Испокон веков священными животными Ли были Дракон, Феникс, Черепаха и Цилинь. Они олицетворяли императорскую власть, силу и мудрость.

Однажды мать Первого императора – Первая Вдовствующая Императрица незадолго до рождения сына повстречала всех четырех священных существ.

Никто не знает, кто был отцом Первого Императора. Говорят, что Дракон даровал Императрице свое семя и она понесла дитя – сына дракона. Феникс наполнил дитя силой для великих свершений и создания могущественного рода, что возвысится над другими кланами. Черепаха же подарила ребенку и матери долгие годы жизни, удачу и мудрость править справедливо и честно. Так Первая Вдовствующая Императрица и ее еще не рожденный сын получили все для того, чтобы создать Ли. Только Цилинь стоял в стороне.

– Дракон, Феникс и Черепаха даровали тебе и сыну всё, что вам необходимо, мне нечего тебе дать, – обратился Цилинь к Императрице.

Другие существа возмутились. Каждый из них должен был преподнести дар Императрице и ее сыну. Но Цилинь был непреклонен.

И тут заговорила Черепаха:

– Цилинь все верно говорит. Мы преподнесли много даров. У вас есть и силы, и возможности, и нашего благословение для того, чтобы приобрести власть и создать великое государство, стать могущественным кланом. Но даже у наших сил есть предел.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Дракон. – Мои силы безграничны. В этом ребенке течет моя сила и кровь!

– Черепаха права, Дракон. Мы существа бессмертные, но люди смертны и на нас не похожи. С годами наша сила будет истощаться, человеческая кровь с каждым новым поколением будет разбавлять ее и род будет слабеть, – произнес Феникс.

Все существа молчали. Заговорила Императрица:

– Получается, что нам нельзя разбавлять нашу кровь чужой, чтобы не потерять силу и могущество? – она упала перед святыми существами на колени и взмолилась. – Прошу вас, о Великие, даруйте мне после сына дочь, наполненную вашей силой, дабы мои дети смогли продолжить род и не произошло кровосмешения.

Дракон, Черепаха и Феникс согласились.

– Хорошо, ты родишь после сына, еще и дочь. Твои дети продолжат ваш род и сохранят наши силы в вашей крови. Когда настанет час, Феникс навестит тебя, Императрица, и дарует тебе дочь, – провозгласил Дракон.

Цилинь продолжал молчать, но теперь он усмехался над картиной, которая перед ним развернулась.

– Почему ты смеешься? – возмутился Дракон.

– Ничего, мои друзья. Я вижу, как вы тут все ловко решили. Как я сказал, мне нечего даровать будущему Императору и его матери. На этой хорошей минуте, я откланяюсь, – он мгновенно исчез, не оставив после себя ни примятой травинки, ни убитой букашки.

Цилинь не осуждал своих товарищей. В тот момент в них говорили их амбиции и эго: даже у священных существ есть темная сторона.

Цилинь знал, что идея, задуманная его товарищами не сработает, потому что люди другие. От такого близкого родства между родителями будут рождаться больные и слабые дети, но явно не правители и Сыны Дракона и Неба.

Он долгие тысячи лет навещает супружеские пары, которые не могут иметь детей, дарует женщинам сыновей и знает, что люди хрупки и слабы по своей природе. Цилинь знал, что светлая идея объединения людей и создания великой Империи Ли подобно солнцу на небосводе придет рано или поздно к закату и забвению, а на ее место придет уже другое государство.

Цилинь был добр и мудр и знает как исправить ошибку своих товарищей, но им об этом знать не обязательно…

Первая беда настила императорский клан Ка спустя некоторое время. Для людей прошло почти столетие, а для Святых существ – пару мгновений. Родился принц с силой Дракона, Феникса и Черепахи в крови, но слабый и больной, он умер в младенчестве. Следом родилась девочка в императорской семье такая же слабая и больная – она вскоре скончалась.

Дракон, Черепаха и Феникс недоумевали, почему так? Дарованная ими сила в детях, а их тела слабые и немощные. Они заметили, что дети из побочных ветвей, рожденные во смешении с другой кровью, пусть и обладали меньшей силой, но были здоровы, умны и сильны, подобно Первому Императору.

Тогда они, сидя на горе, с которой наблюдали за смертными, увидели Цилиня, что под покровом ночи навестил одну из наложниц Императора. Вскоре девушка забеременела и родила здорового и крепкого сына, который стал следующим Императором Ли.

Как и было предсказано, силы Священных существ из-за кровосмешения начали слабеть и род становился слабее. Люди не ощущали этого, ведь императорский клан удерживал свою власть и могущество методами, которые приняты у людей. Но Цилинь и другие видели, что из поколения в поколение либо дарованные силы, либо человеческие утекают из рода, и его необходимо было спасать.

Дракон, Черепаха и Феникс пытались что-либо придумать, но они больше не могли даровать силы клану Ка. Это мог сделать только Цилинь, но тот предпочитал не вмешиваться в естественный ход жизни…

Однажды Цилинь навестил одну наложницу. Он знал, что эта женщина войдет в историю Ли и будет известна всем как Императрица-регент. Она станет единственной женщиной в истории страны, которая будет так долго править. Он помнил, что клан Ка создавался с идеей объединения народов, искоренения насилия и зла, войны и разрухи.

Цилинь не видел ничего плохого в том, чтобы Ли правила женщина, которая поддержит первоначально задуманную идею. Он явился к ней.

Молодая девушка была юна и напугана. Она сбежала от прислуги, чтобы прогуляться в саду и подумать о своем Императоре, и точно не ожидала встретить Цилиня.

“Не кричи”, – услышала она в своей голове. Тяжело было понять, были ли это ее внутренний голос или истинный голос Священного создания.

“Я с даром к тебе. Твои искренние чувства к Императору достойны награды”, – Цилинь открыл рот и из его горла ринулся огонь прямо на девушку. Пламя не обжигало, оно согревало, а еще забирало болезнь, что не позволяла девушке забеременеть.

“Ты родишь сына, он будет хрупок как цветок под твоими ногами, – он взглянул на цветок, на который девушка наступила от неожиданности при встрече с ним. – Береги его. Он будущий Император”.

Девушка моментально пала ниц к лапам Цилиня.

– Благодарю тебя, о Великий!

“Мой дар имеет цену. Я не приемлю кровопролитий, убийств, войн, несправедливости и зла. Если это свершиться, правлению придет конец”.

– Клянусь, такого не произойдет.

Цилинь оставил ее.

Наложница вскоре понесла сына. Родился здоровый и сильный мальчик. Девушка помнила наставления Цилиня и опекала сына как хрупкий цветок – так он им и стал. Безвольный Император, что страшится матери и взрослых женщин. Император, которому не нужна была власть. Его мать, забыв о том, что дар Цилиня требует платы, перешагнула черту: отдала приказ вырезать весь мужской императорский род, дабы никто из братьев ее сына не смог низвергнуть будущих Императрицу-регент и Императора с трона.

Цилинь же был рад такому исходу. Он собрал кровь умерших мужчин и направился к Дракону, Фениксу и Черепахе. Те не были рады ему.

– Ты плетешь интриги за нашими спинами! – взревел Дракон.

– Изгнать его! – поддержал Феникс.

– Возьмем Тигра в наш круг вместо тебя! – подытожила Черепаха.

– Я всего-то делаю то, что и делал: приношу семьям долгожданных сыновей, - ответил им Цилинь.

– А кровь павших сынов Империи зачем тебе? – спросил Феникс.

– Ваши алчность и эгоизм застелили вам взор много лет назад. Я же хочу исправить это. Вы видите, что произошло? Сохранение чистоты крови не привело к тому результату, что вы ожидали. Люди живут по законам смертных, – Цилинь лег на землю перед своими товарищами, показывая, что их упреки его не тревожат.

– Зачем тебе кровь? – спросил Феникс.

– Мне нужна ваша помощь. Вы не можете больше давать клану Ка силу, а я свой дар им так не преподнес. Все, что я до сих пор делал, – это только приносил сильным и достойным женщинам желанных сыновей. Впрочем, этим я и так занимался.

– Ты разбавлял кровь! – взревел Дракон.

– Погоди, друг мой, – перебила его Черепаха. – Цилинь прав. Чистота крови породила слабых и больных отпрысков Империи. Цилинь же, никогда не давал детей тем женщинам, что имели кровную связь с кланом Ка. Он благословлял сыновьями женщин из других семей, и, в итоге, рождались сильные и здоровые принцы, но наша сила их покидала.

– Все верно. Я рад, что твоя мудрость, Черепаха, воистину велика, - ответил Цилинь.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовался Феникс.

– Мы соберем силу из крови падших сынов Дракона. Я пущу вашу силу по определенному руслу. Законы жизни и смерти просты: выживает сильнейший. Империя будет целостной только при сильном правителе. Поэтому мы не будем ее распылять на всех детей рода. Сила будет подобно реке течь по руслу к самому достойному наследнику, – Цилинь говорил медленно и очень спокойно.

Дракон, Феникс и Черепаха согласились. Они изъяли из крови силу и превратили ее в каплю, которую Цилинь обещал даровать матери сильнейшего наследника…

Аньши шла по цветущему саду. Все вокруг было залито солнечным светом, но девочка не чувствовала солнечного тепла. Вокруг никого не было. Она искала сестру и подруг, но их нигде не было. В какой-то момент ею овладел страх. Она потерялась и не знала, где находится.

– Есть тут кто-нибудь? – крикнула она, но никто не отозвался.

Она побежала. Ей было страшно, и ноги несли ее непонятно куда, пока она не выбежала на огромную площадь. Она знала эту площадь: главная площадь Внутреннего Двора, куда они с сестрой недавно прибыли. Но и она оказалась абсолютно пустой.

А солнце продолжало все также ярко светить.

Аньши взглянула на солнце, что было в зените. Оно светило ярко, и если в саду оно не грело, то сейчас оно будто бы испепеляло бедную девочку.

– Эй! – крикнула она. – Кто-нибудь!!!

“Не кричи”.

Девушка обернулась и увидела перед собой непонятное существо. Ей показалось, что тело было лошадиным с львиными лапами и огромными когтями. Все его тело покрывала золотая чешуя. Голова дракона со светящимися алыми глазами. Ветра не было. Однако черные грива и хвост непонятного существа развевались, словно на ветру.

Аньши испугалась и попятилась назад. Крик застыл в горле девочки.

“Не кричи”, – повторил голос в ее голове. Этот голос был ей знаком и незнаком одновременно.

Глаза Аньши наполнились слезами. Она продолжала отходить назад от неизвестного ей существа, но случайно наступила на подол ее ханьфу и упала.

Девушка подняла взгляд на существо и только сейчас обратила внимание на один огромный рог, что рос на драконьей голове существа. Химера оскалилась, показав ряд острых ровных белых зубов и напугав девочку еще сильнее.

– Не ешь меня, молю, – она склонилась перед ним, ожидая смерти. Слезы текли ручьем из ее глаз и падали большими каплями на каменные плиты, которыми была выложена вся площадь.

“Не плачь. Я не со злом пришел”, – успокаивающий голос прозвучал в ее голове.

Девочка подняла на него свой взор. Он не выглядел таким страшным, каким казался изначально. Оскал напоминал ухмылку или даже улыбку. Красные глаза больше не казались злыми. А когти на его львиных лапах больше не пугали. Она присмотрелась. Он не стоял на земле, а парил в воздухе. Возможно, из-за этого его хвост и грива развевались словно на ветру.

“Аньши, ты добрая девочка. Я благословляю тебя. Протяни мне свою руку”.

Девочка повиновалась и вытянула свою руку. В тот же миг из глаз существа на ее руку упали две капли. Одна была крупной и упала прямо в центр ее ладошки. Вторая капля упала чуть позже первой на кончик пальца девочки и в тот же миг соскользнула с него, упав на землю, где мигом испарилась под испепеляющим солнцем. Первая же словно впитывая солнечный свет росла в ее ладошке и окрашивалась в золотой цвет.

“Испей”, – прозвучал голос, и она подчинилась.

Аньши выпила выросшую в ее ладони слезу, и в тот же миг улыбающееся существо растворилось в солнечном свете.

Девочка проснулась в своих покоях от солнечного луча, что проник в комнату сквозь ставни окон. Она хотела поделиться своим сном, но вновь в ее голове прозвучал голос:

“Это наш с тобой секрет, Аньши”.

Немного позже девочка узнала о том, что существо, что посетило ее во сне было Цилинем, что приносит счастье и удачу. И благословляет сыновьями.

Комнату заливал холодный лунный свет. Она встала с постели и вышла на балкон. Полная луна освещала округу. А-Дуо вернулась в комнату, наспех обулась и накинула на себя верхнюю одежду. Солнечный Принц этой ночью ее не посещал, поэтому у двери охраны не было, – она выскочила беспрепятственно на улицу и направилась в сторону храма.

Быть единственной наложницей наследника Империи – это проклятье. Женская ревность и зависть – страшные вещи, которые приносят ей одни страдания.

Общественное давление из-за того, что за два года посещений Принца она до сих пор не зачала ребенка – добивали ее. Она плакала ночами, чтобы держать лицо при свете дня. И только месяц был ее спутником и поддержкой.

А-Дуо хотела свободы. Она хотела отправиться в путешествие и посмотреть мир. Но она обязана служить Империи, как и все члены ее семьи. Ее желания никто не учитывал, особенно Принц, который был в нее влюблен с детства. Она тогда не поняла его чувств и приняла их за дружбу. Однако то, что для нее было дружбой, для него оказалось любовью. По злому року судьбы она стала заложницей не только своего долга, но и птицей в золотой клетке императорского гарема.

Возле входа в храм стоит статуя Цилиня – магического существа, что по поверьям и легендам дарит родителям сыновей. Внутри горели немногочисленные свечи и догорали благовонья, что зажигали девушки еще днем.

А-Дуо не ходила в этот храм при свете дня, не зажигала благовоний в присутствии других. Она была гордой и не могла показать другим девушкам свою слабость. Она молилась о сыне.

“Сколько наблюдаю за тобой и слушаю твои просьбы, все понять не могу: зачем тебе сын, А-Дуо?”

А-Дуо вскочила с колен и осмотрелась – никого не было, но голос она слышала отчетливо.

– Кто ты? Покажись! – позвала она того, кто потревожил ее во время молитвы.

“Ты меня видела уже много раз, но раз просишь…”

Двери храма отворились и в помещение вместе с порывом ветра полился серебристый лунный свет. Свечи потухли, оставив А-Дуо с гостем.

Ее гость не соврал: она видела его много раз на многочисленных фигурах и изображениях. Цилинь.

Настоящий Цилинь был выше А-Дуо, которая сама отличалась достаточно высоким ростом. Голова мудрого дракона, шея свирепого волка, тело благородного оленя, лапы сильного льва, бычий хвост, густая черная грива и лоснящийся мех, окутанный лунным светом. Но самое главное рог, что, действительно, рос прямо из середины его лба.

Она его не боялась, хотя вид у него мог показаться грозным на первый взгляд.

“Ты храбрее многих. Обычно меня пугаются, а потом годами восхваляют и благодарят. Ты же, напротив. Ничего тебе не даровал, а ты молишься, восхваляешь и благодаришь меня”, – он сел перед ней и ухмыльнулся, оскалив зубы.

– Ты Благословенное создание, несешь счастье и удачу тому, перед кем предстанешь. Я должна этого бояться? – спросила молодая девушка.

“Я тебя не благословлял, чтобы ты так уверенно утверждала это”, – ответил ей Цилинь.

Уверенность А-Дуо на мгновение погасла и Цилинь это заметил.

“Ты просишь у меня сына от человека, которого не любишь. Ты хочешь освободиться, но просишь об обратном. Ты понимаешь, что ребенок от Принца тебя навсегда привяжет к этому месту? И к самому Принцу. Ты не увидишь мир, о котором грезишь. Где тут удача и счастье?”

Девушка испуганно взглянула на Цилиня. Он говорил истинную правду, которую она понимала и знала, но принимать не хотела: давление общества отпечаталось на ней сильнее, чем она предполагала.

– Солнечный Принц обещал мне исполнить любое мое желание, если я подарю ему наследника. Я его знаю, он сдержит слово. Сын – это мой билет отсюда.

Цилинь засмеялся. Его смех был больше похож на рык.

“Глупая смертная. Я понимаю, что твориться в твоем сердце и душе, А-Дуо. Но самообман – это не для тебя. Ты всегда была мудра и рассудительна от природы. Очень жаль видеть тебя такой”, – Цилинь встал, явно намереваясь уходить.

– Погоди. Почему я не могу получить твоего благословения? Почему моя просьба тебя смешит? – твердо бросила ему вслед девушка.

Последовал тяжелый вздох.

“А-Дуо, в твоей судьбе нет детей. Нет материнства. Твоя судьба – служить Империи Ли до последнего вздоха. Ты – опора будущего Императора и, поверь, самая главная женщина в его жизни. Как мне благословить тебя на то, что Небесный Господин тебе не даровал?” – Цилинь посмотрел на нее с сочувствием. Он не часто заглядывал в будущее. Однако, получив каплю с силой Дракона, Феникса и Черепахи, был вынужден взглянуть в будущее, чтобы найти самую достойную Мать Империи. В том будущем он видел А-Дуо и знал ее судьбу. Ей не стать Матерью Империи.

Пятнадцатилетняя девушка опустилась на колени. Ноги ее больше не держали.

– Я навсегда в этой клетке, – произнесла она глухо. – Неужели нет способа вырваться?

Она говорила сама с собой и Цилинь это понимал. Он молчал. Благовония, зажженные в его честь продолжали гореть и наполнять помещение своим ароматом.

Он посмотрел на нее в последний раз и направился к выходу из храма.

– Неужели нет способа? Неужели я не могу управлять своей судьбой сама?

“Только вы, люди, думаете, что можете управлять судьбой. Судьбу избирает ваша душа для того, чтобы пройти все необходимые испытания и возвыситься. Вы властны только над тем, как принимаете и справляетесь с испытаниями”.

– Мне смириться?

“Прими и смирись”, – Цилинь направился к выходу.

Удаляясь, он слышал как падают на пол ее слезы…

– Наблюдаешь за той девушкой? – спросил Феникс старого друга.

– А ты за своей тезкой? – ответил ему вопросом на вопрос Цилинь.

– Она мне нравится. Умная и сильная женщина.

– А-Дуо я ценю за те же качества.

– Могу я тебя попросить? – спросил Феникс, наблюдая за миром смертных с горы, на которой обитали Священные создания.

– О чем?

– Благослови ее на рождение сына. Она тогда обретет счастье с тем, кого любит.

– С тем чудаком, над родом которого похлопотала Черепаха?

– Да, именно с ним. Она влюбилась в него, просто играя в Го. Странные создания эти люди.

– Она же несет в себе твою силу. Иначе бы ты за ней так не наблюдал, – Цилинь мирно лежал в тени скалы.

– Она хочет именно сына, а по мальчикам у нас ты мастер.

– Хочешь ей сына от мужчины с долголетием и мудростью Черепахи и практичностью и стойкостью Феникса? Боюсь представить, что из этого выйдет, но идея хорошая, – Цилинь усмехнулся.

– Я могу на тебя рассчитывать?

– Всему свое время, друг мой. Всему свое время…

“Все еще молишь о сыне, но в храм не ходишь и благовония не жжешь. Что изменилось?”

В этот раз Цилинь предстал перед А-Дуо, покрытый серебристой чешуей, а не мехом, как в прошлый раз, хотя остальное в его внешности не изменилось, разве что она рассмотрела цвет его глаз – глубокий лиловый, в котором отражался свет луны.

– Надежда умирает последняя, – тихо ответила девушка.

“Чтобы создать то, чего нет, надо это забрать там, где оно есть. У тебя нет ни плоти, ни души, надо и то и другое. А цена какой будет! Готова платить?” – он сидел рядом с А-Дуо на стене замка.

– Поясни.

“Ты сама все знаешь”.

– Будет больно?

“Нестерпимо”.

– Оно того стоит?

“На этот вопрос ответишь только ты”.

Она тяжело вздохнула.

– Он будет счастлив?

“У каждого свой путь. Счастье – это не дар, это умение. Все зависит от него”.

– Мой долг служить Империи. Ли нужен наследник мужского рода. Яну нужен сын.

“Это твое решение?”

– Да, – едва различимый шепот и скупая слеза.

Сильная и независимая, гордая по своей природе А-Дуо смиренно приняла и склонилась пред своей судьбой. Перед ней даже бессмертные преклоняются.

“Хорошо”.

Цилинь обошел А-Дуо и встал прямо напротив. Взгляд ее лиловых глаз встретился с его.

“Эта капля не для тебя предназначена. Она предназначалась другой девушке. Она совсем скоро появится на свет и в не очень далеком будущем станет законной супругой твоего Императора. За то, что я сделаю цена будет очень высока, но это лучший путь”, – голос Цилиня звучал твердо. Это решение и ему тоже далось тяжело.

– Ты же говорил, что все предрешено. Что изменилось? – А-Дуо приблизилась к ночному гостю.

“Мое время на исходе. Я живу на этом свете уже больше трех тысяч лет, скоро мою душу призовут. Боюсь, что не смогу претворить задуманное в жизнь. А этот путь станет выходом для нас обоих”, – Цилинь усмехнулся, но его взгляд был грустным. Ему казалось, что он совершил недостаточно.

– Как скоро ты меня оставишь? – она приблизилась еще ближе к Цилиню и впервые прикоснулась к его драконьей щеке.

“Скоро”, – он сделал шаг назад.

Он открыл пасть и из нее прямиком на А-Дуо устремилось пламя. Оно не обжигало, а приятно согревало. После этого пламени появилось странное чувство легкости в животе, как будто оковы сгорели в огне Цилиня.

“Протяни мне руку”, – властно произнес Цилинь.

А-Дуо вытянула руку, и в ее ладони появилась капля, что стала увеличиваться, напитывая лунный свет и окрашиваясь в серебро.

“Выпей”, – он приказывает, она повинуется.

– Спасибо, Цилинь, – она снова приблизилась к нему и положила уже обе руки ему на морду, мягко прося его опуститься до ее роста.

Цилинь ложиться перед ней, позволяя совершить задуманное. Она легко целует его в лоб…

Девушка проснулась от солнечных лучей, что проникли ранним весенним утром в ее покои. Рядом спал ее супруг. Она села на постель, вспоминая события прошлой ночи, точнее, скорее всего, сна. Однако это не помогает. Она не смогла отделить реальность ото сна и не вспомнила, когда Принц пришел в ее покои.

– Цилинь, спасибо тебе, – прошептала она.

– А-Дуо, ты проснулась? – сонно спросил наследник престола. Он лениво повернулся на другой бок, чтобы лучше рассмотреть девушку.

– Доброе утро, Ян, – поздоровалась она.

– Как ты себя чувствуешь?

Солнечный Принц приподнялся на локтях и внимательно рассматривал подругу.

– Хорошо. Почему ты так смотришь? Что произошло? – А-Дуо стало не по себе от взгляда молодого человека.

– Ты помнишь, что ночью было? – он сел напротив ее, едва прикрыв свою наготу. В тот же момент девушка поняла, что сама абсолютно голая.

– Не особо, – честно призналась она.

– Я тебя в стельку пьяную снял со стены дворца, а ты несла бред про Цилиня и какое-то благословение, – он говорил аккуратно, стараясь контролировать голос, чтобы А-Дуо не решила, что это упрек.

Такого А-Дуо точно не ожидала. Она догадалась, что после последовала бурная ночь, учитывая, что они даже не соизволили одеться, чтобы слуги случайно не застали их в таком виде.

Она вспомнила, что ее долг служить Империи. Цилинь ради нее нарушил правила, и теперь она должна постараться.

Смена ее задумчивого состояния на игривое не сразу была оценена Солнечным Принцем, однако она знала, как заставить его сделать то, что она хотела: нужно всего лишь потянуть за еще не очень длинную и густую бороду. Он точно не будет иметь что-либо против ее предложения продлить немного их ночь…

Ее беременность протекала достаточно спокойно для гарема: отравить пытались всего раз. Никто больше не угрожал и не домогался. Она стала неприкасаемой для всех. Императрица Аньши тоже ждала ребенка, поэтому они часто проводили время вместе.

А-Дуо направлялась в сопровождении Фэнмин в покои Императрицы Аньши. У них запланировано чаепитие.

– Госпожа А-Дуо, Императрица ожидает вас в саду, – навстречу девушке вышла одна из фрейлин Аньши.

– Благодарю.

Девушка направилась в сад. Сегодня была хорошая солнечная погода – редкость для середины осени. Сейчас все семьи собрались на ежегодную Осеннюю вечеринку в императорском саду, но в связи с их особым положением А-Дуо и Аньши эту вечеринку пропускают.

– А-Дуо, проходи. Садись, сейчас тебе нальют чай, – Аньши обмахивалась веером. Она страдала все время от духоты и не выглядела особо счастливой, как будто совсем не была рада беременности.

– Благодарю вас, – девушка села и Суйрен налила ей чай и подала выпечку.

Суйрен – главная служанка Солнечного Принца, его кормилица и няня в прошлом, а еще мать А-Дуо. Сейчас она также занимается приготовлением пищи для обеих девушек, чтобы избежать риска отравления.

– Оставьте нас, – приказала Аньши.

Вся прислуга завершила свои дела и удалилась.

– Устала от этой суматохи вокруг.

– Понимаю, Ваше Высочество.

Аньши отпила чая и взглянула на А-Дуо. Обычно добрый и ласковый взгляд Аньши сейчас был уставшим и тяжелым.

– А-Дуо, я хочу спросить. Но требую правдивого и честного ответа, – тон Императрицы был строгим и властным. Она редко была такой, особенно с ней.

– Конечно, Ваше Высочество.

– Как ты смогла забеременеть? – вопрос поверг А-Дуо в шок.

Она отставила чай, обдумывая ответ, но Императрица продолжила:

– Я говорила с Лоуменем. Он говорил, что при всем твоем прекрасном здоровье и регулярном цикле ты вряд ли забеременеешь, потому что твоя шейка матки была уже, чем при нормальном состоянии, – она отпила чаю. – Не подумай, что я тебя подозреваю. Напротив, я уверена, что это ваш с Яном ребенок, просто никто не надеялся. Даже Яна поставили в известность, а тут такое чудо.

– Это поистине чудо, – вторила Аньши девушка.

– Мне кажется, что ты что-то скрываешь. Не стоит, – Императрица была проницательна.

– Если я скажу, что я тайно по ночам молилась в Храме Цилиня о сыне, вы мне поверите? – прямо спросила А-Дуо.

– Это все? – взгляд Императрицы был тверд, но девушка, несмотря на свой юный возраст, легко его выдержала.

– Он мне снился.

– Кто?

– Цилинь.

Повисла пауза. Императрица отставила свой чай.

– Что было в том сне? – аккуратно поинтересовалась Аньши у невестки.

– Он дал мне каплю и попросил испить ее. Я сделала это. А вскоре у меня нарушился цикл, – прямо ответила девушка, поправив прядь волос, что растрепал ветер.

В этот момент ребенок внутри Императрицы толкнулся. Аньши схватилась за место удара. Было очевидно, что ей это не понравилось.

– Вы в порядке? – А-Дуо подскочила со своего места к Императрице.

– Да, он просто впервые толкнулся.

Она позвала своих фрейлин и удалилась в покои. А-Дуо вернулась к себе. Вскоре и ее сын впервые толкнулся…

– Ты обещал, что у нее будет сын! – свирепел Феникс.

– Нет. Я этого не говорил, – Цилинь лежал в родном лесу в тени деревьев. Силы покидали его, но ему нужно было кое-что завершить.

– Ты же сказал, что это хорошая идея! – негодовал Феникс.

– Это было про другое.

– Ты же ей жизнь сломал.

– Нет, это судьба.

– Это ты. Это все ради А-Дуо? Ты и силу нашу ее ребенку отдал, чтобы она смогла зачать?

– Это все ради Ли.

Цилинь тяжело вздохнул. Его дыхание стало более шумным и тяжелым. Некогда черная грива стала полностью серебристой, а гладкая и мягкая шерсть – неухоженной и грязной.

– Цилинь, Цилинь… Что же ты натворил?

В последний раз Цилинь навестил А-Дуо за восемь дней до рождения ее сына.

“Это последнее, что требовалось”.

А-Дуо позволила Цилиню коснуться ее живота. Теперь она знала, что у ее сына есть судьба и будет возлюбленная. Она доверяла Цилиню и знала, что у ее сына все сложиться удачно.

– Ты поседел, – девушка отметила изменения в друге.

“Сейчас благоприятная луна – хорошее время для рождения ребенка”, – проигнорировал Цилинь замечания А-Дуо.

– Спасибо тебе за все, – ее глаза блестели в свете луны, но она не заплакала, сдержалась.

Глаза Цилиня были голубыми, тусклыми, из них медленно утекала жизнь. Обычно он смотрел на женщин глазами их детей, но сейчас сил у него на это не было.

“Не смотри на меня так. Я скоро уйду, а ты тут останешься. Твои испытания еще впереди”.

– Я знаю. Мне не страшно.

“Спроси, что хочешь. Сегодня отвечу прямо”.

– Его чувства будут взаимны? – А-Дуо говорила тихо, словно боялась спугнуть друга раньше времени.

“Когда придуриваться перестанет, то будут”, – Цилинь ей улыбнулся, и она ответила ему тем же.

– Это ребенок Аньши?

“Не совсем. Она оборонила одну из капель. Этот ребенок при ином раскладе умер бы еще в утробе, потому матери он не нужен. Не вини себя”.

– Хорошо.

“Был рад знакомству и дружбе”, – Цилинь поклонился А-Дуо.

– Взаимно, – она также ответила ему поклоном, пусть немного и неловким в силу ее положения.

Когда Цилинь растворялся в свете луны, он улыбался…

Через восемь дней у А-Дуо и Императрицы Аньши начались роды. Хоть А-Дуо сообщила о схватках раньше Императрицы, но предпочтение отдали последней. А-Дуо потеряла матку и любую возможность впредь иметь детей. Теперь ее долг был в абсолютном и беспрекословном служении Империи, а ее сын стал будущим этой Империи…