Наньсюнь не мог не подумать... Может быть, она говорила искренне.
После минутного молчания он прошептал слова благодарности.
Шэн Нуань усмехнулась: «Да не за что. Только не забывай обо мне, когда добьёшься успеха».
Е Наньсюнь, конечно, не воспринял ее слова всерьёз, посчитав их шуткой...
После того как Шэн Нуань ушла, Е Наньсюнь отправился к своему классному руководителю, учительнице Чжан.
Дело было не только в том, что он не доверял Шэн Нуань... Он просто хотел быть абсолютно уверенным.
Он впервые обратился к учителю за помощью в личных делах. Учительница Чжан без колебаний согласилась и даже спросила, достаточно ли у него денег.
Затем Шэн Нуань вместе с Е Наньсюнем отправились в больницу, чтобы встретиться с матерью Е Наньсюня, Е Вань.
Из-за многолетних страданий от болезни Е Вань выглядела намного старше своих лет. Несмотря на болезненный вид, было очевидно, что она добрый и любящий человек.
Она всё ещё не могла встать на ноги и, узнав, что Е Наньсюнь собирается участвовать в тренировках и что эта подруга присмотрит за ней, стала благодарить Шэн Нуань, крепко сжимая её руку.
На следующий день Е Наньсюнь вместе со школьной командой отправился на тренировочную базу... В тот же день в школу пришла Шэн Мянь, которую выгнали из съёмочной группы и которая несколько дней пряталась дома.
Если бы не уведомление из школы о том, что ее исключат, если она не вернётся, Шэн Мянь продолжала бы прятаться.
Она не хотела никого видеть...
Еще несколько дней назад она была школьной красавицей из старшей школы № 1, играла ключевую роль второго плана в популярной драме, которой все завидовали, и её ждало блестящее будущее.
Но всего за несколько дней она стала объектом насмешек.
Она и представить себе не могла, какими странными взглядами её встретят в школе... В конце концов, именно её мать долго разговаривала с ней, убеждая, что в будущем у нее будет ещё много возможностей и что она не должна падать духом. К тому же многие ли из её одноклассников могли с ней сравниться... Главной героине суждено было столкнуться с критикой.
Шэн Мянь решила, что в этом есть смысл, и в конце концов набралась смелости и вернулась в школу...
Ситуация оказалась намного лучше, чем она ожидала. Хотя люди украдкой поглядывали на неё, куда бы она ни шла, никто не осмеливался сказать ей что-то в лицо.
Спустя долгое время Шэн Мянь наконец вздохнула с облегчением и решила, что ничего страшного не произошло... Но когда она увидела последний список школьных красавиц на школьном форуме, то снова была шокирована.
Шэн Нуань была школьной красавицей?
А она что, выбыла из первой десятки?
Кто составил этот список? Это же нелепо!
Увидев комментарии, в которых одновременно восхваляли Шэн Нуань и принижали её, Шэн Мянь потеряла самообладание и выбежала из комнаты.
Шэн Нуань столкнулась с Шэн Мянь на улице Вутонг, и было очевидно, что Шэн Мянь очень взволнована и даже немного не в себе.
«Ты сделала это нарочно, да?»
Она намеренно сохранила видео, не упоминая о нём, подождала, пока всё пройдёт гладко, а потом выложила его, из-за чего её репутация пошатнулась и она стала объектом насмешек!
Шэн Мянь усмехнулась: «У тебя и правда есть кое-какие козыри в рукаве. Теперь ты довольна?»
Шэн Нуань посмотрела на неё с полуулыбкой, собираясь что-то сказать, но её опередили «пластиковые сёстры», стоявшие рядом.
Чжао Инцзы первой встала перед Шэн Нуань. «Нуань, не обращай на неё внимания. Что если она потом снова приляжет отдохнуть?» - выражение лица Шэн Мянь застыло.
Другая «пластиковая сестра», Тан Юран, тоже с ухмылкой сказала: «Так это ты, бывшая школьная красавица? Цк-цк, посмотри на себя сейчас, какая же ты страшная. Раньше ты так хорошо притворялась... Наша Нуань Нуань просто притворяется богатой, но ты, ты ещё более впечатляющая, притворяешься человеком!»
Слушая их, Шэн Нуань почувствовала, что что-то не так. Почему, критикуя Шэн Мянь, они не могли не высказаться и о ней?
Она оцепенело посмотрела на Тан Юран, но та, казалось, ничего не замечала и готовилась продолжить спор с Шэн Мянь.
Шэн Нуань почувствовала себя беспомощной...
Она чуть не забыла, что это была группа безмозглых сестёр...
Время проходит незаметно, и десять дней пролетели как один миг.
Когда Е Наньсюнь вышел из экзаменационного зала, он увидел, что снаружи ждут родители участников. Он бросил на них взгляд, отвернулся и направился прямиком на автобусную остановку, чтобы вернуться в больницу.
Хотя закрытые тренировки и соревнования удобно проходили в столице, он не мог уехать оттуда. Теперь, когда экзамены наконец закончились, он не мог ждать ни минуты.
Но в этот момент Е Наньсюнь внезапно остановился. Он безучастно смотрел перед собой, его лицо выражало потрясение...
Впереди, среди толпы, ожидавшей участников, в инвалидном кресле сидела его мать. Шэн Нуань толкала кресло и держала зонтик. Увидев его, они обе улыбнулись и помахали ему.
Через десять дней его мать уже могла стоять на ногах. На ней была шляпа, и выглядела она гораздо лучше, чем до операции. Девушка, толкавшая инвалидное кресло, была одета в толстовку с капюшоном и широкие брюки, которые подчеркивали её тонкую талию и длинные ноги. Она стояла и ухмылялась, в её улыбке читались хитрость и гордость за то, что ей удалось его удивить...
Хотя Е Наньсюню было уже восемнадцать, его впервые ждали на улице после экзамена.
Внезапно по его телу пробежала лёгкая дрожь. Сделав несколько шагов в их сторону, он понял, что его шаги стали почти невесомыми.
Шэн Нуань не заметила необычной реакции Е Наньсюня. Когда он подошёл к ним, она объяснила: «Доктор сказал, что тёте уже можно выйти на прогулку и подышать свежим воздухом... Не волнуйся, тётя идет на поправку».
Е Вань улыбнулась и взяла сына за руку. Когда она заговорила, её глаза вдруг заблестели от слёз: «Да, у меня всё хорошо. За последние несколько дней я многим обязана Нуань Нуань».
Когда Е Наньсюнь внезапно заявил, что собирается участвовать в конкурсе, Е Вань уже догадалась, что её сын изначально не собирался этого делать, а просто хотел о ней позаботиться.
Но благодаря Шэн Нуань она не дала упустить такую важную возможность для своего сына... Для Е Вань будущее сына было важнее собственного здоровья.
В эти дни Шэн Нуань наняла двух пожилых сиделок для Е Вань. После школы она приходила, чтобы присмотреть за ними. С момента выписки из больницы и до возвращения домой сиделки тщательно ухаживали за Е Вань.
Шэн Нуань, конечно, не отнеслась к этому легкомысленно... В конце концов, речь шла о её собственной жизни.
Е Наньсюнь поджал губы, помолчал немного, а затем сказал: «Спасибо...».
Его голос по-прежнему звучал тихо, но он впервые искренне, от всего сердца, поблагодарил её.
Машина остановилась неподалеку. Когда они подошли, телохранители помогли Е Вань и её инвалидному креслу забраться в машину.
Просторное заднее сиденье лимузина было довольно удобным, но Е Вань и Е Наньсюнь держались немного скованно.
Шэн Нуань достала из маленького холодильника бутылку воды и протянула Е Наньсюню: «Дома все готово. Отпразднуем, когда вернёмся».
Е Наньсюнь немного удивился. «Отпразднуем?»
Шэн Нуань подняла брови, как будто это было очевидно, и сказала: «Конечно, нам нужно отпраздновать! Отпразднуем пораньше. Я уверена, что ты обязательно выиграешь главный приз».
Е Вань, чувствуя себя беспомощной и не в силах перестать улыбаться, сказала Е Наньсюню: «Я не могу помешать Нуань Нуань устроить для тебя праздник. А Нань, на этот раз ты должен справиться, провал не возможен».
Шэн Нуань в замешательстве моргнула: «Е Наньсюнь, разве ты не молодец?»
В этот момент Е Наньсюнь, глядя в глаза Шэн Нуань и его матери, редко демонстрировал юношескую непосредственность. Он слегка приподнял бровь и сказал: «Стремлюсь к первому месту и борюсь за него».
Шэн Нуань на мгновение опешила, а потом расхохоталась.
«Ладно, ладно, похоже, нам и правда стоит отпраздновать, ха-ха... Тётушка, неужели Е Наньсюнь всегда был таким несносным?»
Е Вань слегка смутилась, а E Наньсюнь, стоявший рядом с ней, на мгновение опешил и быстро отвернулся.
По правде говоря, он редко проявлял такую юношескую и высокомерную натуру...
Вернувшись домой, Е Наньсюнь едва узнал свой дом.
Помещение практически полностью обновили. Изначально тёмное и тесное пространство стало намного просторнее, чище и светлее. Он был немного ошеломлен и инстинктивно посмотрел на Шэн Нуань.
Шэн Нуань прищёлкнула языком и усмехнулась: «Ну, когда я привезла тётушку обратно, я заметила, что во многих местах здесь было неудобно... поэтому я попросила кое-кого сделать ремонт. Не волнуйся, все материалы экологически чистые и безопасны для людей».
Выражение лица Е Наньсюня было довольно сложным для описания.
Найти что-то неудобное в чужом доме, а потом сделать там ремонт... На такое способна только такая девушка, как она.
Шэн Нуань толкнула его локтём: «Ну как? У меня неплохой вкус, правда?»
Е Наньсюнь промычал в ответ.
Шэн Нуань добавила: «Разве не здорово, что у тебя в партнёршах богатая женщина?»
Е Наньсюнь привык отвечать коротким «угу», но тут до него дошло, что она сказала. Он тут же поднял голову, и выражение его лица было трудно описать.
Шэн Нуань вздёрнула подбородок и спросила: «Ну и как, нравится?»
Е Наньсюнь устало посмотрел на неё, ничего не ответил и пошёл вперёд...
На обеденном столе в гостиной уже стояла аппетитная еда идеальной температуры.
После того как телохранители ушли, Шэн Нуань поужинала с Е Наньсюнем и его матерью... Во время ужина она украдкой наблюдала за выражением лица Е Наньсюня.
Убедившись, что он больше не смотрит на неё с холодностью, как раньше, Шэн Нуань наконец-то с облегчением вздохнула.
Её добрые дела не прошли даром, если не случится ничего непредвиденного, Е Наньсюнь, скорее всего, не доставит ей проблем в будущем...
Во время еды Шэн Нуань позвала службу поддержки: «Служба поддержки, проверьте уровень почернения Е Наньсюня».
Система привыкла к тому, как она к ней обращается, и больше не поправляла её: «Текущий уровень почернения цели Е Наньсюнь: 40».
Улыбка на лице Шэн Нуань стала ещё шире...
После ужина Е Наньсюнь отнёс тарелки и миски на кухню, чтобы помыть их... Это была посуда, которую привез нанятый Шэн Нуань шеф-повар.
«Все эти тарелки новые, и в будущем их можно будет использовать дома», - Шэн Нуань с энтузиазмом последовала за ним, пытаясь помочь.
Е Наньсюнь взглянул на кардинально изменившуюся кухню, тихо промычал что-то в ответ и не позволил ей прикасаться к посуде.
«Иди посиди снаружи. Я быстро приберусь».
Шэн Нуань отказалась: «Я помогу тебе...»
Но вскоре она поняла, что от неё нет никакого толку.
Е Наньсюнь поставил миски, палочки для еды и тарелки в раковину, налил немного средства для мытья посуды и начал спокойно и ловко мыть их... Шэн Нуань, которая за две свои жизни почти не занималась домашними делами, с изумлением наблюдала за происходящим и не могла не восхищаться.
«Ты потрясающий».
Е Наньсюнь озадаченно посмотрел на девушку, которая с восхищением наблюдала за тем, как он моет посуду... Он не знал, смеяться ему или плакать.
«Над чем ты смеёшься?»
Шэн Нуань подняла брови и молча закатила глаза... Е Наньсюнь ничего не ответил и медленно отвел взгляд.
Вблизи девушка выглядела очень живой, утончённой и красивой, как самая дорогая кукла в витрине...
После того, как Шэн Нуань вышла из дома семьи Е и села в машину в сопровождении телохранителей, в доме остались только мать и сын Е.
По настоянию Е Вань сиделки были отправлены обратно утром. Она прекрасно знала, что их семья не может позволить себе нанять сиделок. Теперь, когда её сын вернулся, а сама она научилась элементарным навыкам самообслуживания, в их услугах не было необходимости.
Е Наньсюнь налил матери стакан воды и сел просматривать отчёт о результатах обследования из больницы. В этот момент он услышал, как мать осторожно спросила его: «А Нань, мисс Шэн очень сильно нам помогла в этот раз?»
В присутствии Шэн Нуань Е Вань всегда называла её по имени, но она прекрасно знала, что происхождение девушки было выше её понимания.
Е Наньсюнь помолчал и тихо хмыкнул.
«Можно, мама спросит, зачем она нам помогла?»
Пироги с неба не падают. Хотя Е Вань не слишком заботили многие трудности, но при этом больше всего её тревожило, что из-за её проблем сын может сбиться с пути.
*Пироги с неба не падают - не бывает так, чтобы обед был бесплатным.
Е Наньсюнь понимал, что беспокоит его мать. Он хотел найти какое-нибудь оправдание, но знал, что его мать не глупа. Если он будет что-то от неё скрывать, она, может, и не будет настаивать на подробностях, но точно будет продолжать накручивать себя.
Е Наньсюнь помолчал, а затем тихо ответил: «Она попросила меня стать её парнем».
Е Вань на мгновение опешила, а потом поняла... Неудивительно.
На мгновение она почувствовала тревогу и, как ни странно, ощутила себя немного забавной и беспомощной... Несмотря на то, что мисс Шэн вела себя вежливо и обходительно, в её словах и поступках проскальзывали признаки избалованности.
Дети в этом возрасте чаще всего действуют импульсивно, поэтому неудивительно, что они могут сделать что-то подобное.
Е Вань вздохнула: «А Нань, мама всё это время тебя мучила...»
Е Наньсюнь нахмурился: «Что за чушь ты несёшь?»
Е Вань беспомощно улыбнулась: «Возможно, мама не имеет права много говорить, но я всё же хочу кое-что сказать. Мисс Шэн - хорошая девушка, но её семья - это её семья... Какой бы ни была причина, по которой она помогла нам на этот раз, в будущем нам придётся отплатить ей за эту доброту».
Е Наньсюнь снова хмыкнул.
Е Вань на мгновение замялась, а затем добавила: «Молодые люди непостоянны, и что касается мисс Шэн... тебе следует быть осторожнее».
Такая красивая и милая девушка - кому она может не понравиться?
Но Е Вань знала, что они с Шэн Нуань из разных миров, и переживала, что её сын может пострадать...
В конце концов, они были в том возрасте, когда только начинают познавать любовь, когда их душа чиста и может легко впитать глубокие и яркие впечатления.
Е Наньсюнь посмотрел на мать с немного смиренным выражением лица: «Я знаю».
Он понимал многое лучше, чем кто-либо другой...
Увидев его спокойствие, Е Вань наконец успокоилась, хотя её чувства по-прежнему были противоречивыми.
Она знала, что её сын с детства был холодным и равнодушным. Видя, что он не воспринимает всерьёз юношеские капризы мисс Шэн, она не могла не почувствовать облегчение. В то же время она немного волновалась. Что, если из-за своей холодности и рациональности он так и не сможет найти себе пару в будущем?...
Е Наньсюнь добился значительных успехов, и это значительно успокоило Шэн Нуань. Однако вскоре она заметила, что что-то не так.
Шэн Линшань, казалось, была чем-то встревожена, на её лице застыло обеспокоенное выражение. Телохранители вокруг неё тоже заметно насторожились.
Затем Шэн Нуань узнала от службы поддержки, что братья из семьи Норман враждуют... это борьба за власть без единого выстрела.
Противники были примерно равны по силе, что делало битву ещё более захватывающей... Несколько дней назад Лесли перевёл крупную сумму денег на счёт Шэн Линшань, явно готовясь к худшему.
Шэн Линшань так переживала, что не могла ни есть, ни спать и была вынуждена скрывать свои проблемы от дочери. Она заметно осунулась и постарела.
Шэн Нуань знала, что Шэн Линшань находится под большим давлением, поэтому ей оставалось только притвориться, что она ничего не понимает, и больше ни о чем не спрашивать.
Служба поддержки не могла точно предсказать, победит Лесли или проиграет... Но для Шэн Нуань это уже было гораздо лучше, чем в оригинальном сюжете.
По первоначальному сюжету Лесли был застигнут врасплох и отравлен, и к моменту противостояния он уже был в невыгодном положении. Однако теперь он, по крайней мере, выглядит более подготовленным.
Шэн Нуань ничего не оставалось, кроме как продолжать заниматься своими повседневными делами и ходить в школу как обычно.
Инцидент с Шэн Мянь остался в прошлом, и положение Шэн Мянь немного улучшилось... В конце концов, у нее действительно есть кое-какие навыки, иначе она не стала бы фигурой, вокруг которой вращается внимание звёзд.
Единственное, что беспокоило Шэн Мянь - это поведение Гу Ланьфэна.
После того как стало известно о последнем инциденте, Гу Ланьфэн больше не заговаривал с ней... Даже когда она сама заводила с ним разговор при встрече, он оставался очень равнодушным.
Однажды утром Чжоу Жу приготовила сэндвичи и попросила Шэн Мянь отнести один из них Гу Ланьфэну.
Шэн Мянь немного нервничала, приближаясь к классу Гу Ланьфэна. Но, увидев понимающие и насмешливые взгляды его одноклассников, немного успокоилась.
Да, все знают, что они с Гу Ланьфэном близки. Они выросли вместе и с детства были влюблены друг в друга... Так о чем же ей было беспокоиться?
Гу Ланьфэн читал книгу в наушниках. Шэн Мянь подошла к нему и положила на стол сэндвич.
Гу Ланьфэн поднял глаза и слегка нахмурился, увидев её.
Шэн Мянь поджала губы и тихо сказала: «Мама попросила меня передать тебе это. Она приготовила это специально для тебя».
Все вокруг оглянулись, а те, кто был рядом с Гу Ланьфэном, даже скорчили ему рожицы... Когда Шэн Мянь уже решила, что между ними всё снова станет как прежде, она увидела, как Гу Ланьфэн отодвигает от себя сэндвич.
«Передай тёте спасибо, но я уже поел».
Шэн Мянь застыла, натянуто улыбнувшись: «Я уже принесла, так что, если ты не голоден сейчас, поешь позже».
Сказав это, Шэн Мянь, опасаясь, что может возникнуть ещё одна неловкая ситуация, повернулась, чтобы уйти. Но как только она сделала шаг, Гу Ланьфэн схватил её за руку.
Сэндвич снова оказался у неё в руках, и Гу Ланьфэн ровным голосом произнес: «Спасибо, но в этом нет необходимости. Не утруждай себя в будущем».
Шэн Мянь почувствовала себя так, словно её окатили ведром ледяной воды. Пристальные взгляды окружающих были ей невыносимы.
Её глаза внезапно покраснели.
Прикусив губу, она пробормотала: «Ну и ладно», - и поспешно убежала, не оглядываясь.
Гу Ланьфэн даже не взглянул на её удаляющуюся фигуру.
Раньше он был очень внимателен к Шэн Мянь, но теперь, зная её истинную сущность, он понял, что его прежние поступки были особенно неуместными.
Уже хорошо, что он с ней не поссорился. Как он мог вернуться к тому, что было раньше...
Как раз в тот момент, когда Шэн Мянь принесла завтрак и Гу Ланьфэн при всех ударил её по лицу, Е Наньсюнь направлялся в класс Шэн Нуань.
Глядя на бумажный пакет в своей руке, Е Наньсюнь немного колебался.
Его мать прекрасно готовила, особенно ей удавались пельмени - это было её фирменное блюдо. Однако, когда мать попросила его отнести несколько штук Шэн Нуань в знак благодарности, Е Наньсюнь подумал, что с таким происхождением, как у Шэн Нуань, она наверняка ела что-то и получше. Что такого особенного в этих обычных пельменях?
Е Наньсюнь не обладал прямолинейностью Шэн Нуань и позвал её за пределы класса.
Увидев пакет, который держал Е Наньсюнь, Шэн Нуань удивилась. «Что это?»
Открыв пакет и увидев внутри нежные и ароматные пельмени, Шэн Нуань удивилась и, не раздумывая, взяла один и положила в рот.
«М-м-м, это действительно вкусно...»
Жуя, она пробормотала слова благодарности и быстро отщипнула ещё кусочек.
«Это ведь тётушкино, да? Она очень хорошо готовит».
Е Наньсюнь почувствовал, как напряжение в его душе наконец спадает, и, поджав губы, тихо произнес:«Мм».
Девушка, сидевшая напротив, ела, слегка наморщив нос, а её глаза были круглыми и блестящими, как у хомяка, уплетающего за обе щеки. Поедая, она не забывала нахваливать еду: «Как вкусно!»
Шэн Нуань была совершенно откровенна: «Если в будущем тётушка приготовит что-нибудь вкусненькое, не забудь принести мне порцию. Пожалуйста, передай ей от меня спасибо».
«А ты меня не поблагодаришь?»
Он принёс...
Но как только эти слова слетели с его губ, Е Наньсюнь на мгновение застыл, его лицо окаменело.
Шэн Нуань, однако, не обратила на это внимания и, закатив глаза, как обычно, сказала: «Не то чтобы ты это сделал. Ты в лучшем случае просто доставщик».
Е Наньсюнь раздражённо рассмеялся, даже забыв о неловкости, которую испытывал из-за своего необычного поведения...
Шэн Мянь, чувствуя себя крайне неловко, злясь и ощущая беспомощность после публичного отказа Гу Ланьфэна, направила всю свою обиду на Шэн Нуань.
Всё из-за Шэн Нуань. Если бы Шэн Нуань не строила против неё козни, она бы не упустила такую прекрасную возможность, не столкнулась бы с презрением и холодным отношением со стороны Гу Ланьфэна.
Проходя мимо этажа, где располагался класс Шэн Нуань, она, полная негодования, оглянулась и с удивлением увидела, что Шэн Нуань прекрасно проводит время с Е Наньсюнем.
Мальчик, которого все считали лучшим учеником в классе, красивый, но замкнутый и никогда не общавшийся с другими, стоял прямо напротив Шэн Нуань... Пока Шэн Нуань, ни о чем не подозревая, беззаботно ела, он молча наблюдал за ней с необычайно нежным выражением лица.
Шэн Мянь крепче сжала перила лестницы.
Она оказалась в таком затруднительном положении, в то время как Шэн Нуань сблизилась с всегда одиноким лучшим учеником... В последние несколько дней на школьных форумах и в группах всё чаще появлялись положительные комментарии о Шэн Нуань, и сердце Шэн Мянь сжалось, а в глазах появился холод.
Е Наньсюнь возвращался после доставки еды, когда на полпути его остановила Шэн Мянь.
Он слегка нахмурился и хотел отойти в сторону, но Шэн Мянь шагнула вперёд и преградила ему путь. «Что, вы с Шэн Нуань теперь близки? Вы поладили?»
Выражение лица Е Наньсюня осталось невозмутимым: «Это не твоё дело».
В прошлый раз Шэн Мянь помогла ему, и тогда он признался в дисциплинарном кабинете, что Шэн Нуань манипулировала им. Хотя в первый раз она отказалась принять оплату медицинских расходов, во второй раз он все равно заплатил. Так что... он не обязан отвечать на её вопросы.
Е Наньсюнь подняла глаза: «Пожалуйста, отойдите в сторону».
Шэн Мянь ухмыльнулась: «О? Ты правда начал относиться к ней как к подруге? Е Наньсюнь, я слышала, что твоей матери сделали операцию. Так это Шэн Нуань дала тебе на неё деньги?»
Е Наньсюнь промолчал.
Шэн Мянь достала свой телефон и с полуулыбкой отправила ему несколько сохранённых записей. Она помахала перед ним телефоном и сказала: «Послушай это».
Е Наньсюнь бесстрастно посмотрел на неё и проигнорировал.
Шэн Мянь усмехнулась, открыла аудиофайлы на своём телефоне, и в следующий момент раздался голос Шэн Нуань, звучащий очень надменно.
«Е Наньсюнь? Он каждый день ведёт себя как бродячая собака. Разве он достоин того, чтобы его сравнивали с Гу Ланьфэном? ...»
«Гордый? Это он то? Посмотрим, сможет ли он по-прежнему гордиться собой, когда бедность заставит его прогнуться.»
...
«Помогаю ему? Не смешите меня. Я просто играю с ним и унижаю его. Тебе не кажется, что это весело?»
...
«Какие подработки? Я поручила кое-кому разобраться с ними. Кроме меня, ему больше негде заработать. Что ещё он собирается делать, если не будет слушаться меня?»
На аудиозаписи был разговор между Шэн Нуань и ещё несколькими людьми, в котором каждое слово было пропитано презрением и злобой по отношению к нему...
Шэн Мянь увидела, как лицо Е Наньсюня внезапно стало холодным, и, усмехнувшись, саркастично спросила: «Разве ты ей не благодарен? Она избавила тебя от всех подработок и заставила быть её мальчиком на побегушках, унижая тебя... А теперь угадай, чего она хочет добиться, заставив тебя влезть в огромные долги, а?»
Слова Шэн Мянь были нарочито резкими: «Только не говори мне, что ты действительно веришь, что она помогает тебе из добрых побуждений?»
Е Наньсюнь медленно поднял взгляд.
Шэн Мянь с ухмылкой сказала: «Не забывай, почему она вообще обратила на тебя внимание...»
Шэн Нуань не знала о разговоре между Е Наньсюнем и Шэн Мянь. Перед окончанием занятий Шэн Линшань вызвала её домой. За ней лично приехал главный телохранитель Свэт.
Когда Шэн Нуань вернулась домой и увидела раненую руку Шэн Линшань, она была потрясена. Только тогда она узнала, что среди телохранителей был предатель.
Предатель попытался напасть на Шэн Линшань, но его остановили другие телохранители.
«Нуань Нуань, мне нужно вернуться в страну Ү».
Лицо Шэн Линшань побледнело, глаза наполнились слезами, когда она сказала: «С Лесли что-то случилось».
Внутренние распри в семье Норман оказались серьезнее, чем предполагала Шэн Нуань. Вертолет Лесли упал в море, сам он был без сознания и находился в критическом состоянии.
Шэн Линшань обняла Шэн Нуань и тихо сказала: «Стивен уже рискует, чтобы вернуться в страну. Я должна уехать... Мне нужно вернуться, чтобы поддержать твоего отца. Так и тебе будет безопаснее».
Шэн Линшань выпрямилась и тихо сказала: «Свэт останется, чтобы защитить тебя. Что бы ни случилось, он обеспечит твою безопасность. Нуань Нуань... Мама обязательно вернётся, чтобы найти тебя».
Шэн Нуань была в панике, но заставила себя сохранять спокойствие.
Она поняла, что борьба семьи Норман была совсем иного масштаба по сравнению с её собственными конфликтами с мачехой. В этой ситуации её маленькие уловки, помогавшие справиться с мачехой, были бесполезны.
Ей оставалось только успокоиться и нерешительно спросить Шэн Линшань: «Тебе правда нужно вернуться?»
Если бы Лесли действительно был обречен на провал, возвращение Шэн Линшань стало бы для неё смертельной ловушкой... Тогда разве это не привело бы к тому же финалу, что и в оригинальном сюжете?
Шэн Линшань горько усмехнулась и сказала: «Нуань Нуань, Лесли назначил меня законной наследницей. Я должна вернуться».
Если бы она не вернулась, те, кто охотился за имуществом Лесли, не пощадили бы её. Если она останется здесь, её дочь будет в опасности, а если уедет, эти люди перестанут преследовать ребёнка, не имеющего прав на наследство, и не станут вмешиваться в дела страны.
В то же время она могла бы быть рядом с Лесли в трудное время...
Шэн Нуань могла бы понять, что назначение Шэн Линшань законной наследницей имущества Лесли было своего рода защитой для неё, дочери.
Понимая, что переубедить Шэн Линшань не удастся, Шэн Нуань глубоко вздохнула и сказала: «Тогда тебе лучше вернуться. Не волнуйся за меня, я сама о себе позабочусь».
Шэн Линшань крепко обняла её.
Они не могли позволить себе медлить. Шэн Линшань не взяла с собой ничего, кроме нескольких телохранителей, и они уехали вместе.
Она не оставила этих людей ради дочери, так как не была уверена, что среди них нет предателей... Ей нужно было устранить все потенциальные угрозы.
Свэт был верен Лесли и не предал бы его, поэтому его оставили охранять Шэн Нуань.
Когда машина Шэн Линшань уехала, Шэн Нуань повернулась к Свэту и сказала: «Ты тоже уходи, оставайся в тени и делай всё, что в твоих силах».
Свэт замешкался: «Моя задача - защищать вас, мисс».
Шэн Нуань твёрдо посмотрела на него: «Это приказ».
После минутного молчания Свэт почтительно поклонился: «Да, мисс Норман».
Вскоре Свэт тоже переоделся и ушёл... Перед уходом он протянул пистолет Шэн Нуань и сказал: «Пожалуйста, берегите себя».
«Я знаю. Иди.»
Вскоре в доме осталась только Шэн Нуань.
Они с Шэн Линшань должны были переехать в эти выходные, но новую квартиру им подобрал этот предатель, так что Шэн Нуань не могла туда переехать.
Но то, где она остановится, значения не имело. Важно было только то, сможет ли Лесли преодолеть этот кризис.
Шэн Нуань сидела одна в своей комнате, погружённая в раздумья... Именно в этот момент она поняла, что действительно считает Лесли и Шэн Линшань своей семьей.
И Лесли, и Шэн Линшань, даже в такой критической ситуации, думали о том, как защитить её... Ради этого Шэн Линшань без колебаний вернулась в страну Y одна, чтобы отвести от неё все недоброжелательные взгляды...
В этот момент раздался стук в дверь.
Шэн Нуань вернулась в реальность и слегка нахмурилась.
Система сообщила: «Хозяйка, это ваша тётя Чжоу Жу».
Шэн Нуань без выражения на лице встала, подошла к двери и открыла её. Она посмотрела на Чжоу Жу через дверь с кодовым замком и спросила: «Что случилось?»
«Нуань Нуань, разве твоей мамы нет дома?»
Чжоу Жу говорила, не отрывая взгляда от комнаты, в её глазах читался расчёт.
На самом деле она уже видела, как Шэн Линшань уезжала на машине, и было заметно, что она вытирает слёзы. Было очевидно, что что-то случилось.
Чжоу Жу улыбнулась и сказала: «Я хотела кое-что спросить у твоей мамы».
Шэн Нуань нетерпеливо ответила: «Её здесь нет. Она в командировке».
Чжоу Жу тут же подтвердила свои подозрения... Должно быть, у Шэн Линшань возникли какие-то проблемы; это была не деловая поездка, а, скорее всего, поездка за границу.
Раз она оставила маленькую иностранку одну, значит, дело серьёзное.
Чжоу Жу с беспокойством посмотрела на Шэн Нуань и сказала: «Не скрывай от тёти. Что-то случилось дома? Твоей мамы здесь нет, так что тётя - твоя опекунша. Не бойся».
Чжоу Жу упрекнула ее: «Девочка, почему ты оставила свою тётю на улице? Впусти меня скорее».
Шэн Нуань безучастно посмотрела на неё.
В оригинальной сюжетной линии Шэн Линшань в тот день ушла гораздо более поспешно, чем в этот раз. Когда изначальная хозяйка поняла, что что-то не так, она запаниковала и растерялась. В этот момент под предлогом заботы о ней вошла Чжоу Жу. Пока изначальная хозяйка была одна и в тревоге, Чжоу Жу воспользовалась возможностью и украла шкатулку с драгоценностями из комнаты Шэн Линшань.
Это был актив, который Шэн Линшань оставила для обеспечения безопасности своей дочери.
Шэн Нуань не открыла дверь и уставилась на Чжоу Жу: «Если ты не уйдешь, я вызову полицию».
Чжоу Жу вздрогнула, и выражение её лица изменилось.
Она уставилась на Шэн Нуань и сердито сказала: «Ты принимаешь благие намерения за ослиную печень и легкие*, неблагодарная маленькая иностранка...»
*Принимать благие намерения за ослиную печень и легкие - принимать благие намерения за дурные.
Но она не восприняла слова ребёнка всерьёз, решив, что найдет способ с этим справиться. Она пробормотала себе под нос несколько ругательств и развернулась, чтобы уйти.
Убедившись, что Чжоу Жу ушла, Шэн Нуань тут же встала и собрала все ценные украшения из комнаты Шэн Линшань и из своей собственной. Она сложила их в коробки всех размеров, какие только смогла найти, запихнула в рюкзак и направилась прямиком в банк на Центральной площади.
Она нашла банк, где можно было арендовать банковскую ячейку, и поместила туда свои драгоценности. Из-за их количества и стоимости сотрудникам банка потребовалось почти полдня, чтобы оформить все документы. Шэн Нуань взяла ключ и код доступа и ушла.
Она понимала, что поступает расчётливо, но другого выхода не было. В оригинальном сюжете изначальной хозяйке не хватило смекалки, чтобы защитить свои вещи, и Чжоу Жу, зная, что ей не на кого положиться, воспользовалась возможностью и украла почти все драгоценности... оставив её без поддержки.
Шэн Нуань, конечно же, не допустила бы этого.
Конечно, она надеялась, что Лесли справится с кризисом, но если бы у него не получилось, ей нужно было позаботиться о собственном выживании и не остаться без средств к существованию.
Спрятав все драгоценности, Шэн Нуань засомневалась, стоит ли возвращаться в старый дом.
Зная, что вокруг неё может быть опасно, и Чжоу Жу где-то рядом, Шэн Нуань после недолгих раздумий решила остановиться в достаточно дорогом отеле.
Перед заселением она на всякий случай сняла несколько десятков тысяч наличными.
В ту же ночь она узнала от службы поддержки, что в её старый дом проникли...
Шэн Нуань была в панике. Только на следующий день, когда она пришла в школу и села в переполненном классе, к ней вернулось подобие чувства безопасности.
Это было гораздо страшнее, чем иметь дело с мачехой... Быть наследницей - задача не из лёгких!
Вчера был только первый день. Если кто-то действительно хотел навредить ей, то, скорее всего, он предпримет ещё попытку позже... В конце концов Шэн Нуань вспомнила о Гу Ланьфэне.
Как и Шэн Мянь, Гу Ланьфэн был ребёнком удачи в этом мире. Если бы она могла держаться поближе к нему, то чувствовала бы себя в относительной безопасности.
Кроме того, в последнее время Гу Ланьфэн время от времени присылал ей сообщения, из-за чего можно было сделать вывод, что она ему небезразлична... Раньше она его игнорировала, но теперь ради собственной безопасности ей, возможно, придётся пойти на некоторые уступки.
В прошлой жизни она изо всех сил боролась с мачехой, но и теперь, даже после смерти, она не может избежать борьбы за власть в богатых кругах.
Шэн Нуань чувствовала себя немного подавленной...
Теперь она была полностью поглощена мыслями о собственной безопасности и почти забыла, что у неё всё ещё есть «бойфренд».
Ближе к вечеру, незадолго до окончания занятий, Шэн Нуань получила сообщение от Гу Ланьфэна, в котором он просил её встретиться с ним у школьных ворот, потому что ему нужна была её помощь.
Раньше Шэн Нуань не обратила бы на него внимания, но, учитывая сложившуюся ситуацию, она сделала глубокий вдох и решила с ним встретиться.
С другой стороны, Гу Ланьфэн уже был готов к тому, что его проигнорируют, поскольку Шэн Нуань не отвечала на его последние сообщения.
Впервые девушка так холодно обошлась с Гу Ланьфэном, и это его одновременно расстроило и удивило.
Но он не ожидал, что Шэн Нуань на этот раз ответит ему.
Его сердце ёкнуло, а в глазах появилась улыбка.
После уроков Гу Ланьфэн пораньше пришёл к школьным воротам. Прошло много времени, и когда вокруг почти никого не осталось, он наконец увидел, как Шэн Нуань неторопливо выходит из здания.
Когда она подошла к нему, Шэн Нуань подняла бровь и спросила: «Что случилось?»
Гу Ланьфэн улыбнулся и сказал, что собирается пойти на школьный бал в честь совершеннолетия и хотел бы пригласить её на танец.
Шэн Нуань нахмурилась. «Я ещё несовершеннолетняя. Я не пойду».
Гу Ланьфэн усмехнулся. «Да, ты почти на год младше меня... Называй меня братом».
Шэн Нуань на мгновение замолчала, а потом не удержалась и заметила: «Ты такой грязный».
Гу Ланьфэн опешил и закашлялся от её резкого ответа. С беспомощным видом он сказал: «Ладно, ладно, я виноват... Я хотел пригласить тебя на танец. Ты согласна?»
Шэн Нуань оценивающе посмотрела на Гу Ланьфэна, размышляя, сможет ли она находиться с ним рядом ради собственной безопасности.
Но увидела, улыбающегося Гу Ланьфэна, который не мог скрыть своего тщеславного и гордого выражения лица. Он был красив, но для своего возраста был слишком скользкий. Она глубоко вздохнула и поняла... что не может заставить себя это сделать.
Лучше уж перебиваться хлебом с водой, чем каждый день иметь дело с таким мерзким типом.
Вздохнув, Шэн Нуань перестала обнимать его за бёдра* и покачала головой: «Прости, мне это неинтересно».
*Обнять за бедро - искать поддержки у кого-то влиятельного.
С этими словами она развернулась, чтобы уйти...
Но Гу Ланьфэн явно не собирался так просто сдаваться и схватил её за руку.
Шэн Нуань едва сдерживалась, чтобы не развернуться и не пнуть его в ответ...
Обернувшись, она нетерпеливо посмотрела на него: «Я же сказала, что мне это неинтересно».
Увидев нетерпение в её глазах, Гу Ланьфэн немного смягчился.
Гу Ланьфэн почувствовал себя немного неловко из-за пренебрежительного отношения Шэн Нуань. Если бы на её месте была другая девушка, он бы уже развернулся и ушёл... Но, глядя на её высокомерный и нетерпеливый вид, он подумал, что она, должно быть, от рождения такая гордая. В конце концов он не смог уйти.
После паузы Гу Ланьфэн сказал: «Шэн Нуань, я помню, как в прошлый раз ты остановила меня на детской площадке и сказала, что хочешь мне что-то сказать...»
В тот раз он догадался, что она собирается признаться ему в своих чувствах, и ушёл, не дав ей этого сделать.
Теперь он глубоко сожалел об этом. Не стоило из-за своей предвзятости по отношению к Шэн Мянь так злиться на Шэн Нуань, из-за чего она тоже его невзлюбила...
Шэн Нуань немного растерялась: «О чём ты говоришь?»
В этот момент вмешалась система: «Хозяйка, обратите внимание, что показатель почернения цели задания Е Наньсюня увеличился. Текущий показатель почернения: 50».
Шэн Нуань на мгновение опешила и инстинктивно обернулась, но увидела лишь спину знакомой фигуры.
Не обращая внимания на Гу Ланьфэна, Шэн Нуань сказала: «Мне нужно кое-что сделать» - и побежала за Е Наньсюнем.
Пытаясь поспеть за ним, Шэн Нуань почувствовала себя немного беспомощной.
За последние пару дней, переживая за свою жизнь, она совсем забыла об этом важном человеке... Она не выходила на связь с ним целых два дня.
Выражение лица Гу Ланьфэна, стоявшего позади неё, помрачнело, когда он увидел, что Шэн Нуань без колебаний последовала за Е Наньсюнем.
Он впервые сам начал ухаживать за девушкой, но она была так равнодушна к нему и так внимательна к такому бедняку, как Е Наньсюнь?
«Е Наньсюнь...» - окликнула его Шэн Нуань.
Е Наньсюнь сделал вид, что не слышит, и с каменным лицом пошёл дальше.
Шэн Нуань, запыхавшись от бега, догнала его и спросила: «Я тебя звала. Почему ты меня не подождал?»
Шэн Нуань поздоровалась с ним, собираясь расспросить о случившемся, все ещё не понимая, что произошло и почему Е Наньсюнь внезапно стал таким мрачным.
Однако, несмотря на её расспросы, Е Наньсюнь так и не ответил.
Впрочем, он и раньше не особо обращал на неё внимание...
В этот момент Шэн Нуань подумала, что раз она не может выносить отвратительное поведение Гу Ланьфэна, а Е Наньсюнь, будучи главным злодеем в этой истории, наверняка обречён на ещё более суровую участь, то если бы она могла просто быть рядом с ним, может быть, ей удалось бы дожить до конца?
Помня об этом, она робко спросила: «Е Наньсюнь, можно я поживу у тебя какое-то время?»
Но как только она это сказала, то почувствовала, что поступила немного бестактно. У Е Наньсюня была больная мать, и если бы кто-то пришёл за ней и причинил вред его матери, разве она не навредила бы другим?
Поняв это, Шэн Нуань вздохнула и подумала, что, может быть, ей стоит просто забыть об этом... Но в этот момент Е Наньсюнь внезапно остановился и повернулся к ней.
«Остаться пожить у меня дома? Мы уже настолько близки?»
Выражение лица Е Наньсюаня было холодным и слегка саркастичным.
Так вот в чем её цель? Жить в его доме? Чего она добьется, живя в его доме, - увидит вблизи, насколько ужасна его жизнь?
В этот момент Шэн Нуань наконец почувствовала, что что-то не так.
Она осторожно спросила: «Что-то случилось?»
Шэн Нуань выглядела немного растерянной и встревоженной, как будто она действительно ничего не знала и искренне переживала за него...
Е Наньсюнь, испытывая глубокое презрение, достал телефон и открыл перед ней несколько аудиофайлов.
Шэн Нуань была ошеломлена, услышав собственный голос, произносящий слова презрения и унижения.
«... Он как бродячая собака...»
«Разве он достоин того, чтобы его сравнивали с Гу Ланьфэном?»
«... Конечно, я буду его дразнить, а потом растопчу. Тебе не кажется, что это весело?»
Каждое слово было наполнено злобой.
Шэн Нуань потеряла дар речи.
Е Наньсюнь слушал голос в трубке и вспоминал сцену, свидетелем которой только что стал. Из-за этого он чувствовал себя ещё более нелепо, ведь последние два дня он постоянно убеждал себя, что может ей доверять.
С самого начала и до конца она играла с ним ради кого-то другого, но он верил, что это правда. Его даже тронула её наигранная забота и улыбки.
От этого волнения в его сердце Е Наньсюнь стал ещё холоднее. Он посмотрел на Шэн Нуань и насмешливо спросил: «Почему ты ничего не говоришь, а?»
Шэн Нуань нечего было ответить.
До её появления все эти глупости совершала изначальная хозяйка тела, но она не могла не взять вину на себя.
В глазах Е Наньсюня её молчание означало, что ей нечего сказать... Е Наньсюнь ухмыльнулся: «Боюсь, я тебя разочарую. Ты больше не сможешь со мной играть».
В следующий момент он развернулся и ушёл, не оглядываясь.
Шэн Нуань некоторое время стояла на месте, а потом вздохнула, развернулась и ушла.
Сегодня вечером она планирует остаться дома... Поскольку прошлой ночью кто-то заходил к ней домой и заметил, что её нет, возможно, сегодня вечером это самое безопасное место для неё.
Служба поддержки ей сообщила, что за ней пока не следят, так что она сможет спокойно добраться до дома.
Не задерживаясь на улице, она вызвала такси.
На другой стороне улицы Е Наньсюнь шёл, не оглядываясь. По мере того как он удалялся, холод в его сердце становился всё сильнее.
Проходя мимо того места, где он пролил вино, подрабатывая на полставки, он не мог не вспомнить образ молодой девушки, стоявшей перед ним... и его охватило насмешливое чувство над самим собой.
Это была всего лишь её игра, но он, как ни странно и глупо, воспринимал её всерьёз, шаг за шагом.
И тут он услышал знакомое имя.
«Шэн Нуань это заслужила... Она преследовала тебя и подставляла, так что правильно, что теперь никому до неё нет дела!»
«Не говори так...» - Шэн Мянь притворилась, что ей неприятно.
Сердце Е Наньсюня ёкнуло, и на мгновение оно словно опустело.
Никому нет до неё дела?
Он вдруг вспомнил, что Шэн Нуань спрашивала его, можно ли ей остановиться у него... В тот момент он был занят мыслями о словах, которые она произнесла в аудиофайлах, и не обратил внимания на то, что она говорила на самом деле.
Значит, с ней что-то случилось?
Но потом он пришел в себя: какое ему дело до её проблем? Неужели он настолько жалкий, что, зная, что она просто играет с ним, всё равно не может не волноваться?
Е Наньсюнь продолжал идти с отсутствующим выражением лица, но через несколько шагов резко обернулся.
В конце концов, она уже помогала ему до этого раньше. Будет справедливо отплатить ей тем же.
Вернувшись к школьным воротам, он обнаружил, что Шэн Нуань давно уже ушла. Е Наньсюнь некоторое время молчал, прежде чем направиться к обочине, чтобы поймать такси.
Сев в машину, он назвал водителю район, где жила Шэн Нуань. Отвернувшись, водитель продолжал поглядывать на него в зеркало заднего вида.
Е Наньсюнь поднял голову и увидел, что круглолицый водитель усмехается: «Ты что, поссорился со своей девушкой?»
«Кстати, у меня действительно особая связь с вами обоими. В прошлый раз она отвезла тебя в больницу на моей машине. А сейчас она вызвала мою машину, чтобы добраться домой, и вот я снова вернулся за тобой...»
Е Наньсюнь был ошеломлён и, не мигая, уставился на него, спросив: «Отвёзла меня в больницу?»
Е Наньсюнь, слегка опешив, спросил водителя: «Отвезла меня в больницу?»
«Да, чуть больше месяца назад... Ты выглядел ошеломлённым, и девушка сказала, что тебя накачали наркотиками. Цк-цк, ты даже поцеловал девушку, за что получил пощечину, ха-ха. Вы, молодёжь, в последнее время совсем расхрабрились...»
Е Наньсюнь был в полном недоумении.
Через некоторое время он наконец решился и спросил водителя: «Вы уверены, что это была она? Вы не перепутали?»
Водитель усмехнулся: «Ну ты даёшь, парень. Ты даже не помнишь, с кем был? У той девушки были волосы почти как у блондинки, но не совсем. Её трудно было не узнать...»
Е Наньсюнь оцепенел.
Неужели это действительно была Шэн Нуань?
Неудивительно, что Шэн Мянь не отвечала тогда на его сообщения... Но потом она всё же согласилась принять оплату за его лечение!
Е Наньсюнь знал, что за человек Шэн Мянь, и почти сразу догадался, что та пытается что-то скрыть, не признаваясь и не отрицая!
Его сердце бешено колотилось...
Если это действительно была Шэн Нуань, почему она ничего не сказала?
В то время он был в бреду, и если она действительно просто издевалась над ним, то зачем было спасать его, когда он был не в себе?
Сразу после этого он вспомнил о том поцелуе, который на самом деле не был поцелуем, и о том, как у него помутился рассудок...
Так... он её поцеловал?
Даже после того, как Е Наньсюнь вышел из машины и расплатился, он всё ещё был в некотором замешательстве.
Он раздумывал, стоит ли звонить ей, и вдруг услышал удивлённый голос позади себя: «Е Наньсюнь?»
Шэн Нуань под предлогом того, что ей нужно что-то купить, разговорилась с владельцем круглосуточного магазина неподалёку, чтобы проверить записи с камер видеонаблюдения вчерашнего вечера. Однако угол обзора камеры был ограничен, и она ничего не нашла. Кто бы мог подумать, что, едва выйдя из магазина, она столкнётся с Е Наньсюнем?
Разве он не просто развернулся и ушёл?
Неужели он пришёл, чтобы свести счёты?
Шэн Нуань настороженно остановилась в нескольких шагах от него.
«Это ты в прошлый раз отвезла меня в больницу?» - тихо спросил Е Наньсюнь.
Шэн Нуань навострила уши... Откуда он узнал? Неужели он знает, что она дала ему две пощёчины?
Раз он спрашивает, значит, уже всё знает. Шэн Нуань поняла, что после недавнего скандала скрывать правду - не лучшая стратегия, поэтому, поколебавшись, сказала: «Ты меня укусил, вот я и ответила».
Сердце Е Наньсюня ёкнуло.
Это действительно была она.
Будущий злодей хранил молчание, заставляя Шэн Нуань нервничать. Но, видя, что он не уходит, она поняла, что это хороший шанс объясниться, и быстро заговорила: «То, что ты слышал, - это просто слова, которые я наговорила, когда у меня случались мозговые припадки. Я правда поняла, что поступила неправильно».
Она сказала: «Ты же не можешь просто приговорить меня к смерти за мои прошлые ошибки, верно? Это было бы несправедливо по отношению ко мне. Тебе так не кажется?»
Е Наньсюнь спокойно посмотрел на неё и спросил: «Значит, то, что ты сказала в больнице... было искренне?»
Шэн Нуань тут же подняла руку и поклялась: «Всё это правда. Я действительно хотела помочь тебе, убедиться, что с тобой всё в порядке, и сблизиться с тобой. Если я солгу, пусть я каждый год буду толстеть на десять килограммов и у меня появятся морщины на лице...»
Сердце Е Наньсюня бешено колотилось от её бесстыдных слов, но тут он услышал, что она начинает отклоняться от темы.
Он молча смотрел на неё глубокими и непроницаемыми глазами.
Шэн Нуань резко затормозила и неловко рассмеялась: «Это самая серьёзная клятва, которую я могу дать. Если ты всё ещё не веришь, то...»
«Я тебе верю» - вдруг сказал Е Наньсюнь.
Шэн Нуань была удивлена тем, как легко ей удалось выйти из ситуации, и её глаза засияли. Она радостно подошла к Е Наньсюню: «Ах, Е Наньсюнь, ты такой милый».
Застигнутый врасплох её словами, Е Наньсюнь на мгновение замер, а затем быстро отвёл взгляд, чувствуя, как к щекам приливает кровь. Он стиснул зубы и тихо произнёс: «Можешь хоть раз говорить серьёзно?»
Глаза Шэн Нуань были искренними: «Эти слова идут от самого сердца».
Е Наньсюнь отвернулся, не желая с ней разговаривать, но потом кое-что вспомнил.
«Почему ты раньше хотела пожить у меня?»
Шэн Нуань на мгновение опешила, а потом со смехом сказала: «Мама уехала в командировку, а я осталась дома одна и немного испугалась. Я просто так сказала, не воспринимай это всерьёз, ха-ха».
Е Наньсюнь оглядел окрестности и, помолчав, сказал: «Если у тебя дома никого нет, может, зайдёшь ко мне на ужин?»
Сказав это, он немного пожалел о своих словах.
Она, должно быть, уже поела и не была голодной. Неужели он сходит с ума...
Его охватывало замешательство, стоило лишь подумать о том, сколько времени Шэн Нуань была рядом, помогая ему, и о том нечётком поцелуе в момент его полубессознательного состояния.
В то время он думал, что это была Шэн Мянь, и намеренно вытеснил эти воспоминания в самые дальние уголки своей памяти, почти полностью их забыв.
Но теперь, когда он понял, что это была она, эти смутные воспоминания внезапно ожили.
Е Наньсюнь слегка кашлянул, собираясь сказать, что ничего страшного, если она не хочет идти. Но тут он услышал, как Шэн Нуань весело ответила: «Конечно, с удовольствием».
Они вышли на дорогу, поймали такси и направились прямо к дому Е Наньсюня.
Е Вань ещё не до конца восстановилась и, естественно, не могла готовить. Придя в дом Е, Шэн Нуань сначала вежливо поздоровалась с Е Вань, обменялась с ней парой любезностей, а затем направилась на кухню, чтобы предложить свою помощь... хотя это был всего лишь вежливый жест.
Е Наньсюнь не нуждался в её помощи: он ловко готовил рис на пару, нарезал овощи и обжаривал их... и всё это с удивительной лёгкостью.
Шэн Нуань с восхищением наблюдала за ним и искренне похвалила: «Ты и правда мастер на все руки...»
Е Наньсюнь бросил на неё ошеломлённый взгляд.
После ужина, когда Е Наньсюнь мыл посуду, он спросил Шэн Нуань, стоявшую рядом и пытающуюся ему помочь: «Если ты действительно боишься и не против, что у меня тесно, то...»
Шэн Нуань быстро замотала головой: «Забудь, я просто пошутила. Мне неловко оставаться у кого-то дома».
На этом Е Наньсюнь замолчал.
Когда ей пришло время уходить, Е Наньсюнь проводил её до такси и развернулся, чтобы уйти, только когда машина отъехала.
В этот момент Шэн Нуань получила уведомление от службы поддержки о том, что возле её дома ждут люди.
У Шэн Нуань мурашки побежали по коже, и она уже собиралась попросить водителя свернуть к полицейскому участку, но не успела она и слова сказать, как служба поддержки снова предупредила: водитель машины, в которой она ехала, был в сговоре с этой группой людей.
Он намеренно ждал её.
Шэн Нуань чуть не выругалась вслух: «В следующий раз подожди, пока я умру, и только потом можешь приезжать за моим телом».
Служба поддержки обиженно ответила: «Покрытие сети ограничено...»
Не обращая внимания на этого товарища по команде-свинью*, Шэн Нуань притворилась, что ничего не происходит, пока они были в центре города.
*Товарищ-свинья - сленговое выражение, обозначающее ненадежного члена команды.
«Эй, хозяин, пожалуйста, остановись. Я хочу купить жареных каштанов».
На улице торговали жареными каштанами.
Глаза водителя вспыхнули от раздражения, но он не мог отказаться. Ему оставалось только молча съехать на обочину.
Шэн Нуань вышла из машины с неизменным выражением лица и направилась к торговцу жареными каштанами. Сделав несколько шагов, она вдруг бросилась бежать.
Водитель выругался про себя, не утруждаясь размышлениями о том, чем он себя выдал, и быстро сообщил о случившемся своим сообщникам.
Вскоре за Шэн Нуань появилось несколько человек, кто-то ближе, кто-то дальше, и все они незаметно направились в ту сторону, куда она убежала...
Шэн Нуань быстро шла по людной улице, лихорадочно соображая, что делать. Она достала телефон, чтобы позвонить в полицию. Но тут она поняла, что преследователи пока не показываются и, если она позвонит, они, скорее всего, отступят.
Пока она ломала голову над решением, перед ней внезапно появилась какая-то фигура.
«Похоже, у тебя проблемы...»
Шэн Нуань подняла глаза и увидела Шан Юэ, стоявшего перед ней с ленивой улыбкой на лице.
Она инстинктивно оглянулась.
«Они ещё не ушли», - спокойно сказал Шан Юэ, - «Не хочешь укрыться у меня? Считай это платой за твою помощь в прошлый раз».
Шэн Нуань на мгновение замялась, потом кивнула: «Хорошо...»
Она последовала за Шан Юэ к его машине. Преследователи не отставали и пытались догнать её, но вскоре несколько машин на дороге помешали им, и они потеряли Шэн Нуань из виду.
Шан Юэ жил в охраняемом жилом комплексе. Приведя Шэн Нуань на виллу в глубине комплекса, он улыбнулся и сказал: «Я редко сюда приезжаю, так что можешь не стесняться. Здесь гораздо безопаснее, чем где бы то ни было».
Шэн Нуань вздохнула с облегчением и поблагодарила его.
Шан Юэ не торопился. Вручив ей бутылку воды, он сел на диван и спросил: «Кто эти люди, которые следят за тобой?»
Шэн Нуань посмотрела на него.
«Разве ты не знаешь?»
Шан Юэ усмехнулся: «Да, знаю».
Он перестал притворяться и щёлкнул языком: «Лесли Норман уже в коме, а его законная наследница, Шэн Линшань, вернулась в страну Ү, так почему же Стивен до сих пор зациклен на тебе?»
Стивен был дядей Шэн Нуань и соперничал с Лесли за власть.
Шэн Нуань усмехнулась: «Это показывает, что сам Стивен не в лучшем положении».
Шан Юэ приподнял брови, в его глазах мелькнула восхищённая улыбка.
Шэн Нуань была права. В первоначальном сюжете после несчастного случая с Лесли Шэн Нуань не подвергалась особой опасности, потому что Лесли уже было не спасти. Стивен был уверен, что всё под его контролем, и не видел смысла нападать на одинокую девушку в тихой стране.
Но на этот раз, благодаря её предупреждению, Лесли был готов. Несмотря на то, что сейчас он в коме, от множества подготовленных им на случай непредвиденных обстоятельств планов у Стивена голова пошла кругом, поэтому он переключил своё внимание на Шэн Нуань в другой стране... что на самом деле было немного безумно.
«Я могу предложить только ту помощь, которая в моих силах», - сказал Шан Юэ с улыбкой, но его взгляд оставался холодным и расчётливым. - «Если люди твоего дяди придут, я не стану вступать с ними в открытую схватку ради тебя».
Он добавил: «Я никогда не делаю ничего себе в убыток».
Шэн Нуань ухмыльнулась: «А еще потому, что ты сейчас также сам борешься со своими проблемами, верно?»
Шан Юэ слегка опешил, но потом улыбнулся...
Шэн Нуань попала в точку. Его старший брат-идиот впал в отчаяние после того, как его союзник Лесли попал в аварию, и в последнее время вёл себя очень странно. Шан Юэ приходилось совмещать собственные планы с делами этого идиота, из-за чего он был немного перегружен.
Но пройдет совсем немного времени, и он покончит со всем этим... этот идиот окажется там, где ему самое место.
Через мгновение Шан Юэ встал и ушёл.
На следующий день Шэн Нуань позвонила своей учительнице, чтобы взять больничный, и не забыла сообщить об этом своему «парню», сказав, что остановилась в отеле и не вернётся домой, чтобы Е Наньсюнь не искал её.
В течение следующих нескольких дней Шэн Нуань вообще не выходила из дома и заказывала еду на дом. Однако на четвёртый день пребывания на вилле Шан Юэ её банковская карта была заблокирована.
К счастью, она подготовилась и положила несколько тысяч юаней на свой аккаунт в WeChat, а также сняла немного наличных.
Заблокированный аккаунт указывал на то, что дела у Лесли в стране Y идут не очень хорошо... Служба поддержки могла предоставить только поверхностную информацию, ничего полезного. Не имея других вариантов, Шэн Нуань продолжала отсиживаться в укрытии.
После недели вынужденного затворничества Шэн Нуань начала сходить с ума от скуки. И тут ей написал Е Наньсюнь и пригласил на ужин в дом семьи Е.
Шэн Нуань связалась со службой поддержки и узнала, что преследователи временно отступили. Немного поколебавшись, она согласилась и с помощью телефона, оставленного Шан Юэ, вызвала такси, чтобы спуститься вниз.
Такси довезло её до въезда в район, где жила семья Е. Шэн Нуань вышла из машины и вошла, одетая в плотную одежду и бейсболку.
Ей казалось, что она сойдёт с ума, если не выйдет из этого дома...
Она думала, что это будет обычный ужин в доме семьи Е, но, постучавшись и войдя, была ошеломлена, увидев в тускло освещенной комнате с задёрнутыми шторами праздничный торт со свечами.
Внезапно она осознала, что сегодня день рождения настоящей Шэн Нуань.
Е Наньсюнь выглядел смущённым, но, когда Е Вань подтолкнула его, он присоединился к пению и поздравил её с днём рождения... Когда зажёгся свет, Шэн Нуань вернулась в реальность, испытывая смешанные чувства.
«Нуань Нуань, А Нань сказал, что твоя мама в командировке, а ты дома одна и плохо себя чувствуешь. Поэтому я решила устроить тебе вечеринку в честь дня рождения. Надеюсь, ты не против», - сказала Е Вань. Е Вань хотела поблагодарить Шэн Нуань за помощь её семье, и ей стало немного жаль, что Шэн Нуань, эта маленькая девочка, будет праздновать свой день рождения в одиночестве.
Е Наньсюнь смутился, но подошёл к ней и протянул цветок: «С днём рождения».
«Всего один? Ты такой скупой», - поддразнила его Шэн Нуань.
Е Наньсюнь приподнял бровь: «Это последний цветок из сада».
Шэн Нуань фыркнула: «Ты сорвал его на обочине?»
Е Наньсюнь слегка скривил губы...
Шэн Нуань надула губы, но тихо поблагодарила его, и в то же время не могла отделаться от чувства вины.
Это был самый простой день рождения в её прошлой и нынешней жизни... но в то же время самый душевный.
Она знала, что Е Наньсюнь и его мать благодарны ей за помощь, но они не знали, что она просто выполняла свою работу, не вкладывая особых эмоций. Из-за этого она чувствовала себя немного виноватой...
Съев торт и поужинав, Шэн Нуань не стала задерживаться. Она покинула дом семьи Е и вернулась на виллу Шан Юэ. Но как только она вернулась, в доме семьи Е что-то произошло.
Е Наньсюнь закончил уборку на кухне и вышел в коридор. Он увидел, что его мать сидит в инвалидном кресле, склонив голову, а из носа у неё течёт кровь...
Его лицо побледнело, когда он дрожащими руками взял телефон и набрал 120*...
*120 - номер скорой помощи в Китае.
.......
На следующий день Е Наньсюнь вышел из больницы и в одиночестве отправился на подземную боксёрскую арену.
В ушах у него эхом отдавался беспомощный вздох врача...
«Второе кровоизлияние, плюс внутричерепная инфекция. Нам нужно сделать еще одну трепанацию черепа, но... Вам следует хорошенько подумать...»
По словам врача, учитывая повторное кровоизлияние и внутричерепную инфекцию у его матери, даже если бы ей сделали еще одну трепанацию черепа, прогноз был бы не очень благоприятным.
Вторая трепанация черепа была сопряжена с высокими рисками, стоила дорого и имела неблагоприятный прогноз. Но если бы вторую операцию не провели, его мать долго бы не протянула... поэтому врач посоветовал ему хорошенько всё обдумать.
Несмотря ни на что, Е Наньсюнь не бросит свою мать.
Когда он был ребёнком, мать всегда брала его на руки и никогда не думала о том, чтобы от него отказаться, как бы тяжело ей ни было, даже если бы ей пришлось прожить в одиночестве всю жизнь. Так как же он мог бросить собственную мать...
Когда Е Наньсюнь пришёл в бойцовский клуб, он не увидел сестру Линь, поэтому зарегистрировался и направился в раздевалку, чтобы переодеться и подготовиться.
Но когда он подошёл к раздевалке, кто-то преградил ему путь.
Это был один из тех, кто часто устраивал в клубе азартные игры...
Мужчина бросил две пачки денег к ногам Е Наньсюня: «Сегодня действуй по плану мистера Юня. После боя получишь ещё тридцать тысяч».
Е Наньсюнь замешкался, а затем медленно посмотрел на две стопки денег...
Когда Шэн Нуань узнала о случившемся с Е Наньсюнем, было уже десять часов вечера.
От службы поддержки она узнала, что Е Наньсюнь был задержан владельцем подпольного боксёрского ринга, жестоко избит, а после выяснилось, что у его матери случился рецидив болезни.
Из‑за базового уровня обслуживания клиентов и ограниченного трафика у неё не оставалось времени на другие задачи - всё ушло на мониторинг системы безопасности для предотвращения засад. Лишь позже Шэн Нуань вспомнила о Е Наньсюне и, наведя справки, узнала о его затруднительном положении.
Чтобы собрать деньги на операцию для своей матери, Е Наньсюнь участвовал в подставных боях на деньги, но был пойман владельцем боксёрского ринга и задержан на месте.
В такой «серой зоне» задержанный либо погибнет, либо останется полуживым.
Шэн Нуань на мгновение замешкалась... В конце концов, это не имело к ней никакого отношения. Даже если бы с Е Наньсюнем что-то случилось, её это не касалось бы.
Сейчас они неплохо ладили, и даже если в будущем она окажется в такой же ситуации, как и изначальная хозяйка тела, Е Наньсюнь, возможно, не станет ей помогать, но и не причинит вреда. Так зачем рисковать, спасая его?
Но, вспомнив о вчерашнем дне, когда мать и сын из семьи Е праздновали её день рождения, Шэн Нуань наконец выругалась, взяла пистолет, который оставил ей Свэт, и вышла из дома...
На складе за подземным боксёрским рингом Е Наньсюнь был прикован наручниками к стене, всё его тело было покрыто кровью. Рана на лбу сильно кровоточила, из-за чего он плохо видел.
Сестра Линь вернулась в спешке и выглядела расстроенной. Она беспомощно взглянула на Е Наньсюня, а затем тихо обратилась к отцу: «Папа, А Нань здесь, чтобы спасти свою мать. Пожалуйста, на этот раз отпусти его».
Босс Чжао, потягивая сигару, неторопливо ответил: «Отпустить его? Я бы с радостью, но он не должен был нарушать здешние правила... В нашей работе правила превыше всего!»
Увидев, что здоровяк рядом с ней снова замахнулся кнутом, сестра Линь поспешно сказала: «Папа, но А Нань другой. Он один из нас. Папа... Раз уж А Нань встречается со мной, пожалуйста, пощади его. Умоляю тебя, папа».
Босс Чжао замер с сигарой в руке и нахмурился.
«Е Наньсюнь...» - спросил босс Чжао, - «Правда ли то, что сказала сестра Линь?»
Сестра Линь быстро повысила голос: «А Нань, скажи».
Е Наньсюнь медленно поднял голову...
Его лицо было всё в крови, нос в синяках, щёки опухли, но он понимал, о чём говорят отец и дочь... Если он будет слушаться сестру Линь, то сегодня сможет уйти невредимым. Однако...
Е Наньсюнь начал сильно кашлять. Когда кашель утих, он медленно произнёс хриплым голосом: «Спасибо сестре Линь за её доброту».
Сестра Линь откинулась на спинку дивана, на её лице читались беспомощность и разочарование.
Он скорее рискнул бы половиной своей жизни, чем остался бы с ней... Неужели она была настолько невыносима?
Разозлившись и смутившись, сестра Линь стиснула зубы и замолчала, отвернувшись.
Босс Чжао улыбнулся: «Что ж, у тебя ещё остались принципы... Ладно, учитывая, что в прошлом ты был со мной связан, сегодня я позволю тебе сохранить один палец. Не волнуйся, я не возьму их просто так. Один палец за пятьдесят тысяч, и я верну тебе деньги, которые Джин Дафа дал тебе за фальшивые удары».
С этими словами босс Чжао махнул рукой, и к Е Наньсюню подошёл кто-то с кинжалом...
В глазах сестры Линь отразилось сострадание, но в конце концов она промолчала.
В этот момент снаружи раздался шум, и кто-то вошёл: «Босс Чжао, тут кто-то пришёл выкупить Е Наньсюня».
Босс Чжао поднял брови, а сестра Линь на мгновение опешила.
Е Наньсюнь, который висел на крюке, немного был ошеломлён. Но догадавшись, что происходит, он быстро поднял голову. В следующее мгновение он увидел стройную девушку, которую вели несколько здоровенных мужчин.
На девушке было плюшевое пальто, и выглядела она хрупкой и утончённой. Войдя, она взглянула на Е Наньсюня и увидела, что он весь в синяках. Она слегка нахмурилась, а затем посмотрела на босса Чжао, сидевшего наверху.
«Здравствуйте, я слышала, что Е Наньсюнь устроил здесь беспорядок. Я пришла, чтобы извиниться за него и выкупить его».
Как только сестра Линь увидела девушку, она сразу всё поняла и инстинктивно посмотрела на Е Наньсюня. Она увидела, что Е Наньсюнь, который не дрогнул до этого ни разу, наконец изменился в лице. В его глазах читались тревога и лёгкая враждебность.
Эта девушка была ему очень дорога.
Сестра Линь почувствовала, как по спине пробежал холодок, и без выражения на лице села обратно.
Босс Чжао рассмеялся: «Девчонка... и ты смеешь стоять здесь и разговаривать со мной».
Как только босс Чжао закончил говорить, здоровяк за спиной у Шэн Нуань с силой ударил её ногой в спину, повалив на землю.
Е Наньсюнь начал яростно сопротивляться, стиснув зубы и крича: «Не трогай её!»
Шэн Нуань не ожидала такого удара. Она выругалась про себя, встала, развернулась и выстрелила.
Громила, который её ударил, получил пулю в бедро. Он закричал, упал на землю и откатился в сторону.
В одно мгновение все вокруг оцепенели, а лицо босса Чжао исказилось от ужаса, и он вскочил на ноги.
Стоявший рядом с ним телохранитель выхватил пистолет и встал перед ним...
Шэн Нуань и так не отличалась добротой, но учитывая, что ей нужно было кого-то спасти, она сдержалась и не выстрелила ещё раз в мужчину, который её пнул. При этом меткости, унаследованной из памяти изначальной хозяйки тела, её лично обучал Лесли Норман.
Убедившись, что нога мужчины раздроблена, Шэн Нуань медленно повернулась к боссу Чжао и с усмешкой сказала: «Босс Чжао, кажется, вы не очень-то вежливы».
Сестра Линь была в шоке, всё её тело напряглось.
Босс Чжао уже кое-что понял... Девушка напротив, с её меткостью и уверенными движениями при стрельбе, явно не была обычным человеком.
Он прищурился и усмехнулся: «А вы с характером, юная леди».
Шэн Нуань усмехнулась в ответ: «А не вы ли начали?»
Действительно, чем старше становишься, тем бесстыднее себя ведёшь.
Босс Чжао не стал спорить, а вместо этого спросил: «Не знаю, что за божество ты такое, но что привело тебя на мою маленькую территорию?»
Шэн Нуань нахмурилась: «Ты что, выжил из ума? Я же сказала, что пришла, чтобы кое-кого выкупить. Я собиралась вести себя вежливо, но ты сам проявляешь полное неуважение по отношению к старшему, так теперь ещё и пытаешься меня допросить?»
Чем более возмутительными и дерзкими становились слова и поступки Шэн Нуань, тем осторожнее становился босс Чжао. Он долго смотрел на неё, а потом спросил низким голосом: «Просто чтобы кого-то выкупить?»
Шэн Нуань убрала пистолет, достала из сумки несколько пачек денег и бросила их на землю: «Твой человек пнул меня, и я его покалечила. Е Наньсюнь нарушил твои правила, и я за него заплатила. На этом всё, как тебе такое?»
Босс Чжао спокойно посмотрел на неё, а затем улыбнулся: «Эта малышка такая смелая. Интересно, сможем ли мы стать друзьями?»
«Ты недостоин!»
Шэн Нуань холодно ответила: «Хватит болтать. Отпусти его».
Сестра Линь встала: «Как ты можешь так говорить?»
Шэн Нуань посмотрела на неё с полуулыбкой: «Я не хочу создавать проблемы, так что и тебе советую не делать этого. Знай своё место и не провоцируй тех, кого не следует».
Сестра Линь, разъярённая и раскрасневшаяся, хотела сказать что-то ещё, но её остановил тихий оклик отца.
Босс Чжао поднял руку, и кто-то опустил Е Наньсюня на землю.
Шэн Нуань подошла, чтобы поддержать его. Е Наньсюнь пристально посмотрел на неё, его губы сжались в тонкую линию.
«Пойдём. Поговорим, когда вернёмся».
Шэн Нуань даже не оглянулась на босса Чжао и его людей. Она поддержала Е Наньсюня и развернулась, чтобы уйти, повернувшись к ним спиной, словно была уверена, что они не посмеют ничего предпринять.
Когда они ушли, сестра Линь в гневе топнула ногой: «Папа, ты вот так просто её отпустишь?»
Лицо босса Чжао слегка помрачнело, когда он глубоко вздохнул: «А Линь, сегодняшний успех твоего отца зависит от его острого зрения».
Сестра Линь была ошеломлена, нахмурившись в замешательстве: «Но она всего лишь маленькая девочка».
Прежде чем она успела закончить, её перебил отец: «Ты когда-нибудь видела маленькую девочку с такими навыками стрельбы и храбростью? Она даже не моргнула, когда выстрелила».
Выражение лица босса Чжао стало серьёзным: «Так не выглядит человек, который стреляет в первый раз».
Сестра Линь замерла...
Несмотря на то, что босс Чжао занимается сомнительными делишками, в таких условиях ему приходится быть предельно осторожным. Сестра Линь, хоть и считалась королевой преступного мира, никогда даже не прикасалась к оружию.
Она не могла себе представить, в какой среде росла эта девочка...
Шэн Нуань отвезла Е Наньсюня в ближайшую больницу, чтобы осмотреть его раны.
Хотя повреждения на его теле выглядели пугающе, но, к счастью, ни одно не затронуло мышцы или кости.
Выйдя из больницы, они сели на пустую скамейку в парке. Шэн Нуань глубоко вздохнула и усмехнулась: «Боже, я чуть не умерла от страха. Повезло, что они блефовали».
Е Наньсюнь ничего не ответил и молча повернул голову, чтобы посмотреть на неё.
Шэн Нуань почувствовала себя немного неуютно под его пристальным взглядом и спросила: «Что такое?»
Е Наньсюнь сжал губы и тихо сказал: «Ты не боишься?»
«Боюсь?»
Шэн Нуань озорно ухмыльнулась: «У меня есть пистолет, чего тут бояться?»
Е Наньсюнь спокойно ответил: «У них тоже есть оружие».
Шэн Нуань рассмеялась: «Мне хватает смелости стрелять, но осмелятся ли они?»
Е Наньсюнь замолчал...
Он знал, что Шэн Нуань пытается его утешить. В конце концов, нет ничего абсолютного. Это была чужая территория, и она пришла одна, уже готовая к худшему.
Впервые в жизни кто-то, кроме его матери, рискнул собой, чтобы спасти его.
Он тихо спросил: «У тебя всё ещё болит спина?»
Прежде он об этом не говорил, но в момент, когда затронул эту тему, Шэн Нуань ощутила внезапную боль в спине. Пошевелившись, она поморщилась: «Я повредила ему только одну ногу. Он ещё легко отделался».
Нежные черты лица девушки, особенно её невинные и чистые глаза, придавали ей одновременно милый и свирепый вид, когда она говорила так резко.
Ресницы Е Наньсюня слегка дрогнули, и он медленно опустил взгляд, переключив внимание на что-то другое.
Шэн Нуань вдруг кое-что вспомнила, и выражение её лица стало серьёзным: «Что с тобой произошло? Ты вляпался в неприятности и даже не сказал мне? Ты пошёл в такое место, чтобы навлечь на себя проблемы? Неужели твоя жизнь ничего не стоит?»
Е Наньсюнь почти машинально спросил: «А она что-то стоит?»
Шэн Нуань опешила: «Конечно, стоит. Для меня она очень ценна».
Если бы она не боялась вызвать подозрения, то с радостью потратила бы целое состояние, чтобы заключить с ним договор о рабстве... Боже, неужели тогда в будущем всё имущество Е Наньсюня станет её собственностью?
Подождите, я отклонилась от темы.
Шэн Нуань прищёлкнула языком и, притворившись легкомысленной, подняла руку, чтобы поддеть Е Наньсюня за подбородок: «Ты думаешь, я теперь ненадежная? Или ты решил порвать со мной после того, как использовал меня, и больше не иметь со мной ничего общего?»
Е Наньсюнь покачал головой: «Нет».
После минутного молчания он спросил: «У тебя дома что-то случилось?»
Шэн Нуань опешила.
Е Наньсюнь продолжил: «Я заходил к тебе домой, но там никого не было... Ты не болела, но взяла больничный».
Шэн Нуань мысленно выругалась.
Вот она, проницательность будущего большого босса.
Она махнула рукой: «Не волнуйся, к тебе это никакого отношения не имеет... Или ты думаешь, что у меня дома что-то не так, и из-за этого считаешь меня ненадёжной?»
Е Наньсюнь покачал головой.
«Тогда забудь об этом. Тебе нелегко было завязать отношения с богатой девушкой, так почему бы не воспользоваться моментом? Не волнуйся, у меня есть деньги».
Е Наньсюнь молча и спокойно наблюдал за ней.
Е Наньсюнь был ранен и нуждался в отдыхе. Поскольку было уже поздно, и служба поддержки заверила Шэн Нуань, что они в безопасности, Шэн Нуань вернулась в дом Е вместе с Е Наньсюнем и осталась там на ночь.
В комнате, где остановилась Шэн Нуань, Е Наньсюнь сменил постельное белье на чистое, а сам устроился в комнате матери.
На следующее утро, когда Шэн Нуань проснулась, Е Наньсюнь уже уехал в больницу. Он оставил на обеденном столе записку, в которой говорилось, что завтрак в кастрюле.
Шэн Нуань быстро умылась, наспех позавтракала и вернулась на виллу Шан Юэ. Забрав ключ от сейфа, она сразу же отправилась в банк.
В маленьком сейфе хранилось много драгоценностей. Она осмотрела его содержимое и достала ожерелье... На самом деле операция для матери Е Наньсюня обошлась бы не так уж дорого, максимум в сто тысяч.
Но для Е Наньсюня сто тысяч были астрономической суммой.
Забрав ожерелье, она нашла в телефоне торговую биржу, зашла туда и продала украшение.
Сумма, вырученная от продажи, была на несколько десятков тысяч меньше, чем при покупке. Шэн Нуань знала, что так и будет, поэтому не стала слишком переживать из-за этого.
Однако, когда она выходила с биржи, её внезапно охватило оцепенение.
На другой стороне улицы стоял Е Наньсюнь с синяками на лице и повязкой на лбу. Не обращая внимания на удивленные взгляды прохожих, он молча наблюдал за Шэн Нуань.
Его взгляд был очень глубоким, Шэн Нуань почувствовала себя немного неловко и не знала, что сказать.
Затем она увидела, как Е Наньсюнь подходит и останавливается перед ней.
«Так вот что ты называешь деньгами?»
Голос молодого человека был хриплым, с едва заметной, но ощутимой дрожью.
Шэн Нуань усмехнулась: «Разве это не деньги в виде драгоценностей? Они гораздо ценнее наличных. Кроме того, я...»
Не успела она договорить, как Е Наньсюнь неожиданно притянул её к себе. Шэн Нуань немного опешила, но, увидев выражение лица Е Наньсюня, догадалась, что он чувствует себя виноватым. Она спокойно похлопала его по спине, чтобы успокоить, и сказала: «У меня ещё много денег, хватит с лихвой. Не волнуйся».
Пока она говорила, Е Наньсюнь обнял её ещё крепче...
Покинув биржу, Е Наньсюнь вернулся в больницу, а Шэн Нуань нашла предлог, чтобы уйти от него.
Она переживала, что будет делать, если те, кто следил за ней, придут в больницу... Хотя вероятность этого была невелика, лучше перестраховаться.
Вернувшись на виллу Шан Юэ, Шэн Нуань немного удивилась, увидев там раненого Шан Юэ.
Увидев, что она вернулась, Шан Юэ без колебаний надел пальто: «Тебе лучше найти другое место для ночлега. Здесь небезопасно».
Служба поддержки сообщила Шэн Нуань, что люди, охотящиеся за Шан Юэ, уже близко... Шан Юэ загнал своего брата в угол, и тот обезумел от желания убить его любой ценой.
Сегодня вечером они сделают шаг.
В то же время служба поддержки сообщила Шэн Нуань, что за ней тоже следят.
Оставаться здесь было опасно, но и уезжать было тоже не лучше... Шэн Нуань использовала свой небольшой опыт в разрешении семейных конфликтов, чтобы придумать план. Через мгновение ей в голову пришла одна мысль.
Она сказала Шан Юэ: «У меня есть идея».
Шан Юэ приподнял бровь: «Да?»
Шэн Нуань поделилась своей идеей с Шан Юэ. Шан Юэ на мгновение замолчал, а потом ему стало немного смешно: «Что это за план? Ты что, готова действовать безрассудно, лишь бы избежать неприятностей?»
Шэн Нуань закатила глаза: «Если ты не хочешь расставаться с ребёнком, то не поймаешь волка*. Это и называется решительными действиями!»
*Если ты не хочешь расставаться с ребёнком, то не поймаешь волка - если ты не готов идти на жертвы, то не сможешь достичь своих целей.
Шан Юэ не смог сдержать смех: «Решительные действия? Ты действительно умеешь льстить себе».
«Просто скажи, ты будешь это делать или нет?»
Шан Юэ посмотрел на неё, мгновение поколебался, затем кивнул: «Хорошо... но если ситуация станет критической, я, возможно, не смогу спасти тебя».
Шэн Нуань пожала плечами: «Я тоже на тебя не рассчитываю. Будем надеяться на лучшее».
Шан Юэ с любопытством посмотрел на неё: «Ты неплохо говоришь по-китайски, даже используешь идиомы...»
Шэн Нуань молча посмотрела на него и пошла в свою комнату.
Вскоре наступила ночь...
Этот район вилл - элитный жилой квартал с разбросанными тут и там виллами и высоким уровнем безопасности. Однако даже самая надежная охрана не остановит профессионалов.
Несколько мужчин в чёрных костюмах окружили виллу, легко обойдя систему безопасности. Один из них без труда открыл окно и залез в спальню Шэн Нуань. В следующее мгновение девушка резко села на кровати.
Мужчина в чёрном низким голосом произнёс: «Мисс Норман, мистер Стивен просит вас вернуться домой».
«Дядя Стивен меня не обидит. Он даже брал меня на руки, когда я была маленькой».
В глазах девушки читалось беспокойство, но она явно старалась сохранять самообладание.
Мужчина в чёрном холодно ответил: «Мистер Стивен действительно не хочет причинять вам вред, но это страна Н. Чтобы благополучно доставить вас домой, нам, возможно, придётся предпринять некоторые действия, которые в случае необходимости могут вам навредить».
Шэн Нуань поджала губы: «Я хочу поговорить с дядей Стивеном...»
«Сэр очень занят. Мисс Норман, пожалуйста, пройдите сюда».
Увидев сообщение от службы поддержки о том, что за Шан Юэ тоже уже приехали, Шэн Нуань изменилась в лице.
Она спросила: «А что, если я откажусь сотрудничать?»
Мужчина в чёрном вышел вперёд с пистолетом в руке: «Тогда, боюсь, мне, придется принять некоторые необходимые меры...»
Внезапно снаружи раздался выстрел, звук пули с глушителем, попавшей в стену.
Выражение лица мужчины в чёрном костюме тут же изменилось. Молодая девушка, стоявшая перед ним, холодно улыбнулась и сказала: «Думаешь, я так долго с тобой разговаривала просто так? Люди семьи Филд уже здесь, так что тебе лучше уйти...»
В одно мгновение противники начали перестрелку.
Те, кто был в доме, думали, что злоумышленники пытаются помешать им увезти мисс Норман, а те, кто был снаружи, считали, что дом - это ловушка, расставленная Шан Юэ.
Воспользовавшись суматохой, Шэн Нуань быстро пригнулась и выскочила из комнаты с пистолетом в руке, пытаясь найти возможность сбежать. Она не беспокоилась о Шан Юэ и быстро поднялась на второй этаж, спрятавшись в углу у окна.
Она ждала удобного случая, чтобы сбежать... Пока её не обнаружат, эти люди наверняка не посмеют показаться снова.
В этот момент она вдруг услышала, как где-то рядом открылась дверь.
«Прости, босс, я не хотел тебя предавать... Просто Барон предложил слишком много».
Шэн Нуань сжалась в комок в тени за горшком с растением. Она была совсем маленькой, и люди перед ней её не заметили.
Неподалеку от неё мужчина, похожий на телохранителя, держал Шан Юэ под прицелом: «Я не хочу причинять тебе вред. Пожалуйста, пойдём со мной».
Выражение лица Шан Юэ было невозмутимым, он не выказывал ни малейшего беспокойства: «Идти с тобой - это тупик, не так ли?»
Мужчина больше ничего не сказал, только приставил пистолет к голове Шан Юэ, заставляя его спускаться по лестнице.
Они направились к лестнице, ведущей из близлежащей зоны... Шэн Нуань не шевелилась, не собираясь приходить ему на помощь.
Шан Юэ мог бы её понять. Если бы в опасности оказалась она, он бы тоже её не спас. Они были сделаны из одного теста.
Как раз в тот момент, когда Шэн Нуань собиралась дождаться, пока мужчина спустит Шан Юэ вниз, чтобы сбежать со второго этажа, ей пришло сообщение от службы поддержки: люди Шан Юэ уже приехали.
Значит, у него уже был запасной план... Она чуть не забыла, что по первоначальному сюжету семья Филд попала в его руки.
В этот момент Шэн Нуань замешкалась.
Уйти вот так было бы не так уж сложно, но если бы она пришла на помощь в этот момент... то, возможно, в ответ на эту услугу Шан Юэ, возглавивший семью Филд, помог бы Лесли?
В этот момент мужчина, державший Шан Юэ, выстрелил и попал ему в ногу. С напряжённым, но зловещим выражением лица он сказал: «Босс, пожалуйста, не сопротивляйтесь. Я правда не хочу причинять вам боль».
Шан Юэ упал на пол, прислонившись к стене, и криво усмехнулся: «Можешь просто убить меня».
Выражение лица мужчины несколько раз менялось, рука, державшая пистолет, слегка дрожала, но он всё равно не решался сделать что-то ещё.
В этот момент Шэн Нуань внезапно вскочила и выстрелила из-за горшка с растением...
С громким хлопком её пистолет, на котором не было глушителя, выстрелил в руку телохранителя, и тот выронил оружие.
Шан Юэ среагировал быстро: он схватил пистолет и, не моргнув глазом, нажал на спусковой крючок.
Мужчина рухнул на землю, а Шэн Нуань на мгновение застыла.
Она стреляла, ориентируясь на воспоминания о тренировках, которые были у изначальной хозяйки... Она впервые стала свидетельницей убийства вблизи.
Её лицо побледнело. Шэн Нуань стиснула зубы и, ничего не говоря, помогла Шан Юэ подняться: «Пойдём скорее».
Она старалась не смотреть на лежащее рядом тело и, взяв себя в руки, помогла Шан Юэ спрятаться наверху...
Шан Юэ на мгновение удивлённо посмотрел на неё.
Он не ожидал, что Шэн Нуань вмешается, зная, что она тоже в опасности.
Когда молодая девушка потащила его наверх, Шан Юэ инстинктивно повернул голову и увидел её бледное лицо. Она старательно избегала смотреть на труп... Она была напугана.
И всё же она сделала шаг вперёд.
В сердце Шан Юэ возникло странное чувство. Сначала он хотел что-то сказать, но в итоге промолчал, позволив Шэн Нуань поддержать его, пока они прятались в комнате.
Шэн Нуань заперла дверь, открыла окно и осторожно выглянула на улицу, прежде чем обернуться к Шан Юэ: «Ты сможешь спуститься?»
Шан Юэ взглянул на свою раненую ногу.
Не прошло и минуты, как под его ногами образовалась лужа крови.
Шэн Нуань поджала губы, подошла к нему, схватила лежавшую рядом скатерть и быстро перевязала ему ногу поясом от халата, чтобы остановить кровотечение.
Шан Юэ молча наблюдал за ней спокойным взглядом.
В этот момент на втором этаже раздались тяжёлые шаги... Шэн Нуань вскочила на ноги и обеими руками направила пистолет на дверь, прикрывая собой Шан Юэ.
Шан Юэ медленно поднял глаза и увидел перед собой девушку. Она была напряжена, и её пальцы, сжимавшие пистолет, побелели. Она явно была напугана, но всё равно решительно стояла перед ним.
Раздался щелчок, и дверной замок снаружи был взломан... Внутрь быстро вошла группа людей.
Шэн Нуань знала, что это люди Шан Юэ, но не могла не вздрогнуть от исходящего от них подавляющего желания убивать. Она инстинктивно отступила на шаг... и тут же столкнулась с Шан Юэ.
Незаметно обхватив рукой тонкую талию девушки, Шан Юэ потянулся к её пистолету и сказал: «Не бойся. Это мои люди».
Шэн Нуань внезапно вернулась к реальности...
На вилле быстро навели порядок, а врач занялся огнестрельным ранением Шан Юэ. Мужчина в чёрном костюме тихо извинился: «Простите, босс. Я не знал, что он предатель».
Оратор был напряжён и сильно вспотел, уже готовясь к тому, что может потерять половину своей жизни, если не всю... Он знал, что за человек его начальник.
Он казался утончённым и красивым, но на самом деле был самым безжалостным и жестоким.
Если бы не эти качества, он бы не добился того, что имеет сейчас, пройдя через все подводные камни семьи Филд.
Как раз в тот момент, когда телохранителя охватило отчаяние, он внезапно услышал спокойный голос Шан Юэ: «Понял. Теперь ты можешь идти».
Мужчина быстро поднял глаза, не веря своим ушам, и только потом понял, что его босс стоит рядом и смотрит на девушку в другом конце комнаты, закутанную в халат.
Девушка, хоть и красивая, и утончённая, выглядела бледной и необычайно хрупкой, вызывая инстинктивное желание её защитить.
Телохранитель понял, что ему только что повезло, и не осмелился ничего сказать. Он ушёл вместе с врачом, который обрабатывал рану, и другими телохранителями, не забыв закрыть за собой дверь.
Шэн Нуань погрузилась в свои мысли, как вдруг услышала голос.
«Никогда никого не убивала?»
Она вздрогнула и обернулась, хмуро глядя на Шан Юэ.
Шан Юэ улыбнулся: «Похоже, Лесли действительно хорошо тебя защищал...»
Шэн Нуань ничего не ответила.
Она действительно была немного потрясена тем, что только что увидела... Она была лишь немного сведуща в бытовых спорах и после переселения не обрела каких-то магических навыков великой героини или убийцы.
Она не могла не задаться вопросом, не погиб бы этот человек, если бы она не вмешалась...
В этот момент Шан Юэ снова заговорил: «Если ты так боялась, зачем спасла меня?»
Изначально Шэн Нуань хотела вести себя добродушно и праведно, чтобы Шан Юэ был ей обязан, но в этот момент ей вдруг расхотелось притворяться.
После минутного молчания она шмыгнула носом и прямо сказала: «Я подумала, что если я спасу тебя, то, может быть, ты захочешь помочь моему отцу...»
На этот раз Шан Юэ улыбнулся ещё шире: «Я думал, ты скажешь, что спасла меня просто потому, что не хотела видеть меня мёртвым, и что ты просто хотела помочь».
Шэн Нуань скривила губы и сказала: «Я не Бодхисаттва, отвечающая за спасение всех живых существ...»
Прежде чем она смогла закончить, она посмотрела на Шан Юэ: «Итак, ты поможешь мне?»
Шан Юэ откинулся назад, приподняв бровь: «Как видишь, мне не так уж и нужна была твоя помощь».
Подразумевалось, что он тоже не обязан ничего для неё делать.
Сердце Шэн Нуань упало.
Как и следовало ожидать, она не могла доверять этим шаблонным фразам из романов... Человек уровня Шан Юэ не стал бы совершать такую глупость.
Ну, может быть, дело ещё и в том, что ей не так везёт, как главной героине. Если бы она была главной героиней и несколько раз спасла Шан Юэ, он бы не только помог ей спасти других... он бы даже готов был умереть за неё.
Романы обманчивы!
Шэн Нуань прикусила губу и встала, чтобы уйти, но услышала, как Шан Юэ заговорил снова: «Дай мне несколько дней подумать об этом».
Она резко обернулась, встретившись с глубоким взглядом Шан Юэ: «Помогать Лесли сейчас для меня невыгодно. Мне нужна веская причина».
Шэн Нуань на мгновение задумалась и нерешительно спросила: «Если ты не можешь помочь, то, может быть, хотя бы не будешь помогать другим разобраться с ним?»
Девушка с нетерпением смотрела на него, и на её нежных и благородных чертах лица читалась тревога...
Шан Юэ улыбнулся и сказал: «Хорошо».
Шэн Нуань облегченно вздохнула, и её глаза немного посветлели.
Шан Юэ добавил: «Кроме того, пока ты находишься в столице, я могу гарантировать твою безопасность...»
Шэн Нуань немного успокоилась. Она поджала губы в знак благодарности и ушла.
Шан Юэ проводил её взглядом, в котором читалась глубокая печаль...
Шэн Нуань была в относительной безопасности и с облегчением вздохнула.
На следующий день были выходные. Она приехала в больницу рано утром... но не прошло и нескольких минут, как состояние матери Е Наньсюня резко ухудшилось, и её срочно увезли в реанимацию.
У Шэн Нуань вдруг возникло дурное предчувствие.
Она спросила службу поддержки: «Можно ли её спасти?»
Служба поддержки ответила: «Нет...»
Операция, проведённая Е Вань, прошла успешно, но её состояние было слишком тяжёлым. Она медленно шла на поправку, но затем у неё развилась внутричерепная инфекция. По сути, после того как инфекция привела к вторичному кровоизлиянию, её судьба была предрешена.
Е Вань увезли в операционную для срочной помощи, а Е Наньсюнь, казалось, потерял рассудок... Не прошло и двух часов, как свет в операционной погас.
Вышел врач, и Е Наньсюнь, пошатываясь, направился к нему. Врач медленно покачал головой и извиняющимся тоном сказал: «Извините, мы сделали всё, что могли».
Е Наньсюнь застыл на месте...
После этого Е Наньсюнь словно впал в оцепенение. Шэн Нуань пришлось самой заниматься всеми приготовлениями, включая кремацию, покупку участка на кладбище и захоронение...
Через три дня Е Вань наконец упокоилась с миром.
На живописном кладбище, после того как все ушли, перед могилой Е Вань остались только Шэн Нуань и Е Наньсюнь.
Только в этот момент Е Наньсюнь, казалось, окончательно пришёл в себя.
За последние несколько дней он не проронил ни слезинки. Он был словно бездушный призрак, бледный, как труп... Теперь, глядя на тёплую и любящую улыбку матери на надгробии, он наконец осознал горькую правду: у него больше нет матери.
Е Наньсюнь медленно опустился на колени перед надгробием, склонился над ним, дрожа и всхлипывая, как загнанное в ловушку раненое животное.
Шэн Нуань почувствовала укол совести.
Она не видела свою мать с раннего детства, да и отец был так себе отцом: после того как он отдал её на попечение мачехи, он по сути только давал деньги и не вмешивался в её жизнь. Все её подруги были поверхностными людьми, которые тусовались с молодыми людьми в торговых центрах и ночных клубах, поэтому ей было сложно по-настоящему проникнуться болью Е Наньсюня.
Но в тот момент, увидев, как он стоит, склонив голову, дрожа всем телом, Шэн Нуань не смогла сдержать приступа грусти... Ведь совсем недавно Е Вань помогала ей отпраздновать день рождения, а теперь, в мгновение ока, её не стало.
Е Вань действительно была хорошим человеком.
Шэн Нуань вздохнула, подошла к нему, присела на корточки и неуклюже попыталась утешить Е Наньсюня: «Не плачь. Я останусь с тобой...»
Через некоторое время Е Наньсюнь успокоился. Он встал и заметил, что у девушки перед ним были красные глаза и очень бледная кожа.
В течение этих нескольких дней он пребывал в каком-то полубессознательном состоянии, полностью полагаясь на Шэн Нуань, которая обо всём заботилась. Целых три дня ей приходилось не только заниматься организацией похорон его матери, но и постоянно беспокоиться о нём.
Сердце Е Наньсюня сжалось, и он, не говоря ни слова, притянул её к себе.
Шэн Нуань напряглась, подумав, что Е Наньсюнь снова вот-вот расплачется. Она быстро протянула руку, чтобы утешить его, и сказала: «Всё в порядке, всё в порядке. Я здесь...»
Е Наньсюнь тихо пробормотал что-то, крепко обнимая её, и его теплое дыхание коснулось её шеи.
В этот момент неподалеку от Шэн Нуань и Е Наньсюня Шан Юэ молча стоял перед другой могилой.
Перед ним было три надгробия, расположенные рядом: его бабушки, дедушки и матери.
Перед могилами стояли три букета свежих цветов, а лица на надгробиях с любовью смотрели на него... Но рядом не было никого, кто мог бы его поддержать или утешить.
Шан Юэ молча наблюдал за двумя людьми, обнимавшимися неподалёку. Внезапно перед его мысленным взором возник образ девушки, которая дрожала, держа перед ним пистолет.
Он медленно опустил взгляд, с ничего не выражающим лицом повернулся и ушёл...
Почти месяц спустя Е Наньсюнь кое-как взял себя в руки и вернулся к нормальной жизни: днём он ходил на занятия, а после школы и по выходным подрабатывал.
На стороне Шэн Нуань не произошло ничего примечательного. От службы поддержки она узнала, что Стивен отправил сюда группу людей, а сам оказался в затруднительном положении в стране Ү, из-за чего временно не сможет расширять своё влияние внутри страны.
Она почувствовала некоторое облегчение, а потом задумалась, не стоит ли ей вернуться домой с виллы Шан Юэ.
Хотя Шан Юэ практически там не жил, ей всё равно не стоило оставаться в чужом доме надолго.
В тот день после школы она собиралась сообщить об этом Шан Юэ и поблагодарить его перед отъездом... Но, вернувшись на виллу, она обнаружила, что Шан Юэ уже там.
На вилле уже был накрыт стол с угощениями.
Ей это показалось немного странным: «К чему всё это?»
Шан Юэ улыбнулся и сказал: «Сегодня у меня день рождения. У меня не так много друзей, поэтому я подумал, что мы могли бы поужинать вместе?»
Шэн Нуань опешила, а потом смущённо улыбнулась: «Ты не предупредил меня заранее. Я не успела подготовить подарок».
Шан Юэ покачал головой: «Не нужно. То, что ты выпьешь со мной, уже будет подарком».
«Хорошо».
Шэн Нуань знала, каково это - отмечать день рождения в одиночестве... Даже если у неё были горы подарков, они не могли развеять чувство одиночества в её сердце.
Она подошла и села напротив Шан Юэ, взяла свой бокал и сказала: «С днём рождения... и спасибо тебе».
Хотя Шан Юэ не помог Лесли, он сдержал обещание и не стал объединять усилия со Стивеном, что тоже было для неё значимо.
Шан Юэ улыбнулся, чокнулся с ней бокалом и выпил всё до дна.
Поставив бокал на стол, Шэн Нуань заметила кое-что странное: «Почему ты не выглядишь очень счастливым?»
Шан Юэ поднял глаза и натянуто улыбнулся: «А разве я должен быть очень счастливым?»
«Конечно, - озадаченно ответила Шэн Нуань, - ты победил, и, кажется, у тебя больше нет никаких забот. Разве ты не должен быть вне себя от радости?»
Шан Юэ позабавило её замечание о «вне себя от радости». После паузы он слегка прищёлкнул языком: «Это лишь доказывает, что человеческие желания ненасытны».
Шэн Нуань поджала губы, ничего не ответив.
Она была не такой... Ей нужно было лишь небольшое состояние, чтобы есть, пить и счастливо жить до конца своих дней. Слишком большое состояние могло бы стать проблемой.
Как и в случае с семьями Норман и Филд... их активы по сути были просто цифрами. Растратить такое огромное состояние было непросто, но они были готовы рискнуть всем ради него.
Оно того не стоит.
Иногда лучше быть скромно обеспеченной, как она раньше...
Они непринужденно болтали, и, выпив пару бокалов, Шэн Нуань встала и замахала руками: «Я больше не могу. Этот напиток слишком сильно действует, у меня кружится голова. Мне нужно поспать».
Она оперлась на стол, и как только она пошевелилась, пол под ногами словно накренился и закружился перед глазами. Вздрогнув, она резко остановилась и в замешательстве огляделась по сторонам.
Шан Юэ усмехнулся и подошёл к ней: «Ты и правда не умеешь пить».
Шэн Нуань безмолвно ответила: «Это твой алкоголь слишком крепкий...»
«Давай я помогу тебе дойти».
Шэн Нуань хмыкнула и привычно подняла руку в жесте, напоминающем о былых временах, когда она была императрицей или фигурой, подобной Будде...
Шан Юэ приподнял бровь, на мгновение замер, а затем просто наклонился, поднял её на руки, отнёс в спальню и аккуратно уложил на кровать.
Наклонившись, чтобы положить её, он не стал выпрямляться. Вместо этого он остался в той же позе, положив руки по обе стороны от девушки, и молча наблюдал за ней.
«Шэн Нуань».
Шэн Нуань открыла глаза, слегка растерявшись: «Хм?»
«Если ты останешься со мной, я смогу помочь твоему отцу. Что скажешь?»
Сознание Шэн Нуань уже слегка затуманилось. Она пренебрежительно махнула рукой: «Не будь самонадеянным! Эта сестра не будет принадлежать ни одному мужчине».
Игнорируя высокомерие пьяной девушки, Шан Юэ поднял бровь: «Почему бы и нет?»
Шэн Нуань, с полузакрытыми глазами и ухмылкой на лице, сказала: «Потому что всё ещё есть тысячи маленьких кусочков свежего мяса, ожидающих, когда сестра спасёт их ...»
Шан Юэ усмехнулся: «Ты довольно амбициозна. Итак, скольких молодых людей ты спасла?»
Маленькая пьяница непристойно хихикнула: «Если хочешь поговорить об этом, то я больше не буду спать...»
Шан Юэ ждал, что она продолжит, но в следующий момент заметил, что девушка на кровати уже через три секунды заснула, и её дыхание стало ровным и спокойным.
Он молча взглянул на неё, цокнул языком и вышел из дома...
После бессонной ночи Шэн Нуань проснулась рано утром и отправилась в школу.
Подойдя к школьным воротам, она вдруг услышала крик девочки и увидела мужчину в пальто, который стоял к ней спиной и обеими руками распахивал свою одежду и, похотливо смеясь, гнался за несколькими девочками.
Сначала Шэн Нуань опешила, но потом пришла в ярость.
Какой отвратительный мерзавец.
Она отбросила рюкзак, подбежала к нему, подпрыгнула и со всей силы пнула негодяя в спину.
С глухим стуком негодяй рухнул лицом на землю, и Шэн Нуань принялась топтать его ногами: «Бесстыжий мерзавец, отвратительный тип, и это в такую рань...»
Девушки пришли в себя и, разъяренные и расстроенные, бросились к нему, чтобы затоптать.
Шэн Нуань оттеснили в сторону, и она едва не упала.
Кто-то сзади поддержал её, изо всех сил стараясь сдержать смех: «Осторожнее».
Шэн Нуань обернулась и увидела Гу Ланьфэна, который явно пытался не засмеяться.
Она тут же разозлилась: «Ну, Гу Ланьфэн, ты молодец, мало того, что не помог прогнать извращенца, так ещё и смеёшься?»
Гу Ланьфэн быстро поднял руки: «Ты меня здесь обижаешь. Я уже собирался вмешаться, но ты набросилась на него, как молния, и сбила с ног раньше, чем у меня появился шанс».
Несколько парней, стоявших позади Гу Ланьфэна, тоже смотрели на неё, некоторые из них хотели рассмеяться, но сдерживались.
Шэн Нуань нахмурилась: «Тогда над чем ты смеёшься?»
Гу Ланьфэн откашлялся и с опаской в голосе сказал: «Ничего такого, я просто был потрясен вашим героизмом, когда вы закричали и вскочили, чтобы пнуть кого-то».
Только потом Шэн Нуань поняла, как она, должно быть, выглядела в тот момент... и немного смутилась.
С невозмутимым видом она оттолкнула руку Гу Ланьфэна, выхватила у него из рук рюкзак, закатила глаза, развернулась и вошла в школу.
Гу Ланьфэн с улыбкой проводил её взглядом.
«Она была такой свирепой, ха-ха, Шэн Нуань только что была похожа на уменьшенную версию Чжан Фэя*!»
*Чжан Фэй - знаменитый полководец эпохи Троецарствия, известный своим жестоким нравом.
«Кхе-кхе, но она такая свирепая, Старина Гу... Старина Гу, над чем ты смеёшься? Ты продолжаешь смеяться, даже когда она бросает на тебя сердитый взгляд?»
Гу Ланьфэн отвёл взгляд и цокнул языком: «...Она довольно милая».
На лицах остальных парней читался вопрос: «А?»
Когда Шэн Нуань пришла в класс, она снова увидела на парте завтрак. Её соседка по парте Фэн Юран посмотрела на неё со сложным выражением лица и показала большой палец вверх.
Шэн Нуань была в замешательстве: «Что?»
Фэн Юран вздохнула: «Когда Е Наньсюнь принёс тебе завтрак сегодня утром, я чуть не упала в обморок...»
Е Наньсюнь был очень известен, будь то из-за своих оценок, внешности или из-за того, что его семья была бедной. Но больше всего он славился своим затворничеством.
Он был одиночкой и редко общался с другими.
И всё же этот одинокий волк, Е Наньсюнь, каждый день исправно приносил завтрак Шэн Нуань.
Если бы речь шла только о завтраке, всё было бы в порядке, но сам он довольствовался простыми паровыми булочками и кашей, при этом он приносил Шэн Нуань каждый день разные закуски, независимо от их стоимости. Было видно, что он подошёл к этому вопросу со всей ответственностью.
Шэн Нуань кашлянула и махнула рукой: «Не лезь не в свое дело».
Фэн Юран прищелкнула языком: «Что происходит? Ты не собираешься признаться?»
Шэн Нуань закатила глаза: «Ты ведёшь себя глупо...»
Фэн Юран разозлилась: «Если ты ещё раз укажешь на мои недостатки, я буду с тобой драться!»
Шэн Нуань рассмеялась: «Значит, ты признаешь, что глупа...»
Пока Шэн Нуань без стеснения завтракала, Е Наньсюнь в девятом классе усердно занимался.
Из-за того, что после школы ему часто приходилось подрабатывать, чтобы поддерживать успеваемость на должном уровне, он каждое утро приходил в школу намного раньше остальных, чтобы позаниматься.
Он опустил голову и сосредоточенно повторял вопросы, как вдруг услышал, как за его спиной перешептываются двое мальчишек.
«Кажется, на этот раз Старина Гу настроен серьёзно. Разве ты не видел, каким взглядом он смотрел на Шэн Нуань? Цк-цк...»
«Эй, если бы он знал, что до этого дойдет, стал бы он вообще заморачиваться? Когда Шэн Нуань бегала за ним, он даже не смотрел на неё. А теперь как это можно назвать? О верно... преследовать свою жену до самой смерти».
Делая домашнее задание, Е Наньсюнь остановился, и его лицо внезапно стало холодным.
Двое мальчишек, не замечая его недовольства, продолжали сплетничать.
«Видел, какой у него теперь фильтр? Даже когда Шэн Нуань закатывает на него глаза, он всё равно считает её милой...»
Пока они разговаривали, двое парней вдруг поняли, что что-то не так, и обернулись. Самый замкнутый и прилежный ученик их класса повернулся и бесстрастно смотрел на них.
Они на мгновение опешили, и над их головами появились вопросительные знаки.
Е Наньсюнь спокойно спросил: «Вы уже позавтракали?»
Лучший ученик школы сам заговорил с ними?
Мальчики немного смутились и быстро покачали головами: «Нет, мы не завтракали...»
«О, - равнодушно сказал Е Наньсюнь. - Тогда помолчите и поберегите силы для ума».
Через некоторое время мальчики наконец поняли.
Лучший ученик намекал, что они... безмозглые?
Е Наньсюнь отвернулся и продолжил решать задачи, но внезапно снова остановился и достал мобильный телефон, чтобы отправить сообщение Шэн Нуань.
Телефон Шэн Нуань завибрировал, и она увидела сообщение от Большого Босса Е.
Большой Босс Е: Пообедаем вместе в полдень?
После смерти матери ему особо не на что было тратить деньги, и заработка на подработках хватало на жизнь... и на завтрак для его девушки.
Е Наньсюнь поначалу не думал, что им нужно постоянно быть вместе, но, наслушавшись этих ребят, вспомнив о том, что Шэн Нуань когда-то нравился Гу Ланьфэн, а теперь Гу Ланьфэн проявляет к ней интерес, он забеспокоился.
Вскоре Шэн Нуань ответила.
Нуань: Мы с безмозглыми сестричками собираемся устроить пикник. Как насчёт вечера?
Е Наньсюнь поджал губы и напечатал: После школы я иду на подработку.
Шэн Нуань быстро ответила: «Пришли мне адрес, я тебя найду».
Мрачное выражение лица Е Наньсюня сменилось на радостное. Поколебавшись мгновение, он отправил ей адрес своей подработки.
Шэн Нуань проверила адрес и обнаружила, что он довольно далеко от школы, а затем получила еще одно сообщение от босса.
Е Наньсюнь: Сок из бурой сливы в этом магазине очень вкусный. Заходи, я приготовлю тебе немного, чтобы ты попробовала...
Она цокнула языком.
Босс такой заботливый.
Шэн Нуань спросила службу поддержки: «Какова текущая степень почернения Е Наньсюня?»
Служба поддержки весело ответила: «Хозяйка, текущая степень почернения цели Е Наньсюня - 10».
Шэн Нуань почувствовала прилив воодушевления...
Теперь ей оставалось только надеяться, что Лесли справится лучше и не проиграет снова... вздох.
После школы «пластиковые сестрички» насильно затащили Шэн Нуань в профессиональное училище через дорогу, чтобы она увидела кампусного сердцееда... Когда появился школьный красавчик с фиолетовыми волосами, Шэн Нуань с трудом могла смотреть на возбуждённые перешептывания своих «пластиковых сестричек».
«Что у вас за эстетика такая... Он правда такой красивый?»
Чжао Инцзы потеряла дар речи: «Не красивый?»
Шэн Нуань присмотрелась: фиолетовые волосы, бледная кожа, пирсинг и бунтарский взгляд... Что ж, неплохо.
«Гораздо хуже, чем Е Наньсюнь».
Чжао Инцзы и остальные смотрели на неё со смешанными чувствами.
Шэн Нуань растерялась: «Что случилось? Я что-то не так сказала?»
Чжао Инцзы вздохнула: «Разве не ты смотрела на него тогда свысока, говоря, что он как бездомный...»
Шэн Нуань быстро прикрыла ей рот рукой: «Заткнись!»
Она огляделась с чувством вины, а потом вспомнила, что у Е Наньсюня есть подработка.
«Люди с разными идеалами не могут работать вместе, нам не о чем говорить. Я ухожу первой». Она махнула рукой.
Чжао Инцзы спросила: «Куда ты идёшь?»
Шэн Нуань не оглянулась: «Мне нужно подцепить большого босса после работы...»
«Пластиковые сёстры» за её спиной лишились дара речи...
Когда Шэн Нуань зашла в чайную, где работал Е Наньсюнь, она увидела, что его окружили четыре или пять девушек, стоявших у прилавка, и он не мог вырваться.
В униформе магазина он выглядел высоким, красивым и отстранённым, словно персонаж из комикса, и девушки перед ним смотрели на него с обожанием.
«Старший брат, можешь что-нибудь посоветовать?»
«Да, да, мы тоже не знаем, какой из них вкуснее. Какой вкус тебе нравится больше всего?»
«Старший брат, какой из них вкуснее?»
Е Наньсюнь указал на меню и рассказал о нескольких популярных напитках. Он был вежлив, но держался отстранённо.
Девушки выглядели немного разочарованными. Заказывая чай с молоком, они не унимались и твердили: «Старший брат, добавь нас в WeChat, и в следующий раз мы придём с друзьями».
Е Наньсюнь сохранял невозмутимое выражение лица: «Извините, моя девушка не разрешает».
Оказывается, у него есть девушка...
Несколько девушек были немного разочарованы, но потом отошли от прилавка и сели за столик, чтобы подождать. В ожидании они то и дело поглядывали в его сторону.
На лице Шэн Нуань появилась улыбка, как у доброй тётушки, и она встретилась взглядом с Е Наньсюнем.
Увидев Шэн Нуань за столиком в углу, Е Наньсюнь просиял. Он одними губами произнес: «Подожди минутку», - затем повернулся и начал готовить напитки вместе со своим коллегой.
Е Наньсюнь закончил готовить чай с молоком для четырёх девушек. Одна из них подошла, чтобы забрать заказ, а остальные остались на своих местах. Затем они увидели, как из-за прилавка вышел очень красивый старший брат с чашкой молочного чая в руках.
«В этом рецепте основа из боярышника и сливы с добавлением сыра. Попробуй, может, тебе понравится», - мягко сказал Е Наньсюнь.
Девушки, сидевшие рядом, широко раскрыли глаза, и их взгляды очень польстили самолюбию Шэн Нуань. Она взяла чашку, нарочно коснувшись пальцев Е Наньсюня и слегка их встряхнув: «Старший брат, может, поужинаем вместе позже?»
Е Наньсюнь беспомощно взглянул на неё, кончики его ушей слегка покраснели: «У меня еще полчаса до конца рабочего дня».
Шэн Нуань весело ответила: «Ничего страшного. Я подожду тебя...»
Е Наньсюнь тихо промычал в ответ «угу» и перед тем, как уйти, легонько ущипнул её за пальцы.
Четыре девушки за соседним столиком застыли в изумлении, их глаза расширились от удивления...
Чёрт, неужели раньше они были слишком сдержанными?
Мгновение спустя эти девушки снова окружили прилавок, загородив собой Е Наньсюня.
«Старший брат, может, поужинаем вместе?»
Е Наньсюнь даже не поднял головы: «Нет».
Одна из девушек достала две купюры: «Старший брат, вот тебе чаевые».
«Извините, мы не принимаем чаевые».
Девушка расстроилась: «Тогда как нам уговорить вас пойти с нами?»
Е Наньсюнь остался равнодушен: «Извините, мне это неинтересно».
Девушка фыркнула: «Тогда почему ты согласился встретиться с ней?»
Е Наньсюнь взглянул на Шэн Нуань, которая втайне смеялась. На его лице была растерянность, но глаза светились нежностью: «Потому что она моя девушка».
Девушки на мгновение опешили, их лица залились румянцем, и они одна за другой в смущении убежали...
Даже когда Е Наньсюнь закончил работу и они вместе пошли домой, Шэн Нуань всё ещё смеялась: «Эй, тебе стоит открыть свой магазин. Он точно будет пользоваться бешеным успехом, босс Е».
Е Наньсюнь молча наблюдал за ней, не говоря ни слова.
Под его пристальным взглядом Шэн Нуань почувствовала себя немного виноватой и быстро сдалась: «Хорошо, я больше ничего не скажу...»
Как только она обернулась, её волосы взъерошили. Она быстро развернулась и сказала: «Эй, ты такой мелочный! Я просто немного тебя подразнила, почему ты мне мстишь?»
Губы Е Наньсюня слегка дрогнули в улыбке, и он пригласил Шэн Нуань на ужин в ближайшую закусочную, где подавали вонтоны.
После ужина они побродили по ближайшему парку, расположенному прямо посреди улицы... В парке пожилой мужчина играл на скрипке.
Когда начало темнеть и подул лёгкий ветерок, Шэн Нуань просто усадила Е Наньсюня на скамейку и, закрыв глаза, стала слушать скрипку.
Парк посреди улицы был маленький, и вокруг почти никого не было. В этом месте они были одни... Шэн Нуань откинулась на спинку скамейки и тихо вздохнула: «Если бы только жизнь всегда была такой спокойной».
Е Наньсюнь тихо ответил, а затем позвал: «Шэн Нуань».
«Мм?» Шэн Нуань инстинктивно открыла глаза и увидела, что Е Наньсюнь уже совсем близко и молча смотрит на неё... Его взгляд был напряжённым, но в то же время невероятно глубоким.
Его кадык слегка дёрнулся, когда он перевёл взгляд на её губы.
Шэн Нуань немного смутилась и моргнула, а Е Наньсюнь наклонил голову и потянулся к ней, чтобы поцеловать...
Это был нежный, но долгий поцелуй, и он не хотел его прерывать. Шэн Нуань сначала растерялась, но, придя в себя, тут же превратилась из гостьи в хозяйку и прижалась к нему.
Вы что, шутите? Это маленькое свежее мясо уже взяло инициативу в свои руки - с чего бы ей всё ещё быть с ним вежливой?
Через мгновение Е Наньсюнь, слегка смутившись, оттолкнул её, тяжело дыша. В его глазах читались сдержанность и паника...
Цыплёнок из начальной школы!
Шэн Нуань откинулась на спинку скамейки и хихикнула, как маленькая лисичка... От её смеха взгляд Е Наньсюня стал жёстким, и он не мог удержаться, чтобы не смотреть на её губы...
Когда она вернулась на виллу Шан Юэ, было уже девять вечера. Шэн Нуань планировала собрать вещи и завтра вернуться к себе домой.
Однако она не ожидала, что по возвращении застанет Шан Юэ дома.
«Разве ты не должен быть очень занят в последнее время?» - спросила она с некоторым подозрением.
Шан Юэ молча сидел и смотрел на неё, невольно вспоминая фотографию, которую только что получил: тихий, спокойный парк, где молодой человек, сдерживаясь, но не в силах устоять, целует девушку, которую обнимает...
Цк, его отец был прав: каким бы мягким он не притворялся, он не может скрыть в себе это врождённое стремление к обладанию.
В следующий момент Шан Юэ толкнул к ней планшет, лежавший перед ним: «Разве ты не хочешь узнать, что сейчас с Лесли?»
Шэн Нуань на мгновение замерла, но тут же подошла и взяла планшет.
При виде информации и фотографий на экране её лицо помрачнело.
Положение Лесли было и без того шаткое, в оригинальном сюжете Лесли потерпел поражение и погиб. На этот раз, благодаря раннему предупреждению Шэн Нуань, у него было время подготовиться. Однако Стивен давно плел интриги и действовал бесчестно, и Лесли всё ещё находился без сознания. Его силы были в отчаянном положении...
Шэн Нуань поджала губы и промолчала.
В этот момент Шан Юэ спросил: «Ты хочешь его спасти?»
Шэн Нуань подняла глаза: «Что ты имеешь в виду?»
Шан Юэ откинулся на спинку дивана и улыбнулся: «Расстанься со своим маленьким бойфрендом, перестань с ним видеться и останься со мной... Я помогу твоему отцу».
Шэн Нуань на мгновение опешила.
Разве ей не дали сценарий с ролью злодейки?
С чего бы в её ситуации появиться такому сценарию собачьей крови, как этот грабительский сюжет?
Мысли в голове бешено метались.
Если Лесли удастся преодолеть этот кризис, ей больше не придется беспокоиться о том, что Шан Юэ будет её контролировать... Если на этот раз Лесли потерпит неудачу, то, отвергнув Шан Юэ, она все равно не сможет противостоять ему, если он не отступит.
Кроме того, миссия Е Наньсюня на её стороне практически завершена.
Снижение уровня его «почернения» не означает, что он станет «белым». В каждом человеке есть определенная доля тьмы. Пока она не превышает 20%, его можно считать хорошим человеком в традиционном понимании.
Поэтому она быстро приняла решение: «Хорошо... но я ещё маленькая. Ты же не какой-нибудь извращенец, правда?»
Шан Юэ не ожидал, что она так быстро примет решение. Услышав её слова, он не смог сдержать удивления. Помолчав, он сказал: «Я не прикоснусь к тебе, пока тебе не исполнится двадцать».
Значит, когда мне исполнится двадцать, ты...
Шэн Нуань прищелкнула языком... Вот же бесстыдник.
Она снова спросила: «Откуда мне знать, что ты действительно поможешь? Вдруг ты просто тянешь время...»
Шан Юэ улыбнулся: «Если я намеренно буду тянуть время, Лесли точно проиграет в течение месяца».
Он сказал: «Не волнуйся, я не хочу, чтобы ты меня ненавидела».
В любом случае, учитывая нынешнее положение Лесли, даже если ему удастся победить с минимальным отрывом, он будет сильно ослаблен и уже не сможет ему противостоять.
Шэн Нуань наконец кивнула: «Хорошо, договорились».
Я могу только извиниться перед вами, босс Е...
На следующий день после того, как Шэн Нуань согласилась на сделку, она не стала есть завтрак, который купил для неё Е Наньсюнь.
Все сообщения и звонки Е Наньсюня оставались без ответа... На самом деле она сначала хотела поговорить с ним лично, чтобы прояснить ситуацию, но, представив, что ей придется сказать всё это Е Наньсюню, поняла, что не сможет этого сделать.
Раньше она даже не задумывалась о том, сколько маленьких кусочков свежего мяса она выбросила, но впервые даже негодяйка Шэн Нуань почувствовала себя виноватой.
Затем она подумала о том, чтобы просто заблокировать его, но, несколько раз проведя пальцем по экрану и вспомнив, как всё было, когда она встречалась с Е Наньсюнем, в итоге не смогла заставить себя это сделать.
На третий день Е Наньсюнь наконец догнал её у школьных ворот.
«Шэн Нуань...»
Е Наньсюнь молча стоял рядом, его лицо было спокойным, но в глазах читались растерянность и тревога.
Он подошёл ближе, остановился и тихо спросил: «Что-то случилось?»
В этот момент Шэн Нуань поняла, что не совсем свободна от обязательств. Поколебавшись несколько минут, она наконец набралась смелости и сказала: «Давай расстанемся».
Е Наньсюнь был ошеломлен.
На мгновение его взгляд стал пустым, а затем он с некоторым недоумением спросил: «Почему?»
После паузы он снова спросил: «Я что-то сделал не так? Если так, то ты должна хотя бы... сказать мне...»
Шэн Нуань вдруг стало трудно смотреть ему в глаза. Она отвела взгляд и неловко проговорила: «Нет, это не твоя вина. Я просто думаю, что мы не подходим друг другу».
Сказав это, она попыталась уйти, но Е Наньсюнь схватил её за запястье.
«Почему мы не подходим друг другу?»
Казалось, Е Наньсюню потребовалось немало смелости, чтобы спросить это. Его голос звучал неуверенно: «Разве раньше... всё не было хорошо?»
В этот момент Шэн Нуань заметила Майбах, медленно подъезжающий к перекрёстку.
Это была машина Шан Юэ.
Шэн Нуань выругалась себе под нос, не утруждая себя дальнейшими объяснениями, и вырвала руку из хватки Е Наньсюня: «У меня есть дела поважнее».
Она развернулась и села в машину, не оглядываясь.
Шан Юэ неторопливо взглянул на худощавого молодого человека, стоявшего рядом, и отвёл взгляд.
«Поехали».
Майбах умчался прочь.
Е Наньсюнь медленно отвёл взгляд, посмотрел вниз и промолчал...
На следующее утро Е Наньсюнь пришёл чуть позже обычного. Когда он принёс завтрак для Шэн Нуань, её соседка по парте Фэн Юран уже была там.
Увидев Е Наньсюня, Фэн Юран не удержалась от совета: «Может, просто забудешь об этом? Все завтраки, которые ты приносил для Шэн Нуань, так и остались нетронутыми и были выброшены... Зачем их покупать?»
Е Наньсюнь на мгновение замер, но всё же оставил завтрак и ушёл, не сказав ни слова.
Все в классе смотрели ему вслед...
Фэн Юран щёлкнула языком и стиснула зубы.
Ей вдруг захотелось избить Шэн Нуань. Зачем она вообще спровоцировала Е Наньсюня?.. И теперь, связавшись с ним, она просто отвернулась от него.
Она больше не могла этого выносить.
Когда Шэн Нуань села, Фэн Юран уже собиралась заговорить, но в этот момент увидела, что Шэн Нуань вздыхает и кладёт завтрак в ящик стола, а не выбрасывает его.
Не обращая внимания на недоверчивый взгляд Фэн Юран, Шэн Нуань почувствовала себя немного беспомощной.
Она только что получила сообщение от Е Наньсюня, в котором он писал, что приготовил завтрак, и пригласил её прогуляться после школы, чтобы кое-что обсудить.
Шэн Нуань ничего не ответила. После уроков она схватила рюкзак и быстро убежала... На полпути начался дождь, и к тому времени, как она вернулась на виллу, уже вовсю лило.
Затем Шэн Нуань получила сообщение от Фэн Юран с прикреплённой фотографией.
На фотографии Е Наньсюнь стоит у входа в школу с зонтом, в то время как большинство людей уже ушли. Он один, и выглядит одиноким среди дождя...
Фэн Юран: Когда я закончила со своими делами и вернулась, то увидела, что он всё ещё там.
Шэн Нуань в отчаянии стиснула зубы.
Неужели он такой упрямый?
Она отбросила телефон в сторону и не обращала на него внимания.
Но по мере того, как дождь усиливался, она всё больше раздражалась. Наконец она неохотно встала с кровати, не снимая пижамы, и вызвала такси до школы.
Когда она добралась до школы, было уже больше семи вечера... и Е Наньсюня нигде не было видно.
Она стояла с зонтиком в руках, глядя на мокрые штанины и чувствуя себя идиоткой... Она не спешила возвращаться, и вместо этого зашла в недавно открывшуюся чайную, чтобы выпить чаю с молоком и переждать дождь.
Недавно открывшийся магазин чая с молоком украшала «стена желаний» - электронный дисплей с бегущей строкой, на котором одно за другим появлялись желания, а под каждым из них было фото с человеком, загадывающим это желание. Это выглядело немного глупо, но в то же время забавно.
Шэн Нуань огляделась и случайно наткнулась на фотографию милой девушки с круглыми глазами. На фото девушка мило улыбалась, а рядом была надпись: «Желе из жжёной травы - самое лучшее на свете...»
Затем появляется прилежный отличник в очках с серьёзным выражением лица и заявляет: «Перед выпускными экзаменами продвинусь на 100 позиций вверх».
Продолжая прокручивать страницу, это был всё тот же прилежный отличник в очках: «...попробую ещё раз, подняться на 50 позиций тоже приемлемо».
Затем она перешла к фотографии светловолосого мальчика. На снимке он настороженно оглядывается по сторонам, выглядя очень осторожным. Подпись гласит: «Должен признаться Ли Тонг на этой неделе...»
Снова пролистав ленту, светловолосый мальчик выглядел шокированным: «Ого, у всех есть фото? И его нельзя удалить, черт...»
...
Один за другим появлялись комментарии со всевозможными странными выражениями лиц. Шэн Нуань посмотрела на них и, бесстрастно подойдя ближе, набрала текст: «Е Наньсюнь - идиот!»
Нажав Enter, она почувствовала прилив сил.
Но через мгновение она успокоилась и немного пожалела о своих словах.
Она знала, что поступает неразумно... Она бросила его ради своей семьи, но он всё равно каждый день приносит ей завтрак и даже стоит под дождём, ожидая, когда она выйдет.
Ладно, она была плохой...
После короткой паузы Шэн Нуань снова придвинулась ближе и напечатала: «Е Наньсюнь очень хорошо готовит, и он единственный в своем роде хороший парень!»
Когда дождь закончился, она выбросила остатки чая с молоком и вышла из магазина.
На следующий день Шэн Нуань сопровождала Шан Юэ на банкет.
Она просто согласилась пойти, чтобы успокоить Шан Юэ, но никак не ожидала встретить на мероприятии Е Наньсюня.
Он был одет как официант и явно там подрабатывал. Широкие плечи, тонкая талия, длинные ноги - его юношеская внешность начала меняться, становясь более зрелой.
Увидев его, Шэн Нуань тут же потянула Шан Юэ за собой и развернулась, чтобы уйти в противоположном направлении, но не успела.
На другом конце зала Е Наньсюнь увидел девушку, одетую в гламурном и роскошном стиле, утонченную, но излучающую благородство. Он слегка замешкался, потом поставил поднос и направился к ней через толпу.
На лице Шэн Нуань читалось: «Вот чёрт!», но она ничего не могла с этим поделать, особенно когда рядом стоял Шан Юэ, неподвижный, как скала, и тянул её за собой, полуулыбаясь и спрашивая: «От чего ты прячешься?»
Шэн Нуань чуть не взорвалась: «Прячусь от твоего отца».
Е Наньсюнь остановился перед ней...
«Почему ты не отвечаешь на сообщения и не соглашаешься встретиться со мной?», - Е Наньсюнь поджал губы, стараясь не смотреть на то, как она держит за руку другого.
На самом деле он уже дошёл до этой точки, и ему больше нечего было понимать. Но он просто не хотел это принимать, как будто мучал себя, и настаивал на том, чтобы всё прояснить.
Шэн Нуань ещё не успела ничего сказать, как Шан Юэ, стоявший рядом, заговорил первым: «Нуань Нуань, кто это?»
Почувствовав невысказанную угрозу со стороны Шан Юэ, Шэн Нуань глубоко вздохнула, смирилась со своей участью и ответила: «Мой одноклассник».
Шан Юэ улыбнулся: «А, так это одноклассник...»
Люди вокруг начали оборачиваться и смотреть на них.
Е Наньсюнь на мгновение замолчал, а затем медленно поднял голову и произнёс, тщательно подбирая слова: «Просто... одноклассник?»
Выражение его лица было спокойным, но голос звучал хрипло, и он не сводил с неё глаз.
Шэн Нуань и раньше выбрасывала бесчисленное количество свежего мяса, и даже когда кто-то умолял её не делать этого, она даже не оглядывалась. Но сейчас, столкнувшись с на удивление спокойным Е Наньсюнем, она не осмеливалась встретиться с ним взглядом.
Возможно, дело было в том, что она знала, как постепенно он переставал её сторониться и как шаг за шагом сближался с ней...
Шэн Нуань сухо произнесла: «Прости, Е Наньсюнь».
«Мне не нужно, чтобы ты извинялась. Я просто хочу знать, почему».
После паузы Е Наньсюнь спросил: «У тебя какие-то проблемы?»
Шэн Нуань в шоке посмотрела на него, но в этот момент Шан Юэ вдруг заговорил: «Нуань Нуань, нельзя же всегда быть такой своенравной и провоцировать других ради забавы».
Шэн Нуань застыла на месте.
Шан Юэ посмотрел на Е Наньсюня, достал из кармана чек, спокойно подписал его и протянул ему. Улыбнувшись, он сказал: «Прости, Нуань Нуань с детства была избалована, она своенравна и несдержанна. То, что произошло между вами, было всего лишь её минутной прихотью. Пожалуйста, прости её».
Е Наньсюнь не шелохнулся.
Шан Юэ было всё равно, его губы слегка дрогнули, когда он сказал: «Но, кстати, несмотря ни на что, нужно сохранять самообладание и элементарное чувство стыда. Назойливость и настойчивость выглядят плохо... Что ты об этом думаешь?»
Шэн Нуань втайне стиснула зубы: «Поговори о своей матери!»
Е Наньсюнь не смотрел на Шан Юэ, а продолжал спокойно наблюдать за Шэн Нуань. Его голос звучал мягко: «Я хочу услышать, как ты скажешь это сама».
Шан Юэ посмотрел на неё с лёгкой улыбкой.
У Шэн Нуань перехватило дыхание, она поджала губы, помедлила, а затем, опустив голову, тихо сказала: «Е Наньсюнь, прости меня».
Шан Юэ усмехнулся: «Ты больше не можешь так играть с чувствами других людей... Поняла?»
Е Наньсюнь ничего не ответил.
Шэн Нуань осторожно подняла голову и встретилась с его глубоким, пронзительным взглядом... Он ещё раз пристально посмотрел на неё, ничего не сказал, развернулся и ушёл...
«Эй, Сяо Е, ты знаешь эту девушку?», - спросил парень, который подрабатывал с Е Наньсюнем.
Е Наньсюнь молча развернулся и зашагал прочь, развязывая галстук-бабочку.
«Дитя, дитя...»
Старик, опираясь на трость и поддерживаемый телохранителями, поспешил за ним, тяжело дыша.
Е Наньсюнь остановился и слегка нахмурился: «Что-то случилось?»
Взгляд старика был пугающим, он пристально смотрел на Е Наньсюня, не моргая... После недолгого изучения, когда Е Наньсюнь с ничего не выражающим лицом уже собирался уйти, старик наконец заговорил - его голос дрожал и был хриплым.
Он словно набрался храбрости и с трудом спросил: «Дитя, у тебя на паху есть родимое пятно в форме полумесяца?»
Е Наньсюнь был ошеломлен...
Е Наньсюнь вернулся в семью Цин.
Семья Цин – богатый и влиятельный конгломерат с глубокими корнями и прочными связями. Несколько лет назад, когда единственный сын старого мастера Цина и его жена вышли на улицу с ребёнком, на них напали похитители. Супруги трагически погибли, а их единственный сын бесследно исчез, не оставив ни тела, ни следов.
Никто не верил, что ребенок может быть жив, и старый мастер Цин, убитый горем, впал в отчаяние. Он поручил управление семьей и бизнесом своему племяннику и на долгие годы замкнулся в себе.
До тех пор, пока однажды он случайно не вышел из дома и не оказался на банкете, где встретил мальчика, который был почти как две капли воды похож на его сына в детстве...
Родимое пятно в интимной зоне невозможно подделать, и тест на отцовство показал, что всё в порядке... Старый мастер Цин был так потрясён, что не решался спать по ночам, боясь, что, когда он проснётся, всё окажется сном.
Его сына и невестки не стало, а судьба внука оставалась неизвестной...
Шэн Нуань узнала о возвращении Е Наньсюня в семью Цин только через три дня. Она испытывала смешанные чувства, не понимая, радоваться за Е Наньсюня или переживать за себя.
В любом случае между ними не было глубокой вражды. Он не должен был так упорно толкать её навстречу смерти, как в оригинальном сюжете, верно?..
Но сейчас она не могла уделять много внимания Е Наньсюню. Она была полностью сосредоточена на Лесли и Шэн Линшань в стране Y и поручила службе поддержки следить за тем, выполняет ли Шан Юэ свою часть сделки.
Однако через несколько дней, прежде чем план Шан Юэ успел сработать, ситуация в стране Y резко изменилась: Лесли очнулся без всякого предупреждения и начал масштабную контратаку, прежде чем Стивен успел среагировать.
Лесли начал действовать сразу после того, как его отравили на банкете. Очнувшись, он нанёс сокрушительный удар, пошатнув и без того шаткое положение Стивена.
Не прошло и трех дней, как Стивен оказался на грани краха, а Шэн Нуань наконец восстановила связь с Шэн Линшань и Лесли.
Лесли уже послал за ней людей, а значит, Шэн Нуань больше не нужно было беспокоиться о своей безопасности и продолжать сделку с Шан Юэ.
Повесив трубку, Шэн Нуань молча собрала свои вещи в рюкзак, готовая уйти.
Но как раз в тот момент, когда она собиралась уходить со своим рюкзаком, Шан Юэ вошёл снаружи и встал прямо у неё на пути.
Шэн Нуань была немного зла: «Наша сделка расторгнута».
Шан Юэ слегка нахмурился: «Ты знаешь, что я не нарушал своего обещания. Я уже работаю над тем, чтобы помочь твоему отцу».
Шэн Нуань без колебаний ответила: «Мне больше не нужна твоя помощь».
Эти слова были сказаны уверенно и без колебаний.
Шан Юэ был одновременно зол и удивлён: «То есть ты можешь просто повернуться к человеку спиной и не замечать его, когда он тебе не нужен?»
Шэн Нуань нахмурилась: «Если мне больше не нужна твоя помощь, почему ты продолжаешь со мной спорить... У тебя какие-то проблемы?»
Шан Юэ, похоже, не возражал. Он лукаво улыбнулся: «Может, у меня и есть небольшая проблема... в том, что я хочу получить всё, что хочу, несмотря ни на что».
Не успел он договорить, как Шэн Нуань без предупреждения пнула его. Шан Юэ охнул, схватился за живот и упал на колени.
Шэн Нуань отстранилась от него и с усмешкой сказала: «Тогда тебе лучше решить эту проблему».
Шан Юэ, испытывая одновременно боль и раздражение, стиснул зубы, но не смог сдержать смех: «Бессердечная девчонка».
Он посмотрел на Шэн Нуань: «Ничего страшного, если ты хочешь уйти. Я очень терпеливый человек...»
«Терпеливый, как же! Ты сумасшедший!», – выругалась Шэн Нуань, развернулась и ушла, не оглядываясь.
Теперь она могла пойти и найти своего идеального хорошего парня...
Шэн Нуань узнала от службы поддержки, что в этот день семья Цин устраивала банкет, чтобы представить всем своим знакомым Е Наньсюня, законного наследника.
Она тут же купила платье и нарядилась. Приведя себя в порядок, она напевала какую-то мелодию и направлялась в резиденцию семьи Цин.
Резиденция семьи Цин находилась в центре города, в старом квартале, где здания были более традиционными, но земля стоила очень дорого.
Вилла семьи Цин также была построена в китайском стиле. Несмотря на то, что она называется виллой, больше всего она напоминает сад... с роскошными автомобилями, припаркованными у входа.
Выйдя из машины, на которой её привезли, Шэн Нуань уверенно направилась к главному входу, совершенно не беспокоясь о том, есть ли у неё приглашение.
Семья Цин очень традиционна и консервативна: у входа гостей встречает не обычный официант, а дворецкий семьи Цин.
Старый дворецкий, не выказывая ни высокомерия, ни подобострастия, взмахнул рукой, приглашая гостей войти. Обернувшись, он увидел перед собой улыбающуюся симпатичную девушку.
Дворецкий знал в лицо всех, кто был в доме, но эта молодая девушка показалась ему незнакомой.
«Эта юная леди...»
Шэн Нуань улыбнулась: «Моя фамилия Шэн. Я пришла к Е Наньсюню. Я позвонила ему, но он не ответил. Он внутри?»
Выражение лица дворецкого слегка изменилось: «Мисс, ваше приглашение...»
Шэн Нуань продолжала улыбаться: «Он не сказал, что мне нужно приглашение».
За ней прибыло ещё несколько человек. Старый дворецкий взглянул на девушку, чей наряд стоил больше семизначной суммы. После секундного колебания он впустил её.
Как только она вошла, он тут же отправил кого-то сообщить об этом молодому господину и приказал кому-то незаметно следить за каждым шагом Шэн Нуань.
Шэн Нуань прекрасно понимала, что происходит, но не возражала и спокойно шла по дому...
Когда Шэн Нуань вошла в особняк семьи Цин, Е Наньсюнь сидел в кабинете со старым мастером Цином.
Выражение лица старика было холодным и суровым, а лицо Е Наньсюня неестественно бледным, из-за чего его иссиня-чёрные волосы и ресницы казались ещё темнее и холоднее.
Два дня назад Е Наньсюнь даже не мог встать с постели. Только вчера он смог ходить.
На второй день после возвращения в семью Цин его отравили.
Если бы не быстрая реакция старого дворецкого, Е Наньсюнь мог бы уже быть мёртв или лежать при смерти... вот почему старый мастер Цин хотел, чтобы его представили всем как можно скорее.
Старый мастер Цин сидел рядом, положив на колени Е Наньсюня фотоальбом... В альбоме были фотографии семьи из трёх человек. Благородный молодой человек на фотографиях был его биологическим отцом.
На фотографиях нежная и красивая женщина качала его на качелях, а мужчина стоял позади матери и сына, высокий и прямой, с теплым и любящим взглядом.
«...Когда на них напали и похитили, похитители вовсе не хотели денег. Они рисковали всем, чтобы спрятать тебя и спасти свои жизни. Ни похитители, ни я... не смогли тебя найти».
В глазах старого мастера Цина заблестели слезы: «Никто не знает, как им это удалось, где они тебя спрятали... Твои отец и мать...»
Даже спустя столько лет на лице старика проступили вены, а глаза горели от волнения.
Он не мог продолжать, но Е Наньсюнь уже всё знал. Его биологические родители погибли ужасной смертью, и даже когда они уже были в безвыходном положении, никто не знал, как им удалось отправить его подальше и спрятать.
Старый мастер Цин глубоко вздохнул: «Я стар, и от меня уже нет никакой пользы... Эта семья слишком большая, и у каждого свои планы. Некоторые люди так долго распоряжались тем, что по праву принадлежит тебе, что теперь считают это своей собственностью...»
Е Наньсюнь спокойно смотрел на фотографию семьи из трёх человек.
Старик ласково коснулся его головы: «Дитя моё, теперь, когда ты вернулся, дедушка может спокойно умереть... Но прежде чем я снова увижу твоих родителей, дедушка должен защитить тебя».
В глазах старика появился холодный, безжалостный блеск – тот самый, что был у него в молодости, когда он был решительным и целеустремлённым. Он сказал: «А Нань, тебе нужно поскорее повзрослеть... Есть люди, которым не следовало бы жить, а они и так прожили слишком долго...»
Спустя несколько мгновений дедушка и внук вышли из кабинета и направились в банкетный зал.
К ним почтительно подошёл слуга: «Господин, молодой господин, дворецкий сказал, что к молодому господину пришла молодая леди по фамилии Шэн».
«Кто-то по фамилии Шэн?» - старый мастер Цин повернул голову, - «Ты её знаешь?»
Глаза Е Наньсюня на мгновение вспыхнули, но затем, когда он что-то вспомнил, его лицо постепенно успокоилось.
Он ответил: «Я пойду к ней. Я вернусь, чтобы найти тебя позже, дедушка.
Старый мастер Цин кивнул: «Иди...»
Е Наньсюнь развернулся и спустился вниз.
Шэн Нуань сидела в гостиной и ждала Е Наньсюня, лениво наблюдая за происходящим на банкете... Семья Цин имела тесные связи с влиятельными людьми и высокопоставленными чиновниками, поэтому банкет, естественно, был роскошным.
Семья Шэн Нуань была из числа нуворишей, и у них было мало возможностей посещать подобные банкеты такого уровня. Но изначальная хозяйка тела была из конгломерата в стране Y и уже видела всё это раньше. Шэн Нуань унаследовала эти воспоминания, поэтому обстановка показалась ей несколько... невыразительной.
Кто-то уже заметил, что Шэн Нуань сидит одна, и вскоре к ней подошёл мужчина, одетый как модель, но ведущий себя как собака* и держащий в руках бокал с вином.
*Одет как модель, но ведет себя как собака - так говорят о человеке, который хорошо выглядит, но имеет скверный характер.
«Мисс, почему вы сидите одна?»
Шэн Нуань даже не удосужилась отмахнуться от этого мужчины с сальными волосами, напудренным лицом и похотливым взглядом.
Она не обращала на него внимания, но мужчина, казалось, был совсем не против. Он продолжал подходить и даже попытался сесть рядом с ней: «Мисс, меня зовут Ван Син. Pengyun Technology - компания моей семьи. Как ваша фамилия? Вы мне незнакомы...»
Увидев, что её собеседник собирается сесть, Шэн Нуань подняла глаза и выплюнула одно слово: «Проваливай».
Ван Син опешил, а потом сердито усмехнулся.
Он презрительно процедил: «Отказываешься поднять бокал, а теперь вынуждена выпить штрафной*, да?»
*Отказаться от тоста только для того, чтобы пришлось выпить штрафной - отказаться от легкого пути, но в итоге столкнуться с более суровыми последствиями.
В этом столичном обществе все знали друг друга. Увидев, что Шэн Нуань выглядит незнакомо и сидит одна, явно всеми забытая, он решил, что она не из знатной семьи и, скорее всего, просто пришла на банкет, поэтому и осмелился вести себя так развязно.
«Я предлагаю тебе выпить, и советую не отказываться от хорошего угощения!»
Ван Син с усмешкой протянул ей бокал, его взгляд был полон злобы.
Шэн Нуань подняла глаза, потянулась, чтобы взять бокал... и прямо на глазах у самодовольного Ван Сина выплеснула вино ему в лицо: «Идиот!»
Ван Син, которого окатили вином, тут же пришел в ярость и поднял руку, чтобы схватить Шэн Нуань: «Ты б...»
Не успел он договорить оскорбление, как Шэн Нуань схватила его за протянутую руку, с силой дёрнула и ударила по лицу.
От громкого шлепка все вокруг вздрогнули и повернулись в их сторону.
Ван Сина ударили ногой в живот, и он схватился одной рукой за лицо, а другой - за живот. Униженный и разъярённый, он с трудом поднялся, стиснув зубы и проклиная: «Я тебя убью...»
В тот самый момент, когда он замахнулся, кто-то схватил его за руку и с силой отдёрнул.
Ван Син выругался себе под нос и развернулся, готовый обрушить на них поток оскорблений. Но как только он увидел бледного молодого человека в чёрном костюме, стоявшего позади него, а рядом - дворецкого семьи Цин, почтительно склонившего голову, он вдруг понял, кто перед ним. Выражение его лица мгновенно изменилось: «Молодой господин Цин».
Ван Син хотел что-то сказать в свою защиту, но не успел он открыть рот, как услышал, как вернувшийся молодой господин семьи Цин холодно произносит одно слово: «Проваливай».
Ван Син, терзаемый угрызениями совести, не осмелился продолжать. Вымученно улыбнувшись, он в смущении убежал под презрительными взглядами окружающих.
Дворецкий семьи Цин склонил голову и тихо извинился: «Молодой господин, я совершил ошибку, позволив этому человеку войти».
Е Наньсюнь махнул рукой, и дворецкий семьи Цин почтительно удалился.
Теперь в гостиной остались только Шэн Нуань и Е Наньсюнь.
Шэн Нуань долго думала, что сказать, но, увидев Е Наньсюня, тут же забыла все заготовленные фразы, и машинально спросила: «Что с тобой? Ты ужасно выглядишь. Ты заболел?»
Е Наньсюнь моргнул, но ничего не ответил.
Его лицо было непроницаемым, и Шэн Нуань пришла в себя, вспомнив, зачем она здесь.
Когда она только вошла, то попросила службу поддержки проверить уровень почернения Е Наньсюня... 80.
Из-за этого она немного нервничала.
Она внимательно посмотрела на Е Наньсюня и тихо объяснила: «Несколько дней назад я не хотела так с тобой поступать. У моей семьи были проблемы, и мне ничего не оставалось, кроме как попросить его о помощи, поэтому мне пришлось его выслушать... Клянусь, я не хотела тебя унижать».
Сказав это, она быстро добавила: «Но я знаю, что была неправа, поэтому я пришла извиниться перед тобой, как только смогла. Е Наньсюнь, мне действительно жаль».
Ресницы Е Наньсюня слегка дрогнули, и после минуты молчания он, наконец, заговорил... но его тон был совершенно безразличным: «Ты закончила?»
Шэн Нуань на мгновение была ошеломлена: «Д-да, я закончила».
Е Наньсюнь слегка скривил губы и сказал: «Ты правда думала, что несколько твоих слов заставят меня простить тебя и позволят тебе снова со мной играть? Если так, то ты слишком высокого мнения о себе...»
У Шэн Нуань упало сердце, и она почувствовала себя немного неловко.
В этот момент к ним подошёл хорошо одетый, изысканный мужчина средних лет: «А Нань».
В глазах Е Наньсюня вспыхнул холодный огонёк, и он вежливо поздоровался с ним: «Второй дядя».
Это был Цин Яньчуань, дядя Е Наньсюня и человек, который в настоящее время управлял семейным бизнесом Цин... Хотя виновный в отравлении Е Наньсюня так и не был найден, люди старого мастера Цина кое-что выяснили.
Цин Яньчуань не мог избежать подозрений.
Раньше Цин Яньчуань был просто младшим братом, который во всём слушался отца Е Наньсюня, Цин Яньчэна. Позже, когда с Цин Яньчэном что-то случилось, старик, не доверявший посторонним, постепенно продвигал Цин Яньчуаня по службе.
Но если вы слишком много видите, то это может затуманить рассудок человека, заставляя его поверить в то, что вещи, которыми он управляет от имени других, по праву должны принадлежать ему.
Никто не хотел, чтобы Е Наньсюнь, внезапно вернувшийся законный наследник, исчез больше, чем Цин Яньчуань.
Однако, что бы он ни делал за кулисами и сколько бы у него ни было планов, на лице Цин Яньчуаня читалась нежная забота, словно он был самым заботливым старшим по отношению к Е Наньсюню: «А Нань, эта юная леди...»
Лицо Е Наньсюня оставалось бесстрастным: «Просто самодовольная дура».
Шэн Нуань поперхнулась и надулась: «Я тебя даже не оскорбляла...»
Она не успела договорить, как Е Наньсюнь нетерпеливо перебил её: «С чего ты взяла, что я тебя прощу после того, как ты снова и снова играла со мной и унижала меня... Ах да, это из-за того, что я занял у тебя денег?»
Его тон был холодным и отстранённым. «Не волнуйся, я попрошу кого-нибудь перевести тебе основную сумму и проценты в ближайшее время, так что можешь идти, хорошо?»
Люди вокруг начали оборачиваться в их сторону.
Шэн Нуань почувствовала себя невероятно неловко: «Я не...»
Е Наньсюнь снова перебил её: «Да, и я возвращаю тебе те слова, которые ты сказала мне раньше. Люди должны быть самокритичными и соблюдать элементарные нормы приличия. Тебе так не кажется?»
Тело Шэн Нуань напряглось, и она наконец замолчала.
Цин Яньчуань усмехнулся: «А Нань, не стоит так сурово обращаться с девушкой...»
Е Наньсюнь поджал губы, его тон был холодным: «Второй дядя, вы не знаете, что она за человек».
В этот момент Шэн Нуань наконец сдалась...
Похоже, с проблемой почернения пока ничего не поделаешь. К счастью, Лесли начал действовать, так что, по крайней мере, ей больше не нужно было беспокоиться о собственной жизни.
Она придумает, что делать, в будущем, впереди ещё много времени.
С натянутой улыбкой она посмотрела на Е Наньсюня: «Тогда я пойду, Е Наньсюнь...»
Прежде чем развернуться, она осторожно повторила: «Я правда пришла сюда не за деньгами».
Е Наньсюнь ничего не ответил, а Шэн Нуань, подавленная, развернулась и ушла.
Выйдя из резиденции Цин, Шэн Нуань уже собиралась поймать такси, как вдруг заметила на другой стороне улицы знакомый Майбах.
Это был Шан Юэ.
Когда Шан Юэ вышел из машины и направился к ней, на его пути внезапно возникло несколько фигур.
Они были там, чтобы защитить Шэн Нуань.
В то же время рядом с Шэн Нуань остановилась другая машина... это был Свэт.
Свэт вышел из машины, обошел её и открыл дверь для Шэн Нуань: «Мисс Норман, самолёт готов. Меня отправили за вами».
Но как раз в этот момент служба поддержки внезапно предупредила: «Хозяйка, будь осторожна! Люди Стивена здесь».
В следующее мгновение из груди Свэта хлынула струйка крови...
Получив ранение, Свэт упал на землю, но с непоколебимой решимостью поднялся и выстрелил. В этот момент рядом с Шэн Нуань с визгом затормозила другая машина.
На другой стороне улицы телохранители Шан Юэ заметили, что что-то не так, и, бросившись к машине, открыли огонь, но здоровяк уже схватил Шэн Нуань и затолкал её в салон...
Она сопротивлялась и брыкалась изо всех сил, но её попытки были так же бесполезны, как попытки цыплёнка перед хищником.
Дверца машины с грохотом захлопнулась... Её руки были скованы за спиной, и ей оставалось только наблюдать, как Свэт и его команда отчаянно пытаются догнать автомобиль...
Выражение лица Шан Юэ, стоявшего на другой стороне улицы, резко изменилось. Он бросился за машиной похитителей, одновременно вызывая своих людей.
В это же время в банкетный зал ворвался человек, которого Е Наньсюнь тайно отправил следить за Шэн Нуань. Лицо его было серьёзным.
Е Наньсюнь стоял рядом со старым мастером Цином и с кем-то разговаривал. Человек поспешил к нему и тихо произнёс: «Молодой господин, девушку, за которой вы попросили меня присмотреть, похитили вооружённые люди...»
Е Наньсюнь застыл на месте. Бокал с вином выскользнул из его руки и разбился об пол...
Шэн Нуань сидела на краю обрыва у моря, растрёпанная и подавленная.
Она знала, что быть частью сверхбогатой семьи непросто... Ей так хотелось снова стать маленькой наследницей нуворишей!
В следующий момент перед ней появился телефон, и раздался холодный голос.
«Мистер Лесли, во-первых, у вас есть только три минуты. Через три минуты, если мы не получим то, что хотим, то судьбой мисс Норман будет океан под скалой позади неё».
Сразу после этого Шэн Нуань увидела на экране Лесли, сидящего за столом.
Обычно сдержанный и благородный мужчина средних лет был вне себя от ярости и повторял на иностранном языке: «Не трогай её, тебе нельзя к ней прикасаться».
Когда Лесли увидел на экране Шэн Нуань, он в ужасе вскочил: «Нуань Нуань, Айви... моя маленькая, не бойся. Папа здесь...»
Увидев испуганное выражение лица Лесли, Шэн Нуань почувствовала укол сожаления.
И Лесли, и Шэн Линшань любили её больше жизни.
Похитители заговорили: «Прежде всего, мистер Лесли, пожалуйста, подпишите все документы, которые лежат перед вами...»
На видео кто-то протягивал Лесли стопку бумаг. Шэн Нуань не знала, что это за документы, но по выражению лица Лесли было понятно, что они очень важные.
Несмотря на мрачное выражение лица, Лесли, не колеблясь, схватил ручку, чтобы поставить подпись. Быстро закончив, он поднял глаза и сердито потребовал: «Отпустите мою дочь».
«Нет-нет-нет, мистер Лесли, пожалуйста, не торопитесь. Нам нужно обсудить ещё кое-что...»
Похититель усмехнулся: «А теперь, пожалуйста, достаньте пистолет, который лежит у вас в ящике... Сегодня пуля должна оборвать чью-то жизнь. Чью именно - вашу или мисс Айви - решать вам».
Шэн Нуань застыла на месте, и на экране Лесли тоже был ошеломлён.
«Мистер Лесли, у вас осталась одна минута и тридцать секунд...»
«Как вы можете гарантировать, что, если я сделаю, как вы говорите, то вы отпустите мою дочь?» - ледяным тоном спросил Лесли.
Похититель едва заметно улыбнулся: «У вас ведь нет выбора, не так ли?»
Лесли замолчал.
Шэн Нуань обратилась в службу поддержки с просьбой проанализировать и просчитать ситуацию: «Сработает ли это?»
Служба поддержки быстро ответила: «Да, хозяйка. Наша первая миссия ещё находится в рамках периода защиты новичков, и мы можем обеспечить вашу безопасность».
Шэн Нуань с облегчением вздохнула.
Тем временем на экране Лесли уже взял в руки пистолет.
«Айви, доченька, закрой глаза...» - голос Лесли внезапно стал нежным.
Шэн Нуань попыталась встать и отчаянно замотала головой: «Нет, пожалуйста, не надо...»
Все похитители, находившиеся рядом, смотрели на экран, и один из них отсчитывал секунды.
«49, 48, 47...»
Глаза Лесли увлажнились, и он мягко произнёс: «Закрой глаза и не смотри, Айви. Просто помни, что папа тебя любит...» - с этими словами Лесли направил пистолет на себя. Но в этот момент Шэн Нуань внезапно вскочила и без предупреждения бросилась бежать.
Лесли был в ужасе: «Айви...»
Похитители, ругаясь, бросились за ней.
Они не осмеливались стрелять в девушку, пока Лесли был жив. Стоило им выстрелить, и Лесли лишился бы своей единственной слабости...
Кто-то выстрелил в землю рядом с девушкой, чтобы заставить её остановиться, но вскоре понял, что она бежит прямо к обрыву.
Похитители были встревожены. В этот момент к ним быстро приближались свет фар и рёв моторов нескольких машин.
Похитителям было плевать, что их могут поймать, и в отчаянии они бросились на девушку... Однако она была настолько решительна, что не выдала и намека на колебание и не оставила им ни единого шанса.
В одно мгновение фары автомобиля осветили скалу так ярко, словно наступил день. Затем на глазах у всех стройная фигура без оглядки прыгнула с обрыва...
Е Наньсюнь, только что вышедший из машины, увидел происходящее и тут же пришёл в ярость, бросившись вперёд: «Шэн Нуань...»
Дворецкий и телохранители быстро преградили ему путь и заслонили от опасности.
«Пустите меня, пустите...» - Е Наньсюнь с красными от ярости глазами отчаянно вырывался, но не мог освободиться.
В следующий миг он вдруг закашлялся, выплевывая кровь, и перед глазами у него потемнело.
«Молодой господин, молодой господин!»
«Скорее, отвезите молодого господина обратно...»
Е Наньсюнь только недавно был отравлен и ещё не успел полностью выздороветь, и из-за сильного эмоционального потрясения снова потерял сознание.
Перед тем как потерять сознание, он продолжал бормотать: «Шэн Нуань... Шэн Нуань...»
В то же время Шан Юэ, сидевший в соседней машине, тоже был ошеломлен, его лицо на мгновение застыло от ужаса.
Она прыгнула с обрыва?
Такой высокий утёс, внизу море и скалы... Она просто прыгнула?
Это был он, это из-за него.
Если бы он не следил за ней, её телохранители не отвлеклись бы, и у похитителей не было бы возможности нанести удар.
Так что... она погибла по его вине.
Водитель, его доверенное лицо, явно что-то понял, и его лицо мгновенно стало серьёзным: «Босс, нам нужно подготовиться».
Шан Юэ понял, что имел в виду его подчиненный.
Наследница семьи Норман погибла из-за них, и, несомненно, они столкнутся с безумной местью нового главы семьи Норман...
«Отправьте людей на поиски».
Шан Юэ сурово произнёс: «Отправьте людей на поиски в этом районе океана, прямо сейчас!»
Подчиненный тут же ответил: «Да!»
Все похитители были обезврежены телохранителями семьи Норман... Через полчаса прилетели несколько вертолётов, осветивших всю морскую территорию, как днём...
Пять лет спустя, в Хайши...
С рассветом в президентском люксе на верхнем этаже отеля «Чантилия» шторы были плотно задёрнуты, и в полумраке едва можно было разглядеть обстановку.
«Шэн Нуань, не...»
Фигура внезапно села на кровати, тяжело дыша и пребывая в смятении. В темноте его глаза были полны паники и растерянности.
Через некоторое время, когда он наконец успокоился, фигура зашевелилась.
Он протянул руку, чтобы раздвинуть шторы с помощью сенсорного экрана. Когда утреннее солнце выглянуло из-за горизонта, в комнату проникли несколько лучей света, наполнив холодное помещение теплом.
Красивые черты лица мужчины, настолько прекрасные, что их можно было бы назвать прелестными, были несколько омрачены суровым хмурым взглядом. Он поднял руку, потёр лоб и глубоко вздохнул.
Это снова был тот сон.
Каждый раз он казался таким ярким, словно это произошло только вчера, хотя на самом деле прошло уже пять лет.
Он потянулся под подушку, достал ожерелье и нежно погладил его кончиками пальцев... Прошло пять лет.
Казалось, эти пять лет тянулись целую вечность. От трудного возвращения домой до постепенного восстановления власти - с помощью деда он в конце концов вернул себе контроль над семейным бизнесом Цин... а заодно отправил так называемого дядю в тюрьму.
Более двадцати лет назад его биологические родители были похищены, а позже, когда он вернулся в семью Цин, его отравили - и все это по вине его доброго дядюшки.
Цин Яньчуань был казнён в прошлом году, и всего через три месяца после казни старик скончался.
Когда он умер, на его лице было умиротворение: он знал, что его внук вернулся... и что те, кто причинил вред его сыну и невестке, понесли наказание, а семья Цин снова в руках его внука. Старику больше не о чем было беспокоиться.
Е Наньсюнь похоронил своего деда, с которым прожил меньше четырёх лет, и снова остался один.
Но никто бы не сказал, что он одинок... В глазах всех новый глава семьи Цин был молод, но решителен и расправлялся с внутренними противниками, которые пытались бросить ему вызов, не проливая ни капли крови. Никто не осмеливался недооценивать этого молодого лидера.
В глазах окружающих - он решительный и хладнокровный магнат, обладающий финансовой и политической властью, способной повелевать ветрами и дождями. В мире бизнеса он скрупулёзен и безупречен, а в своем кругу - равнодушен и отстранён.
Он был похож на самую мощную, точную и холодную машину, и это заставляло всех настораживаться.
Но никто не знал, что глубокой ночью, во сне, он тоже испытывал панику и отчаяние, то и дело просыпался, ворочался с боку на бок, и сердце его разрывалось от боли...
Ожерелье, лежавшее под подушкой, сопровождало его на протяжении пяти лет. Пять лет назад он лично руководил поисками во всей морской акватории в течение шестидесяти дней. Несмотря на то, что семья Лесли уже провела похороны Айви Норман в стране Y, он всё ещё отказывался в это верить.
Целых шестьдесят дней он был бледным и истощённым, словно призрак... пока дедушка не разбудил его и не забрал домой.
Оправившись, он лично отправился выкупать ожерелье, которое она продала, чтобы собрать деньги на операцию. Тогда-то он и узнал, что в то время её собственное положение было не из лучших.
Её родители вели борьбу не на жизнь, а на смерть в стране Ү, а она осталась одна в другой стране, без поддержки, и ей приходилось постоянно быть начеку, чтобы избежать возможных опасностей.
В то время она в одиночку спасла его с подпольного боксёрского ринга, вооружившись пистолетом.
Она продала драгоценности, которые мать оставила ей в качестве залога на будущее, чтобы собрать деньги для его матери, но никогда не рассказывала ему о собственных трудностях и постоянной опасности, которой подвергалась.
Тогда же он увидел её фотографию на экране с пожеланиями в кафе, где подавали чай с молоком...
Оказалось, что она заходила в это кафе, пока он в тот день упрямо ждал её в одиночестве.
Она разозлилась на него за упрямство и с невозмутимым видом обозвала идиотом... Но, выговорившись, она пожалела о своих словах и, надув губы, добавила, что он самый лучший человек на свете...
Что в нём было такого хорошего... Она была рядом с ним в самые тяжёлые времена, а он даже не смог её защитить.
Последние пять лет Е Наньсюнь думал об этом каждый день. Если бы он не прогнал её той ночью, была бы она сейчас жива?..
Дедушка сказал ему, что он не виноват.
Он хотел защитить её...
В то время он был отравлен, и вокруг него было полно опасностей. Он боялся, что те, кто хотел с ним разделаться, нападут на неё, и не хотел, чтобы она из-за него подвергалась опасности... но в конце концов он сам подтолкнул её к смерти...
Целых пять лет каждый полуночный сон, в котором она прыгала со скалы, был для него жестокой и безжалостной пыткой, но он упрямо не отпускал...
Зазвонил будильник, и Е Наньсюнь встал, чтобы начать готовить.
Вскоре в филиале семьи Цин в Хайши открылись двери частного лифта. Из него вышел Е Наньсюнь в тёмно-сером костюме, а за ним последовал его помощник, который быстро зачитал расписание на день.
В этот момент к ним подошёл человек, поклонился и кивнул в знак приветствия.
«Президент Цин, президент Цин, мы вас ждали...»
Е Наньсюнь официально сменил имя на Цин Наньсюнь. В конце концов, он был главой семьи Цин, поэтому взял фамилию Цин и имя, данное ему приёмной матерью.
Узнав, что молодой магнат из семьи Цин прибыл в Хайши, бесчисленное множество людей, как открыто, так и тайно, захотели с ним встретиться. Добиться аудиенции было так же сложно, как дотянуться до неба.
Е Наньсюнь остановился как вкопанный и бросил холодный взгляд.
Помощник быстро представил: «Президент Цин, это мистер Чжао из Hengxing Media. Он договорился о встрече заранее... но встреча была назначена на полчаса после утреннего совещания».
Чжао Му, выглядевший немного смущённым и улыбающийся, сказал: «Я был так взволнован встречей с президентом Цин, что по ошибке пришёл раньше. Я был самонадеян».
В этот момент внезапно раздался удивлённый голос.
«Это действительно ты? Е Наньсюнь?»
Шэн Мянь теперь была восходящей звездой в Hengxing Media и набирала обороты, поэтому Чжао Му взял её с собой.
Молодой глава семьи Цин был сдержанным и загадочным, даже финансовые журналы не спешили публиковать его фотографии. Если его и удавалось запечатлеть, то всегда в профиль... Публика не знала, как он выглядит на самом деле.
Шэн Мянь однажды увидела фотографию и подумала, что этот человек в профиль похож на её бывшего одноклассника Е Наньсюня.
Даже имя «Цин Наньсюнь» отличалось всего на один иероглиф, но она не могла поверить, что это один и тот же человек.
Заведомо бедный старшеклассник внезапно превратился в главу семьи Цин.
Это просто фантазия...
Шэн Мянь не смогла удержаться от тихого восклицания, вызвав несколько любопытных взглядов. Е Наньсюнь тоже холодно взглянул на неё.
Шэн Мянь быстро сказала: «Я... Я Шэн Мянь. Мы учились в одной средней школе. Я не уверена, что ты ещё помнишь».
Шэн Мянь...
Выражение лица Е Наньсюня внезапно стало напряжённым, и после паузы он спокойно произнёс: «Шэн Нуань... она твоя двоюродная сестра?»
Казалось, что произнести это имя было непросто, но никто не заметил в Е Наньсюне никаких необычных эмоций.
Шэн Мянь опешила, а потом вдруг вспомнила слухи, ходившие в то время.
Говорили, что перед исчезновением Шэн Нуань она жестоко отвергла Е Наньсюня... В то время многие в школе знали, что Шэн Нуань насмехалась над Е Наньсюнем. Даже после того, как она его отвергла, он каждый день приносил ей завтрак и однажды несколько часов терпеливо ждал её под проливным дождём.
Шэн Мянь внезапно пожалела о том, что только что попыталась восстановить отношения с Е Наньсюнем.
Что, если он выместит на ней свой гнев из-за Шэн Нуань?
Чжао Му, не скрывая удивления, спросил: «Мянь Мянь знакома с президентом Цин?»
Поняв, что избежать этого не удастся, Шэн Мянь смогла лишь натянуто улыбнуться и сказать: «Мне посчастливилось учиться в той же школе, что и президент Цин...»
Чжао Му продолжал рассуждать о «судьбе», а Шэн Мянь внимательно следила за выражением лица Е Наньсюня и задумчиво произнесла: «Мы родственники, но не общались пять лет и совсем не контактировали в последние годы...»
Ресницы Е Наньсюня слегка дрогнули, и его тон снова стал холодным: «Неужели?»
С этими словами он развернулся, чтобы уйти...
Чжао Му надеялся воспользоваться своими связями с Шэн Мянь, но не ожидал, что этот влиятельный человек вдруг решит уйти. Он поспешил за ним и сказал: «Президент Цин, президент Цин, пожалуйста, отнеситесь снисходительно к делам Hengxing на собрании. Я...»
Но прежде чем он успел договорить, Е Наньсюнь спокойным голосом перебил его.
«Господин Чжао, я здесь для бизнеса, а не из благотворительных побуждений...»
Чжао Му тут же застыл, его улыбка почти померкла. Он хотел сказать что-то ещё, но телохранители Е Наньсюня без лишних слов остановили его. Ему оставалось только смотреть, как молодой магнат уходит, окружённый леденящей душу аурой.
Они с Шэн Мянь вернулись в приёмную, чтобы дождаться назначенного времени...
Сидя на диване, Чжао Му торжественно произнёс: «Мянь Мянь, от тебя зависит, сможет ли компания выстоять в этот раз».
Шэн Мянь подняла глаза и встретилась с многозначительным взглядом Чжао Му: «Поскольку вы с президентом Цин - старые одноклассники, воспользуйся этой возможностью... Если ты сможешь заручиться поддержкой президента Цин, в будущем ресурсы компании будут в твоём распоряжении».
Глаза Шэн Мянь вспыхнули, и она поджала губы: «Я... я постараюсь изо всех сил».
На съёмках фильма «Охота» три девушки вышли из машины-няни* и быстро направились в дом.
*«Машина-няня» - автомобиль премиум-класса, иногда фургон или внедорожник, который используется для перевозки знаменитостей, их помощников и телохранителей.
«Ты уже говорила об этом. Конечно, я позабочусь о том, чтобы кто-нибудь присмотрел за ним. Кто посмеет тронуть твоего Ду Лана?» - сказала Линь Сусу, одновременно удивлённая и ошарашенная.
Девушка с прямой чёлкой, стоявшая рядом, прищёлкнула языком: «Я просто хочу сделать ему сюрприз, ха-ха. Кстати, Вэй Вэй, когда пойдёшь просить у Сяо Цзэ автограф, не забудь взять и для меня».
У упомянутой девушки были льняные кудри, лицо размером с ладонь, фарфоровая кожа и загнутые ресницы.
Шэн Нуань это показалось забавным: «А ты не боишься, что твой Ду Лан приревнует, если узнает?»
Цзоу Вэнь скривила губы: «Я заберу его и отдам своей двоюродной сестре. В моём сердце есть место только для моего Ду Лана, в отличие от тебя, которая каждый день перелезает через стену*».
*Перелезть через стену - о непостоянном человеке, который часто меняет свои романтические увлечения.
Шэн Нуань сердито рассмеялась: «И после этого ты ещё хочешь, чтобы я взяла тебе автограф?»
Три девушки тут же расхохотались...
Пять лет назад Шэн Нуань упала в море и выжила благодаря подключению службы поддержки. Чтобы оставшиеся силы Стивена не сосредоточились на ней, Лесли и Шэн Линшань после долгих обсуждений решили устроить для неё «похороны» в рамках своего плана.
С тех пор Шэн Нуань не появлялась в стране Ү.
Позже, когда остатки сил Стивена были полностью уничтожены, она перестала о чём-либо беспокоиться. Кроме того, в тот момент показатель почернения Е Наньсюня снизился до 30, и она получила дополнительные очки за то, что косвенно помогла Лесли одержать победу. Таким образом, служба поддержки определила, что её миссия выполнена.
Шэн Нуань ни о чём не беспокоилась и чувствовала себя слишком комфортно в роли богатой женщины без имени, поэтому отказалась от предложения Лесли и его жены «воскресить» её.
Под именем Айви она вернулась на родину, чтобы сдать вступительные экзамены в колледж, и успешно поступила в Хайнаньский университет.
Сейчас она уже на первом курсе магистратуры
Эти две девушки, Линь Сусу и Цзоу Вэнь, - её соседки по комнате в общежитии. Линь Сусу была замечена скаутом на третьем курсе и с тех пор работает в индустрии развлечений как звезда третьего эшелона.
В то время за Шэн Нуань охотились еще более настойчивые скауты, но она без колебаний отказалась.
Если бы она пришла в индустрию развлечений, её, скорее всего, похитили бы и вернули в семью Норман уже через несколько дней.
Другая соседка, Цзоу Вэнь, сейчас учится в магистратуре и недавно начала встречаться с парнем по имени Ду Лан из актерской школы. Она попросила Линь Сусу познакомить Ду Лана с актерами «Охоты».
Сегодня Шэн Нуань и Цзоу Вэнь пришли на съёмочную площадку в качестве ассистенток Линь Сусу. Цзоу Вэнь пришла, чтобы повидаться со своим парнем, а Шэн Нуань - чтобы посмотреть на свою новую любовь, юную звезду Сяо Цзэ.
«Тсс, всё в порядке, Сяо Чжэн только что сказал, что Ду Лан в гримёрке поправляет макияж. Иди сама сделай ему сюрприз...»
Линь Сусу резко замолчала на полуслове, и в тот же момент Шэн Нуань и Цзоу Вэнь, стоявшие прямо за ней, тоже замерли. Все трое стояли в дверях комнаты отдыха, откуда доносились приглушённые звуки и знакомый мужской голос.
«...Какая девушка? Мы с ней просто друзья... Хм... Конечно, мне нравится сестра Юэ...»
Это был голос парня Цзоу Вэнь, Ду Лана.
Цзоу Вэнь сначала опешила, но в следующий момент выражение её лица изменилось. Она тут же подняла руку и постучала в дверь.
Шум в комнате отдыха внезапно стих. В этот момент из уборной вышла ассистентка второй женской роли шоу, Тан Юэ, вытирая руки. Увидев троих человек, стоящих у двери в комнату отдыха, она тут же остолбенела.
Она только что зашла в свой небольшой аккаунт, и не прошло и двух минут, как он... перевернулся.
«Сестра Сусу, вы ищете нашу сестру Юэ? Она только что сказала, что у неё кружится голова и она, наверное, спит. Может, вернётесь попозже...»
«Спит?»
Линь Сусу усмехнулась: «Спит с диким мужчиной, вы хотите сказать?»
Выражение лица помощницы тут же изменилось.
Линь Сусу подняла руку и постучала прямо в дверь: «Тан Юэ, ты хочешь, чтобы об этом узнали все члены съёмочной группы?»
Ассистентка поспешила к ней, чтобы остановить и мягко отчитать. В этот момент дверь в комнату отдыха открылась. Тан Юэ с недовольным выражением лица стояла рядом с красивым мужчиной - Ду Ланом, которого Цзоу Вэнь попросила Линь Сусу представить съёмочной группе.
То, что делали Ду Лан и вторая женская роль шоу, Тан Юэ, было очевидно.
Цзоу Вэнь подняла руку и ударила Ду Лана.
Ду Лан, застигнутый врасплох, с громким шлепком прикрыл лицо, и его выражение стало холодным: «Цзоу Вэнь, не бей по лицу. Мне ещё нужно будет сниматься».
Если не считать первоначального шока, Ду Лан не выказал ни малейшего стыда за то, что его поймали на измене.
Цзоу Вэнь усмехнулась: «И ты единственный, кто ещё хочет сохранить лицо?»
Выражение лица Тан Юэ тоже стало неприязненным. Она холодно посмотрела на Линь Сусу и остальных, а затем спокойно сказала: «Заходите и поговорим. Линь Сусу, ты же не хочешь устраивать тут сцену?»
Помощница быстро и осторожно провела их внутрь: «Давайте войдём и поговорим».
«Не трогайте меня».
Линь Сусу оттолкнула руку ассистентки, вошла и оттеснила Ду Лана в сторону. Она встала перед Цзоу Вэнь и с усмешкой посмотрела на Ду Лана: «Ты всё ещё думаешь, что тебя допустят к участию в съёмках?»
Она спросила: «Как думаешь, у тебя ещё есть шанс сыграть?»
Лицо Ду Лана слегка напряглось, он посмотрел на Тан Юэ.
Тан Юэ улыбнулась и успокоила Ду Лана: «Не бойся, отпусти её. Я хочу посмотреть, что важнее её слова или мои».
Линь Сусу застыла.
Она была всего лишь исполнительницей третьей женской роли, в то время как Тан Юэ была второй. С точки зрения известности и положения в съёмочной группе Тан Юэ была сильнее.
Но Линь Сусу не ожидала, что Тан Юэ окажется такой бесстыжей. Она прямо спросила: «Что ты имеешь в виду?»
«Что я имею в виду?» - усмехнулась Тан Юэ, - «Ты привела людей, которые ворвались в мою комнату отдыха и избили моих подчинённых, и ты ещё спрашиваешь, что я имею в виду?»
Увидев, что Линь Сусу втянули в эту историю и она взяла вину на себя, Цзоу Вэнь разозлилась: «Твой человек? Этот парень по фамилии Ду - отъявленный мерзавец, а ты ещё смеешь говорить, что он твой человек?»
Ду Лан поджал губы, посмотрел на Тан Юэ, а затем сказал Цзоу Вэнь: «Я собирался порвать с тобой через несколько дней... После встречи с сестрой Тан Юэ я понял, что такое настоящая любовь. Цзоу Вэнь, может, просто разойдёмся по-хорошему?»
Цзоу Вэнь гневно рассмеялась: «Я действительно недооценивала тебя раньше. Расстаться по-хорошему? Ты ещё смеешь говорить такие бесстыдные вещи. Вот как ты расстаёшься по-хорошему?»
Ду Лан замолчал.
В этот момент Тан Юэ усмехнулась: «Тебе дали шанс, а ты не знаешь, как им воспользоваться».
Линь Сусу резко развернулась: «Бесстыдная тут только ты!»
Лицо Тан Юэ внезапно стало холодным. Затем она медленно произнесла: «Линь Сусу, извинись».
Она сказала: «Ты и те, кого ты привела, извинитесь передо мной и Ду Ланом...»
Прежде чем Линь Сусу успела что-то сказать, Тан Юэ подчеркнула: «Иначе тебя выгонят из команды!»
Линь Сусу усмехнулась и хотела что-то сказать, но Тан Юэ уставилась на неё и, поджав губы, произнесла: «О, ты еще не в курсе? Самый крупный инвестор в этом фильме - компания Qingyun Technology...»
А отец Тан Юэ - один из топ-менеджеров компании Qingyun Technology.
Линь Сусу застыла на месте. Тем временем Ду Лан, стоявший рядом с ней, сохранял спокойствие, явно уже разобравшись в ситуации.
В этот момент Цзоу Вэнь наконец поняла, почему Ду Лан так нагло себя вёл... Потому что у Тан Юэ была поддержка.
И теперь она не только сама была унижена, но и втянула Линь Сусу в унижение от Тан Юэ.
На мгновение Цзоу Вэнь охватили стыд, гнев и чувство вины, а выражение лица Линь Сусу стало очень мрачным.
Тан Юэ улыбнулась, достала телефон и набрала номер. Ей быстро ответили: «Привет, милая, как дела? Скучаешь по папочке?»
Тан Юэ посмотрела на Линь Сусу, улыбнулась и сказала в трубку: «Пап, меня обижают на съёмках. Ты можешь попросить их заменить её?»
Человек на другом конце провода ответил без колебаний: «Конечно, кто тот слепой, который посмел оскорбить нашу маленькую принцессу?»
Тан Юэ потрясла телефоном перед Линь Сусу, её глаза наполнились удовлетворением победительницы, и одними губами произнесла: «Извинись...»
В комнате отдыха воцарилась мёртвая тишина.
Когда Цзоу Вэнь увидела недовольное выражение лица Линь Сусу, она почувствовала глубокое сожаление. Она корила себя за то, что неверно оценила характер, и сожалела, что из-за неё Линь Сусу оказалась замешана в этой истории.
Она знала, как тяжело Линь Сусу было пройти путь от никому не известной новенькой до того, кем она является сегодня. Если бы её будущее было разрушено из-за того, что она перешла дорогу влиятельным людям, то Цзоу Вэнь оказалась бы в роли грешницы, причинившей вред Линь Сусу.
Цзоу Вэнь поджала губы, сделала шаг вперёд и уже собиралась заставить себя извиниться и вынести унижение, но её внезапно оттащили назад.
Оглянувшись, она увидела Айви, которая не проронила ни слова, и с улыбкой протянула ей телефон: «Ну же, мисс Тан, посмотрите сюда и повторите в камеру то, что вы только что сказали».
Увидев, что Шэн Нуань держит в руках телефон, Тан Юэ мгновенно изменилась в лице.
Ду Лан, стоявший рядом с Тан Юэ, тут же бросился вперёд, чтобы выхватить телефон из рук Шэн Нуань, не дожидаясь указаний Тан Юэ. Но как только он приблизился, Шэн Нуань с силой пнула его, отчего он упал на колени и застонал от боли, не в силах подняться.
Шэн Нуань вернула себе телефон, и в её глазах появилось подозрение: «Продолжайте, мисс Тан. Почему вы замолчали? Давайте я посмотрю, кто ваш отец и насколько он влиятелен, хм?»
Глаза Линь Сусу и Цзоу Вэнь мгновенно загорелись. Если бы ситуация была иной, они бы обе аплодировали Айви.
Лицо Тан Юэ, напротив, побагровело: «Чего именно ты хочешь?»
Шэн Нуань улыбнулась: «Мисс Тан, вы такая властная... На самом деле мы не собирались ничего делать. Мы просто пришли, чтобы поймать на измене подонка, а потом вернуться и выложить видео в сеть, чтобы он и его любовница вместе предстали перед справедливым осуждением общественности».
Закончив говорить, Шэн Нуань сказала Линь Сусу и Цзоу Вэнь: «Пойдёмте, пора выкладывать в сеть».
Линь Сусу и Цзоу Вэнь развернулись, чтобы уйти.
Тан Юэ в несколько быстрых шагов бросилась вперёд, преграждая путь Шэн Нуань и двум её спутницам. Её лицо было пепельным, она стиснула зубы: «Я просто разозлилась и наговорила лишнего... Так скажи мне, чего ты на самом деле хочешь?»
Шэн Нуань посмотрела на Линь Сусу и Цзоу Вэнь, развела руками и сказала: «Решайте сами».
Линь Сусу, не желая усугублять ситуацию, помолчала и обратилась к Тан Юэ: «Скажи Ду Лану, чтобы он не участвовал в съёмках».
Тан Юэ повернулась и взглянула на побледневшего Ду Лана, который стиснул зубы: «Хорошо».
Цзоу Вэнь не ожидала, что Линь Сусу, даже в такой ситуации, будет думать только о том, как заступиться за неё. На душе у неё стало одновременно и горько, и тепло. Она сказала Тан Юэ: «Поклянись, что больше не будешь преследовать Су Су на съёмках».
Тан Юэ бросила взгляд на Шэн Нуань, которая улыбалась, держа в руках телефон, и стиснула зубы: «Ладно, клянусь».
Шэн Нуань цокнула языком: «Мисс Тан, вы так и не извинились за то, что связались с чужим парнем».
Выражение лица Тан Юэ стало ещё более мрачным. После долгого молчания, она, наконец, выдавила два слова сквозь стиснутые зубы: «...Мне жаль».
Цзоу Вэнь, не желая создавать ещё больше проблем из-за обманывающего подонка, подтолкнула Шэн Нуань локтём: «Пойдем».
Шэн Нуань под пристальным взглядом Тан Юэ удалила видео и очистила кэш... Только тогда Тан Юэ, наконец, вздохнула с облегчением.
В этот момент Шэн Нуань вдруг кое-что вспомнила: «Эй, Вэньцзы, разве ты не говорила, что Ду Лан занял у тебя денег в прошлом месяце? Он тебе вернул долг?»
Цзоу Вэнь скривилась от отвращения: «Нет. Ладно, считай, что это благотворительность».
Шэн Нуань приподняла бровь: «Как ты можешь просто так это оставить? Эти деньги можно было бы потратить на помощь бездомным кошкам и собакам, зачем позволять какому-то подонку наживаться на этом?»
Цзоу Вэнь на мгновение задумалась и согласилась, а затем посмотрела на Ду Лана, лицо которого уже посерело от отчаяния: «Всего 8500 юаней, плати скорее... Честно говоря, твоё бесстыдство мне по-настоящему открыло глаза».
Выражение лица Ду Лана стало неприятным, и после долгой паузы он наконец выдавил из себя: «Сейчас у меня нет денег».
Цзоу Вэнь нахмурилась.
Шэн Нуань холодно усмехнулась: «Нет денег? Тогда напиши расписку. Пиши прямо сейчас».
На лбу Тан Юэ запульсировали вены, её губы зашевелились, словно она хотела что-то сказать, но в конце концов она промолчала.
Лицо Ду Лана помрачнело. Он взял со стола ручку и, стиснув зубы, написал долговую расписку. Цзоу Вэнь взглянула на дату погашения в следующем месяце и спокойно отложила расписку в сторону.
Только после этого все трое вышли из комнаты отдыха Тан Юэ...
Когда они ушли, Тан Юэ дала пощёчину своей помощнице, и та в слезах выбежала из комнаты, закрыв лицо руками. Теперь в комнате остались только Тан Юэ и Ду Лан.
Ду Лан с мольбой в голосе шагнул вперёд: «Сестра, ты правда собираешься меня бросить?»
Лицо Тан Юэ помрачнело. Она глубоко вздохнула и попыталась его успокоить: «Забудь об этом фильме. Подожди немного, в следующий раз я возьму тебя с собой».
Ду Лан втайне стиснул зубы, но мог лишь послушно кивнуть.
По правде говоря, он знал, что у Тан Юэ не так много опыта. В лучшем случае она имела небольшое влияние в этом малобюджетном фильме. И все же она была лишь второй женской ролью.
Если бы она действительно была так хороша, то давно бы получила главную роль.
Но у него не было другого выбора. Сейчас Тан Юэ была единственным человеком, который мог ему помочь...
С другой стороны, когда они втроём вышли на улицу, Цзоу Вэнь всё ещё выглядела немного обеспокоенной: «Как думаешь, Тан Юэ действительно не станет мстить Су Су? Что, если она создаст ей проблемы в будущем?»
Линь Сусу улыбнулась: «Всё в порядке».
Шэн Нуань с насмешкой в голосе вмешалась в разговор: «Если бы у неё действительно были такие способности, она бы уже давно стала ведущей актрисой. Подумай сама».
Цзоу Вэнь похлопала себя по груди: «Это правда».
На лице Линь Сусу по-прежнему читалось беспокойство, и было ясно, что она лишь притворяется спокойной... В конце концов, для такой, как она, у которой ничего не было и которая полагалась только на себя, любой удар со стороны власть имущих мог стать сокрушительным.
Шэн Нуань похлопала её по плечу: «Не переживай. Если ты не сможешь снять это, мы не будем продолжать работу над этим маленьким фильмом. Я найду для тебя ресурсы!»
Линь Сусу рассмеялась: «Ладно, мисс Айви, какие ресурсы вы планируете для меня найти?»
Цзоу Вэнь пошутила: «Само собой разумеется, что это должны быть международные проекты, которые обеспечат вам успех с самого дебюта...»
Шэн Нуань моргнула: «Откуда ты знаешь?»
Линь Сусу расхохоталась, а затем они услышали, как Шэн Нуань продолжает: «"Инфильтратор 2", "Альянс Эволюционистов 3" и "Гость из бездны 2", два фильма и один сериал - во всех этих проектах есть персонажи азиатского происхождения. Выбирай».
Услышав это, Линь Сусу и Цзоу Вэнь рассмеялись так сильно, что чуть не заплакали.
Линь Сусу слегка кашлянула, подавила смех и серьёзным тоном сказала: «Альянс Эволюционистов 3. В третьем фильме появится жрица А Ча, и мне всегда нравился её персонаж в комиксах. Сейчас идет кастинг, и на пробы приходят многие звезды первой величины».
Шэн Нуань окинула её взглядом... никаких проблем. Она кивнула: «Хорошо, тогда хорошенько подготовься к прослушиванию. Если твоя игра не будет ужасной... роль твоя».
Линь Сусу вытерла слёзы от смеха и несколько раз кивнула: «Ладно, ладно, я поняла».
Шэн Нуань вздохнула: «Я серьёзно. Не думай, что я шучу».
Цзоу Вэнь рассмеялась: «Мы все серьёзно. Очень серьёзно».
«Ах, Айви, твоя новая любовь Сяо Цзе сегодня взял выходной. Похоже, ты не увидишь его…»
Шэн Нуань не расстроилась: «Ничего страшного, в мире тысячи свежих кусочков мяса. Может, завтра я влюблюсь в кого-нибудь другого».
Линь Сусу и Цзоу Вэнь обменялись удивлёнными взглядами.
Проводив Шэн Нуань и Цзоу Вэнь, Линь Сусу вернулась к съёмкам, а Шэн Нуань и Цзоу Вэнь пошли ловить такси.
Как только они вышли из ворот парка, туда подъехал чёрный седан.
Цин Наньсюнь сидел на заднем сиденье и отдыхал, закрыв глаза. Когда они проехали через ворота, он открыл глаза и выглянул в окно... и увидел двух девушек, идущих вдоль дороги.
Это длилось всего мгновение, но почему-то он испытал необъяснимое чувство. Он повернул голову, чтобы взглянуть ещё раз... у одной из них были длинные волнистые светло-каштановые волосы. Она была очень эффектной.
«Стой».
Внезапно сказал он.
Водитель в замешательстве резко нажал на тормоз. Е Наньсюнь открыл дверь и вышел... но увидел, что две девушки уже сели в такси и уехали.
Водитель быстро вышел из машины, взглянул в ту сторону, куда смотрел Е Наньсюнь, и спросил с озадаченным выражением лица: «Президент Цин, что-то не так?»
Е Наньсюнь прижал пальцы к вискам, затем повернулся и сел обратно в машину.
«Нет, всё в порядке. Поехали».
Может быть, он слишком устал за эти несколько дней и у него начались галлюцинации.
На долю секунды ему показалось, что спина этой фигуры... очень похожа на спину Шэн Нуань.
Отправив Цзоу Вэнь на такси обратно в школу, Шэн Нуань развернулась и направилась в компанию, где проходила стажировку.
Это тоже было по просьбе Лесли.
Поскольку Шэн Нуань четыре года скиталась по миру и редко возвращалась домой, за исключением особых случаев, Лесли и Шэн Линшань, заметив её долгое отсутствие, решили подготовить её к роли наследницы семейного дела и отправили на стажировку в небольшие компании по всей стране.
Шэн Нуань, привыкшая к праздной жизни и не желавшая превращаться в корпоративного раба, даже заявила, что может отказаться от наследства... В результате она мгновенно разозлила Лесли и его жену, и те не стали больше с ней церемониться.
Лесли предложил ей два варианта: во-первых, отказаться от своих прав на наследство, и тогда семья больше не будет её поддерживать; если она хочет отказаться от этого, ей следует сделать это полностью и полагаться на себя, чтобы зарабатывать на жизнь.
Во-вторых, они дали бы ей еще два года на то, чтобы насладиться жизнью, но в то же время она должна была бы набраться опыта, стажируясь на низовых предприятиях семьи Норман, чтобы подготовиться к тому, чтобы стать квалифицированной наследницей семейного бизнеса.
На самом деле Шэн Нуань не хотела быть независимой, просто ей было лень и это казалось хлопотным... Но вместо того, чтобы обеспечивать себя в будущем самой, она решила подчиниться и устроилась стажером в СВВ, компанию по производству трансформаторного оборудования, принадлежащую семье Норман.
Сегодня были выходные, но ей пришлось вернуться в компанию, чтобы поработать сверхурочно.
Компания, в которой работала Шэн Нуань, была филиалом СВВ в Хайши. Благодаря свободному владению иностранными языками она устроилась в СВВ на должность менеджера по продажам.
Менеджер по продажам на самом деле был обычным продавцом.
В этом месяце представилась хорошая возможность: компания Qingyun Technology получила заказ на десятки миллионов долларов и специально организовала конференцию по техническому обмену опытом в области трансформаторного оборудования.
Руководитель отдела поручил выполнение этого задания Шэн Нуань и её руководителю группы Коу Шаоцуну. Затем руководитель группы Коу Шаоцун поручил Шэн Нуань, как новичку, подготовить презентацию и другие материалы для конференции по обмену опытом в выходные.
В следующий понедельник они отправятся в Qingyun Technology для технического обмена, чтобы попытаться заключить этот контракт...
Что ж, поскольку она была новичком, сверхурочной работы не избежать. Однако Шэн Нуань не ожидала, что за все выходные, пока она готовила материалы, она ни разу не увидела Коу Шаоцуна. Когда она сомневалась в каких-то деталях и звонила ему, он отвечал небрежно и просил её разобраться самой.
К тому времени, когда в понедельник она встретилась с Коу Шаоцуном на конференции по обмену опытом в Qingyun Technology, она уже узнала, что у Qingyun Technology есть потенциальный партнёр.
Другими словами, Коу Шаоцун, прекрасно понимая, что это бесполезно, намеренно заставил её работать сверхурочно два дня подряд.
Шэн Нуань спокойно посмотрела на него. Мужчина средних лет, за сорок, ничуть не смутился и улыбнулся: «Это ведь и для новичка возможность набраться опыта, как думаешь?»
Она взглянула на него, развернулась и вошла внутрь. Но вскоре после этого она неожиданно столкнулась со своей знакомой - Тан Юэ.
Поскольку миссия была признана завершённой, служба поддержки часто простаивала. Ей было нечего делать, и она не связывалась со службой. Увидев Тан Юэ, она обратилась в службу поддержки и только тогда узнала, что высокопоставленный отец Тан Юэ - вице-президент компании Qingyun Technology, отвечающий за закупки.
В то же время Тан Юэ увидела Шэн Нуань и значок на её груди.
Тан Юэ медленно растянула губы в улыбке...
Гости всё ещё ждали в банкетном зале, наслаждаясь фуршетом в ожидании начала конференции.
Тан Юэ взяла отца за руку и вздёрнула подбородок: «Папа, это та самая женщина, которая в прошлый раз помогла другим издеваться надо мной и заставила меня потерять лицо».
Тан Шоупин проследил за взглядом дочери, и в его глазах мелькнуло удивление. Не поворачивая головы, он небрежно произнёс: «Ладно, не волнуйся. Папа заставит её сегодня извиниться перед тобой».
Тан Юэ с милой улыбкой обняла Тан Шоупина за руку: «Папа - лучший».
Вскоре началась конференция по обмену опытом.
Всего в презентациях участвовало девять компаний. Когда Шэн Нуань подошла к стенду, чтобы вытянуть номер, она узнала, что её хороший руководитель, Коу Шаоцун, уже сообщил организаторам, что они отказываются от этой возможности, поэтому номера у них не было.
Шэн Нуань потеряла дар речи. После долгих уговоров ей наконец удалось убедить их провести последнюю сессию, которая длилась всего 8 минут.
Когда все расселись в зале, Коу Шаоцун пренебрежительно взглянул на дополнительный слот для презентации их компании на экране.
Он с презрением посмотрел на Шэн Нуань и мысленно усмехнулся: «Какая трата сил».
На самом деле поначалу Коу Шаоцун довольно дружелюбно относился к Шэн Нуань, но всё изменилось, когда она отказалась возместить ему расходы на развлечения.
Это был счёт за ужин на сумму более 4000 юаней. Коу Шаоцун небрежно протянул его Шэн Нуань и попросил помочь внести оплату в систему. Когда Шэн Нуань спросила, за что он заплатил, Коу Шаоцун велел ей просто придумать что-нибудь и внести оплату на своё имя.
Он также заверил её: «Подписи мои и начальника, начальник об этом знает... Заместитель начальника обычно не задаёт вопросов».
Она сразу поняла, что чек был выписан на его личные расходы и он хотел, чтобы их возместили со счёта компании. Поскольку начальник был шурином Коу Шаоцуна, с возмещением проблем не возникло, но он опасался, что его проверят, и хотел обманом заставить новичка Шэн Нуань заполнить форму.
Таким образом, даже если бы расследование проводилось позже, вся вина легла бы на Шэн Нуань.
Шэн Нуань отказалась. С тех пор Коу Шаоцун часто создавал ей проблемы, а начальник всегда закрывал на это глаза.
Она игнорировала насмешки Коу Шаоцуна, сидя рядом с ним, слушала доклады других и просматривала материалы, которые понадобятся ей позже.
В зале конференция по обмену опытом проходила по плану. Тем временем в переговорной по другую сторону зала все руководители высшего звена Qingyun Technology сидели прямо, молча и напряжённо.
Е Наньсюнь, сидевший во главе стола, откинулся на спинку стула и молча слушал, как заместитель директора по маркетингу Qingyun Technology докладывает о положении дел в компании.
Qingyun Technology была дочерней компанией Qing Group, занимавшейся производством трансформаторного оборудования. В последние годы бизнес семьи Цин процветал, и все дочерние компании, опираясь на мощную поддержку, демонстрировали стремительный рост, особенно после выхода на зарубежный рынок трансформаторного оборудования. Дочерние компании получали огромную прибыль.
Только у Qingyun Technology, дочерней компании, занимающейся новыми источниками энергии, показатели были неудовлетворительными.
Так получилось, что Е Наньсюнь был в Хайши и решил заглянуть туда. Он не предупредил компанию Qingyun Technology о своём визите, а просто появился на пороге, застав их врасплох.
В конференц-зале топ-менеджеры Qingyun Technology нервно поглядывали на молодого руководителя. Кто-то был озадачен, кто-то обливался потом.
Они знали, что в прошлом году показатели компании Qingyun Technology были самыми низкими среди предприятий Qing Group, и опасались, что их привлекут к ответственности. Однако они не ожидали, что он приедет лично.
Они также прекрасно знали, что, несмотря на молодой возраст, этот человек был очень властным. Поэтому, хотя он просто сидел и спокойно слушал доклады, они не смели расслабляться.
Требования к отчётам о проделанной работе, которые предъявлял Е Наньсюнь, были просты: он просил каждого уложиться в десять минут. Для десятиминутного отчёта ему требовались только основные моменты и данные, без каких-либо приукрашиваний.
Час пролетел незаметно. Каждый заместитель руководителя, отвечающий за разные направления, отчитался о проделанной работе. Поскольку заместитель руководителя по закупкам Тан Шоупин присутствовал на другом совещании, Е Наньсюнь попросил не беспокоить его и попросил начальника отдела закупок отчитаться вместо него.
Начальник отдела с напряжённым выражением лица успешно завершил отчёт. В зале заседаний воцарилась тишина.
Е Наньсюнь наклонился и прошептал несколько слов своему личному помощнику, стоявшему рядом. Помощник ответил и ушёл. Затем Е Наньсюнь повернулся и резко сменил тему: «Я слышал, сегодня будет конференция по техническому обмену?»
«Да, президент Цин, она проходит прямо сейчас. Мы можем посмотреть видео здесь».
Сотрудник переключил экран, и в следующий момент на нём появилось видео с конференции по техническому обмену в аудитории, сопровождаемое заключительным выступлением женщины.
«...Таковы эксплуатационные характеристики нашего оборудования для удалённого интеллектуального обслуживания. Мы будем постоянно оптимизировать и совершенствовать его в процессе эксплуатации, чтобы соответствовать требованиям современных интеллектуальных электрических систем. Спасибо всем».
Е Наньсюнь небрежно взглянул на него, но тут же застыл на месте. В следующий миг он резко вскочил.
Все в зале заседаний были ошеломлены и растерянно смотрели на него.
«Проводите меня в аудиторию. Сейчас же».
С этими словами он развернулся и вышел.
Генеральный директор Qingyun Technology, стоявший рядом, не стал разбираться в происходящем и быстро последовал за ним: «Президент Цин, аудитория на третьем этаже. Сюда, пожалуйста...»
Как раз в тот момент, когда Е Наньсюнь с напряжённым выражением лица спешил в конференц-зал, сеанс по обмену на другой стороне уже закончился. Все переместились в банкетный зал и разбились на небольшие группы, чтобы познакомиться друг с другом.
В конце концов, в этой сфере расширение круга деловых связей никогда не будет лишним.
Коу Шаоцун уже держал в руке бокал с вином и непринуждённо поддерживал разговор, в то время как Шэн Нуань сидела в углу дивана с Тан Шоупином, заместителем директора по закупкам в Qingyun Technology.
Она понимала, что Тан Шоупин вряд ли пришёл к ней с благими намерениями, но всё равно вела себя профессионально и рассказывала ему о продукции СВВ.
Глаза Тан Шоупина сверкнули злобой, когда он притворился, что чем-то обеспокоен: «Мисс Айви, ваша презентация была великолепна. Однако, честно говоря, интеллектуальные продукты вашей компании стоят слишком дорого для наших текущих нужд. Многие функции нам не нужны, так что соотношение цены и качества оставляет желать лучшего».
Шэн Нуань подумала, что ни один менеджер по закупкам с техническим образованием не должен был бы говорить такое, но терпеливо ответила: «Господин Тан, в нашей отрасли мы всегда ставили производительность выше так называемой экономической эффективности. В конце концов, одно-единственное отключение электроэнергии из-за технического обслуживания может обойтись очень дорого. Наша продукция может значительно снизить вероятность таких инцидентов».
Тан Шоупин на мгновение замолчал, а затем улыбнулся: «Мисс Айви, вы так молоды. Если вам удастся заключить эту сделку, ваше будущее будет очень светлым, не так ли?»
Шэн Нуань ответила сдержанно: «Получится или нет - это часть опыта. Я не особо об этом думаю».
Тан Шоупин покачал головой, всё ещё улыбаясь: «О, как вы могли об этом не подумать? В профессиональном мире некоторым людям просто нужен попутный ветер, чтобы взлететь. Как только они воспользуются этой возможностью, они быстро добьются успеха. Я, например... всегда готов предоставить молодым людям шанс».
Пока он говорил, Тан Шоупин медленно протянул руку к планшету, который держала Шэн Нуань.
Вежливая улыбка исчезла с лица Шэн Нуань. Она спокойно убрала руку и холодно посмотрела на Тан Шоупина.
Тан Шоупин невозмутимо поднял бровь: «Похоже, мисс Айви не очень заинтересована в этом проекте...»
Шэн Нуань ничего не ответила и потянулась за бокалом вина на столе. Не колеблясь, она выплеснула его прямо на него.
«Господин Тан, вы уже пришли в себя?»
Её движения были решительными, и они сразу привлекли внимание окружающих. Тан Шоупин на мгновение опешил, а затем вскочил со своего места и закричал: «Мисс Айви, проявите хоть немного уважения к себе!»
«Что происходит? Что случилось?»
Вокруг собрались люди, лихорадочно протягивая Тан Шоупину салфетки. Тан Юэ, вернувшаяся из уборной, увидела эту сцену, и выражение её лица мгновенно изменилось.
Тан Шоупин повернулся к Коу Шаоцуну, который только что подбежал к ним, и строго спросил: «Так ведут себя сотрудники отдела продаж вашей компании?»
Коу Шаоцун, всё ещё пребывая в замешательстве, спросил: «Господин Тан, что здесь произошло?»
Тан Шоупин фыркнул: «Она воспользовалась возможностью представляя свой продукт, чтобы заигрывать со мной. Когда я отверг её, она разозлилась и пригрозила испортить мою репутацию, даже плеснула в меня вином, чтобы всё выглядело так, будто я её домогался...»
Какой опытный ход - он мгновенно описал ситуацию, чтобы оправдать себя, загнав Шэн Нуань в угол.
Тан Юэ громко выругалась: «Ты молодая, но уже научилась срезать путь. Где охранники? Почему вы до сих пор не выгнали этого человека?!»
Коу Шаоцун быстро извинился и повернулся, чтобы отругать Шэн Нуань: «Извинись перед мистером Таном прямо сейчас! Немедленно извинись!»
Похоже, он был на стороне Тан Шоупина и готов был полностью переложить вину на Шэн Нуань.
Шэн Нуань холодно взглянула на Коу Шаоцуна, затем повернулась к Тан Шоупину, и её голос звучал так же холодно: «Не нужно строить из себя жертву. Просто посмотрите записи с камер наблюдения, и всё станет ясно».
Взгляд Тан Шоупина слегка дрогнул, но выражение его лица осталось прежним. Тем временем Тан Юэ снова заговорила: «Что? Ты хочешь сказать, что у моего отца были неподобающие намерения по отношению к тебе?»
Шэн Нуань усмехнулась: «Неужели бесстыдство передаётся по наследству в вашей семьи?»
Тан Юэ тут же пришла в ярость: «Что ты сказала? Повтори!»
Шэн Нуань не стала дальше препираться с отцом и дочерью. Вместо этого она достала телефон: «Забудьте, с такими, как вы, разговаривать бессмысленно. Я просто вызову полицию».
Выражение лица Тан Шоупина мгновенно изменилось. Он повернулся к Коу Шаоцуну с холодной улыбкой: «Так вот оно что, вы двое здесь, чтобы устроить сегодня неприятности!»
Коу Шаоцун выругался про себя, не желая ссориться с компанией Qingyun Technology, которую поддерживала Qing Group. Он быстро подошёл к Шэн Нуань и резко прошептал: «Зачем ты звонишь в полицию? Положи телефон, ты...»
Не успел он договорить, как Шэн Нуань бросила на него холодный взгляд: «Убирайся».
Коу Шаоцун не поверил своим ушам: «Как ты смеешь так со мной разговаривать! Ты...»
Шэн Нуань уже собиралась нажать на кнопку вызова, но вдруг послышались торопливые шаги и несколько приближающихся голосов.
«Президент Цин, президент Цин...»
Все обернулись на звук, и перед ними предстал слегка запыхавшийся молодой человек, от которого исходила подавляющая аура.
За ним стояла группа руководителей высшего звена из Qingyun Technology.
Генеральный директор Qingyun Technology быстро шагнул вперёд.
«Президент Цин, вы...»
Но не успел он договорить, как Е Наньсюнь поднял руку, чтобы остановить его.
Все были ошеломлены.
«Президент Цин?»
Во всей Qing Group только к одному человеку обращались «президент Цин», и это был молодой глава семьи Цин.
Так это был он... и действительно, он был очень молод.
Когда этот человек успел незаметно появиться здесь? И что вообще происходит?
Тан Шоупин поспешно шагнул вперёд и с большим почтением поприветствовал: «Президент Цин».
Тан Юэ последовала за отцом, её глаза сверкали, когда она смотрела на необычайно красивого молодого человека, излучавшего ауру власти.
Е Наньсюнь не обратил на них внимания. Успокоившись, он медленно подошёл к Шэн Нуань и остановился перед ней.
Шэн Нуань оправилась от первоначального удивления и осторожно сказала: «Е Наньсюнь...»
У Е Наньсюня слегка дёрнулся кадык, но он ничего не ответил.
Чувствуя себя немного неловко, Шэн Нуань подумала, что собеседник уже забыл о ней... Поколебавшись, она собралась с духом и сказала: «Эм, я Шэн Нуань. Ты... ещё помнишь меня?»
Ресницы Е Наньсюня слегка дрогнули. Наконец он обрёл дар речи: «...Помню».
Его руки, свисавшие вдоль тела, были крепко сжаты в кулаки, но лицо не выдавало никаких эмоций. Он спросил тёплым тоном: «Что случилось?»
Шэн Нуань колебалась, стоит ли говорить ему, учитывая, что они не виделись пять лет, а их последняя встреча была не слишком приятной... Но, встретив сосредоточенный и нежный взгляд Е Наньсюня, она передумала.
Она взглянула на Тан Шоупина: «Он приставал ко мне, а потом попытался свалить вину на меня. Можете проверить записи с камер видеонаблюдения».
Не колеблясь, Е Наньсюнь сказал: «Я разберусь с этим».
Выражение лица Тан Шоупина изменилось, и он инстинктивно попытался оправдаться, но встретил холодный, пронзительный взгляд молодого магната.
От одного взгляда у него по спине побежали мурашки.
«Сюй Лян», - спокойно позвал Е Наньсюнь.
Специальный помощник Сюй Лян почтительно кивнул: «Да, президент Цин».
В следующий момент специальный помощник Сюй Лян повернулся к Тан Шоупину: «Господин Тан, пожалуйста, следуйте за мной».
С лица Тан Шоупина сошла вся краска, ноги подкосились.
Если бы он знал, что эта женщина знакома с президентом Цин, он бы никогда не позволил себе подобных мыслей... никогда.
Окружающие переглянулись, никто не решался заговорить. Е Наньсюнь тем временем посмотрел на Шэн Нуань и тихо спросил: «Может, посидим в кабинете?»
Шэн Нуань, не желая предаваться воспоминаниям о прошлом у всех на виду, кивнула в знак согласия.
Проницательный генеральный директор Qingyun Technology быстро оценил ситуацию и пошёл вперёд: «Президент Цин, пожалуйста, сюда».
В тихом кабинете Шэн Нуань сидела на диване, чувствуя себя немного неловко, а Е Наньсюнь стоял у кулера в другом конце комнаты и наливал ей стакан воды.
Е Наньсюнь стоял спиной к Шэн Нуань, и эмоции в его глазах бурлили так, что он едва удерживал в руках лёгкий бумажный стаканчик.
Ему это снится?
Должно быть, снится... иначе как он мог её видеть?
Так вот как она выглядит, повзрослев, - ещё прекраснее, чем раньше... И она всё так же улыбалась ему, спрашивая, помнит ли он её.
Как он мог забыть? После стольких мучительных ночей как он мог забыть?
Кипяток выплеснулся из бумажного стаканчика, попадая ему на руку. Е Наньсюнь почувствовал резкую боль, его рука слегка задрожала, но в то же время глаза его вдруг засияли.
Значит, это было по-настоящему... ему не приснилось?
Едва сдерживая нахлынувшие эмоции, он развернулся и подошёл к Шэн Нуань, опустив взгляд и поставив стакан с водой на кофейный столик.
Шэн Нуань хотела поблагодарить его, но, взглянув на его покрасневшие пальцы, тут же встревожилась: «Ты обжёгся! Ты в порядке?»
Знакомый голос, полный беспокойства, застал Е Наньсюня врасплох, едва не доведя его до слёз. Он глубоко вздохнул, плотно сжав губы: «Я в порядке».
Он подошёл и сел на диван напротив неё, молча наблюдая за ней.
Шэн Нуань нахмурилась, глядя на его покрасневшие пальцы, встала и потянула его за руку: «Промой их холодной водой, иначе потом будет ещё больнее».
Не дав ему возможности отказаться, она потащила Е Наньсюня в туалет в офисе. Только тогда ей пришло в голову, что они уже не так близки, как раньше.
Шэн Нуань вернулась к реальности и быстро убрала руку, слегка смутившись.
Однако выражение лица Е Наньсюня оставалось мягким и покорным, как будто он в одно мгновение превратился из решительного молодого магната в угрюмого бедного мальчика, который всегда прятался за маской кротости.
Он послушно ополоснул руку под холодной водой. Шэн Нуань с облегчением вздохнула и смущённо улыбнулась: «На мгновение мне показалось, что ты меня не узнал».
Е Наньсюнь повернул голову, чтобы посмотреть на неё, и тихо ответил: «Как я мог не узнать?»
После короткой паузы он наконец собрался с духом и заговорил: «За эти несколько лет...»
Только тогда Шэн Нуань кое-что вспомнила. Немного смутившись, она вкратце рассказала, как инсценировала свою смерть, чтобы избежать неприятностей.
Увидев, что Е Наньсюнь молчит, она немного смутилась и неловко усмехнулась: «Ха-ха, вот как всё было. Довольно неловко, да? Умереть и вернуться к жизни, ха-ха...»
Глаза Е Наньсюня наполнились слезами.
Значит, это правда - с ней действительно всё в порядке. Она жива и здорова.
Шэн Нуань привыкла к беззаботной жизни и, помня, что Е Наньсюнь всегда был немногословным, не заметила ничего подозрительного. Она продолжала болтать: «Я слышала о тебе. Ты был великолепен все эти годы, так хорошо управлял семьей Цин. Даже мой отец тебя хвалил...»
Е Наньсюнь почувствовал болезненную тяжесть в груди.
Значит, она всегда знала о нём и о том, где он находится. Но... она ни разу не искала с ним встречи.
Неужели она затаила на него обиду?
Должно быть, так и есть. В конце концов, она тогда пришла к нему, а он публично выгнал её, после чего случилось нечто ужасное... То, что она всё ещё здесь, - чистая случайность и милость небес. Как бы ни сложились обстоятельства, он не сможет стереть из памяти то, что сделал тогда.
Е Наньсюнь закрыл кран, посмотрел на Шэн Нуань, которая стояла совсем рядом, и тихо сказал: «В том, что случилось тогда, виноват я...»
Не успел он договорить, как в памяти всплыли воспоминания о времени, проведённом вместе, и о записках, которые она оставила в кафе. У него перехватило дыхание, и он не смог продолжить.
Шэн Нуань подумала, что ему, возможно, неловко, и поспешила его успокоить: «О, это всё в прошлом. К тому же тогда я сама была виновата. Давай просто забудем об этом и будем жить дальше...»
Сердце Е Наньсюня сжалось от страха.
Всё в прошлом?
Неужели всё, что было между ними, уже в прошлом для неё?... Неужели поэтому она решила, что он не вспомнит её?
Неужели она и сама почти забыла его?...
Они вернулись на диван и сели, долго не произнося ни слова.
Шэн Нуань была взволнована и немного нервничала, потому что, увидев Е Наньсюня вживую, поняла, что он действительно очень красив.
Раньше Чжао Инцзы и остальные постоянно восхищались красотой разных парней, но для неё никто из них не был так хорош, как Е Наньсюнь... Возможно, именно поэтому она тогда пошла на поводу у своих чувств и поцеловала его по-настоящему.
За прошедшие годы она иногда слышала о нём и подумывала о том, чтобы разыскать его, но всякий раз, когда вспоминала, какой неловкой была их последняя встреча, а также о том, как он тогда её унизил, она не могла заставить себя это сделать.
Теперь, когда у него наконец-то всё наладилось, зачем ей создавать ему лишние проблемы?
Но в этот момент, глядя на него вблизи, Шэн Нуань почувствовала, как её сердце бесцельно и безнадёжно мечется, и ей от этого хотелось вскарабкаться на стену... Все эти маленькие кусочки свежего мяса вроде Сяо Цзэ вдруг показались ей скучными.
Рано или поздно ей придется с этим столкнуться.
Опасаясь, что, если она задержится, в голову ей придут ещё более ужасные мысли, Шэн Нуань неловко кашлянула и встала: «Что ж, если больше ничего не нужно, я...»
«Оставь свой номер телефона», - внезапно сказал Е Наньсюнь.
Не поднимая глаз, он мягко добавил: «В будущем... давай поддерживать связь».
Обычно при встрече бывшие одноклассники или друзья обмениваются контактными данными и говорят что-то вежливое вроде «будем на связи». Шэн Нуань поджала губы: «Ну да, конечно... будем на связи».
Она дала ему свой номер телефона, и Е Наньсюнь тут же ей позвонил. Она быстро сохранила его номер, но, уже собираясь убрать телефон, увидела уведомление о новом запросе на добавление в друзья в WeChat.
Е Наньсюнь, сидевший напротив, тихо сказал: «Давай добавим друг друга в WeChat. Так будет удобнее».
Шэн Нуань снова кивнула: «Да, конечно, так будет удобнее».
На аватарке Е Наньсюня была изображена ночная сцена, судя по всему, снятая в парке. Она мельком взглянула на фото, затем заблокировала телефон и убрала его. Усмехнувшись, она сказала: «Ты, наверное, сейчас очень занят, так что не буду тебя отвлекать».
Е Наньсюнь замялся, словно боялся, что она сочтёт его назойливым, но ему не хотелось уходить. В конце концов он с трудом выдавил: «Я провожу тебя».
Шэн Нуань тихо пробормотала: «Хорошо».
В конце концов, провожать бывших одноклассников - это нормально, верно? Да, так и есть.
Е Наньсюнь проводил её до подземной парковки. Увидев старую, потрёпанную машину, на которой она приехала, он слегка нахмурился: «У тебя финансовые трудности?»
Хотя это казалось маловероятным, он не мог не спросить, даже если это выглядело навязчиво.
Шэн Нуань улыбнулась: «Нет, я стажируюсь в небольшой компании, так что мне приходится вести себя сдержанно».
Е Наньсюнь наконец кивнул и улыбнулся ей, сказав: «Будь осторожна за рулём...»
«Угу. Пока-пока».
Шэн Нуань завела машину и уехала.
По дороге домой она не удержалась и сказала службе поддержки: «Эй, Е Наньсюнь действительно замечательный. Кажется, он вообще не держит на меня зла!»
Система сухо ответила: «Разве вы уже не извинились тогда?»
Шэн Нуань подумала и согласилась, но всё равно считала его замечательным: «Ну, тогда я сама была виновата. Я должна извиниться. Видишь, как только я извинилась, он не стал держать на меня зла. Разве это не доказывает, какой он хороший?»
Служба поддержки заявила, что ей больше нечего сказать.
«Он намного красивее Сяо Цзэ...»
Шэн Нуань прищёлкнула языком: «И намного красивее Сюй Цэ...»
За последние несколько месяцев она пересмотрела всех, кто был на стене, и теперь была уверена, что Е Наньсюнь - самый красивый.
«Эх, было бы здорово снова с ним встречаться... но, похоже, об этом не может быть и речи».
«Он не из тех, кто возвращается к бывшим».
Какой позор...
Служба поддержки с долей мелочного удовлетворения втайне злорадствовала: она не расскажет хозяйке-собаке , что Е Наньсюнь долгое время оставался один на подземной
Кто сказал ей называть её службой поддержки... очевидно, это благородная система!
Пока Шэн Нуань вела машину, в её голове роились озорные мысли, и она чувствовала себя немного расстроенной.
Если бы только Е Наньсюнь был тем же бедным, жалким мальчиком, у которого ничего не было. Теперь он большой босс, так что с этим делом будет непросто...
К наступлению сумерек в компании Qingyun Technology все участники конференции по обмену опытом, а также сотрудники здания уже давно разошлись, остались только охранники.
Тан Юэ в одиночестве сидела на диване в холле, её лицо было бледным и испуганным.
С тех пор как её отца увели, он так и не вернулся, и она понятия не имела, что произошло.
Неужели всё из-за того, что её отец связался с этой женщиной, Айви?
Неужели им не нужно выяснять правду, и они просто решили, что во всем виноват её отец?
Что на самом деле связывало эту женщину с молодым главой семьи Цин?..
В этот момент из лифта вышла группа людей.
Это был Е Наньсюнь в сопровождении своего специального помощника Сюй Ляна и ещё нескольких человек.
Тан Юэ на мгновение опешила, но тут же вскочила и бросилась к нему: «Президент Цин, президент Цин, как там мой отец? Пожалуйста, умоляю вас, отпустите моего отца...»
Тан Юэ так сильно плакала, что прикусила губу и посмотрела на невозмутимого молодого магната, стоявшего перед ней: «Если вы отпустите моего отца, я сделаю всё, что вы попросите».
Молодая девушка, не лишённая красоты, говорит такие слова мужчине, и смысл, который она в них вкладывает, очевиден.
Е Наньсюнь слегка нахмурился. Телохранители, стоявшие позади него, тут же шагнули вперёд и без всякой жалости оттащили Тан Юэ.
Тан Юэ сопротивлялась, пытаясь подойти ближе, но Сюй Лян преградил ей путь.
Сюй Лян, как всегда, мягко улыбнулся и сказал: «Мисс Тан, возможно, вы неправильно поняли. Вашего отца здесь нет. Смотрите, вот он».
Тан Юэ инстинктивно обернулась и, конечно же, увидела, как к ней, пошатываясь, приближается человек, которого поддерживают двое.
Это был Тан Шоупин.
Тан Шоупин шёл нетвёрдой походкой, левой рукой сжимая распухшее, покрытое синяками правое запястье. Его лицо было пепельным и покрытым холодным потом.
Тан Юэ, забыв обо всём на свете, бросилась к нему. Увидев его безжизненную, опухшую правую руку, она в ужасе воскликнула: «Папа, твоя рука...»
Сюй Лян вежливо кивнул Тан Шоупину: «Поскольку вы получили травму по неосторожности, господин Тан, вам следует сосредоточиться на восстановлении. Только не забывайте сотрудничать со следствием».
Тан Шоупин выдавил из себя дрожащую улыбку и кивнул: «Да... да... Спасибо, господин Цин. Большое вам спасибо, господин Цин».
Е Наньсюнь даже не взглянул в их сторону. Он небрежно застегнул пиджак и вышел из здания.
Сюй Лян слегка кивнул, развернулся и быстро последовал за ним.
В большом пустом вестибюле остались только Тан Юэ и её отец.
Тан Юэ вся дрожала и не могла сдержать слёз: «Как он мог так поступить с тобой? Как он посмел... Я не ожидала, что он окажется таким».
Когда она впервые увидела молодого главу семьи Цин, то была очарована и восхищена, думая, что президент Цин - настоящий дракон среди людей. Но в одно мгновение он совершил нечто жестокое по отношению к её отцу.
Тан Юэ не могла в это поверить.
Тан Шоупин вздохнул и горько усмехнулся: «Не будь наивной... Ты хоть представляешь, что значит быть бизнес-магнатом?»
Богатых людей много, но лишь немногих из них можно назвать бизнес-магнатами.
Каждый из членов семьи Цин сам по себе является выдающимся лидером, но все они полностью подчиняются молодому главе семьи... Такого не смог бы добиться человек, на руках которого нет крови.
Он связался не с тем человеком!
Учитывая сложившуюся ситуацию, это уже очень хороший исход... Ещё больше пугает предстоящее расследование.
В глазах Тан Шоупина мелькнула злорадная и безжалостная усмешка...
Эти люди в компании думали, что смогут скрыть свои действия, объединившись, и что молодой господин ничего не заметит, учитывая его спокойное поведение... Но как такое возможно?
В компании Qingyun Technology грядут массовые сокращения!
Тем временем Шэн Нуань не знала, что из-за злонамеренных действий Тан Шоупина по отношению к ней кто-то методично переломал ему все пять пальцев один за другим... Она взяла выходной, а когда вернулась в компанию, то узнала, что Qingyun Technology отправила заказ на закупку.
Заказ стоил 30 миллионов юаней.
Заказ был не то чтобы очень большой, но и не маленький. Особенно для такой, как она, новенькой, только что пришедшей в компанию. Это было впечатляющее начало.
Однако она не ожидала, что, распечатав заказ на проверку, обнаружит, что он уже обработан... Коу Шаоцуном, который опередил её.
Шэн Нуань рассмеялась от злости.
С самого начала и до конца Коу Шаоцун и пальцем не пошевелил ради этого проекта, но теперь он хочет присвоить себе все заслуги, ничего не сделав сам? Просто пожиная плоды чужого труда?
Шэн Нуань сразу же отправилась в кабинет начальника.
Там были супервайзер Хуан Шао и Коу Шаоцун... Увидев входящую Шэн Нуань, они переглянулись, затем Хуан Шао улыбнулся и сказал: «Айви, я слышал от твоего руководителя, что ты очень помогла с этим заказом для Qingyun Technology. Не волнуйся, в конце месяца я выдам тебе премию».
Шэн Нуань улыбнулась в ответ: «Помощь? Руководитель Коу, не могли бы вы объяснить, в чем именно я вам помогла?»
Лицо Коу Шаоцуна на мгновение застыло, затем он неловко кашлянул.
«Ну, насчет этого...»
«Руководитель Коу, почему бы вам не выйти первым? Я поговорю с Айви».
Коу Шаоцун кивнул и встал, чтобы уйти. Перед выходом он улыбнулся Шэн Нуань и многозначительно сказал: «Молодая леди, оставайтесь со мной и усердно работайте. Вас ждёт блестящее будущее».
Шэн Нуань насмешливо посмотрела на него и демонстративно проигнорировала.
Когда в кабинете остались только она и супервайзер Хуан Шао, Шэн Нуань услышала, как Хуан Шао спросил: «Айви, в чём дело? Зачем ты хотела меня видеть?»
Прикидываешься дурачком.
Шэн Нуань улыбнулась: «Я не хотела утруждать руководителя группы подписью на рассмотрении заказа, поэтому пришла проверить его сама. Если вам что-то неясно, я могу дать некоторые пояснения».
Хуан Шао взглянул на бланк заказа и увидел, что имя Коу Шаоцуна уже указано в графе «Ответственное лицо»... Он поднял голову и с улыбкой сказал: «Поскольку этим проектом занимаетесь вы оба, то, естественно, главным ответственным лицом является руководитель твоей группы. Но если ты действительно хочешь, можешь поставить свою подпись в конце».
Шэн Нуань усмехнулась: «Мы с ним работали над этим? Это сказал руководитель группы Коу? Может, стоит позвать его прямо сейчас, чтобы выяснить, какой именно вклад он внёс?»
Лицо Хуан Шао слегка помрачнело, и он заговорил более серьёзным тоном: «Айви, ты недавно в компании. Молодым людям нужно сохранять спокойствие и набираться опыта. Возможности всегда найдутся... Но если ты будешь спорить из-за таких вещей, другие могут плохо о тебе подумать».
Шэн Нуань расхохоталась: «Люди подумают, что я мелочная?»
Она кивнула: «Хорошо, тогда я отправлю все подробности и документы по проекту генеральному директору Чжуну и спрошу его, так ли у нас в компании принято проводить обучение и кто на самом деле плохо справляется со своими обязанностями».
Генеральный директор Чжун, о котором упоминала Шэн Нуань, - глава этого филиала.
Выражение лица Хуан Шао стало ледяным. Он холодно посмотрел на Шэн Нуань и сказал: «Айви, ты мне угрожаешь? Разве так должен вести себя новичок на работе со своим начальником?»
Взгляд Хуан Шао был полон властности: «Начинаешь карьеру с того, что идёшь против начальства? Как думаешь, если об этом станет известно, сможешь ли ты найти работу в будущем?»
Это была двойная угроза: если Шэн Нуань сейчас взбунтуется, она не только потеряет работу в этой компании, но и может попасть в чёрный список в своей отрасли.
Шэн Нуань решила, что уже хватит болтать. Она повернулась, чтобы уйти: «Кстати, у меня есть кое-какие личные дела, и, поскольку в прошлые выходные я работала сверхурочно, я возьму небольшой отпуск».
Не дожидаясь ответа, она ушла, не оглядываясь.
Хуан Шао впервые столкнулся с таким пренебрежительным отношением со стороны нового сотрудника. Его лицо побагровело от гнева... но мгновение спустя на нём отразилась тревога. Неужели эта вспыльчивая девушка действительно собирается сообщить об этом вышестоящему руководству?
Так не должно случиться. Она проработала в компании совсем недолго, максимум несколько дней, и просто взяла отгул, чтобы закатить истерику.
Но Хуан Шао всё ещё немного волновался, поэтому вызвал Коу Шаоцуна в кабинет и велел ему подготовиться к любым вопросам со стороны руководства и быть готовым доказать свою причастность к проекту.
Маленькая девочка осмелилась с ним соперничать?
Шэн Нуань немедленно отправила все подробности проекта и список ответственных сотрудников генеральному директору компании, после чего покинула офис.
Ей ещё нужно было сопроводить Линь Сусу на кастинг.
Вернувшись домой, переодевшись и приведя себя в порядок, Шэн Нуань задумалась: если она пойдет с Линь Сусу на кастинг, то неизбежно встретит людей из её круга. Люди зависят от одежды, а лошади - от сёдел*... Нужна ли ей хорошая машина?
*Люди зависят от одежды, а лошади - от сёдел – внешний вид имеет значение.
Но у неё не было хорошей машины. Может, ей стоит её одолжить?
Среди тех, кого она знала, у кого, скорее всего, была хорошая машина... у Е Наньсюня.
Если ты одалживаешь машину, нужно поддерживать связь, верно?
Шэн Нуань поджала губы и слегка кашлянула.
Она просто помогала подруге, а не пыталась подкатить к Е Наньсюню. Да, всё верно, её намерения были совершенно невинными.
Но когда она взяла в руки телефон, то немного занервничала. В конце концов, если она позвонит ему напрямую, а Е Наньсюнь будет занят или не захочет с ней разговаривать, разве это не будет очень неловко?
Поразмыслив, Шэн Нуань открыла WeChat и отправила сообщение: «Ты здесь? Не мог бы ты мне помочь? Мне нужна машина получше, чтобы отвезти подругу на прослушивание...»
Отправив сообщение, она быстро добавила: «Если ты занят, забудь об этом...»
Но не успела она закончить печатать, как Е Наньсюнь ответил.
Е Наньсюнь: Конечно.
Затем последовало ещё одно сообщение.
Е Наньсюнь: Где ты?
Шэн Нуань быстро сообщила своё местоположение и добавила: «Пусть кто-нибудь привезёт машину сюда, спасибо».
Е Наньсюнь: Хорошо...
Шэн Нуань осталась довольна своей сообразительностью.
Смотри, мы тут с ним разговорились... Что ж, в будущем она могла бы даже пригласить его куда-нибудь поужинать, чтобы отблагодарить за машину.
Она и правда была гениальна в том, что касалось свежего мяса!
Но Шэн Нуань не ожидала, что Е Наньсюнь лично приедет, чтобы доставить машину.
Получив звонок от Е Наньсюня, Шэн Нуань спустилась к воротам жилого комплекса и увидела молодого человека, который стоял, прислонившись к машине, одетый с иголочки и излучавший атмосферу роскоши, которая привлекала внимание прохожих. Он выглядел одновременно восторженным и немного взволнованным.
«Почему ты пришёл один? Разве ты не занят?»
Е Наньсюнь слегка улыбнулся: «Не занят».
«Ο...» - добавила Шэн Нуань, - «Эм, спасибо. Я угощу тебя как-нибудь, если будет возможность».
Сказав это, она быстро добавила: «Если ты занят, просто дай мне знать своё расписание, и я...»
«Я не занят».
Ресницы Е Наньсюня слегка затрепетали, затем он тихо сказал: «Я буду ждать твоего звонка».
Шэн Нуань быстро кивнула: «Хорошо...»
«Тогда я ухожу прямо сейчас». - Шэн Нуань взяла ключи из рук Е Наньсюня и уехала на его Rolls-Royce.
Мгновение спустя чёрный седан, припаркованный неподалеку, затормозил рядом с Е Наньсюнем. Водитель почтительно вышел и открыл дверцу машины.
Е Наньсюнь взглянул в ту сторону, куда уехала Шэн Нуань, а затем повернулся, чтобы сесть в машину.
Линь Сусу была в полном недоумении, когда получила приглашение на прослушивание... Это был фильм «Альянс эволюционистов 3», в котором ведущие актрисы боролись за места на кастинге. А она даже сама получила от них приглашение на прослушивание.
Когда она думала о том, что сказала Айви в тот день, ей казалось, что это просто фантазии.
Но когда она увидела машину, на которой приехала Шэн Нуань, спустившись вниз, Линь Сусу была совершенно ошеломлена.
Она нервно села в машину и спросила: «Откуда эта машина?»
Шэн Нуань ответила: «Одолжила».
Линь Сусу, естественно, решила, что «одолжила» значит «взяла напрокат». Она была немного тронута и удивлена: «Ты же не думаешь, что хорошая машина поможет мне пройти прослушивание?»
Шэн Нуань вздохнула: «Даже сейчас ты мне не веришь?»
Линь Сусу растерялась: «Что?»
Шэн Нуань улыбнулась и сказала: «Если ты справишься с ролью, то роль А Ча будет твоей...»
Линь Сусу замолчала, откинулась на спинку сиденья и со сложным выражением лица посмотрела на свою соседку по комнате. Наконец она спросила с грустью в голосе: «Айви, ты что, замутила с богатым парнем?»
Шэн Нуань:........
Если бы Шэн Нуань не подумала о том, что после поступления в университет Линь Сусу, увидев, что она одна, без родственников, и решив, что она сирота, заботилась о ней и поддерживала её, она бы легко выбросила эту соседку из окна.
Приехав на место прослушивания, Шэн Нуань припарковала машину внизу и поднялась наверх вместе с Линь Сусу. Там, в комнате ожидания, она увидела Шэн Мянь.
Поскольку это было небольшое прослушивание, в комнате ожидания присутствовали только Шэн Мянь и ещё одна актриса по фамилии Бай. Бай, которая не была знакома с такой малоизвестной актрисой, как Линь Сусу, бросила на неё быстрый взгляд, но в итоге обратила внимание на Шэн Нуань, которая стояла позади Линь Сусу в качестве её помощницы.
Шэн Мянь как раз случайно взглянула в их сторону, но в следующий момент её взгляд упал на лицо Шэн Нуань, и она тут же застыла на месте.
«Нуань Нуань?»
Шэн Мянь встала и в несколько шагов подошла к ней. Поколебавшись мгновение, она убедилась, что перед ней действительно её двоюродная сестра Шэн Нуань.
В конце концов, не у всех такие яркие и запоминающиеся черты лица.
Шэн Мянь была очень удивлена.
«Нуань Нуань, давно не виделись. Где ты была все эти годы? Я ничего о тебе не слышала».
Она выглядела искренне обеспокоенной за Шэн Нуань.
Шэн Нуань слегка приподняла бровь: «Я? Всё это время я была в Хайши».
Глаза Шэн Мянь заблестели, и она вздохнула: «Прошло столько лет с нашей последней встречи, а вы с тётей так и не связались с нами... Я не ожидала, что ты станешь помощницей».
Это было сказано с выражением лица, говорящим «как ты докатилась до такого».
Шэн Мянь не была знакома с Линь Сусу, но, раз она её не знала, значит, молодая актриса была никому не известной. Поэтому Шэн Мянь без колебаний тепло сказала Шэн Нуань: «Нуань Нуань, если хочешь, можешь работать со мной в качестве помощницы. Так я хотя бы смогу о тебе позаботиться».
Шэн Нуань улыбнулась: «Не нужно, ты, наверное, не сможешь позволить себе меня нанять».
Шэн Мянь беспомощно посмотрела на неё: «Ты всё такая же упрямая...»
Шэн Нуань не стала притворяться и села на ближайший диван рядом с Линь Сусу. Шэн Мянь беспомощно вздохнула и вернулась на своё место.
Шэн Нуань по-прежнему относилась к ней без особой симпатии, но Шэн Мянь, как ни странно, не злилась.
Люди часто проявляют необъяснимую терпимость к тем, кто сильно далёк от их собственных обстоятельств... эта терпимость рождается из чувства превосходства.
Вскоре актриса по фамилии Бай ушла на прослушивание, а Шэн Мянь осталась на месте, уткнувшись в телефон.
Линь Сусу спросила Шэн Нуань: «Ты правда знакома с ведущей актрисой Шэн Мянь?»
Шэн Нуань слегка кивнула: «Да, я её знаю, но мы не близки. А что?»
Услышав, что их отношения не очень хорошие, Линь Сусу сразу же отказалась от идеи познакомиться с Шэн Мянь... По её мнению, если Айви с ней не ладила, значит, Шэн Мянь была плохим человеком. В таком случае она не хотела бы с ней знакомиться, даже если та была известной актрисой.
Актриса по фамилии Бай вошла первой, за ней последовала Шэн Мянь. Через некоторое время Шэн Мянь вышла, и настала очередь Линь Сусу. Остальные две актрисы вместе со своими помощниками ждали новостей в холле.
На роль А Ча в стране претендовали менее десяти человек. Кандидатам, прошедшим предварительный отбор, было чётко сказано, что они не подходят. Сегодня был последний день, когда сотрудники «Альянса Эволюционистов» проводили внутренний отбор.
Другими словами, если бы кого-то и выбрали, то это точно был бы кто-то из них троих.
Актриса по фамилии Бай обладала неплохим актёрским талантом, но она была старше, так что Шэн Мянь не беспокоилась... Что касается актрисы, сопровождавшей Шэн Нуань, то она с ней даже не встречалась.
Шансы на то, что столь малоизвестная актриса попадет в шорт-лист, были ещё ниже.
Более того, она уже знала, что продюсерская команда «Альянса Эволюционистов» ранее проявляла к ней интерес, и чувствовала, что прошла кастинг хорошо. Поэтому, хоть Шэн Мянь и не показывала этого, в глубине души она была уверена, что если не она, то никто другой не получит эту роль.
Вскоре вернулась Линь Сусу.
Шэн Нуань спросила, как она себя чувствует. Линь Сусу цокнула языком и решительно заявила: «Я чувствую, что рождена для роли А Ча. Если я не смогу играть А Ча, не будет иметь значения, уйду ли я из киноиндустрии».
Шэн Нуань знала, что Линь Сусу была одержима персонажем А Ча из комикса до безумия. Услышав её слова, она нашла их забавными: «Тогда это зависит только от твоих собственных способностей».
Она говорила правду.
Хотя она и представила Линь Сусу съёмочной группе, она не настаивала на её участии в проекте. В конце концов, «Альянс Эволюционистов» занимал особое место в сердцах многих, олицетворяя собой молодость и страсть.
Вскоре после этого дверь в холл открылась, и вошёл сотрудник с несколькими документами в руках.
«Мисс Бай, спасибо вам за вашу признательность и поддержку. Мы надеемся, что у нас будет возможность сотрудничать в будущем».
Актриса по фамилии Бай была исключена из проекта.
Шэн Мянь слегка поджала губы.
«Мисс Шэн, вы действительно исключительная...»
Не успела Шэн Мянь изобразить вежливую улыбку, как услышала вторую часть фразы: «Но, к сожалению, наша А Ча нашла более подходящую кандидатуру».
Лицо Шэн Мянь застыло. Затем она увидела, как сотрудник направляется прямо к Линь Сусу: «Мисс Линь, мы единогласно считаем, что вы идеально подходите на роль А Ча. Мистер Криди скоро будет здесь, пожалуйста, подождите немного».
Актриса по фамилии Бай уже ушла со своим помощником, но Шэн Мянь застыла на месте, изо всех сил стараясь сохранить самообладание.
На самом деле она... была прервана какой-то начинающей актрисой, имени которой она даже не могла вспомнить?
В этот момент дверь в холл снова открылась, и вошёл светловолосый голубоглазый мужчина. Это был не кто иной, как Крид Ван, один из сценаристов «Альянса Эволюционистов».
Шэн Мянь уже несколько раз с ним встречалась. Она сделала глубокий вдох, натянуто улыбнулась и собралась шагнуть вперёд, чтобы поздороваться с ним. Но в следующее мгновение Криди, даже не взглянув на неё, прошёл мимо и направился прямиком к... Шэн Нуань?
Шэн Мянь, охваченная замешательством и подозрениями, наблюдала, как Криди наклонился и легонько поцеловал тыльную сторону ладони Шэн Нуань.
«Мисс Айви, когда Хлоя сказала мне, что вы здесь, я едва мог в это поверить... Как же приятно снова вас видеть».
Шэн Нуань улыбнулась: «Давно не виделись, Криди».
Остальные в зале тоже были ошеломлены...
Поприветствовав Шэн Нуань, он сообщил Линь Сусу, что ей нужно отправиться в страну Y на заключительное собеседование с главным режиссёром. Линь Сусу кивнула, всё ещё пребывая в оцепенении.
Только выйдя из здания и спустившись на первый этаж, она вдруг осознала, что прошла прослушивание.
Хотя ей всё равно предстояло пройти собеседование, по словам мистера Криди, с её актерскими способностями всё было в порядке, внешность подходила для роли, и никаких серьёзных проблем возникнуть не должно... тем более что её представила мисс Айви.
Линь Сусу наконец поняла, что происходит, и хотела спросить соседку по комнате, но, поскольку Шэн Мянь всё ещё была рядом, она сдержалась и ничего не сказала.
Надев солнцезащитные очки, Шэн Мянь спустилась вслед за Шэн Нуань и остальными. Перед уходом она долго и пристально смотрела на Линь Сусу, а затем, всё ещё не желая сдаваться, спросила Шэн Нуань, не могла бы та стать её помощницей.
Шэн Нуань цокнула языком: «После стольких лет ты всё ещё не понимаешь человеческую речь».
С этими словами она открыла машину и села в неё, не обращая внимания на шокированные лица Линь Сусу и помощницы Шэн Мянь.
Шэн Мянь выглядела немного недовольной... А когда она увидела машину Шэн Нуань, её лицо стало еще более мрачным.
Так кто же такая эта Линь Сусу?
При мысли о том, что её отстранили от этой роли, у Шэн Мянь зачесались зубы от обиды... Но потом, когда она подумала о том, что некогда высокомерная Шэн Нуань теперь работает помощницей, её гнев значительно утих.
Какой бы ни была история Линь Сусу, Шэн Нуань теперь всего лишь помощница, и они находятся на совершенно разных уровнях... Цк, бегать и прислуживать другим - это действительно жалко.
Шэн Нуань, не подозревая о искреннем «сочувствии» Шэн Мянь, поехала с Линь Сусу за Цзоу Вэнь, и они втроём отправились ужинать.
По дороге Линь Сусу не смогла больше сдерживаться и спросила: «Айви, скажи мне честно. Ты супербогатая представительница второго поколения, которая пряталась рядом со мной?»
Шэн Нуань рассмеялась: «Конечно. Разве я не говорила тебе, что моя семья очень богата?»
Цзоу Вэнь, которая уже слышала о случившемся, обменялась взглядом с Линь Сусу, и они обе потеряли дар речи: «Кто, чёрт возьми, поверит в это, глядя на твою призрачную внешность?!»
Какой богач во втором поколении стал бы готовить с ними лапшу быстрого приготовления в общежитии, вместе есть уличную еду, охотиться за скидочными купонами в ресторанах, стоять с ними в очереди, чтобы успеть купить что-то на распродаже в День Холостяков на Taobao, и торопиться купить одежду, которая полиняла, а потом требовать компенсацию от продавца...
Неужели так ведут себя богатые люди во втором поколении?
Выражение лица Шэн Нуань было невинным: «Богатые люди во втором поколении - тоже люди, разве я не могу любить уличную еду?»
Линь Сусу и Цзоу Вэнь закатили глаза к небу.
Но в следующую секунду они обе отреагировали и тут же расплылись в подобострастных улыбках: «Богатая леди, мы больше не хотим бороться...»
Шэн Нуань рассмеялась и отругала их: «Убирайтесь! А ты, Цзоу Вэнь, не забудь про 500 баксов, которые ты должна мне с прошлой недели. Вернёшь, когда получишь зарплату».
Цзоу Вэнь беспомощно рассмеялась: «Я правда хочу тебя поколотить!»
Шэн Нуань фыркнула: «Кто тебе сказал, плохо разбираться в людях, растрачивать семейное состояние и поддерживать подонка...»
Линь Сусу и Цзоу Вэнь переглянулись и кивнули: «Ладно, давай просто её поколотим!»
К тому времени, как они закончили с покупками и едой, уже стемнело. Шэн Нуань высадила двух подруг и поехала домой.
Но как только она добралась до въезда в свой район, то заметила на обочине Bugatti. Затем она услышала, как служба поддержки цокнула языком: «Проактивный, слишком проактивный».
Сначала утром был Rolls-Royce, а теперь вечером - Bugatti. Он как будто держал в руках табличку с надписью: «У меня много роскошных машин, приходите, берите!»
Именно тогда Шэн Нуань поняла, что это был Е Наньсюнь.
В следующий момент Е Наньсюнь открыл дверь машины и подошёл к ней, и Шэн Нуань ничего не оставалось, кроме как выйти из машины.
Хотя она была рада видеть Е Наньсюня, ей показалось это немного странным: «Что ты здесь делаешь?»
Е Наньсюнь поджал губы и опустил глаза: «Просто проезжал мимо, решил заглянуть».
Шэн Нуань удивилась ещё больше: «Почему ты тогда мне не позвонил?»
Е Наньсюнь на мгновение замолчал и тихо ответил: «Я только что приехал. Я скоро уйду...»
Он не собирался оставаться на ночь?
Шэн Нуань говорила сама с собой в своём сердце... Она бы не осмелилась произнести такие слова, даже если бы её убили.
Увидев, что она молчит, Е Наньсюнь прищурился. После секундного колебания он сказал: «Если нужно, можешь оставить машину себе. У меня в гараже полно таких, они просто стоят там».
Шэн Нуань быстро сказала: «Не нужно, не нужно. Я просто одолжила её, чтобы сегодня подвезти подругу. Обычно моей маленькой сломанной машины более чем достаточно».
Как только она закончила говорить, ей захотелось себя ударить.
Если бы она продолжала пользоваться его машиной, у неё был бы повод пригласить его на ужин. Какая прекрасная возможность! Ну почему она так торопилась!
Выражение лица Е Наньсюня, стоявшего напротив неё, помрачнело, когда он увидел, что она хочет отдалиться от него. Он поджал губы, кивнул и сказал: «Тогда я пойду первым».
«О, хорошо», - сказала Шэн Нуань. «Тогда... до свидания».
Е Наньсюнь взглянул на неё, развернулся и сел в свою машину. Шэн Нуань вернулась в свою машину и поехала в сторону дома.
Вернувшись домой и переодеваясь, она была полна сожалений... Почему она не пригласила его в гости?
Если бы он зашёл, их отношения могли бы развиться дальше... Ах, о чем она только думала?!
После всего, что произошло тогда, она до сих пор лелеет такие навязчивые мысли о нём - Шэн Нуань... ты просто бесстыдница!
Ах, если бы только Е Наньсюнь остался тем же жалким мальчишкой, что и раньше... Она просто забрала бы его домой и поддержала.
Но теперь, когда он стал бизнес-магнатом... если она осмелится к нему приблизиться, ей, возможно, придётся бежать обратно в страну Ү, чтобы избежать последствий.
Шэн Нуань вздохнула, принимая душ. Высушив волосы, она надела тапочки и пошла за водой. Проходя мимо окна от пола до потолка, она по привычке выглянула на улицу и тут же опешила.
Машина Е Наньсюня всё ещё там?
Сколько времени прошло?
Попивая воду, она почувствовала себя странно и, немного подумав, взяла телефон, чтобы отправить ему сообщение.
Е Наньсюнь сидел в машине и напряжённо смотрел в пустоту.
Конечно, он приехал не только что.
Он был там уже давно.
Судя по имеющейся у него информации, по длинному списку знаменитостей, за которыми она охотилась... и по «стене» в её аккаунте в Weibo, которая менялась каждые десять дней, Е Наньсюнь почувствовал удушье в груди.
Он не мог больше ни минуты усидеть на месте в своём кабинете и поспешил к ней, но при встрече не смог вымолвить ни слова.
Какое право он имеет вмешиваться в её дела?
Кем бы она ни восхищалась, это не имеет к нему никакого отношения...
В этот момент его телефон зазвонил.
Е Наньсюнь инстинктивно взглянул на экран и, к своему удивлению, увидел это особое уведомление.
Взволнованный, он быстро взял телефон и увидел сообщение от Шэн Нуань, в котором она спрашивала, почему он до сих пор не ушёл.
Сердце Е Наньсюня бешено колотилось. Он поджал губы, на мгновение замешкался, а затем ответил, тщательно подбирая слова: «Немного болит живот. Я немного отдохну, а потом уеду».
Нажав кнопку «Отправить», он пожалел об этом.
На что именно он надеялся?
Е Наньсюнь опустил голову и с издёвкой над собой положил её на руль. В этот момент ему показалось, что он вернулся на пять лет назад.
Он больше не известный глава семьи Цин, о котором все говорят, а молодой человек, у которого ничего нет... с большим нетерпением ожидающий её милости...
В этот момент кто-то постучал в окно его машины.
Е Наньсюнь безучастно посмотрел вверх, а потом увидел за окном машины девушку в пушистой пижаме, которая прижималась к стеклу, изо всех сил пытаясь заглянуть внутрь. Её глаза были полны беспокойства.
Его сердце бешено заколотилось...
В гостиной Е Наньсюнь сидел на диване в классической рубашке, держа на коленях розовое пушистое одеяло Шэн Нуань и розовую грелку, а в руках - чашку с горячей водой.
Поставив пшено вариться в мультиварке, Шэн Нуань села напротив него и заметила, что он немного бледен. Она с любопытством спросила: «Что с тобой случилось? Я никогда раньше не думала, что ты такой слабый».
Был ли он измотан управлением таким огромным финансовым конгломератом?
Если да, то она была обречена! Если бы ей когда-нибудь пришлось взять на себя эту роль, она бы тоже упала в обморок от истощения... Помогите! Она действительно не хотела наследовать семейный бизнес!
Пока Шэн Нуань пугала себя своим буйным воображением, она услышала тихий голос Е Наньсюня: «Пять лет назад, когда я только вернулся в семью Цин... меня отравили».
Шэн Нуань на мгновение замерла, а потом вспомнила, что тогда действительно произошёл подобный случай.
После этого все новости о Е Наньсюне были о его жёстких методах и о том, как он устранял своих врагов. Она никогда не знала, что отравление было настолько серьёзным.
Она была немного зла: «Этот Цин Яньчуань действительно был подонком... Умереть вот так было для него слишком легко!»
Девушка в ярости стиснула зубы, затем внезапно повернулась к нему: «А что теперь? После стольких лет это все ещё не вылечили? Может, мне попросить папу проконсультироваться с врачами в стране Ү?..»
Тревога на лице девушки была неподдельной, и давно уснувшее сердце Е Наньсюня встрепенулось.
После паузы он тихо сказал: «Ничего серьёзного, просто иногда болит живот. Нужно просто уделять ему больше внимания, и всё будет в порядке...»
«Проблемы с желудком могут быть связаны с конституцией, а может быть, ты слишком много нервничаешь и устаёшь...» - Шэн Нуань не смогла удержаться от бессвязной речи. «Должно быть, управлять такой масштабной компанией очень тяжело. Тебе нужно найти кого-то, кто мог бы тебе помочь. Например, мой отец, он сейчас...»
«Нуань Нуань, прости меня!»
Е Наньсюнь внезапно прервал её, заставив Шэн Нуань опешить. Она подняла глаза и встретилась с глубоким и сосредоточенным взглядом Е Наньсюня.
Он тихо произнёс: «Когда я тогда прогнал тебя, я сделал это не потому, что затаил обиду. В то время у меня просто не было возможности защитить тебя, и я боялся, что те, кто пытался со мной разобраться, причинят тебе вред».
Шен Нуань застыла на месте. Она на мгновение замялась и осторожно спросила: «Значит, когда ты порвал со мной в тот день и сказал все эти слова... это было не потому, что ты меня ненавидел?»
Сердце Е Наньсюня сжалось от боли.
Он сказал: «Я догадывался, что у тебя должны быть на то свои причины. Как я мог тебя ненавидеть...»
Но слишком много слов осталось невысказанными, и ситуация достигла критической точки.
Шэн Нуань уставилась на Е Наньсюня, и внезапно внутри неё поднялось бурлящее, лёгкое чувство... мягкое и радостное, оно поднималось волнами, и ей казалось, что она парит.
Она тихо прошептала: «Я думала, ты ненавидишь и презираешь меня...»
Пальцы Е Наньсюня дрогнули, и он с трудом подавил желание заключить девушку в объятия. Он мягко произнёс: «Это всё моя вина».
Шэн Нуань вернулась в реальность и тут же недовольно нахмурилась: «Как это твоя вина? Это всё из-за этих негодяев! Какое это имеет отношение к тебе?»
Е Наньсюнь - лучший в мире!
Увидев невозмутимое выражение лица девушки, Е Наньсюнь почувствовал себя не в своей тарелке...
Это явно была его вина.
Хотя она и не пострадала, она прыгнула с такой высоты в кромешную тьму океана. То, что она выжила, было настоящим чудом...
Если бы не его опрометчивая попытка защитить её, оттолкнув от себя, ей бы не пришлось столкнуться с угрозой для жизни.
И теперь она совсем его не винит...
Е Наньсюнь почувствовал, как смягчилось его сердце, но в то же время его охватил холодный ужас.
Он боялся, что она будет его презирать и ненавидеть, но теперь он боялся, что её прощение означало, что она полностью его отпустила... потому что часто отпустить - значит двигаться дальше, не оглядываясь на прошлое, а значит, он больше не будет её беспокоить.
Е Наньсюнь никогда не считал себя слабым, но сегодняшнее объяснение лишило его всякой смелости. Теперь он даже не решался спросить, есть ли у него ещё шанс.
Шанс заботиться о ней, любить её, защищать её и тысячекратно отплатить ей за всё, что он был ей должен...
Шэн Нуань внезапно встала: «Пойдём, я должна отвезти тебя в больницу... Ты действительно плохо выглядишь».
Е Наньсюнь поднял голову и выдавил слабую улыбку: «Не нужно, это старая проблема, просто нужно немного отдохнуть».
Шэн Нуань немного колебалась. Она посмотрела на ночь за окном, потом снова на бледное лицо Е Наньсюня и после короткой паузы сказала: «Почему бы тебе не остаться здесь на ночь, а не возвращаться? Не нужно тратить силы на дорогу».
Закончив, она немного занервничала и быстро убедила себя, что просто беспокоится о его здоровье и у неё нет никаких дурных намерений.
Ладно, может, один процент... максимум десять процентов. Не больше.
В конце концов, Е Наньсюнь был её пациентом, она не настолько бесстыдна.
Но что, если он неправильно понял...
Как раз в тот момент, когда Шэн Нуань собиралась отказаться от своего предложения, она услышала, как Е Наньсюнь сказал: «Тогда я тебя побеспокою».
Она быстро покачала головой: «Ничего страшного, ничего страшного. У меня здесь есть свободная комната. Подожди секунду, я пойду поменяю простыни и одеяла».
С этими словами она встала, надела тапочки и бросилась в гостевую комнату. Она сменила простыни, одеяла и наволочки, которыми пользовалась Цзоу Вэнь в прошлый раз. Затем она вышла и спросила Е Наньсюня: «Хочешь, я налью горячей воды? Может, тебе станет легче».
Не успел Е Наньсюнь ответить, как она хлопнула себя по лбу: «У меня нет для тебя чистой одежды... Как насчёт того, чтобы ты принял душ, а я пока схожу в круглосуточный магазин внизу и куплю тебе что-нибудь?»
Не успела она договорить, как почувствовала себя немного глупо.
Что ей купить? Их отношения ещё только зарождаются. Неужели она действительно собирается помочь ему купить нижнее бельё? И задать ещё один вопрос: какой у тебя размер?
Шэн Нуань была в полном недоумении, а глаза Е Наньсюня на диване напротив слегка заблестели.
Разве тот факт, что у неё нет для него одежды, не означает, что у неё не было других мужчин...
Внезапно его живот перестал так сильно болеть. Встав, Е Наньсюнь тихо сказал: «Не надо, я просто быстро умоюсь».
«Хорошо...»
Сойдет.
Е Наньсюнь пошёл в ванную, чтобы привести себя в порядок, а Шэн Нуань проверила пшённую кашу, которую приготовила для него. Когда она разливала кашу по тарелкам, её вдруг осенило, и выражение её лица мгновенно изменилось. Она поспешила в ванную.
«Бах, бах, бах!» - она постучала в дверь, приговаривая: «Е Наньсюнь, подожди!»
Дверь в ванную открылась, и Е Наньсюнь, уже с мокрым лицом, посмотрел на неё с некоторым недоумением.
Шэн Нуань собралась с духом, ворвалась внутрь, схватила розовые кружевные трусики, висевшие на крючке, и, даже не оглянувшись, бросилась прочь...
Дверь в ванную снова закрылась, и Шэн Нуань облегчённо выдохнула.
Как неловко... Но он, наверное, и не заметил, верно?
Почему у неё выдалась такая тяжелая ночь из-за нижнего белья...
Шэн Нуань не знала, что за закрытой дверью Е Наньсюнь, стоя перед зеркалом, слегка улыбнулся. В его глазах мелькнуло веселье.
Хм... розовое... с кружевной отделкой... милое.
Е Наньсюнь вышел из ванной, сделал несколько глотков пшённой каши, которую приготовила Шэн Нуань, снова почистил зубы, после чего его отвели в гостевую комнату, чтобы он поспал.
«У тебя всё ещё болит живот?» - спросила Шэн Нуань.
Е Наньсюнь, лежавший на кровати, посмотрел на неё и тихо покачал головой.
Шэн Нуань с облегчением вздохнула.
«Хорошо, тогда отдохни...»
Закрыв дверь, она тихо взвизгнула, как сурок: «Ах, Е Наньсюнь лежит на кровати такой тихий и послушный... Я просто хочу ущипнуть его».
Нет, будь порядочной. Он пациент, ты не можешь об этом думать!
Справедливо ругая себя, Шэн Нуань быстро вернулась в свою спальню, закрыла дверь и попыталась унять зудящие руки.
После целого дня беготни она немного устала. Как только она легла и выключила свет, то сразу уснула... В это же время Е Наньсюнь лежал без сна в гостевой комнате, наполненной девичьим очарованием.
У него было какое-то нереальное ощущение, словно он попал в прекрасный сон.
Этот сон был розовым, и из-за того, что он был таким удивительно лёгким и неземным, он вызывал у него тревогу... Он боялся, что если заснёт вот так, то, открыв глаза, снова окажется один.
Через некоторое время Е Наньсюнь откинул одеяло и встал с кровати.
Он тихо вышел из спальни и сел на диван в гостиной.
Его глаза быстро привыкли к темноте, и он откинулся на спинку дивана, не моргая глядя на закрытую дверь хозяйской спальни...
Пока он присматривает за ней, она не исчезнет снова...
Рано утром следующего дня Шэн Нуань, зевая с растрёпанными волосами, открыла дверь своей спальни и увидела, что Е Наньсюнь уже готовит завтрак на кухне.
«Причмок...»
Шэн Нуань быстро вытерла рот.
Служба поддержки не могла в это поверить: «Хозяйка, вы пускаете слюни на Е Наньсюня?»
Шэн Нуань сердито возразила: «Чепуха, я просто зевнула, это вышло случайно...»
Служба поддержки:.......
«Ты проснулась», - Е Наньсюнь поднял голову и улыбнулся ей. «Умойся и позавтракай».
Чуть позже, за обеденным столом, Шэн Нуань почувствовала что-то знакомое. Внезапно она вспомнила те дни несколько лет назад, когда они с Е Наньсюнем зависели друг от друга.
Тогда они оба оказались в водовороте событий... а теперь, не успели они оглянуться, прошло пять лет.
После завтрака Е Наньсюнь уехал на работу, и Шэн Нуань тоже позвонили из компании.
Она не стала брать машину Е Наньсюня, а поехала на своём маленьком Polo.
Придя в офис, Шэн Нуань заметила, что взгляды, которые бросали на неё коллеги, были довольно неоднозначными. В следующий момент она увидела, как Коу Шаоцун идёт к ней со злобной ухмылкой и торжествующим выражением лица.
Проходя мимо Шэн Нуань, он остановился и прошептал: «Доносишь на кого-то?»
Коу Шаоцун усмехнулся: «Девочка, работа - это не то, что ты думаешь. Умение ладить с людьми гораздо важнее, чем профессиональные навыки...»
С этими словами Коу Шаоцун неторопливо удалился, заложив руки за спину.
Шэн Нуань направилась прямиком в кабинет своего начальника, Хуан Шао, постучала в дверь и вошла. Хуан Шао взглянул на неё, а затем протянул ей лист бумаги со стола.
«Это уведомление об увольнении... Отнесите его в отдел кадров, чтобы оформить документы, а затем в финансовый отдел, чтобы получить зарплату за прошлый месяц».
Шэн Нуань улыбнулась и спокойно подошла, чтобы забрать уведомление об увольнении, и бегло взглянула на него. Внизу стояла подпись генерального директора Чжун Кая.
Она прищёлкнула языком: «Меня можно уволить, но необходимо выплатить комиссию Qingyun Technology за заказ на 20 миллионов юаней».
За заказ на 20 миллионов юаней комиссионные составляли почти 200 000 юаней.
Хуан Шао в замешательстве поднял глаза: «Этим проектом всегда занимался Коу Шаоцун. Какое отношение это имеет к тебе?»
Шэн Нуань улыбнулась...
Хуан Шао прекрасно понимал, что дело не только в бонусе в 200 000 юаней. Что ещё более важно, его разозлила её жесткая позиция.
Изначально он планировал приписать успех этого проекта Коу Шаоцуну, но после того, как она сообщила об этом, он больше не мог её терпеть.
Ещё больше Шэн Нуань разочаровал Чжун Кай... Хотя, она знала, что в работе и управлении этих низовых компаний наверняка есть много проблем, но не ожидала, что дело зайдёт так далеко.
Еда и выпивка за счёт компании, травля на рабочем месте, фальсификация результатов... Как генеральный директор, Чжун Кай закрывал на всё это глаза.
Шэн Нуань взяла со стола уведомление об увольнении и направилась прямиком в кабинет Чжун Кая.
Когда она постучала и вошла, Чжун Кай был в своём кабинете, курил и с кем-то разговаривал... несмотря на то, что на двери кабинета висела табличка «Не курить», и обычным сотрудникам строго запрещалось курить на рабочем месте.
Увидев Шэн Нуань, он слегка нахмурился: «Выйди первой, мне нужно кое-что уладить».
Уладить что-то - это значит покурить и посплетничать?
Шэн Нуань слегка усмехнулась: «Генеральный директор Чжун, у меня срочный вопрос...»
Лицо Чжун Кая помрачнело: «Я сказал, уходи!»
Он получил отчёт и поверил в обвинения стажёра. Однако Хуан Шао был прав.
Стажёр, которая осмелилась пожаловаться на своего руководителя и начальника всего через несколько месяцев работы, - кто знает, не пожалуется ли она в будущем на генерального директора?
Компетентных людей было немного, но он скорее наймёт тех, кто менее квалифицирован, но послушен, чем оставит в компании человека, который будет вносить разлад.
Поэтому он подписал уведомление об увольнении, не дав стажёру возможности возразить.
Увидев это, Шэн Нуань поняла, что кое-чего она всё ещё не понимает.
Она не была в неведении относительно так называемых негласных правил поведения на рабочем месте - идеи о том, что использование в своих интересах и эксплуатация новых сотрудников - это нормально; что умение ладить с людьми важнее, чем хорошо выполнять свою работу... Но для неё было очевидно, что если вся компания руководствуется такими устаревшими представлениями, то откуда взяться свежей крови или новой энергии?
Если руководство компании боится откровенных сотрудников, это значит лишь то, что оно недостойно своих должностей!
Вместо того чтобы уйти, Шэн Нуань вошла в кабинет, открыла окно для проветривания и небрежно села на диван.
Чжун Кай и другой руководитель в комнате были ошеломлены. Они почти решили, что эта стажёрка сошла с ума.
Шэн Нуань достала телефон и набрала номер...
«...Да, отделение СВВ в Хуаго, филиал Хайши. Скажи Чжун Каю, чтобы он убирался. А остальные? Я разберусь с ними сама. Да, я сейчас здесь».
В другом конце комнаты Чжун Кай и другой руководитель обменялись взглядами, пытаясь выдавить из себя улыбку, но их охватило необъяснимое чувство тревоги.
Повесив трубку, она молча сидела. Чжун Кай нахмурился и строгим голосом отчитал её: «Что ты творишь? Убирайся!»
Шэн Нуань подняла руку: «Не говори. Приготовься ответить на звонок».
Едва эти слова слетели с её губ, зазвонил телефон... Чжун Кай застыл на месте.
Он недоверчиво уставился на Шэн Нуань, затем медленно взял трубку.
«Здравствуйте, господин Чжун. Это отдел кадров подразделения СВВ в Хуаго. Уведомление об увольнении отправлено вам на электронную почту. Пожалуйста, подготовьтесь к передаче дел как можно скорее...»
Телефон с грохотом упал на стол, и Чжун Кай уставился на девушку, сидящую напротив, с открытым ртом.
Шэн Нуань встала, подошла к столу Чжун Кая и положила на него уведомление о своём увольнении: «С этого момента я - генеральный директор филиала СВВ в Хайши. Мой секретарь прибудет в офис через час, и скоро я проведу совещание. Пожалуйста, подготовьте важные документы для передачи дел...»
С этими словами она улыбнулась и повернулась, чтобы уйти.
Руководитель в кабинете Чжун Кая уже получил уведомление от вышестоящего руководства о новом назначении генерального директора филиала в Хайши.
Увидев имя в документе, Айви... начальник в шоке посмотрел на Чжун Кая, его рот открывался и закрывался, но в конце концов он ничего не сказал и поспешил уйти.
Один телефонный звонок - и через десять минут было отправлено уведомление о назначении... Если руководитель по фамилии Доу до сих пор не понял, откуда ветер дует, значит, он просто дурак.
Не прошло и часа, как к зданию компании подъехал Mercedes. Вскоре молодой человек в очках в золотой оправе, с ноутбуком в руках и в сопровождении двух помощников вошёл прямо в временный офис, который организовала Шэн Нуань.
«Мисс Айви, здравствуйте. Я Линь Чи, ваш новый секретарь...»
Шэн Нуань кивнула и сказала четырём руководителям, официально сидящим в кабинете: «Продолжайте, совещание начнётся вовремя».
«Да».
Пять минут спустя в главном конференц-зале компании собрались все сотрудники, занимающие должности выше руководителя группы, и начали перешёптываться.
«В чём дело? Почему вдруг понадобилось проводить срочное совещание?»
«Я не знаю, может, есть какой-то крупный проект...» - это сказал Коу Шаоцун, и в его глазах мелькнуло самодовольство.
Благодаря сделке на 30 миллионов юаней его личный результат в этом году гарантированно будет лучшим.
Хуан Шао, сидевший на месте руководителя, слегка нахмурился, чувствуя, что что-то не так... Из пяти руководителей компании четверо отсутствовали, сославшись на то, что у них совещание.
Какое совещание? Почему его не предупредили?
В этот момент дверь в конференц-зал открылась, и вошли остальные четверо руководителей.
Но вместо того, чтобы занять свои места, они стояли у стульев, наблюдая за входом в зал... Вошёл молодой человек с холодным выражением лица и остановился у места генерального директора во главе стола.
«Добрый день, все. Я Линь Чи, новый секретарь генерального директора. А теперь позвольте представить вам нового генерального директора филиала СВВ в Хайши, мисс Айви...»
Шэн Нуань не стала важничать. Она спокойно встала во главе стола, улыбнулась и обвела взглядом помещение: «Здравствуйте, все. С сегодняшнего дня я буду полностью отвечать за филиал СВВ в Хайши. Я с нетерпением жду совместной работы в будущем».
Внизу Хуан Шао и Коу Шаоцун застыли на месте, их лица были бледны от шока и неверия...