Суй[1], долина Теней.

Одинокая женщина в прочной чёрной одежде и чёрных полевых ботинках стояла совсем одна. Её тёмными волосами, доходящими до талии и связанными в конский хвост, играл лёгкий ветерок. Она была подобна сосне, растущей прямо среди руин. Своими яркими и глубокими чёрными глазами она пристально разглядывал группу специальных бойцов, окруживших её.

- Цинъянь, сдавайся, - сказал мужчина, стоящий всего в десяти метрах от Чэн Цинъянь, - я могу выступить от твоего имени и просить о снисхождении. Так, например, твоё имя «Пылающая стрела» всё ещё гремит на весь мир, и «Красноглазые» всё-таки принадлежат тебе. Кроме того, мы ещё можем быть вместе и осуществить наши незавершенные мечты. А ещё мы можем…

- Линь Чэньцзэ, - Чэн Цинъянь равнодушно перебила его, - ты уже вошёл в уважаемую семью и всё ещё смеешь строить из себя невинность. Тебе не надоело притворяться?

- Цинъянь, - не желал отступать Линь Чэньцзэ, - в настоящее время не ты контролируешь ситуацию. Сейчас лучший выбор - это сдаться. Возможно, ещё есть шанс всё сохранить?

- Ха! Линь Чэньцзэ, ты слишком высокого мнения о себе! - презрительно фыркнула Чэн Цинъянь, - всё сохранить? Ты уже уничтожил мои многолетние старания. Что ты хочешь сохранить? Твою жизнь? Или целое государство? А?

- Чэн Цинъянь, помня о нашей многолетней дружбе, я надеюсь, что ты осознáешь сложившуюся ситуацию! - резко ответил Линь Чэньцзэ. Он отвернулся, не осмеливаясь смотреть в её глаза, заставляющее душу трепетать.

- О, ты признаёшь текущую ситуацию? - уголки рта Чэн Цинъянь изогнулись в саркастической ухмылке, - да, в таком случае, позволь мне прояснить, Линь Чэньцзэ, предать меня - это худшее решение в твоей жизни! - она сняла со спины чёрный рюкзак, открыла его и, бросив внутрь горящую зажигалку, швырнула этот рюкзак в толпу.

Раздался оглушительный взрыв, в результате чего застава в долине Теней в Суй, которая изначально являлась руинами, погрузилась в море огня.

- О, Линь Чэньцзэ, ты и твои элитные войска должны быть похороны здесь ради моих «Красноглазых»! - прокричала Чэн Цинъянь, словно умалишённая.

Бешеный рёв бушующего пламени пронзал воздух. Фигура в чёрном смотрела на человека, пытающегося сопротивляться огню, со смешанными чувствами. В её глазах отражались как нежность, так и ненависть.

- Линь Чэньцзэ, ты… ты настолько прекрасен, что я слепо следовала за тобой, - с ноткой грусти в голосе вздохнула Чэн Цинъянь, - но разве ты не пришёл в долину Теней только ради того, что хочешь Божественное кольцо феникса? - она с яростью уставилась на силуэт, который теперь был похож на попрошайку.

- Где Божественное кольцо феникса? - напрягся Линь Чэньцзэ.

- Ха-ха-ха, - глядя не его встревоженное выражение лица, Чэн Цинъянь залилась громким смехом, - хочешь знать?

- Говори! - разозлился Линь Чэньцзэ.

- Ха-ха-ха, - ещё сильнее развеселилась Чэн Цинъянь, - буквально перед твоим появлением, я растёрла его в порошок, смешала с водой и выпила. Ха-ха-ха, - она почти впала в истерику, - ты не ожидал такого, правда? Линь Чэньцзэ, я уже говорила, что предать меня - это худшее решение в твоей жизни!

Выплюнув полный рот крови, Чэн Цинъянь рухнула на землю. Практически мгновенно её тело поглотило море огня.

________________________________________________

[1] В данном контексте иероглиф 随 (Суй) не имеет перевода, т.к. обозначает реальное географическое место эпохи Чуньцю (территория нынешней провинции Шаньси).

Когда вернулась способность чувствовать, послышались два милых голоса. Судя по всему, разговаривали две девушки. Одна из них была посмелее и всё время махала кнутом, издавая шлёпающие звуки. Другая же казалась напуганной и немного нервной.

- Шэнь Хуа, такой способ в самом деле хороший? - дрожащим голосом спросила девушка.

- В чём дело? - спросила Шэнь Хуа, остановив руку с кнутом.

- Я… - немного зажалась девушка, - я имею в виду, что если мы забьём кого-нибудь до смерти?

- Ой, Цзянь Хуа, ты боишься с тех пор, как пришла в это дрянное место. Чего бояться? - неодобрительно фыркнула Шэнь Хуа.

- Она… - Цзян Хуа собралась с духом, чтобы озвучить свои сомнения, - в конце концов, она наша старшая молодая леди. Пусть она и очень труслива и не станет сопротивляться нам, но если…

- Какая молодая леди? - перебила её Шэнь Хуа, - она просто ничтожество и уродина, которую все ненавидят. Какой смысл избивать ее до смерти? Не забывай, что есть вторая молодая леди, которая нас поддержит!

- Но она всё ещё… - Цзянь Хуа не была убеждена, но снова была перебита.

- Невеста наследного принца? Не смеши, ладно? Что касается этой, хм… Позволь мне рассказать тебе, что наследный принц и наша вторая молодая леди очень близки. Несколько дней назад они вместе уехали в Чёрные горы, чтобы тренироваться в дремучем лесу, - Шэнь Хуа произнесла это так высокомерно, будто бы именно она имела близкие отношения с наследным принцем.

- Я… - Цзянь Хуа больше нечего было возразить.

- Только из-за нашей многолетней дружбы я советую тебе хорошенько запомнить, - назидательно заговорила Шэнь Хуа, - теперь наша вторая молодая леди - невеста наследного принца. О, - вздохнула она, словно вспомнив ещё нечто важное, - верно, я увидела, что тебя отчитывает госпожа, и потому привела тебя сюда, чтобы ты смогла выплеснуть свой гнев на этом отбросе. Но в результате ты ничего не сделала, из-за чего мои руки теперь болят.

- Тогда вернёмся, и я помассирую их, - предложила Цзянь Хуа.

- Ладно, идём, - не стала возражать Шэнь Хуа, - находиться здесь действительно противно, - она повернулась к лежавшей на полу девушке, которая уже потеряла сознание от побоев, пнула её и с презрением сказала, - на этот раз я тебя отпущу. Подожди, когда вернутся вторая молодая леди и наследный принц, ты испытаешь настоящее удовольствие. Цзянь Хуа, пойдём!

Когда дверь захлопнулась, лежавшая на полу девушка медленно открыла глаза. С её губ сорвался тихий хрипящий вздох от боли. Она чувствовала себя настолько разбитой, словно её переехал тяжёлый грузовик.

- Это… - с сомнением прошептала она, не веря своим глазам.

Разве она не была в долине Теней? Разве её не предал Линь Чэньцзэ? Разве её не поглотило море огня? Как она оказалась здесь?

Верно, это была Чэн Цинъянь. Но почему она здесь?

- Это… Перерождение? - терялась в догадках она, - о, неужели Бог действительно решил смилостивиться надо мной? Сначала дал мне пощёчину, а теперь вручил конфетку? - саркастически усмехнулась Чэн Цинъянь. Её глаза внимательно разглядывали место, в котором она оказалась.

Это был обшарпанный маленький дом с соломенной крышей. Такая крыша не была способна защитить даже от ветра и дождя. Кроватью являлись лишь несколько досок, а одеяло было таким тонким, что под ним было бы сложно не замёрзнуть насмерть в зимний стужу.

Взглянув на себя, Чэн Цинъянь увидела кровавые следы на потрёпанной, словно у нищего одежде.

- Это просто ужасно! - вздохнула она и попыталась встать, но её тело и мозг одновременно пронзила острая боль. Воспоминания первоначальной владелицы этого тела заполнили её разум.

Это место отличалось от Земли. Континент назывался Опускающиеся тучи. В этом мире практиковали боевые искусства, а правил тот, кто обладал наивысшей силой. Чтобы увеличить свою силу, люди занимались культивированием.

Культивирование основывалось на практике духовных искусств, что подразумевало под собой постоянное совершенствование собственных элементальных духовных корней. При этом стать по-настоящему могущественным едва ли мог один из ста тысяч практикующих, а наличие двух или более элементальных духовных корней встречалось не чаще, чем у одного из десяти тысяч человек.

Этот континент был разделён на пять основных частей, а именно четыре империи: Божественный клён, Божественная степь, Божественная пустыня и Божественный туман, а также Лес демонов, расположенный в центре континента.

Среди всех империй Божественный клён считался сильнейшей. Причина заключалась в том, что именно в её столице обосновались четыре основных семьи материка: Зелёного дракона, Белого тигра, Красной птицы и Чёрного воина.

В настоящее время Чэн Цинъянь находилась в доме семьи Зелёного дракона, которая славилась своим духовным искусством, во дворе, предназначенном для сбора мусора и хранения всякого хлама.

- М-да, моё будущее действительно тревожит, - задумалась она, оценивая полученные воспоминания, - когда тебе было десять, у тебя не обнаружили духовных корней, к тому же ты уродлива, но всё ещё помолвлена с наследным принцем. Это весомый повод для зависти, ревности и ненависти. Этот принц отправился развлекаться, оставив тебя. Но раз уж ты отдала мне своё тело, то я позабочусь обо всём ради тебя!

Последнюю фразу Чэн Цинъянь произнесла таким же командирским тоном, который использовала, управляя «Красноглазыми».

- Хм, теперь мне нужно решить, что делать дальше, - продолжила свои рассуждения она, - я ведь не могу навсегда остаться ничтожеством, верно? Если использовать свои навыки, приобретённые в прошлой жизни, я же перестану быть мусором, над которым издеваются даже слуги?

В своей предыдущей жизни Чэн Цинъянь начала тренироваться как убийца в возрасте семи лет. Её обучали первоклассные эксперты и лучшие мастера этого дела. Так что элементарная самооборона не должна была стать проблемой.

Чэн Цинъянь приподнялась и села на край кровати.

- Сперва нужно как следует позаботиться о теле, - начала планировать она, - затем осмотреться. Терпеть избиения более двух лет прежде, чем умереть. Такую явно не стоит считать бездарностью.

Чэн Цинъянь сняла окровавленную одежду, промыла раны водой из ведра, находившегося в доме, и оделась в чистое.

- А? Даже травы есть? - не сразу заметила она, - кажется, предыдущая владелица этого тела уже привыкла к такой жизни и подготовилась.

Чэн Цинъянь разжёвывала травы и прикладывала их к ранам, размышляя о том, как изменить доставшееся ей тело.

- Для начала мне потребуется кое-что купить, но я слишком бедна, - пришла к неутешительному выводу она, - хе-хе…

Некая беспринципная женщина принялась строить планы относительно всего особняка семьи Зелёного дракона, высокопоставленных лиц столицы и даже императорского дворца.

Тёмная ветреная ночь - идеальное время для убийства и грабежа.

Чэн Цинъянь облачилась в чёрную парчовую мантию, которую она «одолжила» у молодого господина семьи Зелёного дракона, и спрятала сапфировую подвеску[1], которая по счастливой случайности досталась ей вместе с одеждой. Разумеется, она всё заимствовала. Она принципиальный вор, и раз уж что-то одолжила, то непременно вернёт.

Чэн Цинъянь прошлась по всему особняку с востока на запад. Через некоторое время главный дом на пару покинули императорский зелёный самоцвет и жемчужные подвески[2], а от третьей мисс ушёл белолицый Бог весны, изготовленный из императорского нефрита… Однако, самым главным, конечно же, являлись деньги, поэтому она посетила и хранилище семьи Зелёного дракона.

Напоследок Чэн Цинъянь наведалась в кабинет главы семьи и обнаружила там несколько потайных мест, в которых хранились книги о духовных навыках. Пользуясь случаем, она прихватила и их для дальнейшего изучения позже. Затем достала сапфировую подвеску, чтобы оставить её здесь. Девушка рассчитывала, что отец сам лично вернёт её Чэн Мохуну.

- Мне вот интересно, каким образом семья Зелёного дракона стала одной из четырёх главных семей? - задумалась она, крутя в руке сапфировую подвеску Чэн Мохуна, старшего сына семьи Зелёного дракона.

На самом деле, людей семьи Зелёного дракона нельзя назвать некомпетентными, просто со способностями Чэн Цинъянь даже сильному воину с третьим уровнем духовной силы было трудно обнаружить её. Но это всего лишь третий уровень.

Чэн Цинъянь вернулась в комнату Чэн Мохуна, стянула с себя чёрную парчовую мантию и положила её в выдвижной ящик кровати. Здесь же она нашла сапфировую подвеску.

- Я же сказала, что всё верну, - тихо прошептала Чэн Цинъянь, глядя на мирного спящего в своей пастели и ещё ничего не подозревающего молодого господина, - как тебе это? Я серьёзно исполнила своё обещание!

Чэн Мохун часто помогал своей биологической сестре, второй молодой леди, Чэн Цянь, издеваться над первоначальной владелицей этого тела. Они хотели устроить разрыв её помолвки с наследным принцем и тем самым окончательно опозорить девушку.

Ради предстоящего интересного спектакля, Чэн Цинъянь не стала закрывать выдвижной ящик полностью.

- Любой, у кого есть мозги, сможет найти это, - фыркнула она и выпрыгнула из окна.

Стоя на крыше и наслаждаясь темнотой ночи и свежим ветром, Чэн Цинъянь осматривала сверху огромный особняк.

- Теперь настало время сказать: вас ограбили! - довольно хихикнула она, - Интересно, найдётся ли в этом мире такой же хороший вор, как я? Вы просто не знаете своего счастья! Вы действительно не цените того, что имеете, но завтра вы всё осознаете. Вот только вор рано утром сбежал, - с искренним беспокойством о людях произнесла Чэн Цинъянь.

_________________________________________

[1] 佩 - подвеска (украшение из яшмы, нефрита, амулет) на парадном поясе.

[2] 步搖 - подвески женского головного убора из драгоценного камня (жемчуг, яшма, нефрит и т.п.), раскачивающиеся при ходьбе.

Закончив говорить, Чэн Цинъянь сняла пару черепиц, прочистила горло и наклонилась к образовавшейся в крыше дыре.

- Здесь вор! Ловите вора! - прокричала она.

После чего её губы искривились в садисткой улыбке, и девушка исчезла в мгновение ока.

- Что? Воры?

- Быстро, вставай и лови вора!

- Ай Ма, почему ты наступил на меня?

- Ты тупой? Вопрос о поимке вора в порядке живой очереди. Пока-пока!

- Ублюдок, только из-за твоих заслуг я не могу убить тебя!

Через некоторое время весь особняк семьи Зелёного дракона стал ярко освещённым. Слуги, молодые леди, жёны, наложницы - все собрались в одном месте, не обращая внимание на то, должны были они прийти или нет.

Некая женщина, создавшая весь этот хаос, чинно сидела в стороне, имея наилучший угол обзора, и лузгала тыквенные семечки, прихваченные на кухне, наблюдая за разворачивающимся представлением.

- Ах, матушка, мне потребовалось десять лет, чтобы собрать набор подвесок из жемчужин Южного моря!

- Где императорский зелёный самоцвет старика? Потребовалось приложить немало усилий, чтобы выкупить его в павильоне «Модный наряд»!

- Куда делось добытое с большим трудом ядро демонического зверя третьего уровня с меча Божественного дракона?

В это время глава семьи Зелёного дракона, Чэн Яй[1], чинно вышел из средней комнаты.

- В чём дело? Что за шум среди ночи? - спросил он.

Маленький слуга первым поспешил к хозяину, словно стремился получить награду.

- Глава, - поклонившись заговорил он, - это постыдное дело, но вся семья Зелёного дракона была обворована кем-то.

- Хм? - холодно фыркнул Чэн Яй и нахмурил брови.

Это так сильно напугало маленького слугу, что он быстро опустился на колени, дрожа от страха. В этот момент в помещение ворвался стражник.

- Хозяин, - с ходу доложил он, - хранилище ограблено.

- Что? Какие потери? - ещё сильнее нахмурился Чэн Яй.

- Десять миллионов золота и… - охранник нервно сглотнул, не решаясь продолжить.

- Что ещё? - сердито потребовал ответа Чэн Яй.

- Пятьдесят ядер демонического зверя второго уровня, - сделав голубой вдох, начал перечислять мужчина, - тридцать ядер демонического зверя третьего уровня, двадцать ядер демонического зверя четвёртого уровня и десять ядер демонического зверя пятого уровня.

Как только это было озвучено, не только стража и слуги вздрогнули от потрясения, даже Чэн Яй чуть не потерял сознание.

- Быстро поднимайте всех и проверяйте! - приказал Чэн Яй.

Махнув рукавами, он направился в свой кабинет.

- Да! - хором отозвались стражники.

Чэн Яй проверил тайники в своём кабинете, и результат весьма удовлетворил Чэн Цинъянь.

- Мои духовные навыки седьмого уровня! - сокрушался Чэн Яй, пока не заметил ещё кое-что, - это что? Сапфировая подвеска Чэн Мохуна?

Глава семьи Зелёного дракона сейчас находился только на четвёртом уровне. Книги с духовными навыками седьмого уровня были спрятаны в дальний ящик до того момента, пока Чэн Яй не прорвётся на этот уровень, и не станет способен практиковать их. В результате, в одну ночь он потерял свои драгоценные духовные навыки седьмого уровня и обнаружил сапфировую подвеску Чэн Мохуна. Эта серия ударов едва не заставила его умереть от гнева.

- Собери всех в главном зале! - выйдя из кабинета, Чэн Яй небрежно схватил стражника и рявкнул на него.

- Да, да, - охранник был так напуган, что свалился из хватки главы и уполз, не осмеливаясь подняться на ноги.

Довольно быстро вся семья Зелёного дракона собралась в главном зале, как и приказал глава.

- Мохун, эта сапфировая подвеска твоя? - строго спросил Чэн Яй.

- Да, отец, - отозвался высокий и красивый юноша.

- Хорошо, в таком случае верни, - кивнул глава.

- Что вернуть, отец? - не понял Чэн Мохун.

- Вещи, что ты украл.

- Какие вещи? Сын всё это время спал и не воровал никаких вещей! - Чэн Мохун был потрясён и возмущён от предъявленного ему обвинения.

Такое обвинение может опозорить на всю столицу, и очистить свою репутацию потом будет очень нелегко.

- Ладно, - устало вздохнул Чэн Яй, - забудем об этих обывательских вещах. Просто верни ядра демонического зверя и духовные навыки, и на этом закончим.

- Отец, у меня их нет.

_____________________________________________________

[1] На самом иероглиф 涯 читается «Я» и лишь в редких случаях «Яй», но чтобы в будущем не путать имя персонажа с местоимением, пришлось выбрать написание «Яй».

- Не хочу задерживать не признавшего свою вину, - нахмурился Чэн Яй, - Мохун, не сопротивляйся и чистосердечно во всём сознайся.

- Но, отец! У меня действительно ничего нет! - Чэн Мохун откровенно начал беспокоиться.

- Ты… хорошо, - разозлился глава семейства и прикрикнул на слуг, - принесите доказательства!

Едва он озвучил приказ, как появились несколько стражников. В руках они несли чёрную парчовую мантию и пропитанные глиной парчовые сапоги.

- Что ещё ты скажешь? - крутя в руке сапфировую подвеску, спросил Чэн Яй.

Увидев эти вещи, сердце Чэн Мохуна упало.

- Отец, это… это… Но я, правда, ничего не знаю! - совершенно искренне произнёс он.

- Ты всё ещё отказываешься признаться? Кто-нибудь, заберите старшего молодого господина и заприте его. Пока ты не раскаешься, ты будешь под арестом! - Чэн Яй очень сильно разозлился на своего «упрямого» сына.

Чэн Цинъянь, которую многие даже не заметили, молча похвалила главу семейства за отличное представление. Запутать сына и таким образом обмануть себя. Сегодня он был исключительно «хорошим отцом»!

Постепенно все разошлись. Практически каждый потерял какую-то ценность, и потому в своём сердце ругал Чен Мохуна. А организатор всего это беспорядка громко пела, возвращаясь в свой двор.

- Какой замечательный день! Всё, что задумано - всё сделано сегодня, - наслаждаясь собой, напевала Чэн Цинъянь.

Вот только человеку не следует быть слишком высокомерным, так ведь?

К слову, в это самое время Цзюньлинь Цзюцин возвращался домой по причине того, что сегодня у него снова случилось обострение старой болезни. Однако, приходя сюда, он чувствовал себя значительно лучше. Он просто зашёл осмотреться и сразу же заметил Чэн Цинъянь, прибывающую в отличном расположении духа. И чем ближе она подходила, тем легче ему становилось. Потому, как только она оказалась достаточно близко, Цзюньлинь Цзюцин решительно обнял девушку со спины, прижимая её к своей груди.

- Старый извращенец дерзнул издеваться над этим правителем[1]? Жить надоело? - взревела Чэн Цинъянь.

Однако, как могла молодая леди Чэн, не обладающая духовной силой, победить Цзюньлинь Цзюцина, находящегося на седьмом уровне духовной силы? Потому, как бы она не сопротивлялась, человек, стоящий за её спиной, даже не шелохнулся.

Из-за того, что Цзюньлинь Цзюцин ощутил значительное улучшение своего состояния, когда вдохнул аромат её тела, ему пришлось подождать, пока его состояние полностью восстановится, прежде чем обратить внимание на слова Чэн Цинъянь.

- Этот правитель? Кто ты? - он почувствовал интерес к этой девушке, которая могла облегчить его недуг, но не понимал, почему она назвала себя правителем.

- А ты кто? Ты ещё смеешь спрашивать? Отпусти меня! - с яростью сжав кулаки, огрызнулась Чэн Цинъянь.

- Скажи мне, кто ты, иначе не отпущу, - ответил Цзюньлинь Цзюцин, дразня её.

Всегда хладнокровный, помешанный на убийствах и известный как жестокий Бог смерти, он дурачился перед нашей молодой леди Чэн, словно дворовый хулиган. Если об этом станет известно, то весь континент сойдёт с ума.

- Сначала ты отпусти меня, а потом я отвечу, - предложила Чэн Цинъянь.

Ей ужасно хотелось избить этого человека, но он слишком крепко держал её, а потому девушка не могла действовать опрометчиво.

- Хорошо, - принял её условие Цзюньлинь Цзюцин, - как только я отпущу тебя, ты скажешь, кто ты.

Он и подумать не мог, что держит в своих объятиях хитрую маленькую «лисицу», а потому так легко согласился и, в итоге, оказался обманут.

Как только он ослабил хватку, Чэн Цинъянь резко развернулась и изо всех сил ударила его кулаком. Но поскольку она прекрасно осознавала, что слишком слаба, по сравнению с этим человеком, то не стала устраивать драку, а просто сбежала после первого же удара.

Цзюньлинь Цзюцин так и не получил ответа. Белый силуэт исчез без следа, оставив после себя лишь лёгкое ощущение тепла на его руках и слабый аромат бамбука.

Уголки рта Цзюньлинь Цзюцина слегка приподнялись. Этот мужчина действительно был так невероятно красив, что даже Боги завидовали его внешности.

- Интересно, - со злобной улыбкой произнёс он, глядя в ту сторону, куда скрылся белый силуэт.

В этот момент в его глазах Небо и Земля полностью утратили свой величественный свет.

____________________________________________________

[1] 本王 (бэнь Ван) - буквально «этот император/монарх/государь/правитель». Обычно, подобным образом выражался император государства, говоря о себе. Точнее, сочетание «Бэнь Ван» использовалось монархом в своей речи вместо местоимения «Я».

Вернувшись в свой двор, Чэн Цинъянь вздохнула с облегчением.

- Это действительно было опасно, - сокрушалась о своих никчёмных способностях она, - но как извращенец[1] сумел пробраться сюда? А его силу невозможно оценить. Увы, дальше оставаться здесь слишком опасно. Мне срочно нужно придумать способ выйти и потренировать это тело. Не могу же я вечно оставаться отбросом. Когда сталкиваешься с извращенцем, случиться может всякое. К счастью, этот извращенец оказался дураком.

В это же самое время некий Бог смерти громко чихнул. «Почему я ощутил холодок, пробежавший по спине?» - подумал он.

На следующее утро Чэн Цинъянь суетилась, собирая свои вещи. Правда, собирать ей особо было нечего. Помимо того, что она взяла деньги, она также взяла деньги. Увы, «это беда богатых».

Собрав свои пожитки, Чэн Цинъянь была полностью готова отправиться в дремучий лес на Чёрных горах, о котором ранее упоминали Шэнь Хуа и Цзян Хуа. Но так же она чувствовала, что просто не имеет права оставить обитателей особняка Зелёного дракона в покое. Поэтому она направилась в кабинет Чэн Яя, чтобы прихватить еще несколько книг по духовным навыкам высокого уровня.

Когда она добралась до кабинета, то услышала разговор Чэн Яя с госпожой Юань.

- Глава, - радовалась госпожа Юань, - Цзянь’эр скоро вернётся. У неё прекрасные отношения с наследным принцем, просто благословите такую замечательную пару.

Госпожа Юань - нынешняя жена, то есть вторая госпожа, получившая свой статус после смерти госпожи Линсинь, матери первоначальной владелицы тела.

- Знаю, ты каждый день это твердишь, - раздражённо отозвался Чэн Яй, - но я не уверен, что данное благословение допустимо.

- Глава, в конце концов, наследный принц помолвлен с этой уродиной Чэн Цинъянь, это… - госпожа Юань не успела договорить, так как была прервана своим мужем.

- Что это? - резко произнёс он, - разве можно сравнивать отброса Чэн Цинъянь с нашей Цянь’эр? Разумеется, титула наследной принцессы достойна только наша Цянь’эр!

Чэн Цинъянь, скрывающаяся в темноте, потеряла дар речи. Она задавалась вопросом: действительно ли предыдущая владелица этого тела являлась дочерью Чэн Яя? Не может же быть, чтобы данный разговор сводился к её устранению? Но это не было похоже на пустую беседу. Странно… В таком случае, придётся приложить все усилия, чтобы ударить, может быть, оказать ещё бóльшую милость и устроить сущий беспорядок. В это время зашёл маленький слуга.

- Глава, госпожа, вторая молодая леди вернулась, - сообщил он.

- Превосходно! Глава, быстрее, идём встречать эту дочь, невесту наследника престола, - обрадовалась госпожа Юань и уже по пути бросила слуге, - ты, скорее иди и собери всех в главном зале, быстро!»

- Да, - отозвался маленький слуга и поспешил исполнить наказ.

После того, как Чэн Яй и госпожа Юань покинули кабинет, Чэн Цинъянь вышла из своего укрытия.

- Эта Чэн Цянь всё же имеет весьма значительную репутацию, - задумалась она, - и всю семью Зелёного дракона просили встретить её. Хм, независимо от того, насколько ты важна, осмелившись издеваться надо мной, ты лишь приблизила дату конца своей жизни. Все, что мне нужно сделать, так это подумать о том, как ты умрёшь.

Чэн Цинъянь подошла к потайной полке в кабинете, небрежно взяла несколько книг с простыми духовными навыками и выпрыгнула в окно. Добравшись до главного зала, она устроилась в дальнем углу, выбирая место с наилучшим углом обзора, и стала наблюдать за входной дверью.

Чэн Цянь, шаг за шагом, величественно шла вперёд. Её плиссированная газовая юбка неторопливо колыхалась, розовы губы на нежном лице были слегка приоткрыты, а длинные ресницы немного подкручены. Она двигалась так мягко и изящно, что нефритовые подвески в форме лотоса, украшавшие её причёску, почти не колыхались. Её чистота и очарование действительно завораживали.

Если бы Чэн Цинъянь не знала, какая мерзость и грязь скрыта под этой прекрасной оболочкой, то и она не смогла бы не восхититься такой девушкой. Первая красавица империи Божественного клёна действительно заслуживала этого титула.

__________________________________________________

[1] К сожалению, в оригинале в этом месте и далее текст подвергся цензуре, поэтому, на свой страх и риск, пришлось использовать слово, употреблённое в предыдущей главе (流氓 - извращенец, развратник).

Кроме того, рядом с ней шёл мужчина в ярко-желтом парчовом халате. Его стройная фигура и красивая внешность могли заставить трепыхать сердца всех женщин империи Божественного клёна. Поэтому все ненавидели Чэн Цинъянь.

- Приветствуем ваше высочество, наследного принца! - прокричали все, опустившись на колени.

- Можете подняться, - ответил наследный принц.

- Отец, Цянь’эр вернулась, - шагнув вперёд кокетливо сказала Чэн Цянь, взяв Чэн Яя и госпожу Юань за руки.

«Эх, такая актриса, - сетовала про себя Чэн Цинъянь, - она могла бы собрать все награды за женские роли, но вынуждена находиться в этом месте. Как жаль, как жаль…»

- Хорошо, что ты вернулась без происшествий. А наследный принц? - сознательно уточнил Чэн Яй.

- Глава Чэн, этот наследный принц пришёл, чтобы разорвать помолвку, - категорично произнёс Цзюньлинь Цзыцзюэ.

Чэн Яй немного забеспокоился. Пришёл для того, чтобы разорвать помолвку? Забудем об отбросе, но если ты не упоминаешь о браке, то зачем сопровождаешь Цянь’эр?

- Ваше высочество, это… - взволнованно протянул Чэн Яй.

- Глава Чэн, простите, я неверно выразился, - улыбнулся Цзюньлинь Цзыцзюэ, - я здесь, чтобы заключить помолвку.

Этот наследный принц не только был высокомерен, но и любил раздражать людей. Такой действительно заслуживал избиения.

«Разве ты не отменяешь свою помолвку с Чэн Цинъянь? Или ты всё ещё собираешься жениться на ней?» - взглянув друг на друга, Чэн Яй и госпожа Юань заметили, что думают об одном и том же.

Чэн Цинъянь тоже занервничала. Но она, наоборот, переживала, что наследный принц не захочет разорвать помолвку с ней. В своей голове она уже начала строить планы о том, как лишит его мужского достоинства в случае своего замужества. Да, именно так!

И только Чэн Цянь никак не отреагировала. По всей видимости, она явно что-то знала.

Люди, собравшиеся в главном зале семьи Зелёного дракона, так же принялись бурно обсуждать услышанное. Многие смотрели на Чэн Цинъянь, спрятавшуюся в дальнем углу.

Насладившись бурной реакцией окружающих, Цзюньлинь Цзыцзюэ взглянул на Чэн Цянь.

- Я заключаю помолвку с Чэн Цянь, второй молодой леди семьи Зелёного дракона, - медленно заговорил он, - разве у нас раньше не было брачного соглашения?

После этих слов всё стало понятно. Поскольку заключённый ранее брачный договор упоминал только дочь семьи Чэн, но конкретного имени в нём указано не было, Цзюньлинь Цзыцзюэ просто воспользовался этой неточностью, чтобы заключить помолвку с Чэн Цянь.

- Это верно, - выдохнула с облегчением госпожа Юань.

- Разумеется, мы помним, - Чэн Яй с уважением посмотрел на наследного принца, - поскольку его высочество наследный принц решил жениться на Цянь’эр, тогда я навещу ваше высочество в другой день, и мы выберем подходящую дату свадьбы. Что скажите?

- Очень хорошо, - согласился Цзюньлинь Цзыцзюэ, - тогда этот наследный принц уйдёт первым[1].

Он ещё раз взглянул на Чэн Цянь, которая стояла с опущенной головой и застенчивым выражением лица, и, довольно улыбаясь, направился к выходу.

После ухода Цзюньлинь Цзюцзюэ, Чэн Яй и госпожа Юань почувствовали ещё бóльшую удовлетворённость Чэн Цянь.

- Цянь’эр, отныне ты - невеста наследного принца, - начала поучать госпожа Юань, - ты должна строго следовать правилам приличия, тщательно следить за своим поведением и манерами, придерживаться добродетели и стать примером для всех людей, понимаешь?

- Матушка, разве Цянь’эр такая порочная и жестокая девушка? - заискивающим голоском спросила Чэн Цянь.

- Да, - буркнула себе под нос Чэн Цинъянь, которая услышала этот вопрос, когда направлялась к выходу.

- Ну, разумеется, нет, - поспешил поддержать дочь Чен Яй, опасаясь расстроить её, - это твоя мать что-то напутала.

В это время подошли третья молодая леди, Чэн Цин, и наложница Лю подошли к ним, чтобы выразить своё почтение.

- Поздравляю, сестра.

- Поздравляю, вторая молодая леди.

- О чём ты, младшая сестра[2]? Все мы - одна семья, и, естественно, это общая радость! - услышав поздравления от своей соперницы, госпожа Юань попыталась ответить скромно, но при этом её так и распирало от гордости.

- Верно-верно, - с улыбкой ответила наложница Лю.

Госпожа Юань проигнорировала её и, прихватив с собой Чэн Цянь, направилась в свой двор, который назывался «Сад роз». Она должна была хорошо заботиться о своей драгоценной дочери и быть в состоянии урезонить эксцентричную наложницу Лю.

Вслед за госпожой Юань с дочерью ушёл и Чэн Яй. Чэн Цин и наложница Лю остались одни, со злостью скручивая в руках свои носовые платки.

____________________________________________________

[1] «Я уйду/пойду первым», «ты иди первым/можешь идти первым» - принятая в китайской речи вежливая форма прощания перед непосредственным уходом говорящего (в первом случае) или того, кому говорят (второй пример). Достаточно сложно подобрать русский аналог, который бы передал весь смысл этой фразы, поэтому пришлось перевести дословно.

[2] В китайском гареме жёны одного мужчины называют друг друга сёстрами. Понятия же «старший»-«младший» не имеет никакого отношения к возрасту, а указывает на положение женщины в семье. В данном случае статус госпожи Юань выше, чем у наложницы Лю, потому она обратилась к женщине, как «младшая сестра». В свою очередь, наложница Лю должна называть её «старшая сестра» или «госпожа».

Чэн Цинъянь лежала на крыше и только собиралась встать после просмотра очередной пьесы, разыгранной членами семьи Зелёного дракона. Внезапно она почувствовала, что воспарила в воздух, и её тело вдруг оказалось у кого-то на руках. Сначала она испугалась, но ощутив запах канифоли, исходящий от держащего её человека, сердце Чэн Цинъянь почему-то успокоилось. И всё же, вспомнив о событиях прошлой ночи, она не смогла не укусить этого человека изо всех сил.

- Ты, старый извращенец, как ты смеешь приходить сюда? - со злостью выпалила она, - смотри, как эта госпожа позовёт людей, чтобы убить тебя, ублюдок!

Изначально Чэн Цинъянь хотела сказать: «Смотри, как эта госпожа убьёт тебя!» Но, учитывая огромную разницу в силе между ними, ей пришлось угрожать только таким образом.

- О? В таком случае, зови, - согласился Цзюньлинь Цзюцин, «тщательно подумав» об этом.

- А? - Чэн Цинъянь растерялась, на зная, как реагировать на такой ответ. И прежде, чем она успела что-нибудь придумать, этот человек шокировал её снова.

- Ты хотела сказать: «Смотри, как эта госпожа убьёт тебя!» Верно? - спросил он.

- Как ты узнал? - недоверчиво спросила Чэн Цинъянь.

Молодая леди Чэн уже подверглась обману Бога Смерти, в следствии чего оказалась в объятиях Цюньлинь Цзюцина, хоть ещё и не осознала этого.

- Потому что мы с тобой - идеальная пара! - как само собой разумеющееся ответил Цюньлинь Цзюцин.

Возможно, он сам ещё об этом не догадывался, но с тех пор, как он встретил эту маленькую девочку, он начал становиться бесстыдным.

- Следи за своим языком! - яростно прошипела Чэн Цинъянь, - если продолжишь нести всякий бред, то будь осторожен, я ведь могу лишить тебя твоего мужского достоинства!

- Неужели? Жена ещё не пересекла ворота[1], но уже управляет мужем? - обиженно произнёс Цюньлинь Цзюцин.

Когда он смотрел на девушку в своих руках, которая была не только уродливой, но и никчёмной, его взгляд наполнялся неким озорством. Цюньлинь Цзюцин и сам не знал почему, но с того момента, как он встретил её в прошлый раз, его необъяснимо тянуло к ней, хоть они никогда не встречались прежде. Потому, едва завершив все свои дела дома, Цюньлинь Цзюцин поспешил в особняк семьи Зелёного дракона.

- Позволь сказать, что у этого правителя ещё есть дела сегодня. Не задерживай меня! Иначе придётся проучить тебя! - продолжила угрожать Чэн Цинъянь.

- Вот как? Жена хочет воспитать супруга? Это то, что нужно. Муж как раз совершенно свободен. Жена может приступать, - подбодрил девушку Цюньлинь Цзюцин.

- Жена? - до Чэн Цинъянь только сейчас начал доходить смысл его слов, - это я собираюсь преподать тебе урок! Может быть, ты говоришь о всем известной первой красавице империи Божественного клёна? Тебе не стыдно тайно видеться со мной?

Она чувствовала себя крайне смущённой и полностью сбитой с толку.Неужели этому мужчине не понравилась первая красавица империи? Или у него проблема с ориентацией? Или просто не встаёт? Верно, но это не плохо.

- Жена, почему я должен думать о других женщинах? Разве мне не следует обожать тебя? - склонившись над самым её ухом, прошептал Цзюньлинь Цзюцин.

Чэн Цинъянь почувствовала себя очень некомфортно из-за горячего и влажного дыхания на своей шее. На её лице выступил лёгкий румянец, который не особо был заметен из-за её тёмной кожи, но он всё ещё не смог ускользнуть от острого взгляда Цзюньлинь Цзюцина и мгновенно привлёк его внимание. Бог смерти расплылся в довольной улыбке.

- Хорошо-хорошо, - поспешила отмахнуться от него Чэн Цинъянь, - пусть будет по-твоему! Только не называй меня женой! Ты слышишь?

Единственным, кто осмелился разговаривать с принцем Суй[2] подобным образом, была молодая леди Чэн. Если бы на её месте оказался кто-то другой, то он бы уже умер тысячу восемьсот раз.

- Гм-м, - ответил на её вопрос Цзюньлинь Цзюцин, хотя совершенно не слышал его. Сейчас все его мысли были заняты тем, как теперь поцеловать свою жену.

Закончив этот спор, Чэн Цинъянь намеревалась направиться во двор с живописным названием «Персиковый сад», но внезапный порыв ветра снова выбил её из колеи. Прежде чем девушка успела вырваться из рук Цзюньлинь Цзюцина, он уже крепко обнимал её за талию и резво перелетал с крыши на крышу.

_______________________________________________

[1] «Пересекать ворота» - одно из многочисленных действий традиционного свадебного обряда, когда невесту в палантине вносят в дом мужа. Т.е. Цюньлинь Цзюцин сетует на то, что их церемония бракосочетания ещё не состоялась, а Чэн Цинъянь уже столько себе позволяет.

[2] Нет, это не ошибка. Это ещё один титул Цюньлинь Цзюцина.

Эта парочка добралась до «Персикового сада» в мгновенье ока. Во дворе уже находились Чэн Цянь и Чэн Цин. Первая, не стесняясь, представляла себя наследной принцессой, а вторая молча скручивала носовой платок, таким образом пряча свою зависть.

- Младшая сестра Чэн Цин, совсем скоро твоя старшая сестра станет главной женой наследного принца, но я не забуду о тебе и третьей наложнице! Когда придёт время старшая сестра найдёт тебе хорошего мужа, - Чэн Цянь намеренно подчеркнула слова «наследный принц» и «главная жена» и взглянула на Чэн Цин, которая чистила для неё виноград.

- В таком случае искренне благодарю старшую сестру, - улыбнулась Чэн Цин.

В своих мыслях она крайне пренебрежительно относилась к старшей сестре и хотела ответить ей, чтобы Чэн Цянь перестала проявлять эту фальшивую заботу и даже влипить ей пощёчину. Но, к сожалению, с нынешним положением Чэн Цин оставалось только терпеть и льстить.

- Знаю, хорошо. Ради того, что ты следовала за мной столько лет, я буду защищать тебя и твою семью, - кивнула Чэн Цянь, откусив сочный хрустальный виноград.

- Старшая сестра, это небольшая шпилька из изумрудного самоцвета, которую я лично заказала в павильоне «Модный наряд». Она сделана из горного хрусталя, - Чэн Цин достала из изящно сделанной из сандалового дерева коробки изумрудную шпильку и с особой осторожностью передала её в руки Чэн Цянь.

- О? Я не ожидала, что ты можешь что-то заказывать в павильоне «Модный наряд», - откровенно насмехалась Чэн Цянь. Она подняла полученную шпильку вверх и посмотрела сквозь неё на солнце, - и правда горный хрусталь, достойный подарок!

В это время лежавшая на крыше Чэн Цинъянь вытащила из-за пазухи гибкую иглу. Это иглу дал ей Цзюньлинь Цзюцин, сказав, что такой слабой девушке полезно иметь при себе подобную вещь, так же, что она может покрыть кончик этой гибкой иглы тонким слоем любого порошка, и что данную иглу будет довольно трудно обнаружить людям, обладающим силой ниже четвертого уровня. Чэн Цинъянь использовала преимущество этой гибкой иглы и поместила на её кончик порошок, сделаный из взаимоисключающих ингредиентов лекарственных трав, что собрала ещё предыдущая владелица тела. Затем она повернула запястье и бросила гибкую иглу, которая угодила прямо в шпильку из горного хрусталя. От соприкосновения со шпилькой игла мгновенно растворилась. «Действительно, необходимая для убийцы вещь, - мысленно восхитилась Чэн Цинъянь, - не оставляет после себя никаких следов!»

После того, как это было сделано, она ещё немного понаблюдала за лицемерными сёстрами Чэн, прежде чем позволила Цзюньлинь Цзюцину забрать себя из «Персикового сада».

- Старшая сестра, должно быть шутит, - улыбнулась Чэн Цин, - старшая сестра станет женой наследника престола, естественно, она достойна самого лучшего.

- Ну, хорошо. Старшая сестра неохотно примет подарок на помолвку, который ты так тщательно подготовила, - ответила Чэн Цянь и убрала шпильку из горного хрусталя обратно в коробку из сандалового дерева.

- Старшая сестра, это… - немного замялась Чэн Цин.

- Ммм, в чём дело? - нахмурилась Чэн Цянь.

Чэн Цин хотела было сказать, что это свадебный подарок, а не на помолвку, но увидев выражение лица сестры, проглотила свои слова.

- Нет-нет, всё в порядке, - быстро подстроилась под ситуацию она, - старшая сестра только вернулась, и я больше не стану беспокоить тебя. Я уйду первой. Старшая сестра, как следует отдохни, - с этими словами Чэн Цин встала.

- Гм, - небрежно кивнула в ответ Чэн Цянь и направилась в дом, держа в руках коробку из сандалового дерева.

Так небрежно брошенная Чэн Цин в гневе прикусила нижнюю губу и покинула «Персиковый сад», кипя от ненависти.

Когда она вернулась в «Сад Лотосов», третья наложница Лю поспешила к ней на встречу, оставив свою служанку.

- Цин’эр, как насчёт…? - поинтересовалась женщина.

- Не выйдет, - сделав глоток воды, с ненавистью заговорила Чэн Цин, - эта женщина не согласится даже на наложницу наследного принца! Я в пустую потратила три миллиона золотых монет и десять дней, только чтобы найти шпильку из горного хрусталя.

- В таком случае, что делать? Почему бы тебе не изменить цель? - наложница Лю крепко скрутила свой носовой платок, из-за сильного беспокойства, - четвёртый принц тоже неплохой.

- Невозможно! - категорически заявила Чэн Цин, - в империи Божественного клёна, не считая девятого верховного Бога его высочества принца Суй, только его высочество наследный принц способен иметь лучшее будущее. Хотя наследный принц далеко не сопоставим с его высочеством принцем Суй, а о внешности даже не стоит упоминать, но, говорят, что он так же является вторым гением империи Божественного клёна. Я не могу отступить! - её взгляд стал более решительным.

- Цин’эр, мать доверяет тебе, - кивнула наложница Лю, довольная такой твёрдой уверенностью своей дочери, - тогда, как быть с Чэн Цянь?

- Хм, этот *** человек[1]! - презрительно фыркнула Чэн Цин, - рано или поздно я заставлю её испытать на себе все страдания, что пережили мы с тобой! Когда я стану главной женой наследника престола, ей придётся валяться у меня в ногах, поджав свой хвост, и умолять меня о пощаде! - простое упоминание о Чэн Цянь привело Чэн Цин в настоящую ярость.

_______________________________________________

[1] Приношу свои извинения, но в оригинале здесь так же была цензура, и мне не хватило опыта и фантазии, чтобы понять, какой именно иероглиф был закрыт звёздочкой.

А воздух над «Персиковым садом» сотрясся от яростного крика.

Да, это был крик Чэн Цянь, которой не терпелось надеть шпильку из горного хрусталя сразу после того, как она вошла в дом. Из-за чего же? Причина заключалась в том, что после того, как она выпила чашку чая и снова посмотрелась в зеркало, девушка увидела, что всё её лицо покрылось мелкими красными точками. Это было действие токсичного порошка, изготовленного и брошенного Чэн Цинъянь с помощью гибкой иглы.

Служанка, стоявшая позади Чэн Цянь, почувствовала себя неважно. Она испугалась, что её молодая леди сойдёт с ума.

Результат оказался таким удручающим, возможно, из-за того, что Чэн Цянь потворствовала своим слугам, которые издевались на Чэн Цинъянь. Потому эта молодая леди пострадала.

- Ты! Иди и притащи сюда Чэн Цин прямо сейчас! Быстро! И пригласи сюда отца и мать. Не позволяй другим узнать об этом! Ты слышала? - Чэн Цянь зарычала на служанку, стоящую позади себя.

- Да-да, вторая молодая леди, я немедленно пойду! - дрожащим голосом ответила Шэнь Хуа.

- Тогда иди быстрее! Бездарь! - Чэн Цянь схватила со стола чашку и швырнула её в сторону служанки.

- Да-да, - Шэнь Хуа подползла к двери и выбежала.

- Чен Цин, ты *** человек! - гневный рёв Чэн Цянь заставил сердца всех слуг «Персикового сада» сжаться от страха.

Когда Шэнь Хуа добилась до «Сада лотосов», она сразу сообщила, что Чэн Цянь срочно разыскивает Чэн Цин по очень важному вопросу, и попросила третью молодую леди незамедлительно пойти в «Персиковый сад». После того, как та согласилась, она поспешила пригласить Чэн Яя и госпожу Юань.

Через некоторое Чэн Цин пришла в «Персиковый сад», но Чэн Яя и госпожи Юань ещё не было.

Чэн Цянь скрыла своё лицо вуалью. Увидев Чэн Цин, она сразу же ударила девушку, не сказав и пары слов.

- Старшая сестра, что не так? За что ты меня ударила? - Чэн Цин была озадачена. Неужели Чэн Цянь стало известно, что она планирует стать главной женой наследного принца вместо своей сестры?

- Хм, Чэн Цин, ты всё ещё притворяешься! Ты, *** человек, какое лекарство мне дала? Говори! К тому же, быстро отдай мне противоядие. Я могу пощадить твою жизнь. Но если ты продолжишь отпираться, то я отправлю тебя в загробный мир! - с этими словами Чэн Цянь снова ударила Чэн Цин, но в этот раз сильнее и яростнее.

- Страшная сестра, у меня его нет! Какое противоядие? Я абсолютно ничего не знаю! - взмолилась Чэн Цин.

Её сила находилась лишь на первом уровне, и она не являлась противником для Чэн Цянь, обладающей силой второго уровня. И хоть между ними существовал разрыв всего в одни уровень, но степень очищения и накопления духовной силы была совершенно различна. Поэтому Чэн Цин, получившая этот удар ладонью, сразу же отступила на три шага назад.

- Хорошо, Чэн Цин, ты действительно способная! Смотри, как сегодня я выбью из тебя правду! - сказав это, Чэн Цянь сразу же призвала огненного льва, демонического зверя третьего уровня, с которым заключила контракт в дремучем лесу на Чёрных горах, - бушующее пламя, дикий огненный взрыв! - приказала она.

Получив команду, спокойно стоящий в формации призыва огненный лев, туловище которого было покрыто красным пламенем, широко открыл пасть. Пылающий шар, переполненный элементалями огня, устремился в сторону Чэн Цин, которая была шокирована появлением демонического зверя.

Прежде чем Чэн Цин пришла в себя из-за потрясения от того, что Чэн Цянь заключила контракт с демоническим зверем третьего уровня, пылающий шар взорвался, покрывая огнём всё в радиусе пары метров. Но поскольку пламя распространилось и на неё, Чэн Цянь отреагировала и использовала единственный имевшийся у неё элементаль воды и всю оставшуюся духовную силу, чтобы потушить огонь.

- Чэн Цянь, ты с ума сошла? Почему ты меня избиваешь? - больше не могла сдерживаться Чэн Цин.

- Сумасшедшая? Чен Цин, ты очень смелая! Не признаешь, что отравила меня, да ещё и назвала главную жену наследного принца по имени. Тебе жить надоело? - негодовала Чэн Цянь.

Её духовной силы не хватало, чтобы приказать огненному льву атаковать ещё раз, следовательно, доступный ей элементаль огня тоже не мог быть использован. Это сделало Чэн Цин намного смелее.

- Чэн Цянь, не говори ерунду. Когда это я отравила тебя? - поинтересовалась она.

- Всё ещё вероломно споришь? Тогда взгляни, что это по-твоему такое? - Чен Цянь бросила шпильку из горного хрусталя сестре.

Шпилька едва коснулась Чен Цин и сразу раскололась. Похожий на пудру порошок, находящийся внутри, полностью покрыл лицо девушки.

- Это… Что это? - Чэн Цин осторожно стёрла пудру с лица и начала рассматривать её, перетирая пальцами.

Такое естественное недоумение сестры разозлило Чэн Цянь ещё больше.

- Ты всё ещё не знаешь, что это такое? Тебе ещё не надоело притворяться? Это яд, которым ты меня отравила! - закричала она.

- Когда я тебя отравила? Зачем мне тебя травить? - Чэн Цин совершенно ничего не понимала.

- Хм, ты всё ещё отрицаешь, - холодно фыркнула Чэн Цянь, - разве ты подарила мне эту шпильку не потому, что хотела добиться моего расположения. Тогда ты бы смогла встретиться с наследным принцем, а затем, шаг за шагом, занять моё место и стать его главной женой, не так ли?

- Чушь! - возразила Чэн Цин.

- Тогда поклянись! - потребовала её старшая сестра.

- Я… - голос Чэн Цин дрогнул от того, что её замысел оказался раскрыт.

- Чен Цин, ты… Ты очень хороша! Если ты осмелилась думать о моём мужчине, то будь готова проститься с жизнью! - взревела Чэн Цянь.

Она снова набросилась на сестру, и это уже был настоящий бой, полностью исчерпавший духовную силу каждой. Именно в этот момент в «Персиковый сад» пришли Чэн Яй, госпожа Юань и наложница Лю.

- Прекратить! - потребовал глава семьи.

- Отец! - одновременно вскрикнули Чэн Цянь и Чэн Цин.

- Что случилось? - недовольный поведением дочерей, поинтересовался Чэн Яй.

- Отец, посмотри на моё лицо! - начала жаловаться Чэн Цянь, - когда… - но не успела продолжить, как Чэн Цин громко закричала.

- Цин’эр, что случилось? - наложница Лю бросилась к дочери.

- Моё… моё лицо… матушка… у-у-у… - Чэн Цин разревелась прежде, чем закончила говорить.

Госпожа Лю быстро вытерла пудру с лица Чэн Цин носовым платком и ужаснулась.

- Ах, Цин’эр, ты… Что с тобой? - взволнованно спросила она.

Чэн Цин лишь бросила мимолётный взгляд на Чэн Цянь, слегка повернув голову. На первый взгляд это действие не было очевидным, но все присутствующие в «Персиковом саду» заметили его.

- Ты, *** человек! - разозлилась Чэн Цянь, в ярости указывая на сестру пальцем, - почему ты обвиняешь меня? Отец, это Чэн Цин! Смотри, лицо твоей дочери было повреждено шпилькой из горного хрусталя, которую она мне подарила! - с этими словами она сняла вуаль и показала своё лицо, покрытое красными пятнами.

- Цянь’эр, - испуганно выдохнула госпожа Юань, - это… что случилось? Твоё лицо…

- Матушка, у-у-у, - Чэн Цянь тоже заревела, - это всё Чэн Цин. Она дала твоей дочери шпильку, и в результате моё лицо стало таким.

- Госпожа Лю, ты скажи, Цянь’эр - будущая жена наследника престола, если это лицо будет испорчено, что станет с нашей семьёй Зелёного дракона? - госпожа Юань очень разозлилась на наложницу.

- Госпожа, разве лицо Цин’эр так же не испорчено? А если Цин’эр теперь не выйдет замуж? Более того, её серьёзно ранила вторая молодая леди, - невозмутимо ответила наложница Лю.

- Ты…

«Персиковый сад» наполнился плачем Чэн Цянь и Чэн Цин, а также спорами госпожи Юань с наложницей Лю.

- Замолчите! - не выдержал этого шума Чэн Яй, молчавший всё это время.

Наконец во дворе наступила тишина.

- Этот вопрос не ясен, - спокойно заговорил глава семьи, - что за шум вы устроили? Сначала я попрошу мастера Чжао Суна прийти и осмотреть ваши лица.

- Мастер Чжао Сун поможет? - с презрением спросила Чэн Цянь.

- Закрой рот! - фыркнул Чэн Яй, - мастер Чжао Сун - младший алхимик, известный на всю столицу и даже на всю империю Божественного клёна. Он собирается прорваться до среднего алхимика! Так же, говорят, что мастер Чжао Сун является учеником прославленного на весь континент алхимика Вэй Цюна. Возможность увидеть его - это благословение для вас, - с гордостью заявил он.

- В таком случае согласится ли он нам помочь? - с сомнением спросила госпожа Юань.

- Ну, восемь лет назад мы помогли мастеру Чжао Суну, - объяснил свою убеждённость глава семьи.

После этих слов не только Чэн Яй, но и Чэн Цянь, Чэн Цин, госпожа Юань и наложница Лю были полны уверенности в будущем. Они все считали, что имеют поддержку как младшего алхимика, так и его учителя. Возможно, даже императорская семья станет искать их благосклонности[1].

- Кроме того, мастер Вэй Цюн является учеником великого мастера Юэ Чэня, которого уважают алхимики всего континента, и благосклонность которого стремятся заслужить все сильнейшие люди материка, - несколько загадочно произнёс Чэн Яй.

На этот раз все четыре женщины раздулись от гордости и осознания собственной важности. Великий мастер Юэ Чэнь отождествляет Чэн Цянь. Чэн Цин так же не осталась равнодушной и перенесла свои планы о замужестве на Цзюньлинь Цзюцина.

Когда семья Зелёного дракона упивалась своей важностью, Чэн Цинъянь отделалась от Цзюньлинь Цзюцина и отправилась на окраину дремучего леса в Чёрных горах. Но поскольку её уродливая тёмная кожа привлекала слишком много внимания, Цзюньлинь Цзюцин убедил девушку замаскироваться, надев маску.

Восковая кожа, низкая переносица и бескровные губы - с такой внешностью она мгновенно затерялась в толпе.

Чэн Цинъянь переоделась в чёрную мужскую одежду, надела кольцо для хранения, которое Цзюньлинь Цзюцин бесстыдно всучил ей, и решительно вошла в дремучий лес на Чёрных горах, куда не осмеливались заходить даже те, кто обладал силой второго уровня или выше.

_______________________________________________

[1] В отличие от русского языка, в китайском (как и в некоторых других), сохранилось разделение местоимения «они/их» по мужскому и женскому роду. В этом предложении использовано как раз 她們 (тамэнь) - они, их (о женщинах).

Для справки, если кому интересно. Раньше в русском языке местоимение «они» означало мужчин, а когда речь шла о женщинах, говорили «оне». Помните, ещё у А.С. Пушкина: «…И завидуют оне государевой жене…»? «Сказка о царе Салтане» была написана ещё до реформы русского языка, и потому Александр Сергеевич использовал находившееся тогда в употреблении «оне». Это никак не связано с рифмой, как (лично мне) объясняли в школе.

Пройдя некоторое время, Чэн Цинъянь не встретила ни демонических зверей, ни людей. Она не могла не почувствовать себя несколько обеспокоенной. «Почему здесь так тихо?» - недоумевала девушка. Осознав, что явно происходит нечто неладное, она привела себя в состояние полной боевой готовности.

В этот же момент раздался оглушительный рёв демонического зверя. Но поскольку Чэн Цинъянь не обладала духовной силой, она отлетела в дерево под давлением этого звука.

- Ты издеваешься? - выплюнув полный крови, спросила она, - едва зашла и сразу упала с одного удара, так ничего и не найдя?

Прежде чем Чэн Цинъянь закончила самокритику, оглушительный рёв повторился.

- Так можно и умереть, - она снова сплюнула кровь.

Чэн Цинъянь пошевелилась и хотела встать, но обнаружила, что её тело словно распирает от чего-то, что пытается его разорвать.

- Что происходит? - тяжело выдохнув, заговорила она, - это…

Внезапно всё её тело окутал разноцветный поток энергии. Чэн Цинъянь быстро сообразила и села, скрестив ноги, чтобы поглотить эту энергию.

Тогда же оглушительный рёв прекратился, и вокруг снова воцарилась тишина. Только воздух, окружающий Чэн Цинъянь начал вибрировать с характерным дребезжанием через некоторое время раздался взрыв.

Девушка медленно открыла глаза и обнаружила, что её зрение стало острее, а краски мира приобрели особую яркость. Более того, теперь она отчётливо ощущала особую энергию.

- Ха, этот демонический зверь помог мне разблокировать мои меридианы! - обрадовалась она, - забудем об этом. Из-за твоей помощи я не стану тебя жарить и есть. Я…

Прежде, чем она сумела закончить, оглушительный рёв раздался вновь.

- Кажется, мне всё же придётся преподать тебе урок, - передумала Чэн Цинъянь.

Она использовала силу элементаля земли, чтобы сопротивляться возникшему от звука давлению, но всё ещё ощущала небольшой дискомфорт. С помощью элементаля воздуха, девушка полетела к источнику этого звука.

Прибыв на место, Чэн Цинъянь обнаружила пещеру, внутри которой царили непроглядная темень и лютый холод. Вероятно, что люди, обладающие силой ниже четвёртого уровня, вообще не смогли бы выдержать такого.

Несмотря на то, что в своей прошлой жизни Чэн Цинъянь много лет тренировала способность видеть в темноте, сейчас ей всё равно было сложно что-либо разглядеть. Потому она зажгла элементаль огня на кончиках своих пальцев вместо фонарика и направилась вглубь пещеры.

По мере своего продвижения девушка отчётливо ощутила, что окружающая температура растёт.

- Кто бы мог подумать, - озвучила свои наблюдения она, - вход в эту пещеру ледяной, но внутри достаточно тепло.

Внезапный мягкий шуршащий звук заставил Чэн Цинъянь насторожиться. Всё её тело напряглось, готовясь в любой момент использовать различные элементали, чтобы отразить возможную атаку.

- Угу-у-у, - прозвучало клейким голосом, что совершенно ошеломило Чэн Цинъянь, - угу-у-у, - повторилось снова, и в этот раз она отреагировала.

Опустив голову, девушка увидела маленькую молочную собаку чисто белого цвета. Как ни странно, но у этой маленькой молочной собаки были фиолетовые глаза и красный, словно кровь, символ между бровями. Всё тело зверя было окутано разноцветными потоками энергии.

- Что это, призрак? - спросила саму себя Чэн Цинъянь, совершенно не заметив депрессивное выражение на морде малыша.

- Я не призрак! - будто бы пытался сказать он.

- Этот поток энергии является силой элементалей? - поинтересовалась девушка, легонько потрепав два треугольных уха малыша.

- Угу-у-у, - малыш, казалось, был очень горд собой и вскинул голову вверх.

- Неужели этот мир настолько необыкновенный? Даже маленькая молочная собака богата силой девяти элементалей, - восхитилась Чэн Цинъянь.

- Угу-у-у, - несчастно заскулил малыш, как бы говоря: «Кто ещё может сравниться со мной?», и несколько раз обиженно фыркнул.

- Ты сердишься? - удивилась девушка, - но ты всего лишь маленькая молочная собака. Я не ошибаюсь! - она не могла не взглянуть на малыша без улыбки.

В ответ демонический зверь разозлился и, рыкнув, укусил Чэн Цинъянь за палец.

- А? Я не могу даже подразнить тебя? Ты сразу кусаешься? - она потёрла укушенный палец, который начал кровоточить.

- Угу-у-у, - как обычно отозвался малыш, однако разноцветный энергетический поток вокруг его тела стал более ярким.

Насыщенная сила девяти элементалей устремилась к ногам Чэн Цинъянь и образовала формацию для заключения контракта.

Вспыхнул яркий свет, и равноправный контракт оказался заключен.

Чэн Цинъянь ещё даже не разобралась в ситуации, поэтому она необъяснимым и пассивным образом заключила контракт с этим малышом, который ничего не подозревал.

- Эй, малыш, жизнь крайне чудесна, - обратилась к демоническому зверю она, - тебе не следует ради развлечения заключать контракт со случайно встреченным человеком, поэтому всё же давай расторгнем этот контракт.

Малыш картинно закатил глаза и вошёл в её кольцо для хранения.

Как человек, обладающий определёнными личностными качествами и достоинством, и к тому же лидер организации убийц в своём поколении, Чэн Цинъянь отбросила свою репутацию и гордость, не имея возможности что-то сказать такому очаровательному малышу.

- Забудь, - беспомощно вздохнула она, - просто заботься о нём, как об обычном домашнем животном, всё равно невыносимо скучно.

Кто же знал, что полная беспомощность Чэн Цинъянь в этот момент позволит высокомерному и избалованному характеру малыша ярко проявиться на людях, окружающих её, будь то друзья или те, кто её ненавидит.

Приняв этого зверя, как нечто неизбежное, Чэн Цинъянь глубоко вздохнула и направилась ещё дальше вглубь пещеры.

- Малыш, - обратилась она к демоническому зверю в своём кольце хранения, - не хорошо постоянно называть тебя «малыш». Почему бы мне не дать тебе имя?

Она подождала некоторое время, но ответа так и не последовало.

- Раз ты молчишь, я приму это за твоё согласие, - кивнула она, - просто назову тебя Маомао. Взгляни на свою шерсть, думаю, это имя тебе очень подходит!

Сейчас Чэн Цинъянь ещё не знала его настоящей личности, но даже когда она узнает его в будущем, то всё ещё будет считать, что это имя ему подходит[1].

- Маомао, почему в этой пещере ничего нет? - продолжила свои расспросы она, - раньше я слышала рёв демонического зверя.

- Угу-у-у, - вскрикнул Маомао.

- О, ты наконец-то заговорил, - обрадовалась Чэн Цинъянь, - а я уж было подумала, что ты тупой!

Она совершенно не подозревала о реальной ситуации. Хоть внешне Маомао выглядел как маленький щенок, на самом деле он вовсе не был юным. От её насмешки демонический зверь совсем растерялся.

- Маомао, что ты говоришь? - уточнила Чэн Цинъянь.

Но, снова не получив ответа, она вытащила Маомао из кольца для хранения и заглянула в его фиолетовые глаза.

- А-у-у-у, - огрызнулся демонический зверь, но решил простить эту невежественную смертную. Если она выкинет ещё какую-нибудь глупость, то он просто проигнорирует её.

- Ты… ты говоришь правду? - получив ответ на свой вопрос, Чэн Цинъянь всё ещё не могла в это поверить, - это твой рёв? Ты уверен, что не дразнишь меня?

- Угу-у-у, - разозлился Маомао.

«Как ты смеешь сомневаться во мне? Я игнорирую тебя!» - фыркнул он, вырвался из её рук, пару раз взмахнув своими маленькими лапками, и вернулся в кольцо для хранения.

- Ой, прости Маомао, я была неправа! - принялась объяснять Чэн Цинъянь, - но это действительно невероятно: столкнуться с чем-то подобным!

Но прежде чем она успела закончить свои извинения, в глубине пещеры раздался звонкий грохот. Чэн Цинъянь тут же использовала элементаль воздуха, чтобы ускориться, и полетела к источнику звука.

Добравшись до места, она заметила, что окружающий воздух был очень сухой, как будто девушка оказалась в пустыне Такла-Макан[2], а её стремительное появление подняло клубы пыли.

Внезапно Чэн Цинъянь ощутила, что кольцо хранения и Маомао разорвали связь с нею.

- Маомао! Маомао! Где ты? - позвала она, но никакого ответа не последовало.

Чэн Цинъянь осознала, что очутилась в совершенно новом пространстве, не принадлежащем ни одному месту континента Опускающихся туч. Это заставило её почувствовать большую угрозу.

Ей хотелось сделать шаг, но она не могла двигаться, поскольку всё тело онемело, а ноги стали тяжёлыми, словно свинец. «В этом пространстве очень сильное давление,» - пришла к заключению Чэн Цинъянь.

Вокруг была кромешная тьма, и даже она в этом месте была похожа на совершенно слепого человека, неспособного ничего видеть. Более того, использовать какую-либо элементальную духовную силу не получалось.

Вот так она умерла? Неужели она просто так покинула мир? Боль в её теле была невыносимой, словно по ней проехалось сразу несколько тяжёлых грузовиков. Если бы не болезненные ощущения в конечностях, то Чэн Цинъянь решила бы, что вовсе превратилась в «мясной фарш».

- Никогда не сдавайся! - напомнила себе она, - нельзя! Это какое-то испытание? О, этому правителю совершенно нечем заняться! Как раз вовремя. В таком случае посмотрим, кто правит, а кто грабит!

_______________________________________________

[1] Иероглиф 毛 (Мао) имеет множество значений. Среди них: мохнатый, меховой, грубый, мутный, маленький, разозлиться, взбелениться, обжигать, ошпаривать, ощипывать, опаливать, сгибать, склонять. Вероятно, это множество значений и имеется в виду, если учитывать, что ранее упоминался «высокомерный и избалованный характер».

[2] 塔克拉瑪干沙漠 - реальное географическое название, пустыня Такла-Макан, расположенная в западном Китае.

Чэн Цинъянь сосредоточила всю свою духовную энергию, чтобы тело могло противостоять этому давлению. Но хорошие времена продлились недолго. Всего через четверть часа она выплюнула полный рот крови. Ощущение приближающейся смерти отразилось на её лице, и разум Чэн Цинъянь полностью опустел.

Внезапно совсем рядом промелькнула тень человека, привлекая её внимание. Девушка решила догнать его, чтобы узнать, где она оказалась. Но лишь после долгой погони ей удалось это сделать.

Чэн Цинъянь ужасно вымоталась и была неимоверно зла. Она хотела атаковать этого человека огненным элементалем, но вдруг осознала, что он недоступен, будто бы и вовсе отсутствует.

- Это… хм… хочешь меня смутить? Даже не мечтай об этом! - с вызовом выкрикнула она и начала использовать все девять элементалей по очереди.

В итоге, Чэн Цинъянь обнаружила, что только элементаль земли был доступен, поэтому она продолжила свою атаку с помощью этого элементаля. Опасаясь, что неизвестный нападёт в ответ, она также применила различные древние техники и боевые искусства, которые изучила в своей прошлой жизни.

Но фигура не отбивалась, поэтому была быстро повержена. После своего поражения этот неизвестный мгновенно превратился в клубы чёрного дыма и рассеялся.

Чэн Цинъянь нахмурилась и настороженно огляделась. Но уже никого не было видно. Однако, как раз в тот момент, когда она хотела заговорить, позади неё появились ещё две фигуры. Внимательно присмотревшись, девушка увидела, что это были воины в доспехах, полностью состоящие из элементалей земли.

Чэн Цинъянь ничего не осталось, как снова драться. Но в этот раз воины оказывали сопротивление и отчаянно сражались с ней. Это повторялось снова и снова. Только количество воинов из элементалей земли росло с каждым разом. И лишь когда ей удалось одолеть целую сотню, всё прекратилось.

«А? Почему элементалей земли всё ещё так много, несмотря на то, что я сражалась длительное время?» - задумалась Чэн Цинъянь. «Возможно, в этом месте есть какая-то сила, что сохраняет неизменным количество элементалей земли? А поскольку у этих тварей нет мыслей, но они могут сражаться, значит, ими кто-то должен управлять,» - предположила она. Придя к такому выводу, девушка сложила руки в приветственном жесте и использовала духовную силу, чтобы увеличить громкость её голоса.

- Управляющий этим местом всё-таки обладает огромной духовной силой земного элементаля, - заговорила она, - вы должны быть очень могущественным человеком. В таком случае вам нет смысла сражаться со мной, маленькой девочкой, у которой даже нет уровня.

Она прождала достаточно долго, но никакого ответа не получила.

- Если управляющий этим местом ощущает неловкость из-за того, что исподтишка напал на такую маленькую девочку, как я, то, пожалуйста, выпустите меня! - предприняла ещё одну попытку Чэн Цинъянь.

В этот раз ответом стал звонкий смех. Это убедило девушку в том, что её предположение оказалось верным: этим местом действительно кто-то управлял.

- Маленькая девочка, ты утверждаешь, что я ошибся? - раздался громкий голос. От него исходило такое давление, что Чэн Цинъянь снова чуть не вырвало кровью.

Это, мягко говоря, неудачно. С тех пор, как она вошла в дремучий лес на Чёрных горах, её рвало кровью неоднократно.

- В таком случае управляющий этим местом объяснит мне причину? - не стала отступать Чэн Цинъянь.

- Ха-ха, я не думаю, что издеваюсь над меленькой девочкой, не обладающей духовной силой! - откровенно рассмеялся голос.

- О чём вы? - не поняла девушка.

- Если сражаться с гением, который в возрасте двенадцати лет обладает духовной силой пятого уровня и, к тому же, владеет всеми девятью элементальными корнями, это издевательство, то… - шутливо ответил голос.

- Ты уверен, что не дразнишь меня? - не поверила его словам Чэн Цинъянь.

- Я ещё не слепой, ясно? - голос был очень очень озадачен тем, что эта маленькая девочка ничего не подозревала о своих способностях, потому спросил, - ты действительно не знаешь?

Чэн Цинъянь не смогла не закатить глаза на этот вопрос. Если бы она знала, то стала бы спрашивать?

Внезапно всё пространство осветилось. Теперь Чэн Цинъянь удалось чётко увидеть, что она находилась в пустыне. «Неудивительно, что здесь так много элементалей земли,» - подумала она.

Ещё одна ярка вспышка озарила окрестности, и в десяти метрах от Чэн Цинъянь появился человек. Если говорить точнее, то это был мужчина, сидящий на троне, сделанном из элементалей земли. Этот мужчина с раскосыми бровями был высоким и с крепким телосложением, одетый в мантию, которая делала его ещё более властным.

- Ха-ха, маленькая девочка, как ты? Что ты чувствуешь, увидев меня? - рассмеялся он.

- Ничего, - честно призналась Чэн Цинъянь, чем вызвала очередной приступ смеха у мужчины.

- Кстати, я - Мо Лоша, один из девяти защитников трона Сюло[1]. Так же являюсь тем, кто отвечает за запечатывание этого пространства, - он встал и направился к Чэн Цинъянь.

- Запечатывание? Тогда… - девушка хотела о чём-то спросить, но её прервал Мо Лоша.

- Я знаю, что ты собираешься сказать, поэтому тебе не нужно спрашивать, просто выслушай меня, - совершенно серьёзно заговорил он, - в твоём теле есть печать, установленная твоими родителями, которая называется «Десять запечатанных связанных пространств». Каждый уровень печати имеет силы элементалей, а поскольку элементали отличаются, то и соответствующие стражи тоже различны. Например, если преобладает сила элементаля земли, то он контролирует пространство элементаля земли. Остальные элементали преобладают в других пространствах, о которых ты узнаешь позже, когда откроешь их одно за другим в будущем.

- А что насчёт десятого уровня? - уточнила Чэн Цинъянь.

- О, это наш император Сюло, - расплылся в улыбке Мо Лоша, - вперёд, маленькая девочка! Я уже давно не видел других защитников и императора, поэтому я рассчитываю на тебя.

С такой широкой и откровенной улыбкой он совершенно не был похож на защитника, не говоря уже о подчинённом императора Сюло.

______________________________________________

[1] Возможно, «Сюло» это вовсе не имя, а характеристика, т.к. сочетание иероглифов 修羅 переводится как «привлекать/собирать вокруг себя совершенных людей». Но, дальше будет видно.

- Тогда что по поводу моих родителей? - спросила Чэн Цинъянь.

Она быстро поняла, что глава семьи Зелёного дракона Чэн Яй и покойная госпожа Линсинь не являлись её биологическими родителями.

- Это… - выражение лица Мо Лоша наконец стало серьёзным, - ты всё ещё слишком слаба и недостаточно способна. Тебе не поможет, если ты узнаешь сейчас.

Чэн Цинъянь не стала спорить в этом вопросе. В глубине души она так же была согласна с тем, что всё ещё оставалась довольно слабой, несмотря на то, что её духовная сила уже достигла пятого уровня, а так же она обладала всеми элементалями стихий.

- Итак, что у тебя есть? - решила сменить тему она. Как защитник трона Сюло, Мо Лоша, определённо отвечал за это пространство, - разве здесь нет духовного сокровища?

Почему-то от этого вопроса мужчина смутился, опустил взгляд и даже почесал голову.

- Кхм-кхм, - несколько нервно прокашлялся он, прежде чем заговорить, - есть, но… - Мо Лоша будто нарочно тянул с ответом.

- Да скажи уже, что это? - закатила глаза Чэн Цинъянь. Она не понимала, почему человек в его возрасте ещё смущается из-за чего-то.

- С твоими нынешними способностями ты едва ли сможешь использовать одну десятимиллионную часть его силы, - беспомощно отозвался мужчина.

- И что, мне теперь придётся ждать, пока я буду в состоянии проявить всю его силу, прежде чем смогу использовать его? - немного расстроилась Чэн Цинъянь.

- Это не так, - поспешил объяснить Мо Лоша, - просто, основываясь на твоих атаках, с твоими нынешними способностями, ты сможешь лишь удвоить свою силу.

Честно говоря, он очень беспокоился об этой маленькой девочке. Она всё ещё была слишком далека от этого места, можно сказать, вне досягаемости. Пусть она и обладала хорошим талантом, но достичь такой высоты, увы…

В будущем, когда Мо Лоша увидит скорость развития и невероятный талант Чэн Цинъянь, он действительно пожалеет об этих своих мыслях.

- Это неплохо, - обрадовалась девушка, - что это? Хочу попробовать! Дай мне! - она протянула руку мужчине.

- Нет, это не физическая вещь, - покачал головой он, - это техника «Десятикратного увеличения атаки души». Метод совершенствования направленный на улучшение силы души, для которого требуется время от времени поглощать высшие духовные сокровища.

- О? И как это использовать? - заинтересовалась Чэн Цинъянь.

- Например, твоя первоначальная сила атаки души достигла тридцати процентов. После использования техники «Десятикратного увеличения атаки души» твоя сила атаки души может достичь шестидесяти процентов. То есть, сила атаки души удваивается при использовании этой техники, но полностью зависит от способностей. Сейчас у тебя лишь десять процентов силы души, следовательно, с техникой «Десятикратного увеличения атаки души» тебе удастся повысить её только до двадцати процентов. Однако, по мере того, как твоя сила души будет улучшаться, результат увеличения так же будет расти, - подробно объяснил всё Мо Лоша.

- Тогда остаётся только ждать, пока сила души возрастёт. А можно ли использовать технику «Десятикратного увеличения атаки души» для её улучшения? - задумалась Чэн Цинъянь.

Она уже знала, что силу души очень сложно развивать, значительно труднее, чем продвинуться с первого до восьмого уровня духовной силы.

- Есть быстрый способ за раз увеличить её в сто раз, - кивнул мужчина.

- Какой? - чуть не подпрыгнула на месте Чэн Цинъянь. Одна мысль о стократном увеличении силы души делала её взволнованной.

- Открыть печати десяти связанных пространств. Один уровень даёт увеличение в сто раз. На каждом уровне есть высшее духовное сокровище. Не говоря уже о девяноста миллионов малых миров, их трудно найти даже в тридцати миллионах основных миров. Десять великих тронов. Только эти места полны духовной силой, и сложно сказать, сможет ли маленький белый кролик[1] сокрушить любой великий трон, - Мо Лоша был преисполнен уважения к десяти великим тронам.

Чэн Цинъянь внимательно слушала всё, что говорил Мо Лоша, старательно запоминая каждую деталь. Но когда речь зашла о других тронах, она действительно осознала, что всё ещё была слишко слаба и невежественна.

- Ты знаешь о других пространствах? - удивилась она.

Разве этот человек не был одним из защитников «Десять запечатанных связанных пространств»? Откуда ему известны такие вещи?

- Ты ещё слишком слаба, я не могу сказать тебе! - Мо Лоша посмотрел на девушку с презрением.

- Этот правитель слабый? - в глазах Чэн Цинъянь вспыхнуло недовольство, - ты так считаешь? Тогда давай сразимся!

Мо Лоша быстро осознал, что обидел этого маленького гения[2], потому, чтобы сделать свою жизнь менее ухабистой в будущем, он решил исправиться.

- Нет-нет, - поспешил реабилитироваться мужчина, - я совсем так не считаю. Ты хорошо потренировалась сейчас, но тебе не следует так легко сердиться и причинять вред своему телу и разуму.

- Всё в порядке, - отмахнулась Чэн Цинъянь.

И когда Мо Лоша выдохнул с облегчением, в глазах девушки загорелся хитрый огонёк.

- Разве ты не говорил, что в каждом пространстве есть высшие духовные сокровища? Так отдай мне его, всё равно тебе оно не нужно, - потребовала она.

- Это… - Мо Лоша откровенно напрягся и занервничал.

- В чём дело? Доставай это! - приказная тоном заявила девушка.

Чэн Цинъянь совершенно не догадывалась, что сейчас она была похожа на бандита, бесстыдно пытающегося ограбить красивого мужчину.

- Высшее духовное сокровище - это я, - Мо Лоша собрался зарыть голову в песок.

__________________________________________________

[1] Здесь идёт отсылка к юному возрасту, отсутствию опыта и недостатку сил Чэн Цинъянь.

[2] В оригинале 宗 - уважаемый человек, основатель, законоположник, надежда, предмет чаяний; но по-русски звучит как-то криво, поэтому пришлось заменить на близкий по смыслу синоним.

Услышав это, Чэн Цинъянь посмотрела на мужчину, притворившегося страусом. На её лице было отчётливо написано: «Ты издеваешься?»

- Неужели ты просишь, чтобы я тебя съела[1]? - настороженно спросила девушка.

- Нет-нет, - поспешил объясниться Мо Лоша, - я предлагаю тебе взять меня с собой. Я могу снабжать тебя элементалями земли. Даже в небе у тебя будет достаточное количество элементалей земли.

- А-а-а, - многозначительно протянула Чэн Цинъянь, - а я уже решила, что ты готов пожертвовать собой ради людей, - она насмешливо взглянула на мужчину.

«При чём здесь люди?» - мысленно пожаловался он.

- Да, всё в порядке. Просто отпусти меня, - девушка начала оглядываться в поисках выхода.

Мо Лоша больше не мог это терпеть, а потому снова принялся обучать новичка, путешествующего между пространствами.

- Как только ты разблокируешь печать пространства, - стал объяснять он, - это будет равносильно тому, что ты стала хозяином этого пространства. Ты можешь входить в него и выходить по своему желанию. Но из-за твоей слишком малой силы, сейчас ты способна входить и выходить только своей душой, а не физическим телом.

- Хорошо, я поняла, - кивнула Чэн Цинъянь, - пока-пока!

Она уже собиралась выйти, но мужчина окликнул её.

- Ты не возьмёшь меня с собой? - немного смущённо спросил он.

- Ты слишком заметный, чтобы брать тебя с собой, - улыбнулась девушка, и она не лукавила.

Мо Лоша был взрослым мужчиной, который выглядел довольно привлекательно. Получить такого человека в сопровождение - это спровоцировать повышенное внимание и ненависть.

- Я могу слиться с элементалями земли и стать размером с эльфа, - предложил Мо Лоша, - ты знаешь эльфов? - уточнил он, видя, что Чэн Цинъянь не собирается его брать.

- Угу, - кивнула девушка, - решать тебе, но ты не можешь выйти, чтобы создавать проблемы, иначе… - она злобно улыбнулась, пригрозив мужчине способом, которым пугали детей.

- Я обещаю, что никогда не вызову никаких неприятностей! - сразу согласился Мо Лоша.

- Тогда идём, - не стала сопротивляться Чэн Цинъянь.

Силой мысли девушка заставила себя вернуться. Когда она открыла глаза, то увидела Маомао, сидящего перед её лицом, а вокруг неё парило маленькое существо, размером с эльфа, сияющее золотым цветом.

- Ты проснулась! - улыбнулся Мо Лоша.

- Угу-у-у, - вторил ему Моамао.

Чэн Цинъянь так внезапно потеряла сознание, что ужасно напугала демонического зверя. Поэтому она решила, что должна обучить этого маленького жёлтого человечка, который не знает правил и не будет вежлив с Маомао, когда подобное повторится.

Чувствуя беспокойство демонического зверя, Чэн Цинъянь нежно погладила его белую вьющуюся шерсть на голове.

- Всё хорошо, не волнуйся, - стала успокаивать Маомао она, - я вернулась, не так ли? Хороший мальчик.

- Угу-у-у, - ответил зверь и облизал ей палец. «Давай сначала уйдём. Здесь холодно,» - явно говорил он.

Чэн Цинъянь не стала спорить и покинула пещеру вместе с Маомао и Мо Лоша. Как только они оказались на свежем воздухе, то сразу услышали рёв демонического зверя, который спугнул множество птиц, упорхнувших с деревьев.

Изначально, собираясь в дремучий лес на Чёрных горах, Чэн Цинъянь планировала сразиться с демоническим зверем. Неожиданно, как только она захотела спать, кто-то прислал подушку[2]. Девушка использовала элементаль воздуха, чтобы полететь к источнику звука.

Прибыв на место, они обнаружили двоих мужчин и двух девушек, бьющихся с тремя демоническими земляными зверями штормового щита четвёртого уровня.

С момента своего перерождения Чэн Цинъянь ещё не доводилось видеть сражение других, поэтому она просто устроилась на большом дереве с лучшим углом обзора и стала наблюдать за битвой.

Демонические звери четвёртого уровня ничего не значат для людей пятого уровня и выше. Оба мужчины как раз находились на пятом уровне духовной силы, но две девушки являлись для них настоящей обузой и постоянно сдерживали. А земляные звери штормового щита были особенно хороши в групповом нападении, к тому же они обладали элементалем земли. Поэтому четверо человек явно проигрывали, израсходовав бóльшую часть своей духовной энергии.

После очередной атаки зверей один мужчина отлетел в сторону и сплюнул кровь.

- Брат Яоци! - одновременно вскрикнули обе девушки.

Но это вызвало недовольство одной из них.

- Мо Лю, почему ты так называешь брата Яоци? - надменно поинтересовалась девушка в жёлтом.

- Ся Цянься, ты можешь так называть, а почему я не могу? - ответила девушка в чёрной одежде.

Услышав спор двух соперниц, Чэн Цинъянь не удержалась и тайком взглянула на человека по имени Яоци. Но быстро отвела взгляд, чтобы наблюдать за действиями другого человека, который остался совсем один сражаться против трёх земляных зверей штормового щита.

- Это мой брат Яоци! Я сказала, что ты не можешь, значит, не можешь! - продолжала ругаться Ся Цянься.

Она использовала свой элементаль огня, чтобы ударить соперницу. Мо Лю быстро отреагировала и заблокировала летящую в неё атаку своим элементалем земли. Когда земляная стена столкнулась с огненным шаром, они оба разбились. Это указывало на то, что обе девушки были равны по силе, а их духовная сила находилась на третьем уровне.

Мужчина, которого выбросило из сражения, и из-за которого начался спор, встал, но его рана открылась.

- Брат Яоци, с тобой всё хорошо? - забыв о сопернице, Мо Лю бросилась на помощь и поддержала мужчину, - скорее прими эту пилюлю Великого восстановления, - она протянула ему зелёную пилюлю, - оставайся здесь и позаботься о своих ранах. Я помогу брату Цяньму.

Ся Цянься была очень недовольна действиями девушки.

- Ты не можешь так называть моего брата и брата Яоци! - решила продолжить ругаться она.

Но прежде чем Ся Цянься успела высказать всё, что хотела, Мо Лю пошла помогать Ся Цяньму.

- Ты… - могла только холодно фыркнуть Ся Цянься, которую проигнорировали.

Вскоре Ся Цяньму и Мо Лю были ранены и отброшены на землю. Най[3] Яоци сидел на земле и смотрел в то место, где скрывалась Чэн Цинъянь. Понимая, что их дела совсем плохи, он решился попросить помощи.

- Молодой господин так долго смотрел это представление, - закричал Най Яоци, - не должны ли Вы спуститься и «наградить» этих «актёров»?

Чэн Цинъянь посмотрела на Най Яоци, равнодушно моргнула, оттолкнулась от дерева кончиками пальцев ног и полетела вниз.

_____________________________________________

[1] В китайском языке иероглиф 吞 имеет значение как «проглатывать», так и «овладевать». Возможно, именно поэтому во всех подобных произведениях похабные «переспать» и пр. стали заменяться на «съесть». Что ж, не будем нарушать традицию.

[2] Китайская пословица об удачном стечении обстоятельств.

[3] Иероглиф 納 читается как «на», но тогда фамилию персонажа можно будет спутать с предлогом. Чтобы не возникло такой путаницы, пришлось превратить «На» в «Най». Благодарю за понимание.

- Ты так считаешь? - Чэн Цинъянь приземлилась недалеко от Най Яоци.

Она всегда была равнодушна к другим: даже если на её глазах человек истекает кровью, она может спокойно сидеть и пить чай. Этот вопрос - всего лишь проверка для Най Яоци. Как правило, не все люди могут понять, что она говорит. Но если мужчина проникнется смыслом её слов, то она поможет ему.

- Я уверен, что молодой господин так же может увидеть ценность этих земляных зверей штормового щита, - кивнул Най Яоци.

Он являлся членом семьи Чёрного воина. Семья Чёрного воина известна не только своими превосходными формациями, но и является торговым лидером на всём континенте Опускающихся туч, а их аукционы расположены чуть ли не во всех городах.

Чэн Цинъянь обернулась и посмотрела на трёх земляных зверей штормового щита. Она заметила, что у всех троих между бровей скапливались элементали земли. Это явление свидетельствовало о скором прорыве земляных зверей штормового щита на новый уровень.

- Ты готов отказаться от этого? - недоверчиво спросила она.

Нелегко получить ядро демонического зверя пятого уровня. Неужели он правда готов так просто отдать их?

- Если жизни потеряны, какой смысл в ядрах демонических зверей? - улыбнулся и покачал головой Най Яоци.

- Угу, - едва заметно кивнула Чэн Цинъянь.

Она не стала тратить время даром. Получив удовлетворительный ответ, девушка собрала вокруг своего тела элементали земли, чтобы атаковать земляных зверей штормового щита.

Чэн Цинъянь не хотела убивать их сразу, потому что ждала, когда они прорвутся на пятый уровень, чтобы получить ядра демонических зверей пятого уровня.

Наконец раздался взрыв и три земляных зверя штормового щита достигли пятого уровня одновременно. Давление от демонических зверей пятого уровня распространилось по округе, что особенно сильно повлияло на двух девушек, обладающих духовной силой только третьего уровня.

Ся Цянься сплюнула кровь, что сильно испугало её.

- Ты тупой? - закричала она на Чэн Цинъянь, - зачем было ждать, пока они прорвутся? Думаешь, ты настолько хорош? Сражаться сразу с тремя демоническими зверями пятого уровня - это действительно переоценка своих способностей! Не обвиняй нас, если потом умрёшь!

- Цянься! - сердито крикнул Ся Цяньму, чтобы остановить девушку, а затем, учтиво сложив руки, обратился к Чэн Цинъянь, - мне очень жаль, у моей сестры сложный характер. Пожалуйста, помните, что она еще маленькая девочка, и простите ее.

Чэн Цинъянь много не говорила. На самом деле, она не испытывала негатива к Ся Цяньму. Он сказал это всего-навсего для того, чтобы защитить младшую сестру, к тому же без несоответствий. А Ся Цянься - просто избалованная дочь богатой семьи.

- Без проблем, - холодно ответила Чэн Цинъянь.

Таков уж был ее характер по отношению к людям. Но Ся Цянься решила, что человек, пришедший к ним на помощь, смотрит на её брата свысока.

- Почему ты так разговариваешь с моим братом? - продолжила свои придирки она, - Как думаешь, кем ты являешься? Если продолжишь так относиться к прямым потомкам семьи Белого тигра, то сильные люди из моей семьи Белого тигра играючи убьют тебя. Посмотри, какой ты высокомерный, для чего?

Чэн Цинъянь наблюдала за тем, как три земляных зверя штормового щита укрепляли свое развитие после прорыва.

- Тебе очень подходит такая манера поведения, - мельком взглянув на Ся Цянься, ответила она.

Чэн Цинъянь больше не беспокоилась об этой молодой леди, но та всё ещё искала смерти. К счастью, у Чэн Цинъянь был хороший характер, иначе сложно сказать, сколько бы раз уже умерла Ся Цянься.

- Ты! - все аргументы молодой леди в этом споре оказались мгновенно задушены Чэн Цинъянь. Ся Цянься больше не знала, что сказать и могла только жалостливо посмотреть на брата, чтобы попросить его поддержки, - брат! Только взгляни на этого неблагодарного человека. Он даже не воспринимает нас всерьёз, а ты не помогаешь своей сестре!

- Цянься, он может спасти наши жизни, и теперь мы можем полагаться только на него, - спокойно отозвался Ся Цяньму.

Чэн Цинъянь была одета в мужскую одежду, а также скрывала своё лицо за маской. Естественно, что для этих четверых людей она выглядела, как совершенно обычный юноша.

С диким рёвом три земляных зверя штормового щита закончили своё укрепление только что достигнутого уровня. Они и так были довольно свирепыми животными, но когда увидели перед собой пятерых человек, которые общались между собой, не обращая на них никакого внимания, рассвирепели ещё больше.

Чэн Цинъянь повернулась лицом к трём земляным зверям штормового щита и начала атаку. Она собрала вокруг себя элементали земли и ударила ими сразу по всем троим, но этот удар оказался легко нейтрализован разъярёнными противниками. Это не могла оставить без внимания Ся Цянься.

- Вот видишь, - закричала она, - я же говорила, что ты переоцениваешь свои способности! Просто послушай меня! Сдержи их, чтобы мы смогли отступить. С этим же ты справишься? Для кого-то, вроде тебя, будет огромной честью обменять свою жизнь на жизни людей из четырёх основных семей!

- Цянься! - не выдержал её высокомерия Ся Цяньму, - если продолжишь говорить ерунду, я больше никогда тебя не выведу[1]. Когда вернёмся, ты будешь сидеть под замкóм!

- Брат… - испуганно захлопала глазами девушка, пытаясь таким образом давить на жалость. Ей совершенно не хотелось оказаться запертой.

- Заткнись! - Ся Цяньму больше не хотел с ней разговаривать и принялся залечивать свои раны.

Это заставило Ся Цянься возненавидеть Чэн Цинъянь ещё больше. «Это всё твоя вина, - мысленно негодовала она, - я не могу сказать тебе и пары слов? Ты заставил моего брата игнорировать меня и даже заткнуть мне рот! Подожди, когда вернёмся в имперскую столицу, увидишь, как я разберусь с тобой!»

Чэн Цинъянь была занята сражением с тремя демоническими зверями, и не заметила, что стала объектом чьей-то лютой ненависти.

Элементали земли сразу трёх земляных зверей штормового щита одновременно устремились к Чэн Цинъянь. Она ловко перевернулась и легко уклонилась от атаки. Направив пальцы ног в землю, девушка сдала движение руками, и несколько цепей, образованных из элементалей земли, вырвались из-за её спины, бросившись на противников.

Цепи непредсказуемо вращались, а их невиданная скорость и сам способ атаки вызвали у всех зверей головокружение. Один из них запутался, а двое других едва спаслись.

Земляной зверь штормового щита, обёрнутый цепями, яростно боролся, но от его сопротивления цепи сжимались всё туже и туже. Когда он оказался на последнем издыхании, одна из цепей просто вырвала его демоническое ядро, светящее жёлтым цветом.

Чэн Цинъянь невозмутимо убрала ядро демонического зверя пятого уровня в своё кольцо для хранения и продолжила сражение.

Двое других зверей, когда увидели, как вынимают демоническое ядро из ещё живого сородича, совершенно обезумели от ярости и объединили все свои силы, чтобы атаковать ненавистного человека.

На самом деле, Чэн Цинъянь спровоцировала их намеренно. Она хотела, чтобы эти звери проявили все свои силы в приступе безумной ярости. Так она смогла бы проверить свои способности. Большинство людей не стало бы использовать такой смертельно опасный метод тренировки, но она была исключением.

Чэн Цинъянь не стала больше использовать элементаль земли, потому что хотела испытать силу других элементалей, пространства которых ей пока не удалось распечатать. В любом случае, сейчас она находилась под личиной другого человека, а потому не опасалась, что кому-то станет известно, что она является гением, обладающим многими элементалями.

Когда два зверя приблизились, Чэн Цинъянь использовала элементаль воздуха, чтобы облететь обоих, и применила элементаль огня для атаки.

Оба зверя мгновенно среагировали и возвели защитную стену из элементалей земли, чтобы укрыться от внезапного пламени. Потратив немало духовной силы, Чэн Цинъянь прекратила свою атаку. Тогда оба зверя решили, что могут сделать передышку. Но едва стена из элементалей земли исчезла, как их обоих обвили длинные лозы, состоящие из элементаля дерева. Однако, звери совершенно не волновались, поскольку могли воспользоваться своими штормовыми щитами и укрыться под землёй, чтобы сбросить оковы из длинных лоз.

Чэн Цинъянь так же рассчитывала, что звери используют свои щиты. Когда звери выползли из-под земли, она перевернула запястья, и в месте, где они появились, выросли большие деревянные шипы, состоящие из элементаля дерева.

Эти двое снова хотели сбежать, но совершенно не ожидали, что из деревянных шипов начнут стремительно расти лозы. Эти лозы плотно обвили зверей и притянули их к деревянным шипам.

В этот раз Чэн Цинъянь активно использовала свою духовную силу, комбинируя различные стихии элементалей в своих атаках. Это неизбежно привело к значительному уменьшению её собственной духовной силы. Поэтому она стремилась закончить сражение как можно быстрее.

Она подошла к двум задыхающимся животным и равнодушно посмотрела на них. В следующую секунду мелькнула белая тень, и оба зверя расстались со своими жизнями.

_______________________________________________

[1] В обществе древнего Китая существовало правило, что незамужней молодой девушке/девочке разрешалось выходить из дома только в сопровождении старшего (совершеннолетнего) родственника.

Эта белая тень - нечёткий силуэт (неясная личность с неизвестной силой), с которым Чэн Цинъянь ранее неосознанно заключила контракт.

Чэн Цинъянь бросила два ядра демонического зверя в своё кольцо хранения и туда же хотела засунуть Маомао, чтобы другие не заметили его.

- Угу-у-у, - рассердился Маомао. «Почему ты прячешь меня?»

- Если другие увидят тебя сейчас, - принялась объяснять девушка, чтобы утешить его, - то когда мы вернёмся в имперскую столицу, и ты снова появишься рядом со мной, моя личность и сила окажутся раскрыты.

- У-у, - отозвался Маомао. «Я понял, тогда не запихивай меня случайно, я сам спрячусь!»

- Хорошо, - не стала возражать Чэн Цинъянь, - я найду тебя, когда они уйдут.

Договорившись со своим мастером, молочная собака направилась к дереву, с которого они все вместе наблюдали раньше, и на котором всё ещё продолжал скрываться среди листьев Мо Лоша. Увидев возвращение Маомао, он поспешно встал и подошёл к зверю.

- Малыш Маомао, что сказала эта девочка? Мы уже можем спуститься? - поинтересовался он.

- Угу-у-у, - огрызнулся демонический зверь. «Отвали! Всё ещё нужно подождать!»

Маомао терпеть не мог этого красивого мужчину. Именно из-за него Чэн Цинъянь так надолго потеряла сознание, что заставило зверя сильно волноваться. А с тех пор, как этот человек появился, он постоянно крутился вокруг его мастера, словно назойливая муха, вызывая бешеное желание прихлопнуть его.

Мо Лоша уже прожил достаточно долго и сталкивался со многими странными вещами за свою длинную жизнь, поэтому он, естественно, прекрасно понимал слова Маомао. А поскольку внешность этого демонического зверя была довольно выделяющейся, это натолкнуло мужчину на одну мысль.

- Верно, - поделился своей идеей он, - если тебя заметят рядом с ней, то её личность и сила будут раскрыты. Вот когда придёт время…

- Угу-у-у! Угу-у-у! - прежде чем Мо Лоша успел закончить, Маомао закричал и набросился на него. «Так это ты надоумил мастера! Я закусаю тебя до смерти!»

- Эй, что ты от меня хочешь? То, что я сказал, правда! Только такой человек, как я, который способен становится невидимым, может находиться рядом с этой девочкой и не быть обнаруженным, так что… Ай! - Маомао всё же укусил Мо Лоша, заставив его сожалеть о своих словах.

И пока на дереве происходил спор, внизу, на земле, Чэн Цинъянь, заполучив три ядра демонического зверя пятого уровня, подошла к Най Яоци.

- Всё кончено, - сказала она, подразумевая, что проблема решена.

Най Яоци ещё продолжал восстанавливаться после полученного ранения. Обратив своё внимание на их спасителя, он увидел пару ярких глаз, сверкающих словно солнце и луна. Но в тоже время эти глаза будто бы заволакивала туманная дымка, отчего было невозможно прочесть в них хоть что-то.

- Большое спасибо, молодой господин, - учтиво заговорил он, - я, Най Яоци, непременно отплачу Вам за Вашу доброту и наше спасение. Если в будущем Вам понадобится помощь, Вы можете прийти ко мне, в семью Чёрного воина, и я обязательно сделаю для Вас всё!

- Да, молодой господин, - едва придя в себя, поддержала его девушка в чёрной одежде, - я, Мо Лю, тоже помогу Вам. Если возникнет необходимость, просто приходите ко мне, в семью Красной птицы, - она расплылась в дружелюбной улыбке.

Чэн Цинъянь осталась очень довольна таким предложением и с готовностью согласилась.

- Большое спасибо, - кивнула она, ведь не воспользоваться этим было бы глупо.

Ся Цяньму, который тоже восстанавливался после ранения, поднялся на ноги и подошёл к Чэн Цинъянь.

- Я, Ся Цяньму, также выражаю свою благодарность, - с уважением обратился он, - с этим Вы в полной мере сможете насладиться особым обслуживанием в любом магазине или аукционном доме семьи Белого тигра, - с этими словами мужчина протянул кусок белого нефрита, похожего на бараний жир.

Этот кусок нефрита содержал тёмные вкрапления. Сам камень был очень гладким, что свидетельствовало о том, что его постоянно держали в руках. По всей видимости, его владелец очень дорожил им. Но даже понимая это, Чэн Цинъянь всё же не стала отказываться.

- Поскольку нам было суждено встретиться, почему бы нам не стать друзьями? - всё с той же сияющей улыбкой предложила Мо Лю.

- Да, Лю’эр хорошо придумала, - поддержал её идею Най Яоци.

- В таком случае, что думает молодой господин? - поинтересовался Ся Цяньму.

- Друзья? - Чэн Цинъянь была ошеломлена.

Независимо от того, в этой жизни или в предыдущей, у неё был лишь один единственный близкий друг. Эта женщина всегда держалась в стороне от других людей, но почему-то смогла довериться ей. В прочем, после того дня они больше не виделись. В противном случае «Красноглазые» не были бы уничтожены так рано, и тем более её собственными руками. Думая об этом, Чэн Цинъянь почувствовала, что действительно виновата перед той женщиной, которая так доверяла ей и была к ней добра.

- Что случилось? Есть какие-то проблемы? - спросил Най Яоци, заметив, что их спаситель долго молчит.

- Всё в порядке, - отозвалась Чэн Цинъянь, придя в себя, - мне не нужны друзья. Сейчас я прощаюсь.

Чэн Цинъянь ничего больше не сказала. Использовав элементаль воздуха, она улетела прочь.

- Молодой господин! - прокричала ей вслед Мо Лю.

- Почему он ушёл? - озвучил общий вопрос Ся Цяньму.

- Почему он сказал, что ему не нужны друзья? Кому не нужны друзья? - Най Яоци также оказался в полном замешательстве.

- Забудь об этом, - вздохнул Ся Цяньму, - я дал ему свою личную нефритовую подвеску. Если он воспользуется этой штукой в будущем, я обязательно узнаю его местонахождение, - он радовался тому, что в самое подходящее время сумел использовать несколько трюков, освоенных ранее.

Хитрый лис Ся Цяньму с восьми лет занимался торговлей во всей империи Божественного клёна, а с двенадцати лет он вёл дела по всему континенту Опускающихся туч. Потому он уже в совершенстве овладел своим мастерством, и как истинный торговец, всегда держал какие-нибудь необычные вещи про запас.

- Тоже верно, - Мо Лю почувствовала облегчение, услышав слова Ся Цяньму.

Она искренне считала, что если кто-то помог ей, то девушка непременно должна отплатить благодетелю. Она всегда благодарила даже за малейшую вещь, в которой ей помогли другие, а сейчас и вовсе речь шла о спасении жизни. Разве она могла позволить своему спасителю уйти без награды? Всего лишь настоящий человек…

И Ся Цянься, которая всегда смотрела на Чэн Цинъянь свысока и продолжала провоцировать её. Поскольку эта молодая леди не пострадала, в сравнении с остальными, она не переставала наблюдать за тем, как Чэн Цинъянь сражалась сразу с тремя земляными зверями штормового щита пятого уровня. И чем дольше она смотрела, тем страшнее ей становилось.

Ся Цянься уже осознала, что раньше игралась со своей жизнью и откровенно напрашивалась на смерть. Но теперь, поскольку она всё ещё была жива, девушка решила, что Чэн Цинъянь испугалась огромных сил, стоящих за семьёй Белого тигра. Эта мысль позволила ей снова гордо расправить плечи и вздёрнуть подбородок.

На самом деле Чэн Цинъянь не спорила с ней, потому что просто не видела. Даже если Чэн Цинъянь напрямую столкнётся с ней, естественная натура Чэн Цинъянь включит режим игнорирования, из-за чего она станет относиться к Ся Цянься так, будто её вовсе не существует.

Тем временем Чэн Цинъянь использовала элементаль воздуха, чтобы скорее добраться до окраины дремучего леса на Чёрных горах. Ранее она нашла Маомао в самом центре этого леса, а расстояние между серединой и периферией было достаточно большим. Именно поэтому сейчас ей приходилось лететь.

Используя элементаль воздуха, Чэн Цинъянь двигалась неимоверно быстро. Она так спешила, потому что хотела убежать. Она боялась, что снова причинит вред доверившимся ей людям, разрушит то, что дорого им, точно так же, как она уничтожила «Красноглазых».

На самом деле, уничтожение «Красноглазых» не имело никакого отношения к Чэн Цинъянь, но она считала, что это её вина. Если бы не Чэн Цинъянь, Линь Чэньцзе не вошёл бы в «Красноглазых», и организация, которая была этой женщине дороже всего и которую она построила собственными руками, не была бы разрушена таким образом.

Поскольку раньше, во время сражения, Чэн Цинъянь использовала слишком много духовной энергии и продолжала расходовать её сейчас, то совершенно естественно, что она закончилась. В результате полёт девушки прервался и она просто свалилась. Высота, с которой она упала, была достаточной для того, чтобы заставить Чэн Цинъянь почувствовать боль.

- Угу-у-у, - поинтересовался Маомао. «Мастер, почему ты так быстро бежишь? Сзади кто-то гонится, чтобы взыскать долги?»

- Маомао, о чём ты говоришь? Девочка не играла в азартные игры, только ты способен на это… Ай! Ты снова меня укусил! - Мо Лоша никогда не умел контролировать свой рот, и как назло он встретил Маомао.

Должно быть это так называемое взаимное ограничение всех вещей. Даже если они не живут вместе.

- Маомао! Не кусай, а просто предупреди, - попросила Чэн Цинъянь и, потерев ушибленное мягкое место, встала.

«Я не ошибаюсь! Какое ещё предупреждение?» - мысленно возмутился Мо Лоша, но не высказал этого, так как не хотел снова спровоцировать этого маленького демонического зверя.

- Недостаточно духовной силы? - Чэн Цинъянь разобралась с причиной своего падения, - Сяомо (Чэн Цинъянь была слишком ленива, чтобы называть Мо Лоша по имени, поэтому придумала ему такое прозвище), что происходит?[1]

- Ах, это, - Мо Лоша подлетел к девушке и принялся монотонно объяснять, - твои духовные корни и меридианы были раскрыты с помощью внешних сил. К тому же это произошло совсем недавно, поэтому сейчас они не очень стабильны. В недавнем сражении ты использовала различные элементали, и даже сейчас пользовалась одним из них. Так что совершенно естественно, что это привело к недостатку духовной силы.

- Внешняя сила? Возможно, это звериный рёв? - Чэн Цинъянь взяла на руки Маомао и спросила, - Маомао, это твой рык открыл мои меридианы?

- Угу-у-у, - коротко ответил зверь. «Нет.»

_________________________________________

[1] Хочу узнать ваше мнение: из истории происхождения прозвища «Сяомо», становится понятно, что оно для сокращения. Стоит ли его переводить или оставить так? В переводе это будет выглядеть, как «маленький Мо» или «малыш Мо», поскольку «Мо» в данном случае фамилия, хотя имеет значение «пустыня».

- Тогда кто же? Сяомо, ты знаешь? - Чэн Цинъянь была удивлена. Она всегда думала, что это Маомао, но оказалось, что он здесь ни при чём.

- Сначала тебе следует проверить, сохранились ли в тебе остатки этих сил, - с сомнением в голосе и азартным блеском в глазах предложил Мо Лоша, - это самый быстрый, но наименее вероятный метод. Но всё же сперва попробуй его.

- Угу, - кивнула девушка.

Она села, скрестив ноги, и стала разбираться в своей духовной энергии, исследуя, не присутствует ли в ней какая-то странная духовная сила.

Внезапно в море сознания Чэн Цинъянь хлынул мощный и яростный поток духовной силы, рьяно разливаясь по всему её телу с негромким шипением. Собственная духовная сила девушки была полностью исчерпана, и подвергнуться воздействию такой буйной мощи оказалось просто невыносимо.

- Девочка, что случилось? - Мо Лоша увидел крупные бусины холодного пота на лбу Чэн Цинъянь, и понял, что она испытывает сильную боль.

- Угу-у-у? - Маомао также забеспокоился. «Мастер! С ней всё в порядке?»

- Я не знаю, - покачал головой мужчина, но заметил, как девушка нахмурилась, а после расслабилась, - кажется, ничего страшного. Спросим, когда она проснётся, - заключил он.

В своём море сознания Чэн Цинъянь увидела кольцо с выгравированным телом феникса. Оно было окружено той самой мощной духовной силой и сияло золотым светом.

«Божественное кольцо феникса? Разве я не выбросила его в море?» - удивилась девушка. На самом деле, она не растирала кольцо в порошок и не выпивала его, растворив в воде. Нет, она, разумеется, хотела так поступить, но кольцо оказалось слишком твёрдым, и чтобы Чэн Цинъянь с ним не делала, она так и не смогла оставить на его поверхности даже царапины. Потому, в итоге, ей пришлось срочно придумать альтернативный план.

Чэн Цинъянь хотела взять Божественное кольцо феникса, чтобы посмотреть, но её отбросило далеко назад. От сильного удара девушка сплюнула кровь.

- Да, что б ты сдохло! Я не собираюсь снова ломать тебя! Почему ты швырнуло меня так далеко? - наедине Чэн Цинъянь всегда общалась подобным образом со своими друзьями, не проявляя безразличия к ним.

В ответ Божественное кольцо феникса ярко озарилось золотым светом, и над ним появился ряд золотых слов: «В течении десяти часов преодолейте препятствие давления и получите Божественное кольцо феникса. Если вы не справитесь за отведённое время, то останетесь здесь навсегда».

Чэн Цинъянь испытала сильное сожаление. В то время ей следовало бы быть более упорной с этой штукой. Если бы она не смогла его сломать, то не стала бы есть.

- Почему? - взвыла, словно волк, Чэн Цинъянь, взглянув вверх.

В этот момент золотые слова над Божественным кольцом феникса изменились. «Обратный отсчёт - начало,» - гласили они.

У Чэн Цинъянь не осталось другого выбора, кроме как собрать всю свою духовную силу и помчаться вперед. Но она опять оказалась отброшена назад. Это повторялось снова и снова.

Девушка не знала, сколько раз её отшвыривало от кольца, и не могла сказать, сколько крови она выплюнула. Чэн Цинъянь понимала, что просто истечёт кровью, если это продолжится.

«Обратный отсчёт - тридцать минут».

Когда Чэн Цинъянь увидела эти слова, она почувствовала отчаяние. Но она вспомнила, что всё ещё была слишком слаба и не достигла того уровня силы, который бы заставил всех смотреть на неё. Она подумала о том, что не нашла настоящих родителей этого тела. И та женщина не хотела бы, чтобы она умерла, как и Маомао, Сяомо и мужчина, который преследовал её и называл своей женой.

- По-твоему, такой способ поставит этого правителя в затруднительное положение? Ха-ха, и не мечтай! С тех пор, как я родилась, ни в прошлой жизни, ни в этой, я никогда не сдавалась. И тебе не стать первым, поскольку я не дам тебе такой возможности! - уверенно заявила Чэн Цинъянь, поднимая свой боевой дух.

Когда она должным образом замотивирована или встречает равного себе противника, её воинственный темперамент полностью пробуждается, поэтому сопернику остаётся только готовиться к своим похоронам. Эта девушка превращается в совершенно бешеного демона, когда её выводят из себя.

Чэн Цинъянь мобилизовала те скромные остатки духовной силы, что ещё сохранились в её теле, и призвала духовную силу из её пространства разума, которую прежде вовсе не могла двигать. Собрав их вместе, она атаковала Божественное кольцо феникса.

Раздался взрыв, мощи которого оказалось достаточно, чтобы энергетическая защита вокруг кольца с треском раскололась. Но Чэн Цинъянь полностью лишилась сил. Однако, прежде чем она окончательно отключилась, в её море сознания возник отпечаток души.

Это была женщина в золотом одеянии феникса. У Чэн Цинъянь не получилось разглядеть её лицо из-за своего бессилия и полуобморочного состояния, но зато она смогла услышать голос.

- Девушка имеет судьбу с этим дворцом, - говорила женщина, - Божественное кольцо феникса обладает всей духовной силой, которую передал этот дворец. Оно может открыть твои заблокированные меридианы и нераскрытые духовные корни. Это подарок, данный этим дворцом.

- Кто ты? - хотела узнать Чен Цинъянь, но золотая фигура уже исчезла, оставив после себя лишь голос.

- Усердно повышай свою силу. Когда твоя сила будет соответствовать, мы встретимся, - прозвучало на прощание.

Чэн Цинъянь не знала, как долго она спала. Когда она пришла в себя, то услышала очаровательный мужской голос.

- Янь’эр, ты проснулась? - голос дрогнул и замолчал.

Девушка тяжело вздохнула. Она чувствовала, что всё её тело ещё оставалось немного слабым, а в голове время от времени ощущалось лёгкое покалывание.

Увидев реакцию Чэн Цинъянь, мужчина поспешно принёс чистую воду и аккуратно влил её в рот девушки.

Но Чэн Цинъянь была в сознании, просто у неё совершенно не было сил, чтобы открыть глаза. Она даже не могла проглотить воду.

- Янь’эр, ты не можешь проглотить это, позволь мне помочь тебе! - голос мужчины был немного игривым, но скорее счастливым.

«Помочь мне?» - несколько озадачилась Чэн Цинъянь. Как он собрался помочь с питьём воды? Её брови слегка нахмурились.

Мужчина никак не отреагировал, когда увидел это. На его лице всё ещё оставалась улыбка, хотя в душе он сильно волновался.

- Раз ты ничего не говоришь, значит, ты согласна! - довольно заключил он.

Если бы друзья или подчинённые этого мужчины увидели его таким, они бы наверняка подумали, что сегодня утром он открыл глаза неправильным образом. Верно, этот бессовестный человек, общающийся с Чэн Цинъянь - Цзюньлинь Цзюцин.

Почему он здесь? На самом деле, он следовал за Чэн Цинъянь с тех пор, как она вошла в дремучий лес на Чёрных горах, тайно охраняя её. Потому сила и способности этой девушки были прекрасно видны ему. Цзюньлинь Цзюцин стал уверен, что нашёл настоящее сокровище.

Но когда Чэн Цинъянь долгое время медитировала, не реагируя ни на что, а Маомао и Мо Лоша стали настолько встревоженными, что не могли найти себе места, Цзюньлинь Цзюцин тоже не выдержал и спрыгнул с дерева. Внимательно осмотрев девушку, он понял, что она исчерпала все свои силы и потеряла сознание. Поэтому Цзюньлинь Цзюцин призвал своего коня истребляющей тени, ревущей в небеса, усадил Чэн Цинъянь в экипаж и вернулся в резиденцию принца Суй.

Все во дворце видели, как принц Суй, который прежде всегда оставался холодным и жёстким, с улыбкой на лице вносил в дом молодого мужчину. Такая картина сильно ранила их маленькие сердца.

Закончив говорить, Цзюньлинь Цзюцин набрал в рот воды и потянулся к Чэн Цинъянь. Когда он собирался коснуться её губ своими, он заметил маску, которая всё ещё оставалась на лице девушки, меняя её личность. Цзюньлинь Цзюцин резко проглотил воду. Он определённо не мог поцеловать мужчину!

- Давай снимем маску, - прокашлявшись, предложил он и тут же исполнил сказанное, открыв лицо, которое было значительно уродливее, чем в маске, - эх, Янь’эр, действительно, держать тебя в руках - не метод. Если бы я пошёл с тобой, ты бы не оказалась без сознания, - откуда Цзюньлинь Цзюцин мог знать истинную причину её потери сознания?

«Кто просит тебя идти со мной? Старый павлин хвост распустил - самообман[1]!» - мысленно возмущалась Чэн Цинъянь, но на её сердце стало необъяснимо тепло.

Цзюньлинь Цзюцин снова набрал в рот воды и коснулся своими губами губ девушки. Незнакомое ранее ощущение мягкости заставило его вздрогнуть всем телом, из-за чего он случайно выплюнул всю воду на Чэн Цинъянь.

«Ты, старый извращенец (это было первое впечатление девушки о Цзюньлинь Цзюцине, а поскольку она не знала его настоящего имени, то оно стало его прозвищем), ты действительно поцеловал меня, этого правителя? Я непременно убью тебя, когда восстановлю силы!» - негодовала она.

Текущее состояние Чэн Цинъянь было эквивалентно состоянию её души. Девушка могла видеть и чувствовать, но оказалась неспособна двигаться и говорить. Наблюдая за тем, как Цзюньлинь Цзюцин пристаёт к ней, ей оставалось лишь злиться.

- Ах, Янь’эр, мне очень жаль, - вздохнул Цзюньлинь Цзюцин, - я впервые пою тебя водой, поэтому немного не уверен. Просто попробую ещё несколько раз, и всё получится.

«Попробуй свой волосатый ***! Мой первый за две жизни поцелуй украден! У-у-у!» - мысленно взвыла Чэн Цинъянь. Хотя в прошлой жизни они с Линь Чэньцзэ являлись парой, но, кроме того, что они держались за руки, больше ничего не было.

Цзюньлинь Цзюцин отодвинул воду и стал тщательно вытирать лицо девушки своим носовым платком (он страдал мизофобией[2], поэтому Чэн Цинъянь оказалась первым человеком, к которому Цзюньлинь Цзюцин прикоснулся сознательно). А поскольку вода стекала дальше по шее девушки, ему пришлось расстегнуть часть её одежды, чтобы стереть всё.

Увидев белую, словно нефрит, ключицу Чэн Цинъянь и её тонкую лебединую шею, Цзюньлинь Цзюцин нервно сглотнул и почувствовал, что вся энергия в его теле устремилась вниз. Он сделал несколько глубоких вдохов, вытер воду с тела девушки, сам сделал несколько глотков и, ещё раз набрав воды в рот, снова припал к её губам.

__________________________________________

[1] Отсылка к поговорке: «Павлин заботится о своём хвосте, а человек - о своей чести». Скорее всего, данная фраза несёт смысл: «Полагать или воображать, что кто-то в тебя влюблен, когда на самом деле это не так».

[2] Мизофобия - избыточный и навязчивый страх загрязнения и всего, что может вызвать инфекцию: вирусов, бактерий, других микроорганизмов.

Каждый раз, соприкасаясь с этими розовыми и сладкими губами, Цзюньлинь Цзюцин не мог оторваться от них и задерживался там надолго. Из-за чего беспомощная Чэн Цинъянь была готова взорваться от ярости.

После многократных повторений, Цзюньлинь Цзюцин споил ей целый стакан воды, но всё равно чувствовал, что сделал это слишком быстро.

К этому времени за дверьми комнаты собралось уже немало слуг. Они хотели пригласить своего господина отобедать и почти окаменели от ожидания. В итоге, худощавого мальчика ущипнул кто-то из стоящих сзади, отчего он не сдержался и вскрикнул.

Цзюньлинь Цзюцин как раз подумывал о том, чтобы взять ещё один стакан воды, когда услышал шум снаружи.

- Что случилось? - недовольно спросил он.

Заметив, что хозяин наконец заговорил, собравшиеся снаружи слуги снова подтолкнули несчастного мальчика вперёд.

- Ваше высочество, - бедному слуге пришлось говорить за всех, - обед готов. Не могли бы вы поесть?

- О, хорошо! Неси сюда, - обрадовался Цзюньлинь Цзюцин, ведь у него появилась возможность покормить свою Янь’эр.

Когда Чэн Цинъянь услышала эту новость, она приложила все силы к тому, чтобы полностью прийти в себя.

- Ваше высочество, обед готов, - доложила служанка, накрывавшая на стол.

- Иди, - отпустил её Цзюньлинь Цзюцин.

Он взял Чэн Цинъянь на руки и сел за обеденный стол, но едва в рот мужчины попала ложка каши, как раздался крик.

- Ой, мамочки! - взвизгнула Чэн Цинъянь.

- Янь’эр, ты очнулась? - Цзюньлинь Цзюцин был так рад видеть, что девушка пришла в себя, что совершенно забыл о том, что собирался кормить её кашей.

Но Чэн Цинъянь прекрасно помнила, как этот мужчина пользовался ею, пока она была без сознания. Она хотела вскочить, но всё ещё чувствовала себя ужасно слабой. Девушка решила, что её духовная сила не полностью восстановилась.

- Ты! Ты! - злобно глядя на Цзюньлинь Цзюцина, закричала Чэн Цинъянь, - ты осмелел настолько, что воспользовался моей беспомощностью!

- Янь’эр, почему это называется «воспользовался беспомощностью»? В соответствии с нашими отношениями, это называется «законная близость»! - с тех пор, как он встретил эту девушку, Цзюньлинь Цзюцин успешно совершенствовал навык «свинья не боится ошпариться кипятком»[1].

- Какие ещё отношения? Между мной и тобой нет никаких отношений! - Чэн Цинъянь была готова взорваться от переполняющей её ярости.

- Правильно, «никаких отношений» нет, есть только отношения мужа и жены, - переиначил её слова Цзюньлинь Цзюцин, но понимая, что девушка уже на грани, быстро сменил тему, - Янь’эр, ты действительно заставила меня поволноваться. Ты только-только открыла свои меридианы и сразу отправилась сражаться с тремя демоническими зверями пятого уровня. Каким бы талантом ты не обладала, ты не должна тратить свою духовную энергию подобным образом!

Он держал Чэн Цинъянь в своих объятиях, отчего ей было невозможно пошевелиться. Девушка могла только отвернуться, чтобы не смотреть в его наполненные любовью глаза.

- Это не твоё дело! - фыркнула она.

- Кроме того, Янь’эр, ты на самом деле обладаешь десятью видами элементальных духовных корней! - восхищённо произнёс мужчина.

У Цзюньлинь Цзюцина была особая способность: он мог чувствовать элементальные корни других людей, только не знал, какими именно элементалями владел тот или иной человек.

- Десять видов? Ты не дразнишь меня? - Чэн Цинъянь даже испугалась. Она знала о существовании только девяти элементалей. Откуда взялся ещё один?

- Зачем мужу дразнить тебя? - улыбнулся Цзюньлинь Цзюцин.

- Муж без нити![2] Какие виды? - девушка в очередной раз возразила против слова «муж», которым продолжал себя называть этот мужчина.

- Не знаю. Мужу известно лишь то, что ты обладаешь десятью видами элементальных корней, - немного смущённо ответил Цзюньлинь Цзюцин.

- Э-э-э, Сяомо? Сяомо! Маомао! - Чэн Циньянь хотела спростить Мо Лоша, потому что была уверена, что обладала только девятью элементальными корнями, и именно он рассказал ей об этом, но только сейчас обнаружила, что её спутников нет поблизости.

- Ты ищешь этот маленький элементаль Лоша и маленькую молочную собаку?

- Да!

- Они вернулись в твоё пространство.

- Разве ты не говорил, что нельзя помещать живых существ в кольцо хранения? - удивилась Чэн Цинъянь.

- Разве в твоём теле нет пространства? - не понял мужчина.

- Откуда в моём теле пространство? - закатила глаза Чэн Цинъянь.

- Они так сказали, - пожал плечами Цзюньлинь Цзюцин.

- Тогда как их позвать выйти от туда? - нахмурилась девушка.

- Мысленно призови их, и они смогут сразу же появиться.

- М-м-м, - кивнула Чэн Цинъянь.

Она последовала совету Цзюньлинь Цзюцина, и Мо Лоша с Маомао действительно сразу появились.

- Сяомо, откуда у меня десять видов элементальных духовных корней? Какие эти десять видов? - от волнения Чэн Цинъянь крепко вцепилась в мужчину, в объятия которого продолжала находиться.

- Разве ты не открывала моё пространство элементаля земли ранее? - с учёным видом, будто объяснял очевидные вещи, ответил Мо Лоша, - это из-за элементаля пространства, обладателя которого трудно отыскать среди множества мастеров, к тому же в твоём теле ещё имеется отдельное пространство. Добавь к этому девять обычных элементальных духовных корней - конечно же их десять видов.

_______________________________________

[1] В китайской культуре, если словом «свинья» называют человека, то это означает, что он подлый, бесстыдный, ‘толстокожий’ и пр. Фраза «свинья не боится ошпариться кипятком» означает, что человек настолько наглый, что ему совершенно наплевать на гнев окружающих, который он вызвал своими действиями/поступками.

[2] Китайцы очень верят в судьбу, и что всё предначертано. Здесь имеется в виду «нить судьбы», т.е. Чэн Цинъянь утверждает, что они с Цзюньлинь Цзюцином не имеют общей судьбы, а значит, им ни за что не быть вместе. Так же, во время свадебного обряда новобрачных связывают за запястья красной лентой или нитью символизируя то, что отныне они связаны по судьбе. А поскольку между ними свадебного обряда не проводилось, то и называться "мужем-женой" они не могут. А еще, туда же - "Если человек предначертан другому человеку - то каковы не были препятствия и обстоятельства, они встретятся, ведь алая нить их судьбы никогда не порвётся".

- Э-э-э… этот вид… - немного растерянно протянула Чэн Цинъянь, заметив потрясение и волнение Мо Лоша, - так как же выглядит пространство в теле?

- Ты можешь пойти и посмотреть сама. Кроме того, почему ты совершенно спокойна, узнав, что у тебя так много элементальных корней? - Мо Лоша заметил равнодушный взгляд девушки и действительно хотел спросить её: «С тобой всё в порядке?»

Кто бы знал, что такой гений будет вести себя так, будто это её не касается? Если бы на её месте оказался любой другой, даже человек, обладающий высоким статусом, всё равно он стал бы бить в гонги и барабаны, чтобы рассказать всему миру о своём таланте в надежде, что этот мир станет вращаться вокруг него.

- А какая причина волноваться? - не поняла Чэн Цинъянь.

Её можно простить. Девушка только прибыла в этот мир, где уважают боевые искусства, и мало знает о духовной силе элементалей. Разумеется, она не имеет представления о том, насколько она невероятна. Если бы об этом узнали посторонние, даже влиятельные люди высокого ранга бросились бы вербовать её в ученики.

Слова Чэн Цинъянь заставили Мо Лоша и Цзюньлинь Цзюцина единогласно усомниться: действительно ли эта девушка родом отсюда.

- Янь’эр, позволь рассказать тебе, - заговорил Цзюньлинь Цзюцин, помогая Чэн Цинъянь удобнее устроится у него на коленях, - на этом континенте Опускающихся туч сила элементальных духовных корней очень важна. Если нет элементального духовного корня, то человека считают отбросом. Для обычных людей обладание двумя элементальными духовными корнями, не говоря уже о бóльшем количестве - это огромная редкость. Тогда что упоминать о девяти обычных элементальных духовных корнях?

- Это всё? - Чэн Цинъянь была новичком в этих вещах, и, можно сказать, что она вообще их не понимала.

Первоначальная владелица тела и вовсе считалось отбросом. Она днями напролёт была заперта в боковом дворе усадьбы семьи Зелёного дракона и не имела никакой возможности узнать что-либо.

- А твой элементаль пространства - это особый элементаль, которым обладали только могущественные люди в древние времена. Сейчас его практически невозможно встретить в мире, даже предполагалось, что он вымер, - добавил Мо Лоша.

Чен Цинъянь вдруг почувствовала, что ей слишком везёт в этой жизни. Это не из-за того ли, что в прошлой жизни она украла золотое кольцо? Теперь у неё есть девять видов элементальных духовных корней. А в какой-то момент на доставшемся ей теле была установлена печать, имеющая специальный, редкий элементаль.

- Э-э-э… Я поняла, - кивнула Чэн Цинъянь, - давай, сейчас поедим? Я голодна.

Она решила восполнить информацию об этом, чуждом ей, мире, когда вернётся в дом семьи Зелёного дракона. Потому что иначе её либо сочтут идиоткой, либо решат, что она не из этого мира.

И поскольку девушка закрыла тему, Мо Лоша больше не мог делиться своими знаниями с гениальной Чэн Цинъянь. Поэтому он просто принял свою истинную форму и вернулся в своё собственное пространство элементаля земли.

Маомао же от начала и до конца было лень разговаривать с этими помешанными. Он просто растянулся у окна, нежась на солнышке.

Увидев, что в комнате больше никого нет, Цзюньлинь Цзюцин начала строить планы относительно «своей Янь’эр».

- Хм? - выдохнула Чэн Цинъянь, заметив его взгляд. Она по-прежнему оставалась на коленях у мужчины, но была такой голодной, что совершенно не обратила на это внимание.

- Могу я тебя покормить? - хитро спросил он.

- Неприлично, - категорически отказалась девушка, продолжая пить кашу.

- Почему? - изобразил полное непонимание Цзюньлинь Цзюцин.

- Ах да, я почти забыла об этом, но, к счастью, ты мне напомнил! Что хорошего ты сделал, когда я была без сознания? - Чэн Цинъянь особенно выделила слово «хорошего».

- Напоил тебя водой! - кто-то упорно продолжал толкать себя в огонь.

- Да ну?

На какое-то время крики заполнили весь дворец принца Суй. Слуги, услышавшие этот звук, почувствовали, что плохо спали, и у них не только возникли галлюцинации, но и помутился рассудок.

После обеда физическая и духовная силы Чэн Цинъянь почти полностью восстановились. Когда она решила уйти, некий силуэт заблокировал выход. Если внимательно присмотреться, то можно было увидеть, что оба его уха, прикрытые ладонями, всё ещё оставались красными.

- Уйди с дороги! - Чэн Цинъянь подняла взгляд на Цзюньлинь Цзюцина.

- Нет! - он стоял у двери, не двигаясь.

Чэн Цинъянь ничего не ответила, просто оттолкнула его и вышла за дверь. Но как только она сделала шаг, её отдернули назад.

- Что, черт возьми, ты собираешься делать? - какой бы добродушной ни была Чэн Цинъянь, она не смогла удержаться и не закричать.

- Я спас тебя, - серьезно сказал Цзюньлинь Цзюцин, схватив её за запястье.

- И что? - девушка так не думала. Кто его просил о помощи?

- Значит, ты должна мне жизнь, верно? - продолжал настаивать на своём мужчина, - ведь принято платить за то, что ты должен, так? Необходимо отплатить за доброту, получив помощь от других, правильно?

- Какой оплаты ты хочешь? В худшем случае я смогу помочь тебе, когда ты будешь в опасности, - Чэн Цинъянь вырвала своё запястье из его хватки и посмотрела на человека перед ней так, будто это был суетливый продавец овощей.

- Я ещё не решил, какую оплату с тебя взять, - Цзюньлинь Цзюцин проигнорировал этот её странный взгляд, - я скажу тебе позже, когда придумаю.

- Тогда не торопись. Я уйду первой, - девушка надела маску и вышла.

В этот раз Цзюньлинь Цзюцин не пытался ей помешать, потому что у него был более масштабный план. Пусть Чэн Цинъянь обязана ему жизнью, это всего лишь первый шаг к тому, чтобы удержать её.

Чэн Цинъянь вышла из резиденции принца Суй через заднюю дверь и направилась прямо в боковой двор особняка семьи Зелёного дракона. По пути она не столкнулась с какими-либо проблемами, потому что перемещалась скрытно, да и её внешность после маскировки выглядела довольно невзрачной.

Вернувшись в свой дом, девушка задумалась о том, как ей больше узнать об этом континенте.

- Кажется, в этой усадьбе Зелёного дракона есть павильон сокровищ, хм… - задумчиво протянула она.

Когда искусный вор Чэн Цинъянь произнёс эти слова, людям из семьи Зелёного дракона оставалось только молится.

После того, как девушка составила план по ограблению павильона сокровищ в особняке Зелёного дракона сегодняшним вечером, она вышла на улицу, чтобы погреться на солнце.

- Ну, я слышала, что старшего молодого господина, вроде как выпустили! - донёсся до неё один голос.

- А что случилось со старшим молодым господином? - вторил ему другой.

- Разве ты не знаешь, что старший молодой господин был взят под стражу по приказу самого главы несколько дней назад за то, что обокрал его?

- Ой, я думала, ты всё ещё говоришь о молодом господине Ся из семьи Белого тигра!

- Как молодой господин Ся мог что-то украсть? Не шути!

Естественно, им не дано было знать, что вскоре этот человек прославится на весь континент Опускающихся туч и станет настоящим принцем воров в глазах всего мира. С тех пор, как он встретил Чэн Цинъянь, гениального вора, Ся Цяньму ступил на путь невозврата, чтобы под руководством девушки освоить высочайший уровень воровского мастерства.

- Да, молодой господин Ся такой представительный, элегантный и вежливый. Как его можно сравнивать с молодым господином Чэн нашей семьи Зелёного дракона? Обворовать собственного отца! Тьфу!

- Ладно, говори потише, тебя накажут, если кто-нибудь услышит!

Голоса двух служанок становились все дальше и дальше, но Чэн Цинъянь все же получила главную информацию: Чэн Мохун освобожден.

- Молодой господин Чэн, мне снова придётся одолжить твою одежду этим вечером, - губы девушки изогнулись в злорадной улыбке.

Наступила очередная безлунная ветреная ночь, идеальная для убийств и грабежей, и хищник Чэн Цинъянь вышел на свою охоту…

Мимо проскользнула чёрная тень, но стражники, охраняющие запретную территорию особняка Зелёного дракона, ничего не заметили. Всё потому, что Чэн Цинъянь уже находилась на пятом уровне духовной силы, а эти стражники были только на четвёртом.

Без каких-либо препятствий девушка добралась до чёрной пáгоды. Но стоило ей только приблизится, как двое стариков, дежуривших у входа, открыли глаза и посмотрели в сторону Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь немедленно задержала дыхание и отрегулировала физиологические функции своего тела. Если бы не пара глаз ночного призрака, которые всегда светятся настороженностью, люди бы подумали, что это восковая статуя.

Дождавшись, когда двое стариков отведут взгляды в другую сторону, девушка не стала действовать опрометчиво. Закрыв глаза, она вошла душой в пространство, расположенное в её теле, и вытащила из него дремавшего Маомао.

- Уг… - он хотел спросить: «Что ты собираешься делать?», но Чэн Цинъянь зажала зверю пасть раньше, не позволяя издать и звука.

Одним лишь взглядом девушка указала на двух стариков, охраняющих вход в пáгоду, намекая на то, что Маомао следует позаботиться о них. Демонический зверь проследил за её взглядом и быстро сообразил, чего хочет от него Чэн Цинъянь. Кивнув головой он был готов приступить к действию.

Опасаясь, что Маомао не сумеет нейтрализовать двоих человек одновременно, и что один из них может успеть поднять шум, девушка призвала Мо Лоша и жестами рассказала ему о своих с Маомао планах.

Закончив свой инструктаж, Чэн Цинъянь отдала приказ к действию. Мо Лоша и Маомао намеренно подняли шум и успешно отвлекли двух людей от двери, предоставив девушке прекрасную возможность подойти.

Входная дверь была заперта на огромный железный навесной замок, который Чэн Цинъянь с лёгкостью открыла нитью из чёрного металла. Хотя считалось, что даже эксперт седьмого уровня не сможет открыть его без ключа. «Отличный» замóк!

Войдя в павильон сокровищ, девушка ступила на край лестницы и быстро помчалась на верхний этаж. На первом этаже хранились обычные духовные техники, на втором - некоторые лекарственные материалы, а на третьем…

Чэн Цинъянь продолжала лететь, пока не достигла самого верхнего этажа. Здесь она увидела ещё несколько драгоценных лекарственных материалов, ядер демонических зверей и духовных камней стихий, но не нашла того, чего хотела. Когда девушка размышляла о том, есть ли в павильоне сокровищ книги об этом континенте, духовный корень элементаля пространства в её теле внезапно взбудоражился. И чем ближе она приближалась к юго-западной стене, тем активнее он становился.

«Возможно, здесь есть потайная комната,» - задумалась Чэн Цинъянь. Подойдя к твёрдой стене, девушка опустила на неё ладонь и медленно ввела силу пространства. В следующее мгновение её силуэт исчез с этого этажа.

Чэн Цинъянь оказалась в другом помещении, где царила непроглядная тьма. Даже со своим навыком ночного зрения девушка совершенно ничего не видела, будто ослепла. Это обстоятельство делало Чэн Цинъянь, которая часто находилась на грани смерти, очень неуверенной в себе.

Она снова увидела свет только, когда открыла дверь. Внутри комнаты имелся всего один фонарь, который, казалось, горел вечно. Само помещение было освещено не очень ярко, но Чэн Цинъянь стала необъяснимо счастлива.

«Может быть, здесь есть то, что я ищу,» - надеялась девушка, по очереди просматривая каждую книгу на полке из сандалового дерева. Но так и не нашла ни одной, которая была бы ей полезна.

«Где же оно? Где потайное отделение?» - Чэн Цинъянь вспомнила об особой любви Чэн Яя к таким вещам. Она пришла к подобному заключению потому, что в его кабинете их было немало. В своих поисках девушка начала аккуратно простукивать стены.

Наконец, ей удалось найти потайное отделение в нижней левой части фонаря. Это открытие сделало Чэн Цинъянь взволнованной.

Открыв это потайное отделение, внутри она обнаружила пожелтевшую книгу, которая выглядела очень старой. Девушка пролистала несколько страниц и поняла, что большинство слов она вообще не знает. «Вероятно, спрятанная в таком тайном месте эта вещь действительно хороша, - предположила Чэн Цинъянь, - сначала заберу, а уже потом разберусь.»

Она так увлеклась книгой, что не сразу заметила, что в потайном отделении ещё лежал какой-то чёрный камень. «А? Почему этот чёрный камень положили сюда?» - заинтересовалась девушка.

Чтобы не повторить свою оплошность, Чэн Цинъянь ещё раз внимательно осмотрела всё потайное отделение и убедилась, что кроме непонятной книги там был только этот чёрный камень. Поместив книгу и камень в пространство в своём теле, она была готова уйти. Но перед этим девушка нарочно оставила след на полу, используя грязь налипшую на чёрные парчовые сапоги.

Чэн Цинъянь снова появилась у входа в пáгоду. Жестами она сообщила Маомао и Мо Лоша, что дело сделано и можно отступить. Затем эта криминальная троица направилась в комнату Чэн Мохуна.

Молодой господин Чэн спал в своей пастели, как дохлая свинья. Чэн Цинъянь, как порядочный человек, с самыми «благими намерениями» вернула чёрную парчовую мантию и парчовые сапоги их законному владельцу. И только после этого пошла в боковой двор, который считался непосредственно её домом.

Оказавшись дома. Девушка снова вошла в пространство, расположенное в её теле. Прежде у неё не было возможности изучить его, потому она решила заняться этим сейчас.

Говорили, что пространство в теле трудно найти хотя бы у одного из сотни людей, обладающих духовным корнем элементаля пространства.

- Всё-таки весьма неплохо! - громко прокомментировала Чэн Цинъянь увиденное.

Перед её глазами предстало умиротворённое пространство размером с огромный дом. Здесь имелось поле, которое уже было засажено многочисленными лекарственными травами. Рядом с этим полем росло дерево, полностью покрытое белыми цветами, но листьев не нём не наблюдалось.

- Не знаю, принесёт ли это дерево какие-нибудь плоды, - разговаривала сама с собой Чэн Цинъянь, - если да, то это будет здорово!

Она продолжила осмотр. С другой стороны от поля находился пруд, но в нём ничего не было.

- Кажется, нужно купить рыбок и выпустить их сюда. Может быть удастся порыбачить? - продолжила строить планы она.

На краю пруда девушка увидела большой круг, составленный из десяти духовных камней. Один из низ светился золотым светом, в то время как остальные девять были просто серыми.

- Это… Это, скорее всего, внешнее проявление печати «Десяти запечатанных связанных пространств». Этот камень, светящийся золотым, означает уже открытое пространство элементаля земли, а остальные девять серых представляют собой девять пространств элементалей, которые ещё не распечатаны, - довольно быстро догадалась Чэн Цинъянь и ещё раз осмотревшись, радостно добавила, - за исключением этого круга, всё остальное должно быть частью этого самого пространства. Это здорово. Это пространство в теле действительно незаменимый спутник в путешествиях, убийствах и мошенничестве!

Сказав это, девушка вспомнила, что нужно поискать пожелтевшую книгу, которую она украла ранее, и спросить Мо Лоша, как её прочесть.

- А где книга? Я точно помню, что брала её! Камень здесь, но почему книга пропала? - после долгих поисков Чэн Цинъянь так и не смогла найти эту старую пожелтевшую книгу. Ей ничего не оставалось, кроме как сдаться, - ну почему я её потеряла? Эта книга должна быть ценной вещью, - обречённо выдохнула она и покинула пространство.

Но едва девушка вышла из пространства в своём теле, как её голова внезапно разболелась так сильно, будто собиралась взорваться.

- Ауч! Что происходит? - хоть Чэн Цинъянь и обладала отличной способностью переносить боль, но в этот раз она не смогла не вскрикнуть, что только показывало, на сколько сильную боль испытывала девушка.

Когда головная боль прекратилась, всё тело Чэн Цинъянь было мокрым от пота, но при этом осталось совершенно невредимым, что не соответствовало внешности человека, пережившего взрыв.

Пока девушка приходила в себя после случившегося, в её моря сознания, одно за другим, начали появляться слова. Их написание было точно таким же, что она видела на страницах пожелтевшей старой книги.

- Что… что происходит? - потрясённо выдохнула Чэн Цинъянь, - книга пропала, но её содержание оказалось в моём море сознания. В этом мире действительно слишком много странных вещей!

Мо Лоша и Маомао всё это время находились рядом с ней. Они наблюдали, как девушка страдала от неимоверной боли, но не понимали, что происходит и ничем не могли помочь, а потому ужасно волновались.

- Девочка, что происходит? Почему тебе так больно? - Мо Лоша подошёл к Чэн Цинъянь и протянул ей стакан воды.

- Угу-у-у? - вторил ему Маомао. «Мастер, что с тобой?»

Чэн Цинъянь залпом выпила весь стакан, прежде чем ответить.

- Всё в порядке, просто… - она не знала, как объяснить всё произошедшее, потому слегка запнулась.

- В чём дело? - не выдержал Мо Лоша.

- Сяомо, я хочу тебя кое о чём спросить.

- Спроси.

- Я положила пожелтевшую старую книгу из павильона сокровищ в своё пространство в теле, - начала пересказ всех событий девушка, - когда позже я вошла туда, чтобы взять её, я не смогла её найти. Я так же хотела спросить тебя, как её читать, потому что не поняла в ней ни слова. Когда я прекратила поиски и вышла из пространства, у разболелась голова, причём так сильно, будто собиралась взорваться. А после того, как боль прекратилась, я обнаружила, что содержание этой книги напрямую отпечаталось моём море сознания, - она уставилась на Мо Лоша, желая получить ответ.

Мужчина некоторое время тщательно обдумывал услышанное и вдруг рассмеялся так, словно сорвал джекпот в лотерее.

- Ха-ха-ха! Девочка, как же тебе повезло! - радовался он, - должно быть, ты - реинкарнация Богини удачи?

- На *** вертеть эту Богиню удачи! Скажи, что происходит? - рыкнула Чэн Цинъянь.

- Потому что пространство в твоём теле поддерживается твоим морем сознания, книги, которые ты поместишь в это пространство, отобразятся в твоём море сознания. Это означает, что книга была интегрирована с твоим морем сознания. Это потрясающе! - Мо Лоша становился всё более довольным этим новым мастером. Она постоянно преподносила ему неожиданные сюрпризы.

Чэн Цинъянь была удивлена услышанным. Она совершенно не ожидала, что пространство в её теле будет иметь такую функцию. «Интересно, абсолютно любая книга, помещённая в моё пространство в теле, отобразиться в моём море сознания?» - задумалась девушка. Если это действительно так, то она довольно быстро повысится от новичка, только переселившегося в этот мир, до уровня «всё знаю».

- Как-то так. Так что ты на самом деле очень удачливая! Знаешь ли, не все пространства в теле обладают такой способностью, - Мо Лоша не мог в очередной раз не подчеркнуть везение Чэн Цинъянь.

Но она всё ещё не восприняла это всерьёз, поскольку размышляла над тем, стоит ли ей собирать редкие и полезные книги, чтобы улучшать свои знания? Погрузившись в раздумья, девушка не сразу поняла, что всё её тело было липким от пота, что причиняло определённый дискомфорт.

- Ладно, - закончила их разговор Чэн Цинъянь, - Сяомо, я собираюсь помыться, а ты можешь вернуться в пространство элементаля земли. Если мне что-нибудь понадобится, я тебя позову, - она встала и подошла к ведру за водой, но вдруг резко остановилась.

- Что случилось? - собиравшийся уйти Мо Лоша, увидев это, забеспокоился, что у неё снова разболелась голова.

- Ничего, я просто тут подумала… - ответила девушка и, обернувшись, спросила, - а я могу помыться, используя элементали воды и огня?

- Угу, - смущённо кивнул Мо Лоша, - разве ты не знаешь применение каждого элементаля?

«…Ты слишком уверен во мне!» - мысленно фыркнула Чэн Цинъянь. На Земле не существовало обучающих курсов, рассказывающих о применении духовной силы элементалей. Или она о них просто не знала. Но прочитав во взгляде мужчины убеждённое: «Ты такая мудрая», девушка почувствовала, что её образ слишком возвышен в его глазах, и что ей придётся время от времени ослаблять свой имидж в будущем.

- Забудь об этом, - отмахнулась Чэн Цинъянь, - можешь уйти первым.

- Угу, - кивнул Мо Лоша и вернулся обратно в пространство элементаля земли.

Увидев, что в комнате остался только Маомао, девушка сняла липкую одежду и использовала элементаль воды, чтобы помыться, а затем применила элементаль огня, чтобы высушить своё тело.

Когда Маомао стал свидетелем всего этого, он закрыл глаза своими лапками.

- Угу-у-у, - тихо пробормотал демонический зверь. «Мастер, я вообще-то тоже мужчина. Почему ты не придала этому значение? Неужели меня так легко игнорировать?»

Переодевшись в чистое, Чэн Цинъянь отправилась отдыхать, потому то ей нужно было поддерживать тело и разум в оптимальном состоянии. На завтра намечалось отличное представление.

- Эй, ты знала? Павильон сокровищ обокрали! - вчерашняя служанка пришла в боковой двор.

- О чём ты? - спросила другая служанка, видимо, она и правда не знала о том, что произошло.

- Старейшина, что охраняет павильон сокровищ, пришёл сегодня утром к главе и сообщил, что павильон сокровищ обокрали.

- Ого! Скажи, а возможно ли, что это снова молодой господин Чэн?

- Не говори ерунды! Кто мы, чтобы обсуждать дела хозяев? Давай, возьмём вещи. Если вернёмся поздно, нас снова накажут!

- Гм!

Чэн Цинъянь, разбуженная этим разговором, тоже встала, потому что снаружи ярко светило солнце, немного режущее глаза, но всё же очень тёплое. Она прищурилась, как ленивая кошка и усмехнулась: «Пора идти в театр. Семья Зелёного дракона? Я могу обокрасть вас всех! Рано или поздно вы испытаете ощущение «жить надоело», которое навлекали на себя долгое годы.

В главном зале семьи Зелёного дракона уже было многолюдно. Чэн Яй сидел наверху, а все прямые члены семьи и люди из побочных ветвей семьи собрались внизу.

Чэн Цинъянь, как обычно, спряталась в неприметном углу, тихо наблюдая и слушая, как все шёпотом обсуждают кражу в павильоне сокровищ прошлой ночью.

- Павильон сокровищ обокрали прошлой ночью. Как получилось, что охранявший его старейшина не заметил этого? - тихо спросил отпрыск побочной семьи в тёмной одежде.

- Ай-яй! Разве это не означает, что грабитель очень силён? - ответил стоящий рядом с ним человек.

- Наша семья Зелёного дракона оскорбила кого-то? - это предположение вызвало у людей панику.

- Не должно быть, а как ты думаешь, это мог сделать Павильон скрытого неба, отделение Храма множества душ? - сказал мужчина в синем.

- Невозможно. Каждый раз, когда Павильон скрытого неба грабит, они уведомляют жертву. Независимо от того, насколько хороша ваша защита, вы не сможете остановить этих людей. И после того, как они заберут вещи, они рассказывают об этом всему миру. Метод кражи из павильона Сокровищ на этот раз явно не принадлежит Павильону скрытого неба, - мужчина в тёмной одежде оказался в состоянии всё чётко сопоставить.

Отведя глаза, Чэн Цинъянь тщательно отфильтровала то, что услышала. «Павильон скрытого неба? Храм множества душ? Кажется, я всё ещё могу встречаться со своими коллегами! Но методы этих коллег действительно высокомерны,» - тихонечко прошептала она.

Наконец, человек, сидящий на главном месте, заговорил, используя духовную силу. Его голос распространился по всему залу, заставив некоторых людей, которые перешёптывались, немедленно замолчать.

- Вы все должны знать о том, что произошло прошлой ночью. Сейчас вам всем приказали собраться, чтобы огласить приказ об аресте всей семьи. Если понадобится, мы обыщем весь континент Опускающихся туч, чтобы схватить вора. В данный момент старейшина, что охраняет павильон сокровищ, ищет улики. Ожидайте, после получения информации, относительно вора начнётся действие. Тот, кто поймает грабителя, получит вознаграждение: одно ядро демонического зверя четвёртого уровня, пять ядер демонического зверя третьего уровня, двадцать ядер демонического зверя второго уровня и три миллиона золотых, - объявил во всеуслышание глава семьи.

Чэн Яй обнаружил пропажу вещей, хранившихся в потайном отделении. Но вернуть эту книгу и камень было для него большим геморроем.

- Глава! - в главный зал вошли двое старейшин, которые прошлой ночью охраняли павильон сокровищ.

- Старейшина Ван, старейшина Ли, вы что-нибудь обнаружили? - Чэн Яй поспешно поприветствовал двух стариков. Было очевидно, что эти два человека имели необычный статус в семье Зелёного дракона.

- Глава Чэн, в павильоне сокровищ есть отпечаток обуви. Размер примерно такой, как у мужских парчовых сапог, - ответил старик, который выглядел относительно невысоким по сравнению с другим стариком.

- Старейшина Ли, этот отпечаток обуви очень распространён. Есть ли какие-нибудь другие улики? - Чэн Яй не думал, что они смогут найти вора по отпечатку обуви, опираясь на свои способности.

- Вы можете пригласить мастера формации, чтобы с помощью формации восстановить события прошлой ночи, - второй старик, старейшина Ван, предложил решение.

- Не плохо! - согласился старейшина Ли, - этот способ весьма осуществимый! Разве семья Чёрного воина не стала такой известной и могущественной из-за своих формаций? Четырём основным семьям очень полезно помогать дуг другу.

Теперь Чэн Яй оказался в затруднении. Двое стариков, которые целыми днями охраняли павильон сокровищ, не знали, но глава семьи не являлся тем человеком, который не владел информацией.

В последние годы отношения между четырьмя основными семьями становятся все более напряжёнными. Представители молодого поколения не только соревнуются друг с другом во всём, но и постоянно ссорятся. Даже старшее поколение часто спорит друг с другом при ведении торговли или на аукционах, а некоторые и вовсе дерутся.

Если бы Чэн Яй обратился за помощью к Най Янфэну, нынешнему главе семьи Чёрного воина, которого он в прошлом году ударил по лицу, когда они поспорили на аукционе из-за пилюли повышения уровня[1], то его старое лицо было бы потеряно в горном хребте Верхние пески в империи Божественной пустыни. (Самый северный горный хребет на континенте Опускающихся туч, а империя Божественного клёна располагается на юге. Две страны находятся очень далеко друг от друга, и разделены лесом Демонов.)

__________________________________________

[1] Возможно, пилюля укрепления основы; сочетание иероглифов допускает оба варианта, но т.к. автор ещё не дал подробного описания уровней культивации, то остаётся только гадать.

Чэн Яй не хотел делать нечто подобное! В конце концов, он также являлся главой основной семьи! Как он мог склонить голову перед Най Янфэном, который имел такой же статус, как и у него, и который его недолюбливал, ради книги и камня? Это было абсолютно невозможно!

- Старейшина Ван, старейшина Ли, вы просто не знаете! В последние годы конфликты между четырьмя основными семьями становятся всё более и более серьёзными. В прошлом году Най Янфэн, глава семьи Чёрного воина, сражался со мной на аукционе из-за пилюли повышения уровня. Он даже беспощадно избил меня и заставил месяц лежать в постели, - Чэн Яй отлично прикинулся жертвой, но на этом не остановился и добавил, - ох, я действительно не должен был думать о том, что он является главой одной из четырёх великих семей и проявлять к нему милосердие! Иначе… - он специально оставил некую недосказанность.

Таким образом он не только предоставил каждому возможность - самостоятельно придумать окончание фразы, но также продемонстрировал всем, что он очень добросердечен и тоскует по старым дружеским отношениям. Более того, ещё он объяснил, что не смог победить главу семьи Чёрного воина из-за своего милосердия, а заодно показал, что Най Яофэн не только забыл о дружбе между четырьмя основными семьями, но и действует безжалостно, используя их мягкосердечие, чтобы причинить им вред.

Выслушав это, Чэн Цинъянь задумалась: фамилия «Най» ей показалась знакомой. «Най Яофэн? Семья Чёрного воина? Най Яоци! - вспомнила она, - ого, оказывается, это его отец! Най Яоци обладает довольно честной натурой. Как мог на столько плохой человек воспитать такого хорошего сына? Чэн Яй, ты действительно самолично нацепил высокую шляпу[1]! Эта семья так богата актёрскими талантами, что её следовало бы назвать не семьёй Зелёного дракона, а семьёй Гениальных актёров».

Чэн Цинъянь могла рассуждать подобным образом, потому что она смотрела на ситуацию с точки зрения справедливости и беспристрастности, не отдавая предпочтение ни одной семье. Но другие, присутствующие здесь, так не считали.

- Что?! Люди из семьи Най такие высокомерные? Они осмелились запугивать мою семью Чэн? - в числе первых, старейшина Ван не смог сдержать свой вспыльчивый нрав.

Представители прямой и побочных ветвей семьи Зелёного дракона также начали бурное обсуждение.

- Верно, вчера я заходил поесть в павильон «Говорящего ветра»[2], и Най Яоси, шестой молодой господин семьи Най, пришёл докучать мне!

- Да, этот шестой молодой господин Най издевался над многими людьми! Он настоящий маленький хулиган в имперском городе Божественного клёна!

- Более того, несколько дней назад на аукционе…

Чем больше слушали сидящие наверху старейшина Ван, старейшина Ли и Чэн Яй, тем темнее и темнее становились их лица. Такими темпами вскоре они станут настолько тёмными, что с них начнут капать чернила.

Чэн Цинъянь была рада посмотреть это занимательное представление. Её совершенно не заботило то, что эти люди отошли от темы обсуждения ограбления павильона сокровищ и перешли к разговорам о конфликтах между семьёй Чёрного воина и семьёй Зелёного дракона. Для неё было бы только лучше, если бы они забыли об идее найти мастера формаций, чтобы с его помощью восстановить события прошлой ночи.

Но старейшина Ли всё ещё прекрасно помнил: каков был истинный повод этого собрания.

- Тихо! - крикнул он, заставляя всех галдящих мгновенно замолчать, - сегодня мы не обсуждаем отношения между семьёй Чёрного воина и семьёй Зелёного дракона, а должны найти вора, который ограбил павильон сокровищ! - напомнил всем старик, - поэтому, раз мы не можем обратиться за помощью к семье Чёрного воина, то нам необходимо найти мастера формаций, не входящего в эту семью. Неужели все мастера формаций империи Божественного клёна принадлежат семье Чёрного воина?

После этих слов, все присутствующие в главном зале, включая Чэн Яя, как-то странно посмотрели на старейшину Ли. И только глаза стрейшины Вана загорелись так, будто он услышал прекрасные новости.

Старейшина Ли не был дураком. Около сотни человек бросали на него странные взгляды. Это было невозможно не заметить.

- Глава Чэн, что происходит? - тихим голосом спросил он.

- Старейшина Ли, вы правы, - ответил Чэн Яй, но его выражение лица было таким, словно у мужчины случился запор.

- В таком случае, что ты собираешься делать? - поинтересовался старейшина Ли.

- Глава сказал, что вы правы, утверждая, что все мастера формаций империи Божественного клёна принадлежат семье Чёрного воина, - пояснил кто-то из толпы.

Эта реплика лишила старика дара речи.

______________________________________

[1] 高帽 - (буквально) высокая шляпа; так же это китайская идиома, имеющая значение: «важность, стремление придать себе значимость, любовь к лести».

[2] Сочетание иероглифов 聞風 так же обозначает: «собирать, расследовать, узнавать и распространять новости и слухи, в том числе пикантного содержания».

- Тогда что нам следует делать? - не смог больше этого выносить старейшина Ван, - глава Чэн, ты должен знать, что эти две вещи оставили наши предки, и они очень ценны! Мы обязаны их бережно хранить. Незыблемое правило, относиться с почтением, следует блюсти сверху!

- Разумеется! - скривился Чэн Яй, - в таком случае сжигание трёх палочек благовония в храме предков каждый день не является почтительным отношением? - буркнул он.

- Что ты сказал? - старейшина Ван действительно не расслышал его слова.

- Нет, ничего, - быстро отмахнулся Чэн Яй. Если бы эти два преданных поклонника предков услышали его слова, то последствия были бы невообразимыми.

- Так ты нашёл решение? - с тревогой спросил старейшина Ли.

- Я… - Чэн Яй несколько растерялся. А что мог сделать? Он не был мастером формаций!

- Глава, - подала голос наложница Лю, сидящая в женской половине зала, - в прошлый раз, когда особняк был ограблен, разве не использовали обычный метод поиска? А потом нашли… - последующие слова касались непосредственно семьи Чэн Яя и не должны быть обнародованы, поэтому женщина, естественно, замолчала.

- Да, старейшина Ван, старейшина Ли, у нас есть способ! - Чэн Яй прозрел после напоминания наложницы Лю, - тот, кто имеет право зайти на запретную территорию, так же должен быть осведомлён о времени смены стражников, охраняющих её. Весьма вероятно, что он и есть вор. Поговорка гласит: «Остерегайся днём, остерегайся ночью - от вора в семье нет защиты».

- Хорошо, давай попробуем! - в унисон согласились два старика.

«Ха-ха! Попробуйте! - обрадовалась Чэн Цинъянь, - результат, определённо, превзойдёт все ваши ожидания!» Она почувствовала, что попала в нужное место. Было довольно забавно наблюдать за попытками этих людей её поймать. Разумеется, её склад ума отличался от местных жителей. Это был совершенно иной тип мышления.

Спустя час в главный зал семьи Зелёного дракона вошли стражники в тёмной одежде.

- Глава, - почтительно сложив руки и приклонив колени, обратился один.

- Вам удалось что-нибудь обнаружить? - с тревогой спросил Чэн Яй.

- Да! - ответил второй стражник, - есть доказательства! Эта пара парчовых сапог соответствует отпечатку обуви, оставленном в павильоне сокровищ, - с этими словами он предъявил изъятую им пару обуви.

Чэн Яй внезапно почувствовал, что эти парчовые сапоги кажутся ему знакомыми.

- Ты уверен? - с некоторым замешательством поинтересовался он.

Стражник, очевидно, не знал, почему глава спросил об этом, но, как слуга, он, естественно не смел сомневаться или идти против решения своего господина.

- Конечно, - серьёзно ответил он, отбросив смятение в своём взгляде.

- В таком случае, ты… - Чэн Яй собирался ещё его допросить, но был прерван старейшиной Ваном, стоявшим рядом.

- Хорошо, теперь, когда у нас есть доказательства, это означает, что он действительно вор. Вы узнали, кто это? - заложив руки за спину, спросил старик.

- Я нашёл это в комнате старшего молодого господина, - этот стражник оказался чрезвычайно честным.

- Что? - трое мужчин, находящихся на возвышении, взревели одновременно.

Это так напугало стражника, что он опустился на колени и уткнулся лбом в пол.

- Глава, старейшины, это чистая правда, - несколько раз повторил он.

Мозг Чэн Яя больше не мог функционировать. Только рассудительный старейшина Ли достаточно скоро успокоился.

- Быстро пригласите сюда старшего молодого господина Чэн, - приказал он.

Стражники поспешно ушли, и в главном зале воцарилась полная тишина. Все видели, что глава пребывал в плохом настроении, и никто не осмелился высказаться в это время. Только прибытие Чэн Мохуна нарушило эту тишину.

- Сын приветствует отца, - молодой человек учтиво поклонился Чэн Яю, сложив руки в соответствующем жесте, а затем проделал тоже самое по отношению к старикам, - здоровья двум старейшинам.

- Мохун, ты осознаёшь свою ошибку? - Чэн Яй недоверчиво посмотрел на сына.

- Отец, твой сын действительно не понимает, что происходит, - опустившись на колени, серьёзно заговорил Чэн Мохун, - твой сын крепко спал всё это время и понятия не имеет о том, что случилось!

Когда старейшина Ван услышал это, его борода затряслась от гнева.

- Чэн Мохун, эти вещи оставили твои предки! - яростно закричал он, - вот ты и возжелал их! Ты нагло украл их из собственного дома! Ты не достоин быть потомком семьи Зелёного дракона!

Старейшина Ли не был таким нетерпеливым, как старейшина Ван, потому он более мягко заговорил с Чэн Мохуном, надеясь таким образом убедить его вернуть украденное.

- Старший молодой господин Чэн, - деликатно обратился он, - мы, потомки, должны бережно относится к вещам, оставленным нашими предками. Если эти вещи так сильно тебе нравятся, то можно их поместить в храм предков, чтобы ты мог часто любоваться ими. Верно?

Чэн Мохун был дважды несправедливо обвинён, и ему ужасно хотелось разреветься от обиды, но он не мог этого сделать на публике. Почему ему не верят?

- Отец, старейшины, я действительно ничего не крал из дома! - клятвенно заверил молодой человек, - прошу вас проверить всё это тщательно! Вы даже можете пригласить мастера формаций, чтобы выяснить правду. Меня на самом деле подставили!

Окончание расследования привело к его собственному сыну. Чэн Яй не мог просто смотреть, как его сына, которого он холил и лелеял долгие годы, несправедливо обвиняли.

- Старейшина Ван, старейшина Ли, - спешно обратился к двум старикам он, выступая в защиту Чэн Мохуна, - вы присмотритесь, этот ребёнок по своей натуре всегда был хорошим. Возможно, он в самом деле был обвинён несправедливо. Как насчёт того, чтобы отправиться в другие государства, чтобы поискать там мастера формаций, не принадлежащего семье Чёрного воина, попросить его приехать и всё проверить?

Люди с более высоким статусом в семье, как и старейшины, открыто или тайно всегда отдавали предпочтение своим прямым потомкам. По этой причине старейшина Ван и старейшина Ли, естественно, согласились на предложение Чэн Яя.

- Спасибо вам, старейшины, - уважительно отозвался глава семьи, ведь старшие дали ему возможность восстановить репутацию своего сына, поэтому он был обязан проявить благодарность. Затем он обратился к собравшимся, - строго запрещено распространять ложь о сегодняшних событиях. Внутренние дела семьи Зелёного дракона не требует вмешательства посторонних! Вы поняли?

Хотя в главном зале собралось множество представителей побочных ветвей семьи, и все они были очень недовольны таким решением, но, в присутствии главы семьи и двух старейшин, им пришлось сдержать свое возмущение и жаловаться лишь тайно.

- Понял! - единовременно прокричало множество голосов.

- Каждый из вас имеет определённые связи и некоторое влияние в других странах континента Опускающихся туч, - удовлетворённо кивнув, продолжил Чэн Яй, - теперь, как глава семьи, я издаю указ: найти всех мастеров формации, не связанных с семьёй Чёрного воина и привести их к нам, независимо от их уровня!

- Да! - ответил всё тот же дружный хор.

- Хорошо, вы можете вернуться, - после ряда указаний глава семьи позволил всем разойтись.

Взглянув на сына, который всё ещё стоял на коленях, Чэн Яй подошёл к нему и помог подняться.

- Хун’эр, - несколько устало вздохнул он, - ты действительно слишком небрежен! В прошлом инциденте, как отец, я почувствовал, что что-то не так. Ты не должен быть таким человеком. Вот почему отец освободил тебя. Но на этот раз ты снова попал в чужую ловушку. Я надеюсь, что мы сможем пригласить мастера формаций, чтобы узнать всю правду. Даже если твой отец является главой семьи, я всё ещё обязан дать всем удовлетворительный ответ.

- Не волнуйся, отец, прямое тело не боится кривой тени[1], - увидев смущение своего отца, поспешил его утешить Чэн Мохун, - твой сын никогда не делал этого, поэтому им не удастся подставить твоего сына!

- Хорошо, отец верит тебе, - Чэн Яй похлопал Чэн Мохуна по тыльной стороне руки.

Чэн Цинъянь, стоявшая на крыше, сильно удивилась, когда услышала эти слова. «Какая глубокая любовь между отцом и сыном! - саркастически ухмыльнулась она, - у Чэн Яя, старой лисы, за столько лет есть только один сын - Чэн Мохун. Чтобы должность главы семьи не попала в другие руки, он, конечно, должен сохранить непоколебимым статус единственного законного сына. Перед кем ты выставляешь напоказ своё старое лицо? Даже своего родного сына обманываешь! И да, я хочу посмотреть, как ты сможешь стоять прямо и не бояться косых теней, когда я здесь!»

Чэн Цинъянь не стала задерживаться на долго. Ведь чтобы склонить «тень» Чэн Мохуна, ей придётся лично пойти к семье Чёрного воина.

_______________________________________

[1] Китайская поговорка, означающая, что порядочный человек не боится клеветы.

Чэн Цинъянь встала и направилась в сторону бокового двора, пропустив не менее интересную часть представления.

Госпожа Юань спешила в главный зал семьи Зелёного дракона. В последние несколько дней она только и делала, что утешала Чэн Цянь, лицо которой было обезображено, отчего девушка не могла выходить на улицу. Так же госпожа Юань руководила поисками мастера Чжао Суна. В общем, она была так занята, что крутилась, как безголовая муха.

Входя в двери, госпожа Юань столкнулась с наложницей Лю, которая возвращалась в «Сад орхидей». Госпожа Юань и так была на взводе из-за вечно шумящей из-за своего лица Чэн Цянь, но ей просто некуда было выплеснуть свой гнев, а тут наложница Лю случайно наткнулась на неё.

- У тебя нет глаз? Разве ты не видела, что госпожа идёт? - госпожа Юань была очень зла. Неужели никто в семье Зелёного дракона не воспринимал её, главную жену, всерьёз?

- Старшая сестра, мне очень жаль! Младшая сестра в последнее время занята делами Цин’эр, поэтому моё сознание немного смутное, - зная, что Чэн Яй и двое старейшин всё ещё находились в главном зале, наложнице Лю хватило терпения извиниться.

Возможно, всё бы обошлось, если бы она не упомянула об этом деле, но наложница Лю сказала, чем разозлила госпожу Юань ещё больше.

- Наложница Лю! - закричала она, - У тебя ещё хватает наглости говорить об этом! Разве это не из-за тебя и маленькой пи*** Чэн Цин? Из-за конкуренции за титул главной жены наследного принца, она обезобразила лицо Цянь’эр. Поэтому его высочество не видел Цянь’эр, хотя уже несколько раз искал её.

Наложница Лю прожила в семье Зелёного дракона уже столько лет, но никогда не слышала, чтобы госпожа Юань так откровенно ругалась. Обычно, даже если главная жена сильно злилась, она старалась притворяться нежной и добродетельной перед всеми. Возможно, из-за целого ряда событий, произошедших за последнее время, каким бы стойким не был её разум, он всё же оказался поглощен гневом. Но подобное поведение главной жены способствовало разрушению её имиджа перед главой и старейшинами семьи, что так же благоприятно для наложницы Лю.

- Старшая сестра, разве лицо Цин’эр тоже не обезображено? - она решила подлить масла в огонь, - Цин’эр не знала, что в шпильке из горного хрусталя находится ядовиты порошок. Как ты можешь возлагать всю вину на Цин’эр?

Лёгкие госпожи Юань были готовы взорваться, когда она услышала это.

- Наложница Лю! - просто взревела главная жена, - тогда чья это вина? Если бы вы, две шлюхи, намеренно не пытались навредить Цянь’эр, тогда бы не случилось, что вы «не украли курицу, но потеряли рис»[1]! На кого еще вы хотите возложить вину? Быть может на ничтожество Чэн Цинъянь?

Как бы то ни было, госпожа Юань обладала силой второго уровня. Этот рёв, смешанный с её духовной духовной силой, отнюдь не являлся тем, что могла выдержать наложница Лю, находящаяся лишь на первом уровне. Такой взрыв силы не только заставил наложницу Лю отлететь в сторону и выплюнуть полный рот крови, но и привлёк внимание четырёх человек в зале.

- Что происходит?! Что за шум у входа в главный зал? - в присутствии двух старейшин Чэн Яй не осмелился открыто защищать госпожу Юань.

Чэн Мохун, старший сын семьи Зелёного дракона, как и Чэн Цянь, был родным ребёнком госпожи Юань. Когда сын увидел свою мать в таком состоянии, он, естественно, забеспокоился.

- Мама, с тобой всё в порядке? Хочешь, чтобы сын помог тебе вернуться в «Сад роз», чтобы отдохнуть? - он предложил это намеренно, чтобы спасти ситуацию.

Госпожа Юань не ответила на вопросы Чэн Мохуна, вместо этого она впёрлась взглядом в Чэн Яя.

- Глава, - очень настойчивым тоном заговорила главная жена, - что с лицом Цянь’эр? Когда прибудет мастер Чжао Сун? Его высочество наследный принц искал Цянь’эр уже несколько раз. Если Цянь’эр продолжит оставаться дома и не сможет выйти, боюсь, её положение как главной жены наследного принца пошатнётся!

Госпожа Юань знала, что это была слабость Чэн Яй, поэтому она намеренно подняла вопрос о статусе Чэн Цянь, как главной жены наследного принца. Чэн Яй определённо приумножит свои усилия по поиску мастера Чжао Суна ради его любимой дочери и брачных отношений между семьями Зелёного дракона и императорской.

- Не беспокойся, ваш глава ищет следы мастера Чжао Суна по всем четырём странам. Я верю, что результаты будут совсем скоро. Сначала вернись и отдохни, - попытался успокоить жену Чэн Яй, после чего обратился уже к сыну, - Мохун, помоги своей матери вернуться в «Сад роз», чтобы отдохнуть. Мы поговорим о твоих делах позже, когда найдём мастера формаций.

_________________________________________

[1] Китайская пословица. Русский аналог: За двумя зайцами погонишься - ни одного не поймаешь.

- Да, отец, - кивнул Чэн Мохун и помог госпоже Юань уйти.

Чэн Яй лишь мельком взглянул на наложницу Лю, которая после атаки духовной силы главной жены ещё продолжала лежать на земле без сознания.

- Кто-нибудь, отправьте наложницу Лю обратно в «Сад орхидей»! - распорядился он.

Его совершенно не волновало, что женщина пострадала из-за госпожи Юань, применившей против неё духовную силу. Такое отношение ещё сильнее разозлило наложницу Лю, а так же способствовало перестановкам в семье Зелёного дракона в ближайшем будущем.

Фактически, наложница Лю вовсе не теряла сознание. Она хотела проверить, действительно ли Чэн Яй заботится о ней. Если ему нет никакого дела до неё и Чэн Цин, то наложница Лю стала бы мстить более жестоко.

На самом деле, эта женщина была очень амбициозной. Чтобы занять лидирующую позицию в семье Зелёного дракона в будущем, она завела немало тайных друзей и наладила многочисленные тесные контакты как с лидерами побочных ветвей, так и с влиятельными представителями главной ветви семьи Зелёного дракона. Однако, что может сделать женщина, живущая на заднем дворе? Её капитал для дружбы с этими людьми - не что иное, как внешность и тело.

В сердце наложницы Лю всё сильнее и сильнее разрасталась ненависть к Чэн Яю. Она ненавидела мужа за то, что он не проявлял к ней любви в течении многих лет. Ненавидела за то, что он полностью игнорировал свою родную дочь Чэн Цин. Ненавидела за то, что он заботился только об госпоже Юань, Чэн Цянь и Чэн Мохуне.

После того, как глава приказал отправить наложницу Лю обратно в «Сад орхидей», она сразу же открыла глаза, в которых отражался весь её гнев.

- Чэн Яй, раз ты настолько бессердечен, то не вини меня за несправедливость в конце! - горько произнесла наложница Лю, - согласно семейным правилам, оставленным предкам семьи Зелёного дракона, если потомок главной ветви дважды совершит преступление, он будет наказан отправкой в дремучий лес на Чёрных горах на десять дней для практики, а потомок побочной ветви будет изгнан из семьи. Так же, если потомок совершит кражу из павильона сокровищ, то, независимо от того, из главной он ветви или побочной, он или она будут изгнаны из семьи без права вернуться когда-либо. Чэн Яй, твой хороший сын Чэн Мохун подходит под оба! Посмотрим, что ты сделаешь.

Правильно, наложница Лю в главном зале предложила искать вора в семье Зелёного дракона только для того, чтобы дать Чэн Яю пощёчину на глазах у всех. Все доказательства указывают на Чэн Мохуна, а Чэн Яй хочет одновременно быть и хорошим отцом, и хорошим главой семьи.

После прибытия мастера формаций всё прояснится, и у Чэн Яя возникнет проблема: если он не изгонит Чэн Мохуна из дома, то ему будет трудно объясниться с членами семьи Зелёного дракона; но если изгнать Чэн Мохуна, то у него опять же появятся проблемы. Если Чэн Яй не сумеет завести ещё одного сына, то его положение главы семьи может попасть в другие руки. С такими неприятностями Чэн Яй никогда не пожелает столкнуться.

Чэн Циньянь не знала, что наложница Лю так сильно хотела помочь ей расквитаться с этими людьми из семьи Зелёного дракона, потому что она была очень занята.

«Что мне делать? Если они найдут мастера формаций, не буду ли я разоблачена? Но где семья Чёрного воина? Почему я всё ещё не могу найти её, хотя ищу уже так долго? Она тоже скрыта формацией?» - размышляла Чэн Цинъянь, бродя по северному району имперской столицы Божественного клёна. Она уже несколько раз обошла всё вокруг, но так и не смогла найти особняк семьи Чёрного воина.

«Семья мастеров формаций? Они заработали состояние на продаже своих формаций? Может, следует поискать в южном районе?» - вела внутренней монолог девушка, продолжая свои поиски.

Общая планировка имперской столицы Божественного клёна была такова, что в северном и южном районах проживали богатые семьи, а в восточном и западном - бедные. В самом центре же располагался императорский дворец. Это обычный природный менталитет людей императорской семьи. Они уверены, что должны находится в центре, а весь мир обязан вращаться вокруг них.

Чэн Цинъянь направилась в южный район, но после долгих поисков ей всё ещё не удалось найти семьи Чёрного воина. Она не могла не почувствовать себя немного подавленной.

- Как же бесит! - в сердцах выпалила девушка, - где семья по фамилии Най?

- Янь’эр? - серебристо-белый экипаж остановился, проезжая мимо Чэн Цинъянь.

Обернувшись, Чэн Цинъянь увидела двух серебристо-белых лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, с хрустальным рогом на лбу. Их голубые глаза были похожи на огромный океан и прямо пленили взгляд. Позади лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, стоял экипаж, со всех сторон обвешанный белоснежным шёлковым занавесом, покрытым ледяными небесными самоцветами.

Из экипажа вышел мужчина в серебристо-белом парчовом халате. Он приподнял шёлковый занавес, покрытый ледяными небесными самоцветами, белой, словно нефрит или корни лука, рукой, а вторую заложил за спину. Он стоял в экипаже, не говоря ни слова, а вокруг стало так тихо, словно никого не было. Исходящая от него аура была настолько подавляющей и пугающей, будто сам Бог войны спустился с Небес. Его обсидиановые глаза пристально смотрели на черную фигуру перед экипажем так, словно он заметил несравненное сокровище.

- Янь’эр, я такой красивый? Тогда подойди сюда, я позволю тебе увидеть ещё больше! Хорошо? - мужчина увидел, что другой человек тупо пялится на него, и уголки его губ приподнялись. Он почувствовал себя очень довольным.

- Вот ещё! Кто на тебя смотрит? Я разглядывала этих двух лошадей! - не могла же Чэн Цинъянь признаться, что обратила внимание на этот его внешний вид, от которого у неё едва не потекли слюни. Да, ни за что!

Но мужчину совершенно не волновало двуличие Чэн Цинъянь. Возможно, она действительно ему так сильно нравилась!

- Хорошо, в таком случае, сначала ты зайдёшь. Если у тебя есть какое-то дело, мы неторопливо это обсудим, - мужчина спрыгнул с экипажа и, не смотря на несогласие Чэн Цинъянь, подхватил её не руки.

- Ты! Поставь меня! - заверещала девушка и ударила его в плечо, пытаясь вырваться. Но это все еще был вопрос силы, поэтому Цзюньлинь Цзюцин отнес Чэн Цинъяня в карету.

Люди на улице, ставшие случайными свидетелями сего действия, один за другим протирали глаза, полагая, что открыли их сегодня как-то не так. Они просто не могли поверить в то, что его высочество принц Суй, безжалостный и жестокий убийца, сейчас смеялся и даже позволил кому-то сесть в его экипаж, запряжённый лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса. Более того, он нёс на руках мужчину!

Почтенные предки! Его высочество принц Суй абсолютно не такой человек! Их глаза, должно быть, только что были ослеплены, и теперь видели неправильно. Должно быть, так оно и есть! К счастью, Чэн Цинъянь надела маску, когда выходила, иначе слова: «Его высочество принц Суй, девятый верховный Бог, имеет близкие отношения с ничтожной уродливой девушкой, старшей дочерью главной жены семьи Чэн,» - распространились бы по империи Божественного клёна и всему континенту Опускающихся туч со скоростью света.

Сидя в экипаже, в котором мечтала оказаться каждая женщина континента Опускающихся туч, Чэн Цинъянь полностью игнорировала Цзюньлинь Цзюцина, но он продолжал настойчиво предлагать девушке разнообразные выпечку и чай, имеющиеся в его экипаже.

- Подожди! - когда Цзюньлинь Цзюцин собрался продолжить разговор, Чэн Цинъянь решила спросить у этого, казалось бы, благородного человека, не знает ли он, где находится семья Чёрного воина, - старый извращенец, ответь на один вопрос.

- Я не старый извращенец, меня зовут Цзюньлинь Цзюцин. Ты можешь называть меня: «дорогой», или «Цзюцзю», или «муж» - всё сгодится, - наклонившись к Чэн Цинъянь, сказал он соблазнительным голосом.

Лицо девушки под маской покраснело, она поспешно оттолкнула неприлично красивого человека, склонившегося над ней.

- Давай поговорим о деле! - потребовала Чэн Цинъянь.

- Тогда как ты собираешься меня называть? - игриво спросил мужчина.

- Цзюньлинь Цзюцин.

- Нет, если ты не назовёшь меня красиво, то я не отвечу на твой вопрос! - изобразил обиду Цзюньлинь Цзюцин.

- Ты! - фыркнула Чэн Цинъянь, - если мне не скажешь ты, думаешь я не смогу спросить кого-нибудь другого? По-твоему, я совсем глупая?

- Хорошо, что ты хочешь спросить? - мужчина потерпел полное поражение.

- Где находится поместье семьи Чёрного воина? Я обыскала северный и южный районы, но не сумела его найти.

- Зачем ты ищешь семью Чёрного воина? - нахмурился Цзюньлинь Цзюцин.

- Я обокрала павильон сокровищ семьи Зелёного дракона и оставила там отпечаток обуви Чэн Мохуна, чтобы подставить его. В результате, сейчас Чэн Яй ищет мастера формаций, чтобы, используя этот отпечаток обуви, тот сумел воспроизвести все события кражи. Семья Чёрного воина тоже является семьёй мастеров формаций, поэтому, естественно, мне нужно их найти, - без каких-либо эмоций объяснила Чэн Цинъянь, небрежно взяла со стола кусочек чайного печенья и положила его в рот.

- Эм… занятно, - Цзюньлинь Цзюцин не был многословен, выслушав её.

- Так ты скажешь, где семья Чёрного воина? - бросила на него недовольный взгляд девушка.

Вместо ответа мужчина обратился к стражнику, который управлял экипажем.

- Цзы Мо, возвращайся во дворец Суй! - приказал Цзюньлинь Цзюцин.

- Цзюньлинь Цзюцин, что ты делаешь? Зачем возвращаться во дворец Суй? Мне нужно в поместье семьи Чёрного воина. Вы что соседи с семьёй Чёрного воина? - не поняла Чэн Цинъянь.

Если бы кто-то другой задал ему так много вопросов, он бы уже умер тысячу восемьсот раз, но только не эта девушка.

- Янь’эр, узнаешь, когда приедем туда. Не волнуйся, я рядом. Неважно, какой силой обладает семья Зелёного дракона, я не позволю им прикоснуться к тебе, - пообещал он.

Чэн Цинъянь была сбита с толку внезапными словами Цзюньлинь Цзюцина. Что это значило? Это... это признание? «Я не позволю им прикоснуться к тебе,» - Чэн Цинъянь никогда прежде не сталкивалась с этим. Даже в своей предыдущей жизни они с Линь Чэньцзе проводили бóльшую часть своего времени на миссиях, и им было не до сладких слов или чего-то ещё.

- Э… я тебе верю, - несколько скованно ответила девушка.

Цзюньлинь Цзюцин посмотрел на неё и слегка изогнул уголок рта, но Чэн Цинъянь сумела это заметить, что сильно потрясло её: «О, Боже мой! Как только такой человек может существовать в мире?! Он и без улыбки великолепен, а с улыбкой - просто неотразим! Это вообще человек?!»

- Господин, мы на месте! - сообщил Цзы Мо.

Лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, очень быстрая, а её скорость - одна из лучших среди демонических зверей типа ветра на континенте Опускающихся туч.

Сообщив о прибытии в место назначения, Цзы Мо остановил экипаж.

Цзюньлинь Цзюцин спрыгнул на землю и протянул свою стройную белую руку Чэн Цинъянь, которая только выходила из экипажа. Девушка на мгновение была ошеломлена, но быстро пришла в себя.

- Я могу идти сама, - спрыгнув вниз, фыркнула она.

Цзюньлинь Цзюцин улыбнулся, лишая Чэн Цинъянь способности сопротивляться, взял её за руку и повёл к дому. Когда слуги дворца Суй снова увидели «мужчину» Чэн Цинъянь, они почувствовали себя немного привычными. У многих даже возникло довольно странное ощущение, что «он» - хозяйка в этом доме.

- Цзюньлинь Цзюцин, ты же скажешь способ? - вырвав свою руку из его хватки, спросила Чэн Цинъянь, когда они подошли к спальне Цзюньлинь Цзюцина.

- Способы есть, однако потребуется одна вещь, - задумчиво ответил мужчина, потирая подбородок.

- Так открой рот и скажи, сколько нужно денег? Только и нужно, чтобы у меня столько было, - это снова было похоже на её привычный стиль ведения переговоров о сделке. Невозможно изменить того, что в своей прошлой жизни Чэн Цинъянь возглавляла «Красноглазых».

- Одна штука у тебя безусловно есть, и это бесплатно, - Цзюньлинь Цзюцин бессовестно заманивал девушку спрыгнуть в его ловушку.

- Говори!

- Поцелуй меня один раз.

- Ты хочешь умереть? - Чэн Цинъянь использовала взгляд полной идиотки, когда подняла глаза на лицо Цзюньлинь Цзюцина, выражающее ожидание.

- Что необходимо? Всего один раз поцелую тебя и сразу всё расскажу, - Цзюньлинь Цзюцин приблизился к девушке, как ребёнок, требующий конфету.

- Я в состоянии спросить других. Если ты не хочешь говорить, на этом и закончим! - Чэн Цинъянь оттолкнула мужчину, лицо которого оказалось слишком близко.

- Хорошо, - результат остался прежним: Цзюньлинь Цзюцин оказался полностью побеждён, - на самом деле я - мастер формаций вне семьи Чёрного воина. Как тебе? Удивлена?

- Ну, удивлена, - голос девушки звучал совершенно равнодушно, - тогда как ты мне поможешь?

- Это твоё удивление? - разочарованно уточнил Цзюньлинь Цзюцин.

- Время поджимает, жалко сказать - не говори! - Чэн Цинъянь уже немного поняла ход мыслей этого человека. Если просить его рассказать, то он придумает массу отговорок, а если не позволить ему говорить, то он упрямо на всё ответит.

- Хм, я могу определить некоторые точки, используемые для установки формации, а затем изменить их память. В таком случае другие матера формаций увидят одни и те же подлинные события, которые, на самом деле, будут отличаться от реальной ситуации, - объяснил свою идею Цзюньлинь Цзюцин.

- А это смогут обнаружить?

- Если маг формаций окажется выше меня уровнем, он сумеет это заметить. Но мастера формаций моего уровня, как правило, не в состоянии обнаружить мои формации.

- Что же говорить тогда об особых обстоятельствах? - всё ещё сомневалась Чэн Цинъянь.

- Давай действовать постепенно. В целом есть несколько мастеров формаций, которые выше меня уровнем, и большинство из них - это старейшины семьи Чёрного воина.

- Ты такой могущественный? - потрясённо выдохнула Чэн Цинъянь.

Цзюньлинь Цзюцин, получив первую похвалу от этой девушки, распушил хвост, словно павлин.

- Разумеется, - сейчас он чувствовал гордость впервые с момента своего рождения.

Павильон сокровищ семьи Зелёного дракона снова подвергся незаконному проникновению…

Поскольку в настоящее время все были заняты поисками вора и мастера формаций, а старейшина Ван и старейшина Ли разыскивали пропавшие книгу и камень, на охране павильона сокровищ осталась всего дюжина стражников. Все они достигли только четвёртого уровня, поэтому Чэн Цинъянь совершенно не беспокоилась о том, что их кто-то обнаружит.

Она попросила Маомао и Мо Лоша остаться у входа в павильон и незамедлительно сообщать ей обо всём необычном, а сама, вместе с Цзюньлинь Цзюцином, зашла внутрь.

Достигнув верхнего этажа, Чэн Цинъянь подошла к юго-западной стене, опустила на неё ладонь и использовала духовную силу с элементалем пространства. В мгновение ока они переместились в тёмный коридор, ведущий к слабо освещённой комнате.

- Как ты узнала, что там есть пространственная дверь? - Цзюньлинь Цзюцин был одет в чёрное, и его вообще не было бы видно в темноте, если бы не пара глубоких бездонных глаз.

- В прошлый раз, когда я сюда приходила, чем ближе я подходила к юго-западной стене, тем сильнее реагировал духовный корень элементаля пространства, поэтому я случайно нашла эту тайное место, - Чэн Цинъянь уверенно прошла дальше и вскоре оказалась в комнате, освещенной одним масляным бумажным фонарём.

- Кажется, это место существует уже давно, а фонарь и эти предметы до сих пор неразрушимы. Должно быть, существует вечная сила, поддерживающая их, - осмотревшись, заключил Цзюньлинь Цзюцин.

Он проштудировал все книги в королевской библиотеке империи Божественного клёна, потому его понимание многих вещей и истории было в несколько раз выше, чем у обычных людей.

- Вечная сила? Что это? - заинтересовалась Чэн Цинъянь.

- Это особый вид духовной силы. Она принадлежит к элементальной духовной силе времени. Кажется, она очень высокого уровня. Я не знаю подробностей.

- Элементаль времени? Он такой же, как элементаль пространства? - Чэн Цинъянь была похожа на любопытного ребёнка, продолжая расспрашивать Цзюньлинь Цзюцина.

- Они такие же, как и духовный элементаль звука. Все они особые, иные элементали. У меня тоже иной элементальный духовный корень. Я расскажу тебе больше, когда будет время. Теперь давайте посмотрим на отпечаток обуви, - Цзюньлинь Цзюцин напомнил девушке, которая сосредоточилась на обсуждении иных элементалей, причину их визита в это места.

- Верно, там, под фонарём. Это след, который я оставила обувью Чэн Мохуна, - Чэн Цинъянь указала на грязь в форме отпечатка подошвы сапога.

- Хорошо, сначала отойди в сторону, я построю формацию, - Цзюньлинь Цзюцин влил духовную энергию в кончики пальцев, обмакнул их в грязь и начал рисовать много кругов и слов вокруг отпечатка сапога. Но Чэн Цинъянь не смогла ничего понять.

- Расставляешь формацию? Почему ты похож на монаха? - Чэн Цинъянь знала, что не следует беспокоить его, но всё ещё стоя в стороне и наблюдая, как постепенно складывается совершенно непонятное формирование, не смогла промолчать.

Если бы мастера формаций услышали это, то они бы обязательно преподали этой девушке урок.

После того, как формация была начертана, Цзюньлинь Цзюцин встал, вытер грязь с рук носовым платком, а затем влил духовную силу в удалённую и наружную стороны формации. После двух вдохов формация не пришла в действие. Чэн Цинъянь только-только собиралась спросить, как вся формация закрутилась и поднялась, излучая ослепительно-яркий белый свет.

К счастью, в этом месте не было окон, иначе такой яркий свет сразу бы был замечен.

После того, как свет погас, Цзюньлинь Цзюцин сразу же опустил руки.

- С тобой всё в порядке? - спросила Чэн Цинъянь, быстро подбежав к нему и схватив за руку.

На самом деле, для расстановки этой формации не требовалось расходовать духовную энергию, просто это заняло много времени. Но увидев, что девушка переживает за него, он почувствовал себя довольным.

- Отлично, формация установлена, - объявил Цзюньлинь Цзюцин, - идём. Вероятно, уже завтра кто-нибудь придёт расследовать.

- Откуда ты знаешь? - Чэн Цинъянь уставилась на него своими яркими глазами, пробуждая в нём желание дразнить её ещё больше.

- Завтра узнаешь, - сказав это, мужчина направился к выходу.

- Эй, о чём ты говоришь? Разве есть разница: скажешь ты это раньше или позже? Просто расскажи мне, - сгорая от любопытства, Чэн Цинъянь бросилась за ним следом.

- Завтра, - не в силах перестать дразнить её, ответил Цзюньлинь Цзюцин, - я расскажу тебе всё завтра. А теперь возвращайся в постель и хорошенько отдохни, чтобы завтра посмотреть занимательное представление.

Вернувшись в боковой двор, Чэн Цинъянь посмотрела на крышу и обняла пушистого Маомао.

- Мастер формаций, формации. Есть ли еще какие-нибудь странные вещи в этом мире? Кажется, после того, как дело Чэн Мохуна закончится, придётся подробнее изучить книгу в моём море сознания, - задумчиво пробормотало она.

На следующий день, и правда, всем вновь было велено собраться в главном зале семьи Зелёного дракона.

Представители главной и побочных ветвей, присутствующие в прошлый раз, послушно пришли и сейчас. Старейшина Ван, старейшина Ли и Чэн Яй, как и раньше, сидели на возвышении, но теперь рядом с ними находился старик старше пятидесяти лет. Его волосы были светлые, словно покрытые инеем. Своими треугольными глазами он разглядывал собравшихся внизу людей, а его руки время от времени поглаживали его длинную белую бороду.

- Тихо! Сегодня мы пригласили мастера Цинь Аня, хорошо известного в далёкой империи Божественной степи, чтобы раскрыть нам тайну ограбления павильона сокровищ, - голос Чэн Яя, наполненный духовной силой, разнёсся по всему залу. Все быстро успокоились, и он повернулся к старику, - мастер Цинь Ань, простите, что пришлось побеспокоить вас, прошу.

Глава повёл старика на запретную территорию, и все последовали за ними. Но поскольку никому не позволялось туда заходить, только старейшина Ван, старейшина Ли и Чэн Яй сопровождали мастера Цинь Аня далее.

Как только они ушли, люди, стопившиеся за пределами запретной территории, принялись интенсивно обсуждать результат расследования. Чэн Цинъянь не стала тратить слова впустую, она просто устроилась в неприметном месте и стала ждать предстоящего представления.

В павильоне сокровищ старейшина Ли использовал кусок пространственного нефрита, чтобы открыть пространственную дверь в юго-западной стене. Ни у кого из этих четверых не было элементальных духовных корней пространства, поэтому открыть эту дверь они могли только с помощью пространственного ключа, оставленного предками семьи.

- И для такой примитивной вещи потребовалось приглашать великого мастера? - обойдя отпечаток обуви и осмотрев его, усмехнулся старик, - ладно, ради сохранения репутации вашей семьи Зелёного дракона, я сразу помогу вам.

Услышав это, двое старейшин и Чэн Яй ничего не смогли сказать. В конце концов, они приложили так много усилий, чтобы найти матера формаций за пределами семьи Чёрного воина.

Мастер Цинь Ань руками сгустил печать и наложил её на отпечаток обуви. Затем, кончиком пальца, он начал непрерывно перемещать отметку времени, выгравированную на печати, чтобы заглянуть в память отпечатка обуви. Замелькало множество тонких белых линий, которые постепенно начали собираться в изображение. Когда это изображение было примерно сформировано, мастер Цинь Ань влил в формацию свою духовную силу, чтобы получилась чёткая картина прошедшего события.

Перед четырьмя людьми возникли ясные сцены прошедшего ограбления, и главным действующим лицом являлся никто иной, как Чэн Мохун, одетый в чёрный парчовый халат.

Когда четыре человека снова появились перед ожидающей толпой, лица главы и двух старейшин были мрачными. Увидев это, Чэн Цинъянь обрадовалась в своём сердце и даже похвалила Цзюньлинь Цзюцина.

- Пригласите сюда старшего молодого господина Чэн! - приказал Чэн Яй глубоким голосом, когда они все вернулись в главный зал семьи Зелёного дракона.

Несмотря на то, что его лёгкие были готовы взорваться от гнева, ему всё ещё предстояло продемонстрировать свою решимость, чтобы другие не подумали, что глава семьи ни на что не годится.

Стражники действовали очень быстро. Как только Чэн Мохун вошёл в зал, он сразу опустился на колени.

- Отец, старейшины, - поприветствовал первых лиц семьи старший молодой господин.

- Поднимись, - нахмурился Чэн Яй.

Чэн Яй и старейшина Ли обладали спокойными характерами, но вот старейшина Ван был их полной противоположностью. Всю обратную дорогу старейшина Ли пытался его успокоить. Однако, прямой наследник семьи Зелёного дракона фактически украл сокровище, оставленное его предками. Более того, он не в первый раз нарушал семейные правила и всегда отказывался признать свою вину. Как мог старейшина Ван вынести подобное?

- Чэн Мохун! - сердито заговорил он, - будь благодарен, что ты всё ещё являешься наследником главы и старшим сыном семьи Зелёного дракона. Ты дважды обокрал свою собственную семью, но до сих пор сопротивляешься и отказываешься признать это! Какого хорошего сына ты вырастил, Чэн Яй!

Чэн Яя отругали без всякой причины, и он пребывал в ужасном настроении. Однако, поскольку присутствовали двое старейшин, было неуместно принимать решение в одиночку.

- Старейшина Ли, что вы думаете? - поинтересовался мнением старшего глава семьи.

- Всё очень просто, - отозвался старейшина, - семейные правила гласят: если потомок совершит кражу из павильона сокровищ, то, независимо от того, из главной он ветви или побочной, он или она будут изгнаны из семьи без права вернуться когда-либо.

- Старейшина Ли, старейшина Ван, отец! - услышав это, начал умолять Чэн Мохун, - я действительно ничего не крал! Прошу, поверьте мне!

Госпожа Юань также поспешила выйти вперёд.

- Глава, старейшины! - запричитала женщина, - Хун’эр определённо не такой человек! Глава, ты же прекрасно знаешь! Как Хун’эр может быть вором?

- Хм, мастер Цинь Ань использовал формацию и восстановил события той ночи, - холодно фыркнул старейшина Ван, - это Чэн Мохун ограбил павильон сокровищ!

- Вы можете проверить это ещё раз? Должно быть, это какая-то ошибка! - госпожа Юань безрассудно пеклась о своём сыне, и её совершенно не волновало, обидит ли она кого-либо своими словами.

Говорящий без намерения, но слушатель сознателен.

- Госпожа, вы сомневаетесь в навыках построения формаций этого мастера? - тон Цинь Аня был очень сердитым.

- А? Нет-нет! Мастер Цинь Ань, я просто… просто… - госпожа Юань была так обеспокоена, потому не нашлась, что сказать.

- Хм? «Просто,» - что? Поскольку здесь не верят Цинь, Цинь больше не останется! - Цинь Ан встряхнул рукавами и собирался уйти, но его остановил старейшина Ван.

- Мастер Цинь Ань, - учтиво заговорил он, - эти женщины ничего не понимают. Пожалуйста, простите! - после он повернулся в зал и отдал приказ, - Чэн Мохуна, который неоднократно нарушил семейные правила, изгнать из дома и исключить из генеалогического древа! Он никогда не вернется!

- Нет! Отец, помоги мне! Я действительно ничего не крал! - истерично закричал Чэн Мохун, когда двое стражников потащили его из зала.

- Глава! Глава! Хун’эр, определённо, не такой человек! Не удаляйте его из генеалогического древа! - плача, умоляла госпожа Юань.

Чэн Яй обратил внимание на то, что сейчас, перед публикой, эта женщина вела себя совершенно неподобающе для главной жены. Почти сразу слуги увели госпожу в «Сад роз», чтобы она посидела за закрытыми дверьми и подумала о своих ошибках.

Такое развитие событи полностью входило в планы Чэн Цинъянь, и она осталась очень довольна. Никем не замеченная, девушка тихо вернулась в боковой двор.

А Чэн Яй, который только что сильно пострадал, даже не успел прийти в себя. Он совершенно не ожидал, что это только начало.

Чэн Цинъянь едва успела сесть, вернувшись в свой двор, и прежде чем она сделала глоток воды, снаружи раздался крик.

- Чэн Цинъянь! Дрянь! Быстро выходи, шлюха! - это был голос Чэн Цянь.

«Почему она пришла? Её лицо исцелилось?» - немного удивилась Чэн Цинъянь. Но едва девушка открыла дверь, как в неё прилетела скалка, что очень расстроило Чэн Цинъянь, поэтому она встретила этих людей.

- Чэн Цинъянь, никчёмный ты человек, ты наконец-то вышла! Эта молодая леди думала, ты будешь прятаться в своем убогом месте, словно грязная черепаха, всю свою жизнь! - Чэн Цянь носила вуаль, чтобы спрятать своё обезображенное лицо, но она видела, что Чэн Цинъянь вертела в руках скалку. Она решила, что это ничтожество увернулась только благодаря своей удаче.

- В таком случае, молодая леди грязная черепаха Чэн, с таким лицом вам лучше убраться отсюда в хорошее место, - похлопывая скалкой по ладони, усмехнулась Чэн Цинъянь.

Чэн Цянь и сопровождающие её служанки разозлились от насмешливых слов Чэн Цинъянь и её саркастического взгляда.

- Молодая леди, этот отброс посмел так разговаривать с вами. Мы обязаны как следует проучить её! - предложила одна служанка. Какие могут быть последствия, если другая сторона - ничтожество?

Эта горничная выглядела знакомой. Разве она не Шэнь Хау?

- Правильно, преподай урок этой дряни. Ты, иди! - согласилась Чэн Цянь и указала на Шань Хуа.

Похоже, Чэн Цянь до сих пор не знала, что её брата изгнали из семьи, а госпожу Юань посадили под замок, поэтому у неё ещё было желание создать себе неприятности. «Что же, тогда я помогу: пусть у всей семьи будет "хорошее настроение",» - ухмыльнулась Чэн Цинъянь.

Шэнь Хуа взяла метлу и хотела ударить ею Чэн Цинъянь, но Чэн Цинъянь отреагировала быстрее. Протянув руку, она лишь оттолкнула девушку. Однако, Шэнь Хуа, у которой было совсем немного духовной силы, и которая даже не достигла первого уровня, со свистом вылетела из бокового двора.

Увидев это, Чэн Цянь на мгновение была потрясена, но затем разозлилась ещё больше. Сжав зубы от гнева, она использовала элементаль огня и послала его в сторону Чэн Цинъянь.

Однако, для человека, достигшего пятого уровня, такого как Чэн Цинъянь, огненная атака второго уровня не представляла никакой угрозы. Небрежным взмахом руки девушка отбросила летящий в неё огненный шар.

- Чэн Цинъянь, сука! Я хочу уничтожить тебя! - взревела Чэн Цянь.

Она совершенно не ожидала, что этот отброс сумеет отразить её удар огненным элементалем, в который она вложила девяносто процентов своей духовной силы. Но это ничтожество просто махнула рукой, и даже не поранилась!

Чэн Цянь призвала своего контрактного демонического зверя, огненного льва, и начала яростную атаку на Чэн Цинъянь.

- Бушующее пламя, дикий огненный взрыв! Ради этой молодой леди взорви её! - стоя позади огненного льва, полностью охваченного пылающем пламенем, Чэн Цянь вливала в него свою духовную силу, чтобы активировать этот мощный приём.

Тем не менее, с силой второго уровня Чэн Цянь, даже если она примет пилюлю Увеличения духа, которая мгновенно повышает силу, сражаться с Чен Цинъянь, достигнувшей пятого уровня, по-прежнему бесполезно.

В тот момент, когда огненный шар устремился к Чэн Цинъянь, она повернула запястье, собирая элементали воды на кончиках пальцев. Сгустив их в небольшую стрелу, Чэн Цинъянь бросила её вперёд. Водная стрела пролетела прямо через центр огненного шара и устремилась в огненного льва.

Это вызвало к яростное движение элементалей воды в окрестности. Водная стрела пронзила бушующее пламя, покрывающее огненного льва, но ни самому демоническому зверю, ни выпущенному им огненному шару не было причинено никакого ущерба. Шар, состоящий из элементалей огня, по-прежнему оставался в воздухе, приближаясь к Чэн Цинъянь, а огненный лев всё ещё продолжал контролировать эту атаку. На них обоих водная стрела девушки никак не повлияла.

- Ха-ха-ха, ничтожество и есть ничтожество! - увидев это, рассмеялась Чэн Цянь, - и что твой духовный корень пробудился? Ты правда считаешь, что твои обычные элементали воды могут ранить или убить моего огненного льва, демонического зверя третьего уровня? Или ты думаешь, что сумеешь остановить дикий огненный взрыв? Ха! Ты выдаёшь желаемое за действительное!

- Разве атака, превосходящая по силе демонического зверя, не способна уничтожить его? - тихо спросила Чэн Цинъянь, с насмешкой глядя на раздувшуюся от гордости, словно павлин, девушку.

- Это всего лишь ты, - ещё больше развеселилась Чэн Цянь, - твоя духовная сила выше третьего уровня? Ха-ха, да, даже если твой духовный корень пробудился сразу после проверки способностей два года назад, невозможно достичь третьего уровня и, уж тем более, последующих за этот период времени. Нет, ты не смогла бы достичь и второго уровня.

- А разве не бывает исключений? - продолжила свои скрытые насмешки Чэн Цинъян, ни капли не расстроившись на саркастические слова девушки.

- Даже первому гению континента Опускающихся туч, его высочеству принцу Суй, Цзюньлинь Цзюцину, потребовалось почти два года, чтобы продвинуться на третий уровень! С твоими никчёмными способностями к совершенствованию, как такой отброс, как ты, смеет себя сравнивать с ним? - презрительно фыркнула Чэн Цянь.

- А? Цзюньлинь Цзюцин? Он - принц Суй? И к тому же он - первый гений континента Опускающихся туч? - спросила Чэн Цинъянь, округлив глаза, словно она была удивлена и завидовала.

- Верно! - если бы у Чэн Цянь был хвост, она бы сейчас задрала его к небу, - его высочество принц Суй ещё и самый красивый человек на континенте Опускающихся туч! Он - настоящее Божество!

- О, - выдохнула Чэн Цинъянь. Она была совершенно не согласна с этими словами.

Только теперь Чэн Цянь вспомнила, что она здесь для того, чтобы разобраться с Чэн Цинъянь, а не для того, чтобы обсуждать подобного Богу мужчину с этим ничтожеством. И почему она вообще разговаривала с этим уродливым отбросом? Кроме того, было довольно стыдно слышать имя его высочества принца Суй из уст этой дряни.

- Чэн Цинъянь, не меняй тему! - сурово предостерегла девушка, - и кто позволил тебе называть его высочество принца Суй по имени? Мечтаешь стать гением? Это невозможно, даже если ты перевоплотишься сотни раз! Сравнивая себя с его высочеством принцем Суй, ты не только несёшь полный бред, но и оскорбляешь его имя! Сегодня я добьюсь справедливости для его высочества принца Суй и проучу тебя!

- Подожди! - увидев, что Чэн Цянь снова собирается атаковать, Чэн Цинъянь подняла руку, останавливая её, - прежде чем мы сразимся, позволь мне закончить то, что я не сделала раньше, - попросила она.

- А? Ты хочешь написать предсмертную записку? - усмехнулась Чэн Цянь, - хорошо, в этот раз я позволю тебе! - она совершенно не боялась этого отброса.

Чэн Цинъянь улыбнулась и сжала в кулак поднятую правую руку. В одно мгновение огненный лев и шар пламени превратились в пыль, не издав при этом никакого звука.

Чэн Цянь и сопровождающие её служанки были ошеломлены. Полными недоверия глазами они сначала смотрели на то место, где только что находились демонический зверь третьего уровня и шар из огненных элементалей, а затем повернули головы к Чэн Цинъянь.

Видя замешательство на их лицах, Чэн Цинъянь осталась довольной, и уголки её губ приподнялись в лёгкой улыбке. Но в сочетании с её уродливым лицом, эта улыбка выглядела не мягкой и тёплой, а скорее - пугающей.

Чэн Цянь первой отошла от шока. Собрав вокруг себя элементали огня, она запустила огненный шар в Чэн Цинъянь своей духовной силой второго уровня.

- Чэн Цинъянь, я собираюсь убить тебя ради моего погибшего огненного льва и похоронить тебя вместе с ним! - яростно прокричала она.

Чэн Цинъянь с лёгкостью уничтожила и этот шар, но нападать на Чэн Цянь не стала, а только одарила покрасневшую от злости девушку очередной улыбкой.

- Владелец демонического зверя не пострадал от какой-то реакции, - насмешливо заметила она, - похоже, это был контракт между хозяином и слугой. Заключить контракт хозяина и слуги с демоническим зверем, уровень которого превышает силу человека… Кажется, его высочество наследный принц действительно заинтересован в тебе и очень серьёзно относится к своей будущей главной жене.

- Чэн Цинъянь, ты завидуешь? Твоя никчёмная шлюха-мать могла родить только ничтожество вроде тебя, ведь талант передаётся по наследству! Какая мать - такая и дочь! Что мать, что дочь - обе годятся лишь для забавы! - Чэн Цянь бесстрашно спровоцировала Чэн Цинъянь.

От этих слов лицо Чэн Цинъянь помрачнело, а её взгляд наполнился убийственным намерением.

- Чэн Цянь, у дракона есть обратная чешуя, и каждый, кто прикоснётся к ней, умрёт. Поскольку ты так жаждешь проститься с жизнью, я не против помочь тебе, - сказав это, она замолчала и закрыла глаза.

Но каждое произнесённое ею слово было похоже на проклятие Бога смерти, напугавшее всех, пришедших с Чэн Цянь, до такой степени, что их лица побледнели, а по их шеям пробежал холодок. Возникло ощущение, что они идут по самому краю глубокой бездны и непременно сорваться вниз, если будут неосторожны.

Увидев её такой, Чэн Цянь сначала испугалась, но после решила, что ей нечего бояться, ведь слова этой дряни были всего лишь словами.

- Хм! В конце концов отброс - это и есть отброс… - презрительно фыркнула она, показывая, что не испугалась.

Но прежде чем Чэн Цянь успела договорить, глаза Чэн Цинъянь внезапно открылись и их взгляд устремился прямо в зрачки девушки. От мощной атаки души сильная энергетическая волна разошлась во все стороны. Служанкам, сопровождавшим вторую молодую леди стало казаться, что они вот-вот задохнутся, а их лица посинели.

Энергетические колебания в пространстве оказались довольно значительными. Это не смогли не заметить многие влиятельные и сильные люди имперской столицы, поэтому их взгляды устремились к семье Зелёного дракона. Некоторые даже сразу приступили к действию: используя элементаль воздуха, напрямую направились в поместье семьи Зелёного дракона, чтобы всё разведать.

Чэн Цинъянь закрыла глаза, и её тело слегка пошатнулось. Он вернулась к своему обычному состоянию и снова взглянула на Чэн Цянь, рухнувшую на землю. Теперь по внешнему виду этой девушки было сложно сказать, что она являлась первой красавицей империи Божественного клёна. Семь отверстий[1] Чэн Цянь кровоточили, её лицо побелело, а конечности окоченели так, словно девушка уже долгое время являлась трупом. Но всё же она была жива. Чэн Цинъянь прекрасно осознавала, что всё ещё была слишком слаба, чтобы противостоять Чэн Яю открыто, потому сохранила жизнь этой девушке.

Когда ощущение удушья исчезло, служанки осторожно открыли глаза и начали аккуратно подниматься на ноги. Перед ними предстала довольно странная картина: Чэн Цянь лежала на земле неподвижно, а Чэн Цинъянь сидела в стороне, наслаждаясь чаем и отдыхая. Их сердца пребывали в смятении, и девушки не понимали, как отброс, над которым мог издеваться каждый, сумел одолеть Чэн Цянь, которая находилась на втором уровне силы и считалась лучшей среди своих сверстников? Однако, служанки больше не осмелились обижать Чэн Цинъянь. Они быстро подняли Чэн Цянь, которая выглядела ужасно, и поспешили покинуть боковой двор. Но едва девушки прошли через ворота, как за их спинами раздался голос, напугавший их на всю оставшуюся жизнь.

- То, что произошло сегодня… - Чэн Цинъянь собиралась предостеречь служанок.

- Я ничего не видела! Ничего не видела! - не сговариваясь, хором прокричали девушки прежде, чем Чэн Цинъянь успела договорить, - пожалуйста, не беспокойтесь, старшая молодая леди! Эта слуга просит позволения уйти, - договорив, они бросились бежать от бокового двора так, словно их преследовал призрак.

Ещё бы, ведь та мощная и яростная атака души, так жестоко применённая Чэн Цинъянь, стала для них настоящим кошмаром!

Верно, то, что Чэн Цинъянь применила для нападения на Чэн Цянь, было атакой души, которой её обучил Мо Лоша. Но поскольку данную технику девушка применяла впервые и ещё не освоила её достаточно хорошо, то область, подвергшаяся воздействию этой атаки, оказалась слишком обширной, из-за чего Чэн Цинъянь испытала некоторую обратную реакцию. Теперь её лицо выглядело несколько бледным.

«Мне необходимо больше практиковаться в будущем, - вздохнула Чэн Цинъянь, - я и не ожидала, что атака души окажется настолько мощной. Интересно, а когда моя духовная сила возрастёт в будущем, моя сила души тоже увеличится? Тогда, если я применю технику «Десятикратного увеличения атаки души», которая увеличит мою силу души вдвое, то моя атака души станет ещё могущественнее!» Размышляя, она направилась в комнату, чтобы отдохнуть.

Чэн Цинъянь ещё не знала, что из-за её неумелого контроля атаки души она уже привлекла немало внимания. Многие влиятельные люди в имперской столице, в том числе и находившиеся здесь тайно, намеревались посетить семью Зелёного дракона, чтобы найти источник той могущественной силы, всплеск которой они ощутили. Правда, никто даже не догадывался о том, что обладателем этой силы являлся презираемый всеми отброс.

____________________________________________

[1] Семь отверстий - понятие из китайской мифологии, подразумевает под собой два глаза, две ноздри, рот и два уха.

Пройдя во внутреннюю комнату, Чэн Цинъянь устроилась на диване, скрестив ноги, и отрегулировала своё дыхание. Её душа тут же вошла в пространство в её теле.

Чэн Цинъянь решила воспользоваться тем, что Чэн Цянь была ранена и определенно не станет беспокоить ее в течение длительного времени, чтобы изучить всё в этом пространстве в своём теле.

Завершив доскональное обследование всего пространства в теле, девушка уселась на дереве и обняла маленькую молочную собаку.

- Маомао, ты тоже думаешь, что это пространство слишком маленькое? - поинтересовалась она.

- Угу-у-у, - отозвался тот. «Маленькое, слишком маленькое!»

Если бы их услышали мастера, также обладающие элементалем пространства, но которые не имели своего пространства в теле, или же владели очень маленьким пространством, в котором едва помещались самые необходимые вещи, то их, определённо, вырвало бы тремя литрами крови.

Слишком маленькое? Такого огромного пространства в теле мало? Вам следовало бы знать, что просто иметь пространство в теле - это уже большая редкость! Не говоря уж о таком огромном количестве места для хранения вещей! И вообще, самое большое пространство в теле составляло всего десять квадратных метров. Пространство в теле Чэн Цинъянь и так слишком огромное, но она всё ещё хочет его расширить?!

- Интересно, существует ли какой-нибудь способ его увеличить? - спросила девушка, перебирая вьющуюся шерсть на голове демонического зверя.

Маомао хотел отмахнуться от этой надоедливой клешни, но, к сожалению, его лапы были слишком короткими, поэтому он мог только притворяться, что не знает, что его голова превратилась в куриное гнездо.

- Угу-у-у, угу-у-у, - предложил он. «Разве ты не получила старую книгу в прошлый раз? Посмотри, возможно, в ней что-то написано.

- Правильно! - согласилась Чэн Цинъянь, - раньше у меня не было возможности, чтобы прочитать её. Но сейчас самое подходящее время, чтобы учиться, - она закрыла глаза и погрузилась в своё море сознания.

Когда Маомао заметил это, он решил спрыгнуть с дерева, чтобы искупаться в пруду. Причиной же этому послужило то, что, погружаясь в этот пруд, он чувствовал себя невероятно легко и непринуждённо. К тому же, вода в этом пруду обладала способностью укреплять и увеличивать духовную силу, потому Маомао хотелось бы остаться в нём навсегда и никогда не выходить наружу. Но несчастный демонический зверь никак не мог вырваться из рук Чэн Цинъянь, как бы сильно он не пытался. Ему ничего не оставалось, кроме как ждать, пока девушка вернётся из моря сознания, завершив своё обучение.

А пока Маомао сокрушался о своей нелёгкой доле, Чэн Цинъянь приступила к изучению старой книги.

В её море сознания, прямо перед девушкой, возникла огромная страница книги. Едва Чэн Цинъянь успела её прочесть и запомнить содержимое, как страница сменилась следующей. И это повторялось снова и снова.

Сложно сказать, как долго это продолжалось, но всё это время Чэн Цинъянь стояла неподвижно, будто только вошла в своё море сознания. Однако, по мере того, как страницы книги сменяли друг друга, её глаза тоже изменялись.

Когда Чэн Цинъянь закончила с последней страницей, старая книга мгновенно превратилась в бесчисленное количество светящихся точек, которые начали собираться воедино между бровями девушки. Едва это световое пятно приблизилось, как Чэн Цинъянь рефлекторно закрыла глаза, и в её разуме тут же возникло множество разнообразных картин, соответствующих содержанию старой книги.

Покинув море сознания, девушка открыла глаза и, спрыгнув с дерева, принялась тщательно повторять всё, что появилось в её голове, а после разбудила Маомао, который успел уснуть от безысходности.

- Маомао! - радостно заговорила она, - я прочитала эту книгу только один раз, а потом она превратилась в светящиеся точки и исчезла. Но в моей голове всё равно осталось содержание этой книги, и я смогу прочитать это в будущем, когда захочу. Узнать то, что необходимо, в любое время и в любом месте!

Маомао, естественно, не был рад тому, что его разбудили, но когда он услышал, что его мастер не останавливается в своём развитии, демонический зверь всё равно оказался доволен.

- Угу-у-у, - ответил он. «Это прекрасно! Мастер, тебе повезло! Тогда давай я проверю тебя? Посмотрим, сумеешь ли ты ответить на мой вопрос?

- А, давай проверим! - с уверенностью согласилась Чэн Цинъянь. Ей и самой стало интересно.

Она уселась на землю, продолжая держать в руках маленькую молочную собаку.

- Угу-у-у? - «Что это за дерево?» Указав на дерево с белыми цветами, спросил Маомао.

- Ну, дерево называется Проясняющая прекрасная жемчужина. Изначально оно росло в другом месте, наиболее близком к высшему откровению - мире «Прекрасная жемчужина». Но затем это дерево подверглось наказанию Небес и было перемещено на пересечение Инь и Ян. Так называемое пересечение Инь и Ян - это конец вечной ночи и начало рассвета, поэтому его называют «Прояснение». Поэтому дерево получило название Проясняющая прекрасная жемчужина, - чем дольше Чэн Цинъянь думала об этом, тем больше недоумевала, - Маомао, что это за «Прекрасная жемчужина» и «Прояснение», а также «высшее откровение»? Кроме континента Опускающихся туч существуют другие, более высокие, миры? Почему дерево должно переносить наказание Небес? - она смотрела на демонического зверя, как любопытный ребёнок, желающий получить ответы.

Фиолетовый глаза Маомао также посмотрели на девушку.

- Угу-у-у, - тихо ответил он. «Я не знаю. С тех пор, как я оказался в пещере, где ты меня нашла, я ничего не помню.» А мысленно добавил: «Я даже не помню своё имя. Если бы я его помнил, я бы ни за что не согласился на имя Маомао, которое негативно влияет на боевую силу.»

- А? Ты говоришь, что убежал из дома, но в итоге столкнулся с несчастьем и потерял память? Ах, малыш! - растрогалась Чэн Цинъянь.

Заметив жалость в её взгляде, Маомао захотелось треснуть девушку по голове и взъерошить ей волосы. «Да кто просил тебя пожалеть меня? Мне не нужна твоя жалость!» - мысленно возмутился он.

- Маомао, поверь мне, я обязательно помогу тебе найти твою семью и вернуть твои воспоминания! Не волнуйся, - с большим энтузиазмом пообещала Чэн Цинъянь, поднимаясь на ноги.

Демонический зверь надул губы, не в состоянии сразу ответить что-нибудь, чтобы отказаться. В результате, снаружи раздался шум, и Чэн Цинъянь немедленно покинула пространство в теле, оставив лишь одну фразу, которая сделала Маомао ещё более бессильным: «Поверь мне!»

Чэн Цинъянь поднялась с дивана направилась было на улицу, чтобы посмотреть, что сделало этот заброшенный двор таким оживлённым. Но едва девушка подошла к двери, как ту резко выбили с огромной силой. Если бы Чэн Цинъянь уже не находилась на пятом уровне силы, то была бы непременно ранена, даже несмотря на навыки убийцы, полученные в своей предыдущей жизни.

Стоя перед рухнувшей дверью, Чэн Цинъянь холодно смотрела на стражников, врывающихся в дом. Тем, кто выбил дверь, естественно, был командир охранников семьи Зелёного дракона, Чэн Линь, обладающий духовной силой пятого уровня. Этот человек - сын Чэн Мэна, управляющего семьи Зелёного дракона. Его назначили командиром только в начале этого года, когда он прорвался на пятый уровень. Через несколько дней после Нового года у мужчины будет год службы в этой должности, а это означает, что он окончательно закрепится в качестве командира стражей, а прошедший год будет считаться периодом его стажировки. Такому правилу следовала каждая большая семья, в том числе и императорская.

- Чэн Цинъянь? - с сомнением спросил Чэн Линь, потому что он никогда не видел отброса, целыми днями скрывающегося в боковом дворе. Мужчина только слышал, что она слабовольная, трусливая, уродливая и никчёмная.

Он всегда презирал таких людей, потому что считал, что человек может быть уродливым или никчёмным, но он не должен быть трусливым. Это, по его мнению, была самая главная проблема.

Однако, представшая перед ним сегодня девушка действительно являлась Чэн Цинъянь? Разве не говорили, что она слабовольная и трусливая? Тогда почему он увидел во взгляде человека, представшего перед ним, лютый холод, заставляющий почувствовать себя так, словно он очутился в каком-то ледяном мире? А глаза этой девушки казались настолько глубокими, будто были совершенно бездонными. От этого странного ощущения волосы мужчины встали дыбом, потому он так неуверенно спросил.

- Командир Чэн, для чего это? Зачем собирать так много людей, когда мой маленький двор не способен даже вместить их всех? - с лёгкой насмешкой спросила Чэн Цинъянь, но буквально её слова значили следующее: «Ты больной? Зачем пришёл? Раз тебе нечем заняться, убирайся от сюда!»

Только тогда Чэн Линь пришёл в себя. Но как мог такой грубый человек, как он, понять смысл слов этой девушки? Однако, от Чэн Цинъянь исходила некая сила и властность, что не позволило мужчине проявить и каплю высокомерия.

- Глава пригласил старшую дочь, - уважительно ответил он.

На самом деле Чэн Яй приказал ему схватить Чэн Цинъянь, но, по какой-то непонятной причине, в Чэн Лине пробудились чувства почтения и послушания к этой девушке, которые казались совершенно естественным. Стоит отметить, что он не испытывал ничего подобного даже по отношению к Чэн Яю, главе семьи Зелёного дракона.

Чэн Цинъянь несколько озадачило такое почтительное поведение Чэн Линя, но она последовала за мужчиной в кабинет главы семьи, ничего не спрашивая.

Добравшись до места, Чэн Линь остался стоять на страже снаружи, а девушка вошла в кабинет одна. Чэн Яй сидел за столом и что-то писал. Когда Чэн Цинъянь вошла, он, казалось, не заметил этого и ничего не сказал. Девушка, естественно, понимала, что таким образом Чэн Яй хочет подавить её и продемонстрировать свои авторитет и статус главы семьи. Это могло бы сработать с прошлой Чэн Цинъянь, но для нынешней, первоклассной убийцы и гениального вора двадцать первого века, подобная попытка психологического давления ничего не значила. Она полностью проигнорировала этот маленький трюк Чэн Яя.

Чэн Цинъянь просто уселась в кресло из жёлтого грушевого дерева, являющегося местом для почётных гостей, и стала молча осматривать кабинет.

Спустя четверть часа тишины, Чэн Яй начал задаваться вопросом: «А привели ли Чэн Цинъянь?» Он поднял голову и увидел девушку, сидящую в кресле из жёлтого грушевого дерева, в которое он сам не смел сесть, закрывшую глаза и совершенствующуюся. Это ужасно разозлило мужчину.

- Чэн Цинъянь, это твоё приличие и достойные манеры? - опустив кисть, сердито заговорил Чэн Яй, - ты даже не выказала уважения своему отцу, увидев его, зато имела наглость без разрешения усесться в кресло и уснуть. Ты всё ещё член моей семьи Зелёного дракона?

Услышав этот грозный голос, девушка не почувствовала совершенно никакого интереса. Открыв глаза, она наиграно зевнула и заметила, как борода Чэн Яя затряслась от злости.

- О, отец, я думала, ты ничего не заметишь, - сонным голосом ответила Чэн Цинъянь.

Этими словами она хотела сказать, что Чэн Яй не заботился ни о ком, кроме Чэн Цянь и Чэн Мохуна, и уже забыл про эту свою дочь. Почему он вспомнил о ней сейчас?

Чэн Яй не был похож на Чэн Линя, который только и знал, как сражаться. В конце концов, он являлся главой семьи Зелёного дракона и уже привык слышать различные слова с двойным смыслом. Но он оказался шокированным ответом Чэн Цинъянь. Когда это ничтожество научилось так разговаривать?

- Чэн Цинъянь, как ты можешь так говорить о собственном отце? - потрясённо выдохнул он, - неужели я не являюсь твоим родным отцом? Не ожидал, что ты настолько невоспитанная.

- Я сомневаюсь в этом, - невинно моргнула Чэн Цинъянь.

Эти слова почти заставили Чэн Яя вырвать кровью от гнева. Ещё до того, как он изгнал это ничтожество из семьи, эта дрянь уже отказалась признавать его своим отцом.

- Ты - никчёмный человек. Ты только и знаешь, как позорить нашу семью Зелёного дракона. Если бы ты была способна, как твои две младшие сестры, наша семья Зелёного дракона тоже не страдала бы от этого! - Чэн Яй решил возложить всю вину на старшую дочь.

На лице Чэн Цинъянь отразилась насмешка. Неужели ей разрешили быть такой же, как Чэн Цянь и Чэн Цин, устраивающие беспорядки и даже дерущиеся? В добавок, как они, сражаться за какого-то мужчину, создавая неприятности и подставляя друг друга?

- В таком случае, если я стану первым гением континента Опускающихся туч, я сохраню твоё лицо? А что если у меня есть талант алхимика и оружейника? - всё с той же насмешкой поинтересовалась девушка.

Прочитав книгу, она узнала, что человек одновременно обладающий духовными корнями элементаля огня и дерева, имеет предрасположенность к алхимии, а обладатель духовных корней элементаля огня и золота может стать отличным оружейником. Но уникальный человек, подобный ей, имеющий одновременно способность алхимика и оружейника, считался гением среди гениев, которого редко можно было обнаружить даже за тысячу лет.

- Чэн Цинъянь, ты должна быть искренним человеком, а не лгать подобным образом, - разумеется, Чэн Яй не поверил девушке, - не следует говорить подобного на каждом шагу, во избежание неприятностей.

- Я обманываю? Действительно, не настоящий отец, - расстроенно вздохнула Чэн Цинъянь.

Хоть она и выглядела искренней, но было бы странно, если бы глава семьи поверил в её слова.

- Хватит! Перейдём к делу, - серьёзно заговорил Чэн Яй, - это ты ранила Чэн Цянь?

- Ты в это веришь? - усмехнулась в ответ Чэн Цинъянь.

- Не верю, - согласился мужчина.

Естественно, он не мог допустить и мысли о том, что ничтожество сумело одолеть Чэн Цянь, считавшуюся гением среди своих сверстников. Конечно, нет!

- Раз так… - Чэн Цинъянь пожала плечами, подумав о том, чтобы вернуться в боковой двор. Только ради этого глава вызвал её? Вот уж кому действительно нечем было заняться!

Лишь сейчас Чэн Яй заметил, что от начала и до конца весь разговор направляла Чэн Цинъянь, при этом сказав всего несколько фраз, что ещё сильнее рассердило его.

- Ты! - указав на девушку пальцем, собирался начать ругаться он, но прежде чем успел продолжить, из-за закрытой двери раздался голос.

- Глава, мастер Чжао Сун наконец-то прибыл и направляется в «Персиковый сад» ко второй модой леди, - сообщил Чэн Линь.

- Так, главе следует незамедлительно идти, - безразлично прокомментировала Чэн Цинъянь.

Чэн Яй увидел, что девушка спокойно сидела на месте и улыбалась так, словно речь шла не о её сестре, а о совершенно постороннем человеке, не имеющим к Чэн Цинъянь никакого отношения. Такое поведение старшей дочери ужасно разозлило его. Это было так бессердечно!

- Чэн Цинъянь, иди за мной. Навестим твою младшую сестру, - приказал он и вышел из кабинета, совершенно не заботясь о том, последует ли за ним девушка.

Чэн Цинъянь не была настолько глупой, чтобы откровенно сопротивляться приказу главы семьи. Если бы она не пошла в «Персиковый сад», у Чэн Яя появился бы отличный повод наказать её. Разве она могла позволить этому человеку так просто получить желаемое?

Чэн Цинъянь не пошла следом за Чэн Яем по той же дороге, потому что решила, что если они продолжат разговор, что было вполне вероятным, то глава просто задохнётся от злости. Вместо этого она выбрала более длинный маршрут к «Персиковому саду», и побрела в его сторону совершенно неторопливо, будто прогуливаясь.

Добравшись до «Персикового сада», Чэн Яй в первую очередь попытался произвести хорошее впечатление на мастера Чжао Суна. Возможно, этот младший алхимик, известный на всю империю Божественного клёна, согласится примкнуть к их семье Зелёного дракона. К тому же, разве за спиной мастера Чжао Суна не стояли более значимые силы? И мастер Вэй Цюн - это только верхушка айсберга!

- Мастер Чжао Сун! Я - Чэн Яй, глава семьи Зелёного дракона, - сперва представился он, - я давно мечтал встретиться с мастером, имя которого известного на всю империю Божественного клёна.

Даже если бы он хотел сделать комплимент другим, Чэн Яй все равно не мог изменить свою старую привычку быть самодовольным. Он всегда вел себя как глава семьи, как будто другие не знали, что он являлся главой семьи Зелёного дракона. В его руках семья Зелёного дракона рано или поздно придёт в упадок.

- Глава Чэн, я нашёл немного времени в своём плотном расписании, чтобы осмотреть и вылечить вашу любимую дочь, - отозвался мастер Чжао Сун.

Это был старик лет шестидесяти, с такими белыми бородой и волосами, что если бы он носил ещё и белые одежды, то в снегопад его бы было невозможно заметить.

- Мастер Чжао Сун, если вам удастся излечить Цянь’эр, то, независимо от того, какова будет ваша просьба, я выполню это для вас, - пообещал Чэн Яй, сам себя загоняя в ловушку. Действительно, абсолютно ненормальное условие.

На самом деле, мастер Чжао Сун также обладал духовной силой почти седьмого уровня. Ранее он ощутил аномальные колебания энергии в семье Зелёного дракона, которые были вызваны атакой души Чэн Цинъянь. Тогда-то он вспомнил, что Чэн Яй всё ещё имел к нему просьбу. Поэтому мастер Чжао Сун поспешил к семье Зелёного дракона, чтобы оказать услугу Чэн Яю и тем самым сделать его обязанным себе. Если в семье Зеленого дракона действительно есть такое могущественное сокровище, то у старика появится возможность прорваться на седьмой уровень.

- Глава Чэн, не торопитесь. Я верю, что, поскольку глава Чэн дал обещание, он непременно выполнит его, - одной фразой мастер Чжао Сун загнал Чэн Яя в его же собственную ловушку.

Только теперь Чэн Яй осознал, что оказался слишком поспешным и сказал лишнего. Но мастер Чжао Сун уже принял его предложение, поэтому было невозможно забрать свои слова обратно. Теперь ему оставалось только смириться с этим.

- Мастер Чжао Сун, Цянь’эр… - напомнил Чэн Яй, что означало: «Сначала вылечи дочь главы семьи, а уже потом говори о награде».

- Что ж, глава Чэн, не беспокойтесь. Я уже много лет состою в Союзе алхимиков и ещё не встречал того, кого бы не смог вылечить, - старик упомянул Союз алхимиков, чтобы просто покрасоваться перед Чэн Яем, а заодно и предупредить его, чтобы глава семьи не вздумал выкинуть какой-нибудь трюк, иначе ему придётся отвечать перед Союзом алхимиков.

- Гм, мастер, прошу, проходите, - нервно сглотнув, Чэн Яй повёл мастера Чжао Суна в спальню своей дочери.

Обычно посторонним не разрешалось входить в личные покои его дочери, но, поскольку Чэн Цянь нуждалась в своевременном обследовании и лечении, он решил не обращать внимание на это правило.

Чэн Цянь лежала на большой кровати, окружённой розовым пологом. Она была ранена Чэн Цинъянь и до сих пор не очнулась. Девушка находилась без сознания всё это время из-за того, что смотрела прямо в глаза Чэн Цинъянь, когда та применила атаку души. Потому полученная ею травма души была наиболее сильной.

К счастью, Чэн Цинъянь не использовала всю свою силу, иначе душа Чэн Цянь просто оказалась бы разбитой. Но и сама Чэн Цинъянь ощутила бы тогда отдачу. Она также потеряла бы сознание, и потребовалось бы минимум три месяца, чтобы сила её души восстановилась, и девушка снова пришла в себя.

Но если бы сила души Чэн Цинъянь оказалась на уровень выше, и она так же применила бы атаку души на Чэн Цянь, то Чэн Цянь уже никогда не смогла бы переродиться.

- Эта травма действительно серьёзная, - проверив пульс Чэн Цянь, слегка нахмурился мастер Чжао Сун, - хотя лицо было изуродовано в течении длительного времени, оно неплохо сохранилось, потому эти повреждения не страшные.

- Мастер, а как долго Цянь’эр будет без сознания? - настороженно спросил Чэн Яй.

- Думаю, благодаря эликсиру, который я разработал, потребуется менее трёх месяцев. Пожалуйста, не волнуйтесь, глава Чэн, - старик был уверен в своих навыках в алхимии.

- В таком случае, большое спасибо, мастер, - глава семьи поклонился мастеру Чжао Суну.

- Всё-таки, кто нанёс такой жестокий удар? Даже ребёнка не пожалел, - поинтересовался старик. Естественно, он проявил заботу о своём пациенте, чтобы заработать благодарность Чэн Яя.

Упоминание об этом сделало главу семью мрачным.

- Приведите старшую молодую леди и третью молодую леди в «Персиковый сад», - приказал слугам Чэн Яй, начиная сердиться.

- Да, - отозвался маленький слуга и собрался выйти, но внезапно на его пути возникла прекрасная фигура.

- Отец, я не пришла?

Чэн Яй и мастер Чжао Сун вместе повернулись на голос. В дверном проёме стояла очаровательная девушка. Белое платье изящно обтягивало её стройную фигуру, а её яркие глаза были ещё более ослепительны на солнце. Если не обращать внимания на тёмное уродливое лицо, то эту девушку смело можно было бы назвать красавицей.

- Цинъянь, подойди и поприветствуй мастера Чжао Суна, - не сразу заговорил Чэн Яй, поскольку оказался поражён появлением этой дочери. Почему он почувствовал, что это ничтожество было таким ослепительным?

Мастер Чжао Сун и раньше слышал разговоры об этой самой никчёмной и уродливой девушке империи Божественного клёна, но встретив её сегодня, он почему-то не мог смотреть прямо на неё.

- Ладно, не нужно быть вежливым, - отмахнулся он, - давайте сначала займёмся состоянием второй молодой леди Чэн, - с этими словами старик вернул своё внимание Чэн Цянь.

Чэн Цинъянь вообще не хотела его приветствовать, потому что, как правило, даже алхимик с небольшим опытом сумел бы увидеть, что душа Чэн Цянь повреждена. Несмотря на то, что это повреждение было незначительным, его было несложно обнаружить. Однако этот «усердно старающийся» мастер Чжао Сун совершенно не заметил этого, но всё ещё делал вид, что является первоклассным экспертом. Поистине, довольно грязное сердце.

Несмотря на то, что Чэн Цинъянь не была алхимиком, она все же видела некоторые рецепты в книге, которую раньше украла из павильона сокровищ, потому знала, что тем, чьи души не были серьезно повреждены, следовало принять пилюлю Восстановления души среднего уровня. А этот мастер Чжао Сун являлся всего лишь младшим алхимиком, но посмел хвастаться тем, что сразу вылечит Чэн Цянь своим собственным эликсиром. Вот уж действительно, не знающий не боится.

Тем не менее, Чэн Цинъянь не была в настроении напоминать этому бумажному тигру[1], как вылечить Чэн Цянь, которая ей докучала, поэтому она просто наблюдала со стороны, как мастер Чжао Сун использовал свою силу младшего алхимика для создания эликсира среднего уровня.

- Мастер Чжао Сун, Цянь’эр… - очень сильно переживал Чэн Яй.

- Нет ничего серьёзного, не волнуйтесь, глава Чэн, - поспешил его заверить старик, - я уже помог второй молодой леди принять пилюлю Омоложения и элексир Возвращения духа. Вторая молодая леди Чэн очнётся меньше чем через месяц, - уверенно заявил он, поглаживая свою бороду.

- В таком случае, большое спасибо, мастер Чжао Сун! - обрадовался Чэн Яй, - мастер Чжао Сун, пожалуйста, сперва идите отдохнуть некоторое время, остальное решим вечером, на банкете, - после этих слов он велел маленькому слуге сопроводить мастера на отдых.

Повернувшись к Чэн Цинъянь, Чэн Яй увидел, что девушка сидела у окна, любуясь видами, и пила чай. Её взгляд был совершенно безразличным и отстранённым, словно всё происходившее не имело к ней никакого отношения. Это привело главу семьи в ярость.

- Чэн Цинъянь, - грозно взревел он, - ты всё ещё старшая дочь семьи Зелёного дракона и старшая сестра Цянь’эр! Сейчас Цянь’эр без сознания, но ты спокойна и непринуждённа! Разве так себя должна вести старшая сестра?

- Отец, - совершенно спокойно ответила Чэн Цинъянь, подув на чайные листья, плавающие на поверхности воды, - разве мастер Чжао Сун не сказал, что Чэн Цянь очнётся менее чем через месяц? Раз ты доверяешь ему, то что, по-твоему, должна сделать я?

- Ты… - Чэн Яй собирался дальше ругать девушку, но она перебила его.

- Отец, - всё тем же безразличным тоном продолжила Чэн Цинъянь, - поскольку ты сказал, что Чэн Цянь - моя младшая сестра, я, как старшая сестра, хочу напомнить тебе: хоть мастер Чжао Сун и хорошо известен на всю империю Божественного клёна, он всего лишь младший алхимик. Есть вещи, которые, с его уровнем силы, неподвластны ему. Поэтому тебе лучше найти другого мастера, - она поставила чашку, собираясь уйти.

- Что ты имеешь в виду? - остановил её Чэн Яй, - ты сомневаешься в мастере Чжао Суне? Какое ты имеешь право? Ты хоть знаешь, кто такой младший алхимик? Даже если ты завидуешь способным и талантливым людям, ты не должна клеветать на других! Мастер Чжао Сун - это человек, который способен спасти жизнь твоей младшей сестры! Если кто-то услышит твои слова, это может навредить твоей младшей сестре!

Он злился всё сильнее и сильнее, чувствуя, что Чэн Цинъянь становится всё более и более жестокой по отношению к Чэн Цянь. Глава понимал, что не может продолжать игнорировать это.

- Отец, это всё, что я хотела сказать, - Чэн Цинъянь не обратила внимания на его грозный рёв, - жизнь Чэн Цянь в твоих руках. Если ты найдёшь мастера алхимии среднего уровня в течении месяца, то обязательно спасёшь Чэн Цянь. Но если ты прислушаешься к словам мастера Чжао Суна, то ты просто самолично проводишь её к Жёлтому источнику[2].

Сказав это, она повернулась и направилась в боковой двор, чтобы отдохнуть и подготовиться к следующей ночной вылазке.

______________________________________

[1] 紙老虎 (чжи лао ху) - бумажный тигр. Старинная китайская метафора, которая используется в современном китайском языке для обозначения человека или группы людей, с виду мощных, свирепых, но на самом деле пустых и бессильных.

[2] 黃泉 (хуан цюань) - жёлтый источник. В китайской мифологии так называется место, где проводится распределение душ после смерти человека.

Поскольку Чэн Цинъянь хотела получить больше знаний и стать выдающимся мастером, она решила этой ночью посетить библиотеку императорской семьи. Цзюньлинь Цзюцин ранее упомянул, что многие из известных ему знаний, он получил в библиотеке императорской семьи. Чэн Цинъянь считала, что этот человек знает больше всех, поэтому предположила, что в библиотеке императорской семьи должно быть немало хороших вещей.

Когда начало темнеть, девушка приготовила маскировочную одежду и легла спать. После полуночи она внезапно открыла глаза, быстро оделась в подготовленную ранее тёмную одежду и забралась на крышу. Взглянув с крыши в ночное небо, Чэн Цинъянь предположила, что было где-то два часа ночи, и направилась прямо в сторону императорского дворца.

Перед каждым следующим перемещением она останавливалась минут на пять. Ей необходимо было узнать время смены каждого поста и охранника в императорском дворце. И чем ближе она приближалась к библиотеке, тем осторожнее становилась. Подсознательно Чэн Цинъянь считала, что императорская библиотека так же важна, как и павильон сокровищ в семье Зелёного дракона. Но это оказалось не так.

Только когда она призвала Маомао и Мо Лоша, чтобы поручить им отвлечь охранников у входа, Чэн Цинъянь обнаружила, что вокруг библиотеки не было ни души.

- Разве библиотека является местом, где собирают мусор? - взяв на руки Маомао, спросила Чэн Цинъянь у Мо Лоша, который превратился в элементаль земли, - здесь не видно даже тени человека. Может быть, в библиотеке ничего нет?

- Я не знаю, почему бы тебе не пойти и не посмотреть. Что, если там всё-таки что-то есть? Тебе всегда очень везло, - Мо Лоша несколько раз облетел библиотеку вокруг и вернулся к Чэн Цинъянь, чтобы ответить.

- Ну, хорошо, - согласилась девушка и направилась внутрь павильона.

Опасаясь, что вокруг библиотеки могут быть установлены какие-нибудь формации, восприимчивые к духовной силе, она не использовала никаких элементалей и полагалась исключительно на свои навыки, приобретённые в прошлой жизни, чтобы передвигаться.

Внутри павильона не горел свет, но всё равно было достаточно светло. Чэн Цинъянь уже давно не обращала внимание на подобные странные вещи. С тех пор, как она перевоплотилась, девушка успела увидеть слишком много необычного, выходящего за рамки привычной ей науки.

В библиотеке не было лестницы, но имелся проход наверх. Потому получалось, что для того, чтобы попасть на верхние этажи, нужно было лететь. К тому же, подняться было возможно только на этаж, соответствующий уровню духовной силы. Таким образом, каждый этаж соответствовал уровню духовной силы.

- К счастью, в этой библиотеке всего пять этажей, - обрадовалась Чэн Цинъянь, - если бы их было больше, я бы не смогла подняться наверх. Что, если бы там оказались какие-нибудь природные или духовные сокровища, а мне не удалось бы их получить?

Она осматривала один этаж за другим, но на первых четырёх этажах не нашла ничего полезного для себя, потому девушке оставалось возлагать свои надежды только на пятый.

Однако, что-то пошло не так, и пятый этаж оказался совершенно пуст, если не считать нескольких деревянных стульев.

- Это действительно библиотека императорской семьи империи Божественного Клёна, первой империи континента Опускающихся туч? - нахмурилась Чэн Цинъянь.

Она начинала думать, что империя Божественного клёна была слишком бедной, поскольку даже библиотека императорской семьи выглядела как заброшенное место, в котором ничего не было. Но разве она могла сдаться? Конечно же, нет!

- Хм, неужели люди правящей семьи действительно считают, что я совсем глупая? - задумалась Чэн Цинъянь, - классический способ богатой семьи обмануть грабителей - это выставить на показ бесполезные вещи, чтобы воры решили, что в этом месте нет ничего ценного. Но это может обмануть только новичков. Такие же профессиональные воры, как мы, слишком хороши, чтобы попасться на такую уловку, - высмеяв интеллект правящей семьи, она начала более тщательно обследовать помещение.

Но эти слова заставили глубоко задуматься Маомао и Мо Лоша. «Профессиональные воры? Когда мы успели стать профессионалами в мире воров?» - недоумевали они.

Чэн Цинъянь долго искала, но так и не нашла ничего. Ей только и оставалось, что разглядывать старые стулья и продолжать ломать голову.

- Девочка, ты думаешь, что с этими стульями что-то не так? - заметив, как она кружит вокруг старых деревянных стульев, полюбопытствовал Мо Лоша.

- Есть какой-то аромат, очень слабый, но его всё же можно ощутить. Как это использовать? - поделилась своим наблюдением Чэн Цинъянь, развернув несколько стульев.

- И правда, есть запах, - согласился Мо Лоша, внимательно осмотрев несколько стульев, - я уже встречал его раньше. Это аромат жёлтых цветов грушевого дерева с Южного моря.

- Жёлтые цветы грушевого дерева с Южного моря? Это всё? - Чэн Цинъянь почувствовала, что что-то не так, когда услышала это название.

- Нет, ты же сама сказала, что аромат очень лёгкий. Это означает, что здесь только один стул из этого дерева. Может быть, тебе удастся что-нибудь узнать, когда найдёшь этот стул, - предположил Мо Лоша.

- Ну, давай, попробуем, - вздохнула Чэн Цинъянь.

Следуя аромату жёлтых цветов грушевого дерева с Южного моря, Чэн Цинъянь быстро нашла стул, изготовленный из этой древесины. Он имел узоры, которые отличались от тех, что имелись на других стульях, и больше напоминали надписи. Каждый узор был очень искусный, как-будто естественный. А аромат, исходящий от этого стула, был очень освежающим.

- Сяомо, что означают эти изображения? Почему они выполнены на стуле? - внимательно осматривая деревянный стул, поинтересовалась Чэн Цинъянь.

- Я не знаю, - отозвался мужчина, - давай сначала заберём его, вдруг кто-то придёт. Мы можем вернуться в боковой двор и спокойно изучить его, - предложил он.

- Угу, - немного расстроено кивнула девушка.

На этот раз она пробралась во дворец, но получила только стул и не нашла ни одной книги, которая могла бы быть ей полезной. Это действительно оказалась пустая трата времени.

Чэн Цинъянь нечего было возразить. С её нынешней силой, если бы она задержалась во дворце и была обнаружена, то она действительно не сумела бы благополучно сбежать. Девушке только и оставалось, что сердито закинуть деревянный стул в пространство в своём теле. Спрыгнув с пятого этажа, она поспешила к выходу из библиотеки.

После того, как её фигура полностью растворилась в ночи, свет в павильоне полностью исчез, превратив библиотеку в заброшенное много лет назад здание.

Вернувшись в свой двор, Чэн Цинъянь достала деревянный стул из пространства в своём теле, поставила перед собой и внимательно осматривала его в течении длительного времени, но так ничего и не обнаружила.

- Сяомо, в этом стуле нет никакой тайны. Завтра ночью снова пойдём в императорский дворец, - с досадой заключила она, вызвав Мо Лоша из его пространства элементаля земли.

- Хорошо, - немного подумав, согласился мужчина, - но я всё же считаю, что тебе следует оставить этот стул. Как знать, может быть он для чего-нибудь пригодится?

Сказав это, он вернулся в своё пространство элементаля земли, оставив раздосадованную Чэн Цинъянь, державшую на руках Маомао, и дальше пялиться на этот деревянный стул.

Внезапно фиолетовые глаза Маомао вспыхнули белым светом, он вырвался из рук девушки, чего никогда прежде не делал, и бросился прямо к деревянному стулу. Чэн Цинъянь была застигнута врасплох таким действием маленькой молочной собаки и от неожиданности подпрыгнула.

- Маомао, не надо издеваться, - увидев, что демонический зверь уселся на стул, она принялась звать его, пытаясь убедить спуститься, - я тоже в недоумении. Неужели императорский дворец слишком бедный? В той библиотеке больше нечего было брать, что действительно раздражает.

Но едва она протянула руки, чтобы снова взять Маомао, как демонический зверь укусил её.

- Маомао, я не Сяомо! Почему ты меня кусаешь? - отдёрнув руки возмутилась Чэн Цинъянь.

Однако капля крови с её большого пальца левой руки успела упасть на деревянный стул, и тот в одно мгновение рассыпался в пыль.

- Почему я не знала, что моя кровь обладает такой разрушительной силой? - недоверчиво хлопая глазами, удивилась девушка, - это…

Но прежде чем она успела договорить, в пыльном облаке, образовавшемся из деревянного стула, вспыхнул белый свет. Этот свет был точно таким же, как и тот, что прежде загорелся в глазах Маомао.

С невероятной скоростью этот белый свет устремился к Чэн Цинъянь и проник в её левый глаз. В следующее мгновение девушка закрыла глаза, потеряв сознание. Это произошло так быстро, что никто не успел среагировать. Маомао только и оставалось, что тихо охранять её.

Мо Лоша ощутил, что что-то случилось, и вышел из своего пространства элементаля земли. Но когда узнал, что именно произошло, ни капли не удивился.

- Младший Мао, раз ты караулишь здесь, то я вернусь спать. Пока! - лениво сказал он и вернулся в своё пространство элементаля земли.

В глазах Маомао он выходил только ради того, чтобы сказать что-то бесполезное.

Душа Чэн Цинъянь оказалась в непонятном месте, напоминающем космос.

- Где это я? Маомао, Маомао? Сяомо? - позвала она, - здесь есть кто-нибудь, способный говорить?

С тех пор, как она оказалась в этом мире, девушке удалось стать очевидцем многих странных вещей, не поддающихся логическому объяснению. Поэтому, она не была настолько глупа, чтобы спросить: есть ли здесь кто-нибудь? Девушка прекрасно понимала, что этом мире тот, кто выглядит как человек, не обязательно будет человеком, а тот, кто действительно является человеком, не факт, что будет выглядеть соответственно.

Но ответа не последовало. Однако, Чэн Цинъянь не стала расстраиваться. Она решила проверить, кто же выдержит дольше. Так совпало, что в этом месте было очень тихо, а девушке не удалось нормально поспать этой ночью, потому она просто улеглась спать здесь.

Чэн Цинъянь заснула довольно быстро, и вскоре послышался размеренный и ровный звук её дыхания. Но хоть девушка и спала, она всё ещё оставалась начеку. Это была привычка, сохранившаяся с её прошлой жизни.

В какой-то момент другая сторона оказалась больше не в состоянии это терпеть, потому раздался негромкий кашель.

Чэн Цинъянь пошевелилась, но только повернулась на другой бок. Это действие мгновенно подавило едва возникшее радостное настроение другой стороны. С древних времён и до настоящего времени ни одна живая душа не относилась к нему подобным образом!

- Девчонка, вставай. Если ты продолжишь спать, я отправлю тебя обратно, и ты не получишь моих хороших вещей, - пригрозил голос.

Он полагал, что таким образом привлечёт внимание Чэн Цинъянь, и заставит девушку умолять его отдать ей вещи, за которые сражался целый мир и проливались реки крови. Но он просчитался.

- Тогда отправь меня обратно, - лениво отозвалась Чэн Цинъянь, не удосужившись обратить на него внимание.

- Я всё равно должен отдать это тебе! - возмутился голос. Его самолюбие сильно пострадало от такого отношения девушки.

Он активировал силу своего пространства, которая обволокла и подняла девушку. Чэн Цинъянь открыла глаза и обнаружила себя парящей высоко в воздухе, хотя она и не могла с уверенностью сказать, где небо, а где земля.

- Ты больной? - сердито заверещала она, - для чего ты поднял и подвесил меня? Отпусти меня и выпусти отсюда! Я хочу уйти! Меня не интересуют твои потрёпанные вещи!

Услышав это, он едва не вырвал три литра крови. Когда-то его наследие являлось высшим сокровищем, которое стремились заполучить все самые сильные и могущественные люди. Но как только речь зашла об этой девчонке, оно превратилось в бесполезный мусор.

- Девочка, моё наследие - это то, что мечтают заполучить все могущественные люди, - немного сдавлено заговорил голос, - почему ты не хочешь его?

- Кто ты? Для чего этому правителю нужно твоё наследие? Некто, не осмеливающийся даже показать себя, наверняка являет собой нечто постыдное! - скрестив руки на груди, грубо заявила Чэн Цинъянь.

- Ты… - несколько сердито выдохнул голос, но довольно быстро его тон изменился, - о, я ещё никогда не встречал такой интересной девочки! Я - родоначальник алхимии древних времён. Ты должна была слышать легенды об алхимии, распространившиеся на континенте Опускающихся туч.

Воздух напротив Чэн Цинъянь пришёл в движение, закручиваясь в вихрь, из которого появилась высокая фигура. Это был красивый мужчина, нежный и сверкающий, словно нефрит. Однако, высокомерное выражение на его красивом лице и его слова совершенно не соответствовали облику родоначальника алхимии.

- Почему я должна тебе верить? - нахмурилась Чэн Цинъянь.

Ей довелось прочить об этом человеке ранее, и, если она правильно помнила, его имя было Та Е.

Мужчина взмахнул рукой, и перед Чэн Цинъянь возник белый, словно нефрит, треножник для изготовления лекарств. Этот треножник был кристально чистым и сверкал так, словно был покрыт драгоценными камнями. Так же от него исходил аромат лекарственных трав, который создавал ощущение комфорта в этом непонятном месте.

- Это твой треножник для изготовления лекарств? Ты родоначальник алхимии континента Опускающихся туч древних времён, Та Е? - недоверчиво спросила девушка.

Наконец получив признание, мужчина оказался доволен.

- Разумеется, моё великое имя известно даже женщинам и детям, - гордо вздёрнув подбородок, заговорил он, - ожидаемо. Ты также знаешь моё имя и узнала мой треножник для изготовления лекарств, который является очень древним. Это весьма показательно. Как насчет того, чтобы стать моим учеником?

Но едва Чэн Цинъянь открыла рот, чтобы ответить, Та Е прервал её.

- Как только ты станешь моим учеником, я обучу тебя искусству создания лекарств и способу управления треножником для их изготовления. Также я передам тебе все лекарственные рецепты, на продумывание которых я потратил всю свою жизнь! Получив все эти знания, ты будешь в состоянии превзойти любого ныне живущего алхимика! Ну, как? - страстно продолжил он убеждать девушку, будто опасался, что она не согласится.

Чэн Цинъянь сразу же заинтересовалась этим предложением, но решила немного подразнить эту легенду алхимии континента Опускающихся туч.

- Правда? Но откуда мне знать: являются твои слова истиной или ложью? - нахмурилась она, изображая задумчивость.

- Ну, после того, как твоя кровь попала на стул из жёлтых цветов грушевого дерева с Южного моря, ты сумела войти в это пространство. Это означает, что ты - тот самый человек, которому суждено получить моё наследие. В любом случае оно принадлежит тебе, даже если ты этого не хочешь, - силуэт Та Е мелькнул и мгновенно оказался прямо перед девушкой.

- Значит, ты столько лет ждал именно меня? - всё ещё не верила Чэн Цинъянь.

Она прекрасно понимала, что если сейчас покажет свою заинтересованность в этом наследии, то в будущем ей придётся во всём слушаться этого человека, что было категорически неприемлемым для неё.

- Эм… - на мгновение Та Е запнулся, прежде чем ответить, словно не мог сразу решиться, - вообще-то ты не единственная, кому суждено получить моё наследие. Но следующего достойного мне придётся ждать ещё сотни лет. А я больше не хочу здесь оставаться. Это так скучно!

- Поэтому? - увидев подавленное выражение лица мужчины, у Чэн Цинъянь пропало желание его дразнить.

На самом деле, она всегда хотела стать алхимиком, но до сих пор у неё не было возможности найти хорошего учителя. Основываясь на принципе не доверять ублюдкам, Чэн Цинъянь бала готова охотно согласиться.

- Я хочу быть твоим учителем! Я ждал сотни лет и, наконец, дождался, когда связанный судьбой человек капнет кровью на стул. Я не отпущу тебя! Если ты не согласишься быть моим учеником, тогда ты останешься здесь! - решительно заявил Та Е. Он выглядел так, будто собирался умереть здесь вместе с девушкой.

- Ну, раз ты такой искренний, то я неохотно позволю тебе стать моим учителем, - беспомощно вздохнула Чэн Цинъянь, делая вид, что сдалась под натиском уговоров.

- В самом деле? Ты согласна? Кроме того, ты должна пообещать мне, что периодически будешь выпускать меня из малого пространства древности, а не станешь запирать меня здесь навсегда, - Та Е настолько обрадовался, что стал совершенно не похож на великого мастера алхимии, родоначальника этой науки, жившего в глубокой древности. Видимо, его ситуация была точно такой же, как и у Мо Лоша.

Когда Чэн Цинъянь услышала это, она почему-то ощутила, что не обрела учителя, а завела ещё одно домашнее животное.

- Да, я поняла, - кивнула девушка, - если хочешь передать мне наследие, то поторопись. У меня ещё есть неотложные дела.

Покинув это место, она намеревалась выяснить, с какой целью мастер Чжао Сун посетил семью Зелёного дракона. Чэн Цинъянь догадывалась, что причиной его визита являлось вовсе не лечение Чэн Цянь, поскольку Чэн Яй уже долгое время приглашал его, но этот человек постоянно игнорировал главу семьи Зелёного дракона. Но сегодня утром мастер Чжао Сун внезапно пришёл, что лишний раз доказывало, что у него, определённо, имелась какая-то цель.

- Сперва закрой глаза, отрегулируй дыхание и выпусти из своего тела элементали огня и дерева, - совершенно серьёзно заговорил Та Е, а его лицо приняло строгий вид, что кардинально отличалось от ранее веселящегося человека, - после этого более яростная духовная сила направится в твоё поле эликсира. Помни, что не следует препятствовать ей.

- Понятно, - Чэн Цинъянь села, скрестив ноги, и закрыла глаза. Следуя указаниям Та Е, она вытолкнула из своего тела элементали огня и дерева.

Находящийся рядом Та Е обратил внимание, что девушка очень хорошо контролировала оба элементаля. Только тогда он сжал часть малого пространства древности до размеров детского кулачка и направил его к макушке Чэн Цинъянь. Для начала мужчина решил влить в её тело только десятую часть древней духовной силы, чтобы позволить девушке сперва ознакомиться с мощью малого пространства древности.

Наблюдая за тем, как Чэн Цинъянь поглощает всю духовную силу, содержащую мощь малого пространства древности, Та Е оказался слегка шокированным: «Ты способна усвоить десятую часть всей силы, при этом не изменяясь в лице и сохраняя ровное дыхание? Эта девочка - монстр?» Духовная сила, содержащая в себе мощь малого пространства древности, не только густая и насыщенная, но и такая же крепкая, как шотландская водка. Даже сильные люди более высоких уровней не смогли бы поглотить ее всю. Не говоря уже о том, чтобы сохранить неизменным выражения своих лиц, было бы хорошо, если бы они не умерли.

Та Е вливал древнюю духовную силу в тело девушки, чтобы проверить её способности, но результат превзошёл все его ожидания.

- Настоящий гений алхимии! - восхитился он.

- Талант этой девочки в алхимии просто превышает мой. Видимо, она сумеет достичь высот, которых мне не удалось, - вздохнул Та Е.

Та Е влил часть духовной энергии, содержащей мощь малого пространства древности в тело Чэн Цинъянь и сразу остановился. Он спокойно и безмолвно наблюдал, как девушка регулирует эту энергиею в своём теле. В его взгляде отражались восторг, волнение и жалость, думая о том, что ей предстоит справляться с этой силой в будущем.

- Увы, ты родилась с такой судьбой. Надеюсь, в будущем ты сможешь принять всё, что оставили твои родители, - сказав это, он отослал Чэн Цинъянь, которая почти завершила поглощение энергии, из малого пространства древности.

Медленно открыв глаза, Чэн Цинъянь не могла поверить в произошедшее, когда увидела знакомую окружающую обстановку. Действительно всё случившееся было правдой? Она на самом деле собиралась стать алхимиком? Она находилась в этом мире всего несколько недель, но уже обрела способности и возможности, которыми не обладало большинство людей.

- Всё-таки Сяомо сказал правду, мне… действительно очень везёт, - смущённо улыбнулась девушка.

Она встала с пастели и, взглянув в окно, увидела постепенно светлеющее небо, что позволило вздохнуть с облегчением. Маомао мирно спал на краю кровати, свернувшись калачиком.

- Ты спишь? - улыбнулась Чэн Цинъянь и взяла его не руки, - тогда выспись хорошенько. Только больше отдыхая, ты сможешь стать толстым.

Она с нежностью смотрела на маленькую молочную собаку, которая только-только разлепила свои фиолетовые глаза, отчего те, казалось, заволокло туманом. Но стоило Маомао взглянуть на девушку, как он резко проснулся и шокировано уставился на неё.

- Что случилось? - Чэн Цинъянь заметила, как глаза демонического зверя внезапно округлились, хотя ещё мгновение назад он не мог толком открыть их, и была сбита с толку, не в состоянии понять причину такой резкой перемены, - Маомао, что тебя удивило? Ты не узнаёшь меня?

Маомао спрыгнул с рук девушки, прикусил её за штанину, подвёл к зеркалу и вскрикнул. Чэн Цинъянь послушно следовала его указаниям. Взглянув в зеркало, она увидела тёмное уродливое лицо, и лишь присмотревшись получше, заметила то, что заставило её резко выдохнуть, при этом с её губ сорвался звук, похожей на шипение.

Демонический зверь тоже запрыгнул на столик перед зеркалом. Он переводил удивлённый взгляд с Чэн Цинъянь на её отражение в зеркале и обратно, будто никак не мог поверить в увиденное.

Отдыхавший в своём пространстве элементаля земли Мо Лоша ощутил, что Чэн Цинъянь вернулась из малого пространства древности, и сразу же вышел, чтобы встретить её. Но взглянув на девушку, он заметил нечто странное и нахмурился.

- Что случилось? - прямо спросил мужчина, - почему твой левый глаз стал серебристо-белым?

- Это после того, как я вышла из того пространства, - столкнувшись с вопросом Мо Лоша, Чэн Цинъянь не знала, что ответить, - ты тоже не знаешь?

- На знаю, - покачал головой мужчина.

Едва он закончил говорить, как всё вокруг завибрировало. Девушка решила, что началось землетрясение, поэтому она быстро подхватила Маомао на руки и, потянув Мо Лоша за собой, бросилась из дома. Не ожидая ничего подобного, Мо Лоша запнулся о дверной проём и чуть не распластался на земле.

Выбежав на улицу, они ощутили, что все вибрации прекратились.

- Девочка, чего ты нервничаешь? - стряхнув с себя руку Чэн Цинъянь, спросил Мо Лоша, - это не землетрясение.

- Тогда что это? - положив Маомао на каменный стол, поинтересовалась девушка, - быть может, это сражаются двое могущественных людей?

- Нет-нет-нет, - Мо Лоша потряс указательным пальцем, - сперва следуй за мной в пространство элементаля земли. Затем я отведу тебя к виновнику этого «землетрясения», - сказав это, он просто утащил девушку в своё пространство, не дожидаясь её согласия.

Маомао в полном оцепенении остался ждать на каменном столе. К тому времени, как он пришёл в себя, во всём дворе никого не было.

- Угу-у-у! - выругался демонический зверь. «Мерзкий Мо! Куда ты снова увёл мастера?!»

Очутившись в пространстве элементаля земли, Чэн Цинъянь чувствовала себя немного странно. В прошлый раз, когда она оказалась в этой пустыне, ей пришлось сражаться с воинами, облачёнными в доспехи из элементаля земли, которыми управлял Мо Лоша. Тогда она… в тот момент ей действительно хотелось схватить Мо Лоша и стереть его с лица земли.

- Сяомо, что мы здесь делаем? Куда мы идём? - спросила она, заметив, что мужчина направился куда-то вперёд.

- Пойдём со мной, - не ответил на её вопросы Мо Лоша, но продолжил идти.

Чэн Цинъянь подумала, что, возможно, что-то произошло в пространстве элементаля земли, и именно это вызвало вибрации снаружи. Потому она не стала спорить и последовала за мужчиной.

Через некоторое время они дошли до дерева. Это дерево оказалось высоким, с густой и сочной зелёной кроной. Создавалось ощущение, что это дерево закрывает собой небо и солнце. Но девушка нашла это странным: в окружающей пустыне не было источника воды, откуда взялось это дерево? К тому же оно выглядело полным жизни.

- Что происходит, Сяомо? Под землёй есть вода? - спросила Чэн Цинъянь, обойдя вокруг дерева, ствол которого могли обхватить только десять человек, взявшись за руки.

Мо Луоша заложил руки за спину и посмотрел на высокое дерево с легкой ностальгией на лице.

- Тебе пора в другое пространство, - ответил он.

- Что? - только и успела выкрикнуть Чэн Цинъянь.

Мо Лоша взмахнул рукой, и мощный поток элементалей земли забросил девушку прямо на огромное дерево.

- Надеюсь, ты оправдаешь мои ожидания и сможешь одолеть его, - глядя ей вслед, едва заметно улыбнулся Мо Лоша.

Чэн Цинъянь приземлилась в очень тихом лесу. Не было слышно ни журчания воды, ни шелеста листьев на ветру, ни щебетания птиц. Вокруг стояла тотальная тишина, от чего становилось не по себе. Земля была абсолютно чистой: на ней не было ни опавших листьев, ни веток. Всё это заставило девушку насторожиться.

Её все пять чувств обострились до предела, тщательно отслеживая малейший звук или движение рядом с собой. Но прошло немало времени, и Чэн Цинъянь прошла приличное расстояние, однако до сих пор ничего не заметила, что сделало её ещё более бдительной. Даже если бы кто-нибудь в радиусе пятидесяти километров снял пистолет с предохранителя, она смогла бы это обнаружить и вовремя скрыться.

Неожиданно, некоторые деревья в округе зашевелились, издав шелестящий звук, похожий на тот, который обычно издают кроны деревьев, когда ими играет ветер. Однако, Чэн Цинъянь тут же слегка согнула ноги и использовала силу элементалей дерева вокруг себя, чтобы возвести пáгоду из лозы, которая по высоте была почти такой же, как башня «Восточная жемчужина»[1].

Стоя на вершине пáгоды, Чэн Цинъянь смотрела на то место, где она только что находилась. Девушка обнаружила, что многие деревья вытянули ветки и лозы так же быстро, как пули, выпущенные из снайперской винтовки L115A3[2]. Но едва они коснулись пáгоды, построенной Чэн Цинъянь, они мгновенно исчезли, как будто этих лоз и веток вовсе не было, а всё случившееся ранее являлось всего лишь фантазией.

Заметив всё это, Чэн Цинъянь слегка прищурилась. В её серебристо-белом и обсидиановом глазах вспыхнул опасный свет.

«Похоже, что после того, как я покинула малое пространство древности, открылось пространство элементаля дерева «Десяти запечатанных связанных пространств». Тогда мен следует отнестись к этому серьёзно, ведь я не знаю, кто является защитником этого уровня печати пространства,» - подумала девушка. Мягко улыбнувшись, она спрыгнула с пáгоды, сооружённой из лоз, на землю.

- Я не знаю, кто является защитником этого пространства элементаля, - наполнив свой голос духовной силой, заговорила Чэн Цинъянь, - ты можешь предстать перед этим правителем? Это позволит этому правителю, обладающему печатью «Десяти запечатанных связанных пространств», построить хорошие отношения с защитником этого пространства.

На самом деле, прошлая атака на неё пробудила воинственных дух Чэн Цинъянь, и она не собиралась мириться с противником, а просто провоцировала его. Эти слова являлись не более чем уловкой. (В мире, где правит сильнейший, считалось лучшим проявлением уважения то, что одна сторона отказывалась сразу уступать другой.)

Как и ожидалось, никакого ответа не последовало. Вокруг царила всё та же глубокая тишина.

- Поскольку ты не хочешь появляться, у этого правителя нет другого выбора, кроме как заставить тебя это сделать, - усмехнулась Чэн Цинъянь.

После этих слов элементали дерева разлетелись от неё во все стороны, словно снаряды. В результате этой атаки многие деревья в округе рухнули.

_______________________________________________

[1] «Восточная жемчужина» — телебашня в Шанхае, третья по высоте в Азии (высота 468 метров), пятая по высоте телебашня в мире. (Материал с Википедии)

[2] Согласно справочной информации, скорость пули, выпущенной из снайперской винтовки L115A3, на дистанции в 1400 метров равняется 354 метрам в секунду. Сама винтовка производится и используется вооружёнными силами в разных странах, в том числе, в Китае.

Чэн Цинъянь не остановилась на этом и продолжила разрушения. Деревья с огромных участков в округе оказались повалены. Многие деревья боролись перед своей смертью, но всё это упорное сопротивление оказалось совершенно бессмысленным.

Сражаясь, девушка двинулась в одном направлении, оставляя после себя только руины, словно полчища саранчи прошлись по полю. Но кое-что привлекло её внимание.

Чэн Цинъянь остановилась перед участком, засаженным белой акацией, а убийственное намерение в её глазах немного угасло. Причиной послужило обилие белого цвета в этом месте. Лепестки цветов акации кружили в воздухе, как гусиные перья, и медленно опадали, словно снег зимой. Это место было похоже на сказочную страну, и даже лучше, чем сказочная страна. Аромат цветов, плавающий в воздухе, дарил ощущение счастья и безмятежности, будто лёгкий весенний ветерок.

- Действительно красиво. Этот правитель и не думал, что ты можешь быть настолько оригинальным. Может быть, это формация заблуждения? Ха-ха, твой интеллект способен лишь на это, - Чэн Цинъянь не смогла удержаться от ядовитых замечаний.

Верно, она давно разглядела особенность этого места - формацию заблуждения «Цветочная фантазия».

- Использовать сотни цветущих деревьев, чтобы создать лучшую иллюзорную формацию. А затем влить мощную духовную силу элементаля дерева в четыре направления: восток и запад, сервер и юг, а так же в сторону жизни и сторону смерти. Таким образом, попав в эту формацию, полностью потеряешь ориентацию в пространстве и не сможешь из неё выбраться до самой смерти. Этот правитель восхищён твоим мастерством построения формаций! - похвалила девушка.

Поскольку в формации присутствовал ветер, Чэн Цинъянь позаимствовала оттуда элементали воздуха, чтобы взмыть в небо. Зависнув над формацией, девушка некоторое время наблюдала за тем, как непрерывно и плавно менялась эта формация.

- Обидно, что пока существует формация, всегда найдётся способ её сломать, - снова наполнив свой голос духовной силой, произнесла Чэн Цинъянь, - какой бы мощной не была формация, у всё равно останется слабое место. Если хочешь проверить, этот правитель тебе покажет.

Сказав это, она развеяла элементали воздуха вокруг себя и уверенно опустилась на землю. Белая акация вокруг всё так же продолжала осыпать свои лепестки, а аромат цветов по-прежнему парил в воздухе.

- На самом деле, этому правителю очень нравится эта белая акация. Забудь об этом. Ради этой белой акации этот правитель не станет разрушать твою формацию, - сказала Чэн Цинъянь, внимательно наблюдая за любыми изменениями в своём окружении.

Едва заметив какое-то движение, она сосредоточила свою духовную силу на кончиках пальцев и направила всю её мощь в сторону этого движения. Так повторилось десять раз. Чэн Цинъянь уже готовилась атаковать снова, но зазвучавший вокруг неё шорох заставил девушку насторожиться.

Очень тонкий, едва заметный, шуршащий звук повис в воздухе за спиной Чэн Цинъянь, но девушка всё равно сумела услышать его. Она резко обернулась и использовала свою духовную силу, чтобы ударить по деревянному шипу, который приближался к ней на неимоверной скорости.

Попавший под её удар деревянный шип превратился в пар, который рассеялся в воздухе.

- Деревянный шип? - усмехнулась Чэн Цинъянь, - такой маленький деревянный шип, вопреки ожиданиям, обладает довольно большой силой и способен одним ударом убить воина, обладающего силой четвёртого уровня, не прилагая особых усилий. Смотрю, ты решил поиграть с этим правителем?

Жажда крови в её глазах вспыхнула с новой силой, что резко контрастировало с окружающей средой, похожей на сказочную страну.

Чэн Цинъянь больше ничего не говорила. Она просто уничтожала деревянные шипы, продолжающие атаковать её со всех сторон, и в тоже время искала око формации. Девушка помнила о своём обещании «не разрушать эту формацию», данном ранее.

В какой-то момент она столкнулась с прозрачной стеной, похожей на барьер.

- Небеса потворствуют упорным! - объявила Чэн Цинъянь, - сейчас твоя формация завершит своё существование. Неужели тебе нечего сказать? - немного ехидно поинтересовалась она.

Девушке наконец удалось найти око формации, так что теперь её уничтожение не являлось проблемой. Как раз в тот момент, когда она собралась разбить эту формацию, вдруг раздался магнетический мужской голос.

Этот голос внушал ощущение лёгкости и спокойствия, заставляя слышавших его думать, что обладателем этого голоса является красивый и нежный, словно нефрит, молодой человек.

- Имя этого защитника Юй, - разнеслось по округе.

- Юй? Юй Лоша?.. Почему это звучи как… похоже на Лянь Нишан из «Легенды о седовласой ведьме»[1]? - задумалась Чэн Цинъянь.

В своей прошлой жизни она любила костюмированные драмы о древности и боевых искусствах. Поэтому, услышав имя Юя, её мысли сразу устремились в этом направлении, и убийственная аура, исходящая от девушки, сразу же исчезла.

- Это пышная зелень, а не белый нефрит[2], - магнетический голос мужчины прозвучал снова, без каких-либо эмоциональных колебаний в его тоне, как будто говорящий являлся не человеком, а машиной.

- О, Сяоюй. Ты такой же, как Сяомо, верно? Ты давно его не видел? - небрежно спросила Чэн Цинъянь.

Но далее ответа не последовало. Девушка прождала достаточно долго, однако так больше и не услышала голоса Юй Лоша.

- Сяоюй, что случилось? Почему ты молчишь? - решила уточнить она, так как не догадывалась о причине его безмолвия.

И снова не последовало ни слова.

- Сяоюй, ты хочешь выйти? - слегка нахмурилась Чэн Цинъянь, - встреться с Сяомо. Он сказал, что уже давно не видел тебя.

Опять молчание.

- Ладно, - в итоге сдалась Чэн Цинъянь, - хорошего отдыха. Я ухожу, пока!

Она даже не видела лица Юй Лоша и не знала, как общаться с этим странным защитником пространства элементаля дерева. По крайней мере, всё ещё был Сяомо, который отличался особой общительностью. Но вот характер Сяоюя являлся загадкой.

Он, вроде, заговорил, но почти сразу замолчал без всякой причины. «Какой странный,» - думала Чэн Цинъянь, покидая пространство элементаля дерева. Едва девушка вернулась в пространство элементаля земли, как перед ней возник силуэт.

- Как дела? Он согласился выйти? Ты прошла его испытание? Он передал тебе свой духовный навык? - град вопросов посыпался на Чэн Циинъянь от этого силуэта.

Сделав глубокий вдох, девушка принялась отвечать постепенно.

- Сяомо, твой товарищ очень странный. Почему он замолчал, когда я предложила ему выйти и встретиться с тобой? Я долго его спрашивала, но он не произнёс ни слова. Какой духовный навык? Если бы ты не сказал, то я бы вовсе забыла о нём, а он даже не упомянул об этом. Это потому, что он не хочет передавать его мне? - пришла к неожиданному выводу она.

- Так ты прошла испытание? - уточнил Мо Лоша.

Они медленно шли вперёд по бескрайней пустыне пространства элементаля земли.

- Конечно, прошла!

- Он лучший в создании формаций, но у тебя нет таланта мастера формаций, - стал рассуждать мужчина, - поэтому он должен был передать тебе духовный навык элементаля дерева. Спроси его об этом в следующий раз.

Покинув пространство элементаля земли, они оба вернулись во внешний мир.

«Формации?» - подумав об этом, Чэн Цинъянь сразу вспомнила формацию заблуждения, установленную Юй Лоша в его пространстве элементаля дерева. Её разрушительная сила была довольно мощной, а обнаружить какие-либо недостатки было весьма проблематично, даже гладя на общую картину с большой высоты. Если не найти око формации, то прорваться через неё будет практически невозможно, в том числе и человеку более высокого уровня духовной силы.

- Способности Сяоюя в создании формаций весьма впечатляют! - согласилась Чэн Цинъянь.

- Верно, - кивнул Мо Лоша, - среди нас, девяти защитников пространств элементалей, он лучше всех умеет строить формации. Кроме того, его уровень в создании формации соответствует уровню Великого мастера формаций. Ему всего несколько сотен лет, а он достиг таких значительных высот. Это действительно выдающийся талант. «Боюсь, кроме императора Сюло, никто не сможет сравниться с ним,» - последнюю фразу он произнёс мысленно, опасаясь, что если снова упомянет императора Сюло, то Чэн Цинъянь не отстанет от него со своими расспросами.

Но, вопреки его ожиданиям, мозг этой девушки действительно был устроен как-то не так.

- Несколько сотен лет? Значит, Сяоюй такой старый? Сяомо, ты тоже старик? Получается, я самая молодая? Это так здорово - быть молодым! - Чэн Цинъянь просто не могла упустить такую возможность посмеяться над Мо Лоша.

Мужчина совершенно не ожидал, что представит ей такой повод. Для себя он решил, что больше никогда не станет упоминать о подобных вещах, чтобы и дальше скрывать свой настоящий возраст, который совершенно не соответствовал его внешности.

- Что не так с… - но прежде, чем Мо Лоша закончил свой вопрос, его прервала Чэн Цинъянь.

- Я хочу навык элементаля дерева, но мне нужны и техники построения формаций! - заявила она.

Девушка вспомнила о Цзюньлинь Цзюцине, который установил для неё формацию в павильоне сокровищ. Она подумала о том, чтобы попросить Сяоюя, Великого мастера формаций, обучить Цзюньлинь Цзюцина. По её мнению, это был бы неплохой способ оплаты за услугу, оказанную тем парнем.

- Для чего… - Мо Лоша снова не сумел договорить. Но в этот раз Чэн Цинъянь просто отправила его обратно в пространство элементаля земли.

Напевая себе под нос весёлую мелодию, девушка направилась в малое пространство древности, используя силу серебряного глаза.

- Ученица Цинъянь’эр, почему сила элементаля дерева в твоём теле так сильно возросла всего за одно утро? Ты что-то съела? Или выпила? Или кто-то другой помог тебе увеличить её? - едва девушка появилась, как Та Е начал кружить возле неё, закидывая вопросами.

От этого Чэн Цинъянь ужасно захотелось пнуть его.

____________________________________

[1] В русскоязычном сегменте дорама известна под названием «Сказание о беловласой ведьме» 2020 года.

[2] Здесь идёт уточнение китайских иероглифов: 鬱 (юй) - густой, пышный (о растительности) и 玉 (юй) - нефрит. Т.е. Юй Лоша объясняет какой именно иероглиф «юй» является его именем.

Если хорошенько подумать, Та Е можно считать её учителем. Возможно, следовало ему рассказать о печати в её теле? Если это утаить, то получится, что она ему не доверяет. Но он всё же её учитель…

Чэн Цинъянь терзалась ещё некоторое время, пока, наконец, не решилась.

- Та Е, мне нужно кое-что тебе рассказать, - немного неуверенно начала она.

Та Е так же заметил, что было нечто, о чём девушка не спешила сообщать ему. Но он не стал торопиться и давить на неё. Он ждал, когда Чэн Цинъянь действительно признает в нём своего учителя и сможет довериться ему.

- Рассказывай, - кивнул мужчина.

- Я не знаю почему, но мои родители установили печать в моём теле. Каждый уровень этой печати олицетворяет собой стихий элементаль, имеющий защитника. Сама стихия элементаля, как и защитник, на каждом уровне разные. Ранее ты заметил, что сила элементаля дерева в моём теле резко выросла. Это потому, что я сняла печать с пространства элементаля дерева, как только покинула малое пространство древности, - постепенно объяснила всё Чэн Цинъянь.

Услышав это, Та Е был шокирован: «Может ли это быть печать «Десяти запечатанных связанных пространств»?» Но подобные вещи можно найти только в высших мирах, а защитники пространств элементалей являются подчинёнными императора Сюло! «Каково происхождение этой маленькой девочки?» - размышлял он, с сомнением гладя на Чэн Цинъянь.

- Та Е, ты знаешь, что это за печать и откуда она взялась, верно? - заметив на себе странный взгляд мужчины, который долгое время хранил молчание, Чэн Цинъянь предположила, что он может быть в курсе этих вещей.

Увидев волнение девушки, Та Е на мгновение задумался, прежде чем ответить.

- Я не знаю, я никогда не слышал о такой печати, - покачал головой он.

Та Е быстро сообразил, что поскольку защитники тех пространств ничего не рассказали девушке, значит, ей ещё рано знать об этом. И он тем более не имеет права ничего ей говорить.

Кроме того, Та Е обратил внимание на то, что характер и склад ума этой девочки отличались от обычных людей. Хотя он не знал, почему она такая, но Чэн Цинъянь нравилась ему всё больше и больше. Как её учитель, он просто не мог подвергать эту девчонку опасности. Она всё ещё была слишком слаба.

- М-м, - приняла его ответ Чэн Цинъянь, - я раньше искала в древних книгах, но не обнаружила упоминаний о такой печати.

Она не получила никакой полезной информации, но не слишком переживала по этому поводу, потому что понимала, раз её родители сумели заставить великого императора Сюло и девятерых его подчинённых пожертвовать своей свободой и стать защитниками печати в пространстве в её теле, значит, личности этих двух людей должны быть весьма необычайными. Как их дочь, разве она сама могла быть обычной? Или слабой?

- Забудь об этом, Та Е, - отмахнулась Чэн Цинъянь, - со временем я узнаю то, что должна знать. Сейчас я пришла, чтобы попросить тебя обучить меня изготовлению пилюль, - она села, скрестив ноги, готовясь к уроку.

Та Е восхитился словами этой девочки. В таком юном возрасте она уже обладала настолько зрелым разумом. Её обучение, определённо, не станет пустой тратой времени. Он всё сильнее и сильнее гордился Чэн Цинъянь и всё больше убеждался в своём выборе ученика.

- Хорошо! Я здесь для того, чтобы научить тебя. Я верю, что ты сможешь изготовить пилюли с первой попытки! - громко крикнул Та Е и призвал свой треножник.

На самом деле его слова были направлены на то, чтобы воодушевить Чэн Цинъянь. Он сам считался первым гением в алхимии на континенте Опускающихся туч, но ему потребовалось пять попыток, прежде чем удалось успешно создать первую пилюлю. Если Чэн Цинъянь сумеет добиться успеха с десятого раза, то её будущие достижения в алхимии будут экстраординарными!

Та Е достал лекарственные травы из пространства в треножнике и разложил их перед девушкой.

- Сперва определи, что это за лекарственные травы, - начал объяснять он, - чтобы изготовить пилюлю, сначала нужно подобрать лекарственные травы, необходимые для её создания. Во-вторых, среди выбранных трав требуется отобрать те, лекарственные свойства которых наиболее активны. Чем выше активность лекарственных веществ в травах, тем быстрее будет скорость конденсации пилюли.

- Гм-м, - кивнула Чэн Цинъянь, внимательно разглядывая разложенные перед ней травы.

- Поскольку ты впервые изготавливаешь пилюлю, то тебе следует начать с пилюли для учеников-алхимиков - пилюли Безмятежного сердца, - предложил Та Е, - пилюля Безмятежного сердца необходима воинам ниже третьего уровня духовной силы, которые во время прорыва столкнулись с отклонением духовной энергии и сошли с ума. На людей, обладающих духовной силой выше третьего, но ниже пятого уровня, она так же оказывает успокаивающий эффект, позволяя полностью сосредоточиться на совершенствовании.

На самом деле, пилюля Безмятежного сердца, которую предложил изготовить Та Е, не являлась пилюлей для учеников-алхимиков, а была продвинутой пилюлей для младших алхимиков. Сложность её изготовления превосходила элексир Восстановления.

- Ясно, - ответила Чэн Цинъянь и продолжила поиски нужных лекарственных трав.

Та Е показалось странным то, что девушка даже не взглянула на него и не задала никаких вопросов. Она просто закинула в треножник выбранные лекарственные травы и закрыла глаза. Это…

Это не беспорядок?

Округлив глаза и вытянув шею, Та Е сосредоточенно и потрясённо наблюдал за тем, как Чэн Цинъянь изготавливает пилюлю. Казалось, будто она спала во время всего процесса, так ни разу и не открыв глаза.

Для создания пилюлю Безмятежного сердца уровня младшего алхимика требовалось всего одиннадцать лекарственных трав. Та Е стал очевидцем того, как Чэн Цинъянь схватила одиннадцать лекарственных трав и бросила их в треножник. Это действительно было необычно! Как можно помещать в треножник сразу все лекарственные травы? Их следует добавлять постепенно, а затем вливать духовную силу элементаля дерева. И только после полного извлечения всех лекарственных свойств опускать в треножник следующую траву.

«Увы, мне следовало сначала научить её, как добавлять лекарственные травы, - покачал головой Та Е, - надеюсь, что в следующий раз она добьются некоторого успеха.» Он был уверен, что в этот раз изготовление пилюли обернётся полным провалом, и мог только вздыхать от сожаления.

Однако, Та Е снова ошибся!

Раздался громкий грохот, и, когда Та Е решил, что пилюля уничтожена, из треножника потянулся чистый освежающий аромат.

- Это запах пилюли Безмятежного сердца! - глубоко вдохнув этот аромат, потрясённо произнёс Та Е и вздрогнул, когда, наконец, сам понял, что только что сказал, - это… это… пилюля Безмятежного сердца начального уровня! Твою мать!

После этих слов он принялся рассматривать Чэн Цинъянь так, словно перед ним находилось бесценное сокровище.

Девушка постепенно возвращала свою духовную силу элементалей дерева и огня в поле эликсира. Открыв глаза, она увидела прямо перед собой красивое лицо.

- Та Е, что случилось? Я не справилась с выплавкой пилюли? - оттолкнув мужчину, спросила Чэн Цинъянь и поднялась на ноги.

- Кхе-кхе, за сотни лет, с момента моего рождения и до самой смерти, ты - мой самый лучший ученик! - Та Е так же понял, что был немного груб, поэтому прокашлялся прежде, чем похвалить девушку.

- А разве я не единственная твоя ученица? - поправляя свою помявшуюся юбку, невинно уточнила Чэн Цинъянь.

- Хе-хе, верно, за сотни лет, с момента моего рождения и до самой смерти, ты, действительно, являешься моим единственным учеником, - Та Е смутился от её вопроса.

Чэн Цинъянь была слишком ленива, чтобы говорить о бесполезных вещах, к тому же, у неё ещё имелись другие дела.

- Вернёмся к теме: у меня получилось изготовить пилюлю? - напомнила о самом важном она.

Девушка не знала, какая пилюля была успешной, а какая оказалась неудачной. Она только могла спросить об этом Та Е.

- Девочка, у тебя действительно исключительный талант! Нет, следует сказать, что ты - гений! Тебе не только удалось изготовить пилюлю с первой попытки, но ещё ты пропустила уровень ученика и сразу достигла уровня младшего алхимика! - Та Е поманил рукой, и треножник оказался перед ними.

- М-м, видимо, у меня всё же есть талант к алхимии, - тон Чэн Цинъянь был равнодушный и совершенно спокойным, как будто она говорила о самых обычных вещах.

Когда Та Е открыл крышку треножника и заглянул внутрь, он снова изменился в лице и потрясённо уставился на невозмутимую девушку.

- Ты - монстр! - выкрикнул он. Беспечный вид Чэн Цинъянь вызвал у Та Е желание отругать её, - девочка, ты знаешь, что я, самый гениальный алхимик континента Опускающихся туч, за один раз могу изготовить максимум три пилюли?

- Да? - немного усомнилась Чэн Цинъянь. Если это было правдой, то она могла посоревноваться за звание первого гения?

- Без сомнения! Каким образом тебе удалось за раз изготовить шесть пилюль? Кто ты, если не монстр? - в какое дерьмо он наступил? Он действительно столкнулся с таким потрясающим гением! Если те старики узнают об этом, они все умрут от зависти!

- А сколько может стоить пилюля Безмятежного сердца начального уровня? - озвучила свои мысли Чэн Цинъянь.

Она решила, что пилюля начального уровня не имела большой ценности, поскольку была всего лишь начального уровня, но в данный момент девушка могла довольствоваться только этим.

- А? Я... я не знаю, - икнул Та Е, а после и вовсе лишился дара речи, поскольку совершенно не ожидал такого вопроса.

Чэн Цинъянь совершенно не гордилась и вовсе не радовалась тому, что оказалась несравненным гением, вместо этого её интересовало, за сколько можно продать пилюли. Та Е в очередной раз безрезультатно пытался понять, как устроен мог этой девчонки.

- М-м, ну ладно, пока, - Чэн Цинъянь не стала ждать, пока Та Е придёт в себя, и быстро попрощалась.

Прихватив изготовленные ей пилюли, она покинула малое пространство древности, оставив потрясённого учителя в гордом одиночестве.

Вернувшись в боковой двор, Чэн Цинъянь надела одежду и маску, которые носила, когда ранее ходила в дремучий лес в Чёрных горах, и вышла, не обращая внимание на Маомао, который всё ещё мирно спал на каменном столе. Она собиралась продать изготовленные ею пилюли на аукционе, чтобы обменять их на духовные сокровища.

Но чего она не знала, так это того, что шаг за шагом подорвёт весь мир алхимии и торговли не только империи Божественного клёна, но и целого континента Опускающихся туч. Она станет ещё одной легендой алхимии наравне с Та Е и Юэ Чэнем…

Имперская столица разделена на четыре района, и в каждом районе есть улица, предназначенная исключительно для знати: проспект Алой птицы в северном районе, проспект Зелёного дракона в южном районе, проспект Чёрного воина в восточном районе и проспект Белого тигра в западном районе.

Большинство магазинов на каждой улице принадлежало соответствующим семьям, а остальные - королевской семье. В зависимости от того, на чём основывался бизнес семьи, то и являлось приоритетным товаром в этих магазинах.

Например, аукционный дом, к которому направилась Чэн Цинъянь, принадлежал семье Белого тигра, которая специализировалась на продаже пилюль и лекарственных трав. Семья Белого тигра владела бесчисленным множеством магазинов и аукционных домов по всему континенту Опускающихся туч.

Всего в этом аукционном доме было пять этажей. Весь первый этаж занимал аукционный зал, окружённый галлерей, и просторный холл с широкой лестницей. На втором этаже располагалось более десятка комнат, завешенных шторами разных цветов. С обеих сторон от широкой лестницы находилось по шесть красных комнат, четыре фиолетовых, две золотые и одна чёрно-золотая, которая размещалась прямо по центру, занимая лучшую позицию для обзора. Таким образом, уровни почётных гостей были чётко разделены.

На третьем этаже туда-сюда сновали слуги аукционного дама, предположительно, подготавливая предметы к продаже. На четвёртом этаже производилась оценка потенциальных товаров. Что же до пятого этажа, то он имелся в каждом аукционном доме семьи Белого тигра, но никто, кроме самих владельцев, не знал о его назначении.

Чэн Цинъянь направилась к широкой лестнице и хотела подняться на четвёртый этаж, чтобы оценить свои пилюли, но не успела преодолеть и пары ступеней, как ей помешали.

- Остановитесь! - крикнула девушка в розовом платье и преградила ей путь.

- В чём дело? - равнодушно спросила Чэн Цинъянь.

- Вы не можете подняться туда! - девушка занималась своими делами за стойкой регистрации, но бросила свой пост и поспешила сюда, чтобы остановить постороннего человека.

- Почему? - в силу своего характера, Чэн Цинъянь проявляла абсолютно полное безразличие к незнакомым людям: будь то её взгляд, тон голоса или даже образ мышления.

Девушка запрокинула голову, демонстрируя своё похожее на тыкву лицо, в котором отчётливо читались ответственность и чувство долга.

- У вас есть карта, соответствующая комнате наверху? Или удостоверение? - взглянув на гостя, который был выше её на голову, спросила она.

- Хм? - слегка нахмурилась Чэн Цинъянь, выражая сомнение.

- Именно… например, для прохода в красную комнату необходима красная карта, в фиолетовую - фиолетовая и так далее, - девушка быстро сообразила, что этот человек впервые посетил их аукционный дом, потому терпеливо объяснила.

- Нет, - безразлично ответила Чэн Цинъянь и, проигнорировав сотрудницу аукционного дома, находящуюся рядом, продолжила подниматься.

- Остановитесь! Остановитесь! Вы не можете подняться без чего-либо! - девушка побежала за незнакомцем, чтобы остановить его.

Но все её попытки долгое время были бесполезными, пока гость, наконец, не остановился сам. Сначала девушка обрадовалась, но после заметила, что они достигли четвёртого этажа.

- Ах! Как вы могли прийти сюда? Даже меня предупреждали, что сюда подниматься нельзя. Скорее… Скорее спускайтесь со мной. Если кто-нибудь обнаружит, вас побьют, - быстро протараторила она, с тревогой оглядываясь по сторонам.

Чэн Цинъянь собиралась отмахнуться от протянутой к ней руки и проигнорировать девушку, но заметив, что у этой юной особы доброе сердце, и что сотрудница аукционного дома совершенно не похожа на этих важных х***, она сразу перестала относиться к девушке холодно.

- Ничего не случилось, - попыталась успокоить её Чэн Цинъянь.

- Нельзя! - продолжала уговаривать гостя девушка, - я не смогу скрыть это происшествие!

Видя, что эта девушка очень настойчива, Чэн Цинъянь больше не заботилась о том, что её схватили за руку, а просто потащила эту сотрудницу аукционного дома за собой в зал оценки, расположенный напротив.

Внутри, в самом центре просторного помещения, находился огромный стол, на котором были раскиданы кипы бумаг, кисти и чернила. Кроме того, много макулатуры было разбросано по всему полу вокруг стола.

Девушка, впервые попавшая в зал оценки, когда увидела это место, совершенно не соответствующее её воображению, задалась вопросом: «Это… это действительно зал оценки?» Но помня о том, что ей запрещено здесь находиться, и опасаясь быть обнаруженной, она поспешно зажала рот руками.

- Есть кто? - поинтересовалась Чэн Цинъянь, наполнив свой голос духовной силой, из-за чего он разлетелся по всему залу, площадь которого была в два раза меньше футбольного поля.

Ей пришлось повторить свой вопрос несколько раз, но ответа так и не последовало. Сотрудница аукционного дома в панике хотела вытащить упрямого гостя из зала оценки, но у неё ничего не получилось. Чэн Цинъянь оставалась неподвижной, словно гора. Опустив левую руку на стену, она стала вливать свою духовную силу, из-за чего весь зал начал вибрировать.

- Кто? Кто мешает мне спать? - раздался старческий голос.

- Старший, я хочу оценить пилюли, - Чэн Цинъянь сделала шаг вперёд и достала все шесть пилюль, которые она изготовила ранее.

- О? Что за пилюли? - старик появился из ниоткуда и сразу схватил один пузырёк.

Однако, увидев сам пузырёк, он разочарованно вздохнул в своём сердце. Качество этого пузырька было весьма посредственным, и в нём могли храниться разве что пилюли, изготовленные учеником алхимика. И хотя он так подумал, но всё равно решил провести оценку лекарства, чтобы не разбивать сердце этому ребёнку. В настоящее время людей его возраста, способных создать пилюли, было всего несколько, а настоящих алхимиков ещё меньше. Старик не хотел, чтобы из-за его грубости или безразличия этот мальчишка бросил свои занятия алхимией.

Однако, когда он открыл пробку и ощутил аромат находящейся внутри пилюли, старик испытал шок.

- Это… это… пилюля Безмятежного сердца начального уровня! - он потрясённо взглянул на посетителя.

Чэн Цинъянь утвердительно кивнула головой. Старик немедленно отложил пузырёк в сторону и в одно мгновение оказался перед ней.

- Ай-яй! Ты сам это изготовил? - спросил он, а его лицо сияло так, словно старик выиграл в лотерее.

Если этот мальчишка действительно является алхимиком, тогда в следующем году они больше не будут в самом низу империи Божественного клёна.

- Да, - не стала скрывать Чэн Цинъянь.

Она не понимала, почему этот старик так разволновался из-за пилюли начального уровня. Разве она не обычная? Это же просто начальный уровень!

Услышав подтверждение, старик чуть не подпрыгнул. Он эмоционально схватил Чэн Цинъянь за руку, словно старый фанат, которому на закате лет посчастливилось встретиться со своим кумиром, о чём он мечтал на протяжении всей своей жизни.

Это заставило Чэн Цинъянь задуматься: не следует ли ей также поприветствовать этого старика, чтобы не нарушать правила приличия? Или можно оставить всё, как есть, и взглянуть на него, как руководитель на своего подчинённого?

- Старший… возможно ли выставить эти пилюли на аукцион? - спросила она, дёрнув губами и отгоняя посторонние мысли.

- Незачем называть меня старшим[1], - дружелюбно улыбнулся старик, - зови меня старейшина Ши. А как твоё имя?

- Тогда старейшина может звать меня Янь, - ответила Чэн Цинъянь.

- Янь? В таком случае я буду называть тебя младший Янь, - обрадовался старик.

- Хорошо, - Чэн Цинъянь не стала возражать[2].

Расположившись на деревянных стульях, друг напротив друга, старейшина Ши и Чэн Цинъянь завели непринуждённую беседу. Со стороны это выглядело так, словно любящий дед общался со своим обожающим внуком. От этой сцены у девушки в розовом платье, что продолжала скромно стоять у двери, отвисла челюсть.

Чэн Цинъянь подула на чайные листья, плавающие на поверхности в чашке, и сделала глоток.

- Императорский чай «Морской конёк»[3]? - удивилась она. Разве этот жёлтый чай не был создан китайскими крестьянами в период правления императора Айсинь Цзюэло Хунли[4]? Время и место не совпадали!

- Младший Янь, ты пробовал этот императорский чай «Морской конёк»? - старейшина Ши, похоже, нашёл близкого друга, когда речь зашла о чае.

Но Чэн Цинъянь мало что знала о чае. Просто одно из заданий в её прошлой жизни немного касалось этой тематики.

- Лишь пару раз, - честно призналась она, но старик ей не поверил.

Этот чай был завезён из империи Божественной степи только в прошлом году. Если бы семья Белого тигра не обладала обширными связями, то они бы не узнали, что в империи Божественной степи имелся такой хороший чай! Тот, кому удалось узнать вкус этого чая, определённо, должен быть знатоком.

- Не следует скромничать. Я приобрёл этот чай «Морской конёк» в империи Божественной степи несколько месяцев назад, потратив почти тысячу золотых! Как тебе его вкус? - старейшина Ши выглядел словно ребёнок, ожидающий похвалы взрослых, из-за чего Чэн Цинъянь захотелось рассмеяться.

Она только могла поделиться знаниями о чае, полученными в своей прошлой жизни.

- Густой и насыщенный вкус со сладким послевкусием, яркий золотисто-зелёный цвет чая, идеально жёлтые молодые чайные листья… выдержанный, сладкий, мягкий, яркий, - высказала своё мнение Чэн Цинъянь.

- Ха-ха-ха! - радостно рассмеялся старейшина Ши, услышав эти слова, - действительно родственная душа!

- О? В таком случае, наше чаепитие сейчас можно считать «при встрече близких людей и тысячи бокалов мало»[5]? - улыбнулась Чэн Цинъянь. Она вышла, чтобы продать пилюли, а в итоге встретилась с таким интересным стариком. Это на самом деле была удача.

- Хорошо сказано! - старейшина Ши пребывал в отличном настроении. Впервые за свою долгую жизнь он встретил близкого по духу человека. Наконец, он всё ещё ощущал себя юным, несмотря на преклонный возраст.

- Тогда… что насчёт пилюль? - напомнила о цели своего визита Чэн Цинъянь.

- Младший Янь, решил порадовать меня ради пилюль начального уровня? Ха-ха! Эти пилюли очень хороши, потому, естественно, их выставят на торги. Не волнуйся, мы выручим за них немалую сумму, - снова рассмеялся старик.

________________________________________

[1] Можно сказать, что в Китае своя особая культура, когда речь заходит об обращении к человеку, в которой очень много различных тонкостей и нюансов. Прежде Чэн Цинъянь обращалась к старику: «前輩» (цянь бэй), что буквально переводится как «вышестоящее/предыдущее поколение». Естественно, для нас, русскоязычных, это звучит несколько непривычно, особенно, если использовать подобное сочетание в тексте. В то время как слово «старший», которое является синонимом к этому сочетанию, куда приятнее глазу.

Далее старик просит называть его «老» (лао), что уже непосредственно переводится как «старший» или «старейшина». Но употребление подобного слова уместно среди членов семьи, когда младшие обращаются к более старшим (поколение бабушек/дедушек и старше).

То есть, на русском языке особой разницы нет, но на китайском она огромна. Своей просьбой старик едва ли не признал Чэн Цинъянь членом своей семьи, что является большой честью.

[2] Здесь идёт речь не о самом обращении «младший Янь», а об ошибке в имени. Чен Цинъянь представилась как «顏» (янь), что имеет значение «лицо», «внешность». Этот иероглиф присутствует в её имени. Однако старик назвал её «彦» (янь), что переводится как «даровитый учёный», «высокообразованный человек», «гордость», «украшение».

На примере наших имён: человек представился Слава, когда в паспорте у него написано Вячеслав, но собеседник посчитал его Святославом и стал обращаться так.

[3] 海馬 (хай ма) - морской конёк. Такой чай реально существует, и его даже можно приобрести на маркетплейсах.

[4] Династия Цин, 1711-1799гг.

[5] Китайская мудрость. Полностью звучит так: «При встрече с душевным другом и тысяча чарок покажутся малым, а при встрече с непонимающим тебя человеком и полслова окажутся лишними».

- Эта вещь очень дорогая, - убирая оставшийся императорский чай «Морской конёк», заговорил старейшина Ши, - младший Янь, поскольку ты родственная душа, тогда…

Наблюдая за его выражением лица, Чэн Цинъянь быстро поняла, что старик собирался сказать. Он очень ценил хороший чай и, должно быть, сперва хотел напоить им гостя, прежде чем озвучить свои намерения.

- Старейшина Ши, - перехватила инициативу в разговоре она, - раз уж ты так хорошо относишься ко мне, тогда мне позволительно как следует подкупить старшего, а так же заложить себе основу для будущей торговли своими пилюлями.

- Младший! - радостно воскликнул старик.

Он убрал упаковку с чаем в деревянную коробку из белой сосны, которую после с особой осторожностью поместил в свою пространственную сумку. В глазах Чэн Цинъянь он дорожил этим чаем, как своей собственной душой.

Они оба собирались продолжить переговоры о дальнейшем сотрудничестве, но оказались внезапно прерваны.

- Старейшина Ши, аукцион скоро начнётся, но у нас нет достаточного количества пилюль! - раздался нетерпеливый мужской голос, - у вас здесь нет никаких пилюль на оценке?

С этими словами в зал вошёл крупный мужчина ростом около метра девяносто. Он был одет в чёрный походный костюм, которые ещё больше подчёркивал его сильное крепкое тело, делая этого мужчину похожим на ягуара. Его лицо, покрытое бронзовым загаром, не было красивым, а считалось совершенно обычным, что только добавляло мужественности этому человеку. Он выглядел словно наёмник, проводящий в пути круглый год.

- О, Цзяньшэн, как раз только что младший Янь пришёл, чтобы оценить пилюли. Всего шесть штук, и все достойны быть выставлены на аукционе, - старейшина Ши убрал пространственную сумку, подошёл к столу и протянул оставленный на нём пузырёк мужчине.

Цзяньшэн уже долгое время проработал в семейном аукционе. Прежде он видел, что пилюли и эликсиры, изготовленные учениками алхимиков, были упакованы в дорогие пузырьки из белого нефрита. Такой пузырёк не только лучше сохранял лекарственные свойства, но и позволял поднять цену на пилюлю или элексир. Какая ценность могла быть у пилюли, находящейся в этом обычном пузырьке?

- Как можно сравнивать пилюли внутри с обычными? - заметив его сомнения, усмехнулся старейшина Ши, - не сомневайся. Быстрее спускайся и начинай аукцион. Я гарантирую, что эти шесть пилюль уйдут по хорошей цене!

Цзяньшэн взглянул сначала на старика, затем на Чэн Цинъянь, которая продолжала наслаждаться чаем, после чего кивнул, взял пузырьки и ушёл.

- Младший Янь, давай посмотрим, сколько будут стоить твои пилюли, - предложил старейшина Ши и выставил два стула на верхней галерее.

- Хорошо, - Чэн Цинъянь направилась к выходу из зала оценки и увидела, что следовавшая за ней девушка в розовом платье всё ещё оставалась здесь.

Она боялась пошевелиться или издать хотя бы звук, отчего замерла с идеально ровной спиной, чем напоминала деревянный кол. Чэн Цинъянь даже не подумала, что эта девушка останется здесь до сих пор.

- Пойдём вместе посмотрим? - предложила ей Чэн Цинъянь, чем заставила сотрудницу аукциона прийти в себя.

- А? Это… это… хорошо, - глядя на Чэн Цинъянь с удивлением, девушка даже не могла говорить внятно.

Чэн Цинъянь прихватила ещё один стул для этой девушки, чем окончательно смутила её.

Сидя на деревянном стуле, девушка на самом деле хотела несколько раз ударить ударить себя. «Я действительно мешала пройти младшему алхимику! Более того, у него такие хорошие отношения со старейшиной Ши, третим старейшиной семьи Белого тигра. Это же надо быть такой глупой и такой слепой!» - мысленно корила себя она.

Чэн Цинъянь не интересовали предметы, выставленные на аукционе, проходящем внизу, поэтому она заметила состояние сидящей рядом с ней девушки в розовом платье. «Какая милая девочка, - мысленно улыбнулась она, - кажется, она работает здесь недавно, иначе она вряд ли была бы такой заботливой.»

- Как тебя зовут? - спросила Чэн Цинъянь эту девушку, обращаясь к ней мягко, словно к своей сестре.

- А? Му Цици... - молодая сотрудница аукциона совершенно не ожидала, что с ней заговорит младший алхимик, поэтому оказалась шокирована его внезапным вопросом.

Она скромного взглянула на младшего Яня, который не следил за ходом аукциона, а наблюдал за ней. Но стоило девушке увидеть его ясные и бездонные чёрные глаза, как её сердце пропустило удар, а после бешено заколотилось.

- Какие красивые глаза! - неосознанно выпалила Му Цици первое, что что пришло ей в голову.

Если бы Чэн Цинъянь не замаскировалась перед выходом, она бы подумала, что Му Цици потрясло её необычное сочетание серебристо-белого и обсидианового цвета глаз, совершенно не свойственное простым людям.

- Ха-ха, спасибо, Цици, - хихикнула Чэн Цинъянь. У неё вдруг возникло ощущение, что эта девушка была ей близка, как родная сестра, хотя у Чэн Цинъянь никогда не было младших сестёр.

Когда Му Цици услышала, как ласково назвал её младший Янь, её щёки внезапно покраснели. Девушка прикусила нижнюю губу и повернула голову, не осмеливаясь больше смотреть прямо на него, но всё равно не могла не чувствовать волнения: «Он назвал меня Цици! Цици… даже мои родители так меня не называли!»

Чэн Цинъянь не обратила внимания на изменения в Му Цици. Она просто продолжила наблюдать за тем, как различные вещи уходили с аукциона, продаваясь по заоблачным ценам. Но если бы она узнала о мыслях Му Цици, то у неё, определённо, задёргался бы глаз: каким образом она позволила этой девушке создать такую иллюзию?

Му Цици продолжала краснеть и стесняться, глядя в сторону и фантазируя о любви. Что же до этого «мужчины» Чэн Цинъянь, то её внимание переключилось на ведущего аукциона. Сидящий рядом с ней старейшина Ши также устремил свой взор вниз.

- Следующим лотом нашего аукциона является пилюля Безмятежного сердца начального уровня! - объявил ведущий.

Он поместил пилюлю на шёлковый платок и положил их на подъёмную платформу аукционного стола. Яркий свет падал на стол, что позволяло людям, сидящим как в самом зале, так и в отдельных комнатах второго этажа, хорошенько рассмотреть выставленный лот. Всеобщее внимание тут же стало приковано к этой пилюле, а во взглядах многих возникло страстное желание заполучить её.

- Вы все можете разглядеть, что эта пилюля Безмятежного сердца кристально чистая, - повысив голос, продолжил соблазнять на покупку ведущий, - а её аромат соответствует пилюле начального уровня. Но эта пилюля Безмятежного сердца - не обычная пилюля начального уровня, а легендарная девятизвёздная пилюля начального уровня! Дамы и господа, всего таких пилюль шесть. Стартовая цена первой - девятьсот золотых. Шаг каждой последующей ставки не должен быть меньше ста золотых! Торги начинаются!

Едва он закончил говорить, как снизу послышались крики. Даже окна комнат для особых гостей на втором этаже открывались несколько раз, и оттуда показывались слуги, чтобы озвучить цену. Очень быстро она выросла.

- Тысяча четыреста золотых!

- Тысяча пятьсот золотых!

- Тысяча семьсот золотых!

Слушая, как постепенно растёт цена, Чэн Цинъянь оставалась совершенно спокойной. Подобные суммы казались ей незначительными, ведь стоило ей только пройтись по резиденции какого-нибудь высокопоставленного чиновника, как на вырученное состояние она бы смогла купить весь аукционный дом. Деньги? Для вора с первоклассными навыками и отличной наблюдательностью они похожи на туалетную бумагу: только использовать и выбросить.

Когда старейшина Ши услышал последнюю ставку в две тысячи золотых, он повернулся и посмотрел на младшего Яня, лицо которого, казалось, и за тысячу лет не изменится, но это была всего лишь маска Чэн Цинъянь.

- Если продать все эти шесть пилюль, то, конечно, не выйдет двадцать тысяч золотых, - прокомментировал он.

- В таком случае, благодарю старейшину Ши, - услышав его слова, Чэн Цинъянь повернула голову. Её кончики губ изогнулись в едва заметной улыбке.

- Ха-ха, младший Янь, твои пилюли так легко продать. Чем выше будет их цена, тем больше заработает наш аукцион! Как насчёт того, что бы в будущем мы стали единственными местом, где их возможно приобрести? - торгуясь, старик выглядел так же, как обманывающий ребёнок. Слегка сощурившись, он с улыбкой смотрел на юношу.

Брови как листья ивы Чэн Цинъянь, нет, её густые брови были подняты. Её глаза, задумчиво разглядывающие старейшину Ши, излучали какой-то непонятный свет. От этого взгляда по спине старика пробежал холодок, а его волосы встали дыбом.

- Сколько ты хочешь? - в итоге со льстивым видом продолжил он, - пока ты предоставляешь все пилюли, что изготовишь в будущем, на продажу на аукционе семьи Белого тигра, мы щедро заплатим тебе. Однако мы не можем отдать тебе всю прибыль.

Только после этих слов с лица младшего Яня исчезла та жуткая ухмылка, сменившись искренней яркой улыбкой. Чэн Цинъянь поняла намерения старейшины Ши. Она кивнула и слегка приоткрыла тонкие губы своей маски.

- Семьдесят процентов, - ровно произнесла она.

- Семьдесят процентов? Это грабёж! - вскрикнул старик и резко вскочил на ноги.

Своим внезапным действием он напугал Му Цици, которая зачаровано любовалась улыбкой младшего Яня, из-за чего девушка упала со стула.

Чэн Цинъянь встала, подошла к Му Цици, с алыми щеками сидящей на полу, и «заботливо» помогла ей подняться.

- Старейшина Ши, это окончательно, - настояла на своём Чэн Цинъянь, одарив старика равнодушным взглядом.

- Забудь об этом, - старейшина Ши ещё хотел поторговаться с младшим Янем, но мог только уступить, видя его безразличие, - сначала мне нужно обсудить это со старшим молодым господином. Я дам тебе ответ завтра. Кстати, где ты живёшь? Я найду тебя, когда узнаю его решение.

- Хорошо, - кивнула Чэн Цинъянь, - в таком случае я зайду, когда придёт время. Сейчас я прощаюсь, - с этими словами она развернулась и ушла.

- Молодой господин Янь, - догнала её Му Цици, когда Чэн Цинъянь уже спускалась по лестнице, - вы ещё не получили деньги за продажу пилюль!

У Чэн Цинъянь сложилось хорошее впечатление об этой девушке, так похожей на её младшую сестру.

- Я вернусь завтра, - обернувшись, ответила она с лёгкой улыбкой, - до встречи.

Сердцебиение Му Цици мгновенно ускорилось, ее щеки покраснели, как будто она обгорела на солнце. «Он улыбнулся мне!» - поджав губы, мысленно ликовала она. Даже спустя сотню лет, Му Цици вспоминала эту улыбку, что потрясла её до глубины души. Девушке никак не удавалось унять своё учащённое сердцебиение и успокоиться, чтобы перестать краснеть. «Просто пройти мимо - уже прекрасно,» - сказала она своим детям, став матерью.

Вернувшись в боковой двор особняка семьи Зелёного дракона, Чэн Цинъянь только сменила свои маскировку на обычную одежду и даже не успела сесть, чтобы выпить чаю, когда к ней пришла служанка.

- Старшая молодая леди, у главы есть к вам дело, и он просил вас прийти в «Персиковый сад», - уважительно сказала она, склонив голову.

Чэн Цинъянь отставила чашку, так и не сделав ни единого глотка, кивнула и направилась в сторону «Персикового сада». Служанка покорно следовала за ней. Чэн Цинъянь проигнорировала её и довольно быстро добралась до места. Увидев, как она входит во внутреннюю комнату главного дома «Персикового сада», служанка почувствовала себя очень неловко. «Глава приказал обманом заставить Чэн Цинъянь найти алхимика среднего уровня, но почему глава не сказал, что она ничего не спросит? Что мне делать теперь, когда мы добрались до «Персикового сада», а Чэн Цинъянь не проронила ни слова?» - мысленно терзалась она.

Чэн Цинъянь холодно взглянула на служанку, тревожно поклонившуюся, а затем повернулась и посмотрела на Чэн Яя, сидевшего напротив.

- Глава Чэн послал человека, чтобы пригласить меня сюда, - её брови слегка приподнялись, - не может же это быть для того, чтобы попробовать чай, верно?

- Цинъянь, почему в прошлый раз ты сказала, что нужно найти алхимика среднего уровня? Можешь объяснить своему отцу подробнее? - Чэн Яй не мог не злиться.

В конце концов, Чэн Мохуна изгнали из семьи, а из оставшихся его трёх дочерей только Чэн Цянь являлась самой подающей надежды. В столь юном возрасте она уже достигла второго уровня духовной силы, а так же имела титул первой красавицы империи Божественного клёна. Это являлось причиной того, чтобы Чэн Яй любил Чэн Цянь ещё больше.

На данный момент Чэн Цянь не только не стало лучше после долгого лечения мастером Чжао Сунон, но её состояние ещё и ухудшалось. Как мог Чэн Яй не беспокоиться? Когда ситуация с состоянием Чэн Цянь сложилась подобным образом, он внезапно вспомнил то, о чём говорила Чэн Цинъянь, и потому поспешно отправил кого-нибудь пригласить её. Он пытался лечить мёртвую лошадь так, будто она живая[1].

Сейчас Чэн Цинъянь являлась лишь младшим алхимиком, и она всё ещё не сталкивалась с работой алхимика среднего уровня.

- Глава Чэн, я помню, что говорила, - безэмоционально заговорила она, - я просто советовала найти алхимика среднего уровня для лечения Чэн Цянь, а не доверять это младшему алхимику такому, как мастер Чжао Сун.

Увидев равнодушное поведение Чэн Цинъянь, Чэн Яй подумал, что она знает алхимика среднего уровня. Хотя это и звучало смешно: «Самая никчёмная и уродливая девушка империи Божественного клёна знакома с алхимиком среднего уровня,» - Чэн Яй не желал упускать ни единого шанса вылечить Чэн Цянь.

- Цинъянь! Цянь’эр, в конце концов, твоя сестра! К тому же твоя мать тоже нуждается в лечении. Неужели ты не заботишься о многолетних родственных чувствах? - Чэн Яй непринуждённо упомянул о родственных чувствах, которые Чэн Цинъянь никогда не испытывала, надеясь, что у неё будет достаточно совести.

- Оу! Глава Чэн действительно хорошо шутит! - усмехнулась Чэн Цинъянь, - если вы считаете, что мне недостаточно просто озвучить способ спасения человека, который целыми днями размышляет о том, как убить меня так, чтобы я даже не смогла переродиться, тогда мне следует, как угорелой, обежать весь континент Опускающихся туч только лишь для того, чтобы найти для неё спасение и позволить ей поправиться, чтобы потом она снова целыми днями размышляла о том, как отправить меня к Жёлтому источнику? - увидев, что после её слов лицо Чэн Яя стало чернее дна горшка, губы Чэн Цинъянь растянулись в насмешливую дугу, - я действительно не понимаю, что глава Чэн подразумевает под родственными чувствами, - продолжила она, - и…

Не договорив, Чэн Цинъянь направилась к выходу, но остановилась в дверях, обернулась и закончила свою мысль.

- Кто такая госпожа Юань? Моя мать? Она лишь сука, подходящая для спаривания, - презрительно фыркнула она и пошла дальше.

Чэн Яй был ошеломлён не только грубыми и высокомерными словами Чэн Цинъянь, но и её саркастической улыбкой. А самым невероятным было то, что в ярком солнечном свете уродливое лицо этой дочери действительно казалось красивым! Всё это настолько потрясло мужчину, что он достаточно долго не мог прийти в себя, пока не вошла служанка.

Когда девушка увидела мрачное выражение на лице главы, она подумала, что Чэн Яй сердится из-за того, что она не обманула Чэн Цинъянь. Поэтому служанка быстро опустилась на колени и ударилась лбом об пол.

- Глава, пожалуйста, простите меня! - взмолилась она, - этому слуге не удалось обмануть Чэн Цинъянь, но, прошу вас, пожалуйста, дайте мне ещё один шанс!

Чэн Яй махнул рукой, давая служанке знак уйти. Девушка выползла за дверь так, словно получила помилование.

- Эх, Линсинь, - вздохнул Чэн Яй, глядя в сторону бокового двора, - ты оставила мне её, но я сам не узнаю её. Знаешь ли ты, что Цинъянь всё меньше и меньше похожа на Цинъянь?

Едва Чэн Цинъянь вернулась в свой двор, как к ней бросился Маомао.

- Угу-у-у! - завопил он. «Мастер, куда ты уходила? Тебе нет до меня дела!»

- Маомао, - искренне улыбнулась Чэн Цинъянь, - сегодня я ходила продать пилюли. Когда мы получим деньги, то пойдём пообедать вместе!

- Угу-у-у! - обрадовался демонический зверь. «Отлично! Еда в этом боковом дворе не вкусная! А вот еда в резиденции принца Суй вкусная! Пойдём во дворец принца Суй, чтобы поесть!

- Мы не пойдём в резиденцию принца Суй, - отказалась Чэн Цинъянь, вспомнив, что вытворял Цзюньлинь Цзюцин в прошлый раз, когда она была там, - сходим туда как-нибудь потом. Завтра мы будем есть в павильоне «Говорящего ветра»!

- Угу-у-у! - согласился Маомао. «Тогда ладно! Но ты обещала, что в следующий раз мы пойдём поесть во дворец принца Суй!»

- Хорошо, - не стала возражать Чэн Цинъянь, обнимая маленькую молочную собаку. «Маленькое чудовище,» - мысленно добавила она.

Думая о Цзюньлинь Цзюцине, Чэн Цинъянь вспомнила, что ранее, покинув пространство элементаля дерева, она собиралась просить Сяоюя обучить Цзюньлинь Цзюцина мастерству формаций, но с таким количеством дел почти забыла об этом. Она взяла Маомао на руки и направилась в пространство элементаля дерева.

Снова дойдя до цветущих акаций, Чэн Цинъянь принялась искать Сяоюя, в то время как Маомао спрыгнул с её рук и побежал осматривать окрестности.

- Сяоюй! Сяоюй, ты ещё жив? - девушка намеренно использовала резкие слова и провоцировала этого защитника, чтобы заставить его появиться.

_______________________________________________

[1] Китайская идиома, имеющая смысл «никогда не сдаваться и делать все возможное в любой ситуации».

Как и ожидалось, Юй Лоша не появился и даже не ответил на слова Чэн Цинъянь.

- Сяоюй, не имеет значения, хочешь ли ты выходить, но ты можешь согласиться на одну вещь? - прокричала девушка, озвучивая свои намерения, - прими ученика или одолжи мне свою коллекцию книг по формациям на несколько дней, - она поджала губы, опасаясь, что Юй Лоша откажется. Хотя, это не стало бы неожиданностью, - Сяоюй? - осторожно позвала Чэн Цинъянь.

После долгого ожидания ответа не последовало. Однако, как раз в тот момент, когда она подумала, что снова потерпит неудачу, Чэн Цинъянь опять услышала этот подобный весеннему ветру голос.

- Обучить формациям? Тебя? - спросил Юй Лоша.

Чэн Цинъянь так обрадовалась, услышав эти три слова и два знака знака препинания, что едва не воспарила. Этот замкнутый ребёнок Юй наконец-то заговорил с ней!

- Не меня, а… - девушка только начала говорить, но тут же была прервана Юй Лоша.

- Этот защитник не может учить прочих людей чему-либо, - его голос прозвучал чрезвычайно холодно. Смысл его слов был предельно ясен: постороннему не войти сюда.

- Я… - теперь настала очередь Чэн Цинъянь оказаться в затруднении. Юй Лоша не знает Цзюньлинь Цзюцина, разумеется, он - всего лишь посторонний.

Пока девушка ломала голову, пытаясь найти решение, Маомао прыгнул вверх с дерева акации, растущего рядом с ней, и исчез прямо в небе. Чэн Цинъянь продолжала сидеть на земле, погружённая в свои мысли, и не заметила этого.

Скрытое тайное пространство было заполнено зелёными и высокими метасеквойями глиптостробовидными[1]. Притом корни многих из них находились в засохшей земле, но повсеместно метасеквойи глиптостробовидные сохраняли свою сочную и густую зелень.

- Угу-у-у, - прокричал Маомао. «Юй Лоша, я пришёл, чтобы рассказать тебе секрет!» Он стоял прямо в воздухе без всякой опоры.

По пространству прошлась рябь, и напротив Маомао появился трон, увитый лозами. На этом троне сидел мужчина с широкими плечами и узкой талией. На нём была зелёная одежда, а сам мужчина был подобен нефриту. Его яркие и холодные глаза были слегка приподняты, а исходящая от него морозная аура резко контрастировала с мягкими и нежными словами, исходящими из его рта.

- Ты… - немного удивился Юй Лоша, увидев перед собой белого шарообразного зверя, из-за чего запнулся.

За свои сотни лет жизни он впервые встретил такого демонического зверя, который внешне был похож на маленького щенка, но не являлся щенком. О чём особенно свидетельствовали эти фиолетовые глаза, наполненные древней и психоделической атмосферой.

- Угу-у-у, - прервал его Маомао. «Не думай об этом. Ты слышал, что мастер хотела, чтобы ты принял ученика? Он - муж мастера, а не, как ты сказал, прочий человек! Поэтому…

- Муж? - потрясённо выдохнул Юй Лоша.

Одно это слово привело его мысли в полнейший беспорядок: «У этой девушки уже, оказывается, есть муж?! Она ещё даже не сняла печать, но уже успела выйти замуж?! Каким образом этот Мо стал защитником пространства? Его мозг повредился? После сотни лет изоляции все наставления императора оказались забыты?! Подумать только…» Юй Лоша тихо вздохнул, и всё вокруг наполнилось аурой его разрушительной красоты.

- Я понял. Ты можешь идти первым, - он махнул рукой, и Маомао покинул пространство метасеквой.

С громким криком маленькая молочная собака падала прямо в пространство элементаля земли, что едва не заставило Чэн Цинъянь подпрыгнуть от неожиданности. Она бросилась вперёд, чтобы поймать Маомао. Но прежде, чем девушка успела спросить, что произошло, раздался свистящий звук, из-за чего она снова посмотрела наверх…

- Почему так много книг?! - недоумённо выкрикнула Чэн Цинъянь, крепче прижимая к себе Маомао и бегая по округе, чтобы увернуться от внезапного дождя из книг, что продолжали падать с неба.

Книжный дождь наконец прекратился, но на голову девушки упала книга толщиной с Оксфордский англо-китайский словарь[2], из-за чего Чэн Цинъянь растянулась на земле, чувствуя, как сотрясается её разум, а перед глазами танцуют звёзды.

- Это все книги о формациях, что я собрал за свою жизнь. Достоин ли этот человек стать моим учеником, станет видно, когда он прочтёт все эти книги, - сказал Юй Лоша, тем самым как бы показывая, что прежде размышлял над просьбой Чэн Цинъянь.

- Большое спасибо! - обрадовалась девушка, - тогда сейчас я уйду, чтобы не беспокоить тебя.

Она быстро сложила все книги в пространство в своём теле, подняла Маомао, которого всё же вырубило попавшей в него книгой, и собралась покинуть пространство элементаля земли.

- Чтобы стать твоим мужем этот человек должен пройти испытания императора Сюло и всех защитников пространств, потому приведи его ко мне как можно скорее, - произнёс на прощание Юй Лоша.

Его голос рассеялся, что означало, что этот защитник больше не собирается продолжать общение. Чэн Цинъянь ничего не оставалось, кроме как уйти. Вернувшись в боковой двор, она всё ещё размышляла над последними словами Юй Лоша: «Какой муж? Что за испытания? Сяоюй бредил?»

Но думала об этом девушка не долго и быстро уснула. Ей нужно было как следует отдохнуть, чтобы сохранить достаточно энергии и физической силы, так необходимых для изготовления пилюль. А всё потому что Чэн Цинъянь обнаружила, что стартовая цена пилюли начального уровня составляла почти тысячу золотых. Это было значительно выгоднее, чем продать на аукционе вещи, что она взяла в особняке Зелёного дракона.

Она всё ещё сражается за свою собственную возможность стать богатым человеком!

___________________________________________

[1] Метасеквойя - род хвойных деревьев семейства Кипарисовые, ранее относимый к устаревшему семейству Таксодиевые. В настоящее время существует единственный реликтовый вид рода - Метасеквойя глиптостробовидная. (Материал с Википедии)

[2] 706 страниц - около 2,4 см.

На следующий день Чэн Цинъянь встала рано утром. Она разложила по деревянным бутылочкам пилюли, что изготовила за время сна прошедшей ночью, облачилась в свою маскировку и, используя элементаль воздуха, направилась в аукционный дом семьи Белого тигра. В каждом аукционном доме проводилось по три аукциона в день, и в этот раз Чэн Цинъянь хотела успеть на утренний аукцион.

Добравшись до входа, она резко остановилась, а затем миновала толпу и притаилась в стороне. А причиной всему был красивый мужчина, стоящий перед толпой, одетый в белую с зелёной окантовкой мантию из шёлка, полученного из ледяного шелкопряда. Этот человек был известен всему континенту Опускающихся туч - старший молодой господин Ся, Ся Цяньму.

Чэн Цинъянь опустила голову, делая вид, будто что-то ищет. Ся Цяньму, обутый в сапоги из белой оленьей кожи, только сделал шаг за ворота и тут же остановился, словно что-то почувствовав. Он оглянулся и огляделся, но кроме людей, пришедших на аукцион, единственными, кого он увидел, были слуги и охранники.

«Странно, что это за чувство пустоты в сердце?» - нахмурился Ся Цяньму. Развернувшись, он направился к лестнице. Немного потерев грудь в области сердца, мужчина стал подниматься на четвёртый этаж в зал оценки.

Наблюдавшая со стороны Чэн Цинъянь не сдвинулась с места. «Ся Цяньму здесь, и как же мне теперь продать пилюли? А я ведь ещё не получила за продажу прошлых! Так обидно: я пришла не раньше и не позже, а именно в это время,» - сетовала она. Поскольку маскировка Чэн Цинъянь была той же самой, что и в дремучем лесу в Чёрных горах, Ся Цяньму, определено сразу бы узнал её. Тогда не исключено, что придут и остальные: Мо Лю и Най Яоци, за исключением, конечно, Ся Цянься. Если эти люди соберутся вместе, то Чэн Цинъянь не удастся уйти, не раскрыв своих данных из книги регистрации домохозяйств[1] (ФИО, возраст, место жительства и т.д.).

Но Чэн Цинъянь пообещала старейшине Ши долгосрочное сотрудничество и не могла нарушить своё обещание только из-за того, что увидела Ся Цяньму! «И что мне делать?» - скрестив руки, она прошлась вдоль входа в аукционный дом семьи Белого тигра, не решаясь зайти внутрь. И пока девушка размышляла над тем, как ей поступить, её окликнули.

- Молодой господин Янь? Почему вы здесь? Аукцион скоро начнётся, почему бы вам не пройти? - прозвучал голос, нежный, словно ивовый бутон, который только что проснулся ранней весной.

Обернувшись, Чэн Цинъянь увидела Му Цици, которая не позволяла ей пройти в прошлый раз.

- Цици, ты пришла в нужное время! - обрадовалась она, - у меня здесь десять пилюль Восстановления души и десять пилюль Укрепления духа. Отнеси их старейшине Ши, а мне нужно идти.

Вручив девушке пилюли, Чэн Цинъянь уже хотела сбежать, но её задержала Му Цици.

- Молодой господин Янь, - окликнула «юношу» она, - я отдам эти пилюли старейшине Ши, но вы не получили деньги за продажу своих пилюль в прошлый раз. К тому же сегодня здесь старший молодой господин, и он пробудет здесь весь день! Почему бы вам не пойти и не познакомиться? - поинтересовалась сотрудница аукциона.

- Нет, мне нужно кое-что сделать. Вернусь завтра, пока! - отмахнулась Чэн Цинъянь, услышав, что Ся Цяньму пробудет здесь весь день.

Сказав это, она поспешила в резиденцию принца Суй. Почему она направилась именно туда? Конечно же, чтобы отдать книги о формациях! Иначе, что ещё ей там делать?

Му Цици нахмурилась, испытывая некие сомнения, и пошла в зал оценки на четвёртом этаже, чтобы найти старейшину Ши. Вчера, после визита младшего Яня, старейшина Ши оценил её, заметив общение девушки с этим молодым человеком, и повысил Му Цици до зала оценки. Таким образом, теперь она стала птицей высокого полёта, так как зал оценки являлся самым важным подразделением в любом аукционном доме семьи Белого тигра.

- Старейшина Ши, - вежливо постучав в дверь, заговорила Му Цици, - молодой господин Янь принёс пилюли.

Услышав это, старик резко подскочил и бросился открывать дверь. Его скорость была настолько невероятной, что у других, присутствующих в комнате, захватило дух.

- Младший Янь? Где он? Где он? - возбуждённо вскрикнул старейшина Ши. Он выскочил за дверь и огляделся.

- Старейшина Ши, это пилюли, которые молодой господин Янь просил меня передать, - Му Цици с уважением протянула старику деревянные бутылочки, - молодой господин Янь сказал, что у него ещё есть дела и быстро ушёл. Так же он сказал, что зайдёт за деньгами завтра.

- Действительно негодник[2] Янь, даже не пришёл ко мне, старику! - пожаловался старейшина Ши, взяв маленькие деревянные бутылочки.

- Старейшина Ши, этот молодой господин Янь… - поинтересовался Ся Цяньму своим мягким голосом, подойдя к старику.

- Старший молодой господин, младший Янь - это тот самый молодой младший алхимик, о котором я говорил вам ранее. Он вчера приходил на аукцион, чтобы продать свои пилюли.

- О? Тогда завтра мне нужно познакомиться с молодым господином Янем, - глаза Ся Цяньму сверкнули от предвкушения. Голос в его сердце утверждал: «Этот человек здесь».

______________________________________

[1] 戶口 (хукоу) - дословно переводится как «жильцы (при переписи населения)»; обозначает систему регистрации домохозяйств, используемую в материковом Китае. Так же это статус конкретного человека в регистрационной системе. Тем не менее термин «хукоу» употребляется в разговорной речи для обозначения всей системы.

[2] 小子 (сяоцзы) - ранее переводилось как «младший», но так же имеет значение «негодник», только не в прямом смысле ругательства. Это ласковое обращение старшего к младшему члену своей семьи.

С другой стороны Чэн Цинъянь находилась у задней двери дворца принца Суй и оглядывалась по сторонам, словно вор. Хм-м… конечно, она - вор.

Убедившись, что вокруг никого нет, девушка легонько оттолкнулась пальцами ног и, ухватившись изящными, будто нефрит или корни зелёного лука, руками за внешнюю часть стены, перелезла через неё, беззвучно приземлившись в бамбуковой роще резиденции принца Суй. Чэн Цинъянь замерла на время, внимательно наблюдая за движениями вокруг бамбуковой рощи. Ей нужно было избежать охранников и скрытых стражей, а также механизмов, ловушек, формаций и прочего.

Поскольку владелец этого особняка являлся полноценным мастером формаций, по пути к главному дому Чэн Цинъянь столкнулась с различными формациями, в которых присутствовали все девять элементалей.

С большим трудом добравшись до главного дома, она не только не нашла Цзюньлинь Цзюцина, но и чуть не оказался связанной десятком лиан и проткнутой более чем дюжиной скрытых стрел. «Цзюньлинь Цзюцин, ты настолько неуверен в себе? Установил столько защитных механизмов, опасаясь, что однажды я приду убить тебя? - мысленно возмущалась Чэн Цинъянь, - Бл***!» Последнее слово она выдохнула вслух из-за того, что упала на землю, споткнувшись о камень, когда выпрыгивала из окна, чтобы сбежать из дома.

Чэн Цинъянь уже хотела сдаться, но вспомнив о том, сколько трудностей она уже преодолела, чтобы попасть сюда, передумала. После этого отказа ей было бы сложно унять гнев в своём сердце, поэтому, сделав несколько глубоких вдохов, Чэн Цинъянь продолжила своё путешествие по дворцу принца Суй в поисках Цзюньлинь Цзюцина.

Поднимаясь по горным хребтам, она пересекла белый нефритовый мост через реку, протекающую внутри резиденции. Перемещаясь по крышам домов, покрытых глазурованной черепицей, в какой-то момент Чэн Цинъянь провалилась в пещеру.

Верно, это была пещера. Девушка и подумать не могла, что наткнётся на нечто подобное! Из любопытства она прошла внутрь. Неожиданно, эта обычная пещера оказалась входом в другую пещеру.

Стены, свод и пол второй пещеры были покрыты белым, словно лёд, нефритом. Внутри не было света, но он излучал слабое сияние, которое сбивало с толку. Не сразу Чэн Цинъянь поняла, что приняла за нефрит духовные камни. Духовный камень помогал практику увеличить и укрепить свою духовную силу. А духовные камни, покрывающие эту пещеру, все были седьмого уровня. Стартовая цена одного такого камня на аукционе составила бы не менее трёх тысяч золотых!

Пройдя дальше, Чэн Цинъянь оказалась окружена густым туманом, из-за чего её зрение стало немного размытым. Вокруг было достаточно тепло, что давало ощущение комфорта в эту зиму. Девушка намеревалась ещё продвинуться вперёд, когда почувствовала, что в сторону её шеи направлена атака. Уклоняться уже было слишком поздно, поэтому Чэн Цинъянь ничего больше не оставалось, как использовать щит из своей духовной силы. Однако, этот удар оказался достаточно сильным, потому защититься от него было довольно сложно.

Как раз в тот момент, когда её духовный щит был готов разбиться, мощная атака внезапно рассеялась. Но не успела Чэн Цинъянь опомниться, как её подхватила некая сила, под воздействием которой обувь и пальто девушки слетели с неё. В следующее мгновение уже сама Чэн Цинъянь оказалась брошенной в воду.

Девушка дважды перевернулась, и когда она уже намеревалась встать, её нога соскользнула, и Чэн Цинъянь упала на тёплую и сильную грудь. Чэн Цинъянь была потрясена. Побледнев, она немедленно использовала свою духовную силу, чтобы ударить противника, но он намного превосходил её. Девушка не только не смогла ударить его, но и оказалась полностью повержена им, захватившим преимущество.

Ситуация была такой. Как только руки Чэн Цинъянь, наполнившись духовной силой, замахнулись для удара, противник скрутил их за её спиной. Едва она собралась атаковать ногами, как они оказались зафиксированы длинными ногами противника. В конце концов, Чэн Цинъянь вообще не могла пошевелиться. У нее не было другого выбора, кроме как укусить его.

Но стоило ей только открыть рот, как противник, будто только и ожидал этой возможности, тут же впился в её губы своими. Мягкий горячий язык ворвался в её рот и начал орудовать там, словно намеревался пересчитать все её зубы или скрутить её собственный язык. При этом губы другой стороны жадно поглощали розовые и нежные, как розы, губы Чэн Цинъянь.

Эти действия были очень знакомы ей. Девушка сразу поняла, кто был тем человеком, схватившим её, и красивое лицо которого всё ещё заволакивал туман.

- Цзюнь… Цзюньлинь… Цзюцин… отпусти… я… - попыталась вырваться она.

Человек перед ней не только не отпустил, но и становился всё напористее и напористее. Чэн Цинъянь чувствовала, что воздух в её лёгких стремительно заканчивается. Головокружение, вызванное нехваткой кислорода, дело тело девушки всё более и более вялым и неподатливым.

Только когда Чэн Цинъянь ощутила, что вот-вот задохнётся, Цзюньлинь Цзюцин отпустил её покрасневшие и опухшие губы. Он посмотрел в очаровательные, похожие на шёлк, глаза человека, которого держал в своих объятиях, и снял маску с лица Чэн Цинъянь. Цзюньлинь Цзюцин крепче обнял девушку, прижимая к своему стройному телу, и погрузился в горячий источник. Жаркие и нежные поцелуи покрыли тёмные щёки Чэн Цинъянь.

Его движения были такими лёгкими и заботливыми, будто Цзюньлинь Цзюцин держал в своих руках величайшее сокровище. Чэн Цинъянь погрузилась в его тёплые и ласковые объятия, не в состоянии вырваться из них. Но сцены обмана и предательства Линь Чэньцзэ из прошлой жизни, которые привели к её тяжёлому ранению и смерти, внезапно всплыли в памяти Чэн Цинъянь, отчего её затуманенные глаза сверкнули ярким безжалостным светом, а сам взгляд стал острым и жёстким.

Девушка собрала всю духовную силу в своём теле и оттолкнула Цзюньлинь Цзюцина, вырвавшись из его объятий. Несмотря на то, что её одежда была насквозь мокрой и прилипала к телу, Чэн Цинъянь подхватила пальто и обувь, упавшие у водоёма, быстро натянула их на себя и стремительно бросилась прочь, используя элементаль воздуха.

После того, как фигура Чэн Цинъянь исчезла, возник белый силуэт, который взмахнул хвостом, чем заставил вздрогнуть округу. Этот белый силуэт силуэт исчез так же быстро, как и появился. Едва он скрылся, как Цзюньлинь Цзюцин поднялся из горячего источника. Он нахмурил острые брови и зачарованно посмотрел в том направлении, где исчезла Чэн Цинъянь.

Эти чёрные брови, сморщенные как в слове «река»[1], заставляли людей тратить все деньги мира только на то, чтобы разгладить их.

Цзюньлинь Цзюцин взял лёгкую мантию, лежащую на нефритовом диване, и надел её, чтобы прикрыть своё стройное мускулистое тело, подобное телу гепарда, которое вызывало зависть людей и богов. Он обернулся и направился к стопке книг, появившейся у входа.

Похожие на кристальный нефрит, стройные и изящные пальцы коснулись книги и небрежно взяли её в руки. Цзюньлинь Цзюцин медленно перелистывал страницы, и чем дальше он смотрел, тем сильнее волновался. Почти пять сотен книг содержали в себе подробное описание формаций. С их помощью можно было не только продвинуться от мастера формаций среднего уровня до Великого мастера формаций, в них так же имелось много ценных заметок, рекомендаций и наставлений, которые невозможно было найти в любых других книгах. Если хотя бы про одну из этих книг станет известно на континенте Опускающихся туч, то все мастера формаций просто сойдут с ума и станут готовы на всё, лишь бы заполучить её.

Цзюньлинь Цзюцин быстро убрал все книги в своё пространственное кольцо и помчался из резиденции принца Суй с такой скоростью, с которой ещё никогда в своей жизни не бегал. Прибыв в резиденцию семьи Зелёного дракона, он обыскал весь боковой двор, но не нашёл никаких следов Чэн Цинъянь.

Словно обезглавленная муха, Цзюньлинь Цзюцин бегал по всей имперской столице, появляясь то в южном районе, то в восточном. Но обыскав весь город, он так и не смог найти чёрную тонкую фигуру Чэн Цинъянь. Цзюньлинь Цзюцин стоял на крыше и чуть не упал. Он снова испытал тоже самое чувство, что и в пятилетнем возрасте, которое возникло, когда умерла его мать.

Цзюньлинь Цзюцин сходил с ума. Он тревожно сжал руки, чтобы успокоиться и подумать о том, куда могла пойти Чэн Цинъянь. Внезапно его взгляд упал на густой лес за городом, и его сердце сжалось от дурного предчувствия. С налитыми кровью глазами Цзюньлинь Цзюцин выскочил из города, как стрела, выпущенная из лука. Никто из стражников, охраняющих город, не заметил его, потому что мужчина двигался со скоростью ветра. Цзюньлинь Цзюцин устремился в дремучий лес а Чёрных горах.

Продолжая свои поиски, он продвигался всё глубже и глубже в лес, при этом сам не осознавал этого. Деревья вокруг становились всё гуще и толще. Опасаясь, что Чэн Цинъянь станет намеренно избегать его, Цзюньлинь Цзюцин не решался выкрикнуть её имя.

Из-за густой растительности становилось всё темнее и темнее. Высокие деревья, закрывающие своими кронами небо, стали похожи на демонов, которые жестоко терзали сердце Цзюньлинь Цзюцина. Он боялся… Боялся, что Чэн Цинъянь окажется здесь в опасности. Боялся, что она не сможет выдержать этот мрак и холод.

- Цинъянь! Я был неправ! Можешь выйти? - не сдержавшись, позвал он. По щеке Цзюньлинь Цзюцина скользнула хрустальная слеза. Он не должен был так обращаться с Янь’эр! Он действительно сволочь!

Грозный рёв зверя прокатился по окрестностям. Цзюньлинь Цзюцин запаниковал и поспешно бросился к источнику этого звука. «Надеюсь, Янь’эр там нет!» - мысленно взмолился он.

_____________________________________

[1] Здесь имеется в виду само написание иероглифа: « 川 ». Если честно, мне сложно представить брови такой формы.

Достаточно приблизившись к источнику звука, Цзюньлинь Цзюцин, наконец, смог увидеть демонического зверя и тёмную фигуру - Чэн Цинъянь!

Цзюньлинь Цзюцин использовал элементаль воздуха и стремительно ринулся вперёд. Теперь, оказавшись ещё ближе, он сумел отчётливо разглядеть, что зверем был единственный на весь дремучий лес в Чёрных горах демонический зверь седьмого уровня, красноглазый зверь грозовых туч. На всём континенте Опускающихся туч было очень мало демонических зверей пятого уровня, и большинство из них обитало в глубинах леса Демонов.

Более того, это демонический зверь седьмого уровня, а сила Цзюньлинь Цзюцин находилась только на седьмом уровне. В обычных обстоятельствах, при сравнении духовного практика и демонического зверя одного и того же уровня, вероятность победы демонического зверя составляла девяносто процентов.

А Чэн Цинъянь находилась только на пятом уровне духовной силы, и то, что она сумела так долго продержаться против демонического зверя седьмого уровня уже было невероятным. Можно сказать, что она являлась самым выдающимся мастером среди всех, обладающих силой пятого уровня. Её способности позволяли превзойти воинов шестого и даже седьмого уровня.

- Цинъянь, отойди и восстанови силы. Я займусь им, - подлетев к девушке, сказал Цзюньлинь Цзюцин и махнул рукавом, мягко отправляя её в сторону.

Сражаясь с красноглазым зверем грозовых туч, Чэн Цинъянь чувствовала, что израсходовала всю свою духовную энергию. Она почти потеряла сознание от усталости и слабости. Но, прежде чем девушка отключилась, перед ней возникло красивое, как у божества, лицо Цзюньлинь Цзюцина, а в нос ударил приятный аромат канифоли, что сохранился на его теле после принятия ванны, который заставил её ощутить себя в полной безопасности.

Цзюньлинь Цзюцин вступил в схватку с демоническим зверем, а Чэн Цинъянь принялась усердно циркулировать духовную силу по своему телу, чтобы восстановиться как можно быстрее. Всё это сделало красноглазого зверя грозовых туч ещё яростнее.

Ранее он столкнулся с девушкой, которая оказывала отчаянное сопротивление, пока её духовная сила полностью не иссякла. Зверь не ел весь день, но не успел насладиться своей добычей, как появился ещё один человек, а его духовная сила оказалась на том же уровне. Приложив столько стараний и не добившись никакого результата, красноглазый зверь грозовых туч был весьма раздосадован.

Поэтому он гневно взревел. Элементали грома[1] стремительно собрались между бровями зверя и устремились вверх. На протяжении пятидесяти километров в небе не было ни облачка, ветер также отсутствовал, но тёмно-фиолетовые молнии с оглушительным грохотом разрывали воздух.

Около десяти молний ударили в деревья, окружающие людей и зверя. С треском электричество прошло вдоль стволов этих деревьев, вызывая их возгорание. Почти мгновенно деревья превратились в ярко горящие факелы, а пламя взметнулось высоко в небо, озаряя всё вокруг. Постепенно окружающий пейзаж всё больше напоминал время, когда небо и земля только зародились[2].

Цзюньлинь Цзюцин поднял левую руку вверх и растопырил пальцы, после чего последовала вспышка серебряного света. Гром и молния тут же стихли, но огонь не погас, хотя и перестал так яростно трястись и вздыматься. Красноглазый зверь грозовых туч застыл в стойке перед атакой. Его огромные, как медные колокола, алые глаза со злостью смотрели на человека, а его зелёная шерсть, которая слегка загнулась на слабом ветру, так и осталась в этом положении.

Казалось, что само пространство замерло. Да, оно действительно было неподвижным. Всё в радиусе пятидесяти километров застыло. И только лёгкая белая мантия Цзюньлинь Цзюцина и его чёрные волосы, ниспадающие словно водопад и беспорядочно рассыпавшиеся по спине, слабо развивались. Внезапно его глубокие чёрные глаза вспыхнули серебряным светом. Левую руку, что он держал в воздухе, Цзюньлинь Цзюцин отвёл назад, и серебряный свет залил всё в радиусе трёхсот шагов вокруг него.

В этот момент Чэн Цинъянь, сидевшая в стороне, открыла глаза. Её левый глаз потерял свой чёрный цвет. Тонкими нитями серебряный свет стал собираться из окружающего пространства и, медленно вращаясь, начал вливаться в серебристо-белый глаз девушки. Однако, эти изменения не коснулись её правого глаза. И снова один её глаз был чёрным, а другой - серебряным, что выглядело исключительно необычно.

Когда серебряный свет угас, сковывающая сила тоже рассеялась, и Цзюньлинь Цзюцин упал на землю. Его лицо было бледным, а дыхание слабым, но от него всё ещё исходила могучая аура.

Красноглазый зверь грозовых туч отчаянно взревел, будто упорно сопротивлялся перед смертью и не желал быть убитым людьми, которые являлись слабее его. Он использовал остатки своей духовной силы, чтобы перейти в состояние берсерка[3], и бросился к Чэн Цинъянь, которая восстанавливалась в стороне.

Глаз девушки только что был простимулирован и претерпел изменения, поэтому она находилась в оцепенении. Чэн Цинъянь совершенно не заметила, что к ней приближается опасность.

Сжигая свою жизненную силу, чтобы умереть вместе с врагом, красноглазый зверь грозовых туч мчался к девушке, намереваясь вонзить в неё свои когти. Однако, способность зверей планировать значительно уступает людской. В последний момент Цзюньлинь Цзюцин возник рядом с Чэн Цинъянь и крепко обнял её, заслонив собой от этого удара. Когти зверя упали на спину мужчины.

Для красноглазого зверя грозовых туч эта атака стала последней. Исчерпав все свои силы, он рухнул на землю. От полученной раны Цзюньлинь Цзюцин тоже потерял сознание, но даже так он не выпустил из объятий «свою Янь’эр».

Когда Чэн Цинъянь наконец удалось подавить необычную силу, бушевавшую в её теле и взбудоражившую элементали, она пришла в себя и открыла глаза.

- Цзюньлинь Цзюцин! Цзюньлинь Цзюцин, что с тобой? Эй, просыпайся! - увидев крепко обнимающего её мужчину, находящегося без сознания, позвала она.

Чэн Цинъянь звала много раз, но безрезультатно. Только увидев мёртвого красноглазого зверя грозовых туч, она сумела понять, что именно произошло. Девушка обняла Цзюньлинь Цзюцина и заплакала, хоть раньше никогда этого и не делала, за исключением случая, когда умерла та женщина.

- Я такая уродина с ужасной репутацией. Почему ты так крепко держишься за меня?! Если бы ты не пошёл искать меня, ты бы не был сейчас таким, дурак! Что, ваше высочество принц Суй, твой интеллект только для красоты? - бормотала Чэн Цинъянь сквозь слёзы.

Крепко обняв Цзюньлинь Цзюцина, она положила руки ему на спину, намереваясь влить в тело мужчины свою духовную силу, чтобы исцелить его рану, но ощутила, что прикоснулась к чему-то влажному. Подняв руки, чтобы посмотреть, Чэн Цинъянь ужаснулась: это была кровь!

________________________________________

[1] Возможно, было бы логичнее написать «элементали молнии», но у китайцев, по всей видимости, своё понятие этого физического процесса. Так «гром» обозначает иероглиф « 雷 » (лэй), а «молния» пишется « 雷劈 » (лэй пи), что дословно переводится, как «удар грома»; т.е., складывается впечатление, что в их понимании молния является следствием грома, а не наоборот. Конечно, есть ещё несколько сочетаний иероглифов, которые также переводятся, как «молния», но этот пример самый наглядный, тем более именно он употребляется далее в тексте оригинала.

[2] Если кому интересно, прочитайте миф о Паньгу.

[3] Вообще «берсерк» - это воин из древнегерманской и древнескандинавской мифологии, который отличался неистовостью в сражениях, приходя в сильное бешенство и исступление и снедаемый жаждой крови. Видимо, само это определение стало причиной того, что во многих новеллах подобное состояние воина/существа описывается этим словом.

Несмотря на то, что, будучи убийцей, она видела множество кровавых сцен, Чэн Цинъянь не могла не почувствовать боли в сердце, когда увидела раны на спине Цзюньлинь Цзюцина. У него не было никаких причин! Зачем ему так рисковать, чтобы спасти её?

Чэн Цинъянь уложила мужчину к себе на колени спиной вверх и достала оставшиеся пилюли, что изготовила ранее. Пилюлю Восстановления души она положила в рот Цзюньлинь Цзюцина, а пилюлю Укрепления духа растёрла в порошок, которым присыпала раны. Как раз в тот момент, когда девушка уже собиралась перевязать раны, мимо тела красноглазого зверя грозовых туч пронеслась белая тень. Обогнув мёртвую тушу, она бросилась прямо к Чэн Цинъянь.

- Угу-у-у? - поинтересовался Маомао. «Мастер, что случилось с принцем Суй?»

- Он был ранен этим зверем, - Чэн Цинъянь вытащила бинты и немного повернула Цзюньлинь Цзюцина, намереваясь снять с него лёгкую мантию.

- Угу-у-у? - заметила маленькая молочная собака. «Мастер, почему твой левый глаз снова изменил цвет?»

- Я не знаю. Возможно, ранее его пробудила вспышка белого света, - предположила девушка.

- Угу-у-у? - вспомнив, предложил демонический зверь. «О, мастер, в пространстве в твоём теле есть нечто, что прекрасно подходит для заживления ран. Почему бы тебе не воспользоваться этим?»

Рука Чэн Цинъянь, растягивающая одежду Цзюньлинь Цзюцина, замерла.

- О чём ты? - девушка с сомнением посмотрела на Маомао.

Фиолетовые глаза мохнатого зверя закатились. Не ответив, он нырнул прямо в пространство в теле девушки, а когда вернулся, то держал в своих когтях лист Проясняющей прекрасной жемчужины.

Чэн Цинъянь внимательно посмотрела на белоснежный листок, который в свете горящих в округе деревьев казался нежнее шёлка и будто бы сам излучал мягкий свет.

- Как им пользоваться? - спросила она.

- Угу-у-у, - пояснил Маомао. «Его используют, как пилюлю Укрепления духа.»

Девушка сразу же растёрла лист в руках и осторожно, кончиками пальцев, нанесла полученную субстанцию на раны Цюньлинь Цзюцина. Закончив, она обмотала его туловище бинтами и одела на мужчину его лёгкую мантию.

- Маомао, пойди посмотри, есть ли какие-нибудь пещеры или другие места, где мы сможем отдохнуть, - распорядилась Чэн Цинъянь.

Поскольку был день, она не могла просто так войти в город, неся на спине Цзюньлинь Цзюцина. Поэтому было необходимо где-то остановиться на время. По её расчётам Цзюньлинь Цзюцин должен был очнуться завтра.

Получив команду, Маомао быстро исчез, отправившись на поиски подходящего ночлега. Чэн Цинъянь же продолжала обнимать Цзюньлинь Цзюцина, непрерывно вливая в его тело свою духовную силу. «Убийство демонического зверя седьмого уровня потребует немало духовной силы, - размышляла она, - но почему он истратил всю? Мог ли это быть… тот белый свет, который пробудил глаз?»

Раны Цзюньлинь Цзюцина перестали кровоточить, и Чэн Цинъянь прекратила вливать в мужчину свою духовную силу, полностью сосредоточившись на том, чтобы скрыть необычный цвет своего левого глаза. К этому времени вернулся Маомао.

- Угу-у-у, - объявил он. «Мастер, на юго-западе есть пещера.»

- Веди, - кивнула Чэн Цинъянь.

Она прекратила свои попытки скрыть странный цвет левого глаза. В любом случае, Цзюньлинь Цзюцин увидел его до того, как потерял сознание, но мужчину не испугало и не удивило это. Тогда зачем ей придавать этому значение?

Взвалив Цзюньлинь Цзюцина себе на спину, Чэн Цинъянь использовала элементаль воздуха и быстро последовала за Маомао на юго-запад.

Обнаруженная Маомао пещера располагалась почти в самом центре дремучего леса в Чёрных горах и находилась недалеко от одной из горных вершин. Пройдя внутрь, Чэн Цинъянь извлекла из пространства в своём теле стол, стулья, кровать и прочие необходимые вещи. Как следует обставив и подготовив всё, девушка уложила Цзюньлинь Цзюцина на кровать и использовала элементаль огня, чтобы зажечь дрова, которые также достала из своего пространства.

Практически сразу во всей пещере стало значительно теплее. Чэн Цинъянь накрыла Цзюньлинь Цзюцина стёганым одеялом и решила пожарить жирную рыбу, которую вырастила в пространстве в своём теле. Маомао не сводил взгляда с девушки, лицо которой стало ещё темнее в неярком свете костра.

- Угу-у-у, - поколебавшись некоторое время, виновато протянул он. «Прости, мастер. Если бы я не отдал эти книги принцу Суй, он бы не пошёл искать тебя и не пострадал.»

- Кстати о тебе, - Чэн Цинъянь закончила чистить рыбу и начала обмазывать её мёдом, - почему я даже не видела тебя? - как бы между делом спросила она.

- Угу-у-у, угу-у-у, - словно жалуясь, стал рассказывать Маомао. «Пытаясь покинуть дворец принца Суй, сначала я угодил в механизм для поимки демонических зверей, а после застрял в формации. Когда я сумел выбраться, принц Суй уже покинул город.»

- Забудь об этом, всё в порядке, - отмахнулась Чэн Цинъянь.

На мгновение задумавшись, она взяла ещё один листок с Проясняющей прекрасной жемчужины, растёрла его и равномерно нанесла на рыбу. Теперь вся жирная рыбина была наполнена духовной энергией.

- Это дерево действительно хорошее. Его можно использовать не только для лечения ран, но и для жарки рыбы, - довольно произнесла девушка, но раздавшийся с кровати голос вынудил её отложить рыбину в сторону.

- Холодно, мать-наложница, мне холодно, - бредил Цзюньлинь Цзюцин. Не приходя в себя, он сбросил одеяло, но при этом продолжал жаловаться, что ему холодно.

Чэн Цинъянь поручила жарить рыбу Маомао, а сама бросилась к мужчине и опустила ладонь на его лоб - тот был очень холодный! Всё тело Цзюньлинь Цзюцина походило на кубик льда, но он всё ещё отказывался укрыться одеялом.

- Что мне делать? Что мне делать? - засуетилась Чэн Цинъянь, словно муравей на горячем горшке, - раз тебе холодно, то тебе нужно укрыться одеялом!

- Угу-у-у, - предложил Маомао, который жарил жирную рыбу. «Мастер, ты можешь согреть его.»

- Хорошая идея! - согласилась Чэн Цинъянь, тут же юркнула в кровать и крепко обняла холодного, словно лёд, Цзюньлинь Цзюцина.

Эта сцена вызвала у Маомао желание дать себе пощечину несколько раз.

Только обнимая Цзюньлинь Цзюцина, Чэн Цинъянь поняла, что на самом деле всё его тело было ужасно горячим. Прижимать его к себе было всё равно, что держать раскалённый котёл.

Девушка попыталась использовать элементали воды, чтобы сбить этот жар, но не получила никакого эффекта. Более того, Цзюньлинь Цзюцин продолжал бормотать, что ему холодно, и при этом пытался оттолкнуть от себя Чэн Цинъянь.

Само собой разумеющееся, что тело Чэн Цинъянь, наполненное элементалями воды, было прохладным. Оно, конечно, не излучало холод, как при использовании элементалей льда, но всё равно охлаждало. Поэтому Цзюньлинь Цзюцин избегал девушку, как чумы. Чэн Цинъянь совершенно не могла приблизиться к нему, но никак не понимала, почему мужчина вёл себя подобным образом.

Маомао оставил жарящуюся рыбу и бросился к кровати. Подперев голову своими маленькими лапками, он некоторое время наблюдал, размышляя о чём-то.

- Угу-у-у, - наконец, предложил демонический зверь. «Мастер, попробуй использовать элементаль огня.»

- Элементаль огня? Он… забудь об этом. С мертвой лошадью обращаются как с живой, - вздохнула девушка.

Пока она гадала, поджарит ли Цзюньлинь Цзюцина применение элементаля огня, Маомао снова скрылся в пространстве в её теле. Это действие заставило Чэн Цинъянь невольно подумать: «Почему ты сбегаешь? Если ты ничего не натворил, то зачем скрываться?»

Она активировала элементаль огня в своём теле и медленно приблизилась к спящему Цзюньлинь Цзюцину. В итоге всё получилось! Одна рука, две руки, затем все тело. На этот раз он не оттолкнул девушку, а наоборот, едва Чэн Цинъянь прикоснулась к мужчине, как он резко обхватил её своими длинными руками и притянул к телу.

Прислонившись к его сильной груди и слушая его ритмичное сердцебиение, Чэн Цинъянь ощутила некоторое волнение. А вскоре её и вовсе наполнило чувство защищённости, которого она не испытывала никогда прежде.

Два человека обнимали друг друга и не чувствовали никакой жары, только слабый аромат канифоли Цзюньлинь Цзюцина и освежающий аромат чая Чэн Цинъянь. Это было так тепло и успокаивающе, что Чэн Цинъянь захотелось остаться так навсегда. Если бы у неё был элементаль времени, она бы непременно воспользовалась им, чтобы остановить этот момент.

Вокруг царила полная тишина, нарушаемая только шумом ветра за пределами пещеры и потрескиванием горящих дров. В тёплых объятиях Цзюньлинь Цзюцина, веки Чэн Цинъянь постепенно потяжелели, все мысли улетучились, и вскоре девушка уснула.

Почти два часа спустя Цзюньлинь Цзюцин нахмурился и медленно открыл глаза. В прошлом никому, кроме его матери-наложницы не позволялось приближаться к нему ближе чем на три шага. Мужчина старательно работал над своей аурой, которая ужасно пугала и отталкивала от него людей. Но стоило освежающему аромату чая проникнуть в его нос, как Цзюньлинь Цзюцин крепче обнял человека, которого до этого неосознанно держал в своих объятиях.

Лёгкого изгиба его губ и любящего взгляда в глазах было достаточно, чтобы растопить сердца тысяч девушек и заставить их мечтать об этом мужчине. Жаль, но всё это принадлежало той, которая сейчас находилась в объятиях Цзюньлинь Цзюцина. Ни у кого больше не было даже шанса стать свидетелем проявления нежности этого божества.

Цзюньлинь Цзюцин смотрел на девушку, которую держал в своих объятиях. В конце концов он не смог удержаться и мягко коснулся её лба своими тонкими губами. Он понимал, что должен остановиться, но не имел сил. Нежные поцелуи накрыли уголки глаз девушки, её щёки, нос… Глядя на розовые губы, находящиеся так близко, Цзюньлинь Цзюцин без колебаний поцеловал и их, постепенно углубляя свой поцелуй.

Во сне Чэн Цинъянь ощутила, как нечто влажное исследует её рот и продолжает запутываться в её языке. Это было довольно приятно, но всё же немного неудобно, потому что не позволяло нормально дышать. Ресницы, похожие на кисточки, затрепетали, что являлось знаком того, что девушка собиралась открыть глаза.

Увидев это, Цзюньлинь Цзюцин немедленно вытащил свой язык, сделав это так быстро, что за ним протянулась тонкая кристальная нить. Мужчина облизал губы, наслаждаясь слабым освежающим ароматом чая. Он взглянул на Чэн Цинъянь, но в его глазах застыла некая грусть.

- Я действительно хочу всегда быть рядом с тобой и оберегать. Я никогда не потеряю тебя. Я могу видеть тебя каждый день… - чуть слышно выдохнул Цзюньлинь Цзюцин.

- Мм, - потягиваясь, издала звук Чэн Цинъянь, тем самым показывая, что спала она очень спокойно.

Услышав это, Цзюньлинь Цзюцин улёгся обратно на кровати и притворился спящим, прежде чем девушка успела открыть глаза.

- Почему ты ещё не проснулся? Уже почти закат. Если ты не проснёшься, ты не сможешь вернуться в город, - взглянув на небо за пределами пещеры и на спящего мужчину, заговорила Чэн Цинъянь, размышляя, стоит ли ей попытаться разбудить его.

Вдруг мелькнула белая тень, и возле кровати оказался белый меховой шарик, держащий в своих когтях чашку с какой-то жидкостью.

- Маомао, что это? - Чэн Цинъянь взяла маленькую чашку и посмотрела на голубую, словно небо, жидкость. Принюхавшись, она ощутила аромат Проясняющей прекрасной жемчужины.

- Угу-у-у, угу-у-у, - объяснил зверь. «Это сок Проясняющей прекрасной жемчужины. Он способен увеличить и восстановить духовную силу. С текущим уровнем дерева в пространстве, чашка его сока эквивалентна пилюле Восстановления духа высокого уровня.»

- Правда? Какое сокровище! Я не ожидала, что одно дерево может иметь столько применений! - обрадовалась Чэн Цинъянь.

Она вылила весь сок в рот Цзюньлинь Цзюцина и, бросив чашку в своё пространство в теле, похлопала его по плечу.

- Цзюньлинь Цзюцин, - позвала девушка, - Цзюньлинь Цзюцин, вставай. Если ты не проснёшься, мы не сможем вернуться в город и будем вынуждены провести ночь здесь, в компании комаров.

Чэн Цинъянь звала достаточно долго, но мужчина никак не реагировал. Нахмурив брови, она решила проверить его пульс. В результате оказалось, что у Цзюньлинь Цзюцина сильная простуда.

- Твою мать, ты простудился! В середине зимы ты пошёл меня искать в лёгкой мантии? Её летом носят! Ты уже такой старый, а до сих пор не знаешь, как позаботиться о себе. Беспокоишься за других, но совершенно не думаешь о себе. Фамилия Цзюньлинь не означает безголовый? - стала ругаться Чэн Цинъянь.

Она накрыла Цзюньлинь Цзюцина одеялом, затем взяла полотенце и, смочив его водой из пруда, расположенного в пространстве в её теле, положила на лоб мужчине.

Это был первый раз, когда кто-то так беспокоился о ней, совершенно не думая о себе. Чэн Цинъянь была сиротой, которую бросили родители, и которую вырастила организация страны А. Девушка прошла обучение в «Красноглазых» и не знала, как себя вести, столкнувшись с этим мужчиной.

Фиолетовые глаза Маомао видели всё это, включая всё то, что Чэн Цинъянь испытала в своей прошлой жизни. Он прекрасно понимал её, как понимал и то, что девушка не осмелится так просто коснуться чего-то, связанного с привязанностью, будь то семья, любовь или дружба. Она ужасно боялась как причинить вред другому человеку, так и пострадать самой.

- Маомао, - Чэн Цинъянь моргнула своими покрасневшими глазами, которые теперь походили на кроличьи, и обратилась к маленькой молочной собаке, - у Цзюньлинь Цзюцина есть пара контрактных демонических зверей, лошади истребляющей тени, ревущей в небеса. Ты можешь их вызвать?

Маомао кивнул и закрыл глаза. Тут же его шерсть испустила белое сияние, и за пределами пещеры возникла формация призыва, которая сопровождалась ярким сиянием и порывами сильного ветра.

С двумя ослепительными вспышками в формации призыва возникли две белоснежные лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, с небесно-голубыми глазами и одним рогом на лбу. Один рог на лбу символизировал принадлежность к семейству лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, а небесно-голубые глаза представляли собой исключительную, королевскую, родословную этой породы. То, что Цзюньлинь Цзюцин сумел заключить контракт с такими высокородными животными, наглядно демонстрировало не только его силу и способности, но и обаяние, ведь лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, выбирает себе хозяина не только по силе, но так же по возрасту и внешности.

Возраст не может превышать восемнадцати лет, сила не должна быть ниже шестого уровня, а внешность обязана вызывать восхищение. Именно соответствие этим трём критериям прославило Цзюньлинь Цзюцина на весь материк. Поэтому титулы мужчины-божества и гения номер один континента Опускающихся туч принадлежали ему.

Чэн Цинъянь подняла мужчину на спину и пошла к карете, в то время как Маомао принялся убирать все вещи в пространство в теле девушки. Собравшись, они устроились в экипаже и направились к городским воротам.

Удивительно, но весь континент Опускающихся туч знал, что лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, слушает только своего хозяина и не позволяет никому, кроме него, приблизится к себе. Все посторонние непременно будут жестоко отброшены, если осмелятся подойти ближе, чем на пять шагов от зверя. Но Чэн Цинъянь не только проигнорировала эту дистанцию, теперь она управляла лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса.

Мало того, что её не отшвырнули, обе лошади даже очень ласково потёрлись мордами о руки девушки, как будто Чэн Цинъянь была их матерью. Разумеется, она не догадывалась об истинном темпераменте этих животных и искренне полагала, что с ними очень легко ладить. Только Маомао знал об особенностях лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, но его это не волновало.

Когда они прибыли к городским воротам, стражник, возглавляющий отряд, стоящий на охране входа в город, только начал ужинать. Увидев лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, он бросил палочки для еды и побежал, будто увидел свою мать.

- Тысячи лет вашему высочеству принцу Суй! - опустившись на колени, прокричал он.

Услышав эти слова командира стражи, все окружающие люди, будь то простые стражники, высокопоставленные лица, богатые торговцы или обычные крестьяне, вне зависимости от того, входили они в город или выходили из него, все дружно преклонили колени.

- Тысячи лет вашему высочеству принцу Суй! - выкрикивал приветствие каждый.

Чэн Цинъянь поджала губы, опасаясь, что кто-нибудь узнает, что принц Суй потерял сознание из-за болезни и не может говорить. Но так же она чувствовала, что не должна отвечать сама. Было довольно проблематично пройти мимо большой группы людей, стоящей здесь на коленях.

Пока все задавались вопросом, почему принц Суй молчит, а Чэн Цинъянь ломала голову над тем, как разрешить эту ситуацию, Цзюньлинь Цзюцин больше не мог притворяться и был вынужден подать голос.

- Открой ворота! - нахмурившись, недовольно сказал он.

Командир стражников немедленно приказал освободить дорогу. Окружающие люди безмерно восхищались этим молодым героем, поэтому едва лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, приближались, все дружно расступались, пропуская их, при этом оставаясь стоять на коленях. Хотя Чэн Цинъянь была потрясена этой сценой, она всё же больше волновалась за мужчину.

- Цзюньлинь Цзюцин, как ты себя чувствуешь? - поинтересовалась она.

- Всё в порядке, но моя голова немного тяжёлая, - он взглянул на нежные белые маленькие ручки, щупающие его лоб, и значительно преуменьшил, чтобы Чэн Цинъянь перестала переживать.

Эти слова действительно успокоили девушку. Она поднялась на ноги и почти выпрыгнула из кареты, но перед этим обернулась.

- Тогда тебе следует вернуться во дворец принца Суй, а я пойду в особняк семьи Зелёного дракона. Пока! - бросила на прощание Чэн Цинъянь.

Но едва эти слова прозвучали, как Цзюньлинь Цзюцин, лежавший на диване, издал протяжный стон, будто испытал сильную боль и снова потерял сознание. Это заставило Чэн Цинъянь немедленно броситься к нему.

- Цзюньлинь Цзюцин, ты в порядке? - с тревогой спросила она, - Маомао, посмотри, почему он опять потерял сознание?

Демонический зверь посмотрел на плохие актёрские навыки Цзюньлинь Цзюцина и на глупую Чэн Цинъянь и закатил глаза, но решил подыграть мужчине.

- Угу-у-у, - ответил Маомао. «В этом нет ничего серьёзного. Пока ты будешь рядом, с ним ничего не случиться.»

- Правда? У него сильная простуда, и ты хочешь, чтобы я оставалась рядом с ним всё время? - Чэн Цинъянь потёрла подбородок, а в её глазах застыло сомнение.

Это был самый странный метод лечения, который она когда-либо встречала. Цзюньлинь Цзюцин, который притворялся, что потерял сознание, мысленно уже похвалил Маомао бесчисленное количество раз.

У ворот дворца принца Суй Чэн Цинъянь скрыла свой серебристо-белый глаз и надела маску, прежде чем направить карету к главному дому. По дороге никто не смел взглянуть на экипаж. Все опустили головы и продолжали заниматься своими делами. Но стоило им только переступить порог, как неясная тень набросилась на Чан Цинъянь. Сверкнув ледяным светом, острый кинжал прижался к её шее.

- Кто ты? - раздалось за спиной девушки.

Взглянув на мужчину в чёрной одежде, Чэн Цинъянь расслабилась и взяла Цзюньлинь Цзюцина за руку.

- Цзы Мо? - улыбнулась она.

- Чэн Цинъянь, что случилось с господином? - Цзы Мо опустил кинжал и, склонив голову посмотрел на Цзюньлинь Цзюцина. Пятна крови по всему телу господина шокировали его.

Казалось, что её имя уже стало известно всем в резиденции принца Суй. Даже скрытый стражник смог так легко узнать Чэн Цинъянь, несмотря на её маскировку.

- Он был ранен красноглазым зверем грозовых туч, - ответила девушка, - я почти справилась с этим, но простудился из-за лёгкой одежды, которую надел.

Чэн Цинъянь помогла Цзюньлинь Цзюцину снять окровавленную лёгкую мантию, уложила его в кровать и накрыла мягким одеялом, а затем повернулась к Маомао.

- Маомао, сходи в особняк Зелёного дракона и посмотри, не происходит ли там что-либо. Потом вернись и расскажи мне, - попросила она.

На том месте, где находилась маленькая молочная собака, вспыхнул белый свет. Со свистящим звуком Маомао тут же исчез. «Что это за демонический зверь?» - мысленно поразился Цзы Мо, но быстро вернул свои мысли к главному.

- Господин был с тобой всё это время? - уточнил он.

- Да, - кивнула Чэн Цинъянь, поправляя одеяло Цзюньлинь Цзюцина, - пожалуйста, не забудь обработать его раны позже.

Белый свет вспыхнул снова - вернулся Маомао.

- Угу-у-у! Угу-у-у, - объявил он. «Мастер, в особняке Зелёного дракона много людей высокого уровня! Кажется они ищут какое-то сокровище и требуют его у Чэн Яя.»

- Сокровище? - Чэн Цинъянь не обратила внимание на то, как широко открылся рот Цзы Мо, шокированного скоростью Маомао, - тогда, давай вернёмся в особняк Зелёного дракона. Цзы Мо, пожалуйста, присмотри за ним.

Она собиралась встать, но была притянута силой, которая не позволила этого сделать.

- Цзюньлинь Цзюцин, почему ты меня держишь? - Чэн Цинъянь посмотрела на мужчину, крепко державшего её костлявую руку, - тебе приснился кошмар? - предположила она.

Это была всего лишь догадка девушки, но Цзюньлинь Цзюцин быстро ухватился за эту идею.

- Мать-наложница, не оставляй меня! - закричал он.

Стоящие в стороне Маомао и Цзы Мо заметили ужасную актёрскую игру Цзюньлинь Цзюцина. Однако, реакция Чэн Цинъянь заставила их обоих усомниться в уровне интеллекта девушки.

- Цзюцин, не волнуйся, я здесь, - мягко произнесла она и нежно похлопала мужчину по руке, - но ты можешь меня отпустить сейчас?

На что рука Цзюньлинь Цзюцина сжалась ещё крепче.

- Мать-наложница, - жалостливо протянул он.

«Ещё один ребёнок, которому не хватает любви,» - мысленно вздохнула Чэн Цинъянь.

- Я вернусь, я не уйду, - пообещала она, но хватка мужчины всё ещё оставалась крепкой.

Чэн Цинъянь с надеждой посмотрела на Маомао и Цзы Мо, в то время как Цзюньлинь Цзюцин за её спиной сделал несколько жестов в их сторону так, чтобы девушка не увидела.

Цзы Мо и Маомао видели острый, словно сотни ножей, взгляд Цзюньлинь Цзюцин и могли только выполнять его требования.

- Угу-у-у, - Маомао решительно встал на сторону своего будущего «отца» и продал Чэн Цинъянь. «Мастер, может быть, ты просто поцелуешь его.»

- Просто поцеловать? - Чэн Цинъянь сощурилась, с подозрением глядя на обоих.

- Да… Верно! - подхватил Цзы Мо, но заметив взгляд девушки, он был вынужден закрыть глаза.

Несчастный мужчина не мог больше смотреть на свирепого и кровожадного господина. Теперь ему только и оставалось, что бессовестно лгать, отчего его лицо невольно искривилось.

- Вы мухами объелись? - поинтересовалась Чэн Цинъянь, заметив страдальческие выражения на лицах человека и собаки, стоящих перед ней.

- Нет!

- Угу-у! - «Нет!»

Хором отозвались оба и затрясли головами, словно погремушками. Но от Чэн Цинъянь не укрылось, как эти двое бросали странные взгляды куда-то ей за спину. Девушка была немного сбита с толку, поэтому обернулась и осмотрелась, но ничего необычного не заметила.

Цзюньлинь Цзюцин всё так же лежал с закрытыми глазами, крепко сжимая её левую руку. Он совершенно не двигался. «Странно, на что смотрят эти двое?» - задумалась девушка. Чэн Цинъянь оказалась в некотором замешательстве, но для того, чтобы скорее вернуться в особняк семьи Зелёного дракона и посмотреть, что же там происходит, ей придётся пойти на небольшую жертву.

Когда её губы приблизились к тонким губам Цзюньлинь Цзюцина, Чэн Цинъянь тут же закрыла глаза, а её сердце сжалось. Она не могла скрыть выражение своего лица, которое говорило: «Ветер тихий, вода холодная, как только герои уйдут, они никогда не вернуться»[1]. Это был первый раз, когда она брала на себя инициативу поцеловать кого-то, и этим кем-то был мужчина. Поэтому было совершенно естественно, что она нервничала.

Но Цзы Мо был недоволен. «Мой господин - мужчина-божество для всех молодых, старых, женщин и детей континента Опускающихся туч. Эта знаменитая своим уродством и никчёмностью девушка, которую господин несколько раз приводил в дом, получила возможность прикоснуться к нему, но при этом имеет такое выражение лица. Действительно, женское сердце глубоко!» - мысленно возмущался он.

Когда губы Чэн Цинъянь оказались всего в миллиметре от губ Цзюньлинь Цзюцина, её сердце ёкнуло. Она резко повернула голову и поцеловал мужчину в лоб, тем самым погасив всё бурное волнение в его сердце. Воспользовавшись мгновенным замешательством Цзюньлинь Цзюцина, девушка выдернула свою руку из его хватки и отскочила в сторону.

- Цзы Мо, присмотри за ним, потом, когда я вернусь, расскажешь, как он, - протараторила Чэн Цинъянь и, схватив Маомао, выбежала прочь.

Цзы Мо посмотрел вслед исчезнувшей фигуре девушки, затем повернулся в сторону человека, лежащего на кровати, который не отводил взгляда от того места, где скрылась Чэн Цинъянь.

- Господин, вы серьёзно? - недоверчиво спросил он.

- Да, Цзы Мо. Этот принц знает, что если будет искренним, то печать сломается, - всё ещё не отрывая взгляда, ответил Цзюньлинь Цзюцин.

- Господин, как только вы сделаете выбор, и если вам не удастся сломать печать, вы навсегда останетесь на текущем уровне. Но мы даже не знаем, что это за печать, не говоря уже о том, как её снять, - Цзы Мо так крепко обхватил рукоять своего меча, что костяшки его пальцев побелели.

- У меня есть предчувствие, что благодаря ей всё изменится, - Цзюньлинь Цзюцин закрыл глаза, тем самым демонстрируя, что не намерен продолжать говорить.

Но как только Цзы Мо собирался уйти, Цзюньлинь Цзюцин негромко простонал и на самом деле потерял сознание.

- Господин! - вскрикнул мужчина и бросился к принцу Суй, однако едва его рука коснулась Цзюньлинь Цзюцина, его отбросило в сторону мощным разрядом электричества.

- Каким образом громовая сущность тела красноглазого зверя грозовых туч попала в тело господина? - поразился Цзы Мо. Он не знал, было ли это благословением или проклятием.

Элементальная сущность демонического зверя эквивалентна его сердцу. Например, у демона есть демоническая сущность, которая является самой важной составляющей в теле демона. То же самое относится и к демоническим зверям. Но в этот самый момент громовая сущность красноглазого зверя грозовых туч отвергала тело Цзюньлинь Цзюцина.

Если в течении двенадцати часов не найти соответствующее ядро демонического зверя, то если Цзюньлинь Цзюцин не сможет выдержать силу самоуничтожения громовой сущности, то его ожидает смерть от взрыва. Если же он сумеет выдержать это, то лучшим результатом станет полное уничтожение всех его меридианов, из-за чего Цзюньлинь Цзюцин навсегда лишиться возможности практиковать духовную силу.

Душа Цзы Мо будто была объята пламенем. Внезапно он вспомнил, что Чэн Цинъянь вернулась вместе с его господином. Возможно, эта девушка знала, где находится тот демонический зверь, что ранил принца Суй.

К этому времени Чэн Цинъянь уже вернулась в особняк семьи Зелёного дракона. Не мешкая, она сразу же направилась к главному залу и тихо спряталась на дереве, растущем неподалёку слева. Девушка обнаружила, что среди гостей действительно было много могущественных людей. Самые слабые из них находились на том же уровне, что и она сама, но силу большинства Чэн Цинъянь вовсе не могла определить.

«Все эти люди здесь, чтобы просить сокровище Чэн Яя? Какое сокровище могло заставить такое количество могущественных людей лично прийти в семью Зелёного дракона?»

__________________________________________________

[1] Строчка из стихотворения «Ишуй Сун». Размещать его здесь не стану. Если коротко, то это древняя трагическая песня, наполненная горестью из-за гибели армии, защищающей свою родину. Т.е. можно сказать, что выражение лица Чэн Цинъянь было похоронным.

- Глава Чэн, мы простые люди и ничего не скрываем, - заговорил старик в чёрной одежде, - несколько дней назад все в имперской столице заметили, что в вашем доме происходят мощные колебания духовной энергии и силы души. Поэтому я надеюсь, что ради всех здесь присутствующих и, особенно, ради своей семьи, ты позволишь нам взглянуть на это сокровище.

- Верно, глава Чэн, я просто хочу увидеть его и не собираюсь забирать. Неужели глава семьи настолько скупой? - присоединился к разговору старик в тёмной одежде[1]. Его зелёные глаза-фасолинки жадно свернули.

Все пришедшие были людьми, которые посетили семью Зелёного дракона только ради сокровища. Едва высказались первые двое, как их поддержали все остальные.

- Глава Чэн, просто покажи его.

- Мы все здесь благородные и честные люди. Мы здесь только для того, чтобы расширить свои знания. Главе Чэн не о чем беспокоиться.

- Разве глава Чэн настолько мелочный человек, чтобы оскорбить столько благородных людей?

- Все присутствующие ждали в имперской столице. Мы почувствовали сокровище несколько дней назад, но отложили свой визит из-за болезни вашей дочери вплоть до сегодняшнего дня. Потому глава Чэн не может не дать нам лицо[2].

- Верно…

Чэн Яй действительно не мог понять, почему эти десятки могущественных людей собрались в особняке семьи Зелёного дракона и говорили о каком-то сокровище. Он всё больше и больше путался. К тому же эти люди прямо или намёками предупреждали, что если он не предъявит эту вещь, то оскорбит всех присутствующих. Даже семья Зелёного дракона, одна из четырёх великих семей, не сможет вынести такого!

- Всё-всё. У семьи Зелёного дракона действительно нет сокровищ! В конце концов, я был главой этой семьи в течении нескольких лет. Как я могу обманывать всех вас? - с довольным выражением на лице заговорил Чэн Яй и встал.

- Я слышал, что в каждой великой семье имеется своё семейное защитное сокровище. Могут ли прошлые события означать, что защитное сокровище семьи Зелёного дракона скоро появится? - выкрикнул кто-то.

Это предположение тут же привлекло внимание всех собравшихся к сокровищам семьи Зелёного дракона. Услышав, что все эти люди теперь жадно обсуждают реликвии его семьи, Чэн Яй ощутил, что ярость внутри него клокотала всё сильнее и сильнее. Однако, он всё ещё был вынужден учитывать общую ситуацию и не мог вести себя высокомерно.

- Все сокровища моей семьи находятся у предка. Если это правда, и сокровище должно появиться, значит и предок обязательно выйдет из своего уединения, - Чэн Яй нарочно упомянул предка, чтобы подавить всех этих людей. Заметив, что все гости стали значительно сдержаннее, он добавил более сердитым голосом, - перед тем как уйти в затвор, предок сказал, что если семейное сокровище появится, то даже если он будет на пути к прорыву к уровню Осознания, он сразу выйдет из уединения.

Когда Чэн Яй говорил, он специально выделил голосом слова «уровень Осознания», тем самым напоминая собравшимся людям, что не стоит недооценивать силу семьи Зелёного дракона. Пусть сам глава семьи недостаточно могущественен, всё равно ещё есть предок.

Как и ожидалось, это словосочетание возымело свой эффект. Собравшиеся люди замолчали и начали переглядываться между собой.

- Поскольку эта вещь принадлежит семье Зелёного дракона, понятно, что глава Чэн не желает её показывать. Я не стану задерживаться. Прощайте! - первым не выдержал старик в чёрной одежде.

Сказав это, он махнул рукавами и ушёл. Несколько человек активировали элементаль воздуха и тоже умчались прочь со свистящим звуком. Вскоре в главном зале остался только Чэн Яй.

- Хм, какая квалификация есть у этих жалких людей, чтобы что-то требовать у моей семьи Зелёного дракона? Я даже не считаю, сколько у меня таэлей[3]! - презрительно фыркнул Чэн Яй, глядя вслед удалившимся.

Он не только не беспокоился о том, что оскорбил стольких могущественных людей, но и был счастлив от того, что сумел поставить их на место.

Чэн Цинъянь сидела на дереве, наблюдая за всем произошедшим со спокойным лицом, но в её сердце зародилось чувство азарта.

- Семейное сокровище? - сорвалось со слегка приоткрытых губ девушки.

Она хитро сощурила брови и, позвав Маомао, направилась во дворец принца Суй. Но стоило Чэн Цинъянь покинуть особняк семьи Зелёного дракона, как она столкнулась с Цзы Мо.

Он выглядел обеспокоенным и, едва заметив девушку, тут же схватил её и потянул за собой из города.

- Быстрее, отведи меня туда, где вы столкнулись с демоническим зверем, который ранил господина! - находу заговорил Цзы Мо.

- Что произошло? Что случилось с Цзюньлинь Цзюцином? - резко остановившись, спросила Чэн Цинъянь.

______________________________________

[1] В китайском языке есть несколько иероглифов, обозначающих «чёрный» цвет. Но, помимо самого цвета, они имеют и другие значения. Так одежда первого старика была цвета « 墨 » (мо), что так же имеет значение «знания, грамотность», т.е. автор намекает на интеллигентность этого человека. Цвет одежды второго старика « 黑 » (хэй), что ещё имеет значение «нелегальный, злодейский, преступный»; видимо таким образом автор подчёркивает принадлежность этого человека к криминальным элементам.

[2] У китайцев принято со всей щепетильностью относиться к чувствам близких людей и их репутации, то есть «давать друг другу лицо».

[3] Таэль - название денежной единицы. Обычно серебряный слиток в форме копыта весом в один лян (около 50 грамм).

- Господин был ранен красноглазым зверем грозовых туч. Шрам на его спине содержит громовую сущность этого зверя, - затараторил Цзы Мо.

- Что такое громовая сущность? - не поняла Чэн Цинъянь.

- Давай пока не будем об этом говорить. Скорее, проведи меня, чтобы найти того красноглазого зверя грозовых туч, который ранил господина. Только так можно спасти его! - Цзы Мо снова потянул девушку из города.

- Сначала остановись и объясни мне всё нормально! Почему ты так торопишься найти этого зверя? И что не так Цзюньлинь Цзюцином? - Чэн Цинъянь просто стряхнула руку мужчины и остановилась. Она почему-то чувствовала, что было неправильно покидать город для того, чтобы спасти Цзюньлинь Цзюцина.

- У тебя ещё хватает наглости спрашивать?! Господин был ранен этим зверем, чтобы спасти тебя. Было бы хорошо, если бы это была просто царапина, но громовая сущность зверя отвергает тело господина. Если не найти демоническое ядро красноглазого зверя грозовых туч, который ранил господина, в течении двенадцати часов, то господин взорвётся и умрёт. Даже в лучшем случае его меридианы будут разрушены! - Цзы Мо действительно не мог понять, почему принц рискнул своей жизнью ради такой женщины.

- Демоническое ядро? Тогда идём. Главное, спасти Цзюньлинь Цзюцина, - Чэн Цинъянь не обратила внимание на грубость в словах и тоне этого теневого стража.

Она уже призвала элементаль воздуха, собираясь покинуть город, как Маомао выскочил из пространства в её теле и преградил дорогу.

- Угу-у-у, угу-у-у, - объявил он. «Мастер, я уже убрал демоническое ядро красноглазого зверя грозовых туч в пространство в твоём теле, когда только нашёл вас ранее. Вам не нужно покидать город. Быстрее возвращайтесь во дворец принца Суй.»

Услышав это, уже Чэн Цинъянь схватила Цзы Мо и потянула за собой. Не сказав ни слова, она направилась в резиденцию принца Суй. Мужчина не мог понять, что сказал Маомао, а потому не догадывался, почему Чэн Цинъянь вдруг передумала покидать город. В глубине души он всегда был недоволен этой девушкой из-за того, что произошло с Цзюньлинь Цзюцином. Теперь она вернулась во дворец принца Суй, не объяснив причины, что заставило Цзы Мо и вовсе возненавидеть Чэн Цинъянь.

- Чен Цинъянь! Что ты делаешь?! Ты знаешь, что красноглазого зверя грозовых туч седьмого уровня нелегко убить, но ты тратишь время, чтобы вернуться во дворец Суй! Я знал, что женщинам нельзя доверять! Если ты не хочешь искать демоническое ядро, я сам это сделаю! Отпусти меня! - яростно заголосил он.

- Довольно! Цзы Мо, если ты не хочешь, чтобы Цзюньлинь Цзюцин умер, то заткнись! - Чэн Цинъянь пнула мужчину в икру.

В этот момент особенно остро ощущалась аура человека, который когда-то руководил «Красноглазыми». Цзы Мо сознательно закрыл рот, почувствовав эту ауру, и никак не отреагировал. Но дело было не только в ауре, его внутренний голос шептал: «Поверь ей!»

Добравшись до дворца принца Суй, Чэн Цинъянь стремительно бросилась в главный дом. Отпустив Цзы Мо, она в три шага подлетела к кровати и посмотрела на Цзюньлинь Цзюцина, который лежал без сознания и был весь покрыт холодным потом. Сердце девушки сильно заколотилось. Но стоило ей только коснуться бледного, бескровного лица, как пришлось тут же отскочить в сторону из-за сильного электрического разряда.

- Где демоническое ядро? - спросила Чэн Цинъянь, без лишних слов вытащив Маомао из пространства в своём теле.

Маомао также знал всю срочность дела и быстро достал демоническое ядро. Шутка ли, являясь демонический зверем, заключившим контракт с Чэн Цинъянь, разве он мог не волноваться о своём будущем «отце»? Тем более, двое защитников пространства, Юй Лоша и Мо Лоша, всё ещё хотели встретиться с этим человеком.

- Цзы Мо, демоническое ядро здесь. Как его использовать? - поинтересовалась девушка, держа в руках то самое ядро.

- Как могло получится..? Теперь, когда у нас есть демоническое ядро, всё зависит от тебя, - Цзы Мо хотел спросить у Чэн Цинъянь, каким образом к ней попало демоническое ядро красноглазого зверя грозовых туч, но, учитывая всю серьёзность ситуации, решил, что спасении его господина значительно важнее.

- От меня? В каком смысле? - Чэн Цинъянь совершенно не понимала, что она может сделать.

- У тебя есть элементаль грома. Это демоническое ядро и элементальная сущность так же содержат элементаль грома. Поэтому, ты наиболее подходишь, - объяснил тайный страж.

- Хорошо, ты скажешь мне, что делать, и я спасу его, - кивнула Чэн Цинъянь.

Она призвала элементаль грома, который никогда раньше не использовала, и медленно подняла демоническое ядро.

- Ладно, далее…

- Введи все элементали грома, имеющиеся твоём теле, в демоническое ядро, затем стимулируй их слияние с элементалями грома, находящимися в самом ядре, - медленно говорил Цзы Мо.

Чэн Цинъянь направила элементали грома из своего тела, постепенно вливая их в демоническое ядро, и использовала духовную силу, чтобы обеспечить слияние элементалей. В это время демоническое ядро перестало быть чисто серым, каким оно выглядело, когда его только достали из пространства в теле девушки. Демоническое ядро постепенно начинало светиться из-за проникновения в него элементалей грома Чэн Цинъянь.

Пурпурно-чёрный воздушный поток стал вращаться с чрезвычайно высокой скоростью, образуя вихрь, видимый невооруженным глазом. Края этого вихря время от времени мерцали яркими всполохами.

- Помести демоническое ядро на макушку господина, - продолжил Цзы Мо, когда увидел, что два элементаля грома практически слились воедино, - но помни, что между макушкой господина и демоническим ядром должен быть слой духовной энергии, чтобы не позволить элементалям грома причинить вред господину.

С серьёзным выражением лица Чэн Цинъянь подняла демоническое ядро левой рукой, а правой стала собирать духовную силу, чтобы поместить её под это ядро.

- Теперь… введи все оставшиеся в твоём теле элементали грома, чтобы взорвать демоническое ядро, - немного поколебавшись, произнёс Цзы Мо.

Такая заминка была вызвана тем, что использование всех элементалей нанесёт большой урон телу владельца. Пройдёт минимум десять, а то и двадцать лет, прежде чем элементали будут восстановлены.

Тем не менее, Чэн Цинъянь не раздумывая сделала это. Она вывела все элементали грома из своего тела! Хотя Цзы Мо рассчитывал, что девушка так поступит, но всё равно испытал некое потрясение в своём сердце.

С оглушительным грохотом демоническое ядро взорвалось, а лоб Чэн Цинъянь покрылся большим количеством холодного пота.

Вихрь, созданный демоническим ядром, рассеялся, превратившись в бесчисленное множество ярких огней, которые, словно светлячки, осветили всю комнату. Два человека, находящиеся в спальне принца, взволнованно замерли. Они понимали, что когда все эти огоньки будут введены тело Цзюньлинь Цзюцина, его лечение завершиться успешно.

Однако… Атмосфера на улице крайне отличалась от той, что царила в комнате.

Пурпурно-чёрный вихрь медленно покрывал всё небо, распространяясь от главного дома дворца принца Суй. Не было ни грома, ни молнии, ни ветра, ни дождя, лишь мерцали маленькие всполохи.

Все отложили свои повседневные дела. Могущественные люди устремили свои взоры в сторону дворца принца Суй, в то время как остальные могли видеть только изменения в небе, но не были способны понять причины их возникновения.

Тем временем в императорском дворце мужчина в ярко-золотом одеянии дракона[1] намеревался войти в кабинет императора, но замер на месте, обернувшись в направлении дворца принца Суй.

- Принц Суй… - протянул он, - ну, конечно. Если он этого хочет, то трон должен перейти к нему, - сказав это, мужчина вошёл в кабинет императора, больше не оглядываясь.

Во дворце наследного принца царило совершенно другое настроение. Цзюньлинь Цзыцзюэ с мрачным выражением на лице смотрел в сторону дворца принца Суй.

- Этот ублюдок снова прорвался? - сквозь зубы процедил он.

Он никогда не будет так хорош, как этот ублюдок. Предпочтение его отца-императора не изменится, даже если наложница Цзинь умрёт. Очевидно, что Цзюньлинь Цзыцзюэ и его мать были наследным принцем и императрицей империи Божественного клёна. Они уступали лишь одному, но стояли над десятками тысяч. Но, как бы страстно они не желали, другие мать и сын всегда выходили на первое место.

- Цзюньлинь Цзюцин, однажды я верну всё, что принадлежит мне. Ты - просто ублюдок! Настанет время, когда я превзойду тебя по силе! Трон, страна и статус - всё это предназначено мне, наследному принцу Восточного дворца и законному сыну императорской семьи, поэтому даже не смей мечтать об этом!

Но во дворце принца Суй не знали об этом. Чэн Цинъянь, Цзы Мо и Маомао были заняты тем, что направляли бесчисленные огоньки в тело Цзюньлинь Цзюцина. По мере того, как это происходило, тело принца постепенно начинало светиться. Оставалось только дождаться, когда все эти огоньки окажутся поглощены телом Цзюньлинь Цзюцина…

____________________________________

[1] Одеяние императора династии Мин.

Свечение тела Цзюньлинь Цзюцина прекратилось после того, как все огоньки проникли в него. Но через некоторое время из кожи принца Суй стали просачиваться тонкие ниточки света, которые устремились к Чэн Цинъянь. Достигая девушки, они проникали в её кожу и растворялись в ней.

Поначалу Чэн Цинъянь ещё могла справляться с этим притоком световых лучей, но со временем их становилось всё больше и больше. В итоге девушке пришлось сесть со скрещенными ногами и приступить к культивации, чтобы подчинить себе этот бешеный прилив энергии в её теле.

Только где-то через полчаса поток света из тела Цзюньлинь Цзюцина прекратился. Когда последний луч света растворился в теле Чэн Цинъянь, Цзы Мо и Маомао подумали, что всё, наконец, закончилось. Внезапно раздался громоподобный звук, и духовная сила Цзюньлинь Цзюцина и Чэн Цинъянь резко подскочила - они оба прорвались на следующий уровень.

Цзы Мо всё ещё был в состоянии определить уровень духовной силы Чэн Цинъянь, поскольку они оказались на одном уровне, что крайне шокировало его.

- Неужели это её называют ничтожеством? Шестой уровень! Её можно причислить к сильнейшим людям в имперской столице, и даже императорская семья будет обращаться с ней вежливо. Да, дело даже не в этом, а в том, что этой девчонке всего двенадцать лет! Она что культивировала ещё в утробе матери? - потрясённо выпалил он на одном дыхании.

«Ха! Я никогда не встречал глупого тайного стражника, который был бы гением, - с презрением взглянув на Цзы Мо, подумал Маомао, - раньше ты осмелился быть жестоким к моему мастеру, но тебе повезло, что мой мастер добросердечен. В противном случае она бы бросила твоего господина, и тебе бы только и осталось, что лить слёзы!»

Нормализовав дыхание, Чэн Цинъянь открыла глаза и встала.

- Цзюньлинь Цзюцин снова прорвался? - не обращая внимание на потрясённого Цзы Мо, спросила она.

- Д-д-да, - заикаясь, ответил тайный страж.

- Тогда почему он всё ещё не очнулся? После прорыва на новый уровень все функции организма обновляются, что позволяет излечиться даже от серьёзных заболеваний. Но почему Цзюньлинь Цзюцин всё ещё спит? - нахмурившись, спросила девушка, чувствуя некое замешательство.

- Молодая леди Чэн, я предлагаю вам чаще навещать моего господина в будущем. Таким образом… - любезно произнёс Цзы Мо.

Когда он увидел, что Чэн Цинъянь не только спасла Цзюньлинь Цзюцина, но и помогла ему успешно прорваться на восьмой уровень, мужчина мог испытывать только благодарность, потому его слова больше не были грубыми.

- Таким образом что? - в сердце Чэн Цинъянь зародились семена подозрения. Нет ли какой-то другой причины, почему Цзюньлинь Цзюцин не просыпается после прорыва на следующий уровень?

- Это поможет господину чувствовать себя комфортно и поддерживать психическое и физическое состояние, - заметив, что брови девушки нахмурились в сомнении, Цзы Мо быстро сменил тему.

Чэн Цинъянь широко округлила глаза и взглянула на тайного стража с явным вопросом на своём лице: «С тобой всё в порядке?» На что уголки губ Цзы Мо нервно дёрнулись. «Господин, ради вашего удачного преследования я продал весь свой IQ,» - мысленно жаловался он, хотя не знал, что такое IQ.

- Я зайду навестить его, когда у меня будет время. Сейчас я прощаюсь. Маомао, уходим, - Чэн Цинъянь сложила руки в прощальном жесте и решила держаться подальше от больного. Поместив Маомао в пространство в своём теле, она умчалась прочь, используя элементаль воздуха.

- Господин, вы проснулись? - Цзы Мо увидел, что человек, лежавший в кровати, встал, едва девушка исчезла, и поспешил поприветствовать его.

- Цзы Мо, ты отлично справился! - похвалил его Цзюньлинь Цзюцин.

- Спасибо за похвалу, господин. Это то, что должен был сделать Цзы Мо. Но… Господин, вы не остановите молодую леди Чэн?

- Не остановлю.

- В таком случае…

- Цзы Мо, тебе действительно следует поучиться у господина тому, «как преследовать женщину», - Цзюньлинь Цзюцин надел парчовые сапоги и пошёл во внутреннюю комнату.

- Каким образом? - Цзы Мо всё ещё обдумывал предыдущие слова своего господина, и этот вопрос стал следствием последней фразы Цзюньлинь Цзюцина.

Цзюньлинь Цзюцин злобно улыбнулся, но его ответ заставил Цзы Мо задрожать и серьёзно задуматься, не возникли ли у него проблемы со слухом.

- Конечно, это… как играть в кошки-мышки, - произнёс принц Суй.

Покинув дворец принца Суй, Чэн Цинъянь надела свою маску и направилась к аукционному дому семьи Белого тигра. Взглянув на аукционный зал, где в данный момент проходил ночной аукцион, она поджала губы и вошла внутрь.

«Ся Цяньму к этому времени уже должен был уйти,» - размышляла девушка, продвигаясь к лестнице. Аукцион был в самом разгаре, и никто не заметил тёмную фигуру. Бесшумно подойдя к дверям зала оценки, Чэн Цинъянь из вежливости трижды постучала.

- Старейшина Ши, старейшина Ши, ты здесь? - она позвала старика, но никто не ответил, тогда Чэн Цинъянь вспомнила о милой девушке и позвала её, - Цици, Цици? - и снова ничего, - никого нет? - нахмурилась она.

Чэн Цинъянь была несколько сбита с толку и уже собиралась развернуться и уйти, но в этот момент входная дверь зала оценки отворилась. В дверном проёме появился Ся Цяньму!

Губы мужчины растянулись в дружелюбной улыбке, а его тёплый и освежающий темперамент заставлял людей чувствовать себя так, словно они обдувались лёгким весенним ветерком.

- Господин Янь? Пожалуйста, проходите внутрь, - пригласил он.

Сомнения Ся Цяньму только что исчезли. Он думал, что старейшина Ши и Му Цици несколько приукрасили ситуацию, объясняя всё старшему сыну семьи Белого тигра.

- Это, должно быть, старший молодой господин семьи Белого тигра, верно? Много слышал о вас, - подавив волнение в своём сердце, спокойно произнесла Чэн Цинъянь.

Девушка хотела притвориться, что не знает этого человека, но он не дал ей такой возможности.

- Господин Янь, вы забыли меня? В тот день…

Чэн Цинъянь действительно хотела ответить: «Ся Юйхэ, с берега озера Даминху[1]?»

- Помню, ты Ся Цяньму из дремучего леса в Чёрных горах, - в итоге не решилась солгать и сказала она, проходя внутрь и ища глазами старейшину Ши.

- У молодого господина Яня хорошая память. Я не ожидал встретить вас здесь. Кстати, у вас есть время завтра? Я пригласил Яоци пообедать с Мо Лю и Цянься, - неважно, что говорил Ся Цяньму, это было приятно сердцу и слуху.

Подумав о Мо Лю, страстно желающей отблагодарить её, и Ся Цянься, которая была крайне недовольна ею, Чэн Цинъянь не горела желанием встречаться с этими людьми. Она слишком любила тишину и хотела отказаться, но вспомнила, что, кроме имперской столицы, не знает никаких мест в этом мире. Даже если она прочитала множество книг, но информация в них не обязательно была актуальной. Действительно ли можно было полностью доверять ей? Новые знакомства - новый источник информации.

- Возможно, я найду время, - поджав губы, ответила Чэн Цинъянь, - где вы встречаетесь завтра?

- Павильон «Говорящего ветра» известен во всей империи Божественного клёна. Цяньму будет ждать там завтра, - вежливо откликнулся Ся Цяньму.

- А где старейшина Ши? Я здесь, чтобы оценить пилюли. Почему его нет? - Чэн Цинъянь чувствовала, что её тёмная сторона может быть раскрыта перед лицом этого красивого молодого человека, потому торопилась.

Девушка всегда знала, что многое из того, что она делала было неправильным. Особенно это касалось её прошлой жизни, наполненной кровопролитием, из-за чего она даже хотела принять буддизм.

- Старейшина Ши услышал от леди Му, что вы не вернётесь до завтра, поэтому он пошёл отдохнуть пораньше, - Ся Цяньму налил чашку чая и протянул её Чэн Цинъянь.

- В таком случае, пилюли… - Чэн Цинъянь вытащила бутылочку с пилюлей.

Выслушав жалобы старейшины Ши, она специально приобрела множество нефритовых бутылочек для хранения пилюль.

- Можешь отдать мне, - улыбнулся Ся Цяньму и взял бутылочку.

У Чэн Цинъянь внезапно возникло ощущение, что этот человек знает всё, включая то, что она просто маскировалась под мужчину. А ещё ей показалось, что между ними проскочила искра.

__________________________________________

[1] Озеро Даминху - небольшое озеро на севере города Цзинань в провинции Шаньдун на северо-востоке Китая.

«Иллюзия, обман чувств, это должен быть обман чувств! Видимо, за последнее время произошло слишком много всего, что и вызвало галлюцинации,» - Чэн Цинъянь глубоко вздохнула, чтобы успокоиться, и решила поскорее вернуться домой.

- Господин Ся, я думаю всю прибыль с продажи пилюль оставить на хранение в вашем аукционном доме и забирать её позже частями, - озвучила своё намерение девушка.

Она полагала, что такое количество золотых монет займёт слишком много места в её пространстве в теле. В любом случае, аукционный дом, принадлежащий могущественной семье Белого тигра, не станет присваивать себе эти золотые монеты, которые для них являлись каплей в море. Она просто оставит деньги здесь и заберёт их позже.

- Похоже, мы с господином Янем подумали об одном и том же. Эта чёрно-золотая карта является общей для всех торговых предприятий семьи Белого тигра. На ней можно хранить золотые монеты, - Ся Цяньму вручил Чэн Цинъянь чёрную карту с золотыми краями и изображением белого тигра.

- Чёрно-золотая карта? - спросила Чэн Цинъянь, взяв карту в руки и дважды перевернув её.

- С этой картой вы становитесь клиентом уровня «чёрного золота» нашей семьи Белого тигра. Вы можете наслаждаться номерами «чёрного золота» и обслуживанием соответствующего уровня. Честно говоря, обращение с клиентом уровня «чёрного золота» эквивалентно моему отношению здесь. Кстати, вся выручка с продажи ваших пилюль будет переводиться на эту карту и храниться на ней, - с очаровательной улыбкой пояснил Ся Цяньму.

«Похоже на банковскую карту. Кажется, старший молодой господин семьи Белого тигра действительно имеет деловую хватку,» - подумала Чэн Цинъянь, уголок её губ приподнялся.

- Это на самом деле лестно. Вы дали мне такую ценную вещь просто так? - небрежно спросила она, сделав глоток чая.

- О чём вы говорите? Зная, что молодой господин Янь заключил долгосрочное соглашение о сотрудничестве с нашей семьёй Белого тигра, разве я могу скупиться на подобные мелочи? - ответил Ся Цяньму с очередной ослепительной улыбкой.

- Тогда ладно, в таком случае это проявление уважения, а не попытка подчинить. Мне уже пора идти. Всего доброго, - Чэн Цинъянь убрала чёрно-золотую карту в пространство в своём теле и встала, чтобы уйти.

- Пожалуйста, господин Янь, не забудьте о завтрашней встрече в павильоне «Говорящего ветра», - напомнил Ся Цяньму. Он так же поднялся, подошёл к двери и учтиво открыл её.

Выйдя из зала оценки, Чэн Цинъянь оглянулась на мужчину, который всё ещё стоял у открытой двери, и, помахав ему рукой, направилась вниз по лестнице.

- Господин Янь? Видите ли, людям всегда было свойственно чрезмерное любопытство к загадочным вещам, и я не исключение, - губы Ся Цяньму растянулись в полуулыбке, после он развернулся, закрывая дверь в зал оценки.

Покинув аукционный дом семьи Белого тигра, Чэн Цинъянь использовала элементаль воздуха и помчалась прямо в боковой двор особняка семьи Зелёного дракона. Хотя в это время улицы и переулки ещё были ярко освещены и достаточно оживлёнными, но девушка не имела привычки бродить по ночам и вообще не являлась «совой», поэтому она поспешила домой, чтобы изготовить больше пилюль. Тратя больше времени подобным образом, она не только зарабатывала золотые монеты, но и постоянно улучшала свои навыки в изготовлении пилюль.

Чэн Цинъянь заметила, что с тех пор, как она стала алхимиком, у неё было очень мало времени на сон. Но как только она приступала к изготовлению пилюль, она словно принимала Сюаньмай[1]. Когда снова наступал день, и девушка заканчивала изволение пилюль, не спав при этом всю ночь, она всё ещё была полна энергии, словно употребила стимуляторы. Это действительно было странно! Чэн Цинъянь намеревалась расспросить об этом Та Е.

Вернувшись в свой двор, девушка сняла маскировку и переоделась в белое платье, которое обычно носила. Затем она направила своё сознание в малое пространство древности.

- Та Е! Та Е, выходи быстрее, у меня есть к тебе вопрос! - прокричала Чэн Цинъянь, едва оказалась внутри, но в ответ не раздалось ни звука, - старший Та Е, выходи немедленно! Почему ты прячешься? Думаешь, ты сможешь покинуть это пространство без моего разрешения? Хватит прятаться, выходи сейчас же. Мне на самом деле нужно спросить тебя кое о чём!

Она всегда была доброй и милой по отношению к своим людям. Но, за исключением Сяоюя, девушка не собиралась позволять кому-либо игнорировать её. Эта привычка осталась с её прошлой жизни.

_______________________________________

[1] Реальное название лекарственного препарата. Если сравнивать с показаниями к применению, то это что-то вроде «Оциллококцинума».

Но после того, как Чэн Цинъянь закончила говорить, в малом пространстве древности наступила тишина. И хоть девушка замолчала, но от её тела начала исходить волна холода, замораживая всё в радиусе метра.

Чэн Цинъянь спокойно вызвала древний треножник. Несмотря на то, что она уже достаточно долго практиковалась в алхимии, это был первый раз, когда девушка призывала треножник самостоятельно, но всё же её попытка увенчалась успехом. Растопырив пять пальцев правой руки, она направила свою силу в древний треножник и начала вращать его.

Медленно вращаясь, древний треножник постепенно увеличивался в своих размерах с каждым оборотом, пока не стал таким же огромным, как взрослый азиатский слон. В этот момент Чэн Цинъянь резко повернула своё запястье, и древний треножник полетел в сторону.

Подчиняясь воле девушки, треножник носился по малому пространству древности, словно дикая лошадь, издавая при этом оглушительные грохочущие звуки. Тем временем Чэн Цинъянь достала из пространства в своём теле пару стульев из жёлтого грушевого дерева и чайный столик из красного сандалового дерева, а так же чайный набор из фиолетовой глины, чтобы заварить чай из цветов Проясняющей прекрасной жемчужины.

Спустя где-то четверть часа, в пространстве появилась рябь. Серая тень мелькнула и направилась прямо к Чэн Цинъянь.

- Ох, почтенные предки, твоему учителю в кое-то веке удалось крепко заснуть, но ты всё равно позволила маленькому Гугу[1] поднять такой шум. Ты действительно боишься, что твой учитель умрёт в спокойствии, верно? - Та Е уселся на второй стул из грушевого дерева, схватил чашку и залпом выпил весь чай из цветов Проясняющей прекрасной жемчужины.

- Старший Та Е, разве ты уже не умер? Передо мной всего лишь осколок души. Ты на самом деле хочешь умереть снова? Кстати, если осколок души полностью сгинет, то это окончательная смерть. Уверен, что хочешь именно этого? - поставив свою чашку на стол, спросила Чэн Цинъянь, приподняв бровь.

- Шучу, лучше расскажи о своей проблеме, - Та Е так же отставил чашку и посмотрел на девушку, не желая говорить о том, «как умирает душа».

Движением руки, Чэн Цинъянь отправила треножник, который до сих пор с оглушительным грохотом носился по малому пространству древности, обратно туда, где он обычно хранился.

- Я помню, что как только начала заниматься алхимией, я словно не могла остановиться и практиковалась всю ночь. Но на следующее утро это никак не отразилось на моём состоянии. Я всё ещё была полна энергии и скакала, как кролик. Я хотела спросить: почему это происходит? - озвучила так интересовавший её вопрос девушка.

- Хм, если бы ты мне не сказала, я бы и не заметил этого. Когда я занимался алхимией, я никогда не был таким, как ты. Иногда мне настолько хотелось спать, что я отвлекался в процессе изготовления пилюль. В результате, из-за нехватки моей силы разума, многие пилюли превратились в полуфабрикат, - задумчиво потирая подбородок, ответил Та Е.

- В чём причина? - Чэн Цинъянь поджала розовые губы и нахмурилась.

- Возможно, твоя сила разума чрезвычайно велика, или, может быть, ты имеешь невероятный талант к алхимии. Так же существует небольшая вероятность, что… - Та Е чувствовал, что первые две причины не соответствовали ситуации этой девчонки. Он ломал голову, чтобы вспомнить надпись, которую видел на горельефе[2], и которая так же являлась последней возможностью.

- Что? - глаза Чэн Цинъянь расширились. Интуиция девушки подсказывала ей, что ответ, который она получит, крайне важен для неё.

- Я не уверен, потому что вероятность очень мала: всего один из десяти тысяч. И я никогда не сталкивался с таким на континенте Опускающихся туч за все эти годы. Я узнал об этом совершенно случайно, во время одного путешествия, которое совершил, когда ещё был молод. Так что… - всё ещё сомневался Та Е.

- Подожди, какой бы низкой ни была вероятность этой ситуации, ты должен мне сказать, чтобы я смогла понять, возможно ли это. Кроме того, разве ты не говорил, что мой талант к алхимии очень высок? Может быть, я и есть тот один из десяти тысяч? - Чэн Цинъянь ободряюще похлопала учителя по тыльной стороне руки.

- Ну, я помню, что тот метод изготовления пилюль отличался от метода, применяемого на континенте Опускающихся туч. Но, хотя он имел отличия, в нём так же содержалось много общего. Тогда я был слишком молод и мало что понял…

___________________________________________

[1] Речь идёт о треножнике. Это сокращение от его названия, которое полностью звучит как «上古之極» (шан гу чжи цзи).

[2] Горельеф - разновидность скульптурного выпуклого рельефа, в котором изображение выступает над плоскостью фона более чем на половину объёма изображаемых частей. Некоторые элементы могут быть совсем отделены от плоскости. Распространённый вид оформления архитектурных сооружений. (Материал с Википедии)

- Название этого метода изготовления пилюль - «Очистка души». Он применяется как для создания пилюль, так и для изготовления оружия. Кажется, существует ещё метод совершенствования, который практикуется совместно с «Очисткой души». Как же он называется? Я вспомню, только дай мне время подумать, - Та Е постучал по виску указательным пальцем левой руки, размышляя.

- «Десятикратное увеличение атаки души»? - Чэн Цинъянь показалось знакомым название «Очистка души», поэтому она упомянула технику, которой её обучил Мо Лоша.

Это было всего лишь предположение, и девушка совершенно не ожидала, что оно окажется верным.

- Правильно! Это называется «Десятикратное увеличение атаки души»! А? Девочка, откуда ты знаешь? - после того, как Та Е понял, что именно сказала Чэн Цинъянь, он с удивлением посмотрел на неё, ожидая ответа.

- О, кажется, я действительно одна из десяти тысяч, про которые ты упоминал, - Чэн Цинъянь сделал глоток чая и слегка улыбнулась.

- Одна из десяти тысяч… Что?! Ты на самом деле используешь силу души для изготовления пилюль?! Неудивительно, что, поскольку ты практикуешь «Десятикратное увеличение атаки души», ты, определённо, способна использовать «Очистку души»! - Та Е поразился, но быстро обрёл самообладание, однако, это его спокойствие продлилось недолго.

Мужчина налил себе чашку цветочного чая, сделал глубокий глоток и долго размышлял, прежде чем сказать:

- Девочка, смотри, твой учитель мёртв уже столько лет. Ты позволишь этому старику умереть просто так?

- Тебя кто-то убил? И теперь ты хочешь, чтобы я отомстила за тебя? - Чэн Цинъянь с сомнением посмотрела на учителя.

Услышав нотки согласия в её голосе, Та Е немедленно поставил чашку и просто подлетел к девушке.

- Девочка, тебе не нужно мстить за меня, - искренне заговорил он, - достаточно того, что ты станешь изготавливать пилюли прямо передо мной.

Оказалось, он просто хотел увидеть применение метода «Очистки души». В своём сердце Чэн Цинъянь глубоко вздохнула из-за такой несдержанности своего учителя.

- С этого дня я буду приходить каждую ночь и создавать пилюли не только для того, чтобы улучшать свои способности в их изготовлении, но и для развития своей силы души, - поднимаясь на ноги, объявила она.

Чэн Цинъянь вышла в центр малого пространства древности, снова призвала древний треножник, достала большое количество лекарственных трав из пространства в своём теле и разместила их рядом с треножником.

Она собиралась приступить изготовлению пилюль. Увидев это Та Е немедленно взял стул из жёлтого грушевого дерева, поставил его в трёх метрах от девушки и устроился по удобнее, чтобы понаблюдать за применением метода «Очистки души».

Чэн Цинъянь собрала элементали огня на кончиках пальцев, чтобы нагреть древний треножник, а затем закрыла глаза, чтобы тщательно прочувствовать каждое лекарственное растение и выбрать из них те, лечебные свойства которых были самыми активными.

Поместив все выбранные травы в древний треножник, она увеличила температуру самого треножника, чтобы расплавить все эти травы. Затем, используя элементали огня, девушка направила свою духовную силу, которая помогала лекарственным свойствам трав слиться друг с другом, вместо развеивания. После того, как смешивание лекарственных свойств трав произошло, их суммарная лечебная сила достигла своего предела. Тогда Чэн Цинъянь начала увеличивать количество элементалей огня, чтобы ещё сильнее повысить температуру и тем самым выпарить всю влагу и сформировать пилюлю.

Все эти операции она выполняла с помощью силы души, поэтому девушке совершенно не требовалось открывать глаза, чтобы следить за процессом. Она и так прекрасно чувствовала всё, что происходило.

Выдохнув, Чэн Цинъянь правой рукой подняла крышку древнего треножника. В одно мгновение всё пространство заполнилось ароматом готовых пилюль. Не было никакого дыма, который поднимается из треножника, когда приготовленные пилюли получаются низкого качества. Девушка смогла ясно увидеть круглые, полные и гладкие пилюли, лежащие на дне древнего треножника.

- Ух ты, девочка, эта «Очистка души» просто потрясающа! Эти пилюли являются лучшими среди пилюль начального уровня и довольно близки к среднему уровню! - Та Е использовал свою духовную силу, чтобы осмотреть каждую белую жемчужную пилюлю, одну за другой, а затем поместил все десять в нефритовые бутылочки.

- Как только я закончила их изготовление, я сразу потеряла желание спать. Теперь я думаю о том, чтобы продать их, - уныло сказала Чэн Цинъянь, потирая шею.

Ответом ей была тишина. Девушка нахмурилась и обернулась, чтобы посмотреть в то место, где находился Та Е. Но в итоге не увидела даже его тени. Однако, прежде чем Чэн Цинъянь успела что-либо подумать, малое пространство древности над её головой замерцало, в следующее мгновение появился учитель с огромным количеством нефритовых бутылочек в руках.

- Девочка, раз тебе нечем заняться, просто наполни все эти маленькие бутылочки! Мне нужно посмотреть «Очистку души» ещё несколько рез! - объявил Та Е.

Чэн Цинъянь просто лишилась дара речи.

С тех пор она каждую ночь занималась изготовлением различных пилюль. В результате став представителем поколения богачей[1] в будущем!

___________________________________________

[1] В оригинале здесь использован термин «нувориш» (土豪). В русском языке его аналогией является «новый русский» (кто-нибудь ещё помнит этот термин 90-х?), но это сочетание совершенно неуместно в данном контексте, поэтому пришлось заменить на более размытое «богач».

На следующее утро, когда Чэн Цинъянь покинула малое пространство древности, она была полна энергии. В это время пространство в её теле было до такой степени заполнено маленькими нефритовыми бутылочками, что несчастному Маомао некуда было даже ступить. Он мог только сидеть на дереве Проясняющая прекрасная жемчужина и жаловаться на безумное поведение своего мастера.

«Сегодня в полдень я отправлюсь в павильон «Говорящего ветра» на обед, а затем пойду в аукционный дом семьи «Белого тигра», чтобы продать пилюли,» - сидя на маленькой скамейке, Чэн Цинъянь планировала свой распорядок дня. Внезапно она ощутила некое чувство дискомфорта в своей душе. Девушка нахмурилась и решила выпить чаю, чтобы успокоиться.

В этот момент в полуразрушенную деревянную дверь бокового двора вежливо постучали. Чэн Цинъянь оказалась озадачена. Было довольно странно, что кто-то в этом месте так учтиво относился к ней. Девушка открыла деревянную дверь и увидела героическое и решительное лицо. Разве это не командир стражи, которого она встречала несколько дней назад - Чэн Линь?

- Командир Чэн? Что-то случилось? - спросила Чэн Цинъянь и жестом пригласила мужчину пройти внутрь.

Обращение «командир Чэн» и приглашающий жест напугали Чэн Линя. Хотя эта Чэн Цинъянь и была никчёмной и уродливой девушкой, она всё же являлась старшей дочерью семьи Зелёного дракона. Как командир стражей, если он примет такую любезность и об этом начнут говорить, то его «долгая жизнь» закончится. Более того, в прошлый раз он ощутил мощную ауру, исходящую от старшей молодой леди, которая ничуть не уступала ауре принца Суй. А её поведение перед главой семьи, и то, с какой лёгкостью эта девушка справлялась с любыми трудностями, совершенно ничего не опасаясь. Каждой из этих вещей было достаточно, чтобы вызвать у него трепет и восхищение.

Чэн Линь всегда чувствовал, что все слухи о старшей дочери семьи Чэн, что распространялись снаружи, были выдуманы и не имели под собой никакой реальной основы, а являлись просто чьими-то домыслами и предположениями. Чэн Линь не был способен изменить общественное мнение самостоятельно. Он мог только выказать своё уважительное отношение своими действиями.

- Страшная молодая госпожа Чэн, глава приглашает вас, - учтиво поклонившись, произнёс Чэн Линь.

- Чэн Яй? Он сказал зачем? - Чэн Цинъянь холодно посмотрела на стражника.

Она прекрасно понимала, для чего глава семьи искал её. Девушка спросила Чэн Линя только для того, чтобы узнать, не распространилось ли повсюду то, о чём они с Чэн Яем разговорили ранее.

- Нет, - серьёзно ответил Чэн Линь. Он был настолько поражён ледяной аурой Чэн Цинъянь, что бессознательно опустил голову.

- Идём, - кивнула девушка и покорно покинула боковой двор, но во взгляде Чэн Цинъянь отчётливо читалась насмешка.

«Старик, разве ты не понимаешь известной истины о том, что нельзя одновременно обладать и рыбой, и медвежьей лапой[1]? Ты уже столько раз приглашал меня в «Персиковый сад» только потому, что хотел заставить меня найти алхимика среднего уровня, о котором я упомянула. Ты боишься заняться этим лично, потому что так можешь оскорбить мастера Чжао Суна. Ведь как только ты обидишь этого старика, многие могущественные люди, которые хотят угодить мастеру Вэй Цюну и великому мастеру Юэ Чэню, разберутся с твоей семьёй Зелёного дракона. Тогда остальные члены семьи Зелёного дракона «пожертвуют ладьёй, чтобы спасти короля» и совместно лишат тебя положения главы семьи. Ха, твоя идея неплохая, вот только жаль, что ты столкнулся с этим правителем!» - мысленно злорадствовала она.

Уголки губ девушки слегка изогнулись, но она опустила глаза, когда приблизилась к «Персиковому саду», чтобы скрыть насмешку и жажду крови, так очевидно видневшуюся в них. Её целью являлся не только Чэн Яй, но и вся семья Зелёного дракона. Но ей необходимо увеличить свою силу, чтобы добиться этого. Подчинение семьи Зелёного дракона - это полдела, ей так же предстояло закрепиться у власти, чтобы принимать единоличные решения, как это было в «Красноглазых» в её прошлой жизни.

Чэн Цинъянь толкнула закрытую деревянную дверь, которая отварилась с мерзким скрипом, и подняла взгляд, чтобы посмотреть на Чэн Цянь, лежавшую на кровати. Её дыхание было слабым, и девушка могла поддерживать свою жизнь только благодаря дорогостоящим лекарственным травам. Однако, Чэн Цинъянь не испытывала жалости, потому что невозможно жалеть человека, которого ненавидишь. Чэн Цянь сама была виновата в том, что стала такой, какой она была сейчас.

- Глава Чэн, для чего вы пригласили меня сюда сегодня? - Чэн Цинъянь села прямо у окна, на место главы, и взглянула на Чэн Яя, который выглядел измождённым, но тут заметила человека, который прежде притворялся больным и лежал в постели, - кажется, госпожа Юань чувствует себя гораздо лучше. Она больше не прячется в своём углу?

Она произнесла это без насмешки, с нотками беспокойства в голосе. Но, разумеется, любой проницательный человек сумел бы заметить, что всё это притворство.

- Хватит, Цинъянь, в конце концов, она также жена главы семьи и твоя мать, - нахмурился от слов дочери Чэн Яй.

- Глава Чэн, не следует заблуждаться, - Чэн Цинъянь подняла брови и улыбнулась так, будто услышала нечто забавное, - мать этой молодой леди и главная жена главы семьи Зелёного дракона - это госпожа Линсинь. Что же касательно этой наложницы, то я не хочу поднимать этот вопрос, чтобы не потерять лицо семьи Зелёного дракона.

__________________________________________

[1] Русский аналог, например: «Нельзя и на ёлку влезть, и задницу не ободрать». Хотя, на уме вертится более неприличная…

Чэн Яй хотел ответить, но его перебил голос госпожи Юань, которая больше не могла выносить всё это.

- Больше всего в жизни эта законная жена ненавидит, когда кто-то упоминает об этом, их сразу же хватают и избивают, - заговорила она, - чтобы позволить своим детям иметь хорошее будущее, и чтобы в будущем устроить им браки с выдающимися людьми, обычной девочке-служанке пришлось приложить немало усилий, чтобы она оказалась в постели хозяина, а затем, шаг за шагом, поднялась на позицию главной жены. Сколько пришлось испытать всего на этом пути? Что знает об этих страданиях госпожа Линсинь? Превосходная жизнь и благородный статус, которые она имела с детства, позволили ей выйти замуж за лучшего человека в мире и прожить счастливую жизнь. Она тоже женщина, почему с этой сукой Линсинь так обращались? Эта законная жена не смирится! Никогда не признаю! Она умерла уже столько лет назад, но император и глава семьи всё ещё думают о ней. Я правда не знаю, какие уловки она использовала, чтобы очаровать так много мужчин по всему миру.

Чэн Яй был потрясён этими словами госпожи Юань, которая прежде всегда была ласковой и нежной. Неужели это всё ещё его мудрая и добродетельная жена?

Услышав оскорбления в адрес матери, в глазах Чэн Цинъянь мелькнул свет убийственного намерения. Но она быстро скрыла его, потому что хотела дождаться, когда госпожа Юань разозлится настолько, что потеряет рассудок и сама расскажет обо всём.

Девушка давно подозревала, что смерть госпожи Линсинь была тесно связана с семьёй Юань. Ходили слухи, что госпожа Линсинь покончила жизнь самоубийством. Но не было никаких доказательств. И что послужило причиной такого поступка?

Когда Чэн Цинъянь скучала, она изучила все воспоминания предыдущей владелицы тела. Хотя девушка и была трусливой, но далеко не глупой. Со смерти госпожи Линсинь прошло несколько лет, прежде чем предыдущая владелица тела проверила свои духовные корни. Потому до этого времени к ней всё ещё относились, как к старшей дочери семьи.

Более того, Чэн Яй полюбил госпожу Линсинь ещё сильнее, после её смерти, до такой степени, что лично достал бы ей звезду с неба, если бы узнал, что женщина этого желает.

Таким образом, первоначальная владелица тела провела эти несколько лет в попытках разузнать всю возможную информацию о жизни госпожи Линсинь. А уже потом разбиралась: была ли эти информация полезна или нет. В итоге ей удалось узнать от одной старухи, которая прежде служила госпоже Юань, но теперь, в силу своего возраста, была вынуждена вернуться в свой родной город, что смерть госпожи Линсинь как-то связана с госпожой Юань и её семьёй.

Однако, госпожа Юань была не единственной подозреваемой предыдущей владелицы тела, потому что эта старуха являлась человеком, изгнанным госпожой Юань из-за своей бесполезности в силу возраста. К тому же, когда госпожа Линсинь ещё была жива, не только семья Юань не любила её. Семья Лю также находилась под подозрением предыдущей владелицы и Чэн Цинъянь.

К сожалению, госпожу Юань было не так просто разговорить. Она прожила в этом доме более десяти лет и сумела подняться от служанки до главной жены. Разумеется, её мусли достаточно коварны. Как бы женщина не злилась, она всё ещё будет знать чувство меры и остановится, чтобы не сболтнуть лишнего.

Конечно же, как только Чэн Цинъянь подумала об этом, госпожа Юань изменилась в лице и разрыдалась.

- Глава, Юйсинь действительно любит тебя! - запричитала она, прижавшись к потрясённому её предыдущими словами Чэн Яю и обнимая его, - Юйсинь приложила столько усилий, чтобы стать твоей женой! Неужели ты думаешь только об этой Линсинь, не знающей женской добродетели, которая только и может, что хвататься за цветы и дёргать траву[1]?!

Услышав это, старое лицо Чэн Яя осунулось.

- Сука! - сердито рявкнул он и отшвырнул плачущую госпожу Юань в сторону, - какое право ты имеешь говорить о Линсинь?! Стража! Отведите госпожу Юань обратно в «Сад роз» и заприте её! Затем расследуйте причину смерти госпожи Линсинь. Пока не будет результата, не смейте попадаться мне на глаза!

Чэн Яй сделал глубокий вдох, чтобы немного успокоиться, и перевёл взгляд с Чэн Линя, появившегося в дверях по первому его зову, на сидящую на полу Юань Юйсинь.

- Госпожа Юань, - уже более сдержанно заговорил он, - глава обещает тебе, что если ты говоришь правду, то глава простит тебя ради отношений мужа и жены, что были между нами столько лет. Я дам тебе время подумать, но если ты всё ещё не успокоишься, и выяснится твоё причастие, то всё, что тебя ожидает - это письмо о разводе!

- Ха-ха, Чэн Яй, ты когда-нибудь помнил о наших долгих отношениях мужа и жены?! Ты всегда думал только об этой лисице[2]! Я и Лю Юэлин являемся всего лишь заменителем этой женщины! Ха-ха-ха! Заменитель[3]…. - истерически рассмеялась госпожа Юань.

Двое охранников, возглавляемые Чэн Линем, вывели Юань Юйсинь, лицо которой исказило почти безумное отчаяние. Но Чэн Цинъянь не испытывала ничего, кроме презрения к этой женщине. Для неё, никогда не испытывающей чувства семейной привязанности, не составляло проблемы избавиться от любого, кто осмелится задеть её. Госпожа Юань была наглядным примером этому, поскольку её смерть неумолимо приближалась!

Что же касается госпожи Линсинь, то в памяти первоначальной владелицы тела не осталось о ней совершенно никаких воспоминаний. Чэн Цинъянь это казалось странным. По логике, первоначальной владелице тела было восемь лет, когда госпожа Линсинь умерла, и, спустя всего четыре года, девочка не должна была забыть внешность той, кого считала своей родной матерью! Но Чэн Цинъянь не могла найти ни одного воспоминания о госпоже Линсинь. «Если не получается решить что-то, перестань думать об этом, возможно, удастся разобраться с этим в будущем,» - такого правила придерживалась она.

После просмотра прошедшего фарса Чэн Цинъянь встала и лишь мельком взглянула на бледную Чэн Цянь и мрачного Чэн Яя.

____________________________________________

[1] «Хвататься за цветы и дёргать траву» иносказательное выражение, имеющее значение: «заводить любовные шашни, обольщать противоположный пол».

[2] В китайской культуре слово «лисица», применённое к женщине, имеет негативное значение. Так называют красавиц, которые одним лишь взглядом покоряют сердца мужчин, но при том этим красавицам приписывают тесные отношения со всеми соблазнёнными ими мужчинами. Своего рода, в таком контексте «лисица» означает «легкодоступная, падшая женщина» (давалка по-нашему). Разумеется, возникло это из-за зависти остальных женщин к невероятной внешности тех красавиц, потому они пытались очернить репутацию соперниц, которым не были равны.

[3] В оригинале Юань Юйсинь говорит более унизительно, т.к. слово «заменитель», использованное ею, употребляется только с неодушевлёнными предметами, вещами. Это в русском языке нет никакой разницы.

[примечание к главе]

Не знаю по какой причине, но в этой главе фамилия 聆心 (Линсинь) почему-то превратилась в 敏心 (Миньсинь). И лишь по контексту стало понятно, что это всё тот же персонаж. Потому, чтобы не вводить вас, дорогие читатели, в замешательство, на свой страх и риск продолжила писать уже всем знакомое «Линсинь». Однако, если в каком-то месте забылась, и перевела в соответствии с оригиналом, прошу указать на это, чтобы исправить.

Так же, если кто-то не понял, то в этой главе автор впервые называет нам имена госпожи Юань (полностью: Юань Юйсинь) и наложницы Лю (полностью: Лю Юэлин).

- Глава Чэн, поскольку всё сказано, я уйду первой, - сказала она.

Чэн Яй повернул голову и посмотрел на человека в белом, выходящего за дверь, и хотел что-то сказать, но Чэн Цинъянь ушла не оборачиваясь.

- Глава Чэн, ради вашей искренней любви к моей матери напомню: мастер Вэй Цюн - алхимик среднего уровня, - бросила на прощанье она.

Силуэт девушки становился всё дальше и меньше. Чэн Яй застыл, словно статуя, не в силах сразу прийти в себя. Через некоторое время он взглянул в сторону Чэн Цянь и принял решение. Поскольку он больше не мог использовать Чэн Цинъянь, и это, скорее всего, поставит под угрозу его положение, то теперь Чэн Яю оставалось надеяться только на дочь, которую он усердно растил всё это время, чтобы породниться с императорской семьёй, и тем самым укрепить положение семьи Зелёного дракона.

- Цянь’эр, не подведи своего отца! - обернувшись на Чэн Цянь, которая едва дышала, произнёс Чэн Яй и покинул помещение. В его глазах сверкала жестокость.

С другой стороны, Чэн Цинъянь облачилась в свою маскировку и покинула особняк семьи Зелёного дракона. В это время начался сильный снегопад. Девушка достала из пространства в своём теле накидку из кроличьего меха и завернулась в неё.

Чёрный халат[1], чёрный мех, чёрные волосы, чёрные сапоги. В этом, сверкающем серебром, мире Чэн Цинъянь выглядела особенно уникально. Хотя на лице девушки была маска, которая делала его совершенно обычным, её неповторимая аура и ледяные чёрные глаза, в которых время от времени отражалась непроглядная глубина, привлекали внимание прохожих.

Чэн Цинъянь вошла в павильон «Говорящего ветра», здание которого обладало особым очарованием далёкой старины, и оглядела шумных гостей, собирающихся словно облака. Было довольно трудно представить, что торговля в этом месте, открывшемся в королевской столице империи Божественного клёна всего в прошлом году, настолько процветает. Ежедневный доход достаточно высок, и его достаточно, чтобы приобрести лучшие из сотен пилюль начального уровня. К тому же, всего за один год павильон «Говорящего ветра» был открыт в имперской столице каждой страны континента Опускающихся туч. Только по этим масштабам можно было судить о том, каким человеком являлся владелец заведения.

Осмотрев весь зал, Чэн Цинъянь не увидела Ся Цяньму, поэтому не стала задерживаться и направилась к лестнице. На втором и третьем этаже его также не оказалось. Окинув взглядом роскошный зал четвёртого этажа, девушка так и не увидела нужного человека. Но оставался ещё один, последний, этаж - пятый.

Взглянув вверх, Чэн Цинъянь начала подниматься. Но стоило ей только ступить на первую ступеньку, как девушка была вынуждена остановиться. Замерев на месте, она внимательно разглядывала каждую ступеньку. Для посторонних это выглядело так, будто человек не мог подняться. Разумеется, некоторые именно так и подумали.

- Ой, ты не можешь подняться? - саркастично спросил мужчина в чёрном халате, который подошёл, чтобы создать неприятности.

- Кажется, да! Эй, разве ты не знаешь, что для того, чтобы подняться на пятый этаж, ты должен обладать некоторой силой? По крайней мере нужно достичь четвёртого уровня! - заговорил подошедший следом мужчина в тёмно-синем парчовом халате и встал рядом с военным.

- Похоже, он не достиг даже четвёртого уровня! Посмотри на его дешёвую одежду! Вероятно, он приехал в имперскую столицу из какой-то деревни, чтобы посмотреть мир. Но вместо того, чтобы любоваться красотами, он стал посмешищем! - рассмеялся мужчина в чёрном. Его громкий голос заставил многих гостей, сидящих за столами, повернуть головы, чтобы посмотреть на Чэн Цинъянь.

Самое главное во время еды - это хорошие блюда, а второе по значимости - это интересные сплетни. Теперь у всех гостей появилась возможность посмотреть увлекательное шоу, не отвлекаясь от поедания отличных блюд.

- Да, деревенский мальчик без денег и сил. Хотя его лицо ничем не примечательно, но его тело довольно хрупкое и изящное. Определённо удастся выручить за него много золотых, если продать его соответствующее заведение! - легкомысленно усмехнулся мужчина в тёмно-синем халате.

Глаза Чэн Цинъянь потемнели, и в них промелькнуло убийственное намерение. Она не могла скрыть свою ледяную ауру, которая превращала этот прекрасный снежный день в ещё более холодный.

__________________________________

[1] 袍 (пао) - китайский халат, длинное платье (на подкладке).

Ся Цяньму, Ся Цянься, Най Яоци и Мо Лю, находящиеся наверху, также повернулись на шум. Заметив Чэн Цинъянь и двух насмехающихся над ней мужчин, они не рассердились, а, наоборот, взглянули на мужчин с некоторой жалостью. Они-то прекрасно знали, что эти двое связались с тем, с кем связываться не следовало.

Особенно очевидно это было для Ся Цянься. Девушка больше всех впечатлилась тем, как молниеносно и жестоко Чэн Цинъянь сокрушила трёх демонических зверей пятого уровня, что произошло прямо на её глазах. После той битвы Ся Цянься полностью отказалась от своего обещания: «Подожди, когда вернёмся в имперскую столицу, увидишь, как я разберусь с тобой!»

Но тогда же в её голове зародился другой план: если бы такой сильный молодой человек последовал за ней, то это придало бы ещё большей популярности законной дочери семьи Ся! Поэтому главной целью прихода Ся Цянься на этот обед было покорить сердце Чэн Цинъянь, а после, заставив «его» влюбиться, вынудить постоянно следовать за ней!

В то время, когда двое детей богатых родителей навлекали на себя смерть от рук Чэн Цинъянь, в гостевом дворе усадьбы Зелёного дракона «Сад трав» Чэн Яй и мастер Чжао Сун сидели друг напротив друга.

- Мастер Чжао Сун, прошёл почти месяц. Почему состояние Цянь’эр становится всё хуже и хуже? - спросил Чэн Яй.

- Глава Чэн, - поглаживая свою белую бороду и чёрные усы, неторопливо заговорил мастер Чжао Сун, - не волнуйтесь, ваша дочь обязательно вернётся к нормальной жизни через месяц.

- Мастер Чжао Сун, - не купился на его слова Чэн Яй и продолжил, - видите ли, заметив, что состояние Цянь’эр ухудшается, моя старшая дочь просила меня, как главу, уговорить вас пригласить вашего учителя. Она считает, что, когда мастер Вэй Цюн займётся лечением Цянь’эр, у неё появится шанс выжить.

Алхимику совершенно не нравилось это слышать.

- Думает ли глава Чэн, что если вы позволите мне лечить вашу дочь, то ваша дочь умрёт? - прищурился и провокационно поинтересовался он.

- Мастер Чжао Сун шутит, - попытался смягчить ситуацию Чэн Яй, - талант мастера известен на всём континенте Опускающихся туч. Однако, это вопрос человеческой жизни, потому не следует действовать случайно. Кроме того, если вы пригласите мастера Вэй Цюна лечить Цянь’эр, тогда вы не только сможете повысить своё мастерство, обучаясь у своего наставника, но и станете истинным спасителем Цянь’эр!

На первый взгляд слова Чэн Яя должны были подчеркнуть значимость мастера Чжао Суна, но на самом деле они заставили его потерять больше, чем он приобретал. Возможно ли, что если мастер Вэй Цюн исцелит Чэн Цянь, то мастер Чжао Сун продвинется до алхимика среднего уровня?! Какая шутка! Разве алхимиком быть так просто?! Даже если духовная сила поднимется до третьего уровня, уровень мастерства в алхимии может не повыситься ни на капельку. Конечно, такие уникумы, как Чэн Цинъянь, которая стала младшим алхимиком после того, как впервые изготовила пилюли, являются исключением.

- Эх, действительно будет жаль, если такая хорошая девочка уйдёт вот так! В таком случае, ради главы Чэн, я обращусь к учителю, - доживший до седин Чжао Сун не стал упускать такую возможность. Если бы он не знал, как воспользоваться сложившейся ситуацией, то вся его жизнь считалась бы не ценнее собачьей.

И хотя Чэн Яй ощущал некий дискомфорт в моём сердце, но он был готов на всё ради того, чтобы брак Чен Цянь и Цзюньлинь Цзыцзуэ состоялся, так он смог бы сохранить своё положение главы семьи.

- Хорошо, тогда я оставлю это мастеру Чжао Суну, - кивнул Чэн Яй.

Получив от алхимика удовлетворяющий ответ и при этом сделав инициатором всего Чэн Цинъянь, глава семьи Зелёного дракона быстро ушёл. Он всё ещё хотел разобраться в деле госпожи Линсинь и узнать, какое отношение к её смерти имели Юань Юйсинь и Лю Юэлин.

- Хм, это ничтожество Чэн Цинъянь смеет сомневаться в этом мастере?! - недовольно фыркнул Чжао Сун, когда остался один, - она ещё не знает, с кем связалась!

Так Чэн Цинъянь, сама того не зная, оскорбила мастера Чжао Суна.

С другой стороны, в павильоне «Говорящего ветра» двое мужчин всё так же неустанно искали смерти. Оскорбляя Чэн Цинъянь, они откровенно рисковали своими жизнями!

Почему эти двое мужчин насмехались над Чэн Цинъянь? Потому что мужчина в тёмно-синем парчовом халате во всём слушал человека в чёрном, а мужчине в чёрном халате не понравилось, что Чэн Цинъянь тоже носила чёрное. Более того, Чэн Цинъянь на столько шёл чёрный цвет, что в этом наряде она выглядела до такой степени впечатляюще, что привлекала внимание людей, заставляя их оглядываться ей вслед. Завистливы не только женщины, но и мужчины, что и привело к сложившейся ситуации.

Чэн Цинъянь всё ещё ничего не ответила, отчего двое решили, что «этот мальчик» испугался, потому их слова стали боле высокомерными.

- О, ты только посмотри на это миниатюрное тело! Оно определённо доставит немало удовольствий в постели! Брат Юн, давай сначала развлечёмся с ним сами, а уже потом продадим в бордель, - улыбаясь, предложил мужчина в тёмно-синем парчовом халате.

- Ну, ладно. Хотя его не удастся продать по высокой цене после того, как используем его, но всё же цена не должна сильно упасть, - мужчина в чёрном смотрел на Чэн Цинъянь так, словно оценивал товар.

Услышав это, мужчина в тёмно-синем парчовом халате обернулся, чтобы позвать слуг.

- Идите сюда, заберите этого мальчика для меня! - он приказал схватить Чэн Цинъянь.

Несколько мужчин, похожих на охранников, получив приказ, сразу направились к Чэн Цинъянь. Но прежде чем они приблизились к «мальчику» на расстояние в три шага, они ощутили мощную волну духовной силы. В следующее мгновение всех, находившихся в радиусе десяти шагов от Чэн Цинъянь раскидало более чем на десять метров в стороны. И двум мужчинам досталось больше всего.

Оба не просто отлетели в сторону, но и пропахали носами по полу некоторое расстояние. Когда их стражники сумели подняться на ноги после падения и бросились помогать своим хозяевам, стало ясно видно, что носы обоих мужчин оказались размолоты в пасту, что, естественно, сопровождалось обильным количеством крови. Увидев кровь, мужчина в чёрном испугался на столько, что потерял сознание.

Чэн Цинъянь безразлично взглянула на мужчину в тёмно-синем парчовом халате, который начал ругаться, и, так и не сказав ни слова, пошла прямо на пятый этаж, что напугало не только мужчину, но всех его окружающих. Ведь по этой лестнице могли подняться только те, чья духовная сила находилась на четвёртом уровне и выше!

Над каким человеком они только что насмехались?! В глазах обычных людей гении, вроде Цзюньлинь Цзюцина, являлись высшими божествами. Многие из таких гениев выглядят обычно, но обладают невероятной силой. К тому же, они все были выходцами из могущественной секты или потомками каких-нибудь влиятельнейших семей. Но, независимо от происхождения этого гения, обычные люди всё равно не могли себе позволить обидеть его.

Достигнув пятого этажа, Чэн Цинъянь увидела просторный зал, в котором находилось всего четыре небольших стола. Однако, впечатления пустоты не создавалось. Поскольку пятый этаж являлся верхним этажом павильона «Говорящего ветра», здесь было много света. Кроме того, потолок состоял из прозрачной глазурованной плитки, а во всём помещении царила тёплая и фантастическая атмосфера. Здесь не было экзотических цветов и растений, зато весь зал был наполнен слабым ароматом чая, который заставлял людей чувствовать себя расслабленными и счастливыми.

«Подожди, аромат чая?» - Чэн Цинъянь нахмурилась, но так и не смогла понять, что именно её озадачило, потому перевела свой взгляд на четверых человек, которые всё ещё обсуждали только что произошедшее.

- Молодой господин Янь! - первой заговорила Мо Лю. Эта девушка обладала очень живым темпераментом.

- Молодой господин Янь, - почти хором поприветствовали Най Яоци и Ся Цяньму.

Сидевшая сбоку Ся Цянься некоторое время колебалась, прежде чем сложить руки в приветственном жесте.

- Молодой господин Янь, - немного неуверенно произнесла она.

- Молодой господин Ся, молодая леди Ся, молодой господин Най, молодая леди Мо, - поочерёдно отдала приветствие каждому Чэн Цинъянь.

- Янь, ты не должен быть таким вежливым. Мы все друзья, для чего эти «молодой господин» и «молодая леди»?! - Най Яоци был очень открытым человеком. Больше всего в жизни его раздражало соблюдение правил этикета.

По характеру Ся Цяньму и Най Яоци сильно отличались друг от друга. Мягкость Ся Цяньму была причиной того, что он нравился многим девушкам.

- Я могу называть тебя Янь? - деликатно уточнил он.

- Так же, как и Яоци, - губы Чэн Цинъянь растянулись в лёгкой улыбке.

- Хорошо, тогда с этого момента я буду называть тебя Янь! - обрадовалась Мо Лю.

Ся Цянься тоже хотела обращаться к нему «Янь», но подумав о том, что многим мужчинам нравятся сдержанные и воспитанные девушки, решила пока этого не делать.

- Давайте сначала поедим. Если ты не поторопишься, еда остынет, - покончив с любезностями, напомнил Ся Цяньму.

Чэн Цинъянь села за стол, но вспомнила свой прошлый вопрос, а потому решила уточнить у собравшихся.

- Цяньму, почему это место наполнено чайным ароматом? Так всегда было? - поинтересовалась она.

- Конечно, нет. Раньше это был аромат канифоли. Но поскольку владелец павильона «Говорящего ветра» несколько дней назад вернулся с горы Сизого тумана, что недалеко от имперской столицы, он заменил канифоль на аромат чая, - сделав глоток чая, ответил Ся Цяньму.

- Вы знакомы с владельцем павильона «Говорящего ветра»? - удивилась Чэн Цинъянь.

До неё доходили слухи, что хозяин этого заведения является непревзойдённым в боевых искусствах. Дракон видит свою голову, но не видит хвоста[1]. Откуда его мог знать старший сын великой семьи? Но её сомнения быстро развеял Най Яоци.

- В противном случае, как ты думаешь, каким образом те из нас, кто даже не достиг порога четвёртого уровня, сумел подняться на пятый этаж, где бывает сам легендарный владелец павильона? - накладывая палочками еду себе в тарелку, как бы между делом спросил он.

- Да, Янь, - следом продолжила Мо Лю, - мы все знакомы с легендарным владельцем павильона «Говорящего ветра». Но если ты тоже хочешь познакомиться с ним, то нужно узнать, согласиться ли он. У этого человека довольно упрямый нрав!

Все они считали Чэн Цинъянь своим другом, и, конечно же, им не составляло труда поделиться кое-какими знаниями. Но о том, что следует говорить, а что - нет, таким людям, как они, которые являлись потомками великих семей, внушали с раннего детства.

- Да, - кивнула Чэн Цинъянь. Прожив так долго, она, естественно, знала значение поговорки: «Можно есть, что попало, но нельзя говорить, что попало».

За едой и разговорами обед продлился час, затем все попрощались друг с другом. Ся Цянься одна вернулась в свой двор «Рассветный сад» в особняке семьи Белого тигра, строя свои собственные планы.

Сегодня за обедом она узнала полезную информацию: молодой господин Янь подписал долгосрочное соглашение о сотрудничестве с семьёй Белого тигра, по которому обязался предоставлять для продажи различные пилюли начального уровня. Это означало, что девушка могла часто видеть Яня в аукционном доме семьи, что, непременно, поспособствовало бы тому, чтобы этот юноша влюбился в неё и начал преследовать.

Ся Цянься уже представляла, как другие начнут завидовать ей из-за того, что её поклонником является воин четвёртого уровня и одновременно младший алхимик! Только мысль об этом сделал девушку ещё более уверенной в том, что необходимо покорить сердце Яня.

И хоть Ся Цянься хотела, чтобы молодой господин Янь следовал за ней, Най Яоци являлся лучшим кандидатом на роль её будущего мужа. К тому же, эта проклятая девка Мо Лю не только цеплялась за Най Яоци, но и положила глаз на Яня. Действительно, ветреная и коварная женщина! От одной мысли об этом Ся Цянься ужасно разозлилась.

- Мо Лю, ты дрянная девка! Ты точно не понравишься брату Яоци! - в сердцах громко выпалила она.

Служанка, находящаяся рядом, не удивилась, услышав слова своей госпожи. Ся Цянься повторяла это по несколько раз в день, отчего все слуги уже давно привыкли.

После обеда Чэн Цинъянь не вернулась в особняк семьи Зелёного дракона, потому что встретила Цзы Мо, который разыскивал её. Он сказал, что из-за похолодания ей следует взглянуть на Цзюньлинь Цзюцина.

На самом деле, в глубине души Цзы Мо знал, что причина была не в холоде, а в том, что его господин просто соскучился. Чэн Цинъянь, которая беспокоилась о состоянии Цзюньлинь Цзюцина, не догадывалась, что у неё появился ещё один маленький цветок персика[2].

Чэн Цинъянь ворвалась во дворец принца Суй подобно урагану, выбив входную дверь, чем напугала Цзюньлинь Цзюцина, который сидел у окна в ожидании её. На его удачу, от входа до внутренней комнаты было приличное расстояние и имелось ещё несколько сотен дверей, иначе Цзюньлинь Цзюцин был бы уличён в обмане. Он быстро закрыл окно, нырнул в кровать и накрылся одеялом, делая болезненный вид.

Войдя во внутреннюю комнату, Чэн Цинъянь увидела, что Цзюньлинь Цзюцин был бледен (задержал дыхание) и обильно потел (одеяло было слишком тёплым). Девушка вспомнила, как он рисковал своей жизнью, чтобы спасти её в тот день, и её сердце заболело.

______________________________________

[1] Китайская идиома. Точного значения не нашла, но что-то вроде нашего «не по зубам».

[2] Цветки персика олицетворяют молодую девушку, а также являются символом смятения чувств в юности - томления плоти при достижении половой зрелости. Цветок персика связывают с весной, женским обаянием, мягкостью, миролюбием, свадьбой, а также девственностью и чистотой. На языке цветов цветок персика означает: «я ваш пленник».

Чэн Цинъянь сбросила свою маскировку, за три шага подлетела к кровати и схватила белую, словно нефрит, руку Цзюньлинь Цзюцина своей тощей рукой. Достав носовой платок, девушка вытерла пот с его лба.

- Цзюньлинь Цзюцин, как ты? Неужели твоя простуда настолько серьезна? - поинтересовалась она.

Хотя он не знал, что такое простуда, но по словам Чэн Цинъянь, смог понять, что это болезнь. Болезнь прекрасно соответствовала ситуации.

- Янь’эр, ты наконец пришла. Муж думал, что больше не увидит тебя, кхе-кхе, - для правдоподобности Цзюньлинь Цзюцин пару раз покашлял.

- Что ты говоришь? - не могла не нахмуриться Чэн Цинъянь, - какая на *** смерть?! Даже если ты перевоплотишься без моего разрешения, я верну твою душу обратно! Кроме того, ты всё ещё в состоянии шутить, называя себя «муж»!

- Янь’эр, просто исполни моё последнее желание! Боюсь, у меня мало времени… - Цзюньлинь Цзюцин повернул голову в сторону, давая девушке понять, что ей следует отпустить его (фальшиво).

Чэн Цинъянь протянула левую руку и повернула голову принца обратно.

- Не трать[1] время! Скажешь подобное ещё раз, и я сама прикончу тебя! - глядя прямо в его глубокие глаза, заявила она.

- Янь’эр, тебе следует убить меня. Я не могу… не могу держать тебя! - Цзюньлинь Цзюцин неосознанно обнаружил слабость в сердце девушки.

- Ты! Что за глупости ты говоришь? Хорошо, я согласна на твою просьбу! - Чэн Цинъянь похлопала его по тыльной стороне ладони, утешая.

Цзюньлинь Цзюцин не упустил возможность обнять девушку, опустив подбородок на её надплечье.

- Янь’эр, заполучив такую жену в этой жизни, к чему ещё стремиться мужу? - слегка приглушённым голосом произнёс он.

Чэн Цинъянь решила, что он шутит, но всё ещё была глубоко потрясена. Чтобы скрыть это, она поспешила сменить тему.

- Ладно, сначала отдохни, а я приготовлю для тебя лекарство, - предложила она.

Цзюньлинь Цзюцин увидел, что девушка уже привыкла к нему и больше не отталкивает, поэтому просто отказался от принципа «играть усердно», которого придерживался ранее.

- Тогда, Янь’эр, успокой моё сердце поцелуем! - прямо потребовал он.

- Бл***… - Чэн Цинъянь собиралась взорваться, но проглотила свою брань, едва увидев жалостливый взгляд мужчины.

Она поджала розовые губы, зажмурила глаза и собиралась поцеловать Цзюньлинь Цзюцина в лоб. Но действительно ли он является порядочным человеком? Разумеется, нет! Поэтому едва Чэн Цинъянь приблизилась для поцелуя, Цзюньлинь Цзюцин вздёрнул голову и нежно коснулся её розовых губ своими. Это был лёгкий поцелуй, словно касание стрекозы.

Ошарашенная Чэн Цинъянь распахнула глаза и увидела прямо перед собой красивое лицо, из-за чего её собственное тёмное лицо покраснело. Девушка вскочила и быстро выбежала из внутренней комнаты. Цзюньлинь Цзюцин остался довольным и счастливо растянулся на кровати.

Цзы Мо, который ожидал снаружи, был удивлён, увидев потрясённую Чэн Цинъянь. Он ничего не знал о том, что произошло внутри, не только потому, что ему пришлось выйти, пока господин «обсуждает важный вопрос», он так же не мог остаться, даже если бы ему разрешили. Всё потому, что его господин такой… Не хотелось и думать об этом. У тайного стражника мурашки пробежали по коже, едва он об этом вспоминал.

Чэн Цинъянь изначально собиралась найти Цзы Мо, чтобы он проводил её в медицинский двор дворца Суй, где бы она смогла изготовить пилюлю. Однако, она была так сильно взволнована, что проскочила мимо тайного стражника, поэтому девушке пришлось возвращаться.

Цзюньлинь Цзюцин приказал Цзы Мо сопровождать Чэн Цинъянь, которая намеревалась изготовить пилюлю. Он опасался, что девушка была незнакома с дворцом Суй, отчего могла угодить в какую-нибудь ловушку или формацию и пострадать, потому быстро прогнал стражника.

________________________________________

[1] В оригинале здесь использована ненормативная лексика, но мой словарный запас матерных слов не позволяет передать этого, потому остался только смысл фразы.

Следующая цепь событий заставила Цзюньлинь Цзюцина ступить на долгий путь преследования своей жены.

Во внутренней комнате было слишком душно, поэтому Цзюньлинь Цзюцин решил немного отдохнуть. Он подумал, что Чэн Цинъянь вернётся не скоро, потому удобно расположился в гостиной, поедая выпечку и фрукты и ожидая доклада Цзы Мо. Но дела часто идут не так, как хотелось бы, таким образом…

Дверь из сандалового дерева с грохотом распахнулась, и на пороге появилась фигура в чёрной мужской одежде.

- Цзы Мо! Цзы Мо, ты здесь? - позвала Чэн Цинъянь, заглядывая внутрь.

Цзюньлинь Цзюцин держал в правой руке надкусанное яблоко и тупо уставился на человека, застывшего в дверном проёме.

Двое молча смотрели друг на друга. Во взгляде одного читалась тревога, а в голове вертелось: «Всё кончено». В то время как глаза другого были наполнены удивлением, и в них ясно можно было прочесть вопрос: «Почему ты здесь?»

Возвращение Цзы Мо через некоторое время окончательно переломило ситуацию.

- Господин, - тайный страж опустился на колени, едва появился, и обратился к Цзюньлинь Цзюцину, - я не нашёл леди Чэн. Господин, пожалуйста, активируйте все ловушки и формации, чтобы выяснить местоположение молодой леди Чэн!

- О? Серьёзно? - после долгого ожидания прозвучал женский голос, и этот голос был очень похож на голос Чэн Цинъянь.

Цзы Мо, который длительное время не мог найти девушку, весьма смутился из-за этого и осторожно поднял голову. Только теперь он увидел Чэн Цинъянь, стоящую рядом со входом и скрестившую руки на груди.

- Молодая леди Чэн, так вы здесь, - тайный страж поднялся на ноги и быстро сориентировался, - разве вы не искали медицинский двор во дворце? Я проведу вас туда прямо сейчас.

- Ты уверен, что лекарство всё ещё необходимо? - нахмурилась Чэн Цинъянь.

Этот вопрос ввёл Цзы Мо в полное замешательство. Опасаясь, что девушка что-то заметила, он не знал, что ответить.

- Я спрашиваю, ты уверен, что твой господин всё ещё нуждается в лечении? - Чэн Цинъянь вскинула голову, указывая в направлении Цзюньлинь Цзюцина.

Ничего непонимающий Цзы Мо повернулся в ту сторону, куда указала девушка, и его глаза расширились от удивления.

- Господин, что с вами? - выдохнул тайный страж.

Он хотел спросить принца Суй, каким образом тот столкнулся с Чэн Цинъянь в гостиной, но когда увидел ледяной и свирепый взгляд девушки, направленный на Цзюньлинь Цзюцина, и самого господина с яблоком в руках и перекошенным словно от горькой редьки лицом, быстро всё осознал.

- Господин, если вы продолжите ходить во сне, то неизбежно столкнётесь с демонами! Позаботьтесь о себе! - беспомощно покачал головой Цзы Мо.

Несмотря ни на что, мужчина всё ещё хотел поддержать Цзюньлинь Цзюцина в его игре. И, скорее всего, это удастся, но только в том случае, если интеллект Чэн Цинъянь окажется отрицательным.

- Господин, вы не ели с тех пор, как вернулись вчера. Теперь, если проголодались, просто скажите своим подчинённым! Зачем искать еду самостоятельно? - продолжил свою попытку сгладить ситуацию Цзы Мо.

- Но я почти умираю с голоду, - взглянув на тайного стражника, Цзюньлинь Цзюцин быстро подхватил его мысль, - а тебя и Янь’эр не было. У кого мне спрашивать?

- Виноват, виноват! Прошу, простите своего слугу! - запричитал Цзы Мо и быстро опустился на колени.

Чтобы показать, что он заботится о своих подчинённых, Цзюньлинь Цзюцин не без труда потащил своё «тяжелобольное» тело вперёд.

- Ты не виноват, это всё моя вина. Это моя болезнь заставляет вас беспокоиться, - тихо произнёс он, помогая Цзы Мо подняться.

Он сказал «вас», но смотрел на Чэн Цинъянь. Однако, прежде чем тайный страж успел ответить что-либо, девушка использовала элементаль воздуха и умчалась прочь.

- У вас довольно тёплые отношения хозяина и слуги, а мне всё ещё есть, чем заняться! - на прощание бросила она.

- Это конец, беда! - в унисон сказали Цзюньлинь Цзюцин и Цзы Мо.

Чэн Цинъянь находилась в очень противоречивом настроении. Естественно, девушке было плохо после того, как её обманули. Но в тоже время ей хотелось вернуться во дворец Суй, чтобы увидеть Цзюньлинь Цзюцина.

В прошлой жизни она уже испытывала такое, когда Линь Чэньцзэ заставил её отправиться на задание одну. Теперь она понимала, чем было вызвано такое настроение, но довольно странным казалось то, почему она испытывала такие чувства к Цзюньлинь Цзюцину.

С тех пор, как Линь Чэньцзэ предал её, Чэн Цинъянь считала, что перерождение в этом мире являлось вторым шансом, дарованном ей Небесами. Поэтому она поклялась в своём сердце, что больше никогда не пойдёт на поводу эмоций и не позволит ошибкам прошлой жизни помешать ей двигаться вперёд в этой жизни. Однако, всё развивалось вопреки её ожиданиям, и это чувство снова возникло в сердце девушки. Но разве может человек, которого однажды уже предали, снова довериться кому-то?

Чэн Цинъянь знала, что не сможет этого сделать. Даже если ещё раз обо всём подумать, она не хотела снова сталкиваться с этим! Она, «Пылающая стрела», никогда не повторяет одних и тех же ошибок! Девушка решительно сжала кулаки, а её глаза вспыхнули твёрдым и яростным светом.

Когда она вернулась в особняк семьи Зелёного дракона, уже почти стемнело. Не останавливаясь, Чэн Цинъянь помчался в «Сад трав», чтобы узнать, поговорил ли Чэн Яй с Чжао Суном. Если да, тогда всё соответствовало бы её плану. Однако, если у Чэн Яя есть хоть капля мозгов, в таком серьёзном разговоре с мастером Чжао Суном, он должен был свалить ответственность на Чэн Цинъянь. В таком случае она не против высмеять и мастера Чжао Суна.

Подойдя к дому, в котором в «Саду трав» жил Чжао Сун, Чэн Цинъянь скрылась в темноте и отрегулировала все функции своего организма так, что любой человек, не достигший восьмого уровня духовной силы, вовсе не сумел бы её обнаружить.

Даже после длительного ожидания девушка не чувствовала раздражения. Терпение являлось самым необходимым для того, чтобы получить полезную информацию. Разумеется, Небеса потворствуют упорным, и мастер Чжао Сун вышел из дома.

- Хм, всего лишь ни на что негодный человек! Как ты смеешь подвергать сомнению навыки алхимии этого мастера?! В итоге я был вынужден пригласить учителя, чтобы вылечить Чэн Цянь! Теперь я заставлю Чэн Цинъянь понять, что последует за оскорблением этого мастера! Когда придёт время, во всей столице ни семья Зелёного дракона, ни Чэн Яй не смогут защитить тебя! - хлопнув дверью, с раздражением заворчал он.

Услышав грозные слова Чжао Суна, Чэн Цинъянь даже не нахмурилась. Она получила нужную информацию и быстро убежала, потому что совершенно не воспринимала этого старика всерьёз. Для неё он был лишь никудышным алхимиком, который, несмотря не свои преклонные годы, для решения проблемы полагался только на своего учителя, а не на собственные навыки.

«Значит, мастер Вэй Цюн тоже придёт. С его появлением семья Зелёного дракона, определённо, станет более оживлённой. Тогда начнётся настоящее шоу,» - вернувшись в свой двор, размышляла Чэн Цинъянь. Уголок её рта изогнулся, и на лице образовалась злобная улыбка. Всё потому, что девушка изначально хотела своими руками отправить семью Зелёного дракона в ад.

Чэн Цинъянь снова направилась в малое пространство древности и начала изготавливать пилюли. Никто бы и не подумал, что план, который приведёт к серьёзным изменениям в семье Зелёного дракона в будущем, был продуман этой никчёмной уродливой девушкой из захудалого бокового двора, которую все презирали. Это также послужит началом распространения имени Чэн Цинъянь на весь континент Опускающихся туч.

На следующее утро, вернувшись из малого пространства древности, Чэн Цинъянь собиралась облачиться в свою маскировку, чтобы пойти продать свои пилюли, которые изготовила за ночь. Так же она хотела закупить больше лекарственных трав на случай какой-либо непредвиденной ситуации.

Как раз в тот момент, когда девушка переоделась и уже была готова выйти, воздух перед ней завибрировал, образуя вихрь, из которого в спешке выскочил Мо Лоша.

- А? Сяомо, я не видела тебя последние несколько дней. Чем ты занимался в пространстве элементаля земли? - поинтересовалась Чэн Цинъянь.

Она только сейчас вспомнила, что Мо Лоша не появлялся несколько дней. В пространстве элементаля дерева также не было никакого движения. Даже Маомао уютно устроился в пространстве в её теле.

- Девочка Янь, я кое-что изучал в эти дни. Как только я закончил исследование, я сразу поспешил найти тебя, - заговорил Мо Лоша, усевшись на небольшую деревянную скамейку во дворе и сделав глоток чая.

- Ты всё ещё можешь что-то изучать? Что же? - с улыбкой спросила Чэн Цинъянь, как бы насмехаясь.

- Не смотри на меня свысока! В те годы я был самым образованным среди всех девяти защитников! - гордо ответил Мо Лоша, похлопывая себя по груди.

- Правда? Тогда сначала расскажи мне, что ты изучал, - с улыбкой кивнула Чэн Цинъянь.

- Разве ты раньше не использовала технику «Десятикратного увеличения атаки души», чтобы разобраться с Чэн Цянь? - спросил Мо Лоша, нахмурившись.

- Да, что случилось? - увидев, каким серьёзным стал мужчина, Чэн Цинъянь напрочь забыла о своём предыдущем веселье.

- Я обнаружил, что когда ты используешь эту технику, образуются очень сильные колебания силы души и духовной силы, - Мо Лоша поднялся на ноги и стал ходить взад-вперёд, - и эти колебания настолько мощные, что в радиусе пятидесяти километров люди или звери, обладающие силой выше, чем у тебя, могут настолько явно ощутить их, что без труда определят твоё местоположение.

- Это действительно проблема, - услышав его слова, Чэн Цинъянь не могла не нахмуриться, - техника «Десятикратного увеличения атаки души», которой ты меня обучил, и правда очень могущественная. Если о ней узнают другие…

- Правильно! - перебил девушку Мо Лоша, - если другие узнают, что ты обладаешь такой техникой, твоя жизнь будет в опасности, поскольку за тобой начнётся настоящая охота. Если кто-то из этих людей сумеет получить от тебя технику «Десятикратного увеличения атаки души», это может привести к ужасным последствиям, поскольку данная техника не принадлежит этому миру. Техники, связанные с силой души, доступны только в высших мирах, - конечно, последнее предложение он не стал произносить вслух, потому что Чэн Цинъянь была ещё слишком слаба, и ей было ещё рано знать про такие вещи.

- Ну, у тебя же есть решение этой проблемы? - Чэн Цинъянь поняла, что исследования Мо Лоша были связаны с этим вопросом.

- Конечно, - ухмыльнулся мужчина, - с момента просмотра представления в главном зале семьи Зелёного дракона, я обнаружил этот недостаток техники «Десятикратного увеличения атаки души», поэтому размышлял над тем, как его исправить.

Представление, о котором упомянул Мо Лоша, естественно, было требование дюжины стариков к Чэн Яю предъявить им сокровище, которое не увенчалось успехом.

- Наконец, я обнаружил, что твой элементаль пространства способен блокировать любую силу. Будь то сила разума, духовная сила или сила души - все их можно скрыть, - не дожидаясь ответа девушки, продолжил Мо Лоша.

- Хочешь сказать, что никто снаружи не заметит, как я издеваюсь на другими, если я использую элементали пространства, чтобы скрыться? - подняла брови Чэн Цинъянь.

- Кхе-кхе, - мужчина аж раскашлялся, прежде чем заговорить, - определённо нет. Всё зависит от твоего текущего уровня силы. Так, в радиусе пяти километров люди, превосходящие тебя по силе, всё равно смогут обнаружить тебя, но люди слабее тебя определённо ничего не заметят.

Мо Лоша вдруг почувствовал, что Небеса слишком благосклонны к этой девушке. Иначе как объяснить, почему ей досталось столько хорошего?

- И как именно это сделать? - Чэн Цинъянь решила во что бы то ни стало в совершенстве освоить такой навык.

- Прежде чем использовать технику «Десятикратного увеличения атаки души», сначала ты должна окружить противника своим «Невесомым пространством», и только потом, внутри созданного тобой пространства, можно применить эту технику, - кратко объяснил мужчина.

Услышав это, Чэн Цинъянь подумала, что метод и правда великолепен, но было кое-что непонятное.

- Что такое «Невесомое пространство»? - уточнила она.

- Увы, это самое сложное, - вздохнул Мо Лоша и снова уселся на небольшую деревянную скамейку, - «Невесомое пространство» - это боевая техника, основанная на использовании элементалей пространства. Она разделена на множество уровней, и каждый уровень имеет свои сложности и ограничения. Хотя мне известны методы тренировок только первых трёх уровней, я всё ещё могу обучить тебя, - сделав глоток чая, заключил он.

- В таком случае, я начну тренироваться, как только вернусь. Мне придётся отложить изготовление пилюль по ночам, пока я не освою все три уровня, - приняла решение Чэн Цинъянь и уже собралась отправиться в малое пространство древности, чтобы предупредить Та Е, но её остановил Мо Лоша.

- Нет необходимости, - заговорил он, - девочка, ты можешь продолжать изготовление пилюль каждую ночь. Не следует спешить с изучением «Невесомого пространства». К тому же, на освоение каждого уровня уходит минимум четыре дня. Но, чем выше уровень, тем больше времени требуется для его понимая и закрепления.

- Это действительно трудно, - согласилась Чэн Цинъянь, - забудь об этом. Сначала я пойду купить лекарственные травы. Разве ты не говорил, что давно не видел своих товарищей? Иди найди Сяоюя и поговори с ним о прошлом, - предложила она прежде, чем уйти.

Оставшийся сидеть в одиночестве Мо Лоша горько улыбнулся.

- Девочка, ты знаешь…

Оставшийся сидеть в одиночестве Мо Лоша горько улыбнулся.

- Девочка, ты знаешь, что все девять защитников и император Сюло смогут встретиться лишь после того, как ты снимешь все десять печатей, - печально вздохнул он, - и только тогда все наши силы начнут восстанавливаться. А до этого времени все мы остаёмся слишком слабы, словно ничтожные люди. Более того, после принятого тогда решения, я не уверен, что мы, великие защитники, не станем сражаться друг с другом…

Придя в аукционный дом семьи Белого тигра, Чэн Цинъянь снова столкнулась с Ся Цяньму в зале оценки. Но на этот раз там находился и Най Яоци.

- Цяньму, Яоци, почему вы здесь? - поинтересовалась девушка.

Присутствие Ся Цяньму ещё можно было понять, но для чего появился Най Яоци?

- Яоци пришёл заказать товар, - ответил Ся Цяньму с яркой улыбкой.

Эта улыбка заставила Чэн Цинъянь снова оказаться в том же самом состоянии, которое прежде она посчитала иллюзией или обманом чувств.

- Разве молодой господин Най не говорил, что больше всего не любит аукционы? Здесь шумно, многолюдно и тратиться слишком много денег, - стараясь избавиться от этого ощущения, Чэн Цинъянь начала дразнить Най Яоци.

- Всё из-за того, что мой старик изучает дома новые формации, и он услышал, что на аукционе семьи Белого тигра могут быть выставлены некоторые предметы, которые будут ему полезны, поэтому он выгнал меня и сказал: «Не возвращайся домой, если не сможешь приобрести вещи!» - вскрикнул Най Яоци, подражая тону Най Янфэна.

- О, тогда… - услышав это, Чэн Цинъянь всё ещё хотела пошутить, но Най Яоци быстро перебил её.

- Янь, ты снова изготовил пилюли? Скорее, покажи их! - попросил он.

- Ты сможешь увидеть их на аукционе, - небрежно отмахнулась Чэн Цинъянь и повернулась к Ся Цяньму, чтобы спросить, - Цяньму, у вас есть лекарственные травы?

- Разумеется, есть. Количество магазинов лекарственных трав у семьи Белого тигра ничуть не меньше, чем аукционных домов. Ты хочешь купить лекарственные травы? - Ся Цяньму сделал вид, что не заметил жалкого выражения лица Най Яоци и прямо заговорил с Чэн Цинъянь.

- Угу, изготовление пилюль невозможно без лекарственных трав, - кивнула Чэн Цинъянь.

- В нашем крупнейшем магазине лекарственных трав имеются разнообразные лекарственные травы от простого до высочайшего уровня. Если тебе что-то нужно, просто скажи мне, и я могу отправить их тебе прямо домой, - Ся Цяньму смотрел на Чэн Цинъянь и говорил так, будто вокруг не было больше никого, кроме неё.

Это заставило Чэн Цинъянь немного смутиться, поэтому она опустила взгляд, чтобы посмотреть на своё отражение в чае. «Верно, внешность соответствует мужчине, - молча думала она, - что не так с глазами Ся Цяньму?»

Девушка не знала о существовании выражения «обрезанный рукав»[1], но ей было известно другое слово. Глаза Чун Цинъянь расширились, когда она подумала об этом.

- Ты гей?! - переполняемая сомнениями, выпалила Чэн Цинъянь.

- Что позволить[2]? - одновременно спросили Ся Цяньму и Най Яоци.

Подумав о том, что они не знают английского слова «гей», и, в общем-то, не культурно обсуждать ориентацию другого, Чэн Цинъянь решила сменить тему.

- Нет, ничего, - отмахнулась она, - я имею в виду, что тебе не обязательно доставлять лекарственные травы ко мне домой. Я всё равно каждый день прихожу, чтобы сдать пилюли, и могу самостоятельно забирать их.

С главного зала внизу раздались аплодисменты, означающие, что утренний аукцион начался.

- Янь, пойдём на аукцион, - обратив внимание на шум внизу, предложил Най Яоци.

- Нет, у меня всё ещё есть дела. Вы можете меня не ждать, - отказалась Чэн Цинъянь и встала, направляясь к выходу.

- Янь, а как насчёт дневного аукциона? - не сдавался Най Яоци.

- У меня действительно есть дела, - беспомощно улыбнулась Чэн Цинъянь, обернувшись, - я приглашу тебя, когда у меня будет время.

После того, как Чэн Цинъянь ушла, Най Яоци повернулся к Ся Цяньму, который спокойно пил чай.

- Цяньму, почему я считаю, что Янь красивый? - с сомнением спросил он, - это такая неуловимая и непостижимая красота, очень сильно скрытая и весьма живая…

- Тебе это кажется, - не дал ему сказать больше Ся Цяньму.

- Я тоже так думаю, - согласился Най Яоци, - и как мне мог понравиться мужчина? Тем более, что этот мужчина - наш брат, странно…

Най Яоци продолжил говорить, но Ся Цяньму проигнорировал его и пошёл вниз, где проходил аукцион, оставив друга общаться с самим собой.

Купив всё необходимое в магазине лекарственных трав, принадлежащем семье Белого тигра, Чэн Цинъянь вернулась в свой двор.

________________________________________

[1] Происхождение этого выражения связывают с китайским чиновником Дун Сянем, проживавшим во времена империи Хань. Утверждается, что однажды, когда император и Дун Сянь спали в одной постели, император, проснувшись, обнаружил, что Дун Сянь спит на рукаве императорского одеяния. Чтобы не побеспокоить сон любимого, император отрезал рукав своей одежды, и лишь потом встал.

[2] Иероглиф 給 (позволять, разрешать) произносится «гэй».

- Сяомо, выходи скорее, - позвала Чэн Цинъянь, как только она оказалась в боковом дворе, - я вернулась, чтобы практиковать «Невесомое пространство».

- Ты готова? - Мо Лоша появился мгновенно, едва она замолчала.

- Угу, - кивнула девушка.

Мужчина превратился в элементали земли и потянул Чэн Цинъянь к городским воротам.

- Я хочу покинуть город, чтобы найти подходящее место для практики «Невесомого пространства». Это поможет увеличить скорость освоения, - пояснил Мо Лоша, прежде чем Чэн Цинъянь успела что-то спросить. Услышав это, девушка кивнула и последовала за ним из города.

На этот раз они не пошли в дремучий лес в Чёрных горах, а направились прямо в лес Демонов. Честно говоря, Чэн Цинъянь была несколько взволнована. Всё же это был ужасный лес, в котором, как правило, погибал каждый, кто туда входил. Обитающие в этом лесу демонические звери были высочайших уровней, но так же там росло множество редких лекарственных трав! Поэтому девушке начала мерещиться куча золотых монет, так приветливо машущих ей. Но Мо Лоша остановился на отвесной скале, на самой окраине леса Демонов.

- Это здесь, - объявил он, хлопнув в ладоши.

- Здесь? - Чен Цинъянь сделала шаг вперёд и заглянула в пропасть. Было настолько высоко, отчего казалось, что если она упадёт вниз, то звук просто не достигнет вершины.

- Не волнуйся! Если ты отсюда упадёшь, то ты обязательно умрёшь! - пообещал Мо Лоша, заметив, что девушка проверяла глубину ущелья.

Чэн Цинъянь взглянула на него и рассмеялась. Но из-за этого волосы мужчины встали дыбом.

- Хватит говорить ерунду! Как практиковаться? - Чэн Цинъянь была слишком ленива, чтобы обращать внимание на этого умственно отсталого человека.

Мо Лоша так же не стал зацикливаться на том, что сказал ранее. Услышав, что девушка готова приступить к тренировке, он быстро достал камень и положил его на край скалы.

- Встань на этот камень, - дал указание мужчина.

- Разве это не тот камень, что хранился в павильоне сокровищ семьи Зелёного дракона? - взглянув на чёрный камень размером почти с половину ладони, Чэн Цинъянь сразу узнала его.

- Верно, после тщательного изучения я обнаружил, что это Пространственный камень. Как следует из названия, Пространственный камень - это камень, выделенный из пространства. Он и пространственная дверь в юго-западной стене павильона сокровищ обладают силой притягивать друг друга. Это показывает, что и Пространственный камень, и пространственная дверь принадлежат одному и тому же человеку, владеющему элементалем пространства. И этот человек должен быть из семьи Зелёного дракона, потому что человек, обладающий элементалем пространства, как и семейный алхимик, помогает своей семье, но не вмешивается в управление… - пока Мо Лоша говорил, он отошёл немного в сторону.

В это время Чэн Цинъянь изо всех сил пыталась встать на Пространственный камень, полностью игнорируя мужчину, из-за чего складывалось впечатление, что он общался сам с собой.

- А? Почему я не могу на нём устоять? Пространственный камень? Мне нужно использовать элементали пространства, чтобы стоять на нём? - вслух размышляла девушка и решила попробовать применить своё предположение на практике.

Она не ожидала, но в этот раз ей действительно удалось встать на Пространственный камень. Однако, Чэн Цинъянь не могла расслабиться, потому что если она отвлечётся, стоя на этом камне, то сорвётся в пропасть и разобьётся насмерть. А поскольку камень был слишком мал, девушка должна была стоять на одной ноге и не имела возможности отдохнуть или сменить ногу. Поэтому она просто закрыла глаза и направила своё сознание в малое пространство древности, чтобы изготавливать пилюли.

Когда Мо Лоша закончил свой рассказ и обернулся к Чэн Цинъянь, он увидел застывшую, словно статуя, фигуру на краю скалы, обдуваемую сильным ветром. Только её чёрные волосы трепетали на ветру, время от времени закрывая лицо девушки.

- Ты действительно можешь это сделать. Я думал, ты боишься высоты, - улыбнулся Мо Лоша и скрылся в пространстве элементаля земли.

Его не волновало, подвергнется ли Чэн Цинъянь атаке демонического зверя, или не неё повлияют ветер, солнце и дождь. Всё это было частью тренировки, и девушке предстояло самой справиться со всеми трудностями.

Прошло три дня. За это время Чэн Цинъянь четыре раза оказывалась под проливным дождём и десять раз подвергалась порывам особенно сильного ветра. Из-за этого всё её тело промокло, а в волосах застряли опавшие листья и ветки.

Но девушку это не волновало, поскольку её сознание всё ещё находилось в малом пространстве древности, занимаясь изготовлением пилюль. Другой бы сказал, что она собирается сойти с ума, посвящая столько времени изготовлению пилюль.

Однако, у Чэн Цинъянь это вызвало бы только улыбку. Разумеется, была причина, по которой она так усердно практиковалась в алхимии. В противном случае она уже бы давно убрала весь мусор из своих волос и привела себя в порядок. Разве может девушка не заботиться о своём внешнем виде? В чём причина?

Та Е обнаружил, что Чэн Цинъянь постоянно пыталась улучшить пилюли начального уровня, которые она изготовила ранее, до среднего уровня. Кроме того девушка постоянно использовала силу души в процессе, чтобы довести применение метода «Очистки души» до идеала.

- Неужели собирается прорваться? - с сомнением нахмурился Та Е.

В данный момент Чэн Цинъянь работала над одиннадцатой пилюлей Обновления крови. Такая пилюля может быть изготовлена только младшим алхимиком, потому что как только она станет среднего уровня, то из пилюли Обновления крови превратится в пилюлю Обновления вен.

Эффективность такой пилюли также будет повышена на несколько уровней. Так, пилюля Обновления крови в основном применяется для преобразования крови, например, чтобы очисть её от токсинов, примесей и других вещей, которые препятствуют совершенствованию.

Пилюля Обновления вен является самой простой в изготовлении для алхимиков, а её действие направлено на изменение меридианов. Каждый младший алхимик, желающий прорваться к среднему уровню, обязан изготовить пилюлю Обновления вен, иначе он не продвинется.

Как раз в тот момент, когда Та Е хотел спросить у Чэн Цинъянь, нашла ли она возможность прорваться до алхимика среднего уровня, треножник завибрировал, и из него потянул слабый аромат.

- Ни в коем случае! Она всего несколько дней была младшим алхимиком! Как ей удалось так быстро стать алхимиком среднего уровня?! - Та Е похлопал себя по щекам, чтобы очнуться, так как решил, что всё это ему мерещится.

Чэн Цинъянь медленно открыла глаза. Каждый раз, когда она изготавливала пилюли, девушка подсознательно закрывала глаза. Но когда она снова их открывала, то чувствовала себя бодрой и энергичной, будто отлично отдохнула и прекрасно выспалась, пока готовились пилюли, которые за это же время были успешно сконденсированы.

Это выходило за рамки здравого смысла для всех алхимиков. Однако, это всё же произошло. После того, как Чэн Цинъянь проснулась, она продвинулась до алхимика среднего уровня.

Открыв крышку треножника, Та Е ощутил богатый аромат пилюль. Любой разбирающийся человек узнал бы, что это был аромат готовой пилюлю среднего уровня.

- Ух ты, девочка, ты действительно способная! Я ничему тебя не учил, а просто дал рецепт пилюли, и ты сразу прорвалась до алхимика среднего уровня, - он поднял десять пилюль Обновления вен и вдохнул их освежающий аромат.

Та Е почувствовал, что с таким талантливым учеником будет не жалко умереть прямо сейчас!

- Значит, я теперь алхимик среднего уровня? - небрежно спросила Чэн Цинъянь, убирая треножник.

- Угу! - взволнованно кивнул мужчина.

- Это хорошо. Пилюли среднего уровня значительно дороже пилюль начального уровня! Давай пока не будем об этом говорить. Мне ещё нужно практиковать технику «Невесомого пространства». Я вернусь, как только закончу практику, чтобы продать эти пилюли, - сказав это, Чэн Цинъянь покинула малое пространство древности, оставив только что изготовленные ею пилюли и Та Е.

Мужчина ничего не ответил, а принялся пересчитывать все пилюли, но в процессе заснул.

Чэн Цинъянь только закончила убирать мусор из своих волос и, прежде чем успела высушить свою одежду, она услышала рёв демонического зверя.

Девушка немедленно увеличила силу пространства вокруг себя и насторожилась. Всё её тело стало напряжённым, готовым к любой неожиданности. Чэн Цинъянь внимательно осматривалась и прислушивалась, отслеживая любое движение поблизости.

И тут она обнаружила, что это был рёв не одного зверя. Судя по звукам, множество демонических зверей приближались к скале, на которой она находилась…

Более того, все эти звери выглядели так, будто их преследовали призраки. Те, кто летали в небе, бегали по земле и плавали в воде - все бросились к Чэн Цинъянь так, словно стремились в объятия своей матери.

Демонические звери полагали, что окажутся в безопасности, если будут как можно ближе к Чэн Цинъянь, но она так не думала. Девушка знала, что если вся эта стая настигнет её, то просто раздавит в блин.

Нужно было срочно что-то делать. Но впереди находилась стая демонических зверей, а позади - крутой обрыв. Куда бежать?

Звери всё приближались и приближались, и теперь были всего в пятистах метрах!

Четыреста метров!

Триста метров!

Двести метров!

Сто метров!

Пятьдесят метров!

Неужели она хочет стать инвалидом?

В условиях смертельной опасности весь её потенциал был стимулирован, а сила элементалей пространства Чэн Цинъянь взлетела до предела.

В один миг площадь в пределах трёх шагов от девушки оказалась настолько плотной, что демонические звери не могли прорваться сквозь неё и просто ныряли с обрыва один за другим, как пельмени. Чэн Цинъянь вытянула руки, чтобы поддержать элементали пространства, сгустившиеся вокруг неё, и не позволить паникующим демоническим зверям сбить себя с ног. От напряжения она аж стиснула зубы.

Невидимая стена вокруг Чэн Цинъянь, образованная элементалями пространства, без перерыва подвергалась атаке демонических зверей. От каждого столкновения со зверем раздавался характерный звук удара, а сама стена вибрировала, заставляя девушку думать, что защищающее её пространство сейчас сломается.

Продержавшись четверть часа, Чэн Цинъянь ощутила, что её духовная сила вот-вот иссякнет. Но поток демонических зверей и не думал прекращаться. Если бы она продолжила стоять здесь, то не было неизвестно, сколько ещё потребуется продержаться. Поэтому Чэн Цинъянь решила медленно отойти в сторону, чтобы оказаться подальше от столь опасного места.

Но стоило девушке немного пошевелиться, как её тут же сбили с ног. Она не только чуть не упала с обрыва, на неё также наступили несколько зверей.

Едва она собиралась встать, как снова была сбита с ног, но в этот раз всё было значительно трагичнее. Когда Чен Цинъянь пнул зверь, она перекатилась по земле и сорвалась в пропасть.

В последний момент девушка успела ухватиться обеими руками за край скалы, но почти сразу была сбита падающим демоническим зверем, и стремительно полетела ко дну пропасти вниз головой.

Чэн Цинъянь посмотрела на зверя, который сбил её, и который сейчас падал вместе с ней, и ощутила прилив гнева в своём сердце.

- Бл***, я не могу не убить тебя! - выругалась она.

Используя все остатки духовных сил, девушка применила элементаль воздуха, чтобы скорректировать положение своего тела и приблизиться к демоническому зверю. Животное всё ещё пребывало в панике и никак не отреагировало на её действия. Чэн Цинъянь решительно притянула зверя к себе, чтобы использовать его в качестве подушки при ударе с землёй.

На этот раз всё прошло гладко. Как она и рассчитывала, демонический зверь принял весь удар на себя и погиб мгновенно. Сама же Чэн Цинъянь не пострадала. Она просто поднялась на ноги и поспешила прочь, даже не оглянувшись на разбившееся животное.

На дне пропасти протекала большая река, но было неизвестно, откуда она брала своё начало и куда устремляла свои воды.

Чэн Цинъянь задавалась вопросом: почему демонические звери группами прыгали со скалы? Все ли демонические звери континента Опускающихся туч были похожи на крыс? Неужели их так много, что каждый год собирается огромная группа, которая отправляется на смерть?

Размышляя об этом, Чэн Цинъянь нахмурилась. Такого не должно быть. Поскольку демонические звери здесь находились на весьма высоком уровне, в следствии чего должны были иметь довольно развитый интеллект, поэтому они не могли искать смерти подобным образом. Более того, здесь в изобилии присутствовала духовная энергия, потому у демонических зверей совершенно не было необходимости беспокоиться о еде, ведь они спокойно могли обойтись без неё на протяжении нескольких лет. И сколько бы Чэн Цинъянь не думала об этом, она никак не могла понять причину. Возможно, это было спровоцировано человеком? Но для чего?

Погрузившись в свои мысли, девушка совершенно не обращала внимание на своё окружение. В результате, к тому моменту, когда она пришла в себя, Чэн Цинъянь поняла, что сильно заблудилась. Осмотревшись во всех направлениях и не увидев дороги, девушка поджала губы от досады.

- Маомао, - позвала она.

Мелькнула вспышка белого света, и маленький пушистый белоснежный шарик оказался на плече Чэн Цинъянь. Маомао осмотрелся по сторонам, покачивая своим хвостом, и спрыгнул на землю.

Уткнувшись носом в землю, чтобы как следует её обнюхать, зверь начал кружиться на месте. При этом его хвост вилял так сильно, что лупил по бокам маленькой молочной собаки.

Через некоторое время его хвост резко выпрямился, указывая на место, заросшее лианами. Взвизгнув, Маомао развернулся и прыгнул в юго-восточном направлении, к тропинке, скрытой среди лиан. Увидев это, Чэн Цинъянь поспешила за ним.

Пейзажи вокруг тропы напоминали тропический лес. Даже выполняя задание в тропическом лесу Земли, Чэн Цинъянь приходилось быть осторожной. Так что уж было говорить об этом странном мире?

В любой момент мог выскочить какой-нибудь демонический зверь, или встретятся какие-либо лианы, опутывающие своих жертв, или другие растения, питающиеся живыми существами, или ещё что-то подобное.

Конечно, Чэн Цинъянь никогда не считала, что обладает даром предвидения. Однако, подобные предположения были не только неожиданными, но и вполне вероятными.

Менее чем через полчаса после того, как Чэн Цинъянь ступила на эту тропу, она начала сталкиваться с различными демоническими зверями и странными растениями.

Сначала это были лозы с острыми деревянными шипами, потом огромное чёрное дерево, которое мгновенно проглотило демонического зверя, некоторое время преследовавшего Чэн Цинъянь, и от которого девушка едва сумела убежать. А в следующий момент из этого дерева выскочила стая маленьких чёрных крыс.

В общем, её окружали всевозможные виды опасных и странных существ. И куда бы девушка не пошла, эти твари преследовали её.

Когда ранее Чэн Цинъянь использовала элементали пространства, чтобы противостоять наплыву демонических зверей, она почти полностью исчерпала свою духовную силу. Но теперь, чтобы избежать всех этих опасностей, девушка была вынуждена применять элементаль воздуха и мчаться вперёд на очень высокой скорости.

Долгое время пробираясь сквозь пышные и тёмные джунгли, Чэн Цинъянь начинало казаться, что она никогда не сможет выбраться, потому что впереди по-прежнему оставалось темно.

Всё тело девушки было покрыто царапинами от острых веток. Эти раны выглядели так, словно их нанесли кнутом. Глаза Чэн Цинъянь покраснели от усталости, а её духовная сила полностью иссякла.

По расчётам девушки прошли целые сутки, но она всё ещё не видела выхода. Однако, не смотря на отсутствие духовной силы, Чэн Цинъянь упорствовала и продолжала бежать. Этот упрямый дух укоренился в её костях и был взращён девушкой ещё с тех пор, как она вошла в «Красноглазых». Без подобной настойчивости Чэн Цинъянь умерла бы бесчисленное количество раз.

Маомао также изо всех сил хотел помочь Чэн Цинъянь. Он старался найти кратчайший путь из леса Демонов, но это место было сложнее лабиринта, и так просто обнаружить выход не удавалось.

Но, если сравнивать с Чэн Цинъянь, то был один человек, который пребывал в более плохом настроении.

Цзюньлинь Цзюцин собирался извиниться перед Чэн Цинъянь и пришёл в боковой двор, чтобы найти её. Однако, он не увидел даже тени девушки, поскольку именно в этот день она отправилась в лес Демонов. Изначально Цзюньзинь Цзюцин подумал, что Чэн Цинъянь просто отошла по делам, но это оказалось не так. Он прождал в её боковом дворе больше суток, но девушка не вернулась домой ночевать.

В этот момент Цзюньзинь Цзюцин запаниковал. Он быстро помчался в главный зал семьи Зелёного дракона и приказал Цзы Мо привести Чэн Яя, допросив которого, принц Суй понял, что глава семьи понятия не имеет о том, куда делась его дочь. Тогда Цзюньзинь Цзюцин стал ужасно зол и приказал всем в семье Зелёного дракона и во дворце Суй отправиться на поиски Чэн Цинъянь.

В связи с тем, что мастер Чжао Сун пригласил мастера Вэй Цюна, изначально Чэн Яй в последние несколько дней был занят тем, что готовил приветственный банкет для мастера Вэй Цюна. И даже если его не волновало исчезновение Чэн Цинъянь, Чэн Яй был вынужден отложить все приготовления из-за приказа Цзюньлинь Цзюцина.

Мастера Чжао Суна весьма разозлило это, но ему только и оставалось, что ругать Чэн Яя в частном порядке. Он всё же не мог себе позволить оскорбить принца Суй.

Цзюньлинь Цзюцин искал Чэн Цинъянь трое суток. Его глаза стали красными, словно налились кровью, что свидетельствовало о том, что принц не отдыхал всё это время.

Цзы Мо также был очень обеспокоен. Он мобилизовал все явные и тайные силы, подчиняющиеся принцу Суй во всех четырёх империях, но так и не получил никаких известий о Чэн Цинъянь.

- Господин… - Цзы Мо нахмурился, ожидая пока Цзюньлинь Цзюцин выплеснет на него свой гнев.

- Всё ещё нет новостей? - принц Суй закрыл уставшие глаза и потёр виски указательными пальцами, чтобы успокоиться.

- Прошу у господина наказания! - опустился на колени Цзы Мо.

Это была профессиональная привычка тайного стража. Если вопрос не удавалось решить, то первое, что необходимо было сделать - это признать свою вину.

Услышав слова Цзы Мо, Цзюньлинь Цзюцин сжал руку в кулак и ударил по столу, заполненному донесениями относительно Чэн Цинъянь от различных источников из всех империй.

Цзы Мо ещё никогда не видел принца Суй настолько разгневанным, даже в тот год, когда исчезла наложница Цзинь. В то время грязные заговоры и коварные планы наследного принца с императрицей вывели из себя всех тайных стражей, прошедших многолетнюю подготовку, но Цзюньлинь Цзюцин лишь отмахнулся от этого. Однако, теперь он с обидой в глазах крепкой сжал кулаки, позволяя ногтям впиться в ладони до крови. И всё это из-за женщины, которая известна как ничтожество и уродина.

Цзюньлинь Цзюцин вышел из кабинета и направился прямо к семье Зелёного дракона. Цзы Мо покорно последовал за ним.

Когда они прибыли в боковой двор, принц Суй быстро нашёл белое платье, которое часто носила Чэн Цинъянь, и положил его на стол. Цзы Мо служил своему господину в течении долгих лет, поэтому он прекрасно знал, что Цзюньлинь Цзюцин собирается делать с одеждой Чэн Цинъянь. Но, как верный слуга, которого в первую очередь волновало благополучие самого принца, он не мог промолчать.

- Господин, если вы сделаете это… - шагнув вперёд, осторожно заговорил тайный страж.

- Она - женщина этого принца, - Цзюньлинь Цзюцин не дал Цзы Мо договорить, - если этот принц не способен защитить свою женщину, то какой смысл продолжать жить?!

Услышав это, мужчина понял, что принц Суй уже принял решение, и потому он больше не имел никакой возможности остановить своего господина.

Цзюньлинь Цзюцин обошёл Цзы Мо и остановился перед белым платьем. Он использовал те остатки духовной силы Чэн Цинъянь, что сохранились в его теле с того времени, когда девушка лечила его, закрыл глаза и начал строить формацию.

Большинство людей потратили бы несколько часов на построение формации, но принц Суй справился за четверть часа. Затем он ввёл силу своих собственных элементалей времени во все четыре стороны формации: юг, восток, север, запад. А после ударил по формации левой рукой, заставив её вращаться с высокой скоростью.

Через некоторое время в формации стали возникать изображения, которые показывали, как Чэн Цинъянь сталкивается с различными опасностями в лесу Демонов. Когда Цзюньлинь Цзюцин увидел это, его сердце сжалось. Он быстро остановил формацию, из-за чего его дыхание сбилось, а тело пострадало от отдачи. Принц Суй выплюнул полный рот крови, но совершенно не обратил внимания на своё состояние, и, применив элементаль воздуха, помчался прямо в лес Демонов.

- Цзы Мо, убери пятна крови, чтобы Янь’эр не увидела их. И следи за семьёй Зелёного дракона. Если что-то случится - немедленно сообщи, - напоследок приказал он.

Цзы Мо наблюдал за тем, как фигура Цзюньлинь Цзюцина становилась всё меньше и меньше, пока, наконец, совсем не исчезла из вида. «Я боюсь, что господин теперь живёт только ради Чэн Цинъянь,» - вздохнул он.

Принц Суй мчался без остановок, абсолютно не заботясь о своём теле, которое пострадало из-за принудительной остановки формации. Теперь, когда он не видел Чэн Цинъянь, Цзюньлинь Цзюцин мог только молиться, чтобы с ней всё было в порядке, хотя никогда не был верующим.

После того как Маомао полностью исчерпал все свои силы, пытаясь определить верное направление, Чэн Цинъянь отправила его обратно в пространство в её теле и продолжила пробираться к выходу из леса Демонов самостоятельно, старательно избегая все опасности, преследовавшие её на каждом шагу. Из-за отсутствия должного ухода и лечения многочисленные раны на её теле выглядели просто ужасно. Теперь каждое движение девушки отдавалось душераздирающей болью.

Чэн Цинъянь почти полностью лишились сил. Её ноги онемели, а глаза стали красными из-за долго отсутствия отдыха. Благодаря сильному ветру и дождю, которые не раз случались за эти дни, девушка была ужасно грязной, но сейчас её совершенно не заботил внешний вид. Наконец, в какой-то миг Чэн Цинъянь показалось, что она увидела свет.

- Цзюньлинь… - пробормотала девушка, прежде чем рухнуть без сил.

То, что ей привиделся Цзюньлинь Цзюцин, позволило Чэн Цинъянь расслабиться. Пусть это и был всего лишь мираж, но её сердце, уставшее за столько дней напряжённой борьбы, наконец обрело покой.

Увидев, как падает Чэн Цинъянь, принц Суй бросился вперёд, чтобы поймать её. В этот момент он напрочь забыл про свою мизофобию, потому что, только удерживая эту девушку в своих объятиях, Цзюньлинь Цзюцин смог почувствовать себя умиротворённо.

- Янь’эр, наконец-то я нашёл тебя, наконец-то…

Цзюньлинь Цзюцин вызвал лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, отнёс Чэн Цинъянь в карету и крепко обнял её, погрузившуюся в глубокий сон после многодневного бодрствования. Глядя на бесчисленные раны на теле девушки, некоторые из которых уже успели затянуться, а некоторые ещё были свежими, находились поверх старых и всё ещё кровоточили, сердце Цзюньлинь Цзюцина сжалось. Он быстро достал из своего пространственного кольца различные пилюли, полезные для лечения внутренних и внешних повреждений, и принялся одну за другой отправлять их в рот Чэн Цинъянь.

Чтобы очистить одежду девушки, принц Суй применил элементали воды, а затем призвал элементали огня, чтобы высушить её. Цзюньлинь Цзюцин прекрасно понимал, что Чэн Цинъянь ни за что не простит его, если он сам решит вымыть её, потому пока мог только использовать элементали. А уже по возвращению во дворец Суй он прикажет служанкам искупать девушку.

- Возвращайся во дворец Суй, - скомандовал Цзюньлинь Цзюцин, и лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, стремительно помчалась в столицу империи Божественного клёна.

Цзюньлинь Цзюцин уже нашёл Чэн Цинъянь, но в семье Зелёного дракона начиналось скрытое движение.

Никто не ожидал, что мастер Вэй Цюн прибудет в семью Зелёного дракона за несколько дней до этого. В это время все в семье Зелёного дракона были заняты. Однако, под постоянными уговорами мастера Чжао Суна, как очевидными, так и завуалированными, Чэн Яй всё же не подчинился приказу принца Суй и отозвал всех людей, отправленных на поиски Чэн Цинъянь, просто для того, чтобы поприветствовать мастера Вэй Цюна.

- Цин’эр, мама сможет дать тебе лучший ответ сегодня! - торжественно пообещала наложница Лю.

Она наблюдала за тем, как быстро уходит Чэн Цин, поссорившаяся с ней только что из-за брака наследного принца с Чэн Цянь. Лю Юэлин со всей силы сжала кулаки, позволяя ногтям впиться в ладони.

Естественно, Чэн Цин не подозревала о том, чем её собственная мать занималась в тайне. Услышав заверения женщины, она лишь презрительно фыркнула.

- Надеюсь на это! - с пренебрежением бросила Чэн Цин, прежде чем резко развернуться и уйти.

От всего этого наложницу Лю переполняли злость и ненависть. Она злилась на дочь за неразумность и ненавидела Чэн Яя за то, что он разочаровал её ожидания. Красивые глаза Лю Юэлин были полны жестокости. Женщина даже не заметила, что из её ладоней потекла кровь.

- Чэн Яй, ты так сильно любишь Линсинь? В таком случае поспеши и закончи свои дела, прежде чем встретиться с ней! В память о времени, что мы провели в одной пастели, я лично отправлю тебя на встречу с ней! - холодная усмешка на губах наложницы Лю свидетельствовала о расчётливости этого человека, - немедленно свяжись со старейшиной и собери людей. Вы должны быть готовы. Как только я отдам приказ - семья Зелёного дракона сменит своего главу.

Едва Лю Юэлин произнесла эти слова, как от стены отделилась чёрная тень и тут же стремительно исчезла. Отныне семью Зелёного дракона ожидали самы большие с момента её основания перемены.

Чэн Яй, который совершенно не догадывался об этом, организовал приветственный банкет в честь мастера Вэй Цюна. Вся семья Зелёного дракона суетилась, занимаясь подготовкой.

Наконец, когда важный гость занял своё почётное место рядом с главой семьи, все остальные люди тоже расселись. Поскольку госпожа Юань по-прежнему находилась взаперти, а болезнь Чэн Цянь всё ещё не была излечена, единственными женщинами, посетившими этот банкет, являлись наложница Лю и Чэн Цин.

- Мастер Вэй Цюн проделал долгий путь, чтобы посетить мою семью Зелёного дракона. Я, как глава семьи, обязан хорошо развлечь почётного гостя! Мастер, пожалуйста, останьтесь в нашей семье Чэн ещё на несколько дней! - Чэн Яй махнул рукой, и по его команде слуги начали заходить через боковые двери с обеих сторон, подавая разнообразные блюда.

Мастер Чжао Сун почувствовал гордость, когда увидел, что Чэн Яй пытался угодить учителю.

- Да, учитель, вы наконец пришли сюда, поэтому, пожалуйста, останьтесь ещё на несколько дней. Глава семьи Чэн, определённо, хорошо вас развлечёт! - поддержал предложение Чэн Яя он.

- Верно, верно! - сразу согласился глава семьи, заметив, что мастер Чжао Сун так помогает ему.

Но мастер Вэй Цюн славился своей одержимостью алхимией. Сначала он не хотел приходить лечить Чэн Цянь. Однако, после того, как он отказался, Чжао Сун сказал учителю, что человеком, который придумал пригласить мастера Вэй Цюна для лечения Чэн Цянь, была двенадцатилетняя девочка. Более того, эта девочка являлась печально известной старшей дочерью семьи Чэн. И именно она утверждала, что излечить Чэн Цянь способен только алхимик среднего уровня. Хотя мастер Чжао Сун принижал Чэн Цинъянь в своих словах, мастер Вэй Цюн всё же сумел уловить саму суть.

Поэтому он сразу же направился к семье Чэн, когда услышал всё это. Мастера Вэй Цюна сильно заинтересовала эта никчёмная уродливая девушка, способная сказать такое. Таким образом, он прибыл в семью Зелёного дракона, только ради того, чтобы увидеть Чэн Цинъянь. Что же касательно того, о чём говорили Чэн Яй и мастер Чжао Сун, мастер Вэй Цюн даже не слушал их!

- Глава Чэн, я слышал, что это старшая молодая леди Чэн настояла на том, чтобы пригласить меня лечить вторую молодую леди Чэн. Могу ли я увидеть эту старшую молодую леди Чэн? Сейчас я приехал специально ради неё, - мастер Вэй Цюн не ответил на предыдущие слова Чэн Яя и мастера Чжао Суна, а прямо заявил о своих намерениях.

Услышав это, мастер Чжао Сун и Чэн Яй, не сговариваясь, одновременно нахмурились. Два человека, находящиеся рядом, склонились друг к другу.

- Мастер Чжао Сун, что означают слова мастера Вэй Цюна? - поинтересовался Чэн Яй.

- Откуда мне знать? Может быть, он пришёл, чтобы разобраться с Чэн Цинъянь. Позови её сюда, быстро! - ответил младший алхимик.

- Мастер Чжао Сун, будто вы не знаете, что эта строптивая девчонка пропала несколько дней назад, - лицо главы семьи искривилось, - я уже давно отказался от её поисков. Теперь вы хотите её найти?

- А что ещё делать, раз учитель хочет увидеть её?

После вопроса мастера Чжао Суна оба замолчали. Действительно, что им ещё делать?

Настроение мастера Вэй Цюна испортилось, когда он увидел, как его ученик и глава семьи Зелёного дракона некоторое время что-то обсуждали, но конечным результатом их дискуссии стало молчание.

Он проделал долгий путь до столицы империи Божественного клёна только ради того, чтобы увидеть Чэн Цинъянь, по слухам никчёмную и уродливую девушку, которая сумела сказать нечто, что заинтриговало его. Ради этого мастер Вэй Цюн даже отложил изготовление пилюли, к которому так долго готовился, и после удачного исхода которого, он бы сумел стать старшим алхимиком. В результате, он впустую потратил время и вместо того, чтобы встретиться с человеком, из-за которого приехал, лишь выпил несколько чайников чая.

Тратить время на бесполезные вещи - самое неприемлемое для таких фанатичных алхимиков, как он!

- Глава Чэн, разве квалификации алхимика среднего уровня этого мастера недостаточно для того, чтобы увидеть вашу дочь? - надменно спросил мастер Вэй Цюн.

Обычно, когда он пребывал в плохом настроении, мастер Вэй Цюн любил акцентировать внимание на своей личности во время разговора. Разумеется, мастер Чжао Сун, как его ученик, знал об этой привычке своего учителя. Его сердце дрогнуло, едва мастер Чжао Сун услышал эти слова.

- Учитель, Чэн Цинъянь… старшая молодая леди Чэн пропала несколько дней назад, - опасаясь гнева своего наставника, он поспешил объяснить ситуацию, - глава семьи Чэн изо всех сил старается найти её! Если учитель задержится в особняке семьи Зелёного дракона на несколько дней, то, возможно, тогда вы сможете встретиться со старшей молодой леди Чэн.

После того, как мастер Вэй Цюн узнал, что Чэн Цинъянь пропала, его взгляд немного смягчился.

- Хорошо, тогда сперва отведи этого мастера взглянуть на состояние второй молодой леди Чэн, - не стал продолжать сердиться он.

Поскольку почётные гости этого банкета уже высказались, Чэн Яй не смел заставить их остаться. Он мог только приказать слугам убрать еду и со столов, а сам лично сопровождал алхимиков в «Персиковый сад».

Во дворе и холле «Персикового сада» присутствовало много слуг и служанок, готовых исполнить любой приказ в самое короткое время.

Поскольку никому, кроме родителей, сестёр и личных служанок, не дозволялось входить во внутренние комнаты молодой леди, Чэн Яй приказал личным служанкам Чэн Цянь вынести девушку из спальни.

Чэн Цянь уложили на роскошную тахту в центре холла, чтобы мастер Вэй Цюн имел возможность осмотреть молодую леди. Алхимик присел с краю и стал проверять пульс девушки. Однако, то, что он обнаружил, заставило мастера Вэй Цюна нахмуриться.

«Повреждение души? Может быть, Чэн Цинъянь тоже алхимик среднего уровня? Или она разбирается а аспектах души? Неважно, что из этого - правда. Чэн Цинъянь, определённо, не может быть ничтожеством. Всё это пустые сплетни! В любом случае, я должен увидеться с этой девочкой, не смотря ни на что!» - промелькнуло в голове алхимика. Он отпустил запястье Чэн Цянь и взглянул на Чэн Яя и мастера Чжао Суна, которые с нетерпением ожидали его заключения.

- Это можно вылечить, но мне потребуется помощь старшей молодой леди Чэн, - спокойно произнёс мастер Вэй Цюн.

Чэн Яй и мастер Чжао Сун были весьма озадачены, услышав это, но как только они собрались сказать что-либо, мастер Вэй Цюн продолжил.

- Вы так же должны понимать, что человеком, который просил меня прийти и лечить вторую молодую леди Чэн, была старшая молодая леди Чэн, - напомнил он.

Смысл его слов заключался в следующем: «Без Чэн Цинъянь Чэн Цинь навсегда останется в таком виде. Поэтому вам двоим стоит поторопиться и найти Чэн Цинъянь для этого мастера, иначе Чэн Цянь превратится в труп!»

Мастер Вэй Цюн сказал всё, что хотел, а Чэн Яй и мастер Чжао Сун не осмелились что-либо уточнять. У них не было другого выбора, кроме как послать всех своих людей на поиски Чэн Цинъянь по всему континенту Опускающихся туч.

Как раз в это время Цзюньлинь Цзюцин привёз Чэн Цинъянь во дворец Суй. Чэн Яй не думал, что Чэн Цинъянь может находиться в имперской столице, поэтому он не отправил ни одного человека на её поиски в пределах городах. По этой причине, он ничего не узнал.

Накануне возвращения Чэн Цинъянь в особняк семьи Зелёного дракона произошло ещё одно событие, которое Чэн Яй никогда бы не хотел увидеть.

Как только Цзюньлинь Цзюцин вернулся во дворец Суй, его сразу же встретил Цзы Мо. Промелькнув чёрной тенью через окно, тайный страж опустился на колени, чтобы доложить о прошедших событиях.

- Господин, мастер Вэй Цюн прибыл в семью Зелёного дракона, - сообщил он.

- Так, - кивнул Цзюньлинь Цзюцин, продолжая крепко обнимать Чэн Цинъянь.

- Также мастер Вэй Цюн сказал, что если не увидит старшую молодую леди Чэн, то не вылечит Чэн Цянь. Теперь Чэн Яй мобилизовал все силы семьи Зелёного дракона, чтобы организовать поиски старшей молодой леди Чэн по всему континенту Опускающихся туч, - продолжил Цзы Мо.

Судя только по этим его словам можно было чётко понять, с каким уважением тайный страж относится к Чэн Цинъянь, и какое пренебрежение испытывает к остальным членам семьи Зелёного дракона.

- В течении десяти дней я не желаю слышать, что в семье Зелёного дракона появились какие-то новости о Янь’эр, - распорядился Цзюньлинь Цзюцин и понёс Чэн Цинъянь прямо во внутренние комнаты.

Получив приказ, Цзы Мо покинул дворец Суй и направился к семье Зелёного дракона.

Цзюньлинь Цзюцин выбрал комплект одежды, из заранее подготовленных для Чэн Цинъянь, и понёс девушку к горячему источнику в нефритовой пещере. По дороге он встретил первоклассную служанку, которая направлялась на кухню, и сразу же велел ей следовать за ним, чтобы помочь Чэн Цинъянь принять ванну.

Почему принц Суй не стал купать девушку сам? Как уже говорилось ранее, Цзюньлинь Цзюцин уважает старшую молодую леди Чэн и никогда не посмеет сделать что-либо без её согласия. К тому же он боялся, что случайно потеряет контроль и тогда…

Цзюньлинь Цзюцинь ждал у входа в нефритовую пещеру с горячим источником и был готов в любой момент отнести Чэн Цинъянь обратно в комнату после её купания.

- Господин, вы можете войти, - все люди, служащее во дворце Суй, от управляющего до слуг, не были обычными людьми, а являлись первоклассными специалистами в своём деле.

Услышав голос служанки, исходящий из нефритовой пещеры с горячим источником, Цзюньлинь Цзюцин стремительно бросился внутрь. Служанка увидела лишь белую тень, мелькнувшую перед её глазами, в следующий миг Чэн Цинъянь, как и принц Суй, исчезли.

Цзюньлинь Цзюцин уложил девушку на кровать и накрыл её одеялом, а затем лёг рядом и обнял Чэн Цинъянь, надеясь, что так её сон станет спокойнее. Принц Суй не мог скрыть радости во взгляде, когда смотрел на мирно спящую девушку в его объятиях.

В это время в комнате царили тепло и уют, а в семье Зелёного дракона вспыхнула крыша[1].

Лицо Чэн Яя становилось всё темнее и темнее, пока он слушал доклад своих элитных воинов.

- Значит, во всей империи Божественного клёна нет никакой информации о старшей дочери? - уточнил он.

- Да, верно, глава, - стражники ощущали давление, исходящее от Чэн Яя, отчего их спины покрылись холодным потом.

- Убирайтесь отсюда! - вскрикнул Чэн Яй, услышав такой ответ, и усилил своё давление, сердито взмахнув рукавами, - пока не найдёте старшую дочь, не попадайтесь мне на глаза!

Наложница Лю хотела занести фрукты Чэн Яю, но увидев его грозное выражение лица издали, не решилась зайти и тихо ушла.

Она вернулась в «Сад лотосов», положила фрукты и постучала по столу. В следующий же миг перед ней появился человек в чёрной маске. Поскольку уже было довольно темно, человек в чёрном, опустившийся на колени перед наложницей Лю и ожидающий её приказов, больше напоминал тень.

- Нань Фэн, сообщи им, что завтра все люди семьи Зелёного дракона отправятся на поиски Чэн Цинъянь и охрана будет ослаблена. Пусть они подготовятся и ждут моей команды, - красивые глаза Лю Юэлин становились всё ярче и ярче под тёмным небом, но то, что вспыхнуло в них, было заговором и холодным расчётом.

Нань Фэн слегка кивнул и тенью покинул «Сад лотосов». Наложница Лю посмотрела на снежинки, медленно проплывающие за окном, и на её лице появилась насмешка.

- Чэн Яй, ты помнишь, когда мы встретились, была такая же ночь? Тогда я ещё была глупой и поверила твоим словам о том, что ты любишь меня. И лишь когда госпожа Юань рассказала мне всё, я поняла, что единственным человеком в твоём сердце всегда была только Линсинь, происхождение которой остаётся загадкой, - Лю Юэлин, которая только что придавалась нежным воспоминаниям, в один миг превратилась в мстительного демона, высокомерный смех которого заполнил всю комнату, - ха-ха-ха, Чэн Яй, ты не любишь меня? Однако, я всё ещё люблю тебя! Поэтому, возможно, я буду скучать по тебе долгое время. После того, как семья Зелёного дракона падёт, я лично отправлю тебя в подземный мир на встречу с этой сукой Линсинь с парой уток-мандаринок[2]! - наложница Лю сделал паузу, как будто поняла, что упустила нечто важное. Прикрыв рот рукой, она усмехнулась, - ах, да, я почти забыла. В поисках Линсинь тебя будут сопровождать Юань Юйсинь и ваша любимая дочь Чэн Цянь! Какое прекрасное представление состоится в подземном мире. Как жаль, что я не смогу его увидеть!

Лю Юэлин поджала губы и улыбнулась, после чего повернулась и вошла во внутренние комнаты. Ей всё ещё приходилось терпеливо ждать того дня, когда она сможет своими руками забрать всё то, что по праву принадлежало ей.

_________________________________________

[1] Здесь имеется в виду не буквальное «случился пожар», а переносное «стояла такая суматоха, будто случился пожар». К сожалению, мне на ум не приходит ни одной поговорки или иносказания, которые бы передали весь смысл этого выражения на русском языке. Если знаете такую - милости прошу.

[2] Пара уток-мандаринок символизирует крепкие и нежные любовные узы. Кому интересно подробнее - в интернете огромное количество статей на данную тему.

Тайное движение продолжалось всю ночь, ярко показывая намерения многих людей. Всё успокоилось только перед рассветом, но это было затишье перед бурей.

Чэн Цинъянь не покидала дверец Суй последние десять дней. Но она всегда подозревала, что семья Зелёного дракона была неспокойна, и что отдельные вещи, которые долгое время являлись скрытыми, больше не могли оставаться таковыми. Она специально отложила своё возвращение в семью Зелёного дракона на десять дней, чтобы посмотреть: возможно, её встретит некий сюрприз.

Как и ожидала Чэн Цинъянь, старейшина, связанный с наложницей Лю, уже начал тайно ограничивать непосредственных подчинённых Чэн Яя. В то время как Лю Юэлин отвлекала внимание Чэн Яя, чтобы он не заметил, что постепенно теряет власть. Чэн Яй даже не догадывался, что медленно смещается с положения главы семьи.

- Третий старейшина, я верю, что семья Зелёного дракона будет в наших руках через несколько дней. К тому времени… - с очаровательным видом произнесла наложница Лю, её нежные руки обвили шею третьего старейшины.

Третий старейшина продолжать целовать шею Лю Юэлин, но был вынужден прерваться, чтобы ответить ей.

- Лин’эр, не нужно слов. Этот вопрос уже давно решён. Нам больше не о чём беспокоиться, сейчас мы должны заняться делом, - сказав это, он тут же закрыл рот наложницы Лю своими губами, чтобы женщина больше не могла отвлечь его разговорами.

Почти сразу комнату заполнили стоны и хлопающие звуки.

Тем временем, во дворце принца Суй, Цзюньлинь Цзюцин окружил Чэн Цинъянь заботой.

- Янь’эр, тебе пора отдохнуть. Хватит бродить по дому, - уже в десятый раз повторил он.

- Цзюньлинь Цзюцин, если ты устал, то просто ложись спать, - Чэн Цинъянь хотела в десятый раз стряхнуть с плеча его руку, но результат остался таким же, как в предыдущие девять раз. Отчего она уже не раз жаловалась на свою низкую силу.

- Янь’эр, ты сможешь заняться делами семьи Зелёного дракона только тогда, когда полностью восстановишь свою духовную силу, - предостерёг Цзюньлинь Цзюцин.

Хотя он не спрашивал Чэн Цинъянь о её намерениях, его тайные стражи, рассредоточенные по всей имперской столице, уже доложили обо всех событиях, происходящих в семье Зелёного дракона. Даже если в имперской столице появится пара новых кошек, то вездесущая тайная стража дворца Суй сразу узнает об этом.

- Ты знал? - Чэн Цинъянь с укором посмотрела прямо на Цзюньлинь Цзюцина.

- Боюсь, скоро семья Зелёного дракона перейдёт в другие руки. Но если Янь’эр хочет… - он неоднократно кивнул, чувствуя себя чрезвычайно полезным.

- Я верю в свои способности, - закатила глаза Чэн Цинъянь.

- Янь’эр, все и всё во дворце Суй принадлежит тебе. Ты можешь использовать это, как захочешь! - Цзюньлинь Цзюцин был крайне недоволен.

Он погасил свой долг спасения жизни перед Чэн Цинъянь в лесу Демонов, но теперь, когда он ничего не должен, как ещё убедить её остаться?

Поскольку принц Суй так сказал, Чэн Цинъянь не стала спорить.

- Цзюньлинь Цзюцин, если ты хочешь спать, то иди. Я ещё не хочу спать, - отмахнулась она.

Девушка не понимала, что именно её беспокоило. Семья Зелёного дракона скоро сменит главу. Все ужасные воспоминания о жизни Чэн Цинъянь останутся в прошлом. Почему же она всё ещё нервничала? Сейчас ей просто хотелось побыть в тишине. Может быть вечерний ветер унесёт эти гнетущие мысли. А ещё лучше было бы, если бы пошёл снег и похоронил бы под собой все эти переживания.

Цзюньлинь Цзюцин посмотрел на Чэн Цинъянь, медленно бредущую в ночи, и осознал, что не хочет видеть, как она уходит, поэтому, слегка нахмурившись, побежал за девушкой.

- Поскольку Янь’эр не хочет спать, я отведу тебя в хорошее место! - он схватил тощую маленькую руку Чэн Цинъянь и направился за город к военной сторожевой башне.

С его уровнем духовной силы дорога не заняла много времени.

- Как тебе, Янь’эр? Нравится здесь? - тихо спросил Цзюньлинь Цзюцин, обнимая девушку.

- Ну, да, Цзюньлинь Цзюцин, ты… - умом Чэн Цинъянь понимала, что должна была вырваться из его объятий, но её сердце и тело противились, продолжая наслаждаться близостью к этой крепкой и теплой груди.

- Янь’эр, ты знаешь, как ты меня назвала, когда я нашёл тебя в лесу Демонов? - принц Суй опустил подбородок на её надплечье, прижавшись щекой к шее девушки, и слегка потёрся об неё, из-за чего лицо Чэн Цинъянь покраснело.

Это было результатом слабого сознания. Все её действия и слова были основаны исключительно на инстинктах. Откуда она могла знать, как назвала его?

- Ты назвала меня - Цзюньлинь - мой муж! [1] - рассмеялся Цзюньлинь Цзюцин.

_____________________________________________

[1] В китайской речи есть четыре тональности, которые и влияют на значение слова. Иероглиф 君 (цзюнь) можно перевести как «государь, глава, правитель, владыка», но так же он имеет значение «отец, муж, господин». Всё зависит от тональности произношения. Этим и воспользовался Цзюньлинь Цзюцин, утверждая, что Чэн Цинъянь назвала его мужем, хотя девушка пыталась просто произнести его имя.

И без того тёмное лицо Чэн Цинъянь потемнело ещё больше, заливаясь при этом красным цветом. Девушка свирепо взглянула на Цзюньлинь Цзюцина и решила полностью игнорировать его.

Она не дура. Пусть её душа переместилась на этот континент, её инстинкт убийцы никуда не делся. Даже если она устала на столько, что почти лишилась сознания, она всё равно не станет говорить глупостей.

- Янь’эр, не игнорируй меня! - заметив, что Чэн Цинъянь не обращает на него внимания, Цзюньлинь Цзюцин быстро обнял её и заговорил с нежностью, - видишь, я привёл тебя в это прекрасное место, чтобы подышать свежим воздухом. Так что просто пообещай, что будешь называть меня мужем или Цзюньлинь - выбери одно из двух, иначе…

- Иначе что? - не взглянув на принца Суй, спросила Чэн Цинъянь. Она не отводила взгляда от тёмного неба, в котором начинали кружить первые снежинки.

Цзюньлинь Цзюцин помолчал некоторое время, продолжая обнимать девушку, будто тщательно обдумывал свой ответ.

- Иначе я буду обнимать тебя вот так каждый день, - наконец заговорил он, - я пойду за тобой, куда бы ты ни направилась, и буду преследовать до тех пор, пока ты не согласишься выйти за меня замуж. Тогда тебе придётся называть меня мужем!

Чэн Цинъянь дёрнулась, чтобы вырвать из рук этого идиота, но принц Суй схватил её ещё крепче. Как раз в тот момент, когда она подняла голову, чтобы одарить его его гневным взглядом, красивое лицо Цзюньлинь Цзюцина опасно приблизилось. В следующий миг в нос девушки ударил освежающий аромат канифоли, а её губ коснулись его горячие губы. Чен Цинъянь и сама не заметила, как погрузилась в этот нежный поцелуй.

Для кого-то десять дней пролетели быстро, а для кого-то они тянулись слишком медленно. В это время имперская столица оставалась мирной и спокойной, если не считать нескольких происшествий в Восточном и Западном районах. Но поскольку все они были связаны с дворянами, то городская стража разбиралась с этими происшествиями довольно быстро.

Ситуация в семье Зелёного дракона всё ещё была такой же, как и несколько дней назад: все движения оставались тайными. Поскольку прошло десять дней, а Чэн Яй до сих пор не получил никаких известий о Чэн Цинъянь, все его подчинённые были отправлены обыскивать четыре страны и периферию леса Демонов.

- Куча бездарей! - Чэн Яй швырнул на пол новости, полученные из империи Божественного тумана, и продолжил ругаться, - чем вы только занимаетесь? Как такая могущественная семья, как семья Зелёного дракона, не может найти какое-то ничтожество?! Разве это не делает нас посмешищем в глазах всего мира? Разве люди не начнут говорить, что все в семье Зелёного дракона - просто нахлебники? - он гневно взмахнул рукавами и уселся на кресло главы.

В это самое время наложница Лю вошла в кабинет с цветочным печеньем[1] в руках и увидела нескольких человек, стоящих на коленях. Вокруг них по полу были разбросаны бумаги, а сами люди казались настолько подавлены гневной аурой, исходящей от Чэн Яя, что не осмеливались поднять глаза. Сам Чэн Яй сидел в кресле главы, а его грудь сильно вздымалась из-за интенсивного дыхания, спровоцированного приступом ярости, с которым он пытался совладать.

Увидев всё это, Лю Юэлин быстро шагнула вперёд, поставила цветочное печенье на стол, и приблизилась к Чэн Яю со спины.

- Почему глава так злиться? - опустив свои изящные руки на плечи мужчины, она начала плавно разминать их, - главе следует быть осторожнее. Сильный гнев может причинить вред вашему телу.

- Эти люди даже не способны найти никчёмного человека, не обладающего духовной силой, - устало вздохнул Чэн Яй, поглаживая наложницу Лю по тыльной стороне руки, - думаешь, могу я, глава семьи, не злиться?! К тому же внешность Чэн Цинъянь довольно специфическая. Её лицо настолько уродливо, что сразу бросается в глаза. Не должно ли это облегчить её поиски? А что в итоге? Все эти люди ещё бесполезнее, чем Чэн Цинъянь!

Лю Юэлин посмотрела на руку Чэн Яя, которая продолжала поглаживать её руку, и вдруг подвергла сомнению свою идею сместить Чэн Яя с положения главы семьи Зелёного дракона. Но довольно быстро отогнала эти сомнения прочь. Сама мысль об этом заставила женщину горько усмехнуться над своей глупостью. Это действительно было смешно: она всё ещё надеялась, что Чэн Яй любит её. Наложница Лю покачала головой, прогоняя остатки своего наваждения.

Заметив, что наложница больше ничего не отвечает, Чэн Яй жестом велел стоящим на коленях людям уйти.

- Юэлин, теперь, когда Хун’эра изгнали из дома, Цянь’эр - моя единственная надежда! Если у меня не будет поддержки императорской семьи, боюсь, я не смогу удержать позицию главы семьи Зелёного дракона, - поделился сокровенным он.

Речь Чэн Яя стала намного мягче, он даже сменил свой официальный командирский тон на более нежный и интимный. Сперва наложница Лю заколебалась, но услышав слова: «Цянь’эр - моя единственная надежда!» - её сердце наполнилось гневом.

«Чэн Цянь - твоя единственная надежда? А как же Цин’эр? Означает ли это, что в твоём сердце Цин’эр на столько же ничтожна, как и эта никчёмная Чэн Цинъянь?» - мысленно негодовала она. И чем дольше Лю Юэлин думала об этом, тем более непримиримой она становилась.

Только её Цин’эр была достойна стать законной женой наследного принца. Сейчас Чэн Цянь была полу-мёртвым человеком, жизнь которого полностью зависела от драгоценных лекарственных трав. Чэн Цинъянь, которая пропала уже довольно давно, должно быть, умерла где-то снаружи. Теперь, единственным человеком, на которого мог рассчитывать Чэн Яй, являлась её Цин’эр. Таким образом, эта позиция должна принадлежать Цин’эр! Определённо!

___________________________________

[1] Немного не уверена в формулировке, если подскажете лучшую - исправлю. Здесь речь идёт о печенье из рисовой муки в форме распустившихся цветов сливы.

Размышляя об этом, наложница Лю подавила гнев в своём сердце и посмотрела на Чэн Яя с нежностью.

- Глава, не нужно больше беспокоиться об этом, - ласково заговорила она, - даже самому сильному человеку необходим отдых. Это цветочное печенье сделано моими руками. Прошу, попробуйте их, пока они не остыли.

Чэн Яй посмотрел на манящее своим внешним видом печенье в форме распустившихся цветов сливы и не смог не протянуть к нему руку. Он отломил кусочек и положил его в рот. Насыщенный и такой освежающий вкус растворился на языке, даря чувство наслаждения.

- Мастерство Юэлин всё также превосходно, как и раньше, - проглотив кусочек печенья, похвалил Чэн Яй, - я обязательно съем это печенье!

От этих слов сердце наложницы Лю забилось чаще. Он сказал то же самое, когда она впервые приготовила цветочное печенье для него. Неожиданно он это вспомнил.

Но как только женщина осознала свои мысли мысли, то постаралась немедленно их прогнать. Она просто не могла позволить этой своей детской любви стать преградой на пути великого светлого будущего её дочери!

- В таком случае, глава, наслаждайтесь едой. Я не смею отвлекать вас от дел, - с нежной улыбкой сказала Лю Юэлин и, не дожидаясь ответа, покинула кабинет.

- Чэн Яй, никакие безудержные фантазии о тебе не остановят меня! Содержимого цветочного печенья хватит, чтобы ты прожил до конца дня. Считай это моим ответом на твою любовь! - вернувшись в «Сад орхидей», она смогла дать волю своим эмоциям.

Наложница Лю уже добавила медленно действующий яд в еду Чэн Яя. Этот яд являлся высокоуровневым эликсиром, который третий старейшина хранил более десяти лет. Ей пришлось ублажать старика всю ночь, чтобы убедить его отдать этот яд! Лю Юэлин просто не могла допустить самой мысли о том, что элексир, для получение которого она приложила столько усилий, не был способен убить Чэн Яя!

- Они готовы, - опустившись перед женщиной на колени, почтительно сообщил Нань Фэн.

- Так, скажи им, что схватим Чэн Яя сегодня! - сделав глоток чая, спокойно сказала наложница Лю.

Едва она произнесла это, как Нань Фэн мгновенно исчез, также незаметно, как и появился. Оставшись одной в комнате, Лю Юэлин поставила чайную чашку, а её глаза наполнились самоуверенным блеском, предвкушающим величайшее достижение.

- Чэн Яй, этот день наконец-то настал! После столь долго ожидания, с завтрашнего дня семью Зелёного дракона будет возглавлять семья Лю! Ха-ха-ха… ха-ха-ха… - лёгкая улыбка, играющая на губах женщины, превратилась в довольный смех, который постепенно превратился в ужасающий и дикий.

А во дворце Суй Цзюньлинь Цзюцин только что взял на кухне поднос с чаем и закусками, чтобы угостить Чэн Цинъянь.

- Тогда подождём до завтра, чтобы увидеть: сможет ли она ещё смеяться. Сколько из этих людей - наши? - выслушав отчёт Цзы Мо, он продолжил идти.

- Всё сделано. Девять из десяти - наши люди. Семья Зелёного дракона, можно сказать, уже находится в руках молодой леди Чэн, - последовав за господином, ответил Цзы Мо.

- Скажи это ещё раз, - недовольно нахмурил брови Цзюньлинь Цзюцин, услышав его слова.

Тайный страж вдруг вспомнил недавнее распоряжение принца и быстро исправил себя.

- Семья Зелёного дракона уже находится в руках принцессы Суй! - уточнил он.

Цзюньлинь Цзюцин удовлетворённо кивнул и махнул рукой, давая Цзы Мо знак уйти, а затем вошёл в комнату.

- Янь’эр, это закуски, приготовленные лучшими поварами дворца Суй. Подойди и попробуй, - позвал он.

Чэн Цинъянь вышла из внутренней комнаты, взглянула на разнообразные закуски на подносе и потёрла сонные глаза.

- Уже почти ужин. Какие ещё могут быть закуски? - спросила она.

Глядя на Чэн Цинъянь, которая только проснулась, отчего выглядела ещё немного сонной и потому особенно беззащитной, сердце Цзюньлинь Цзюцина наполнилось нежностью и в тоже время решительностью. Он, определённо, должен жениться на ней и привести в свой дом!

- Сегодня вечером произойдёт нечто важное! Просто поешь, чтобы быть энергичнее! - принц Суй отломил кусочек от закуски и положил его в рот Чэн Цинъянь.

Девушка проглотила закуску, и её глаза засияли ярче. Было действительно очень вкусно! И хоть она не испытывала сильного чувства голода, но всё же с радостью принялась за еду.

Поедая закуски, Чэн Цинъянь задумалась над словами Цзюньлинь Цзюцина, отчего уголки её пухлых губ невольно дёрнулись. «Есть, чтобы стать энергичнее? Но почему мне кажется, что чем больше я ем, тем сильнее мне хочется спать?» - размышляла она. И хотя её мысли были заняты, девушка не упустила главного.

- Что за важное событие? - поинтересовалась она.

- Чуть позже я отведу тебя посмотреть занимательное представление, - стерев крошки с уголков рта Чэн Цинъянь, улыбнулся принц Суй.

- Всё равно мне ужасно скучно. Если есть занимательное представление, то почему бы не пойти посмотреть его? - услышав эти слова и заметив игривый взгляд Цзюньлинь Цзюцина, губы Чэн Цинъянь так же изогнулись в лёгкой улыбке.

Наступили сумерки, два человека во дворце Суй ужинали.

В особняке семьи Зелёного дракона наложница Лю принесла еду из кухни в кабинет главы. Чэн Яй целыми днями был занят поисками Чэн Цинъянь, поэтому не покидал свой кабинет даже ради приёма пищи.

Сегодня вся еда проходила через руки семьи Лю, поэтому в этот день Чэн Яй питался исключительно отравленной пищей. Семья Лю, их верные подчинённые, обладающие силой, и старейшина готовились сместить Чэн Яя с должности главы семьи сегодня вечером.

- Это последнее лекарство. Если он съест эту еду, то добавленный в неё элексир столкнётся с лекарственными свойствами эликсира, который мы применяли ранее, и тогда Чэн Яй истечёт кровью. Это последний шаг, а будет он успешным или нет - полностью завит от Лин’эр. Я верю в тебя! - третий старейшина вылил весь элексир, что держал в руках, в еду и похлопал наложницу Лю по тыльной стороне ладони.

- Не беспокойся, я сделаю всё необходимое, чтобы освободить место главы семьи Зелёного дракона! - кивнула Лю Юэлин, крепко сжав нефритовый поднос в руках.

Сказав это, она решительно, не оглядываясь, направилась в кабинет. Третий старейшина проводил женщину взглядом. В его глазах промелькнуло убийственное намерение, которое сразу же исчезло, будто его и вовсе не было.

- Глава, пора ужинать. Отложите пока эти утомительные дела. Ещё успеете вернуться к ним после ужина, - поставив нефритовый поднос на стол, тихо заговорила наложница Лю, взглянув на Чэн Яя, который просматривал донесения.

- Десять дней почти прошли, - покачал головой Чэн Яй, - ученик мастера Вэй Цюна только что приходил сказать мне, что если завтра мастер Вэй Цюн не увидит Чэн Цинъянь, то спасти Чэн Цянь станет невозможно. Время мастера Вэй Цюна - это не то, что мы можем тратить впустую.

- Этот ученик слишком невежественен, не так ли?! - заметив мрачное выражение лица мужчины, решила его приободрить Лю Юэлин, - нахождение такого человека, не знающего правил приличия, рядом с мастером Вэй Цюном только бросает тень на его великое имя. Как будто глава семьи Зелёного дракона не способен найти одного никчёмного человека?

Она знала, что Чэн Яя сильно задели слова молодого ученика. В конце концов, он всё ещё являлся главой великой семьи, но этот ученик разговаривал с ним так нагло, что Чэн Яй едва сдерживался вспоминая про этого человека. Поэтому наложница Лю не только отругала ученика алхимика, но и похвалила Чэн Яя, благодаря чему глава семьи почувствовал себя гораздо лучше как морально, так и физически.

Но никто из них не обратил внимания на то, что Лю Юэлин также нелестно отозвалась о Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь, которая только что закончила ужин и собиралась отправиться с Цзюньлинь Цзюцином посмотреть занимательное представление, неожиданно чихнула.

- Кто говорит обо мне сразу после ужина? Заняться нечем? - фыркнула она.

- Ладно, глава, не стоит подрывать своё здоровье из-за таких людей! Поешьте сначала. Сегодня я приготовила для вас вашу любимую кашу из семян лотоса, - говоря елейным тоном, наложница Лю начала расставлять блюда с подноса.

Чэн Яй взял миску с кашей и поднёс её к носу, чтобы лучше почувствовать аромат семян лотоса.

- М-м-м, очень ароматная, - похвалил он, - кашу из семян лотоса, приготовленную Юэлин для меня, невозможно забыть!

- В таком случае главе следует съесть побольше, чтобы не расстраивать меня, - улыбнулась наложница Лю, наблюдая за тем, как Чэн Яй начал есть. Бессознательно её сердце забилось быстрее.

«Уже близко! Выпей это[1]! Когда ты выпьешь это, семья Зелёного дракона станет моей! Также ты сможешь встретить эту суку Линсинь!» - вертелось в голове женщины.

Когда Чэн Яй закончил миску смертоносной каши из семян лотоса, он хотел ещё раз похвалить кулинарные навыки наложницы Лю, но внезапно осознал, что из его рта потекли не слова, а кровь. Широко распахнутыми глазами он потрясённо уставился на Лю Юэлин.

- Ты… - единственное слово, что смог выдавить из себя Чэн Яй, прежде чем закашляться.

- Глава Чэн, не смотри на меня так. Я делаю доброе дело. Таким образом ты сможешь встретиться с Линсинь, по которой так тоскуешь! - мягкие руки наложницы Лю ласково погладили напряжённое лицо Чэн Яя.

- Кто-нибудь, сюда! - с трудом прохрипел глава, призывая людей на помощь.

Едва его слова прозвучали, как дверь в кабинет распахнулась и вошёл третий старейшина.

- Третий старейшина… скорее… схвати её… - Чэн Яя рвало кровью, когда он открывал рот, поэтому его речь была прерывистой.

Третий старейшина взглянул на Чэн Яя, из рта которого текла кровь, схватил наложницу Лю, резко притянул её к себе и страстно поцеловал. Лю Юэлин не только не попыталась оказать сопротивление, но и обняла мужчину в ответ.

Глядя на этих двоих людей, которые вели себя настолько бесстыдно, словно остались здесь одни, Чэн Яй разозлился так сильно, что выплюнул ещё больше крови. Но оба были настолько поглощены своей страстью, что совершенно не обратили внимание на это.

Заметив такую увлечённость друг другом этих подлых предателей, Чэн Яй осторожно сунул левую руку за спинку кресла главы и легонько надавил…

_________________________________________

[1] Для тех, кто не в курсе: в китайской кухне «кашей» является довольно жидкое блюдо, которое мы, русские, назвали бы «супом». А «супом» они называют то, что мы зовём «бульон». Но это грубое и не совсем точное объяснение, просто для того, чтобы передать саму суть.

В следующий миг Чэн Яй вместе с креслом переместился в другое пространство.

- Чэн Цзинь, Лю Юэлин, вы не ожидали такого? Глава семьи не может умереть, и вы так же не сможете найти главу, не сможете! - эхом разнёсся по кабинету голос Чэн Яя, ошеломляя двоих людей.

- Проклятье! Почему ты не обнаружила это механизм? Разве я не говорил тебе: всё внимательно проверить?! - выругался третий старейшина, оттолкнув наложницу Лю.

- Это кабинет главы семьи, - обиженно отозвалась Лю Юэлин, - ещё повезло, что я вообще смогла сюда войти. Кроме того, Чэн Яй не покидал его, руководя поисками Чэн Цинъянь. Откуда бы у меня появилась такая возможность?

- Ладно, какой смысл сейчас спорить? Ищи внимательно! Необходимо найти пространственную дверь, через которую ушёл Чэн Яй! Если ты продолжишь трещать, не известно, куда Чэн Яй может сбежать! - фыркнул Чэн Цзинь.

Вдвоём они перевернули весь кабинет вверх дном, но так и не нашли никаких признаков пространственной двери. Но в это время третий старейшина заметил огонь снаружи и быстро выбежал. Хотя наложница Лю не понимала, что именно случилось, она бросилась за ним.

После того, как эти двое ушли, в кабинете воцарилась полная тишина. Но наполнявший его запах крови не мог оставить равнодушными двух других людей, которые скрытно наблюдали за всем происходившим ранее.

- Отвратительный запах, - нахмурилась Чэн Цинъянь, закрывая нос и рот рукавом, - я не ожидала, что Чэн Яй окажется настолько выносливым. Он потерял столько крови, но у него всё ещё осталось достаточно сил, чтобы сбежать.

Хотя они оба привыкли к подобным кровавым сценам, они всё равно чувствовали отвращение к этому запаху.

- Будет лучше убить главу семьи Зелёного дракона, - Цзюньлинь Цзюцин также принялся осматривать кабинет в поисках механизма.

Чэн Цинъянь согласно кивнула.

- Поскольку это пространственная дверь, то обнаружить её с помощью элементалей пространства не составит проблем, - предложила она.

Сразу после этих слов девушка закрыла глаза и призвала элементали пространства, чтобы тщательно обследовать помещение.

- Там, - через некоторое время Чэн Цинъянь указала в направлении выпечки, оставленной наложницей Лю.

Оба, вместе, подошли к столу. Чэн Цинъянь взглянула на Цзюньлинь Цзюцина, а Цзюньлинь Цзюцин посмотрел на неё. Своим взглядом он как бы спрашивал: «Как открыть пространственную дверь с помощью этой тарелки с печеньем?»

Чэн Цинъянь ничего не ответила. Вместо этого она сконцентрировала элементали пространства на ладони правой руки, а затем сильно ударила по печенью, превращая его в порошок. Сразу же распахнулась пространственная дверь, через которую ранее сбежал Чэн Яй.

Взглянув друг на друга, Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин взялись за руки и вместе шагнули в другое пространство.

Тем временем третий старейшина и семья Лю разослали своих людей по всему особняку, чтобы найти Пространственный камень. Ведь именно с его помощью можно было открыть пространственную дверь. Однако, использовать Пространственный камень было возможно лишь единожды, и после первого же применения он терял всю свою силу.

- Докладываю третьему старейшине: в сокровищнице нет Пространственного камня!

- Докладываю третьему старейшине: в доме Чэн Яя нет Пространственного камня!

- Докладываю третьему старейшине: в «Западном саду» нет Пространственного камня!

- Докладываю третьему старейшине: в «Северном саду» нет Пространственного камня!

… …

Все отправленные на поиски стражники вернулись с пустыми руками. Никто не обнаружил никаких следов Пространственного камня.

- Ничтожества! Сотни людей обыскивали особняк семьи Зелёного дракона, но ни один не нашел ничего полезного! Настоящие отбросы! - сердито взревел Чэн Цзинь.

Наблюдая за тем, как их солдаты проводят обыск в особняке семьи Зелёного дракона, но не могут найти Пространственный камень, наложница Лю глубоко задумалась. Внезапно, её осенила одна мысль.

- Третий старейшина, в особняке ещё есть место, в котором пока никто не искал, - озвучила свою догадку она.

- Где? - с нетерпением спросил Чэн Цзинь, повернув голову в сторону Лю Юэлин.

- Павильон сокровищ, - ответила наложница Лю, слегка скривив губы.

Вся толпа дружно направилась к павильону сокровищ. А поскольку павильон сокровищ располагался относительно отдалённо, то сражения, происходящие на территории всего особняка, ещё не добрались до сюда. Более того, третий старейшина был настолько сосредоточен на устранении Чэн Яя, что совершенно забыл о том, что на территории резиденции семьи Зелёного дракона находился павильон сокровищ.

Старейшина Ли и старейшина Ван сидели со скрещенными ногами перед входом.

- Третий старейшина? Почему ты пришёл в павильон сокровищ с таким большим количеством людей? - первым заговорил старейшина Ли.

- Старейшина Ли, я здесь, чтобы найти Пространственный камень. Надеюсь, двое старейшин смогут дать мне хоть какое-то лицо, - Чэн Цзинь заложил руки за спину, приняв горделивую позу, словно хозяин, а в тоне его голоса не было и намёка на просьбу.

- Простой старейшина осмелился высокомерно разговаривать со старейшиной-защитником? Тебе действительно стало скучно жить! - фыркнул старейшина Ван.

От этих слов в глазах третьего старейшины мелькнул слад убийственного намерения, но он сумел быстро скрыть его.

- Не говорите так, старейшина Ван. Согласно правилу, установленному ещё нашими предками, старейшина-защитник обязан подчиняться главе семьи, - всё с тем же важным видом продолжил Чэн Цзинь.

- Что ты имеешь в виду? - оба старика почувствовали, что в семье Зелёного дракона произошло нечто значимое, но они охраняли павильон сокровищ, поэтому ничего не знали.

Третий старейшина увидел, что старейшина Ли хотел ещё что-то спросить, поэтому быстро сменил тему. Он прекрасно осознавал, что наложница Лю всё ещё находилась рядом с ним. А поскольку эта женщина ещё могла быть полезной, он пока не торопился её убивать.

- Старейшина Ли и старейшина Ван скоро обо всём узнают. Самое главное сейчас - это найти Пространственный камень. Если старейшины-защитники окажут поддержку в этом вопросе, то в будущем они станут верховными старейшинами семьи Зелёного дракона! - предложил Чэн Цзинь.

- Хм, независимо от того, какое положение в семье Зелёного дракона займёт Чэн Цзинь в будущем, любому человеку запрещено входить в павильон сокровищ без разрешения главы семьи! - старейшина Ван вздёрнул подбородок и посмотрел на третьего старейшину с презрением.

Хотя Чэн Цзинь и являлся старейшиной, он был обычным выходцем из одной из побочных ветвей семьи Зелёного дракона, обладающим скромным талантом. Ему пришлось приложить немало усилий, чтобы выделиться среди других учеников семьи, которые яростно сражались за внимание и привилегии, чтобы в итоге занять пост старейшины такой огромной семьи.

Мало кто догадывался о том, что став старейшиной, Чэн Цзинь тайно избавился от тех людей, которые помогали ему с продвижением. Тех же, с кем у него не хватало сил справиться, обвиняли в различных преступлениях и казнили публично.

Теперь же взгляд и слова старейшины Вана откровенно намекали на те события, которые Чэн Цзянь всеми силами пытался утаить от других.

- Поскольку два старейшины-защитника не желают продолжать разговор, я не стану настаивать. Вы можете молчать, вот только замолчать вам придётся навечно, - злобно процедил сквозь зубы третий старейшина.

После этих слов он сделал жест рукой, и его люди, которые на самом деле являлись тайными агентами дворца Суй, ринулись окружать стариков.

Двое старейшин-защитников сразу и не поняли, что Чэн Цзинь собирается убить их. Они оба находились на шестом уровне, отчего считались достаточно сильными, но численность их противников была во много раз превосходящей. Довольно скоро оба старика пали.

Чэн Цзинь подошёл к телу старейшины Ли и нашёл ключ от павильон сокровищ.

- Разделитесь и ищите Пространственный камень! - отворив дверь, приказал он и сам вошёл внутрь.

Наложница Лю поспешила последовать за третьим старейшиной, который начал подниматься куда-то наверх.

Люди, посланные дворцом Суй, прекрасно знали, что находящие внутри вещи принадлежали будущей принцессе Суй, и что к ним нельзя прикасаться, поэтому бездействовали. Но из-за этого им стало довольно скучно, потому они просто уничтожили всех подчинённых третьего старейшины.

Когда Чэн Цзинь и Лю Юэлин поднялись на этаж, на котором ранее Чэн Цинъянь обнаружила пространственную дверь, они угодили в ловушку. Однако, место, куда они попали, оказалось тем самым проходом, по которому сбежал Чэн Яй.

Причина же заключалась в том, что Чэн Цинъянь уничтожила пространственную дверь, которая сместилась в сторону после активации Чэн Яем, и это привело к разрушению других пространственных дверей, которые имелись в семье Зелёного дракона.

Разрушающаяся пространственная дверь просто поглотила обоих, перенося их в новое пространство, прежде чем навсегда исчезнуть. Так Чэн Цзинь и Лю Юэлин оказались заперты.

- Третий старейшина, где мы? Почему огонь здесь зелёный? - спросила наложница Лю.

Она внимательно наблюдала за Чэн Цзинем. Женщина, которая прожила в доме много лет, никогда прежде даже не слышала о таком месте.

Третий старейшина тщательно осмотрел стены по обе стороны прохода и рисунки на них.

- Зелёное пламя, зелёные стены, изображения зелёного дракона, может ли это быть…

- … место, где скрывается предок - гробница Зелёного дракона! - глаза Чэн Цзиня расширились, а в его взгляде появилась одержимость, когда мужчина понял, куда он попал.

Лю Юэлин оказалась в полном замешательстве. Она понятия не имела, о чём говорил третий старейшина. Что могла знать обычная наложница?

- Третий старейшина, о чём ты говоришь? Где находится гробница Зелёного дракона? - наложница Лю также, как и Чэн Цзинь, внимательно разглядывала рисунки на зелёной стене, но ничего не заметила, поэтому ей оставалось только спросить.

- Лин’эр, это точно судьба! Это место принесёт нам обоим огромную удачу! - Чэн Цзинь продолжал смотреть на рисунки на зелёной стене, и волнение в его взгляде невозможно было скрыть. Он будто бы уже видел, что получил полную власть над семьёй Зелёного дракона в свои руки.

- Тогда что нам делать дальше? - воодушевилась Лю Юэлин.

Увидев волнение мужчины, она, естественно, поняла, что место, способное так взбудоражить старейшину, не было обычным, а вещи, хранящиеся внутри, наверняка являлись несравненными сокровищами.

- Теперь, когда мы нашли это место, Чэн Яй является единственной преградой на пути к нашему величию, - торжественно объявил третий старейшина.

- Понятно! Возможно, Чэн Яй скрывается где-то здесь. Убьём его, когда увидим! - кивнула наложница Лю.

Чэн Яй, который в настоящее время бежал к центру гробницы, не догадывался о том, что стал целью четырёх человек.

Оказавшиеся вдругом проходе Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин не разглядывали зелёные стены и зелёный огонь, потому что оба быстро поняли, где оказались.

Но даже в этом случае, ни у одного из них не возникло желания искать сокровища семьи Зелёного дракона. Вместо этого они старательно отслеживали Чэн Яя, следуя за ним по пятнам крови, которая время от времени капала на землю с раненого мужчины.

- Янь’эр, мы, должно быть, почти достигли центра гробницы. Я заметил, что здесь много различных формаций, которые довольно трудно преодолеть, - остановившись, Цзюньлинь Цзюцин поделился своими наблюдениями.

Услышав его слова, Чэн Цинъянь была несколько озадачена. Но у неё не было причины сомневаться в нём, а сердце девушки и вовсе стремилось полностью довериться этому человеку.

- Трудно преодолеть? - приподняв бровь, провокационно спросила она.

- Я имею в виду, трудно пройти с точки зрения других мастеров формаций, - ощутив её несколько издевательский настрой, улыбнулся Цзюньлинь Цзюцин.

- И с каких это пор его высочество принц Суй стал думать о проблемах с точки зрения других? - саркастически отозвалась Чэн Цинъянь, осознав, что Цзюньлинь Цзюцин подшутил над ней.

Услышав её тон, принц Суй понял, что разозлил девушку. Он протянул руки, чтобы заключить Чэн Цинъянь, которая отказывалась на него смотреть, в свои объятия.

- Разве я не думаю о проблеме с точки зрения Янь’эр? - выдохнул Цзюньлинь Цзюцин прямо ей в ухо.

Чэн Цинъянь наклонила голову, но всё равно не смогла избежать его горячего дыхания, из-за чего её лицо залилось краской.

- Что ты имеешь в виду? - оказавшись в ловушке, спросила она.

- Я знаю, что Янь’эр хочет, чтобы я извинился за то, что говорил раньше, поэтому я заглажу свою вину перед Янь’эр, - прошептал принц Суй.

Сразу после этих слов его тонкие розовые губы коснулись вишнёвых губ Чэн Цинъянь.

- Ты… - она попыталась оттолкнуть Цзюньлинь Цзюцина, но принц Суй продолжил настойчиво целовать девушку.

Чэн Цинъянь ощутила, что от этого поцелуя её тело становилось всё мягче и податливее. В конце концов, ей осталось лишь ухватиться за ворот Цзюньлинь Цзюцина, чтобы удержаться на ногах и не упасть на землю.

Лишь через некоторое время принц Суй оторвался от вишнёвых губ девушки, чтобы они оба смогли перевести дыхание. Но прежде чем полностью отпустить их, Цзюньлинь Цзюцин оставил ещё один короткий поцелуй на этих сладких губах.

- Янь’эр, я думаю, мне больше не следует назвать тебя Янь’эр, - обняв девушку за талию, улыбнулся он.

Услышав это, Чэн Цинъянь вдруг ощутила панику. Она откровенно испугалась того, что собирался далее сказать Цзюньлинь Цзюцин, и совершенно не хотела этого слышать, словно его дальнейшие слова должны были стать какими-то ужасными.

- Тогда как? - всё же не могла не спросить она.

В следующий момент принц Суй прикусил мочку её уха, заставив девушку в своих объятиях немного дрожать.

- Тебя следует называть…

- Тебя следует называть - маленькая дьяволица!

- Что ты имеешь в виду? - Чэн Цинъянь в замешательстве подняла брови.

- Если бы не ты, был бы я таким? - Цзюньлинь Цзюцин выглядел совершенно невинным и беззащитным, словно маленький белый кролик.

Но разве она могла не знать тёмную сторону этого маленького белого кролика? Ощутив на своей талии жар от его рук, лицо Чэн Цинъянь покраснело. Девушка резко вырвалась из его объятий.

- Иди на ***! Сам ты - маленькая, б***, дьяволица! Сейчас нашим заданием является догнать и убить! Так что отнесись к этому серьёзно! - Чэн Цинъянь полностью забылась и начала разговаривать так, как общалась с новичками, которых обучала в «Красноглазых».

Недаром все товарищи Цинъянь восхищались её профессиональными качествами. (Если бы первый лидер «Красноглазых» увидела это, то была бы очень довольна!)

- Задание догнать и убить? Никто не дал нам заданий, и мы - не убийцы. Что ещё за задание? - вдыхая оставшийся на своих руках аромат чая, с сомнением спросил Цзюньлинь Цзюцин.

Только после этих слов Чэн Цинъянь осознала, что проговорилась. Она ещё не была готова полностью довериться этому человеку. Однако, девушка уже заметила, что её сердце, которое прежде оставалось полностью безразличным после долгих лет тренировок, реагировало на каждое слово и действие этого мужчины.

Это ненормально!!!

Чэн Цинъянь раздражённо нахмурилась: придётся ли ей снова пострадать, если она сдастся? Оказывается, шрам от прошлого предательства зажил настолько, что она совершенно забыла о той боли!

Сделав глубокий вдох, Чэн Цинъянь решилась: поскольку их обоих тянет друг к другу, то пусть всё идёт своим чередом. Если придёт время, и она снова потерпит неудачу, то это станет для неё отличным уроком.

- Цзюньлинь Цзюцин! - не ответив на его предыдущий вопрос, закричала Чэн Цинъянь после минутного размышления.

Такая перемена в девушке весьма шокировала и даже немного напугала его.

- Что случилось? - настороженно спросил принц Суй.

- Я тебе нравлюсь?

- Янь’эр ты…

- Хватит нести всякий бред! Да или нет?

- Что задушишь?

- Неправильно! Да или нет!

Губы Цзюньлинь Цзюцина изогнулись в улыбке, а в его глазах отразилась нежность, которая предназначалась только этой уродливой девушке, стоящей перед ним.

- Да!

Чэн Цинъянь почувствовала себя счастливой, когда услышала ответ принца Суй, но потом осознала, что что-то упустила. Вот только что?

Глядя на меленькую девушку перед собой, на лице которой так отчётливо отобразилось счастье, Цзюньлинь Цзюцин развеял свои последние сомнения.

- Идём, иначе Чэн Яй сбежит, - обняв Чэн Цинъянь, заговорил он, - радоваться будешь позже, после того, как мы поженимся. Тогда ты сможешь смеяться столько, сколько захочешь.

- Хорошо, - Чэн Цинъянь всё ещё была погружена в свои размышления о том, что же она упустила, поэтому она не слушала, о чём говорил принц Суй, из-за чего ответила автоматически, не догадываясь, что подставила саму себя.

Услышав её согласие, Цзюньлинь Цзюцин ощутил, что его сердце стало сладким, словно мёд. Его довольная улыбка растягивалась всё шире и шире, а счастливый блеск в глазах сверкал всё ярче и ярче. Принц Суй почувствовал, что в его душе расцвела весна.

Всю дорогу они шли молча: каждый погрузился в свои собственные мысли. Через некоторое время они достигли ворот, ведущих в сердце гробницы. На огромной и величественной двери из голубого камня был изображён здоровый дракон, могучее тело которого словно нож рассекало туман. Гигантское тело Зелёного дракона будто поглощало и одновременно извергало туман, а взгляд этого зверя был неимоверно жестоким.

Ходили слухи, что четыре великие семьи, включая семью Зелёного дракона, были основаны одновременно с образованием континента Опускающихся туч. Эти четыре семьи представляют собой потомков четырёх мифических священных зверей: Зелёного дракона, Белого тигра, Красной птицы и Чёрной черепахи[1]. Данные великие четыре семьи существуют уже довольно давно. Даже правители всех стран, руководители различных сект, да и все могущественные, влиятельные, богатые и знатные люди на всём континенте Опускающихся туч должны были уважительно относиться к этим семьям.

Получалось, что семья Зелёного дракона имела такую же глубокую историю, как сам континент Опускающихся туч. Гробница Зелёного дракона - это заветное место, где покоились предки семьи Зелёного дракона. Вполне логично, что это место должно быть очень древним. Однако, оказавшись здесь, складывалось впечатление, что гробница Зелёного драконы была только построена. Здесь совершенно не наблюдалось и намека на старину - всё выглядело новым и чистым. Не было даже пыли! Это казалось невероятным.

В прошлой жизни секретные миссии Чэн Цинъянь не ограничивались только убийствами и кражами. Она так же участвовала в расхищении гробниц. Хотя это и было лишь один раз, девушка отчётливо помнила, как выглядела гробница, которую она посетила…

________________________________________

[1] 玄武 - Сюань-У. Дословно переводится как «чёрный воин» (как и писалось ранее). Является духом-покровителем севера, изображается в виде черепахи со змеей вместо хвоста. Так же в некоторых текстах встречала перевод как «чёрная черепаха», потому не стала «изобретать велосипед» и просто поддалась общей тенденции. Далее буду придерживаться уже всем привычного перевода «чёрный воин», однако, в некотором контексте, как, например, в данном случае, придётся упоминать «черепаху», чтобы сохранить смысл. Просто помните, что «Чёрный воин» и «Чёрная черепаха» - это одно и то же.

Не говоря уже о многочисленных ловушках, там было огромное количество ядовитых насекомых и змей, окружающих гробницу, что крайне затрудняло передвижение. Хотя ценность той гробницы была незначительной. К тому же, в той гробнице было абсолютно темно от входа до самого её центра, а большинство предметов, находящихся внутри, подверглись разрушению из-за времени.

Это полностью отличалось от гробницы Зелёного дракона, поэтому Чэн Цинъянь находила это место довольно странным. Даже если хранитель гробницы убирал бы здесь каждый день, он всё равно не добился бы такого безупречного состояния.

- Цзюньлинь Цзюцин, я чувствую здесь что-то странное, - Чэн Цинъянь отвлеклась от вопроса, волновавшего её ранее, и принялась изучать гробницу Зелёного дракона.

- М-м? - принц Суй продолжал крепко держать руку девушки, потому что ощутил тоже самое. И это чувство заставило его очень сильно бояться того, что с Чэн Цинъянь может случиться нечто нехорошее.

Увидев выражение лица Цзюньлинь Цзюцина, девушка поняла, что он также что-то заметил.

- Это место слишком чистое и совсем не повреждённое. Боюсь, здесь что-то не так, - поделилась своими наблюдениями она.

Принц Суй кивнул и шагнул вперёд, чтобы изучить массивную дверь гробницы Зелёного дракона, но почти сразу обернулся, будто что-то уже обнаружил.

- Ты больше не можешь называть меня Цзюньлинь Цзюцин, - серьёзно заговорил он.

Его сосредоточенное выражение лица и озабоченный тон голоса невольно сделали Чэн Цинъянь так же очень серьёзной. Она ожидала, что мужчина сейчас скажет нечто действительно важное, поэтому внимательно слушала каждое его слово.

- Можешь называть меня Цзюньлинь или Цзюцин, Цзюньцзюнь, Линьлинь, Цзюцзю, Цинцин, супруг или муж - выбирай, что хочешь. Но в любом случае тебе больше нельзя называть меня полным именем! - продолжил он всё тем же весьма значимым тоном, а закончив говорить, напряжённо посмотрел на девушку, ожидая её ответа.

Но Чэн Цинъянь чуть не поперхнулась от слов Цзюньлинь Цзюцина. Действительно эти слова произнёс хладнокровный и жестокий его высочество принц Суй? Не слишком ли он отличается от того человека, каким описывают его снаружи? Однако, его выражение лица говорило о том, что Цзюньлинь Цзюцин не будет удовлетворён, пока не получит ответ.

- М-м, Цзюньлинь, - беспомощно улыбнулась она.

Принц Суй довольно кивнул, услышав это, и вернулся к изучению ворот.

- Как маленький ребёнок, - пробормотала себе под нос Чэн Цинъянь с лёгкой улыбкой на губах.

Она только открыла рот, собираясь спросить Цзюньлинь Цзюцина, удалось ли ему что-нибудь обнаружить, как принц Суй резко обернулся. Взглянув друг на друга, они оба нырнули в темноту.

Ко входу в гробницу вели два прохода. По второму прошли Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин, преследовавшие Чэн Яя. Но сейчас из первого прохода отчётливо доносился звук шагов.

Хотя этот звук казался лёгким и едва уловимым, но не стоит забывать, что Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин являлись одними из сильнейших в имперской столице. Они способны прекрасно услышать звук даже малейшего движения так чётко, словно он раздаётся прямо у них в ушах.

Две пары глаз из темноты пристально следили за выходом из первого прохода. Вскоре, в поле их зрения появился угол тёмно-синего одеяния, за которым последовал и носивший его мужчина. Этот мужчина не был слишком старым, а его возраст примерно соответствовал возрасту Чэн Яя.

За мужчиной следовала красивая молодая женщина с любопытным взглядом. Расстояние между ними то сокращалось, то увеличивалось. Было очевидно, что мужчина не очень-то хотел подпускать эту женщину к себе близко, но она всякий раз старалась нагнать его, когда замечала, что сильно отстала.

«Лю Юэлин? Чэн Цзинь? О, это довольно интересно,» - молча улыбнулась Чэн Цинъянь.

«Действительно интересно. Похоже, междоусобицу в семье Зелёного дракона начали эти двое,» - глаза Цзюньлинь Цзюцина сверкнули. К его счастью, Чэн Цинъянь была ниже его ростом, иначе она бы заметила это и смогла бы догадаться, что принц Суй что-то скрывает от неё.

Ранее эта девушка говорила, что способна самостоятельно забрать принадлежащее ей. Если бы она узнала, что почти все воины, собранные Чэн Цзинем и семьёй Лю, на самом деле находятся под командованием Цзюньлинь Цзюцина, то его путь по преследованию своей жены стал бы в разы длиннее.

Чэн Цинъянь только согласилась выйти за него замуж, поэтому Цзюньлинь Цзюцина не позволит ей так просто ускользнуть! Именно из-за этого принц Суй решил отдать ей всех тех воинов, как только они покинут гробницу Зелёного дракона, чтобы Чэн Цинъянь не в чем было его винить.

Подчинённые, охраняющие каждый этаж павильона сокровищ, добросовестно выполняли задачи, поставленные их господином, и ещё не подозревали о том, что их господин уже продал их будущей госпоже. Если бы они узнали об этом, то потеряли бы дар речи.

Но даже если весь дворец Суй будет отдан Чэн Цинъянь, он всё равно окажется передан Цзюньлинь Цзюцином будущей принцессе Суй. Разве это может быть проблемой? Как такое возможно?!

- Что это за место? - спросила Лю Юэлин, глядя широко распахнутыми глазами на огромную дверь перед собой.

- «Зелёный дракон изрыгает туман»? Похоже, мы добрались до центра гробницы, - проведя руками по воротам, тихо сказал Чэн Цзинь.

- «Зелёный дракон изрыгает туман»? Так называется эта дверь? Этот зелёный дракон такой огромный! Неужели это изображение передка семьи Зелёного дракона? - изумилась наложница Лю.

- Правильно, - её постоянные вопросы раздражали третьего старейшину, отчего он нахмурился. Однако, он старался скрыть своё отвращение, полагая, что эта женщина всё ещё может быть ему полезной.

Лю Юэлин была потрясена, получив ответ. Оказывается, легенды не лгали. И, похоже, зверь зелёный дракон действительно покоится здесь. В таком случае, разве она не сможет найти множество уникальных сокровищ, войдя внутрь?

Чем больше наложница Лю думала об этом, тем сильнее волновалась. Если она получит вещи, хранящиеся за этой дверью, и выйдет с ними, то она не только станет главой семьи Зелёного дракона, но и получит огромную силу. Тогда даже императору придётся уважать её. Всё, чего бы она не захотела, сами монархи, высокопоставленные чиновники и дворяне покорно придут и дадут ей это.

Чэн Цзинь посмотрел на выражение лица женщины и догадался, о чём она думает.

- Эта дверь наглухо закрыта, и не имеет даже щели. Видимо, туда сложно попасть, - холодно фыркнул он.

Скрывающиеся в темноте Чэн Цинъянь и Цзюлинь Цзюцин согласно кивнули.

- Разве ничего нельзя сделать? - забеспокоилась Лю Юэлин. Она уже добралась до сюда, но теперь что, должна вернуться обратно ни с чем только потому, что не смогла открыть дверь?

Третий старейшина знал, как открыть эту дверь, но не мог этого сделать без ключа.

- Нужна верительная бирка главы семьи, - Чэн Цзинь поделился известным ему методом, совершенно не ожидая, что у женщины имеется нужная вещь.

Во всей семье Зелёного дракона было только две верительные бирки главы семьи. Разве мог Чэн Яй отдать одну из них наложнице?

- Это она? - взглянув на третьего старейшину, спросила Лю Юэлин и вытащила из рукава чёрно-зелёную прямоугольную табличку.

Чэн Цзинь не поверил своим глазам и сразу же выхватил бирку из рук женщины, чтобы тщательно рассмотреть. Зелёный дракон, довольно реалистично вырезанный на бирке, не оставил никах сомнений. Третий старейшина оказался настолько потрясён, что не знал, как выразить это словами.

- Чэн Яй настолько тебе доверяет? - сдавлено поинтересовался он.

Чэн Цзинь держал в руках то, что с нетерпением жаждал на протяжении многих лет. Он чувствовал себя особенно подавленным от осознания того, что он, достойный старейшина, оказался не так хорош, как какая-то наложница! Как унизительно! Он всё больше и больше ненавидел Лю Юэлин. Даже с наложницей обращались лучше, чем с ним. Кажется, ему просто необходимо разобраться с ней!

- Это не имеет значения! Самое важное сейчас - открыть эту дверь! - отмахнулась Лю Юэлин.

На самом деле она прихватила эту верительную бирку, когда осматривала кабинет Чэн Яя в поисках потайного механизма, с помощью которого тот сбежал. Но сейчас все её мысли были сосредоточены на сокровищах, хранящихся внутри, поэтому наложница Лю не стала ничего объяснять. К тому же, она откровенно опасалась за свою жизнь, если третий старейшина узнает об этом её поступке.

Но откуда Лю Юэлин было знать, что если её не убьёт Чэн Цзинь, то это сделает Чэн Цинъянь, которая притаилась неподалёку.

Не в силах смириться с таким несправедливым отношением, третий старейшина окончательно убедился в мысли о необходимости избавиться от наложницы Лю позже. Используя метод, который он помнил, Чэн Цзинь приложил верительную бирку к огромной двери.

- Поднимись! - вскрикнул он, когда бирка полностью исчезла в пасти дракона, изображённого на двери.

Тут же массивная дверь начала медленно подниматься вверх.

- Оказывается, она двигается вверх-вниз. Не удивительно, что на этой двери не было видно даже щели. Быстрее, идём! - воодушевилась наложница Лю, когда увидела движение двери, и уже собиралась броситься внутрь.

Понимая, что наступило самое подходящее время, два человека, скрывающиеся в темноте, активировали свою духовную силу и атаковали двоих, стоящих перед дверью.

Лю Юэлин и Чэн Цзинь оказались совершенно не готовыми к атаке со спины. К их счастью, Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин не использовали всю свою силу, иначе они бы мгновенно погибли.

Одолев этих двоих, Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин побежали в сердце гробницы, но Чэн Цинъянь оказалась схвачена духовной силой Чэн Цзиня.

Едва Чэн Цинъянь прошла через дверь, как духовная сила Чэн Цзиня потащила её назад. Быстро перевернувшись в воздухе, она наотмашь ударила третьего старейшину в грудь левой ногой.

Чэн Цзинь использовал всю свою духовную силу, чтобы задержать девушку, поэтому у него не было возможности защититься от её прямого удара. Мужчина отлетел в сторону, выплюнув большое количество крови.

После того, как Чэн Цинъянь отправила третьего старейшину в полёт одним пинком, её ноги коснулись земли. Девушка сразу же развернулась и побежала обратно к Цзюньлинь Цзюцину.

Принц Суй сначала собирался помочь Чэн Цинъянь, но когда увидел её действия, остановился. Его губы плавно растянулись в улыбке, а по его телу разлилось чувство радости. Цзюньлинь Цзюцин взял Чэн Цинъянь за руку, и они вместе поспеши в сердце гробницы.

Поскольку освещение возле входа в центр гробницы было довольно тусклым, Чэн Цзинь и Лю Юэлин не могли разглядеть лиц напавших на них. Однако, по очертаниям их силуэтов, а также по слаженности их действий и по поведению в целом, они предположили, что эти двое являлись мужем и женой. Причём эта пара обладала довольно большой силой!

Они были абсолютно не способны противостоять этой паре. Не зависимо от того, насколько сильно их стремление к высокому статусу и богатству, в первую очередь следовало сохранить свои жизни. Поэтому им только и оставалось, что молча наблюдать, как та парочка входит в сердце гробницы.

Глядя на удаляющиеся спины с горящими от нежелания смириться глазами, третий старейшина и наложница Лю в своих сердцах проклинали эту парочку, надеясь, что они не смогут войти, а ещё лучше, умрут прямо за дверью. И их мысли словно были услышаны кем-то свыше.

Бежавшие вперёд Чэн Цинъянь и Цзюлинь Цзюцин наткнулись на прозрачный барьер, по которому от этого столкновения прокатилась рябь, как по поверхности воды. Из-за этого они оба упали на землю и выглядели так, будто потеряли сознание.

Увидев это, Лю Юэлин и Чэн Цзинь переглянулись, затем медленно поднялись на ноги и не спеша направились к двери. Не желая пострадать также, как эти двое, они попытались осторожно прикоснуться к прозрачному барьеру. Но, к своему удивлению, они совершенно ничего не ощутили. За дверью не оказалось никаких препятствий и барьеров!

- Ха-ха-ха! Кажется, несчастье действительно принесло нам благословение. Если бы эти двое не бросились вперёд, то здесь бы лежали мы, - наложница Лю ощутила настоящую радость, увидев глупость парочки.

- Два путника, здесь тепло зимой и прохладно летом, тихо и умиротворённо. Ваше место захоронения находится в гробнице Зелёного дракона моей семьи Зелёного дракона, но это ваше благословение, которое вы накопили за прошлые жизни, - злорадно произнёс Чэн Цзинь, прежде чем направиться внутрь. Но перед уходом, он не забыл пнуть девушку, чтобы отомстить за её прошлый удар.

Третий старейшина и наложница Лю поспешили в сердце гробницы. Разглядывая сокровища, сверкающие со всех сторон, они просто не могли поверить своим глазам.

Все виды духовных камней, ядра демонических зверей, золотые монеты, нефрит и разнообразные предметы, которые было довольно трудно купить даже за баснословные деньги, валялись в центре гробницы, словно груды мусора.

- О, Небеса! Семья Зелёного дракона настолько богата! Если использовать эти сокровища, то можно нанять огромное количество могущественнейших мастеров! - воодушевилась Лю Юэлин, вытащив духовный камень из огромной кучи, что находилась рядом с ней.

Хотя Чэн Цзинь тоже испытал потрясение от увиденного богатства, но после того, как наложница Лю продемонстрировала свою жадность, притворился отчуждённым.

- Я могу понять невежество женщин, - презрительно фыркнул он, - но сокровища семьи Зелёного дракона - это не то, к чему имеет право прикоснуться любой желающий!

Сначала Лю Юэлин не поняла смысл его слов, но сильный удар в спину заставил её осознать это. Резко обернувшись, она с ненавистью посмотрела на третьего старейшину, ладонь которого всё ещё оставалась вытянута.

- Чэн Цзинь, что ты задумал? Разрушишь мост, перейдя реку? - сердито закричала она.

- Ты правильно говоришь! Семья Зелёного дракона всегда будет носить фамилию Чэн. А ты, Лю Юэлин, всего лишь наложница, которая убила предыдущего главу семьи ради сокровищ нашей семьи! Как новый глава семьи, я обязан разобраться с этим! - праведно, не без пафоса, заявил Чэн Цзинь.

Лю Юэлин никогда не думала, что третий старейшина, который помогал ей советами, и вместе с которым они строили планы, окажется тем, кто в итоге предаст её.

- Разве не ты говорил мне, что я навсегда останусь твоей женщиной, и что ты всегда будешь хорошо относиться ко мне? А убить Чэн Яя, чтобы освободить место главы семьи, была твоя идея! Теперь ты хочешь свалить всё это на меня?! Ты… - наложнице Лю пришлось приложить немало усилий, чтобы вынести боль в груди и проглотить поднимающуюся по горлу кровь. Широко распахнутыми глазами она потрясённо смотрела на Чэн Цзиня.

- О, как я, глава семьи Зелёного дракона, могу иметь нечистую женщину? Даже купленная в борделе женщина должна быть невинной, - с отвращением поморщился третий старейшина.

- Чэн Цзинь, не рассчитывай на хорошую жизнь, даже если я умру! - взревела наложница Лю и, собрав всю свою духовную силу, бросилась на мужчину.

Третий старейшина увидел, что Лю Юэлин собирается взорвать себя и тем самым убить их обоих, и попытался сбежать, проклиная эту сумасшедшую в своём сердце. Однако, в панике он случайно задел механизм, который активировал очередную ловушку.

Без какого-либо предупреждения или звука на них обоих обрушился дождь из стрел. В тоже время все сокровища исчезли, и под ливнем из стрел остались только Лю Юэлин и Чэн Цзинь.

Непрерывный поток стрел мешал продвижению третьего старейшины, но это помогло наложнице Лю быстро нагнать его. Настигнув мужчину, она набросилась на него и повисла, обхватив тело Чэн Цзиня руками и ногами, словно осьминог.

- Ненормальная, отпусти меня! Если ты продолжишь так висеть, мы оба умрём! - третий старейшина хотел зарубить мечом повисшую на его спине женщину, но не мог освободить руку.

К этому моменту Лю Юэлин уже напоминала ежа, поскольку совершенно не сопротивлялась дождю из стрел.

- Ха-ха-ха, - безумно рассмеялась она, услышав его слова, - Чэн Цзинь, ты собираешься стать главой семьи Зелёного дракона? Вперёд! Я посмотрю, как ты это сделаешь, оказавшись запертым здесь! Даже если ты умрёшь, я поддержу тебя. Ранее здесь уже погибли двое: муж и жена. Поэтому мне тоже нужен компаньон, чтобы дорога к Жёлтому источнику не была тоскливой!

- Ты больная! Безумная! - сердито прокричал Чэн Цзинь.

- Пусть я безумная, в таком случае позволь мне, безумной, взять тебя с собой! Пусть ты и Чэн Яй вместе сопровождаете меня! - наложница Лю продолжила истерично смеяться, вместе с тем разгоняя свою духовную силу до предела, пока, в один миг, оба не утонули в дожде из стрел.

Но прежде чем они навсегда закрыли глаза, Чэн Цзинь и Лю Юэлин отчётливо увидели двух людей, застывших на входе и с удивлением наблюдавших за ними. И третий старейшина, и наложница Лю испытали настоящий шок, но не сколько от того, что эта парочка оказалась жива, а потому что теперь смогли хорошо разглядеть их. Девушкой являлась прекрасно известное ничтожество и уродина Чэн Цинъянь. А державший её за руку красивый мужчина был знаменитым жестоким принцем Суй, который никогда прежде не был замечен ни с одной женщиной.

Сложно с таким смириться, находясь в полушаге от смерти, поэтому оба не закрывали глаза до самой своей кончины.

- Здесь тепло зимой и прохладно летом, тихо и умиротворённо. Ваше место захоронения находится в гробнице Зелёного дракона моей семьи Зелёного дракона, но это ваше благословение, которое вы накопили за прошлые жизни, - тихо произнесла Чэн Цинъянь.

Эти слова побудили Цзюньлинь Цзюцина ещё больше баловать её.

- Ты девушка, которая отомстит за любую обиду. Тебя действительно не стоит провоцировать, - похвалил он.

- Так что не обижай меня в будущем! - высокомерно усмехнулась Чэн Цинъянь.

Как только два человека, находившиеся в сердце гробницы, испустили последний дух, дождь из стрел прекратился. Сразу после этого в полу образовалась огромная дыра, темная и непроглядная, будто пропасть. Подобно пылесосу она начала поглощать всё с земли, хотя при этом не ощущалось никакой всасывающей силы.

Дыра исчезла, как только навела идеальную чистоту на полу. В следующий миг из стен со всех сторон посыпались сокровища гробницы, которые вернулись на свои прежние места.

- Высокие технологии! - пробормотала себе под нос Чэн Цинъянь, наблюдая за этой сценой.

- Что? - Цзюньлинь Цзюцин не расслышал ясно, поэтому переспросил.

- Ничего, - отмахнулась Чэн Цинъянь, - я думаю: мы можем войти?

Цзюньлинь Цзюцин кивнул, крепче сжал маленькую тоненькую руку девушки и направился в самое сердце гробницы. Его знаний в области формаций и различных механизмов было более чем достаточно, чтобы определить, что в данный момент все активированные ловушки закончили своё действие. Поэтому они могли спокойно войти.

Чэн Цинъянь позволила Цзюньлинь Цзюцину вести её вперёд. После того, как он спросил: «Что? - она задумалась: стоит ли раскрыть ему свой секрет о перемещении из другого мира? Поверит ли он в это? Теперь, когда она приняла преследование Цзюньлинь Цзюцина, не будет ли слишком плохо, если она продолжит скрывать от него это?

После долгих размышлений Чэн Цинъянь всё же решила признаться Цзюньлинь Цзюцину. Поскольку она была уверена, раз они любят друг друга, то должны вместе делить все радости и горести, поэтому скрывать что-то было не очень хорошей идеей. Кроме того, она сможет утаить это первого числа месяца, но не сумеет умолчать пятнадцатого числа: рано или поздно он всё равно узнает об этом, так что будет лучше, если она признается во всём сама.

- Цзюньлинь, я… - Чэн Цинъянь только начала говорить, но тут же была прервана Цзюньлинь Цзюцинем.

- Послушай, есть какое-то движение, - приложив указательный палец к её губам, прошептал он.

Чэн Цинъянь мгновенно направила всё своё внимание на окружающие звуки и действительно уловила некоторые шорохи.

- Стана впереди, - указала она, - там есть скрытое помещение!

Пара стремительно ворвалась в потайную комнату. Цзюньлинь Цзюцин поднял свой меч, наполненный его духовной силой, и направил его в сторону скрывающегося здесь человека. В это же время Чэн Цинъянь по привычке потянулась к висящему на поясе Браунингу, но не обнаружив его, просто сложила пальцы пистолетом и нацелилась на голову противника.

- Опусти своё оружие, присядь и держи руки за головой! - резко приказала она.

Не понятно, что возымело больший эффект, её слова или её странные действия, но скрывающийся человек неосознанно подчинился. Отпустив ветки, он обхватил голову руками и присел на корточки, повернувшись лицом к дереву.

Принц Суй с удивлением наблюдал за Чэн Цинъянь, которая угрожала человеку вытянутым вперёд указательным пальцем в то время как её большой палец был поднят вверх. Но девушка этого не заметила, так как всё её внимание было сосредоточенно на сидящем на корточках человеке.

Он хотел спросить об этом у Чэн Цинъянь, но увидев её суровый взгляд, ощутил, что не стоит этого делать. Возможно, это некое боевое искусство, созданное самой девушкой?

К тому же, как её будущий муж, он был обязан во всём доверять и поддерживать её! «Супруга всегда права!» - только это правильное утверждение!

Приняв такое решение, Цзюньлинь Цзюцин тоже переключил своё внимание не человека, сидящего под деревом.

- Подними голову! - приказал он.

Человек послушно выполнил эту команду, и все трое, наконец, смогли разглядеть друг друга.

- Чэн Яй? - немного удивилась Чэн Цинъянь, не ожидая, что найти его будет так просто.

- Чэн Цинъянь? Ваше высочество принц Суй? - а вот Чэн Яй был сильно поражён.

Его потрясло не только то, что эти двое сумели попасть сюда, но и держались вместе. Глядя на их взаимоотношение, складывалось ощущение, что… они… супруги!

Верно! Супруги!

Но как такое возможно? Как его высочество принц Суй, самый талантливый и красивый человек, может жениться на самой никчёмной и уродливой женщине? Это нелогично!

Чэн Яй полностью погрузился в свои мысли, пытаясь осознать увиденное и найти этому хоть какое-то нормальное объяснение, и совершенно забыл про существование двух людей, которые по-прежнему угрожали его жизни.

- А мне всё было интересно: где в такой огромной гробнице скрылся Чэн Яй? Оказалось, он прятался в этой потайной комнате, - усмехнулась Чэн Цинъянь.

Хаотичные мысли главы семьи оказались прерваны ею. Чэн Яй с любопытством посмотрел на дочь и Цзюньлинь Цзюцина.

- Как получилось, что вы с его высочеством принцем Суй вместе? - не сумел сдержаться он и задал так мучавший его вопрос.

- Тебя не должно это е… - Чен Цинъянь хотела огрызнуться, но была прервана Цзюньлинь Цзюцином.

Принц Суй убрал меч и взял девушку за руку, которая всё ещё оставалась сложена в форме пистолета.

- Это хозяйка моего дворца Суй империи Божественного клёна. Принцесса Суй империи Божественного клёна, жена этого принца Суй империи Божественного клёна! - с любовью глядя на Чэн Цинъянь, ласково произнёс он.

В каждой стране континента Опускающихся туч есть закон: как только к титулу добавляется название государства, он становится официальным, и после его уже невозможно отозвать или отменить. Так что титул может быть присвоен не только императорским указом, но и «одним быстрым словом благородного человека», сказанным публично.

Теперь, когда Цзюньлинь Цзюцин произнёс такие слова перед другими, это означает, что он не сможет отказаться от Чэн Цинъянь до конца своей жизни.

Поскольку Чэн Цинъянь мало знала о законах, принятых на континенте Опускающихся туч, она восприняла эти слова поверхностно. Но Чэн Яй являлся главой семьи Зелёного дракона долгое время. Когда он услышал это заявление, то задался вопросом: была ли это его галлюцинация, или его высочество принц Суй совершил ошибку?

- Ваше высочество, вы… - Чэн Яй не знал, как спросить об этом.

Как не знал и том, являлось ли благословением или проклятием то, что его высочество принц Суй, самый красивый и талантливый мужчина континента Опускающихся туч выбрал его никчёмную первую дочь.

Почему его высочество принц Суй не обратил своё внимание на его вторую дочь Чэн Цянь, которая одновременно являлась красивой и талантливой девушкой, а фактически дал пожизненную клятву его ничтожной уродливой первой дочери Чэн Цинъянь?

Это нелогично!

Маленькое сердце Чэн Яя получило огромный удар, увидев во взгляде принца Суй бесконечную любовь к Чэн Цинъянь. Он осознал, что его дочери безнадёжны.

«В то время Линсинь была такой же: она очаровала многих могущественных и влиятельных людей со всего континента. Может быть, даже не смотря на то, что её дочь выросла такой, она всё ещё способна покорить мир?» - молча размышлял Чэн Яй.

От внезапной нежности Цзюньлинь Цзюцина щёки Чэн Цинъянь слегка покраснели. Чтобы справиться с этим, она кивнула вперёд, давая принцу знак отправиться на поиски сокровища, которое искал здесь Чэн Яй.

Она очень хорошо знала, что то, что искал Чэн Яй, было сокровищем, о котором упоминали те могущественные люди, которые ранее приходили в семью Зелёного дракона, почувствовав мощные колебания её силы души.

Что же касаемо её самой, Чэн Цинъянь ощутила в своём сердце необъяснимое острое стремление к этому сокровищу. Если бы не оно, то ей было не на столько скучно, чтобы вместе с Цзюньлинь Цзюцином спускаться в эту гробницу Зелёного дракона ради убийства Чэн Яя. Девушка знала, что даже если бы они с принцем Суй не пришли, то Чэн Цзинь ни за что не позволил бы Чэн Яю покинуть гробницу Зелёного дракона живым.

Следует отметить, что Чэн Цзинь, способный достичь должности третьего старейшины в семье Зелёного дракона, являясь всего лишь обычным учеником побочной ветви семьи, не был простым и глупым человеком. Если бы не выдающиеся актёрские навыки её и Цзюньлинь Цзюцина, то обмануть тех двоих так просто не получилось бы. В конечном счёте, тогда бы она сама была вынуждена оставить семью Зелёного дракона и, скорее всего, сопровождать Лю Юэлин и Чэн Яя.

Цзюньлинь Цзюцин сразу понял, что имела в виду Чэн Цинъянь. Он отозвал свою духовную силу из меча в его руке и направился к Зелёному дереву.

Зелёным дерево назвали потому, что оно всё полностью, в том числе и его ствол, было чистого зелёного цвета. А вокруг этого дерева кружили крошечные светлячки, которые также были зелёными.

Принц Суй использовал своё восприятие, чтобы лучше изучить этих светлячков, и полученный результат напугал даже его.

Эти зелёные огоньки были светом души. Но они не рассеивались как все те, которые он видел ранее, а поглощались этим Зелёным деревом, словно являлись источником его жизненной силы.

Как правило, считается, что души рассеиваются и улетают в Небеса [1]. Представшая сцена выглядела прекрасной, но какая энергия скрывалась за этой великолепной картиной? Трудно догадаться, сложно понять, жутко смотреть.

Цзюньлинь Цзюцин быстро подавил удивление, отразившееся в его взгляде. В следующий же миг его чёрные глаза сверкнули высокомерием, жестокостью, холодностью и жаждой убийства. Он заметил несколько белых листов бумаги, которые ранее читал Чэн Яй, и стал внимательно рассматривать их.

Но на бумаге были изображены загадочные символы, которых он никогда прежде не видел, и они казались довольно странными.

Принц Суй был озадачен. Пусть он и не знал всего с древних времён до настоящих дней, но всё же он прочёл все книги, хранящиеся в имперских библиотеках разных стран, поэтому знал даже о многих тайнах других империй. Но эти загадочные символ были совершенно незнакомы ему, словно не принадлежали этому миру, что выглядело весьма странно.

Чэн Цинъянь отчётливо увидела замешательство Цзюньлинь Цзюцина. Она опустила руку, удерживающую Чэн Яя, чтобы подойти поближе. Ей стало любопытно, что же могло удивить знаменитого принца Суй. Напрочь забыв о том, что должна следить за отцом, она направилась к Цзюньлинь Цзюцину.

- Цзюньлинь, как… - Чэн Цинъянь замолчала на полуслове.

Принц Суй сразу обернулся на её голос, но сцена, которую он увидел, заставила его мгновенно выпустить убийственную ауру и гнетущее давление от его духовной силы.

Чэн Яй крепко держал дочь за шею. Поскольку он был отравлен ранее, то к данному времени его духовная сила стала незначительной. Однако, мужчина всё ещё угрожал Чэн Цинъянь голыми руками, потому что верил, что даже остатков его духовной силы будет более чем достаточно, чтобы справиться с таким ничтожеством, как его старшая дочь. В его глазах это было было «убийство курицы ножом для убоя быков».

Но именно эта уверенность в итоге отправила его к Жёлтому источнику.

Цзюньлинь Цзюцин был подобен движущейся Антарктиде. Он смотрел на Чэн Яя так, будто видел перед собой труп, а в его взгляде можно было отчётливо прочесть: «Для тебя огромная честь увидеть, как ты умрёшь от моей руки» и «Ты осмелился прикоснуться к ней? Ты ищешь смерти?».

От этого убийственного взгляда у Чэн Яя закружилась голова, но он быстро списал такое состояние на своё отравление. Теперь в его руках находилась жизнь принцессы Суй! Независимо от того, насколько был силён Цзюньлинь Цзюцин и как сильно он хотел убить его, Чэн Яй знал, что в его руках Чэн Цинъянь умрёт раньше, чем принц Суй сможет что-либо предпринять.

Но он не понимал, что же означает этот взгляд его высочества принца Суй? Неужели Цзюньлинь Цзюцин собирался отказаться от женщины, о которой поклялся заботиться до конца своей жизни, ради того, чтобы убить его и заполучить сокровище семьи Зелёного дракона?

Возможно ли это?!

__________________________________________________

[1] По религиозным учениям Китая принято считать, что человек имеет 7 душ: 3 души Хунь и 4 души По. Души Хунь связаны с силами ян, а души По с инь. Души Хунь управляют духом человека (включая эмоции и ментальные процессы, в том числе сон и транс, во время которых они могут временно покидать тело и действовать автономно), а По - его телом (физиологические процессы и двигательные функции тела). После смерти человека Хунь улетают на небо, а По уходят в землю или рассеиваются.

Чэн Яй быстро осознал, что это вполне возможно!

Кто такой его высочество принц Суй? Его имя известно всему миру, его грозную силу невозможно измерить, его заслуженно называют Богом убийств, жестокий и кровожадны (на самом деле очень злобный и коварный), весь мир вращается в его руках…

Действительно совершенный!

Только глядя на этого человека, начинаешь сомневаться в фразе «никто не идеален, никто не совершенен».

Разве может такой человек, которому было суждено покорить весь мир, отказаться от своих невероятных перспектив ради какой-то женщины (тем более такой уродины, как Чэн Цинъянь)?

У всех мужчин есть амбиции! В их сердцах на первом месте всегда стоит власть. Семейная привязанность, любовь, дружба? Всё это просто ступеньки на пути к могуществу!

Чэн Яй прекрасно понимает это, ведь он сам такой же!

Но… всегда есть исключения!

Притянув Чэн Цинъянь ближе к себе и ещё крепче сжав её шею, Чэн Яй пытался сопротивляться давлению, оказываемому духовной силой Цзюньлинь Цзюцина.

- Ваше высочество принц Суй, в мире так много красавиц, - заговорил он, намереваясь договориться, - зачем вешаться на кривом дереве? Семья Зелёного дракона может быть полностью в вашем распоряжении. Сокровища из гробницы Зелёного дракона разделим шестьдесят на сорок, большая часть - вам, а вы позволите мне уйти. Хорошо?

Цзюньлинь Цзюцин отчётливо увидел, как Чэн Яй крепче сжал шею Чэн Цинъянь, отчего его взгляд стал ещё жёстче.

- О? - с холодной ухмылкой отозвался он.

Увидев такую реакцию Цзюньлинь Цзюцин, Чэн Яй решил, что принц Суй недоволен подобным распределением сокровищ.

- Вам - семьдесят, а мне - тридцать, - попытался он ещё раз.

- О?

- Вам - восемьдесят, мне - двадцать!

- О?

- Вам - девяносто, мне - десять! Ваше высочество принц Суй, это последнее предложение! У меня и так практически ничего не осталось!

- Ха-ха-ха… - вместо уже ожидаемого «О?» прозвучал злобный смех.

Но этот смех заставил Чэн Яя занервничать и ещё сильнее сжать шею Чэн Цинъянь.

Лицо Цзюньлинь Цзюцина потемнело, но его губы растянулись в лёгкой улыбке, которая не могла сулить ничего хорошего.

- Я хочу… - медленно заговорил он.

Услышав начало его фразы, Чэн Яй испытал облегчение. Конечно же, для каждого мужчины, особенно амбициозного, самое главное - это сила, которая поможет достичь желаемого!

Но следующие слова принца Суй заставили Чэн Яя выглядеть уродливо. Он непроизвольно вздрогнул, словно от лютого холода.

- … твою жизнь, - тон Цзюньлинь Цзюцина был лёгким и непринуждённым, как будто он рассказывал о хорошей еде, которую ел сегодня на обед (хотя его высочество принц Суй никогда не говорил об этом).

Но едва эти слова прозвучали, Чэн Яй отправился на встречу с правителем Ада.

Цзюньлинь Цзюцин намеревался разнести голову Чэн Яя сразу, как только закончит говорить, но не успел ничего сделать. Чэн Цинъянь призвала элементали молнии и направила их в тело Чэн Яя.

Мощнейший разряд отбросил главу семьи Зелёного дракона и с огромной силой вбил в стену из обсидиана, отправив Чэн Яя на реинкарнацию.

Выражение лица Цзюньлинь Цзюцина смягчилось, когда он увидел, что Чэн Цинъянь освободилась от захвата Чэн Яя. Но стоило ему только заметить красные отпечатки пальцев на белой нефритовой шее девушки, как принц Суй снова стал мрачным.

- Я помогу тебе избавиться от них, - Цзюньлинь Цзюцин взял Чэн Цинъянь за руку, не отрывая взгляда от красных следов от пальцев.

- Я сама могу это сделать, - фыркнула Чэн Цинъянь.

Но разве мог Цзюньлинь Цзюцин согласиться?

Цзюньлинь Цзюцин прижался губами к красному следу на шее Чэн Цинъянь и, используя элементаль света, начал медленно восстанавливать её белую кожу.

Чэн Цинъянь была поражена его действиями. Сколько уже раз этот парень воспользовался ситуацией с того момента, как они вошли в гробницу Зелёного дракона?Может ли он зайти ещё дальше?!

Она хотела оттолкнуть Цзюньлинь Цзюцина, но застыла, услышав его слова.

- Янь’эр, мне так жаль. Однажды я поклялся себе, что больше никогда не позволю тебе испытать боль. Прости, я так боюсь тебя потерять, - опустив голову на плечо девушки, прошептал он.

Те сцены, когда Чэн Цинъянь была ранена, пока он никак не мог её найти, снова и снова стояла перед глазами Цзюньлинь Цзюцина. Будь то события в дремучем лесу в Чёрных горах или в лесу Демонов, его, прежде всегда хладнокровное, сердце теперь сжималось от боли.

Чэн Цинъянь и не догадывалась, что имеет для него такое значение, поэтому ощутила себя немного неловко.

- Это моя вина. Я больше не позволю тебе беспокоиться. Поверь мне, - мягко произнесла она, погладив Цзюньлинь Цзюцина по спине.

Внешне они оба выглядели безразличными, но смысл слов каждого проник глубоко в сердца друг друга.

- Хорошо, давай взглянем на бумагу, которую ранее изучал Чэн Яй. Может быть, мы что-нибудь обнаружим, - Чэн Цинъянь крепко обняла Цзюньлинь Цзюцина, а затем, отпустив его, направилась к Зелёному дереву.

Принц Суй, естественно, верил в Чэн Цинъянь. Во всём мире не было ни одного человека, которому бы он безоговорочно доверял. Но всё это было ровно до того момента, пока он не встретил Чэн Цинъянь.

- Я никогда прежде не видел таких загадочных символов, - одной короткой фразой Цзюньлинь Цзюцин признался в своей беспомощности.

Чэн Цинъянь кивнула, подняла несколько листов бумаги, которые упали на землю, и начала внимательно рассматривать их.

Она думала, что тоже не сможет ничего понять. Однако, как ни странно, девушка обнаружила, что чем дольше она смотрела на эти загадочные символы, тем более знакомыми они ей казались, будто бы она уже видела их раньше.

Более того, постепенно она действительно начала понимать смысл. Эти загадочные символы не были глифами[1] или рунами. Весь лист бумаги как будто стал более древним из-за этих загадочных символов, и, внимательно всматриваясь в них, Чэн Цинъянь постепенно поняла из значение. Это было просто невероятно!

- Что случилось? Янь’эр, ты понимаешь эти загадочные символы? - Цзюньлинь Цзюцину было достаточно одного взгляда на Чэн Цинъянь, чтобы догадаться о её мыслях. Но он не знал, почему это произошло.

- Да, значения этих символов сами собой возникают у меня в голове. Хотя я не знаю, как и почему это происходит, но приятно иметь возможность понять их, - кивнула Чэн Цинъянь.

Принц Суй не стал больше мешать и тихо ждал, когда девушка дочитает все загадочные символы.

Отложив в сторону последний лист бумаги, Чэн Цинъянь подняла голову и посмотрела на Цзюньлинь Цзюцина.

- Это история о самом ценном сокровище семьи Зелёного дракона - Истребляющем Зелёном драконе, - заговорила она, - Истребляющий Зелёный дракон - это оружие, принадлежавшее предкам семьи Зелёного дракона, которое они использовали, сражаясь вместе с тремя другими великими семьями за мир. Оно считается самым сильным среди всех оружий и является высшим духовным оружием… На последнем листе бумаги написана лишь одна фраза: «Зелёное дерево поглощает душу, дракон уничтожает мир».

- Духовное оружие? - на долю секунды Цзюньлинь Цзюцин снова удивился.

- Цзюньлинь, что такое духовное оружие? Что означает фраза «Зелёное дерево поглощает душу, дракон уничтожает мир»? - чем больше Чэн Цинъянь думала об этом, тем более странным ей всё это казалось. Почему она никогда раньше не слышала о стольких вещах?

- Духовное оружие - это общее название для оружия, для использования которого, как для защиты, так и для нападения, необходимо применять силу души. Фраза «Зелёное дерево поглощает душу, дракон уничтожает мир», вероятно, означает, что Зелёное дерево является своего рода посредником, в которое и необходимо ввести силу души, чтобы призвать Истребляющего Зелёного дракона. Если напитать Истребляющего Зелёного дракона достаточной силой, то его мощи должно хватить на то, чтобы уничтожить весь континент, - Цзюньлинь Цзюцин вспомнил всё, о чём ранее читал в книгах про четыре великих семьи.

Там семейные сокровища этих семей описывались, как нечто невероятно могущественное, словно им вовсе не было равных. В то время принц Суй был довольно скептически настроен и не воспринял всерьёз эти описания, но теперь он изменил своё мнение.

_______________________________________________________

[1] Глиф - элемент письма, конкретное графическое представление графемы. Графема - минимальная единица письменности: в алфавитных системах письма - буква (или другое отражение фонемы), в неалфавитных системах письма - слоговой знак, иероглиф, идеограмма и другие.

Эти описания оказались подлинными!

- Способен уничтожить весь континент? Это шутка?! - реакция Чэн Цинъянь была точно такой же, как у Цзюньлинь Цзюцина, когда он впервые прочитал об этом.

Да и кто бы не усомнился в подобных описаниях, узнав о них впервые?

Всем известно, что какой бы мощью не обладало оружие, оно по прежнему остаётся всего лишь оружием. Уничтожить целую страну - это вероятно. Но было бы большим преувеличением сказать, что с его помощью возможно уничтожить целый континент.

- Но это не невозможно, - ответил принц Суй.

От его слов глаза Чэн Цинъянь округлились. Девушка откровенно отказывалась принять саму вероятность этого.

- Я уже встречал описание этого оружия в книге, - пояснил Цзюньлинь Цзюцин, - мощь некоторых видов оружия на самом деле не имеет себе равных. Но только оружейник способен полностью понять их специфику.

- В таком случае мне придётся научиться изготавливать оружие, - вздохнула Чэн Цинъянь.

Если бы это сказал кто-нибудь другой, то его наверняка бы высмеяли. Но говорившей была Чэн Цинъянь, тем более человеком, который её слушал, являлся принц Суй.

- Ну, у Янь’эр есть талант оружейника, - улыбнулся он.

- О, кстати, разве Чэн Яй не пришёл сюда за Истребляющим Зелёным драконом? - Чэн Цинъянь почти забыла, что она тоже пришла сюда ради сокровища.

- Вполне возможно. В таком случае Истребляющий Зелёный дракон должен быть где-то здесь, - согласился Цзюньлинь Цзюцин. Сказав это, он принялся за поиски.

Чэн Цинъянь кивнула и направилась к Зелёному дереву, намереваясь изучить его по-лучше. Однако, едва её руки коснулись ствола дерева, как вся гробница Зелёного дракона затряслась так, словно была готова рухнуть в любой момент.

Чэн Цинъянь тут же отдёрнула руку, а принц Суй незамедлительно помчался к ней на самой быстрой за всю его жизнь скорости. Одной рукой он крепко обнял Чэн Цинъянь, а другой вырвал из земли Зелёное дерево, после чего бросился к выходу.

- Цзюньлинь, осторожно! Слева огонь! - вскрикнула Чэн Цинъянь.

Гул и грохот от взрывов наполнили всю гробницу. Ревущие потоки пламени вырывались из зелёных стен, соединялись с падающими сверху огромными камнями, и превращались в разрушительные огненные снаряды, сметающие всё на своём пути.

- Цзюньлинь, отпусти меня! - теперь, оказавшись под его защитой, Чэн Цинъянь ощущала себя обузой и не была способной сделать хоть что-либо.

Цзюньлинь Цзюцин услышал её, но ничего не ответил, только сжал Чэн Цинъянь в своих объятиях ещё крепче. Чэн Цинъянь была готова расплакаться. Она видела, как один из горящих камней угодил в руку Цзюньлинь Цзюцина, но, к счастью, он оказался небольшим, и принц Суй не сильно пострадал.

Почему всё изменилось так быстро? Она только коснулась Зелёного дерева, и гробница Зелёного дракона начала рушиться?!

Выход становился всё ближе и ближе, отчего идущий снаружи свет ощущался всё более и более явно. По всей видимости они провели в гробнице Зелёного дракона всю ночь, и на улице уже рассвело.

- Цзюньлинь, мы почти вышли, бежим! - Чэн Цинъянь ощутила, что сила Цзюньлинь Цзюцина, с которой он её удерживал, значительно ослабла, и потянулась, чтобы самой обнять мужчину и вместе броситься вперёд. Но в этот самый миг принц Суй резко толкнул её, отправив в полёт.

Духовная сила Цзюньлинь Цзюцина вынесла Чэн Цинъянь из гробницы и мягко опустила на ноги. Прежде чем Чэн Цинъянь успела как-нибудь отреагировать, перед ней на землю рухнуло Зелёное дерево, преграждая девушке путь. В следующий миг массивная дверь закрылась.

Чэн Цинъянь уставилась на захлопнувшуюся перед ней дверь широко раскрытыми глазами. Её руки сжались в кулаки так сильно, что ногти впились в ладони.

- Цзюньлинь! - прокричала она.

Сейчас Чэн Цинъянь пребывала в полной растерянности. Один голос в её голове говорил, что она должна вернуться и спасти Цзюньлинь Цзюцина. Другой утверждал, что она должна больше доверять ему и остаться ждать здесь, на не возвращаться, чтобы не стать для него обузой.

- Доверься ему! Ты должна в него верить! - прижав руки к груди, пыталась убедить себя Чэн Цинъянь, - со своими способностями, даже если попадёшь внутрь, что ты сможешь сделать? Ты будешь только мешать! Ты просто бесполезна! Ничтожество!

Словно разом лишившись всех сил, она опустилась на колени перед закрытой дверью, то и дело продолжая ругать себя, называя «ничтожеством». А из её глаз бесконечным потоком лились слёзы.

Тем временем в сердце гробницы Зелёного дракона…

В это время по центру гробницы Зелёного дракона непрерывно вращался большой зелёный огненный шар. Цзюньлинь Цзюцин стойко переносил чередующиеся потоки обжигающе-горячего и ледяного воздуха, наблюдая за этим зелёным огненным шаром с холодным блеском в глазах.

Внезапно огромный зелёный огненный шар замер, а в следующий миг покрылся множеством мелких трещин и начал разваливаться.

Раздался оглушительный рёв, после которого огромный зелёный огненный шар превратился в гигантского зелёного дракона, способного заслонить небо и солнце. Зелёный дракон тут же устремился из сердца гробницы, разрушая все преграды на своём пути.

На короткий миг Цзюньлинь Цзюцин был потрясён, но, опасаясь, что зелёный дракон вырвется наружу и причинит вред Чэн Цинъянь, он бросился вдогонку, атакуя монстра своей духовной силой.

Точное попадание заставило зелёного дракона яростно взреветь. Его громоподобный рёв и остаточная энергия от атаки Цзюньлинь Цзюцина обрушила закрытую массивную дверь. Дракон лишь оглянулся на человека, нагоняющего его, и направился прямо к Чэн Цинъянь, стоящей на земле на коленях.

Но разве мог принц Суй позволить ему приблизиться к Янь’эр? Используя всю мощь своей духовной силы, он снова атаковал монстра.

Зелёный дракон дракон больше не смел это игнорировать и повернулся к Цзюньлинь Цзюцину, чтобы сразиться с ним.

Столкновение двух могущественных сил заставило содрогнуться само пространство вокруг них. По своей силе Чэн Цинъянь значительно уступала сражающимся, поэтому, всё что ей оставалось, это использовать элементали пространства, чтобы попытаться защитить себя и не пострадать от происходящей рядом битвы.

Когда человек и дракон сражаются, небо и земля меняют свой цвет.

Цзюньлинь Цзюцин уже обнажил свой меч. Он не мог позволить себе проявить и каплю небрежности. Зелёный дракон оказался слишком силён. Принц Суй откровенно опасался того, что уровень духовной силы этого дракона значительно превосходил его, поэтому монстр был способен с лёгкостью одолеть его.

Однако, как ни странно, зелёный дракон почему-то не использовал всю свою силу. Но и в этом случае Цзюньлинь Цзюцин больше не мог держаться.

В конце концов, целый уровень - это огромный разрыв в силе. Поэтому более могущественные с такой лёгкостью убивают слабых.

Чэн Цинъянь наблюдала, как быстро расходуется духовная сила Цзюньлинь Цзюцина. Чем больше она волновалась в своём сердце, тем спокойнее становилось выражение её лица.

Наконец, отломив ветку от Зелёного дерева, она использовала элементали пространства, чтобы мгновенно переместиться и тоже вступить в бой. Возникнув прямо перед Цзюньлинь Цзюцином, Чэн Цинъянь отразила очередную атаку зелёного дракона, приняв весь удар на себя.

- Мы тебя подменим, а ты сперва отдохни, - прокричала она.

И прежде чем принц Суй успел возразить, Чэн Цинъянь вызвала Маомао себе в помощь. Взглянув на зелёного дракона, она собиралась вступить в сражение, но перед этим захотела сказать что-нибудь грубое и провокационное.

- Как ты посмел причинить боль…

- Кто? Я? - перебил её зелёный дракон. В его голосе было столько возмущения, будто он был несправедливо обвинён, - я не собирался нападать на твоего мужа! Это он первым атаковал меня!

- Да, ***ть! - не сдержалась Чэн Цинъянь, а её глаза расширились от удивления.

Пусть в своем сердце она уже приняла Цзюньлинь Цзюцина, но услышать слово «муж» из уст кого-то постороннего стало для неё полной неожиданностью. Как у этого монстра только язык повернулся?!

У Цзюньлинь Цзюцина, сидящего на земле и восстанавливающего свои силы, словно открылось второе дыхание от этих слов. Он больше не выглядел уставшим и измождённым трудной битвой. Мысленно он многократно поблагодарил зелёного дракона. Но почти сразу у него возникло желание прокричать: «Кто позволил тебе обращаться к ней на "ты"? Её следует называть "принцесса Суй"!»

- Девочка, сперва остановись. Нехорошо запугивать своего учителя и уничтожать своего предка! - зелёный дракон хотел по привычке погладить свою бороду, но, коснувшись подбородка, осознал, что у него нет бороды.

- Какое ещё запугивание учителя и уничтожение предка? Мой учитель уже давно умер, и теперь его душа привязана к малому пространству древности. А мой отец? Я не знаю, куда они с моей матерью отправились! Если ты предок семьи Зелёного дракона, то мне очень жаль, но некий Чэн Яй - не мой отец. Так что, можно сказать, что семья Зелёного дракона не имеет ко мне никакого отношения! - фыркнула Чэн Цинъянь, с лёгкостью раскрыв существование Та Е.

В это время, в малом пространстве древности, Та Е, который изучал пилюли, изготовленные Чэн Цинъянь ранее, несколько раз чихнул и, не придав этому значения, продолжил своё занятие.

- Это не имеет значения, - зелёный дракон, казалось, вовсе не был удивлён, - не имеет значения! Неважно, что глава Чэн умер! Для него большая честь быть убитым тобой!

Чэн Цинъянь в удивлении вскинула брови: «Это действительно предок семьи Зелёного дракона? Почему ты не защищаешь свою семью, а помогаешь чужакам?»

Зелёный дракон вообще не смутился. Он на самом деле думал, что Чэн Яй был самым удачливым из всех двухсот пятидесяти человек, что возглавляли семью после него! Теперь зелёный дракон считал число «двести пятьдесят» счастливым.

- Ты действительно предок семьи Зелёного дракона? - усомнилась Чэн Цинъянь. Разве нормально реагировать подобным образом?

Интересно, если бы Чэн Яй услышал, что его предок не только не злился на человека, убившего его, но и сказал: «Для него большая честь быть убитым тобой!», - то возродился бы от негодования и ярости?

- Разумеется! Если бы я не был предком семьи Зелёного дракона, то сегодня ты бы встретила другого дракона, - махнув хвостом, зелёный дракон опустился на землю и превратился в красивого и элегантного мужчину.

Чэн Цинъянь ничуть не удивилась, потому что уже знала, что мифические священные звери обладают способностью к трансформации. После того, как зелёный дракон приземлился, она тоже опустилась на землю и посмотрела на человека перед собой. Он был одет во сё зелёное, а его тёмно-чёрные волосы развивались, словно ими играл лёгкий ветерок.

- В таком случае, почему ты пришёл ко мне? - поинтересовалась Чэн Цинъянь.

И без того узкие глаза мужчины стали ещё уже, но в его взгляде была тёплая и нежная улыбка.

- Очаровательная девушка… - но прежде чем он продолжил говорить, его прервал принц Суй.

Цзюньлинь Цзюцин просто подлетел к Чэн Цинъянь и заключил её в свои объятия.

- Моя принцесса не нуждается в комплиментах от других мужчин, - холодно взглянув на дракона, принявшего облик человека, надменно заговорил он, - я прочёл все книги континента Опускающихся туч и знаю намного больше приятных слов, чем тот, кто был заперт в гробнице на сотни лет.

Слова Цзюньлинь Цзюцина заставили Чэн Цинъянь покраснеть. Очевидно же, что дракон просто проявил вежливость, но реакция принца придала его словам совершенно иной смысл.

Какая тактичность? Какие правила приличия? Он вообще не знает этого?!

Однако, услышав, как принц Суй защищает свою жену, мужчина совершенно не рассердился, а лишь рассмеялся.

- Девочка, а этот парень довольно неплох! - довольно произнёс он, - кажется, я не зря ждал столько лет. Наконец-то я нашёл для тебя хорошего мужа!

Чэн Цинъянь хотела вырваться из объятий Цзюньлинь Цзюцина, чтобы взглянуть на мужчину, но едва она попыталась дёрнуться, как принц Суй ещё крепче прижал девушку к себе.

Мужчина не ожидал ответа и не был раздражён. Он махнул правой рукой, и мощный поток зелёной энергии, похожий на толстую верёвку или змею, устремился к Чэн Цинъянь, рассекая воздух и создавая вспышки искр, как электрический разряд, что даже немного сотрясло само пространство вокруг.

Сначала Цзюньлинь Цзюцин собирался остановить этот поток энергии, но быстро обнаружил, что тот обильно насыщен духовной силой. Хотя принц не знал наверняка, что это такое, но был уверен, что это должно быть полезным для Чэн Цинъянь. Поэтому он не стал блокировать поток энергии и отпустил девушку из своих объятий.

Чэн Цинъянь посмотрела на поток зелёной энергии, который замер перед ней, а потом перевела взгляд Цзюньлинь Цзюцина. Принц выглядел совершенно спокойным.

- Как это получить? - кивнув Цзюньлинь Цзюцину, поинтересовалась она, обращаясь к дракону в человеческом обличии.

- Я не думал, что ты спросишь так прямо, девочка, - ответил мужчина.

Хотя его слова несли смысл того, что мужчина удивлён, на его лице это никак не отразилось. Наоборот, складывалось впечатление, что дракон ожидал этого вопроса.

- Тебе нужно поймать его за хвост и удержать лишь одной рукой, второй рукой нельзя помогать. Если сможешь подчинить его, значит, получишь его, - мужчина сделал небольшую паузу, прежде чем продолжить, - это как приручить лошадь. Ты должна уметь это.

В своей прошлой жизни Чэн Цинъянь на самом деле владела навыками верховой езды. Поэтому объяснение было понятным, но не особо удивило её.

Девушка понимала, что раз этот мифический священный зверь ещё несколько сотен лет назад смог предсказать, что она войдёт в гробницу зелёного дракона, и ждал её всё это время, то ему, наверняка, было известно и о её прошлой жизни.

Чэн Цинъянь больше не стала ни о чём думать. Взглянув на густой зелёный поток энергии, зависший перед ней, она протянула левую руку, чтобы схватить тонкий, напоминающий шёлк, хвост.

Как только Чэн Цинъянь коснулась хвоста, зелёный поток энергии резко дёрнулся, отбросив её руку. Рукав девушки оказался полностью разрезан, а на её белой, словно нефрит, коже появились шрамы. И хоть эти раны не кровоточили, но боль от них была более чем реальной.

Однако, эта боль стимулировала Чэн Цинъянь. Точно так же, как тогда, когда она начала учиться верховой езде и была сброшена дикой лошадью на землю, что не только причинило ей боль, но и разозлило её.

Тем не менее, разве та дикая лошадь не смерила свой норов и не стала послушной перед ней в итоге?

Чэн Цинъянь всегда верила, что в мире нет ничего невозможного. А после того, как оказалась здесь, эта идея ещё сильнее укоренилась в ней. Поэтому, если она не получит эту мощную силу сегодня, то её фамилия не Чэн!

Чэн Цинъянь активировала всю свою духовную силу, и различные потоки элементалей стихий собрались вокруг девушки, образуя крепкий защитный кокон. В одно мгновение небо в радиусе пятидесяти километров затянули плотные облака, поднялся сильный втер, а окружающий мир изменил свой цвет.

Чэн Цинъянь снова протянула руку к тонкому хвосту, но прежде чем она успела его коснуться, услышала голос в своей голове.

- Он не любит, когда к нему прикасаются с помощью духовной силы, - предостерёг зелёный дракон, принявший облик человека.

Но зачем ему помогать ей? Разве эта ситуация - не проверка для неё? Но он всё ещё использует передачу голоса, чтобы тайно подсказывать ей?!

Разумеется, Чэн Цинъянь не стала продолжать использовать свою духовную силу, чтобы удержать зелёный поток энергии. Но как только она собралась отозвать свою духовную силу, голос зелёного дракона снова прозвучал в её голове.

- Тебе лучше ударить его как можно сильнее, - посоветовал он.

Эти слова ошеломили Чэн Цинъянь. Она бы решила, что зелёный дракон просто шутит, но не уловила и нотки веселья в его тоне.

Уголки рта девушки слегка дёрнулись. Разве он только что не сказал, что этот парень не любит, когда к нему прикасаются с помощью духовной силы? В таком случае, почему можно использовать духовную силу, чтобы ударить его?

- В настоящее время наследование уже не такое популярное и честное, как тысячу лет назад, - словно почувствовав сомнения Чэн Цинъянь, зелёный дракон снова передал свой голос в её разум, - я не шучу. Если бы мои слова были ложью, то подобные места наследованная уже давно оказались бы закрыты из-за жалоб.

Услышав эти слова, Чэн Цинъянь вдруг почувствовала, что она не переместилась в другой мир, а обзавелась некой системой. Сейчас она выполняла задания этой системы, а те, другие, системы, которые не удовлетворяли пользователей своим качеством, были возвращены изготовителю из-за жалоб. От подобной мысли уголки её глаз слегка дёрнулись.

Чэн Цинъянь снова взглянула на зелёный поток энергии. Она не стала отзывать свою духовную силу, а сконцентрировала её мощь в руках.

Сжав левую руку в кулак, который содержал в себе всю её духовную силу, она ударила по зелёному потоку энергии. Её движение было чётким и аккуратным, а сам удар был направлен на слабое место зелёного потока энергии - хвост.

Кулак устремился к зелёному потоку энергии, вызвав сильные вибрации в окружающем пространстве. А из некоторых мест, где поток энергии был наиболее слабым, раздался звук, напоминающий бьющееся стекло.

Девять видов обычных элементалей и элементали пространства не оставили зелёному потоку энергии и шанса увернуться, даже если бы он захотел. Всё, что ему оставалось, это свернуться в шар, чтобы спрятать свой хвост.

Чэн Цинъянь безжалостно ударила по зелёному потоку энергии. Ветер, вызванный движением её кулака, издавал ревущий звук. Зелёный поток энергии, казалось, ощутил приближение этого удара, и будто бы почувствовал, что даже если не погибнет от него, то будет сильно покалечен.

Поэтому…

Поэтому зелёный поток энергии сдался без сопротивления.

«Глупости! Почему бы не сдаться, когда твоя жизнь в опасности? Вы даже не представляете, насколько страшна эта женщина! У-у-у!»

Чэн Цинъянь увидела, что зелёный поток энергии поднял вверх свой маленький хвостик, и поняла, что эта «штука» капитулирует. Однако, она остановила свой кулак только тогда, когда он оказался всего в нескольких сантиметрах от зелёного потока энергии.

Когда зелёный поток энергии увидел, что кулак Чэн Цинъянь остановился, он смог расслабиться и будто бы вздохнул с облегчением. Маленький хвост похлопал по длинному туловищу, словно зелёный поток энергии успокаивал себя.

На самом деле наличие интеллекта у этого зелёного потока энергии стало неожиданностью для Чэн Цинъянь. Но причина, по которой она остановила свой кулак всего в нескольких сантиметрах от зелёного потока энергии, заключалась в том, что девушка решила просто подшутить над ним. Действительно, если бы она и правда покалечила его, то чтобы она смогла сделать с таким никудышным наследием? Отгонять злых духов?

На практике, скорость удара Чэн Цинъянь была настолько медленной, что находящимся рядом людям захотелось заснуть. Даже не обладающее духовной силой ничтожество смогло бы двигаться быстрее, верно?

Но зелёный дракон не высказал этих мыслей, потому что Цзюньлинь Цзюцин смотрел на Чэн Цинъянь, которая с улыбкой убирала кулак, и выражение его лица значительно отличалось. Мифический священный зверь был уверен, что если произнесёт это вслух, то эта гробница Зелёного дракона на самом деле станет местом его вечного упокоения.

Цзюньлинь Цзюцин, казалось, заметил взгляд зелёного дракона, принявшего облик человека, и без труда смог понять его мысли. Внезапно глаза принца наполнились холодом, а на континенте Опускающихся туч снова появилась Антарктида.

Это заставило Чэн Цинъянь посмотреть на Цзюньлинь Цзюцина с очевидным недоумением.

Зелёный дракон не мог вынести жгучего холода, исходящего от принца Суй. Заметив, что Чэн Цинъянь справилась с зелёным потоком энергии, он поспешил сменить тему.

- Поскольку девочка достигла успеха, следует усовершенствовать это, - заговорил он, - раз уж моё тело зелёного дракона только что признало тебя своим хозяином. Однако, оно всё ещё довольное слабое и нуждается в обработке оружейником, прежде чем станет возможным вернуть его былую мощь: Зелёное дерево поглощает душу, дракон уничтожает мир.

- Но я не знаю, как обрабатывать оружие, - теперь Чэн Цинъянь столкнулась с некоторыми трудностями, - даже учитель умеет только изготавливать пилюли.

- А-апчхи! Ах, мой гриб! - Та Е снова чихнул и случайно выронил гриб, который только-только достиг его рта.

- Учитывая, что в твоём теле присутствуют элементали золота и огня, ты от природы обладаешь талантом к изготовлению оружия и не только. Помимо изготовления оружия и пилюль, ты также имеешь склонность к созданию формаций. Если ты захочешь, твой муж сможет обучить тебя этому. Всё же его способности нельзя недооценивать, - ранее зелёный дракон разозлил Цзюньлинь Цзюцина и теперь, конечно же, постарался порадовать его своими словами.

Наполненные холодом глаза принца Суй мгновенно засверкали. Он одобрительно кивнул зелёному дракону, а затем выжидающе посмотрел на Чэн Цинъянь.

- Нет никакой спешки в том, чтобы изучать построение формаций. Сейчас намного важнее научиться обрабатывать оружие. Ты говоришь, что у меня есть талант к изготовлению оружия, но даже если я хочу это освоить, мне всё равно потребуется наставление учителя, верно? - нахмурившись, ответила Чэн Цинъянь и поместила зелёный поток энергии в своё пространство в теле.

- Учитель у тебя появится, просто немного подожди и не беспокойся! Теперь тебе следует отправиться туда, где остановился алхимик, который гостит в семье Зелёного дракона, но ты должна идти одна. Когда ты окажешься там, ты найдёшь мастера, способного обучить тебя изготовлению оружия, - пока зелёный дракон говорил, его фигура постепенно становилась более прозрачной.

И прежде чем Чэн Цинъянь успела заметить, зелёный дракон, принявший облик человека, почти полностью исчез. Девушка поспешно попыталась удержать его, но не ощутила никакого прикосновения, словно схватила воздух.

- Куда ты уходишь? - нахмурившись, спросила Чэн Цинъянь и крепко сжала руку Цзюньлинь Цзюцина.

- Девочка, после долгих раздумий, я решил рассказать тебе кое-что перед своим уходом, чтобы ты не находилась в полном неведении. Эти защитники трона Сюло не могут рассказать тебе слишком многое, потому что в настоящее время ты всё ещё слишком слаба. Эти знания станут для тебя тяжкой ношей, которая не только замедлит твоё развитие, но и поспособствует развитию внутренних демонов, что сделает твою жизнь более тяжёлой и даже сможет погубить тебя. В будущем, когда ты станешь сильнее, они постепенно раскроют тебе всё, так что не вини их, - произнёс зелёный дракон, прежде чем полностью исчезнуть.

Эти слова заставили Чэн Цинъянь нахмуриться ещё сильнее. Стоявший рядом Цзюньлинь Цзюцин крепко обнял девушку, тем самым показывая, что всегда будет рядом и всегда поддержит её.

Чэн Цинъянь кивнула в ответ.

- На самом деле…

- На самом деле, я всего лишь один из многих контрактных зверей твоей матери, - голос зелёного дракона продолжил звучать в голове Чэн Цинъянь, - теперь я всего лишь остаток души, не имеющий тела, поэтому я способен продержаться недолго. Есть слишком много вещей, о которых я не успел рассказать, но это наследие - это то, что ты должна получить. Поэтому я ждал тебя здесь столько лет. Кроме этого, твоя мать оставила тебе и много других вещей на этом континенте, но тебе придётся найти всё это самостоятельно. Надеюсь, ты сумеешь оправдать ожидания своей матери и найдёшь их все…

Зелёный дракон выдержал паузу, прежде чем продолжить говорить.

- Твоя мать оставила на континенте Опускающихся туч ещё трёх мифических священных зверей: Белого тигра, Красную птицу и Чёрную черепаху. Думаешь, почему четыре семьи стали великими семьями континента Опускающихся туч? Это всё из-за твоей матери. Твоя мать привела нас, четырёх мифических священных зверей, чтобы покорить континент Опускающихся туч, но её имя известно даже за пределами этого континента.

Услышав это, Чэн Цинъянь почувствовала себя немного странно.

- Тогда почему я ничего не слышала о своей матери, хотя уже так долго нахожусь здесь? - спросила она.

- Если бы в сердцах этих людей сохранилась воспоминания о твоей матери, твоя жизнь не была бы мирной, - вздохнул зелёный дракон, - тебя бы преследовали не только поклонники твоей матери, но и её враги. Думаешь, смогла бы ты в таких условиях спокойно совершенствоваться?

Чэн Цинъянь согласилась с этими словами и кивнула в ответ.

- Девочка, это мои последние слова, - продолжил мифический священный зверь, - но они касаются множества вещей. Надеюсь, ты сумеешь их понять в нужное время. Не действуй импульсивно.

От понимая того, что он действительно собирается уйти, во взгляде Чэн Цинъянь отразилось откровенное нежелание.

- Угу, - подавив свои эмоции, согласно кивнула она.

- С момента своего основания в четырёх великих семьях установлено одно и тоже семейное правило, - перешёл к самой сути зелёный дракон, - которое заключается в том, что они ожидают тебя, чтобы передать тебе наследие четырёх мифических священных зверей. То есть, по сути, ты являешься истинным главой всех четырёх великих семей. Такова была воля твоей матери. Перед своим уходом она стёрла память о себе многим людям. Теперь прямые потомки и старейшины этих семей помнят только о существовании человека. Но они давно забыли, кто он, и не знают, кого они ждут. Это известно только четырём мифическим священным зверям. Таким образом, твоя личность… - прежде чем зверь закончил говорить, его голос полностью исчез.

- Я понимаю, - вздохнула Чэн Цинъянь, выслушав его, и после недолгого раздумья добавила, - мне будет нелегко раскрыть эту свою личность.

Разумеется, она не собиралась распространяться об этом. В настоящее время она всё ещё была слишком слабой, словно маленький муравей. Могущественные люди, значительно превосходящие её по силе, могли с лёгкостью раздавить её. Кроме того, сейчас она на самом деле считает Най Яоци, Ся Цяньму и Мо Лю своими друзьями. Но если она раскроет свою личность, то это может повлиять на их дружбу. Тем более, нет гарантии, что другие поверят ей.

В конце концов, едва ли кто-то воспримет за истину слова о том, что всем известная ничтожная и уродливая девушка является тем самым человеком, которого обязались ждать прошлые поколения, верно?

Вполне вероятно, что люди из этих семей воспримут такое известие за издевательство и даже оскорбление их великих семей. А это только вызовет дополнительные неприятности.

Зелёный дракон полностью исчез, и Чэн Цинъянь постепенно пришла в себя. Открыв глаза, она обнаружила, что находится в объятиях Цзюньлинь Цзюцина.

- Янь’эр, ты очнулась? Ты потеряла сознание посреди слов зелёного дракона. Кажется, ты действительно слишком устала. Тебе потребовалось почти два дня, чтобы принять наследие зелёного дракона, - принц Суй поднял девушку на руки и понёс к карете, запряжённой лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса.

«Я потеряла сознание, пока зелёный дракон говорил?» - Чэн Цинъянь оказалась в лёгком замешательстве. Разве она не разговаривала с зелёным драконом всё это время?

Просто, когда она услышала о своей матери, она перестала обращать внимание на Цзюньлинь Цзюцина. Так же Чэн Цинъянь решила, что всё их общение происходит в её сознании, поэтому не удивилась тому, что не увидела принца рядом.

Цзюньлинь Цзюцин достал с потайной полки мягкое одеяло и завернул в него Чэн Цинъянь.

- Поскольку ты устала, сначала отдохни. Я разбужу тебя, когда мы вернёмся в семью Зелёного дракона, - предложил он.

Внезапное появление кареты Чэн Цинъянь объяснила, как одну из способностей принца Суй. Придя к такому выводу, она спокойно заснула в объятиях Цзюньлинь Цзюцина.

Глядя на безмятежное лицо человека, мирно спящего в его объятиях, губы принца Суй слегка изогнулись. «Зелёный дракон сказал, что я подхожу на роль твоего мужа. Получается, я должен получить признание всех четырёх мифических священных зверей, а так же девяти защитников и самого императора Сюло. Янь’эр, на тебе действительно нелегко жениться,» - подумал он.

- Янь’эр, мы прибыли в семью Зелёного дракона, просыпайся, - тихий голос Цзюньлинь Цзюцина прозвучал в ушах Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь, которая до этого крепко спала, тут же открыла глаза.

- Меня так долго здесь не было. Может быть, семья Зелёного дракона уже попала в чужие руки? - она быстро разобралась в ситуации и, едва проснувшись, сразу покинула объятия принца Суй и бросилась в поместье.

Её слова и действия заставили Цзюньлинь Цзюцина покачать головой и улыбнуться. Он хотел рассказать девушке правду, поэтому поспешил за ней.

Чэн Цинъянь только вошла в ворота особняка семьи Зелёного дракона и была удивленна представшей перед ней картиной.

Накануне ночью произошло жестокое сражение на территории семьи, но сегодня… всё выглядело так, словно ничего этого не было. Возникло ощущение того, что всё случившееся ранее являлось лишь плодом воображения.

Слуги и служанки спокойно выполняли свою работу. Они были старательными и невозмутимыми. Увидев Чэн Цинъянь, они почтительно склоняли головы и произносили: «Приветствую главу!»

Пребывая в лёгком шоке, Чэн Цинъянь шла вперёд, пытаясь найти кого-нибудь знакомого. Но ей никак это не удавалось.

Она же отсутствовала всего одну ночь, и вдруг, каким-то образом оказалась на должности главы семьи Зелёного дракона, хотя сама ничего не знала об этом. Более того, по всей видимости, больше половины всех слуг, что работали в поместье ранее, оказались заменены. Девушка едва могла заметить кого-то, кто работал в семье Зелёного дракона ранее.

Внезапно Чэн Цинъянь остановилась, вспомнив кое о чём. Поразмышляв несколько мгновений, она бросилась в «Персиковый сад». Цзюньлинь Цзюцин, который внимательно следовал за ней, так же повернул в том направлении.

Открыв дверь пинком ноги, Чэн Цинъянь прошла во внутреннюю комнату. Однако, она не увидела человека, который должен был лежать в пастели. Вместо этого её встретил взгляд мастера Вэй Цюна, сидящего у окна.

- Чэн Цянь умерла? - Чэн Цинъянь подошла к алхимику и уселась на деревянный стул напротив него.

- Девочка, почему ты думаешь, что она умерла? Неужели я, мастер Вэй Цюн, настолько неспособен в твоих глазах? - с некоторой гордостью отозвался алхимик, подув на чайный листья, плавающие на поверхности в его чашке.

- Значит, её забрал Цзюньлинь Цзыцзюэ? - предположила Чэн Цинъянь.

Исходя из ответа мастера Вэй Цюна, она смогла прийти только к такому выводу. Если Чэн Цянь не находилась в доме семьи Зелёного дракона, то где ещё ей быть, если не во дворце наследного принца? Конечно, со своими травмами, Чэн Цянь больше не стоит мечтать о том, чтобы стать женой наследного принца.

- В соответствии с распоряжением одного человека, после ночного сражения никто не осмелится помешать тебе возглавить семью Зелёного дракона. И Чэн Цянь так же не сможет сделать этого, - неторопливо проговорил мастер Вэй Цюн, как будто для него было совершенно обычным вот так просто решать судьбу великой семьи.

Разумеется, являясь алхимиком, в первую очередь его волновали только его собственные навыки изготовления пилюль. А всё остальное не имело для него особого значения.

- Кажется, принц Суй очень дорожит тобой, как своей будущей принцессой, - увидев, что Чэн Цинъянь молчит, продолжил матер Вэй Цюн.

- Это работа людей Цзюньлиня? - на мгновение Чэн Цинъянь растерялась, но быстро пришла в себя.

«Похоже, я должна ему ещё больше,» - рассмеялась про себя девушка. Оказалось, она была настолько глупа, что совершенно не заметила таких очевидных вещей, которые бы с лёгкостью увидел любой внимательный человек. Видимо, после того, как она переместилось в это тело, её интеллект действительно снизился.

- Ладно, поскольку здесь, в столице империи Божественного клёна, больше нет никаких дел, идём со мной, - мастер Вэй Цюн поднялся на ноги и поправил свою одежду.

Услышав слова алхимика, Чэн Цинъянь сразу вспомнила то, о чём ей говорил зелёный дракон.

- Хорошо, я пойду с тобой. Но ты должен рассказать мне, куда ты хочешь меня отвести и для чего, - кивнула Чэн Цинъянь.

Не имея полного представления о сути дела, она не станет легко доверять кому-либо, кроме Цзюньлиня. Даже со своими друзьями она оставалась бы настороже, потому что только так могла гарантировать свою безопасность.

- Пойдём к моему учителю. Это недалеко: на границе империй Божественного клёна и Божественной степи, на вершине Прекрасной жемчужины в Суй[1]. Давай подготовимся и завтра рано утром отправимся в путь, - кратко объяснил алхимик.

__________________________________________________

[1] Для тех, кто забыл: Суй - реальное географическое название, не имеющее перевода (глава 1).

Сказав это, мастер Вэй Цюн покинул «Персиковый сад». Чэн Цинъянь ещё долго сидела на месте со сложным выражением на лице. Глядя в окно, она наблюдала за тем, как лепестки цветов персика кружились в воздухе на фоне закатного неба. Эта картина внушала такое умиротворение, что глаза девушки постепенно закрылись.

- Уже смеркается. Почему бы тебе не пойти на ужин? - сзади раздался знакомый мужской голос.

Чэн Цинъянь даже не требовалось оборачиваться, чтобы узнать его обладателя.

- Иду, - не открывая глаз отозвалась она, но при этом не сдвинулась с места.

Глядя на её реакцию, Цзюньлинь Цзюцин сразу догадался, что Чэн Цинъянь уже узнала о его причастности к подчинению семьи Зелёного дракона. Он медленно подошёл, сел рядом и заключил дремлющую девушку в свои объятия.

- Янь’эр, ты всё ещё растёшь, - тихо заговорил принц, - я надеюсь, что ты сможешь сможешь расти и развиваться мирно и спокойно, поэтому делаю многое. Я не хочу, чтобы ты отвлекалась на всякие мелочи и беспокоилась по пустякам. Когда ты станешь сильнее, мы сможем быть вместе и стоять бок о бок.

Услышав эти слова, Чэн Цинъянь открыла глаза и посмотрела на прекрасное лицо мужчины, обнимающего её. В это время её сердце наполнило ощущение тепла.

- Цзюньлинь, больше всего я хочу, чтобы ты смог поверить в меня. Тебе следует знать, что я не желаю становиться канарейкой в золотой клетке, - пояснила она.

- Я лишь пытаюсь компенсировать отсутствие заботы о тебе в течении последних двенадцати лет, - прислонившись своим лбом ко лбу девушки, ответил Цзюньлинь Цзюцин.

- Ты имеешь в виду, что собирался преследовать[1] меня с момента моего рождения? - рассмеялась Чэн Цинъянь.

- Если бы это было возможно, - глядя влюблённым взглядом, совершенно серьёзно произнёс Цзюньлинь Цзюцин.

Увидев этот взгляд, Чэн Цинъянь ощутила себя несколько беспомощной. Неужели этот человек на самом деле является известным хладнокровным и безжалостным принцем Суй? Почему он всё больше напоминает ребёнка, который порой выглядит избалованным и лишь иногда - серьёзным?

- Ладно, я поняла. Давай сначала поужинаем. Завтра мне нужно будет кое-что сделать, - Чэн Цинъянь поднялась на ноги, покинув объятия Цзюньлинь Цзюцина, и направилась к выходу.

- В таком случае, пожалуйста, позаботься о своей безопасности. Границу между двумя империями не так то просто пересечь. Я буду ждать, когда ты вернёшься, - принц Суй за один шаг нагнал Чэн Цинъянь и, взяв её за руку, крепко сжал ладонь девушки.

- Угу, - кивнула Чэн Цинъянь.

Цзюньлинь Цзюцин понимал, что это было правильно. В конце концов, он тоже слышал слова Зелёного дракона об учителе для Чэн Цинъянь. Просто сама мысль о том, что он не сможет сопровождать свою Янь’эр, наполняла его сердце нежеланием. И это так раздражало!

На следующий день…

- Цзюньлинь здесь? - спросила Чэн Цинъянь у служанки, следовавшей за ней, дойдя до входа в «Персиковый сад».

- У его высочества появились дела во дворце, - почтительно склонив голову, отозвалась женщина.

Чэн Цинъянь слегка нахмурилась: «Его вызвали во дворец?» Внезапно в её памяти всплыл вчерашний разговор с мастером Вэй Цюном: «Чэн Цянь тоже забрали». Что бы это могло значить?

- Что-то случилось во дворце наследного принца? - продолжила спрашивать она.

- Вчера новая наложница наследного принца, Чэн Цянь, умерла, - без какой-либо паузы ответила служанка.

Услышав эти слова, Чэн Цинъянь слегка приподняла брови: «Она умерла?» Похоже, репутация мастера Вэй Цюна на самом деле не преувеличена.

- Хорошо, после того, как я уйду, ты возглавишь семью Зелёного дракона и станешь руководить ею от моего имени. Не подведи своего главу, - бросила на прощанье Чэн Цинъянь и запрыгнула в карету, которая сразу устремилась в небо.

Если бы эта женщина не была одной из людей Цзюньлинь Цзюцина, Чэн Цинъянь не сказала бы ей таких слов, потому что не могла быть уверена в других.

- Да, - уважительно ответила служанка, которая всё ещё стояла на месте.

Карета мчалась к границе империи Божественного клёна на ошеломляющей скорости. Примерно через четверть часа она уже достигла Прекрасной жемчужины в Суй. Если бы на горе на было барьера, препятствующего передвижению по воздуху, Чэн Цинъянь не прекратила бы полёт кареты у подножья этой горы.

- Вы такие быстрые. Давайте, я награжу вас, - Чэн Цинъянь небрежно достала из пространства в своём теле пригоршню листьев дерева Проясняющая прекрасная жемчужина и протянула их двум лошадям истребляющей тени, ревущей в небеса.

Когда две лошади увидели эти листья, они выглядели так, будто не ели никогда в своей жизни. Они просто смели все листья со скоростью, превосходящей скорость ветра.

- Ребята, отправляйтесь немного отдохнуть, а я сама поднимусь на гору, - одним движением руки Чэн Цинъянь поместила двух лошадей и карету в пространство в своём теле.

Это действие было таким привычным, но Чэн Цинъянь никогда бы не подумала, что такое маленькое пространство в её теле способно вместить в себя огромное дерево, большой пруд, все сокровища из гробницы Зелёного дракона, Зелёное дерево, Маомао, беспокойного зелёного дракона, множество книг и пузырьков с пилюлями. Каким образом туда же поместились две лошади истребляющей тени, ревущей в небеса и карета размером с гостиную?

___________________________________________________________

[1] Китайская культура довольно специфическая. Так, если говорить о романтических отношениях, то тот, кто влюбился/увлёкся начинает преследовать объект своей симпатии. Под словом «преследовать» подразумевается не только его прямое значение, но и привычное нам ухаживание. Однако, слово «ухаживать» здесь нельзя применять, потому что оно, как и «служить», имеет подтекст сексуальных отношений.

Правда, Чэн Цинъянь особо не задумывалась об этом, потому что сейчас она хотела только как можно скорее подняться на гору Прекрасная жемчужина в Суй, чтобы найти учителя мастера Вэй Цюна и расспросить его о своей матери, а так же о том, почему зелёный дракон сказал ей отправится одной.

Преодолев половину подъёма, Чэн Цинъянь уже устала. Она испытывала голод и жажду, поэтому, не имея другого выбора, была вынуждена остановиться на отдых, устроившись под большим деревом поблизости.

Чэн Цинъянь позвала Маомао, лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса и зелёного дракона присоединиться к ней, пока жарила рыбу на костре.

- Теперь только вы остались со мной, - улыбнулась она, - Сяомо и Сяоюй не покидают своих собственных пространств, а Та Е настолько увлёкся выращивание грибов, что его невозможно вытащить из малого пространства древности. Неужели те двое занимаются чем-то подобным?

- Угу-у-у, - откусив кусок жирной рыбы, приготовленной для него на костре, пробормотал Маомао. «Хозяин верно говорит!»

И у Маомао, и у лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса было чем перекусить, но зелёный дракон не имел этого. Он просто продолжал смотреть на ароматную жирную рыбу, поскольку не мог есть.

- Ну, если ты не можешь есть рыбу, тогда прими ванну, - Чэн Цинъянь достала небольшой таз, наполнила его водой из пруда из пространства в её теле и поставила его перед зелёным драконом.

Увидев это, зелёный дракон быстро облетел вокруг девушки и сразу же нырнул в воду. Практически мгновенно его тело словно растворилось, а сам таз начал лучиться глубоким и умиротворяющим синим[1] светом.

- Проблема с освещением решена. Теперь мне не придётся периодически просыпаться, чтобы поддерживать костёр. Можно спокойно проспать всю ночь. Сяоме[2] всё ещё полезен, - Чэн Цинъянь вытерла рот и руки носовым платком после того, как съела жирную рыбу, а затем направилась в карету, чтобы поспать.

Когда Маомао увидел, что Чэн Цинъянь вошла в карету, он быстро вымыл лапы в тазу и бросился следом за ней. Из-за Цзюньлинь Цзюцина у него давно не было возможности обнять свою хозяйку. Он так скучал по аромату чая, исходящего от тела девушки!

Но едва Маомао запрыгнул в карету, как увидел Чэн Цинъянь, пребывающую в неком замешательстве и растерянности.

- Угу-у-у, - шагнув вперёд и потянув девушку за рукав, спросил он. «Мастер, что случилось?»

- Маомао, что произошло с пространством в моём теле? - Чэн Цинъянь собиралась достать из своего пространства одеяло, но обнаружила, что не может его открыть.

- Угу-у-у, - «Я пойду и посморю».

Тело Маомао мелькнуло и мгновенно исчезло, отправившись в пространство в теле Чэн Цинъянь. Это заставило девушку почувствовать себя странно. Почему у неё не получалось открыть пространство в своём теле, а Маомао с такой лёгкостью попал туда?

- Угу-у-у, - маленькая молочная вернулась так же внезапно, как и исчезла. «Мастер, я не могу войти!»

- Что случилось? Разве ты не попал внутрь? - Чэн Цинъянь запуталась ещё больше.

- Угу-у-у, угу-у-у, - начал жаловаться Маомао, - «Я успел только взглянуть на пространство в твоём теле, и меня сразу же вытолкнула какая-то мощная сила. Но я успел увидеть, что там твориться настоящий хаос. Внутри всё погрузилось в кромешную тьму, даже сияние дерева Проясняющая прекрасная жемчужина почти померкло».

- Настоящий хаос? Кромешная тьма? Неужели, пространство начало меняться... - Чэн Цинъянь взяла Маомао на руки и провела рукой по его белоснежной шелковистой шерсти.

Демонический зверь беспомощно посмотрел на девушку. Хотя он уже не раз говорил, что он - не собака, Чэн Цинъянь по-прежнему продолжала относиться к нему, как к собаке.

- Ладно, пока оно обновляется, ты можешь оставаться снаружи, - вздохнула девушка.

Ранее она убрала шерстяное одеяло в пространство в своём теле и поскольку не могла найти одеяло, которое Цзюньлинь Цзюцин оставил в карете, то пыталась достать то. Но теперь она сумела отыскать мягкое пушистое одеяло, поэтому больше не заботилась о пространстве в своём теле.

Чэн Цинъянь улеглась на мягкий диван, облегчённо выдохнула и спокойно заснула, продолжая обнимать Маомао.

В это время совсем рядом со скоростью, которую было невозможно заметить невооружённым глазом, промелькнул луч синего света. Разумеется, и сама Чэн Цинъянь не смогла увидеть его.

Если сказать, что это был человек, то по своей силе Чэн Цинъянь полностью уступала ему…

____________________________________________________________

[1] Понимаю, все уже привыкли, что с драконом ассоциируется зелёный цвет. На самом деле, в оригинале используется иероглиф « 青 » (цин), который имеет значение «цвет природы (синий, зелёный), молодой, молодёжный». Однако, на письме, из-за невозможности передать тональность (и значение иероглифа), употребляется несколько иероглифов, имеющих схожее значение. Так ранее вместе с «цин» упоминался 绿 (люй), одним из значений которого как раз и является «зелёный». Но в этот раз автор использовал 藍 (лань), тем самым указав именно на синий цвет.

[2] Сяоме - прозвище, которое Чэн Цинъянь дала зелёному дракону. Здесь «сяо» ( 小 ) - маленький (как она любит всех называть), а «ме» ( 滅 ) один из иероглифов из названия зверя «Истребляющий зелёный дракон».

На следующий день…

- Идём, постараемся сегодня добраться до вершины Прекрасной жемчужины, - обратилась к животным Чэн Цинъянь.

Её не покидало чувство, что на этой горе что-то не так. Прошлой ночью, пока она спала, девушке показалось, что кто-то наблюдает за ней. Раньше она бы непременно покинула это место, едва ощутив опасность, но по каким-то необъяснимым причинам именно прошлой ночью она спала особенно хорошо. Это сделало Чэн Цинъянь ещё более растерянной.

Поэтому лучшее решение - уйти отсюда как можно раньше, скорее добраться до вершины горы и тем самым быстрее почувствовать себя спокойно.

Чэн Цинъянь хотела отправить зелёного дракона обратно в пространство в своём теле, поскольку полагала, что одной ночи должно было хватить для обновления. Однако, как бы она не старалась, зелёный дракон по-прежнему оставался на месте.

Девушка смотрела на тело мифического священного зверя и чувствовала себя весьма озадаченной.

- Разве обновление ещё не завершилось? - спросила она саму себя.

- Угу-у-у, - предположил Маомао. «Мастер, просто оставь его пока снаружи. Возможно, на этот раз для обновления пространства в твоём теле необходимо что-то вроде духовного сокровища».

- Думаешь? Но тогда что мне следует искать? - нахмурилась Чэн Цинъянь.

В одной из книг, которые она читала ранее, лишь кратко описывалось, что из себя представляет обновление пространства. Но там не было никаких упоминаний о духовных сокровищах, необходимых для этого этого обновления.

- Угу-у-у, угу-у-у, - ответил Маомао. «Я мало что знаю о пространстве. В конце концов, у меня всего лишь девять обычных элементалей. Но, насколько мне известно, если для обновления пространства на самом деле требуется духовное сокровище, то его обладатель какое-то время не сможет использовать пространство в своём теле».

Выслушав демонического зверя, Чэн Цинъянь слегка кивнула, переместила зелёного дракона в карету и направилась дальше к вершине Прекрасной жемчужины.

- Кажется, у этой девушки довольно большой талант, - вскоре после ухода Чэн Цинъянь появилась фигура в синем. Уголки губ человека были слегка изогнуты в едва заметной улыбке, что свидетельствовало о его интересе.

- Мы на месте? - спросила Чэн Цинъянь.

- Угу-у-у, - отозвался Маомао. «Кажется. Может быть…»

Они стояли возле кареты, глядя на развернувшуюся перед ними картину полного запустения и опустошения, и не знали, о чём и подумать.

Одного человека, трёх демонических зверей и зелёного дракона, который всё ещё представлял собой поток энергии, приветствовала только высохшая трава, слегка покачивающаяся на слабом ветру. У Чэн Цинъянь возникло острое ощущение того, что они пришли не туда.

- Думаете, стоит поискать где-нибудь в другом месте? - спросила она у трёх демонических и зелёного дракона.

Не то чтобы их мнение имело особое значение, просто в данный момент девушка не могла не сказать этого.

Чен Цинъянь уже собиралась развернуться, чтобы уйти, но одна лошадь истребляющей тени, ревущей в небеса, заржала, а другая схватила девушку за край одежды, лишая возможности двигаться.

Чэн Цинъянь могла бы использовать свою духовную силу, чтобы освоиться от захвата лошади истребляющей тени, ревущей в небеса. Но она не могла допустить того, чтобы контрактные звери Цзюньлинь Цзюцина оказались ранены.

- Что случилось? Здесь что-то не так? - Чэн Цинъянь обернулась и погладил головы обоих лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса.

В этот раз уже оба демонических зверя заржали и уткнулись мордами в ладони девушки. Поскольку эти лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, являлись контрактными зверями Цзюньлинь Цзюцина, Чэн Цинъянь не понимала, что именно они говорили. Но она всё ещё могла уловить саму суть их слов.

Уловив идею, которую пытались донести до неё лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, Чэн Цинъянь принялась тщательно осматривать окрестности горной вершины, стараясь не упустить ни единой травинки.

«Поскольку лошади истребляющей тени, ревущей в небеса, заметили нечто странное здесь, скорее всего, в этом месте установлена формация,» - начала анализировать Чэн Цинъянь, усевшись на камень неподалёку после длительных поисков.

Цзюньлинь Цзюцин являлся гениальным мастером формаций. Разве могли его контрактные демонические звери не видеть формации? Неужели это возможно? Действительно возможно?

Исключив все другие вероятности, глаза Чэн Цинъянь вспыхнули серебряным светом: «В таком случае, Сяоюй…»

Исключив все другие вероятности, глаза Чэн Цинъянь вспыхнули серебряным светом: «В таком случае…»

- Сяоюй, - позвала она, но никакого ответа, как обычно, не последовало, - я знаю, что ты меня слышишь. Посмотри, сможешь ли ты сломать эту формацию, - продолжила говорить Чэн Цинъянь, не обращая внимания на молчание Юй Лоши.

- Ты не можешь даже решить формацию «Иллюзии пленительного цветка» и всё ещё надеешься стать великим мастером формаций? - наконец прозвучал голос Юй Лоши, который был настолько равнодушным, что Чэн Цинъянь ощутила себя так, словно подул лёгкий ветер, приносящий с собой прохладу.

- Ты же сам отказался обучать меня методам построения формаций, забыл? - огрызнулась девушка.

- На этом всё. Длинные разговоры раздражают. Ты сможешь разобраться сама, - едва эти слова прозвучали, как Чэн Цинъянь ощутила, что Юй Лоша в одностороннем порядке разорвал установленную между ними связь.

«Сяомо - это болтун, Сяоюй - настоящий айсберг. Я и представить не могу, каким окажется следующий защитник,» - Чэн Цинъянь покачала головой, понимая, что совершенно беспомощна перед странными характерами этих защитников.

- Чем расчитывать на Сяоюя, лучше полагаться на себя, - вздохнула она и обратилась уже к лошадям истребляющей тени, ревущей в небеса, - вы вдвоём так долго следовали за Цзюньлинем, вы, наверняка, должны были обучится у него хотя бы основам построения формаций. Вы тоже можете помочь мне.

Оба демонических зверя одновременно заржали, закивав головами, затем отошли от кареты и, разделившись, направились искать око формации.

- Маомао, раз ты смог вывести меня из леса Демонов, значит, ты хорошо умеешь находить выход. Не бездельничай. Сяоме! - увидев, что зелёный дракон собирается сбежать, Чэн Цинъянь резко оттащила его обратно.

Глядя на зелёный поток энергии, свернувшейся перед ней в клубок, лицо девушки стало мрачным.

Действительно ли это духовное оружие, способное уничтожить весь мир, великий зелёный дракон? Тогда почему он такой трусливый?! Он же потеряет сознание ещё до начала сражения!

Чэн Цинъянь прикрыла лоб ладонью. После недолгого размышления её глаза внезапно загорелись. «Забудь об этом. Я просто отойду и сделаю вид, что ничего не видела,» - решила для себя она.

После того, как девушка ушла, зелёный дракон беззвучно поднялся и посмотрел на маленький камень под своими ногами, который старательно прикрывал своим телом, и почувствовал себя очень довольным.

Этот маленький камень выглядел слишком красивым! На его поверхности можно было увидеть море и небо!

- Прошло уже шесть часов. Неужели этот мастер формаций настолько великий, что созданную им формацию так сложно сломать? - вздохнула Чэн Цинъянь.

Всё это время она усердно и упорно трудилась, пытаясь найти око формации, чтобы сломать её.

Но откуда девушке было знать, что око формации, которое она так старательно искала, находилось в лапах зелёного дракона, который изображал из себя совершенно беспомощного телёнка.

- Хватит, раз уж не получается найти око формации, остаётся просто уничтожить её! Иначе этот правитель не смеет больше называться этим правителем! - если Чэн Цинъянь назвала себя «этот правитель» со спокойным выражением лица, острым блеском в глазах и равнодушным тоном, то вам следует подумать о том, как именно вы умрёте.

Элементали воздуха завращались вокруг стоящей на месте Чэн Цинъянь, образуя мощные порывы ветра, который подхватил остальные восемь видов обычных элементалей. Девять видов обычных элементалей двигались с бешеной скоростью, что сделало суровую энергию, исходящую от тела девушки, ещё более яростной.

Как раз в тот момент, когда Чэн Цинъянь собиралась атаковать формацию, прозвучал отчётливый и тягучий мужской голос, который не искушал, но имел некий гипнотический эффект.

- Эта девушка использует так много видов элементалей, чтобы разрушить формацию. Если случится так, что дом, скрытый за этой формацией, окажется разрушен, тогда кто это компенсирует? - как ни странно, но этот голос заставил Чэн Цинъянь ощутить необъяснимую близость, словно к своему родственнику.

Это ощущение вынудило Чэн Цинъянь, которая никогда прежде не испытывала семейной привязанности, на мгновение запаниковать. Но она быстро заблокировала это чувство, которое испытала впервые, потому что восприняла его, как психологическое воздействие с другой стороны.

Именно из-за такой настороженности и предвзятости девушки время, через которое она сумеет обрести семейную любовь, ещё сильнее увеличится.

- Компенсировать? С тех пор, как я пришла этот мир, никто не произносил это слово передо мной. Говорящий так, словно является красивым мужчиной - первый, - ответила Чэн Цинъянь, отозвав силу всех элементалей.

- Но если ты разрушишь дом своего учителя, то нам обоим, и учителю, и ученику, придётся жить под открытым небом, - продолжил мужчина.

- Кто сказал, что ты - мой учитель? - Чэн Цинъянь очень рассердилась на это.

Единственными учителями, которых она признала, были та женщина и Та Е. Этот человек так небрежно и единолично объявил её своей ученицей, что вызвало отвращение девушки.

- Как только ты войдёшь в эти двери, это будет означать, что ты уже признала меня своим учителем, - ответил мужской голос.

Едва его слова прозвучали, как по пространству вокруг Чэн Цинъянь пробежали волны, и, в конце концов, появился древний дворец со множеством загадочных строений разного размера и возраста.

А Чэн Цинъянь, как оказалось, уже пересекла ворота и находилась на территории дворца.

- ***вая теория! Этот правитель уже поклонился своему учителю, более того, есть ещё один… - фыркнула девушка.

- Неважно, если появится ещё один человек, - другая сторона перебила Чэн Цинъянь прежде, чем она закончила говорить.

- Одного учителя достаточно. Зачем тебе так много [зданий]? - Чэн Цинъянь отвергла идею собеседника, продолжая с восхищением разглядывать уникальный дворец.

Мужчину, похоже, позабавило её отношение.

- Кажется, твой учитель очень хорошо относится к тебе, иначе ты бы не стала так защищать его, - рассмеявшись, продолжил он.

- Поскольку ты являешься учителем мастера Вэй Цюна, то ты, должно быть, великий мастер Юэ Чэнь. Я думаю, что алхимик первого уровня, имя которого известно на весь континент Опускающихся туч, не станет издеваться над маленькой девочкой, - лениво произнесла Чэн Цинъянь.

Если бы люди из «Красноглазых» услышали, что «Пылающая стрела» на самом деле назвала себя «маленькой девочкой», они бы настолько испугались, что даже не смогли бы есть.

- Ты знаешь мой уровень в алхимии? - собеседник явно был немного удивлён тем, что Чэн Цинъянь увидела его уровень в алхимии.

- И что? - равнодушно отозвалась девушка.

На самом деле это Та Е рассказал ей, ведь он сам тоже был алхимиком первого уровня. Но как раз в тот момент, когда Чэн Цинъянь собиралась устроить небольшое представление, слова другого человека выбили у неё почву из-под ног.

- Похоже, что Та Е всё ещё находится на первом уровне в алхимии. За столько лет, даже после смерти, он не добился никакого прогресса, - сказав это, великий мастер Юэ Чэнь появился.

Ясно увидев лицо собеседника, Чэн Цинъянь напрочь лишилась дара речи.

Это на самом деле человек? Он - точно человек? Если Цзюньлинь Цзюцин - самый красивый человек на континенте Опускающихся туч, то великий мастер Юэ Чэнь должен быть таким же известным, как и он. Разве возможно скрыть существование такого красивого мужчины?!

Перед Чэн Цинъянь предстал мужчина с точёной фигурой, облачённой в синий халат. Его светлое и чистое[1] лицо излучало ауру глубокой любви и огромной привязанности. Его густые, блестящие как шёлк, чёрные волосы, собранные гуань[2], плавно развивались, словно ветви ивы на ветру. Нефритовый пояс, обёрнутый вокруг талии, делал его фигуру ещё более… идеальной. Уникальная аура, исходящая от мужчины, полностью отражала его имя - Юэ Чэнь[3].

Пусть и так, но даже самый красивый человек не мог сравниться с её Цзюньлинем!

- Девушка Янь тронулась умом от увиденного? Не волнуйся, пока ты принимаешь меня в качестве своего учителя, ты сможешь каждый день лицезреть это, - любовь и привязанность во взгляде великого мастера Юэ Чэнь становилась всё более и более очевидной.

Тем не менее Чэн Цинъянь ощущала, что этот великий мастер через неё смотрит на другого человека. Однако это чувство было едва уловимым, и его было довольно трудно объяснить.

- Могу смотреть каждый день? - прямо спросила она.

_________________________________________________

[1] «Чистое» в значении «непорочный, очищенный от скверны», а не «не грязный».

[2] Гуань - мужская заколка для волос в форме короны, с помощью которой волосы собирались на макушке (в интернете полно фото).

[3] Имя «Юэ Чэнь» ( 玥塵 ) можно перевести как «прекрасная жемчужина среди пыли/мирской суеты».

Заметив, что внешность красивого мужчины, казалось бы, возымела некоторое воздействие на Чэн Цинъянь, великий катер Юэ Чэнь неоднократно кивнул.

- Правильно, быстрее подойди и поклонись учителю! Я уже подготовил чай для церемонии[1], - сказал он.

Уголки рта Чэн Цинъянь слегка дёрнулись. Этот дурень знал Та Е и, казалось, даже был его хорошим другом. Но теперь… этот болван на самом деле рассчитывал привлечь её свой красивой внешностью?!

- Старик, сколько тебе лет? - Чэн Цинъянь вытерла пот и спросила слабым голосом.

- Четыре-пять сотен, я ещё молод, - с улыбкой ответил великий мастер Юэ Чэнь.

- … - Чэн Цинъянь посчитала это совершенно невозможным. Четыре-пять сотен?! Это был выигрыш в лотерею?

- Признав меня своим учителем, ты сможешь найти вещи своей матери, - увидев, что девушка неподвижно стояла на месте, Юэ Чэнь уселся в кресло и принялся неторопливо подрезать ветки чайного дерева.

Услышав новости о своей матери, сердце Чэн Цинъянь дрогнуло, и она неосознанно сделала несколько шагов вперёд, но тщательно обдумав это, слегка нахмурилась.

- Ты угрожаешь мне? - спросила Чэн Цинъянь.

- Нет, это просто правило. Разве зелёный дракон не сказал тебе? - великий мастер Юэ Чэнь закопал все срезанные засохшие листья чайного дерева в почву в качестве удобрения.

- … нет, - Чэн Цинъянь вспомнила слова зелёного дракона и поняла, что этот глупый зверь исчез, даже не сообщив ей самой главной информации. Сукин сын!

Но что если великий мастер Юэ Чэнь обманывает её?

- На случай, если ты… - начала было говорить Чэн Цинъянь, но была прервана Юэ Чэнем.

- Обманываю тебя? Считаешь, это возможным? - улыбнулся он.

Действительно, какая могла быть причина у великого мастера алхимии первого уровня обманывать её? Кроме того, контрактный зверь её матери, зелёный дракон, просил её прийти сюда, так что Юэ Чэнь должен быть человеком, которому она могла доверять.

- Девочка, Юэ Чэнь - очень хороший алхимик, - в это время в голове Чэн Цинъянь зазвучал знакомый голос, - его способности в алхимии ничуть не уступают тому, чему я обучаю тебя сейчас. Я очень надеюсь, что ты сможешь принять его как своего учителя.

- Та Е, разве ты не так хорош, как он? - мысленно отозвалась девушка.

- Если бы я мог сравниться с ним по способностям, я бы не отпустил такого хорошего ученика, как ты, - Та Е вздохнул, а после продолжил, - и я боюсь, что во всём мире только он способен разбить эту вещь на твоём лице…

- А как же ты? - Чэн Цинъянь вдруг почувствовала, что дальше Та Е скажет то, что она совершенно не хотела слышать.

- Девочка, ты ведь не способна возродить меня, верно? - голос Та Е звучал очень расслабленно, будто он сбросил с себя тяжкое бремя.

- Как это возможно? Ты уже умер, - Чэн Цинъянь опустила глаза.

От его тела на самом деле не исходило никакой энергии, как от трупа.

- Девочка, если ты признаешь Юэ Чэня своим учителем, в будущем твой путь станет легче, - голос Та Е зазвучал тише, а последние слова, которые и вовсе были почти неслышны, отпечатались в памяти Чэн Цинъянь, - возможно, я ещё вернусь к тебе. Девочка, как следует позаботься о себе.

- Хорошо, учитель, - Чэн Цинъянь закрыла глаза.

После минуты молчания она посмотрела на Юэ Чэня взглядом, наполненным твёрдой решимостью и спокойствием.

______________________________________________________

[1] Исправьте, если я ошибаюсь, но на сколько я помню, церемония признания учителя учеником представляет собой три глубоких поклона (опуститься на колени и коснуться лбом земли), а также ученик должен подать учителю чай, как бы в знак уважения. Помимо этого может быть взаимный обмен подарками.

- Учитель, пожалуйста, примите поклон от ученика, - Чэн Цинъянь подошла к Юэ Чэню, который сидел невозмутимо, подала чай и почтительно поклонилась великому мастеру.

- Хм, - мастер Юэ Чэнь взял чай из рук девушки, сделал глоток и сразу же отставил чашку в сторону.

Чэн Цинъянь всё ещё стояла на коленях перед мужчиной и не решалась подняться, а мастер Юэ Чэнь не торопился позволять ей встать.

- Ты можешь выбрать себе любой дом. Но тебе запрещено входить в павильон «Следовать путём Прекрасной жемчужины» без моего разрешения, - спустя долгое время губы мастера Юэ Чэня слегка приподнялись.

Как только слова великого мастера прозвучали, его фигура полностью исчезла из поля зрения Чэн Цинъянь, при этом не было слышно ни единого звука. Это ещё больше пробудило интерес девушки к личности её нового учителя и его силе.

Кто может обладать такой силой? Он просто растворился в воздухе?

- Угу-у-у, - окликнул девушку Маомао. «Мастер, хватит тупить. Иди выбирай дом!»

- Да, идём, - Чэн Цинъянь взяла маленькую молочную собаку на руки и хотела сесть в карету, чтобы приступить к выбору дома, - а? Где лошади истребляющей тени, ревущей в небеса? - не увидев двух серебристо-белых лошадей и карету, она почувствовала себя очень странно.

Выйдя с главного двора, девушка обнаружила, что и «зелёный дракон исчез».

- Во дворце «Следовать путём Прекрасной жемчужины до конца» запрещено пользоваться каретами и проносить оружие, - до ушей Чэн Цинъянь донёсся равнодушный голос.

- Кто ты? Интеллектуальный управляющий[1]? - предположила она.

Но другая сторона ничего не ответила, видимо, не поняв, что имела в виду девушка.

- Этот дворец «Следовать путём Прекрасной жемчужины до конца» настолько продвинут, что даже имеет интеллектуального управляющего. Мастер, способный изобрести такое, действительно заслуживает звания алхимика первого уровня! - восхитилась Чэн Цинъянь.

Однако, позвольте спросить: что общего между способностью изобретать и изготовлением пилюль?

Держа Маомао на руках, Чэн Цинъянь медленно прогуливалась по тропинке среди лекарственных чайных деревьев, растущих во дворце «Следовать путём Прекрасной жемчужины до конца», и постепенно вышла к небольшому деревянному домику.

Девушка была немного взволнована, потому что её любимым напитком был чай. Поскольку аромат чая заставлял её чувствовать себя спокойно, в своей прошлой жизни она всегда брала с собой чай.

И теперь, когда она обнаружила это чудесное, похожее на сказочное, место, разумеется, она ни за что не откажется от него.

- Сейчас я могу развести много лоз от двери до самого выхода из лекарственного чайного леса. С их помощью, когда учитель будет искать меня, я мгновенно узнаю. Ага! Маомао, в будущем ты можешь называть меня главой! Это больше соответствует атмосфере, - радостно объявила Чэн Цинъянь.

Оставив Маомао одного в деревянном доме, она призвала элементали дерева и приступила к выращиванию лоз повсюду, чтобы оставить знак для Та Е.

- Угу-у-у, - вздохнул Маомао: «Старик Та Е, ты, береги себя!» Но быстро изменил тон, - угу-у-у! Угу-у-у! - «Мастер, о нет, глава, подожди меня! Я тоже могу управлять элементалями дерева, и я также хочу поиграть!»

__________________________________________________________

[1] 智能管家 - (дословно) разум, способный управлять домом. То есть имеется в виду система «Умный дом».

- За эти дни я не видела, чтобы, кроме нас, ещё кто-то был во дворце «Следовать путём Прекрасной жемчужины до конца». И Вэй Цюна здесь тоже нет. Неужели учитель не пускает сюда других учеников? - Чэн Цинъянь лежала на траве под чайным деревом и нежно поглаживала белоснежную шерсть маленькой молочной собаки, которая, казалось, стала ещё белее.

- Угу-у-у, - ответил Маомао. «Такие люди, как великий мастер Юэ Чэнь, не должны так просто принимать учеников».

Чэн Цинъянь согласно кивнула, услышав его слова.

- Только где пропадает этот учитель последние дни? - вздохнула она, - я пришла сюда, чтобы учиться алхимии, но сейчас я ничего не делаю. И мои навыки в изготовлении пилюль никак не развиваются.

- Угу-у-у! Угу-у-у? - приободрил её демонический зверь. «Талант мастера к изготовлению пилюль настолько хорош, что ты можешь учиться самостоятельно! Разве старик Та Е не оставил тебе множество рецептов?»

- Если бы ты не упомянул об этих рецептах пилюль, я бы забыла о них, - Чэн Цинъянь резко встала, - давай прямо сейчас отправимся в малое пространство древности.

В следующий момент фигуры девушки и Маомао исчезли. В тоже время, у наблюдавшего за ними из павильона «Следовать путём Прекрасной жемчужины» великого мастера Юэ Чэня слегка приподнялись уголки губ, когда он увидел это.

- Кажется, нужно как можно скорее организовать твоё путешествие туда, - задумчиво протянул он.

Без Та Е малое пространство древности было немного тихим. Прибыв в это место, Чэн Цинъянь бессознательно бросила взгляд на стул, на котором часто сидел Та Е, и на чайный набор, который она подарила учителю.

- Угу-у-у, - отвлёк девушку Маомао. «Мастер, он сказал, что вернётся… Давай начнём изготавливать пилюлю прямо сейчас.»

Сделав глубокий вдох, Чэн Цинъянь кивнула. Призвав древний треножник, она приступила к изготовлению пилюль по рецепту, оставленному ей Та Е.

В течение нескольких следующих дней девушка не появлялась в лекарственном чайном лесу, что заставило великого мастера Юэ Чэня немного нервничать. И как только он начал нервничать, ученику, которого Чэн Цинъянь назвала «Интеллектуальный управляющий», тоже пришлось нелегко.

- Фэн Шунь, в лекарственном чайном лесу всё ещё никого нет? - и хотя великий мастер Юэ Чэнь разговаривал со своим учеником, его взгляд был прикован к тому месту во дворце, где остановилась Чэн Цинъянь, из-за опасений упустить малейшее изменение.

Вокруг человека, которого вызвали, витала естественная аура высокомерия и равнодушия. Но в этот момент он слегка опустил голову, представ перед великим мастером.

- Нет, - лаконично ответил Фэн Шунь на вопрос Юэ Чэня.

За последние несколько дней великий мастер слышал этот ответ бесчисленное количество раз, и ему ничего не оставалось, кроме как вздыхать на это.

- Этот парень, Та Е, не владеет пространственными элементалями, но древний треножник, который он случайно нашёл, является пространственным духовным инструментом уровня мастера. Теперь древний треножник принадлежит моей ученице, однако, я не могу найти её, как бы ни пытался. Не знаю, стоило ли говорить тебе это, - Юэ Чэнь покачал головой, беспомощно улыбаясь.

- Ученик может снова пойти в лекарственный чайный лес, чтобы найти младшую сестру[2], - выслушав слова великого мастера, ответил Фэн Шунь.

- Вернись и поищи. Чем раньше ты туда отправишься, тем лучше. Если ты задержишься дольше, то упустишь возможность, - Юэ Чэнь взял чайник, стоящий рядом и налил себе чашку чая. Подув на чайные листья, плавающие на поверхности, он сделал глоток.

Получив руководство от учителя, Фэн Шунь слегка поклонился ему и в следующий миг исчез с места.

После того, как его ученик ушёл, Юэ Чэнь поставил чашку, что держал в руке.

- Следует ли подготовить что-нибудь для долгого путешествия девушки Янь? - задумался он и после длительной паузы продолжил, - забудь об этом. Это её собственный путь.

В лечебном чайном лесу, в месте, где исчезла Чэн Цинъянь, возникла фигура. Фэн Шунь не знал, каким образом искать, кроме как звать, но не был уверен, что находящийся внутри древнего треножника услышит его голос.

И хотя он сомневался, но когда Фэн Шунь подумал о том, что Чэн Цинъянь не выходила из того пространства уже несколько дней, и не известно, хорошо ли она питалась и спала, он решился кричать.

- Младшая… младшая сестра, - открыв рот, позвал Фэн Шунь.

- Ну, комары должны услышать этот звук, - в павильоне «Следовать путём Прекрасной жемчужины» великий мастер Юэ Чэнь кивнул с «похвалой».

___________________________________________________________

[1] 師兄 (шисюн) - старший брат по наставнику/учителю.

[2] 師妹 (шимэй) - младшая сестра по наставнику/учителю.

Фэн Шунь, казалось, также понял, что его голос прозвучал слишком тихо, поэтому начал увеличивать громкость.

- Младшая сестра! Младшая сестра! Ты здесь? - наблюдая за движением вокруг, закричал он.

- Действительно холодный дурачок. Где ещё может быть девочка Янь, если не в пространстве древнего треножника? Откуда взяться движению? - не мог не поглумиться великий мастер Юэ Чэнь в промежутке между глотками чая.

Если не высмеивать своего ученика, то над кем ещё можно смеяться?

- Младшая сестра! Младшая… - на полуслове Фэн Шуня прервал учитель, который всё же не выдержал этого.

- Фэн Шунь, ты кричишь наугад и думаешь, что девочка Янь услышит тебя? - поинтересовался Юэ Чэнь.

- Тогда, что посоветует учитель? - спросил Фэн Шунь. Услышав замечание великого мастера, он и сам усомнился в своём методе.

- Я не знаю. Сам придумай, - едва эти слова прозвучали, как голоса Юэ Чэня стих, оставив ученика одного, чтобы тот смог подумать.

Спустя некоторое время глаза Фэн Шуня загорелись, будто его посетила какая-то блестящая идея.

- Младшая сестра!!! - призвав свою духовную силу, он вложил её всю в свой голос.

Внутри малого пространства древности Чэн Цинъянь, которая раскладывала изготовленные ею за последние несколько дней пилюли по нефритовым бутылочкам, внезапно вздрогнула, из-за чего маленькая нефритовая бутылочка выскользнула из её рук.

- Ай! - Чэн Цинъянь попыталась поймать бутылочку, но неожиданная дрожь повторилась снова, заставив уже саму девушку упасть.

- Угу-у-у! - быстро среагировал демонический зверь. «Мастер, я поймал её!»

- Молодец, Маомао! - Чэн Цинъянь похвалила маленькую молочную собаку, которая держала нефритовую бутылочку.

Поднявшись на ноги, она взяла у Маомао бутылочку, убрала в кучу других таких же и, довольная проделанной работой, хлопнула в ладоши.

- Всё-таки что случилось? Во дворце «Следовать путём Прекрасной жемчужины до конца» произошло землетрясение? - задумалась она.

- Угу-у-у, угу-у-у, - предположил Маомао. «Почему бы не пойти и не посмотреть? Ты не покидала малое пространство древности последние несколько дней. Быть может, великий мастер Юэ Чэнь беспокоится за тебя?»

Чэн Цинъянь согласно кивнула, взяла демонического зверя на руки и вышла из пространство древнего треножника.

- Мла… - Фэн Шунь, который собирался снова закричать, удивился и в тоже время обрадовался, увидев тёмное лицо девушки, внезапно появившейся перед ним. Однако, поскольку он долгое время не общался ни с кем, кроме своего учителя, его голос звучал равнодушно и чёрство, - младшая сестра, ты наконец вышла. Пойдём со мной в главный зал «Прекрасная жемчужина». Учитель ждёт тебя.

Озвучив своё намерение, Фэн Шунь потянулся, чтобы взять Чэн Цинъянь за руку и отвести её к Юэ Чэню. Но как раз в тот момент, когда он почти коснулся её руки, девушка ловко уклонилась.

- А? Учитель ищет меня? Главный зал «Прекрасная жемчужина», где это? Старший брат, отведи меня туда скорее! - притворившись обеспокоенной, Чэн Цинъянь использовала элементали воздуха, чтобы быстро перемещаться.

Увидев это, Фэн Шунь выкинул из головы то, что девушка сторонится его.

- Следуй за мной, - шагнув вперёд, сказал он.

Едва его слова прозвучали, как силуэт Фэн Шуня промелькнул мимо Чэн Цинъянь, что немного ошеломило девушку.

- Угу-у-у, угу-у-у, - напомнил Маомао. «Мастер, хватит кружить. Если ты не догонишь его, то не сможешь найти дорогу в главный зал «Прекрасная жемчужина.»

- О, да-да, верно, - бессвязно отозвалась Чэн Цинъянь.

Ей пришлось броситься вдогонку на самой быстрой в своей жизни скорости. Но довольно скоро Чэн Цинъянь обнаружила, что фигура Фэн Шуня всегда находилась впереди. Независимо от того, сколько духовной силы она тратила, стараясь на пределе своих способностей, она никак не могла нагнать старшего брата.

- Неужели все ученики великого мастера такие могущественные? Интересно, какой уровень духовной силы нужен, чтобы лететь так быстро? - не могла не презирать свою собственную слабость Чэн Цинъянь.

- Угу-у-у, - ответил Маомао. «Но я всё ещё считаю, что его высочество принц Суй сильнее!»

Польстить мастеру и её мужу нужно в любое время! Тем более, эффект от этой лести проявится почти сразу.

- А ты проницательный! Скажи мне, что ты хочешь съесть позже. Я приготовлю это для тебя, чтобы ты мог наесться в своё удовольствие, - нежно поглаживая белый мех, похвалила демонического зверя Чэн Цинъянь.

Маомао довольно улыбнулся. Хотя девушка не видела, она была способна это ощутить. Но не только Чэн Цинъянь почувствовала это. Даже летящий впереди Фэн Шунь смог ощутить счастье человека и зверя, следующих за ним, из-за чего сам невольно испытал некоторую радость.

«Почему так?» - невольно задумался он, столкнувшись с такой нестандартной реакцией своего разума.

Фэн Шунь никак не мог понять это счастливое настроение, из-за чего почувствовал себя немного раздражённым без всякой причины. Обернувшись, он увидел, что Чэн Цинъянь и Маомао позади него радостно смеются.

- Приказ мастера не должен восприниматься как какая-то шутка! - резко сказал Фэн Шунь, - если не можешь отнестись к нему серьёзно, то возвращайся в свой лекарственный чайный лес!

Увидев, что мчащийся впереди Фэн Шунь резко остановился, чтобы сделать ей замечание, Чэн Цинъянь также осознала, что поступила неправильно. Было довольно неловко, но, видимо, придя в этот мир, она, кажется, забыла сами азы дисциплины.

- Мне очень жаль, старший брат, я больше никогда так не поступлю, - спрятав Маомао за спину, извинилась она, глядя на Фэн Шуня с серьёзным выражением лица.

Наблюдая за подобным поведением Чэн Цинъянь, Фэн Шунь немного расстроился. Не был ли он слишком жесток с ней? В конце концов, она всё ещё маленькая девочка двенадцати-тринадцати лет! Абсолютно нормально, что ей не хватает некоторой дисциплинированности. Думая так, он всё больше и больше чувствовал, что поступил неправильно.

- Хорошо, - смягчив тон своего голоса ответил Фэн Шунь, - в следующий раз просто поспеши за мной. Не позволяй учителю ждать слишком долго.

Чэн Цинъянь кивнула, но в душе ощутила неловкость.

В её прошлой жизни, согласно правилам «Красноглазых», она обязательно была бы строго наказана, несмотря на то, что являлась вторым лидером «Красноглазых». А всё потому, что та женщина всегда была очень строга к самой себе, но даже если бы она не стала наказывать её, Чэн Цинъянь сама бы взяла на себя инициативу, чтобы получить наказание.

Но здесь всё решилось, стоило ей только признать свою ошибку?! Это действительно совершенно неправильно!

В главном зале «Прекрасная жемчужина» великий мастер Юэ Чэнь заваривал уже третий чайник чая, когда до него наконец донёсся слабый шум ветра снаружи.

- Учитель, Фэн Шунь нашёл свою младшую сестру, - следом за шумом ветра прозвучал холодный голос Фэн Шуня.

- Учитель, ученица Цинъянь просит встречи, - затем раздался голос Чэн Цинъянь.

Великий мастер Юэ Чэнь взял чашку с чаем в руку и открыл дверь взмахом правой руки, а затем медленно уселся в главное кресло.

- Учитель, по какому делу Вы искали ученицу? - Фэн Шунь мгновенно исчез, и Чэн Цинъянь вошла в главный зал «Прекрасная жемчужина» одна.

- Сначала сядь. Этот мальчишка Фэн Шунь летит так быстро, что боюсь, ты не поспевала за ним, - взмахом руки великий мастер Юэ Чэнь оправил чашку со свежезаваренным чаем на деревянный стол рядом с сиденьем, предназначенным для девушки.

- Нет, старший брат Фэн ждал меня, поэтому мне не потребовалось торопиться, - Чэн Цинъянь села и сделала глоток.

Вкус нежной родниковой воды и аромат чая наполнили её рот, что заставило девушку ощутить, как проясняется её разум.

- Как тебе? Этот чай заварен из лекарственных чайных листьев, - великий мастер Юэ Чэнь давно заметил любовь Чэн Цинъянь к хорошему чаю.

- Прекрасный вкус! Освежает и проясняет сердце! Он так же вкусен, как цветочный чай Цзиюэ[1]! - восхитилась девушка.

- Цветочный чай Цзиюэ? - великий мастер Юэ Чэнь никогда не слышал о таком чае, поэтому он, естественно, немного усомнился.

- Когда у меня будет время, я заварю чайник для учителя, - великодушно махнула рукой Чэн Цинъянь, и после паузы продолжила, - кстати, учитель, зачем Вы просили свою ученицу прийти?

- Разве я не говорил раньше, что отправлю тебя на поиски вещей, которые оставила для тебя твоя мать? - отставив чашку, ответил великий мастер Юэ Чэнь.

Услышав это, Чэн Цинъянь также поставила чашку и серьёзно посмотрела на учителя, внимательно слушая его следующие слова.

- В таком случае тебя ждёт царство Реинкарнации…

_________________________________________________

[1] 霽玥 (цзи юэ) реальное название чая. Продаётся в интернете, правда транскрипция немного упрощена: Ци Ю.

- В таком случае тебя ждёт царство Реинкарнации, - сказал великий мастер Юэ Чэнь.

- Царство Реинкарнации? Что это за место? Это далеко? - Чэн Цинъянь выпалила сразу три вопроса, едва услышав слова учителя.

- Ты можешь взять кого-нибудь с собой, - предложил великий мастер Юэ Чэнь, - возьми с собой Фэн Шуня! Возьми с собой Фэн Шуня! - мысленно добавил он.

От этих слов глаза девушки загорелись, словно лампочки мощностью в десятки тысяч ватт, что несколько смутило Юэ Чэня.

- Правда?! - уточнила Чэн Цинъянь.

Великий мастер Юэ Чэнь с радостью кивнул. Кажется, отправить Фэн Шуня искать Янь’эр - было верным решением! Вот что нужно делать в будущем! Обязательно нужно будет позволить им и впредь проводить много времени вместе.

Таким образом…

- Тогда твой учитель отправит тебя прямо ко входу в царство Реинкарнации, и ты сможешь войти вместе с ним (Фэн Шунем).

- В таком случае я сейчас же отправлюсь за ним (Цзюньлинь Цзюцином), а уже потом, вместе, пойдём в царство Реинкарнации, - обрадовалась Чэн Цинъянь.

Чем больше великий мастер Юэ Чэнь думал об этом, тем счастливее он становился, поэтому не стал возражать против возвращения Чэн Цинъянь в столицу империи Божественного клёна.

На этом Чэн Цинъянь вернулась в лекарственный чайный лес, чтобы подготовиться, а великий мастер Юэ Чэнь покинул главный зал «Прекрасная жемчужина» и направился прямо в павильон «Следовать путём Прекрасной жемчужины».

Поднявшись на второй этаж, он стукнул по тайному отделению и достал несколько свитков.

Медленно разворачиваясь, свиток открыл прекрасную картину с красивой женщиной. Элегантный, подобный божеству мужчина крепко обнимал тонкую талию этой женщины, глядя на неё нежными и любящими глазами. Женщина в его руках уютно устроилась в объятиях мужчины, а её лицо лучилось счастьем и радостью. Её одежда развивалась на лёгком ветру, а живописные брови особенно выделялись на очаровательном лице.

Оба человека, изображённые на картине, выглядели необычайно красивыми, словно лучшие шедевры божественного творения. Без преувеличения будет сказать, что их неземная внешность могла вызвать зависть у самих Богов.

Слетающие с дерева Проясняющая прекрасная жемчужина белые лепестки заполнили небо, словно дождь, и будто бы образуя отдельный мир. Но даже просто глядя на картину, можно было почувствовать глубокую любовь между людьми, изображёнными на ней.

- Сестра, твои ожидания не будут обмануты. Она всё понимает и очень разумна. Надеюсь, тебе и зятю хорошо там. Я непременно позабочусь о ней, - великий мастер Юэ Чэнь глубоко вздохнул прежде, чем продолжить, - и я не позволю этому человеку узнать о её существовании. Я собираюсь как следует спрятать её, чтобы он не смог найти её даже ценой своей жизни! Хм! Пусть он всё ещё думает о тебе! Зять, не волнуйся, я, несомненно, выполню своё обещание!

После этих слов лицо великого мастера Юэ Чэня выражало ненависть, перемешанную с воодушевлением. Теперь он совершенно не был похож на серьёзного учителя.

В это время в неком месте кто-то громко чихнул…

- А? Старший брат Фэн, почему ты здесь? У тебя ко мне дело? - как только Чэн Цинъянь вернулась в лекарственный чайный лес, она заметила тёмный силуэт возле своего маленького домика под деревом и шагнула вперёд, чтобы спросить.

- Я… у меня нет никакого дела. Я просто хотел узнать, поела ли ты, - Фэн Шунь был очень удивлён тому, что столкнувшись с Чэн Цинъянь, младшей сестрой, его привычные спокойствие и безразличие полностью исчезли, а язык, казалось, стал настолько большим, что было сложно им двигать.

- Поела? Ещё нет, но… - Чэн Цинъянь собиралась объяснить, что как только она уходит с головой в изготовление пилюль, то становится более энергичной и совсем не нуждается в пище, но прежде чем успела закончить говорить, Фэн Шунь прервал её, передав что-то, - коробка с едой? - Чэн Цинъянь была немного ошеломлена, когда открыла крышку и увидела небогатые, но аппетитные блюда. Но удивилась она не из-за того, что Фэн Шунь принёс ей еду, а потому что, - О, Небеса! Старший брат Фэн, ты умеешь готовить!

Услышав это, брови Фэн Шуня дёрнулись. Что это значит? То, что умеет готовить - это необычно?

- Я думала, что старший брат Фэн был интеллектуальным управляющим, но и представить себе не могла, что старший брат Фэн спустится из комнаты для изготовления пилюль на кухню. Ну, несомненно, мне следует оценить это! - Чэн Цинъянь начала доставать блюда одно за другим и раскладывать их на траве, а затем, глядя на аппетитную еду, одобрительно кивнула.

- Если младшей сестер это понравится, я могу научить тебя, - после этих слов уши Фэн Шуня необъяснимо покраснели.

- Правда? - Чэн Цинъянь обрадовалась, услышав его предложение.

- Правда? - Чэн Цинъянь обрадовалась, услышав его предложение. Если она научится готовить, то в будущем сможет это делать для Цзюньлиня! Это же потрясающе!

Увидев воодушевление девушки, красный цвет с ушей Фэн Шуня постепенно распространился на его лицо.

- Кхм-кхм, конечно, это правда, - дважды неестественно кашлянув, ответил он.

Чэн Цинъянь была так взволнована, что даже не заметила этого. Она просто взяла палочки для еды и начала есть.

Сердце Фэн Шуня всё больше и больше сбивалось с толку. Мало того, что девушка перед ним была весьма уродливой, она ещё и являлась его младшей сестрой! Как он мог увлечься ей?!

Запутался! Запутался!

После еды Чэн Цинъянь вымыла тарелки и коробку для еды с помощью элементалей воды. Когда она взглянула на Фэн Шуня, находящегося напротив, то была потрясена выражением его лица. Чэн Цинъянь быстро отреагировала и шагнула вперёд, чтобы проверить его пульс.

Пока Фэн Шунь пытался разобраться в себе, девушка внезапно схватила его за руку, из-за чего его сердцебиение ускорилось, а щёки покраснели.

- Ая-яй, не должно случиться, чтобы у тебя поднялась температура?! - Чэн Цинъянь подмигнула старшему брату и положила ему в рот пилюлю Безмятежного сердца, а затем попросила Маомао собрать несколько лекарственных чайных листьев, измельчить их и смешать с водой, чтобы напоить Фэн Шуня.

Фэн Шунь наблюдал за суетой перед ним на протяжении всего процесса. В первый раз кто-то так заботился о нём, даря незнакомое ранее тепло. Это было странно и в тоже время радостно.

- Старший брат Фэн, почему у тебя вдруг поднялась температура? - напоив Фэн Шуня чашкой лечебного чая, Чэн Цинъянь вздохнула с облегчением, - в будущем тебе следует заботиться о своём теле и не позволять холоду навредить тебе. О, кстати, я соберу вещи и отправлюсь в столицу империи Божественного клёна. Пожалуйста, передай учителю, что я вернусь примерно через пять дней.

С этими словами она встала и направилась в домик под деревом. Когда Фэн Шунь пришёл в себя, Чэн Цинъянь уже скрылась из виду. Внезапно до него дошло, что Чэн Цинъянь сказала, что уходит, поэтому он поспешил догнать девушку, которая уже собрала свои вещи и направлялась к воротам.

- Почему ты уходишь? - попытался схватить её он.

- Учитель сказал, что на время отпустит меня, - увидев, что Фэн Шунь тянет к ней руки, Чэн Цинъянь ловко увернулась и с улыбкой ответила, - естественно, я вернусь. Увидимся.

- Тогда береги себя, - подумав, кивнул Фэн Шунь, - и будь осторожна в пути.

Желание вернуться домой, чтобы встретиться с родителями, показалось ему совершенно нормальным.

Фэн Шунь проводил Чэн Цинъянь до самых ворот, а затем с неохотой смотрел на её удаляющуюся спину, пока силуэт девушки полностью не исчез. Только после этого он быстро вернулся в бамбуковый лес, в котором жил.

Великий мастер Юэ Чэнь, наблюдавший за всем этим из павильона «Следовать путём Прекрасной жемчужины», улыбался всё шире и шире: «Племянник[1], которого я так долго ждал, наконец-то нашёлся! Отныне я могу приказывать ему что угодно, но если он не послушает?! Хм! В таком случае не позволю жениться на моей племяннице! Ты останешься холостяком до конца своей жизни!»

Великий мастер Юэ Чэнь никогда не принимал во внимание фактор неожиданности в лице Цзюньлинь Цзюцина, поэтому Фэн Шуню действительно предстояло остаться холостяком до конца жизни.

Два дня спустя деревянная стрела влетела в кабинет Цзюньлинь Цзюцина во дворце Суй, прервав мысли принца о Чэн Цинъянь.

Цзюньлинь Цзюцин слегка нахмурился, глядя на деревянную стрелу, которую ему передал Цзы Мо, так, словно хотел её уничтожить.

Даже Цзы Мо, который много лет терпел ледяную убийственную ауру принца Суй, не смог удержаться и посильнее закутался в свою одежду.

- Господин, на стреле есть надпись, - обратил внимание он.

Цзюньлинь Цзюцин взял в руки стрелу и посмотрел на слова, вырезанные на ней. Внезапно ледяная аура, исходящая от него, стала ещё холоднее, из-за чего Цзы Мо замёрз настолько, что ему захотелось завернуться в несколько слоёв одеял. Но этот холод исчез также быстро, сменившись приятным тёплом, похожим на лёгкий весенний ветерок.

«Господин, не надо этого делать! Резкая смена холода на тепло может свести с ума!»

- Господин, какие будут указания? Необходимо ли что-нибудь подготовить? - с уважением спросил Цзы Мо, глядя, как принц Суй встаёт, чтобы уйти.

- Приготовь еду: всё, что нравится Янь’эр. Кроме того, к моему возвращению все должны собраться у дверей, чтобы поприветствовать, - распорядился Цзюньлинь Цзюцин и, использовав элементаль воздуха, оставил дворец Суй, покидая город.

- Понимаю… - улыбнулся Цзы Мо, глядя ему вслед.

___________________________________________________

[1] 侄婿 - муж племянницы, племянник.

- Понимаю. Нам нужно как следует подготовиться к возвращению принцессы, - улыбнулся Цзы Мо, глядя ему вслед.

Цзюньлинь Цзюцин двигался невероятно быстро, но даже свист ветра в ушах не мог унять его волнения.

«Чэн Цинъянь в моих руках. Если ты хочешь, чтобы она жила, приходи один в дремучий лес в Чёрных горах, в место, где ты победил красноглазого зверя грозовых туч, и обменяй свою жизнь на её. В противном случае получишь лишь её тело.»

Прочитав эти слова на стреле, Цзюньлинь Цзюцин сначала разозлился, но быстро успокоился, ведь единственными, кто знал, где они одолели красноглазого зверя грозовых туч, были он сам и Чэн Цинъянь, а также Маомао.

Более того, со способностями Чэн Цинъянь, поймать её сможет только кто-либо более высокого уровня. Однако, у неё никогда не было вражды с подобными людьми. Потому принц Суй пришёл к выводу, что автором послания являлась сама Чэн Цинъянь.

И самое главное: он узнал почерк девушки!

А если этого недостаточно, он может привести ещё больше доводов в пользу того, что послание было отправлено именно Чэн Цинъянь. Например, метод изготовления этой деревянной стрелы или смысл, скрытый между строк сообщения…

Добравшись до места, Цзюньлинь Цзюцин наблюдал за приближающейся фигурой и решил не выдавать того, что догадался о её личности.

- Что ты сделал с моей женщиной? - подыграл он.

Эти слова едва не ошеломили Чэн Цинъянь, которая замаскировалась.

- Твоя, бл***, женщина? Теперь она - моя игрушка, чтобы угрожать тебе! - злобно крикнула она на Цзюньлинь Цзюцина, лицо которого перекосило.

Теперь появилась ещё одна причина. В сознании принца Суй «бл***» - слово, которое употреблялось исключительно Чэн Цинъянь.

- Серьёзно? Игрушка? - чтобы больше соответствовать сюжету, Цзюньлинь Цзюцин выпустил убийственную ауру.

«Бл***! Как ты смеешь выпускать ледяную убийственную ауру?! Как же холодно! Когда этот спектакль закончится, я обязательно сурово накажу тебя!» - подумала Чэн Цинъянь.

Когда Цзюньлинь Цзюцин увидел взгляд девушки, он догадался, что Чэн Цинъянь размышляет над тем, как накажет его. А раз так, то сперва ему стоит получить какую-либо выгоду.

- Я - жестокий и кровожадный принц Суй! Ты думаешь, что можешь угрожать мне жизнью женщины? - Цзюньлинь Цзюцин отозвал свою убийственную ауру и злобно улыбнулся.

Услышав это, Чэн Цинъянь была ошеломлена.

- Ты… что ты сказал? - широко раскрыв глаза, она с недоверием посмотрела на Цзюньлинь Цзюцина.

Принц Суй медленно двинулся вперёд, постепенно приближаясь к девушке.

- Разве то, что я сказал, не достаточно понятно? - с насмешкой произнёс он, - конечно, ты не можешь угрожать мне жизнью женщины, за исключением…

Прежде чем эти слова были закончены, Цзюньлинь Цзюцин поцеловал розовые губы Чэн Цинъянь, обнажившиеся из-под маски. Действуя прямо и страстно, но при этом нежно и осторожно, словно держал в руках редкое сокровище.

Мягкий и ароматный язык проник в рот Чэн Цинъянь, постепенно пробуя её покрасневшие распухшие губы.

Наконец, когда Чэн Цинъянь почувствовала, что вот-вот задохнётся из-за нехватки кислорода, Цзюньлинь Цзюцин отпустил её.

- За исключением моей будущей принцессы Суй, Чэн Циннъянь, - прошептал он на ухо девушке, закончив свою фразу.

Эта серия действий и слов заставила лицо Чэн Цинъянь под маской сначала потемнеть, а потом покраснеть. Стянув с себя маску, она уткнулась лицом в грудь Цзюньлинь Цзюцина.

- Ты понимаешь, что эти слова чуть не напугали меня до смерти? Больше никогда не дразни меня так. Я слишком боюсь тебя потерять… - пробормотала девушка.

Последняя фраза прозвучала настолько тихо, что даже комар не смог бы услышать её, но Цзюньлинь Цзюцин всё равно отчётливо уловил слово «никогда» и повторил его в качестве ответа. Это заставило Чэн Цинъянь думать, что он расслышал всё, из-за чего девушка покраснела ещё сильнее.

- Почему великий мастер Юэ Чэнь позволил тебе уйти? - спросил Цзюньлинь Цзюцинь, когда они оба устроились в карете, запряжённой лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса, чтобы отправиться в город.

- Я собираюсь отправиться в долгое путешествие, чтобы найти то, что оставила мне моя мать. Учитель сказал, что я могу взять кого-нибудь с собой, - неторопливо ответила Чэн Цинъянь.

- Поэтому? - услышав эти слова, Цзюньлинь Цзюцин слегка приподнял брови.

Чэн Цинъянь немного разозлилась, увидев его равнодушное поведение, но быстро поняла, что Цзюньлинь Цзюцин только притворяется спокойным.

- Учитель сказал, что путешествие долгое и нелёгкое, поэтому попросил меня взять с собой старшего брата, чтобы мы могли позаботиться друг о друге в дороге, - небрежно сказала Чэн Цинъянь.

Как она и ожидала, лицо Цзюньлинь Цзюцина постепенно потемнело, когда он услышал про старшего брата.

- Старший брат? Если подумать, я никогда не встречал старшего брата Янь’эр. Просто скажи великому мастеру Юэ Чэню, что возьмёшь меня с собой, - говоря это, Цзюньлинь Цзюцин особо выделил голосом слова «старший брат», но последнее предложение прозвучало так, будто он мило упрашивал взять его с собой.

Чэн Цинъянь была немного смущена, но не ощутила убийственного намерения Цзюньлинь Цзюцина по отношению к Фэн Шуню. Честно говоря, принц Суй умел очень хорошо скрывать подобные эмоции.

- Кстати, в этот раз мне было скучно, и я изготовила много пилюль. Я планирую пойти в аукционный дом семьи Белого тигра, чтобы продать их. А ты отправишься во дворец Суй и подождёшь меня? - спросила Чэн Цинъянь, сменив тему, расстроившую Цзюньлинь Цзюцина.

- Я пойду с тобой, - без колебаний ответил принц Суй.

Чэн Цинъянь посмотрела на городские ворота, которые становились всё ближе и ближе, и внезапно попросила лошадей истребляющей тени, ревущей в небеса, остановиться. Под озадаченным взглядом Цзюньлинь Цзюцина она выпрыгнула из кареты.

- Люди из аукционного дома пока не знают моей настоящей личности, поэтому на этот раз я сменю экипаж, поменяю одежду и… надену маску, - объяснила Чэн Цинъянь.

Услышав это, Цзюньлинь Цзюцин не стал ничего говорить. Вместо этого он затащил девушку обратно в карету и приказал лошадям истребляющей тени, ревущей в небеса, продолжить путь.

Чэн Цинъянь некоторое время боролась в его объятиях, пока не поняла, что не имеет ни единого шанса вырваться.

- Если я появлюсь под своей истинной личностью, это может вызвать огромные перемены, - беспомощно сказала она.

- Теперь ты - глава семьи Зелёного дракона, - парировал принц Суй, пресекая любые возражения, которы только собиралась озвучить Чэн Цинъянь.

- Ты кому-нибудь рассказал о том, что я стала главой семьи Зелёного дракона? - с тревогой спросила Чэн Цинъянь.

- Семья Зелёного дракона - это великая семья, и люди, наблюдающие за ней, не являются обычными. Более того, произошедшее в тот день наделало немало шума… - Цзюньлинь Цзюцин не договорил, но Чэн Цинъянь смогла прекрасно понять то, что он имел в виду.

- Забудь, пусть будет так. Я просто надеюсь, что они не станут обижаться на меня, - наконец, была вынуждена сдаться Чэн Цинъянь.

В конце концов, она всё же считала старейшину Ши, Му Цици и Ся Цяньму своими хорошими друзьями. Если они узнают, что она лгала им… увы…

- Они не осмелятся, - понимая беспокойство девушки, рассмеялся Цзюньлинь Цзюцин, - ты являешься их настоящим сокровищем.

- Честно говоря, это… - Чэн Цинъянь не успела сформулировать свои мысли, так как их карета остановилась, что означало, что они прибыли к аукционному дому семьи Белого тигра.

Прежде чем Чэн Цинъянь успела отреагировать, Цзюньлинь Цзюцин вынес её из кареты и поставил на землю.

- Полдень уже прошёл, и они должны были завершить дневной аукцион, - взяв девушку за руку и указав на ворота аукционного дома, сказал принц Суй.

Глядя на людей, суетящихся за дверью, Чэн Цинъянь всё же решилась войти. Она же должна открыть им правду, верно? Разве она так много сделала не для того, чтобы те, кто когда-то смотрел на неё свысока, узнали о настоящем могуществе Чэн Цинъянь?

Держа Цзюньлинь Цзюцина за руку, она направилась прямо к лестнице. Взгляды окружающих, устремлённые на них, были весьма неоднозначными: любопытными, изучающими, испуганными, брезгливыми…

Игнорируя всех, Чэн Цинъянь направилась в зал оценки, но была остановлена у двери.

- Вы не можете просто так войти в зал оценки. Если вы желаете что-либо приобрести, то это делается внизу, - девушка в фиолетово-розовом платье с серьёзным лицом преградила путь Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцину.

Кем ещё, кроме Му Цици, могла быть эта девушка?

- Цици, ты меня не узнала? Это так обидно, - Чэн Цинъянь с улыбкой посмотрела на маленькую девочку перед собой.

Как только эти слова прозвучали, взгляд Му Цици стал смущённым и счастливым одновременно. Но в следующее мгновение она ощутила, как по её спине пробежал холодок, который возник из-за… из-за божественно красивого человека, стоящего за спиной Чэн Цинъянь.

Когда Му Цици увидела Цзюньлинь Цзюцина, её глаза наполнились не удивлением, а страхом: «Боже мой! Этот мужчина такой красивый, но почему он так хочет меня убить?! Как страшно! У-у-у!»

- Вы… вы молодой господин Янь? - наконец сумела переключить своё внимание она.

- Разве это лицо не красивее, чем у молодого господина Яня? Неудивительно, что Цици не узнала его, - улыбнулась в ответ Чэн Цинъянь.

- Нет, Янь… Янь… глава Чэн, - Му Цици забеспокоилась и быстро замахала руками.

Чэн Цинъянь почувствовала себя немного забавно, увидев, что Му Цици настолько запаниковала, что была не в состоянии объяснить то, что хотела сказать. Она отпустила руку Цзюньлинь Цзюцина и взяла девушку за руку.

- Цици, помни, кем бы я ни была, ты навсегда останешься моей сестрой, - за обе свои жизни Чэн Цинъянь ни разу не видела своих родственников, поэтому она, естественно, дорожила этим человечком, который был ей как сестра.

Му Цици кивнула со сложным взглядом, а затем скрыла своё разочарование и улыбнулась.

- Сестра Янь, ты ищешь молодого господина Ся? - заговорила она, - он разговаривает со старейшиной Ши внутри. К сожалению, у меня ещё есть дела, и я не смогу тебя проводить. Сестра Янь, я пойду…

- Всё в порядке, я могу пойти туда сама. Занимайся своей работой, я найду тебя позже, - Чэн Цинъянь похлопала Му Цици по руке и направилась прямо в зал оценки.

Цзюньлинь Цзюцин также последовал за ней. Оставшись в одиночестве, Му Цици посмотрела на спину Чэн Цинъянь. «Молодой господин Янь - это сестра Янь…» - пробормотала себе под нос она.

- Старший молодой господин, молодой господин Янь уже давно не приносил пилюли на продажу. Взгляните… - донёсся до ушей Чэн Цинъянь голос старейшины Ши.

- Я посылал множество людей, чтобы разузнать новости, но все они вернулись ни с чем, - следом раздался нежный голос Ся Цяньму, который, казалось, останется неизменным на протяжении тысячи лет, - я не знаю, случилось ли что-либо.

- Жаль, что мы не можем помочь, - вздохнул старейшина Ши.

Услышав это, Чэн Цинъянь захотелось немного пошутить, поэтому она надела на себя привычную другим маску.

- Господин Ся приложил столько усилий, чтобы найти меня. Я на самом деле польщена! - улыбнулась она.

- Янь? - в голосе Ся Цяньму прозвучало удивление.

Слушая разговор между ними, особенно обращение Ся Цяньму к Чэн Цинъянь, выражение лица Цзюньлинь Цзюцина становилось всё более и более мрачным.

- Старший молодой господин Ся? Хм... - голос Цзюньлинь Цзюцина был очень тихим, но это обрекало Ся Цянься на трагическую жизнь в будущем.

- Что? Молодой господин Ся не узнаёт меня? - распахнув дверь в зал оценки, спросила Чэн Цинъянь.

Ся Цяньму и старейшина Ши в шоке уставились на человека, стоявшего в дверях, у которого было мужское лицо, но при этом он был одет в лунно-белое платье и имел шелковистые чёрные волосы.

- Это мужчина или женщина? Я слишком стар, чтобы понять, - в итоге первым заговорил старейшина Ши.

Услышав его слова, Ся Цяньму пришёл в себя.

- Янь… - внимательно осмотрев человека в дверях, он не удержался от смеха, - молодая леди Янь, твоя маска надета недостаточно плотно.

- Старейшина Ши действительно стар, или Цяньму слишком потрясающий. Он даже смог заметить такую незначительную деталь, - в ответ Чэн Цинъянь сняла маску со своего лица и улыбнулась обоим.

- Цяньму? - наконец не выдержал и спросил Цзюньлинь Цзюцин.

Ся Цяньму и старейшина Ши были потрясены появлением Чэн Цинъянь, поэтому сразу не заметили Цзюньлинь Цзюцина за её спиной.

Минуточку, Цзюньлинь Цзюцин?! Это точно Цзюньлинь Цзюцин?! Цзюньлинь! Цзюцин!

- Цзюньлинь? Почему ты здесь? - первым заговорил Ся Цяньму.

- Я просто сопровождаю свою невесту, - небрежно отозвался Цзюньлинь Цзюцин, шокировав своими словами троих человек, находящихся в зале оценки.

Третьим шокированным человеком являлся Най Яоци, который поспешил в зал оценки, едва получил известие о том, что Цзюньлинь Цзюцин посетил аукционный дом семьи Белого тигра.

- Невеста? Невеста? Невеста? - громко спросил Най Яоци.

- Это моя невеста, - Цзюньлинь Цзюцин обнял Чэн Цинъянь, которая стояла словно громом поражённая, и объявил присутствующим, - будущая жена принца Суй империи Божественного клёна, принцесса Суй империи Божественного клёна. Отныне вы можете называть её невесткой, если титул принцесса Суй империи Божественного клёна для вас лишком сложен.

Все присутствующие согласно кивнули, а затем тупо повторили: «Невестка». В том числе и старейшина Ши, что не укрылось от Цзюньлинь Цзюцина.

- Этому старику следует называть Янь’эр принцессой Суй, - продолжил он, - «невестка» из его уст звучит слишком странно.

- Принцесса Суй, - всё ещё пребывая в оцепенении, кивнул старейшина Ши.

Честно говоря, вся эта сцена выглядела так, будто все были загипнотизированы Цзюньлинь Цзюцином.

Услышав голос старейшины Ши, Чэн Цинъянь пришла в себя.

- Мне очень жаль, - беспомощно взглянув на Цзюньлинь Цзюцина, она обратилась к остальным, - из-за моей репутации мне было бы сложно выставлять на аукцион пилюли, используя свою подлинную личность. Поэтому, пожалуйста, простите меня. Я не… не хочу вас обманывать. В этот раз я пришла сюда под своей настоящей личностью, надеясь получить ваше прощение, а также на то, что мы сможем по-прежнему оставаться друзьями.

От этих слов Ся Цяньму и Най Яоци тоже пришли в себя.

- О чём ты говоришь? - небрежно улыбнулся Най Яоци, - ты наш друг и невестка. И это неизменно. Мы не настолько глупы, чтобы волноваться из-за подобных вещей.

- Яоци прав, - согласно кивнул Ся Цяньму, - Янь… невестка, не обращай внимания.

Он привык называть Чэн Цинъянь «Янь», но ощутив на себе леденящий душу взгляд из-за спины девушки, быстро исправился.

- Сейчас я принесла для продажи пилюли, которые сделала за последние дни. Вот они, - Чэн Цинъянь потянулась к пространственной сумке, которую ей дал великий мастер Юэ Чэнь, и начала вытаскивать из неё маленькие нефритовые бутылочки.

За исключением Цзюньлинь Цзюцина, все присутствующие были потрясены, увидев, как маленькие нефритовые бутылочки постепенно образуют небольшую гору.

Даже если заниматься изготовлением пилюль на протяжении круглых суток без еды и сна, невозможно сделать такое количество, так ведь?! Кроме того, прошло всего лишь чуть больше месяца с тех пор, как Чэн Цинъянь последний раз приносила пилюли для продажи на аукционе. Разве человек способен изготовить столько пилюль за такой короткий срок? Смогут ли эти алхимики выжить после такого?!

- Просто переведите деньги на мою карту, как и раньше. Я отправляюсь в длительное путешествие и, возможно, не вернусь ещё долго, так что не смогу забрать выручку за пилюли, когда они будут проданы, - Чэн Цинъянь хлопнула в ладоши, и пространственная сумка снова вернулась на её талию.

Ся Цяньму и старейшина Ши кивнули, показывая, что они поняли. В это время взгляд Най Яоци устремился на талию Чэн Цинъянь, в следствии чего, как все и ожидали, он подвергся нападке Цзюньлинь Цзюцина.

- Как ты хочешь умереть? - принц Суй слегка приподнял уголок рта, глядя на Най Яоци с холодной улыбкой в глазах.

- Нет-нет, - Най Яоци вздрогнул всем телом и быстро замахал руками, объясняясь, - мне просто интересно, является сумка на талии невестки пространственной сумкой?

- О? Правда? - Цзюньлинь Цзюцин продолжил сверлить взглядом молодого человека.

- Да! Да! Да! - неоднократно закивал Най Яоци.

- Верно, это пространственная сумка, - ответила Чэн Цинъянь, с насмешкой похлопав Цзюньлинь Цзюцина по плечу.

- Как в этом мире могут существовать пространственные сумки? - удивился старейшина Ши, - пространственная сумка - это инструмент для хранения, который может быть создан только человеком, обладающим элементалями пространства. Он использует собственное пространство для создания пространственной сумки. Но в нашем мире больше не существует людей, обладающих элементалями пространства. Откуда может взяться пространственная сумка? Где она?

- Её мне дал мой учитель, - Чэн Цинъянь взглянула на Цзюньлинь Цзюцина прежде, чем всем ответить.

- Учитель? - снова спросил старейшина Ши.

- Великий мастер Юэ Чэнь, - улыбнулась Чэн Цинъянь.

- А-а-а, если это великий мастер Юэ Чэнь, то это совершенно нормально, - сказал старейшина Ши, внезапно что-то осознав.

«Учитель действительно очень могущественен. У него обширные связи, высокие способности, хороший характер, красивая внешность и великолепное тело… О, не слишком ли это?»

- Дневной аукцион уже прошёл, а до вечернего ещё есть время. Почему бы нам не пойти в павильон «Говорящего ветра», чтобы пообедать? - вежливо обратился ко всем Ся Цяньму, вновь обретя свою привычную мягкую и кроткую манеру общения.

- Старший молодой господин, у меня ещё много дел, поэтому в этот раз я не пойду, - отказался старейшина Ши.

- Всё в порядке, - кивнул Ся Цяньму, - но не забывай отдыхать. Не изнуряй себя работой.

Павильон «Говорящего ветра»…

- Смотри, разве это не та никчёмная уродливая девчонка Чэн Цинъянь? Как она оказалась вместе принцем Суй, молодым господином Ся и молодым господином Най?

- Ты что, давно из дома не выходила? Какая никчёмная уродливая девчонка? Это же нынешний глава семьи Зелёного дракона! Ты вообще ничего не знаешь.

- Точно-точно! Я не знал, что печально известная молодая леди Чэн обладала такой выдающейся силой и связями. Она привела большое количество могущественных воинов, чтобы захватить семью Зелёного дракона и одолеть Чэн Яя, а также подавить остальных молодых леди и наложниц.

- Нельзя следить о книге по обложке, это живой пример!

…

Слушая разговоры людей внизу, Чэн Цинъянь спокойно заваривала чай, а трое молодых людей рядом с ней погрузились в свои мысли.

Но красивые вещи всегда привлекают внимание алчных людей, как, например, соседний столик.

- Хм, ты же всё-таки девочка, и не стыдно тебе сидеть за одним столом с тремя взрослыми мужчинами, - откровенно ревнивый тон достиг ушей четырёх человек.

Первым не выдержал прямолинейный Най Яоци и, хлопнув по столу, резко встал, едва эти слова прозвучали.

- Если ты ещё раз скажешь что-то плохое о моей невестке, я найду сотню способов, чтобы ты не смогла остаться в имперской столице! - пригрозил он.

- Не стоит спорить с человеком, который никогда не видел мира… - мягко сказал Ся Цяньму, потянув Най Яоци за рукав, - просто найди кого-нибудь, кто убьёт его, - улыбнулся он, поймав на себе озадаченный взгляд приятеля.

- Зачем искать кого-то, чтобы её убить? Разве не лучше было бы убить её прямо сейчас? - немного растерялся Най Яоци.

- Если ты не боишься испачкаться, - сделав глоток чая, заваренного Чэн Цинъянь, многозначительно покачал головой Ся Цяньму, - то можешь сделать это сейчас.

- Ха-ха, - громко рассмеялся Най Яоци, выслушав его, - как ты думаешь: нам следует использовать собственных убийц или нанять кого-то со стороны?

- И то, и другое подойдёт, - неторопливо отозвался Ся Цяньму, поставив чашку.

Слушая, как беззаботно молодые люди обсуждают её убийство, девушка, сидящая за соседним столом, разозлилась и вытащила меч.

- Как смеют несколько слуг, занимающихся эскортом[1], нести чушь? Женщины здесь бесстыжее, а мужчины ещё более бесстыдны! Вы ищите смерти, верно? Тогда Святая вам поможет! - пригрозила она.

Услышав это, Чэн Цинъянь и Цзюньлинь Цзюцин отставили свои чашки.

- Как Янь’эр хочет, чтобы она умерла? - наклонившись к уху Чэн Цинъянь, тихо спросил Цзюньлинь Цзюцин и погладил её по голове.

- Таких, как она называют старая дева[2], - серьёзно заговорила Чэн Цинъянь, постучав пальцем по подбородку, - разве ты не можешь проявить немного милосердия и не мешать ей искать мужа? Если она умрёт сейчас, то останется одна до конца своей жизни.

- Какое отношение это имеет ко мне? - рассмеялся Цзюньлинь Цзюцин.

Он взглянул на Най Яоци и девушку, объявившую себя Святой, которые уже начали сражаться, а затем взмахнул левой рукой, схватил эту девушку за шею и швырнул её к ногам Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь взглянула на красивое лицо перед собой, которое побледнело, и почувствовала лёгкое веселье. Она на самом деле очень красивая девушка. Для неё естественно испытывать зависть и злость, увидев, как уродливая девочка обедает с тремя красивыми мужчинами.

- Старая дева? Хм, - спросила Чэн Цинъянь, приподняв уголок губ.

_____________________________________________________

[1] В оригинале здесь использовано сочетание иероглифов, несущих смысл «мальчик по вызову, мужчина-проститутка», а также сделан акцент на том, что люди не являются свободными, т.е. слуги.

[2] 剩女 (шинь ну) - термин, обозначающий женщину, которая старше 25-30 лет, но ещё не вышла замуж. В русском языке аналогом является «старая дева». Ключевым моментом здесь является то, что девушка (Святая) на самом деле моложе этого возраста, хоть и одинока, потому «старая дева» (шинь ну) является для неё особым оскорблением.

- У-у-у, - горло девушки было сжато духовной силой Цзюньлинь Цзюцина, поэтому она вообще не могла говорить и была способна произнести лишь отдельные звуки.

Чэн Цинъянь взглянула на Цзюньлинь Цзюцина, и тот сразу понял, что она имела в виду, и отпустил шею девушки.

Как только девушку освободили, она тут же рухнула на пол.

- Ты хоть знаешь, кто я? - с ненавистью взглянув на Чэн Цинъянь, спросила девушка, - как ты посмела так поступить со мной?!

- Не знаю, - спокойно отозвалась Чэн Цинъянь, равнодушно глядя на девушку.

Услышав это, девушка немного смутилась, в то время как трое молодых людей рассмеялись.

- Господин[1], - девушка с жалостью посмотрела на Цзюньлинь Цзюцина, демонстрируя всю свою нежность и хрупкость, - я Юй Сяосяо, Святая дворца Теней империи Божественного тумана. Я прибыла в империю Божественного клёна по просьбе великого мастера Юэ Чэня. Я не знакома с этим местом, поэтому хочу…

Юй Сяосяо не закончила свои слова, но их смысл был ясен: она явно просила защиты. Все прекрасно это поняли, но притворились, что ничего не понимают.

- Ха-ха! - Най Яоци даже рассмеялся, - у меня сейчас живот заболит от смеха. Так не должна себя вести проститутка! Нужно быть полной идиоткой, чтобы соблазнять Цзюньлиня прямо на глазах у моей невестки. Видимо, ей наскучила жизнь!

- Можешь смеяться сколько угодно, но не втягивай Цзюньлиня и невестку, - Ся Цяньму любезно предостерёг Най Яоци, который почти задыхался от смеха, похлопав его по плечу.

- Что? - не понял Най Яоци, а затем сделал то, о чём пришлось пожалеть, - невестка, еда здесь совсем невкусная, - обняв Чэн Цинъянь за плечи, заговорил он, - почему бы тебе не зайти ко мне домой? У меня есть мясо черепахи, которое очень вкусное!

Ся Цяньму посмотрел на Цзюньлинь Цзюцина, чьё лицо становилось всё более и более «нежным», пока температура окружающего воздуха опускалась всё сильнее и сильнее, а затем перевёл взгляд на Най Яоци, который всё ещё ничего не подозревал, и мысленно зажёг для него множество свечей: «Покойся с миром. Покойся с миром.»

- Идём, - согласилась Чэн Цинъянь.

Развернувшись, она взяла Цзюньлинь Цзюцина за руку и покинула павильон «Говорящего ветра». Ся Цяньму одарил Най Яоци многозначительной улыбкой и поспешил следом. Най Яоци остался один, размышляя о значении улыбки Ся Цяньму.

Юй Сяосяо, которую всё это время игнорировали, в изумлении наблюдала, как четверо уходят. Лишь спустя несколько минут она пришла в себя, и её лицо тут же исказилось от злости.

- Омерзительная уродина! Такой красивый мужчина является твоим мужем? Хм! Это словно цветок, застрявший в коровьем дерьме! Рано или поздно я заставлю его… броситься в мои объятия! А тебе только и останется плакать в сторонке! Ха-ха-ха! - рассмеялась Юй Сяосяо.

На самом деле Чэн Цинъянь всю дорогу думала о словах Юй Сяосяо. Упомянутые ей дворец Теней и великий мастер Юэ Чэнь стоили размышлений.

Почему учитель хотел, чтобы Святая из дворца Теней приехала в империю Божественного клёна? Что из себя представляет дворец Теней? Почему его название схоже с долиной Теней, главной базы «Красноглазых»?

В конце концов, Чэн Цинъянь пришла к выводу, что её связь с этим миром определённо не так проста, как связь между душой-путешественницей и местом назначения путешествия души. Ей ещё предстояло выяснить много всего. Возможно, посещение царства Реинкарнации - ключ к её собственному прошлому.

Таким образом…

____________________________________________

[1] В оригинале использован термин гунцзы ( 公子 ). Применяется при обращении к сыну влиятельного человека.

- Цзюньлинь, я хочу прямо сейчас вернуться во дворец «Следовать путём прекрасной жемчужины до конца», - подвела итог своим размышлениям она.

- Будет лучше, если ты узнаешь о своём прошлом побольше. Давай отправимся прямо сейчас, - согласился принц Суй, с лёгкой улыбкой взглянув на Чэн Цинъянь.

Чэн Цинъянь не ожидала, что Цзюньлинь Цзюцин сможет полностью понять её мысли всего лишь по нескольким словам, взгляду или жестам. Вот что значит близкий по духу человек.

- Цяньму, Яоци, мы планируем отправиться в долгое путешествие как можно скорее. Мы не сможем пообедать с вами. Извините, - слегка кивнув, Чэн Цинъянь обратилась к двум молодым людям.

Най Яоци и Ся Цяньму переглянулись.

- Всё в порядке, но тебе следует запомнить, что ты должна нам обед, - первым заговорил Ся Цяньму, - и тебе придётся вернуть нам этот долг, когда вернёшься в следующий раз.

- Если что-нибудь случиться, только дай знать. Мы примчимся, где бы ты ни была! - тут же согласился Най Яоци.

Чэн Цинъянь с благодарностью кивнула и вместе с Цзюньлинь Цзюцином села в карету, запряжённую лошадьми истребляющей тени, ревущей в небеса, которая помчалась к границе между империями Божественного клёна и Божественной степи.

- Все уехали, на что ты смотришь? Идём ко мне, поедим. Я голоден, - заметив, что Ся Цяньму всё ещё смотрит вслед карете, сказал Най Яоци, похлопав приятеля по плечу.

С этими словами он коснулся своего живота, отображая обиду на своём лице. Ся Цяньму не нашёл это забавным, потому что за эти годы успел привыкнуть к эксцентричности молодого господина Най.

Вернувшись в дом семьи Белого тигра, Ся Цяньму не стал просить слуг принести еду, а сел под дерево Белых цветов и сам заварил себе чай. В этом сезоне дерево Белых цветов ещё не зацвело, а на ветвях и стволе всё ещё оставался снег, который постепенно таял.

- Он - это она… - держа в руках чашку, Ся Цяньму дул на плавающие на поверхности чайные листья, - невестка…

Густой пар застилал его чёрные потерянные глаза.

- Цзюньлинь, разве тебе не нужно собрать свои вещи или оставить какие-нибудь указания Цзы Мо? - сидя в карете, в замешательстве спросила Чэн Цинъянь принца, который крепко обнимал её.

Цзюньлинь Цзюцин положил голову на плечо девушки, вдыхая аромат чая, исходящий от её тела, и наслаждался ощущением комфорта и умиротворения.

- Если они не смогут справиться даже с такими мелочами, то нет смысла оставлять их во дворце Суй, - отозвался он.

- Верно, - согласилась Чэн Цинъянь.

Она прекрасна понимала эту мысль. В своей прошлой жизни она и сама использовала этот критерий, чтобы решить, должны ли её подчинённые остаться или уйти.

- Давай поспим немного. Ты так торопилась, что съела только немного печенья в карете. Пора отдохнуть, - Цзюнтлинь Цзюцин улёгся на диван, взял девушку на руки и крепко обнял её.

- Тогда, когда доберёмся до дворца «Следовать путём прекрасной жемчужины до конца», я попрошу учителя приготовить нам хорошую еду, - уткнувшись головой в тёплую и сильную грудь Цзюньлинь Цзюцина, промурлыкала Чэн Цинъянь немного взволнованным и в тоже время уставшим голосом.

Услышав это, принц Суй кивнул, и нежность в его взгляде усилилась, когда он смотрел на лицо человека, мирно уснувшего в его объятиях.

«Я больше не могу тебя отпустить. Что мне делать? Янь’эр? Я действительно хочу остаться с тобой навсегда.» Каждый раз, видя Чэн Цинъянь, Цзюньлинь Цзюцин вспоминал о печати. Теперь он на самом деле боялся потерять её.

- После того, как разберёмся с твоими делами, дай мне немного времени. Я решу вопрос с печатью и вернусь. Не волнуйся за меня, - прошептал Цзюньлинь Цзюцин и нежно поцеловал Чэн Цинъянь в лоб.

Продолжая крепко держать девушку в своих объятиях, лёгкая улыбка коснулась его губ.