Я стал студентом-инвалидом Академии Dududuu Я сделал персонажа для игры. Но вместо того чтобы вкачать ему пачку читерских навыков, я вписал ему ограничения. ▶Ограничение (I): «Проклятие сенсорной печати.» — Выбранное чувство запечатано навсегда. — Варианты: зрение, вкус, обоняние. ▶Ограничение (II): «Проклятие короткой жизни.» — Тело, с которым ты рождаешься, обречено на скорую смерть. ▶Ограничение (III): «Проклятие молчания.» — Любой разговор причиняет тебе боль. А наутро я перестал видеть. ==================== Иллюстрации Иллюстрации (Осторожно, спойлеры!) Все имена неточны, будут меняться, переводил сам с корейского. 1) Хон Ен, наследница семьи Кам Хва. [[image:/storage/reader-images/19fbf839ea0a2afd6d0e4838f2ac9f4ee5963e2c.jpg]] [[image:/storage/reader-images/394997db397141a181c4538980182892c477e8e7.jpg]] [[image:/storage/reader-images/31475c17e310e2a29b5598d0378b787af864e620.jpg]] 2) Лиана Белус, Профессор. [[image:/storage/reader-images/6ad6d65f038661f0b2af058de6abf47c5c1f6b22.jpg]] [[image:/storage/reader-images/2d234ee01ec2749fea99f90cedb34c3a02738f23.jpg]] [[image:/storage/reader-images/dc419ec7822dd612118f6572e515c4fdc24ecb1f.jpg]] 3) Арта Клайд. [[image:/storage/reader-images/58ccfb15bd39eca78b95706b678a026e015daf30.jpg]] [[image:/storage/reader-images/34f3b53a08e59fc00245b3764d1664d30bb59449.jpg]] [[image:/storage/reader-images/d672c4016cccced05fbe1c75917ce1bd868c4ecc.jpg]] 4) Элия Слейд, добрая деревенская девушка. [[image:/storage/reader-images/6ea66957b05b8d005b2878443641d8ddc2e7fbdb.jpg]] [[image:/storage/reader-images/f607e2cdcdca91af3fd61649d6cea14c14cd575d.jpg]] [[image:/storage/reader-images/9ac738a06d49c85605f9462b39ecec77d6f3c532.jpg]] 5) Преемница семьи Чанхэ, Пэк Арин. [[image:/storage/reader-images/a360f2fb233ab26ef12f77044c5091b4840af3ac.jpg]] [[image:/storage/reader-images/54118520ce79bfed84ac00110fec3f615bc92f3d.jpg]] [[image:/storage/reader-images/ee3fc61c2755b6bf5ae987f2aee1dac55ab27a1c.jpg]] Пример гг. [[image:/storage/reader-images/e100370afae691cd304008594519e05c555dc769.jpg]] ---------- Том 1 Глава 1 — Ква-а-а-ак! — Сдохни!.. Грязное отродье!.. [ HP 12/3155 ] . . — Как вы... здесь оказались?! — Неужели ты думал, что натворишь такое и тебя не поймают? [ HP 2/3155 ] . . — Погодите!.. — Это конец! [ HP 0... [ HP достигло 0. ] [ Игрок погиб. ] [ Bad End 34 — Смерть в «Подземелье Истины». ] [ Подсчет данных... ] — Гя-а-а-ак!.. Моргание. Глядя на надпись на черном экране, возвещающую о конце игры, я обхватил голову руками. Затылок онемел, а взгляд затуманился. В игре под названием «Сейвиор», напоминающей жанр roguelike, не было таких функций, как «сохранение» или «загрузка». Если персонаж умер — это конец. «Мои... мои сто часов... вот так просто закончились?..» От этой беспощадной реальности уголки моих глаз задрожали. Эмоции, которые сердце не могло сдержать, разлились по всему телу. В конце концов, не в силах совладать с гневом, я замахал руками и с размаху ударился о стол. — Кх... От резкой боли поплывшее было зрение моментально прояснилось. А-а, больно-о-о... Физиотерапия, мгновенно приводящая в чувство. Из-за пронзительной боли в локте я невольно скорчился. Некоторое время я беспомощно дергался, пока меня не накрыло чувство стыда, и я бессильно не обмяк в кресле. Сам про себя подумал — какой же позор. Если бы кто-то увидел это со стороны, ему бы хватило душевной травмы на месяц. — Ха-а... Потирая ноющий локоть, я уставился в монитор. Внутри экрана, где все еще неприятно светилась плашка Bad End, виднелся мой остывающий персонаж. Персонаж 12-го прохождения: «Гибридный Призыватель». Стратегия заключалась в том, чтобы давить числом, сочетая призыв множества существ с некромантией из раздела черной магии. Это была эффективная стратегия. По сравнению с предыдущими попытками, основная сюжетная линия пробивалась гораздо легче. Я даже думал, что в этот раз смогу увидеть Happy End. Учитывая уроки прошлых одиннадцати неудач, я вложил всю душу в развитие этого персонажа. Я не верил в полную неуязвимость, но вырос достаточно, чтобы быть уверенным: как минимум несколько глав я проскочу без труда... Но все пошло прахом. Зашел в простенькое подземелье, угодил в ивентовую ловушку и сдох как собака. Даже быстрее, чем в прошлом прохождении. Ошибка была в выборе пути черной магии? В самом начале доверие окружающих упало на дно, но это не казалось большой проблемой. С середины игры я и так всегда переходил на соло-прохождение. И вот, расплата настигла меня только что. Главные герои объединились и «утопили» моего персонажа. Они расчетливо заманили меня в подземелье и, когда меня захлестнул поток монстров, одним ударом перерубили мне горло. До чего же обидно. Что я сделал не так? Я всего лишь «поглотил» NPC из бедной страны, чтобы немного подтянуть черную магию. Я ведь не причинил никакого вреда главным героям... К тому же, раз уж мой билд был призывателем, личная боевая мощь была слабой, и я слишком легко пал жертвой внезапного нападения. Если бы я хоть немного поднял собственные характеристики, все бы не закончилось так нелепо. «Но чтобы поднять статы...» Личные характеристики? В 11-м прохождении мой «Алмазный Воин» вкачивал всё только в себя. Он продержался долго, но в итоге его зажали толпой, избили и скормили монстрам. Я пристально смотрел на окно плохой концовки, погрузившись в раздумья. «...Нет. Всё не то». После долгих терзаний меня осенило. Ответ словно замахал мне руками издалека. — Призыватель... сама идея была в корне неверной. Если подумать, ветка призывателя изначально была ошибкой. Призыватель? Вызвать пешек и просто смотреть сзади? Трусливая мысль. С таким гнилым подходом и умираешь в ивентовых ловушках. Но был ли успешным путь «Алмазного Воина» в 11-м прохождении? Нет. Тот парень тоже не смог среагировать, когда его накрыло ивентом обратного потока. Когда невозможно прорваться старыми способами, нужно искать иные переменные. Клик. Я убрал окно плохой концовки и нажал «Новая игра». Контента в игре было еще много, но мне хотелось чего-то более специфического. [ Создание персонажа (13-е прохождение) ] [ Введите имя игрока... ] Клик-клик. Листаю вниз. Имя, особенности, происхождение... «Вот оно». [ Ограничения ] Система, которую можно описать как «равноценный обмен» или «дашь на дашь». Ты накладываешь на персонажа ограничение, но взамен получаешь соответствующее уникальное преимущество. Типичная установка для игр или комиксов. Раньше я не решался к этому прикасаться, потому что все доступные варианты ограничений казались дикими. Новичку было боязно лезть в такие дебри, но теперь у меня достаточно опыта. После 12 прохождений я, пожалуй, могу считаться начинающим «задротом». У меня также был личный принцип: сначала попробовать игру в оригинальном виде («ванилу»), а уже потом браться за дополнения и настройки. Поэтому ограничения всегда оставались на втором плане. На самом деле, у меня уже было несколько идей на этот счет. Я прокрутил колесико мыши в поисках нужных пунктов. Максимум можно выбрать три ограничения. ▶ Ограничение (I): «Проклятие запечатанных чувств» — Навсегда запечатывает выбранное чувство. — Выбор: Зрение, Вкус, Обоняние. Ослепнуть, не чувствовать вкуса и запаха. ▶ Ограничение (II): «Проклятие короткой жизни» — Персонаж рождается с телом, обреченным на скорую смерть. Умрешь, не успев насладиться старостью. То есть — проживешь недолго. ▶ Ограничение (III): «Проклятие молчания» — Речь причиняет физическую боль. Даже базовое общение становится пыткой. — Хм. Удушающий набор. Если представить это в реальности, я бы с такими условиями не выжил. Мое счастье держится на «разделении властей» между Ютубом (зрение), едой (вкус) и запахом травы (обоняние). Если отобрать всё это, проще сразу сдохнуть. Вдобавок — почти не можешь говорить, а если и терпишь, то скоро умрешь естественной смертью. Конечно, в игре это всего лишь резкое падение характеристик восприятия, сокращение числа взаимодействий между персонажами и уменьшение ОЗ. Это были ограничения. А вот теперь — особые преимущества. ▷ Способность (I): «Пространственное восприятие» — Обладание невероятной способностью чувствовать пространство. Вместо того чтобы использовать глаза, ты чувствуешь пространство напрямую. ▷ Способность (II): «Сродство с маной» — Обладание запредельным сродством с магической энергией. Будь то взмах мечом, выпад копьем, использование магии или крафт — в мире, где мана нужна для всего, ты получаешь одно из лучших сродств. ▷ Способность (III): «Мастер на все руки» — Обладание талантом выше среднего в различных областях. Поскольку я нацелен на соло-прохождение, я выбираю универсальную способность, которая поднимает «нижнюю планку» во всех сферах, пусть даже «верхняя» станет чуть ниже. Если набрать опыта, не будет ничего, чего я не смог бы сделать в одиночку. «Для начала неплохо». Проверив ограничения и способности, я кивнул. Нельзя получить всё и сразу. Я оставил мысль о том, чтобы увидеть Happy End с первой попытки. Придется несколько раз попробовать и перенастроить билд. Но я все равно не мог сдержать радостного волнения от предвкушения того, как это будет работать. Все способности, полученные как преимущества, попадают в ячейку «Уникальные навыки». По игровому лору, обычно положен только один врожденный уникальный навык. Но если создавать персонажа с ограничениями, игрок рождается сразу с тремя такими навыками. В прошлых прохождениях я заходил довольно далеко, имея всего один. Даже мой «Алмазный Воин» достиг характеристик, позволяющих побеждать сильнейших мира сего в схватке три на одного. Так как же далеко сможет зайти персонаж с тремя навыками? Чувствуя, как от предвкушения колотится сердце, я передвинул курсор... передвинул...... ... ... — Хм... Что это за чувство? Кажется, по затылку потек холодный пот. Нет, мне не кажется. Я провел рукой по шее — она была мокрой. Реально, холодный пот льет ручьем. Осознав это, я вздрогнул от нахлынувшего ужаса. Что-то не так. Что-то очень странное. Дрожащей рукой я едва передвинул курсор. И странное чувство отступило. — ...Что это? Навожу курсор на «Начать игру» — снова дрожь и озноб. Убираю — всё в норме. Тело? Нет, что-то вроде интуиции орало благим матом, предупреждая: не смей начинать эту игру. — ...Может, завтра? Все равно ведь не к спеху. К тому же, я и правда выбирал как-то слишком поспешно. Бормоча оправдания непонятно кому, я встал со стула. Завтра понедельник, но я безработный, так что на службу идти не надо. Кое-как прибравшись на столе, я быстро ополоснулся в душе. В теле всё еще была какая-то слабость, так что лучше сегодня лечь пораньше. Задернув шторы и поставив у кровати диффузор с ароматом ванили, я зарылся в одеяло. Я крепко зажмурился, пытаясь избавиться от тревоги. Когда глаза закрылись, а до носа долетел аромат ванили, в сон потянуло мгновенно. Вскоре сознание начало погружаться в бездну. . . . . На следующий день я очнулся в мире игры. Но, сука, я же ничего не вижу. ---------- Том 1 Глава 1.1 — А-а-а-а!!! — Сдохни!.. Грязный демон!.. [ХП 12/3155] * * * — Ребята, почему вы здесь?!.. — Ты думал, что тебе сойдёт с рук такой обман? [ХП 2/3155] * * * — Подождите!.. — Тебе конец!!! [ХП 0...] [Ваше здоровье достигло нуля.] [Игрок умер.] [Плохой конец №34 — Смерть в «Настоящем подземелье».] [Вычисляем данные...] — Гья-я-я... 00:00/01:46 Морг, морг. Обхватив голову руками, я уставился на экран, который сигнализировал об окончании игры сквозь мерцающую темноту. Моя голова откинулась назад, словно под действием силы, и перед глазами всё поплыло. В игре «Спаситель», похожей на рогалики, не было таких функций, как «Сохранение» или «Загрузка». Как только персонаж умирает, всё заканчивается. — Мои... мои сотня часов закончились вот так?.. От суровой реальности у меня задрожали уголки глаз. Эмоции, которые я с трудом мог контролировать, распространились по всему моему телу. Не в силах сдержать свою ярость, я взмахнул руками в воздухе и ударил ими по столу. — Агх... Острая боль затуманила моё зрение, прежде чем вернуться. Ах, как больно... Физиотерапия в виде резкой боли, которая внезапно вернула в норму мой затуманенный разум. Моя талия рефлекторно изогнулась от покалывающей боли. После того, как я какое-то время бессмысленно махал руками, в середине движения меня осенило, и я рухнул на стул. Даже по моим собственным меркам, это было неприятное зрелище. Если бы это увидел кто-то другой, этого было бы достаточно, чтобы нанести моральный ущерб почти на месяц. — Ах... Потирая ушиб, я повернулся к монитору. На мониторе по-прежнему мерзко отображалась надпись «Плохой конец», показывающая, что мой персонаж теперь труп. Персонаж двенадцатой итерации «Гибридный Призыватель». Это была стратегия, которая продвигалась вперёд, используя явное численное преимущество, комбинацию призыва нескольких миньонов и некромантии из школы тёмной магии. Это была эффективная стратегия. По сравнению с предыдущим, мне было гораздо легче продвигаться по основному сюжету. Я думал, что, может быть, на этот раз я увижу счастливый конец. Персонаж, которого я воспитывал с особой тщательностью, извлекая уроки из двенадцати неудач. Хотя я не считал себя непобедимым, я, конечно, ожидал, что пройду хотя бы несколько глав, учитывая его развитие... Но всё закончилось плачевно. Я только что зашёл в подземелье, где не было никаких условий, и попал в ловушку, где и погиб. И я умер даже раньше, чем в прошлый раз. Было ли ошибкой идти по пути тёмной магии? Поначалу все окружающие НПС меня возненавидели, но это не было большой проблемой. С середины каждого прохождения всё сводилось к одиночной игре. Плохая карма просто поразила меня. Главные герои взялись за руки и бросили моего персонажа в подземелье. Они тщательно заманили меня внутрь, а затем, в разгар нашествия чудовищ, аккуратно перерезали мне горло. Невероятно несправедливо. Что я сделал не так? Я просто хотел немного поупражняться в чёрной магии, поэтому уничтожил НПС из бедной страны. Урон, нанесённый главным героям, был незначительным... Более того, из-за рута призывателя первоначальное тело было слабым, и его слишком легко было застать врасплох. Если бы я немного улучшил свои характеристики, это не закончилось бы так бессмысленно. Но чтобы повысить характеристики... Характеристики самого персонажа? Одинадцатая итерация «Неукротимого Воина» длилась дольше, в ней основное внимание уделялось характеристикам персонажа, но в конце концов я потерпел поражение и стал пищей для монстров. Пристально глядя на экран с плохой концовкой, я погрузился в глубокие раздумья. ...Нет, всё это неправильно. После долгих размышлений в моей голове промелькнуло озарение. Я мог видеть, как ответ машет руками вдалеке. Призыватели, да? Весь мыслительный процесс был испорчен с самого начала. Стоп, Призыватель? Просто призвать кучку подчинённых и наблюдать за происходящим со спины? Это было трусливое мышление. Это гнилое мышление, которое только что умерло в случае с ловушкой. Но была ли предыдущая, одинадцатая итерация, итерация рута «Неукротимый Воин» успешной? Нет. Этот парень также не смог среагировать, когда его захлестнули обратные события, и умер. Когда традиционные прорывные методы оказываются невозможными, нужно искать альтернативные варианты. Щёлк. Я закрыл окно с плохой концовкой и выбрал новую игру. В игре оставалось ещё много интересного, но я хотел испытать что-то более оригинальное. [Создание персонажа (Тринадцатая итерация).] [Пожалуйста, введите имя игрока...] Щёлк. Щёлк. Я прокрутил вниз. Имя, характерные черты, происхождение... Вот оно. [Ограничения.] Равноценный обмен или взаимовыручка — вот один из способов понять систему. ---------- Том 1 Глава 1.2 Вы даёте своему персонажу одно ограничение в обмен на соответствующее особое преимущество. Это обычная схема в других играх и комиксах, которые я видел раньше. Поначалу я избегал касаться ограничений, потому что все они казались странными, а я был неопытным новичком. Но теперь у меня накопилось достаточно опыта. Двенадцати повторений должно хватить, чтобы начать понимать все тонкости, верно? Когда я начал играть, из-за личных предпочтений, я попробовал игру на вкус, прежде чем наслаждаться дополнениями, такими как дополнения, поэтому ограничение было одним из аспектов, который я отодвинул на задний план. На самом деле, с тех пор, как я впервые увидел элемент ограничений, у меня появились некоторые идеи. Я прокрутил колёсико мыши, чтобы найти заранее установленные ограничения. Вы можете выбрать до трёх ограничений. ▶Ограничение (I): «Проклятие сенсорной печати.» — Навсегда запечатывает выбранное чувство. — Выбор: Зрение, вкус, обоняние. Ослепший, не чувствующий вкуса и обоняния. ▶Ограничение (II): «Проклятие короткой жизни.» — Ты рождаешься с телом, обречённым на короткую жизнь. Умру, не прожив долгой жизни. Другими словами, ужасная жизнь. ▶Ограничение (III): «Проклятие молчания.» — Разговор причиняет тебе боль. Даже общение, элементарное взаимодействие, становится трудным... — Хм-м. У меня перехватило дыхание. Если бы это было в реальной жизни, я бы не смог жить в таких условиях. Моё счастье связано с YouTube (зрением), едой (вкусом) и запахом травы (обонянием), но если всё это убрать, мне будет просто легче умереть. И мало общения, даже если бы я смог это вынести, смерть от естественных причин была бы не за горами. Конечно, в игре это означает лишь резкое снижение сенсорных характеристик, уменьшение количества взаимодействий с персонажами и сокращение продолжительности жизни. А теперь перейдём к особым преимуществам. ▷Способность (I): «Пространственное восприятие.» — Вы обладаете потрясающим пространственным восприятием. Взамен потери зрения вы маневрируете, непосредственно ощущая пространство вокруг себя. ▷Способность (II): «Магическая восприимчивость.» — У вас необычные способности к магии. Будь то владение мечом, метание копья, произнесение заклинаний или создание чего-либо ещё. В мире, где всё требует магической силы, вы приобретаете очень редкое магическое свойство. ▷Способность (Ⅲ): «Мастер на все руки.» — Вы обладаете качествами выше среднего в различных областях. Стремясь играть в одиночку, вы становитесь универсалом: супер сильным не стать, но минимумы по всем направлениям будут расти. При достаточном мастерстве не будет ничего, с чем вы не смогли бы справиться в одиночку. Всё должно быть в порядке. Я немного поразмыслил над ограничениями и способностями и кивнул. Нет смысла наедаться с первой ложки. Я отложил в сторону мысль о том, что с первого раза получится счастливый конец. Наверняка потребуется несколько попыток и переделок. Но я не мог избавиться от предвкушения того, какие возможности у меня появятся. Все способности, которые я получу в качестве преимуществ, будут помещены в раздел «Уникальные способности». В настройках игры принято считать, что врождённые уникальные способности обычно ограничены одной. Но из-за ограничения, наложенного на создание персонажа, персонаж игрока рождается с тремя врождёнными уникальными способностями вместо обычной одной. Даже в предыдущих версиях персонажи, начинавшие с одной уникальной способности, добились заметного прогресса. «Неукротимый Воин» сам по себе достиг характеристик, позволяющих одержать победу со счётом 3 к 1 над сильнейшим Героем в истории. Итак, как далеко может зайти персонаж с тремя способностями? Чувствуя, как сильно бьётся моё нетерпеливое сердце, я навожу курсор мыши на начать... игру... ... — Хм-м... Что это за чувство? У меня такое чувство, будто пот стекает по затылку. Нет, это не просто ощущение. Когда я дотронулся до своей шеи, она была мокрой от пота. Пот льёт как из ведра. От неприятного ощущения по телу пробежала дрожь. Что-то зловещее. Что-то не так... Едва я успел передвинуть курсор дрожащей рукой, как это странное ощущение исчезло. — ...Что это?.. Курсор дрожит, когда я перемещаю его в положение «Начать игру», но затем возвращается в нормальное состояние, как только я останавливаюсь. Всё моё тело? Нет, как будто что-то инстинктивное с пеной у рта предупреждает меня не начинать игру. — ...Может, мне сделать это завтра? В любом случае, спешить некуда. И, в конце концов, выбор был слишком поспешным, не так ли? Бормоча извинения, ни к кому конкретно не обращаясь, я поднялся со стула. Завтра понедельник, но я, по сути, безработный, так что работы всё равно нет. Я наспех прибрался на столе и быстро принял душ. Но я всё ещё чувствовал слабость, поэтому мне показалось разумным отправиться спать пораньше. Прежде чем лечь на матрас, я задёрнул шторы и поставил у кровати диффузор с ароматом ванили. Я крепко зажмурил глаза, чтобы избавиться от беспокойства, и почувствовал аромат ванили на кончике носа, вызывая сонливость. Вскоре моё сознание погрузилось в сон. * * * На следующий день я проснулся в мире игры. Но, чёрт возьми, я ничего не видел. ---------- Первое препятствие(1) Определяя ограничения, я пошутил над собой. Я подумал, что если потеряю зрение, вкус, обоняние, не смогу говорить и буду жить жизнью, которая вскоре оборвётся, то, возможно, умру куда раньше. Как вообще можно жить нормально с подобными ограничениями? Я пошутил, что на самом деле было бы благословением подвергнуться мирной эвтаназии без возможности смотреть «YouTube», пробовать вкусную еду или вдыхать аромат цветов. Да. Это была просто шутка. Что бы я сделал, если бы мой игровой персонаж пережил всё это? Это была не более чем мимолётная фантазия, пылинка воображения. Я ни на секунду не подумал, что это произойдёт на самом деле, пока ругал себя за подобные мысли. Но это случилось. Я попал в мир игры. Если вы спросите, почему я так себя чувствовал, я могу дать только один ответ. Я просто знал. Проснувшись, я необъяснимым образом обнаружил уверенность в том, что это место и есть мир в игре, несмотря на отсутствие каких-либо конкретных доказательств — просто это странное убеждение. И, несмотря на то, что я открыл глаза, я ничего не мог видеть. Моё тело казалось чужим, и мне не хватало сил. Я чувствовал, как что-то неосязаемое... что-то бесконечно кружится вокруг меня. И затем... А-а-а-а-а-а!!! Невообразимая боль, которую нельзя было сравнить ни с одной головной болью, которую я когда-либо испытывал, обожгла мой мозг, как будто расплавленный металл залили в открытый череп. Я никогда не отличался отменным здоровьем, но, по крайней мере, моя жизнь не была настолько суровой, чтобы заслуживать жалости. Я никогда не испытывал такой боли. Это было за пределами моей скромной терпимости. Корчась, как будто меня выбросили из кровати, я непроизвольно открыла рот и закричал. Ч-что это такое?.. Я видел, как бьюсь в конвульсиях. Кровать, на которой я лежал, прикроватный столик, письменный стол и монитор — всё это было разного цвета и расположения. Внутренности центрального блока компьютера, сталь и цемент здания... Стальной каркас и электрические провода внутри стен, внешний вид соседнего дома за этими стенами. Мерцающие огни светофоров, отражения в стеклянных витринах на солнце, колышущиеся листья уличных деревьев, люди, идущие по дороге. Их внутренности, их скелеты, пучки мышц, органы, разветвлённые кровеносные сосуды... А-а-а!.. Поток информации обо всём, что находится внутри сферической области, в центре которой нахожусь я, обрушился прямо на мой мозг. Мне незнакомо это ощущение. Прожив всю жизнь, получая информацию глазами, я ни разу не испытывал ничего подобного. Каждый раз, когда эта бесконечная волна информации обрушивалась на мой мозг, острая боль пронзала мою голову, словно шилом. А-а-а-а-а-а... Ничего не выходило. Мой рот открылся. Конечно, я пытался закричать. Но каждый раз у меня перехватывало горло, и мучительное ощущение усиливалось. П-почему это происходит? Почему мне так больно? Даже когда я корчился от боли, мысли продолжали метаться без конца. Ответ напрашивался сам собой. Что-то сферическое, сосредоточенное на мне... я различал каждую деталь в пределах этого диапазона. Должно быть, это была способность к пространственному восприятию, которую я выбрал. Это соответствовало описанию пространственного восприятия, которое я видел в игре. Утверждение о том, что человек обладает чрезвычайно мощным пространственным восприятием. С точки зрения человека, обладающего всего лишь парой глаз, получение всей информации непосредственно в сфере, сосредоточенной вокруг него, является абсурдным преимуществом. Особенно это актуально на переднем крае ближнего боя. Однако проблема в том, что мой мозг недостаточно развит, чтобы обрабатывать информацию, получаемую благодаря пространственному восприятию. Проще говоря, информации слишком много, и мой мозг сигнализирует об опасности. А потом появилось что-то более эфирное и текучее, собирающееся в одном месте, а затем рассеивающееся в другом, определённо существующее, но неосязаемое. Это, должно быть, магическая сила. Я впервые ощущаю эту энергию и информацию. Как только это тоже попало в поле моего пространственного восприятия, это усилило боль. Но поскольку я впервые обрабатывал такую информацию, мой мозг не знал, как от неё избавиться. Следовательно, этот порочный круг непрерывной боли повторялся. С-сука!.. И дело было не только в этом. Я был не из тех, кто способен терпеть невыносимую боль; мне приходилось открывать рот, чтобы издать крик, но, помимо способностей «Пространственное восприятие» и «Магическая восприимчивость», у меня было ещё одно ограничение. «Проклятие молчания». Ограничение, описываемое просто как затруднение речи, лишь незначительное сокращение взаимодействия. Крики не вырываются наружу. Потому что крики — это, в конце концов, тоже звуки, издаваемые ртом. Из-за «Проклятия молчания» вся «речь» принудительно прерывается непосредственно перед тем, как вырваться наружу. Проблема в том, что речь не просто мягко прерывается. Она вынужденно прекращается из-за боли в горле. Ощущение такое, будто кто-то царапает моё горло ножом. Вдобавок к головной боли я чувствую боль, как будто мне выдирают горло. И... «Пространственное восприятие» воспринимает информацию. ↓ Мозг испытывает боль из-за избытка информации. ↓ Однако мой мозг не знает, как фильтровать информацию, поэтому боль сохраняется. ↓ От боли у меня вырывается крик. ↓ Из-за «Проклятия молчания» возникает боль в горле. И это состояние продолжается. Цикл боли повторяется. Невнятные крики заглушаются снова и снова. Я сейчас умру. Такое чувство, что я действительно могу умереть от шока. При таких сильных страданиях обычно рано теряешь сознание, но, как ни странно, я не падал в обморок. Вскоре я обнаружил, что ползаю по полу. Корчась, как насекомое, я был в агонии. Я сейчас умру. Я не могу позвать на помощь, потому что у меня нет голоса. Если бы я только мог громко закричать, помощь могла бы прийти откуда-нибудь. Мой телефон? Я не заметил его в доме. В моём нынешнем состоянии я едва могу ползать по полу. Я... умираю. Споры об эвтаназии не напрасны. Иногда жизнь может быть мучительной. Вот почему человек может даже желать смерти, не так ли? Вот в какой ситуации я нахожусь. Прошло всего пять минут, но у меня такое чувство, что мой мозг начинает вариться. Боль, которая пронзает моё горло, теперь ощущается так, словно моя шея изношена. Такое ощущение, что мне вот-вот оторвут голову. Я бы предпочёл, чтобы меня разорвало на части и я просто умер... Если бы я просто умер вот так... ... Я не... хочу этого. Было так больно, что хотелось умереть. И всё же, когда настал момент, я не хотел умирать. Хотя боль заставила меня почувствовать, что умирать было бы лучше, когда моё сознание начало затуманиваться, меня охватило противоположное чувство — я не хотел умирать. Я хочу сделать гораздо больше. Я ещё не прожил и половины столетия. Думай. Боль в горле. Крик вызывает активацию «Проклятия молчания». Я кричу, потому что чувствую, что мой мозг горит. Мой мозг страдает, потому что в него поступает слишком много информации от пространственного восприятия. Да. Проблема в пространственном восприятии. Если мне удастся разобраться с ним, катализатор цепной реакции исчезнет. Мне нужно что-то сделать с пространственным восприятием. Резко сократить диапазон или позволить информации вытекать наружу. Я сосредотачиваюсь. Я заставляю пространственное восприятие уменьшаться, исчезать и просто позволяю информации течь мимо меня. Поскольку я надеюсь не обращать внимания на бесполезные, несущественные вещи, такие как пыль в углу, пространственное восприятие на мгновение становится неустойчивым. Довольно скоро идеально сферическое восприятие пространства начало сминаться и сворачиваться, как лист бумаги, затем растягиваться снова и снова. Треугольники, квадраты, пятиугольники — фигуры, которые превращались в объекты, не имеющие названия, затем снова сминались и расплющивались. Зрение, которое, казалось, обрабатывало каждую клеточку, переключилось на вид с неба над головой, а затем на вид, как будто через очки ночного видения. !.. Поскольку объём информации увеличивался в геометрической прогрессии с каждым изменением, моё сознание, наконец, сломалось. * * * Это было десять дней назад. Когда я вспоминаю об этом сейчас, у меня до сих пор мурашки бегут по спине. То, что меня несправедливо втянули в игру, было достаточно неприятно, но чтобы я чуть не погиб по прибытии? Если бы я погиб таким образом, я бы ни за что не обрёл покоя в загробной жизни. Как бы то ни было, после того, как я потерял сознание, я не приходил в себя до тех пор, пока не провалялся без сознания целых три дня. Если бы на тех старых часах не было голосового будильника, я бы понятия не имел, как долго я был без сознания. Уф-ф... Успокаивая свои бушующие внутренности, я настроил пространственное восприятие — диапазона едва хватало, чтобы разглядеть мою комнату. Диаметр, должно быть, около пяти метров или около того, плюс-минус. Из-за мучительной боли воспоминания были туманными, но, учитывая, что он был примерно 100 метров в диаметре, когда впервые проявился, мне удалось уменьшить его до 1/20 от первоначального размера. Возможно, сознательно или подсознательно, процесс сокращения поступающей информации начался с минимизации. Возможно, это похоже на ситуацию, когда у компании возникают проблемы, и они в первую очередь начинают сокращать расходы на рабочую силу. Проблема в том, что сокращение расходов на этом не закончилось. Я внутренне вздохнул, обозревая мир так, как он воспринимался моим пространственным восприятием. Мир был окрашен в чёрный цвет. Физические аспекты были представлены исключительно поверхностями в оттенках зелёного. Дисплей напоминал военный радар, который можно увидеть в средствах массовой информации, с таким же сочетанием цветов и форм. Интересно, такое ли ощущение испытывает летучая мышь, когда воспринимает мир с помощью ультразвуковых волн? По сравнению с первоначальным пространственным восприятием, которое жадно поглощало всю информацию в пределах своего диапазона, теперь оно чрезмерно уменьшилось в масштабе. В то время оно улавливало даже такую информацию, как количество клеток в мышцах моего тела, даже мельчайшую пылинку, но сейчас я мог различать только поверхности. Более того, он был зафиксирован в этом состоянии и даже не изменился. Я могу немного скорректировать размер, уменьшая или увеличивая его. Но, честно говоря, постоянно осознавая пространственное восприятие, я чувствую, что могу заболеть неврозом. Чёрт возьми... Когда я впервые... нет, когда я очнулся через три дня после обморока, представьте себе мой шок. Как только я очнулся, я, честно говоря, подумал, что умру, когда почувствовал, что мой живот прилип к спине. От мыслей о том, что после того, как мой мозг чуть не взорвался от боли, я снова чуть не умер от голода и обезвоживания, у меня по-прежнему мурашки бегут по коже. Говорят, что без воды можно прожить только три дня... Я был в нескольких шагах от того, чтобы превратиться в настоящую мумию. Странно, но я знаю. Где бы ни находилось это место, дома наверняка должны быть какие-то съестные припасы. Даже если бы их там не было, я мог бы просто пойти и купить. Проблема в том, что я вижу только очертания, поэтому не могу отличить, что есть что. Представьте себе, каково это — ползать на ощупь с прилипшим к коже животом, движимый страхом возможной смерти от голода или перегрева. Я чувствую, что у меня начинается посттравматический стресс. Я серьёзно думаю, что могу сойти с ума... Даже сейчас у меня болит голова, хотя и не так сильно, как десять дней назад... Но раньше этого было бы достаточно, чтобы я взбесился и начал корчиться в агонии. С ума сойти, если подумать, что я стал терпимее к такого рода неудобствам. Глубоко вздохнув, я посмотрел на... вернее, ощупал стол. На столе стояла коробка, в которой лежало несколько листов бумаги и устройство, напоминающее часы. Очевидно, что, будучи слепым, как летучая мышь, я не мог разглядеть посылку. Если бы курьер не сообщил мне, откуда она, я бы так и не узнал о еёе происхождении. Уведомление о специальном допуске в Шио-рам. Шио-рам. Главная сцена для первой части главной сюжетной линии романа. Расположенный посреди тихого океана, на острове, в центре которого находится Башня Роста, это первоклассное в мире учреждение для воспитания сверхлюдей. Учреждение, сочетающее магию с новейшими достижениями науки и техники. А лекции высокого качества читали как действующие, так и вышедшие на пенсию суперлюди мирового класса. Не говоря уже о бесчисленных других особенностях, которые делают Шио-рам учебным заведением, признанным лучшим в мире, и не имеющим недостатка в наградах. Ежегодно в него принимают около 600 человек. Из них 90% сдают обычные экзамены, в то время как 10% принимаются по рекомендациям влиятельных внешних сил и внутренних Профессоров Шио-рам. И первое, и второе являются законными методами зачисления, но существует также особый приём. Специально допущенным не нужно сдавать экзамены. Им не нужна мощная поддержка. И они не были рекомендованы внутренними преподавателями. Им просто нужно прийти. Ха-ха... Если бы это была игра, это было бы просто расценено как подготовка игрока к выходу на сцену... но воспринимать это как реальность немного мрачно. Проблема в моём нынешнем состоянии как человек, специально и так, специально должно поступить через этот специальный допуск. В голове постоянно стучит из-пространственного восприятия и рот, который платит цену даже немного лепетать, что я немой. В то же время я слепой, который плохо видит, и смертельно больной человек, которому повезло бы прожить ещё десять лет. Сенсорная депривация вкуса и обоняния — это бонус. Вот как обстоят дела у меня. Как учебное заведение, отвечающее самым высоким мировым стандартам, уровень его лекций просто обязан быть на высоте. Прежде чем рассмотреть вопрос о поступлении, я хотел бы спросить себя, смогу ли я справиться с возникшими трудностями. — ... Но ответ предрешён. ...Я должен идти. Хватит ли у меня уверенности, чтобы выдержать ужасные условия и в конце концов добиться успеха? Нет, я никогда не был человеком, преисполненным уверенности в себе. Я был из тех, чья радость в жизни заключалась в просмотре «YouTube», поедании вкусных угощений, потягивании напитков и выращивании растений на балконе. Даже если у меня есть такие способности, как пространственное восприятие, мастер на все руки и склонность к магии, по сути, я всё ещё ботаник-одиночка, интернет-наркоман. И всё же, мне всё ещё нужно идти. Прежде чем прийти в этот мир. Вот какие мысли были у меня, когда я устанавливал ограничения для своего персонажа. Говоря, что если мне придётся прожить всю свою жизнь без «YouTube», не имея возможности попробовать еду или понюхать что-либо, зачем вообще жить? Я всё ещё придерживаюсь этой мысли. Я думаю, что было бы лучше просто умереть, чем так жить. Но я не хочу умирать. Почему я должен умереть? Это простой вопрос. Лучше умереть, чем жить такой жизнью. Но, с другой стороны, я не хочу умирать. Итак, я хочу жить как раньше. Это простой мир? Это мир внутри игры, но... это также мир, где действительно существуют магические способности. Наверняка что-то должно быть. Какой-то способ избавиться от этих ограничений. Даже в игре это было так. Термин «полупостоянное» часто встречается в описаниях ограничений не просто так. По мере развития сюжета, по мере роста персонажа, несомненно, найдутся способы избавиться от этих ограничений. Шио-рам — именно то место, где можно найти такие способы и набраться необходимых для этого сил. Вчера вечером я принял решение. Я решительно кивнул головой и открыл коробку. Но как мне туда попасть? Я с самого начала столкнулся с препятствием. ---------- И во сне, и наяву — берегись воды(1) Вокруг меня часто встречались сооружения, предназначенные для людей с ограниченными возможностями. Наиболее распространёнными для людей с нарушениями зрения могут быть тактильные покрытия, встроенные в тротуары. А для тех, кому трудно ходить, вместо лестниц предусмотрены наклонные дорожки и так далее... С точки зрения общества, инвалиды — это, как правило, те, кто нуждается в помощи. Предполагается, что они нуждаются в помощи, потому что не могут выполнять то, что было бы естественным для человека без каких-либо недостатков. И по определению... Нет, на самом деле, я теперь инвалид. Не говоря уже о том, что у меня отказали три из пяти чувств, и я немой, который не может говорить. Даже будучи сверхчеловеком, пробудившим ману, из-за проклятия короткой жизни, моё тело слабо... Для такого человека, как я, найти терминал, соединяющий врата с Шио-рамом, было огромным испытанием. Я ничего не вижу, так как же я могу знать, где он находится? Я знаю, что Шио-рам был построен на искусственном острове в северной части Тихого океана, но, очевидно, о плавании там не могло быть и речи. Обычно, отправляясь за границу, я бы в первую очередь подумал о самолётах, но в этом мире, где есть врата, на ум приходят врата, а не самолёты. Врата. Это относится не к двери или подъезду, а скорее к знакомому клише, встречающемуся в веб-романах. Это нелепое устройство, если представить его в реальности, где пространства соединены и через них можно проходить, но... оно существует здесь, так что я могу сделать? Моя текущая цель — терминал врат, важнейший национальный объект, соединённый с вратами со всего мира. Это тот самый объект, который день за днём подвергается нападениям террористов по ходу основного сюжета. Это имеет смысл, поскольку его блокирование может практически мгновенно остановить прибытие подкрепления, что делает его главной мишенью для террористов. Тем не менее, я оказался в затруднительном положении, поскольку знал, для чего нужен терминал, но понятия не имел, где он находится. Как я должен был найти его без глаз? Более того, даже если бы я захотел попросить кого-нибудь о помощи, у меня не было голоса. Начнём с того, что рядом не было людей, к которым я мог бы обратиться за помощью. Я не мог просто схватить прохожего и спросить дорогу. К счастью, выход был. [Пожалуйста, пройдите семьдесят один метр влево.] [Остановитесь. Пожалуйста, подождите у светофора справа от вас.] Постоянный сигнал, который стал моим неизменным путеводителем, ведущим меня к месту назначения. Отличительной чертой этого сигнала были умные часы, закреплённые на моём запястье. Он был отправлен мне вместе с уведомлением от Шио-рама, в посылке из этого мира, пропитанной магическими инженерными технологиями. Несмотря на то, что урезанные версии довольно распространены среди гражданских, умные часы супер премиум класса имеют другой калибр. Они обладают впечатляющей прочностью, позволяющей выдерживать постоянные схватки со всевозможными монстрами, и оснащены сотнями функций для подготовки к действиям в подземельях и других изолированных местах. [Пункт назначения, терминал врат «Сеул», находится в двухсот пятидесяти метрах впереди.] Они также были оснащены функцией голограммы, но, к сожалению, я мог различать только контуры с моим нынешним пространственным восприятием... Если бы не голосовая функция костной проводимости, возможно, я не смог бы управлять ими должным образом. После почти часа проб и ошибок, следуя голосовым инструкциям, прошло почти четыре часа с тех пор, как я покинул свой дом, руководствуясь исправными умными часами. Хотя в игре это место и называлось миром, оно по-прежнему называлось Земля. По-прежнему существовали Соединённые Штаты, Южная Корея, Япония, Китай... но их больше не было. Северная Корея тоже пала. Многие другие нации либо поддерживали своё существование, либо отошли на второй план, в анналы истории. Повторите, что это был за сеттинг? Способности, мана, подземелья и башни появились почти две сотни лет назад. Тогда мир был почти идентичен той обычной Земле, которую я знал. Но однажды, около двухсот лет назад, у людей появились способности и мана, а также появились подземелья и башни, из которых высыпали монстры. Перенесёмся на двести лет вперёд, в настоящее время. Мир, в котором смешались фэнтези и современность. Южная Корея была одной из стран, которым удалось выжить. Конечно, на самом деле, Южная Корея — это всего лишь оболочка, внутри которой господствуют сверхчеловеческие силы. Политика и тому подобное сначала были подчистую уничтожены ордами монстров, а затем подверглись вторичной чистке сверхчеловеческими силами. Большинство стран следовали аналогичной последовательности. Я почти на месте. После одной поездки на метро и трёх пересадок на автобус я, наконец, добрался до терминала врат, пройдя двадцать минут пешком. Место, где находился мой дом, считалось сельской местностью, поэтому потребовалось некоторое время, чтобы добраться до города, где находился терминал врат. К счастью, дома у меня была приготовлена небольшая сумма наличных, чтобы справиться с финансовыми вопросами. Было нелепо иметь десятки тысяч наличными, не имея мобильного телефона. И, таким образом, добравшись до терминала выхода на посадку, я растерялся. Я ничего не вижу... Хотя мне удалось восстановить диапазон моего пространственного восприятия примерно до двадцати метров в диаметре, я не смог изменить свой тип зрения. В результате мир стал преимущественно тёмно-зелёным. Что ещё больше напрягало меня, так это пристальные взгляды и шёпот, обращённые на меня в режиме реального времени. Обострённое чувство осознанности охватывало меня, когда я ловил на себе едва уловимые взгляды. Иногда у меня возникала иллюзия, что за мной наблюдают, но сейчас это было слишком разнообразно и достоверно, чтобы списать это на простое воображение. И мой слух также стал до смешного острым, улавливая бормотание голосов. Ощущение, что я вижу что-то новое. Бормочущие голоса, интересующиеся, не слеп ли я. Жалостливые взгляды... Угх... Из-за моего социально неловкого характера мне крайне некомфортно от всего этого внимания. Раньше я бы просто проигнорировал это или почувствовал бы себя неловко, но сейчас во мне закипает раздражение. Мягко говоря, это крайне раздражает. Что мне делать? Я вошёл в большое здание. Но теперь я понятия не имею, что делать. Процесс из игры? Он упрощён, поэтому я не знаю о процедурах. Пока я размышлял, что делать дальше, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону... — Хэй? Тебе нужна какая-нибудь помощь? — ?.. Кто-то быстро подошёл ко мне и завязал разговор. Был проведён инстинктивный анализ. Судя по внутренней мане, этот человек был не обычным человеком, а сверхчеловеком. Человек, который заговорил со мной... судя по изгибам, которые не могли принадлежать мужчине, это должна была быть женщина. После недолгих раздумий я нажал на свои умные часы, чтобы отобразить субтитры на голограмме. Вторая важная функция моих умных часов. Хотя я не мог видеть голограмму, другие, естественно, могли. Использование смарт-часов для отображения голограммы позволило мне в какой-то степени общаться. [Вы из персонала?] Функция голосовой связи с костной проводимостью гарантировала, что я знаю, что будет напечатано. — Нет, я увидела вашу кадетскую форму и подумала, не нужна ли вам помощь. Я тоже кадет и ждала выхода. Поражённый её ответом, я ещё раз проверил своё пространственное восприятие. Я не сразу понял, потому что на ней была не форма кадета, а повседневная одежда. Сверхлюди, как правило, обладают большим запасом маны. Обычные люди тоже обладают маной, но по сравнению с ними она ничтожно мала. Следовательно, отличить сверхчеловека от обычного человека было легко. — М-м. Конечно, было бы неплохо, если бы мне помогли. Я как раз собирался расспросить ближайший персонал о процедуре. [Не побеспокою ли я вас?] — Пф-ф-ф. Не похоже, что я помогаю вам в чём-то серьёзном. После того, как я на мгновение заколебался, но принял помощь, она широко улыбнулась и с энтузиазмом захлопала в ладоши, затем осторожно взяла меня за рукав и подвела к стойке регистрации, чтобы помочь с основными процедурами. — ...Пожалуйста, предъявите ваше удостоверение личности. [Да.] — ...Личность подтверждена. Пожалуйста, пройдите в зону ожидания у выхода на посадку. После того, как я показал на смарт-часах уведомление о допуске в Шио-рам, сотрудники быстро завершили процедуру. В это время года у новых студентов Шио-рам начинается семестр, поэтому я случайно услышал, что другие тоже пользуются вратами. — Ох, меня зовут Элия Слейд. В этом году я тоже новенькая в Шио-рам. Зови меня просто Элия. [Меня зовут Ли Ха. Я тоже новенький в Шио-рам.] После окончания процедуры мы присели где-нибудь неподалёку от врат, так как было бы неудобно оставаться на ногах в свободное от работы время до их активации, и поделились своими историями. ...Меньше, чем я думал. Я почувствовал это, когда мы стояли бок о бок раньше, и даже сейчас, когда мы сидим за столом друг напротив друга. Вернувшись в изначальный мир, я никогда не осознавал этого, потому что почти никуда не выходил. Я осознал, что я довольно маленького роста. Когда мы стоим бок о бок, наши глаза встречаются почти на одном уровне. Я мужчина, и у меня нет гордости, которая требовала бы, чтобы я был выше женщины, но, будучи заметно ниже ростом, я подсознательно чувствую себя немного маленьким. — Я выросла, слушая, как мои родители говорили, что нет худа без добра. Когда я была маленькой, я не придавала этому особого значения, но теперь это действительно запало мне в душу... Её звали Элия, и у неё была заразительная манера речи, которая, казалось, излучала энтузиазм. Её уникальная способность относилась к категории целительских, и у неё была младшая сестра, у которой, возможно, из-за её неразговорчивого характера не было друзей, что вызывало беспокойство. С детства она часто слышала пословицы, и теперь они прилипли к ней... Даже столь тривиальная информация была усвоена. Короче говоря, она была разговорчивой. А я, от природы неразговорчивый, теперь даже не мог нормально говорить. В результате всё, что я мог делать, — это кивать в знак согласия, когда это было уместно, или старательно постукивать пальцами, вызывая голограммы. Пока я внимательно вслушивался в бесконечный поток разговоров и отвечал на них, я осознал, что в них почему-то не говорилось о зрении, о глазах. Тот факт, что она помогла мне, когда я просто размышлял, что делать, и даже завела разговор, чтобы я не скучал, и всё это без упоминания чего-либо, связанного с глазами, свидетельствовало о её деликатном отношении. Интригующе. В то же время я чувствовал внутри себя неподдельное удивление. Элия Слейд. Как следует из имени, она не кореянка. Даже если это просто её имя, она может быть кореянкой, но, по крайней мере, язык, на котором она сейчас говорит, не корейский. Тем не менее, общение не является проблемой. Более того, такие детали, как интонация и пословицы, также обрабатывались моим мозгом напрямую. Башня роста... Один из столпов, на которых держится мир. После того, как старая сеть, работавшая на электричестве, рухнула из-за магических волн, Башня роста построила новый Интернет с помощью магии и объединила языки мира в соответствии со своими настройками. — Мисс Слейд, Мистер Ли Ха, пожалуйста, подойдите к вратам. Пока я торопливо отвечал и размышлял о Башне, время, казалось, пролетело незаметно. Вместе с Элией я направился к воротам, следуя указаниям сотрудника. Интересно, выглядит ли это так же? В игре было описание большого сооружения, похожего на триумфальную арку, с крутящимся синим вихрем посередине. Шаг за шагом я приближался к границе своего пространственного восприятия, пока не «коснулся» врат. Коснулся? Что? Здесь пробел в пространстве. А может, и нет. Я почувствовал, что за воротами другой ландшафт. Это то, что видно за вратами? Хотя я мог видеть только зелёные очертания, это определённо было другое пространство, чем терминал. Это Шио-рам? — Ли Ха? Но моё внимание привлекло не то, что находилось за воротами. Между Шио-рамом и этим терминалом была пустота посередине. В тот момент, когда я заметил это, меня охватило чувство неминуемой опасности. Я не должен был смотреть на это. Мне казалось, что я вот-вот увижу что-то угрожающее. Мне не следовало туда заходить. Когда я подойду ближе, меня могут раздавить, не оставив после себя никаких следов. Это было всё равно, что быть простым муравьём, поражённым величием Вселенной. По моей шее пробежал холодок предчувствия на инстинктивном уровне предупреждения. Моё нынешнее пространственное восприятие было лишено многих функций в процессе сокращения. Но... Если бы я увидел эту пустоту с полным пространственным восприятием, у меня было предчувствие, что добром это бы не закончилось. [Да.] Даже отвечая на обеспокоенный вопрос Элии, я свёл к минимуму своё пространственное восприятие и бросился во врата. Мои ноги, застывшие, как у статуи, с трудом двигались. Чёрт возьми, почему здесь такое изобилие флагов смерти? В первый день моего перемещения я чуть не поджарил себе мозг, очнулся от обморока и чуть не умер от голода, а теперь ещё и это — мой мозг снова чуть не взорвался от того, что я стал свидетелем чего-то. Три околосмертных переживания за десять дней. Если Бог есть, он, несомненно, презирает меня. Если Бог действительно существует, кто ещё мог отправить меня в этот мир? Когда я погрузился в море, волны ощущений захлестнули меня. Не успев даже вдохнуть полной грудью, я прибыл в терминал врат Шио-рам. Поспешно выйдя из врат, я почувствовал, как освежающий ветерок охладил моё тело. Моя грудь, в которой было так душно, стала более открытой. — Ты в порядке? Ты вдруг стал выглядеть... [Я в порядке.] — Ты сейчас сильно вспотел. — Вспотел? Когда я вытирал лицо, холодный пот выступил у меня на ладони. Именно тогда я понял, что моё лицо мокрое от пота. [Я просто немного напрягся.] — Возможно, тебе стоит сходить в лазарет... [Я правда в порядке.] Увернувшись от руки Элии, когда она попыталась вытереть мне лоб своим носовым платком, я покачал головой. Несмотря на мои заверения, беспокойство Элии не уменьшилось. После неоднократных заверений в том, что со мной действительно всё в порядке, и выражения моей благодарности за её руководство, она, наконец, кивнула. [Большое спасибо за руководство.] Наконец, Элия проявила любезность и проводила меня прямо до дверей моего общежития. В мире действительно есть такие хорошие люди, что я почувствовал огромную благодарность. Удивительно, но общежитие оказалось небоскребом. На первый взгляд казалось, что группа из восьми зданий, расположенных в формате 2×4, каждое из которых легко превышает десятки этажей в высоту. Вокруг были разбросаны парки, пешеходные дорожки и озера. Даже с этого места было заметно лучше, чем в моём предыдущем доме. Когда я склонил голову в знак благодарности, Элия на мгновение заколебалась, прежде чем протянуть руку со смарт-часами. — ...Не мог бы ты обменяться контактной информацией? Было бы неплохо поддерживать связь, поскольку мы будем посещать занятия вместе. [Хорошо.] [Контакт «Элия Слейд» сохранён.] Когда наши синхронизированные умные часы соприкоснулись, появилось чёткое уведомление о том, что контакт сохранён. После обмена контактными данными она повернулась, чтобы уйти, сказав, что, если что-то случится, я должен обратиться за помощью. Я чувствовал, как её тревожный взгляд задерживался на мне до самого конца. Она кажется слишком добросердечной. Я беспокоюсь, не воспользуются ли ею в будущем. С беспокойством наблюдая, как Элия исчезает за пределами моего пространственного восприятия, я вошел в общежитие. [Студент Ли Ха подтверждён.] Благодаря автоматизированной системе регистрация в общежитии была завершена быстро. Прикосновение к умным часам, расположенным рядом с дверной ручкой, автоматически открыло дверь. Когда я вошёл, на потолке автоматически включился свет. ...Тепло. От одного вида пустоты я покрылся холодным потом и почувствовал себя липким. Мне нужно было принять душ, и я направился в душевую, небрежно бросив сумки и сняв обувь у входа. Я ещё даже не начал, но уже устал. Я начал беспокоиться о завтрашнем дне. Ах, как холодно! Боже мой... Из-за того, что я не различал краны, мне пришлось принести лёд для холодного компресса. Похоже, сегодня я был обречён вновь испытать на себе «Проклятие молчания». ---------- Окно статуса Шрёдингера(1) В конце концов, поскольку это место должно было стать моим домом на срок до четырёх лет, я быстро осмотрелся. Просторная гостиная и чистая кухня. В квартире было три комнаты, ванные комнаты, кладовая и балкон — всё было хорошо оборудовано. Кроме того, мебель и товары для повседневного использования были легко доступны. Источником энергии в этом мире является не электричество, а мана. Следовательно, всё было объединено с маной определённым образом. Возможно, это и есть домашняя магия. Я чувствую, как переплетаются узоры, но... всё ещё будучи новичком, я не совсем понимаю. Я планирую всё перепроверить, когда узнаю больше. Что особенно привлекло моё внимание, так это балкон. Его размеры показались мне вполне подходящими для выращивания растений. Сама квартира просторная, и кажется, что она слишком велика для одного человека. В ней без проблем могут проживать два или даже три человека. Более того, рассматривая такие удобства, как бассейны, сауны и тренажёрные залы, я не мог не согласиться с тем, что это заведение высшего класса. Трудно сказать, общежитие это или курортный отель. Внешний вид... Кто знает. Я бы предположил, что к нему приложили много усилий. На иллюстрациях она выглядела не менее роскошно, чем отель высшего уровня. Но даже этого может не хватать талантам, собранным в мире, поэтому существуют общежития ещё лучше. Конечно, в зависимости от успеваемости можно выбрать здания, превосходящие это. Те, у кого самые высокие оценки, могут даже получить дом на территории кампуса или пентхаус на верхнем этаже здания общежития. Здесь очень жарко. Я непроизвольно вскрикнул, потому что в меня попала водяная пушка (с атрибутом «огонь»), выпущенная из душевой лейки с подсолнухами на потолке. Я пытался это стерпеть, но даже слабый вскрик вызвал реакцию... В результате на меня вдвойне подействовало «Проклятие молчания». Я быстро оделся и купил мазь от ожогов, чтобы намазать своё тело. Несмотря на слабость, возможно, потому, что я всё-таки сверхчеловек, я не получил серьёзных ожогов. Сотрудник администрации заверил меня, что раны заживут после применения мази. Когда я наносил мазь на всё тело, мысль об ожоге побудила меня ощупать правую руку. Необычная текстура. Шрам от ожога, который я получил в детстве. Шрам тянется от кончика моей правой ладони до предплечья. Это результат пожара в приюте, ожог, который был нанесён странным образом, и врачи качали головами. Врачи сказали, что никогда не видели такого. Даже я морщусь от того, как нелепо он выглядит. По форме он напоминает сухое дерево, в которое ударила молния и которое обуглилось до хрустящей корочки. Вот почему я до сих пор надеваю чёрные нарукавники на обе руки, когда выхожу на улицу. Если бы я показал это на публике, взгляды были бы недобрыми. Независимо от того, в игровом мире я или нет, ирония в том, что моё тело по-прежнему из оригинального мира. Я присел на мягкую кровать. Уже уставший от ползания по полу и ударов горячей воды, я в эти короткие моменты старался думать о будущем. Прошло около десяти дней с тех пор, как я попал сюда. В первый день у меня чуть не взорвалась голова, и я потерял сознание. На третий день я чуть не умер от голода и не превратился в труп. И только что у меня снова чуть не взорвалась голова, когда я увидел что-то между вратами... Я решил, что крайне важно быстро нормализовать пространственное восприятие, которое взяло на себя роль «глаз». До сегодняшнего дня я тратил время на настройку пространственного восприятия. И теперь я могу поддерживать радиус его действия около тридцати метров в диаметре. Цвет тот же, но ощущение гораздо более открытое благодаря увеличенному ассортименту. Кроме того, у меня обострилось пространственное восприятие, особенно с тех пор, как я увидел что-то между вратами. К счастью, вместо того, чтобы чуть не взорваться, это, похоже, повлияло на него. Я чувствую, что скоро смогу менять точку зрения по своему желанию. Также пришло время поставить перед собой цель. На самом деле, решать особо нечего. Я не буду вести себя так, словно это игра. В первой главе основная история в основном разворачивается в Шио-раме. Поскольку безопасность здесь неплохая, такие события, как вторжения, в конечном итоге заканчиваются ничем. Однако за пределами Шио-рама, естественно, происходят различные инциденты и несчастные случаи. Обычно, если игрок попадает в серьёзное происшествие, это происходит во время активного отдыха. В процессе игры он сталкивается со злодеями, монстрами-мутантами, попадает в подземелья мутантов... Устранение всевозможных инцидентов и аварий и получение наград за улучшение своих характеристик было моим основным игровым процессом со второго запуска. Я должен отказаться от этого. Естественно, бродить так в реальности — безумие. В игре это просто приводит к снижению здоровья, но в реальной жизни это просто безумие. Повышение уровня за счёт внешних действий было вызвано жадностью, а не необходимостью. В Шио-раме я могу расти достаточно быстро. Скорее, в Шио-раме я мог бы даже расти быстрее. Благословение, которое нисходит с Башни Роста. Коррекция роста, применяемая к положительным аспектам. В оригинальной игре ставка была по меньшей мере в пять раз выше, не так ли? Где ещё вы найдёте столь мощную функцию? По крайней мере, если мне удастся удержаться на этом уровне, я смогу добиться роста как минимум в пять раз быстрее, чем за его пределами. В этой ситуации мне нет необходимости выходить на улицу. Кроме того, основная предпосылка повышения квалификации с помощью внешних событий требует измерения вознаграждения в окне статуса... Подождите минуту. В моей голове промелькнула мысль, и я тихо воскликнул. Разве у меня нет окна статуса?.. Как и в большинстве игр, в этой также есть окно статуса, которое объективно отображает статистику персонажа, и есть задания, которые выдают задания и награды. Но окно статуса описывается как плавающая голограмма... Я подумал. Окно статуса? Статус?.. Изменений нет. Я протянул руку и пошевелил в воздухе. Там ничего нет. То же самое касается моего пространственного восприятия. Оно обнаруживает только пустое пространство. Ничего нет? Его на самом деле там нет? Дело не в том, что я просто не могу его увидеть? Это не то, для чего мне нужно открывать глаза, чтобы увидеть, да? Честно говоря, если бы оно было, я бы его обнаружил с помощью пространственного восприятия. Да. В любом случае... Я отказываюсь от идеи повышения сил с помощью внешних действий. И предпочту расти обычным путём в Шио-раме. Более того, я планирую по возможности не участвовать в основной истории. На самом деле, в этой истории нет необходимости в игроке. Я не главный герой, я — игрок. В «Спаситель», даже если игрок абсолютно ничего не делает, мир не заканчивается разрушением. Ну, в зависимости от развития событий, возможно разрушение некоторых стран, но это так или иначе решается главными героями. Воздействие вмешательства игрока сводится к предотвращению инцидента до того, как он произойдёт, уменьшению ущерба от инцидента или, наоборот, его увеличению. Игрок не является существенным фактором. К счастью, это ещё одна причина для прекращения беспокойства. Кроме того, насколько я проверил, все главные герои этого нового класса существуют. Большинство из предыдущих классов также совпадают. Большинство из тех, кто активен как сверхлюди в этом мире, мне знакомы. Произошли некоторые изменения... но в реальности, а не в игре, существуют неизбежные переменные. Мир может развиваться не совсем так, как сюжет игры, но, по крайней мере, структура схожа, не так ли? Другими словами, история будет развиваться сама по себе, а мне просто нужно внести свой вклад. Естественно, моя главная цель — снять ограничения, которые сейчас на мне На меня наложены три ограничения. «Проклятие сенсорной печати», которое лишает меня обоняния, вкуса и зрения. «Проклятие короткой жизни», из-за которого я увядаю в раннем возрасте. «Проклятие молчания», которое мешает говорить. Я помню лишь один способ снять ограничения, поэтому я должен детальнее разобраться в этом направлении. ...Но, по крайней мере, мне нужно снять хотя бы одно. Если и есть что-то, что я должен снять, так это, безусловно, «Проклятие короткой жизни». Но, как я и думал ранее, жизнь не будет приятной с «Проклятием сенсорной печати», так что его тоже обязательно нужно снять. ...Честно говоря, я мог бы оставить в покое «Проклятие молчания», если бы захотел. Даже на родной Земле я почти никогда не открывал рта, кроме как для того, чтобы поговорить сам с собой, так что, думаю, я мог бы прекрасно жить в качестве немого... Кроме того, насколько я помню, есть способ косвенно обойти «Проклятие молчания», собрав артефакт. Как мне спланировать свой путь роста? Я вновь погрузился в размышления. Чтобы снять одно из ограничений, мне нужно достаточно силы, чтобы пройти определённое подземелье. Мне нужно достичь определённого уровня роста, чтобы пройти его. Вместе с тремя ограничениями мне были даны три способности. «Пространственное восприятие», которое может служить радаром во всех направлениях. «Магическая восприимчивость», которая обеспечивает такое сродство к мане, которое заставило бы Архимагов отступить в сторону. «Мастер на все руки», обладая качествами выше среднего во всех областях. Ах... Если бы дело дошло до этого, я бы выбрал что-нибудь другое, а не сенсорную печать и мастера на все руки. Проклятие сенсорной печати, которое в одно мгновение лишило меня половины моих чувств. Мастер на все руки, который, мягко говоря, является мастером во всём, но, грубо говоря, это неописуемый смешанный навык. Причина, по которой я выбрал проклятие сенсорной печати, заключалась в том, что риск заключался всего лишь в снижении характеристик восприятия, и даже это могло быть с лихвой компенсировано пространственным восприятием. Кроме того, поскольку на этот раз моей целью было выступать в одиночку, и если бы я смог вырасти до крайности, то мастер на все руки позволил бы мне в определённой степени быть танком, наносить урон и лечить, вот почему я выбрал его. Но если это не игра, а реальность, я не уверен, что смогу правильно использовать мастера на все руки... Если бы я знал, что так будет, я бы выбрал что-то одно. По крайней мере, если бы я выбрал что-то вроде способности Святого Меча, я бы наверняка продвинулся в этом направлении. Мастер на все руки может в лучшем случае сделать из человека вундеркинда. В Шио-раме, где собираются все гении мира, простого вундеркинда может быть достаточно только для низших чинов. Я могу полагаться только на пространственное восприятие и магическую восприимчивость. Пространственное восприятие, как человеческий радар и склонность к магии, которые могут быть выбраны для любой профессии, но особенно хорошо проявляются на пути мага. Может быть, мне стоит пойти путём мага... Честно говоря, если бы меня попросили владеть оружием и сражаться с монстрами в ближнем бою... Смогу ли я это сделать? Независимо от того, получится у меня это хорошо или нет, учитывая мои особенности, лучше всего пойти путём мага. У меня болит голова... Когда мои размышления закончились, на меня накатила волна усталости, и, не сопротивляясь, я лёг на кровать. Ещё слишком рано ложиться спать, но я слишком устал. Из-за переизбытка информации, поступающей от пространственного восприятия, я могу ворочаться в постели, но это не значит, что я не могу заснуть, когда пытаюсь. Праздник в честь встречи новых студентов состоится только на следующей неделе. Я приеду пораньше, и у меня будет много свободного времени. Поскольку мои глаза всегда были закрыты, меня постепенно охватила сонливость. В то же время, какое-то смутное беспокойство в уголке моего сердца дало о себе знать. Единственный известный мне способ снять ограничение. Он заключается в использовании артефакта, спрятанного в определённом подземелье. Хотя само подземелье скрыто, охотники, которые бродят вокруг в поисках таких мест, обязательно обшаривают каждый закоулок. Что, если кто-то найдёт его первым? Что, если я опоздаю, потому что замешкался на мгновение? Страх, что я могу потерять единственный известный мне метод, когда мне нужно как минимум два, прогнал сонливость. Чёрт возьми. Поморщившись, я встал. Я сел за письменный стол, стоявший в комнате, и включил умные часы. [Просматр «Основы манипулирования маной (Ниже)».] До праздника для новых студентов осталась неделя. До этого я должен выучить кое-какую теорию. * * * [...Предполагаемое происхождение маны многочисленно. Одна теория предполагает, что это происходит от природной энергии, естественной теории, в то время как другая утверждает, что это происходит от звёзд и передаётся людям, и, и, и, и...] Что? Динь! Динь! [Уведомление. Запас маны на уровне 3%.] Ах. * * * Динь! [Наблюдение... Успех.] [Призыв... Успех.] [Синхронизация... Успех.] [«Система коррекции игрока» готова.] ---------- Ты что, под ноги совсем не смотришь?(1) Это не было для меня открытием, но Шио-рам невероятно огромен. Я помню, что в оригинальном мире он был размером примерно с остров Чеджудо. Я и не представлял, насколько велик остров Чеджудо. Но было общее понимание, что использовать целый остров размером с Чеджудо для одного образовательного учреждения — это сногсшибательно. Очевидно, что для обучения сверхлюдей требуется много земли, отсюда и необходимость в столь обширном пространстве. Благодаря своим размерам автономные автобусы курсируют по Шио-раму с интервалом примерно в десять минут на каждой остановке. Выйдя из общежития, я сел в автобус и всмотрелся... почувствовал путь через окно. Чувствуя, как мимо проносится пространство, я невольно испытал благоговейный трепет. Хотя из игры я знал, что используется целый большой остров, непосредственное знакомство с ним вызвало у меня совсем другие эмоции. Прошло десять дней и ещё неделя с тех пор, как я начал жить в этом другом мире. Сегодня был день вступительного праздника для новых студентов. Пока я сидел взаперти в своей комнате и корпел над учебниками, другие кадеты неуклонно заполняли свои записи в общежитии. — Хэй, это не он? Тот, кого, э-эм, приняли с особым допуском. — Судя по всему, так оно и есть. — Не кажется ли тебе, что он несколько отличается от кого-то из факультета восприятия? Об этом свидетельствовали пронзительные взгляды и перешёптывания. Даже забившись в угол автобуса, я был достаточно заметен, чтобы меня узнали с первого взгляда. Действительно ли ходьба с закрытыми глазами привлекает к себе внимание? При ближайшем рассмотрении мне показалось, что это должно привлечь внимание. Я знал об этом меньше суток, но моё имя уже было довольно известно на форумах студенческого сообщества. Фраза, которую я только что услышал, «особый допуск». Это относится к студентам, которые не сдавали организованный Шио-рамом экзамен, но с которыми напрямую связались официальные представители и которые были приняты. Проще говоря, это не похоже на то, что привлекло бы много внимания. Были также студенты, рекомендованные Профессорами Шио-рама для сдачи экзамена, и другие, у которых были влиятельные покровители, и которые воспользовались этим, чтобы поступить. Однако, если понять, что под «официальным лицом», упомянутым здесь, подразумевается кто-то другой, кроме Профессора, а на самом деле только один человек, тогда это становится понятным. Нериэль Клайдия. Основательница Шио-рама. Владелица Башни Роста. Молчаливая волшебница. Легенда мира сверхлюдей, живущая более ста пятидесяти лет. Её невероятные подвиги включают в себя прохождение подземелий высшего уровня и разрушение десятков первоклассных подземелий. Даже одно первоклассное подземелье при неправильном обращении может стереть с лица земли целый город, а подземелье высшего уровня, вышедшее из строя, может угрожать существованию нации. Особенно в эпоху, когда директор была активна, это была не мирная эпоха, как сегодня, а скорее эпоха потрясений и хаоса. Учитывая, что подземелья, выходящие из-под контроля, сегодня редкость даже в развитых странах, эти достижения тем более удивительны. Другими словами, директор — историческая личность, запечатлённая на десятках страниц истории за то, что она предотвратила свержение власти в подземельях и разрушение городов. Кроме того, я являюсь частью учебного заведения, которое выпускало сверхлюдей, которые были на переднем крае в течение почти сотни лет. Такой человек рекомендует кого-то. Впервые за почти сто лет с момента основания Шио-рама. И я был первым. Даже этого было достаточно, чтобы разжёвывать сплетни, но первый субъект такого дела — слепой и немой? Где ещё вы найдёте такой материал для сплетен? Даже я был бы заинтригован. Когда это была просто игра, это не имело значения. Особый статус в игре не имел особого значения. Даже по мере развития сюжета я так и не встретился с директором Нериэль лично, и в игре это был просто вопрос повышения уровня интереса, вот и всё. Но теперь, когда это стало реальностью, давление стало нешуточным. Не будет преувеличением сказать, что буквально все смотрят на меня и перешёптываются. И я слышу не только приятные вещи, но и обрывки клеветы. — Чёрт возьми. Как слепого человека могут принять в Шио-рам?.. — При поддержке директора, какое значение имеет то, что ты слепой? — Ах... это и есть признание инвалидности? Они думают, что их шёпот не слышен, но мой улучшенный слух всё прекрасно понимает... Признание инвалидности... Я видел термин «признание инвалидности» в Интернете. Мои чувства по этому поводу были не особенно плохими. Что ж, даже я думаю, что «признание инвалидности» подходит для моего случая... Я полон решимости освободиться от своих ограничений. Я поклялся стать сильнее ради этого, но, честно говоря, у меня нет уверенности, что я действительно стану сильным. Взмахнуть мечом и разрубить машину пополам, вызвать огонь из человеческих рук и сжечь здание дотла. Это была не более чем виртуальная реальность. По здравому смыслу, который я знал, такие вещи были невозможны. Но этот здравый смысл разлетелся вдребезги около двух недель назад. Мой мир изменился в одно мгновение. Внезапно я потерял зрение и обрёл странную способность читать пространство и действовать соответственно. Я также могу ощущать ману, которая существует по всему миру. В моём теле тоже есть немного маны. Это кажется возможным, когда я смотрю на это... но остатки моего прежнего здравого смысла отрицают это. Возможно ли это вообще? Даже если это не невозможно, мне это кажется невозможным. [Следующая остановка «Первый банкетный зал».] Как долго я ждал, сидя как на иголках? В пункте назначения двери автобуса открылись, и студенты начали массово выходить. Я тоже присоединился к хвосту толпы и вышел. Благодаря тому, что все направлялись в банкетный зал, мне не нужно было включать навигатор, достаточно было просто следовать за толпой. Вход в банкетный зал. Там было много студентов, которые пришли раньше, но здание было достаточно просторным, чтобы не чувствовать себя неуютно. Посмотрев на время, я понял, что до старта оставалось около получаса. Как только я вошёл, то избежал неминуемого внимания и вышел из банкетного зала, направляясь в ближайший круглосуточный магазин, чтобы хотя бы утолить жажду. Мне тоже нужно привыкнуть к этому. Я никогда в жизни не получал такого внимания, так что это безмерно неловко и обременительно. Если бы это было в прежние времена, я бы просто бросил всё и убежал, но, учитывая мою нынешнюю ситуацию, у меня нет другого выбора, кроме как проглотить слёзы и остаться в Шио-раме. Я глубоко вздохнул, открыл бутылку с водой, которую купил в круглосуточном магазине, и сделал глоток. При обычных обстоятельствах я бы купил фруктовый сок, но, учитывая моё вкусовое чутьё, я чувствовал себя подавленно, зная, что на вкус он будет ни на что не похож. Мне хотелось хотя бы почувствовать аромат... но моё обоняние было таким же ослабленным. При этой мысли меня снова охватила депрессия. Такое чувство, что негатив постоянно витает передо мной… ох, подождите, я даже не могу заглянуть вперёд. Шквал негативных мыслей. С таким же успехом я мог бы копать туннель прямо к ядру Земли. Я энергично потряс головой, чтобы избавиться от этих мыслей, и вздохнул. ...Негативное мышление мало что меняет. Я не могу просто проклинать свою ситуацию и останавливаться на достигнутом. Чтобы выбраться из этой ямы негатива, мне нужно действовать. Должны измениться не мысли, а действия. Верно. Я уже готовлюсь, не так ли? Пока я успокаивал себя и собирался вернуться в банкетный зал, произошёл инцидент. — Хэй! Осторожно! Это произошло в одно мгновение. Когда я выходил из переулка у круглосуточного магазина, что-то, что находилось за пределами моего пространственного восприятия, на большой скорости помчалось мне навстречу и врезалось в меня. — ?!.. — Ай! Что за чертовщина? Бутылка с водой пролетела по воздуху, разбрасывая своё содержимое. Застигнутый врасплох внезапным ударом, я рухнул на землю и чуть не вскрикнул, сам того не осознавая. На самом деле, я действительно закричал, когда меня ударили. Поэтому сейчас я борюсь с болью. — Чёрт возьми. Ты что, не видишь перед собой? Шевелись, когда тебе говорят осторожно... делай... о, о, о, о... У меня перехватило горло. Я уже почти привык к боли от «Проклятия молчания», но всё же боль есть боль. Слёзы потекли ручьём. Пытаясь справиться с болью, вызванной «Проклятием молчания», я услышал знакомый голос сверху. Это был голос персонажа, который я часто слышал во время игры. Я рефлекторно поднял взгляд, и голос затих, прежде чем окончательно замолкнуть. Благодаря своему «Пространственному восприятию» я смог разглядеть очертания женщины, смотрящей на меня сверху вниз. Я мог различить только силуэт, но по голосу я догадался, кто она такая. Ен Хва. Член одного из трёх крупнейших корейских кланов «Гоп Хва». Дочь Чжин Ена, нынешнего главы клана «Гоп Хва», и внучка бывшего главы. Одна из главных героинь, которая может стать будущим главой клана «Гоп Хва» и встать в один ряд с сильнейшими персонажами в мире. — Э-э, я имею в виду, что... [Прошу прощения.] Прежде чем внезапно замолчавшая Ен Хва смогла вновь заговорить, я поспешно встал и низко поклонился. [Я искренне сожалею, что не отреагировал должным образом из-за своих замедленных рефлексов и причинил вам дискомфорт.] Я действительно сделал что-то не так? Не она ли врезалась в меня? Эта мысль была отогнана прежде, чем она смогла полностью сформироваться. Спорить о том, кто в этом виноват, было неправильным подходом. У Ен Хва была одна особенность, которая пришла на ум ещё до того, как я подумал о её красоте: она напоминала танцующие языки пламени из-за её уникальной способности, вызвавшей особую мутацию. Вспыльчивая личность. Короче говоря... Раздражительная натура и убеждение воздавать за обиды и благодарность десятикратно. К этому добавлялась аура, исходящая от Ен Хва. Она была огненным шаром. Мана приняла форму огня; казалось, что от одного взгляда на неё я могу сгореть дотла. Реакция «Ты сумасшедшая, это была твоя вина!», конечно, не вызвала бы хорошего отклика. Мысленно я видел, как сам становлюсь топливом для её огня. По крайней мере, в игре всё было именно так, а в реальности попытка противостоять ей ничем хорошим не закончилась бы. Приняв это решение, я быстро встал и постучал по своим часам. — Нет!.. Не-е-ет! Это я должна извиниться! Я двигалась в спешке и не смотрела прямо перед собой. Мне действительно жаль. ?.. Но реакция была странной. Вместо этого Ен Хва извинилась и поклонилась мне. Разве это не было бы похоже на боевое состязание, если бы это было в игре? Я на мгновение заколебался, прежде чем поклониться в ответ. — ... — ... В воздухе повисло неловкое молчание. Я был застигнут врасплох неожиданным поведением Ен Хва, Ен Хва... Ну, я понятия не имею, почему она такая. — Э-э-э... ты тот парень, верно? Студент с особым доступом. [Да, меня зовут Ли Ха.] — Я знаю твоё имя. Ты довольно известный, или... э-э... Я осознаю, что я знаменит, к добру это или к худу. И я понял, почему. Люди, вероятно, восприняли это так же, но приёмные комиссии на экзамене были бы мной недовольны. В конце концов, они так старались и потели ради этого, что едва смогли поступить, не говоря уже о тех, кто прошёл простой тест для получения рекомендации о приёме. А меня приняли, даже не сдав тест. С их точки зрения, моё присутствие, должно быть, невыносимо раздражало. Я только что испытал на себе их пристальные взгляды в автобусе, и даже в первоначальной работе отношение других ко мне поначалу было, как правило, низким. ?.. Она продолжала говорить. Реакция Ен Хва снова была странной. Похоже, она не знала, что делать, кончики её пальцев слегка дрожали. — Кхм... Мне жаль. Я не хотела никого обидеть. [Всё в порядке.] Правда, я не могу понять, почему она так себя ведёт. В разгар вновь возникшей неловкости я вдруг вспомнил о расписании и поспешно посмотрел на часы. К счастью, время ещё оставалось. Круглосуточный магазин был совсем рядом, так что до него можно было дойти пешком. — Минуточку! Когда я уже собирался отвернуться, Ен Хва отчаянно замахала рукой. — Эм-м, может, мне показать тебе дорогу? Я немного сожалею о том, что произошло раньше... [Спасибо.] На этот раз отказа тоже не последовало. * * * Сумасшедшая женщина. Чертовски сумасшедшая женщина. Ен Хва проклинала себя, размышляя о недавнем инциденте. Вот что произошло: она немного проспала, и ей пришлось в спешке подготовиться, прежде чем выбежать из общежития. Условия были довольно приличными. Не так хорошо, как у неё дома, но всё же на высшем уровне, что позволило ей выспаться с комфортом. Но из-за того, что она проспала, Ен Хва пришлось поторопиться. Она не воспользовалась автобусом. Это было медленнее, чем бежать, и обычно она бы воспользовалась им, чтобы скоротать время. Но времени было в обрез, и она побежала. Оглядываясь назад, она задавалась вопросом, действительно ли ей нужно было так спешить? В этом не было необходимости. У неё должно было быть достаточно времени, чтобы пройти половину пути пешком. ...Её зрение сузилось, поэтому она не заметила его. Она просто думала, что опаздывает, и собиралась бежать всю дорогу. Её мысли были сосредоточены на чём-то одном, зрение сузилось, и благодаря этому она не заметила, как кто-то вышел из переулка, и врезалась в него. Было что-то вроде оправдания. Присутствие другой стороны было подозрительно слабым. Настолько слабым, что она, сверхчеловек с обострённым восприятием, не заметила этого. Кроме того, перед столкновением она сбавила скорость. Было бы достаточно того, что если бы она столкнулась с обычным человеком, он бы немного пошатнулся, и всё. Но человек, которого она сбила? Он упал на землю, как будто размахивая руками. А потом начал задыхаться от боли. Чрезмерная реакция, сродни отыгрыванию боли, несколько ошеломила её. Поэтому она быстро вышла из себя и менее чем через десять секунд пожалела об этом. Она оглянулась. Кадет-мужчина, схвативший её за рукав униформы, медленно следовал за ней. Его отличительной чертой был маленький рост. Она была невысокой, но он был ещё ниже её. Он выглядел таким хрупким, что его падение имело смысл. Более того, то, как он, крепко зажмурив глаза, ухватился за её рукав и последовал за ней, пробудило в ней странный защитный порыв. ...Слёзы вокруг его глаз кольнули её сердце. Почему они были влажными? Она не хотела представлять, но ответ пришёл сам собой. И она, сбившая с ног слепого мальчика, который не мог видеть перед собой, выпалила: «Ты что, не видишь перед собой?» — словно проклятие из глубин ада... Чёрт... Старейшины её семьи, включая деда и отца, всегда советовали Ен Хва сдерживать свой характер. Частью этого был её врождённый темперамент, а атмосфера заботы, царившая в её семье, также способствовала формированию её характера. Кроме того, различные переживания сделали её нетерпеливой и раздражительной. Прежде всего, сама Ен Хва не особенно прислушалась к советам, что было важной причиной. И вот результат. Не в силах сдержать свой гнев, она вызвала этот переполох. ...Он определённо отряхнул свою одежду раньше, но, похоже, к ней прилипло немного пыли. Протянув руку, она стряхнула пыль с его плеча, заставив его вздрогнуть. — Ах, я заметила на тебе немного пыли. [Да.] Возможно, его дрожь была рефлекторной, поскольку он кивнул и ответил через голограмму. ...Естественно, говорить ртом гораздо удобнее, чем нажимать на умные часы, чтобы отобразить ответ на голограмме. Но он не мог этого сделать. То есть говорить. Мне следовало держать рот на замке? Это неловко. Странно начинать разговор. Особенно с человеком, с которым я только что познакомилась. И тем более с позиции обидчика, который только что совершил столь грубый поступок. Она пыталась хоть как-то компенсировать ущерб, быстро извинившись и направив его лично, но она знала, что этого будет недостаточно, чтобы удовлетворить. Ущерб уже был нанесён. Ен Хва мысленно отчитала себя, осторожно ведя Ли Ха за рукав. ---------- Приветственный вечер (1) Люстры на потолке придавали банкетному залу золотистый оттенок. Свет, не слишком яркий и не слишком приглушённый, подчёркивал роскошный интерьер. В центре каждого стола стояли украшения в виде ваз, в окружении разнообразных блюд из разных культур. Также были доступны фирменные напитки и минеральная вода, некоторые из которых стоили сотни тысяч вон за бутылку. — Нам действительно нужно изучать основы магии? Вероятно, это то, чему мы уже научились в Академии. — Несмотря на это, уровень Профессоров здесь другой, так что ты можешь рассчитывать на получение чего-то нового. — Лиана Велус преподаёт «Взаимосвязь между духами и магией»? Я помню, что она активно выступала на африканском фронте... — Она недавно ушла на пенсию, сказали, что из-за травмы. Курсанты, одетые в повседневную одежду, были разбросаны повсюду, и каждый находил себе собеседника, чтобы поддержать беседу. На каких предметах ты собираешься сосредоточиться? Я слышал, что этот новый Профессор ведёт такой-то курс. В последнее время этот клан заметно вырос. Я слышал, что магическая среда в Африке необычна и так далее. Были и обычные личные истории, но также было затронуто значительное количество профессиональных тем, таких как положение в мире. Кадет Шио-рам. Этот статус присваивается тем, кто, как считается, обладает наибольшим потенциалом среди всех людей этой возрастной группы во всём мире. Если не возникнет особых проблем, именно они станут главной опорой следующего поколения. Быть кадетом имеет свои преимущества, но многие гордятся только этим статусом. — Очевидно, мне нужно будет изучить основы магии... Похоже, мне придётся пройти все базовые курсы. — Для этого и существует первый семестр. Ты должен пройти все курсы, на которые не успел записаться заранее. Были и те, кто не участвовал в разговорах на столь профессиональном уровне. Точнее, это были те, у кого ещё не было знаний для проведения подобных дискуссий. Официально существует два способа поступления в Шио-рам. Первый. Поступление осуществляется путём сдачи экзаменов. После объявления о проведении экзаменов по всему миру проводится отбор кандидатов на основе имеющихся навыков и будущего потенциала в различных областях. Большинство из этих курсантов происходят из так называемых семей сверхчеловеков и выросли, получив профессиональное и систематическое образование. Если первый способ заключается в поиске ростков, которые раскрывают их потенциал, то второй способ заключается в поиске семян, которые ещё не начали прорастать. Тех, кто не является выходцем из семей сверхлюдей и не получил систематического образования, но чей потенциал неоспорим, тщательно проверяют, а затем принимают в Шио-рам в качестве курсантов. Соотношение примерно 9:1. — Этот парень, который только что вошёл, должно быть, имеет особый допуск. Похоже, он действительно слепой. — Я слышал, что у него есть уникальная способность, связанная с восприятием. С её помощью он может ориентироваться на местности даже с закрытыми глазами. — Способности к восприятию действительно необходимы для штурмового отряда. Но... Так ли важен особый допуск? Говоря это, один из кадетов понизил голос, и кадет, сидевший рядом с ним, осторожно кивнул. — ...Мы всё ещё не знаем. У обеих групп была общая тема для разговора. Особый допуск. Эти слова то и дело мелькали по всему банкетному залу. Строго говоря, это концепция, схожая с рекомендательным поступлением, но «особое поступление» отличается тем, что человек, который его оценил, другой. Талант, лично отобранный и привлечённый директором. Интерес к этому человеку по-прежнему сохранялся в режиме реального времени. Независимо от того, в хорошем это смысле или в плохом. Если быть честными, общественное мнение было более негативным. Большинство из них держали язык за зубами, потому что знали, кто принимал решение о особом допуске, но внутри они таят недовольство и сомнения. Бах! В этот момент двери решительно распахнулись. В широко распахнутых дверях появилась девушка с алыми волосами. Из разных мест донеслись восклицания. Её волосы, казавшиеся воплощением бушующего пламени, струились по плечам, а глаза, похожие на вставленные в них рубины высшего качества, привлекали внимание людей. У неё была столь прекрасная фигура, что даже небрежно надетый джемпер выглядел роскошно, а её походка излучала уверенность в себе. Ен Хва. И темы для разговоров стали похожи на тему про студента с особым допуском. Она одна из самых многообещающих отряда Шио-рама и наследница клана «Гоп Хва». До поступления она была вундеркиндом, в одиночку убившая монстра пятого ранга. ...И взгляды всех присутствующих, которые были прикованы к мальчику, вошедшему вслед за ней, расширились. [Спасибо, что привели меня сюда.] — Нет, за что меня благодарить? Если тебе понадобится помощь в чём-нибудь, просто дай мне знать. В конце концов, ошибка была с моей стороны. [Да.] Разве атмосфера не кажется довольно мягкой? Ен Хва даже приняла тактичный вид, как будто в чём-то уступала. Те, кто ранее встречался с Ен Хва, очень хорошо знали о её вспыльчивом темпераменте. Невероятные способности и потрясающая красота. Если бы в ней и была какая-то другая черта, то это был бы её колючий характер. Есть история о том, как кто-то, кто постоянно провоцировал её на вечеринке, был избит и вышвырнут с места проведения вечеринки. Существует множество других историй о её эксцентричности. С точки зрения тех, кто пережил это, нынешнее поведение Ен Хва демонстрирует... почти как если бы она была внимательна к другим... столь нежное отношение само по себе стало культурным шоком. Это было похоже на то, как если бы разъярённый тигр не съел маленького щенка, которого приютил, а вместо этого нежно облизал его. — Боже мой. Представление о студенте особого допуска в сознании большинства пересмотрелось. Чем-то, что смогло изменить отношение печально известной Ен Хва. * * * ...Что это за взгляды? Раньше на меня смотрели с самыми разными эмоциями. Любопытство, сомнение, подозрение, зависть и ревность, среди прочих. Несмотря на схожесть, теперь их переполняли другие эмоции, и казалось, добавилось что-то ещё. Это было так, как будто они смотрели на что-то непостижимое, на что-то замечательное. — Эти ублюдки... Взгляды также были направлены на Ен Хва, сидевшую рядом со мной. Стиснув зубы, она начала что-то говорить, но затем внезапно вздрогнула и повернулась, чтобы посмотреть на меня, закрыв рот. — Э-э-э... Я не с тобой разговаривала, это предназначалось для них вон там. ... — Не пойми меня неправильно... Что происходит на самом деле? Почему у меня такое чувство, что она за мной наблюдает? Не является ли это новой формой травли? Я никогда с этим не сталкивался, но в школьные годы читал много историй об изгоях. Речь шла о популярных детях, которые притворялись, что заботятся об изгоях, а на самом деле насмехались над ними... Если это действительно издевательство, то как мне избежать этого? Пока я размышлял, к нам быстрыми шагами приблизилась женщина. — Ен Хва, почему ты опоздала? Ты ведь едва успела к началу. Голос был таким же свежим и оживлённым, как и её шаги. На этот раз это был голос, который я слышал в игре. — Я проспала. Обычно Ариэль будит меня, но сегодня она оставила меня одну. — Почему? — Это приказ отца. Он сказал, чтобы я перестала баловать себя с этого момента. До такой степени избалованная, что за шутка... Пока Ен Хва ворчала и жаловалась, женщина, которая только что улыбалась ей, перевела взгляд на меня. — А это кто такой? — Ах. Это Ли Ха. В этом году он был удостоен особого допуска. Мы случайно встретились по дороге сюда и пришли вместе. — Хм-м? Вы случайно встретились и пошли вместе? Ты, Ен Хва?.. — Что в этом плохого, Арин?.. Ах, кхм! — ?.. Есть три известных клана, которые представляют Южную Корею. «Гоп Хва», клан, к которому принадлежит Ен Хва. «Тэсан», известный как первый клан, основанный в Южной Корее. А женщина передо мной, Бэк Арин, принадлежала к «Чанхэ». Известные под названиями, которые означают огонь, земля и море, они в совокупности называются тремя великими кланами Южной Кореи. В оригинальной работе они были сверхчеловеческими силами, обладавшими значительным значением. Бэк Арин. В оригинальной истории Ен Хва и Бэк Арин были парой, которая часто переплеталась. Если Ен Хва была следующим наследником клана «Гоп Хва», то Бэк Арин была следующим наследником клана «Чанхэ». Если у Ен Хва были рыжие волосы до плеч и вспыльчивый темперамент, то у Бэк Арин были голубые волосы до пояса и спокойные манеры. Ен Хва была пламенем, которое сжигало всё, в то время как Бэк Арин была водой и льдом, которые исцеляли и блокировали. — ...Что такое? Что-то случилось? — Что значит «что-то случилось»? Почему ты вдруг начала нести чушь? — Это не чушь. До недавнего времени ты не слушала, даже когда я советовала тебе избавиться от своих вредных привычек. Бэк Арин, похоже, настаивала на правде, а Ен Хва отреагировала так, как будто что-то задело её совесть. Как бы это сказать? Слушая, как они ссорятся, я почувствовал нечто новое. Прямо у меня на глазах происходит сцена, которую я видел только в игре... или, скорее, я её слышу. Чёртова сенсорная печать. Это самая большая проблема. — Ах! Извини, я на минутку отвлеклась. Я Бэк Арин из клана «Чанхэ». Приятно познакомиться. [Да, я Ли Ха. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.] После недолгой перебранки, как будто она что-то забыла, Бэк Арин с выражением осознания на лице протянула мне руку, чтобы поприветствовать меня. Я без колебаний пожал её руку. Прохладный запах, исходивший от её ладони, заставил меня невольно вздрогнуть. Глаза Бэк Арин очаровательно округлились. — У тебя есть восприятие... верно? Это важная уникальная способность для штурмовых групп. Ох, прости, если я доставила тебе неудобства. [Нет, всё в порядке. И да, это относится к категории восприятия.] Бэк Арин, обрадованная тем, что я не почувствовал неловкости, лучезарно улыбнулась, сказав, что ей всё ещё жаль. На первый взгляд она кажется весёлой и жизнерадостной, но при этом с оттенком вежливости. Это притворство? Даже сейчас я не совсем уверен. Если вы оцените Бэк Арин по достоинству, то сможете услышать о её эпизоде с «маской». Вот тут варианты расходятся. Стоит ли иметь дело с маской или оставить её. Если вы сделаете неправильный выбор, Бэк Арин превратится в явного врага. Трай, в котором я перепутал эпизод с маской и в итоге убил Бэк Арин, был одиннадцатым по счёту. Для справки, он закончился тем, что я выбыл из игры из-за Ен Хва, которая преследовала меня как сумасшедшая. Несмотря на их почти противоположные характеры, в игре они были особенно близки. Поэтому, когда одна из них умерла, другая бросилась в атаку с удвоенной силой. И я испытал это на себе. Каким-то образом Бэк Арин узнала, кто её убил, и было очень непросто, когда она бросила всё, чтобы преследовать меня. Примерно 30% вины за непрохождение лежит на Ен Хва. Вот почему в следующий раз я и близко не подходил к Ен Хва и Бэк Арин. После короткого разговора, когда подошло время приветственной вечеринки, Бэк Арин с сожалением махнула рукой. — Похоже, вот-вот начнётся. Увидимся позже. И... Бэк Арин протянула руку, на которой были умные часы, и коснулась моей. [Контакт «Бэк Арин» сохранён.] — Если тебе понадобится помощь, пожалуйста, обращайся ко мне в любое время. Сказав это, Бэк Арин направилась к группе людей, которые, по-видимому, были её друзьями. — Точно. Чуть не забыла. [Контакт «Ен Хва» сохранён.] После того, как Ен Хва также зарегистрировала свой контакт, она обеспокоенно огляделась. Хотя она и делала вид, что не замечает этого, многие украдкой поглядывали в её сторону. — Мне остаться с тобой? Не беспокойся, ты можешь пообщаться со мной и моими друзьями. [Это было бы слишком навязчиво. Спасибо, но я вынужден отказаться.] Я и так сейчас испытываю максимальное давление. Оставаться одному по-прежнему комфортнее всего. Поколебавшись, Ен Хва, наконец, направилась туда, где была Бэк Арин, после того, как я несколько раз повторил, что всё в порядке. Ах... Наконец, я остался один. Вскоре внимание рассеялось из-за появления других главных героев, что дало мне небольшую передышку. Я поплёлся в уединённое место и плюхнулся на стул, приготовленный для уставших. Несмотря на грандиозные приготовления, по сути, это просто праздник для новых студентов, как следует из названия. В игре это был бы заместитель директора, произносящий несколько слов перед началом вечеринки среди первокурсников. Я устал. Буквально вчера я почти не спал. Отчасти из-за пространственного восприятия, а отчасти из-за моего беспокойного ума... Головные боли были неослабевающими, и дело не только в том, что у меня затуманилось зрение — оно полностью отключилось. Мир, каким я его сейчас воспринимаю, ограничен сферой диаметром тридцати метров. И это мир с чёрными и зелёными контурами. Я пытаюсь, но, несмотря на то, что мне кажется, что моё пространственное восприятие скоро изменится, оно остаётся прежним. Ах... Я чувствую, что вот-вот сойду с ума, а я ещё даже не начал. Я так устал, у меня слипаются глаза, но я не могу заснуть. Если бы это зависело от меня, я бы просто завалился спать на два дня подряд. Но я должен, по крайней мере, увидеть главных героев, прежде чем уйду. Бах! Пока я тупо сидел, раздался звук выключающейся люстры. Я ожидал, что меня окружит темнота, но внезапно моё пространственное восприятие расширилось за пределы обычного диапазона. ?.. Мой обычный диапазон восприятия в тридцать метров почти расширился до пятидесяти. Благодаря этому я почувствовал, как кто-то вышел на центральную сцену, которая только что оказалась в пределах моего восприятия. Это было так, как будто женщина внезапно телепортировалась туда, закутавшись в просторную мантию, как будто для того, чтобы рекламировать себя как фокусника. Это заместитель директора. Праздник в честь первокурсников начинается с выступления заместителя директора, который появляется на сцене с помощью телепортации. Праздник начался. ---------- Приветствие первокурсников (2) — Сначала я хотела бы поздравить всех, а затем произнести краткую речь... Моё пространственное восприятие внезапно расширилось. В течение десяти дней, пока я боролся с этой способностью, были моменты, когда диапазон расширялся, но только на сантиметр за раз, и никогда не был таким значительным, как сейчас. Прежде чем я смог обдумать это, заместитель директора сделала свой ход. Она вышла на сцену и медленно оглядела публику. Те, кто встречался с ней взглядом, застывали в напряжении. — Двести лет назад было время хаоса. Повсюду возникали подземелья и башни, а монстры объединялись в группы и опустошали окрестности. Несмотря на отсутствие микрофона, её спокойный голос доносился до каждого уголка здания. Я прервал свои размышления и прислушался к речи заместителя директора. — Это было время, когда к смерти людей относились легкомысленно. Человек рядом мог превратиться в хладный труп только из-за того, что не смог найти кусок хлеба, а любовник, шепчущий нежные слова накануне вечером, мог стать пищей для монстра. В те дни это было обычное зрелище. Двести лет назад. Монстры из легенд прорвались сквозь вымысел, чтобы появиться на свет, и беспомощность отдельных людей перешла все границы здравого смысла. Даже спустя примерно сто лет хаос не был подавлен. Монстры, подземелья, башни. Уникальные способности, магия, пробуждение. Человечеству были дарованы магические силы и уникальные способности, как будто для того, чтобы противостоять растущим по всему миру угрозам, однако достижение мира по-прежнему оставалось сложной задачей. Мир, наполненный хаосом и отчаянием, нуждался в Героях, которые могли бы справиться с ним и открыть двери к миру. — Колыбель. Несмотря на то, что заместитель директора тихо произнесла это слово, по какой-то причине оно глубоко проникло в мои уши. — Нериэль, которая прошла Башню Роста и получила авторитет хозяина башни, основала образовательное учреждение на искусственном острове, расположенном вокруг неё. Башня Космоса. Башня Гармонии. Башня Наблюдения. Башня Роста. Четыре культовые башни, которые взмывали высоко в небо. В отличие от других башен, извергавших монстров, эти гордые башни стояли на своём, принимая соперников. Нериэль первой покорила одну из четырёх башен, которые, как говорят, поддерживают современный мир. Ещё до покорения башни она путешествовала по миру и спасла множество жизней. Права, которые она получила, покорив башню, были использованы для воспитания Героев. Во времена смутного хаоса и отчаяния она надеялась, что из этого места выйдут Герои. Она вложила эту силу не в себя, а в воспитание Героев, и именно поэтому нашего нынешнего директора называют великим человеком. В награду за её усилия по спасению людей по всему миру и наделению башен силой, таланты, которые стекались сюда со всего земного шара, стали героически противостоять угрозам в разных местах. — Шио-рам. Следы легенд, которые нарисуют Герои, начинаются здесь, и в этом смысле это место называется Шио-рам. Около сорока лет назад, примерно в то время, когда бабушка и дедушка Ен Хва и Бэк Арин были активны, Герои, вышедшие из Шио-рама, наконец-то зачистили последнее подземелье особого класса, и мир объявил о конце хаоса. Короче говоря, это было объяснение мирового сеттинга. — ... Оглядевшись вокруг с помощью своего пространственного восприятия, я увидел множество кадетов, которые казались эмоционально заряженными, как будто по ним ударили в барабан. Некоторые дрожали так сильно, что с трудом сдерживали слёзы... В то время как большинство окружающих меня людей были погружены в эту речь и тронуты ею, я не совсем понял её смысл. Отчасти это связано с тем, что я пробыл в этом мире всего около десяти дней в качестве человека из другого мира, а также с тем, что я услышал эти строки в игре, которые пришлись мне по душе. Кроме того, моё заметное положение в качестве особого допуска заставляет меня чувствовать себя неловко. Большинство усердно трудились, проливали кровь и пот, чтобы попасть сюда, но я попал сюда только потому, что у меня были какие-то силы. — ...поэтому мы надеемся, что вы, вступившие в Шио-рам, станете Героями, освещающими будущее, и мы хотим, чтобы вы знали, что мы не пожалеем сил для поддержки этого начинания. Заместитель директора закончила свою речь и криво усмехнулась, увидев восторженную реакцию кадетов. — Кажется, я была слишком серьёзна. Давайте прервём разговор на этом месте вместе с объявлениями. Официальное расписание занятий начнётся через два дня, поэтому, пожалуйста, наслаждайтесь сегодняшним днём в полной мере и готовьтесь к предстоящему обучению. Сказав это, заместитель директора быстро огляделась. Затем её взгляд остановился на определённом месте. Несмотря на то, что мои глаза были закрыты, я мог сказать, что взгляд был направлен на меня. — ...Это всё. Заместитель директора хлопнула в ладоши и исчезла в мгновение ока. — Это была пространственная телепортация? Я могу смотреть на это сколько угодно, но точно сказать не могу. — Никаких колебаний магии не было. Как она это делает... — Ну, ты не сможешь начать возиться с пространственными вещами без соответствующей уникальной способности. Способности, связанные с пространством, общеизвестно сложны в использовании, и их репутация хорошо известна. Потухшие было люстры снова зажглись, освещая интерьер. Заиграл оркестр, которого так долго ждали. По банкетному залу разнеслась тихая музыка. Только тогда кадеты глубоко вздохнули и начали болтать о том, что только что произошло. Главной темой разговора был способ прибытия и отбытия заместителя директора, который был показан дважды. Пространственная телепортация. Я знаю об этом благодаря знаниям, полученным в игре. Это фирменный приём заместителя директора, пространственная телепортация. Метод, который вычисляет координаты точки отправления и пункта назначения, соединяет пространства и переносит объект. Это отличается от терминалов врат. Врата — это просто сила, передаваемая через Башню Пространства, но пространственная телепортация заместителя директора — личная способность. В то время как у врат есть фиксированные начальная и конечная точки и они требуют высокой платы за обслуживание, пространственная телепортация директора может свободно менять точки отправления и прибытия и может быть применена в любое время. В оригинальной работе заместитель директора была единственным человеком, который мог так свободно использовать пространственную телепортацию. — Хм-м... — пробормотал я. Вскоре после этого музыка, исполняемая приглашённой группой, начала наполнять воздух. Началась официальная вечеринка в честь открытия. Однако мои мысли были далеко. Когда впервые появился заместитель директора, моё пространственное восприятие расширилось само по себе, подёрнувшись рябью, как поверхность воды от брошенного в неё камня. Когда заместитель директора исчезла... Моё пространственное восприятие сильно колебалось. Если в прошлый раз рябь была похожа на падение камешка, то на этот раз было похоже, что уронили огромный камень. Пространственная телепортация и наблюдение за ней с помощью пространственного восприятия. Расширение диапазона. Странное ощущение. В уголке моего сознания что-то зачесалось. Это приводило в бешенство, как будто я был на грани осознания чего-то, но не мог до конца это осознать. Ещё немного... ещё несколько наблюдений, и я, возможно, что-то пойму... — Привет? Вы Ли Ха, верно? Если у вас нет группы, не хотели бы вы присоединиться к нам? — ?.. Ход моих мыслей был прерван. Донёсшийся до меня голос заставил меня поднять голову. За то короткое время, что я был погружён в свои мысли, несколько людей собрались вокруг, привлекая моё внимание. Ах. Вечеринка в честь первокурсников. Культура, которая сохраняется до сих пор, позволяет перед началом надлежащего обучения в последний раз снять напряжение и усталость и наладить дружеские отношения. Другими словами, в наши дни я являюсь одним из тех, кто привлекает как положительное, так и отрицательное внимание. Одинокий и отверженный человек, сидящий во мне, отчаянно сопротивлялся. В то же время я вспомнил предложение Ен Хва. Она спросила, хочу ли я, чтобы она осталась со мной. Если бы Ен Хва была тут, возможно, они бы не обратились ко мне. ...Должен ли я был согласиться? Как обычно, сожаление пришло слишком поздно. * * * Вечеринка в честь первокурсников прошла в обычном режиме. Заместитель директора поднялась на сцену и объявила о начале, пожелав всем удачного учебного года и выразив надежду на рождение новых Героев. Затем последовала обычная вечеринка. Кадеты в официальной или повседневной одежде собрались со знакомыми и поболтали. Были и те, кто задержался, чтобы завязать дружеские отношения между полами. Ен Хва и Бэк Арин принадлежали к первой группе. Они собрались в компании нескольких знакомых, болтали, иногда заводили серьёзные разговоры и потягивали напитки... — Итак, как вы познакомились с Ли Ха?.. Разговор начался с замечания Шин Союль. Шин Союль с её коротко подстриженными каштановыми волосами играла роль создателя настроения вместе с Бэк Арин. — ...Случайно. Вот и всё. — Для такого обычного человека твоя реакция была странной? Ты обращалась с ним так, словно он был хрупким изделием ручной работы. Даже наш домоправитель не прикасается к произведениям искусства с такой осторожностью... — Может быть, это была любовь с первого взгляда? Он действительно очень красив. — ...Сумасшедший ублюдок... Слова, касающиеся Ли Ха, студента с особым допуском, вызвало искорки в глазах окружающих друзей. — Честно говоря, я бы сказала, что он не просто красивый, а симпатичный. Как кукла. После того, как я увидела всех этих здоровенных качков, увидеть кого-то вроде него — это как глоток свежего воздуха. — Согласна. В тот момент, когда я увидела его, я почувствовала, что должна защитить его. Девушки, которые это сказали, обратили свои взгляды на меня. Как львята, которые голодали несколько дней, на меня обрушились всевозможные злобные сплетни, и Ен Хва защищала меня от каждого. Бэк Арин, которая до этого молча потягивала свой напиток, теперь склонила голову набок со странной улыбкой. — Так что за неприятности ты устроила? — Что за чушь ты несёшь? — Я только что заметила пыль на одежде Ли Ха. — Угх!.. — Да, я тоже это видела. Если присмотреться, там было что-то... Ен Хва отшатнулась. У этой чёртовой девчонки хорошее зрение, раз она это заметила. Я даже использовала магию, чтобы стереть это. Змееподобная сучка. Опять столько хлопот. Девушка, у которой, вероятно, в животе сотни змей, снова ввязывается в это дело только потому, что ей это интересно. Если бы это было неинтересно, она бы просто оставила всё как есть. Ен Хва, прищурившись, посмотрела на Бэк Арин. — ...Мы случайно столкнулись по дороге сюда. Что, у тебя какие-то проблемы с этим?.. — Какие-то проблемы? Почему ты говоришь так резко? Я просто волновалась, что ты могла сделать что-то грубое~ — Хм-м... Чёрт возьми, да, я поступила крайне грубо. Я не только сбила с ног человека с нарушениями зрения, но и затеяла драку, спрашивая, видит ли он что-нибудь, или нет... — Наша Ен Хва может быть грубой в своей речи и поступках, но она неплохой человек, верно? Я просто спросила на всякий случай... — Тебе так кажется? Ах? — Ох, почему ты так говоришь? Я просто беспокоюсь о друге. Бэк Арин ловко отмахнулась от обвинения с улыбкой, в то время как её подруги тихо захихикали. Ен Хва внутренне стиснула зубы. — Итак? Что он за человек? — ...Что вы имеете в виду, что за человек. Как я могла это понять после короткой встречи? Очевидно, кого она имеет в виду. Ли Ха. Горячая тема, первый ученик, прошедший по особому допуску. Ен Хва вспомнила об этом. Инцидент, произошедший по дороге сюда. Явная ошибка с её стороны, но она без колебаний извинилась. Она схватила его за рукав и привела сюда. Ещё мгновение назад он послушно следовал каждому резкому слову, которое она произносила, задевая её чувства. Его покорное поведение. Его тело вздрогнуло, когда она потянулась к нему. — ... Она прищурилась. Это была не совсем нормальная реакция, хотя она была не из тех, кто любит поговорить, поскольку сама спровоцировала ссору. Она уже сталкивалась с таким поведением, когда училась в средней Академии и ходила на мероприятия со своим кланом. Хотя нынешнее поколение наслаждается миром после объявления о конце хаоса десятилетия назад, это ещё не всё. Там, где есть свет, есть и тьма. Там, где есть мир, есть и хаос. В этих местах царит хаос. Африка, охваченная магическими потрясениями, превратилась в рай для монстров. Даже если это и не имело таких масштабов, многие жители местных сообществ были подвержены влиянию тьмы. А наиболее уязвимыми для воздействия тьмы являются слабые и беспомощные люди. Как маленький ребёнок. — ...Это я виновата, так что я просто старалась быть милой. Ей было неловко. Если бы она контролировала свой импульсивный темперамент, ничего бы этого не случилось. Если поведение Ли Ха свидетельствовало о том, что ему действительно было больно внутри, несмотря на то, что он казался нормальным, она задумалась, что же делать. На её лице отразились сложные эмоции, и Бэк Арин тоже стёрла улыбку со своего лица и задумчиво кивнула. — Действительно. Много суровых взглядов... — Верно. Даже если они молчат, большинство из них обсуждают эту тему. — А есть те, кто притворяется, что это не так, но смотрит на него странными глазами. Суровые взгляды. Даже сейчас, когда Ли Ха сидел в углу, коротая время, вокруг него толпились люди. Некоторые подходили из простого любопытства и заинтересованности, но были и те, кто насмехался над ними с мрачными мыслями, такими как ревность. Вот почему она предложила им держаться вместе. Однако, по какой-то причине, он решительно отказался. — На самом деле, мне тоже немного любопытно. — Да? — Ого, посмотри на её реакцию. Можно подумать, он её парень. Когда она резко повернула голову, чтобы посмотреть на неё, Бэк Арин подняла руки и отступила назад. — Это потому, что это впервые. Ученик с особым допуском, лично отобранный директором. Такого раньше никогда не случалось, верно? Как сказала Бэк Арин, слово «никогда» всё время подчёркивалось. — На самом деле, мне не следовало бы этого говорить, но нас также считают обладателями первоклассного потенциала, верно? И до нас тоже было много талантливых людей. Нынешнюю, сто двадцать первую группу, в которую входят Ен Хва и Бэк Арин, называют золотым поколением, изобилующим талантами, которые признаны одними из лучших в истории. У нынешних третьекурсников, сто девятнадцатой группы, также есть преемник из клана «Тэсан». Кроме одного, пятеро Героев, которые подавили хаос и положили начало эре мира, тоже были родом из колыбели. И сколько активных сверхлюдей являются выпускниками Шио-рам? — Неужели у нас действительно почти сто лет не было ни одного талантливого человека? Нет, их было огромное количество... В среднем от 400 до 500 первокурсников. Шио-рам существует уже более ста лет, и его выпускниками являются почти десятки тысяч человек. Все они — сверхлюди, которые гордятся тем, что они гении. Но он был первым, кто привлёк внимание директора колыбели, который в остальном закрывал глаза на многих других. — Всем интересно. Насколько же он должен быть талантлив, чтобы привлечь внимание директора? Но когда ты его видишь... ничего не понятно, верно?... — Мы ещё даже не начали учиться, так о чём ты говоришь. — Ах-ах. Это правда. Судить по его нынешнему виду и строить предположения глупо. Но я думала, что буду поражена осознанием с первого взгляда. — Поражена осознанием, чёрт возьми. Ен Хва была внутренне согласна с мнением Бэк Арин. Ей было любопытно, насколько исключительным должен быть человек, чтобы удостоиться подобного приёма. ...Но это уже чересчур. Ен Хва посмотрела на Ли Ха со смешанными чувствами. Она была готова отчитать любого кадета, который всё ещё приставал к нему, но к этому моменту все уже исчезли. Ли Ха сидел в углу и дремал, борясь со сном. Увидев его таким, она испытала странное чувство жалости. Ен Хва также получала отчёты от клана. Как следующая наследница, она не испытывала недостатка в информации. Среди них была информация о Ли Ха. Он из приюта. Его дом и родители погибли в пожаре, и с момента его перевода в приют у него были проблемы со зрением, и, по словам директора приюта, он был очень слабым. Его физическое состояние было неудовлетворительным, но приют не мог позволить себе лечение, и даже посещать начальные учебные заведения было сложно. Более того, не прошло и месяца с тех пор, как у него пробудились уникальные способности. Когда Ен Хва пробудилась всего через месяц, она была слишком занята попытками контролировать свою уникальную способность, чтобы думать о настройке магии. Правильно ли оставлять его без присмотра после того, как его привезли сюда? Ребёнка, который вёл тяжёлую жизнь, слепого и немого, внезапно хватают только потому, что он пробудился? И, несмотря на всё это, никаких видимых мер не принимается? Отбросив в сторону, предоставив расти самому себе? — Мне это не нравится. Ен Хва, сама того не ведая, переключилась с беспокойства о таланте и потенциале на беспокойство. И Бэк Арин наблюдала за этим со странным выражением лица. ---------- Хоум-ран(1) Главная цель приветственных вечеров — это, в конечном счете, налаживание связей. В этой индустрии удача и мастерство, безусловно, важны, но наличие нужных знакомств играет едва ли не сопоставимую роль. Сфер, где действуют сверхлюди, много, но самой представительной из них остается «подавление монстров». Поскольку это работа, в которой приходится рисковать жизнью, сражаясь с чудовищами, об опасности и говорить не стоит. Групповая деятельность, пусть даже в составе небольшого отряда, может немного снизить доход по сравнению с одиночной работой, но она несравнимо безопаснее. Да и прибыль в итоге может оказаться даже выше, чем при работе в одиночку. Однако в народе говорят: если собрать вместе пятерых, один из них обязательно окажется мусором. Откуда знать, не затаил ли парень, стоящий прямо за твоей спиной, гнилую мыслишку вонзить тебе нож в затылок и прикончить? И хотя Ассоциация выстраивает систему рейтингов доверия и проверяет личные данные перед формированием группы, кто знает, куда может повернуть жизнь. «Поэтому связи и важны». Знакомства, заведенные за четыре года до выпуска, обязательно принесут плоды, когда вы позже встретитесь на поле боя. Работать с теми, с кем тебя связывает давняя дружба, гораздо эффективнее и надежнее, чем с кем-то, с кем ты едва успел обменяться парой слов в спешке. Вот почему в Сиёламе поощряли заведение знакомств. К тому же, если уж кто-то смог поступить в Сиёлам, его потенциал в значительной степени гарантирован. По-хорошему, мне тоже следовало бы потихоньку сближаться здесь со сверстниками. Даже если я решил придерживаться пути одиночки, в том, чтобы повысить уровень симпатии и в будущем получить помощь, нет никакого вреда — одни плюсы. «...Как же утомительно». В игре достаточно было просто кликнуть на пару вариантов ответа, а сейчас мне приходится самому ходить кругом и в реальном времени, лицом к лицу, общаться с теми, кто заговаривает со мной. Более того, большинство из них — выходцы из хороших семей, поэтому в их словах то и дело проскальзывает истинное намерение выудить информацию, что делает ситуацию еще более неприятной. Ярлык «особо зачисленного» — своего рода знак качества. Хотя у них и есть сомнения, они подходят ко мне, надеясь, что я окажусь «выигрышным билетом». Кое-как спровадив их вежливыми словами, я сбежал в туалет. «...Может, пора уходить?» Участие в банкете обязательно, но нет правила, обязывающего оставаться до самого конца. Наверняка найдутся те, кто посмотрел только начало и уже вернулся к себе. Мое пространственное восприятие сейчас в таком состоянии, что я не мог проверить всех. Однако я мог определить пол, телосложение и, что самое важное, природу маны, поэтому некоторых ключевых персонажей я узнавал. Я оставался лишь для того, чтобы присмотреться к месту, где собралось большинство главных героев, и больше причин задерживаться не было. Точнее говоря, я просто устал и хотел уйти. Убедившись, что в туалете никого нет, я снял перчатки. Тщательно осмотрев кран, чтобы отличить горячую воду от холодной, я вымыл руки теплой водой. После того случая, когда душевая лейка окатила меня кипятком, я стал предельно осторожен с сантехникой. Толк. Когда я вышел из туалета и пошел по коридору, кто-то, проходя мимо, задел меня плечом. К счастью, удар был несильным, я лишь слегка пошатнулся, но еще немного — и я бы второй раз за день растянулся на полу. — Цыц. Человек, столкнувшийся со мной, демонстративно цокнул языком и, не извинившись, скрылся в противоположном конце коридора. Случайность это была или намеренный поступок? Если бы это произошло впервые, я бы списал всё на случайность, но поскольку подобное повторилось уже несколько раз, чаша весов склонялась в сторону скрытой травли. «Ох...» Из-за того, что он исчез прежде, чем я успел что-то сказать, я остался стоять в нелепом замешательстве. Подавив раздражение, я тяжело вздохнул и двинулся дальше. «...Ну, хотя бы сила удара была слабой, и то радует». Утром-то я вообще на полу валялся. Сравнивая эти два столкновения плечами, я осознал, насколько вежливо повела себя Хон Ёнхва. Хотя разница была в том, что один просто слегка задел, а со стороны Хон Ёнхвы это был полноценный таран всем телом... Сама Хон Ёнхва, несмотря на свой вспыльчивый характер, по натуре всё же относится к «добрым» персонажам. Если подумать, тот человек тоже, возможно, не так уж плох. Он не плюнул в меня, не ударил кулаком или ногой. Не хватал за волосы и не швырял об стену. Более того, судя по уровню маны в его теле, если бы он ударил всерьез, мне бы просто оторвало плечо. По сравнению с теми ублюдками из прошлого, этот парень — просто ангел. — А-а-а-а-а!.. — Эй, эй, эй, это же...! — ...Ничего... не видно... «?» До моих ушей донесся шумный гул. Звук шел из центра банкетного зала. Неужели что-то случилось? Я ускорил шаг в сторону самого разгара торжества. Бам! — Кх...! — Ха-ха! Что такое? Твой меч замедлился! Стоило мне расширить пространственное восприятие, как я увидел на сцене Хон Ёнхву, яростно размахивающую мечом. Дзынь-дзынь-дзынь! В мгновение ока клинки скрещиваются и расходятся в бесконечной серии парирований. Под чистый, бьющий по ушам звук ударов, курсант, сражающийся с Хон Ёнхвой, морщится и делает шаг назад. Он тут же, не желая проигрывать, еще сильнее раздувает свою ману для контратаки. Но меч Хон Ёнхвы оказывается быстрее, словно не давая ему ни шанса. Кланг! Скре-е-е-ет...! Великолепный танец мечей. Под сценой слышны восхищенные возгласы и крики. «А, точно, было же такое событие». Застыв на месте, я выудил из глубин памяти забытое воспоминание. Я был так сосредоточен на другом, что совсем вылетело из головы. В самый разгар приветственного вечера несколько главных героев устраивают дружеский поединок ради укрепления связей. Хон Ёнхва, обладающая натурой фанатика битв, была почти обязательным участником... И обычно её противником становился либо Пэк Арин, либо Кацуки Юсей из «Меча Трех Форм». Кацуки Юсей — член «Меча Трех Форм», ключевой персонаж, обладающий уникальной способностью, связанной с фехтованием. «Напугали же меня». Я уж было ужаснулся, решив, что началась резня, но, присмотревшись, заметил, что мана не выбрасывается вовне, а ограничивается лишь укреплением тела. Да и само оружие — тренировочные деревянные мечи. Что самое важное, обе стороны совершенно не используют свои уникальные способности. Успокоив колотящееся сердце, я сосредоточился на зрелище. «...Вау, как они вообще так двигаются?» Против воли у меня вырвался вздох изумления. За то время, что нужно, чтобы моргнуть, мечи сталкиваются и расходятся по три-четыре раза. Фехтование, где каждое движение плавно перетекает в следующее сразу после возврата клинка, вызывало невольное восхищение. Даже если они сдерживаются, если бы такой удар пришелся по обычному человеку, тот бы, наверное, просто лопнул. «Когда же я стану таким...» Первоначальное восхищение сменилось шоком, а затем и вовсе унынием от мысли, что со временем мне тоже придется достичь такого уровня. «...Нет, не раскисай. Я смогу». Я подавил подступающее чувство бессилия и энергично мотнул головой. Если подумать, разве я не в гораздо более выгодном положении, чем они? Пусть это и игра, но у меня есть знания о будущем, и вместо одной уникальной способности, которая дается другим от рождения, у меня их целых три. В придачу, конечно, достались и три проклятия, но если я их решу, у меня практически не останется слабых мест. «Я справлюсь». Я сделаю это. Обязательно сниму проклятия и буду наслаждаться счастливой жизнью затворника. Давая себе это обещание уже в который раз, я внимательно наблюдал за поединком. Мечи с силой сталкивались, издавая глухие звуки, а в следующий миг сыпали сериями коротких и быстрых ударов. Наблюдая за тем, как инициатива переходит из рук в руки, я почувствовал нечто странное. Казалось бы, что может понять в этом дилетант, никогда не имевший отношения к битвам? Но когда я сосредоточился на наблюдении через пространственное восприятие, я начал многое подмечать. «Что это?» Я — профан, не знакомый с настоящими тренировками. За последние несколько дней я лишь заучил основы из книг. К тому же, это были книги по мане, так что в боевых искусствах я смыслил еще меньше. С помощью пространственного восприятия, способного собирать колоссальный объем данных в радиусе обзора, я буквально препарировал каждый этап их боя. Я читал их настрой. Хват. Почему он держит меч именно так? Почему намеренно открывается для атаки? Почему не воспользовался моментом, чтобы сократить дистанцию? Сначала я не находил ответов. Стопка «экзаменационных листов», на которых я не мог дать даже неверного ответа, росла. Но в какой-то момент... Я начал один за другим выставлять свои ответы. Он делает легкий замах, чтобы создать брешь. Легкий, но не слабый. Он вставляет серию слабых ударов вместо одного мощного, чтобы навязать свою игру. «Почему я это вижу?» Меня это озадачило. Конечно, у меня есть уникальная способность «Мастер на все руки». Всесторонняя способность, которая не позволяет достичь пика в одной области, но дает возможность быть выше среднего практически во всем. Наверняка в это «всё» входит и «меч». Раз у меня есть задатки к мечу, то в том, что я могу считывать и анализировать происходящее, нет ничего странного. Но кажется, я считываю это слишком хорошо. Информация, получаемая через пространственное восприятие, отличается от визуальной. Глаз не распознает скорость, превышающую динамическую остроту зрения. Пространственное восприятие — тоже. Однако данные, полученные через него, надежно сохраняются внутри меня. Так накапливается информация. Справочного материала становится всё больше. И это еще не всё. Я чувствую чистую темно-синюю и пылающую красную ману, исходящую от их тел. Я чувствую, как мана внутри них формирует «жесткое тело». Сродство с маной. «А». Только тогда я понял. Эти три способности органично переплетаются друг с другом. В процессе восприятия мира через пространственное восприятие, благодаря коррекции «Мастера на все руки», я проникаю в суть вещей еще глубже. Вдобавок, благодаря сродству с маной, я чувствую потоки энергии там, где раньше информация ограничивалась бы только пространством. То же самое и в других аспектах. Способности входят в резонанс, создавая эффект синергии. Связь трех способностей. Это было сродни озарению. «Неужели я ошибался?» Честно говоря, я думал, что выбор «Мастера на все руки» был ошибкой. Разве всесторонняя способность не означает посредственность во всем? Как говорится, «воробей, пытающийся угнаться за аистом, порвет себе лапы» — тут и в одном деле преуспеть сложно, а если хвататься за всё подряд, то вряд ли добьешься успеха. Так я думал. Но судя по тому, что происходит сейчас, я мог ошибаться. «Если это правильно использовать...» Внезапно меня прошиб такой азарт, что волосы на голове едва не встали дыбом. В то же время пространственное восприятие резко всколыхнулось и начало мерцать. Поток информации то закрывался, то открывался вновь. Мир то исчезал, то появлялся, словно кто-то щелкал выключателем. В моем пространственном восприятии происходили какие-то изменения. Тем временем дружеский поединок близился к финалу. Хон Ёнхва, которая весь бой теснила противника с довольной улыбкой, нанесла удар, от которого тело Кацуки Юсея буквально взмыло в воздух. — Кх...! Он всё время занимал оборонительную позицию, но пропустил удар в мгновение, когда открылся. Он успел коснуться земли ногами до того, как его выкинуло бы со сцены. Однако Хон Ёнхва не была тем человеком, который упустит такой шанс. Стремительно оттолкнувшись от пола, она отвела назад обе руки, крепко сжимающие меч. Полноценный мощный удар. Движение было размашистым, и в обычной ситуации уклониться от него не составило бы труда, но для Кацуки Юсея, чья стойка была разрушена, это было невозможно. Отведенный назад меч. Он несся по широкой дуге, словно палица. — Последний! Её боевой клич прозвучал лихо и звонко. Юсей, стиснув зубы, выставил меч перед собой. БА-БАХ! В тот же миг раздался грохот, похожий на взрыв снаряда, и тело Юсея, не сумевшего погасить удар, вылетело, словно бейсбольный мяч. «Ого». С какой же силой надо было приложить человека, чтобы он так полетел? Пока я, пребывая в восторженном возбуждении, в изумлении открыл рот, тело Юсея, летящее подобно снаряду, направилось к стене... ? «Ой». Что это? Мои мысли замерли, когда я увидел фигуру Юсея, летящую прямо в центр моего пространственного восприятия. — Кья! Это... Ой, эй? А, черт, погодите...! Растерянный крик Хон Ёнхвы. Шум из-под сцены. И это нечто, стремительно приближающееся к центру моего восприятия... ко мне. А, понятно. Значит, эта штука летит прямо в меня? Из-за того, что я был опьянен азартом, я среагировал слишком поздно. Рефлекторно я попытался уклониться. Но это хрупкое тело не смогло двигаться так быстро, как я хотел. Удивительно, но вокруг меня никого не было. То есть и помочь было некому. «Да твою же...» Столкновение. Сознание начало угасать. Перед глазами, которых я не видел, посыпались искры. Но как ни странно... Сквозь ускользающее сознание мне почудился образ Хон Ёнхвы, которая со слезами на глазах бежала ко мне. Вместе с развевающимися рыжими волосами, которые казались настоящим пламенем. ---------- Том 1 Глава 8.1 Основная цель приветственной вечеринки — это, в конечном счёте, налаживание контактов. Удача и мастерство важны, но не менее важно наличие или отсутствие связей. Сфера деятельности сверхлюдей различна, но если бы мы выбрали типичную, то это действительно было бы «уничтожение монстров». Рискуя жизнью, сражаясь с монстрами, опасность очевидна. Гораздо безопаснее объединиться в небольшую группу и работать сообща, чем действовать в одиночку, даже если это может означать меньший заработок. На самом деле, это может быть даже выгоднее, чем действовать в одиночку. Однако в народе бытует поговорка: Где пять человек, там обязательно найдётся один подонок. Как я могу узнать, не затаил ли кто-нибудь недоброжелательства и не может ли он ударить меня в спину? Независимо от того, насколько Ассоциация выстраивает систему доверия и проверяет личную информацию, прежде чем создавать группу, кто может предсказать, куда нас заведёт жизнь? Вот почему важны связи. Связи, созданные за четыре года, предшествовавшие выпуску, становятся ярче, когда вы воссоединяетесь на поле боя. В спешке эффективнее и безопаснее работать с теми, с кем у вас давно сложились отношения, а не с кем-то, с кем вы только что познакомились. Вот почему Шио-рам поощряет создание связей. Кроме того, если тебя приняли в Шио-рам, у тебя почти гарантированно есть потенциал. Мне следовало бы и здесь укрепить своё положение среди одноклассников. Даже если бы я решил заняться сольной карьерой, это не помешало бы мне завоевать расположение других. Если вам предложат помощь, терять нечего. ...Я устал. В игре для этого требовалось всего несколько щелчков мышью, но теперь мне приходится действовать самостоятельно или реагировать в режиме реального времени лицом к лицу с теми, кто обращается ко мне. Более того, большинство из них происходят из известных семей и, похоже, стремятся извлечь информацию во время бесед, что делает их ещё более утомительными. Ярлык «студент с особым допуском». Несмотря на скептицизм, учитывая шансы сорвать джекпот, я сумел отбиться от тех, кто пытался завязать первые знакомства, и теперь скрылся в туалете. ...Может, мне вернуться? Присутствие на банкете обязательно, но нет такого правила, согласно которому вы должны оставаться до конца. Вероятно, есть несколько человек, которые просто зашли и ушли пораньше. С моим пространственным восприятием в таком состоянии я не могу подтвердить всех. Но я смог различить нескольких человек по полу, телосложению и особенно по характеру их магии. Я остался только для того, чтобы понаблюдать за главными героями, которые собрались, но больше нет причин оставаться. Именно так, я слишком устал и хотел уйти. Убедившись, что ванная пуста, я снял перчатки. Внимательно осмотрев водопроводный кран и проведя различие между горячей и холодной водой, я вымыл руки тёплой водой. С тех пор как я в прошлый раз обжёгся под душем, я стал особенно осторожен при пользовании кранами. Тух... Когда я выходил из ванной, кто-то толкнул меня в плечо. К счастью, столкновение было несильным, и я только слегка пошатнулся, но был близок к тому, чтобы покатиться по полу во второй раз за день. — Тцк. Человек, который столкнулся со мной, прищёлкнул языком, словно желая убедиться, что я его услышал, а затем исчез в противоположном коридоре без каких-либо извинений. Это была ошибка или это было сделано намеренно? Если бы я впервые столкнулся с подобным событием, я бы подумал, что это ошибка, но после нескольких подобных инцидентов я склоняюсь к мысли, что это какое-то злонамеренное преследование. Угх. Прежде чем я успел что-либо сказать, человек исчез, оставив меня в недоумении. Стряхнув с себя нелепость происходящего, я глубоко вздохнул и двинулся дальше. ...По крайней мере, сила удара была слабее, чем сегодня утром. Сравнив два удара плечом, я понял, насколько добрыми были действия Ен Хва. Один удар был лёгким, а другой — нанесён Ен Хва всем корпусом... Несмотря на вспыльчивый характер Ен Хва, её натура склонна к доброте. И, если подумать, этот человек, возможно, не так уж плох. Он не плевал в меня, и в мою сторону не летели удары кулаками или пинками. Он не схватил меня за волосы и не развернул. Более того, судя по уровню внутренней магии, если бы он ударил меня намеренно, мне могло оторвать плечо. По сравнению с теми ублюдками из прошлого, может быть, такое поведение и считается хорошим. — А-а-а!.. — Эй, эй, ты!.. — ...Не... видишь... — ?.. До моих ушей донёсся шум. Шум доносился из центра банкетного зала. Там были какие-то неприятности? Я поспешил туда, где банкет был в самом разгаре. — Бах! — Уф-ф! — Ха-ха! Что не так? Твоё владение мечом замедлилось! С этими словами я расширил своё пространственное восприятие и увидел, как Ен Хва энергично размахивает мечом на сцене. — Ш-ш-ш-ш-ш! В мгновение ока мечи столкнулись и несколько раз были отбиты. Раздался отчётливый звук удара, и Ен Хва, сражавшаяся на дуэли, нахмурилась и отступила на шаг. Её противник попытался компенсировать это, увеличив запас маны, но, как будто это было бесполезно, меч Ен Хва пришёл в движение первым. — Лязг! — Лязг, лязг, лязг, лязг! Зажигательный танец с мечами. Даже из-под сцены доносились возгласы и радостные возгласы одобрения. Ах, было такое событие... Стоя там ошеломлённый, я сумел ворошить некоторые запрятанные воспоминания. Я забыл об этом из-за того, что был занят другими делами. Когда вечеринка по случаю встречи первокурсников была в самом разгаре, несколько главных героев устроили дружеский спарринг, чтобы укрепить дух товарищества. И Ен Хва, с её жаждой сражений, была почти уверена, что примет участие... и обычно её противником была Бэк Арин или Кацуки Юсей из клана Стиля Трёх Мечей. Кацуки Юсей — главный герой, который является членом японского клана Стиль Трёх Мечей (劍三形) и обладает уникальной способностью, связанной с владением мечом. Я поражён. Напуганный внезапной схваткой на мечах, при ближайшем рассмотрении я заметил, что магия не выплёскивалась за пределы тела, а содержалась внутри для физического усиления. Само оружие было деревянными мечами для практики. Более того, обе стороны вообще не использовали свои уникальные способности. Моё сердце, которое до этого бешено колотилось, успокоилось, и я сосредоточился на аудиовизуальной информации. ...Вау, как они так двигаются?.. И я был поражён, сам того не осознавая. ---------- Том 1 Глава 8.2 Меч наносил несколько ударов в мгновение ока, после чего сразу же плавно переходил к следующему движению, вызывая моё восхищение. Даже если бы я был обучен, если бы кто-то нанёс такие удары мечом обычному человеку, разве что-то не случилось бы? Когда же я смогу это сделать? Первоначальное восхищение перешло в ужас, а затем я, естественно, был шокирован от мысли, что когда-нибудь мне придётся достичь такого уровня. ...Нет, не расстраивайся. Я смогу это сделать. Я энергично стряхнул с себя нахлынувшие эмоции. Если подумать, не нахожусь ли я в гораздо более выгодном положении, чем они? Несмотря на то, что это игра, у меня есть знания о будущем, и в то время как у большинства людей есть одна врождённая уникальная способность, у меня их целых три. К тому же, к сожалению, я унаследовал три проклятия, но если я их устраню, то всё будет выглядеть так, как будто против меня не работают никакие негативные факторы. Я смогу это сделать. Я устраню проклятия и буду наслаждаться счастливой жизнью отшельника. Давая это обещание бог знает сколько раз, я продолжал внимательно наблюдать за поединком. Мечи сталкивались с громким звуком, а иногда они сталкивались несколько раз подряд, создавая короткий и стремительный шум. И, наблюдая, я почувствовал что-то странное. Такой непрофессионал, как я, не имеющий никакого отношения к боевым действиям, что я мог понять, наблюдая за этим? Но, сосредоточившись на своём пространственном восприятии, я понял, что многого достиг. Что это? Посторонний человек, который никогда не проходил должной подготовки. За последние несколько дней я выучил наизусть только базовые тексты, в основном по магии, так что о боевых искусствах я знаю ещё меньше. Моё пространственное восприятие, которое позволяет охватить невероятное количество пространства в пределах наблюдаемой области, анализирует каждый аспект их боя. Момент можно прочитать. Техника захвата. Почему они так держат меч? Почему они стараются создавать лазейки в своих атаках? Почему в определённые моменты они не доходят до конца? Сначала я не мог придумать ответа. Скопились листы с вопросами, на которых не было решений. Но постепенно... Я начал отмечать свои собственные ответы. Лёгкий взмах мечом, чтобы создать лазейку. Лёгкий, но не слабый. Это не единственная сила, а несколько слабостей, которые можно использовать в своих интересах. Почему я начинаю понимать?.. — удивился я. Конечно, я обладаю уникальной способностью, известной как «Мастер на все руки». Хотя я и не достигну пика в какой-то одной области, это универсальная способность, которая позволяет мне достигать результатов выше среднего практически во всех областях. Эта универсальность также включает в себя «Мастерство владения мечом». У меня, должно быть, есть способности к владению мечом, поэтому нет ничего странного в том, что я могу читать и анализировать их. Но, похоже, я читаю их слишком легко. Существует разница между информацией, воспринимаемой с помощью пространственного восприятия, и визуальной информацией. Глаза не могут распознавать скорости, превышающие динамическое зрение. Пространственное восприятие аналогично. Однако информация, получаемая с помощью пространственного восприятия, надёжно хранится внутри меня. Информация накапливается. Появляется всё больше и больше материала. И дело не только в этом. Я чувствую, как чистая лазурная и пылающая красная магия исходит от их тел и как магия образует внутри них жёсткую структуру. «Магическая восприимчивость». Ах. Вот тогда я и понял. Эти три способности органично связаны. Благодаря пространственному восприятию я воспринимаю мир глубже, чему способствует «Мастер на все руки». А благодаря магической восприимчивости я могу чувствовать поток магии, который обычно ограничен пространством. То же самое касается и других аспектов. Способности взаимосвязаны, создавая синергетический эффект. Взаимосвязь трёх способностей. Это было озарением. Я был неправ? Честно говоря, я думал, что выбор «Мастера на все руки» был ошибкой. Не является ли универсальная способность довольно посредственной? Как гласит пословица, «Перепел, пытающийся угнаться за лебедем, переломает себе ноги». Если одного колодца едва ли достаточно, то как можно добиться успеха в нескольких областях? Но, учитывая нынешнее явление, я, возможно, ошибался. При правильном использовании это... Волнующее возбуждение охватило меня, как будто волосы встали дыбом. Одновременно моё пространственное восприятие начало сильно колебаться, а затем мерцать. Информация то исчезала, то появлялась. Как будто мир исчезал и появлялся снова, когда включался и выключался свет. С моим пространственным восприятием происходят изменения. В этот момент дружеский поединок приближался к своей кульминации. Именно Ен Хва, которая на протяжении всего поединка с довольной улыбкой оттесняла своего противника назад, отправила Кацуки Юсея в полёт. — Ах!.. Атака, которая нашла свою цель в момент слабости во время защитной позы. Прежде чем его выбросило за пределы, он сумел устоять на ногах. Но Ен Хва была не из тех, кто упускает этот момент. Она быстро оттолкнулась от земли и отвела свои руки с мечами назад. Мощный удар. Движение было настолько сильным, что в обычных условиях от него было бы легко уклониться, но для Кацуки Юсея, чья стойка пошатнулась, это было невозможно. Меч был отведён назад. Он полетел вперёд, описывая большую дугу, как будто размахивал дубинкой. —Ха-а!!! Энергичный крик. Юсей стиснул зубы и выбросил меч вперёд. Бум! Со звуком, похожим на звук пушечного ядра, попавшего в цель, тело Юсея, неспособное полностью отразить удар, отлетело в сторону, как бейсбольный мяч. Ух. Насколько сильным должен был быть удар, чтобы человек так отлетел? В этой суматохе, пока я стоял в благоговейном страхе с открытым ртом, тело Юсея, словно выпущенный снаряд, полетело к стене... ?.. Угх. Что это такое? Мои мысли прервались, когда я увидел тело Юсея, летящее прямо к центру моего пространственного восприятия. — Кья! Это... Ну и дела, ах? Ох, чёрт, подождите минутку!.. Отчаянный крик Ен Хва. Шум из-под сцены. Постепенно этот объект приближается к центру моего пространственного восприятия... всё ближе ко мне. Ах, ясно. Он летит прямо на меня?.. Я был слишком поглощён волнением, чтобы заметить это. Я рефлекторно дёрнулся, чтобы увернуться, но это хрупкое тело отреагировало не так, как я ожидал. Поразительно, но вокруг меня никого не было. Другими словами, мне некому было помочь. Чёрт во... Бах. Сознание ускользало. Казалось, что перед моими невидящими глазами мерцают звёзды. Но, как ни странно, сквозь затуманивающееся сознание я увидел плачущую Ен Хва, спешащую ко мне. Её рыжие волосы, казалось, горели, развеваясь вокруг неё. ---------- Сон (1) Я затуманенно моргнул. Зрение было нечетким, словно я смотрел в окно в дождливый день, но то, что находилось прямо перед глазами, виделось отчетливо. Не понимая, где нахожусь, я огляделся. Повсюду пятна грязно-бурой плесени и ветхая деревянная мебель. На полу валялись пустые бутылки из-под спиртного и небрежно завязанные черные пакеты с мусором, брошенные как попало. Сквозь разбитое окно врывался ледяной ветер, способный, казалось, порезать кожу, а откуда-то издалека доносились яростные крики и вопли. Ошарашенно озираясь, я повернул голову и заметил в углу комнаты насекомое, которое суетливо шуршало лапками. В нос ударила вонь. Это был тошнотворный, трудноописуемый запах — смесь десятков видов нечистот. Знакомый пейзаж, знакомый шум, знакомое зловоние. «А...» Я тупо захлопал глазами. Если подумать, я давно уже не моргал вот так. С тех пор как я попал в мир игры, мои глаза всегда оставались закрытыми. Это мой старый дом. Значит, это сон. Как только я осознал, что сплю, в памяти ярко всплыли события, предшествовавшие обмороку. Подножка от Хон Ёнхвы и её извинения. Пэк Арин с её пугающей улыбкой. Кое-как начавшееся приветствие первокурсников. Бесчисленные взгляды, полные любопытства. Ребяческая зависть и ревность. Поединок второстепенных персонажей — Хон Ёнхвы и Юсея... Синергия «пространственного восприятия», «Мастера на все руки» и «Сродства с маной». Пьянящий восторг и мерцающее «пространственное восприятие». И, наконец, тело Юсея, которое, словно пущенный бейсбольный мяч, вылетело с арены и врезалось прямо в меня... «Ох...» Нелепость ситуации вызвала невольный вздох. Надо же было такому случиться — из всех возможных направлений он прилетел именно в меня. И в самый неподходящий момент, когда я был полностью сосредоточен на «пространственном восприятии»... Мне казалось, я был на пороге какого-то озарения. И тут на тебе — обморок. Мир словно ополчился против меня. Или, если быть точным, это Хон Ёнхва меня невзлюбила? В любом случае, ситуация вызывала лишь тяжкий вздох. И что еще паршивее — мне снится именно этот сон. «Да чтоб тебя...» Неужели у подсознания нет других вариантов? Никаких новых эпизодов? Я слышал, что сны обычно строятся на самых ярких воспоминаниях. ...Если подумать, самые сильные потрясения я пережил в детстве, так что неудивительно. В последующей жизни тоже хватало «экшена», но с детскими годами ничто не сравнится. — Кха, кха-кха!.. Стоило мне попытаться вздохнуть поглубже, как горло словно перехватило, и из груди вырвался сухой кашель. Сквозь пелену перед глазами я увидел свои короткие руки и ноги. Тело тоже было детским, покрытым шрамами и отметинами тех лет. К тому же я был истощен настолько, что отчетливо проступали кости. Однако ожога на правой руке не было — значит, пожар еще не случился. «...И как мне отсюда выбраться?» Странное чувство от созерцания давно забытых картин быстро сменилось недоумением. Я склонил голову набок, осматриваясь. Обычно ведь, стоит осознать, что спишь, как тебя тут же выбрасывает из сна? Я читал в интернете истории о том, как люди понимали, что находятся в сновидении, и в тот же миг все персонажи сна оборачивались и смотрели на них, отчего становилось так жутко, что они мгновенно просыпались. — Бум! Бум! В этот момент дверь грубо содрогнулась. — Бум! Бум! Бум! От бесцеремонного, дикого стука ржавая железная дверь истошно заскрипела. Петли, казалось, вот-вот отвалятся, выстукивая дробь, словно кастаньеты. — Твою мать! Эй! Выходи живо! Ты знаешь, на сколько дней уже просрочен платеж?! Судя по голосу и манерам, это были коллекторы. Мои биологические родители занимали деньги где только можно, так что визиты ростовщиков стали чем-то вроде еженедельного ритуала. Поначалу, когда родители кланялись им в пояс, коллекторы лишь сыпали угрозами и уходили, но со временем их терпение лопнуло, и они начали действовать всё грубее. — Слышь, так не пойдет. Вскрывай дверь. — А? Обязательно, босс? Снять-то её легко, а вот обратно ставить задолбаемся. — А нам-то что? Сами поставят, это их проблемы. — Бабах! Стук прекратился. Но мгновение спустя раздался грохот вдвое сильнее, и дверная ручка бешено задергалась. «Надо же...» Это сколько же нужно было задолжать, чтобы они решились выламывать дверь? Формально эти люди были моими родителями, но на деле — никчемные, глупые и вконец опустившиеся подонки. А я был еще большим дураком, раз надеялся получить от них хоть каплю любви. Слишком поздно я это понял. — Бабах! — Ого! А домишко-то крепкий. Хрен выбьешь! Грох! Я с детства ненавидел звук стука. Стоило кому-то постучать в нашу дверь, как со мной обязательно случалось что-то плохое. — ...А? Я ненавидел эту ветхую дверь. Она ни капли не защищала меня от внешнего мира. Напротив, её тревожный скрип внушал мне первобытный ужас. — Ай... Грох! От удара завибрировали даже стены. Пирамида из пустых пивных банок, стоявшая в углу, с грохотом рассыпалась. Суетливое насекомое бросилось наутек, спасаясь от волны недопитого пива вперемешку с табачным пеплом. — Щелк. ...Бешеное дерганье ручки внезапно прекратилось. В следующий миг искореженный металл не выдержал, и ручка, развалившись на две части, с глухим звоном упала на пол. — Юль-а... Там, где раньше была ручка, зияла дыра. Сквозь это отверстие я встретился взглядом с глазом, похожим на черный шарик для игры в го. — Тут только мелкий, босс. — Че?! Мать их, набрали долгов и свалили куда-то?! А, так вот какой это момент. Тот самый день, когда долги выросли до небес, визиты коллекторов стали ежедневными, и мои биологические родители в конце концов бросили меня и сбежали. Черный зрачок исчез. Ржавые петли издали предсмертный стон. Скрипя, дверь начала открываться... *** — ...Ха Юль! — ...! ...?! Громкий голос ворвался в сознание, пробуждая его. Кто-то держал меня за плечи и слегка тряс. Спиной я чувствовал мягкость кровати. Как только сознание начало возвращаться, активировалось «пространственное восприятие», обрушивая на меня поток информации. Красный, оранжевый, белый и зеленый. «А...» Всё было иначе. Это не были просто зеленые контуры на черном фоне. Сквозь окно, пробиваясь сквозь шторы, лился оранжевый свет заката. В вазе стояли белые и желтые цветы с зелеными стеблями, залитые этим вечерним сиянием. И идеально чистое, белоснежное пространство больничной палаты. Я невольно восхитился про себя — мир был полон красок. А перед глазами была Хон Ёнхва, которая сжимала мои плечи и что-то отчаянно кричала... — ...Ха Юль! Ты пришел в себя?! «Что происходит?» Я лежал на больничной койке, а Хон Ёнхва практически нависла надо мной, продолжая кричать. — Ха Юль! Ты в порядке?! Дыши! Дыши же! — ...!? ...? Дышать? О чем она? Я попытался пошевелиться, но тело не слушалось. В груди было невыносимо тесно. Что-то не так... — Кх... Гх!.. — Ха Юль!.. Ах, я действительно не дышу. Стоило мне это осознать, как горло словно заблокировало. Я не мог ни выдохнуть воздух, распирающий грудь, ни вдохнуть новый. Мучительное удушье. — Угх!.. Кх... Да что со мной? Почему это происходит? Внутри всё перевернулось. Дыхание не подчинялось воле. Прежде чем я успел найти ответ, Хон Ёнхва, смотревшая на меня в панике, внезапно крепко обняла меня. От этой неожиданности моё тело окончательно одеревенело. — Всё хорошо! Всё в порядке... Вдох, выдох... — ...Хы... Кх... — Вот так. Еще раз... Скованное тело, соприкоснувшись с её теплом, начало понемногу расслабляться. Словно я погрузился в теплую воду — жар разлился по всем конечностям. Кажется, по сюжету у Хон Ёнхвы была повышенная температура тела? Но даже так, она была слишком горячей. Впрочем, я тут же понял причину. Это не у неё был жар, это моё тело было ледяным. — Снова, вдох... Она крепко прижимала меня к себе и осторожно шептала на ухо, направляя моё дыхание, и я медленно втянул воздух. А затем выдохнул. Действие, которое должно быть естественным инстинктом, давалось с огромным трудом. Казалось, на грудь положили тяжеленный валун. Мне было так холодно. На мгновение накатил ужас, будто я сейчас промерзну насквозь и рассыплюсь на куски. Сам того не осознавая, я вцепился в неё. Когда что-то мягкое и теплое окутало меня, я почувствовал такое умиротворение, какого не знал никогда в жизни. — Ы... хы?.. — Всё хорошо. В этих объятиях казалось, что я буду под защитой вечно. Это был покой, который никогда не смогла бы подарить старая скрипучая железная дверь. — Кх... Фу-у... Ха-а... Фу-у... — Тише. Всё хорошо, всё уже позади... Пока я выравнивал дыхание, Хон Ёнхва без умолку шептала мне на ухо слова утешения. Её рука тем временем осторожно поглаживала меня по голове. Тело, которое еще мгновение назад готово было испустить дух, постепенно успокаивалось. Обрывки мыслей начали складываться в единую картину. — Фу-у... Ха-а... — Тебе лучше?.. Когда дыхание наконец восстановилось, я смог рассмотреть Хон Ёнхву. Она всё еще крепко обнимала меня и смотрела сверху вниз глазами, полными неприкрытой тревоги. «А...» Цвета и тени. То, о чем я забыл за эти десять дней. И то, что даже в этот миг было лишь информацией, полученной через «пространственное восприятие», а не настоящим зрением. Но всё же... Её ярко-красные волосы, мягкие, словно шелк, щекотали моё лицо. В лучах закатного солнца эта картина была достойна кисти великого мастера. Её глаза мерцали — если бы лучший ювелир в мире вложил всю душу в огранку редчайшего рубина, получилось бы нечто подобное. ...Мир, вновь обретший краски, был невыносимо прекрасен. ---------- Том 1 Глава 9.1 Я моргнул своими слепыми глазами. Зрелище, открывшееся передо мной, было похоже на то, как если бы я смотрел в окно дождливым днём, но ясно было то, что я вижу прямо перед собой. Недоумевая, что происходит, я огляделся. Кое-где на изношенной деревянной мебели виднелась тёмная плесень. Пустые бутылки из-под спиртного валялись на полу рядом с небрежно завязанными чёрными пакетами для мусора. Холодный ветер, который, казалось, мог пронзить насквозь, дул через разбитое окно, и откуда-то доносились сердитые крики. Я тупо огляделся по сторонам, прежде чем повернуть голову. В углу я увидел деловито снующих насекомых. В мои затуманенные ноздри ударила вонь. Это был отвратительный запах, созданный десятками отвратительных запахов, которые трудно описать. Эта сцена, шум и вонь были слишком знакомыми. Ах. Я рассеянно моргнул. Теперь, когда я подумал об этом, я понял, что прошло много времени с тех пор, как я в последний раз моргал. С тех пор, как я вошёл в игровой мир, я просто держал глаза закрытыми. Это был мой старый дом. Тогда это, должно быть, сон. Как только я понял, что это был сон, на меня нахлынули воспоминания о моментах перед тем, как я потерял сознание. Удар Ен Хва и её извинения. Бэк Арин, чья ухмылка была пугающей. Праздник в честь первокурсников. Бесчисленное количество знаков внимания, которые я получал. Мелочная зависть. Поединок между Ен Хва и Юсеем... второстепенные персонажи. Эффект синергии пространственного восприятия, мастера на все руки и магической восприимчивости. Волнующее возбуждение и мерцающее пространственное восприятие. И, наконец, тело Юсея, запущенное, как бейсбольный мяч, врезалось в меня... Угх... Я был ошеломлён. Из глубины души вырвался вздох. Из всех несчастий — Юсей налетел на меня. И как раз в тот момент, когда я сосредоточился на пространственном восприятии... Я чувствовал, что нахожусь на грани просветления. И в этот момент потерял сознание. Мне казалось, что весь мир ненавидит меня. Или, может быть, это Ен Хва ненавидит меня. В любом случае, эта ситуация заставляет меня только вздыхать. Что ещё хуже, мне это дерьмо приснилось. Ах, к чёрту всё. Это единственный сон, который мне может присниться? А других нет? Я слышал, что сны обычно пробуждают воспоминания. ...Теперь, когда я думаю об этом, самые яркие воспоминания были из моего детства, так что это действительно были кошмары. Хотя после этого у меня остались потрясающие воспоминания, они не идут ни в какое сравнение с детством. — Кхе, кхе!.. Только я собрался глубоко вздохнуть, как почувствовал, что в горле у меня что-то застряло, и вырвался сухой кашель. Сквозь затуманенное зрение я разглядел свои худые руки и ноги. Похоже, это было моё детское тело, на котором до сих пор сохранились шрамы и отметины. И, вместе с тем, были отчётливо видны очертания моих костей. Но на правой руке не было ожога, так что, должно быть, это было до пожара. ...Итак, как мне отсюда выбраться? Странно знакомая сцена промелькнула на мгновение. Я наклонил голову, оглядываясь по сторонам. Обычно, когда вы осознаёте, что это сон, вас не выбрасывает вон? Я помню, как читал в Интернете истории о людях, которые осознавали, что видят сон, но каждый персонаж во сне поворачивался к ним, заставляя их вздрогнуть и проснуться. Бум! Бум! В этот момент дверь сильно затряслась. Бум! Бум! Бум! Ржавая железная дверь заскрипела с таким оглушительным стуком, словно вот-вот сорвётся с петель, и звук этот напоминал игру на кастаньетах. — Акх, чёрт возьми. Хэй! Выходи! Срок подачи заявок истёк уже на несколько дней. Судя по шумихе снаружи, это был ростовщик. Поскольку мои биологические родители занимали деньги направо и налево, визиты ростовщиков были почти обычным делом. Сначала ростовщики, бросив предупреждение, поворачивали назад, а мои биологические родители низко кланялись. Но по мере того, как их терпение подходило к концу, они становились всё более грубыми. — Хэй, так не пойдёт. Ломайте дверь. — Что? Нам действительно нужно это делать, Босс? Сломать легко, а починить сложно. — А почему нас это должно волновать? Они сами придумают, как её починить. Бах! Стук прекратился. Но вскоре раздался звук вдвое громче, и дверная ручка бешено затряслась. В самом деле... Сколько же им пришлось вытерпеть, прежде чем они решились на взлом? Формально они были моими родителями, но они были идиотами, тупыми и мерзкими людьми. И я был ещё большим дураком, надеясь на их привязанность. Когда я это понял, было слишком поздно. Бах! — Ах, они выбрали надёжный дом. Дверь чертовски прочная. БАХ! Я с детства терпеть не мог стук в дверь. Всякий раз, когда кто-то стучал в дверь моего дома, это означало для меня что-то плохое. ...Ах? Я ненавидел эту обшарпанную дверь. Она совсем не могла защитить меня от внешнего мира. Вместо этого её скрип вселял в меня глубокий страх. Ах!.. БУМ! Вибрации были настолько сильными, что стены дрожали. С грохотом рухнула башня из пивных банок, стоявшая с одной стороны. ---------- Том 1 Глава 9.2 Насекомые, которые до этого деловито копошились, рассеялись в потоке пива, смешанного с сигаретным пеплом. Лязг. ...Дверная ручка, которая до этого отчаянно дёргалась, внезапно замерла. Вскоре после этого вращающаяся дверная ручка переломилась пополам и упала на пол. Вшух. Там, где раньше была дверная ручка, теперь зияла дыра. Сквозь щель в двери я встретился взглядом с чёрным шариком. — Здесь только ребёнок? — Что? Эти ублюдки вляпались в долги и теперь где-то прячутся? Ах, вот оно, время. В тот момент, когда из-за растущего долга и ставших ежедневными визитов ростовщиков мои так называемые родители бросили меня и уехали. Чёрный шарик исчез. Заскрипели ржавые петли. Дверь со скрипом отворилась... * * * — Ли Ха! — !.. ?!.. Звук, который сильно ударил по ушам, пробудил моё сознание. Кто-то мягко встряхивал моё тело, держа меня за плечи. Ощущение мягкой кровати, прижатой к моей спине. Когда я осознал, что мой разум дрожит, пространственное восприятие раскрылось, и информация хлынула потоком. Красный, оранжевый, белый и зелёный. Ах. Всё было не так, как раньше. Это был не чёрный фон с нарисованными на нём зелёными контурами. Оранжевые отблески заката пробивались сквозь занавески за окном. Белые и жёлтые лепестки и зелёные стебли цветов переливались в этом закатном свете. Белоснежное пространство чистой больничной палаты. Разнообразия цветов было достаточно, чтобы вызвать у меня благоговейный трепет. И Ен Хва, которая держала меня за плечи и настойчиво кричала: — ...Ли Ха! Ты очнулся?! Что? Прямо сейчас я лежу на больничной койке, но почему Ен Хва сидит надо мной и кричит? — Ли Ха! Ты в порядке?! Дыши! Дыши! — ?!.. ?.. Дыши? Что это значит? Сбитый с толку, я попытался пошевелиться, но моё тело не слушалось. В груди что-то сжалось. Что-то было не так... — Угх! Кха! — Ли Ха!.. Ах, я сейчас не дышу. В тот момент, когда я это осознал, у меня перехватило горло. Я не мог ни выдохнуть воздух, наполнявший мою грудь, ни вдохнуть новый. — Укх! Кха! Что со мной происходит? Почему это происходит так внезапно? У меня сводит живот. Дыхание сбивается. Прежде чем я смог найти ответ на свой вопрос, Ен Хва, которая беспокойно смотрела на меня сверху вниз, внезапно обняла меня. Её неожиданный поступок заставил моё тело напрячься. — Всё в порядке! Ты в порядке... Вдох, затем выдох... — Кха... — Верно. Ещё раз... Моё тело, которое до этого было напряжённым, расслабилось от прикосновения её тела. Я словно погрузился в тёплую воду, и тепло разлилось по всему моему телу. Согласно постановке, у Ен Хва должна была быть высокая температура тела. Но даже в этом случае она кажется слишком высокой. Озадаченный, я осознал правду. Не то чтобы у Ен Хва была высокая температура, скорее, у меня самого была очень низкая. — Ещё раз, вдох... Крепко обняв меня, она тихо прошептала мне на ухо, направляя моё дыхание. Я медленно вдохнул. Затем снова выдохнул. Поведение, которое должно было быть естественным, но казалось таким трудным. Мне казалось, что на грудь давит большой камень. Моё тело было слишком холодным. Меня охватил страх замёрзнуть и разбиться на части. Не осознавая этого, я крепко обнял расплывчатую фигуру передо мной. Мягкое прикосновение, окутавшее меня, принесло чувство комфорта, которого я никогда раньше не испытывал. — Э-э, хм-м-м?.. — Всё в порядке. Мне казалось, что если я останусь в этом месте, то всегда буду под защитой. Это было утешение, которого я никогда не испытывал от скрипучей железной двери. — Ух... ху... хук, ху... — Всё в порядке. Всё в порядке... Пока я переводил дыхание, Ен Хва продолжала тихо шептать мне на ухо, что всё в порядке. В какой-то момент её рука осторожно потянулась назад, чтобы погладить меня по голове. Моё тело, которое, казалось, задыхалось, постепенно успокоилось. Мои разрозненные мысли начали постепенно связываться. — Ого... ха-а... — Тебе лучше?.. Когда мне удалось выровнять дыхание, я заметил Ен Хва. Она крепко обнимала меня, глядя вниз глазами, полными беспокойства. Ах. Цвет и яркость. То, о чём я забыл примерно на десять дней. И даже сейчас, в этот момент, я по-настоящему вижу не своими глазами, а с помощью информации, полученной с помощью пространственного восприятия. Но... Изящные пальцы, и густые рыжие волосы мягко упали мне на лицо. Это зрелище, сливающееся с оранжевым сиянием заката, было слишком прекрасным, чтобы считать его просто картиной. Её глаза сверкнули, глаза, которые можно было сравнить с рубинами, с величайшей тщательностью обработанными лучшим ювелиром мира. ...Мир, воссозданный в красках, был невероятно прекрасен. ---------- Сон (2) Ему и раньше часто доводилось чувствовать тепло. С тех пор как он начал жить самостоятельно, он всегда засыпал под толстым, уютным одеялом. Даже если приходилось голодать по нескольку дней, в холодные зимы он на полную включал обогреватель. Ради комфорта он купил дорогое постельное белье — поступок, который можно было назвать расточительством, но о котором он ни разу не пожалел. Он выбирал качественные кондиционеры для ткани и всегда держал наготове диффузоры. Поэтому его постель всегда была местом, где можно было с удовольствием сомкнуть глаза. Однако такого тепла он не чувствовал никогда. Его лицо было уткнуто в грудь Хон Ёнхвы. Даже сквозь одежду отчетливо передавался мягкий жар и нежное прикосновение её тела. Впервые в жизни его кто-то обнимал. В том, как осторожно её рука поглаживала его по голове, сквозило чувство, которое трудно было облечь в слова. Это тоже было впервые. Он не помнил, чтобы его когда-нибудь так гладили по голове... «...» Сознание оставалось туманным. Некоторое время он отрешенно впитывал это тепло и ласку, а затем слегка похлопал Хон Ёнхву по спине, давая понять, что теперь всё в порядке. Девушка, чьи руки двигались с каким-то отсутствующим видом, замерла в замешательстве. — А?.. Ой, а-а-а! Только сейчас осознав, в какой позе они находятся, она едва не подпрыгнула на месте, но вовремя сдержалась. Осторожно отстранившись, она усадила его и сама тяжело опустилась на стул. Её глаза, волосы и лицо слились в едином алом оттенке, так что и не разобрать было, что покраснело сильнее. «...Что с ней?» Пока Хон Ёнхва обмахивалась ладонями, пытаясь остудить лицо, Ха Юль проверял собственное состояние. Выглядел он плачевно. Всё тело было липким от пота. Промокла не только одежда, но и постель под ним. Он убрал со лба влажную челку и попытался восстановить события, но так и не смог понять причину случившегося. — Слава богу, тебе лучше... Похоже, самодельный веер принес плоды: лицо Хон Ёнхвы почти вернуло прежний цвет. Она вытерла пот со лба. — Ты так метался и стонал во сне, что я не могла отойти... А в самом конце вдруг резко задохнулся, я так испугалась. — ...... — Тебе... приснилось что-то плохое? Она спрашивала о сне с явным беспокойством, но при этом крайне осторожно. Ха Юль лишь растерянно моргнул. «Метался и стонал?» В самом сне он этого не чувствовал. Было ли там что-то настолько болезненное? Нет. Хотя воспоминания о детстве и вызывали странные чувства, они не были настолько шокирующими, чтобы перехватило дыхание. Сон — это всего лишь сон. Это лишь воспроизведение прошлого, а не нынешняя реальность. Прошлое не может причинить ему вред сейчас. Он давно его преодолел. Никчемные родители мертвы и исчезли, они больше ничего не могут ему сделать. Ростовщики тоже больше никогда его не найдут. К тому же теперь изменился сам мир. Ни один шанс из тысячи, из десяти тысяч не позволит им отыскать его или вмешаться в его жизнь. Так какой смысл бояться? Они абсолютно ничего не могут с ним сделать. — Послушай, ты помнишь, что было перед тем, как ты потерял сознание? Пока он успокаивал себя, раздавшийся рядом голос заставил его рефлекторно повернуть голову. Хон Ёнхва с понурым видом робко смотрела на него. Стоило ему кивнуть, как она низко опустила голову, излучая ауру уныния, ставшую вдвое тяжелее. — ...Прости. Правда. Это всё моя вина. Последовали извинения. — Я так разгорячилась, что не смотрела по сторонам... Нет, это не оправдание. Прости, я просто пытаюсь оправдаться. Глядя на то, как исчезла её привычная уверенность и как она путается в словах, Ха Юль понял, что она и сама не в лучшем состоянии. Он молча покачал головой и, вспомнив о смарт-часах, вывел голограмму. [Всё в порядке. Вы ведь уже извинились.] Благодаря тому, что пространственное восприятие пришло в норму, он отчетливо видел проецируемое изображение. — ...Прости. Хон Ёнхва отрешенно посмотрела на надпись и снова извинилась с еще более подавленным видом. Ха Юль почувствовал недоумение. Был ли её наезд на него перед приветственной вечеринкой намеренным? Он не знал. Но по её словам, это была случайность, и она извинилась. Спарринг в конце вечеринки, когда она запустила в него противника, словно бейсбольный мяч? Это тоже была ошибка, и за неё она извинилась прямо сейчас. Но почему она так себя ведет? Словно совершила непоправимое преступление, словно он отверг её извинения. Её удрученный вид не укладывался в голове. Мрачные мысли продолжали всплывать на поверхность, уводя рассуждения в негативное русло. [Почему вам жаль?] — А?.. Больше всего он не понимал причины её раскаяния. [С вашим происхождением вы могли бы просто проигнорировать такой пустяк, разве нет?] Это была ошибка? Достаточно извиниться и идти дальше. А если бы он не принял извинения? Ну и что с того... Разве мог кто-то вроде него хоть что-то сделать Хон Ёнхве? Наследница клана Адского Пламени. Это не просто группа сверхлюдей, это одна из величайших семей, держащая под контролем целый регион. Она — их преемница. Человек, который в будущем станет одним из самых влиятельных лиц в мире. Более того, если она раскроет хотя бы часть уже подтвержденного потенциала, её статус сильнейшего мастера мирового уровня станет фактом... Зачем ей так вести себя с ним? «Льготник». Первый курсант, отобранный лично Ректором Сиёлама. Возможно, всё дело в этом звании. Клеймо льготника притягивало зависть и ревность, но в то же время служило щитом: «тот, кого выбрал Ректор». Может быть, она боялась, что, хотя мелкие пакости сойдут ей с рук, серьезный вред или его смерть навлекут на неё гнев Ректора? — ...... Хон Ёнхва, молча смотревшая на его голограмму, вдруг протянула обе руки и обхватила его щеки. Тепло её ладоней мгновенно вернуло Ха Юлю чувство реальности. — ? — Ха Юль. От того, что она сжала его щеки, его губы выпятились, как у рыбки. Глядя на себя через пространственное восприятие, он понял, что выглядит нелепо. Пока он сидел с таким глупым видом, Хон Ёнхва заговорила — в её взгляде читалась жалость, но голос звучал твердо: — Извиняться за свои ошибки — это естественно. — ...... — Я... я не знаю точно, в каких условиях ты жил. Не знаю, через что тебе пришлось пройти и как ты выживал. Словно ей что-то сильно не нравилось, она на мгновение прикусила губу и продолжила: — Но я точно знаю, что поступила с тобой плохо. Сначала толкнула, наговорила обидных слов... А теперь еще и втянула в такое. — ...... — Мне правда очень жаль. «Извиняться за свои ошибки — это естественно». В тот миг, когда он услышал эти слова, его затуманенный разум словно прояснился. Ощущение было такое, будто туман, застилавший взор, внезапно рассеялся. Спутанные мысли наконец-то выстроились в логическую цепь. «Ох...» В ту же секунду он осознал, какую глупость совершил. На него нахлынула волна непередаваемого стыда. Он проснулся и даже не попытался отстраниться от обнимавшей его Хон Ёнхвы. Напротив, он сам прижался к ней, ища тепла... Спрашивал, почему она извиняется, нес какую-то чушь и в итоге получил нравоучение об элементарных вещах... Кровь бросилась в лицо. Если совсем недавно его тело было холодным, как замороженная рыба, то теперь всё, что выше шеи, буквально пылало. Жар был такой, будто к голове приложили грелку. — Ой, тебе больно? Заметив это, Хон Ёнхва, продолжавшая тискать его щеки, испуганно спросила, не причинила ли она ему боль, от чего ему стало еще стыднее. Она поспешно убрала руки и принялась нежно поглаживать его по лицу. Это было приятно, но невыносимо смущающе. [Нет. Просто внезапно стало жарко. Мне не больно, честное слово.] — Не больно? Ну и слава богу... Она приложила руку к груди и с облегчением выдохнула. Глядя на неё, Ха Юль ощутил странный душевный трепет. В оригинальной истории Хон Ёнхва никогда не вела себя подобным образом. Официально признанный Ассоциацией лидер по числу уничтоженных злодеев. Гэпхва, «Пламя Бедствия», сжигающее всё на своем пути, не щадя и саму себя. Неистовый воин, без колебаний бросающийся на монстров второго ранга. С точки зрения игрока Хон Ёнхва была именно такой. В побочных историях упоминались её доброта или положительные отзывы окружающих, но это не особо цепляло. Для игрока она была лишь бесконечно раздражающим противником, если выбирать путь зла. Ха Юль пошевелил губами. На мгновение он хотел поблагодарить её вслух, но, вспомнив о Проклятии Молчания, снова закрыл рот. [Спасибо.] — Повторяю в сотый раз: это я виновата. Тебе не за что меня благодарить. Хон Ёнхва покачала головой и посмотрела на смарт-часы. — Уже столько времени... Как ты себя чувствуешь? Проводить тебя до общежития? Если хочешь, можешь остаться здесь на ночь. Завтра всё равно никаких планов нет. [Тогда я останусь здесь. У меня нет сил идти до общежития.] На самом деле голова всё еще была тяжелой. Возможно, из-за изменений в пространственном восприятии в висках пульсировала боль. Информации стало гораздо больше из-за появившихся цветов и теней, и мозгу требовалось время, чтобы адаптироваться. Он уткнулся лицом в подушку. Её мягкая поверхность нежно приняла его лицо. Но она казалась гораздо грубее, чем то, к чему он прикасался раньше... Вспомнив ощущение от прикосновения к тому самому месту, Ха Юль снова вспыхнул. Он перевернулся на другой бок и зарылся в подушку еще глубже, чтобы скрыть лицо. Сознание начало стремительно угасать. Похоже, он устал сильнее, чем... думал... *** — Заснул. Оранжевые лучи заката, пробивавшиеся сквозь окно, окрашивали медпункт в теплые тона. Внутри царила тяжелая, вязкая тишина. Единственным звуком был редкий стук оконной рамы от порывов ветра. На кровати лежал Ли Ха Юль. Судя по ровному, спокойному дыханию, он крепко спал, наполовину зарывшись лицом в подушку. — Фух... Хон Ёнхва долго смотрела на него, прежде чем прийти в себя и тяжело вздохнуть. Она задержалась, опасаясь, что ему снова приснится кошмар, но признаков беспокойства не было. «К счастью... наверное». Она обхватила голову руками, вспоминая события нескольких часов назад. Она была «пьяна битвой». То, что она толкнула Ли Ха Юля и наговорила ему гадостей утром — её вина была очевидна. Ли Ха Юль был чистой жертвой, а она — агрессором. Она это понимала, но раздражение всё равно копилось. Она извинилась, но этого явно было мало. Она планировала извиниться снова, но не знала когда. Может, подарить что-нибудь в знак примирения? Пока она мучилась этими мыслями на вечеринке, ей предложили дружеский спарринг. Противником был многообещающий новичок из японского отделения. Он был хорош и к тому же тоже владел мечом, так что она охотно согласилась, надеясь выпустить пар. Мысли о проигрыше даже не возникало. Так всё и вышло. Она получала удовольствие от процесса и ни на секунду не упускала инициативу. Дожала противника и завершила бой одним мощным, сокрушительным ударом. Проблема была в том, что этот самый противник отлетел прямиком в Ли Ха Юля. В тот момент, когда она ощущала сладкий вкус победы, Ли Ха Юль столкнулся с телом и потерял сознание. Даже сейчас при воспоминании об этом в голове всё белело, а мысли путались, словно скомканная бумага. Представьте себя на месте Ли Ха Юля. Утром тебя толкают и хамят, спрашивая, не ослеп ли ты. Тут же извиняются, обещают возместить ущерб и спрашивают, не нужно ли чего. Уже на этом этапе она выглядела бы как самая настоящая сумасшедшая. Но... извинившись, она через несколько часов впечатывает в него своего оппонента по спаррингу, отправляя в нокаут. Тот же самый человек, который утром сбил его с ног и оскорбил! Спустя всего несколько часов! Снова! — Г-р-р... Она наговорила ему кучу пафосных слов о том, что «извиняться — это естественно», но внутри её прошиб холодный пот. Ведь с точки зрения Ли Ха Юля это могло выглядеть как намеренное издевательство и издевка, и ей нечего было бы возразить... «Воздавай за добро и за зло. Плати по счетам сполна». Семейный девиз, идущий от самого основателя. Это убеждение, выжженное в сердце каждого члена клана Адского Пламени, и Хон Ёнхва, несмотря на свой колючий характер, изо всех сил старалась ему следовать. Утром она совершила ошибку. И не успев её исправить, совершила еще одну! Против того же самого человека! Снова! К счастью, Ха Юль оказался на редкость добрым парнем и принял её извинения... Но если бы он отказался и закрылся в себе?.. — Ох... Тряхнув головой, Хон Ёнхва заправила выбившуюся прядь за ухо. Разумеется, она не собиралась отделываться одними словами. Она причинила ему массу неудобств, не говоря уже об обидных словах, так что компенсация и извинения будут многократными. С этим решением она поднялась. Убедившись, что кошмары его больше не мучают, она собралась уходить. — ...... Напоследок бросив взгляд на спящего, она невольно засмотрелась. Ли Ха Юль, укрытый закатным светом, словно одеялом, со своей эльфийской внешностью казался сошедшим с картины. Округлый разрез глаз, мягкие и тонкие черты лица. Каждое его движение казалось таким хрупким, что пробуждало инстинкт защиты. Теперь понятно, почему на вечеринке вокруг него вились девушки-курсанты. А его волосы на ощупь были как какой-то наркотик — она сама не заметила, как загладилась ими до одурения. И размер у него такой, что удобно обнимать, и пахнет он очень приятно... «Совсем с ума сошла». Прежде чем мысли зашли слишком далеко, она отвесила себе звонкую пощечину. Потирая горящую щеку, она снова вернулась к реальности. И тут же её совесть пронзила острая боль: как она могла толкнуть такого парня, нахамить ему и в итоге довести до обморока? — Кхм. Она кашлянула и уже собралась уйти, как заметила, что одеяло сползло, когда он ворочался. «Просто поправлю и уйду», — подумала она. Она потянулась к одеялу. И в тот же миг её тело словно окаменело. — ...... В медпункте, который мгновение назад казался уютным, воцарилась ледяная тишина. Её взгляд метался, пока не замер в одной точке. Для воина зрение — это жизнь. Без глаз нельзя проследить за атакой врага или нанести свой удар. Воин Хон Ёнхва не верила своим глазам. Мозг отказывался принимать увиденное. Она застыла, словно по ней пробежала трещина. Дыхание стало прерывистым и тяжелым. В груди всё сжалось, голова пошла кругом. Ей хотелось просто сбежать. Но она не могла. Инстинкт кричал, что этого делать нельзя. Дрожащей рукой Хон Ёнхва потянулась вперед. Она не придавала значения перчаткам, которые носил Ли Ха Юль. Думала, просто мода такая. Но под сбившейся перчаткой виднелся шрам. Уродливый след от ожога. До этого момента... ей было просто больно на это смотреть, но она могла понять. Она могла бы предложить вылечить этот шрам в качестве извинения. — ...А, ох... Гэпхва. Уникальная способность, передающаяся от их основателя. Пламя, сжигающее самого владельца и весь мир. Огонь, не оставляющий от врага даже пепла. Гэпхва, пылающая внутри владельца, многократно усиливает его тело, а если она направлена на врага, то не гаснет, пока не уничтожит цель. Обычно она горит до конца, но бывают случаи, когда она вынужденно затухает. Но даже тогда Гэпхва не исчезает бесследно. Если она гаснет, то оставляет на цели ужасающий шрам. Это своего рода клеймо, которое невозможно полностью стереть даже исцеляющими уникальными способностями. Уродливый след, покрывающий руку от кончиков пальцев до середины предплечья. Хон Ёнхва знала такие отметины слишком хорошо. Она видела их, сражаясь с монстрами, видела, уничтожая злодеев. И она сама не раз оставляла их. — ...Гэпхва. Это были следы Гэпхвы. ---------- Том 1 Глава 10.1 Я много раз ощущал тепло. С тех пор как я начал жить самостоятельно, я всегда засыпал, завернувшись в толстое одеяло. Даже если бы мне пришлось голодать из-за этого несколько дней, я бы включил отопление в холодную зиму. Для уюта я купил одеяло хорошего качества. Возможно, это считалось роскошью, но я не пожалел об этом. Я использовал лучший кондиционер для белья и всегда держал под рукой осушитель воздуха. Поэтому я всегда спал в хорошей постели. Но я никогда раньше не чувствовал такого тепла. Я уткнулся лицом в грудь Ен Хва. Даже сквозь одежду отчётливо ощущались её тепло и мягкость. Это был первый раз в моей жизни, когда кто-то делал это со мной. Рука, нежно гладившая меня по голове, передала эмоции, которые трудно описать. Это тоже было впервые. Я не помню, чтобы меня когда-нибудь гладили по голове... — ... Мой разум был затуманен. Я просто оцепенело ощущал тепло и прикосновение, затем легонько похлопал Ен Хва по спине, как бы давая понять, что теперь со мной всё в порядке. Ен Хва выглядела озадаченной. — Ах?.. А-ах! Похоже, она наконец осознала наше положение и сделала испуганную попытку вскочить, но затем заколебалась и осторожно уложила меня, прежде чем сама плюхнуться на стул. При ближайшем рассмотрении оказалось, что её глаза, волосы и лицо покраснели до неузнаваемого цвета. ...Что случилось? Пока Ен Хва обмахивала лицо веером, чтобы остудить его, я проверил своё состояние. Я был в ужасном состоянии. Всё моё тело было мокрым от пота. Моя одежда и даже постель промокли насквозь. Я попытался зачесать назад свои мокрые от пота волосы и обдумал ситуацию, но так и не смог понять, почему это произошло. — Я рада, что ты чувствуешь себя лучше... Ен Хва, чьё лицо после того, как она обмахнулась веером, приобрело свой обычный вид, вытерла пот со лба. — Пока ты спал, ты стонал от боли, поэтому я осталась рядом с тобой... Но потом ты внезапно перестал дышать, и я по-настоящему испугалась. — ... — Тебе... приснился плохой сон? Ен Хва осторожно и с беспокойством спросила о моём сне, а у меня было отсутствующее выражение лица. Стонал от боли?.. Во сне ничего не было такого. Было ли что-то настолько болезненным, что заставило меня перестать дышать? Это было не так. Даже если я и воспринял воспоминания из своего детства как-то странно, это не было настолько шокирующим, чтобы у меня перехватило дыхание. Сон — это всего лишь сон. В лучшем случае, это повторение прошлого, а не моя нынешняя ситуация. Прошлое теперь не может причинить мне вреда. Я давным-давно преодолел это проклятое прошлое. Жалкие родители умерли, они больше не могут меня тронуть. Ростовщики также больше не могут найти меня и преследовать. Более того, мир изменился. Даже если есть один шанс из тысячи, что они не смогут найти меня и вмешаться. Так чего же мне бояться? Абсолютно ничто не может причинить мне вреда. — Кстати, ты помнишь, что произошло прямо перед тем, как ты упал в обморок? Пока я успокаивал сам себя, рядом со мной раздался голос, заставивший меня рефлекторно повернуть голову. Ен Хва смотрела на меня с мрачным выражением лица. Я кивнул, и она ещё глубже зарылась лицом, отчего стала ещё мрачнее. — ...Мне правда жаль. Это я во всём виновата. Последовали извинения. — Я была слишком взволнована и ничего не видела вокруг себя... Нет, дело не в этом. Извини, это было оправданием. Видя, что её обычно уверенное поведение исчезло, сменившись бессвязной речью, она, похоже, тоже была не в нормальном состоянии. Я молча покачал головой, затем меня осенила мысль, и я спроецировал голограмму со своих смарт-часов. [Всё в порядке. Ты же извинилась.] Благодаря нормализации моего пространственного восприятия, я смог увидеть голограмму, проецируемую моими смарт-часами. — ...Извини. Тупо глядя на голограмму, Ен Хва вновь извинилась с удручённым выражением лица. Это заставило меня задуматься. Прямо перед приветственной вечеринкой, было ли это преднамеренным, когда она сбила меня с ног? Я не уверен. Но, по её словам, это была ошибка, и она извинилась. Дуэль в конце приветственной вечеринки, когда она швырнула в меня соперником по дуэли, как бейсбольным мячом? Это тоже было ошибкой, и она сейчас извиняется. Но почему она так себя ведёт? Как будто совершила непоправимую ошибку, с удручённым видом, как будто я не принял её извинений. Я не понимал. Мрачные мысли продолжали всплывать на поверхность. Они всё больше склонялись в негативном направлении. [Почему ты извиняешься?] — Ах?.. Прежде всего, я не совсем понимал, за что она извинялась. [Учитывая твоё прошлое, разве ты не должна уметь игнорировать такие мелочи?] Это была ошибка? Просто извинись и двигайся дальше, верно? Если кто-то не примет извинения? Что ж, что я могу сделать?.. Могу ли я, такой, как я, сделать что-нибудь Ен Хва? Если это было намеренно. Преднамеренное преследование... Смогу ли я противостоять ей? Наследница клана «Гоп Хва». Не просто группа сверхлюдей, а один из самых могущественных кланов, которые эффективно контролируют страны, находящиеся в авангарде нынешних мировых держав. Она и есть та самая наследница. Позже она станет одной из самых могущественных фигур в мире. И если бы она просто реализовала свой уже подтверждённый потенциал, то стала бы опытным пользователем высшего уровня... Так почему же она должна проявлять такое отношение ко мне? Студент с особым допуском. Первый студент, которого лично выбрал ректор Шио Рам. Если подумать, то, возможно, это из-за этого. «Студент с особым допуском» — это ярлык, который вызывает зависть, но в то же время это щит для того, чтобы быть выбранным ректором. Даже если бы я ничего не мог поделать с мелкими и подленькими домогательствами, было бы это потому, что серьёзная попытка убить меня могла навлечь гнев? — ... Ен Хва, которая до этого тупо смотрела на голограмму, внезапно протянула руку и крепко сжала мои щёки. Тепло разлилось по моим щекам, возвращая ощущение реальности. — ?.. — Ли Ха. Она сжала мои щёки ладонями, отчего я надул губы, как рыба. Увидев себя с надутыми губами через пространственное восприятие, я выглядел совершенно нелепо. Когда я молча надул губы, Ен Хва посмотрела на меня с жалостью... но в то же время решительно, когда заговорила. — Извиняться правильно только тогда, когда ты сделал что-то не так. — ... — Я не знаю точно, в каком окружении ты был. Я не знаю, через что ты прошёл, чем ты жил. Она прикусила губу, показывая, что что-то её не устраивает, и продолжила. — Что я знаю точно, так это то, что я причинила тебе зло. И... Сначала я толкнула тебя, наговорила обидных вещей, а теперь из-за меня у тебя вновь. неприятности. — ... — Мне правда жаль. Вполне естественно извиняться, когда ты сделал что-то не так. Когда я услышал эти слова, мой затуманенный разум, казалось, мгновенно пробудился. Это было так, словно туман рассеялся, дав мне чувство освобождения. Мои разрозненные мысли наконец-то пришли в норму. О, о... Я осознал, какие глупости совершал. Меня охватило неописуемое смущение. Я очнулся ото сна и не сопротивлялся объятиям Ен Хва. Вместо этого, в поисках тепла, я зарылся в её объятия... Спрашивая, за что она извиняется, почему она чувствует себя виноватой, произнося такие глупые слова, а затем услышал очевидное предостережение... К моему лицу прилила кровь. Всего минуту назад моё тело было холодным, как замороженная рыба, но теперь оно согрелось выше шеи. Оно было таким горячим, каким может быть грелка. — Ах, тебе больно? Ен Хва, которая гладила меня по щекам, заметила мою реакцию и спросила, больно ли мне, что смутило меня ещё больше. Вздрогнув, она убрала руку, и нежное прикосновение к моей щеке было одновременно благодарным и смущающим... [Нет, мне не больно. У меня внезапно поднялась температура. Честно говоря, всё в порядке.] — Ты хочешь сказать, что тебе не было больно? Это хорошо... Ен Хва, которая, казалось, беспокоилась, что мне, возможно, было больно, положила руку себе на грудь и вздохнула с облегчением. Наблюдая за ней, я почувствовал странное сопереживание. В оригинальной работе не было такой сцены с участием Ен Хва. Рекордсмен по количеству устранений злодеев, подтверждённый Ассоциацией. Воплощение «Гоп Хва» и сводящего с ума пламени, которое могло сжечь всё, включая её саму. ---------- Том 1 Глава 10.2 Безжалостный воин, который не отступит ни на шаг даже перед монстром второго уровня. Для игрока Ен Хва была именно таким персонажем. Я видел её доброту и положительные оценки от окружающих в сюжетных линиях, но у меня они не нашли отклика. Для игрока Ен Хва была всего лишь бесконечно надоедливым врагом, избравшим коварный путь. Я прикусил губу. И уже собирался произнести слова благодарности, когда вспомнил о проклятии молчания и закрыл рот. [Спасибо тебе.] — Я уже говорила это раньше, но это моя вина. Так что тебе не за что быть благодарным. Ен Хва покачала головой и посмотрела на умные часы. — Уже поздно. Как ты себя чувствуешь? Мне отвести тебя обратно в общежитие? Или ты можешь остаться здесь и уйти завтра. У меня нет никаких планов на завтра. [Тогда я останусь здесь. У меня нет сил идти до комнаты.] По правде говоря, я всё ещё чувствовал себя ошеломлённым. Возможно, это было из-за того, что моё пространственное восприятие изменилось, но в голове у меня пульсировала боль. Возможно, это потому, что с добавлением цветов и контрастов стало больше информации. Похоже, что на адаптацию уйдёт некоторое время. Я глубоко зарылся лицом в подушку. Мягкое прикосновение приятно окутало моё лицо. Но оно было более грубым, чем то. ...Вспомнив, как я зарывался лицом раньше, я почувствовал, как у меня поднимается температура. Я перевернулся на другой бок, чтобы не было видно моего лица, и крепко прижал подушку к себе. Мои мысли мгновенно улетучились. Я устал больше, чем думал... Я... больше... * * * — ...Заснул. Оранжевые отблески заката, струившиеся через окно, заливали лазарет. В лазарете повисла тяжёлая тишина. Лишь редкие удары ветра в окно создавали какой-то шум. На кровати... Там лежал Ли Ха, который заснул, спокойно дыша. Наполовину зарывшись лицом в подушку, он, казалось, крепко спал, судя по ровному ритму его дыхания. — Уф-ф... Ен Хва некоторое время тупо смотрела на него, затем взяла себя в руки и глубоко вздохнула. Она некоторое время наблюдала за ним на случай, если ему приснится ещё один кошмар, но, похоже, никаких признаков этого не было. Всё... хорошо? Ен Хва потёрла лоб, вспоминая о том, что произошло несколькими часами ранее. Она была поглощена поединком. Толкнув Ли Ха и изрыгая резкие слова. Вина была очевидна. Ли Ха был односторонней жертвой, а Ен Хва — обидчиком. Она знала это, но стресс всё равно накапливался. Извинений было недостаточно, да? Когда ей следует извиниться вновь? Должна ли она предложить какую-то компенсацию вместе с извинениями? Такие тривиальные заботы. Даже во время приветственной вечеринки эти мысли крутились у неё в голове. Затем поступило предложение о дружеском поединке. Соперником был многообещающий японец. Он не только обладал неплохими навыками, но и умел обращаться с мечом, поэтому она быстро согласилась, надеясь поднять себе настроение. Проигрыш? Она не подумала об этом. И действительно, так всё и произошло. Она наслаждалась поединком как развлечением и никогда не теряла превосходства. Доведя его до конца, она завершила поединок удовлетворительным ударом. ...Проблема была в том, что тот, кто получил этот удар, в конечном итоге врезался в Ли Ха. В то время как она испытывала волнующий трепет от победы, Ли Ха столкнулся с её соперником и потерял сознание. Даже сейчас, когда она думала об этом, в её голове становилось пусто, как будто в её мозгу сжимали белый лист бумаги, отрезая все мысли. Поставьте себя на место Ли Ха. Утром она толкнула его и затеяла драку, спросив, не видит ли он чего-нибудь перед собой. Затем она извинилась, сказав, что ей очень жаль, и что она загладит свою вину позже, попросив его сказать ей, если ему что-нибудь понадобится. Просто взглянув на это, она показалась бы обычной сумасшедшей женщиной. Но... извинившись таким образом, она не стала ждать и нескольких часов, прежде чем набросилась на своего противника по поединку, отчего тот потерял сознание. Тот самый человек, который толкнул его утром и затеял с ним драку! Всего за несколько часов! Снова! Глык... Извиняться за ошибку — правильно, — сказала она с некоторым подобием гордости, но внутри у неё всё покрылось холодным потом. С точки зрения Ли Ха, он мог рассматривать это как злонамеренную пытку, направленную на то, чтобы обмануть его, и она не смогла бы с этим поспорить... Явные обиды и долги. Не испытывая ни благосклонности, ни неприязни, в изобилии. Семейный девиз, передаваемый из поколения в поколение с момента основания клана. Это было убеждение, которое хранил в своём сердце каждый член клана «Гоп Хва», и, несмотря на свой колючий характер, Ен Хва также изо всех сил старалась придерживаться его. Утром она совершила ошибку. Не успев даже загладить свою вину, она совершила! Ту же самую! Ошибку! Вновь! С тем же человеком! К счастью, добросердечный Ли Ха принял извинения... Но если бы он отказался от извинений и закрыл своё сердце на замок... — Угх... Ен Хва покачала головой, заправляя растрепавшиеся волосы за ухо. Конечно, она не собиралась воспринимать извинения как простую формальность. Она не только причинила неудобства, но и сделала обидные замечания, поэтому планировала компенсировать ущерб и извиниться ещё несколько раз. С этим решением она встала. Теперь, когда она убедилась, что ему не снился кошмар, она решила, что пора уходить. — ... Когда она в последний раз проверяла его состояние, её взгляд невольно скользнул вверх. Закат окутывал его, как одеяло, когда он спал, и в сочетании с волшебной внешностью Ли Ха создавал вид, правдоподобный как на картине. Его глаза были круглыми, а лицо — гладким и с тонкими чертами. Его действия также излучали хрупкость, пробуждая в людях защитный инстинкт. Неудивительно, что женщин особенно тянуло к нему во время приветственной вечеринки. Даже прикосновение к его волосам действовало как наркотик, заставляя её рассеянно поглаживать их. У него было крепкое телосложение, и от него так хорошо пахло... Какого чёрта. Прежде чем она смогла продолжить мысль, она ударила себя по щеке. Она потёрла горящую щёку. ...Затем, когда мысли вернулись к ней, её мучила совесть из-за того, что она толкнула, оскорбила и, в конечном счёте, лишила сознания такого человека, как он. — Кха. Прочистив горло, она повернулась, чтобы уйти, но заметила, что одеяло откинулось. Должно быть, это случилось, когда он немного пошевелился во сне. Я должна укрыть его перед уходом. С этой мыслью она приподняла одеяло. В то же время тело Ен Хва напряглось. — ... Лазарет, который всего мгновение назад казался тёплым, теперь окутала леденящая тишина. Её взгляд блуждал, но в то же время был прикован к одной точке. Для воина глаза — это жизнь. Без глаз невозможно ни следить за атаками противника, ни отбивать их. И, будучи воином, Ен Хва не верила собственным глазам. Казалось, её мозг отказывался воспринимать то, что она видела. Её тело окаменело. Её дыхание стало прерывистым, а грудь сдавило от головокружения. Она хотела просто уйти. Но не смогла. Интуиция подсказывала ей, что так поступать неправильно. Ен Хва протянула дрожащие руки. Перчатки Ли Ха. Она была о них невысокого мнения. Возможно, они были просто модными. Но под ними... она увидела шрам. Нелепый след от ожога. Это было болезненно... но объяснимо. Она могла бы предложить залечить этот шрам в качестве жеста извинения. — ...Ах, э-э... «Гоп Хва». Уникальная способность, переданная от её предков. Пламя, которое сжигает и владельца, и весь мир, не оставляя от своей ненависти ничего, кроме пепла. «Гоп Хва» усиливает тело пользователя изнутри и, при желании, безжалостно уничтожает противника, не давая ему легко погибнуть. Он сгорает до последнего, если только не возникает крайней необходимости погаснуть. Но даже в этом случае «Гоп Хва» не исчезает бесследно. Если он гаснет, то оставляет на цели ужасный шрам. Это своего рода клеймо, которое невозможно полностью стереть даже с помощью целительских способностей. Отвратительная отметина, покрывающая кожу от кончиков пальцев до середины предплечья. Ен Хва была очень хорошо «знакома» с такими отметинами. Она видела их, когда сталкивалась с монстрами и даже когда уничтожала злодеев. Она даже сама создавала их. — ...«Гоп Хва». Это был след «Гоп Хва». ---------- Начало (1) Последние несколько дней мне не удавалось нормально поспать, но вчера я, наконец, выспался. Хон Ёнхва запустила в меня Кацуки Юсеем; я получил прямой удар и потерял сознание. Очнувшись, я снова уснул под её присмотром. Так или иначе, на следующее утро я проснулся с удивительно ясной головой. Чувствуя необычайную бодрость, словно из сознания вымели весь сор, я сходил за вещами первой необходимости и вернулся в общежитие. Там я решил уделить время проверке «Пространственного восприятия». Устроившись поудобнее посреди гостиной, я максимально расширил радиус действия способности. Четыре-пять этажей вверх и вниз вошли в зону охвата без малейшего труда. ...Некоторое время я с восхищением изучал окружение, но тут же вспомнил о праве на частную жизнь и поспешно перестал обрабатывать поступающую информацию. «А оно заметно улучшилось». В работе «Пространственного восприятия» произошли два крупных изменения. Во-первых, радиус расширился почти до ста метров в диаметре. Во время приветственной вечеринки он составлял около тридцати. Всего за несколько дней зона охвата увеличилась более чем втрое. Результат не мог не радовать. Даже без зрения, с такими возможностями я уже находился в куда более выгодном положении, чем обычные люди. Вторым и самым значимым изменением стало качество «картинки». Раньше моё восприятие напоминало прибор ночного видения или радар: в абсолютно чёрном мире объекты выделялись лишь бледными зелёными контурами. Этого хватало, чтобы отслеживать простые движения, но возникало множество трудностей, когда нужно было считать мимику человека или рассмотреть голограмму. Теперь же «Пространственное восприятие» стало почти идентично обычному человеческому зрению. Я видел цвета, чётко распознавал свет и тень. Это не было тем «божественным взором», пронзающим всё сущее, который я мельком ощутил в первый день, но и нынешнего уровня было более чем достаточно, чтобы испытывать искреннюю благодарность. Однако за ростом производительности последовало и увеличение затрат. Стоило переключиться на «цветной» режим, как головная боль усиливалась. Очевидно, что такая визуализация требовала куда больше ресурсов, чем упрощённый «радар». Впрочем, это меня не слишком беспокоило. К «радару» я привык постепенно, значит, и к цветному режиму со временем адаптируюсь. «Пространственное восприятие». Одна из трёх уникальных способностей, полученных ценой трёх же ограничений. Эффект заключался в том, чтобы считывать информацию о пространстве напрямую, минуя органы чувств. Я ещё не участвовал в настоящих сражениях и не приступал к серьёзным тренировкам, но, наблюдая за товарищескими дуэлями, в полной мере осознал, насколько это сильный навык. У меня нет слепых зон. Угол обзора не имеет значения, ведь я считываю само пространство. Точка обзора тоже не важна — я и так вижу всё сразу. Но была одна проблема... не кажется ли всё это каким-то недоработанным? «Мастер на все руки». Работает отлично. Я уже чувствую в повседневной жизни, как изменилась моя пластика и координация. «Сродство с маной». Тоже без нареканий. Я прекрасно чувствую потоки маны в радиусе восприятия. Кажется, при желании я мог бы ими манипулировать, но пока решил не рисковать. Попробую, когда получу надлежащие наставления. А вот «Пространственное восприятие»... в первый же день оно едва не отправило меня на тот свет. «До чего же обидно». Даже сейчас, вспоминая тот момент, я чувствую, как внутри закипает негодование. Подумать только: это одна из способностей, полученных в обмен на глаза, нос, рот, срок жизни и дар речи. И я чуть не погиб от перегрузки сразу после её получения? Это же просто курам на смех. Зачем я здесь? Не знаю. Кто меня сюда отправил? Тоже не знаю. Что это вообще за мир? Понятия не имею. Я просто собираюсь приложить все силы, чтобы снять ограничения и выжить. У меня нет ни малейшего желания разгадывать тайны мироздания или копаться в секретах этого места. Ясно лишь одно: когда мне выдавали эти способности, всё делалось наобум, через пень-колоду. Иначе мой едва не случившийся летальный исход ничем не объяснить. Пока я сетовал на судьбу и настраивал восприятие, в памяти всплыли недавние события. ...Стоило вспомнить произошедшее в медпункте, как лицо начинало гореть. Мне было невыносимо стыдно за своё поведение. Проснулся после кошмара с приступом удушья. Позволил Хон Ёнхве обнимать и гладить себя. Уже одного этого достаточно, чтобы сойти с ума от неловкости, но я, видимо, совсем лишился рассудка и сам крепко прижался к ней... Более того, тогда я этого не осознавал, но теперь, прокручивая воспоминания, я видел, как утыкался ей в плечо, терся лицом... в общем, вел себя крайне... непотребно. А потом, когда Хон Ёнхва начала извиняться, я с невозмутимым видом нёс какую-то чушь в духе: «Зачем вы извиняетесь?» или «С вашим социальным статусом это вовсе не обязательно». За чем последовала вполне логичная отповедь, и она снова начала трогать меня за щёки, гладить по голове... «Ох...» В общем, в тот день я знатно пополнил коллекцию своих позорных воспоминаний. Раньше, стоило этой сцене всплыть в голове во время тренировки восприятия, я был готов кататься по полу от стыда. Сейчас выработался некий иммунитет, и я ограничивался тем, что покрепче стискивал зубы. Конечно, можно оправдаться тем, что из-за запредельного стресса последних дней я был не в себе... но факт остаётся фактом: это чудовищный позор. Как бы то ни было, изменения в «Пространственном восприятии» стоило приветствовать обеими руками. Когда в первый же день способность дала сбой, я, мягко говоря, решил, что мне конец. То, что она восстановилась так быстро, было огромной удачей. Раньше мне приходилось использовать функцию «чтения текста», чтобы слушать сообщения, но теперь, благодаря нормальному зрению через восприятие, я мог видеть голограммы. ▶ Хон Ёнхва: Хорошо добрался? (Вчера, 10:28) ▶ Хон Ёнхва: В 12 вывесят распределение по классам и учебный план, не забудь проверить. (Вчера, 10:29) ▶ Хон Ёнхва: Сегодня занятий нет, так что отдыхай. (Вчера, 10:29) ▶ Хон Ёнхва: Помнишь, о чём мы вчера говорили? Если возникнут трудности, пиши в любое время. (Вчера, 10:33) «К-какая заботливая...» Глядя на сообщения, присланные Хон Ёнхвой, я испытывал смешанные чувства. Точнее будет сказать — полное замешательство. Сколько бы я ни вспоминал оригинал, характер Хон Ёнхвы там был совершенно иным. Вспыльчивая. «Бешеная Псина», которая, если сорвёт чеку, вцепится в глотку и не отпустит. Человек действия, у которого кулаки летят быстрее мыслей. К тому же после того, как она знатно приложила меня в одиннадцатой главе, в моей голове закрепился именно такой её образ. Тем сильнее был контраст. Для меня Хон Ёнхва была опасным противником, с которым лучше не связываться, если не хочешь лишних проблем. Но в сообщениях... и в реальности она оказалась другой. Да, сначала она толкнула меня и спросила, не ослеп ли я, а потом швырнула в меня оппонента, отправив в нокаут. Но после она искренне извинилась и несколько раз повторила, что обязательно возместит ущерб. Когда у меня начался приступ, она, не раздумывая, бросилась на помощь и обняла меня. Это не казалось пустой вежливостью. В её извинениях сквозило раскаяние, и она постоянно интересовалась, не нужно ли мне чего-нибудь. Пора было признать: моё мнение о Хон Ёнхве было лишь глупым предубеждением. Попав в мир игры, я невольно стал воспринимать людей как неких NPC. И это при том, что, просто выходя на улицу, я прекрасно осознавал — всё вокруг реально. Мне стало совестно за то, что я считал нормального человека психопаткой. Это ничем не отличалось от поведения людей, которые судят и поливают грязью других, основываясь лишь на слухах. Нужно менять подход. Учитывать каноничные установки оригинала полезно, но слепая вера в них приведет к новым ошибкам. Приняв это решение, я встал перед зеркалом — просто чтобы создать настрой, хотя глаз и не видел. На мне была парадная форма Сиёлама, надетая максимально аккуратно. Дизайн напоминал те мундиры, что я видел в интернете. Отличительная черта — отсутствие лишних украшений, что придавало облику строгость и чистоту. Сидела форма отлично. Я думал, будет неудобно, но благодаря встроенным чарам комфорта она ощущалась превосходно. Коснувшись ткани кончиками пальцев, я почувствовал, какая она мягкая, словно плед, и при этом эластичная — тянулась просто замечательно. Время шло, и вот настал день первой лекции. «Фух...» Первый учебный день. Экстраверт в такой момент предвкушает встречу с новыми друзьями, и его сердце трепещет от радости. Интроверт же думает о встрече с толпой незнакомцев, и его сердце трепещет от тревоги. Я относился ко второй категории. И бешено колотящееся сердце было тому лучшим доказательством. На всякий случай ещё раз проверив одежду, я вышел из комнаты. Спустившись на лифте в холл, я глянул на время — 6:30. Лекция начиналась в восемь. Из-за раннего часа в лобби почти никого не было. Лишь несколько курсантов, спустившихся пораньше, чтобы позавтракать. Сам я перекусил парой питательных батончиков. Выйдя из общежития, я сел в автобус. К отсутствию водителя за рулем всё ещё было трудно привыкнуть. Мелькающие в «Пространственном восприятии» яркие краски поднимали настроение. Возвращение цвета стало для меня символом первого прогресса в этом мире. Общежитие находилось рядом с учебным сектором, так что дорога не заняла много времени. Вскоре я замер перед дверью аудитории. [ Зал Ипчун (Начало весны) ] В Сиёламе деление на курсы и классы основывалось на двадцати четырёх сезонах традиционного календаря. Первый курс — это шесть классов, символизирующих весну: Ипчун, Усу, Кёнчип, Чунбун, Чхонмён, Когу. На старших курсах всё аналогично: лето, осень и зима соответственно. Поскольку среднее число поступивших составляет от 400 до 500 человек, в каждом классе учится около 80 курсантов. Ипчун можно считать «первым классом первого курса». Знакомое название. В оригинале именно в этом классе училось большинство ключевых персонажей, и именно здесь происходила львиная доля инцидентов. Начало весны, первого из четырёх времён года. Место, где начинаются истории главных героев. Подходящее и в то же время странное название. Сделав глубокий вдох, я осторожно открыл дверь. Внутри аудитория выглядела как типичный университетский зал с рядами кресел, уходящими вверх. Людей пока было немного. Те немногие, кто уже пришёл, были заняты своими делами и не обратили на меня внимания. Осмотревшись с помощью восприятия, я выбрал место в самом последнем ряду, с краю. Идеальная позиция: максимально далеко от двери и прямо у окна. Как говорится, кто рано встаёт, тому тапки. Если хочешь занять козырное место, нужно приходить заранее. К тому же у меня был легкий страх опоздать. До начала лекции оставалось время. Я включил на смарт-часах видеоурок, который не досмотрел вчера. Постепенно аудитория заполнялась курсантами. Гул голосов становился всё громче. Тык — ? Стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды, которыми меня изредка одаривали в этой суете, я был полностью поглощен уроком, когда кто-то, бесшумно подойдя сзади, коснулся моего плеча. Я повернул голову, и в тот же миг чей-то палец легонько ткнул меня в щёку. — Давно не виделись, Ха Юль. Это была курсантка в форме Сиёлама. Увидев, как её палец утонул в моей щеке, она прищурилась в мягкой улыбке. Длинные прямые волосы цвета цыплячьего пуха. Всё её лицо излучало мягкость, а улыбка казалась совершенно естественной. «Кто это?» Такая фамильярность обычно свойственна близким людям. Но я не помнил, чтобы успел завести здесь столь тесные знакомства. Я недоуменно наклонил голову вбок. Девушка прикрыла рот рукой, изображая глубокое потрясение. — Неужели ты меня забыл?.. Всего несколько дней прошло, а уже! «Несколько дней?» Но я же всё это время безвылазно сидел в общежитии. Я уже собирался наклонить голову в другую сторону, но, присмотревшись к ней через сенсорику, ощутил странное чувство узнавания. Голос казался знакомым. И хотя я не знал её «цвета», телосложение определённо где-то видел... «Здравствуйте. Вам не нужна помощь?» А. [Госпожа Элия?] Вспомнив, я быстро вывел голограмму. Я не видел Элию в цвете раньше, поэтому не сразу её узнал. Видимо, то, что я не признал её мгновенно, задело её — она выглядела слегка надутой. — Да. Это я, Элия, которая помогла Ха Юлю, но была забыта им спустя пару дней. [Прошу прощения. Я не сразу сообразил.] — Хи-хи, да я шучу, конечно. Просто захотелось тебя подразнить. Ты тогда нормально добрался? [Благодаря вам — да.] Она замахала руками, подтверждая, что не обиделась, и на её лице снова заиграла озорная улыбка. — Но я не могла не подшутить. У Ха Юля такая забавная реакция. [Реакция?] — Ага. У тебя становится такое растерянное лицо, будто ты совсем не знаешь, что делать... Хе-хе. Она прикрыла рот ладонью, тихо посмеиваясь. Не знаю, что её так развеселило. Мне действительно было неловко, но вряд ли это выглядело настолько смешно. Пока я размышлял об этом, Элия, у которой язык работал как заведенный, вдруг охнула. — Ой, уже пора. До начала занятий оставались считанные минуты. Заметив это, Элия помахала мне рукой. — Ну, раз мы в одном классе, давай дружить! С этими словами она, напевая что-то под нос, зашагала к передним рядам. Там её уже ждали друзья, занявшие для неё место. Судя по тому, как быстро они начали смеяться и перешучиваться, она успела со всеми сойтись за рекордно короткий срок. Я и раньше подозревал это по её болтливости и деликатности, но теперь убедился окончательно: с общительностью у неё полный порядок. Скрип Пора начинать. Я выключил видеоурок. В этот момент задняя дверь распахнулась. В аудиторию вошла Хон Ёнхва. Вместо форменного кителя на ней была её визитная карточка — красная ветровка. «Значит, Хон Ёнхва тоже в классе Ипчун». Ипчун, Ипха, Ипчу, Ипдон. Первые классы каждого курса. В классах, чьё название начинается с «Ип» (Начало), вероятность встретить главных героев была максимальной. Кацуки Юсей, который на вечеринке подрабатывал бейсбольным мячом. Пэк Арин тоже была здесь. Пэк Арин, кивнув мне в знак приветствия, прошла вперед и села. Логично было предположить, что Хон Ёнхва сядет рядом с ней. Они с Пэк Арин — неразлучные подруги детства, их почти всегда видели вместе. Но, вопреки моим ожиданиям, Хон Ёнхва не пошла к подруге. Бросив на Пэк Арин мимолётный взгляд, она твердым шагом направилась в мою сторону. Стук Сбросив сумку на стол, она уставилась на меня. Через сенсорику я почувствовал, как она сглотнула. Она явно нервничала. — Привет... Как отдохнул вчера? — ? Над моей головой мысленно возник вопросительный знак. ---------- Том 1 Глава 11.1 Я не мог нормально спать последние несколько дней, но прошлой ночью я, наконец, выспался впервые за долгое время. Я был нокаутирован прямым ударом Кацуки Юсея, нанесённым Ен Хва. А проснувшись, я вновь заснул под пристальным взглядом Ен Хва. Одно повлекло за собой другое, и я проснулся лишь на следующий день. Впервые за долгое время мой разум был ясным, как будто вся грязь была смыта. Почувствовав себя отдохнувшим, я купил кое-что из предметов первой необходимости и вернулся в общежитие. Я также провёл некоторое время, экспериментируя со своим пространственным восприятием. Я удобно устроился в центре гостиной и расширил своё пространственное восприятие настолько, насколько это было возможно. Без особых усилий, оно охватывало четыре-пять этажей вверх и вниз. Пока я любовался простором, мне в голову пришла мысль о уединении, но я быстро отбросил её. Стало куда лучше. В моём восприятии пространства произошли два серьёзных изменения. Первое — это возможность увеличить радиус действия примерно до ста метров в диаметре. Во время приветственной вечеринки он составлял около тридцати метров. Всего за несколько дней он стал больше в три раза. Это было приятное достижение. Если бы не мои глаза, сейчас это, возможно, дало бы мне преимущество перед другими. А вторым и самым значительным изменением было, конечно, изменение моего зрения. Раньше это было похоже на очки ночного видения или радар, странный вид, при котором в чёрном мире были видны только слабые зелёные очертания предметов. Это было хорошо для обнаружения простых движений, но было проблематично видеть выражения лиц людей или голограммы. Однако моё нынешнее пространственное восприятие было почти таким же, как у обычного человека. Цвета были видны, и я мог ясно различать свет и тени. Хотя это и не было божественным зрением, которое пронизывало всё, всё же этому уровню я был благодарен. Но повышение производительности привело к увеличению затрат. Если я переключался на пространственное восприятие (цвет), головные боли усиливались. Очевидно, что этот режим требовал больше ресурсов, чем пространственное восприятие (радар). Но я не беспокоился по этому поводу. Я постепенно привыкал к пространственному восприятию (радар), поэтому решил, что при постоянном использовании смогу привыкнуть и к цветовому режиму. Пространственное восприятие. Одна из трёх уникальных способностей, которые я приобрёл, несмотря на... скажем так, три наложенных ограничения. Это способность, которая считывает информацию о пространстве напрямую, без использования органов чувств, прикреплённых к телу. Хотя я ещё не участвовал в настоящем бою или тренировках, я мог почувствовать, насколько мощной была эта способность, наблюдая за дружескими поединками. У него нет слепых зон. Поле зрения не имеет значения. Речь идёт о самом пространстве для чтения. Точка зрения не имеет значения. В конце концов, читается всё. Но проблема в том, что это кажется немного... неочищенным, не так ли? Мастер на все руки. Оно находит хорошее применение. Я чувствую разницу в различных движениях в повседневной жизни. Магическая восприимчивость. Никаких проблем нет. Я очень чётко ощущаю магию, движущуюся в моём пространственном восприятии. Я чувствую, что мог бы что-то с этим сделать, если бы захотел, но пока я не стал этого делать. Я планирую попробовать, когда получу соответствующие рекомендации. Пространственное восприятие... Я чуть не умер в тот день, когда получил то письмо. Это чертовски несправедливо. Даже сейчас, когда я вспоминаю то время, во мне поднимается чувство несправедливости. В конце концов, это была одна из способностей, которые я получил в обмен на свои глаза, нос, рот, продолжительность жизни и речь. Чуть не умереть от перегрузки сразу после получения этого? Это просто смешно. Причина моего появления в этом мире? Не знаю. Кто послал меня сюда? Понятия не имею. Из чего, собственно, состоит этот мир? Неизвестно. Я просто пытаюсь преодолеть ограничения и выжить. У меня нет намерения копаться в этом мире или раскрывать какие-либо секреты. Несомненно, что мои способности были даны мне случайно. В противном случае мой околосмертный опыт не имел бы смысла. Пока я предавался жалости к себе и оттачивал своё пространственное восприятие, в моей голове промелькнули воспоминания о прошлом, запечатлённые в моём пространственном восприятии. ...Особенно тот инцидент в лазарете, который иногда заставлял моё лицо гореть от стыда. Мои действия в то время были такими неловкими. Сначала я просыпаюсь от кошмара, потом с трудом перевожу дыхание, и Ен Хва крепко обнимает меня и утешает. Даже это было бы достаточно безумно, но в тот момент я, должно быть, совсем потерял самообладание, потому что крепко обнял Ен Хва... Более того, в то время я этого не осознавал, но, вспоминая это, я уткнулся в неё лицом и потёрся о неё, совершив очень, очень... ужасный поступок. И тогда я набрался наглости спросить Ен Хва, которая извинялась передо мной: «Почему ты извиняешься?» Или «Учитывая твой социальный статус, тебе действительно нужно извиняться?»... После того, как меня опровергли очевидной истиной, меня потрогали за щёки и похлопали по ним... Уф-ф. В любом случае, это был день, когда у меня накопилось невероятное количество неловких историй. Каждый раз, когда я справлялся с пространственным восприятием и вспоминал это, мне хотелось кататься по полу. Теперь я научился сопротивляться и мог покончить с этим, просто стиснув зубы. У меня было оправдание, что я был не в себе из-за огромного стресса за последние несколько дней... но это не меняло того факта, что это была постыдная история. Несмотря на всё это... Изменения в пространственном восприятии были благословением, которое я должен был принять с распростёртыми объятиями. Когда пространственное восприятие впервые нарушилось в первый день, я подумал, что это конец света, но было здорово, что оно восстановилось быстрее, чем ожидалось. Раньше мне приходилось полагаться на функцию «читать вслух», чтобы слышать свой голос, но теперь, благодаря пространственному восприятию, которое позволяло мне нормально видеть, я мог также видеть голограммы. ▶ Ен Хва: Ты добрался домой? (Вчера в 22:28). ▶ Ен Хва: Задания для занятий и расписание занятий будут опубликованы в двенадцать часов, так что ознакомься с ними (Вчера в 22:29). ▶ Ен Хва: У тебя сегодня нет никаких планов, так что отдохни (Вчера в 22:29). ▶ Ен Хва: Помнишь, что я тебе вчера сказала? Если у тебя когда-нибудь возникнут проблемы, свяжись со мной в любое время (Вчера в 22:33). Ах... Просматривая сообщения, которые Ен Хва присылала мне со вчерашнего дня, я испытывал смешанные чувства, в основном замешательство. Характер настоящей Ен Хва, который так и останется неизвестным, сколько бы раз я ни пытался его изменить. Вспыльчивая личность. Бешеный пёс, который не оглядывается назад, как только его выпускают на волю. Более ориентирована на действия, чем ожидалось, её конечности двигаются быстрее, чем мысль. Кроме того, после того, как я однажды серьёзно обжёгся в одинадцатом прохождении, моё восприятие Ен Хва застыло в этом состоянии. Вот почему я был ещё более настороже. Для меня Ен Хва была противником, способным пролить кровь, если её спровоцировать. Но Ен Хва в сообщениях... реальная Ен Хва была другой. Хотя сначала она повалила меня на пол и отпускала замечания типа «Разве ты не видишь?» Или нокаутировала Кацуки Юсея и швырнула его в меня... Позже она принесла искренние извинения и сказала, что обязательно возместит мне ущерб. Когда мне стало трудно дышать, она бросилась обнимать и утешать меня. Я не чувствовал себя опустошённым. Извинения были наполнены искренним сожалением, и она продолжала спрашивать, не нужно ли мне чего-нибудь. К настоящему времени мне пришлось признать, что моё восприятие Ен Хва было всего лишь глупым предубеждением. Я думал о людях как о неигровых персонажах с тех пор, как попал в этот мир внутри игры. Несмотря на то, что я знал, что это реальная жизнь, я всё равно вёл себя так, как будто это не так. ---------- Том 1 Глава 11.2 Я чувствовал себя виноватым за то, что относился к совершенно нормальному человеку как к персонажу с изъяном личности. Я ничем не отличался от тех, кто слышит лишь слухи о ком-то и осуждает их, распуская сплетни. Мне нужно изменить своё мышление. Помнить о первоначальных настройках — это хорошо, но слепая вера может привести к ошибкам, подобным этой. Приняв такое решение, я встал перед зеркалом, хоть и не мог ничего увидеть. Но я всё равно хотел выглядеть презентабельно. Я был одет настолько аккуратно, насколько это было возможно, в форму Шио Рам. Она напоминала форму, которую вы могли бы увидеть в Интернете. Её отличительной чертой была простота, без каких-либо излишних украшений. Она была удобной. Я думал, что она может быть неудобной, но в неё были вплетены различные заклинания для удобства, что делало её невероятно приятной. Когда я провёл по ней пальцами, она показалась мне мягкой, как одеяло, но очень эластичной и легко растягивающейся. Время шло, и сегодня должна была начаться первая лекция. Угф... Первый день лекции. Если бы кто-то был экстравертом, он был бы рад завести новых друзей. Если бы он был интровертом, то мысль о встрече с незнакомцами заставила бы его сердце биться чаще. Я относился ко второй категории. Моё сердце колотилось в реальном времени, что является доказательством этого. На всякий случай я ещё раз проверил свою одежду и вещи, прежде чем отправиться на выход. Я спустился на лифте в вестибюль первого этажа. Было пол седьмого утра. Лекции начинались в восемь утра, и вестибюль был почти пуст, так как я вышел пораньше. В лучшем случае было несколько студентов, спустившихся на ранний завтрак. Я ограничился несколькими питательными батончиками. Выйдя из общежития, я сел в автобус. Всё ещё было странно, что на водительском сиденье никого не было. Пёстрое разнообразие цветов в моём пространственном восприятии подняло мне настроение. Вновь обретая краски. Это был знак того, что я, наконец, добился определённого прогресса в этом мире. Общежитие находилось недалеко от учебного района, так что прибытие не заняло много времени. Я оказался перед дверью аудитории. [Класс Ипчхон (立春室).] Шио Рам разделил классы и оценки на основе двадцати четырёх солнечных слагаемых. В первый год обучения было шесть весенних классов: Ипчхон, Усу, Кенчип, Чунбун, Чхонмен, Гогу. То же самое касается старших классов, которые делятся на летние, осенние и зимние. В среднем, каждый год в класс приходило от четырёхсот до пятиста новых учеников, и в каждом классе было около восьмидесяти человек. Ипчхон можно было считать эквивалентом первого класса первого года. Это был знакомый класс. Здесь жили выдающиеся личности и происходили многочисленные мелкие инциденты и несчастные случаи. Начало весны, первого из четырёх сезонов. Учитывая, что именно с него начинаются истории главных героев, это подходящее, но любопытное название. Сделав глубокий вдох, я осторожно открыл дверь. Внутри оказался многоярусный лекционный зал, обычный для университетов. Учитывая время, народу было немного. Те немногие были слишком заняты своими делами, чтобы обратить на меня внимание. Я воспользовался моментом, чтобы оценить обстановку с помощью пространственного восприятия, и устроился на угловом сиденье в самом конце. Это было отличное место, самое дальнее от двери, с окном прямо рядом с ней. Как говорится, кто рано встаёт, тот рано встаёт, и если ты хочешь занять выгодное место, нужно прийти пораньше. Я также немного беспокоился о том, что если опоздаю. До начала лекции ещё оставалось время. Я включил интернет-лекции, которые вчера просматривал на своих умных часах. Со временем лекционный зал заполняло всё больше и больше людей. Жужжание было тому подтверждением. Тух. — ?.. Среди суматохи я старался не обращать внимания на взгляды, бросаемые в мою сторону, и сосредоточенно слушал онлайн-лекцию, когда сзади ко мне подкралась женщина и похлопала меня по плечу. Повернув мою голову к себе, она прикоснулась пальцем к моей щеке. — Давненько мы не виделись, Ли Ха. Женщина, прижавшаяся к моей щеке, была студенткой в форме Шио Рама. У неё были длинные прямые волосы, которые напомнили мне цыплячий пух, а улыбка на её мягких чертах лица казалась естественной. Кто?.. Её фамильярность наводила на мысль о близких отношениях. Но я не помнил, чтобы в этом мире у меня завязывались такие отношения. Я в замешательстве наклонил голову. Женщина в шоке прикрыла рот рукой, как будто я забыл о ней. — Только не говори мне, что ты забыл меня?.. Прошло всего несколько дней! Несколько дней? Последние несколько дней я провёл в общежитии, не так ли? Когда я собирался повернуть голову в другую сторону, я почувствовал присутствие женщины и странный диссонанс. Что-то в её голосе показалось мне знакомым. И я не смог точно определить её «цвет», но её фигура показалась мне откуда-то знакомой... — Хэй? Тебе нужна какая-нибудь помощь? Ах. [Элия?] Я быстро спроецировал голограмму с тем воспоминанием, которое пришло на ум. Я никогда не видел Элию во всей красе, поэтому мне потребовалось мгновение, чтобы узнать её. Но то, что я не сразу вспомнил и выглядел смущённым, должно быть, стало для неё шоком, так как она выглядела несколько угрюмой. — Да. Я Элия, которая помогала Ли Ха, но была почти забыта всего за несколько дней. [Прости. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять, кто ты такая.] — Хе-хе, конечно, я просто пошутила. Ты нормально добрался в тот день? [Благодаря тебе.] К счастью, она отмахнулась от этого с игривым выражением лица. — Но я не могла не пошутить. Твоя реакция была слишком забавной. [Моя реакция?] — Да, твоя реакция. На твоём лице было написано крайнее смущение и непонимание, что делать... Хе-хе. Она хихикнула, прикрыв лицо рукой, как будто это было самое смешное. Я действительно не знал, что сказать, но не до такой степени. Независимо от того, что я думал... Болтая без умолку, как заведённая, Элия вдруг воскликнула: — Ах, уже пора! Посмотрев на время, я увидел, что лекция вот-вот начнётся. Элия, которая тоже посмотрела на время, помахала рукой. — Давай поладим, мы ведь в одном классе! С этими словами она начала напевать какую-то мелодию и направилась к передним сиденьям, где студенты, которые, по-видимому, были её друзьями, освободили для неё место. Вскоре они начали хихикать и шалить, очевидно, сблизившись за это короткое время. Я ожидал этого от её разговорчивого и внимательного характера, но, похоже, у неё действительно были хорошие социальные навыки. Вшух. Подошло время начала лекции, и я выключил онлайн-лекцию. Примерно в это время открылась задняя дверь. Человеком, который вошёл в лекционный зал, была Ен Хва, одетая в красный джемпер вместо пальто, которое прилагалось к форме Шио Рама, что было почти как торговая марка. — Ен Хва тоже учится в классе Ипчхон!.. Ипчхон, Ипха, Ипчу, Ипдонг. Эти классы считаются первыми для первого-четвёртого классов соответственно, а классы с «Ип (立)» в названии, как правило, включают в себя главных героев. Бэк Арин и Кацуки Юсей, которые сражались во время приветственной вечеринки, также учатся в классе Ипчхон. Бэк Арин коротко поприветствовала меня, прежде чем занять место впереди. Ен Хва, вероятно, займёт место рядом с Бэк Арин. Ен Хва и Бэк Арин были друзьями детства, неразлучными и обычно упоминались вместе. Как я и ожидал, Ен Хва направилась к месту, которое заняла Бэк Арин... но она этого не сделала. Бросив на Бэк Арин быстрый взгляд, она направилась ко мне. Тух. Она положила сумку, которую несла на плече, на стол и посмотрела в мою сторону. Я заметил, как она тихонько сглотнула, её нервозность была явно уловлена моим пространственным восприятием. — Привет?.. Ты хорошо отдохнул вчера? — ?.. Над моей головой возник вопросительный знак. ---------- Начало (2) Этот мир — мир внутри игры, но в то же время он реален. Он до боли похож на «Сейвиор», игру с напрочь убитым балансом. Здесь есть башни и подземелья, которых не встретишь в действительности, есть мана и уникальные способности. Это мир, где один человек своей мощью способен перевернуть целый город. Но при этом он остается реальностью. Стоило в столице приходящего в упадок Китая появиться монстру третьего ранга, как погибли миллионы людей, а огромные территории оказались заброшены, пропитавшись ядом. Если в обычном мирном городе внезапно откроется подземелье, сотни жизней оборвутся в одно мгновение. Под влиянием всего одного монстра целый континент может превратиться в обитель демонов. Если я продолжу смотреть на всё это лишь как на игру, однажды наступит день, когда я за это поплачусь. Здесь нет строго заданных маршрутов. Каждое моё решение создает в этом мире бесчисленное множество новых вероятностей. Если есть сотня людей, значит, есть и сотня разных судеб. Считать окружающих, у которых есть своя жизнь, простыми NPC — огромное заблуждение и вопиющее неуважение. Сегодня утром я окончательно в этом убедился. Я был уверен, что подобное отношение в будущем не принесет мне ничего хорошего, и пообещал себе впредь не делать поспешных выводов, опираясь лишь на игровые знания. Ведь человек — существо одновременно простое и сложное… существо, которое трудно загнать в какие-то рамки. — Хочешь… конфету? Голос, прервавший мои раздумья, раздался совсем рядом. Сидящая по соседству Хон Ёнхва замялась, а затем протянула мне руку. На её ладони лежала конфета. Дорогая, изысканная упаковка сразу бросалась в глаза. Наверняка она стоит баснословных денег. [Спасибо] Я взял угощение. Собирался было просто убрать его в карман, но замер под пристальным взглядом Хон Ёнхвы. Она смотрела на конфету с каким-то трепетом… будто затаив дыхание и чего-то опасаясь. «Хм…» Подумав, что будет некрасиво просто запихнуть подарок в карман, я развернул обертку и положил конфету в рот. Вкуса я, разумеется, не почувствовал. Но стоило мне начать перекатывать её за щекой, как лицо напряженной Хон Ёнхвы вмиг просветлело. Это была разительная перемена, которую заметил бы каждый. «……» Я кожей чувствовал на себе чужие взгляды. На меня смотрели так, будто стали свидетелями невозможного чуда. Пэк Арин, обернувшись, вовсю хлопала глазами. Её рот был глупо приоткрыт от изумления. Не думал, что она способна на такие эмоции. Удивительно. До недавнего времени Хон Ёнхва была тем человеком, к которому я питал самые сильные предубеждения. Теперь же я понял, что в отличие от оригинала, её характер не был исключительно взрывным, поспешным или скверным. Она не была тем противником, которого стоило лишь бояться и избегать. Я увидел, что она способна признать свою вину и склонить голову в просьбе о прощении. Всё это я понял, но… — Вкусно? Это мои самые любимые. [Да. Очень вкусно] — Правда? У меня их много припасено, хочешь, я тебе еще пришлю? Я до сих пор не понимал, почему она сидит рядом со мной, оставив Пэк Арин впереди. Почему, сидя рядом, она то и дело украдкой поглядывает на меня и вздрагивает от каждого моего движения. Почему с таким замиранием сердца протягивает конфету, расцветает, когда я её принимаю, и с горящими глазами предлагает еще… Я действительно этого не понимал. Будь у меня побольше опыта общения с людьми, возможно, я бы разгадал причину странного поведения Хон Ёнхвы. С запоздалым сожалением я вспомнил своего единственного интернет-друга, с которым когда-то переписывался. ▶ Агапантус: Выйди уже на улицу. ▶ Я: Не хочу. ▶ Агапантус: Ты что, собираешься круглый год в четырех стенах киснуть? Получи хоть немного солнечного света, подыши воздухом. А? С людьми пообщайся. ▶ Я: Не хочу. ▶ Агапантус: Ох, упрямец. Я же даю советы, потому что искренне переживаю. Ты же не собираешься всю жизнь прожить в интернете. ▶ Я: Я подумаю. Агапантус. Интернет-знакомый, с которым я как-то незаметно начал общаться. Выходи на улицу, встречайся с людьми, ты такой нелюдимый, потому что вечно дома сидишь, выйдешь — я тебя накормлю… Он постоянно лез в мою жизнь, будто какой-то опекун. И только сейчас его советы внезапно всплыли в моей памяти. «Надо было всё-таки хоть иногда выходить…» Я и представить не мог, что расплата за моё затворничество и нежелание видеть людей — ведь одному всегда было спокойнее и лучше — настигнет меня именно так. Скрип В этот момент передняя дверь аудитории открылась. Благодаря «Пространственному восприятию» я знал об этом заранее. Сейчас моё восприятие работало в радиусе ста метров и передавало картинку в цвете. Теперь оно не просто не мешало в повседневной жизни, а, напротив, давало мне преимущество. Совесть порой даже покалывала от того, сколько заботы я получаю из-за своей слепоты и слабого тела. С такими способностями мои визуальные условия были куда лучше, чем у обычных людей. По сути, не был ли я просто «инвалидом ради образа»? Жалуюсь на недуг, принимаю сочувственные взгляды, а на деле нахожусь в куда более выгодном положении… Я пытался сказать Хон Ёнхве, что мне совсем не трудно и что я всё прекрасно чувствую, но её отношение не изменилось. Неужели в её глазах я настолько немощный слабак, который может испустить дух в любую секунду? Как бы то ни было, внимание аудитории мгновенно переключилось на дверь. Раздался четкий стук каблуков. Несколько шагов длинных ног — и женщина уже стояла на трибуне. У неё были яркие зеленые глаза. Кажется, в этом мире все, кто хоть немного связан с магией, носят мантии — на ней тоже был объемный просторный ров. Встав за кафедру, она окинула аудиторию взглядом и лучезарно улыбнулась. Стоило двери открыться, как шепотки стихли: от этой женщины исходила незаурядная аура. — Здравствуйте! Я ваш куратор в классе Ипчхун и преподаватель основ магии стихий, новый профессор — Лиана Беллус! Вопреки властной ауре, её голос прозвучал в аудитории весело и звонко. Стоило ей назвать свое имя, как среди курсантов пробежал гул. Заклинательница духов, отставка, африканские земли демонов — вот ключевые слова, связанные с ней. Я тоже знал этого персонажа. Лиана Беллус. Героиня второго плана, которую иногда можно встретить на полях сражений в Колыбели. Насколько я помнил, её официальный ранг в Ассоциации был «Высший». Герой высшего ранга — это мастер мирового уровня, способный на равных сражаться с монстрами третьего ранга. Учитывая, что твари такого уровня могут без труда уничтожить город… можно лишь догадываться, насколько она чудовищно сильна. — Мой ранг героя — 297-е место в Высшей категории! Как видите, я вхожу в топ ноль целых одну десятую процента сильнейших! Значит, она еще не достигла пика своего ранга? Впрочем, в африканские земли демонов отправляются не раньше второго курса. За два года многое может измениться. Глаза курсантов при виде профессора заблестели. Пусть она была «всего лишь» героем Высшего ранга, а не Величайшего, разочарованных среди присутствующих не было. В Ассоциации, которой управляют Владыки Башен Пространства и Гармонии, ранги сверхлюдей распределяются согласно их заслугам и победам над монстрами. Существует шесть рангов: Высший, Старший, Средний-высший, Средний-низший, Младший и Низший. Насколько я помнил, во всём мире едва ли наберется три сотни героев Высшего ранга, а Старших — меньше тридцати тысяч. И это при том, что общее число героев на планете около пяти миллионов. Быть в числе трехсот лучших в Высшем ранге — для профессора Сиёлама этой квалификации было более чем достаточно. — Утро добрым не бывает, но работу работать надо, верно? Вы все уже видели расписание, но по протоколу я должна объяснить всё лично. Несмотря на то что она назвала себя новичком, Лиана Беллус мастерски управляла вниманием курсантов. — Этот семестр у нас называется «Свободным», верно? Как и следует из названия, это период, когда вы можете посещать самые разные лекции, независимо от вашей основной специализации. — Я видел объявление, но не совсем понимаю суть. — Именно для таких, как вы, я здесь и нахожусь! Профессор Лиана указала пальцем на задавшего вопрос курсанта, будто говоря «в точку!», и продолжила объяснение: — Проще говоря, если ваша специализация — ближний бой, вы всё равно можете без проблем посещать лекции по магии. Свободный семестр. Я слышал этот термин еще на Земле. Это время, когда можно пробовать любые дисциплины, не ограничиваясь профилем. Причин для его введения было несколько: для таких, как я, кто поступил благодаря потенциалу, но еще не определился с путем; для того, чтобы проверить, не скрыты ли в курсантах иные таланты; и просто для расширения кругозора… по крайней мере, так гласил лор игры. Суть в том, чтобы «попробовать всё понемногу». Для меня, обладателя уникальной способности «Мастер на все руки», это было как нельзя кстати. — В течение Свободного семестра по утрам вы будете посещать общие лекции согласно вашему курсу, а после обеда — профильные лекции в зависимости от вашего уровня. Объяснения профессора в точности соответствовали оригиналу. Утром — общие занятия для всего класса, днем — профильные, согласно результатам вступительных экзаменов. В Сиёламе курсантов делят на три категории: «Базовый», «Опытный» и «Продвинутый». Сложность обучения растет соответственно. Впрочем, обижаться на попадание в базовую группу не стоило: если у тебя есть навыки, ты всегда можешь сдать экзамен и перейти выше. К тому же «базовый» уровень здесь вовсе не означал халтуру. Это была база лишь в сравнении с другими группами, само же качество преподавания оставалось высочайшим. Льготники всегда начинают с базовой группы. То же касается и тех, кого зачислили по рекомендации за один лишь потенциал. Было бы глупо бросать тех, кто еще толком ничего не умеет, в группы для опытных или продвинутых. — Фух… Ну, с объявлениями покончено! Лиана Беллус потратила несколько десятков минут, без умолку объясняя расписание, график экзаменов, время посещения Башен Роста и правила академии, которые должен знать каждый первокурсник. Из-за уточняющих вопросов процесс затянулся. — Свободный семестр на первом курсе славится своим плотным графиком, так что крепитесь! Со следующего семестра станет полегче! Профессор Лиана, мгновенно восстановив бодрость духа, озорно улыбнулась. — Ну а раз сегодня первый день, вы ведь знаете, чем мы займемся? Первый день занятий. Обычно это называют «ориентацией». Подобные события в игре всегда были рандомными, так что предсказать что-либо по оригиналу было трудно. Но я не особо волновался. В первоисточнике такие моменты описывались парой строк текста. Даже не опираясь на лор, было ясно: на первой встрече с куратором, которая не является ни общей, ни профильной лекцией, ничего особенного не произойдет. В крайнем случае — краткий обзор курса, повторное измерение способностей или байки из времен её боевой молодости… — В первый день лучше всего подходит самопрезентация! Итак, курсант, сидящий в первом ряду с самого края справа, выходи! «Твою же мать…» *** Самопрезентация. Акт сообщения своего имени, биографии и прочего людям, которых видишь впервые… Сначала я впал в ступор. В оригинале никакого события с представлением себя не было. Я никогда раньше этого не делал, а уж перед таким количеством народа — и подавно. Но если поразмыслить, в этом не было ничего странного. Напротив, это вполне нормальная процедура. В этой индустрии связи решают всё, так что заявить о себе с самого начала — шаг логичный. Очевидно лишь то, что я, просидевший всю жизнь в четырех стенах, не имел права судить о нормах этого мира. — Ха Юль, тебе плохо? [Нет, всё в порядке] Так что бояться было нечего. Не стоило так нервничать. Нужно просто встать за кафедру и коротко назвать имя и свои особенности. Проще простого. Ответив Хон Ёнхве, которая обеспокоенно заметила мою бледность, я сосредоточился на «Пространственном восприятии». Тем временем презентации шли своим чередом. — Кацуки Юсей, боевой профиль. Уникальная способность связана с мечом. Если захотите обсудить боевые искусства — я всегда открыт. Тот самый Кацуки Юсей, который на банкете влетел в меня и отправил в нокаут. — Меня зовут Элия Слейд, профиль поддержки! Давайте дружить! Элия, сорвавшая особенно громкие аплодисменты — видимо, уже успела завести кучу друзей. — Пэк Арин, боевой профиль! Ищу друзей в режиме реального времени! Пэк Арин, которая, несмотря на мощь своего клана за спиной, вела себя непринужденно и вызвала симпатию у остальных. Представления продолжались без сучка и задоринки. Хотя все еще чувствовалась некоторая скованность, курсанты шутили, а профессор Лиана умело поддерживала легкую атмосферу. Очередь почти подошла к концу. — Хон Ёнхва, боевой профиль. Надеюсь, сработаемся. Хон Ёнхва закончила свою речь с тем же отстраненным видом, с каким сидела до этого, — от её недавней суетливости не осталось и следа. И вот очередь дошла до моего соседа. — Итак, следующий! Курсант Ли Ха Юль! Легкая атмосфера в аудитории мгновенно испарилась. Наступила тишина, наполненная смесью самых разных эмоций. «Фух…» Я встал, и взгляды тут же скрестились на мне. Если раньше они хотя бы пытались это скрывать, то теперь, имея законный повод, пялились в открытую. Я медленно спустился к трибуне. Профессор Лиана, стоявшая сбоку, смотрела на меня с нескрываемым любопытством. В её глазах читалось ожидание. …Мне казалось, что в этой затее есть какой-то глубокий смысл, но теперь закралось подозрение, что профессору просто захотелось развлечься. Я встал перед кафедрой. «Пространственное восприятие» отчетливо передавало направленное на меня внимание сотен глаз. «……» В горле внезапно пересохло. Быть в центре внимания — мне это было знакомо. Я проходил через это, когда гулял по городу, в метро и автобусах, на терминалах врат, в торговых кварталах и на банкете. Взгляды всегда были прикованы ко мне. На банкете мне бесконечно предлагали пожать руку. Звали выпить, а я вежливо отказывался, придумывая оправдания. Но сейчас бежать было некуда. В аудитории не было шума и суеты. В этой звенящей тишине, где слышно было даже то, как кто-то сглатывает слюну, я должен был заговорить. Неописуемое давление навалилось на плечи. Голова пошла кругом. Уголки губ предательски задрожали. Сделав судорожный глоток воздуха, я разомкнул губы. «Здра—» — —авс… кха! Кхы… кха-кха! Кха! Кха-кха! — Ха Юль?! — Кха, кха! Твою мать. Проклятие молчания. ---------- Том 1 Глава 12.1 Это место — игровой мир, но он реален. Это похоже на игру с нарушенным балансом. Здесь есть башни и подземелья, которых нет в реальности, а также магия и уникальные способности. Это игровой мир, в котором можно разрушить целый город с помощью личной силы. Но в то же время это реальность. Когда в разрушающейся столице Китая появился монстр третьего уровня, миллионы людей погибли, а обширные земли были оставлены гнить, отравленные. Если подземелье проявится в городе, который жил обычной жизнью, сотни людей могут погибнуть до смешного легко. Влияние одного-единственного монстра может превратить целый континент в демонический ландшафт. Если я буду продолжать воспринимать этот мир как игру, то в конце концов навлеку на себя беду. Это не то место, где пути чётко определены, как в игре. Это мир, где один выбор может создать бесчисленное множество возможностей. Если есть сто человек, то есть сто разных жизней. Это серьёзное заблуждение и невежливость — думать о людях здесь как о простых персонажах. И я размышлял над этой мыслью сегодня утром. Я уверен, что сохранение этой веры приведёт к неблагоприятным последствиям для меня в будущем, и поклялся впредь не выносить поспешных суждений, основанных на знании игры. Люди просты и в то же время сложны... Это существа, которым трудно дать определение. — ...Хочешь конфету? Мои мысли прервал голос, раздавшийся прямо рядом со мной. Ен Хва на мгновение заколебалась, прежде чем протянуть мне руку. В её руке была конфета, завёрнутая во впечатляюще дорогую упаковку, которую редко можно было увидеть. Это, должно быть, невероятно дорогая конфета. [Спасибо.] Я взял конфету. Я собирался положить её в карман, но взгляд Ен Хва заставил меня на мгновение замереть. Это был взгляд, полный напряжения... настороженный взгляд, направленный на конфету, которую я получил. Эм-м... И всё же мне было неловко просто так засовывать подарок в карман, поэтому я развернул её и отправил в рот. Конечно, я не почувствовал вкуса. Когда я перекатывал конфету во рту, озабоченное лицо Ен Хва внезапно просветлело. Это была разительная перемена, которую заметил бы любой. ... Взгляды окружающих были пронзительными, как будто они стали свидетелями невероятного чуда. Бэк Арин, которая повернулась, чтобы посмотреть в нашу сторону, моргнула. Её рот удивлённо приоткрылся. Неужели у такого человека действительно может быть такое лицо? Это было невероятно удивительно. На мгновение, Ен Хва стала человеком, к которому у меня было самое большое предубеждение. В отличие от оригинальной работы, я понял, что она не всегда была вспыльчивой, необдуманной или грубой. Я понял, что она не из тех, кого следует бояться или избегать любой ценой. Я понимал, что она из тех, кто просит прощения и склоняет голову, если совершает ошибку. Но всё же... — Вкусно? Эта мне больше всего понравилась. [Да. Это прекрасно.] — Правда? У меня припасено их довольно много. Может, ещё хочешь какую-нибудь попробовать? ...почему она оставила Бэк Арин сидеть впереди, чтобы сесть рядом со мной? Почему она постоянно оглядывается и слегка вздрагивает при каждом моём движении. Почему она протянула мне конфету с взволнованным лицом, просияла, когда я взял её, а затем засияла от волнения, когда я сказал, что это вкусно, и спросила, не хочу ли я ещё... Я до сих пор не понимаю. Если бы я больше общался с ней, возможно, я бы понял причину нынешних действий Ен Хва. С запоздалым сожалением я вспомнил о своём интернет-друге, с которым поддерживал связь. Агапансус: Выйди на улицу для разнообразия. Я: Не хочу. Агапансус: Что ты делаешь взаперти весь год? Нужно погреться на солнышке, подышать свежим воздухом. Познакомиться с людьми, понимаешь? Я: Не хочу. Агапансус: Ах, ты упрямец. Я даю советы только потому, что беспокоюсь. Ты же не собираешься вечно жить в Интернете. Я: Я подумаю об этом. Агапансус. Мне довелось немного пообщаться с интернет-другом. Выйди на улицу, познакомься с какими-нибудь людьми, ты всё время сидишь взаперти, поэтому у тебя нет навыков общения, если ты выйдешь, я угощу тебя едой и так далее... Он был тем, кто вмешивался то тут, то там, как будто он был моим опекуном. И совет этого друга неожиданно задел меня за живое. Мне следовало немного прогуляться... Никогда не думал, что последствия того, что я заперся, настаивая на том, что предпочитаю одиночество и комфорт, будут преследовать меня вот так. Вшух. В этот момент открылась входная дверь лекционного зала. Я уже знал это благодаря пространственному восприятию. Моё нынешнее пространственное восприятие достигает ста метров в диаметре и включает в себя цвета. Это не только ненавязчиво в моей повседневной жизни, но и даёт мне преимущество. Я чувствую себя почти виноватым из-за того, что ко мне относятся так хорошо за то, что я слепой и физически слабый. На данный момент моё состояние зрения намного лучше, чем у обычного человека. С таким же успехом я мог бы быть модным инвалидом. Играя роль человека, взывающего к жалости, в то время как на самом деле у меня условия лучше, чем у обычного человека... Вот почему, несмотря на то, что я сказал Ен Хва, что у меня нет никаких трудностей, и хотя я ясно дал понять, что отношусь к происходящему очень хорошо, её отношение не изменилось. Считает ли Ен Хва меня слабаком, который может умереть в любой момент? Как бы то ни было, внимание, которое было приковано ко мне, мгновенно переключилось на входную дверь. Послышался стук каблучков. Сделав несколько шагов, на платформу поднялась женщина с поразительными зелёными глазами. Мне стало интересно, все ли в этом мире, похожие на волшебников, носят мантии, поскольку эта женщина тоже была закутана в просторную мантию. Заняв своё место перед кафедрой, она окинула взглядом лекционный зал и широко улыбнулась. Шёпот, который раздавался с тех пор, как открылась входная дверь, прекратился. Её присутствие было необычным. — Привет? Я Велус Лиана, новый Профессор, ответственный за лекцию по основам духовности для класса Ипчхон~ Несмотря на огромную энергию, которую она излучала, её весёлый голос разносился по всему лекционному залу. Когда Профессор назвала своё имя, все вокруг тихо загудели. Ключевые слова: Духовный учитель, выход на пенсию и демонический пейзаж Африки. Я знал о ней. Велус Лиана. Второстепенный персонаж, которого иногда можно увидеть в демоническом поле Башни Роста, я помню её как обладательницу высшего ранга в Ассоциации. Такой Герой высшего уровня, как она, должен быть мирового класса и способен сражаться с монстрами третьего уровня. Учитывая, что монстр третьего уровня мог уничтожить город без особых усилий, можно было понять, насколько чудовищными были её способности. — Я занимаю 297-е место среди сильнейших! Просто, чтобы вы знали, я вхожу в число 0,1% лучших! Ещё не совсем на высшем уровне? Что ж, слишком рано погружаться в африканский демонический ландшафт, по крайней мере, до окончания второго курса. Двух лет вполне достаточно для перемен. Глаза студентов заблестели, когда Профессор представила себя. Высшее звание, но не высшее образование. Но не было ни одного сумасшедшего, который был бы разочарован этим. Ассоциация, возглавляемая мастерами космических башен и башнями настройки, классифицирует Героев на основе их достижений, таких как убийство монстров. Существует шесть рейтингов: высший уровень, высший ранг, высший средний ранг, низший средний ранг, низший ранг и нижайший ранг. Среди них, если я правильно помню обстановку, в топе насчитывается менее трёх сотен человек по всему миру, а в высшем ранге — менее тридцати тысяч. Разве общее число Героев по всему миру не составляло около пяти миллионов? Среди них она — Герой высшего ранга, входящий в топ-300. ---------- Том 1 Глава 12.2 Это более чем достаточная квалификация для Профессора Шио Рама. — Хотя начинать занятия с утра утомительно, мы всё равно должны делать то, что должно быть сделано, верно? Я уверена, что все видели объявление о расписании занятий, но я объясню это вам лично в соответствии с процедурой. Профессор, которая представилась, умело руководила реакцией студентов. — Этот семестр обычно называют «свободным семестром», верно? Период, когда вы посещаете различные лекции, независимо от вашей специальности или сферы деятельности. — Я видел объявление, но всё ещё не совсем понимаю... — Вот почему я здесь, чтобы объяснить это вам! Лиана ответила на вопрос мужчины-студента, который, казалось, не понял, указывая на него, как бы говоря, что он задал хороший вопрос. — Короче говоря, студент, специализирующийся на рукопашном бое, может посещать лекции, связанные с магией, без каких-либо проблем. Свободный семестр. Этот термин я где-то слышал на Земле раньше. Он буквально означает период, когда вы можете посещать любые лекции, независимо от вашей специальности. Есть несколько причин, по которым был создан свободный семестр. Для тех, кто, как я, был принят исключительно из-за потенциала, но ещё не определился с выбором карьеры. Даже если вы определились с карьерой, это также время проверить, есть ли у вас ещё нераскрытый потенциал, и, посещая различные лекции, вы можете расширить свой кругозор... такова была обстановка. По сути, это означало попробовать всего понемногу. Для человека с уникальной способностью мастера на все руки, как у меня, это приятная возможность. — В течение свободного семестра утром будут проходить общие лекции в зависимости от успеваемости, а после обеда — специализированные лекции в зависимости от рейтинга. Объяснение Профессора в точности соответствовало первоначальному плану. Утром были проведены общие лекции для каждого класса, а во второй половине дня — специализированные лекции, основанные на результатах вступительных экзаменов. Шио Рам делит студентов на «базовые», «опытные» и «продвинутые» категории в зависимости от результатов вступительных экзаменов. Уровень занятий повышается в порядке возрастания от базового, профессионального до продвинутого. Нет смысла расстраиваться, если вы учитесь в базовом классе, потому что, если у вас есть навыки, вы можете перейти в более высокий класс, пройдя тестирование. И «базовый» не означает, что это поверхностный уровень. Он базовый по сравнению с другими классами, но уровень обучения на высшем уровне. Учащиеся, поступающие в специальные учебные заведения, начинают обучение в базовом классе. То же самое касается студентов, рекомендованных на основе их потенциала. Было бы неправильно подталкивать тех, кто ещё ничему толком не научился, к занятиям для опытных или продвинутых. — Фу-у-у... Вот и все объявления! Лиана, которая рассказывала о длительном расписании занятий и экзаменов, сроках поступления в Башню Роста и правилах, о которых должны знать первокурсники, глубоко вздохнула после нескольких десятков минут непрерывной речи. Процесс ещё больше затянулся из-за вопросов студентов. — Свободный семестр в течение первого года, как известно, изнуряющий, не так ли? Давайте будем настойчивы! В следующем семестре у вас будет больше свободного времени! Лиана быстро взяла себя в руки и игриво улыбнулась. — Итак, поскольку это первый день, вы все знаете, что делать, верно? Первый день лекций. Обычно это называется ознакомлением? В любом случае, все мероприятия такого рода случайны, поэтому было трудно что-либо предсказать по первоначальной работе. Но я не слишком волновался. В оригинальной работе это было простое мероприятие, которое заканчивалось несколькими строчками текста. Если не полагаться на исходные настройки, то за время, отведённое на вступительное слово Профессора для обычных или специализированных лекций, не произошло бы ничего особенного. В лучшем случае они рассказывали бы о лекциях, за которые отвечали, переоценивали свои способности для проверки или делились историями из своей жизни... — В первый день все только знакомятся, верно? Давайте начнём со студента, сидящего справа в первом ряду! Чёрт возьми?.. * * * Знакомство. Информирование новых знакомых о своём имени, происхождении и других личных данных... Сначала я был ошеломлён. В оригинальной работе не было возможности представиться. Я не только никогда не представлялся сам, но и, конечно, никогда не делал этого перед таким количеством людей. Однако, поразмыслив, я пришёл к выводу, что представление себя не было таким уж странным. На самом деле, это может быть стандартной процедурой. Как вы знаете, это невероятно важно в этой отрасли, и знакомство может быть естественным. Что несомненно, так это то, что я, который сидел взаперти дома, не имел права судить. — Ли Ха, ты плохо себя чувствуешь? [Нет, я в порядке.] Так что бояться было нечего. У меня не было причин для боли в животе. Мне просто нужно было встать у кафедры и как бы невзначай упомянуть своё имя и характеристики. Это невероятно простая задача. Я успокоил Ен Хва, попросив её не волноваться, поскольку она выразила беспокойство по поводу моего бледного цвета лица, и настроил моё пространственное восприятие. Тем временем представление себя продолжилось. — Я Кацуки Юсей, специализируюсь на боевых искусствах. У меня есть уникальная способность, связанная с владением мечами. Если вы когда-нибудь захотите поговорить о боевых искусствах, не стесняйтесь, обращайтесь ко мне. Кацуки Юсей, тот самый, который прилетел во время банкета и вырубил меня. — Я Элия Слейд, специалист по поддержке! Давайте будем хорошо ладить в будущем! У Элии, которая уже завела много друзей, были особенно громкие аплодисменты. — Я боевой Майор Бэк Арин~ В настоящее время я ищу новых друзей в режиме реального времени! Бэк Арин, пользующаяся поддержкой влиятельного клана, сумела вызвать положительные отклики у студентов своим беззаботным отношением. Все представились друг другу без сучка и задоринки. Хотя всё ещё было немного неловко друг перед другом, между ними звучали шутки, и, прежде всего, Профессор Лиана вступила в разговор, чтобы создать приятную атмосферу. Большинство закончили свои представления друг другу. — Боевой Майор Ен Хва. Давайте будем хорошо ладить в будущем. Ен Хва, которая ранее украдкой поглядывала в мою сторону, завершила своё представление с безразличным видом. Другими словами, очередь, наконец, дошла до Ен Хва, которая сидела рядом со мной. — Следующий, кадет Ли Ха! Ранее спокойная атмосфера внезапно застыла на месте. В лекционном зале воцарилась тишина, сопровождаемая множеством эмоций. — Уф-ф... Когда я встал, взгляды присутствующих обратились на меня. Раньше они делали вид, что скрывают своё любопытство, но теперь, имея на то законную причину, открыто пялились. Я шёл по проходу лекционного зала. Профессор Лиана, стоявшая на трибуне, сияла. Её глаза были полны предвкушения. ...Я думал, что в этом представлении может быть какой-то смысл, но теперь я заподозрил, что, возможно, у Профессора Лианы были свои причины наслаждаться этим моментом. Я занял своё место перед кафедрой. Я чувствовал, как на меня смотрят глаза через моё пространственное восприятие. — ... Внезапно у меня перехватило горло. Ощущение, что на меня пялятся. Я испытывал это. Когда гулял по городу, в метро и автобусе, на остановках общественного транспорта, в торговом районе, покупая товары первой необходимости, и на празднике. Я был в центре внимания. Я был в центре внимания. Я получил бесчисленное количество просьб пожать мне руку. Мне удавалось уклоняться от приглашений на выпивку под разными предлогами. Теперь от этого никуда не деться. Атмосфера даже не отличалась оживлённостью. Посреди такой глубокой тишины, что можно было услышать, как падает булавка, я должен был заговорить. Невыразимое напряжение навалилось на всё моё тело. У меня закружилась голова. Губы задрожали. Я судорожно сглотнул и открыл рот. — Я... Кхе-кхе! Ух-х-х!.. Кхе-кхе!.. — Ли Ха?! — Кхе, кхе!.. Ах, чёрт. Проклятие молчания. ---------- Начало (3) Есть люди, которые в моменты волнения не могут проявить свои истинные способности. Психологическая скованность и отсутствие внутреннего покоя приводят к тому, что даже в привычных делах они начинают совершать нелепые ошибки. Именно это сейчас произошло со мной. До этого я прекрасно общался через голограммы, так зачем же я попытался заговорить вслух? Я ведь уже привык к такому способу коммуникации, так почему решил открыть рот? Раньше я спокойно переносил чужое внимание и взгляды, почему же в этот раз так разнервничался? Я и сам не знал. Просто оплошность... Другого объяснения не было. Глупая, донельзя нелепая ошибка. [Меня зовут Ли Ха Юль, я поступил по специальному набору. Своими результатами я докажу, что достоин находиться здесь.] — Спасибо. Стоило мне вывести текст на голограмму, как в ответ раздались аплодисменты. Реакция оказалась средней: ни бурных восторгов, ни ледяного, гнетущего молчания. — Значит, слухи о слепоте были правдой. Он из тех, кто владеет сенсорикой, раз может так спокойно ходить? — К тому же он немой... — Ох... Вместо этого на мне скрестились странные взгляды. В них читалось недоумение, а в некоторых — жалость, будто люди смотрели на что-то жалкое. Шепотки за спиной прилагались. Будь это зависть или неприязнь, я бы просто проигнорировал их, но как реагировать на подобные эмоции, я не знал. Опустив голову, я поплелся к своему месту. — ....... — Кхм-кхм... Так, на этом с представлением закончили! Раз уж вам предстоит часто видеться, постарайтесь обходиться без конфликтов. Следующее... Профессор Лиана прервала гнетущую атмосферу коротким кашлем и продолжила говорить. Её желание поскорее сменить тему было очевидным. Фраза «обходиться без конфликтов» больно уколола меня. Моё лицо и так пылало от стыда... Первое впечатление крайне важно, и я его полностью испортил. Как я выгляжу в их глазах? Только представьте: какой-то странный парень вышел на трибуну, чтобы представиться, и вдруг начал заходиться в кашле, будто подавился. Наверняка решили, что я даже двух слов связать не могу. Паршивое чувство. Я ощущал жгучую досаду на самого себя за собственное ничтожество. — Ха Юль, ты точно в порядке?.. [Всё хорошо.] — Ты ведь не терпишь через силу?.. Если что-то болит, обязательно скажи... Хон Ёнхва, которая сорвалась с места, стоило мне закашляться, тоже смотрела на меня со странным выражением лица. Её бледность резко контрастировала с ярко-рыжими волосами. Под этим взглядом, каким обычно смотрят на тяжелобольных, моя голова опускалась всё ниже... Похоже, возникло какое-то недопонимание, но объясниться я не мог. Чувствуя, как горит лицо, я просто уткнулся лбом в парту. — Ха Юль, тебе настолько плохо?.. «Да нет же, всё не так». *** После ухода профессора Лианы начались общие теоретические лекции. Утром в расписании стояли «История Божественного мира» и «Основы управления маной: начальный уровень». В истории я хоть немного ориентировался благодаря знаниям из оригинала — там преподавали события последних двухсот лет. А вот с основами управления маной возникли трудности. Всё, что я знал, ограничивалось способами прокачки персонажа, а не тем, как именно осуществляется циркуляция маны в теле... К счастью, обучение начали с самых азов, так что мне удавалось хоть как-то поспевать за программой. Однако темп был очень высоким. Казалось, все уже знакомы с материалом и просто пробегаются по верхам. Проблема заключалась в том, что то, что «знали все», было мне неведомо. В оригинале такие моменты просто скипались фразой вроде «Знания +1» или «Лекция окончена», но в реальности всё было иначе. Мне не хватало элементарных знаний. Между человеком, который с рождения жил в этом мире, и мной, выходцем с Земли, где не было никаких сверхспособностей, зияла пропасть в восприятии реальности. Чтобы заполнить этот пробел, мне нужно было прилежно посещать теорию. Да и ради оценок это было необходимо. В оригинале тебя не могли отчислить, если ты не натворил чего-то из ряда вон выходящего... но кто знает, как всё обернется в реальности. Так что за успеваемостью стоило следить. Осталось много неясных моментов, поэтому я решил повторить материал в общежитии. Глянув на время, я увидел, что уже около часа дня. Занятия начались в восемь, значит, каждая лекция длилась по два с половиной часа. Пришло время обеда. Я пошарил в сумке — точно помню, что клал туда протеиновый батончик... — Пообедаем вместе? Мне посоветовали много хороших мест. [Обед?] Я перестал рыться в сумке и повернул голову на голос. Хон Ёнхва, уже собравшая вещи, смотрела на меня. [Вы разве не с Пэк Арин обедаете?] — Пэк Арин? Она... поедим с ней как-нибудь в другой раз... Хотя мои глаза были закрыты, Ёнхва отвела взгляд, словно избегая моего взора, и пробормотала это как оправдание. «Еда...» Из-за проклятия «Печать чувств» у меня отсутствовало чувство вкуса. Я проводил разные эксперименты: сладкое, соленое, кислое — я не чувствовал абсолютно ничего. Слышал, что острота — это не вкус, а болевое ощущение, но и её я не воспринимал. Впрочем, когда дело касается категории «проклятие», обычная логика бессильна. Не то чтобы мой язык совсем ничего не чувствовал... просто всё, что касалось именно вкуса, было заблокировано. Из-за этого с момента попадания сюда я почти не ел нормально. Воспоминания о том, какой была еда, когда рецепторы работали, только портили настроение. [Мне всё равно, что есть.] Настроение было паршивым, но раз вкуса нет, я превратился в эдакого всеядного пса, готового поглощать что угодно. Раньше я не был привередлив, но были блюда, которые я недолюбливал. Теперь же, когда всё превратилось в безвкусную массу, я мог съесть что угодно, лишь бы там были питательные вещества. — Да? Что угодно, значит... Секунду... Услышав мой ответ, Хон Ёнхва с озадаченным видом затыкала пальцем по смарт-часам. Она долго мучилась, выбирая, а потом осторожно посмотрела на меня: — Может... чеюк? [Хорошо.] *** В учебных корпусах повсюду были столовые, где курсанты могли питаться бесплатно. Помню, по описанию в игре это были места с высоким качеством еды и ежедневно меняющимся меню, которыми пользовались многие. Однако по разным причинам некоторые курсанты предпочитали есть в других местах, поэтому на территории Колыбели располагалось множество различных заведений. Ресторанчик, в который мы пришли, был из их числа. Мы решили пообедать в местечке неподалеку, которое славилось своим чеюком — острой свининой. Идти было всего десять минут, даже автобус не понадобился. Мы заказали по порции чеюк-чонсик. Пока ждали заказ, Хон Ёнхва, сидевшая напротив, вела себя довольно скованно, пытаясь завязать разговор. Я никак не мог понять причину её неловкости. Она спрашивала о простых вещах: что мне нравится, смотрю ли я какие-нибудь шоу, люблю ли фрукты... Избегала тяжелых тем вроде семейных обстоятельств. Я не понимал, к чему эти расспросы, но отвечал честно, и так мы скоротали время до подачи блюд. Глаза Хон Ёнхва заблестели, когда принесли свежеприготовленную свинину. Рядом стояла тарелка с супом из мягкого тофу — сундубу-чигэ. Это был полноценный сет. Ёнхва сглотнула слюну и взяла ложку. Я последовал её примеру. Я зачерпнул суп. Ярко-красный бульон, поблескивающий в свете ламп, невольно вызывал аппетит. Я отправил ложку в рот и почувствовал вкус теплой воды. — ....... Я и не надеялся на другое. Я прекрасно знал, что так и будет. Мысленно вздохнув, я продолжил механически работать ложкой, стараясь подстроиться под темп Ёнхва. То ли из вежливости, то ли из соображений, что мне трудно одновременно есть и общаться, во время трапезы мы почти не разговаривали. — Ну как тебе? [Было вкусно.] Закончив трапезу, я ответил на вопрос Ёнхва, которая в это время потягивала воду. — Правда? Услышав мой ответ, она снова прильнула к стакану, но моё пространственное восприятие отчетливо уловило, как дрогнули в улыбке уголки её губ. ...Мне стало совестно за ложь. Может, стоит сказать ей, что я не чувствую вкуса? Но момент казался неподходящим. Скрывать это вечно — плохая затея... Признаюсь позже, когда будет удобный случай. Извинюсь за то, что соврал тогда. После обеда мы разошлись, так как у каждого были свои профильные занятия. Хон Ёнхва отправилась на лекцию углубленного уровня для боевого факультета. А я... ▶ Профессор Лиана: Курсанты специального набора в часы профильных занятий проходят индивидуальное обучение с особым инструктором! Прибыть в указанное место к 14:00! (Сегодня 13:03) Индивидуальное обучение. Профессор Лиана сообщила об этом утром и прислала инструкции сообщением. Это тоже отличалось от оригинала. В игре героя зачисляли в обычный класс начального уровня, где он учился вместе со всеми, а здесь — персональные занятия с профессором. ▶ Профессор Лиана: И извини за утреннее (⑅◞‸◟) (Сегодня 13:05) ▶ Профессор Лиана: [Купон на «Королевские леденцы»] x10 (Сегодня 13:05) ▶ Профессор Лиана: Купи себе на них что-нибудь вкусненькое (Сегодня 13:06) ▶ Я: Это моя вина. Вам не за что извиняться. (Сегодня 13:51) ▶ Профессор Лиана: Мне правда-правда очень жаль! (T-T )ノ (Сегодня 13:53) Она снова извинилась за утренний инцидент. Профессор Лиана была ни в чем не виновата, я просто разнервничался и совершил ошибку... Но сколько бы я ни писал, что извинения излишни, в ответ приходили лишь сообщения с плачущими эмодзи. Вздохнув, я сосредоточился на предстоящем занятии. «Может, так даже лучше?» Обучать одного человека гораздо эффективнее, чем десятки сразу. Сначала я думал, что специальный набор не дает никаких привилегий, но, возможно, это одна из них. В конце концов, это личное наставничество от высококлассного профессора Сиёлама. Чтобы еда лучше усвоилась, я пошел к месту назначения пешком. Почти все объекты для первого курса находились в одном секторе, так что прогулка была приятной. При упоминании Сиёлама большинство представляет себе ультрасовременные комплексы, напичканные технологиями. И это правда. Даже в общежитии почти всё автоматизировано. То же касается и тренировочных залов. Хотя присутствие Башен несколько затмевало земные технологии, здесь были устройства с дополненной реальностью, тренировочные манекены с адаптивным поведением, гравитационные комнаты и многое другое. Технологии, которых на старой Земле и в помине не было. «Здесь, что ли?» Место, куда я пришел, меньше всего напоминало высокотехнологичный объект. Я постучал носком ботинка по земле — под ногами была грубая, твердая и сухая почва, на которой не росло ни травинки. Слово «пустырь» подходило здесь больше, чем «тренировочная площадка». Огромное открытое пространство было обнесено белой ограничительной линией. Кое-где виднелись следы недавнего использования, которые моё пространственное восприятие считывало особенно четко. Это были не просто выбоины в земле. Я чувствовал ровные разрезы от мечей, следы огня и воды, участки, где почва была буквально перепахана. Ощущение старого, классического полигона, далекого от современных изысков. — Явился довольно рано. — ?! Я присел, чтобы коснуться пальцами длинного следа от удара мечом, когда за спиной раздался голос. От неожиданности волоски на теле встали дыбом. Я испуганно отпрыгнул, разрывая дистанцию. На том месте, где я только что стоял, теперь находилась женщина. Скрестив руки на груди, она пристально наблюдала за мной. «Что за...» Мгновение назад там точно никого не было. Я был в этом уверен, так как постоянно сканировал окрестности с помощью пространственного восприятия. — Хм. Не обращая внимания на моё замешательство, женщина не спеша направилась ко мне. Подойдя ближе, она оказалась невероятно высокой. Почти сто восемьдесят? Нет, даже выше. Чтобы посмотреть ей в лицо, мне пришлось бы задрать голову. — Ты почувствовал моё присутствие ещё до того, как я заговорила. Верно? [Да.] Разница была в доли секунды, но я действительно уловил её присутствие до звука голоса. Это отличалось от телепортации вице-ректора. Вице-ректор будто стучался в моё восприятие, прежде чем появиться. Эта же женщина возникла так, словно она уже давно лежала на моей кровати и наблюдала за мной, а я этого просто не замечал. — Сенсорика. Уловить моё присутствие всего через месяц после пробуждения способностей... Неплохо. Пробормотав это, женщина удовлетворенно кивнула, отчего её золотистые волосы длиной до плеч слегка качнулись. — Атра Клайд. Я профессор, который будет вести у тебя профильные занятия по боевым дисциплинам. [Ли Ха Юль, поступил по специальному набору. Прошу вашей помощи.] Это имя было мне незнакомо. Судя по тому, что она замолчала, свой ранг она называть не собиралась. Когда я поклонился, я почувствовал, как при упоминании специального набора Атра Клайд едва заметно нахмурилась. «Ох, это плохой знак». Похоже, к тем, кто попал сюда по спецнабору, она относилась скептически. — ...Для начала проясним один момент. Я поднял голову, гадая, что будет дальше. Профессор Атра тяжело вздохнула и заговорила: — У меня нет какого-то особого мнения о зачислении на особых условиях. Я не собираюсь слепо отрицать, но и безоговорочно принимать это не стану. Профессор Атра прищурилась и посмотрела на меня сверху вниз. — Раз это выбор Хозяина Колыбели, я приму его, но не скрою: пока ты ничем себя не проявил, я полон сомнений. Понимаешь? Будь ты обычным курсантом — это одно, но к тебе, поступившему на особых условиях, приковано чрезмерное внимание. Профессор Атра еще сильнее сузила веки, вперив в меня пронзительный взгляд. — И так считаю не только я — на тебя смотрит весь мир. Обстоятельства не важны. Ты первый и единственный курсант особого набора, которого выбрал Хозяин Колыбели. Первый и единственный. Вот почему это зачисление привлекло столько внимания. Кажется, я из сто двадцать первого набора. Значит, за все сто двадцать один год существования системы не было ни одного подобного случая. — ...Что-то я разговорилась. Пора начинать. Приступим к тренировке. Топ, топ. Профессор Атра направилась к краю площадки и указала на землю. Там была прочерчена белая линия. — Беги. — ...... С помощью пространственного восприятия я проследил за белой чертой. Она опоясывала огромный стадион... беговая дорожка. [Сколько кругов мне бежать?] — Пока я не скажу «хватит». Или пока не упадешь без чувств. Профессор Атра едва заметно кивнула. — Это проверка физической подготовки. Ты зачислен на особых условиях, и данных о твоих способностях нет, так что придется замерять их на месте. Итак... Начали. Профессор говорила буднично. Я беззвучно шевельнул губами и послушно кивнул. Я представлял себе занятия иначе, но, видимо, бывает и такое. С этой мыслью я сорвался с места. И бежал до тех пор, пока действительно не оказался на грани обморока. ---------- Том 1 Глава 13.1 Есть люди, которые не могут полностью раскрыть свой потенциал, когда нервничают. Психологически скованные и неспособные сохранять спокойствие, они совершают странные ошибки из-за действий, которые обычно выполняются с лёгкостью. Именно это только что произошло со мной. Если до сих пор я прекрасно общался с помощью голограмм, почему я только сейчас попытался использовать свой рот? Хорошо приспособившись к общению с помощью голограмм, почему я попытался открыть рот? Если раньше мне удавалось отводить от себя внимание и пристальные взгляды, то почему я так нервничал на этот раз? Не знаю. Это была ошибка... Больше я ничего не могу сказать. Это была невероятно глупая ошибка. [Меня зовут Ли Ха, я — студент с особым допуском. Я буду усердно работать, чтобы доказать свою квалификацию своими результатами.] — Спасибо. Когда я показал своё голограммное сообщение, меня встретили аплодисментами. Реакция была умеренной. Это не было бурным приветствием, но и не было наихудшим сценарием леденящего молчания. — Слепой, да? Полагаю, он может передвигаться из-за своих способностей к восприятию... — И говорить не может... — Агх... Вместо этого я был встречен странными взглядами. Некоторые выглядели ошеломлёнными... другие, казалось, стали свидетелями чего-то прискорбного. Ропот был лишь дополнительным бонусом. Если бы это была ревность или зависть, я мог бы легко отмахнуться от них, но я не был уверен, как реагировать на подобные эмоции. Я опустил голову и поплёлся обратно на своё место. — ... — Кхе-кхе... Ладно, с представлениями покончено! Поскольку мы будем видеться гораздо чаще, давайте не будем делать ничего, что могло бы заставить нас покраснеть. Следующим будет... Атмосфера, ставшая мрачной, была нарушена Профессором Лианой, которая, притворно кашлянув, продолжила свою речь. Было явное намерение сменить тему. Фраза «давайте не будем делать ничего, что могло бы заставить нас покраснеть» прозвучала как удар ножом в сердце. Я уже начал краснеть... Первое впечатление очень важно, а я полностью испортил своё. Представьте, каким я, должно быть, выгляжу в их глазах. Наверное, как какой-нибудь чудак, который поднялся на сцену, чтобы представиться, а потом вдруг поперхнулся и захрипел. Они, должно быть, думают, что я из тех, кто даже представиться толком не может. Это ужасное чувство. Я испытывал презрение и погряз в ненависти к себе. — Ли Ха, ты правда в порядке?.. [Да, я в порядке.] — Ты же не просто проглатываешь это внутри, правда?.. Ты должен сказать мне, если тебе больно... У Ен Хва, которая подбежала ко мне, когда я начал задыхаться, тоже было странное выражение лица. Её бледный цвет лица резко контрастировал с рыжими волосами. Взгляды, которые, казалось, смотрели на меня как на инвалида, только сильнее давили на меня... Я ничего не мог сказать, чтобы рассеять возникшее странное недоразумение. С горящим от смущения лицом я уткнулся в стол. — Ли Ха, тебе так больно?.. Нет, всё не так. * * * После ухода Профессора Лианы последовала общая лекция, посвящённая теории. Обычными лекциями, которые я посещал по утрам, были «Божественная история» и «Основы работы с маной». Божественная история в общих чертах охватывала историю двухсотлетней давности, а основы работы с маной рассказывали об истории маны и фундаментальных знаниях. История... Благодаря моим знаниям, полученным в оригинальной работе, я кое-что знал, но основы работы с маной были сложными. То, что я знал, было просто о том, как развивать персонажа, а не о том, как управлять маной персонажа... К счастью, лекция началась с самых азов, так что я едва успевал за ней. Но скорость чтения лекции была невероятно высокой. Казалось, что все просто просматривают то, что им уже известно. Проблема в том, что я не знаком с «содержанием, известным всем». В оригинальной работе вы могли бы пропустить её и просто отметить в одной строке «Знание +1» или «Сегодняшняя лекция окончена», но, конечно, в реальности это не так. Мне сейчас не хватает здравого смысла. Существует разница в здравом смысле между теми, кто родился и вырос в этом мире, и мной, который жил на Земле без способностей. Чтобы преодолеть этот разрыв в здравом смысле, мне нужно постоянно посещать эти теоретические занятия. Мне нужно посещать их и для получения оценок. В оригинальной работе, если только не было серьёзных проблем, вас бы не исключили... но на самом деле неизвестно, действуют ли те же правила, поэтому мне приходится следить за своими оценками. Было много непонятных моментов, поэтому я планировал просмотреть их, когда вернусь в общежитие. Судя по времени, было уже чуть больше часа дня. Поскольку лекции начинались в восемь утра, каждая лекция занимала около двух часов тридцати минут? Уже почти обеденное время. Я порылся в своей сумке. Я уверен, что взял с собой калорийный батончик... — Хочешь пообедать вместе? У меня есть много рекомендованных мест. [Обед?] Когда я рылся в своей сумке, эти слова привлекли моё внимание, и я повернул голову. Ен Хва, которая уже собрала свои вещи, смотрела в мою сторону. [Разве ты не обедаешь с Бэк Арин?] — Бэк Арин? Она... мы поедим вместе позже... Хотя мои глаза были закрыты, Ен Хва отвернулась, словно избегая моего взгляда, и пробормотала извинения. Еда... Из-за проклятия сенсорной печати у меня нет чувства вкуса. Я проводил различные эксперименты. Я не чувствую вкуса сладости, солёности, кислинки и так далее. Я слышал, что острота — это не вкус, поэтому попробовал, но и остроты тоже не почувствовал. Единственное, что я в какой-то мере ощущаю, — это шипучее ощущение газировки? Но даже это казалось чужеродным, и употреблять её было неудобно. С того момента, как оно было отнесено к категории «проклятий», сомневаться в здравом смысле стало бесполезно. Не то чтобы моему языку не хватало чувствительности... но я считаю, что понятие «вкус» полностью отсутствует. В результате, с тех пор как я приехал сюда, я почти не ел как следует. Воспоминания о том времени, когда мой вкус был нетронутым, только ещё больше испортили мне настроение. [Меня всё устраивает.] Настроение было отвратительным, но без вкуса я превратился в мусорщика, способного проглотить практически всё. Раньше я не был особенно разборчив, но были продукты, которые я бы не стал из кожи вон лезть, чтобы найти. Но теперь, независимо от вкуса или предпочтений, если это удовлетворяет мои потребности в питательных веществах, я действительно могу есть «всё, что угодно». — Вот как? Всё?.. Минутку?.. Сказав это, Ен Хва постучала по своим умным часам с выражением лёгкого замешательства на лице. После долгих раздумий она с опаской посмотрела в мою сторону. — Хочешь немного острой свинины? [Конечно.] * * * В учебных заведениях есть столовые, где студентам предоставляется бесплатное питание. Я помню, там говорилось, что, несмотря на то, что здесь не берут денег, качество и разнообразие блюд меняются ежедневно, что делает его любимым местом многих. Однако есть студенты, которые по разным причинам питаются отдельно, поэтому по всему кампусу есть разные рестораны. Ресторан, который мы нашли в этот раз, был одним из таких. Мы договорились с Ен Хва пообедать в соседнем ресторане, известном своей острой свининой. Это было в десяти минутах ходьбы, и нам не нужно было ехать на автобусе. Мы с Ен Хва заказали комплексные блюда из свинины с пряностями. Прежде чем принесли меню, Ен Хва, сидевшая напротив меня, несколько робко завела разговор. Несмотря на мои мысли, я не мог понять почему. Это не были тяжёлые разговоры, как о семейных делах, но она спрашивала на более лёгкие темы, например, что мне обычно нравится, смотрю ли я определённые передачи, люблю ли я фрукты и так далее... Я не понял, о чём она спрашивает, но отвечал искренне, и нам удалось приятно провести время, пока не принесли еду. Глаза Ен Хва заблестели при виде только что поданного. Мягкое рагу из тофу, поданное вместе с ним, было подано в горячем виде. Это было острое комплексное блюдо из свинины, в которое входили и свинина, и рагу. Ен Хва с трудом сглотнула и взяла ложку, я сделал то же самое. Я зачерпнул полную ложку рагу из мягкого тофу. Ярко-красный бульон, поблёскивающий на свету, был таким притягательным, что при одном взгляде на него слюнки текли. Я положил ложку в рот, и на вкус он был как тёплая вода. — ... ---------- Том 1 Глава 13.2 Ничего другого я и не ожидал. Это был факт, который я уже знал. Я мысленно вздохнул и машинально принялся есть. Сохраняя приличный темп, мне удалось сравняться со скоростью Ен Хва. То ли из вежливости, то ли из-за того, что мне, возможно, было трудно пользоваться посудой, во время еды мы почти не разговаривали. — Как тебе? [Было вкусно.] Покончив с едой и пока Ен Хва пила воду, она задала мне вопрос, на который я небрежно ответил. — Правда? Услышав мой ответ, Ен Хва сделала ещё один глоток воды, но я отчётливо почувствовал, как дрогнули её губы благодаря пространственному восприятию. ...Я почувствовал себя виноватым, как будто солгал без необходимости. Должен ли я сказать ей сейчас, что не чувствую вкуса? Но подходящее ли сейчас время, чтобы заговорить об этом? Мне показалось неправильным скрывать это от неё... Но я найду подходящее время, чтобы поговорить об этом позже. Тогда я принесу извинения за то, что солгал насчёт вкуса. После мы разделились, чтобы посетить наши специализированные занятия. Ен Хва ушла, чтобы посещать занятия по боевым искусствам. А что касается меня... ▶ Профессор Лиана: Студент, поступивший с особым допуском, проводит индивидуальные лекции со специальным Профессором во время специализированных занятий! Приходи в назначенное место к 14:00! (Сегодня в 13:03). Индивидуальная лекция. Профессор Лиана сообщила мне об этом утром, и я также получил материалы по электронной почте. Это отличалось от первоначальной работы. В оригинале я был зачислен в основной класс, чтобы заниматься с другими, но здесь я должен был пройти специальное индивидуальное обучение у Профессора. ▶ Профессор Лиана: Извини за сегодняшнее утро (⑅◞‸◟) (Сегодня в 13:05). ▶ Профессор Лиана: [Королевский ваучер на конфеты] 10 шт. (Сегодня в 13:05). ▶ Профессор Лиана: Купи на них что-нибудь вкусненькое. (Сегодня в 13:06). ▶ Я: Это была моя вина. Вам не нужно извиняться, Профессор. (Сегодня в 13:51). ▶ Профессор Лиана: Мне правда очень жаль! (Т-Т)ノ (Сегодня в 13:53). Я получил ещё одно извинение за утренний инцидент. Профессор Лиана ни в чём не виновата, моя нервозность стала причиной промаха... Я написал в ответ, что извиняться не за что, но довольно скоро в ответ пришёл плачущий смайлик. Я вздохнул и подумал об индивидуальной лекции. Так лучше?.. Я подумал, может ли быть лучше, если мне будет преподавать один Профессор, чем быть одним из многих студентов. Когда меня впервые приняли в качестве особого студента, я думал, что особых преимуществ не будет, но, возможно, это было преимуществом само по себе. В конце концов, это были частные уроки от высококлассного Профессора Башни Роста. Я отправился в назначенное место, чтобы переварить еду и поразмышлять. Большинство учебных заведений для первокурсников расположены в одном районе, так что неплохо прогуляться, если у вас есть время. Можно подумать, что Башня Роста оснащена по последнему слову техники. На самом деле, это правда. Просто взглянув на здания общежитий, можно увидеть, что почти всё автоматизировано. То же самое касается и учебных помещений. Несмотря на то, что Башня находится в тени, в ней есть устройства, дополненные такими технологиями, как дополненная реальность, манекены для поединка с различными по сложности движениями, гравитационные камеры с повышенной гравитацией и так далее. Все эти сооружения оснащены технологиями, невиданными нигде на бывшей Земле. Это то самое место. Место, куда я добрался пешком, было далеко от высокотехнологичных объектов, которые я себе представлял. Постучав по земле пальцами ног, я почувствовал шероховатую текстуру. Это был твёрдый, пересохший земляной пол, на котором было трудно найти даже один сорняк. Это место больше походило на старомодное спортивное поле, чем на тренировочную площадку. На самом деле, вокруг большого открытого пространства была проведена белая линия. Кое-где грубые пометки говорили о том, что это место иногда использовалось. Благодаря моему пространственному восприятию я ещё больше осознал это. Это была не просто земля; я также мог различить следы ударов мечом, проведённые прямыми линиями, участки, выжженные или пропитанные водой, и места, где земля была перевёрнута. Это напоминало старомодную спортивную площадку, далёкую от передовых технологий. — Ты пришёл довольно рано. — ?! Когда я стоял на коленях и проводил рукой по одному из прямых разрезов, внезапное присутствие кого-то позади меня и последовавший за ним голос заставили мои волосы встать дыбом. Я ахнул от шока и отскочил в сторону, чтобы увеличить дистанцию. Там, где я только что был, стояла женщина, скрестив руки на груди, и смотрела на меня. Что за... Всего секунду назад её там не было. Тем более, что я использовал пространственное восприятие, чтобы обозревать окрестности, и был ещё более уверен. — Хм-м. Смутился я или нет, но женщина расцепила руки и решительно шагнула вперёд. Подойдя ближе, я смог сказать, что она была очень высокой. Почти сто восемьдесят сантиметров? Нет, она была даже выше. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть её лицо. — Ты заметил моё присутствие ещё до того, как я заговорила, верно? [Да.] Разница была неуловимой, но я уловил её присутствие ещё до того, как она заговорила. Это отличалось от пространственных перемещений вице-канцлера. С вице-канцлером у меня сложилось впечатление, что «я вхожу», а затем она подключилась к моему пространственному восприятию, прежде чем войти. Но с этой женщиной это было так, как будто она внезапно появилась дома, лёжа на моей кровати, и наблюдая за мной. — Как интересно. Прошёл примерно месяц с тех пор, как ты пробудился, и ты уже почувствовал моё присутствие... Неплохо. Женщина что-то пробормотала, по-видимому, что-то обдумывая, затем кивнула, и её золотистые волосы каскадом рассыпались по плечам. — Я Атра Клайд. Я буду Профессором, дающим тебе уроки, связанные с боевой специализацией. [Меня зовут Ли Ха, я студент особого допуска. С нетерпением жду ваших указаний.] Это был незнакомый мне персонаж. Судя по тому, что она замолчала, похоже, она не собиралась раскрывать своё звание. Написав это, я поклонился, но почувствовал, как глаза Атры Клайд слегка сузились при упоминании о «особом допуске». — Ах, это нехорошо. Если Профессор не сторонник особого допуска, это может вызвать проблемы. — ...Давай для начала кое-что проясним. Задаваясь вопросом, что происходит, я поднял глаза и увидел, как Профессор Атра глубоко вздыхает, прежде чем заговорить. — У меня нет особого мнения об особом допуске. Я не буду слепо отрицать это, но и не стану утверждать однозначно. Атра Клайд прищурилась, глядя на меня сверху вниз. — Ректор выбрал тебя, так что я пока продолжу, но это правда, что у меня есть сомнения, поскольку ещё ничего не доказано. Ты понимаешь? Если бы ты был обычным, это не имело бы значения, но, поскольку ты зачислен по особой программе, на тебя возлагаются особые надежды. Пронзительный взгляд Атры Клайд, казалось, пронизывал меня насквозь. — Взгляды публики одинаковы для всех, не только для меня, независимо от обстоятельств. Ты — первый и единственный обладатель особого допуска, выбранный владельцем колыбели. Первый и единственный. Причина, по которой особый допуск привлёк к себе столько внимания. Я был из стодвадцать первого набора. Это означало, что система действовала стодвадцать один год, но до сих пор не было ни одного студента, прошедшего по особому допуску. — ...Я слишком много болтала. Пора начинать обучение. Тук-тук. Профессор Атра подошла к краю поля и указала на землю, где была проведена белая линия. — Беги. — ... Я проследил за белой линией, используя своё пространственное восприятие. Это была дорожка, опоясывающая большое поле. [Сколько кругов мне следует пробежать?] — Достаточно, сколько я скажу. Или пока ты не упадёшь в обморок. Профессор Атра слегка кивнула. — Это тест на физическую выносливость. Поскольку у тебя особый допуск, никаких зарегистрированных данных для проверки нет, поэтому мы проводим измерения таким образом. Готовсь... Начал. Услышав небрежную команду Атры Клайд, я задумался над её словами, а затем покорно кивнул. Это был не тот урок, который я себе представлял, но я предположил, что это был один из методов обучения. С этой мыслью я побежал. И я бежал до тех пор, пока не оказался на грани потери сознания. ---------- Тренировка (1) Много ли на свете людей, которые никогда в жизни не бегали? Если только у человека нет врожденных проблем с ногами, любой, чье тело вписывается в общепринятое понятие «нормы», разумеется, хоть раз да бегал. Я, конечно же, не был исключением. И бежал прямо сейчас. — Ха... Кха... Глаза были закрыты, поэтому я не видел солнца. Но я чувствовал, как его лучи припекают землю. Я не видел плывущих по небу облаков, но понимал, что они там есть, по теням, скользящим под ногами. Я бежал по широкой дорожке, размеры которой не шли ни в какое сравнение с обычным школьным стадионом. Говорят, стандартный круг составляет около двухсот-трехсот метров... Здесь же счет явно шел на километры. По ощущениям это был не просто бег на стадионе, а настоящий марафон. — Хе-ек... Кха... Э-э... Я продолжал переставлять ноги. Пока одна удерживала вес тела, другая выносилась вперед. Процесс предельно простой, но сил он отнимал невероятно много. «Сколько я уже пробежал?» Пока я заставлял двигаться свои налитые свинцом ноги, профессор Атра, стоявшая в стороне со скрещенными на груди руками, произнесла: — Шесть кругов. Несмотря на затуманенное сознание, её слова отчетливо врезались в память. Пока я бежал, профессор Атра стояла у дерева на краю поля, прислонившись спиной к стволу и наблюдая за мной. У меня и в мыслях не было возмущаться: «Почему я тут надрываюсь, а она отдыхает?». Для мастера, преподающего боевые искусства в Сиёламе, подобная пробежка — пустяк, не заслуживающий внимания. Для неё это было бы так же просто, как дышать. Поэтому я просто продолжал бежать. Я несся по голой земле, задыхаясь так, будто вот-вот испущу дух, и вдруг поймал себя на невольной усмешке. Вспомнилось, как недавно я с любопытством осматривал тренировочные площадки и гадал, как же ими пользуются. Теперь эти раздумья казались пустой тратой времени. «Шесть кругов...» Целых шесть кругов. Поразительно. Прикинув на глаз размеры стадиона, я ожидал, что рухну уже на третьем, но я все еще держался, преодолев двойную дистанцию. Более того, во мне все еще теплились остатки энергии. Я стиснул зубы, пытаясь унять разрывающее грудь дыхание. — Семь кругов. Чувствительность в ногах притупилась. Я впервые порадовался тому, что ничего не вижу. Если бы я смотрел вперед, картинка бы наверняка поплыла, и я бы в конце концов растянулся на земле. — Восемь кругов... Достаточно. — Кха-а! Стоило мне услышать первое слово, как силы окончательно покинули меня. Ноги подкосились, словно проткнутый воздушный шар, и я повалился на землю. — Хе-ек... Хе-ек... Фу-ух... Я перевернулся на спину. Сердце колотилось где-то в самом ухе. Пока я лежал и жадно хватал ртом воздух, профессор Атра отошла от дерева и приблизилась ко мне. — Восемь кругов. Общие физические показатели — на низшем уровне. Профессор Атра, чья оценка была холодной и беспристрастной, порылась в кармане. — Учитывая, что ты только что пробудился, это объяснимо, но в будущем подобные оправдания приниматься не будут. Она достала бутылку воды. Покрытая каплями росы, будто заговоренная магией, она опустилась рядом с моей головой. — Оставим пока в стороне применение уникальной способности, манипуляцию маной и прочие навыки. Первоочередной целью станет улучшение твоих физических данных. Сознание плыло, но, услышав о направлении дальнейших тренировок, я весь обратился в слух. Дрожащими пальцами я коснулся смарт-часов. [Ф и з и ч е с к и х ? П о ч е м у ?] — ...Если тебе тяжело, просто слушай. Пальцы так дрожали, что я не попадал по нужным символам. Профессор Атра мельком взглянула на голограмму и покачала головой, велев просто слушать. — Магию позже будет преподавать другой профессор, так что об этом я беспокоиться не стану. Моя сфера — бой. Я буду обучать тебя, опираясь на ближний бой, в основе которого лежит работа тела. А для этого... Профессор Атра наклонилась и слегка надавила указательным пальцем мне на лоб. — Разумеется, необходима соответствующая физическая подготовка. Иными словами, прежде чем оттачивать технику боя, ты должен создать тело, способное сражаться. Понял? [Д а] — ...Хорошо. Выпрямившись, профессор Атра сверилась со временем. — Восемь кругов заняли слишком много времени. На сегодня всё. Завтра начнем всерьез, так что приготовься как следует. Сказав это, профессор Атра без лишних слов развернулась и ушла. Даже когда она покинул зону моего пространственного восприятия, я еще долго лежал, пытаясь выровнять дыхание. Прошло уже минут десять с того момента, как я свалился, но одышка никак не проходила. Протянув дрожащую руку, я схватил бутылку. — Бу-у... Прямо лежа я влил половину содержимого в горло. Вкуса не было, но пронзительная прохлада принесла долгожданное облегчение. Остатки воды я вылил себе на голову. Разгоряченное бегом тело немного остыло. «Как же тяжело...» Чтобы снять ограничения, мне нужна была сила. Я принял решение и был готов к боли, которую принесет этот путь. Но когда эта боль накрыла меня с головой, я не мог не признать — это действительно трудно. «Рано закончили». Взглянув на часы, я увидел, что прошло от силы чуть больше двух часов. Или все-таки «целых» два часа? Два часа на восемь кругов... Получается, на один круг уходило почти по двадцать минут? Конечно, после первого круга скорость резко упала, но все же... Это заняло уйму времени. Поразившись затраченному времени, я попытался сесть. «Ох...» Чуть не застонал вслух. Стоило приподняться, как все тело отозвалось такой жесткостью, будто я сейчас рассыплюсь на куски. Осторожно опираясь на руки, я уперся ногами в землю. Спустя несколько минут мучительных усилий мне удалось встать. После короткого отдыха состояние немного улучшилось. Если раньше казалось, что ноги вот-вот сломаются, то теперь они просто мелко дрожали. Я хотел было пойти в общежитие, но передумал. Тело болело, это правда. Желание немедленно завалиться в кровать крепло с каждой секундой, но время еще оставалось. Точнее, тело было на пределе, но голова соображала довольно ясно. Волоча за собой непослушные ноги, я направился в библиотеку. Раз уж я измотал тело, теперь пришло время поработать головой и почитать книги по магии. До заката было еще далеко. *** Я опасался, что на следующее утро тело будет раскалываться от боли, но, на удивление, все было не так плохо. Ломило каждую мышцу, но это было вполне терпимо. Следующий день прошел по схожему сценарию. Утром — общие лекции по теории. Днем — профильные занятия по рангам. Рано утром я отметился в аудитории Ипчхун и снова получил конфету от Хон Ёнхвы. После утренних объявлений профессора Лианы я отсидел лекции. Обедал я снова вместе с Хон Ёнхвой. Проблема была в том, что я опять не смог завести разговор о языке. Тема была слишком специфической, и удобного случая никак не представлялось. После этого мы разошлись на профильные занятия. В это время я занимался индивидуально с профессором Атрой. Программа почти не изменилась. Снова бег. — Сегодня цель — десять кругов. — ...... Планка поднялась. И это при том, что я еще не оправился от вчерашнего. Неужели она не видит моих дрожащих ног? Я послал ей красноречивый взгляд, умоляя пересмотреть решение. — Итак, начали. К сожалению, из-за того, что мои глаза были закрыты, мой полный отчаяния взгляд до неё не дошел. Тяжело вздохнув про себя, я оттолкнулся от земли и в тот же миг едва не упал. Выровнявшись, я снова побежал по дорожке. Один круг, два, три... «Ой?» Пока я бежал, стараясь ни о чем не думать, на четвертом круге я ощутил некую странность. Мне было тяжело. Ноги болели. Дыхание сбивалось, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Но при этом мне было легче, чем вчера. Вчерашнюю боль, которую я почувствовал на втором круге, сегодня я ощутил только на третьем. — Десять кругов... Достаточно. Наконец, десять кругов. Как и в прошлый раз, стоило прозвучать команде, я пластом рухнул на землю. Топ, топ. Послышались шаги. Профессор Атра подошла и посмотрела на меня сверху вниз. — Понял? — Хе-ек... Хе-ек... Вопрос был неожиданным, но я кивнул. Я и сам в глубине души гадал, в чем дело, и начал кое-что осознавать. — Благословение роста даруется курсантам в Колыбели, позволяя им развиваться со скоростью, недоступной обычным людям. Благословение роста — одна из главных причин, по которой все сверхлюди так отчаянно стремятся попасть в Сиёлам. Невероятный эффект, усиливающий рост во всех положительных аспектах. И коэффициент этого усиления чрезвычайно высок. — Вероятно, твой коэффициент роста установлен выше, чем у других курсантов. Курсант, зачисленный на особых условиях. Насколько я помнил по оригиналу, у главного героя этот коэффициент тоже был выше, чем у остальных ключевых персонажей. — Благодаря этому за одну ночь твое тело окрепло настолько, что ты ощутил разницу. Ты это понял? Я кивнул. Значит, мои условия изначально лучше, чем у других. — Ну, отчасти это так заметно потому, что твои физические данные сейчас на самом дне, но отрицать эффективность Благословения нельзя. Профессор Атра поставила бутылку с водой рядом с моей головой. Осушив ее, я немного полежал, переводя дух. — Иными словами, даже при обычной пробежке твои физические способности могут расти взрывными темпами. Так что беги изо всех сил. Понял? Я снова кивнул. — Хорошо. Тогда вставай. Похоже, слова о том, что сегодня все начнется всерьез, не были пустой угрозой. Вчера все закончилось на беге, но не сегодня. Кое-как поднявшись, я увидел, что профессор Атра протягивает мне длинный предмет, висевший у неё на поясе. Когда я взял его, в руки передалась ощутимая тяжесть. Это был меч западного типа, какие часто можно увидеть в интернете. — С сегодняшнего дня мы добавим спарринги. Судя по твоей скорости роста, я решила, что начать можно уже сейчас — проблем возникнуть не должно. Пока я рассматривал меч в ножнах, она достала деревянный меч. — Сразу предупрежу: я не сторонник систематического обучения. — ? — Маши мечом как хочешь. Не бойся поранить меня, в этом нет нужды. Звучит как-то странно. Не систематическое обучение? Махать как хочу? Не бояться поранить? Что это вообще значит? Пока я чувствовал нарастающую тревогу... Мороз по коже. — ..! Волоски на теле встали дыбом. Повинуясь мгновенному инстинкту, я взмахнул мечом прямо в ножнах. Бам! Руки сильно тряхнуло. Я мертвой хваткой вцепился в рукоять меча, который едва не вылетел из ладоней. Тело, не сумевшее погасить инерцию удара, отбросило назад. — Хм? Профессор Атра издала озадаченный звук. Она поправила стойку и прищурилась. — Ты раньше держал в руках меч? Внезапный вопрос. Растерявшись, я быстро набрал на часах: [Н е т] — ...Вот как. Профессор Атра кивнула, будто мой ответ подтвердил какие-то её собственные выводы. У меня появилось нехорошее предчувствие. Прежде чем я успел спросить, что именно она поняла, профессор Атра перехватила деревянный меч поудобнее. — Тогда начинаем. «Пожалуйста, не надо». Я не мог этого сказать. И времени на то, чтобы набрать текст на часах, тоже не было. Фигура профессора Атры стремительно приблизилась. По свисту воздуха, сопровождавшему её яростный выпад, я отчетливо осознал свое будущее. Оно обещало быть крайне суровым. ---------- Том 1 Глава 14.1 Сколько людей жили, ни разу не бегая? Если только кто-то не родился с проблемами в ногах, любой человек с телосложением, считающимся «средним» по общественным меркам, в какой-то момент, естественно, бегал на двух ногах. Я тоже, естественно, бегал раньше. И я бежал сейчас. — Пыф-ф, пыф... Я не мог видеть солнце с закрытыми глазами, но я знал, что солнечный свет падает на землю. Я не мог видеть плывущие по небу облака, но я мог сказать, что там были облака, по очертаниям их теней на земле. Я бежал по дорожке, которая была несравнимо больше, чем обычная школьная беговая дорожка. Я слышал, что обычная беговая дорожка — это примерно двести-триста метров на круг... Но эта, похоже, измерялась километрами. Это было не столько похоже на пробежку по школьному двору, сколько на марафонский забег. — Фуф-ф... Фуф-ф... Я пошевелил ногами. В то время как одна нога поддерживала меня, другая двигалась вперёд. Процесс был до смешного прост, но требовал много сил. Сколько кругов я уже пробежал?.. Пока я бежал, чувствуя, что ноги у меня отяжелели, как камни, Профессор Атра, которая стояла, скрестив руки на груди, заговорила. — Шесть кругов. Даже несмотря на умственное истощение, её слова звучали у меня в ушах. Пока я бежал, Профессор Атра стояла, прислонившись к дереву на краю поля, и наблюдала за мной. Я не задавался вопросом, почему она отдыхает, в то время как я переживаю такие трудности. В конце концов, для человека с её навыками, обучающего бою в Башне Роста, такой бег, вероятно, был незначительным. Для неё это, вероятно, было так же просто, как лежать и есть рисовые лепёшки. Поэтому я просто продолжал бежать. Хватая ртом воздух, как будто в любой момент мог потерять сознание, я выдавил из себя саркастический смешок. Я вспомнил, как осматривал тренировочные площадки. Тогда я задавался вопросом, как они используются, но теперь такие мысли казались ненужными. Шесть кругов... Шесть кругов. Это настоящий подвиг. Я предполагал, что упаду в обморок примерно через три круга, исходя из моего приблизительного представления о размерах, но я пробежал вдвое больше и всё ещё был в сознании. Более того, у меня всё ещё оставались силы. Стиснув зубы, я выровнял дыхание, которое грозило вырваться из моей груди. — Семь кругов. Мои ноги начали неметь. Впервые я был рад, что моё зрение было затуманено. Если бы я смотрел своими глазами, у меня бы затуманилось зрение, и я бы в конце концов упал. — Восемь кругов... этого достаточно. — Кха. При слове «достаточно» у меня подкосились ноги. Нижняя часть моего тела сжалась, как проколотый воздушный шарик, и я покатился по земле. — Кха... Кха-а... Фаха... Я перевернулся лицом вниз. Мне показалось, что моё сердце колотится прямо у моего уха. Лёжа на земле, тяжело дыша, Профессор Атра подошла ко мне с того места, где она стояла, прислонившись к дереву. — Восемь кругов. Твоё физическое состояние в целом на самом низком уровне. Профессор Атра холодно оценила ситуацию, роясь в кармане. — Это понятно, поскольку ты только что пробудился, но в будущем ты больше не сможешь использовать это оправдание. Она достала из кармана бутылку с водой. Казалось, она была наполнена магией, так как на бутылке, стоявшей рядом с моей головой, образовалась роса. — Отложив в сторону применение твоих уникальных способностей и манипулирование маной, давай сосредоточимся на улучшении твоего физического состояния. Несмотря на то, что мой разум то затухал, то угасал, я оживился при упоминании о будущем направлении моего обучения. Дрожащими пальцами я постучал по своим умным часам. [Физическое... состояние?..] — ...Если это слишком сложно, просто послушай. Мои пальцы были слишком слабы, чтобы нажимать как следует. Взглянув на голограмму, Профессор Атра покачала головой и посоветовала мне просто слушать. — Я не буду заниматься магией, потому что другой Профессор научит тебя этому позже. Моя роль — сражаться. Я научу тебя основам ближнего боя, которые требуют физической подготовки. Чтобы это произошло... Тык... Наклонившись, Профессор Атра крепко прижала указательный палец к моему лбу и продолжила свои слова. — Конечно, для этого требуется, чтобы у тебя были физические возможности поддерживать это. Другими словами, прежде чем ты сможешь создавать боевые приёмы, тебе нужно создать тело, способное сражаться. Понимаешь? Я кивнул. — ...Хорошо. Выпрямившись, Профессор Атра посмотрела на время. — На то, чтобы пробежать восемь кругов, ушло довольно много времени. На сегодня всё. С завтрашнего дня мы начнём по-настоящему, так что приготовься. Сказав это, Профессор Атра повернулась спиной и без колебаний ушла. Я оставался ошеломлённым и переводил дыхание даже после того, как она исчезла из поля моего пространственного восприятия. Я, должно быть, пролежал так почти десять минут, а мне всё ещё было трудно отдышаться. Дрожа, я протянул руку и схватил бутылку с водой. Чёрт возьми... Я вылил половину воды себе в глотку, всё ещё лёжа. Несмотря на безвкусие, насыщенная прохлада освежала. Я вылил остатки себе на голову, охлаждая тело, которое сильно вспотело и перегрелось. Я устал... Требовались силы, чтобы преодолеть сковывавшие меня ограничения. Я принял решение, предвидя боль, которая последует за этим процессом. Но теперь, когда боль действительно была, нельзя было отрицать, что это было тяжело. Всё закончилось рано. Посмотрев на свои умные часы, я понял, что прошло чуть больше двух часов. Или на самом деле прошло два часа? Два часа, чтобы пробежать восемь кругов по полю, примерно по двадцать минут на круг? Конечно, после первого круга мой темп резко снизился... но всё равно, это было огромное количество времени. Я сел, подавив стон. Уф... Я чуть не застонал, сам того не осознавая. В тот момент, когда я приподнял верхнюю часть тела, всё моё тело стало таким напряжённым, что я подумал, что оно может сломаться. Осторожно поддерживая торс руками, я упёрся ногами в землю. ---------- Том 1 Глава 14.2 После долгих усилий мне удалось встать. Небольшой отдых пошёл мне на пользу. Раньше мне казалось, что ноги вот-вот подкосятся, но теперь они просто дрожали. Я подумал о том, чтобы вернуться в спальню, но мысленно покачал головой. Это правда, что моё тело болело, и я был измотан. Я даже почувствовал зарождающееся желание рухнуть на кровать и поспать, но у меня ещё оставалось немного свободного времени. Если быть точным, моё тело было на пределе, но разум был на удивление бодрым. Волоча трясущиеся ноги, я направился в библиотеку. После того, как я перевернулся всем телом, пришло время поразмыслить над книгами по магии. День ещё только начинался. * * * Я беспокоился, что на следующий день у меня может сильно болеть голова, но, как ни странно, всё оказалось не так уж плохо. Всё моё тело болело, но это было терпимо. Следующий день прошёл по той же схеме, что и предыдущий. Утром я посетил общие лекции, посвящённые теории. А после обеда я отправился на специализированные занятия в соответствии с рангом. Я пришёл в лекционный зал пораньше и получил ещё конфет от Ен Хва. Я посетил утреннюю лекцию после утренних объявлений Профессора Лианы. Обед снова был с Ен Хва. Проблема заключалась в том, что я до сих пор не затронул тему отсутствия у меня вкуса. Это была сложная тема для обсуждения. После этого я расстался с Ен Хва, чтобы посещать наши специализированные занятия. Во время моих специализированных занятий я получал индивидуальные инструкции от Профессора Атры. Содержание было таким же, как и в первый день. В итоге всё повторилось. — Сегодня постарайся пробежать десять кругов. — ... Препятствие было поднято ещё со вчерашнего дня. Я даже не до конца оправился от вчерашнего напряжения. Неужели она не видит, что у меня дрожат ноги? Я мысленно взмолился. Но не попросил пересмотреть решение. — Начинай. К сожалению, мой отчаянный взгляд, казалось, остался незамеченным, поскольку мои глаза были закрыты. Я мысленно вздохнул и оттолкнулся от земли, чуть не упав при этом. Испытав облегчение, я продолжил бегать по дорожке. Один круг, два круга, три круга... Ах?.. Пробегая в состоянии опустошённости, я почувствовал дискомфорт после прохождения трёх кругов. Я устал. У меня болели ноги. Я тяжело дышал, а сердце колотилось так, словно вот-вот разорвётся. Но это было лучше, чем вчера. Вчера боль, которую я почувствовал на втором круге, стала ощущаться только на третьем. — Десять кругов... стоп. Я закончил десять кругов. Как и раньше, как только я услышал «стоп», я плюхнулся на землю. Тук, тук. Шаги приближались к моей голове. Профессор Атра посмотрела на меня сверху вниз. — Ты понимаешь? — Кха-а... Это был неожиданный вопрос, но я кивнул. Внутренне озадаченный, я затем уловил кое-что из рассуждений. — Вам даруется благословение роста, позволяющее расти с невероятной скоростью по сравнению с тем, что было раньше. Одна из главных причин, по которой все отчаянно хотят попасть в Башню Роста, — это благословение роста. Это абсурдно усиливает рост во всех положительных аспектах, и даже скорость роста невероятно высока. — Вероятно, твоя скорость роста установлена выше, чем у других. Студент особого допуска. Я помню из оригинальной работы, что у главного героя был более высокий темп роста, чем у других. — Благодаря этому. Всего за одну ночь твоё тело заметно выросло настолько, что ты это чувствуешь. Ты понял, что произошло? Кив. Другими словами, я был в отличной форме по сравнению с другими. — Что ж, на данный момент твоё физическое состояние на самом низком уровне, и это одна из причин, почему ты чувствуешь это сильнее, но, тем не менее, нельзя отрицать эффективность благословения. Профессор Атра поставила воду у моей головы. Я опустошил бутылку и улёгся на короткое мгновение отдохнуть. — Проще говоря, даже такая элементарная вещь, как бег, может значительно улучшить твои физические возможности. Так что беги изо всех сил. Понимаешь? Кив. — Хорошо. Тогда вставай. Похоже, её предупреждение о том, что с сегодняшнего дня мы начнём по-настоящему, не было пустой угрозой. Вчерашний день закончился простой пробежкой. С трудом поднявшись на ноги, Профессор Атра протянула мне что-то длинное, что она несла на поясе. Взяв это в руку, я почувствовал значительный вес. Это был меч западного образца, распространённый в интернете. — С сегодняшнего дня мы также включаем спарринги. Я решила, что ты готов начать сегодня, учитывая скорость твоего роста. Пока я осматривал меч, она вытащила деревянный меч. — Позволь мне заранее сказать, что я не занимаюсь систематическими тренировками. — ?.. — Размахивай мечом, сколько хочешь. Я не пострадаю, так что не сомневайся. Что-то в этом заявлении было странное. Нет систематических тренировок? Размахивать, сколько захочу? Не нужно беспокоиться о том, что я могу поранить её? Что всё это значит? Когда я услышал её слова, меня пробрал озноб... — !.. Мои волосы встали дыбом. Повинуясь внезапному порыву мысли, я взмахнул мечом, который всё ещё был в ножнах. Бах! Моя рука резко дёрнулась. Она крепко сжала рукоять дрожащего меча. Я чуть не выронил меч. Моё тело, неспособное выдержать удар, было отброшено назад. — Хм-м? Профессор Атра озадаченно хмыкнула. Она выпрямилась, перестав размахивать мечом, и прищурилась. — Ты когда-нибудь раньше держал в руках меч? Это был неожиданный вопрос. Сбитый с толку, я постучал по своим умным часам. [Ах? Нет.] — Вот оно что. Профессор Атра, казалось, сама что-то поняла и кивнула после моего ответа. У меня было плохое предчувствие. Прежде чем я успел спросить, что она поняла, Профессор Атра схватила деревянный меч. — Я иду. Не подходи. Я не мог произнести это вслух. У меня не было времени постучать по своим умным часам. Фигура Профессора Атры быстро приближалась. Угрожающий вой ветра инстинктивно заставил меня предвидеть будущее. С этого момента всё было очень сложным. ---------- Тренировка (2) Хон Ёнхва жила в пентхаусе на верхнем этаже первого корпуса общежития для первокурсников. Это место она выбрала по праву второго места в рейтинге среди шестисот тринадцати курсантов сто двадцать первого потока Сиёлама. По практическим навыкам у неё был высший балл, но вот теория... Она самую малость подкачала, и в итоге звание лучшей курсантки досталось Пэк Арин. Как одна из лучших учениц, Ёнхва могла бы получить отдельный дом, но решила, что в общежитии будет удобнее встречаться с друзьями, поэтому и предпочла пентхаус. Условия здесь были более чем достойными. Даже Хон Ёнхва, привыкшая к роскоши и обожанию в своей семье, признавала: здесь было всё необходимое. Благодаря этому жизнь в академии не доставляла ей никаких неудобств. — Фу-ух... Поскольку это был первый день, серьезных лекций не проводилось. Преподаватели вкратце обрисовали структуру предметов, объяснили план занятий на завтра и провели легкие тренировочные спарринги. Восемь вечера. Закончив личную тренировку после занятий и поздно поужинав, Хон Ёнхва вернулась к себе. Она небрежно бросила верхнюю одежду и повалилась на кровать. Мягкий матрас услужливо принял её тело. Утром в комнате царил беспорядок, но сейчас всё было идеально убрано. Видимо, Эриэль уже успела всё постирать и разложить по местам. Физической усталости Ёнхва не чувствовала. Её тело было закалено настолько, что подобный график не мог его изнурить. Хоть по статусу она и числилась курсантом, её боевой мощи хватило бы, чтобы прямо сейчас занять пост заместителя командира отряда в родном клане. Но если тело было в порядке, то дух — истощен. — ...Всё ли будет хорошо? Она подтянула к себе запасную подушку и крепко обняла её. Уткнувшись лицом в мягкую ткань, Ёнхва невольно забормотала под нос. В последние несколько дней её мысли занимал лишь один человек. Ли Ха Юль. Первый и единственный льготник. Курсант, оказавшийся в самом центре последних слухов. «Утром он выглядел неважно. Темные круги под глазами стали еще заметнее... И щеки будто впали. Он вообще нормально питается? В обед съел совсем крошечную порцию. Неужели было невкусно? Нет, он сказал, что вкусно... Может, просто из вежливости?» Голова шла кругом. Тревога переполняла её, и все эти переживания были связаны исключительно с Ли Ха Юлем. — Ха-а... Она вздохнула уже в который раз за сегодня. На душе было тошно. «У-у-у...» — Ёнхва зарылась лицом в подушку и начала яростно брыкаться, бессмысленно колотя ногами по матрасу. — Что же мне делать... Было бы ложью сказать, что он не интересовал её с самого начала. Каким талантом нужно обладать, какой колоссальный потенциал и возможности скрывать в себе, чтобы Хозяин Колыбели, хранивший молчание целое столетие, обратил на него свой взор? К нему было приковано внимание не только сверхлюдей, но и всего общества. Стоило бы только поползти слуху, что Ли Ха Юль вышел за пределы академии, как его тут же окружила бы толпа. До приветственной церемонии информация строго контролировалась, но теперь запреты ослабли, и многие подробности всплыли наружу. Это значило, что теперь Ли Ха Юля узнают на каждом шагу, стоит ему покинуть Колыбель. Ёнхва тоже испытывала любопытство. Ей хотелось встретиться с ним и лично убедиться, насколько он выдающийся человек. Она планировала найти его, когда начнется семестр. И если бы их первая встреча не прошла так, как прошла, возможно, она бы сама подошла к нему на церемонии. Первая встреча. Для неё это словосочетание не несло в себе сладости — лишь горечь сожаления... Снова вздох. Горячее дыхание, не найдя выхода из подушки, обдало её лицо. — Ай-яй-яй... Она потянулась и перевернулась на спину. Некоторое время Ёнхва тупо разглядывала узоры на потолке, а затем включила смарт-часы. Пролистывая голограммы, она замерла, когда наткнулась на номер Ли Ха Юля. — ...... Пик. Развернулось окно переписки. ▶ Ли Ха Юль: Благодаря вам, Хон Ёнхва, я благополучно добрался (Вчера 23:12) ▶ Ли Ха Юль: Вчера я был очень благодарен. Если бы не вы, случилась бы беда. При случае я обязательно отплачу вам за помощь (Вчера 23:13) ▶ Ли Ха Юль: Вы ведь уже извинились. Этого более чем достаточно (Вчера 23:15) ▶ Ли Ха Юль: Это скорее я доставил вам хлопот (Вчера 23:16) «Как же красиво он говорит». От этих сообщений на душе становилось спокойнее. В каждой фразе чувствовалась забота о собеседнике. ▶ Ли Ха Юль: Сегодняшний обед был очень вкусным. В следующий раз угощаю я (Сегодня 19:57) — О. Пришло новое сообщение. Он написал, что обед ему понравился. Она слышала это от него лично, и сейчас он мог написать это просто из вежливости, но Хон Ёнхва всё равно почувствовала облегчение. Её глаза заблестели, и пальцы быстро забегали по экрану. ▶ Я: Правда? Рада, что понравилось... Рада... Рада... Э-э... Пальцы, порхавшие над голограммой, внезапно замерли. Мысли затормозили, а вместе с ними и движения. «Что же еще написать?» Стиль, в котором она писала, казался ей ужасно неловким. Помолчав, Ёнхва переключилась на другой чат. [Групповой чат (6)] ▶ Син Сёюль: [Экстренные новости] Скандал с поведением Хон Ёнхва из клана Адского Пламени (Два дня назад 19:11) ▶ Ли Сиын: Заявление «Ты что, не видишь, куда прешь?» в адрес слепого вызвало шок... (Два дня назад 19:13) ▶ Ян Юнха: Если смотреть только на это, она реально выглядит как полная тварь (Два дня назад 19:14) ▶ Син Сёюль: Так это и есть всё, что было (Два дня назад 19:14) ▶ Я: Ах вы сучки (Два дня назад 20:17) . ▶ Я: Быстро посоветуйте какой-нибудь крутой рестик (Сегодня 01:11) ▶ Ян Юнха: Парни любят свинину с перцем (Сегодня 01:12) ▶ Пэк Арин: Ёнхва, почему ты нас бросаешь? (Сегодня 01:12) ▶ Ян Юнха: Стоило одному парню попасться на глаза, как нас тут же вышвырнули на помойку (Сегодня 01:13) ▶ Син Сёюль: Друзей на свалку? Друзей на свалку? Друзей на свалку? Друзей на свалку? (Сегодня 01:13) ▶ Ли Сиын: Мужчина, который может стать мужем > друзья десятилетней выдержки... Всё верно... (Сегодня 01:15) ▶ Я: Заткнитесь нахрен (Сегодня 01:21) . ▶ Син Сёюль: (Фото ванильно-шоколадного парфе) (Сегодня 18:33) ▶ Син Сёюль: Хочешь, да? Хочешь? (Сегодня 18:33) ▶ Ян Юнха: Свинья (Сегодня 18:35) ▶ Син Сёюль: 🖕 (Сегодня 18:39) ▶ Хван Сиён: +0.3 кг (Сегодня 18:41) ▶ Син Сёюль: Плевать~ Я сверхчеловек, я не толстею~ (Сегодня 18:42) ▶ Син Сёюль: Слушайте же, предательница, что бросила друзей как старые тапки и умчалась жрать вкусняшки с мужиком (Сегодня 18:43) ▶ Я: Жить надоело? (Сегодня 18:52) ▶ Син Сёюль: Ой, угроза убийством (Сегодня 18:54) ▶ Я: До завтра (Сегодня 18:55:12) ▶ Син Сёюль: Сорри (Сегодня 18:55:13) — ...... Там царил полный хаос. На людях все они казались приличными и даже благородными девушками, но стоило им собраться вместе, как они превращались в сборище сумасшедших. Ёнхва молча закрыла чат. Ощущение умиротворения, подаренное перепиской с Ха Юлем, начало стремительно испаряться, сменяясь глухим раздражением. Раздражение. Настроение мгновенно упало. В памяти сами собой всплыли недавние образы. Медпункт, залитый закатным солнцем. Ха Юль, спящий, словно лесной эльф. И ожог, покрывающий его правую руку. След Гэпхвы. — Черт. Внутри всё закипело. Не в силах сдержать порыв, она выругалась. Гэпхва. Название её клана и имя их наследственной уникальной способности. Имя, которым она привыкла гордиться. Основатель их рода был выдающейся личностью, проявившей себя более двухсот лет назад, в эпоху Катаклизма. То было время, когда мир кишел монстрами, подземелья извергались каждый день, а вся планета превратилась в сущий ад. Именно её предок, человек по имени Хун Ён, прошел сквозь этот мир с пламенем в руках, истребляя бесчисленных чудовищ и спасая людей. Он был великим героем, чья слава гремела не меньше, чем слава Владыки Башни, заложившего основы нынешнего мироустройства. Клан Адского Пламени, унаследовавший эту кровь, стал одной из самых могущественных организаций сверхлюдей в мире. «Плати добром за добро, а злом за зло — сторицей». Следуя деяниям и заветам основателя, сменявшие друг друга главы клана и совет старейшин старались придерживаться того, что называли праведным путем. Обязанность сильного, долг правителя и сверхчеловека. Они зачищали подземелья, терзавшие мир, и сжигали монстров, приносивших хаос. Они карали злодеев, угнетавших невинных, и вели бурную деятельность ради стабилизации мирового порядка. Но истории клана уже две сотни лет. Верить в то, что за два века среди членов семьи не появилось ни одного паршивого плода — всё равно что верить в сказки. Всегда найдутся те, кто идет против идеалов, кто забывает о долге и ищет лишь выгоды, кто готов растоптать другого ради собственного удовольствия. Хон Ёнхва, едва перешагнувшая порог двадцатилетия, не могла охватить взором все эти годы. Но надеяться на отсутствие «гнили» было бы слишком наивно. Она слишком хорошо помнила, какие мерзости творили даже представители её собственного поколения. Хруст! От того, как сильно она стиснула челюсти, по зубам прошел пугающий звук. Резкий металлический привкус крови во рту заставил её прийти в себя. — ...... Пока еще ничего не подтверждено. Когда именно Ли Ха Юль подвергся воздействию Гэпхвы? Можно строить догадки, но уверенности нет. Какой ублюдок это сделал? Неизвестно. С какой целью? Было ли это намеренно? Неясно. Она не знала ничего. Ясно было лишь одно. Она сама уже несколько раз причинила Ли Ха Юлю серьезные неудобства, а ожог на его правой руке — это ущерб, нанесенный её семьей. Она — носительница Гэпхвы. Она лучше всех знала, какой мощью обладает Адское Пламя, какие разрушения оно приносит и какие последствия оставляет, даже если человеку удается выжить. Слабое здоровье Ли Ха Юля... связано ли оно с Гэпхвой? От одной этой мысли кровь приливала к голове. Ёнхва осознавала, что теряет самообладание всякий раз, когда речь заходит о Ха Юле. Несмотря на то что их знакомству не было и недели, она проявляла к нему чрезмерный интерес и испытывала пугающе сильные эмоции. Ну и что с того? Она никогда не была из тех, кто долго раздумывает, предпочитая следовать зову сердца. Её мучило чувство вины. За те неприятности, что она доставила при первой встрече. За след Гэпхвы на его теле. А его внешность... Если он идет по улице, десять человек из десяти обернутся ему вслед — его красота была почти неземной. Разве не естественно испытывать к такому человеку симпатию? В каждом его жесте сквозило стремление заботиться о других. Даже когда она вела себя грубо, он говорил, что всё в порядке, и сам утешал её. Этого было более чем достаточно, чтобы захотеть стать к нему ближе. Успокоив чувства, Хон Ёнхва закрыла глаза. Уникальная способность Гэпхва всегда подстегивает эмоции владельца. Чем сильнее чувства, тем ярче разгорается пламя, но за это приходится платить риском потерять рассудок и стать рабом собственного гнева. Именно поэтому Ёнхва была такой вспыльчивой и раздражительной. Поскольку её личный уровень Гэпхвы был аномально высоким, давление на психику было колоссальным. Половина тренировок, которые она проходила в клане, была посвящена исключительно контролю над эмоциями. Игнорируя ворчание зашедшей Эриэль, она погрузилась в сон. «Этого достаточно». Какие бы причины она ни придумывала, Хон Ёнхва просто хотела искупить вину. И она хотела быть рядом, потому что он ей нравился. Этого было достаточно. *** На следующий день. — Доброе утро. — ...... Пришедшая в академию раньше обычного Хон Ёнхва столкнулась с Ли Ха Юлем, лицо которого было «украшено» свежими синяками. — ...Сволочи. Глаза Хон Ёнхва вспыхнули яростным пламенем Гэпхвы. ---------- Том 1 Глава 15.1 Ен Хва проживала в пентхаусе на верхнем этаже первого корпуса общежития для первокурсников в Башне Роста. Она была из сто двадцать первого набора, среди шестисот тринадцати студентов, заняв второе место при поступлении. Её практические навыки были оценены на отлично... был лишь письменный экзамен, на котором она немного не дотянула, что позволило Бэк Арин занять первое место. Как одна из лучших студенток, она имела право выбрать дом, но, подумав, что так будет удобнее встречаться с друзьями, выбрала пентхаус. Это было довольно приличное заведение. Даже Ен Хва, которая была любима своим кланом и жила в роскоши, казалось, что здесь есть всё, что может понадобиться. Благодаря этому у неё не возникло никаких проблем с проживанием. — Ах... Поскольку это был первый день, никаких специальных лекций не было. Они вкратце рассказали о курсе и объяснили, как они будут работать с предметами, начиная с завтрашнего дня, после чего состоялся дружеский спарринг. Восемь часов вечера. Закончив личную тренировку и поздний ужин после лекций, Ен Хва небрежно повесила верхнюю одежду и бросилась на кровать. Роскошная кровать обнимала её тело. Утром здесь царил беспорядок, но сейчас всё было аккуратно прибрано, вероятно, Ариэль занималась стиркой и уборкой. Она не чувствовала себя особенно уставшей. Её тело было не в том состоянии, когда дневной распорядок дня может привести к накоплению усталости. Хотя по статусу она была студентом, Ен Хва обладала достаточной силой, чтобы сразу же взять на себя роль лидера отряда в клане. Если и была какая-то усталость, то, безусловно, психологическая. — ...Интересно, всё ли с ним в порядке... Она схватила свободную подушку и крепко обняла её. Затем она зарылась в неё лицом и что-то пробормотала, не задумываясь. Последние несколько дней у Ен Хва на уме было только одно. Ли Ха. Первый и единственный ученик, поступивший особым допуском. Студент в центре недавних обсуждений. Сегодня утром он тоже выглядел бледным. Тёмные круги под его глазами стали ещё темнее... и, похоже, он похудел. Правильно ли он питается? За обедом он тоже ел довольно мало. Было невкусно? Нет, он сказал, что это вкусно... Это было вежливое замечание? Её голова была словно переполнена мыслями. Она была переполнена тревогами, которые проносились в её голове, естественно, сосредоточившись на Ли Ха. — Ха-а... Она вздохнула, кажется, в сотый раз за сегодняшний день. Разочарование душило её. Угх... Она зарылась лицом в подушку и яростно заметалась. Её ноги бессмысленно колотили по кровати в быстрой последовательности. — Что мне делать?.. Не то чтобы у неё с самого начала не было интереса — это было бы ложью. Какими качествами он обладает, насколько огромным должен быть его потенциал и какие возможности таятся в нём, чтобы повелитель колыбели, молчавший более века, обратил на него внимание? Разумеется, фракции сверхлюдей и даже обычное общество обратили на него внимание. Если бы распространились слухи о том, что Ли Ха вышел на улицу прямо сейчас, к нему бы стеклись самые разные люди. До приветственной вечеринки существовал определённый контроль за информацией, но сейчас он значительно ослаб, и было обнародовано много информации. Другими словами, если бы Ли Ха вышел за пределы «колыбели», его бы узнало множество людей. Ен Хва тоже была заинтересована. Она хотела встретиться с ним однажды, чтобы понять, какой он выдающийся человек. Она планировала навестить его в начале семестра. Если бы это была не их первая встреча, она, возможно, подошла бы к нему первой на вечеринке по случаю встречи первокурсников. Первая встреча. Не самый приятный ответ, но полный сожаления... Ещё один вздох. Её дыхание, задержанное подушкой, ударило ей в лицо. — Агух, гукх... Вытянувшись, она перевернулась на другой бок. Тупо уставившись на узоры на потолке, она включила свои умные часы. Её пальцы пробежались по голограмме и резко остановились на номере Ли Ха. — ... Би-ип. Голограмма развернулась в виде слайда. ▶ Ли Ха: Благодаря тебе, Ен Хва, я благополучно вернулся домой (Вчера, 11:12). ▶ Ли Ха: Я правда ценю то, что ты сделала вчера. Если бы не ты, у меня были бы большие неприятности. Я обязательно отплачу тебе, когда у меня будет возможность (Вчера, 11:13). ▶ Ли Ха: Ты уже извинилась. Этого более чем достаточно (Вчера, 11:15). ▶ Ли Ха: Если уж на то пошло, я тот, кто вызвал проблемы (Вчера, 11:16). Он говорит довольно элегантно. От одного взгляда на сообщения становилось легче на душе. Казалось, что каждое его слово было произнесено с вниманием к собеседнику. ▶ Ли Ха: Мне понравился сегодняшний обед. В следующий раз плачу я (Сегодня, 7:57). — Ах. Только что пришло сообщение. В нём говорилось о том, что обед прошёл удовлетворительно. Она услышала это от него непосредственно за обедом, и это сообщение могло быть написано из вежливости, но оно несколько успокоило Ен Хва. Её пальцы светились, когда двигались. ▶ Я: Правда? Рада слышать, что это было вкусно... Рада... рада... м-м-мх... Пальцы, которые двигались, как лучики света, внезапно замерли. Её мысли замедлились, и пальцы последовали её примеру, став вялыми. Что мне отправить? Тон текста, который она набирала, был неловким. Обычно тихая Ен Хва взглянула на голограмму. [Групповой чат (6).] ▶ Шин Со Юль: Ен Хва из клана Гоп Хва попала в переплёт из-за проблем с ним (Два дня назад, 19:11) ▶ И Си Ын: Разразился скандал из-за её замечания слепому: «Разве ты не видишь, что впереди?» (Два дня назад, 19:13). ▶ Со Ха Ын: Если вы только посмотрите на это, она действительно кажется отбросом общества (Два дня назад, 19:14). ▶ Шин Со Юль: И это вы называете справедливостью? (Два дня назад, 19:14). ▶ Я: Вы, сучки (Два дня назад, 20:17). * * * ▶ Я: Порекомендуйте мне по-быстрому хорошее местечко (Сегодня, 13:11). ▶ Со Ха Ын: Парни любят острую свинину (Сегодня, 13:12). ▶ Бэк Арин: Почему ты нас бросаешь, Ен Хва? (Сегодня, 1:12). ▶ Со Ха Ын: Достаточно взглянуть на парня, и мы так быстро расстаемся (Сегодня, 1:13). ▶ Шин Со Юль: Ты бросаешь своих друзей? Ты бросаешь своих друзей? Ты бросаешь своих друзей? Ты бросаешь своих друзей? (Сегодня, 13:13). ▶ И Си Ын: Мужчина, который мог бы стать твоим мужем, действительно важнее, чем друзья, с которыми ты дружил десять лет... (Сегодня, 13:15). ▶ Я: Не психуй (Сегодня, 13:21). ---------- Том 1 Глава 15.2 * * * ▶ Шин Со Юль: (На фото ванильно-шоколадное парфе) (Сегодня, 18:33). ▶ Шин Со Юль: Хочешь это съесть? Хочешь это съесть? (Сегодня, 18:33). ▶ Со Ха Ын: Свинья (Сегодня, 18:35). ▶ Шин Со Юль: ㅗ (Сегодня, 18:39). ▶ Хван Си Ен: +0,3 кг (Сегодня, 18:41). ▶ Шин Со Юль: Да~ Я сверхчеловек, поэтому не набираю вес~ (Сегодня, 18:42). ▶ Шин Со Юль: Это для предательницы, которая бросила своих друзей, как старые половые тряпки, и побежала к парню, чтобы вкусно поесть (Сегодня, 18:43). ▶ Я: Хочешь умереть? (Сегодня, 18:52). ▶ Шин Со Юль: А-а-ах, боюсь-боюсь, угроза смерти (Сегодня, 18:54). ▶ Я: Увидимся завтра (Сегодня, 18:55:12). ▶ Шин Со Юль: Прости (Сегодня, 18:55:13). — ... Это был настоящий хаос. На взгляд окружающих, все они казались прекрасными, если не сказать паиньками, но когда они были наедине, то превращались в сумасшедших. Она тихо закрыла групповой чат. Сердце, которое было исцелено Ли Ха, казалось, разлагалось. Разлагалось... Её настроение мгновенно упало. Воспоминания из прошлого автоматически прокручивались в её голове. Лазарет купался в лучах заходящего солнца. Ли Ха спал, как лесная фея. И шрам от ожога, покрывающий его правую руку. Знак клана «Гоп Хва». — Дерьмо. Её внутренности вскипели. Подгоняемая внезапными порывами, она изрыгала проклятия. «Гоп Хва». Название её клана и название уникальной способности передавалось из поколения в поколение. То, чем она гордилась. Прародителем её клана был персонаж, появившийся во время «катаклизма» около двух сотен лет назад. Время, когда мир наводняли монстры, подземелья ежедневно приходили в неистовство, а мир переворачивался с ног на голову, как будто это было царство демонов. Этот прародитель, по имени Хон Ен, пронёсся сквозь этот мир с пламенем, убивая бесчисленных монстров и спасая людей, заработав репутацию, подобную репутации повелителей башен, которые построили нынешнюю структуру мира. Клан Гоп Хва, унаследовавший эту родословную, стал группой сверхлюдей, обладающих значительной властью в мире. И у них было достаточно как милостей, так и обид. Следуя деяниям и семейным традициям, оставленным прародителями, сменявшие друг друга лидеры кланов и старейшины совершали поступки, которые можно было бы назвать добродетельными. Долг сильных и правителей, как сверхлюдей. Они уничтожали подземелья, которые сеяли хаос, сжигали заживо монстров, сеющих беспорядки, наказывали злодеев, которые угнетали невинных простолюдинов, и занимались различными видами деятельности, направленными на стабилизацию мира. Но история клана насчитывает две сотни лет. Ожидать, что в клане на протяжении двух столетий не будет злодеев, — всё равно что надеяться на мечту. Всегда найдутся те, кто пойдёт против философии клана, уклонится от своих обязанностей в поисках своих прав и растопчет других ради собственного удовольствия. Двести лет истории. Это было больше, чем Ен Хва, которой едва перевалило за двадцать, могла себе представить. Однако надеяться на то, что в то время не было злодеев, было слишком оптимистичным желанием. Она помнила о злодеяниях, совершенных представителями ее поколения. Хрусть! Раздался зловещий звук, когда она с силой откусила кусочек. Горький привкус крови во рту вернул её к реальности. — ... Пока ничего не подтверждено. Когда Ли Ха подвергся воздействию Гоп Хва? У неё были свои подозрения, но уверенности не было ни в чём. Какой презренный ублюдок это сделал? Она не знала. Какова была цель? Было ли это намеренно? Она ничего не знала. Несомненно было то, что... Она доставила Ли Ха много неприятностей, и ожог на его правой руке был результатом действий её клана. Она была наследницей Гоп Хва. Она очень хорошо знала, какой властью обладает Гоп Хва, какой вред может причинить прикосновение Гоп Хва, и даже если кто-то выживет от Гоп Хва, к каким последствиям это приведёт. Было ли хрупкое тело Ли Ха связано с Гоп Хва? От одной этой мысли кровь прилила к её голове. Она поняла, что всякий раз, когда она вовлекала Ли Хайюля, кровь приливала к ее голове. Несмотря на то, что их отношения длились всего неделю, она уделяла им чрезмерное внимание и испытывала сильные эмоции. Но что она могла поделать? Она никогда не была из тех, кто глубоко задумывается; она всегда следовала своим чувствам. У неё было чувство вины. Во время их первой встречи она несколько раз доставляла неприятности, и на ней был отпечаток Гоп Хва. Внешность... С волшебной красотой, которая заставляла бы всех оборачиваться на улицах. Разве это не та внешность, которая может вызвать привязанность? В его действиях сквозило стремление уважать других. Именно он утешал её, говоря, что всё в порядке, несмотря на причинённые ею неудобства. Желание сблизиться было достаточной причиной. Ен Хва, успокоив свои эмоции, закрыла глаза. Уникальная способность, известная как Гоп Хва, всегда будоражила эмоции своего обладателя. Когда эмоции усиливались, Гоп Хва тоже вспыхивал, но это несло в себе риск помутнения рассудка и сужения спектра личности. Это было причиной импульсивного и раздражительного характера Ен Хва. Особенно с учётом того, что её способность к Гоп Хва была аномально высокой, что вызывало сильную эмоциональную провокацию. Из-за этого около половины обучения, которое она получила в клане, было связано с контролем эмоций. Не обращая внимания на ворчание Ариэль, которая пришла поздно, Ен Хва погрузилась в глубокий сон. Этого достаточно. Какие бы причины она ни приводила, Ен Хва испытывала чувство вины и хотела избавиться от него. Она почувствовала влечение и захотела сблизиться. Этого было достаточно. * * * На следующий день... [Доброе утро.] — ... Придя раньше обычного, Ен Хва столкнулась с Ли Ха, который был покрыт свежими синяками. Вшух!.. Глаза Ен Хва горели адским пламенем. ---------- Тренировка (3) Сначала я подумал, что ослышался. Мне она вручила стальной меч, а сама бросилась в атаку с деревянным. Деревянный меч против стального? Безумие, как ни посмотри. К тому же, формально я ведь слеп. Да, у меня есть Сенсорика, но глаза-то всё равно закрыты. В обычной ситуации такого человека назвали бы сумасшедшим, но, учитывая разницу в силе между мной и профессором Атрой, я решил, что в этом должен быть какой-то смысл. Она — профессор, отвечающая за боевые дисциплины. Можно лишь предполагать, но её мастерство наверняка не уступает героям высшего ранга. Поэтому я без колебаний обнажил клинок. Заметив, как профессор Атра бросилась вперёд, я крепче перехватил рукоять. Изо всех сил взмахнул мечом, пытаясь сопротивляться. Я был уверен: профессор сама заблокирует или уклонится от моего удара. Предположение оказалось верным. Мой клинок даже не задел её. Филигранными движениями она уходила от каждой атаки, разминаясь со сталью буквально на волосок. Стоило мне нанести колющий удар — она уклонялась, едва поведя головой; стоило ударить наотмашь — она делала шаг в сторону, не теряя равновесия. Словно видя будущее, профессор Атра позволила мне промахнуться несколько раз, а затем с бесстрастным лицом вскинула деревянный меч. — Тук! Тук! Тук! — Сюда, сюда и сюда. Контратака после уклонения. Она сблизилась со мной так непринужденно, словно вышел на прогулку, и принялась методично охаживать моё тело деревянным мечом. Голова, плечи, руки, рёбра, бёдра, голени… Удары распределялись на редкость равномерно. Я стиснул зубы, подавляя рвущийся наружу крик. Стоит мне закричать хотя бы раз, и проклятие может сдетонировать по цепочке. Боль была не смертельной, но достаточно резкой, чтобы из горла вырвалось невольное «ах». Сдерживаться было истинной мукой. Кажется, именно это называют спартанским воспитанием. Она уклонялась от каждого моего выпада, попутно давая советы, как именно нужно бить, и вальяжно сокращала дистанцию, чтобы осыпать градом ударов любую мою брешь. Это была беспощадная порка. У меня даже закралось подозрение: не соврала ли она, сказав, что ей плевать на моё зачисление по спецквоте? Я попытался просканировать её лицо, думая, что она меня попросту ненавидит, но Сенсорика считала лишь холодное, лишенное всяких эмоций выражение. — Тук! Тук! Тюк! Экзекуция продолжалась. *** Занятие закончилось лишь спустя несколько часов, в течение которых меня нещадно избивали деревянным мечом. — На сегодня всё. Профессор Атра подошла ко мне, когда я, превратившись в бесформенную кучу, рухнул на сырую землю. Словно в награду, она поставила у моего изголовья бутылку с водой. В моем нынешнем состоянии вода была жизненно необходима, поэтому я протянул к ней мелко дрожащую руку. Незаметно наступил вечер, и земля окрасилась в нежно-оранжевые тона заката. — В течение нескольких недель занятия будут проходить в таком же формате. Боже мой. Я едва не поперхнулся водой, которую маленькими глотками вливал в пересохшее горло. От осознания того, что меня будут избивать ещё несколько недель, уголки моих глаз предательски задергались. Хотелось плакать при мысли, что завтра всё повторится. Всё тело ныло. Вчерашняя боль была вызвана чрезмерным перенапряжением, сегодняшняя же — следами от побоев. — И по возможности не принимай помощь в восстановлении и исцелении от других сверхлюдей. А… я догадывался, к чему она клонит, и это мне совсем не нравилось. — Если воспользоваться уникальной способностью исцеляющего типа, раны исчезнут мгновенно, но плоды сегодняшней тренировки по большей части сойдут на нет. Это помешает развитию твоей собственной регенерации. Поэтому предоставь всё естественному исцелению. Физический рост происходит в процессе микроразрывов и последующего восстановления мышц. Мышцы, поврежденные тяжелой нагрузкой, «дают себе зарок» не рваться в следующий раз и становятся крепче — в этом и заключается суть роста. Эффекты исцеляющих уникальных способностей делятся на разные типы, но большинство из них работают как «мгновенное исцеление» или «усиление регенерации». Если применить мгновенное исцеление к разорванным волокнам, они восстановятся до того, как успеют вырасти. С усилением регенерации ситуация схожая: эффект слабее, но внешняя помощь всё равно замедляет естественный прогресс. Значит, мне придётся возвращаться домой в синяках. — К слову, такой график был запланирован при условии, что твоя Сенсорика способна полностью заменить обычное зрение. Я пришла к выводу, что моё предположение подтвердилось, поэтому мы продолжим обучение в том же духе. Видимо, заметив моё недоумение, профессор Атра сочла нужным добавить это пояснение. — Завтра жду тебя вовремя. Бросив эту фразу, она развернулась и ушла. Я лежал на спине, чувствуя кожей дуновение ветра. Глухо выдохнул. Я точно знал, что за спиной у меня земля, а лицо обращено к небу, но самого неба я не видел. Это угнетало. И я снова осознал, насколько важно пространственное восприятие. Мне стало стыдно, что поначалу я проклинал эту способность. Если бы пространственное восприятие не заменяло мне зрение? Я бы… я бы не был уверен, что смогу выжить. Какой бы скверной ни была эта способность, издевавшаяся над своим владельцем с самого начала, сейчас она стала для меня незаменимой. «Ох…» Тяжело вздыхая, я начал восстанавливать в памяти недавний поединок. И здесь мне снова помогло верное пространственное восприятие. За всю жизнь я редко держал в руках нож, не говоря уже о мече — разве что когда готовил, живя один. А уж о сражениях и речи не шло. Меня самого били часто, но я почти никогда не поднимал руку на других. В спарринге с профессором Атрой я пытался имитировать движения, которые подсмотрел во время дружеской дуэли. Поединок Кацуки Юсея и Хон Ёнхвы. Оба использовали деревянные мечи, уровень их маны ограничивался укреплением тела, и они не применяли уникальные способности. Условия были почти такими же, как сегодня у меня. Я сравнил свои движения с тем, как двигались Хон Ёнхва и Кацуки Юсей. «М-да…» Внутренняя оценка — полный провал. Нечто, что даже нельзя ставить в один ряд с ними… Когда я сосредоточился и сопоставил наши действия, моя неуклюжесть показалась мне просто нелепой. Меч Кацуки Юсея двигался плавно, подобно течению реки. Несмотря на то, что Хон Ёнхва постоянно теснила его, связки его ударов не прерывались, и он раз за разом блокировал её выпады. Хон Ёнхва же действовала лихо и дерзко, что полностью отражало её характер. В каждое движение была вложена такая сила, что противнику было тяжело даже просто обороняться. При этом она не была медлительной, так что уклониться от её атак было той еще задачей. Её движения казались размашистыми и полными брешей, но всё это было ловушкой: бросишься в такую «дыру» — и тут же лишишься головы. Именно поэтому Кацуки Юсей, придерживавшийся оборонительного стиля, в итоге поддался её ритму и проиграл. Их продвинутый уровень владения мечом был примерно равным, но, пожалуй, подвела совместимость стилей. Да и разница в характеристиках до начала боя была существенной. Хон Ёнхва уже сейчас способна в одиночку уничтожить монстра 5-го ранга. И хотя Адское Пламя сыграло в этом ключевую роль, именно её мастерство позволило ей уклоняться от атак и точно поражать цель магией. А что я?.. Мои удары постоянно обрывались. Какая там река — скорее капли из плохо закрытого крана. Я не мог связать первый удар со вторым, и в эти паузы профессор Атра вальяжно входила со своей атакой. Впрочем, даже если бы я смог их связать, при её уровне мастерства она всё равно нашла бы лазейку. Частично виноват была и сама профессор, которая намеренно сбивала мой ритм. Стоило мне принять стойку, как она шла на сближение. Стоило замахнуться, как она наносила колющий удар, заставляя меня мешкать. Даже если моя атака была успешной, она уклонялась и била сама, не давая мне восстановить равновесие. У меня не было таких мощных атак, как у Хон Ёнхвы. Отчасти из-за того, что мои характеристики были на уровне мусорного бака, отчасти из-за отсутствия её интуитивной способности находить бреши и наносить сокрушительный удар. Короче говоря, моя оценка — ноль баллов. А что профессор Атра? Я отбросил все прежние образы и вызвал в памяти модель профессора Атры, которую фиксировало пространственное восприятие на протяжении всего спарринга. …У неё не было каких-то ярких особенностей. Крепкая стойка. Своевременные выпады. Она блокировала мой поток атак ещё до того, как я начинал бить. Пресекала любую попытку развить серию ударов. А когда ритм сбивался — била сама. От моих атак она уходила на волосок. И делала это не какими-то невообразимыми пируэтами, а самыми обычными, естественными движениями. Так, как поступил бы любой, кто здраво оценивает ситуацию. И сразу переходила в контратаку. Это были хрестоматийные движения. Большинство из них я видел в учебниках по фехтованию, которые листал раньше. Всё выглядело предельно просто. А значит, я тоже смогу это повторить. Я продолжал прокручивать это в голове. Данных было предостаточно. За те часы, что меня избивали, движения профессора Атры постоянно фиксировались и сохранялись в памяти. Движения Кацуки Юсея. Движения Хон Ёнхвы. Движения профессора Атры… и мои собственные. Я ставил их в один ряд, сравнивал и анализировал. Постановка стопы, распределение дыхания, контроль дистанции, хват меча, моменты смены стойки, центр тяжести, разворот плеч, направление взгляда, работа глаз, переход от защиты к атаке. Я обрабатывал данные. Превращал их в информацию. Я примерял эту информацию на себя. Исправлял то, что нужно было исправить, отсекал лишнее и выстраивал заново. Запускал симуляцию в мозгу, и если что-то не сходилось — снова всё перекраивал. Результатом в моем воображении всё равно оставалось поражение, но в процессе этой ментальной работы я чувствовал, как «я» воображаемый понемногу продвигаюсь вперёд. Я повторял симуляции снова и снова, опираясь на данные пространственного восприятия. Солнце окончательно скрылось за горизонтом, унося с собой последние отблески заката. Вслед за ним землю осветил звездный свет, разлившийся по ночному небу. В какой-то момент в глубине сознания возник зуд. Странное раздражение, которое нельзя унять, почесав рукой, но которое вызывало предвкушение чего-то важного. Это было похоже на те признаки перемен, которые я ощутил в своей коморке, когда мучился с пространственным восприятием перед поступлением в общежитие. Но на этот раз дело было не в нём. «Мастер на все руки». Универсальная уникальная способность, дающая хотя бы минимальные задатки во всех видах техник: боевых искусствах, акробатике, ремесле, кулинарии, манипуляции маной и многом другом. Я уловил признаки роста. Понял, в каком направлении нужно развиваться. На губах заиграла довольная улыбка. *** «А, повторение». Я пролежал в прострации довольно долго, прежде чем вспомнил об этом. Кое-как поднявшись, я поспешил в общежитие. Благодаря круглосуточным автобусам добраться удалось быстро. Так закончился этот день. — Кто это сделал? — А?.. — Какой ублюдок… Я спрашиваю, кто тебя так отделал? На следующий день лицо Хон Ёнхвы, встретившей меня в аудитории, исказилось в ярости, словно у демона. Она выглядела настолько пугающе, что мне захотелось немедленно сбежать. ---------- Том 1 Глава 16.1 Сначала я подумал, что ослышался. Мне вручили стальной меч, а Профессор Атра бросилась на меня с деревянным. Деревянный меч против стального. Это было безумием в любом обычном контексте. А я? Формально я слепой, верно? Предполагается, что у меня есть способности к восприятию, но, тем не менее, я тот, у кого закрыты глаза?.. При обычных обстоятельствах это было бы расценено как поступок сумасшедшего, но, учитывая разницу между Профессором Атрой и мной, я не мог отделаться от мысли, что за этим должен стоять какой-то умысел. Она — Профессор, отвечающий за боевую подготовку. Это всего лишь предположение, но она, должно быть, не менее искусна, чем Герой высокого ранга. Итак, я без колебаний вытащил меч. Я крепко сжал его, стоя лицом к лицу с атакующей Профессором Атрой. Я взмахнул мечом изо всех сил, намереваясь оказать сопротивление. Я предположил, что она без особых усилий заблокирует мою атаку и увернётся. Моё предположение оказалось верным. Мой меч не смог даже задеть её. Своими загадочными движениями она уклонялась от всего на волосок. Когда я делал выпад в её сторону, она наклоняла голову, чтобы увернуться; когда я описывал дугу, она уклонялась, не делая ни единого шага. Как будто она могла видеть будущее, и, несколько раз уклонившись от моих попыток, Профессор Атра с безразличным видом подняла свой деревянный меч. Тук! Тук! Тук! — Здесь, здесь и вот здесь. Атаки после уклонения. Она легко уклонялась от меча, приближалась, а затем ритмично колотила своим деревянным мечом по всему моему телу. Голова, плечи, руки, рёбра, бёдра, икры... она тщательно распределяла удары по всему моему телу. Я с трудом подавлял готовые вырваться крики. Как только я начну кричать, это может спровоцировать череду ещё большей боли. Это было не так уж мучительно, но достаточно больно, чтобы мне захотелось застонать. И сдерживать крики было сущим мучением. Это ведь называлось спартанскими тренировками, да? От моих ударов она уклонялась без особых усилий, и в то же время она советовала мне, как наносить удары, без особых усилий сокращая дистанцию и нанося удары по тем местам, которые она считала уязвимыми. Это было безжалостное избиение. Его интенсивность заставила меня задуматься, не были ли её прежние заявления о безразличии к студентам-отличникам ложью. На самом деле, я наблюдал за выражением её лица, подозревая, что, возможно, я ей не нравлюсь, но у неё было стоическое лицо, лишённое эмоций. Тук! Тук! Тук! Натиск продолжался. * * * В конце концов, после нескольких часов жестоких ударов деревянным мечом, моё обучение на сегодня подошло к концу. — На сегодня достаточно. Профессор Атра подошла ко мне, хаотично растянувшемуся на земляном полу. Рядом со мной, словно в качестве компенсации, стояла бутылка с водой. Мои руки дрожали, когда я потянулся за столь необходимой мне жидкостью. К этому времени наступил вечер, и земля приобрела светло-оранжевый оттенок от заката. — Мы будем придерживаться этого формата тренировок ещё несколько недель. Гха. Я чуть не подавился водой, которая лилась мне в горло. От осознания того, что меня будут так избивать в течение нескольких недель, у меня задёргались уголки глаз. Мне захотелось заплакать при мысли о том, что завтра я снова вновь буду избит. Всё моё тело болело. Вчера боль была от перенапряжения, а сейчас — от физического избиения. — И постарайся по возможности не получать никакого исцеления от других. Ах... Причина мне не понравилась, как только я догадался о ней. — Целительские способности могут мгновенно залечить раны, но это сведёт на нет большую часть сегодняшних тренировок и помешает развитию твоих собственных естественных целительских способностей. Поэтому постарайся, чтобы заживление происходило естественным путём, насколько это возможно. Физический рост обычно происходит по мере того, как мышцы растягиваются и заживают в процессе лечения. Повреждённые мышцы решают больше не рваться и растут в ответ на тяжёлые физические нагрузки. Целебные свойства бывают разных форм, но большинство из них известны как «мгновенное заживление» или «усиление восстановления». Если к повреждённым мышцам применить мгновенное заживление, они восстановятся до того, как у них появится шанс вырасти. Процесс восстановления протекает аналогично. Хотя это происходит не так быстро, как мгновенное заживление, оно предотвращает рост, поскольку зависит от внешней помощи. Другими словами, я возвращался домой избитым и в синяках. — Для справки, это расписание было составлено исходя из предположения, что твои способности к восприятию могут заменить обычное зрение. И, как я и ожидала, твоих способностей к восприятию достаточно, чтобы заменить зрение, поэтому я продолжу так же, как и сегодня. Профессор Атра добавила объяснение, как будто подумала, что я запутался. — Приходи на место завтра ко времени моего занятия. Сказав это, Профессор Атра повернулась спиной и ушла. Лёжа на спине, я почувствовал дуновение ветра. Рассеянно выдохнув, я понял, что что-то не так. Несмотря на то, что я лежал спиной к земле, а лицом к небу, я не мог его видеть. Это было неприятно. Я ещё раз осознал важность пространственного восприятия. Я чувствовал себя виноватым за то, что когда-то презирал пространственное восприятие. Что, если бы оно не смогло заменить мне зрение? Я... я не был бы уверен, что выживу. Возможно, это досадная способность, которая с самого начала доставляла мне боль, но теперь она стала незаменимой. — Угх. Я тяжело вздохнул, вспоминая недавний спарринг. Даже это произошло благодаря моему пространственному восприятию. В моей жизни было несколько случаев, когда я держал в руках меч. И тем более в бою. Меня довольно часто били, но я редко по кому-нибудь попадал. Недавний спарринг с Профессором Атрой. Все мои взмахи мечом были имитацией движений, которые я наблюдал в товарищеских спаррингах. ---------- Том 1 Глава 16.2 Спарринг между Кацуки Юсеем и Ен Хва. Оба использовали деревянные мечи, и их магическая сила не превышала уровня физического усиления. Кроме того, они не использовали свои уникальные способности. Правила были почти такими же, как и на моём недавнем занятии. Я сравнил свои движения с движениями Кацуки Юсея и Ен Хва. — Хм-м... Внутренняя оценка была сумбурной. Что-то, что невозможно сравнить... Когда я сосредоточился и сравнил нас, несоответствие стало просто смехотворным. Движения Кацуки Юсея были плавными и текучими, как течение реки. Несмотря на то, что Ен Хва на каждом шагу оттесняла его, он никогда не прекращал фехтовать, постоянно отражая её атаки. У Ен Хва был яркий и смелый стиль, очень похожий на её характер. Каждое движение было наполнено силой, что усложняло защиту. И движения не были вялыми, что затрудняло уклонение. Казалось, что в крупных и эффектных действиях было много возможностей, но все они были ловушками, и любой, кто неосторожно бросался в атаку, скорее всего, терял голову. В результате Кацуки Юсей, который использовал технику владения защитным мечом, в конце концов попал в ритм Ен Хва и в конечном итоге потерпел поражение. Несмотря на то, что их мастерство владения мечом было сопоставимым, было несоответствие или, возможно, слишком большая разница в характеристиках. Например, Ен Хва в одиночку победила монстра пятого уровня. Хотя Гоп Хва сыграл главную роль, уклонение от атак монстра и нанесение успешных ударов были результатом её собственного мастерства. Как по мне... Фехтование было бессвязным. Мои движения были далеки от стремительности, они напоминали капли воды, стекающие из полузакрытого крана. Между моими попытками атаковать в ближнем бою были промежутки, и Профессор Атра легко проскальзывала вперёд, чтобы нанести удар. Даже если бы я притворился, что наношу удары мечом, учитывая разницу в наших уровнях, она бы в любом случае набросилась на меня. Профессор Атра прерывала мой поток по собственному желанию. Каждый раз, когда я пытался принять боевую стойку, она наступала. Она делала выпад вперёд ещё до того, как я успевал поднять меч, оставляя меня в нерешительности. Если мне удавалось атаковать, она уклонялась, и, прежде чем я успевал опомниться, она начинала новую атаку. Мне не хватало мощных атак, характерных для Ен Хва. Мои навыки были не только на самом низком уровне, но и у меня не было способности интуитивно находить лазейку и наносить удары, как это делала она. Подводя итог, мой результат был нулевым. Что касается Профессора Атры?.. Я отбросил образ, который до сих пор вызывал в воображении, и вызвал её образ из спарринга, наблюдаемый с помощью пространственного восприятия. ...У Профессора Атры не было никаких отличительных черт. Она приняла твёрдую стойку. Она осторожно входила в бой и блокировала подачу перед моей атакой. Она прерывала поток, прежде чем он мог продолжиться, и наносила удары. Если на неё нападали, она уклонялась с минимальным отрывом. Это было не непредсказуемое движение, а естественная уловка, о которой подумал бы любой. И тогда она переходила в наступление. Её движения были как из учебника. Большинство из них я видел в книгах по фехтованию, которые просматривал ранее. В целом, они были простыми и незамысловатыми. По сути, я должен был последовать их примеру. Я продолжал вспоминать их. Материала было предостаточно. В течение нескольких часов после избиения за движениями Профессора Атры я продолжал наблюдать и запоминать. Движения Кацуки Юсея. Движения Ен Хва. Движения Профессора Атры... и мои движения. Я сравнивал, анализировал и сопоставлял их. О том, как правильно наступать на землю, о разделении дыхания, о методе управления дистанцией, о том, как держать меч, о том, когда нужно исправить осанку, о центре тяжести в нижней части тела, о повороте плеч, о направлении зрачков, о том, как управлять взглядом, о том, как переход от обороны к нападению. Я обработал данные. Превратил их в информацию. Применил информацию к себе. Внёс исправления, разобрал и перестроил заново. Провёл моделирование в мозгу и, если результаты казались мне неправильными, удалял их. Хотя конечным результатом по-прежнему было поражение, воображаемая версия меня, казалось, добивалась прогресса в этом процессе. Я повторил мысленную симуляцию. Я продолжал повторять её, основываясь на данных, полученных с помощью пространственного восприятия. Когда наступила ночь и земля скрылась из виду, сумерки тоже исчезли. Вместо них на землю упали звёзды, рассыпанные по ночному небу. В какой-то момент в уголке моего мозга возникло ощущение щекотки. Было неприятно, что я не мог почесать его напрямую, но это была любопытная стимуляция, которая вызывала чувство предвкушения. До переезда в общежитие я боролся с пространственным восприятием в своей однокомнатной квартире и почувствовал признаки перемен, которые теперь были узнаваемы. Но на этот раз это было не пространственное восприятие. Мастер на все руки. Уникальная способность из разряда универсальных, которая обеспечивает по крайней мере минимальный уровень владения всеми навыками — боевыми техниками, техникой владения телом, боевыми искусствами, владением мечом, копьём, производством, приготовлением пищи, манипулированием маной и так далее. Я уловил признаки изменений. У меня было представление о том, как это сделать. На моём лице расцвела гордая улыбка. * * * Ах, точно. Полежав ещё некоторое время в оцепенении, я наконец вспомнил. Я поднялся на ноги и направился обратно в спальню. Круглосуточное автобусное сообщение сделало моё возвращение быстрым и непринуждённым. Так закончился этот день. — Кто?.. [Ах?] — Что за хрень?.. Кто это сделал? На следующий день. Лицо Ен Хва, с которой я столкнулся в классе, было искажено, как у свирепого демона. Она была такой страшной, что мне захотелось убежать прямо здесь и сейчас. ---------- Тренировка (4) Профессор Атра изрядно меня поколотила — всё тело теперь в синяках. Живого места не осталось, отметины красовались буквально повсюду. Пока я возвращался в общежитие, на улице было почти пусто, так что обошлось без лишнего внимания. Но завтра мне снова идти на лекции, и если я заявлюсь с таким разукрашенным лицом, косых взглядов не избежать. Я попытался прикладывать лед, и припухлость немного спала, но толку от этого было мало. Вид всё равно оставался аховый. Ладно тело — его можно спрятать под одеждой, но вот лицо… «Чтобы так избивать, тоже нужен талант…» Со стороны казалось, что она лупит меня без разбору, но при ближайшем рассмотрении выяснилось, что серьезных травм нет. Синяки хоть и выглядели жутко, но стоило немного надавить льдом, как они начинали бледнеть — верный признак того, что повреждения поверхностные. На следующее утро гематомы сошли еще сильнее. Судя по всему, скоро они исчезнут окончательно. И всё же лицо оставалось пятнистым. Я всерьез раздумывал, не обмотаться ли чем-нибудь вроде хиджаба, но в итоге решил идти как есть. Глупо поднимать такой шум, да и внимание я привлеку в любом случае, с маской или без. Что же до неловкости от побитого вида… Решил просто перетерпеть. В конце концов, это не позорные раны, а результат занятий с профессором. Весь путь до академии я ловил на себе взгляды, а в аудиторию вошел с небольшим опозданием. — Ха Юль! Приве… О боже! Элия, уже сидевшая на месте, радостно обернулась. Она начала было махать рукой, но её взгляд замер на моем лице. Глаза её расширились, будто она увидела нечто невообразимое. Элия вскочила, прикрыв рот обеими руками. — Ха Юль! Ха Юль! Что случилось?! Она оттолкнула стул и в ужасе бросилась ко мне. Её бурная реакция заставила остальных студентов тоже обернуться. — Откуда эти раны?! Она заглядывала мне в лицо с бесконечной тревогой. Заметив, что синяки есть не только на скулах, но и уходят под одежду, Элия окончательно впала в ступор. [Получил на профильном занятии.] — Э-э?.. Что же это за лекции такие… Губы Элии мелко задрожали, она молитвенно сложила ладони. Я почувствовал, как между её рук концентрируется мана. Ощутив знакомый поток, зарождающийся внутри её тела, я резко перехватил её за запястья. — Ха Юль? Она посмотрела на меня с недоумением. Я покачал головой, вызывая у неё еще больше вопросов. Отпустив её руки, я отступил на пару шагов и набрал текст на смарт-часах. [Лечить нельзя.] — ?? Недоумение на лице Элии только усилилось. — Лечить… нельзя? Почему? [Это тренировка на восстановление. Нельзя прерывать.] — ?? Элия нахмурилась и озадаченно склонила голову. Её подруги, прибежавшие следом, тоже застыли с немым вопросом на лицах. — Тренировка на восстановление? Разве такое бывает? — У меня другой профиль, я не в курсе. — Нет, серьезно, разве кто-то так тренируется? — …По крайней мере, я такого никогда не видела. Услышав их перешептывания, Элия помрачнела еще сильнее. «Неужели это не самый популярный метод?» В моей «первой жизни», после того как я потерпел фиаско и начал серьезно качаться во втором прохождении, я часто этим пользовался. Если намеренно оставлять запас здоровья (HP) на низком уровне, система понемногу повышала характеристики выносливости, стойкости и скорость регенерации. На ранних этапах, когда каждая минута была на счету, это был отличный способ развития. Главное — не опускать планку слишком низко, иначе можно было получить перманентный штраф к здоровью, но и не оставлять слишком много, иначе эффекта не будет. Нужно было нащупать ту самую золотую середину. Сначала я и сам сомневался, но, услышав от профессора Атры нечто подобное, решил воплотить теорию в жизнь. В этот момент в зону моего пространственного восприятия вошла Хон Ёнхва. Я почувствовал, как она идет по коридору в сторону аудитории. Скрип Вскоре задняя дверь открылась. Хон Ёнхва, как и вчера, в своей красной куртке, неспешно вошла внутрь. Она окинула взглядом помещение, и её глаза остановились на мне. С мягкой улыбкой она направилась в мою сторону. — Ха Юль, доброе у… у… Тишина Слова застряли у неё в горле. Фраза, так и не сорвавшаяся с губ, растворилась в пустоте. Казалось, по аудитории пронесся ледяной ветер. — …… Подруги Ёнхвы, весело болтавшие за её спиной, мгновенно осеклись, почувствовав резкую перемену в атмосфере. Они переводили взгляд с меня на неё, стремительно бледнея. Шумный класс погрузился в мертвую тишину. Стало так тихо, что было слышно, как пролетает муха. И источником этой тишины была девушка передо мной. Вокруг Хон Ёнхвы завихрились зловещие потоки энергии. Все присутствующие кожей чувствовали: перед ними бомба, которая вот-вот взорвется. Студенты затаили дыхание. Я, стоя прямо перед ней, замер тем более. Её лицо превратилось в ледяную маску. Сквозь плотно сжатые челюсти и судорожно сжатые кулаки прорывался жуткий скрежет. И в противовес этому холоду, её алые глаза пылали, словно само адское пламя. Если бы я мог видеть, я бы ни за что не рискнул встретиться с ней взглядом. Нужно обладать поистине самоубийственной храбростью, чтобы смотреть в глаза Хон Ёнхве в таком состоянии. Её губы, до этого плотно сомкнутые, разомкнулись. Голос, едва сдерживающий ярость, дрожал. — Кто. [Ч-что?] — Какая, сука… Кто это с тобой сделал? По какой-то причине Хон Ёнхва всегда старалась не сквернословить при мне. Но сейчас, похоже, ей было не до приличий — ругательство сорвалось с её губ само собой. — …Ух. Я знал, что Хон Ёнхва относится ко мне тепло. До конца не понимал почему, но чувствовал её странную заботу. Поэтому я предполагал, что она как-то отреагирует на мой побитый вид, но особо не беспокоился. Я и представить не мог, что реакция будет настолько бурной. Благодаря пространственному восприятию я кожей чувствовал её ярость. Слышал скрежет её зубов, ощущал, как напряжено её тело. И, благодаря сродству с маной, я чувствовал огненный шар энергии, бушующий внутри неё. Мана Хон Ёнхвы из-за её уникальной способности «Адское Пламя» всегда имела огненную природу, и её было легко узнать. Были и другие маги с элементом огня, но с ней они не шли ни в какое сравнение. Если мана остальных была похожа на пламя факела, то мана Хон Ёнхвы была неистовым пожаром, пожирающим самого факелоносца. Эту мощь невозможно было спутать ни с чем. Её Адское Пламя было особенным. Даже среди обладателей этой редчайшей способности, славящейся своей разрушительностью, Хон Ёнхва выделялась невероятной мощью. А сейчас… сейчас её пламя, и без того буйное, ревело, словно перед началом апокалипсиса. — Кто это сделал?! Огонь полыхал. В её зрачках плясало Адское Пламя, готовое поглотить всё живое. Ярость была для него лучшим топливом. — А-а… Моё лицо побелело. Огонь, казалось, вот-вот набросится на меня. Правая рука внезапно отозвалась резкой болью. — …! Детское воспоминание вспыхнуло в голове — яркое, болезненное, сотканное из целого клубка чувств. — …А-а-ах! В тот день тоже бушевало пламя. Черный пепел поднимался к небу, застилая взор. Дым забивал горло, не давая вздохнуть. — А-а-а-а-а-а! День, когда сгорели заживо мои родители, которые и родителями-то никогда не были. День, когда запах паленого мяса наполнял ноздри, принося странное, пугающее облегчение. День, когда я думал: «Так вам и надо». День, когда я верил, что это небесная кара. Огонь сожрал и мою руку, но я был счастлив, что вы, по крайней мере, сдохли. — Твою мать! Откуда огонь?! — А-а-а! Помогите! Спасите-е-е! …День, когда сгорели люди, от которых я когда-то так отчаянно ждал любви. Тот день. Огонь, на который я смотрел, корчась на каменном полу и пытаясь сбить пламя с правой руки, наложился на пламя передо мной. Почему они слились? Просто из-за того, что и там, и там огонь? В тот момент, когда я почувствовал эту странность… Бушующее Адское Пламя вдруг дрогнуло и начало стремительно сжиматься. Яростные языки огня, только что готовые растерзать мир, затихли. «Ох…» Из-за нахлынувших воспоминаний я не сразу сообразил, что произошло. В какой-то момент точка обзора моего пространственного восприятия сместилась. До этого оно работало как радар, сосредоточенный только на ревущем впереди Адском Пламени. Вокруг ощущались сгустки маны поменьше, чувствовалась аура воды и льда — скорее всего, Пэк Арин. Пространственное восприятие дрогнуло. Картинка медленно изменилась. Разъяренное пламя исчезло, и на его месте оказалась растерянная Хон Ёнхва. — А… а-а!.. Прости! Прости меня! Она суетливо замахала руками. В её глазах смешались тревога, паника и жгучее чувство вины, а по лбу градом катился холодный пот. — Прости, что напугала!.. Я не на тебя злилась! Просто… я так разнервничалась!.. Трудно было поверить, что эта суетливая девчонка и то жуткое воплощение гнева — один и тот же человек. Я не знал, что сказать. Кое-как выровняв дыхание, я кивнул. Сердце бешено колотилось. Я прижал ладони к груди, пытаясь его успокоить. Честно говоря, я был в шаге от обморока. Мало того что мне пришлось столкнуться с Адским Пламенем, готовым вот-вот выйти из-под контроля, так еще из-за комбинации пространственного восприятия и сродства с маной я прочувствовал этот ужас в разы острее, чем кто-либо другой. [Всё хорошо.] Спустя некоторое время сердце наконец успокоилось. Несмотря на мои заверения, Хон Ёнхве потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя. Напугали меня, но она выглядела куда более дерганой. — …Тренировка на восстановление? Этот древний метод до сих пор кто-то использует? До начала лекции оставалось время, так что я смог всё объяснить. Усадив её на место и кое-как вытащив из пучины самобичевания, я по порядку изложил ситуацию. [Древний?] — Ну да. Раньше так делали, но… — Она поморщилась. — Эффективность там просто дерьмовая. Ой, то есть… Прости! Я хотела сказать — крайне низкая. Поэтому сейчас так почти никто не тренируется. [Ясно.] Хон Ёнхва, недовольно ворча, явно пыталась сдержать эмоции. После того как у неё вырвалось «дерьмовая», она испуганно глянула на меня и поспешно исправилась. Я не понимал, зачем ей так усердно фильтровать речь. Могла бы говорить как обычно. Наоборот, было видно, как ей неудобно постоянно подбирать «приличные» слова. Я несколько раз намекнул, что она может не стесняться, но Ёнхва, бормоча оправдания о «случайной оговорке», упорно продолжала строить из себя благовоспитанную леди. — Повышение регенерации? Эффект есть, не спорю. Но стоит ли оно того… сомневаюсь. Скорее уж только тело зря гробить, пользы от этого почти никакой. [Понятно.] Значит, метод для новичков, да еще и малоэффективный. И про вред здоровью она упомянула… Прямо как в оригинале, где можно было навсегда снизить максимальный запас HP. Действительно, на поздних этапах игры от этого не было никакого толку. — Да. Здесь, в академии, какой-то эффект, может, и будет. С бонусами к росту характеристик прогресс пойдет. Но если бы меня спросили, стала бы я так делать — мой ответ «нет». Закончив объяснение, Хон Ёнхва тяжело вздохнула. — Фух… Еще раз прости за то, что было. Опять я не совладала с эмоциями… Но ты точно в порядке? Ничего не болит?.. [Терпимо. Не так уж и больно.] «На самом деле больно до слез. Хочется сбежать. И я сам уже сомневаюсь, нужно ли мне это». Но профессор Атра — эксперт, а я — дилетант. Наверное, она знает, что делает… — …Так, значит? Как, говоришь, зовут этого профессора? — спросила Хон Ёнхва, подперев подбородок рукой и глядя куда-то в сторону. Я уже начал собирать вещи, готовясь к занятию. [Профессор Атра Клайд.] — Атра, Атра… Угу. Спасибо, что сказал. Она кивнула, не поворачиваясь ко мне. Хотя она смотрела в другую сторону, моё пространственное восприятие четко передавало выражение её лица. С ледяным видом Хон Ёнхва что-то тихо бормотала себе под нос. От этого зрелища у меня по спине пробежал холодок. Интуицию игнорировать нельзя. Я до сих пор помню то отчаянное предчувствие перед попаданием в этот мир, когда внутренний голос буквально кричал мне не нажимать кнопку создания персонажа. И сейчас, глядя на шепчущую Ёнхву, я чувствовал нечто похожее. Поэтому каждую перемену я тратил на то, чтобы убедить её: профессор Атра ни в чем не виновата. Что последние два дня она выкладывалась на полную, обучая меня, и что она прекрасно учит обращаться с оружием. И что эта тренировка на восстановление — моё добровольное решение. — Да поняла я, поняла. Просто имя спросила, любопытно стало… После моих долгих и нудных заверений ледяная аура Ёнхвы наконец рассеялась. Видимо, я её окончательно достал: она покраснела и замахала на меня руками, прогоняя, а я поспешил ретироваться. Тревожное чувство внутри наконец утихло. Не знаю, что именно она задумала, но, кажется, я предотвратил катастрофу… Я облегченно выдохнул. *** Просторный старый тренировочный зал. Профессор Атра протянула мне длинное копье. В другой её руке было зажато тренировочное деревянное копье. — Сегодня займемся копьем. Я принял оружие с совершенно опустошенным видом. Не прошло и дня, а арсенал уже сменился. ---------- Том 1 Глава 17.1 Профессор Атра основательно избила меня, и теперь я был весь в синяках. Они были равномерно распределены по всему моему телу, не оставляя ни единого нетронутого места. Когда я возвращался в общежитие, всё было в порядке, так как вокруг было немного людей. Однако, думая о том, что завтра мне придётся идти на занятия с синяками на лице, я понимал, что привлеку ненужное внимание. Прикладывание пакетов со льдом немного уменьшило их, но это не сильно изменило ситуацию; мой внешний вид по-прежнему привлекал внимание. Хотя одежда могла скрыть синяки на моём теле, проблема, естественно, заключалась в моём лице. Даже когда тебя бьют, требуются навыки... Может показаться, что удары были нанесены бессистемно, но при ближайшем рассмотрении на моём теле не было никаких особо повреждённых участков. Хотя синяки и образовались, я приложил к ним пакет со льдом и увидел, как они проходят, что доказало, что это не были серьёзные травмы. На следующий день синяки ещё больше рассосались. Казалось, что такими темпами они исчезнут совсем скоро. Тем не менее, моё лицо по-прежнему было покрыто синяками, и я задумался, что с этим делать. Я даже подумывал о том, чтобы надеть хиджаб или что-то в этом роде, но решил просто оставить всё как есть. Мне казалось, что я поднимаю шум из-за пустяка, и независимо от того, прикроюсь я или нет, я привлеку к себе внимание. Смущение от того, что я показываю своё избитое лицо... Я решил стерпеть это. Не то чтобы это были постыдные шрамы, в конце концов, они — результат занятий с Профессором. Всю дорогу до Академии я был в центре внимания многих людей и пришёл в класс с небольшим опозданием. — Здравствуй, Ли Ха! Доброе утро... Боже мой! Лиана, которая пришла раньше, повернула голову с приветственной улыбкой. Она начала махать мне, но замерла, когда её взгляд упал на моё лицо. Её глаза расширились, как будто она увидела что-то, чего не должна была видеть, и, прикрыв рот обеими руками, резко встала. — Ли Ха! Ли Ха! Что с тобой случилось? Она оттолкнула свой стул и поспешила ко мне, выглядя испуганной. Её бурная реакция привлекла ещё больше внимания. — Что с тобой произошло? Ты весь в синяках! Она внимательно посмотрела на меня с выражением беспокойства на лице, потрясённая тем, что увидела синяки не только на моём лице, но и в других местах. [Это случилось во время основного занятия.] — Что... Что же там происходило?.. Губы Лианы задрожали; затем она сложила руки вместе, собирая ману. Я почувствовал, как внутри неё материализуется постоянный поток маны, и, протянув руку, крепко сжал запястье Лианы. — Ли Ха? Озадаченная моим поступком, Лиана выглядела ещё более озадаченной, когда я покачал головой. Отойдя на несколько шагов, я постучал по своим умным часам. [Меня нельзя лечить.] — ?.. Вопросы туманили лицо Лианы, скорее множась, чем рассеиваясь. — Нельзя?.. Почему? [Восстановительные тренировки.] — ?.. Лиана нахмурила брови и склонила голову набок, явно выражая замешательство. Остальные, которые последовали за ней со своими восклицаниями, были так же озадачены, вопросительные знаки практически парили у них над головами. — Восстановительные тренировки? Это что такое?.. — Не знаю, у меня другая специализация. — Нет, но многие ли люди проходят такое обучение? — ...Я, по крайней мере, никогда такого не видела. Выражение лица Лианы стало ещё более странным, возможно, она услышала шёпот вокруг себя. Разве это не был широко используемый метод обучения?.. Потерпев сокрушительное поражение в своей первой жизни, я начал применять этот метод, начиная со второй, в качестве стандартного способа повышения уровня. Это была система, при которой намеренное поддержание низкого уровня жизненной силы (ХП) постепенно увеличивало выносливость, показатели стойкости и скорость восстановления жизненной силы. В первые дни, когда была дорога каждая секунда, я часто использовал этот метод тренировки. Однако, если было потрачено слишком много жизненной силы, это могло привести к необратимым потерям, а если было потрачено недостаточно, метод был неэффективен. Поэтому было важно найти правильный баланс. Даже я сначала отнёсся к этому скептически, но, услышав нечто подобное от Профессора Атры, решил попрактиковаться. Именно тогда Ен Хва вошла в моё пространственное восприятие. Я почувствовал, как Ен Хва пересекает коридор и направляется в класс в пределах слегка суженного диапазона моего восприятия. Вшух. Вскоре после этого задняя дверь открылась, и в класс ввалилась Ен Хва, одетая в тот же красный джемпер, что и вчера. Она оглядела комнату, а затем её взгляд остановился на мне. Приблизившись с лёгкой улыбкой, Ен Хва поприветствовала меня. — Привет, Ли Ха. Как у... Ах... Ч... Её слова запнулись и растворились в пустоте. Казалось, откуда-то подул холодный ветерок. — ... У друзей Ен Хва, которые болтали и последовали за ней, были удивлённые лица из-за внезапной перемены в атмосфере. Они переводили взгляд с меня на Ен Хва и обратно, и их лица побледнели. В некогда оживлённом классе воцарилась тишина. Здесь стало так тихо, что не было слышно даже шагов муравьёв. Причина была прямо передо мной. Вокруг Ен Хва витала зловещая энергия. Все знали — они чувствовали непосредственное присутствие бомбы замедленного действия, и поэтому все затаили дыхание. Я, стоявший прямо перед Ен Хва, затаил дыхание ещё сильнее. Выражение её лица было леденяще жёстким. Между сжатыми зубами и кулаками проскальзывали прерывистые, зловещие звуки трения. Вопреки выражению её лица, её глаза горели красным, как пламя ада. Если бы я открыл глаза, я бы не осмелился встретиться с ней взглядом. Чтобы встретиться взглядом с Ен Хва в таком состоянии, потребовалось бы огромное мужество. Её губы, твёрдые, как ворота замка, наконец приоткрылись. Голос, который просочился сквозь них, дрожал от едва сдерживаемой ярости. — Кто?.. [Ах?] — Что за хрень?.. Кто это сделал? По какой-то причине Ен Хва раньше воздерживалась от грубых выражений в моём присутствии. Но сейчас, то ли из-за недостатка самоконтроля, то ли просто из-за безразличия, с её губ сорвались вульгарные слова. — ...угх. Я знал, что Ен Хва относилась ко мне с определённой нежностью. Хотя я и не понимал точно почему, я чувствовал, что каким-то образом она беспокоилась обо мне. ---------- Том 1 Глава 17.2 Поэтому, когда я решил прийти на занятия, несмотря на то, что был весь избит, я подумал о том, какой может быть её реакция, но я не особенно волновался. Я не ожидал, что она будет такой сильной. Я почувствовал выражение её лица через пространственное восприятие. Трение между стиснутыми зубами, напряжение в кулаках. И благодаря моей любви к сродству с маной, я даже смог почувствовать огненный шар маны внутри Ен Хва. Её мана, созданная под влиянием уникальной способности Гоп Хва и обладающая свойствами пламени, всегда была легко узнаваема. Хотя были и другие, обладающие огнеподобной маной, разница с Ен Хва была разительной. Если другие были факелами, то Ен Хва была неистовым пламенем, способным поглотить даже тех, кто держал факелы. Не было никаких шансов на неправильное восприятие; разница была слишком очевидной. Гоп Хва Ен Хва была особенной. Даже среди тех, кто обладал уникальной способностью Гоп Хва, и среди её прошлых обладателей, её результаты были исключительными. И особенно сейчас, когда обычно суровый, бушующий огонь, казалось, был на грани шторма, пылая таким безумием, какого никогда раньше не было. — Кто это с тобой сделал?!.. Пламя бушевало. В её глазах вспыхнул огонь, который мог поглотить всё вокруг. Эмоции подпитывали пламя, заставляя его разгораться ещё яростнее. — Ах, о!.. Её лицо стало призрачно-белым. Языки пламени, которые, казалось, готовы были вспыхнуть в любой момент, заплясали у меня перед глазами. Моя правая рука начала пульсировать. — !.. Неожиданно нахлынуло воспоминание из детства. Это было воспоминание, наполненное сложными эмоциями. — ...Ах! В тот день тоже мерцало пламя. Это был день, когда небо, затянутое чёрным пеплом, затуманило моё и без того затуманенное зрение. Моё горло, которое и без того было сдавлено, стало ещё туже. — А-а-а-а!!! Это был день, когда мои родители, которые никогда по-настоящему не вели себя как родители, сгорели заживо. День, когда запах обугленной плоти наполнил мой нос и вызвал у меня извращённое чувство удовлетворения. День, когда я почувствовал, что они заслужили такое Божественное наказание. Возможно, оно задело и мою руку, но, по крайней мере, они погибли, и это почему-то обрадовало меня. — Чёрт! Почему вдруг начался пожар?!.. — А-а-а-а-а! Пожалуйста, спасите меня!.. ...Это был день, когда родители, любви которых я когда-то жаждал, сгорели заживо. Тот день. Языки пламени, от которых я отбивался, когда растянулся на каменном полу, пытаясь стряхнуть огонь, вцепившийся в мою руку, и огонь передо мной сейчас, казалось, накладывались друг на друга. Почему они накладывались друг на друга? Не потому ли, что они оба были связаны с огнём, ко мне вернулось воспоминание? Это был момент, когда я почувствовал что-то неладное. Пылко горящий Гоп Хва заколебался, а затем уменьшился в размерах. Злобно хлещущее пламя начало медленно спадать. Ха. Я поздно осознал это, так как вспоминал прошлое. С определённого момента перспектива пространственного восприятия изменилась. До этой трансформации моё пространственное восприятие было подобно радару. Перспектива, в которой я ощущал только Гоп Хва, сверкающую передо мной. Поблизости скопилось множество более мелких и крупных отпечатков маны, и я также почувствовал ауру воды и льда, вероятно, принадлежащую Бэк Арин. Моё пространственное восприятие дрогнуло, медленно меняя перспективу. Злобно пылающий Гоп Хва угас, и его место заняла взволнованная Ен Хва. — Ах, ох!.. Прости! Мне жаль!.. Ен Хва в панике размахивала руками. Её глаза, полные неуверенности, тревоги и чувства вины, покрылись холодным потом. — Прости, что разозлилась!.. Это было не на тебя! Просто я слишком разволновалась!.. Хотя я был сбит с толку резкой переменой, произошедшей минуту назад, я не мог заставить себя ничего сказать. Пытаясь отдышаться, я кивнул. В груди у меня стучало. Я прижал руки к сердцу и надавил на него. Честно говоря, я чувствовал, что вот-вот упаду в обморок, хотя всё ещё стоял. Столкнуться лицом к лицу с потенциальной яростью Гоп Хва было достаточно неприятно, но сочетание пространственного восприятия и сродства к мане позволило мне почувствовать это острее, чем кто-либо другой. [Я в порядке.] Через некоторое время моё сердце, наконец, успокоилось. Несмотря на неоднократные заверения в том, что со мной всё в порядке, на то, чтобы успокоить Ен Хва, ушло больше времени. Это я был напуган, но почему-то Ен Хва выглядела более встревоженной. — ...Восстановительные тренировки? Они всё ещё используют такой устаревший метод? До начала занятий оставалось ещё некоторое время, так что у меня было время объяснить ситуацию. Успокоившись, я спокойно объяснил всё это Ен Хва, которая, образно говоря, копала себе яму и называла себя мусором. [Устаревший метод?] — Да. Я имею в виду, не то чтобы я никогда не использовала этот метод, но... Она с отвращением скривилась. — Эффективность — полное дерьмо собачье? Нет, нет, я оговорилась! Эффективность просто очень низкая? Вот почему этот метод в наши дни отвергнут. [Да.] Ен Хва, которая выражала своё недовольство, словно подавляя эмоции, ухватилась за то, что сама употребила «собачье дерьмо», и, увидев мою реакцию, поспешно исправила формулировку. Я удивился, зачем ей понадобилось менять «собачье дерьмо» на «очень низкая». Для неё было бы прекрасно говорить свободно. На самом деле, ей казалось очень неудобным вот так фильтровать свой язык. Однако, несмотря на то, что я уговаривал её говорить спокойно, по той или иной причине Ен Хва настаивала на том, чтобы говорить до смешного вежливым тоном, несмотря на то, что, очевидно, считала свои предыдущие слова ошибкой. — Ускоряет выздоровление? Это не исключено. Но вопрос в том, является ли это значительным числом.. это также не так. На самом деле, если твоему организму наносится вред, он получает его, и вряд ли это даёт положительный эффект. [Ага.] Итак, это метод на ранней стадии с низкой эффективностью. И телу наносится урон... Это мало чем отличается от оригинальной работы, где вы могли бы испытывать постоянный упадок жизненных сил. Позже это, конечно, не было особенно эффективным. — Да. Дело не в том, что нет никаких эффектов. Если тебе сделают коррекцию роста, это, несомненно, даст эффект. Но если ты спросишь меня, стоит ли это делать, я бы не стала этого делать. Закончив свои объяснения, Ен Хва глубоко вздохнула. — Ах... Я действительно сожалею о том, что произошло раньше. Я снова потеряла контроль над своими эмоциями... Но ты действительно в порядке? Это не слишком больно?.. [Я могу это вынести. Это не так уж и больно.] Мои слёзы могут высохнуть от боли. Я хочу убежать. Я также задаюсь вопросом, действительно ли это необходимо. Но Профессор знает лучше, чем такой любитель, как я... Она, должно быть, знает, как лучше преподавать... — ...Итак? Как зовут Профессора? Когда я начал собирать свои вещи и готовиться к занятиям, Ен Хва, которая подпёрла подбородок рукой и наблюдала за происходящим со стороны, спросила. [Профессор Атра Клайд.] — Атра, Атра... Хорошо. Спасибо, что сказал мне. После рефлекторного ответа Ен Хва кивнула, не глядя на меня. ...Может, она и отвернулась, но в моём пространственном восприятии выражение её лица было видно полностью. Внешне безразличная Ен Хва что-то бормотала. Необъяснимый холодок пробежал по моему телу. Нельзя игнорировать инстинкты. Я вспомнил интуицию, которая отчаянно требовал не нажимать кнопку «создание персонажа» непосредственно перед приходом в этот мир. Из зловещего бормотания Ен Хва я почуял тревожное предчувствие. Поэтому на каждом перерыве я горячо настаивал на том, что Профессор Атра не сделала ничего плохого. В последние два дня она делала всё, что в её силах, и хорошо обучала меня обращению с оружием. Я неоднократно подчеркивал, что этот восстановительный тренинг я проходил с собственного согласия. — Ах, я поняла. Мне просто стало любопытно, и я хотела узнать её имя... По мере того, как я последовательно излагал свою точку зрения окружающим, ледяное поведение Ен Хва постепенно спадало. Когда я продолжил давить на неё, она покраснела и замахала руками, побуждая меня быстро увеличить дистанцию между нами. Вопящая интуиция утихла. Я не был уверен, почему я это почувствовал, но если бы я оставил всё как есть, могло произойти что-то ужасное. Я тихо вздохнул с облегчением. ---------- Тренировка (5) Приступая к тренировкам, Атра сразу предупредила: никаких поблажек из-за «особого статуса» не будет. Она заявила, что системного подхода не жди — обучение пойдет через спарринги, максимально приближенные к реальному бою. И добавила, чтобы он стиснул зубы и терпел, даже если будет невыносимо больно. В этих словах крылась доля лукавства. «Никаких поблажек» — это ложь. На самом деле Атра была настроена скорее предвзято. Обучать кого-то... И не просто читать лекции, а наставлять лично, один на один — это пробуждало в ней крайне неприятные воспоминания. Те, что хотелось бы забыть навсегда. Но те, что порой всплывали в памяти помимо её воли. Если бы кто-то другой обратился к ней с подобным предложением, она бы послала его куда подальше, не стесняясь в выражениях. А если бы тот посмел еще раз открыть рот — просто впечатала бы кулак в лицо. Однако просителем был не кто иной, как Хозяин Колыбели. Благодетель, не раз выручавший её, и человек, знавший о её обстоятельствах. Раз уж он пошел на такой шаг, значит, у него были на то веские причины. И Атра, скрепя сердце, согласилась. Но сомнения оставались. Был ли этот парень действительно тем талантом, ради которого Ректор лично привел его сюда? Стоил ли он того? К тому же личная неприязнь к формату индивидуального обучения заставляла её смотреть на ситуацию скептически. «Системного обучения не будет» — а вот это уже правда. Хотя, по мнению Атры, она всё делала вполне последовательно. Какой бы паршивой ни казалась эта затея, нужно было соблюсти хотя бы минимум приличий, чтобы не ударить в грязь лицом. В первый день, заставив его бегать, она проверяла начальный уровень физических способностей и силу воли. Можно было использовать и другие методы, но чего еще ожидать от новоиспеченного сверхчеловека, который только что пробудился? «Ниже некуда». Физические данные — провал из провалов. Даже для новичка он был слишком слаб. Едва дотягивал до самого низа низшего ранга. Воля... она была. И определенная злость тоже. Но было ли в нем что-то действительно выдающееся? Нет. Уникальная способность — Сенсорика. Базовый уровень позволял ему вести нормальную жизнь, несмотря на слепоту. Точных замеров Атра не проводила, но, судя по ответам Ли Ха Юля, его восприятие было необычным и стояло на голову выше рядовых способностей этого типа. На второй день она снова заставила его бежать. Нужно было проверить, какой прогресс даст Благословение роста. Обычно ждать результатов за одну ночь — безумие. Люди крайне редко меняются так быстро. Даже те, кто только обрел силу. Но с Благословением роста всё иначе. Сиёлам изначально был местом, где возможен рост за пределами всяких стандартов. Не зря юные сверхлюди так отчаянно стремятся сюда попасть. «Вполне ожидаемо». Его показатели выросли заметнее, чем у других курсантов. Но это было логично — он должен был превосходить средний уровень. У него другой коэффициент из-за особого статуса, так что прогресс обязан быть выше, чем у остальных. Затем она вручила ему меч и провела простое испытание. «Хм». Несмотря на предвзятость, Атра не собиралась ничего выдумывать или отрицать очевидное. В этом аспекте у него был талант. Когда она впервые дала ему в руки меч и внезапно атаковала, он, к её удивлению, сумел предугадать удар и среагировать. После этого, хотя она почти ничего не объясняла, его рост был заметен с каждым мгновением. Траектория меча становилась острее, хват — увереннее. Сначала его движения казались неестественными, будто он просто копировал кого-то, но со временем он начал их усваивать, превращая в собственную технику. И всё же — этого мало. Талант есть. При должном усердии он мог бы сравняться с теми, у кого уникальная способность связана с фехтованием. Или, возможно, у него есть скрытая техническая способность в дополнение к Сенсорике. И что с того? Тех, чьи способности связаны с мечом, — великое множество. И Сиёлам — это место, где собраны лучшие из них, те, кто годами проливал кровь и пот. Нельзя сказать, что его талант посредственен. Но если приклеить ярлык «особый статус»... возникал вопрос: «А стоит ли оно того?» Будь он обычным курсантом, она бы сказала, что из него выйдет толк. Будь он зачислен по рекомендации, она бы сочла его весьма перспективным... Но клеймо «особого статуса» слишком тяжело. Слабое тело, неплохая ментальность, продвинутая Сенсорика, быстрое освоение меча. Всего этого недостаточно для беспрецедентного зачисления вне конкурса. Между сияющими надеждами «золотого поколения» и тем потенциалом, что демонстрировал Ли Ха Юль, лежала пропасть. Конечно, прошло всего два дня. Возможно, его истинный дар лежит не в области меча. Делать окончательные выводы пока рано. Поэтому на следующий день она вручила ему копье. Ли Ха Юль принял оружие с кислым миной. Он ощупывал древко с таким видом, будто сомневался в адекватности происходящего. Его можно понять. Пусть прошел всего день, он только начал привыкать к мечу, а тут — смена вооружения. Как говорится, «копай одну яму, но глубоко». При ограниченном времени и ресурсах логичнее сосредоточиться на чем-то одном. Но у Атры было иное мнение. Сосредоточенность — это хорошо. Но разве можно не знать, как копать другие ямы и что из этого выйдет? Нелепо держать в руках меч и не иметь представления о том, как работает копье. Даже если он не выберет копье своим основным оружием, он обязан знать, как против него сражаться. По крайней мере, так считала Атра, отвечавшая за его боевую подготовку. Она давала ему разное оружие, чтобы нащупать его истинный талант. И чтобы через личный опыт он понял принципы противодействия каждому виду вооружения. Именно так тренировалась сама Атра, и благодаря таланту и запредельному упорству она стала героем высшего ранга в категории «ближний бой». — Ну что, начнем. Какое-то время она будет проверять его таланты именно так. Если выяснится, что Ли Ха Юль не тянет на «особый статус», придется снизить интенсивность и ограничиться стандартным обучением. Глядя на Ха Юля, который крепко сжал древко копья, Атра коротко предупредила и нанесла выпад. Канг! Копье тут же было отбито. «О?» Легкое чувство странности. Атра отвела слегка вибрирующее копье и атаковала снова. Три выпада подряд: в межбровье, в горло, в сердце. Вчера Ха Юль с мечом тоже блестяще отразил первый удар. Он довольно ловко отбросил атаку, которая, казалось, должна была достичь цели. Но последующая реакция была неумелой. Связки между движениями хромали, его было легко прервать. Можно было задавить его еще до того, как он начнет маневр. Таким был вчерашний Ха Юль. Трес! Канг! Скрежет! Он реагирует. Копье блокирует все три удара. Глаза Атры расширились. Связки движений на удивление плавные. Куда совершеннее, чем вчера. Чтобы проверить его, она отводит копье. Следом идет рубящий удар. Копье — оружие для уколов, но благодаря длине его рубящие и сметающие удары тоже сокрушительны. Вжух! Наконечник рассек воздух. Ха Юль не стал лезть на рожон, а просто отступил на несколько шагов, перехватил древко и рванулся вперед. «Хм-м». Промахнувшись, Атра мгновенно переводит рубящий удар в колющий. Атака меняется в долю секунды. Острие пронзает воздух — прямой, честный выпад. Так! Копье, летевшее в цель, столкнулось с другим копьем. Атра не отступила, продолжая вращать оружие. Ха Юль на этот раз тоже не пятился, принимая вызов. Копья сплелись. Уколы сталкивались с уколами, блоки пресекали рубящие удары, древки скрежетали в силовой борьбе. «Этот парень...» Кто он вообще такой? Пока их оружие перекрещивалось, во взгляде Атры промелькнуло недоумение. Вчерашний Ха Юль неплохо владел мечом. Она сочла его неумелым, но для первого раза это был достойный уровень. Сегодняшний Ха Юль отлично владеет копьем. Неумело? По меркам Атры — всё еще да. Но прогресс по сравнению со вчерашним днем был поразительным. Вчера он тренировал меч. Сегодня в руках копье. И всё же он стал сильнее. И более того. Так! Та-дак! Чень! Он продолжает расти прямо сейчас. Скорость этого роста пугала. Куда быстрее, чем вчера. Чтобы проверить его предел, она подняла планку. Физическая сила осталась прежней, но плотность техники возросла. Ха Юль, до этого державшийся уверенно, нахмурился. Поняв, что лобовое столкновение становится непосильным, он перешел от жестких блоков к скользящим парированиям. Его ноги двигались по земле плавно, словно в танце. Запинки в шагах, на которые она указывала раньше, исчекли. Благодаря этому корпус освободился, он успешно защищался и время от времени огрызался контратаками. Казалось, он сделал ставку на оборону с последующим выпадом. Атра приняла правила игры. Не используя хитростей, она начала методично долбить по его защите. Копье, преграждавшее путь её деревянному оружию, угрожающе задрожало. Выстроенная им оборона, казалось, вот-вот рассыплется. Но он держал последний рубеж. И до сих пор, в отличие от вчерашнего дня, не пропустил ни одного удара. И что самое странное — его физический уровень отличался от вчерашнего... нет, дело не в этом. Странная ситуация. Атра прищурилась. Она еще не могла вынести окончательный вердикт — не хватало данных. Для этого нужно было прижать Ха Юля сильнее. Чтобы определить направление его дальнейшего развития, нужно еще немного... «— Готовьтесь, учитель! Как только я вас догоню, я верну вам всё, что получил!» «...» Неприятное воспоминание. Снова оно. После сотни обменов ударами защита была пробита. *** Копье летит в меня без остановки. С помощью пространственного восприятия я пытаюсь реагировать, но не успеваю обработать одну атаку, как прилетает вторая, третья! «Гя-а-а-ак!..» Вчера она дала мне меч, а сегодня заставляет махать копьем. Я же со вчерашнего вечера до самого утра в голове только меч и прокручивал, а теперь — на тебе, копье. Обидно, конечно, но я взял копье. Раз мастер говорит — значит, в этом есть смысл. К счастью, категория «бой» одна и та же, так что с копьем я управлялся на удивление неплохо. Видимо, симуляции, ради которых я пожертвовал сном, не прошли даром — поначалу я вообще не пропускал ударов. После вчерашнего спарринга и утренних событий я много думал о пространственном восприятии. Я видел, как полыхает Гэпхва. Я и раньше её видел, но она никогда так не вибрировала и не была такой четкой. Пространственное восприятие. В первый день я чуть не сдох от избытка информации, а потом «урезанный радар» выдавал слишком мало данных. Сейчас моё восприятие работает в режиме «цвета и тени» — почти как обычные глаза. Но я задумался. Радар давал мало информации. Без цветов жить неудобно. Но разве я не видел движений? Видел. И отлично. Я спросил себя: так ли важны цвета в бою? Зависит от боя, конечно. Но во вчерашнем спарринге на мечах они были не нужны. Информационный поток пространственного восприятия имеет предел. Точнее, предел есть у моей способности этот поток усваивать. В первый день мозг просто не выдержал перегрузки и выдал ошибку. Радар или цветное зрение? Что эффективнее для распознавания простых движений в бою? Кх-х-х! Канг! Дзынь! Ответ — радар. По крайней мере, сейчас я чувствую движения Атры гораздо лучше, чем вчера. Мир в черно-зеленых тонах. Зрелище тошнотворное, видеть его не хочется, но для боя этот режим подходит куда лучше. Навык управления восприятием тоже подрос: даже в режиме радара я теперь могу различить черты лица. Если раньше ладонь казалась просто плоской поверхностью, то теперь я чувствую каждую линию на ней. Благодаря этому я чувствую гораздо больше и успеваю реагировать. Ну и симуляции, которые я крутил во сне, помогли. Честно говоря, я так впахивал в этих симуляциях только потому, что мне было чертовски больно. Я понял: если меня так будут мутузить каждый день, я реально коньки отброшу. Говорят, рост сопряжен с болью. Слышал я такое. Но есть и другое мнение: Рост без боли куда приятнее. Всё просто. Я не хотел быть боксерской грушей. Я с детства привык к побоям, но «привык» не значит «хочу продолжать». Я так старался, и вот!.. Дзынь! Так! Тень! Так! — Сюда, сюда. — Кх! Гха! Древко копья, пробив защиту, ударило по плечу и бедру. Острая боль прошила позвоночник, я крепко стиснул зубы. «Всё равно огребаю!..» Я же стал сильнее, чем вчера!.. Вначале я держался молодцом, но в какой-то момент профессор Атра подняла уровень, в мгновение ока разнесла мою оборону и принялась за старую добрую порку. Так! — Контратака вялая, поэтому у противника полно возможностей для нападения. Видишь, как усиливается натиск на твою защиту? Дзынь! Пак! — Работай ногами. Копье вращают руки, но всё твое тело движется за счет ног. Пак! — Не рассматривай каждое движение по отдельности, связывай их. Один ход влияет на всё, что ты сделаешь после. Тут даже возмущаться сложно — за каждым ударом следует дельный совет. Если бы она просто меня избивала, я бы, может, и взбунтовался, но она ведь учит. Защита рухнула после сотни с лишним обменов ударами. Спустя несколько часов. Сегодня я снова распластался на земле. Пока я заторможенно ощупывал свое истерзанное копье, ко мне подошла профессор Атра. Она выглядела озадаченным, словно над чем-то размышляла. — По сравнению со вчерашним днем ты определенно вырос. Неожиданный рост. Впрочем, от взбучки это меня не спасло. Даже несмотря на то, что я почти полностью пожертвовал сном и лишился нормального зрения, которое с таким трудом вернул после всех мучений. Бросив еще пару фраз, профессор Атра развернулась и покинула тренировочную площадку. В голове всё путалось, и я едва мог вспомнить, что она только что сказала. «...» Что-то не так. Я хорошенько призадумался и тяжело вздохнул. «А... Вода?..» Обычно после тренировки она давала мне хотя бы немного воды. Почему не сегодня?.. Пить хочется невыносимо... ---------- Том 1 Глава 18.1 В начале обучения Атра заявила, что не было никаких поблажек в отношении особого допуска. Не было систематического метода; обучение проходило в форме боя, который был близок к реальному. Она добавила, что это будет достаточно сложно, чтобы вызвать слёзы, поэтому мне следует стиснуть зубы и продолжать. Тем не менее, в этом заявлении была доля лжи. — В особом допуске нет поблажек. Это ложь. Честно говоря, мне это немного не нравится. Учить кого-то. И не просто обычная лекция, а личное обучение с кем-то один на один вызывает у Атры крайне неприятные воспоминания. Воспоминания, которые она предпочла бы не вспоминать. Однако иногда они неизбежно всплывают против её воли. Если бы кто-то другой сделал такое предложение, она бы обругала его и отправила восвояси. Если бы они посмели снова открыть рот, она бы без колебаний ударила их. Но тот, кто это предложил, был не кто иной, как хозяин колыбели. Благодетель, который обеспечил Атре некоторые удобства, и кто-то, кто был осведомлён о её обстоятельствах. Несмотря на это, она неохотно согласилась, думая, что за таким предложением должна быть какая-то серьёзная причина. Но сомнения оставались. Был ли этот человек достоин того, чтобы его лично пригласил директор? Действительно ли он стоил того? Этот вопрос не выходил у неё из головы. К этому примешивались и личные чувства, что склоняло восприятие этого индивидуального обучения в сторону неприязни. — Систематического обучения нет. Это правда. Но что касается Атры, то она была по-своему систематична. Даже если это крайне неблагодарная задача, есть минимальный стандарт, который необходимо соблюдать, чтобы сохранить лицо. В первый день бег использовался для оценки основных физических возможностей и решимости. Хотя это был не единственный способ измерить способности, от только что пробудившегося сверхчеловека нельзя было ожидать чего-то экстраординарного. — Едва справляется. Физические способности были на пределе. Даже учитывая, что он недавно стал сверхчеловеком, он слаб. Едва справлялся даже с самым низким рангом. Сила воли... в нём есть что-то. В нём есть что-то особенное. Но действительно ли это что-то выдающееся? Нет, это не так. Его уникальная способность основана на восприятии. Основные функциональные возможности позволяют ему жить нормальной жизнью, несмотря на то, что он слепой. Хотя точные измерения ещё предстоит провести, основываясь на ответах Ли Ха, можно предположить, что среди способностей к восприятию это совершенно уникальная способность, которая занимает высокое место. На второй день были запланированы дополнительные пробежки, чтобы оценить степень улучшения благодаря благословению Башни Роста. Обычно ожидать заметных результатов в одночасье было бы безумием. Очень редко кому-либо удаётся значительно вырасти всего за один день, будь то сверхчеловек или нет. Но с благословения Башни Роста это не невозможно. В конце концов, Колыбель — это место, где возможен невероятный рост. Неудивительно, что юные сверхлюди отчаянно хотят попасть сюда. Достаточно прилично. Его темпы роста выше, чем у других студентов. Но, учитывая, что он зачислен по специальной программе, это ожидаемо; он должен быть выше других по уровню, предусмотренному для специального приёма. Затем Атра вручила Ли Ха меч для простого испытания. Хм-м. Несмотря на скептический настрой, Атра никогда не выдумывала несуществующие факты и не отрицала реальность. В этой части проявился некоторый врождённый талант. Когда Ли Ха впервые взял в руки меч и подвергся неожиданной атаке, он поразительно предвидел и хорошо отреагировал. Затем, без дополнительных указаний, с каждым ударом стал заметен заметный рост. Траектория движения меча становилась всё более чёткой, а стойка, в которой он удерживался, неуклонно улучшалась. Поначалу было много неловких моментов, как будто он копировал чьи-то движения, но со временем это, казалось, стало частью его собственной техники. И всё же, это оставалось посредственным. Талант был налицо. При хорошей физической подготовке он, возможно, мог бы сравниться с теми, у кого есть уникальные способности, ориентированные на бой, или, может быть, он даже обладает уникальными техническими способностями, помимо способности к восприятию. И что?.. Существует множество уникальных способностей, ориентированных на бой. Колыбель наполнена бесчисленными личностями, которые, наделённые талантом, проливали кровавый пот, чтобы достичь мастерства. Конечно, при том, что его талант не является посредственным. Но с прикреплённой к нему табличкой «особый допуск»... Возникает только один вопрос: зачем беспокоиться? Если бы это был обычный студент, Атра сочла бы его весьма полезным. В качестве рекомендательного приёма она была бы о нём весьма высокого мнения... Но пометка «особый допуск» была слишком заметной. Хрупкое тело, достаточная психическая сила, высокий уровень восприятия и довольно быстрый рост мастерства владения мечом. Все эти атрибуты плохо соответствуют беспрецедентному характеру «особого допуска». У представителей золотого поколения прошлого блестящие перспективы и потенциал, который Ли Ха демонстрирует сейчас, сильно отличаются. Конечно, прошло всего два дня. Возможно, есть и другие области, где у него есть особые таланты, не связанные с мечом. Ещё слишком рано для окончательного суждения. Поэтому на следующий день Атра вручила ему копьё. Ли Ха принял копьё с сомнительным выражением лица. Держа древко копья, он, казалось, спрашивал, правильно ли это. И это понятно. Несмотря на то, что прошёл всего один день, он уже освоился с мечом; а теперь ему велят немедленно сменить оружие. Как говорится, «копай глубже», когда время и талант ограничены, эффективнее сосредоточиться на чём-то одном. Но у Атры были несколько иные взгляды. Правду говорят, что эффективно сосредоточиться на чём-то одном. Однако, разве ты не должен знать, как копаются другие скважины и какие результаты они дают? Нет смысла ничего не знать о копьях только потому, что ты обучен обращаться с мечами. Даже если ты не владеешь копьём, тебе всё равно нужно знать, как с ним обращаться. Атра, ответственная за лекции Ли Ха по боевым искусствам, по крайней мере, так считала. Причина, по которой она намеренно заставляла Ли Ха обращаться с разным оружием, заключалась в том, что она хотела раскрыть его талант, испытывая различные виды оружия на собственном опыте, и помочь понять, как противостоять им. По крайней мере, Атра верила в это во время тренировок, и благодаря её собственному таланту, её изнурительные усилия в конечном итоге сделали её лучшим Героем в категории «дуэль». — Хорошо, я иду. Атра объявила короткое предупреждение и, заметив, что Ли Ха крепко сжимает древко копья, как будто приготовился, метнула копьё. Лязг! От копья быстро увернулись. Хм-м? Атра почувствовала лёгкое беспокойство. Лёгким движением она отвела колеблющееся копьё и нанесла новый удар. Три удара были нанесены подряд — в лоб, горло и сердце. Ли Ха, который только вчера держал в руках меч, впечатляюще отразил первую атаку. Он значительно преуспел в отражении атаки, которую Атра сочла допустимой. Однако его последующая реакция была неуклюжей. Между движениями были промежутки, что позволяло легко нарушить его защиту. Атра могла даже прервать его движения до того, как они полностью раскрылись. Так было вчера. Лязг! Лязг! Лязг! Он нанёс ответный удар. Копьё блокирует все три удара. Глаза Атры расширяются. Комбинации были на удивление удачными. По крайней мере, значительно лучше, чем вчера. Она подняла копьё, чтобы убедиться в своих наблюдениях. После этого она нанесла удар. ---------- Том 1 Глава 18.2 Хотя копьё предназначено для нанесения колющих ударов, его уникальная длина позволяет наносить мощные рубящие и размашистые удары. Вшух! Атака рассекла воздух. Ли Ха, решив не вступать в прямой бой, отступил на несколько шагов, чтобы уклониться, и вновь схватил древко копья, ударяя по земле. Хм-м. От размашистого удара она перешла к колющему. Схема атаки мгновенно изменилась. Наконечник копья рассёк ветер вертикальным ударом. Тук! Копьё, рассекающее воздух, столкнулось с другим копьём. Атра не отступила, а снова взмахнула копьём; на этот раз Ли Ха ответил, не отступая. Копья столкнулись. Выпад против выпада, блок против удара, древки копий сталкивались, создавая силовую борьбу. Этот парень... Что он задумал? Во время скрещивания копий в глазах Атры отразилось недоумение. Ли Ха вчера. Он хорошо владел мечом. Хотя она и считала его незрелым для первого использования, он действительно был хорош в обращении. И теперь. Он хорошо владел копьём. Незрело? По меркам Атры, всё ещё да. Тем не менее, по сравнению со вчерашним днём, было явное улучшение. Вчера это были тренировки с мечом. Но сегодня они использовали копьё. Несмотря на это, он стал лучше. И... Тук! Треск! Лязг! Он всё ещё растёт. Темп довольно высокий. Даже по сравнению со вчерашним днём, он быстрее. Чтобы ещё раз убедиться, она повысила уровень. Его физические способности остались прежними, но она усовершенствовала свои приёмы. Ли Ха нахмурился, очевидно, испытывая трудности с лобовым столкновением. Вместо того, чтобы атаковать в лоб, он двигался по инерции, сменив стойку на отклоняющуюся. Его ноги двигались так, словно плыли над землёй. Неуклюжесть его ног, на которую указывали ранее, улучшилась. Это позволило верхней части его тела, теперь обладавшей некоторой запасной энергией, блокировать атаки и время от времени контратаковать. Казалось, он больше сосредотачивался на защите и контратаках, а не на прямом нападении. Атра подыгрывала, не прибегая к различным уловкам, просто нанося удары по лобовой защите. Копьё, блокировавшее деревянное, опасно раскачивалось. В результате защита, образованная копьём, колебалась, как будто могла рухнуть. И всё же он удерживал последний рубеж. Он по-прежнему не допускал ударов, как вчера. И, прежде всего, его физическое состояние было не таким, как вчера... Нет, дело не в этом. Это был странный случай. Атра прищурилась. Она ещё не вынесла конкретного решения. У неё не было оснований для выводов. Для этого ей нужно было подтолкнуть Ли Ха ещё дальше. Чтобы она определила направление движения вперёд... — Приготовьтесь, учитель! Как только я догоню вас, я отплачу за всё, что мне пришлось вытерпеть до сих пор! — ... Неприятное воспоминание всплыло вновь. Она усилила атаку. Примерно после сотни обменов ударами защита была прорвана. * * * Копьё бешено метнулось в мою сторону. Я сделал всё возможное, чтобы отреагировать на это пространственным восприятием, но прежде чем я смог полностью им воспользоваться, в меня снова и снова полетели удары. Га-а-а-а!.. Вчера это был меч, а сегодня — копьё. Нет, я весь вечер и до сегодняшнего утра проводил симуляции с мечом, а теперь она говорит мне использовать копьё. Это было абсурдно, но я всё равно держал копьё. Должно быть, за словами такого опытного человека стоит какая-то причина. К счастью, возможно, из-за того, что категория боя была такой же, как у меня, мне удавалось довольно хорошо обращаться с копьём. Симуляции, которые я проводил, даже в ущерб сну, не прошли даром; поначалу я мог отвечать на каждый удар, не будучи задетым. Я много размышлял о пространственном восприятии во время вчерашнего поединка и об утреннем инциденте. Я видел, как Гоп Хва яростно пылал. Я не в первый раз вижу Гоп Хва, но никогда ещё он не дрожал так, как сегодня, и я никогда не наблюдал его так ярко. Пространственное восприятие. В первый день я чуть не умер из-за переизбытка огромного количества информации, а после этого у радара с уменьшенной видимостью стало отсутствовать пространственное восприятие. Нынешнее пространственное восприятие со светом и тенью... Я имею в виду способность распознавать цвета, работает так же хорошо, как зрение обычного человека. Но именно тогда я задумался об этом. Пространственное восприятие радара страдало от недостатка деталей. Без распознавания цветов повседневная жизнь была неудобной. Но разве оно не улавливало движение? Нет, улавливало. Весьма хорошо. Я спрашивал себя. Действительно ли цвета так важны во время боя? Это будет зависеть от боя. Но во время вчерашнего поединка на мечах в этом не было необходимости. Есть предел информации, которую может обработать пространственное восприятие. Точнее, есть предел того, сколько я могу обработать. В первый день мой мозг не справился с таким объёмом информации, что привело к перегрузке. Радарное пространственное восприятие и цветовое пространственное восприятие. В поединке, где определяются простые движения, какое пространственное восприятие будет более эффективным? Тук! Дзынь! Бах! Ответом был радар. По крайней мере, движения Атры казались мне более заметными, чем вчера. Мир, состоящий из чёрного и зелёного. Зрелище, которое почти сводит с ума, но когда дело доходит до сражения, эта сторона подходит больше, чем мир цветов. Мои навыки управления пространственным восприятием также значительно улучшились, что позволяет мне различать черты лица даже с помощью радарного пространственного восприятия. Если раньше ладонь казалась гладкой, то теперь я могу ощущать линии на ней. Благодаря этому я чувствую и реагирую на гораздо большее, чем вчера. Большую роль сыграло моделирование, которым я занимался вчера допоздна. Честно говоря, причина, по которой я неустанно проводил эти симуляции, была в основном в боли. Я подумал, что если меня и дальше будут так избивать в дождливые дни, я действительно могу умереть. Я где-то слышал, что рост должен сопровождаться болью. Но есть ещё одна поговорка, Лучше расти без боли, чем с ней. Всё просто. Я не хотел, чтобы меня били палкой. Я привык к побоям с юных лет, но это не значит, что я хотел продолжать это испытывать. Имея это в виду, я пытался!.. Бряк! Щёлк! Щёлк! Щёлк! — Здесь и здесь. — Угх! Защита была прорвана, древко копья ударило меня по плечу и бедру. Острая боль пронзила мой позвоночник, и я изо всех сил стиснул зубы, чтобы вытерпеть. Меня всё так же бьют!.. Несмотря на то, что я вырос со вчерашнего дня!.. Сначала я хорошо блокировал, но Профессор Атра внезапно повысила уровень, прорвав мою защиту и безжалостно избив меня. Щёлк! — Безрассудство твоей контратаки оставляет тебя открытым для атак. Следовательно, атака, которая бьёт по защите, становится всё более и более ожесточённой. Тук! Тух! — Хорошо двигай ногами. Несмотря на то, что ты размахиваешь копьём руками, твоё тело в конечном итоге движется с помощью ног. Тук! — Не думай о действиях изолированно; связывай их воедино. Каждое движение влияет на последующие. Хотя это было похоже на безжалостное избиение, сразу за этим последовал важный совет. Если бы она просто безжалостно била меня, ничему не научив, я, возможно, попытался бы немного взбунтоваться, но, учитывая усилия, затраченные на моё воспитание, сопротивляться казалось несколько неправильным. Несколько часов спустя. И снова я растянулся на земле. Профессор Атра подошла ко мне, держа в руках копьё, как будто размышляя о чём-то. — Ты определённо вырос. Это неожиданный рост. Не то чтобы это помогло мне избежать побоев. Несмотря на то, что я почти перестал спать, этого всё равно было недостаточно. Обменявшись несколькими словами, Профессор Атра повернулась спиной и покинула тренировочную площадку. Мой разум был слишком затуманен, чтобы точно вспомнить, что она сказала. — ?.. Что-то было не так. Поразмыслив над этим, я тихо вздохнул. В-вода?.. Обычно она, по крайней мере, давала мне воды после того, как всё заканчивалось. Так почему же она не предложила её сегодня? Я так хочу пить... ---------- Мана (1) — Гу-уд мо-орнинг! Па-па-па... — Тюк. Я инстинктивно ударил по источнику шума. Уведомление на смарт-часах, получивших затрещину, умолкло. Я поморщился от того, что сознание насильно возвращалось в реальность. — О-о-ох... Я поворочался в постели. Подушка в объятиях и одеяло, плотно окутывающее тело. Тепло и мягкость ласково искушали едва проснувшийся разум снова погрузиться в сон. Кое-как подняв руку, я включил смарт-часы. [ Суббота, 05:30 ] Вчера была пятница — день, когда мы сменили меч на копье и провели спарринг. В Сиёламе по выходным курсантов обычно не трогают. Раньше в это время я бы еще крепко спал. А если бы и проснулся пораньше, то валялся бы в кровати, наслаждаясь утренней негой. — Ы-ы-ы... Но сейчас так нельзя. С этой мыслью я, едва ли не со слезами на глазах, отринул искушение. С трудом приняв сидячее положение, я вытянул руки и хорошенько потянулся. Немного разогнав остатки сна, я выбрался из постели. Прихватив полотенце и одежду, я зашел в ванную и осторожно повернул кран. Плеснул в лицо холодной водой. Стоило ледяной влаге коснуться кожи, как сопротивлявшаяся сонливость в ужасе сбежала. — ..? Я принялся энергично вытирать лицо висевшим рядом полотенцем, но тут же спохватился. Там же должны были остаться синяки — если так тереть, будет больно. Но боли не было. И вообще, что-то здесь не так. Недоумевая, я задействовал пространственное восприятие, чтобы хорошенько осмотреть лицо. Чисто. Ни единой царапины. «Ого». Помолчав, я сильно ущипнул себя за щеку. Было больно, но это была обычная, нормальная боль. Синяки исчезли за одну ночь. Я задрал пижаму и осмотрел тело. Кожа была абсолютно чистой, словно никаких побоев и не было. «?» Что за дела? Я точно помню, что вчера перед сном они еще были. А сейчас исчезли без следа. Я попытался пораскинуть мозгами, чтобы понять причину, но... так ничего и не придумал. Восстановительная тренировка... так это называлось, но Хон Ёнхва окрестила этот метод обучения «старомодным и чертовски неэффективным». Профессор Атра тоже советовала по возможности не принимать исцеление извне, но добавила: если совсем невмоготу — делай что хочешь. Поэтому я не лечился. К побоям мне не привыкать еще с давних времен. Боль — штука неприятная, но раз говорят, что так я быстрее стану сильнее, можно и потерпеть. Уроки профессора Атра давались тяжело. Судя по рассказам других, её методы считались одними из самых суровых. Однако результат был. И я чувствовал его на себе. В том, что касается боя, всего за два дня мой Продвинутый уровень мастерства заметно вырос. Она, как и профессор Лиана, — молодой профессор, вступивший в должность в этом году. Но была одна странность: в отличие от профессора Лианы, Атра не вела никаких лекций. Максимум — мои занятия по боевой подготовке во второй половине дня, как для курсанта, поступившего по квоте для исключительных случаев. Непонятно, зачем ей тогда статус профессора, но в Сиёламе такое не редкость. Вообще, Сиёлам — это место, где смешались системы самых разных образовательных учреждений. Когда его только основали, времена были суровые, и всё работало на честном слове, а со временем наслаивались новые правила и порядки. Даже в названиях здесь полная неразбериха. С одной стороны, это вроде как военная академия, поэтому учащихся называют курсантами, но преподавателей зовут не инструкторами, а профессорами. С другой стороны, здесь есть система выбора предметов, как в университете, но в то же время существует Свободный семестр, когда нужно посещать строго определенные дисциплины. К тому же курсанты разделены на классы по годам обучения, но во время Свободного семестра после обеда все расходятся по лекциям в зависимости от специализации и ранга... В общем, винегрет. — Кап. Я закончил умываться. Осторожно закрутил кран, вытерся полотенцем и вышел. Никакой косметикой я не пользовался. В своем прежнем мире я считал уход за кожей делом хлопотным и ненужным, но из-за ворчания Агапантуса привык наносить хотя бы увлажняющий крем. Как там это называлось? Скин? Тонер? Эссенция? Куча названий, а на вид всё одно и то же. Впрочем, если в старом мире я мазался кое-как, то здесь и вовсе не видел в этом смысла. Я натянул одежду. Хотя «одеждой» это можно было назвать с натяжкой — обычная повседневная форма, выданная в Сиёламе. Не парадный мундир, а удобный спортивный костюм с худи, отличающийся лаконичным дизайном. Носки, нарукавники — и готово. Нарукавники для меня теперь как носки для рук. Я так часто их ношу, что перестал замечать какой-либо дискомфорт. Набив карманы питательными батончиками, я вышел за дверь. Пока лифт спускался, я успел съесть почти все батончики. Миновав вестибюль, я дошел до автобусной остановки. — Хр-р-р... Я вытянул руки вверх, размял ноги... Скрутился всем телом, делая растяжку. Скованность ушла. Глубоко выдохнув, я сорвался с места. Прохладный предрассветный воздух ударил в лицо. Можно было поехать на автобусе, но я никуда не спешил, поэтому решил пробежаться. Раньше я бы и мечтать не мог о такой скорости. Прошло всего пять дней, а мое тело невероятно преобразилось. Рост, начавшийся сразу после того, как я стал сверхчеловеком. Усиление за счет Благословения роста, помноженное на ускоренное развитие из-за моего особого статуса при поступлении. Поскольку процесс только начался, я отчетливо ощущал каждую перемену в своих физических возможностях. Спустя примерно двадцать минут бега я добрался до места. Это не был старомодный тренировочный зал с твердой землей и песком. Здесь всё зеленело от травы. Один из многочисленных парков на территории Сиёлама. Стоило мне войти, как меня встретили тусклые лучи рассветного солнца и густой туман. Озеро в центре парка было буквально окутано белой пеленой. Пройдя по дорожке вглубь, я оказался у воды. Сверился со временем — до встречи еще было прилично. Оглядевшись, я примостился прямо на траву. Это был сектор первого курса, и в такой час здесь никого не было. — ...Кхм. Я сидел, погруженный в свои мысли, когда мимо пронесся легкий ветерок. Я невольно втянул носом воздух. Раньше я очень любил такие места, наполненные ароматом трав, и часто так делал. Но я ничего не почувствовал. Свежесть зелени? Бодрящая прохлада рассвета? Пустота. «...Черт». Сделал это на инстинктах и только расстроился. Настроение, которое только начало подниматься, снова рухнуло вниз. Никакого вкуса к жизни. Пока я прокручивал в голове вчерашний спарринг, в зону моего пространственного восприятия кто-то вошел. Колоссальная мана. Такое количество энергии в одном человеке вызывало сомнения — возможно ли это вообще? — О, вы уже здесь? [Нет, мне просто было нечего делать, вот и пришел пораньше] Зеленые глаза, притягивающие взгляд даже среди буйства листвы, мягко сощурились. На ней был уютный свитер с высоким горлом теплого оттенка и черная длинная юбка. Обычная одежда вместо мантии мага, в которой я привык видеть её в аудитории. Профессор Лиана лучезарно улыбнулась и протянула мне корзинку для пикника. «?» — Немного задержалась, пока собирала это. В знак извинения — давайте перекусим вместе! С этими словами профессор Лиана, не дожидаясь ответа, зашагала к ближайшему столику. Помедлив, я последовал за ней. Она открыла корзину, в которой красовались аппетитные сэндвичи. Были там и фруктовые напитки. — Вот! Это мой особенный подарок! Она решительно выудила самый пухлый сэндвич и апельсиновый сок и протянула их мне. [Спасибо] Поблагодарив, я принял еду. Некоторое время поразглядывал начинку и откусил кусочек. ...Разумеется, вкуса я не почувствовал. Удручающее обстоятельство. Пока я жевал, профессор Лиана заговорила: — Ну как? Вам нравится? [Да. Очень вкусно] Наверное, так оно и было. — Я рада, что вам понравилось! — она облегченно улыбнулась и сама принялась за еду. Утро выдалось зябким. Но благодаря изменениям в теле погода казалась мне скорее освежающей, чем холодной. Ранний час. Туманный парк. Мы сидим за столом и лениво жуем сэндвичи — на редкость мирная картина. — Сейчас доедим, немного отдохнем и сразу приступим. [Хорошо] Моя встреча с профессором Лианой имела под собой четкую цель. Почему-то после того случая с представлением в классе профессор Лиана чувствовала свою вину и сама предложила помочь мне с освоением маны. Мана. Наряду с уникальной способностью, это главный символ сверхчеловека. Есть много сверхлюдей без уникальных способностей. Уникальная способность — это невероятно важная сила, но не каждый может ею обладать. Это дар, который либо есть с рождения, либо с огромным трудом пробуждается через изнурительные тренировки. Но маной владеют практически все сверхлюди. За исключением крайне редких случаев, каждый из них способен ею манипулировать. Использование маны позволяет творить вещи, выходящие за рамки привычного здравого смысла. Сейчас я не умею управлять маной. Точнее, благодаря Сродству с маной мне кажется, что я мог бы, но я намеренно не пробовал. Какой бы сильной ни была моя уникальная способность, я всё еще дилетант с поверхностными знаниями. Я рассудил, что лучше учиться под руководством такого мастера, как профессор Лиана, поэтому до сих пор сдерживался. Сначала я сосредоточился на пространственном восприятии, которое заменяет мне зрение. Когда мир вокруг обрел четкость, я начал понемногу прощупывать Мастера на все руки, изучая простые поваренные книги и разные мелкие навыки. А в спаррингах с профессором Атра я оттачивал фехтование, рукопашный бой, владение копьем и работу ног. Теперь пришло время заняться Сродством с маной. Все три мои уникальные способности — пассивные, а не активные. И почти все они относятся к универсальному типу, так что развивать их параллельно — самое эффективное решение. Зацепка, которую я поймал на приветственной церемонии... Если развивать их вместе, можно ожидать мощного синергетического эффекта. От предвкушения сердце забилось чуть быстрее. ---------- Том 1 Глава 19.1 — Доброе утро! Ба-ба-ба-ба... Клац. Я инстинктивно бросился на источник шума. Оповещение на моих смарт-часах прекратилось, когда они приняли на себя удар. Я поморщился, когда непрошеное сознание вернулось ко мне. — Угф... Я поёрзал всем телом. Подушка в моих объятиях и одеяло, плотно обёрнутое вокруг меня, были тёплыми и мягкими, они соблазнительно шептали моему только что проснувшемуся разуму, призывая вновь погрузиться в сон. С усилием я поднял руку и активировал свои умные часы. [Суббота, 5:30 утра.] Вчера была пятница, день, когда я перешёл от занятий с мечом к занятиям с копьём в «Колыбели», где обычно никто не проводил выходные. В прежние времена это было бы лучшее время для сна, и если мне случалось просыпаться рано, то это было время насладиться расслабленностью и поваляться в постели. — Э-э-э... Но сейчас это недопустимо. Цепляясь за эту целеустремлённую решимость, я сопротивлялся желанию снова заснуть. Я с некоторым трудом приподнялся и вытянулся во весь рост. Мне кое-как удалось прогнать сонливость, и я встал с кровати. Взяв полотенце и одежду, я вошёл в ванную и осторожно открыл кран. Я ополоснул лицо холодной водой, и по мере того, как холод проникал под кожу, сонливость как рукой сняло. — ?.. Вытирая лицо висящим полотенцем, я вдруг осознал. Там должны были остаться синяки, а это причинило бы только боль. Но боли не было. Если подумать, это странно. Я поднял голову и внимательно осмотрел своё лицо, используя пространственное восприятие. Оно было чистым. Ни царапины. Ха-а. После недолгой паузы я сильно ущипнул себя за лицо. Было больно, но это была обычная боль. Синяки исчезли за ночь. Сняв пижаму, я осмотрел и своё тело. Оно было девственно чистым, словно насмехаясь над мыслью о том, что на нём когда-либо были синяки. — ?.. Что это такое? Они определённо были там перед тем, как я лёг спать прошлой ночью. Но сейчас они полностью исчезли. Я размышлял над этим, чтобы выяснить причину, но... до сих пор не имел ни малейшего представления. Восстановительный тренинг... вот как это называется, хотя Ен Хва критиковала его как устаревший метод «прожуй и выплюнь». Даже Атра советовала избегать внешнего лечения, если это возможно, но делать всё, что в моих силах, если я действительно не смогу этого вынести. Поэтому я не получал никакого исцеления. Удары были тем, к чему я давно привык. Боль была неизбежна, но мне сказали, что я быстрее стану сильнее, если буду терпеть её, поэтому я терпел. Учения Атры, несомненно, были изнурительными. По словам других, её методы были более жёсткими. Тем не менее, результаты есть. Я и сам их ощущаю. Прошло всего два дня, а мои боевые навыки резко улучшились. Она, как и Лиана, новый Профессор, занявшая свою должность в этом году. Но что странно, в отличие от Профессора Лианы, у неё нет запланированных занятий? В лучшем случае, она отвечает только за лекции по боевым искусствам для студентов специальной приёмной комиссии... то есть, я сам. Я не совсем понимаю, почему она носит звание Профессора, но в «Колыбели» это не считается чем-то необычным. В конце концов, сама «Колыбель», похоже, объединила различные системы образовательных учреждений. В начале, учитывая эпоху, это было несколько нестандартно, но со временем они добавили различные элементы, и это развилось. Начнём с того, что схема именования немного запутана. Несмотря на то, что они имитируют стиль Военной Академии, студентов называют кадетами (ладно), а преподавателей — Профессорами, а не инструкторами. Существует система, похожая на выбор желаемых предметов в колледже, но при этом также существует установленный учебный план, как во время бесплатного семестра. И хотя занятия разделены по годам, в течение вышеупомянутого семестра лекции посещаются во второй половине дня в зависимости от специальности и оценки... Всё это создаёт впечатление хаоса. — ... Я закончил свои несложные сборы. Осторожно закрутив кран и вытерев лицо полотенцем, я вышел из ванной. На самом деле я не пользовался никакими средствами по уходу за кожей. Даже в моём родном мире косметика доставляла мне много хлопот, и я игнорировал её, не осознавая важности ухода за кожей, пока ворчание Агапанса не заставило меня хотя бы нанести немного увлажняющего крема. Что это было, ещё раз? Маска? Патчи? Тоник? Это и то... Несмотря на их разные названия, все они казались мне примерно одинаковыми. Как бы то ни было, хотя в моём первоначальном мире я применял их небрежно, здесь я не чувствовал необходимости делать это ещё больше. Я небрежно накинул на себя кое-что из одежды. То, что на мне было надето, вряд ли можно было назвать нарядом; это была просто повседневная одежда, предоставляемая «Колыбелью». Это был не официальный наряд, напоминающий униформу, а, скорее, спортивные вещи безупречного покроя с капюшоном. Закончите носками и нарукавниками, и всё. Нарукавники стали для меня просто парой носков для рук. Я привык их носить, так что теперь не испытывал дискомфорта. Я сунул в карман горсть питательных батончиков и вышел из своей комнаты. К тому времени, как лифт добрался до вестибюля, я почти доел батончики. Пройдя через него, я оказался рядом с автобусной остановкой, которую было видно оттуда. — Э-э-э... Я высоко вытянул руки, проделал то же самое с ногами, а затем покрутился всем телом, выполняя несколько растяжек. Напряжение немного спало. Я глубоко вздохнул и оттолкнулся от земли. Прохладный рассветный воздух коснулся моего лица. ---------- Том 1 Глава 19.2 Я мог бы поехать на автобусе, но, поскольку спешить было некуда, я решил добежать туда на своих ногах, испытывая ощущение скорости, которого раньше ещё не испытывал. Сколько прошло, всего пять дней? За такой короткий промежуток времени моё тело значительно выросло. Рост, который начался, когда я стал сверхчеловеком. Быстрый темп развития усилился благодаря благословению Башни Роста и ещё больше усилился благодаря моему особому статусу. Поскольку мой рост только начался, изменения в моих физических возможностях были остро ощутимы. Прошло, наверное, не более двадцати минут бега, прежде чем я добрался до входа в пункт назначения. Это был не старомодный тренировочный двор, покрытый твёрдой грязью и песком, а, скорее, до краёв покрытый зелёной травой. Это был один из тех парков, которые легко можно было найти на территории «Колыбели». Переступив порог, я увидел рассветный свет и лёгкую дымку. Центральное озеро было окутано густым туманом. Я прошёл по пешеходной тропе вглубь, к озеру. Посмотрев на время, я увидел, что до назначенной встречи ещё есть немного времени. Я огляделся по сторонам, а затем сел на поросшую травой землю, покрытую сорняками. Это была территория для первокурсников, и, учитывая время, вокруг не было людей. — ...Нюх, нюх... Сидя без дела, я почувствовал дуновение ветерка и бездумно вдохнул. Раньше я наслаждался ароматом травянистых мест, подобных этому, так что это вошло у меня в привычку. И всё же запаха не было. Запах свежей травы? Прохладная свежесть рассвета? Ничего. ...Ого. Делать это инстинктивно, только чтобы ничего не обнаружить, было неприятно. Любой воспрянувший духом человек падал бы духом. Так жизнь действительно теряет свой вкус. Пока я прокручивал в голове вчерашний спарринг, кто-то вошёл в зону моего пространственного восприятия. Огромное количество маны. Её количество было настолько велико, что я засомневался, возможно ли, чтобы у одного человека было столько. — Ах, ты уже здесь?.. [Я просто пришёл пораньше, потому что мне нечего было делать.] Глаза, которые всегда привлекали моё внимание, даже среди густой зелени листвы, были красивого зелёного оттенка. На ней был свитер-водолазка тёплых тонов, доходивший до шеи, и чёрная длинная юбка. Вместо мантии мага, которую она обычно надевала на занятия, на ней была повседневная одежда. Лиана лучезарно улыбнулась мне и протянула руку. Она протянула мне корзинку для пикника. — ?.. — Я немного задержалась, потому что мне нужно было упаковать это. Давай поедим это в качестве моего извинения! Сказав это, Профессор Лиана быстро направилась к ближайшему столику, не дожидаясь ответа. Я на мгновение задумался, а затем последовал за Лианой. Открыв корзинку на столе, я обнаружил аккуратно разложенные сэндвичи и принесённые ею фруктовые напитки. — Вот! Это особый подарок для тебя! Она выбрала исключительно сытный сэндвич и напиток со вкусом апельсина и протянула их мне. [Спасибо.] Выразив свою благодарность, я принял сэндвич и напиток. Я бегло осмотрел содержимое, а затем откусил кусочек с краешка. ...Естественно, у него не было вкуса. Это было удручающе безвкусное блюдо. Пока я жевал, Лиана заговорила. — Ну и как, понравилось? [Да. Это вкусно.] По крайней мере, я так себе это представлял. — Я рада слышать, что ты говоришь, что это вкусно! Она облегчённо улыбнулась и откусила от своего сэндвича. Возможно, это было из-за раннего утра, но погода казалась прохладной. Однако, учитывая изменения в моём организме, я чувствовал себя скорее бодряще, чем зябко. Ранним утром, когда я неторопливо перекусывал сэндвичами за столиком в туманном парке, я испытывал чувство глубокого умиротворения. — Давай закончим и сделаем небольшой перерыв, прежде чем отправимся в путь. [Да.] Моя встреча с Профессором Лианой не была вызвана какой-то особой причиной. Каким-то образом, после того, как Профессор Лиана представила меня в прошлый раз, у неё возникло чувство вины по отношению ко мне, и она предложила помочь мне начать работать с маной. Мана. Символ, представляющий сверхлюдей, обладающих уникальными способностями. Многие сверхлюди не обладают уникальными способностями. Уникальные способности являются важнейшей силой для сверхлюдей, но не все могут ими обладать. Это способности, которые либо даются от рождения, либо едва развиваются в результате напряжённых послеродовых усилий. Однако мана — это то, с чем имеет дело почти каждый сверхчеловек, если только это не очень редкий случай. Простое использование маны может вызвать явления, которые разрушают здравый смысл, который у меня был раньше. В настоящее время я понятия не имею, как обращаться с маной. Точнее говоря, моя склонность к мане предполагает, что я мог бы это сделать, но я намеренно воздерживаюсь от этого. Несмотря на обладание уникальными способностями, я всё ещё новичок с небольшими знаниями. Я подумал, что лучше всего получить совет от такого опытного специалиста, как Профессор Лиана, вот почему я сдерживал себя до сих пор. Изначально я сосредоточился исключительно на пространственном восприятии, чтобы компенсировать потерю зрения. После того, как я по-новому изучил пространственное восприятие, я немного увлёкся кулинарными рецептами и различными техниками, просто чтобы освежить свои общие навыки, а в спаррингах с Атрой я коснулся, среди прочего, владения мечом, рукопашного боя, владения копьём и работы ног. Теперь, кажется, самое время начать с способности к мане. Все три мои уникальные способности являются пассивными, а не активными. Более того, все они похожи на способности к всемогуществу, поэтому эффективно работать над ними одновременно. Подсказка, за которую я ухватился во время мероприятия по приветствию первокурсников. Если бы я объединил эти три фактора, я мог бы ожидать некоторого эффекта синергии. Слабое чувство предвкушения заставило моё сердце затрепетать. ---------- Мана (2) — Происхождение маны. Энергия, излучаемая звездами, жизненная сила живых существ или нечто совершенно иное… Оставим эти разговоры на потом, верно? Давайте запомним лишь одно. Я доел сэндвич. Перекусил еще парой энергетических батончиков — голод прошел, но чтобы привести тело в форму, нужно есть много, поэтому я старательно уплетал всё подряд. — Мана — это ресурс! Она расходуется при использовании, восстанавливается со временем и служит инструментом для создания различных явлений! Закончив с едой и прибрав за собой, я уселся по-турецки на траве у озера и приготовился слушать профессора Лиану. — Всё сущее содержит ману, и люди не исключение. Даже обычные люди, не прошедшие пробуждение, обладают ею. В чем же тогда разница между обычным человеком и сверхчеловеком? Всё сущее содержит ману. Сорняки под боком, озерная вода, деревья, пустившие корни по всему парку, и влажная от утреннего тумана земля. Всё это наполнено слабой энергией, которую можно почувствовать, если сосредоточиться. У профессора Лианы, стоящей прямо передо мной, тоже есть мана. Огромный запас, на фоне которого ближайшее озеро кажется жалкой лужицей. — Разница в том… умеете ли вы использовать ману на практике! И во мне тоже есть мана. Даже во мне, человеке, который за всю жизнь ни разу не пользовался этой силой. — Мана есть у каждого, но обычный человек не способен ею управлять. Сверхчеловек же — совсем другое дело. Тюк. Её длинный палец указал мне на солнечное сплетение. — У подавляющего большинства людей рядом с сердцем формируется ядро, которое хранит и очищает ману. Сосуд для маны и центр жизнедеятельности. У людей ядро расположено в области сердца. Оно отделено от самого органа, но неразрывно с ним связано. — Способность извлекать ману из ядра и управлять ею — вот черта, отделяющая обычного человека от сверхчеловека! Обычный человек — заурядная личность. Сверхчеловек — тот, кто превзошел норму и стал особенным. Умение управлять маной — эта единственная деталь меняет всё. — А теперь — самая важная часть! Внимание! Хлопнув в ладоши, чтобы привлечь мой взгляд, профессор Лиана вытянула руки вперед. — Моя левая рука. С вашей стороны, курсант Ли Ха Юль, она правая, верно? Сейчас я направлю в неё ману. Ядро профессора Лианы. Его содержимое было настолько колоссальным, что напрашивалось сравнение с океаном. Часть этой мощи пришла в движение и, словно журчащий ручей, потекла к её левой руке. — Чувствуете? Если у вас есть предрасположенность, вы ощутите её. Если нет — рука покажется вам самой обычной. Я чувствую. Не только ману, окутавшую её ладонь, но и ту, что плавно течет по всему телу, и ту колоссальную мощь, что затаилась в ядре. Я кивнул. — Теперь правая рука! Мана вышла из ядра и потекла к правой руке. Процесс был тем же, что и мгновение назад. Но в следующий миг всё изменилось. Ву-у-унг… Звук коснулся ушей. На самом деле это не был настоящий звук — скорее галлюцинация. Или шум, который издавало моё пространственное восприятие, мелко вибрируя. Мана в её правой руке зашевелилась и начала сжиматься. Словно наращивая плотность, она собиралась в единое целое, образуя определенную структуру. Ву-у-унг! На этот раз звук был реальным. В моем пространственном восприятии, где всё разделялось по цветам, я ощутил руку профессора Лианы, окутанную сияющей синей маной от кончиков пальцев до самого предплечья. Теперь её можно было увидеть и невооруженным глазом. — Это Ганги! Техника, которую обязаны освоить все курсанты боевых специальностей, особенно те, кто сражается в авангарде. Даже герой низкого ранга, облаченный в Ганги, способен пережить попадание из обычного огнестрельного оружия. В этом мире существует и используется огнестрельное оружие. Подземелья делятся на пять категорий: от 4-го ранга до особого. С 4-м рангом справляются герои и охотники низшего звена, но зачастую их зачищают обычные солдаты с винтовками. Монстры, обитающие в подземельях 4-го ранга, в лучшем случае относятся к низшему, 8-му уровню. Изредка встречаются 7-й или 6-й, но обычно это 8-й. С таким уровнем можно справиться простым огнестрелом. Начиная с 7-го уровня, зачистка с помощью обычного оружия становится затруднительной. В таких случаях используют магические артефакты или приглашают нескольких героев для сопровождения. — Техника Ганги. Вам предстоит использовать её в будущем, так что присмотритесь повнимательнее. А теперь — снова другая рука! Она опустила правую руку, окутанную синей аурой, и подняла левую, всё еще окутанную невидимой маной. — … Едва слышный шепот сорвался с её губ. Но даже этого хватило, чтобы мана вокруг левой руки пришла в неистовство. Если Ганги на правой руке представляла собой простую повторяющуюся структуру, то в левой мана сплеталась в гораздо более сложный узор. Вспых! Переплетенная мана в мгновение ока превратилась в пламя. Трансформация произошла молниеносно. Профессор Лиана, над ладонью которой плясало пламя, посмотрела на меня и продолжила: — А это — магия. Сильно отличается от Ганги, не так ли? [ Да.] Я ошеломленно кивнул. Поскольку я чувствовал весь процесс — от движения маны до момента её проявления, — разница ощущалась еще острее. Фьють — Но сегодня мы будем учить не это. Она сжала ладонь в кулак, и пламя вместе с Ганги бесследно исчезли. — Наша цель на сегодня — управление маной! Оставим Ганги и магию на потом, начнем с простых основ и будем двигаться шаг за шагом! Сказав это, профессор Лиана решительно сжала кулаки. Её глаза горели энтузиазмом. Я же лишь неуверенно кивнул. — Тогда… вот, возьмите. Она протянула руку, на ладони которой лежал зеленый шар размером с кулак. Внутри него было заключено довольно много маны. — Это хрустальный шар, изготовленный из магических камней. Для тренировок на этапе «Начальный уровень управления маной» это самый подходящий инструмент. Я протянул обе руки и осторожно взял его. Улыбнувшись, Лиана присела на корточки напротив меня. — Использовать собственную ману курсанта Ли Ха Юля тоже хорошо, но для отработки именно «управления» нет ничего лучше этого шара. Я знал, что это такое. В оригинальном романе этот инструмент для тренировок упоминался вскользь. — Мана внутри тела уже подчинена вам, поэтому ею легко управлять. Но с этим шаром всё иначе. Это чужая энергия! Она ничья, а значит, совладать с ней труднее, чем с собственной. Я погладил шар. Его поверхность была гладкой и прохладной. Лиана усмехнулась и легонько похлопала меня по тыльной стороне ладони. — Итак, первый шаг: влить вашу ману в шар. Второй: используя влитую ману как крючок, зацепить энергию внутри шара. Третий: вытянуть её и поглотить. — Давайте попробуем выполнить эти три этапа. Закончив объяснение, профессор Лиана пристально уставилась на меня. Видимо, хотела посмотреть на мою первую попытку, чтобы потом дать наставления. Кивнув, я внимательно изучил шар с помощью пространственного восприятия. Мана, заполнявшая его, колыхалась, словно вода в бутылке. Сосредоточившись на шаре, я слегка коснулся маны в своем ядре. — Первый этап не должен занять много времени. Прежде чем манипулировать маной, нужно научиться чувствовать её внутри себя… Мана внутри меня всколыхнулась, словно внезапно пробудившись ото сна. Ощущение от первого движения энергии было трудно описать словами. Будто теплое марево заполнило сердце. Как бы то ни было, пробудить ману удалось. Я сразу перешел к следующему шагу. Левой рукой я поддерживал шар снизу, а правой накрыл его сверху. Я извлек ману из ядра и направил её к правой руке. Приходилось уговаривать её, словно заспанного ребенка, пока она медленно перемещалась. — Похоже, вы уже чувствуете резонанс, так что на освоение контроля уйдет где-то полдня… Э? Мана достигла ладони. Пора приступать к первому этапу. Кое-как придав энергии форму острого шипа, я… Пронзил. — Ой? Я вонзил свою ману в шар. Сам кристалл не разбился. Точнее сказать, я пронзил не шар, а ману внутри него. Энергия входила плавно. Я равномерно подпитывал её, чтобы связь не оборвалась, и продвигался всё глубже. Наконец, я зафиксировал «стержень» своей маны в самом центре шара. Теперь второй этап. Манипулируя маной, я представил образ соломинки. Настало время применить её по назначению. Сосредоточившись и пожелав, чтобы «соломинка» сработала как магнит, я начал втягивать ману из шара. Ву-у-унг… — Ох… Мана в шаре мелко задрожала. Секунду она словно сопротивлялась, но тут же потеряла волю и начала послушно втягиваться через мой проводник. Энергия выходила, лишенная сил для протеста. Часть её тянулась через «соломинку», но из-за возникшего давления остатки маны начали вырываться наружу сквозь бреши, словно из пробитого гейзера, рассеиваясь в воздухе. Меня это не устроило. Было жаль ману, которая бессмысленно таяла в пустоте. Я собрал её всю. Интуиция подсказывала: если у меня есть уникальная способность «Сродство с маной», то это возможно. Я притянул к себе даже ту энергию, что пыталась рассеяться. Буквально выгреб всё из окружающего пространства. Повинуясь моей жадной воле, мана потянулась ко мне сплошным потоком и начала впитываться в ладони. — А… Ядро находится в сердце. Подобно кровеносным сосудам, которые несут кровь от сердца ко всем частям тела, существуют каналы, по которым мана течет из ядра. Я направил всю поглощенную ману обратно по этим каналам прямо к ядру. Моё ядро было крошечным. Если у стоящей передо мной Лианы оно было настолько огромным, что его границы трудно различить, то моё — размером с горошину. Но интуиция шептала: я справлюсь. Я смогу всё это принять. Тудум! В этот миг сердце мощно екнуло. Словно в ответ, ядро запульсировало в такт и начало расширяться. Оно будто уверенно заявляло: «Я готово принять сколько угодно». «Получилось». Крупица за крупицей я вычерпывал ману из шара и бережно укладывал её в ядро. Я успокаивал чужую энергию, которая чувствовала себя неуютно в новом доме, и заставлял её смешиваться с моей собственной. *** Разряд! Острое ощущение прошило позвоночник. Вспыхнула волна эйфории — то же чувство, что я испытал на приветственной церемонии. — Фу-у-у… Я выдохнул. Воздуха вышло вдвое больше, чем обычно. И сразу стало легче, на душе прояснилось. Но в животе всё еще было тяжеловато. Словно я насильно впихнул в себя слишком много еды. Стоп. Что я только что делал? Затуманенный разум мгновенно прояснился. Пространственное восприятие, которое само собой переключилось в режим «радара», вернулось в норму. Яркое солнце, блики на поверхности озера. Утренний туман давно рассеялся. И профессор Лиана, которая сидела передо мной на корточках, ошеломленно разинув рот… — Ого… Заметив, что я пришел в себя, Лиана, беззвучно шевелившая губами, тяжело вздохнула. — Так вот почему ты — особый случай?.. — ? Я лишь недоуменно посмотрел на неё в ответ. ---------- Том 1 Глава 20.1 — Происхождение маны. Это энергия, исходящая из недр звезды, жизненная сила, которой обладает живое существо, или источник энергии совершенно иного рода... Подобные дискуссии преждевременны, да? Давай вспомним только одно. Я покончил с бутербродами. Я съел несколько питательных батончиков, так что мой желудок был полон, но, поскольку мне нужно было много есть, чтобы укрепить своё тело, я старательно поглощал бутерброды. — Мана — это ресурс! Она используется и расходуется, подзаряжается, когда ты ждёшь, и является ресурсом, который вызывает явления благодаря своему использованию! После еды и уборки... Я сидел, скрестив ноги, на травянистом лугу возле озера, внимательно слушая объяснения Профессора Лианы. — Всё содержит ману, и люди тоже обладают ею. Даже обычные люди, которые ещё не пробудились, обладают маной. Тогда в чём разница между сверхлюдьми и обычными людьми? Всё содержит ману. Сорняки, растущие вокруг меня, вода в озере, растительность, произрастающая тут и там в парке, и земля, влажная от утреннего тумана. Всё они содержат ману, слабую, но ощутимую, если я сосредоточусь. У Профессора Лианы, сидящей прямо передо мной, тоже есть мана. Рядом с озером находится колоссальный запас маны, достаточный для того, чтобы превратить озеро в обычную лужу. — Разница именно в том, что... сможешь ли ты эффективно использовать ману! И у меня тоже есть мана, у меня, который никогда в жизни не пользовался тем, что называется маной. — Мана есть у всех, но обычные люди не могут её использовать! Однако, у сверхлюдей всё по-другому. Тук! Её длинные пальцы указали на моё солнечное сплетение. — У людей подавляющее большинство формирует ядро рядом с сердцем, чтобы удерживать и очищать ману. Это сосуд для маны и центр жизнедеятельности. У людей ядро расположено рядом с сердцем. Отдельно от сердца, но, несомненно, связано с ним, находится ядро. — Можешь ли ты черпать ману из ядра и использовать её? Это то, что отличает обычных людей от сверхлюдей! Обычные люди, среднестатистический человек. Сверхлюди — это те, кто неординарен, выходит за рамки обычного. Умею ли я использовать ману? Только одно это различие многое меняет. — Теперь мы подходим к самому важному! Сосредоточься! Хлоп! Профессор Лиана хлопнула в ладоши, чтобы привлечь внимание, и вытянула вперёд обе руки. — Моя левая рука. Для Ли Ха это справа, да? Я буду вливать в неё ману. Ядро Профессора Лианы, такое огромное, что его можно сравнить с океаном, всколыхнулось и потекло журчащим потоком в её левую руку. — Ты чувствуешь это? Если у тебя есть чувствительность, ты почувствуешь это, иначе это будет выглядеть как голая рука. Я почувствовал это. Не только ману, обёрнутую вокруг руки, но и ману, плавно текущую по всему её телу, и огромную ману, дремлющую в ядре. Я кивнул. — Следующая моя правая рука! Мана потекла из ядра в её правую руку. Процесс был таким же, как и раньше. Изменения начались в следующий момент. Хум-м. Какой-то звук пронёсся мимо моих ушей. Это был не настоящий звук, который можно было услышать, а скорее звон в ушах, или, скорее, это был шум, вызванный дрожью пространственного восприятия. Мана, содержащаяся в правой руке, скручивалась и собиралась в группы. Она сгущалась, собираясь вместе, образуя определённый узор. — Хмпф! На этот раз это была не просто слуховая иллюзия. В моём пространственном восприятии, теперь различающем цвета, я мог чувствовать руку Профессора Лианы, окутанную от кончиков пальцев до предплечья сияющей голубой маной. То есть, это было заметно невооружённым глазом. — Это ци! Техника, которая необходима для студентов, специализирующихся в боевых искусствах... особенно для тех, кто находится в авангарде. Даже Герои самого низкого ранга, если они овладеют ци, смогут выжить под огнём. В этом мире оружие существует и его тоже используют. Четвёртый, третий, второй, первый и особый классы. Подземелья делятся на пять категорий, в которых подземельями пятого уровня управляют Герои и охотники с самым низким рейтингом, но со значительным количеством из них справляются вооружённые солдаты. Монстры, появляющиеся из подземелий четвёртого уровня, относятся в большинстве случаев к самому низкому рангу, восьмому эшелону. Хотя иногда появляются существа седьмого или шестого эшелона, обычно это существа восьмого эшелона. На этом уровне их можно победить простым огнестрельным оружием. Начиная с седьмого эшелона, охотиться на них с оружием становится сложнее. В таких случаях используются магические артефакты, или войска сопровождают несколько Героев. — Техника ци. Тебе понадобится использовать это в будущем, так что запомни хорошенько, а теперь вернёмся к другой стороне! Она опустила правую руку, покрытую синим, и подняла левую, всё ещё окутанную бесформенной маной. — ... Тихий шёпот сорвался с её губ. И всё же, мана, окутывающая её левую руку, зашевелилась. Если массив ци в правой руке был простым и повторяющимся, то мана в левой руке была запутанной и сложной формы. Вшух! Запутанная мана мгновенно вспыхнула пламенем. Продемонстрировав быстрое изменение, Профессор Лиана подняла пламя над ладонью и продолжила, глядя на меня. — И это магия. Сильно отличается от ци, не так ли? [Да.] Я безучастно кивнул. Начиная с действия маны и заканчивая моментом её проявления, я почувствовал весь процесс целиком, что сделало разницу ещё более очевидной. Вау. — Однако сегодня мы этому не учимся. Она сжала кулак, и пламя и ци исчезли. — Наша цель на сегодня — изучить работу с маной! Давай отложим ци и магию на потом и постепенно перейдём к простым операциям с маной! ---------- Том 1 Глава 20.2 Так говорила Профессор Лиана, сжимая кулаки, что было похоже на всплеск страсти. Нерешительным кивком я подтвердил её слова. — Тогда... давай начнём с этого. Она протянула руку, в которой держала зелёную сферу размером с кулак. Сфера, хрустальный шар, созданный из камня маны, была довольно сильно наполнена маной. — Это хрустальный шар, обработанный из камня маны. Его часто используют для основной практики работы с маной. Я осторожно протянул обе руки, чтобы принять его. С улыбкой на лице Профессор Лиана присела на корточки напротив меня. — Использовать ману Ли Ха тоже неплохо, но с точки зрения отработки «действия», нет ничего лучше этого хрустального шара. Я знал, что это такое. Устройство, используемое для тренировки маны, ненадолго появлялось в оригинальной истории. — Маной твоего тела легко манипулировать, потому что она находится под твоим контролем. Но этот хрустальный шар отличается от других. Он содержит ману, которая тебе явно не принадлежит! Без владельца она похожа на невостребованную территорию, и управлять ей сложнее, чем собственной маной. Я погладил хрустальный шар. Его гладкая, прохладная поверхность коснулась моих пальцев. Профессор Лиана усмехнулась и похлопала меня по руке. — Сначала ты вложишь свою ману в хрустальный шар. Во-вторых, используй ману, которую ты вложил, как крючок, чтобы вытянуть ману из шара. В-третьих, поглоти ману, которую ты извлёк. Мы выполним эти три шага. Закончив говорить, она пристально посмотрела на меня, вероятно, ожидая увидеть, как я буду себя вести, прежде чем давать указания. Кивнув, я внимательно осмотрел хрустальный шар с помощью пространственного восприятия. Мана, наполняющая шар, колыхалась, как вода в бутылке. Сосредоточившись на шаре, я подтолкнул ману к своему ядру. — Первый шаг не займёт много времени. Ты должен начать с того, что почувствуешь ману в своём теле, прежде чем пытаться манипулировать ею. Мана, пробудившись ото сна, бурно заструилась волнами. Ощущение мобилизации маны в первый раз было странно сложным. Было ли это ощущение тепла, наполняющего моё сердце? Как бы то ни было, мне удалось пробудить ману, и я быстро перешёл к следующему шагу. Я взялся левой рукой за нижнюю часть хрустального шара, а правой накрыл его. Я вытянул ману из ядра, направляя её в правую руку. Я успокаивал ману, вялую, как будто только что пробудившуюся от глубокого сна, и двигал её вперёд. — Похоже, у тебя есть чувствительность к этому, так что манипулирование займёт всего полдня... Ах? Мана попала в мою руку — пришло время подвергнуться первому процессу. Каким-то образом манипулируя маной, я придал её кончику форму острия, похожего на выступающий шип. Тук. — Эк? Я вонзил его в хрустальный шар. Не то чтобы шар разбился вдребезги. Точнее говоря, был пронзён не сам шар, а мана внутри него. Мана просочилась сквозь него. Следя за тем, чтобы он не сломался, я поддерживал постоянный запас маны, закапывая её поглубже. Наконец, я остановил столб маны, который проник в центр шара. Теперь перейдём ко второму процессу. Манипулируя маной, я представлял себе соломинку. И теперь пришло время, чтобы она заработала. Сконцентрировавшись, я понадеялся, что соломинка подействует как магнит и вытянет ману из шара. — Хм-м-м... — Эх... Мана в хрустальном шаре задрожала. Казалось, что она сопротивлялась какое-то мгновение, прежде чем потеряла силу и стала вытекать через мою импровизированную соломинку. Мана не просто вытекала через соломинку; часть её также выплеснулась, как гейзер, из-за образовавшейся дыры. Это было неприятно. Рассеивающаяся в воздухе мана казалась пустой тратой времени. Я бы собрал её всю. У меня было предчувствие, что я смогу, учитывая мою уникальную способность сродства к мане. Я собрал утекающую ману, привлекая всё, что находилось поблизости. С жадным намерением я вытянул ману и впитал её в свою руку. — Э-э-э... Ядро находится рядом с сердцем. Точно так же, как от сердца отходят кровеносные сосуды, по которым кровь разносится по всему телу. От ядра отходят цепи, по которым переносится мана. Подобно обратному потоку, я вернул всю поглощённую ману обратно в ядро. Ядро было небольшим. По сравнению с Профессором Лианой, у которой ядро было таким большим, что его невозможно было различить, моё было размером с боб. Это было возможно. Интуиция шепнула мне. Я мог это понять, я мог справиться со всем этим. Тух. Моё сердце внезапно сильно забилось. В ответ ядро тоже запульсировало, уверенно увеличиваясь в размерах, как будто говоря, что оно может принять всё это с лёгкостью. Готово. Одну за другой я перелил ману из хрустального шара в ядро. Вновь обретённая мана, неуклюжая, как будто она только что переехала в новый дом, была успокоена мной, смешав её с моей первоначальной маной. — ... ... По спине у меня пробежал холодок. Меня охватил внезапный прилив восторга, напомнивший о том, что я испытал на торжественном приёме для первокурсников. — Ох... Я выдохнул воздух, который, казалось, застрял внутри. Я выдохнул так, что хватило бы на человека в два раза больше меня, что несколько облегчило ранее ощущавшуюся стеснённость. И всё же мои внутренности по-прежнему были набиты до отказа. Как будто я с силой запихивал в себя еду. Ах? Что я только что делал? Мой затуманенный разум резко прояснился. Моё пространственное восприятие, непроизвольно переключившееся в режим радара, вернулось к своей первоначальной функции. Ослепительный солнечный свет отражался от поверхности озера. Предрассветный туман рассеялся. Передо мной на корточках сидела Профессор Лиана и таращила глаза, разинув рот... — Вау... Заметив, что я пришёл в себя, Профессор Лиана вздохнула, скривив губы. — Так вот почему ты — особый допуск?.. — ?.. Я был озадачен её словами. ---------- Мана (3) Когда я пришел в себя, учебная цель уже была достигнута. Профессор Лиана, вручив мне хрустальный шар, всем своим видом показывала: «Просто попробуй». Я и попробовал, ни о чем не думая, и в мгновение ока со всем справился. Я направил ману в шар, вытянул её обратно, буквально выкачал всё до капли и сохранил в себе. Процедура оказалась простой. На всё про всё ушло от силы тридцать минут. Раз это далось мне так легко, значит, так и должно быть? Я в недоумении наклонил голову. — Для новичка... а уж тем более для того, кто только начал обучение, это определенно не «просто», — профессор Лиана решительно покачала головой. Она полагала, что я справлюсь с чувствительностью — умением ощущать ману. Поэтому и принесла хрустальный шар, работа с которым требует прикладных навыков управления. По словам профессора Лианы, обычно на то, чтобы соединиться с маной, пробить барьер и начать её извлекать, уходит полдня, а на полное поглощение — около двух суток. Причем даже двадцать процентов усвоенной энергии считаются отличным результатом. Сегодня она планировала развивать мои навыки контроля, необходимые для установления связи с маной, но... — ...А вы закончили всё одним махом. [Это же хорошо?] — Это невероятно, — отрезала профессор Лиана, качая головой от изумления. — Пусть это лишь самое начало, но с проверкой таланта покончено. Теперь я уверена на все сто. Судя по её тону, результат и впрямь был хорошим. Я немного переживал, так как никогда толком не использовал Сродство с маной, но, глядя на реакцию профессора, убедился: Сродство с маной — действительно стоящая уникальная способность. — Урок закончился гораздо быстрее, чем я ожидала. Пока я вертел в руках ставший серым хрустальный шар, профессор Лиана растерянно улыбнулась. — Раз так вышло, ничего не поделаешь. В тот момент, когда я начал беспокоиться, не сорвал ли я ей планы, она справилась с замешательством и уверенно заявила, что у неё есть следующий пункт программы. Что ж, видимо, у неё был запасной вариант на случай, если первый план провалится. — Давайте просто отдыхать! — ? Это точно правильно? *** С одной стороны, я чувствовал, что развиваюсь вполне успешно, но в глубине души грызло беспокойство: а не слишком ли медленно всё идет? В конце концов, у меня есть знания об оригинале. В поздних главах первоисточника главный герой к этому времени вовсю поглощал скрытые бонусы и наращивал характеристики. Используя записи прошлых прохождений, он зачищал неисследованные подземелья с помощью хитростей, поглощал всевозможные эликсиры и высокоранговые артефакты... Находил нужных персонажей, убивал их и забирал всё себе... В тех прохождениях герои не шли прямым путем, а выбирали самые эффективные и быстрые варианты, демонстрируя чудовищные показатели роста и запредельные возможности. — Мысль похвальная, но нет — значит нет. Я спросил, не может ли она научить меня чему-нибудь еще, раз осталось время. Она отказала наотрез. Тон её был весьма решительным. — Если точнее, я бы и рада научить, но сейчас отдых пойдет вам на пользу больше. Разве вы не чувствуете сейчас странную тяжесть внутри? Услышав слова профессора Лианы, я прислушался к себе. Действительно, в животе возникло неприятное ощущение, будто я сильно переел. Не до тошноты, но дискомфорт ощутимый. — Вот видите. Так всегда бывает, когда объем маны резко возрастает за короткий промежуток времени. Сейчас лучше не усердствовать с тренировками, а подождать, пока всё стабилизируется. [Да. Я понял. Буду отдыхать.] — Вот и умница. Послушный и прилежный курсант. Слова профессора Лианы звучали логично. Вместо того чтобы капризничать и требовать продолжения урока, лучше согласиться и передохнуть. Я кивнул в знак согласия. Профессор Лиана удовлетворенно улыбнулась и, протянув руку, погладила меня по голове. От внезапного прикосновения я невольно вздрогнул. — ? — Ой, вам неприятно? Да нет, не то чтобы... Просто зачем так внезапно... Когда я смущенно покачал головой, она с улыбкой облегчения продолжила поглаживать меня. От этих движений, какими обычно ласкают щенка, мне было неловко, но в то же время внутри разливалось какое-то странное, мягкое тепло. — Если уж вам так хочется учиться, я преподам вам один короткий урок. Прямо здесь и сейчас... Урок мгновенного засыпания! Профессор Лиана, с довольным видом погладив меня еще немного, звонко хлопнула в ладоши. Урок мгновенного засыпания. Я недоуменно наклонил голову, не совсем понимая суть. На первый взгляд это казалось чем-то совершенно бесполезным. Заметив мою реакцию, профессор Лиана цокнула языком и погрозила пальцем. — Давайте подумаем. Станете вы героем или охотником — всегда будут задания, которые заканчиваются быстро, и те, что затягиваются надолго. Есть подземелья, которые можно зачистить за день. Но для большинства серьезных вылазок требуется как минимум несколько суток. И это при условии, что подземелье уже изучено, а в группу набрано достаточно людей только для уничтожения монстров. Но если речь идет об исследовании подземелья, где неизвестно, какие опасности подстерегают за углом... На то, чтобы разгадать законы и ловушки, а также постоянно быть начеку из-за монстров, которые могут появиться откуда угодно, уходит далеко не пара дней. В этом и заключается важность уникальных способностей типа Сенсорики. Даже в давно изученные подземелья на всякий случай рекомендуют брать сенсориков. А соваться без них в новое, едва открытое подземелье? Это верный способ погубить весь отряд. — Подземелья сами по себе отнимают время, караулы — тоже. А если вас отправят на какой-нибудь фронт, счет пойдет на недели. Иными словами, миссии часто затягиваются. — Особенно при размещении на фронте навык «заснуть когда угодно и где угодно» просто жизненно необходим. Теперь понимаете? Только сейчас до меня дошло. Я как-то видел в MeTube ролик: солдат в окопе спит мертвым сном, пока вокруг рвутся снаряды. То, как он даже во сне прижимал к себе винтовку, произвело на меня сильное впечатление и надолго врезалось в память. Определенно, этому стоит научиться. К тому же, если вспомнить, среди общих дисциплин, кажется, была лекция, связанная со сном. — Итак, ложитесь! Поддавшись настойчивости профессора Лианы, я осторожно опустился на траву. Спиной я почувствовал слабую вибрацию, идущую от земли. — А теперь закройте гла... Простите. Сболтнула лишнего. Честное слово, я не со зла... [Всё в порядке.] — Мне правда очень жаль... Произошла небольшая заминка, но мы быстро её замяли. Возможно, из-за накопившейся усталости, но стоило мне лечь, как навалилась сонливость. — Хм. Засыпая, вы должны помнить о двух вещах. Первое: не погружайтесь в глубокий сон, чтобы быть готовым к любой неожиданности. Второе: спите короткими промежутками, установив себе интервалы. — На словах это просто, но на деле — трудно. Это скорее привычка, чем техника. Поэтому, если начнете готовиться сейчас, в будущем это вам очень поможет. Я кивнул, внимая её словам. «Фух...» Чтобы уснуть, я отогнал лишние мысли. Сосредоточившись на двух правилах, я позволил сознанию погрузиться в дрему. Разумеется, на земле было не так удобно, как в кровати. Не было теплого одеяла, не было подушки, которая поддерживала бы шею и которую можно было бы обнять. Но в этом было свое очарование. На извлечение маны из шара ушло около получаса. Всё еще стояло раннее утро, и в его атмосфере была своя необъяснимая магия. — Тебе не слишком тяжело на профильных занятиях? Пока я медленно погружался в сон, профессор Лиана, сидевшая рядом и разглядывавшая окрестности, вдруг осторожно задала вопрос. Профильные занятия... Это лекции профессора Атры. «Тяжело ли...» В первый день — бег до полуобморочного состояния. Во второй — бег и спарринги на мечах... В третий — бег и спарринги на копьях... И куча других изматывающих дел... Я немного подумал и набрал текст на смарт-часах. [Всё в порядке.] Конечно, это тяжело. Во время спаррингов бывает так больно, что слезы наворачиваются. Мне не хочется этим заниматься. Наверное, боль доставляет удовольствие лишь немногим людям со специфическими вкусами. Я не из тех, кто ловит кайф от страданий, и у меня нет таланта трудоголика, который ищет трудностей. Но много ли в этом мире людей, которые хотят, чтобы им было больно? Кто по доброй воле захочет взвалить на себя тяжелую ношу? Никто не хочет. Всем не нравятся трудности и боль, но каждый ими занимается. Потому что иначе не выжить. Чтобы продолжать существовать, нужно что-то делать. Я не исключение. Во мне нет ничего особенного. Я точно знаю: если не буду вкалывать сейчас, будущее будет безрадостным. Поэтому я и терплю всё это. Услышав мой ответ, профессор Лиана озадаченно наклонила голову. Она словно о чем-то размышляла, а затем вдруг прыснула и выдала нечто совершенно неожиданное: — У профессора Атры характер, конечно, просто паршивый. — !? Я невольно замер с открытым ртом. Не ожидал услышать такое от профессора Лианы, а уж тем более не думал, что она будет ругать профессора Атру. — Хе-хе-хе. Посмотри на свою реакцию. Её это так развеселило, что она расхохоталась. Прикрыв рот рукой, она долго хихикала и успокоилась лишь спустя какое-то время. — Мы с профессором Атрой в некотором роде старые знакомые. Знаете ли, часто пересекались на Африканском фронте. Африка. Когда-то это была земля людей, но теперь территория захвачена монстрами. Это место — первое, что приходит на ум при упоминании магических земель; именно там активнее всего действуют нынешние герои и охотники. — То на задании пересечемся, то в одной временной группе окажемся... Мы много работали вместе, и она всегда была такой — твердолобой, колючей, совершенно не умеющей слушать других. Ух, как же она меня тогда бесила. Если бы не её мастерство, я бы ей точно задала. Профессор Лиана затрясла головой, будто её до сих пор передергивало от тех воспоминаний. — Не то чтобы она плохой человек... или всё-таки плохой? В общем, характер у неё скверный, вернее, манера выражать свои мысли просто ужасная... Эх, трудно объяснить. [Профессор Атра тоже сражалась на Африканском фронте?] — Она не только там была. Колесила повсюду, но последние несколько лет действительно осела в Африке. Я кивнул, испытывая смешанные чувства. Профессор Лиана и профессор Атра. Я и представить не мог, что они знакомы. А еще я услышал, что профессор Атра — герой высшего ранга, имеющая немалые заслуги на Африканском фронте. Это было крайне любопытно. Профессор Лиана, ничуть не утомляясь, с мягкой улыбкой продолжала болтать о разных случаях, связанных с Атрой. — Если занятия станут совсем невыносимыми, можешь так и сказать. Для тебя, Ха Юль, она может казаться просто злобной ведьмой, но у неё есть свои причины быть такой... Думаю, если ты скажешь, она изменит подход. Она даже посоветовала мне, что если я совсем не буду справляться, то могу бросить это дело. Заметно, что профессор Лиана не слишком церемонится с репутацией коллеги. Стервозная ведьма со скверным характером... Если вспомнить её вечно суровое лицо, это похоже на правду... Эта болтовня подействовала на меня как колыбельная, и сознание начало медленно угасать. Присутствие профессора Лианы рядом дарило чувство безопасности — уверенность, что ничего плохого не случится, подстегивала сонливость. «Один час. Проснуться через час...» И не засыпать слишком глубоко. Я продолжал твердить это себе. Но от ощущения того, как кто-то нежно гладит меня по голове, я окончательно провалился в глубокий сон. — ...Надо же, уже уснул. Последним, что я зафиксировал, было странное выражение лица профессора Лианы. ---------- Том 1 Глава 21.1 Когда я пришёл в себя, то понял, что достиг цели исследования. Профессор Лиана вручила мне хрустальный шар и, казалось, предлагала мне просто попробовать, и, не задумываясь, я мгновенно решил проблему. Я поместил ману в хрустальный шар, извлёк её и втянул в себя. Это была простая процедура. Она заняла всего тридцать минут. Всё было настолько просто, что я задумался, а не должно ли это быть нормальным? Я озадаченно склонил голову набок. — Для новичка... особенно для того, кто только начал, это определённо непростой подвиг. Профессор Лиана решительно покачала головой. Она сказала, что, по её мнению, её уже удовлетворила бы лишь способность ощущать ману. Вот почему она принесла хрустальный шар, который требовал применения манипуляций. По словам Профессора Лианы, обычно требуется полдня, чтобы связать ману и проделать отверстие для её извлечения, и ещё два дня или около того, чтобы впитать её. Кроме того, было бы прекрасно, если бы даже двадцать процентов всей маны было поглощено. Итак, сегодняшней целью было развить необходимые навыки манипулирования для объединения маны... — ...Но ты справился со всем этим сразу. [Это хорошо, да?] — Это невероятно. Пренебрежительно покачав головой, словно не веря своим глазам, Профессор Лиана прямо ответила: — Мы всё ещё в начале пути, но на этом оценка таланта завершена. Смысл её слов подразумевал положительный исход. Я никогда должным образом не использовал свою уникальную способность, сродство к мане, и испытывал некоторое беспокойство по этому поводу, но, видя, как Профессор Лиана говорит об этом, мне показалось, что сродство к мане действительно было полезной уникальной способностью. — Сегодня урок закончился неожиданно быстро. Вертя в руках ставший бесцветным хрустальный шар, Профессор Лиана неловко улыбнулась. — Теперь уже ничего не поделаешь. Как раз в тот момент, когда я забеспокоился, что что-то пошло не так, она сменила смущённое выражение лица и решительно заявила, что у неё есть план действий на следующий день. Действительно. Похоже, у неё были планы на случай непредвиденных обстоятельств, когда первый из них потерпел крах. — Давай сделаем перерыв поудобнее! — ?.. Это верный курс действий? * * * Хотя мне казалось, что я продвигаюсь плавно, в глубине души я беспокоился, не слишком ли медленно продвигаюсь на самом деле. В конце концов, я обладал знаниями, почёрпнутыми из оригинальной работы. Согласно последним эпизодам оригинальной истории, примерно в это время было самое подходящее время для сбора всевозможных скрытых фрагментов и полного обновления спецификаций. Согласно записям предыдущих эпизодов, безымянные подземелья были очищены с помощью хитрости, были использованы всевозможные эликсиры и превосходные артефакты... были найдены подходящие персонажи, которых можно было убить и ограбить... Эти эпизоды не только показали неуклонный прогресс, но и привели к быстрому принятию решений, показав причудливые показатели роста и ограничения. — Твои мысли достойны похвалы, но это не сработает. У меня оставалось время, и я спросил, может ли она научить меня чему-нибудь ещё. Мне было категорически отказано. Это была довольно решительная реакция. — Строго говоря, даже если бы я хотела научить тебя, отдых был бы для тебя полезнее прямо сейчас. Ты не чувствуешь что-то странное в своём желудке? Профессор Лиана покачала головой, когда говорила, и я на мгновение задумался. На самом деле, я чувствовал себя раздутым, как будто я переел. Не до такой степени, чтобы меня тошнило, но достаточно сильно, чтобы беспокоить. — Видишь? Это нормально, если количество маны внезапно значительно увеличивается. Лучше подождать, пока ситуация стабилизируется, чем форсировать тренировки. [Понял. Я пока отдохну.] — Хорошо. Ты послушный ученик. Очевидно, что точка зрения Профессора Лианы была логичной. Вместо того, чтобы настаивать на том, чтобы учиться дальше, лучше было согласиться и отдохнуть. Я кивнул, поняв. Затем Профессор Лиана довольно улыбнулась и протянула руку, чтобы погладить меня по голове. Я вздрогнул от неожиданного прикосновения. — ?.. — Ах, тебе было неприятно? Нет, не совсем так... Но почему это внезапное прикосновение... Когда я нерешительно покачал головой, она, казалось, почувствовала облегчение и продолжила гладить меня по голове. Ей казалось, что она гладит щенка, и в то же время это ощущение было каким-то успокаивающим и странным одновременно. — Если ты действительно настаиваешь на уроке, я дам тебе несколько советов, очень простых: совет, который научит тебя засыпать в любое время и в любом месте! Немного погладив меня по голове, Профессор Лиана удовлетворённо хлопнула в ладоши. Урок о том, как мгновенно засыпать. Я наклонил голову, не до конца понимая. На первый взгляд это прозвучало не слишком практично. Затем Профессор Лиана прищёлкнула языком и погрозила указательным пальцем. — Подумай об этом. Кем бы ты ни стал — Героем или Охотником. Будут задания, которые можно выполнить быстро, и другие, которые займут много времени. Есть подземелья, с которыми можно справиться за день. Тем не менее, для выполнения большинства подземелий требуется несколько дней. Это делается при условии, что подземелье полностью изучено и задействовано достаточное количество людей только для его зачистки. Задача — исследовать подземелья с неизвестными угрозами. Время, необходимое для того, чтобы разобраться в принципах работы подземелья и ловушках, а также быть настороже в отношении монстров, которые могут появиться в любой момент, не может быть потрачено всего за несколько дней. В этом и заключается важность уникальных способностей обнаружения. Даже для давно изученных подземелий рекомендуется иметь при себе детектор на случай непредвиденных ситуаций. Не делать этого для недавно изученных подземелий? Это чревато катастрофой. ---------- Том 1 Глава 21.2 — Подземелья по своей сути отнимают много времени, как и нахождение на страже. Добавь к этому то, что ты находишься на передовой, и продолжительность миссии может легко превысить несколько недель. Другими словами, миссии часто растягиваются на длительный период. — Особенно на передовой, умение «засыпать где угодно и когда угодно» становится ещё более необходимым. Теперь ты понимаешь, в чём дело? Вот тогда я начал понимать. Я случайно видел это на «MeeTube». Солдаты в окопах засыпали, несмотря на падающие вокруг снаряды, что незабываемо, потому что они цеплялись за своё оружие даже во сне. Конечно, это показалось мне уроком, который стоит усвоить. И если подумать, то среди общих курсов действительно были лекции, связанные со сном. — А теперь ложись! Подталкиваемый Профессором Лианой, я, в конце концов, осторожно опустился на траву, ощущая слабую вибрацию земли. — И закрой глаза... Извини, это сорвалось с языка. Я действительно не хотела этого сказать... никаких дурных намерений... [Всё в порядке.] — Мне правда жаль... Возникла небольшая заминка, но я легко на неё отреагировал. Возможно, из-за того, что я уже был утомлён, просто приляг, и меня начала одолевать сонливость. — Кхм. Есть две вещи, на которые тебе нужно обратить внимание, засыпая. Во-первых, не засыпай слишком глубоко в экстренных случаях. Во-вторых, определи интервалы и спи с перерывами. На словах это звучит просто, но на самом деле это сложно. Это скорее привычка, чем навык. Так что, если ты начнёшь понемногу готовиться сейчас, это пригодится в будущем. Я кивнул на её слова. Ах... Чтобы заснуть, я отбросил ненужные мысли. Помня о двух предостережениях, я позволил своему сознанию погрузиться в сон. Конечно, это было менее удобно, чем на кровати. Не было ни одеяла, чтобы согреть меня, ни подушки, чтобы обнять за шею. Но в этом было определённое очарование. На извлечение маны из хрустального шара ушло примерно тридцать минут, верно? Было ещё раннее утро, и неповторимая атмосфера рассвета обладала своим особым очарованием. Я незаметно погрузился в безмятежность. Профессор Лиана, удобно устроившаяся неподалёку и наблюдавшая за происходящим, вдруг настороженно спросила: — Тебе трудно на основных занятиях? Основные часы курса... это были лекции Атры. Трудно... Первый день был напряжённым до потери сознания. Второй день был напряжённым. Спарринг по фехтованию на мечах... Третий день был напряжённым, спарринг по упражнениям с копьём... И ещё несколько различных напряжённых заданий... Немного поразмыслив, я постучал по своим умным часам. [Всё в порядке.] Очевидно, что это тяжело. Во время спарринга бывает так больно, что на глаза наворачиваются слёзы. Это то, чего я не хочу делать. Возможно, только те, у кого есть особый вкус к боли, на самом деле хотят этого. Я не из тех, кто получает удовольствие от боли, и я не обладаю качествами трудолюбивого человека, который намеренно ищет трудностей. Но кто в этом мире на самом деле хочет испытывать боль? Кто охотно взялся бы за выполнение сложных задач? Всем это не нравится. Все ненавидят трудные и болезненные задачи, но всё же переносят их. Потому что иначе они не смогут выжить. Потому что им нужно что-то делать, чтобы жить. Я ничем не отличаюсь. Во мне нет ничего особенного. Если я не буду бороться сейчас, будущее станет только сложнее. Так что я принимаю это сейчас. Услышав мой ответ, Профессор Лиана склонила голову набок с загадочным выражением лица. Она, казалось, задумалась на некоторое время, затем рассмеялась, удивив меня нехарактерным для неё замечанием. — Атра может быть довольно неприятной. — ?!.. Я поймал себя на том, что бесцельно разинул рот, не ожидая таких слов из уст Лианы, и не ожидал, что она будет плохо отзываться об Атре. — Хе-хе-хе. Посмотри на свою реакцию. Что-то еёразвеселило, и она расхохоталась. Прикрыв рот рукой, она некоторое время хихикала, но в конце концов смех стих. — Я немного знакома с Атрой. Ты знаешь, мы часто пересекались на африканских фронтах. Африка. Когда-то это была земля людей, но теперь это территория, разорённая монстрами. Этот регион, который вспоминается как знаковый для демонических границ, где активные Герои и Охотники наиболее активны. — Иногда она участвовала в миссиях, выступая в качестве временных членов команды... работая со многими, она была по своей природе жёсткой, колючей, с ней было трудно общаться — ох, как же мне тогда было трудно. Если бы не недостаток навыков, её бы упрекнули. Говоря это, Лиана энергично покачала головой, словно отгоняя воспоминания. — По сути, она неплохой человек, но... ух... может быть, так оно и есть? Кажется грязной, как будто её экспрессивная натура грязная, хм-м... это трудно объяснить. [Профессор Атра тоже была активна на африканских фронтах?] — Не только в Африке. Она, вероятно, немного путешествовала, но в последние годы практически не выходила за пределы Африки. Я кивнул, испытывая неоднозначное чувство. Лиана и Атра. Я никогда не думал, что они будут знакомы друг с другом. И я слышал, что Атра была Героем высшего уровня, добившейся успехов на африканских фронтах. Это была довольно интересная история. Лиана, казалось бы, непринужденно разговаривавшая, продолжала рассказывать о своих отношениях с Атрой, мягко улыбаясь. — Если лекции даются тебе тяжело, ты можешь сказать, что они тебе не нравятся. Ты можешь считать её капризной ведьмой, но у неё есть свои причины для такого темперамента... и если ты выскажешься, она может изменить свой подход. Мне также посоветовали перестать заниматься с ней, если это станет совсем невыносимым. При ближайшем рассмотрении обращение Лианы с Атрой кажется довольно суровым. Ведьма с отвратительным характером и всегда серьёзным поведением... Когда я думаю об этом, мне кажется, что это подходит... Но такое праздное подшучивание действовало на меня как колыбельная, и сознание постепенно ускользало. Лиана была рядом, и я почувствовал уверенность в том, что ничего непредвиденного не произойдёт, что прогнало сонливость. Один час. Я проснусь через час... Я напомнил себе об этом, стараясь не заснуть слишком глубоко. Однако ощущение, что кто-то гладит меня по голове, постепенно погрузило моё сознание в более глубокий сон. — ...Он уже заснул... Последнее, что я помню, — это странное выражение лица Лианы. ---------- Мана (4) За свою жизнь Лиана слышала слово «талант» столько раз, что оно набило ей оскомину. С самого рождения всё было предопределено. Ее врожденный запас маны в десятки раз превышал показатели обычных людей. Блестящая предрасположенность позволяла ей играючи управлять энергией, что само собой вело к оттачиванию мастерства контроля. Даже в юном возрасте, еще до пробуждения уникальной способности, никто не сомневался: она станет выдающимся сверхчеловеком. Затем последовало пробуждение. Уникальная способность типа «дух» — явление настолько редкое, что обладателей подобного дара во всем мире можно было пересчитать по пальцам. В то время ожидания, возлагаемые на нее, взлетели до небес. Подхваченная этим вихрем, она как-то сама собой стала героем и сама собой оказалась на Африканском фронте. Конечно, это был и ее собственный выбор. Лиана считала, что лучше спасать людей, чем сидеть сложа руки. К тому же платили баснословные деньги — она думала о том, как выйдет на пенсию и будет жить в свое удовольствие... Так или иначе, она довольно долго вела жизнь героя, и на этом пути слово «талант» преследовало ее неотступно. Стоило кому-то прославиться, как его тут же клеймили талантливым. Врожденный дар к мане, талант к магии, к боевым искусствам, уникальные способности... Талант, талант, талант. Она слышала это бесконечно. Одаренные личности всплывали в самых разных областях, и куда ни глянь, вокруг всегда возвышались горы из «гениев». Лиана невольно погрузилась в воспоминания — от тех, что казались бесконечно далекими, до совсем недавних. Небо сегодня было по-прежнему лазурным. Совсем не таким, как над Африканским фронтом. Лиана задумчиво смотрела ввысь, а затем перевела взгляд в сторону. Буквально в паре шагов от нее, на траве, лежал юноша. От его первоначальной чинной позы не осталось и следа: теперь он свернулся калачиком, словно креветка, и мерно посапывал. — Фых. Тихий смешок сорвался с ее губ. Выглядел он донельзя мило. С такой внешностью любое его действие казалось очаровательным. Было ли это следствием предвзятости к красивым людям или же личным обаянием кроткого Ли Ха Юля? В любом случае, глядя на него, так и подмывало погладить его по голове. Она заметила, как он время от времени вздрагивает. Похоже, Ли Ха Юль был особенно чувствителен к холоду. Лиана достала верхнюю одежду, которую прихватила на всякий случай, и накрыла его. Юноша, словно почувствовав уютное одеяло, довольно замурлыкал во сне и сжался еще сильнее, окончательно зарываясь в куртку. При виде этой картины Лиана затаила дыхание, сдерживая смех. Еще секунда — и она бы расхохоталась в голос. Ей пришлось мысленно призывать себя к спокойствию, пока веселье не улеглось. Успокаивая всё еще трепещущее сердце, Лиана вернулась мыслями к тому, что произошло совсем недавно. Магический кристалл, созданный из манового камня, — излюбленный инструмент для тренировки базовых навыков управления энергией. Процесс состоит из трех этапов. Первый — войти в контакт с маной внутри кристалла. Второй — преодолеть сопротивление, пробить брешь и высвободить энергию. Третий — подчинить и поглотить извлеченную ману. Для Ли Ха Юля, который только начинал свой путь, эта задача была в разы сложнее. Ведь прежде чем приступать к этапам, нужно осознать собственную ману и научиться ею управлять. Кристаллы служили лишь посредниками. По одному сложно понять особенности своей энергии, но если поставить два разных рядом, их характеристики проявляются отчетливее. Иными словами, Ха Юль должен был осознать свою ману, направить ее вовне, войти в контакт с энергией кристалла, пробить «отверстие» и притянуть к себе рассеивающуюся ману, делая ее своей. Лиана полагала, что у него есть способности к магии. Особый статус при зачислении, беспрецедентный случай в истории. Ректор, которая десятилетиями не показывалась на публике и общалась с миром исключительно через Вице-ректора. Ходили даже слухи, что она давно мертва — настолько надежно она скрылась в недрах Колыбели. И вдруг Вице-ректор передает ее волю: выбран студент для специального зачисления. Лиана до сих пор качала головой, вспоминая, какой переполох это вызвало. И вот, пройдя через всё это, Ли Ха Юль оказался здесь и теперь мирно спал перед ней. Узнав обстоятельства, она была крайне удивлена. Но раз уж сама Ректор выбрала его, талант просто обязан был быть. К тому же Атра упоминала о его «неоднозначном» даре. «— Неоднозначный талант? Не выдающийся и не посредственный, что именно это значит? — Именно то, что я сказала. Я и сама не могу до конца его прощупать. Скорость обучения высокая, но... есть в нем что-то странное. — Э?» По оценке Атры — какой-то странный талант... Лиана не совсем понимала, что это значит, но раз уж у него были способности к боевым искусствам, она надеялась найти их и здесь. Она хотела проверить это лично и, если талант подтвердится, взяться за его обучение. Она собиралась понаблюдать, как Ли Ха Юль будет возиться с кристаллом. Чтобы наставлять, нужно сначала увидеть ошибки. Ха Юль взял кристалл, сосредоточился и... В мгновение ока он выпил магический шар досуха, пока тот буквально не сморщился. Он поглотил энергию с такой жадностью, будто в него вселился нищий, не евший несколько дней. Это было поразительно. Все этапы — а в его случае их было пять, включая осознание и контроль — он завершил одним махом. Будь это всё, Лиана бы просто восхитилась. Она бы с облегчением подумала: «У него есть дар!» — и начала бы планировать дальнейшие уроки. Установить контакт, пробить брешь и поглотить ману за один раз — впечатляюще, но не беспрецедентно. Лиана и сама так когда-то сделала. Ха Юль был быстрее, но это не выходило за рамки возможного. Однако между Лианой и Ли Ха Юлем была существенная разница. Объем поглощения. Лиана в свое время собрала от силы половину. Ха Юль же забрал почти всё. Он действовал в разы быстрее и при этом вытянул вдвое больше энергии. Но и это не всё. То, что заставило Лиану перейти от восхищения к тревоге, случилось после. Она окинула взглядом окрестности. Трава под ногами словно померкла, утратив жизненную силу. Можно было списать это на игру воображения, но при сравнении с зеленью чуть поодаль разница становилась очевидной. Более того, если присмотреться к потокам маны, ее концентрация в воздухе заметно снизилась. Радиус воздействия был невелик — от силы пара метров. Но суть заключалась в том, что он поглотил не только ману кристалла, но и энергию окружающего пространства. И был еще один, самый серьезный вопрос. Лиана подняла правую руку. Ту самую, которую она положила на руку Ха Юля, когда тот держал кристалл, чтобы подать сигнал. Поразительно, невероятно, но... Ха Юль поглотил и ее ману тоже. Конечно, это произошло потому, что она окутала руку энергией и не сопротивлялась. Захоти она выставить щит, Ли Ха Юль не смог бы коснуться ее маны и на йоту. ...Но так ли это на самом деле? Лиана убеждала себя в этом, но в глубине души не могла избавиться от сомнения. Атра говорила: «странный талант». Нечто инородное, отличающееся от обычных способностей. Лиана почувствовала то же самое. Пусть их сферы различались, она тоже ощутила эту чужеродность в его даре. Как бы это назвать... Взгляд Лианы скользнул по Ха Юлю, затем по обесцвеченному кристаллу, по пожухлой траве и остановился на собственной руке. Пожалуй, это можно сравнить с правами доступа. Словно его уровень допуска к мане в корне отличается от обычного. Теперь понятно, почему Атра, даже оказывая на него давление, не могла быстро во всём разобраться. Это действительно нечто из ряда вон выходящее. Лиана с улыбкой протянула руку и коснулась его мягких волос. К этому ощущению легко было привыкнуть. *** Син Сёюль привыкла вставать рано. Особой причины не было, ей просто нравился предрассветный воздух. Свежий, прохладный, но не обжигающий — он словно очищал всё внутри. И мягкий, еще не палящий свет солнца ей тоже был по душе. Поэтому, если случалось проснуться на рассвете, она отправлялась на пробежку. Удобная одежда, влажное спортивное полотенце на шее и недолгий забег. В такие моменты, когда ты несешься сквозь утреннюю прохладу в такт собственному дыханию, наступает удивительное чувство свободы. А после того как стресс улетучивался, наступал момент истинного счастья: сесть где-нибудь неподалеку и съесть прихваченные из общежития сладости. Вкус холодного сладкого кофе, вливающегося в разогретое после бега тело, — это было блаженство, которое трудно описать словами. — ... Рука, сжимающая стакан кофе за восемь с половиной тысяч вон, мелко задрожала. Сёюль не страдала тремором, она была здоровой девушкой, не знающей болезней. Но рука дрожала. И лицо ее словно застыло. Отчасти виной тому был холодный утренний воздух, но в основном — внезапно похолодевшее на душе чувство. Она забрела в парк, окутанный рассветным туманом. Прогулочные тропы среди зелени выглядели очень живописно, и Сёюль решила пройтись к озеру. И там она увидела это. Ли Ха Юль спал, свернувшись на траве у воды. «Милашка», — была ее первая мысль. Его внешность и впрямь располагала к таким эпитетам. Тонкие, мягкие черты лица. Глядя на него, Сёюль порой чувствовала досаду, потому что он казался красивее ее самой, а в следующий миг — изумление, потому что он был чертовски хорош собой. Наверняка эта внешность сыграла не последнюю роль в том, что неприязнь к нему как к «блатнику» и «льготнику» постепенно сходила на нет. Настоящий эльф, не иначе. Как-то раз Хон Ёнхва вскользь сравнила его с феей. Видимо, ляпнула не подумав, потому что сразу после этого у нее стало такое каменное лицо, что это невозможно было забыть. Сёюль с подругами тогда еще долго подкалывали ее, спрашивая, не очаровала ли ее лесная фея, за что и получили по шее. Тогда они просто хохотали, но сейчас, глядя на него, Сёюль не могла не согласиться с тем сравнением. Но! Однако! Важно было совсем другое. Рядом с Ли Ха Юлем, спящим у туманного озера, чинно сидела женщина. Даже Сёюль не могла не признать ее ослепительную красоту. Ее зеленые глаза притягивали взгляд даже здесь, среди буйства природной зелени. Лиана Беллус. Профессор класса Ипчхун. Сёюль училась в классе Усу и не была лично знакома с профессором. Она лишь пару раз здоровалась с ней, когда заходила навестить Хон Ёнхву или Пэк Арин. Поэтому она не знала, что их связывает. Почему они вдвоем в парке в такую рань в выходной день? Почему Ли Ха Юль так безмятежно спит рядом с ней... и даже укрыт курткой? Очевидно, что куртка не его. И почему, в конце концов, профессор Лиана гладит его по голове? Может, на то есть причины? Одно Сёюль знала точно: ей эти причины неизвестны, как неизвестно и то, существуют ли они вообще. В этот момент Лиана повернула голову. Их взгляды встретились. Глаза профессора на мгновение округлились, но затем она мягко улыбнулась и приложила указательный палец к губам. «— Тсс». От этого голоса, прозвучавшего прямо в ушах, Сёюль вздрогнула. Это была передача мысли — техника, позволяющая направлять голос напрямую собеседнику с помощью маны. Это не было уникальной способностью типа телепатии, которой владели некоторые маги поддержки, но опытные сверхлюди иногда использовали этот прием. — ... Сёюль помедлила, затем кивнула. Лиана удовлетворенно улыбнулась. Сёюль развернулась и покинула парк. Она не останавливалась, пока не перестала чувствовать на себе чей-то взгляд. Оглядевшись, она поняла, что рассвет окончательно сменился утром. Людей на улице становилось всё больше. Сёюль замерла и, нахмурившись, вспомнила о своей подруге. О той самой «красной» подруге со взрывным характером, которая при более близком знакомстве оказывалась неплохим человеком и забавно реагировала на подколки. Та самая девчонка, которая даже перед родителями не особо сдерживалась, перед Ли Ха Юлем вдруг превращалась в скромную барышню, наводя на всех оторопь. Та самая, что спрашивала, какие конфеты любят парни, когда хотела извиниться перед ним... Взгляд, которым Хон Ёнхва смотрела на Ли Ха Юля... И недавняя сцена. Спящий в парке Ха Юль и профессор Лиана, которая заботливо укрыла его и гладила по волосам... Собрав воедино крупицы информации, накопленные за жизнь, Сёюль рискнула сделать вывод. В ее голове прокрутилась целая многосерийная драма. — О-о... От шокирующего заключения Сёюль невольно покачала головой. — М-да... Соперница-то серьезная. Какой бы крутой ни была ее подруга, в этот раз противник ей достался из высшей лиги. ---------- Том 1 Глава 22.1 Лиана устала слышать слово «талант» на протяжении всей своей жизни. Когда она родилась. Её врождённые способности к мане без особых усилий превосходили способности других людей в десятки раз. У неё было превосходное сродство к мане, что позволяло ей легко контролировать её. Её способности к манипулированию естественным образом улучшились. Хотя она была ещё слишком молода, чтобы пробудить свои уникальные способности, никто не сомневался, что она станет выдающимся сверхчеловеком. Пробуждение уникальных способностей. Уникальная способность элементарного типа, настолько редкая, что она была поистине исключительной, как будто её можно было пересчитать по пальцам. Это был период, когда ожидания от неё взлетели до небес. И вот так, подхваченная атмосферой, она каким-то образом стала Героем и, не успев опомниться, уже сражалась на африканском фронте. Это был её собственный выбор. Мысли о том, что лучше спасать людей, чем ничего не делать, и позже, заработав много денег, она сможет спокойно уйти на пенсию... Несмотря на это, прожив довольно долгое время жизнью Героя, она постоянно сталкивалась с похвалами в адрес своего таланта. Те, кто хоть немного известен, неизменно талантливы. Врождённые способности к мане, магии, боевым искусствам и уникальные способности... Талант, талант, талант. Она слышала это бесчисленное количество раз. Таланты появлялись во всех мыслимых областях, и вокруг неё талантливых людей было не больше, чем грязи. На мгновение промелькнули воспоминания из, казалось бы, далёкого прошлого в не столь отдалённое. Небо сегодня всё ещё было голубым. Это отличалось от того, что происходило на африканских фронтах. Лиана отвернулась от бессмысленного созерцания неба. В траве, но не так далеко, чтобы можно было определить разницу в шагах. Мальчик, который сначала сидел прямо, а потом свернулся калачиком и теперь ровно дышал во сне, был уже в поле зрения. — Пф-ф-ф. С её губ сорвался смешок. Сцена была очаровательной. У него и так была привлекательная внешность, поэтому каждая мелочь, которую он делал, казалась восхитительной. Было ли это следствием превосходства внешности? Или это было обаяние безмятежного характера Ли Ха? В любом случае, наблюдая за ним, хотелось погладить его по голове. Время от времени его тело подёргивалось. Теперь, когда она подумала об этом, Ли Ха показался ей особенно чувствительным к холоду. Лиана на всякий случай достала верхнюю одежду, которую принесла с собой, и накрыла ею Ли Ха. Как только пальто накрыло его, как одеяло, он, казалось, остался доволен и ещё больше свернулся калачиком, издавая мурлыкающие звуки. Теперь он полностью зарылся в пальто. Стараясь не рассмеяться при виде этой сцены, Лиана затаила дыхание. Она чуть не расхохоталась. Некоторое время она сдерживала смех, но постепенно успокоилась. Сдерживая всё ещё колотящееся сердце, Лиана вспомнила сцену, произошедшую минуту назад. Хрустальный шар, изготовленный из камня маны. Инструмент, часто используемый для развития базовых навыков манипулирования маной. Процесс состоял из трёх этапов. Первым этапом было установление контакта с маной в хрустальном шаре. Вторым этапом было преодоление сопротивления указанной маны, чтобы проделать отверстие и извлечь её. Третьим этапом было поглощение извлечённой маны. Для Ли Ха, который находился на начальном этапе внедрения маны, этот процесс был ещё более сложным. Перед этими тремя этапами нужно было осознать свою собственную ману и знать, как ею управлять. Хрустальный шар служил для этого средством. Сами по себе они были едва заметны, но когда их поставили рядом, их характеристики стали более очевидными. Таким образом... Ли Ха должен был осознавать свою собственную ману, управлять ею, вытягивать её, чтобы связаться с маной в хрустальном шаре, пробивать её с помощью операции, а затем собирать и создавать свою собственную рассеивающуюся ману. Лиана решила, что у Ли Ха должен быть талант, связанный с маной. Он был студентом специальной приёмной комиссии. Не было прецедента, чтобы студент его статуса был принят. Директор, который, за исключением сообщений, передаваемых через заместителя директора в течение десятилетий до этого, полностью прекратил внешнюю деятельность. В связи с теориями заговора, утверждавшими, что она на самом деле может быть мертва, она скрывалась где-то в Башне Роста в течение многих лет. В разгар этого разговора заместитель директора школы передала своё сообщение. Они выбрали ученика с особыми потребностями. Вспоминая тогдашнюю суматоху, она даже сейчас недоверчиво качала головой. После различных событий человеком, который вошел в Башню Роста и теперь крепко спал на глазах у Лианы, был Ли Ха. Она тоже была потрясена, когда узнала о сложившейся ситуации. Оставляя в стороне процесс и причину, директор лично выбрала его, поэтому она считала, что у него должен быть талант. Действительно, из того, что она слышала от Атры, он обладал тонким талантом. — «Тонкий талант»? Не выдающийся и не незначительный, что именно это значит? — Как и было сказано. Даже я не совсем поняла. Он быстро учится, но... что-то здесь не так. — Ах? По оценке Атры. Странный талант... Хотя она не была уверена в его значении, поскольку говорили, что у него талант к боевым искусствам, возможно, у него был талант и в этой области. Она планировала подтвердить это и лично направить его, если у него действительно был талант. Поэтому Лиана намеревалась посмотреть, как Ли Ха борется с хрустальным шаром, только один раз. Ей нужно было знать, в чём проблема, если она хотела на что-то указать. А затем Ли Ха сосредоточился на хрустальном шаре. В одно мгновение он выжал хрустальный шар досуха, жадно поглощая всё до последней крошки. Это было похоже на то, как голодающий нищий поглощает пищу после нескольких дней голодания. Это было замечательное событие. Первоначальные три этапа — в случае Ли Ха, почти пять, связанные с самосознанием и манипуляцией, — были пройдены одновременно. Если бы это было всё, Лиана бы просто восхитилась талантом Ли Ха. Она бы вздохнула с облегчением, думая, что у него есть талант, и задумалась бы, как его научить. Устанавливая контакт с маной, проникая сквозь неё, извлекая её и поглощая высвобождённую ману. Удивительно, но не беспрецедентно. Лиана сама сделала это. Хотя Ли Ха был намного быстрее, это не было чем-то невероятным. Однако между Лианой и Ли Ха была разница. Количество поглощённой пищи. Лиана едва справилась с половиной? Ли Ха забрал почти всё. Он был невероятно быстр и забрал в два раза больше. И это было ещё не всё. То, что произошло дальше, вызвало у Лианы не только восхищение, но и странность. Лиана незаметно огляделась по сторонам. Трава на земле казалась слегка обессиленной. Возможно, это всего лишь игра её воображения, но когда она внимательно сравнила её с травой, растущей дальше, то заметила заметную разницу. Прежде всего, при ближайшем рассмотрении стало ясно, что концентрация маны поблизости значительно снизилась. ---------- Том 1 Глава 22.2 Зона воздействия была невелика. Максимум в радиусе двух метров. Что было важно, так это то, что помимо маны хрустального шара, поглощалась и мана окружающего пространства. И что ещё более важно... В текущей ситуации это был самый серьёзный вопрос. Лиана подняла правую руку. В том месте, где она положила ладонь на Ли Ха, когда он держал хрустальный шар, чтобы подать сигнал... Поразительно, невероятно. Ли Ха также поглотил ману Лианы. Конечно, это было возможно, потому что её тело было окутано маной, и потому что она не сопротивлялась. Если бы она захотела сопротивляться, Ли Ха вообще не смог бы пробить брешь в её мане. ...Неужели он действительно не смог бы? Размышляя об этом, Лиана не могла избавиться от маленького, затаившегося сомнения. Атра сказала это. Странный талант. Нечто, по сути, отличное от обычных талантов. Лиана тоже это почувствовала. Хотя и в другой категории, она также оценила талант Ли Ха как странный. Что с этим делать... Взгляд Лианы скользнул по Ли Ха, бесцветному хрустальному шару, растительности вокруг и её собственной правой руке. Может ли аналогия быть такой? Как будто у него были другие права доступа. Что-то в его способности к мане казалось необычным. Она понимала, почему Атре, несмотря на её настойчивость, потребовалось время, чтобы определить это. Это было действительно необычно. Лиана усмехнулась и протянула руку. Она коснулась мягких прядей волос. Это было захватывающее ощущение. * * * Шин Союль любила рано вставать по утрам. Для этого не было особой причины. Ей просто нравилась необычность утреннего воздуха. Он был прохладным, но не слишком холодным, и это ощущение освежало её изнутри. Она наслаждалась мягким солнечным теплом, но не слишком жарким. Поэтому время от времени, просыпаясь рано по утрам, она отправлялась на пробежку. Одетая в удобную одежду и обмотав шею спортивным полотенцем, слегка смоченным водой, она с удовольствием пробегала короткие дистанции. Бег, окутанный утренним воздухом, в подходящем темпе приносил ей ощущение освобождения, как будто в груди у неё стало легче. После этого можно было перекусить, принесёнными из общежития закусками, сидя где-нибудь поблизости. Только что после пробежки вкус прохладного сладкого кофе, налитого в тело, которое начинает разогреваться, доставляет неописуемое удовольствие. — ... Рука, державшая чашку с кофе стоимостью 8.500 вон (включая налог с продаж), слегка дрожала. Она не страдала болезнью Паркинсона. Она была здоровой девушкой, не склонной к лёгким недомоганиям. И всё же её рука дрожала. Её лицо стало холодным. Это было не только из-за холодного рассветного воздуха, но и из-за того, что она чувствовала озноб. Парк был пропитан атмосферой, которая резко выделялась среди зелени. Её взгляд был прикован к живописным дорожкам для прогулок среди деревьев, которые придавали парку невероятное очарование. И тут она увидела это. Ли Ха крепко спал, свернувшись калачиком на траве у озера. Мило. Таково было её первое впечатление. Разве его внешность не была создана для того, чтобы подчеркнуть привлекательность? Черты лица были тонкими и плавными. Глядя на его лицо, каким бы нелепым оно ни было, временами он казался ей красивее, чем она, а при повторном взгляде — просто смешным. Критика о том, что он был «золотым парашютом» или пристрастным «особым случаем», была отброшена, без сомнения, отчасти из-за его внешности. На самом деле, не было необходимости в другой фее. Однажды Ен Хва мимоходом сравнила Ли Ха с феей. Была ли это оговорка или нет, но она сразу же осознала свою ошибку, и в какой-то момент выражение её лица стало каменным. Впоследствии в памяти всплыл эпизод, в котором её и её друзей дразнили за то, что они были очарованы «феей», и в ответ они получили несколько ударов. Тогда они все громко смеялись, но, увидев Ли Ха сейчас, согласилась с комментарием «фея». Но! Однако! Это было не самое главное. Возле озера, покрытого рассветным туманом, лежит Ли Ха... и женщина, которая чопорно сидела рядом с ним. Шин Союль не могла не восхититься красотой этой женщины даже в своих собственных глазах. В этом оживлённом месте её зелёные глаза были исключительно притягательными. Лиана Велус. Профессор, ответственный за вступительный класс. Шин Союль, принадлежавшая к элитному классу, не была с ней знакома напрямую. В лучшем случае, она встречалась с ней несколько раз, когда навещала Ен Хва или Бэк Арин. Поэтому она не обратила внимания на их ситуацию. Почему они были вместе в этот ранний выходной день? Почему Ли Ха так уютно спал рядом с ней... даже накрытый пальто? Казалось, оно явно не принадлежало Ли Ха... Почему Лиана гладила Ли Ха по голове, также оставалось загадкой. Была ли какая-то ситуация? Ясно было одно: Шин Союль, как и она сама, не знала, была ли ситуация, и должна ли она была возникнуть. В этот момент Лиана повернула голову. Их взгляды встретились. На секунду Лиана широко раскрыла глаза, затем издала тихий смешок, поднеся указательный палец к губам. — Ш-ш-ш... Плечи Шин Союль дёрнулись от голоса, который, казалось, проник в её уши. Это была телепатия, общение непосредственно с другой стороной посредством маны. Не совсем способность резервной команды с уникальными способностями экстрасенсорного типа, но техника, иногда используемая довольно опытными сверхлюдьми. — ... Шин Союль некоторое время молчала, затем кивнула. Лиана, казалось, была довольна ответом, на её губах играла улыбка. Шин Союль повернулась к ней спиной и вышла из парка, не останавливаясь, пока этот странный взгляд не исчез. Незаметно для себя, то, что когда-то было ранним рассветом, сменилось утром. Люди начали проявлять активность. Шин Союль остановилась и нахмурила брови, думая о своей подруге. Подруга со вспыльчивым характером, которая, однако, проявила хорошие стороны при первом знакомстве, рыжеволосая подруга, которая играла роль боксёрской груши и всегда приятно реагировала, когда её дразнили. Девочка, которая никогда не сдерживала свой темперамент даже перед родителями, вела себя застенчиво перед Ли Ха, как будто она была служанкой из приюта. Был случай, когда подруга допустила ошибку, и мальчик спросил, любит ли она конфеты... То, как Ен Хва смотрела на Ли Ха... А теперь сцена, произошедшая несколько мгновений назад. Лиана, укрывающая его своим пальто и гладящая по голове, пока он спал в парке... Сопоставив различные фрагменты информации, накопленной за всю её жизнь, Шин Союль смело сделала один вывод. В её голове разворачивалась целая драма. — О... Шин Союль вздрогнула от шокирующего вывода, к которому она пришла, и покачала головой. — Боже мой... это серьёзный противник. Несмотря на то, что Ен Хва была её подругой, на этот раз она была грозным противником. ---------- Дуэль (1) Воскресное утро после первой недели в Сиёламе. Сегодня я тоже проснулся рано. Психологическое состояние не позволяло нежиться в постели и поддаваться дремоте — на это просто не было лишнего времени. Завтрак снова ограничился питательным батончиком. Вкуса я не чувствовал, поэтому аппетита не было совсем. И всё же организму требовалась энергия, так что я заставлял себя регулярно употреблять батончики и витамины. Сначала я хотел переодеться в спортивную форму и заняться тренировкой, но передумал: нужно было сверить планы. «Значит, начинается вторая неделя…» Я сел за стол в своей комнате и погрузился в раздумья. Пришло время подвести итоги. Прошла всего неделя, но результаты уже были ощутимыми. Я взял стилус и начал делать пометки на учебном планшете, выданном в Сиёламе. «Физические показатели». Прошло всего пять дней, но моё тело заметно окрепло. Статус сверхчеловека с его огромным потенциалом, множители от Благословения роста, дополнительные бонусы для особых абитуриентов и, конечно, изматывающие тренировки профессора Атры — всё это дало свои плоды. Всего за пять дней физический прогресс стал очевиден. «Мана». Вчера профессор Лиана помогла мне с первым шагом в освоении маны. Благодаря ей я успешно пробудил внутреннюю энергию и теперь по праву мог считаться сверхчеловеком. Конечно, это лишь начальный уровень. Я ещё не умею использовать Ганги, укрепление тела или простейшую магию, так что внешне мало что изменилось. Однако само умение управлять маной меняет всё. Можно сказать, мой рост ускорился ещё сильнее. «Уникальные способности». Пространственное восприятие, Мастер на все руки, Сродство с маной. Я начал использовать все три способности одновременно. Хотя я ещё не ощутил их в полной мере, в мелочах уже чувствовались улучшения. Эту сторону своего развития я планировал детально изучить во время спаррингов с профессором Атрой. Разумеется, я всё ещё в самом начале пути. Я не то что не выстроил собственную «сущность», я даже толком не разобрался в своих силах. Обычно уникальные способности даются при рождении. Как, например, в кланах Гэпхва и Чангэ, где способности основателей передаются по наследству. Они либо текут в крови, либо пробуждаются как нечто совершенно новое и уникальное для конкретного человека. Бывают ли случаи приобретения способностей позже? Бывают. Случается, что сверхчеловек, пробудивший ману, но не имеющий способностей, обретает их в результате титанических усилий. Но я не подхожу ни под один из этих случаев. Я не наследник благородной крови и не гений, одарённый небесами от рождения. И я не тот, кто обрел силу через пожизненный труд. Ни то, ни другое, ни третье. Мне просто повезло — я подкрутил настройки персонажа в игре, и вот результат. Уникальные способности и ограничения… Стоило об этом вспомнить, как внутри снова закипела злость. Я невольно поморщился. В памяти всплыла эта проклятая игра, которая добавила крутых поворотов в мою и без того непростую жизнь. В «Savior» при создании персонажа обычно можно выбрать одну способность. Это может быть что-то заурядное, встречающееся на каждом шагу, или нечто особенное. Можно и вовсе отказаться от способностей и начать с «голым» персонажем. В первом прохождении я из-за этого чуть не сдох. Захотелось, видите ли, «чистого опыта», и я начал без способностей. В итоге всё полетело к чертям. Парадоксально, но именно в тот первый раз я прожил дольше всего… В общем, система настроек в этой игре была с дефектом. Изначально тебе доступна одна способность. С помощью системы «ограничений» можно добавить персонажу особые бонусы. Обычно, если игрок берет одно ограничение, он получает вторую способность в дополнение к первой. Но только не в этой паршивой игре. За первое ограничение ты не получаешь ничего. Если берешь одно ограничение, общее количество способностей всё равно остается равным единице. По сути, первое ограничение — это лишь обязательный шаг, чтобы открыть возможность брать второе ограничение и вторую способность. Что за идиотская система? Я даже писал разработчикам, но получил лишь формальный ответ: «Это было сделано намеренно». Фактически, первое ограничение не приносит никакой выгоды, только чистый убыток. Я бы с радостью его выкинул, но, чтобы получить вторую и третью способности, пришлось соглашаться на эту кабалу. В итоге я начал игру с соотношением 3 способности к 3 проклятиям. «Тьфу». Тот формальный ответ от разработчиков… Теперь и это вызывает вопросы. Кто они такие? Кто создал эту нелепую игру? Я не знал. Хотелось бы выяснить, но сейчас не до того. Придется отложить это на потом. Когда появится возможность, разберусь во всём по порядку. Следующий вопрос. Мой прежний мир и мир игры. Реальность, где не было никаких сверхсил, и этот мир с маной, уникальными способностями, подземельями и башнями. Я — Ли Ха Юль из «прежнего мира». Сейчас я уверен в этом как никогда, потому что других зацепок нет. Я — тот Ли Ха Юль, который помнит свой нищенский старый дом, который бежал оттуда после пожара и скитался, пока не попал в приют. Тот, кто снова остался без крова, когда сгорел и этот приют, и кто в конце концов как-то устроился в жизни. Но что тогда с этим миром? Кто такой местный Ли Ха Юль? Этот вопрос мучил меня с самого начала. Я считал, что просто переместился сюда. Но была одна странность: у меня здесь уже была биография. В игре на это можно было закрыть глаза — мол, игровые условности. Но с тех пор, как я признал этот мир реальностью, игнорировать такие вещи стало нельзя. Поэтому сегодня, выкроив немного времени, я решил проверить свои документы. Поскольку структура государства здесь в целом повторяла Южную Корею, многие знакомые мне сайты существовали и тут. Получение справок через интернет не заняло много времени. Я внимательно изучил документы, высветившиеся в виде голограмм. [Приют «Ёнсон»] Записи с 0 до 7 лет. Найден младенцем у ворот, оформлен в приют. В результате пожара числится пропавшим без вести или погибшим. Подробные записи уничтожены огнем. [Приют «Ильбо»] Записи с 8 до 18 лет. Найден спустя полтора года после исчезновения. На момент обнаружения был слеп и имел тяжелый ожог правой руки. После формальностей зачислен в приют. Из-за инвалидности и крайне пассивного поведения («жил как кукла») особых записей нет. Перед выпуском в приюте произошел пожар. Согласно записям, в этот раз травм не получил. «Хм…» Я нахмурился. По рукам пробежал неприятный холодок, кожа покрылась мурашками. Приют «Ёнсон». Я понятия не имел, что это за место. Никогда о нём не слышал. Впрочем, мало кто помнит названия приютов из раннего детства. Но вот… «Приют „Ильбо“». Это название было мне слишком знакомо. Как я мог его забыть? Это был мой приют. Ощущение было крайне скверным. Скорее, это был даже страх. Когда я узнал, что меня зовут так же — Ли Ха Юль, я заподозрил неладное, но такое сходство биографий по-настоящему пугало. Различия были только в самом начале, в периоде «Ёнсона». В моем мире я в это время жил с родителями. Но пугало другое — общее звено в виде пожаров. Дом моих родителей сгорел, и приюты в этом мире тоже сгорели. И еще это совпадение с годовым скитанием. Тогда я был уверен, что умру. Когда у тебя горит правая рука и ты теряешь сознание, о жизни не думаешь. Но я открыл глаза. Почему-то выжил, хотя на правой руке остался жуткий шрам. Тогда, не успев осознать, что произошло, я долго бродяжничал, мучимый голодом. А потом каким-то образом попал в другой приют — «Ильбо». В то время я был «ребенком-призраком» без свидетельства о рождении. Только в «Ильбо» мне оформили документы. — Ха-а… На душе стало невыносимо тяжело. Я откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. Голова шла кругом. Проблем хватало и без загадок прошлого. Как выяснилось, на моем имени висел долг. Судя по всему, местный Ха Юль набрал кредитов, чтобы как-то выживать. Сумма составляла десятки миллионов вон. Загадка, как ему вообще их выдали при отсутствии кредитной истории. К счастью, Сиёлам регулярно выплачивал курсантам пособие на представительские расходы, так что немедленная нищета мне не грозила. Но, учитывая проценты, долг стоило погасить как можно скорее. Для героя или охотника даже низшего ранга несколько десятков миллионов — сумма вполне подъемная. «Голова раскалывается…» От обилия мыслей виски начало ломить. Вчера я отлично выспался рядом с профессором Лианой, но с сегодняшнего дня время на сон снова сократится, и боли вернутся. Урок сна, как она это называла… Это оказалось сложнее, чем я думал. Я и не рассчитывал, что смогу сразу проснуться ровно через час, погрузившись в легкую дрему. Но я не ожидал, что вырублюсь на несколько часов подряд. До сих пор не верится, что я так бессовестно дрых, укрывшись пальто профессора. Лиана, конечно, со смехом сказала, что поначалу у всех так бывает, но, честно говоря, мне всё еще было чертовски неловко. «Кажется, на третьей неделе?» Чтобы унять чувство стыда, я принялся бессмысленно тыкать пальцем в поверхность стола, а потом вспомнил кое-что важное и открыл на смарт-часах файл с расписанием, скачанный ранее. Сегодня заканчивались выходные первой недели. В понедельник и вторник третьей недели запланирован обязательный для всех первокурсников выход в подземелье. Курсантов разделят на группы по 4–5 человек и отправят в подземелье 4-го ранга для выполнения задания. Поход рассчитан на два дня и одну ночь. Зачистка подземелий и истребление монстров — неотъемлемая часть жизни героя. Поэтому такие тренировки проводятся регулярно. А сразу после этого, на четвертой неделе, нас ждет вход в Башню Роста. Башня Роста — это, по сути, главная причина существования Сиёлама. Она дает два ключевых преимущества: во-первых, Благословение роста, действующее на всех курсантов, а во-вторых — право на вход в саму Башню. Внутри Башни и без того высокие темпы развития ускоряются еще сильнее, а сама она подбрасывает особые испытания. Более того, даже если ты потеряешь там конечность или погибнешь, всё это останется лишь иллюзией. Как только испытание заканчивается, Башня «выплевывает» тебя наружу. Все негативные последствия, вроде ран, исчезают, а вот весь полученный опыт и прирост сил остаются при тебе. О важности боевого опыта нам прожужжали все уши, и Башня — идеальное место, чтобы получить его без риска для жизни и здоровья. И всё это под действием усиленного Благословения роста. Это одно из важнейших событий в Сиёламе, позволяющее совершить резкий рывок в развитии. Вход в Башню — это долгосрочное мероприятие, которое длится целых пять дней. Я прикинул варианты. Выход в подземелье через две недели, Башня Роста — через три. Пройдет почти месяц. К тому времени я уже достаточно окрепну. С такой скоростью развития через месяц можно будет потихоньку начинать использовать знания из оригинала. Я уже наметил первое подземелье, которое хочу зачистить. Оно находится неподалеку от небольшого городка в Великобритании. Цель — награда, которую там можно получить. Ожерелье признания. Артефакт, который преобразует мысли владельца в голос. Его пытались использовать как «сыворотку правды», но условия активации были слишком специфичными, поэтому широкого применения он не нашел. Но в моей ситуации это было именно то, что нужно. Один из способов обойти Проклятие безмолвия. С этой вещью проклятие фактически перестанет быть помехой. «Отлично». Ближайшая цель определена. Когда появился реалистичный план, мотивация подскочила до небес. Я поднялся со стула. С планированием покончено, пора заняться телом. *** Так началась вторая неделя в Сиёламе. Это было время стабильного роста. На общих лекциях я напрягал мозги, на профильных — и мозги, и тело. Я вкалывал до седьмого пота, но чувствовал, как с каждым шагом продвигаюсь вперед. Это были насыщенные дни. — Я вызываю курсанта Ли Ха Юля на дуэль. Непредвиденное случилось в среду. Шло занятие по общему курсу «Основы практического фехтования». Один из курсантов, глядя прямо на меня, бросил вызов. У него был резкий, колючий взгляд. Он старался сохранять бесстрастное выражение лица, но я отчетливо чувствовал исходящую от него неприязнь. — …… Что ж, на меня не напал монстр, и моей жизни ничто не угрожало. Но это было начало чего-то нового. ---------- Том 1 Глава 23.1 Наступило воскресное утро, ознаменовавшее окончание первой недели занятий в «Башне Роста». Как обычно, я встал рано. Я не мог позволить себе роскошь поваляться в постели, всё ещё сонный после сна. И сегодня на завтрак я съел диетический батончик. Я ничего не чувствовал, поэтому у меня не было аппетита, но мне всё равно нужно было как-то получать питательные вещества, поэтому я регулярно употреблял в пищу питательные батончики и витамины. Переодевшись в свою обычную одежду, я решил заняться физическими упражнениями, но потом почувствовал необходимость пересмотреть свои планы и отказался от этого. Неужели уже началась вторая неделя... Я сидел за письменным столом в своей комнате, погружённый в раздумья. Я собирался подвести итоги. Прошла всего неделя, но я добился немалых успехов. Я что-то нацарапал ручкой в учебном блокноте, предоставленном «Башней Роста». Физические способности. Прошло всего около пяти дней, но мои физические способности заметно возросли. Я только начал превращаться в сверхчеловека, наделённого потенциалом, который был усилен благословениями Башни Роста, дополнительным усилением за то, что я был зачислен особым допуском, и интенсивными лекциями Атры. Всё это подстегнуло мой рост, и всего через пять дней прогресс стал очевиден. Мана. Вчера Лиана помогла мне со знакомством с маной. Благодаря ей мне удалось успешно пройти инициацию в ману, и теперь я действительно причислен к сверхлюдям. Конечно, я только начал выполнять базовые операции. Я ещё не умею должным образом использовать ци, укрепление мышц или базовую магию, так что, похоже, разницы особо нет, но то, что я могу контролировать ману, означает, что многое изменилось. Не будет ошибкой сказать, что произошло ещё одно ускорение роста. Уникальные способности. Пространственное восприятие, мастер на все руки, магическая восприимчивость. Я начал использовать все три уникальные способности одновременно. Хотя я ещё не мог глубоко понять их, у меня было ощущение, что что-то постепенно улучшается. Я планирую узнать больше об этом во время очередного поединка с Атрой. Конечно, даже это всего лишь начало. Я ещё даже не создал «свой собственный» стиль, не говоря уже о том, чтобы как следует оценить свои возможности... Уникальные способности обычно являются врождёнными от рождения. Например, как клан Гоп Хва наследует уникальные способности основателя. Они могут передаваться по семейным линиям, а в некоторых случаях у отдельных людей проявляются совершенно другие уникальные способности самостоятельно. Приобретённые послеродовым путём? Не исключено. Конечно, есть сверхлюди без уникальных способностей, которые пробуждают их с большим трудом после того, как они уже пробудили ману. Я не подхожу ни под одну из этих категорий. Я не унаследовал выдающуюся родословную и не родился с непреодолимым талантом. И я приобрёл их не ценой долгих усилий всей своей жизни. Ничего из этого. К счастью, я просто повозился с настройками игрового персонажа и в итоге получил их. Размышление об уникальных способностях и их ограничениях... это снова приводит меня в ярость. Сам того не сознавая, я нахмурил брови. Я невольно вспомнил ту чёртову игру, которая добавила ещё один поворот в мою и без того запутанную жизнь. В «Спасителе», когда вы создаёте персонажа, вы обычно выбираете одну способность. Вы можете использовать любую обычную способность, распространённую по всей вселенной, или способность со специальным эффектом. В качестве альтернативы, вы могли бы начать с ничем, вообще не прибегая к каким-либо способностям. Вот почему моё первое прохождение было полным провалом. Отказавшись от одной из способностей и решив начать играть голыми руками из желания насладиться простой игрой. В результате я полностью всё испортил. По иронии судьбы, я продержался дольше всех во время своего первого прохождения... В любом случае, в этом разделе настроек есть пробел. Есть одна способность, которую вы можете выбрать изначально. С помощью настройки под названием «ограничение» можно добавлять специальные модификаторы к игроку для каждого ограничения, которое он накладывает. Обычно, если игрок принимает одно ограничение, он объединяет его с тем, которое он изначально должен был принять, в результате чего у него появляются две способности. Но не в этой игре. Первое ограничение ничего не даёт. Если вы принимаете одно ограничение, общее количество полученных способностей равно одной. Первоначальное ограничение — это, по сути, просто уловка, чтобы получить второе ограничение и возможность. Что это за система, чёрт возьми? Я отправил разработчикам электронное письмо, но только получил официальный ответ, в котором говорилось: «Именно так мы всё и задумывали». Первое ограничение, которое вы принимаете, по сути, означает, что вы ничего не получаете; это убыточная сделка. Я бы с удовольствием отказался от него, если бы мог, но чтобы получить вторую и третью способности, мне пришлось нести этот багаж. Только после того, как соотношение возможностей будет равно трём, игра может начаться. — Тцк. Официальное электронное письмо от разработчиков. Даже это вызывает сомнения. Что это за компания? Кто эти люди, которые создали такую дерьмовую игру? Я не знаю. Как бы мне этого ни хотелось, в силу обстоятельств у меня не было времени заниматься этим вопросом... Так что мне пришлось оставить это. Я буду изучать это постепенно, когда у меня будет время. Следующий вопрос. Оригинальный мир и мир внутри игры. Реалистичный мир, в котором не существовало способностей, называемых «сверхспособностями», и эта часть мира, наполненная фантазиями, такими как мана, уникальные способности, подземелья и башни. Я — Ли Ха из «оригинального мира». Это то, в чём я на данный момент уверен. У меня нет другого способа судить иначе. Я Ли Ха, который помнит тот дерьмовый старый дом, как я сбежал из горящего дома и скитался до тех пор, пока меня не забрали в сиротский приют. Сиротский приют тоже сгорел, и я в конце концов где-то поселился после бесцельных скитаний. Вот кем был Ли Ха. Тогда что насчёт этого места? Кто такой Ли Ха в этом мире, полном выдуманных элементов? Это было вопросм с самого начала. Я верю, что Ли Ха из оригинального мира перебрался сюда. Но есть сомнения. До того, как я попал сюда, моя личность здесь уже существовала. Если бы это была игра, я мог бы просто выдать это за место действия. Но, поскольку я воспринимаю это место как реальный мир, я не могу просто так оставить всё как есть. Поэтому я воспользовался свободным временем, чтобы узнать, кто я такой. Поскольку я по-прежнему находится в Южной Корее, многие сайты, о которых я знал, существовали и здесь. Благодаря Интернету, мне не потребовалось много времени, чтобы разобраться с документами. Я тщательно просмотрел различные документы, представленные в голограмме. [Детский дом Енсон.] Записи от 0 до 7 лет. Обнаружен новорождённым, оставленным у ворот, и была соблюдена процедура регистрации. Числится пропавшим без вести или погибшим в результате пожара. Подробные записи были утеряны в результате пожара. [Детский дом Ильбо.] Записи от 8 до 18 лет. Пропал без вести, но был найден через полтора года. В то время я был обнаружен слепым и с сильными ожогами на правой руке. Затем прошёл процедуры, необходимые для помещения в детский дом. Но из-за физических недостатков и того, что я жил как безжизненная кукла, не было никаких особых записей, заслуживающих внимания. ---------- Том 1 Глава 23.2 Незадолго до того, как я покинул приют, произошёл пожар. В отчётах говорилось, что я не получил никаких особых травм во время пожара. Хм-м... Я приподнял бровь. Дрожь пробежала по моей спине, когда я потёр руку. Детский дом Енсон. Я понятия не имею, что это за место. Я никогда раньше о нём не слышал. Кто-нибудь вообще помнит название своего детского дома? Но... Детский дом Ильбо. Это название было мне знакомо. Как я мог забыть? Так назывался приют, в котором я жил. Это глубоко тревожит. Или, точнее, я должен сказать, ужасает? Даже когда название было в точности таким, как у Ли Ха, у меня были сомнения, но сейчас так много сходств, что у меня мурашки по коже. Единственное отличие — это начальная часть о детском доме Енсон. В оригинальном мире в это время я должен был находиться в доме своих родителей. Общим элементом является огонь. Дом моих родителей был уничтожен пожаром, и сиротский приют в этом мире тоже был уничтожен пожаром. И затем, в течение почти целого года я скитался по разным местам. В тот момент я действительно думал, что умру. Это казалось само собой разумеющимся, когда я потерял сознание, а моя правая рука была в огне. Но я открыл глаза. Каким-то образом только на правой руке остались ужасные ожоги. Даже не успев понять, почему, я целыми днями скитался с места на место, держась за свой голодный живот. Затем меня поместили в другой детский дом, который назывался Детский дом Ильбо. В то время я был незарегистрированным «ребёнком-призраком». Только после прибытия в детский дом Ильбо я узнал, что моё рождение зарегистрировано и подтверждено семейными документами. Ах... Я был бесконечно раздражён. Я откинулся на спинку стула и глубоко вздохнул. В голове у меня царил хаос. Просто разобраться в сложившейся ситуации было достаточно сложно. Когда я проверил, на моё имя были зарегистрированы долги. Похоже, что я имел дело с финансовыми учреждениями, которые оплачивали мои расходы на проживание. Сумма составляла десятки миллионов вон. Сомнительно, как в то время можно было получить кредит с небольшой кредитной историей. К счастью, благодаря Башне Роста, регулярно предоставляющей средства на поддержание жизни, я смог избежать немедленной нехватки денег. Но, учитывая проценты, было бы лучше выплатить их как можно скорее. Как только я превзойду самый низкий ранг Героев и Охотников, я смогу довольно быстро выплатить десятки миллионов вон. У меня болит голова... Было столько всего, о чём нужно было подумать, что у меня разболелась голова. Вчера я крепко спал рядом с Лианой, так что это было не так заметно, но с сегодняшнего дня количество часов сна вновь сократится, и у меня начнёт болеть голова. Она упоминала о курсах по восстановлению сна? Это оказалось сложнее, чем я думал. Я не ожидал, что проснусь всего через один час после того, как слегка задремал. Кто бы мог подумать, что я просплю несколько часов подряд? Я был поражён тем фактом, что крепко заснул, укрывшись пальто Лианы. Сначала Лиана рассмеялась и сказала, что все через это проходят, но, честно говоря, не без смущения. Это было на третьей неделе?.. Воспоминание внезапно всплыло в моей голове, когда я со стыдом вжался в парту, а затем нажал на кнопку на своих смарт-часах. Я открыл файл с расписанием занятий, который загружал в прошлый раз. Сегодня выходные на первой неделе. В понедельник и вторник третьей недели для первокурсников вводится обязательное расписание исследований подземелий. Согласно этому расписанию, четыре-пять учеников из каждого класса собираются в группы и отправляются в подземелье четвёртого класса для выполнения заданий. Это двухдневное путешествие с ночёвкой. Исследование подземелий и зачистка монстров —неотъемлемые составляющие Героя. Именно поэтому в учебное расписание регулярно включаются рейды в подземелья и уничтожение монстров. После рейда в подземелье, на четвёртой неделе пребывания в Башне Роста, происходит вход в Башню Роста. Башня Роста, которая является синонимом существования самой Башни Роста. Преимущества двоякие. Во-первых, это благословение роста, предоставляемое студентам Башни Роста, а во-вторых, это входной билет в Башню Роста. В Башне Роста и без того повышенный темп роста увеличивается ещё больше, и человек может пройти специальные испытания, предоставляемые башней. Более того, даже если тело получает травмы или погибает во время испытаний, всё это остаётся иллюзией. Другими словами, независимо от метода, в конце испытаний всё выводится наружу. Все негативные последствия, такие как травмы, полностью исчезают, а все положительные аспекты, такие как рост, включаются в то, что выводится. Опасности реального боя трудно переоценить, но внутри башни можно принять участие в сражении без риска для жизни и здоровья. И это с улучшенным, по сравнению с обычным, благословением на рост. Это одно из самых важных событий для быстрого роста в Башне Роста, когда студенты попадают в Башню Роста на длительный пятидневный семестр. Я глубоко задумался. Рейд в подземелье состоится через две недели, а вход в Башню Роста — через три недели. Почти месяц. Поскольку это будет после входа в Башню Роста, этого времени должно хватить, чтобы значительно вырасти. Учитывая такие темпы роста, возможно, примерно через месяц я смогу начать использовать свои знания из оригинальной работы, чтобы бродить по подземельям. У меня уже было на примете первое подземелье, которое я намеревался пройти. Подземелье недалеко от небольшого городка в Англии. Моей целью является награда, которую я могу там получить. Ожерелье признания. Артефакт, который озвучивает внутренний шёпот владельца. Его можно было бы использовать даже как наркотик для исповеди, но условия делают его непригодным для обычного использования. Однако моя нынешняя ситуация совершенно иная. Это один из способов обойти Проклятие молчания. Таким образом, это проклятое Проклятие молчания, по сути, снимается. Хорошо. Я поставил перед собой ближайшую цель. Теперь, когда у меня есть реальная цель, я чувствую себя ещё более мотивированным. С этой твёрдой решимостью я встал со своего места. Согласование целей было завершено, и теперь я был готов двигаться дальше. ... И вот так началась вторая неделя в Башне Роста. Это была неделя спокойного роста, без происшествий. Я использовал свою голову во время общих лекций, а во время основных лекций я поворачивал и голову, и корпус. Я катился, но всегда вперёд, и отчётливо чувствовал, что постепенно прогрессирую. Это были насыщенные дни. — Кадет Ли Ха, я прошу провести с тобой спарринг. Неожиданное событие произошло в среду. Во время общей лекции «Основы практического владения мечом». Один из студентов, посмотрев в мою сторону, заговорил. Это был студент мужского пола, производивший сильное впечатление. Несмотря на то, что он скрывал бесстрастное выражение лица, от него исходило явное чувство недовольства по отношению ко мне. — ... ...Не то чтобы на меня напали монстры, и это не было опасной для жизни ситуацией. Я думаю, это может быть просто частью обычного дня. ---------- Дуэль (2) — Так, внимание! Настало утро второй недели! Прошу всех поднять головы... Хм, вы благополучно пережили первую неделю. Это очень радует. Хорошее начало — половина дела, так что давайте и впредь расти над собой! В аудитории Ипчхун мягко разливался солнечный свет. Профессор Лиана, опершись на кафедру, проводила утреннее собрание. — Все вы наверняка видели расписание и слышали об этом в первый же день... Но я всё равно объявлю ещё раз! Сегодня на ней была не обычная одежда, в которой я видел её на выходных, а нечто похожее на мантию мага. «...Это тоже артефакт?» Изменения, произошедшие после того, как я начал осваивать ману, давали о себе знать. Раньше я не мог так детально считывать магическую энергию. Что касается магических формул, то мой предел ограничивался лишь тем, чтобы мельком подсмотреть плетения на бытовых приборах. Теперь всё иначе. Я мог полностью прочитать структуру заклинаний в домашней технике и даже начал разбираться в формулах, которые раньше казались мне просто бесформенными сгустками маны. Мантия профессора Лианы не была исключением. Сначала я подумал, что это просто одежда, пропитанная маной, но присмотревшись, заметил бесчисленное множество переплетённых сложнейших магических цепей. Судя по всему, это был артефакт весьма высокого ранга. В этот момент взгляд Лианы переместился в мою сторону. Её зелёные глаза моргнули, а затем уголки глаз мягко изогнулись в улыбке. Ву-унг Я почувствовал короткий резонанс. От тела профессора Лианы пошли слабые колебания маны. С поразительным мастерством она отделила тончайшую нить энергии и направила её ко мне. — «Здравствуйте». От голоса, прозвучавшего прямо в голове, я невольно вздрогнул. Сначала я подумал, что это галлюцинация, но, почувствовав прикосновение маны Лианы, понял причину. «Передача мысли... Впервые слышу её вживую». Эту технику иногда используют сверхлюди с выдающимся контролем маны. Можно сказать, это упрощённая версия уникальной способности типа «Телепатия». Для нынешнего меня это недостижимое искусство, но благодаря Сродству с маной когда-нибудь и я так смогу. Я расправил плечи и кивнул. Профессор Лиана удовлетворённо улыбнулась и обвела взглядом присутствующих. — ....... Хон Ёнхва искоса поглядывала на меня. Когда я повернул голову, безмолвно спрашивая, в чём дело, она тут же отвела взор, делая вид, что ничего не произошло. — Как вы все знаете, на третьей неделе у нас запланирован рейд в подземелье! Если быть точной, он пройдёт в течение двух дней — в понедельник и вторник. Рейд в подземелье. Обязанность, которую невозможно избежать, если ты решил стать героем. Сиёлам — это учебное заведение, целью которого является воспитание героев. Поэтому большая часть учебного процесса так или иначе связана с их профессиональной деятельностью. — Тип задания: плановая зачистка подземелья 4-го ранга. Группы будут состоять из трёх бойцов и двух специалистов поддержки. Сразу уточню: составы сформированы с учётом ваших позиций и успеваемости для достижения максимального баланса! В прошлом подземелья были воплощением ужаса. Они возникали в мире внезапно, по кусочку отгрызая территории, и в конечном итоге провоцировали «коллапс», загрязняя всё вокруг и изрыгая волны монстров. А что сейчас? Подземелья высоких рангов всё ещё вызывают страх и требуют предельной бдительности. Если прорвётся подземелье 2-го или 1-го ранга, окрестности будут стёрты в порошок в мгновение ока. Однако подземелья низших рангов в наши дни уже не считаются серьёзной угрозой. Как там говорили? Кажется, отряда из нескольких десятков вооружённых солдат достаточно, чтобы провести простую зачистку подземелья 4-го ранга. Конечно, если там полно ловушек, дело принимает другой оборот, но если это простое место, кишащее слабыми монстрами вроде существ 8-го разряда, то обычные люди вполне справятся. Сразу после Великого катаклизма не хватало сил, чтобы сдерживать низшие подземелья, и из-за их огромного количества они представляли опасность. Но сегодня они превратились, по сути, в источник ресурсов и денег. Дошло до того, что появились даже своего рода «фермы». Если бы герои эпохи хаоса увидели это, у них бы глаза на лоб полезли. — Списки команд будут объявлены непосредственно перед началом. Суть в том, чтобы научить вас взаимодействовать с любыми напарниками в условиях чрезвычайной ситуации! Я кивнул, слушая объяснения профессора Лианы. В реальной работе на передовой действительно часто приходится формировать временные группы. — Что ж! На этом всё. Готовьтесь усердно и пусть эта неделя пройдёт продуктивно! Утреннее собрание закончилось, и начались общие лекции. *** Возможно, из-за предстоящего рейда, все утренние занятия были до отказа забиты теорией подземелий. Встречались как знакомые мне по оригиналу настройки мира, так и совершенно новые или изменённые детали. Я и раньше об этом думал, но знания первоисточника в таких вопросах оказывались почти бесполезными. Совпадения были лишь поверхностными, а глубокие нюансы в оригинале попросту не описывались. Конечно, существовали и тайны мироздания, о которых я знал. Например, всё, что связано с «маской» Пэк Арин... Но это было запретное знание, за разглашение которого — хоть в книге, хоть здесь — ждёт неминуемый конец. В 11-й итерации я убедился в этом на собственной шкуре. Тогда мой персонаж на поздних этапах обладал чудовищной силой, поэтому я смог убить Пэк Арин и сбежать, но сейчас я видел лишь один исход — мою мгновенную и мучительную смерть. Как бы то ни было, для получения Ожерелья признания в ближайшем будущем и для снятия одного из проклятий мне всё равно придётся иметь дело с подземельями. Поэтому я изо всех сил впитывал теорию. Параллельно с этим я продолжал изнурять своё тело. Методы тренировок профессора Атры всё так же выжимали из меня все соки. Казалось, она твёрдо решила заставить меня перепробовать все существующие виды оружия. В понедельник она вручил мне длинный боевой топор, а во вторник выдала металлические перчатки — гантлеты — и заставила драться врукопашную. Похоже, профессор Атра окончательно утвердилась в мысли, что мой путь — это «Мастер на все руки». Вероятно, она принимает это за мою уникальную способность боевого типа. Благодаря этому Продвинутый уровень навыка «Мастер на все руки» рос не по дням, а по часам. Поскольку сейчас я хватался за всё подряд, темп роста превзошёл все ожидания. Так наступила среда. Сегодня в расписании стоял необычный предмет — фехтование. И это после двух дней, целиком посвящённых теории подземелий. — Меч был любимым оружием во все времена. В древней истории, ещё до Великого катаклизма, он оставался основным инструментом человечества на протяжении тысячелетий. Мечи использовали даже в эпоху пороха, задолго до открытия маны. Занятие по общему предмету первого курса — «Начальный уровень практического фехтования». Мы вошли не на ту старую тренировочную площадку, которую облюбовали мы с профессором Атрой, а в современный тренировочный зал, оформленный в синих и светло-серых тонах. В группе Ипчхун было около восьмидесяти человек. Несмотря на такое количество людей, внутри казалось очень просторно. Построив курсантов, профессор, ответственный за практическое фехтование, с суровым видом кратко излагал историю меча. Это был мужчина средних лет с резкими, словно высеченными из камня чертами лица. Аккуратно подстриженная бородка и зачёсанные назад волосы производили сильное впечатление. На первый взгляд он казался просто нелюдимым сухарем, но даже по скрытой ауре, которую он невольно излучал, было ясно — перед нами настоящий мастер. — На уроках практического фехтования мы будем изучать боевые техники от древности до наших дней, пробуя их на практике и анализируя преимущества и недостатки каждой. Начальный уровень практического фехтования. Знакомый предмет. В тех итерациях, где я делал упор на владение мечом, я обязательно посещал эти занятия, так как они давали отличный прирост к навыку за короткое время. Благодаря этому я кое-что знал и о самом профессоре. Нам Кёнджун. Герой 1120-го ранга в категории ближнего боя на момент первой части основного сюжета. Бывший член подразделения «Встречный свет», которое занималось ликвидацией Злодеев в Ассоциации. Кажется, он ушёл в отставку после тяжёлого ранения руки во время одной из миссий и стал профессором в Колыбели. Это всё, что я помнил. В конце концов, я запомнил его лишь потому, что он преподавал полезный предмет, и был персонажем, который ярко, но мимолётно мелькнул в сюжете без особой предыстории. — Сначала я лично продемонстрирую базовые формы. После этого каждый курсант должен будет проанализировать структуру движений и воспроизвести их. В процессе выполнения допускаются спарринги между курсантами. Профессор обнажил меч, висевший на поясе. Острое лезвие поймало свет ламп, вспыхнув холодным блеском. — Техника, которую мы разберём сегодня — Стиль Трёх Основ. Она состоит из трёх стоек и шести базовых форм. Закончив говорить, профессор принял стойку. В следующий миг меч рассек воздух. Опираясь на три базовые позиции, он по очереди выполнял шесть форм. Поскольку мастерство исполнителя было на высоте, даже в этих базовых движениях чувствовалась сокрушительная мощь. Неужели он способен на такое, несмотря на травму руки? Каждое движение было чётким и выверенным, что облегчало восприятие. Я сосредоточился, внимательно следя за каждым взмахом. Каждая такая деталь по крупицам наполняла чашу моего мастерства владения мечом. — Ха-а-ам... Стоявшая рядом со мной Хон Ёнхва, скрестив руки на груди, тихонько зевнула. У неё с самого начала был скучающий вид, а теперь, похоже, и вовсе потянуло в сон. Я немного поколебался, а затем пошарил в кармане. Достав то, что припас заранее, я протянул это Хон Ёнхве. — А? Она, прикрывая рот ладонью, удивлённо моргнула. Её взгляд опустился на мою протянутую руку. — Оу... Её зрачки дрогнули от замешательства. Я протянул ей конфету. Конечно, это была не та роскошная сладость, которыми она меня заваливала в последнее время, а обычная леденцовая конфета с бодрящим эффектом. Вкус лимонный... по крайней мере, так было написано, сам я не пробовал. Но они популярны, отзывы хорошие, так что должна быть вкусной. — Это... мне? Я хотел бы вывести надпись на голограмме, но одна рука была занята, так что я просто кивнул. Уголки губ Хон Ёнхвы мелко задрожали. Дрожащими пальцами она приняла конфету. — ...Спасибо. Она осторожно погладила леденец в ладони. В её голосе, когда она благодарила меня, слышался неприкрытый трепет. ...Реакция какая-то слишком бурная. Эта штука стоит меньше двух тысяч вон, в то время как конфеты, которые давала она, стоили по несколько десятков тысяч за штуку. Говорят, важен не подарок, а внимание, но из-за такой колоссальной разницы в цене мне самому стало неловко. Демонстрация профессора закончилась. Получив учебные материалы по технике на смарт-часы, мы приступили к самостоятельной практике. Пока Хон Ёнхва отошла к окликнувшим её друзьям, я углубился в чтение руководства по Стилю Трёх Основ. «Сложно». Когда профессор показывал движения, они казались интуитивно понятными, но объём текстовых пояснений был просто огромным. Почему эта стойка создана именно так, как она переходит в форму, как выполнять тот или иной удар и как на него отвечать... Описание было чрезвычайно подробным. Прочитать всё за раз казалось непосильной задачей, но я понимал: если усвою всё до мелочей, это принесёт огромную пользу. Я как раз бегло просматривал текст, когда... Топ, топ Раздались шаги. В этом не было ничего необычного — в зале тренировалось множество людей. Но звук заставил меня насторожиться, потому что шаги приближались ко мне по прямой линии. В поле моего «Пространственного восприятия» вошёл курсант. Он уверенно шагал в мою сторону. — ? Я его не знал. Не сказать, что он был горой мышц, но телосложение имел крепкое и сбитое. Судя по развитой мускулатуре, его специализация — ближний бой. [У вас есть ко мне какое-то дело?] Когда я набрал вопрос на часах, брови парня на мгновение дернулись. Он посмотрел на голограмму, затем мне в глаза, а после — на мой рот. Казалось, он колеблется, но, в конце концов, с решительным видом произнёс: — Курсант Ли Ха Юль, я вызываю вас на поединок. — ......? На мгновение я впал в ступор. Вызывает на поединок. Меня?.. Мы знакомы? Я перебрал в уме всех, кого знал, но его там не было. Мы просто учимся в одной группе. Если подумать, мы даже ни разу не здоровались. Над моей головой словно завис невидимый знак вопроса. В этот момент какая-то курсантка, увидев происходящее, с ужасом в глазах бросилась к нам. Шлёп! Её ладонь с размаху обрушилась на спину парня. Звук был настолько сочным, что я невольно вздрогнул. — Ай! — Ты что, совсем придурок?! Совсем страх потерял?! Ох, простите, пожалуйста. Мой друг просто идиот, у него напрочь отсутствует чувство такта, он несчастный человек... — Да нет, подожди... Шум их перепалки привлёк внимание окружающих. Хон Ёнхва, о чём-то болтавшая с подругами, тоже посмотрела в нашу сторону. Нахмурившись, она направилась к нам. Девушка, которая только что нещадно таскала парня за волосы, увидев приближающуюся Ёнхву, издала сдавленный писк. — Твою мать... Слышь, кончай этот цирк и... [Я согласен.] — ...А? Что? Девушка, только что бледная как полотно, застыла в недоумении. Хон Ёнхва, подошедшая почти вплотную, тоже склонила голову набок. Поняв, что мой ответ был слишком кратким, я снова быстро застучал по экрану смарт-часов. [Я принимаю ваш вызов на поединок.] Вокруг воцарилась тишина. ---------- Том 1 Глава 24.1 — Отлично! Начинается наша вторая неделя! Всем внимание... И, ах, мы благополучно завершили первую неделю. Это отличная новость. Говорят, хорошо начатое — половина дела, так что давайте продолжать в том же духе! В залитом утренним светом классе Лиана стояла у подиума, проводя утреннюю перекличку. — Хотя вы все уже ознакомились с расписанием занятий и были проинформированы в первый день первой недели... тем не менее, я объявлю это ещё раз! Вместо повседневного наряда, который она надевала по выходным, теперь на ней было одеяние, похожее на мантию, которое напоминало одеяние мага. ...Это тоже может быть артефактом? Что изменилось с тех пор, как я познакомился с маной. Раньше я не мог читать ману в деталях, не говоря уже о магических формулах, из которых состояли заклинания — я мог лишь мельком взглянуть на те, что были написаны на предметах домашнего обихода. Теперь всё по-другому. Я могу полностью прочитать формулы, написанные на предметах домашнего обихода, и могу различить то, что раньше казалось просто сгустками маны. Одежда Лианы была такой же. Я думал, что это просто мантия, пропитанная маной, но при ближайшем рассмотрении оказалось, что она соткана из бесчисленных и сложных формул. Вероятно, это был артефакт высокого ранга. В этот момент Лиана перевела взгляд в мою сторону. Её зелёные глаза моргнули, и вскоре уголки их стали мягкими. — Кхм. Я услышал короткий резонирующий звук. От тела Лианы исходила слабая рябь маны. Я был ошеломлён изящными манипуляциями с маной, которые сформировали тонкую нить маны, летящую в мою сторону. — Алло? Я вздрогнул от голоса, который, казалось, проник в мой разум. Сначала я подумал, что это галлюцинация, пока не понял, что до меня дошла мана Лианы. Телепатия... Я впервые испытываю это на себе. Это техника, которую иногда используют сверхлюди, искусные в манипулировании маной. Упрощённая версия уникальных способностей типа телепатии. На данный момент это за пределами моих возможностей, но с моей близостью к мане, когда-нибудь это должно стать возможным. Я расправил плечи и кивнул. Довольная, Лиана с улыбкой на губах оглядела толпу. — ... Ен Хва бросила на меня косой взгляд. Она повернула голову, как будто хотела спросить почему, но когда я это сделал, она отвела взгляд, как будто это ничего не значило. — Как вы все знаете, на третью неделю у нас запланированы рейды в подземелья! Если быть точной, то они будут проводиться в течение двух дней, понедельника и вторника третьей недели. Рейды в подземелья. От этого обязательства трудно уклониться, если вы начинаете действовать как Герой. Башня Роста — это образовательное учреждение, целью которого является воспитание Героев. Поэтому большинство учебных программ посвящено деятельности Героев. — Это периодическое и простое покорение подземелий четвёртого уровня. В каждую команду мы включили трёх бойцов и два человека поддержки. Я хотела бы уточнить, что команды были сбалансированы с учётом позиций и результатов! В прошлом подземелья были объектами террора. Появляющиеся из ниоткуда и постепенно поглощающие территории, в конечном итоге вызывающие обвалы, которые заражают окрестности и рассеивают волны монстров. И что теперь? Подземелья высокого уровня по-прежнему вызывают страх и настороженность. Попытка проникнуть в подземелье второго или первого уровня может мгновенно привести к разрушению окрестностей. Тем не менее, подземелья низкого уровня в наши дни не так уж опасны. Что это было ещё раз? Из того, что я слышал, около десятка солдат, вооружённых пушками, могут покорить подземелье четвёртого уровня. Конечно, если оно полно ловушек, это совсем другая история. Но если это просто и выбрасывает только низкоуровневых монстров, то, по их словам, с этим можно справиться. Сразу после великого катаклизма нижние подземелья представляли угрозу из-за нехватки квалифицированных кадров и их огромного количества, но в наши дни они, по сути, представляют собой денежные ямы. Они стали настолько управляемыми, что появились даже фермы. Перевернулись бы Герои периода хаоса, если бы увидели это? — Состав команды будет объявлен непосредственно перед стратегией. Цель состоит в том, чтобы способствовать сотрудничеству со случайными товарищами по команде в случае чрезвычайных ситуаций! Я кивнул на объяснение Лианы. Действительно, на линии фронта часто создавались временные бригады и объединялись партии. — Итак! На этом объяснение заканчивается! Давайте все хорошо подготовимся и проведём отличную неделю! На этом перекличка закончилась, после чего последовала общая лекция. ... Возможно, из-за того, что рейд в подземелье был запланирован на следующую неделю, утренняя общая лекция была насыщена теориями, связанными с подземельями. Были настройки, которые обычно использовались в оригинальной работе, а некоторые не упоминались или полностью отличались. Я тут подумал, и мне показалось, что знания, почёрпнутые из оригинальной работы, не особенно полезны в этой области. Даже если есть подходящая обстановка, это лишь поверхностные знания, а подробный контент изначально не был включён в оригинальную работу. Конечно, он не полностью лишён содержания, связанного с метанарративом мира. Например, содержание, связанное с «маской» Бэк Арин... Но будь то в оригинальной работе или здесь, если бы оно было произнесено вслух, это привело бы к катастрофическим последствиям. Я сам испытал это на себе. Тогда, во второй половине игры, я был персонажем с бешено растущим потенциалом, так что я мог переломить ситуацию, убить Бэк Арин и сбежать, но сейчас я мог видеть только, как меня полностью уничтожают. Несмотря на это, поскольку подземелье необходимо для получения Ожерелья признания в ближайшем будущем, а также как средство снятия проклятия, я сосредоточился на том, чтобы вспомнить теории, связанные с подземельем. При этом моё тело также подвергалось различным движениям. Тренировки с Атрой по-прежнему были такими же сложными, как и прежде. Она намеревалась познакомить меня со всеми существующими видами оружия? В понедельник она вручила мне длинный боевой топор, а во вторник —металлическую перчатку, и мы сражались. Очевидно, это из-за мастера на все руки. Она, вероятно, думает, что это уникальная боевая способность. Благодаря ей мои навыки мастера на все руки быстро росли. При всём разнообразии, с которым я сталкивался в последнее время, темпы роста превзошли все ожидания. И вот наступила среда. Необычно, что сегодня также был предмет по фехтованию на мечах. Предыдущие два дня были посвящены только теориям, связанным с подземельями. — Меч всегда был любимым оружием во все века. Это было основное оружие человечества на протяжении тысячелетий в древней истории до великого катаклизма, и даже в эпоху, когда вместо маны использовался порох, мечи всё ещё использовались. На первом курсе изучался общий предмет «Основы практического владения мечом». ---------- Том 1 Глава 24.2 Вместо старомодной тренировочной площадки, которую мы с Атрой часто использовали, я попал в тренировочный зал, выкрашенный в голубой и светло-серый цвета, с почти футуристическим дизайном. Наш класс, если мне не изменяет память, вмещал около восьмидесяти человек. Несмотря на то, что в зал вошло так много студентов, он всё равно казался просторным. После того, как студенты встали, Профессор, отвечающий за практические приёмы владения мечом, с суровым выражением лица начал с краткого введения в историю мечей. Это был мужчина средних лет с твёрдыми чертами лица, напоминавшими скалу. Его ухоженная борода и зачёсанные назад волосы бросались в глаза. Хотя он казался стоиком, аура, которую он излучал, была достаточным доказательством его мастерства. — Основы практического владения мечом — это наблюдение и отработка реальных боевых приёмов владения мечом, начиная с древних времён и до наших дней, понимание сильных и слабых сторон каждого из них. Практические приёмы владения мечом. Это была лекция, с которой я был знаком. Предмет в значительной степени обеспечивал навыки владения мечом в зависимости от времени, поэтому он был необходим в любом раунде, который включал в себя обращение с мечами. Я даже немного знал об этом Профессоре. Согласно основной сюжетной линии первой части, он был Нам Ген Чжуном, Героем, занимающим 1120-е место в личном зачёте. Он был связан с Юкгвангом, отделом по уничтожению злодеев Ассоциации. Главный герой, который получил тяжёлую травму руки во время победы над злодеем и вышел на пенсию, стал Профессором в Башне Роста — это была его история? Это всё, что я запомнил. Главная причина, по которой я запомнил его, заключалась в том, что он был Профессором на курсах фехтования и довольно ярким персонажем, не имевшим большого опыта. — Сначала я лично продемонстрирую основы владения мечом. После этого каждый курсант должен проанализировать и отрепетировать упражнения физически. Во время этого процесса также будут разрешены спарринги между курсантами. Профессор вытащил из-за пояса меч. Острое лезвие блеснуло на свету, придав ему характерный холодный блеск. — Техника владения мечом, которую мы будем анализировать, — это искусство владения мечом Дэсам, которое состоит из трёх основных позиций и шести форм владения мечом. Профессор закончил своё объяснение и принял свою позу. Затем его меч прочертил воздух. Он использовал шесть форм владения мечом, которые начинались с трёх базовых позиций. Заклинатель был искусен, и даже базовая техника владения мечом казалась отточенной. У него была повреждена одна рука, но мог ли он на самом деле выполнять такие движения? Выполнение каждой формы меча было чётким, что облегчало усвоение. Я сосредоточился, тщательно отслеживая каждое движение. Каждое из них должно было быть тщательно продумано как навык владения мечом. — Ха-ам... Ен Хва, которая стояла неподалёку, скрестив руки на груди, тихонько зевнула. До этого у неё было скучающее выражение лица, а теперь, казалось, она борется с сонливостью. Я на мгновение задумался, затем порылся в кармане. Я достал кое-что, что припас заранее, и предложил это Ен Хва. — Хм-м? Ен Хва моргнула, остановилась на полпути, прикрыв рот ладонью, и перевела взгляд на мою протянутую руку. — О-о... Её зрачки расширились от удивления. Я протянул ей конфету. Она была не такой изысканной, как те высококлассные конфеты, которые мне в последнее время давала Ен Хва, но, как говорили, помогала проснуться. Предположительно, у неё был лимонный вкус... но я не был уверен. В любом случае, это бестселлер, и отзывы говорят, что это вкусно, так что, возможно, это не так уж и плохо без каких-либо смелых заявлений. — Ты даёшь это мне?.. Мне бы хотелось написать, но, поскольку я протянул к ней одну руку, это было невозможно. Вместо этого я просто кивнул, и губы Ен Хва задрожали. Она нерешительно взяла предложенную мной конфету дрожащими руками. — ...Спасибо. Затем она осторожно погладила конфету, которую держала в кулаке. В её голосе звучала благодарность. ...Её реакция была несколько резкой. По сравнению с конфетой, которую я подарил, стоимостью менее 2.000 вон, конфеты, которые я получил от неё по отдельности, стоили десятки тысяч вон при такой безумной цене. Говорят, что в подарке важна мысль, но при такой разнице в цене именно мне было неловко предлагать его. Демонстрация Профессора закончилась. После того, как я получил инструкции по технике владения мечом на свои умные часы в виде текстового сообщения, у нас появилось время попрактиковаться в них самостоятельно. Пока Ен Хва исчезала после звонка друга, я прочитал руководство по технике владения мечом Дэсама. Сложно. Я подумал, что, когда Профессор продемонстрировал это, всё выглядело интуитивно понятным, но содержание было впечатляюще обширным. Почему была разработана каждая стойка, как она связана с формами владения мечом, как выполнять такие формы и противостоять им и так далее... Хотя инструкция была довольно подробной и выглядела довольно сложной для прочтения, было бы полезно разобраться в ней досконально. Я бегло просмотрел руководство. Клац, клац. Приближались шаги. Это было неизбежно. Внутри тренировочного зала двигалось множество людей, так что, конечно, я бы что-нибудь услышал. Шаги отдавались эхом у меня в ушах, потому что они направлялись прямо ко мне. Благодаря пространственному восприятию, ко мне подошёл кадет мужского пола. — ?.. Я его не знаю. Он не был неуклюжим, но крепким. Судя по мускулам на его теле, он, похоже, специализировался на боях. [У вас ко мне какое-то дело?] Когда я набирал запрос на своих смарт-часах, брови кадета-мужчины дёрнулись. Его взгляд переместился с голограммы на мои глаза, а затем на рот. Поколебавшись мгновение, он решительно произнёс: — Я прошу провести спарринг-матч с кадетом Ли Ха. — ?.. Мой разум на мгновение застыл. Он просил провести спарринг. Со мной... Знаю ли я этого человека? Ломая голову, я не нашёл никаких воспоминаний о нём. Мы просто из одного класса. И, если подумать, мы даже никогда не здоровались друг с другом. Я чувствовал, что вопросительный знак завис над моей головой. Затем девушка-кадет посмотрела в нашу сторону, запаниковала и бросилась к нам. Шлёп!.. Её ладонь ударила кадета-мужчину по спине. Это был такой резкий звук, что я вздрогнул. — Ай! — Хэй! Ты с ума сошёл? Ах, извините. Он немного туповат и лишён здравого смысла, бедный ребёнок на самом деле... — Нет, подожди минутку... Переполох, вызванный ссорой пары, привлёк всеобщее внимание. Ен Хва, которая болтала со своей подругой, тоже посмотрела в ту сторону. Выражение её лица помрачнело, и она подошла ближе. Девушка, которая дёргала парня за волосы, посмотрела на приближающуюся Ен Хва и завизжала от ужаса. — Это чёртово... Хэй, прекрати со своими глупостями... [Я согласен.] — Просто... Ах? Лицо девушки стало пепельно-серым от смущения. Ен Хва, которая быстро подошла на несколько шагов ближе, тоже склонила голову набок. Понимая, что мои слова были слишком краткими, я снова нажал на свои умные часы. [Я принимаю приглашение на спарринг.] Вокруг нас воцарилась тишина. ---------- Дуэль (3) Приготовления к дуэли завершились в мгновение ока. Профессор лично подошел, выслушал ситуацию и занялся наладкой оборудования. Похоже, он решил проявить осторожность, учитывая мой статус зачисленного по особой квоте. Курсанты, до этого упражнявшиеся с мечами, тоже начали потихоньку собираться вокруг. Зрелище и впрямь обещало быть любопытным. Для поединка выделили одну из площадок в тренировочном зале. Пока я закреплял тренировочный меч на поясе и проверял снаряжение, ко мне неслышно подошла Хон Ёнхва. — Ха Юль-а. Ты точно в порядке? [Да. Все хорошо.] — Если тебя заставили согласиться, только скажи. Я во всем соберусь. Она снова спросила, действительно ли я справлюсь, и предложила свою помощь. В ее глазах читалась неприкрытая тревога. Она то с беспокойством смотрела на меня, то бросала свирепые взгляды на курсанта на противоположной стороне площадки, то снова возвращалась взглядом ко мне... Одно было ясно наверняка: если попросить Хон Ёнхва «решить вопрос», добром это не кончится. Видимо, из-за волнения она даже не заметила, как ее подруга, с которой она только что разговаривала, смотрит на нее с нескрываемым изумлением. — Учитывая твои обстоятельства, вызывать тебя на дуэль — безумие с его стороны. Тебе вовсе не обязательно соглашаться. [Все в порядке. Я принял вызов, потому что сам посчитал это нужным.] Я покачал головой и еще раз заверил Хон Ёнхва, что со мной все будет хорошо. И это не были пустые слова утешения. Я действительно чувствовал, что мне необходим этот поединок. Тренировки у профессора Атры не имели четкого деления на этапы — это была сплошная череда спаррингов от начала и до конца, поэтому я и сам толком не понимал, каков мой нынешний уровень. То, что я вырос над собой, — неоспоримый факт. В этом я был уверен. Если бы я нынешний сразился с собой из того первого дня, когда едва мог бежать, я бы вырубил себя одним ударом. Но как я смотрюсь на фоне других курсантов? Неизвестно. Благодаря пространственному восприятию я вижу их движения. Могу в какой-то мере предсказать следующий шаг. Сравнивая их со своими действиями, я понимаю, что значительно прибавил. Но смогу ли я победить в реальном бою? Не знаю. «В бою почти не бывает абсолютных величин», — всегда подчеркивала профессор Атра. Даже отчаянная попытка слабого может нанести сильному смертельную рану, поэтому она учила никогда не терять бдительности, какой бы ни была ситуация. Я считывал движения курсантов. Те, кто, предположительно, был из Углубленного уровня, казались крепкими орешками, но я все равно видел их маневры. Тех, кто ниже, я читал почти полностью. Однако я еще ни разу с ними не сражался. Исход был неясен. А значит, нужно было попробовать столкнуться с ними в лоб. Я планировал сделать это до или после посещения Башни Роста, но и нынешний момент был неплох. — Начинаем товарищескую дуэль. Курсанты, занять позиции! — зычно объявил профессор, закончивший подготовку. Оставив позади Хон Ёнхва, которая смотрела на меня так, будто провожала ребенка к глубокой воде, я уверенно взошел на площадку. Место для поединка было огромным. В несколько раз просторнее арен UFC, которые я видел в Метубе. Впрочем, это логично — стандарты здесь были рассчитаны не на обычных людей, а на сверхчеловеков. Напротив меня поднялся тот самый курсант. В руке он сжимал меч в ножнах. Странно было то, что он сам напросился на дуэль, но выглядел при этом предельно напряженным. По его лицу даже катился холодный пот. Зачем тогда вообще было лезть? Заметив, что он постоянно косится в одну сторону, я проследил за его взглядом. Там стояла Хон Ёнхва и сверлила его жутковатым взором. А, ну теперь понятно. Убедившись, что мы оба на месте, профессор начал манипулировать голографической клавиатурой устройства, установленного рядом с площадкой. — У-у-унг! Мана, встроенная в основание арены, пришла в движение и, приняв определенную форму, вырвалась по периметру. В мгновение ока потоки маны образовали прямоугольный контур, окруживший нас. Даже моих скудных знаний хватило, чтобы распознать в этом формулу защитной магии. — Правила товарищеской дуэли! Ганче и Ганги разрешены. Как посредник, я оставляю за собой право остановить поединок в любой момент по своему усмотрению! С тихим шелестом я потянул за рукоять. Меч вышел из ножен с тем самым леденящим звуком, который каждый раз вызывал у меня легкий трепет. Поскольку клинок был тренировочным, его острие и лезвие были затуплены. Курсант, чье волнение было заметно невооруженным глазом, тоже принял стойку. — Боевой факультет, Эйден Рейнольдс. Прошу о честном бое. «...Ой». Оказывается, нужно было представляться? Я, уже собиравшийся сконцентрироваться, замер с приоткрытым ртом. После короткой паузы я переложил меч в одну руку и быстро набрал текст на смарт-часах. [Зачислен по особой квоте, Ли Ха Юль. Прошу о честном бое.] У меня нет ни факультета, ни распределения по классам. Из-за этого мое представление прозвучало куда короче, чем у противника. Увидев мою голограмму, Эйден вздрогнул. Но тут же взял себя в руки и встал в стойку. Его баланс был безупречен — это мог понять даже такой новичок, как я. Я тоже крепко сжал рукоять меча. Все взгляды были прикованы к нам. Кое-где еще слышался шепот, но в целом воцарилась тишина — все сосредоточенно наблюдали за площадкой. Ситуация напоминала момент моего представления перед классом. Вокруг тишина, и все смотрят только на тебя. Момент, когда всеобщее внимание могло заставить любого занервничать. Тогда, во время самопрезентации, я и впрямь разволновался. Кончики пальцев дрожали, и я совершил глупую ошибку, запнувшись в словах. «......» Я погрузил сознание в покой. Отсек лишние взгляды. Выровнял дыхание. Естественным движением сжал рукоять. Волнение. В дуэли от этого чувства нет ни малейшего толка. Так меня учила профессор Атра. И сейчас я следовал её уроку. Отбросив все ненужное, я сосредоточился исключительно на противнике перед собой. — Итак, оба готовы! «Фу-у-ух...» Сделав глубокий выдох, я активировал пространственное восприятие. Сузил зону охвата, которая была избыточно широкой для этой площадки, и сфокусировал все внимание на оппоненте. Я игнорировал ненужную информацию. Плотность сбора необходимых данных, напротив, возросла. — Начали! Как только профессор договорил, я рванул с места. Мое тело подалось вперед с невиданной прежде скоростью. Я нанес колющий удар прямо в Эйдена. — Кханг! Меч отскочил вверх. Глаза Эйдена округлились от удивления. Похоже, его поразила сила отдачи. Быстро справившись с эмоциями, Эйден пошел в контратаку. В ответ на его выпад я обрушил свой поднятый меч вниз. — Ченг! Чере-ренг! Кха-ак!.. Лезвия сталкивались и скользили друг по другу, высекая снопы искр. Темп обмена ударами нарастал. Я парировал и уклонялся от летящих в меня атак. Как только появлялась лазейка, я тут же вклинивался со своим мечом. Дуэль шла на равных. По крайней мере, она не закончилась в одно мгновение. Я оценил ситуацию. «Я медленнее». Постепенно инициатива переходила к нему. И в чистых характеристиках, и в технике я уступал. Шаг за шагом я отступал назад. Эйден, не желая упускать преимущество, наседал. С каждым взмахом и блоком нагрузка на мое тело росла. Но при этом... «А с этим можно работать». Все оказалось куда лучше, чем я ожидал. Первый курс Сиёлама. Вторая неделя обучения, еще даже не заходил в Башню Роста. Нынешний 121-й поток Сиёлама славится как «золотое поколение». Хон Ёнхва и Пэк Арин — яркие тому примеры, да и общий средний уровень здесь выше, чем у других потоков. Судя по сюжету оригинала, каждый из них станет как минимум героем низшего ранга. Был ли таким Эйден? Наверняка у него есть уникальная способность. До поступления в Сиёлам он, должно быть, проливал пот и кровь в какой-нибудь академии с жесточайшим уровнем подготовки. — Дзынь! Лязг! Несмотря на превосходство противника в характеристиках, бой продолжался. Конечно, он в чем-то поддавался. Даже сейчас, сдерживаясь, он был намного сильнее и быстрее меня, и у него явно оставался приличный запас сил. Судя по его странному, недовольному и в то же время нерешительному виду, злого умысла у него не было. Даже в разгар дуэли он старался действовать осторожно. Но это его проблемы. То, что противник поддается, не означало, что и я должен сдерживаться. Изначально в невыгодном положении нахожусь я. Моя задача — приложить все силы и вырвать победу. «Что ж». Отражая непрерывные выпады и удары Эйдена, я лихорадочно соображал. Профессор Атра всегда говорила: бой — это обмен картами. Ты в выигрыше, пока противник не знает твоих карт, и использовать их нужно в самый неожиданный, критический момент. Я спросил себя: кем я кажусь со стороны? Беспрецедентный случай — зачисленный по особой квоте. Но при этом слепой и немой. С хилым телом. То есть инвалид, чьи возможности ниже среднего. Реакция окружающих была тому доказательством. И то, как Эйден сейчас осторожничал, тоже. Несмотря на то, что Ганче и Ганги были разрешены, он их не использовал. Потому что я их не использовал. Потому что он и подумать не мог, что я на это способен. Для меня это шанс. Пусть я смогу провернуть это лишь раз, но это именно та «смертоносная возможность», о которой твердил профессор Атра. — Ченг! Чере-ренг! Меня теснили. Я оказался всего в нескольких шагах от защитного барьера. Я сделал вид, что мне все труднее блокировать удары. — Кханг! Скрежет! Наконец пятка коснулась твердой границы поля. В этот миг Эйден крепче перехватил рукоять. «Попался». Он заглотил наживку. Почувствовав близость победы, Эйден усилил натиск. Именно этого я и ждал. Моя защита начала «разваливаться». Я хотел, чтобы это выглядело именно так. — Кха-ак! В одно мгновение я довернул меч. Не выдержав удара, одна рука соскользнула с рукояти. Вторая, все еще сжимавшая меч, была отброшена в сторону. Защита открыта. Уверенный в победе, Эйден замахнулся. Мощный вертикальный удар сверху вниз. Наверняка он рассчитывал, что система дуэльной площадки остановит меч прямо перед столкновением. — Сви-и-ист... Меч падал. Звук рассекаемого воздуха был отчетливо слышен. В моем обычном состоянии я бы не успел среагировать. Руки отброшены, а для уклонения я был слишком медлителен. Нужно поймать момент. Я сосредоточил все чувства, и мир словно замедлился. — У-у-у-унг... Когда до клинка оставалось всего ничего, я ударил по ядру. Мана, мощным потоком вырвавшаяся наружу, разошлась по всему телу. — Вж-жух! Из ядра хлынула жизненная сила. Пока мир вокруг замер, мое тело, напротив, ускорилось, и я резко развернулся. — Что?!. Ганче. Базовая техника укрепления тела с помощью маны. Падающий меч прошел в миллиметре от моей щеки. Эйден застыл с выражением полнейшего ужаса на лице. Брешь после атаки. Момент для контратаки. Он не использовал Ганче. Я — использовал. Впервые с начала дуэли мои характеристики сравнялись с его показателями. Я рванул на себя меч, отброшенный в сторону. Укрепленное техникой Ганче тело демонстрировало запредельную эффективность. Меч вонзился в пространство со скоростью, в разы превышающей прежнюю. Эйден в ужасе попытался отдернуть свое оружие. — Кханг! — Кх!.. Внезапный удар и поспешная, неуклюжая защита. От моей силы, которая внезапно стала сопоставима с его собственной, Эйдена протащило назад по инерции. Его глаза расширились от неверия. Он был в полном замешательстве. Я не дал ему прийти в себя. Тут же оттолкнулся от земли. Раздался глухой хлопок — звук был совсем не таким, как раньше. Вложив всю силу рывка в острие меча, я нанес выпад. Клинок, напитанный маной, прочертил воздух. Эйден стиснул зубы, и вокруг его тела вспыхнула аура маны. Ганче. Запоздало активированная мана привела его тело в боевую готовность. Теперь характеристики снова были на его стороне. Если этот удар будет заблокирован, бой вернется в прежнее русло. Эйден совершил несколько ошибок. Первая: он неверно оценил мои навыки. Он не знал о тренировках у профессора Атры. Из-за отсутствия информации он ошибся, решив, что я не смогу предсказать его движения. Вторая: он не ожидал, что я владею Ганче. Вполне логичное предположение, но он не учел вероятность «а что если». И потому открылся. Если бы на этом все закончилось, проблем бы не возникло. Превосходство в силе снова перешло к нему. В технике он тоже был лучше. Скорее всего, отразив эту атаку, он бы перехватил инициативу. Если бы все ограничилось только этим. — У-у-у-унг! Мана снова пульсировала. Лезвие меча, жадно поглощающее энергию, мелко задрожало. Мана в клинке начала трансформироваться. Грубая, но четкая форма. В ней еще не было истинной природы стихии, но в этой энергии уже угадывался заложенный Начальный уровень. — Скре-е-ежет!.. Кончик меча вибрировал. Отдача в руку была колоссальной. Но на моем лице промелькнула едва заметная улыбка. «......» Выражение лица Эйдена менялось постоянно. Когда он вызывал меня — недоумение: «А правильно ли я поступаю?». Когда дуэль началась — удивление. Когда я применил Ганче — шок. Сейчас же он выглядел абсолютно потерянным. Словно сомневался, реально ли то, что он видит. — Дзынь. Меч, кружась в воздухе, упал на пол. У него не было рукояти. Как и гарды. По полу катилось лишь лезвие. Сама же рукоять осталась в руке Эйдена. Мой меч замер у его горла. Не потому, что я так захотел. Острие уперлось в защитный барьер. Вокруг кончика моего меча колыхалось голубоватое марево. Его цвет и форма отличались от сияния защитного экрана. Техника, которой обязан владеть любой герой авангарда. Проявление Ганги. Третья ошибка Эйдена. Он решил, что я не способен использовать Ганги. Иными словами, да здравствует Сродство с маной. ---------- Том 1 Глава 25.1 Спарринг был быстро подготовлен. Причина в том, что Профессор лично подошёл, чтобы разобраться в ситуации, и начал готовить помещение. Поскольку я был студентом особого допуска, я полагаю, что этот спарринг требовал особого внимания. Кадеты, которые до этого поодиночке размахивали мечами, тоже начали потихоньку собираться. Это, безусловно, было захватывающее зрелище. Спарринг должен был проходить на одной из специально отведённых для этого площадок в тренировочном зале. Пока я проверял состояние выданного мне меча и пристёгивал его к поясу, к нам незаметно подошла Ен Хва. — Ли Ха, ты уверен, что с тобой всё в порядке? [Да. Я в порядке.] — Если ты на самом деле не хочешь этого, просто дай мне знать. Я всё улажу за тебя. И она добавила, что могла бы всё уладить, если бы я был не в порядке. Из её глаз капала тревога. Она с тревогой посмотрела на меня, затем угрожающе на кадета-мужчину на противоположной стороне спарринг-арены и снова на меня с беспокойством... ...В одном я был уверен, так это в том, что просьба Ен Хва «уладить» это дело может привести к плохим результатам. Возможно, из-за своей нервозности Ен Хва, казалось, не замечала, что её подруга только что смотрела на неё с шокированным выражением лица. — Учитывая твою нынешнюю ситуацию, соглашаться на спарринг с этим парнем — безумие. Ты действительно не обязан это принимать. [Всё в порядке. Я принял это, потому что считаю, что это необходимо для меня.] Я неоднократно успокаивал Ен Хва, покачивая головой и говоря ей, что со мной всё в порядке. Это было не просто легкомысленное заверение. Я действительно чувствовал, что такой спарринг необходим. Тренировка с Профессором Атрой. Это не разделено на отдельные уровни, скорее, от начала до конца всё сводится к спаррингу, из-за чего я не могу определить свой собственный уровень. Я уверен, что вырос. Я могу с уверенностью сказать, что если бы я боролся с самим собой с первого дня бега, я мог бы нокаутировать себя одним ударом. Но против других кадетов? Я не уверен. Я могу распознавать их движения благодаря пространственному восприятию. В какой-то степени я могу предсказать их следующие шаги. По сравнению с моими собственными движениями я вижу, что значительно вырос. Но если вы спросите меня, значит ли это, что я могу победить в бою... Я не знаю. В бою мало абсолютного. Профессор Атра всегда подчёркивала это. Она бы сказала, что борьба слабых иногда может нанести смертельные раны сильным, а это значит, что никогда не следует терять бдительность. Движения кадетов легко читаемы. Те, кого я считаю представителями продвинутого класса, пугают, но всё же остаются в пределах моего восприятия. Те, что под ними, вполне читаемы. Но на самом деле я с ними ещё не сражался. Исход неизвестен. Вот почему необходимо встретиться с ними лицом к лицу. Я хотел попробовать это до и после поступления в Башню Роста, но не так уж плохо попробовать и сейчас. — С этого момента начинается дружеский спарринг. Каждый кадет, займите свои позиции! — прокричал Профессор, как только приготовления были завершены. Оставив позади взволнованную Ен Хва, которая выглядела так, словно наблюдала за ребёнком, играющим у кромки воды, я подошёл к арене для спаррингов. Арена была огромной. Она была в несколько раз больше, чем ринг UFC, который я видел. Это был не гражданский стандарт, а скорее стандарт супергероя, что имело смысл. Кадет-мужчина поднялся с противоположной стороны, держа в руке меч в ножнах. Смущало то, что он выглядел очень напряжённым, несмотря на то, что сам напрашивался на спарринг. Он даже сильно вспотел. Это заставляло задуматься, зачем он вообще напрашивался на спарринг. Постоянно оглядываясь по сторонам, любопытство взяло надо мной верх, поэтому я посмотрел в том же направлении и увидел, что Ен Хва с грозным выражением лица смотрит на кадета. Ах, теперь я понимаю. Убедившись, что мы с кадетом-мужчиной поднялись на арену, Профессор с помощью голографической клавиатуры привёл в действие механическое устройство рядом с ареной. Врум!.. Мана, находящаяся под ареной, зашевелилась и разлилась по периметру в определённой форме. Поток маны быстро нарастал, образуя прямоугольник, который окружал арену для спарринга. Несмотря на мои поверхностные знания, это было похоже на защитное магическое образование. — Правила соответствуют правилам товарищеского спарринга! Разрешены как силовые техники, так и техника ци, и наблюдающий Профессор оставляет за собой право прекратить спарринг в любое время по своему усмотрению! Я потянул за ручку, за которую держался. Холодный одобрительный возглас сопровождал поднятие меча. Поскольку он был выдан для тренировок, это был тренировочный меч с затупленным концом и лезвиями. Кадет-мужчина, который выглядел нервирующе напряжённым, тоже принял боевую стойку. — Боевой Майор Эйдан Рейнольдс. Пожалуйста, позаботься обо мне. — ...Ах. Я тоже должен был представиться? Несмотря на растущее напряжение, мои губы непроизвольно приоткрылись. После непродолжительного молчания я переложил меч в одну руку и постучал по своим умным часам. [Ли Ха, с особым признанием. Приятно познакомиться.] Поскольку я был студентом особого допуска, у меня не было ни специальности, ни рейтинга в классе. Следовательно, моё представление себя показалось мне более коротким по сравнению с представлением моего оппонента. Видя, как я создаю голограмму... Эйдан дёрнулся и задрожал. Вскоре после этого он взял свои эмоции под контроль и занял свою позицию. Даже мне, новичку, была очевидна сбалансированность его позы. Я тоже крепко сжал рукоять меча. Внимание сосредоточилось на нас. Слышался прерывистый шёпот, но в целом все молчали и сосредоточенно смотрели на это место. Это было похоже на то, как мы представлялись друг другу. Вокруг царила тишина, и все смотрели сюда. Всеобщее внимание было приковано к этой стороне, что создало достаточно напряжённую обстановку, чтобы вызвать нервозность. Я нервничал во время представления себя. Кончики моих пальцев дрожали, и я совершил глупую ошибку, неправильно выразившись. — ... Я успокоил своё сознание. Позволив взглядам вокруг меня рассеяться, я выровнял дыхание. Естественно, я крепче сжал ручку. Напряжение. Ощущение полной бесполезности в спарринге, как я узнал от Профессора Атры. Сейчас было то же самое. Отбросив ненужное, я сосредоточился на противнике передо мной. — Тогда, обе стороны, приготовьтесь! — Фуф... Я глубоко выдохнул и настроил своё пространственное восприятие. Я сузил чрезмерно широкий диапазон, который я установил по сравнению с ареной, и сосредоточил своё внимание на противнике. Отбрось ненужную информацию. Собери необходимую информацию с большей плотностью. — Начали! В тот момент, когда Профессор закончил говорить, я оттолкнулся от земли. Моё тело двигалось с другой скоростью, чем раньше, направляя свой меч в сторону Эйдана, стоявшего впереди. Лязг! Меч был отброшен вверх. Глаза Эйдана расширились от удивления, по-видимому, он был шокирован большей силой отдачи, чем он ожидал. Быстро восстановив самообладание, Эйдан сделал выпад мечом вперёд. Повторяя его движение, я опустил свой поднятый меч. Лязг! Лязг! Бах! Лезвия мечей скрежетали и сталкивались, искрясь при каждом соприкосновении. Обмен ударами участился. Отвечая на приближающиеся удары, я блокировал их и уклонялся. Я воспользовался представившейся возможностью, чтобы нанести удар мечом. Спарринг приобрёл форму. По крайней мере, это не могло закончиться одним ударом. Я оценил ситуацию. Я медленнее. Меня оттесняли назад. Как в плане технических характеристик, так и в плане техники. Постепенно я был вынужден отступать на шаг за шагом. ---------- Том 1 Глава 25.2 Меч Эйдана следовал за мной по пятам, словно не желая упускать этот шанс. Чем больше я размахивался и блокировал удары, тем большее напряжение накапливалось в моём теле. Но... Это выполнимо. Это более выполнимо, чем я думал. Первый год в Башне Роста. Новичок, который даже не заходил в Башню Роста на второй неделе обучения. Нынешняя сто двадцать первая группа в Башне Роста имеет репутацию золотого поколения. Сразу же, среди них Ен Хва и Бэк Арин, и общий средний показатель выше по сравнению с другими группами. Судя по содержанию оригинальной книги, они, по крайней мере, были бы Героями более низкого ранга. Эйдан тоже такой? Вероятно, он обладает уникальной способностью. Прежде чем попасть в Башню Роста, он, должно быть, потел и трудился в Академии, где царила жёсткая конкуренция. Ш-ш-ш-ш! Лязг! Несмотря на более высокие характеристики соперника, бой продолжался. Конечно, были моменты, когда он был снисходителен ко мне. Даже сейчас, когда он был спокоен, его характеристики были намного выше, и у него, вероятно, была большая свобода действий. Несмотря на то, что он выглядел несколько недовольным, его нерешительные реакции не свидетельствовали о реальной злобе. Действительно, даже в разгар нынешнего спарринга казалось, что он был в меру сдержан. Но это его дело. То, что мой соперник ведёт себя спокойно, не означает, что я должен поступать так же. С самого начала я оказался в невыгодном положении. Мне просто нужно сосредоточить свои усилия на достижении победы. Итак. Реагируя на постоянные атаки Эйдана, я ломал голову. Профессор Атра всегда говорила это. Драка — это обмен картами. Это выгодно, когда противник не знает ваших карт, и такие карты следует использовать в неожиданный момент, в критический момент. Я спросил себя. Как бы я выглядел с точки зрения постороннего? Беспрецедентный студент-отличник. Но в то же время слепой и немой. Физически слабый. Другими словами, человек с ограниченными возможностями, менее способный, чем обычно. Реакция окружающих подтверждала это. То, что происходит сейчас, тоже проясняет ситуацию. Хотя были разрешены силовые техники и использование ци, Эйдан их не использовал. Потому что я их не использовал. Потому что он этого от меня не ожидал. Для меня это возможность. Хотя я могу воспользоваться ею только сейчас, это, несомненно, была та самая важная возможность, на которую всегда обращала внимание Профессор Атра. Лязг! Лязг! Меня оттесняли назад. Я был вынужден отступить всего на несколько шагов от защитного барьера. Я сделал вид, что блокировать удар меча становится всё труднее. Лязг! Хрусть! Наконец, ощущение твёрдости передалось моей пятке. В этот момент Эйдан крепко сжал рукоять. Попался. Он заглотил наживку. Эйдан усилил наступление, уверенный в победе. Это было именно то, чего я хотел. Моя защита постепенно становилась шаткой. Именно так я и хотел, чтобы это выглядело. Треск! Внезапно я повернул меч. Одна рука, не в силах справиться с шоком, выпустила меч. Другая рука, всё ещё сжимавшая меч, была отброшена в сторону. Защита открылась. Эйдан, уверенный в победе, поднял свой меч. Мощный удар сверху вниз. Вероятно, он думал, что система арены заблокирует удар за мгновение до того, как это произойдёт. Вшу-у-у!.. Меч опустился. Звук лезвия, рассекающего воздух, был очень отчётливым. В таком состоянии, в каком я сейчас, я не могу ответить. Мою руку отбросило в сторону, и я был слишком медлителен, чтобы увернуться. Я должен был рассчитать время как раз вовремя. Собрав все свои нервы, мир, казалось, замедлился. Фух... Когда меч приблизился и оказался примерно на ширину ладони надо мной, я ударил по ядру. Выплёскивая энергию, мана разлилась по всему моему телу. Врум! Энергия хлынула из ядра. В отличие от замедленного мира, моё тело резко ускорилось. — Что? Ци. Элементарное укрепление тела с помощью маны. Опускающийся меч скользнул мимо моей щеки. Это был удар по лезвию бритвы. На лице Эйдана отразилось изумление. Открытие после атаки. Возможность для контратаки. Он не использовал ци. А я — да. Впервые после начала спарринга мои характеристики сравнялись с характеристиками Эйдана. Я отвёл меч, который был отброшен в сторону. Когда в моём теле активизировалась ци, это сработало иначе, чем раньше. Меч приближался со скоростью, которая, казалось, была в несколько раз выше. Эйдан в панике выхватил меч. Лязг! — Угх!.. Внезапный удар и его поспешная защита были неаккуратными. На мгновение ноги Эйдана были притянуты к полу силой, которая теперь соперничала с его собственной. Его глаза расширились от недоверия. Он был явно ошеломлён. Я не дал ему шанса прийти в себя. И тут же оттолкнулся от земли. Бах!.. Раздался другой звук. Движимый силой, полученной в прыжке, я нанёс удар кончиком меча, сохраняя инерцию. Меч, теперь наполненный маной, рассёк воздух. Эйдан стиснул зубы, когда волна ци поднялась над его телом. Это была ци. Запоздало высвобожденная мана активировала его тело. После этого характеристики снова поменялись местами. Если бы этот удар был заблокирован, ситуация вернулась бы к тому, что было раньше. Эйдан допустил несколько просчётов. Во-первых, он неправильно оценил мой уровень мастерства. Он не знал о том, что я проходил обучение у Профессора Атры. Не имея информации обо мне, он сделал неверное заключение. Он ошибся, думая, что я не смогу предсказать его действия. Во-вторых, он предположил, что я не смогу использовать ци. Хотя это было разумное предположение, он не учёл такой возможности. Вот почему он оставил такую лазейку. Не было бы большой проблемы, если бы на этом всё закончилось. Преимущество в характеристиках снова перешло к нему. Его навыки также были превосходными. Он, вероятно, заблокировал бы эту атаку и снова переломил ход событий. Если бы дело зашло так далеко. Врум!.. Мана снова запульсировала. Лезвие меча, жадно впитывавшее ману, задрожало вместе с ней. Мана, содержащаяся в мече, преобразилась. Несмотря на свою грубость, меч приобрёл определённую форму. По сути, он был неотточен, но, тем не менее, создавал ауру, в которой были заложены основы. Трск!.. Кончик меча задрожал. По моей руке прошло сильное ощущение отдачи. Тем не менее, на моём лице появилась слабая улыбка. — ... Выражение лица Эйдана продолжало меняться. Во время начала у него было неуверенное выражение лица, которое, казалось, спрашивало: Правильно ли это?; выражение удивления, когда начался спарринг; и выражение шока, когда я использовал ци. А теперь совершенно пустое выражение. Выражение сомнения в реальности того, чему он был свидетелем. Дзынь. Меч, вращавшийся в воздухе, упал на землю. Рукояти не было. Крестовины тоже не было. На земле валялся только клинок без рукояти. Рукоятка осталась зажатой в руке Эйдана. Мой меч был остановлен прямо перед шеей Эйдана. Это была не моя вина. Острие было заблокировано защитным барьером. Однако острие моего меча излучало голубую энергию. Цвет и форма отличались от синего защитного экрана. Техника, которой должен овладеть каждый Герой, находящийся на передовой позиции. Это было проявление ци. Третья ошибка Эйдана. Он просчитался в том, что я не смогу использовать техники ци. Другими словами, «ура» моей близости к мане. ---------- Дуэль (4) Сердце неистово колотилось. Гулкие удары отдавались в самых ушах, будто орган приставили прямо к ним. Я рассеянно приложил ладонь к груди, и пульсация стала еще отчетливее. Эйден застыл, переводя пустой взгляд с рукояти в своей руке на обломки лезвия, разбросанные по полу. Казалось, он всё еще не может осознать реальность. Он явно не понимал, почему проиграл. И его можно было понять. Со стороны Эйдена этот бой был из разряда тех, что невозможно проиграть. Честно говоря, я и сам так считал. В обычных условиях победа должна была остаться за ним. И по характеристикам, и по чистому мастерству я объективно уступал. Если бы Эйден с самого начала бился в полную силу... Впрочем, даже это не обязательно. Если бы он просто использовал свои физические данные и технику, не прибегая к Ганги и Ганчесуль, я бы всё равно оказался в глухой обороне и в итоге потерпел поражение. Ганчесуль и Ганги. Моего запаса маны всё еще недостаточно, чтобы поддерживать и то, и другое одновременно в нормальном режиме. Даже в этой короткой дуэли мимолетное проявление Ганги сожрало изрядную долю сил. «Знай врага и знай себя, и в ста битвах не будешь знать поражений». Кажется, так говорилось в «Искусстве войны» Сунь-цзы. Смысл в том, что если понимаешь возможности противника и свои собственные, то не окажешься в опасности. В этой дуэли Эйден меня не знал. Он не знал, каким тренировкам подвергала меня профессор Атра и как сильно я вырос. Не знал пределов моего пространственного восприятия и того, на что способно мое тело. Он и понятия не имел, что я уже могу использовать Ганчесуль и Ганги. Конечно, я тоже многого о нем не знал. Мне был неизвестен точный уровень его физических возможностей. Я не знал, есть ли у него уникальная способность, а если есть — к какому типу она относится и насколько сильна. Я догадывался, что он владеет Ганчесуль и Ганги, но не представлял их истинную мощь. Однако была одна существенная разница. Я обладал знаниями из оригинала и мог примерно оценить уровень Эйдена. Я понимал, как он на меня смотрит. Я предвидел, что он будет сдерживаться, а значит, не станет использовать ни уникальную способность, ни Ганги с Ганчесуль. И я оказался прав. Поэтому я затаился, а когда он расслабился, в одно мгновение раскрыл все карты и нанес сокрушительный удар. В итоге — победа. Эйден проявил неосторожность, решил поиграть в поддавки и из-за минутной ошибки собственноручно отдал мне победу, которая должна была принадлежать ему. Если мы сразимся снова, я проиграю без шансов. Из ста боев в нынешнем состоянии я проиграю все сто. Настолько велика пропасть в нашем мастерстве. Но в этот раз я победил. Всё прошло по моему плану. Расчет оправдался, принеся победу. Я был готов и к поражению, но выиграть всё же приятнее. Наверное, поэтому на душе стало чуточку теплее. В конце концов, я тоже человек, и побеждать мне нравится больше, чем проигрывать. Оставив Эйдена, который так и не оправился от шока, я вернул пространственное восприятие в привычный режим. Только тогда я заметил толпу курсантов, окруживших площадку. У всех были примерно такие же лица, как у Эйдена. Как бы это назвать... Глупое выражение? Ошарашенное? Я увидел Пэк Арин — её глаза восторженно блестели. Эта женщина... немного пугает своим напором. Заметил я и Хон Ёнхву. В этот момент я едва не рассмеялся. Её прекрасные алые глаза часто-часто моргали, а рот приоткрылся так широко, что я невольно забеспокоился, как бы туда не залетела какая-нибудь мошка. Настолько сильным было её потрясение. Стало по-настоящему весело. Она вечно ходила за мной хвостом, и сколько бы я ни твердил, что опекать меня не нужно, что благодаря уникальной способности я прекрасно вижу всё вокруг — она и слушать не желала. И вот теперь она видит это... Если во время боя я был сосредоточен и холоден, то сейчас внутри всё буквально пело от восторга. Уголки губ непроизвольно поползли вверх, и на лице расплылась довольная ухмылка. «Хе-хе». На волне этого подъема я сделал то, чего обычно себе не позволял. Я поднял руку в сторону Хон Ёнхвы. Вытянул указательный и средний пальцы, сложив остальные. «Виктори». Сказать это вслух я не мог, поэтому просто беззвучно артикулировал губами. Понимать такую речь сложно, но для сверхчеловека уровня Хон Ёнхвы прочитать по губам не должно составить труда. Реакция Ёнхвы мгновенно изменилась. Рот открылся еще шире. Уголки губ мелко задрожали, а щеки густо залил румянец. ...Чего это она? *** Занятие по «Основам практического фехтования» закончилось, и пришло время обеда. У Хон Ёнхвы сегодня были какие-то дела, так что я перекусил в одиночестве, обойдясь энергетическими батончиками. Удобно и питательно. Если не наелся одним — можно взять несколько. Если не хватает витаминов — можно добрать добавками. Когда Хон Ёнхва зовет меня в столовую, я иду. И хотя еда не доставляет мне никакого удовольствия из-за отсутствия вкуса, я стараюсь есть с аппетитом, раз уж сижу за столом с другим человеком. О своей проблеме с мимикрией вкуса я ей так и не рассказал. Я просто не знаю, как правильно преподнести такую новость. Иногда я думаю: «А стоит ли вообще говорить?» Может, лучше оставить это при себе, как ложь во спасение? ...Нет, на самом деле мне просто неловко. Я знаю, что Ёнхва не такой человек, но всё равно боюсь, что она разочаруется во мне, решив, будто я всё это время её обманывал. К тому же, строго говоря, это не инвалидность, а проклятие. Проклятие Печати чувств. Стоит его снять, и проблема исчезнет. Ради своего счастливого будущего я рано или поздно избавлюсь и от короткой жизни, и от этой печати. И я решил, что лучше скрывать это до самого конца, чем потом неловко объяснять, что вкус ко мне внезапно «вернулся». Жуя на ходу батончик, я неспешно дошел до старой тренировочной площадки. — ...... Там меня уже ждала профессор Атра. Её взгляд переместилась с моих работающих челюстей на батончик в руке, а затем на пустые обертки, торчащие из сумки. *** — Питайся нормально. С чего это сверхчеловек, подвергающий тело нагрузкам, так халатно относится к еде? [Хорошо] И я получил нагоняй. Нахмурившись, профессор Атра прочитала мне целую лекцию. Мол, как ты собрался строить тело, если не поставляешь ему качественный строительный материал? И даже посоветовала, какие именно продукты стоит включить в рацион. За строгим выговором всегда следовали дельные советы. В этом был весь Атра. Её методы обучения были жесткими и изнурительными. Из-за своей нелюдимости и грубости она легко могла нажить себе врагов. Но я не испытывал к ней неприязни. Несмотря на манеры, она никогда не учила меня спустя рукава. Её наставничество было грубым, но искренним. Да, она вечно была чем-то недоволна, но это недовольство не было направлено лично на меня — она в принципе была таким человеком. Сначала я подозревал, что она избивает меня под видом «восстановительных тренировок» из какой-то личной злобы, но со временем действительно почувствовал, как растет регенерация моего тела. Кх-х-х! Сегодняшним оружием был длинный меч — дзанто. В отличие от обоюдоострого меча, который я использовал раньше, у этого лезвие было заточено только с одной стороны и было заметно длиннее. Я сделал выпад. Крепко сжал рукоять, вкладывая силу в движение. Клинок прочертил длинную дугу. Не успела одна линия закончиться, как я начал рисовать следующую. Кх-х-х! Оставив глубокую борозду на земле, меч взмыл вверх. Движение, ускоренное едва заметным проявлением Ганчесуль. Дзынь! Руки резко отбросило назад. Длинный меч, вращаясь, отлетел в сторону и вонзился в землю. В то же мгновение у моего горла замер тяжелый тренировочный клинок из дерева. — Атака всё еще слабее защиты. Я постоянно указываю тебе на это. Прогресс есть, но не расслабляйся. Я кивнул профессору, которая произнесла это совершенно буднично. Глядя, как она убирает деревянное оружие, я лишь покачал головой и повалился на землю. Сегодня меня снова разделали под орех. С ростом мастерства я стал получать меньше прямых ударов, но двигаться приходилось в разы активнее, так что усталость никуда не делась. — Говорят, сегодня было шумно. Курсант по спецнабору одолел на мечах ученика боевого факультета, — небрежно бросила Атра, мельком взглянув на меня. Я навострил уши, продолжая лежать. Профессор продолжила: — Ну и? Какие выводы ты сделал? Я почувствовал на себе её испытующий взгляд. Видимо, она хотел, чтобы я сначала подумал сам, прежде чем она даст свою оценку. Я ненадолго задумался. «Теперь я примерно понимаю свой уровень». Пусть мне еще многого не хватает, но я уже наступаю на пятки курсантам боевого факультета. Это поразительно. Мастер на все руки. Уникальная способность универсального типа. Я никогда не использовал именно «Мастера на все руки» раньше, но в прошлых прохождениях у меня были похожие универсальные способности. Поэтому я прекрасно знал их слабые стороны. Плюс — бонус к скорости освоения и росту в самых разных областях. Минус — посредственный «потолок» в каждой из них. Даже если ты умеешь обращаться с мечом, копьем, топором и палицей, в итоге ты проиграешь тому, кто вкладывался только в одно направление. Пока универсал распыляет силы, мастер узкого профиля оттачивает свою уникальность до такой степени, что его навыки начинают выходить за рамки обычных законов. Поэтому я всегда считал «Мастера на все руки» довольно средней способностью. Я выбрал её только потому, что у меня были еще две: Пространственное восприятие и Сродство с маной. Если бы можно было взять только одну, я бы никогда не посмотрел в сторону «Мастера». После дуэли я узнал, какая способность у Эйдена. «Мастерство фехтования»... По сути, чистый технический навык владения мечом. И это странно. То, что я со своим «Мастером на все руки» одолел обладателя специализированной способности, — почти нонсенс. Тем более что его уровень мастерства был объективно выше. Он держал меч в руках гораздо дольше меня. Да, мне помогла удача. Но даже с учетом этого результат был аномальным. Это значило, что я уже практически догнал Эйдена по базе. «Синергия». Пространственное восприятие, Сродство с маной и Мастер на все руки. Три уникальные способности сосуществуют в одном теле, усиливая друг друга. Другого объяснения нет. Удача сыграла роль, но без этой синергии, позволившей мне вырасти до нужного уровня, никакое везение бы не помогло. [Мне повезло, но разница в базе была очевидной. Если сразимся снова, я точно проиграю.] — Я слышала. Ты победил, раз за разом ловя противника на неосторожности. Стратегия была верной. Хорошо, что сумел нащупать брешь в его обороне. Надо же, меня похвалили. Видимо, профессору было приятно, что даже благодаря «везению» победа осталась за её учеником. Я осторожно проследил за выражением лица Атры через пространственное восприятие. Привычная маска безразличия. Образ, который намертво приклеился к профессору. Но на мгновение за этой маской промелькнула тень эмоции. Когда она произнесла слово «неосторожность». — Но сегодняшний результат — лишь следствие его беспечности. Не будь противник так самонадеян, подобный исход был бы невозможен. Мы с профессором знакомы не так давно, но проводим вместе столько времени, что разговоры неизбежны. Впрочем, Атра всегда держалась строго как наставник, поэтому темы ограничивались тренировками, возможностями сверхлюдей и ведением боя. Атра люто ненавидела беспечность. Если я когда-нибудь проиграю дуэль из-за собственной неосторожности, профессор, пожалуй, лично меня прибьет. Заметив, как она слегка поморщилась при упоминании этого слова, я выслушал её разбор моей утренней дуэли. Я пересказал ход боя с Эйденом, а она давал оценку моим действиям. Заодно мы обсудили и только что закончившуюся тренировку с ней самим. Время пролетело незаметно. Лекции по основным дисциплинам уже подходили к концу. — Время вышло. На сегодня всё. Атра объявила об окончании занятия, поставила бутылку с водой у моего изголовья и молча уставилась на меня. Это был её жест вежливости. Знак того, что если у меня есть вопросы перед уходом, я могу их задать. Я уже собирался покачать головой, мол, вопросов нет, но кое-что вспомнил и быстро набрал текст на смарт-часах. [В следующий понедельник и вторник у нас практика по зачистке подземелий. Так что я не смогу прийти.] — ...Вот как. Едва заметно, но лицо профессора изменилось. Атра терпеть не может тему подземелий. Она не подавала виду, но мое пространственное восприятие безошибочно уловило её реакцию. Я решил предупредить её заранее. Хоть она и не ведет общих лекций, она всё же профессор и наверняка в курсе расписания. Сообщив об этом, я снова откинулся на землю. Решил немного передохнуть, прежде чем отправиться в библиотеку за магическими гримуарами. — ...? Я лежал, лениво циркулируя ману в теле. Но странно: Атра, которая должна была уже уйти, всё еще стояла на месте. Я присмотрелся через пространственное восприятие. Профессор выглядела так, будто погрузилась в глубокие и непростые раздумья. [Профессор?] — ...Ничего. Когда я недоуменно спросил её, она бросила на меня короткий взгляд и покачала головой. Затем развернулась и быстро вышла из зоны действия моего восприятия. Что это с ней вдруг? Я попытался проанализировать её поведение, но зацепок не было. Встряхнув головой, я поднялся. Пришло время погрузиться в мир магии в тишине библиотеки. *** Следующий день. Время профильных занятий. — Принимай. Профессор Атра вручила мне стопку книг, в которой было не меньше пары десятков томов. И все они были посвящены подземельям. Рядом стоял ящик, доверху набитый разнообразными магическими инструментами. При ближайшем рассмотрении оказалось, что почти все они используются при зачистке данжей. — Сегодня и завтра мы будем изучать специфику работы в подземельях. ...??? ---------- Том 1 Глава 26.1 Моё сердце громко забилось. Как будто я прижал его к самому уху, и звук был очень громким. Когда я рассеянно приложил руку к груди, звук усилился. Эйдан выглядел ошеломлённым, переводя взгляд с меча с обнажённой рукоятью в руке на разбросанные по земле части клинка. Похоже, он ещё не принял реальность. Он не понимал, почему проиграл. Это понятно, с его точки зрения, проигрыша быть не должно. Я тоже так думаю. Изначально это должен был быть бой, который я проиграл бы. Исходя только из технических характеристик и простых навыков, это был бой, который я должен был проиграть. Если бы Эйдан с самого начала старался изо всех сил... Нет, даже думать об этом не стоит. Без использования ци и полагаясь только на физическую силу и мастерство, я бы постоянно отступал и в конце концов потерпел поражение. Ци и техника укрепления тела. У меня недостаточно маны, чтобы должным образом владеть и тем, и другим. Даже в недавнем спарринге использование ци на короткое время значительно истощило мою ману. Если ты знаешь врага и знаешь себя, тебе не нужно волноваться за исход сотни сражений. Разве это не фраза из «Искусства Войны» Сунь Цзы? Я помню, что это означает, что нет никакой опасности в сотне сражений, если ты знаешь и противника, и себя. В этом спарринге Эйдан не знал меня. Он не знал, какую подготовку я прошёл у Профессора Атры, насколько я вырос, до какой степени я способен воспринимать пространство, как много я могу двигаться, могу ли я использовать ци или техники укрепления тела. Конечно, неизвестность была обоюдной. Я не знал физического уровня Эйдана. Были ли у него уникальные способности, и если да, то какого типа, насколько они были сильны, и хотя он наверняка владел ци и техниками укрепления тела, я не знал, насколько сильно. Но разница была. У меня были знания об оригинальной работе, которые позволили мне оценить уровень Эйдана. Я знал, каким Эйдан видит меня. Он был снисходителен, поэтому я предположил, что он не будет использовать свою уникальную способность или ци, и оказался прав. Поэтому я спрятался, а когда он был невнимателен, сразу нанёс удар. В результате я победил. Эйдан расслабился и был неосторожен, поэтому ошибка позволила мне одержать победу, которая должна была быть гарантирована ему. Если бы мы вновь подрались, я бы точно проиграл. Если бы мы сейчас сражались сто раз, я бы, скорее всего, сто раз проиграл. Вот насколько велик был разрыв в мастерстве между мной и Эйданом. Но на этот раз я победил. Всё прошло так, как планировалось. Победа, как и предсказывалось. Даже если бы я проиграл, это было бы приемлемо, но я всё равно выиграл. Возможно, именно поэтому я чувствовал себя слегка довольным. Будучи человеком, я полагаю, что победа приятнее, чем поражение. Оставив Эйдана, который всё ещё не оправился от шока, я восстановил своё пространственное восприятие в обычном режиме. Только тогда я увидел других кадетов, расположившихся вокруг арены для спарринга. У них было такое же выражение лица, как у Эйдана. Глупое выражение лица? Выражение шока? Я увидел Бэк Арин с горящими от удивления глазами. Этот человек... слегка обременителен. Я также заметил Ен Хва. И чуть не рассмеялся. Её красивые красные глаза моргнули. Её рот был раскрыт так широко, что я испугался, не залетит ли туда насекомое. Этот взгляд свидетельствовал о её потрясении. Я почувствовал приятное удивление. Не нужно было ходить вокруг да около и идти мне на уступки, поскольку мои уникальные способности позволяли мне хорошо видеть во всех направлениях. Несмотря на то, что я неоднократно повторял это, она почти не обращала на это внимания, что меня раздражало, но видеть её такой... Совсем недавно я сдерживал свои эмоции, чувствуя себя довольно хладнокровным, но теперь моё сердце было на взводе. Уголки моего рта дрогнули. На моих губах появилась самодовольная улыбка. — Хе-хе. Возможно, из-за того, что я чувствовал себя возвышенным, я сделал то, чего обычно не делал бы. Я поднял руку в сторону Ен Хва. Растопырив указательный и средний пальцы, а остальные сложив, я изобразил букву «V». Не в силах говорить, я выразил это формой рта. Общаться таким образом нелегко, но, возможно, такой сверхчеловек, как Ен Хва, понял бы даже по форме губ. Реакция Ен Хва изменилась. Её рот открылся шире. Губы задрожали, а щёки покраснели. ...Почему она так реагирует? ... После того, как урок закончился, я позаботился об обеде простым способом. Сегодня, поскольку у Ен Хва были неотложные дела, я решил подкрепиться энергетическим батончиком. Он удобен и удовлетворяет потребности в питательных веществах. Если количества недостаточно, просто увеличьте количество батончиков. Если вам не хватает питательных веществ, принимайте дополнительные добавки. Когда Ен Хва предлагает пообедать вместе в столовой, я ем. Несмотря на то, что мне неприятно не чувствовать никаких вкусовых ощущений, поскольку я ем с кем-то ещё, я изо всех сил стараюсь наесться досыта. Я всё ещё не говорил о своём отсутствии вкуса. И действительно не знаю, как решить эту проблему. Нужно ли мне вообще упоминать об этом? Интересно, разрешится ли эта проблема сама собой, если я просто продолжу воспринимать это как ложь во спасение. ...Нет, правда в том, что мне просто неудобно говорить об этом. Я знаю, что Ен Хва не такая, но я боялся, что она может разочароваться во мне за то, что я обманывал её всё это время. Более того, это не просто инвалидность — это проклятие. Проклятие сенсорной печати. Если бы я мог просто снять это, проблема была бы решена. Ради своей собственной счастливой жизни я полон решимости когда-нибудь снять проклятия ранней смерти и сенсорной печати. Я подумал, что, возможно, было бы лучше начать скрывать это сейчас, чем неловко признаваться, что я могу попробовать это на вкус после свершившегося факта. Я поплёлся к старомодным тренировочным площадкам, пока ел. — ... Перекусывая энергетическими батончиками, которые были у меня в сумке, я добрался до тренировочной площадки и столкнулся с Профессором Атрой, которая пришла пораньше. Её взгляд метался между моим ртом, которым я жевал, энергетическим батончиком в моей руке и обёрткой, торчащей из сумки. ... — Убедись, что ты правильно питаешься. Есть ли смысл для сверхчеловека, который использует своё тело, прибегать к столь скудным приёмам пищи? [Да.] И получил выговор. Я выслушал упрёки Атры и её советы, нахмурившись. Если это те ингредиенты, из которых состоит твоё тело, то как оно может быть построено должным образом? Следи за тем, чтобы есть такие продукты, когда следишь за своим питанием. Её совет был вполне убедителен после выговора. Тренировка с Профессором Атрой проходила в основном так. Её стиль поведения был грубым и невыносимым. Из-за её прямолинейности она была из тех людей, которые легко могут не понравиться. Однако я не испытывал особой неприязни к Профессору Атре. Хотя её поведение было таким, она не учила меня небрежно. Она искренне стремилась к образованию, даже несмотря на то, что это было нелегко. Было некоторое недовольство, но оно не было значительным и не было направлено исключительно на меня. У меня были подозрения, что она, возможно, избивает меня из-за своей неприязни ко мне под предлогом «восстановительных тренировок», но на самом деле я чувствовал, как улучшаются восстановительные способности моего организма. Трск!.. Сегодняшним оружием был длинный меч. ---------- Том 1 Глава 26.2 У меча, к которому я привык, лезвие было с обеих сторон, но у этого было лезвие только с одной стороны, и он был относительно удлинённым. Я взмахнул мечом. Схватив рукоять и приложив силу, я нанёс длинный удар. Прежде чем он дошёл до конца, я нанёс следующий. Щёлк! Длинный меч, оставив на земле длинную царапину, взмыл вверх. Благодаря слабому проявлению сильных физических движений. Лязг! Моя рука резко дёрнулась. Длинный меч развернулся и прочно вонзился в землю. Внезапно к моей шее был приставлен самодельный деревянный длинный меч. — Твоя атака неуклюжа по сравнению с твоей защитой. Я постоянно упоминала об этом. Ты действительно постоянно совершенствуешься, но продолжай концентрироваться на этом. Я кивнул в ответ на беспечные слова Атры. Глядя, как Атра берёт деревянный длинный меч и неодобрительно качает головой, я в изнеможении плюхнулся на землю. Сегодня меня снова избили до полусмерти. По мере того, как мои навыки улучшались, частота попаданий уменьшалась, но из-за возросшей необходимости двигать телом усталость оставалась. — Я услышала кое-что интересное. Студент особого допуска сразил мечом курсанта боевой подготовки. Атра небрежно взглянула на меня, пока я переводил дыхание, и равнодушно заговорила. Лёжа, я навострил уши, когда она продолжила. — Итак? Ты чему-нибудь научился из этого? Я чувствовал, как её пристальный взгляд пронзает меня, как будто она давала мне понять, что я должен думать и говорить раньше, чем это сделает она. Я немного поразмыслил. Я понимаю свой нынешний уровень. Я догнал, хотя и в недостаточной степени, кадета боевой подготовки. Это поразительно. Мастер на все руки. Уникальная способность из разряда универсальных. Я не использовал Мастера на все руки напрямую, но был раунд, в котором я использовал аналогичную уникальную способность категории «универсал». Поэтому я хорошо понимаю недостатки категории «универсал». Преимуществом является повышение квалификации и рост в различных областях. Недостатком является то, что лимит в каждом из видов оружия довольно посредственный. Мечи, копья, ножи, топоры, дубинки. Умение обращаться с разнообразным оружием не имеет большого значения, если вам противостоит тот, кто владеет только одним из них. В то время как универсальная категория распространяет своё мастерство на многих, уникальная способность одной категории навыков создает уникальность и в конечном итоге позволяет получить расширенную способность, освобождая от общих правил. Вот почему я раскритиковал Мастера на все руки как неоднозначную уникальную способность. Причина, по которой я сознательно выбрал Мастера на все руки, заключалась в том, что у меня были две другие уникальные способности — пространственное восприятие и сродство к мане. Если бы я мог выбрать только одну, я бы никогда не выбрал Мастера на все руки. Я услышал об уникальной способности Эйдана после окончания спарринга. Владение мечом... короче говоря, навык, уникальная способность в категории Владение мечом. Это странно. Несомненно, странно, что меч, который я отточил с помощью Мастера на все руки, победил меч, обладающий уникальной способностью в категории Владение мечом. Даже мастерство было на его стороне в подавляющем большинстве случаев выше. И время, потраченное на владение мечами, тоже. Это была счастливая случайность. Но даже учитывая это, это было странно. Потому что это означало, что я уже был почти на уровне Эйдана. Синергия. Пространственное восприятие, сродство к мане, мастер на все руки. Три уникальные способности сосуществуют, оказывая положительное влияние друг на друга. Другой причины быть не может. Удача была важным фактором, но если бы я не вырос до кончиков пальцев ног благодаря синергии, удача потеряла бы своё значение. [Победить мне помогла удача, но, по сути, мы разные. Если мы снова подерёмся, я уверен, что проиграю.] — Я слышала ещё кое-что. Ты воспользовался беспечностью соперника и одержал победу. Стратегия была блестящей. Изучение слабых сторон соперника тоже было полезным. Удивительно, но похвала была в мою сторону. Не говоря уже о везении, возможно, она была довольна победой. Я случайно проверил выражение лица Атры с помощью своего пространственного восприятия. Её обычный безразличный взгляд. Теперь, когда я думаю о Профессоре Атре, на ум приходит этот образ. Но всего минуту назад за этим выражением лица скрывались эмоции. В той части, где она упомянула о беспечности. — Однако сегодняшний результат был результатом беспечности. Если бы противник не был беспечен, такой результат был бы невозможен. Я давно не общался с Атрой, но когда проводишь рядом с человеком значительное количество времени в течение дня, обмен репликами неизбежен. Тем не менее, Атра неизменно сохраняла свою преподавательскую манеру поведения, и дружелюбные и беззаботные темы, которые были далеки от её обычных тем, связанных со сверхлюдьми и сражениями, были редкостью. Атра ужасно ненавидела небрежность. Если бы я позже проиграл в спарринге из-за невнимательности, она могла бы просто забить меня до смерти сама. Услышав ключевое слово «небрежность», я получил едва заметную гримасу от Атры и отзыв о спарринге, который состоялся несколько часов назад. Я рассказал Эйдану о том, как развивался спарринг-матч, и выслушал её оценку. Это было дополнено её оценкой и критикой недавнего спарринга с ней. Так пролетело время. Не успел я опомниться, как основная лекция подошла к концу. — Время вышло. На этом сегодняшнее занятие заканчивается. Заметив время, Атра объявила об окончании лекции. Затем она поставила бутылку с водой рядом с моей головой и молча посмотрела на меня. Это было своего рода соображение Атры. Она хотела сказать, что это её последний шанс высказаться, если ещё есть что сказать. Я уже собирался покачать головой, показывая, что мне больше нечего сказать, но на всякий случай постучал по своим умным часам. [В следующий понедельник и вторник у нас тренировка в подземельях. Так что я не смогу прийти в эти дни.] — ...Хорошо. Разница была неуловимой, но выражение лица Атры изменилось. Атра действительно ненавидела тему подземелий. Точнее, она никогда не показывала мне этого, но моё пространственное восприятие невольно уловило это. Я упомянул об этом на всякий случай. Хотя у неё и не было запланированных лекций, она, в конце концов, Профессор. Вероятно, она в какой-то степени знакома с расписанием. Сказав это, я снова прилёг. Я планировал немного отдохнуть, прежде чем отправиться в библиотеку. — ?.. Я потихоньку настраивал свою ману, когда заметил кое-что странное. Атра, которая уже должна была уйти, всё ещё стояла на месте. Используя пространственное восприятие, я увидел Атру, по-видимому, глубоко задумавшуюся, и, несомненно, видимую мне. [Профессор?] — ...Ничего. Что? Атра, бросив мимолётный взгляд в мою сторону, покачала головой. Затем она повернулась спиной и исчезла из поля моего зрения. Что она делает? На мгновение я попытался догадаться, но как я мог понять? Я покачал головой и встал. Пришло время полистать магические тома в библиотеке. ... На следующий день. Во время основной лекции. — Возьми это. Атра протянула мне стопку книг, не меньше дюжины, и все они были связаны с подземельями. В другой сумке был набор магических инструментов. При ближайшем рассмотрении оказалось, что большинство из них предназначались для использования в подземельях. — Сегодня и завтра мы проведём лекции о подземельях. ???.. ---------- Практика в подземелье (1) У меня нет особых претензий к методам обучения профессора Атры. Конечно, сами тренировки суровы. Если сравнивать с другими, её подход крайне жесткий и далекий от стандартного. Складывалось впечатление, что обучение строится на предпосылке, будто у ученика уже есть талант. Причем талант выдающийся. Ощущение было такое: «Базовые навыки? Осваивай их прямо во время дуэли...» Похоже, в этом и заключалось истинное намерение профессора Атры. В конце концов, еще на первой лекции она сказала: «Раз уж вы поступили по особой квоте, ожидания общества уже предопределены». Иными словами, тренировки проводились исходя из того, что у нас есть способности, соответствующие статусу «особого набора». Это тяжело. С этим не поспоришь. Честно говоря, если бы не веская причина, я бы давно сбежал. Но, к сожалению, у меня был повод, который не позволял отступить. Причина, по которой я обязан вытерпеть эти изнурительные тренировки. Если я сейчас сдамся, то максимум через десять лет просто упаду замертво. До тех пор мне придется жить с закрытыми глазами, не чувствуя вкуса еды и не ощущая ароматов. С немотой еще можно смириться, если привыкнуть к неудобствам... но с остальным — нет. Я не хотел так жить. Чтобы снять проклятие, нужна была сила. Способ исцеления, о котором я знал, находился в подземелье, а чтобы пройти его, требовалось могущество. Поэтому я терпел занятия профессора Атры. Было больно и трудно, но я держался. Её тренировки определенно были эффективными. Результаты налицо: я чувствовал свой рост во время спаррингов. Мне уже удалось приблизиться к уровню курсантов, которые тренировались не покладая рук больше десяти лет. Если я продолжу расти в таком темпе, то смогу отправиться в подземелье, где спрятано лекарство, раньше, чем планировал. Когда цель, казавшаяся далекой, внезапно стала достижимой, желание сбежать пропало окончательно. — Это книги по теме. Раз ты сказал, что можешь читать с помощью Сенсорики, забери их и изучи все. Если неудобно нести, отсканируй их на смарт-часы. — ... — Ты должен выучить это как минимум до начала зачистки подземелья. Если читать самому в тягость, используй смарт-часы, а если не справляешься сейчас — я могу прочесть тебе вслух. Я уже рассказал профессору Атре о некоторых особенностях своего пространственного восприятия. Для эффективных тренировок ей нужно было знать, что именно я могу видеть и чувствовать. — Проверь, можешь ли ты нормально их прочитать. Передо мной с глухим стуком легла стопка книг. Ровно двадцать три тома. И каждый довольно толстый. Я с сомнением принял их. «Распределение сред в подземельях», «Справочник по приготовлению монстров», «Стратегии выживания в подземелье (том 1)», «Стратегии выживания в подземелье (том 2)», «Практическое руководство по сбору и употреблению трав»... Чего тут только не было. Некоторые названия я припоминал — видел мельком в библиотеке. Приготовление монстров? Да, внутри подземелья порой приходится их есть. Если группа терпит бедствие и запасы провизии на исходе, для выживания приходится либо искать съедобные растения, либо охотиться на монстров. Я просканировал содержимое книг с помощью пространственного восприятия. Каждая буква отчетливо ощущалась. «Я могу их прочитать». — Вот и славно. Тогда читай, как только выдастся свободная минутка. Пока я рассеянно изучал книги, профессор Атра развязала лежащий рядом сверток. Из него донеслось побрякивание. — Это магические артефакты, которые помогут при зачистке подземелья. В течение двух дней мы будем изучать, как ими пользоваться. С этими словами профессор Атра начала доставать из свертка один предмет за другим. На тренировочной площадке выстроился целый ряд магических инструментов самых разных форм. Были среди них и походные артефакты, которые часто встречались в оригинальном произведении. Пока я стоял и смотрел, профессор Атра повернула голову в мою сторону. Магический фонарь в её руке слегка качнулся. — Хочешь что-то сказать? «Нет, ничего». Я поспешно пришел в себя и покачал головой. Профессор Атра вздернула бровь, но ничего не сказала и начала лекцию... точнее, инструктаж по подземельям. Занятие оказалось на удивление полезным. Она выбирала из принесенных книг только самое важное и объясняла всё доступным языком, подкрепляя теорию примерами из собственного опыта. Это было обучение, сосредоточенное не на сухой теории, а на том, как действовать в реальности. Не просто какой монстр к какому рангу относится и насколько он силен, а как вести себя при встрече с ним, при каких условиях нужно бежать, можно ли его съесть после победы, какие еще существа могут обитать поблизости и так далее... Даже для меня, с моими пробелами в знаниях, объяснения были предельно понятны. Уровень преподавания был высочайшим, даже с учетом того, что это индивидуальное занятие. Я слышал, что профессор Атра — герой высшего ранга, но её познания о подземельях были такими глубокими, что она не уступала в этом деле даже опытным охотникам. — Это тепловой артефакт. В него встроена небольшая пластина, но если заряд маны исчерпан, ты можешь зарядить его напрямую своей энергией. Помни, что большинство магических инструментов поддерживают функцию самостоятельной подзарядки. — Всегда будь готов к непредвиденным ситуациям. Даже если поход рассчитан на короткий срок, в подземелье может случиться что угодно. Собирая провизию, бери запас как минимум в три раза больше необходимого. — Это приложение будет особенно полезно в подземелье. Заранее сохрани его на смарт-часы. С этими словами профессор Атра протянула мне руку. На её ладони лежал яйцевидный артефакт размером с человеческое лицо. Тот самый тепловой прибор, о котором она только что говорила. — Попробуй сам. Я осторожно взял его и внимательно изучил с помощью пространственного восприятия. Благодаря Сродству с маной моё восприятие легко проникло в структуру магической формулы, выгравированной на артефакте. В голове возникла схема относительно простого заклинания. «"Выделение тепла"... это очевидно, а еще "Защита низшего ранга" и "Повышение прочности"... Хорошо наложены, без конфликтов». Что касается магии, я в лучшем случае лишь бегло просмотрел книги Начального уровня. До сотворения заклинаний дело еще не дошло, но прочитать простую формулу я уже был способен. Пока я вертел артефакт в руках, профессор Атра протянула руку и накрыла мою ладонь. «?» — Если он заряжен, достаточно нажать кнопку. Но если маны нет, вливай её через это место. Давай, попробуй сейчас. Профессор Атра направила мою руку. Я послушно сконцентрировал ману. С тихим гулом яйцевидный артефакт, получив слабую подпитку, начал излучать мягкий оранжевый свет. Тепло, разлившееся по ладони, было очень приятным. Однако из-за тепла её руки, ощущаемого кожей, я не сразу смог сосредоточиться на самом артефакте. Кивнув, мол, именно так это и работает, профессор Атра убрала руку и отступила на шаг. — С другими артефактами принцип похожий. Об остальных функциях я расскажу чуть позже. Следующее... Внимательно слушая профессора, которая говорила без остановки, я втайне недоумевал. У меня возникло странное чувство. ...Она всегда была такой увлеченной наставницей? Я никак не мог избавиться от ощущения неловкости из-за перемены в её поведении. Она никогда не относилась к обучению спустя рукава. Всегда была пунктуальна и давала ровно столько, сколько положено. Как бы это назвать? Человек-инструкция? Принципиальная до мозга костей. Но сейчас что-то изменилось... Её напор был разительно сильнее, чем раньше. — Слушай внимательно. В конце лекции проведем краткий тест. «Ой». В течение нескольких часов в меня впихивали всевозможные знания о подземельях. И под конец действительно устроили проверку. К счастью, я не допустил ни одной ошибки. Два дня во время профильных занятий профессор Атра проводила для меня интенсивный спецкурс по зачистке подземелий. Это было обучение, полное практических секретов и нюансов. Утром — теория, днем — практика и дополнительные знания. Моя голова была буквально забита информацией. Понимая, что всё это когда-нибудь мне пригодится, я учился изо всех сил. Один из выходных я провел на занятиях у профессора Лианы, изучая магию. Поскольку речь шла о магии самого низшего ранга, она не требовала глубокого просветления, так что учиться было на удивление легко. Ничего особенного не произошло. Разве что во время тренировки во сне я планировал поспать час, а провалился в сон на все три, и проснулся, укрытый одолженным пальто профессора Лианы. Еще один день я провел в библиотеке, листая магические гримуары и повторяя наставления профессора Лианы. Поскольку я еще даже толком не приступил к практике магии, всё сводилось к простому зазубриванию информации. Время пролетело быстро, и наступило утро понедельника. На смарт-часы пришло письмо. Это было объявление о распределении по группам для практики в подземелье. Сделав глубокий вдох, я открыл файл. Голограмма со списком развернулась в воздухе. [Класс Ипчхун, группа 1] Хон Ёнхва Карнель Арделия ... ▲ Подземелье 4-го ранга: 7-212, Пещерный тип ▲ Тип задания: Периодическое истребление монстров [Класс Ипчхун, группа 4] Пэк Арин Ли Сиын ... ▲ Подземелье 4-го ранга: 2-64, Степной тип ▲ Тип задания: Периодическое истребление монстров [Класс Ипчхун, группа 6] Кацуки Юсей Кристофер Хейз ... ▲ Подземелье 4-го ранга: 7-23, Пещерный тип ▲ Тип задания: Периодическое истребление монстров [Класс Ипчхун, группа 11] Ли Ха Юль Элия Слейд Атилла Блеро Нам Ёнджун Эйден Рейнольдс ▲ Подземелье 4-го ранга: 3-23, Лесной тип ▲ Тип задания: Периодическое истребление монстров «М-да...» В списке моей группы было два знакомых имени. Элия Слейд. Человек, которого я был рад видеть, ведь мы были в неплохих отношениях. И Эйден Рейнольдс... Тот, встречаться с кем мне было крайне неловко. Распределение было одновременно и удачным, и непростым. ---------- Том 1 Глава 27.1 У меня нет особых претензий к методам обучения Профессора Атры. Обучение, безусловно, сложное. По сравнению с другими местами, у неё строгий подход. Это не типичный для многих метод. Кажется, что он основан на предпосылке наличия таланта. И не просто какого-нибудь, а исключительного таланта. Основы? Что-то вроде «учись по мере того, как сражаешься». Похоже, именно это и было целью Профессора Атры. Разве Профессор Атра с самой первой лекции не сказала: — Учитывая, что ты студент с особым допуском, ожидания публики оправданы? Другими словами, тренинг основан на предположении, что, будучи студентом особого допуска, человек должен обладать соответствующим уровнем таланта. Это сложно. И нет месту разногласий. Честно говоря, если бы не было веской причины поступить так, я бы давно сбежал. К сожалению, у меня есть причины, от которых я абсолютно не могу убежать. Есть веские причины, по которым я должен выдержать эти интенсивные тренировки. Если бы я убежал сейчас, то умер бы самое большее через десять лет. А до тех пор мне пришлось бы жить вслепую, не имея возможности пробовать вкусную еду или вдыхать ароматные запахи. С невозможностью говорить можно справиться, если учесть некоторые неудобства... но что касается других причин, я не могу просто оставить их без внимания. Я не хотел так жить. Чтобы снять проклятие, мне нужна была сила. Известные методы снятия проклятия существовали в подземельях, и для покорения этих подземелий требовалась сила. Вот почему я терпел лекции Профессора Атры. Они были болезненными и жёсткими! Но я всё равно терпел. Тренировки Профессора Атры были, безусловно, эффективными. Это принесло свои плоды. Степень моего роста чувствовалась во время спаррингов. Мне удалось догнать кадета, который тренировался добрый десяток лет, а то и больше. Если я буду продолжать в том же духе, то смогу добраться до подземелья, где хранится способ снять проклятие, раньше, чем ожидалось. Когда цель, до которой, как я думал, оставалось ещё много времени, внезапно приблизилась, я уже не мог убежать. — Вот соответствующие книги. Поскольку ты сказал, что можешь читать с помощью своей способности к распознаванию, возьми их и прочти все, а если их слишком много, чтобы носить с собой, отсканируй их с помощью своих умных часов и сохрани. — ... — Обязательно запомни их до начала похода в подземелье. Если это слишком тяжело для того, чтобы носить с собой и читать их, воспользуйся своими умными часами, а если сейчас тебе ещё трудно читать, я тебе их сама прочитаю. Я рассказал Профессору Атре о некоторых возможностях моего пространственного восприятия. Чтобы обучение было эффективным, необходимо было рассказать ей о том, что я могу видеть и ощущать. — Проверь и подтверди, сможешь ли ты их правильно прочитать. Передо мной лежали десятки книг. Ровно двадцать три тома. Они довольно толстые. Я с опаской принял книги. «Экологическое распределение в подземельях», «Кулинарный словарь монстров», «Стратегия выживания в подземельях (вверху)», «Стратегия выживания в подземельях (внизу)», «Практический сбор и употребление трав»... Они охватывали всё. Там были книги, которые я несколько раз просматривал, когда посещал библиотеку. Кулинарный словарь монстров? Это правда, что монстров можно готовить и есть в подземельях. В тех случаях, когда кто-то оказывается запертым в подземелье и у него заканчивается еда, ему нужно собирать растения или охотиться на монстров, чтобы прокормиться. Я пролистал книгу, используя своё пространственное восприятие. Я мог различить все буквы. [Я могу их прочитать.] — Хорошо. Тогда прочти их, когда у тебя будет время. Пока я рассеянно листал книги, Профессор Атра начала распаковывать свёрток, лежавший рядом с ней. Из свёртка донёсся лязгающий звук. — Это магические инструменты, которые помогут в исследовании подземелий. В ближайшие два дня мы планируем заняться ими непосредственно, чтобы научиться ими пользоваться. С этими словами Профессор Атра начала доставать магические инструменты, один за другим, из полного комплекта и раскладывать их на земле тренировочной площадки. В ряд были разложены магические инструменты различной формы, в том числе и исследовательские, которые часто использовались в оригинальной истории. Пока я стоял ошеломлённый, Профессор Атра повернула голову в мою сторону. Волшебная лампа в её руке замерцала. — Хочешь что-то сказать? [Нет.] Я быстро взял себя в руки и покачал головой. Профессор Атра приподняла бровь и без дальнейших разговоров начала лекцию... не о тренировках, а о подземельях. Лекция была на удивление информативной. Она тщательно отобрала только необходимые части из книг, которые принесла с собой, и объяснила их в доступной форме, опираясь на свой собственный опыт. Это было обучение, ориентированное не только на теорию, но и на то, как вести себя на самом деле. Не только то, какой монстр принадлежит к какой иерархии и насколько он силён. Но, если он встречается, как с ним бороться, при каких условиях ты должен его использовать, можно ли его использовать, если его поймать. Вероятность того, что вокруг этого монстра существуют другие существа, и так далее... Уровень образования был таков, что даже я, у которого были пробелы в знаниях, мог всё это полностью понять. Это всё ещё оставалось в силе, учитывая, что это было индивидуальное обучение. ---------- Том 1 Глава 27.2 Я слышал, что Профессор Атра была первоклассным Героем, и она, похоже, обладала глубокими знаниями о подземельях, по сравнению с которыми любой приличный Охотник побледнел бы. — Это магический инструмент для обогрева. В нём находится небольшая пластина, но если у тебя закончилась вся мана, ты можешь напрямую зарядить её своей маной. Помни, что большинство магических инструментов могут заряжаться самостоятельно. Всегда имей в виду непредвиденные обстоятельства. Даже если у тебя короткий график, в подземелье может случиться всё, что угодно. При приготовлении продуктов питания убедись, что их как минимум в три раза больше, чем было запланировано изначально. Это приложение особенно полезно в подземельях. Сохрани его в своих умных часах заранее. Сказав это, Профессор Атра протянула мне руку. На ней был волшебный инструмент размером с человеческое лицо и формой напоминающий яйцо. Это был нагревательный магический инструмент, о котором она только что рассказала. — Попробуй им воспользоваться. Я осторожно взял его и детально изучил с помощью пространственного восприятия. Пространственное восприятие, усиленное сродством с маной, анализировало выгравированные магические формулы. Формулы казались мне относительно простыми и ясными. «Выделение тепла»... это ожидаемо, «Незначительная защита» и «Увеличение прочности»... красиво наложены друг на друга. Конфликтов нет. Магия — это то, что я только мельком видел в основных текстах. Я ещё не пробовал её использовать, но чтение таких простых формул было в пределах моих возможностей. Пока я рассматривал магический инструмент, Профессор Атра протянула руку и взяла меня за руку, в которой я держал инструмент. ?.. — Если он заряжен, просто нажми на кнопку, но если в нём не осталось заряженной маны, то закачай её вот сюда. А теперь попробуй сам. Профессор говорила и двигала своей рукой. Я собрал ману в мою ладонь в ответ. О-о-онг... яйцо-образное волшебное средство, получив слабый запас маны, излучалось мягким оранжевым светом. Тепло передавалось через ладонь. Но из-за температуры тела, которую я ощущал на своих руках, всё это казалось немного нереальным. Кивнув, что именно так это и нужно использовать, Профессор Атра отступила на шаг. — Другие магические инструменты имеют аналогичный формат. Вскоре я расскажу тебе о других способах использования. Далее... Даже когда я сосредоточился на непрерывном уроке Профессора Атры, я мысленно склонил голову набок. Я почувствовал отчуждение. ...Она всегда была такой увлечённой преподавательницей? Я не мог отделаться от чувства настороженности из-за перемен в поведении Профессора Атры, что-то в ней изменилось по сравнению с тем, что было раньше. Она была не из тех, кто придерживается небрежного подхода к образованию. Она всегда была пунктуальна и учила всему, чему нужно было научить. Как это называется? Придерживаться принципов? Именно такой была её позиция, но теперь кое-что изменилось... это было активное, увлекательное преподавание, которое выделялось по сравнению с прежним. — Слушай внимательно. Когда лекция закончится, у нас будет краткий тест. Так... В течение нескольких часов мне вдалбливали различные знания о подземельях. А в конце был проведён настоящий тест. К счастью, у меня не было ни одного неправильного ответа. В течение двух дней, во время занятий по основным предметам, я слушал интенсивные специальные лекции Профессора Атры об экспедиции в подземелья. Это было обучение, наполненное различными «ноу-хау» и советами. По утрам моя голова была забита теорией подземелий, а днём — подобными знаниями, и мой разум буквально ломился от информации. Я усердно учился, так как решил, что когда-нибудь это знание будет жизненно важным. В один из выходных дней Профессор Велус рассказала мне о магии. Поскольку это была магия начального уровня, она не требовала глубокого понимания и усваивалась легче, чем я думал. Ничего особенного не произошло. Самым примечательным событием было то, что я просто заснул на три часа, пытаясь проспать тренировку всего один час, и что я был укрыт пальто Профессора Велуса. Один день я провёл в библиотеке, размышляя над книгами по магии и пытаясь запихнуть в свою голову те знания, которые я запомнил. Пока я с трудом разбирался в магии, мне казалось, что я ещё даже толком не переступил порог. Так быстро пролетело время, и наступило утро понедельника. На мои умные часы пришло электронное письмо. Это было уведомление о распределении команд для экспедиции в подземелье. Я глубоко вздохнул и открыл файл. Материализовалась голограмма с распределением команд. [Команда первого класса.] – Ен Хва. – Карнел Арделлия. ... ▲ Подземелье четвёртого класса: Подземелье в пещере 7-212. ▲ Тип: Обычная зачистка монстров. [Команда четвёртого класса.] – Бэк Арин. – Шин Союль. ... ▲ Подземелье четвёртого класса: Подземелье в прериях 2-64. ▲ Тип: Обычная зачистка монстров. [Команда шестого класса.] – Кацуки Юсей. – Кристофер Хейс. ... ▲ Подземелье четвёртого класса: Подземелье в пещере 7-23. ▲ Тип: Обычная зачистка монстров. [Команда одиннадцатого класса.] – Ли Ха. – Элия Слейд. – Атила Блерро. – Нам Ен Чжон. – Эйдан Рейнольдс. ▲ Подземелье четвёртого класса: Лесное подземелье 3-23. ▲ Тип: Обычная зачистка монстров. М-м-м... Я узнал два имени. Элия Слейд. Человек, с которым у меня дружеские отношения, которого приятно видеть. А ещё Эйдан Рейнольдс... тот, с кем было довольно неловко встречаться. Это было одновременно и приятное, и неловкое назначение. ---------- Практика в подземелье (2) Тренировка в подземелье длится два дня, понедельник и вторник. Точнее, два дня — это предел. Не допускается больше двух дней, но, если есть возможность, можно пройти подземелье быстрее и отдохнуть. Уведомление о назначении групп появилось в семь утра. С этого момента начиналась тренировка в подземелье. Теперь пришло время проверить список членов команды, собраться вместе и отправиться в подземелье, указанное в уведомлении, чтобы выполнить условия и завершить тренировку. В оригинальной игре, если игрок был настроен сократить время, он мог пройти его примерно к обеду — это было повторяемое событие. Вж-ж-ж! В этот момент мои умные часы зажужжали. Это было уведомление о том, что меня пригласили в групповой чат. ▷ Элия Слейд пригласила Ли Ха, Атилу Блерро, Нам Ен Чжона и Эйдана Рейнольдса. ▶ Элия Слейд: Здравствуйте, я создала наш командный чат! (Сегодня в 7:02). ▶ Элия Слейд: Может, соберёмся где-нибудь поблизости и обсудим стратегию как руководитель команды? (Сегодня в 7:02). ▶ Атила Блерро: Согласна! Я почти готова (Сегодня в 7:03). ▶ Нам Ен Чжон: Согласен (Сегодня в 7:03). Все подземелья, предназначенные для исследования, находятся внутри Шио Рама. Они сохраняются даже после исследования и зачистки и остаются в прежнем виде для будущих образовательных целей. Вот насколько обширен Шио Рам. Это не только из-за различных учебных заведений и коммерческих заведений для проживающего в нём персонала, но и из-за того, что территория Шио Рама изобилует управляемыми подземельями. ▶ Я: Согласен (Сегодня, 7:04). Оставив ответ в чате, я закончил собираться. К счастью, всё снаряжение, которое упаковала Профессор Атра, поместилось в мою сумку, которая была зачарована магией расширения пространства. Разложив все книги, которые я просматривал, по местам, я на всякий случай перепроверил свой багаж. Ничего не было пропущено. Всё было упаковано. Только после этого я покинул библиотеку и отправился в путь. * * * — Сюда, Ли Ха! Я пришёл по адресу, указанному в чате. Это было кафе средних размеров, где все собрались на втором этаже. В помещении открытого типа, без стеклянных окон, я без труда заметил Элию, которая махала мне рукой. [Извините, я опоздал.] — Нет, ты не опоздал. Я тоже только что пришла. Ох, и я только что заказала кое-что для тебя. Внутри за круглым столом сидели четыре человека. Я уселся на свободное место рядом с Элией. Элия широко улыбалась, а члены команды обменивались неловкими приветствиями. — ... — ... И всё же, безусловно, самым неуклюжим человеком был он. Эйдан Рейнольдс... он тоже смотрел на нас с большой неловкостью. Когда мы склонили головы, приветствуя друг друга, это было похоже на приветствие деревянных манекенов. Девушка-кадет, сидевшая рядом с ним, посмотрела на Эйдана, как показалось, с презрением. Она была тем самым кадетом, который избил Эйдана во время последнего спарринга. К счастью, от того спарринга, похоже, не осталось никаких негативных эмоций. Если бы это были ненужные обиды, я бы встревожился, но, похоже, мои опасения были напрасны. Вскоре после этого вошёл сотрудник и поставил на стол напитки и простые закуски. Я заказал апельсиновый сок, а остальные члены команды заказали себе фруктовые соки или кофе. Когда все пригубили свой напиток, Элия легонько постучала по столу. — Начнём с того, что представимся друг другу? Я Элия Слейд, майор вспомогательной службы. Моя уникальная способность относится к категории целительства. С нетерпением жду возможности поработать с вами в течение этих двух дней! Когда Элия начала, все по очереди представились. — Я Нам Ен Чжон, специалист по боевым искусствам. Моя уникальная способность относится к категории «Искусство владения копьём». Моим любимым оружием также является копьё. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. Нам Ен Чжон, худощавый и в то же время крепкий парень, был известен как копьеносец, с копьём, прислонённому к ближайшей стене, что соответствовало его уникальной способности. — Я Атила Блерро, также являюсь специалистом по боевым искусствам. Моя уникальная способность основана на сложных элементах... включая щиты и физическую борьбу. Я сделаю всё, что в моих силах. У Атилы, от природы излучающей колючую ауру, с её острыми, как у кошки, глазами, не было видно никакого снаряжения. Должно быть, она хранила его в подпространственном кармане. — Я Эйдан Рейнольдс, магистр боевых искусств. Моя уникальная способность относится к категории «Искусство владения мечом». А потом представился Эйдан Рейнольдс, с которым я встречался раньше... с внушительным поведением. Внимание, наконец, переключилось на меня, последнего из оставшихся. Я вывел на экран заранее написанное сообщение в чате с помощью голограммы. [Я Ли Ха. Моя уникальная способность относится к категории обнаружения. Рад познакомиться со всеми вами.] После знакомства разговор быстро перешёл к основной теме. Элия, которая создала чат, возглавила дискуссию. — Было бы проще начать с выбора руководителя группы. Кто-нибудь хочет занять эту должность? — спросила Элия, оглядываясь по сторонам. Нам Ен Чжон осторожно отвёл взгляд. Казалось, что он не в восторге от роли лидера команды. Эйдан, который чувствовал себя неловко, глядя на меня, перевёл взгляд на Атилу, которая пила кофе на соседнем сиденье. — Не лучше ли было бы, если бы ты взяла на себя эту роль? — Что? Застигнутая врасплох, словно услышав глупость, Атила резко приподняла бровь. И без того обладая пронзительным взглядом, она казалась ещё более неприступной из-за своей реакции. Эйдан вздрогнул, но сохранил самообладание, когда заговорил. — Обычно в небольших отрядах танк берёт на себя роль лидера. И здесь ты единственный танк. — Это так... но... Танк часто играет роль опоры в отряде, поэтому обычно лидер отряда, который действует небольшими отрядами, является авангардом, и среди них особенно выделяется танк. На мгновение нахмурив брови, Атила погрузилась в глубокую задумчивость. — О чём тут размышлять? Это всего на пару дней, не больше. Это может закончиться даже через день, так зачем колебаться? — Не пытаешься ли ты свалить это на меня, хотя сам такой болтливый? — Прости. Атила, которая быстро отвечала на случайные реплики Эйдана, выглядела в точности как человек, привыкший к его поведению; их динамика говорила об их общей истории из одной Академии. — Тогда я пока возьму на себя роль лидера команды. Я несколько раз проделывала нечто подобное в Академии, но не ожидайте слишком многого. Почесав в затылке, Атила взглянула на Элию. Элия просто кивнула в ответ, больше не вступая в разговор. Вероятно, она думает, что теперь, когда лидер выбран, он должен взять на себя ответственность. Осознав это, Атила тихо вздохнула и продолжила говорить. — Тогда давайте начнём с планирования. За этим последовало стандартное занятие по разработке стратегии. Под руководством Атилы мы обсудили силу команды и то, как и когда мы войдём в подземелье и вступим в бой. ... — Радиус обнаружения — сто метров? Постоянная активация? Такие у тебя способности к обнаружению? [Да.] — Вау... ... — Кхм... Я видела последний спарринг, поэтому должна спросить, способен ли ты драться? [Я изучаю боевые искусства во время основных занятий. Я ещё не опытный боец, но при необходимости могу принять участие в бою.] — О-о... ... — А для чего этот посох? [Это посох для накопления маны. Я взял его с собой, потому что могу справиться с несколькими заклинаниями самого низкого уровня, хотя в использовании его я ещё менее искусен, чем в бою.] — Ах... Атмосфера была несколько своеобразной во время оценки силы каждого участника, но в целом обсуждение проходило в хорошем настроении. Вывод был сделан быстро. Расписание было составлено таким образом, чтобы использовать эти два дня с комфортом, не торопясь. Хотя некоторые, возможно, настаивали бы на более быстром подходе, чтобы получить более высокие оценки, наша команда решила стремиться к стабильности. Атила и Нам Ен Чжон заняли передовые позиции. В центре были я, пользователь способности обнаружения, и Элия, целительница, в то время как Эйдан отвечал за тыл, чтобы быть готовым к любым неожиданностям в тылу. — Давайте проведём последнюю проверку, чтобы убедиться, что ничего не пропущено, и тогда мы сможем сразу отправляться в путь. Это заняло чуть больше часа. Атила быстро завершила совещание и повела членов команды в подземелье. Она несколько раз упоминала о том, что руководила экспедициями в подземелья в Академии, и, похоже, у неё был определённый опыт. И вот мы прибыли в подземелье. Получив подтверждение от Шио Рама, управляющего подземельем, мы перешли на территорию объекта. Когда я шёл тяжёлыми шагами, то почувствовал бурлящий поток маны, недоступный моему пространственному восприятию. Это, должно быть, вход в подземелье. Ох... В тот момент, когда поток маны попытался достичь моего пространственного восприятия, он вызвал странную дрожь. Я немедленно убрал своё пространственное восприятие и схватил за рукав Элию, которая шла рядом со мной. — Ли Ха? [Я отключил свои способности на случай, если подобное повторится.] — Подобное... Ах. Отпустив рукав, я постучал по своим умным часам. Элия спросила меня, а затем вскрикнула от осознания. Я и не подозревал, что врата могут быть опасны. Теперь это казалось странным, но не особенно угрожающим. И всё же, на всякий случай, я отключил своё пространственное восприятие. Если бы моё состояние внезапно ухудшилось, как в прошлый раз, пострадал бы не только я, но и другие люди, находящиеся поблизости. Любопытству пришлось бы подождать до другого раза. В этот момент кто-то резко схватил меня за руку. Я невольно вздрогнул от неожиданного прикосновения. — Не держи меня за рукав, просто постой так минутку. Меня схватила за руку Элия. Она взяла мою руку, которая тянулась к её рукаву, и теперь крепко держала её. Прежде чем я успел смутиться от тепла её руки, Элия уже вела меня в подземелье, держа за руку. Мои глаза были закрыты. Благодаря сродству с маной я мог чувствовать расположение людей и вход в подземелье, но неровная поверхность пола оставалась невидимой. Если я не буду осторожен, то могу споткнуться, поэтому я не отпускал её руку. Из-за того, что у меня были заблокированы зрение и пространственное восприятие, я чувствовал себя так, словно остался один в этом мире. Размышляя об этом, я удивлялся тому, как я передвигался в прежние времена. — ?.. Внезапно я почувствовал покалывание в затылке. Мне показалось, что наши взгляды встретились. Прежде чем я успел как следует обдумать это, мы вошли в подземелье. Это было похоже на покачивание, которое испытываешь, погружаясь в море. * * * Фигура Ли Ха погрузилась в голубой водоворот. Его присутствие внезапно исчезло, словно мелькнувшая тень. Даже едва уловимые ощущения исчезли. — ... Подземелье — это пространство, изолированное от внешнего мира. Кроме установленного входа, в него никто не входит и не выходит, и практически невозможно определить, что находится внутри. Поэтому, если концентрация маны внутри не резко возрастёт, трудно определить, произошли ли какие-либо несчастные случаи. Внезапное изменение концентрации маны не является чем-то большим, чем прелюдией к коллапсу, поэтому определить, что происходит внутри, гораздо сложнее. — Хм-м... Что я вообще здесь делаю? Это действительно довольно жалко. У меня вырвался глубокий вздох, когда я задумалась над внезапной мыслью. Это уже само по себе болезнь. Когда я посмеивалась над своими действиями, готовясь отвернуться, сзади налетел порыв ветра. Одновременно до моих ушей донёсся нежный голос, смешанный с этим порывом. — Хм-м... Возможно, я сделала несколько грубое предположение. Но разве это не неизбежная ситуация? Это больше похоже на преследование. — ...Если ты понимаешь, что это грубо, то правильнее всего было бы воздержаться. Голос был знакомым, особенно часто его слышали на африканских фронтах. Атра прищурилась, поправляя развевающуюся одежду, прежде чем обернуться. Ветер стих, когда женщина, которая легко приземлилась, Лиана, заговорила с игривой улыбкой. — Кажется, ты испытываешь особую привязанность к кадетам. — Не говори глупостей. — За то, что ты несла чушь, ты даже пришла проверить лично. Но если ты зашла так далеко, почему бы тебе не сказать несколько слов ободрения, прежде чем они уйдут? Это было обычное замечание, но Атра только ещё больше нахмурила брови. — Береги себя. И всегда будь начеку. — Хех. Это будет проще простого, понимаешь? Не стоит меня недооценивать! Я быстро закончу и вернусь для повторного испытания, так что подожди меня! Это было неприятное воспоминание. Это было прошлое, которое, как она думала, было похоронено. Атра взяла себя в руки и покачала головой. — Хватит этих легкомысленных разговоров. Мне пора идти. Задача была выполнена. Даже сейчас она сожалела о своём решении выйти и проверить. Атра без колебаний согласилась. Поскольку в течение двух дней у неё не было серьёзных лекций, она намеревалась сосредоточиться на личных тренировках. — Как насчёт того, чтобы выпить? Прошло много времени, и завтра я тоже свободна от лекций. Я нашла милое, тихое местечко с отличной атмосферой. — Выпей в одиночестве. — Да ладно, это же о Ли Ха. Нам есть что обсудить. — ...Тцк. Атра прищёлкнула языком и отвернулась, только чтобы увидеть, как Лиана улыбается ей. На её лице было написано: Ты не можешь отказаться, не так ли? Раз она настояла на разговоре за выпивкой, значит, у неё действительно есть такие темы для обсуждения. Проблема была лишь в выпивке в процессе. Атра неохотно кивнула после минутного раздумья. ---------- Практика в подземелье (3) Ощущение, что у меня скрутило живот, было мимолётным и вскоре сменилось ощущением твёрдой почвы под ногами. В то же время моё свёрнутое пространственное восприятие затрепетало. В окружающей обстановке что-то изменилось. Это было воспринято непроизвольно. Мельчайшие волоски на моём теле встали дыбом. Это место — Земля. Несомненно, это часть Земли. Это не отдельная сущность, достаточно развитая, чтобы существовать самостоятельно, а скорее дополнительное пространство — подпространство, которое существует только потому, что оно привязано к Земле. Но в то же время это разделённое пространство. Это место и внешний мир — отдельные миры с разными законами природы. Ах. В любом случае, врата функционируют как мосты, построенные в одном и том же мире. Подземелья — крошечные подпространства, уходящие корнями в Землю. Хотя это нестабильные пространства, которые могут существовать только благодаря Земле, они всё же категорически отличаются от Земли, подчиняясь своему собственному набору принципов. Это становится очевидным естественным образом. Меня осеняет понимание. Понимание приходит само собой. — ...Все участники находятся внутри. Начинаем экспедицию. Войдя в подземелье, трое из боевого отделения быстро образовали треугольный строй вокруг меня и Элии, осматривая окрестности. Как обсуждалось ранее, боевые отделения сформируют защитный строй вокруг нас двоих из вспомогательного факультета, как только мы войдём. — Мистер Ли Ха, пожалуйста, продолжайте осмотр окружающей обстановки. Я кивнул Атиле, которая внимательно осматривала окрестности. Я развернул пространственное восприятие с чувством восторга, которое приходит от просветления. В тёмный мир хлынул поток информации. В то время как я сдерживал себя за пределами подземелья из-за опыта с вратами, теперь я был уверен, что проблем не возникнет. Радиус 10 м, 50 м, 100 м... 200 м... Примерно около 300 метров в диаметре, или всё-таки 600 метров? Внезапно диапазон увеличился в несколько раз. Одно дело сказать, что оно увеличилось в несколько раз, но, учитывая, что оно приняло форму сферы, объём информации увеличился неизмеримо. З-з-з-з... Меня пронзила вспышка. Ощущение было такое, будто через мою голову прошёл электрический ток. [Монстров в пределах досягаемости нет.] — Спасибо. Пожалуйста, немедленно сообщите нам, если обнаружите что-нибудь необычное. [Да.] Моя роль в экспедиции в подземелье заключается в обнаружении монстров и трав. Хотя пространственная ориентация позволяет мне проводить поиск, проблема заключается в передаче информации. Поскольку я немой, мне неудобно передавать то, что я нахожу, даже после успешного обнаружения. Хотя эта проблема будет решена, как только я получу Ожерелье Признания, это не поможет мне с текущей проблемой. Вот почему на данный момент я использую буфер обмена, в который предварительно записываю информацию, чтобы быстро обновлять её. Тщательно осмотрев местность, мы собрались в одном месте. Атила, взявшая на себя роль лидера, кашлянула, привлекая всеобщее внимание. Тук-тук... Она стукнула своим массивным щитом о землю. По нашим ногам прокатилась глухая вибрация, ощутимая тяжесть. — Как и говорилось, нашей первоочередной задачей является достижение пункта А. Мы уничтожим всех монстров, которые встретятся на нашем пути, но более глубокие вторжения с целью подавления монстров будут отложены. Все кивнули, соглашаясь с распоряжением Атилы. Наша практика в экспедиции в подземелье была ограничена по времени. Условия выполнения задания также были объявлены вместе с назначениями для команды. ① : Прибыть в точку А, найти отметку, создать временную базу (35). ② : Победить 80 зелёных гоблинов (40). ③ : Собрать 500 граммов трав, содержащих ману (15). Перед командой были поставлены три условия. Прибыть в пункт А и основать временную базу. Добираемся до указанных в файле координат и обустраиваем временную базу. Побеждаем 80 зелёных гоблинов. Задача состояла в том, чтобы убить 80 зелёных гоблинов, монстров, средняя иерархия которых находилась на 8-м уровне, а некоторые даже на 7-м, и принести доказательства этого. Как правило, собирались такие трофеи, как уши или пальцы, которые варьировались от экземпляра к экземпляру. Соберите 500 граммов мановых трав. Для этого нужно было собрать 500 граммов сорняков, которые в изобилии растут в лесных подземельях и поглощают большое количество маны. Травы маны сами по себе не представляют особой ценности, но они используются в качестве основного компонента в алхимии, что объясняет их высокий спрос и предложение. Построившись в шеренгу, мы направились к точке А. Учитывая, что умные часы имели функцию определения координат, это было несложной задачей. Группа пересекала местность, густо заросшую деревьями и подлеском. Зелёная трава доходила примерно до бёдер. Если бы она стояла прямо, а не изгибалась посередине, то была бы выше моего роста. Деревья тоже были невероятно большими, легко превышая пятнадцать метров в высоту и соответственно, массивными в обхвате. Я мог бы разделиться на четыре или пять частей и всё равно не смог бы обогнуть ни одного. Судя по широкой листве, это были лиственные деревья. Воздух был влажным. При глубоком вдохе влажный воздух наполнил мои лёгкие, и капельки воды прилипли к каждому дереву и листу. — Какое облегчение, что мы уже расчистили дорогу. — Действительно. Если бы нам пришлось исследовать и прокладывать путь с самого начала... Ха-ха. Во всяком случае, мы избавлены от необходимости пробиваться сквозь стены травы, одну за другой. Тропинка уже была протоптана из-за периодических зачисток. Растительность в подземелье была настолько живучей, что её требовалось немного подстричь, но мы не взрыхляли свежую почву, так что с этим было сравнительно легко справиться. Атила и Нам Ен Чжун, шедшие впереди, использовали короткие мечи, висевшие у них на поясе, чтобы срезать слегка разросшуюся траву. Пока мы шли, единственной особенностью, на которую нужно было обратить внимание, была немного липкая земля. [На северо-западе, в семидесяти пяти метрах, два объекта.] — Принято. Продолжайте подавать сигналы. Тем временем я продолжал свою работу по обнаружению. Благодаря более широкому и точному восприятию пространства, исследование проходило беспрепятственно. По пути мы встретили несколько зелёных гоблинов. Их не было ни непосредственно на нашем пути, ни в значительном количестве. Поскольку у нас ещё не было базы, мы решили пока обойти их стороной. Травы маны также были обнаружены в изобилии. Пространственное восприятие включало в себя и почву под ногами, что позволило мне различать корни деревьев и траву, вросшую в землю. Одни только травы маны, которые мы раздобыли по пути, легко превысили бы нашу норму. Хотя состояние травы маны не приносит много очков, беспокоиться, похоже, не о чем. По мере того, как мы продвигались дальше, я запоминал расположение трав маны и зелёных гоблинов, с которыми мы сталкивались. — Прибыли в пункт А... Давайте осмотрим окрестности, прежде чем устраивать временную базу. Примерно через два часа после того, как мы вошли в подземелье, наша команда приблизилась к точке А. — Мистер Ли Ха, вы сможете найти метку? [Нашёл.] — Сначала давайте поищем метку, пока... Что? Уже? Атила удивлённо моргнула. Я кивнул и указал в определённом направлении. Члены команды последовали моему примеру. — И правда. В промежутках между толстыми корнями деревьев был прикреплён флаг высотой в человеческий рост, его камуфляжный цвет сливался с землёй и травой. Если бы не моя способность к обнаружению, найти его было бы довольно проблематично. Атила восхитилась, ощупывая древко флага. — Ваша способность к обнаружению невероятно точна, Мистер Ли Ха. У меня были трудности с моими коллегами по Академии из-за их неточности. [Спасибо.] Я был бы несчастен без этого. В конце концов, это способность, ради которой я променял свои глаза, нос и рот. Несмотря на то, что это умение ориентироваться в пространстве едва не убило своего владельца при первом использовании из-за его чрезмерной производительности, а позже было понижено до низкого уровня из-за экономии... Теперь я чувствую, что не смогу без него жить... После того, как мы нашли указатель, мы выбрали подходящее место и устроили временную базу. Не имея широкой поляны, мы просто срубили несколько деревьев, чтобы освободить место. Поскольку это всего лишь временная база, которую мы будем использовать в течение дня, никаких особых мер не требовалось. Было достаточно создать просторную зону и разложить магические инструменты для защиты, безопасности и выживания. Если бы среди нас был чистый маг, мы бы использовали магию, но в нашей команде не хватало мага. Элия могла использовать подкрепляющую магию, но и только, а что касается меня, я всё ещё новичок, едва справляюсь с самой низкой магией и не предложил свою помощь. — Э-э-э... Мистер Ли Ха, вы, кажется, много всякого принесли?.. — ... Пока все остальные рылись в своих сумках на расчищенной площадке, из моего рюкзака высыпалось множество вещей, привлекая всеобщее внимание. [Я много чего упаковал на всякий случай.] Профессор Атра запихнула туда кучу вещей. Когда я выразил беспокойство по поводу веса, она сказала мне, что на сумку также наложено заклинание, снижающее вес. — Теперь давайте поищем деревню зелёных гоблинов. Установив подходящую базу, мы отметили наши координаты, немного отдохнули и затем поднялись на ноги. Первое условие — добраться до точки А, найти маркер и построить временную базу — было выполнено. Теперь нам оставалось выполнить второе и третье условия: уничтожить зелёных гоблинов и собрать травы маны. — Давайте обыщем места, где Мистер Ли Ха заметил зелёных гоблинов. Зелёные гоблины живут группами. Те немногие, кого мы встретили по пути, по два-три за раз, вероятно, охотились. Их отличительной чертой является маленький рост. Они достигали талии взрослого мужчины, и их тела, как правило, были хрупкими. По человеческим эстетическим стандартам, они считались уродливыми. Другими словами, они были заурядными гоблинами. Поиск деревни не занял много времени. Ориентируясь на районы, где часто можно было встретить зелёных гоблинов, мы быстро нашли местоположение их поселения. Деревня была расположена в стратегически выгодном месте: позади неё были горы, а рядом протекала река. Монстры, казалось, были по незнанию довольны тем, что находятся в таком месте, известном в геомантии как место, где сзади гора, а спереди вода. Всё по правилам. Стены, сделанные из деревьев, с заострёнными концами и расположенные в ряд, окружали внутреннюю часть, где были установлены примитивные палатки с деревянными каркасами, покрытыми листьями. Деревня кишела группами зелёных гоблинов. Их было около ста тридцатипяти, что вызывало отвращение. Я задавался вопросом, сможем ли мы убить требуемых восемьдесят за отведённое время, но мы нашли всю квоту за один раз. — ...Теперь я понимаю, почему люди ищут тех, у кого есть способности к обнаружению. Я описал ситуацию внутри стен, строения, ловушки и количество людей, и Атила, которая пряталась в лесу недалеко от деревни, выглядывая из-за стены деревьев, сказала мне об этом несколько неохотно. Нам Ен Чжун, стоявший рядом с ней, тоже кивнул. — Цена за эти таланты высока не просто так. Это потому, что число людей, обладающих способностями к обнаружению, по своей сути невелико. Семьдесят сверхлюдей относятся к авангардному типу. Большинство сверхлюдей, которые ещё не пробудили свои уникальные способности, как правило, вступают в ближний бой, используя своё сильное телосложение и энергию ци. Среди современного населения мало тех, кто пробудился как сверхлюди, а тех, кто обладает уникальными способностями, ещё меньше. Отсюда и нехватка способностей к обнаружению. Даже те, у кого посредственные способности, востребованы для выполнения различных задач. По сути, существует дефицит предложения. Есть даже неприятный культурный аспект, когда людей, не обладающих уникальными способностями, насмешливо клеймят как подделок. Конечно, я не одобряю подобные взгляды, но такие фразы появились потому, что обладание уникальными способностями создаёт значительное неравенство. — Сто тридцать. В основном, восьмого уровня, трое из них седьмого... Атила, руководитель нашей группы, выглядела задумчивой. — Число немного завышено, но, поскольку большинство из них относятся к восьмому уровню, давайте придерживаться стандартного протокола. По сути, ворваться и посмотреть. Это может показаться безрассудным, но все, кроме меня, согласно кивнули. В конце концов, за исключением меня, все члены команды были перспективными выпускниками своих региональных Академий. Они, вероятно, без особых усилий справились бы с восьмым уровнем, и даже с седьмым уровнем не возникло бы особых проблем. Также существует система безопасности. В настоящее время все члены команды носят браслеты из фиолетовых нитей, которые на прошлой неделе раздал заместитель директора. Это предохранительные устройства. При внимательном рассмотрении с помощью пространственного восприятия оказалось, что магический инструмент представляет собой сложную смесь заклинаний, которые могут вызывать морскую болезнь. Как объяснил заместитель директора, в тот момент, когда кто-либо получает опасные для жизни травмы в Шио Раме, срабатывает защитная магия, и заклинание вызова переносит его в лазарет. Естественно, оно не реагирует на незначительные повреждения. Состояние — опасное для жизни ранение. Это поразительный эффект. Почти невероятно. По словам заместителя директора, такое чудо стало возможным благодаря активной поддержке директора и тому факту, что подземелье находилось под управлением Шио Рама. С тех пор, как завуч стала директором, браслеты ни разу не выходили из строя. Это несколько облегчило наше психологическое бремя. — Пойдём. По команде Атилы, поднявшей щит, все схватились за оружие. Я тоже с трудом сглотнул, напряжённо сжимая свой посох. Если я сейчас потеряю бдительность и окажусь дисквалифицированным, то меньше всего меня будет беспокоить выговор Профессора Атры. Я рискую не только потерять хорошую оценку, но и получить отрицательный результат. Для такого человека, как я, которому некуда больше идти, если его бросит Шио Рам, это был путь, по которому я не мог себе позволить пойти. Если бы меня исключили отсюда, это было бы не просто временное отстранение — это означало бы переезд на всю жизнь. Я не мог быть исключён. Ступая по неровной земле, я осторожно продвигался к деревне. Пора начать истребление. ---------- Практика в подземелье (4) Сигнал к началу подавления подала Атила. Обычно, если есть маги с мощными заклинаниями или люди, способные атаковать на дальние расстояния, можно начать с удара издалека, но у нашей команды не было таких способностей, поэтому Атила взяла инициативу в свои руки. Бум! Когда мы вышли из густого леса, Атила вышла на поляну, немного в стороне от частокола. — Кек? Кек, кек! Неуместно расположившийся на вершине сторожевой башни зелёный гоблин заметил Атилу и выпучил глаза. Издав звук «кек-кек», он предупредил остальных о незваном госте. Бум! Нога Атилы ударилась о землю. На земле появились трещины, похожие на паутину. Сила её шага вонзилась в землю, и её следующий шаг вновь сильно ударился о землю. Бум! Бум! Атила была в состоянии, которое можно было бы назвать тяжеловооружённым. Возможно, она не была закована в металл, как средневековый рыцарь, но всё же была облачена в заметно толстую броню. Примерно после пяти шагов глаза Атилы засияли. Её мана разлилась по всему телу. Квунг! Звук, отличающийся от прежнего. На этот раз это были не просто трещины, часть земли обвалилась. Атила, подняв щит, снова ударила по земле. Обломки земли разлетелись в разные стороны. Её ноги, заряженные маной, толкали её вперёд с огромной скоростью. И дело было не только в этом. Поднятый щит окутался маной, окутав его зловещей кроваво-красной ци. — Кек?! Почувствовав зловещую ауру, зелёный гоблин издал отчаянный крик. Гоблины из деревни тоже начали поспешно передвигаться, хватая всё оружие, которое могли найти. Прежде чем они успели должным образом среагировать, стремительно приближающаяся Атила врезалась в толстый деревянный частокол. Ква-анг! — Кек! В момент удара частокол, в который врезалась Атила, разлетелся на части. За звуком, похожим на взрыв, последовали крики гоблинов. Деревянные обломки разлетелись во все стороны. Несколько зелёных гоблинов были сбиты деревянными осколками, и раздался удар, ещё один толчок сотряс землю. Частокол был пробит одним ударом. Но Атила на этом не остановилась. Продолжая двигаться вперёд, она несколько раз ударила по земле, размахивая щитом. — Кек! Кекик! — Кек! Керук! Окружённая окутанным ци щитом и использующая всё своё тело для передачи ци, Атила, ставшая теперь воплощением человека-танка, прорвалась через деревню. Гоблины на её пути взорвались. Некоторые были разбиты на куски, других отбросило далеко, их конечности были оторваны. — Кек... Но не все зелёные гоблины были мертвы. Те, кто чудом избежал столкновения, схватились за своё примитивное оружие и начали окружать Атилу — в этот момент горло зелёного гоблина пронзило леденящее душу копьё. Кваджик! Пук! Копьё, которое последовало за Атилой через разрушенный частокол, принадлежало Нам Ен Чжуну. Его копьё тоже было окружено голубой энергией ци, легко пробивающей плоть и кости зелёных гоблинов. Следуя примеру Атилы, Нам Ен Чжун безжалостно выставил вперёд своё копьё. Гоблины, пытавшиеся окружить Атилу, быстро обнаружили, что их шеи пронзены летящим копьём. Атила расстроила их строй, в то время как Нам Ен Чжун позаботился о том, чтобы зелёные гоблины не смогли перегруппироваться, неуклонно сокращая их численность. — Он действительно наслаждается этим. Эйдан, наблюдавший со стороны, проворчал, взмахнув рукой. Его аккуратно выполненный удар мечом прочертил чёткую линию. Вшух. — Кек!.. Голова подкрадывающегося зелёного гоблина упала на землю. С глухим стуком Эйдан небрежно пнул в сторону тело гоблина, освобождая дорогу, и я мысленно кивнул. Траектория была, безусловно, чище, чем та, что я видел во время спарринга. Без сомнения, с тех пор он стал лучше, но опыт, полученный во время того боя, вероятно, сыграл свою роль. Атила и Нам Ен Чжун, возглавлявшие авангард, сеяли хаос в центре деревни, в то время как мы с Элией, стоявшие посередине, блокировали разрушенный частокол, не давая зелёным гоблинам сбежать и поддерживая авангард. Вход в деревню был уже разрушен, так что с блокированием отхода было легко справиться. — ... В этот момент губы Элии зашевелились. Заклинание. Форма самовнушения для управления маной. Самый простой и распространённый метод применения магии. Ву-ум! Мана, выпущенная Элией, образовала сложные узоры. После того, как они были собраны, узоры завыли на мгновение, прежде чем полететь к Атиле и Нам Ен Чжуну, которые прыгали в центре. Бах! Гоблин, задетый щитом, разлетелся вдребезги. Атила вздрогнула, когда глазное яблоко гоблина пролетело мимо её лица, но, быстро оценив ситуацию, свирепо ухмыльнулась и снова топнула ногой по земле. Это укрепляющее заклинание? Уникальной способностью Элии было исцеление, которое официально называлось [Мелодия восстановления]. Она определяла цель для эффектов «Немедленного восстановления» и «Усиления восстановления». Элия также могла регулировать соотношение между этими двумя эффектами, которые в активном состоянии давали слабый эффект усиления. Из-за незначительного влияния усиливающего эффекта Элия решила изучить магию усиления отдельно, о чём она упомянула в кафе несколькими часами ранее. Наличие усиливающего компонента в её уникальной способности означало, что она освоила его быстрее, чем ожидалось. Я оценил общую ситуацию. Около половины зелёных гоблинов уже превратились в побочные продукты. Я знал, что для студентов Шио Рама справиться с восьмым уровнем было так же просто, как съесть холодную кашу, но на самом деле наблюдать за этим было страшно. Если бы Атила набросилась на меня, я тоже, скорее всего, стал бы побочным продуктом, который можно было бы рассеять... Я заранее определил трёх гоблинов седьмого уровня. В отличие от остальных, эти гоблины были тяжелее, а маны у них было в несколько раз больше, чем у гоблинов восьмого уровня. Один из них уже стал побочным продуктом. Двое других сумели сохранить свои ненадёжные жизни, используя гоблинов восьмого уровня в качестве щита, едва поддерживая свои жизненные силы. Но это была всего лишь временная мера. Казалось, что их скоро уберут. Хм-м... У авангарда, казалось, не было проблем. Зелёные гоблины перемалывались, как ингредиенты в блендере. Элия собрала всю свою ману и обнажила меч, чтобы понаблюдать за окрестностями. Эйдан раздавил нескольких гоблинов, пытавшихся сбежать через разрушенный частокол, и теперь охранял нас с Элией. Короче говоря, у нас была небольшая свобода действий. Я кивнул сам себе и сжал посох. За выходные я немного побаловался магией. С помощью Профессора Лианы я делал пометки в библиотеке. Окунуться в мир магии всего за несколько дней было непросто, но благодаря синергии между способностью к мане, пространственной ориентацией и мастерством на все руки, я смог освоить несколько заклинаний самого низкого уровня. Вум!.. Я извлёк ману и наполнил ею посох. Мой посох соответствовал типичному образу, который можно представить, думая о посохе волшебника. Корпус сделан из тёмно-коричневого дерева, а на конце — голубой хрустальный шар. В этом мире у посохов есть две основные функции для магов. Первая — хранение маны. Поскольку для магии обычно требуется значительное количество маны, маги часто сталкиваются с её нехваткой. Поэтому они носят с собой эти вспомогательные батареи. Второе — это помощь в расчётах. Магию часто сравнивают с вычислениями. Хотя это сравнение не совсем точное из-за таких факторов, как эмоциональное влияние, есть сходство в использовании маны с высокой точностью. Поэтому магам требуется более высокий уровень способности манипулировать маной, чем типам авангарда. Более того, независимо от того, насколько вы искусны, наличие помощника всегда облегчает задачу. Посох выполняет обе функции: хранение маны и помощь в расчётах. Однако во второй функции, помощи в расчётах, этого посоха не хватает. С заклинаниями самого низкого уровня не было необходимости в сложных расчётах, и Профессор Лиана посоветовала, что чрезмерная зависимость от посторонней помощи может помешать развитию истинного мастерства. Более того, благодаря сродству к мане я ещё не сталкивался со стеной, настолько сложной, чтобы требовать расчётов. Таким образом, этот посох является вспомогательной батареей, предназначенной для накопления маны. Я спокойно выровнял дыхание и поднял посох. Самый простой и знаковый метод применения магии — это произнесение заклинаний вслух, что, по сути, является мощной формой самовнушения. Но я на это не способен. Проклятое проклятие молчания сковывает мои уста. Поэтому для меня не существует заклинаний. Я мог бы овладеть языком жестов, но магия, которую я творил, не требовала таких масштабов. Вум. Высвобожденная мной мана просачивалась в посох, постукивая по шару на его конце. Это было похоже на прошлую тренировку с Профессором Лианой. Ударяя по мане внутри хрустального шара, затем извлекая её, чтобы использовать в качестве материала для заклинания. Мана, извлеченная из кристалла моей собственной маной, забурлила. Накопив достаточно маны, мне потребовалось совсем немного. Но этого было достаточно. Я глубоко вздохнул и начал манипулировать маной. Мана собралась на кончике посоха. Спокойно сосредоточившись, я распределил ману. Я практиковался в этом несколько раз. Моей внутренней маны было мало, поэтому я расходовал её всего после нескольких попыток, но за эти несколько раз я ни разу не потерпел неудачу. Мана быстро сконцентрировалась на кончике посоха, образуя объёмную массу энергии. Подготовка к воспламенению была завершена. Собрав всю свою силу воли, я нацелил посох на зелёного гоблина седьмого уровня. Одновременно сработала завершённая формула. [Удар клинком маны.] Заклинание, больше похожее на манипулирование маной, чем на магию — одно из самых низкоуровневых и воспринимается как таковое. Это не элементарное заклинание, подобное огненному шару или разряду молнии, и оно не сложное по составу. Оно просто превращает ману в клинок и запускает его. В нём задействованы базовые структурные формулы, но нет повышения точности. В соответствии со своим названием, заклинание полностью реализует использование манового клинка. Оно чрезвычайно простое, поэтому даже у меня получилось с первой попытки. Я тренировался на выходных. Маленький, тонкий сгусток маны — меньше, чем зелёный гоблин — был выброшен и растворился в воздухе, пролетев около десяти метров. На самом деле целью использования этого заклинания было не уменьшение численности противника, а попытка, поскольку у него была слабина. Если бы мне удалось убить гоблина с его помощью, разве это не было бы большим достижением? Просто мысль. Я активировал заклинание. Магия самого низкого уровня. [Удар клинком маны.] Ква-а-а-ак! — ?! С кончика посоха сорвался разрез клинка — огромный синий разрез, по меньшей мере в два моих роста, развевал мою одежду, словно порывистый ветер. Земля разлетелась во все стороны, когда удар клинка пронзил землю. Несколько зелёных гоблинов, повернувших головы на внезапный рёв, были рассечены пополам по вертикали. — Что? — Что это? На этом всё не закончилось. 20 м, 30 м, 40 м... Несмотря на свой обычный радиус действия, траектория мощного удара рассекала зелёных гоблинов и отсекала конечности одного за другим. Удар в конце концов достиг зелёного гоблина седьмого уровня. Гоблин, размахивавший грубо сработанным длинным мечом, размахивал своими вытянутыми руками, но выпучил глаза, не веря своим глазам, при виде приближающегося удара. Вжик! — Ки-и-и-и! Благодаря относительно быстрым рефлексам, он изогнулся всем телом, но одна рука оказалась на пути удара. Ужасный крик существа сопровождался падением руки по земле. Удар [Клинка маны], унёсший жизни примерно десяти гоблинов восьмого уровня и одной руки гоблина седьмого уровня, наконец, врезался в частокол с противоположной стороны. Вшух! Только после того, как он прорезал частокол, он исчез, как будто его стёрли с лица земли. В почве появилась длинная борозда. Вокруг закружилась пыль. Одна сторона теперь уже неустойчивого частокола рухнула, как костяшки домино. Когда пыль улеглась... Несколько выживших зелёных гоблинов, Атила, которая радостно убивала гоблинов, Нам Ен Чжун, который вонзал своё копьё, чтобы поддержать её... Элия, стоявшая рядом со мной, готовила свою укрепляющую магию, и Эйдан, который наблюдал за окрестностями... Все посмотрели в ту сторону. Их глаза были полны шока и озадаченности. — ?.. У меня не было ответа на их недоумение. Я и сам не понимал причин. Туп, топ... Теперь вокруг нас раздавался только звук падающих на землю комьев почвы. ---------- Практика в подземелье (5) Неожиданный удар клинком маны, казалось, разрешил ситуацию. У одного из оставшихся зелёных гоблинов седьмого уровня рука была отрезана ударом, и он лежал, а у другого вот-вот должна была отлететь голова. Оставшиеся гоблины восьмого уровня, которых было немного, были быстро и методично уничтожены Атилой и Нам Ен Чжуном, как только они пришли в себя. Хотя по выражению лиц всех было видно, что у них есть вопросы, которые они хотели бы задать, именно предложение Атилы подождать, пока мы не доберёмся до базы, чтобы сделать перерыв, удержало их от вопросов, о чём свидетельствовали их сдержанные взгляды. Во время сбора ушей зелёных гоблинов качестве доказательства и поисков магических камней или каких-либо полезных предметов в разрушенной деревне я не мог избавиться от неприятного ощущения в глубине души. Особенно бесценным было ошарашенное выражение лица Элии, которая была совсем рядом со мной и пострадала от удара и пыли. ...Мне придётся извиниться перед ней, когда мы доберёмся до базы. По возвращении, несмотря на странную атмосферу, я собирал мановые травы, когда они попадались на глаза. По сути, это были сорняки, пропитанные маной, и их было много. Благодаря этому я смог закончить сбор своей нормы мановых трав на обратном пути. — Ли Ха! Что это было? Мы прибыли на базу. После того, как мы все немного освежились, мы уселись вокруг волшебного нагревательного устройства в форме яйца. Первой заговорила Элия, которая смахнула всю пыль, чтобы показать своё милое личико, и говорила с видимым волнением. — Ты сказал, что у тебя низкий уровень... как это соотносится с определением «низкий»? — Я хотела сказать то же самое. Атила, притворившись усталой, присоединилась к разговору. Она казалась немного измученной после того, как сняла стресс, избивая гоблинов. — Я думала, что в этом не будет ничего особенного, даже если это будет низкого уровня, но я была потрясена, когда это обрушилось на нас. Нам Ен Чжун, который молча проверял состояние своего копья, кивнул в знак согласия. Он также вспомнил, как вздрогнул, когда удар пролетел мимо, нарушив его невозмутимость. [Простите. Я не знал, что всё так обернётся.] Несмотря на вежливые слова, основной посыл был ясен — это могло быть серьёзно, если бы в нас попали. Я не смог возразить и молча опустил голову. Я тоже был поражён, но Атила и Нам Ен Чжун, мимо которых пролетел удар, должно быть, были удивлены больше. — Всё в порядке. Траектория была совершенно другой... но всё равно это был шок, потому что нас не предупредили заранее. Ответ Атилы, которая сказала, что это действительно было ужасно, когда она потёрла руки, заставил мои плечи опуститься ещё больше. Конечно, я рассчитал траекторию. Хотя это заклинание и было обозначено как заклинание самого низкого уровня, оно всё равно было атакующим, а я не настолько безумен, чтобы использовать его в своих товарищах по команде. Проблема в том, что я понятия не имел, что оно будет настолько мощным. Даже я был ошеломлён неожиданно сильным ударом. Если бы он попал в Атилу или Нам Ен Чжуна... Конечно, оба использовали ци и были облачены в ци, так что, вероятно, серьёзных травм им удалось бы избежать, но мысль об этом всё равно пугала. Если бы это на самом деле задело их, и это отразилось бы на нашей оценке... моя оценка упала бы в пропасть. У меня по спине побежали мурашки. Мои оценки, возможно, действительно упали бы. Мои плечи слегка дрожали. Как сильно я старался быть внимательным к лекциям... Я слушал так, словно от этого зависела моя жизнь, и боялся, что меня могут исключить... [Это может звучать как оправдание, но вчера, когда я его использовал, оно не было таким уж убедительным.] — Его сила изменилась всего за ночь? Покрытая пылью и выглядящая несколько обиженной, Элия с любопытством склонила голову набок. Возможно, она тоже была озадачена своими познаниями в магии. — Ты сказал, что это был удар клинком маны, верно? Ты изменил формулу или что-то в этом роде? [Нет, я использовал её в соответствии с официальной формулой.] — Тогда почему? Есть ли какая-то причина, по которой сила так сильно увеличилась... Мне нечего было сказать Элии, которая размышляла, склонив голову набок. Я тоже был озадачен этими мыслями. — Давайте сначала поедим! Спасибо Ли Ха, мы ведь уже выполнили все условия, верно? Когда разговор затянулся, Атила сменила тему. Добравшись до точки А и закрепив указатель. Обычно мы бы потратили время на поиски метки, но я нашёл её мгновенно, что сэкономило нам время. Убийство зелёных гоблинов. Хотя это был самый нижний уровень, подземелье четвёртого уровня, оно было не таким уж маленьким, чтобы его можно было игнорировать. Обычно на поиск деревни гоблинов уходило много времени, но благодаря моему пространственному восприятию и небольшой удаче мы быстро нашли её и зачистили. Сбор трав маны завершился без особых усилий. Я собрал их все на обратном пути после зачистки деревни. Посмотрев на время, я увидел, что время только что подошло к обеду. Солнца, которое освещало землю, нигде не было видно, усиливая оранжевый свет волшебного устройства центрального отопления. Мы собрались в центре базы, чтобы приготовить ужин. — ...Это вкуснее, чем я думала. — Но это не так вкусно, как есть вне дома. Обед состоял из пайков на случай непредвиденных обстоятельств. Строго говоря, эти пайки относились к категории боевых припасов. Дальнейший осмотр показал, что они были не так уж плохи. Хотя у меня не было военного опыта, с которым можно было бы сравнить, по крайней мере, это была не та еда, от которой хотелось бы с отвращением отказаться. Когда Элия положила ложку чего-то похожего на фунтовый пирог и с непонятным выражением лица оценила его, Атила, которая разогревала боевой паёк, тихо усмехнулась. Она, казалось, была хорошо знакома с такого рода рационами, упоминая о своём прошлом опыте посещения подземелий во время учёбы в Академии. — Когда я впервые попробовала это блюдо, я почувствовала то же самое. Оно оказалось не таким ужасным, как я себе представляла... но это не то, что я охотно ем. — На мой вкус, оно слишком солёное. — О чём ты? Ты проглатываешь всё, что тебе дают. Эйдан, открывая свой собственный пакет с боевым пайком, проворчал что-то рядом с нами. Не имея военного опыта, я всё же знал, что боевые пайки обычно имеют хороший срок годности и содержат много калорий. Особенно калорийны рационы, предназначенные для сверхлюдей, которые расходуют энергии в несколько раз больше, чем обычные люди. Поэтому мне показалось, что они были довольно солёными. Я заметил, что Элия медленно жуёт, и откусил кусочек кекса. ... — А как насчёт тебя, Ли Ха? [Мне это не нравится.] Элия, казалось, согласилась с моим ответом, кивнув. Мы поужинали в довольно гармоничной атмосфере. — Цвет ци Атилы совершенно уникален, не так ли? Обычно он синий, как и у меня. — Мой цвет был красным с того момента, как я впервые проявила его. Возможно, это связано с моей уникальной способностью. Элия, обладающая исключительными социальными навыками, уже была в дружеских отношениях с Атилой и активно участвовала в беседе. Атила, похоже, не считала присутствие Элии слишком обременительным и охотно откликнулась. — Подумай о продолжительности. Как правило, в бою на мечах и копьях преимущество копья очевидно. — Для сверхчеловека какая разница, какая у него длина? Ах, этого достаточно, чтобы сложить оружие. Скорее, меньший радиус действия меча делает его более удобным в обращении и, следовательно, выгодным. — Странно для того, кто в прошлый раз проиграл на волосок от смерти, говорить... — Заткнись. Нам Ен Чжон и Эйдан спорили, что лучше, копьё или меч. Я помню, что видел похожие споры в интернете. Бесконечные споры об эффективности мечей в сравнении с копьями. На земле обычно склонялись к выводу, что «преимущество у копья», но могло ли здесь быть по-другому? Если посмотреть с определённой точки зрения, все остальные участники беседы, казалось, были разделены на пары, из-за чего я выглядел лишним, но иногда я тоже вступал в разговор. Тем не менее, уровень моего участия был низким, поэтому я спокойно съел фунтовый пирог и закусил плиткой шоколада. — ...Могу я спросить тебя кое о чём, Ли Ха? Примерно в это время Атила заговорила со мной. Во время паузы в разговоре с Элией она несколько раз заглянула сюда, прежде чем спросить. [Да?] — Твой особый допуск. Честно говоря, мне было немного любопытно. Термин «особый допуск» вызвал всеобщий интерес. Я наклонил голову, и Атила на мгновение почесала в затылке. — Речь не о чём-то конкретном. Мне просто любопытно, как это произошло. Именно так, я полагаю... Мне интересен процесс отбора... — Определённо. Атила неловко улыбнулась, как будто чувствовала себя смущённой, и Нам Ен Чжон вступил в разговор. — Это не могло быть похоже ни на обычное поступление с экзаменами, ни на рекомендательное поступление, где ты продемонстрировал бы свой потенциал перед преподавателями. Я слышал, что это было сделано исключительно по воле директора… но этот процесс не был раскрыт. Нам Ен Чжон закончил с любопытством в глазах. Остальные почувствовали то же самое. Притворяясь, что это не так, они все интересовались процессом отбора для получения особого допуска. [Я и сам толком не знаю.] — Не знаешь? [Да.] Но мне больше нечего было им сказать. [Всё это произошло совершенно неожиданно. Кто-то пришёл и предупредил меня, вот и всё.] Если быть точным, я тоже не знал. Я действительно получил регистрационный пакет Шио Рама, но решение о моём зачислении, должно быть, было принято ещё до этого. Я не помню, когда я его получал. В оригинальной истории повествование начинается внутри Шио Рама. Я также думал, что особый допуск — это устройство, предназначенное для облегчения игрового процесса, а не для чего-то особо важного. — Уведомление? Нам Ен Чжон моргнул, как будто услышал что-то странное. То же самое можно было сказать и о других слушателях. Я снова откусил от своего шоколадного батончика, погрузившись в размышления. Особый допуск... Одна из систем приёма в Шио Рам, созданная Нериэлем Клайдией, директором Башни Роста... но в оригинале это была не более чем удобная функция для игроков. Своего рода Макгаффин. Несмотря на то, что основная история развивалась, подробная информация о приёме так и не была полностью раскрыта. Ученики, прошедшие особое обучение... то же самое касается директора, который отбирал игроков. Несмотря на продолжение основного сюжета, директриса так и не показала своего лица. На протяжении многих серий, даже когда мир рухнул, Владелица Башни Роста так и не раскрылась. Даже когда Шио Рам был наполовину разрушен во время одиннадцатой итерации, всё оставалось по-прежнему. — ... Если задуматься, то это ещё не всё. Владелец Башни Роста так и не появился, даже когда её колыбель вознесения, Шио Рам, была разрушена. Во время повторения, когда я уничтожал Ассоциации, владелец Башни Гармонии и Башни Пространства так и не появились. Владелец Башни Наблюдения и другой Скрытой Башни также остались неизвестными. Несмотря на то, что их творения были уничтожены, эти владельцы не раскрыли себя. Башня Роста. Башня Гармонии. Башня Пространства. Башня Наблюдения. Скрытая Башня, которая остаётся неизвестной. Владельцы этих «пяти башен». Главные герои, которые подавили эпоху хаоса в прошлом, столпы, поддерживающие систему нынешнего мира. Я ничего не знаю наверняка. Ошеломляющее чувство неизвестности. В данный момент, когда я беспокоюсь о завтрашнем дне, какое значение имеет тайная история мира? В голове у меня был полный сумбур. Я слегка вздохнул и откусил ещё кусочек шоколадки. Пережёвывание вернуло мне старые воспоминания, и на самом деле это было довольно вкусно. * * * Магия самого низкого уровня. [Удар клинком маны.] Кваг-гук! Пронёсся вихрь с танцующими на ветру листьями. Выпущенный удар аккуратно расколол большой камень, и когда тот ударился о землю, на нём остался довольно глубокий шрам. После ужина я немного поодаль от базы экспериментировал с магией. Наши цели уже были выполнены, и у нас было достаточно свободного времени. ...Что это, чёрт возьми, такое? Я с испуганным видом дотронулся до расколотого камня. Поверхность в скале была довольно гладкой. Его сила возросла. Расход маны, который я тестировал на выходных, составлял примерно 0,3 Ли Ха, что меньше, чем у зелёного гоблина, если учесть, что они были мне по пояс. А тот, который я недавно использовал в деревне, был примерно 2,5 Ли Ха. Длина клинка в два раза превышала мой рост, и он был значительно толще. Изменился не только его размер, но и возросла его мощность. Текущее количество маны на клинке... 1 Ли Ха? Несмотря на то, что оно было менее мощным, чем то, что произошло в деревне, его сила, несомненно, возросла после удара в выходные. Даже если это одно и то же заклинание, сила магии может варьироваться в зависимости от мастерства заклинателя. Это неоспоримый факт. Огненный шар мага высокого ранга не может сравниться с огненным шаром ученика. Ха-а... Можно ли применить эту ситуацию таким же образом? Без изменения статуса или уровня, просто через день или два мощность самопроизвольно увеличилась? Для этого должна быть причина. Если есть следствие, должна быть и причина. Но проблема в том, что я не могу понять причину. Ах... Такая головная боль... Я схватился за голову, которая начала пульсировать от боли. Пространственное восприятие? Моё пространственное восприятие улучшилось после того, как я попал в подземелье. Оно почти в два раза расширилось, и анализ информации также стал более точным. Это влияет на магию? Как? До такой степени, что сила магии настолько возросла? Гм... Пока я стонал, обхватив голову руками, тишину нарушил кашель. В тихом лесу шум, казалось, разносился далеко. Кашель застал меня врасплох и заставил обернуться. На небольшом расстоянии от меня. Эйдан наблюдал за мной нерешительным взглядом. Несмотря на то, что я мог следить за окружающей обстановкой с помощью своего восприятия, Эйдан следовал за мной в качестве меры предосторожности на случай любых неожиданных ситуаций. В таком месте вполне естественно передвигаться, по крайней мере, парами. С тех пор, как мы встретились в кафе, Эйдан вёл себя неловко и нерешительно. Даже в подземелье он неоднократно пытался подойти ко мне и что-то сказать, но только для того, чтобы снова замолчать. Когда я встал, чтобы поэкспериментировать с магией, он вызвался сопровождать меня, и я заподозрил, что он хочет что-то обсудить. — ...Я должен кое-что сказать. Он начал говорить с нервным видом. Я кивнул, чтобы он продолжал, и Эйдан, словно приняв решение, заговорил с решительным видом. — Я искренне извиняюсь за тот спарринг в прошлый раз. — ?.. Это было неожиданно. Ни с того ни с сего? Я этого не ожидал. Я склонил голову набок. — Я всегда был импульсивным и необдуманным... нет, я прошу прощения. Это было оправдание. Эйдан резко оборвал себя на полуслове и нахмурился, а затем внезапно низко поклонился. — Ослеплённый мелкой ревностью, я поспешил пригласить тебя на спарринг, не подумав о том, как это может повлиять на тебя, Ли Ха, или каковы будут последствия. Мне действительно жаль. Я был ошеломлён искренними извинениями, которые сопровождались повторными глубокими поклонами. Было неприятно ни с того ни с сего получать такие извинения, особенно за то, что их не заслуживало. Я похлопал по плечу Эйдана, который кланялся под углом в девяносто градусов, а затем постучал по своим умным часам. [Всё в порядке. На самом деле, извиняться не за что.] Во время спарринга Эйдан выказал недовольство, но я помнил его сомнения в правоте своих действий. Если только в его поведении не было явного злого умысла, такое поведение было банальным. Я жестом велел Эйдану прекратить кланяться и направился обратно на базу. Эйдан, несколько раз моргнув, осторожно двинулся вперёд. Шорх, шорх... Мы пересекли тёмный и мрачный лес. Пока я бесцельно брёл, слова Эйдана эхом отдавались в моей голове. Ослеплённый мелкой ревностью... Ревность... чувство зависти к другим. — ... Я мог в какой-то мере понять чувства Эйдана. Я был слишком хорошо знаком с чувством ревности. Такие вопросы, как, например, почему я так живу, в то время как другие живут так хорошо. Почему моя жизнь стала такой, и почему он преуспевает в том, что делает. Какой отвратительной может стать жизнь, когда ревность усиливается. Насколько отвратительны эти эмоции. Я слишком хорошо это знал. ---------- Не вверх, а вниз(1) Атила, которая была занята разговором с Элией, почувствовала знакомое присутствие, приближающееся издалека. Быстрый взгляд подтвердил, что Эйдан и Ли Ха пробираются сквозь темноту, направляясь в их сторону. Атила прищурилась, узнав лицо Эйдана. Выражение лица парня, который сказал, что извинится, было каким-то странным. ...Этот парень действительно извинился должным образом? Атила и Эйдан знали друг друга некоторое время. Нельзя сказать, что они были друзьями детства, но познакомились случайно, когда учились в одной Академии. Следовательно, Атила знала характер Эйдана. Эйдан был глупцом. Не обращая внимания на окружающее, он мог безрассудно броситься очертя голову во что угодно, если бы захотел. Воплощение простака. Мягко говоря, можно сказать, что в душе он был хорошим парнем, но это не отменяло того факта, что он часто действовал, не обдумав всё до конца. Именно из-за своего характера он совершал ошибки, не так ли? Но в тот последний раз это показалось ей чересчур безрассудным, граничащим с самоубийством. Воспоминания до сих пор вызывали у неё леденящее отвращение. Студент особого допуска, Ли Ха. Её сердце упало, когда Эйдан вызвал его на дуэль. Чёрт возьми. Она мало что знала о особом допуске. Однако она была в курсе обстоятельств, связанных с этим студентом, о котором так много говорили. Разве он не пробудился всего около месяца назад? Это было столь позднее пробуждение, что это было неслыханно. И в довершение всего он был слеп и нем. Зачем вызывать такого человека на дуэль? К счастью, благодаря жалкому поражению Эйдана инцидент был замят, иначе жизнь этого дурака стала бы гораздо более проблематичной. Даже если бы не это, он наверняка столкнулся бы с некоторыми последствиями со стороны Ен Хва, которая холодно наблюдала за ситуацией. Позже, когда она схватила его за голову, спрашивая, почему он это сделал, его ответ был замечательным. Ему было любопытно. Он хотел увидеть, насколько особенным должен быть человек, чтобы его приняли по особому допуску. Сумасшедший. Для него это могло быть простым любопытством, но со стороны это было ничем иным, как началом драки... или это действительно была просто драка? Идиот... Парень, который вызвал на поединок слепого человека. И после этого с треском проиграл... Это было прозвище, которым Эйдан пользовался среди друзей, которых он приобрел в Шио Раме. Идиот... Атила несколько раз покачала головой. Теперь, когда она подумала об этом, возможно, это было бы самоубийством, если бы он умер тогда. * * * После завершения магических экспериментов пришло время отправляться спать. Спать в подземелье. Конечно, было нежелательно блаженно растягиваться и спать вместе. Даже если это был всего лишь четвёртый уровень, подземелье всё равно оставалось подземельем. Самодовольство — кратчайший путь к смерти, — эту фразу Профессор Атра повторяла до тех пор, пока им не надоело её слышать. — Давайте бросим жребий, чтобы справедливо распределить обязанности по несению вахты. Установив по одной палатке для мужчин и женщин, Атила предложила определить расписание дежурств, прежде чем все отправятся спать. В жестяной банке лежали пять деревянных палочек, на конце которых были обозначены цифры. ...Я мог видеть их все. Атила, казалось, не до конца понимала возможности моего пространственного восприятия. Из приличия я проверил своё пространственное восприятие, прежде чем рисовать. Я слышал, что первое и последнее место были самыми удобными? — Да! Первый. — Чёрт возьми. Порядок был установлен. Эйдан, я, Атила, Элия, Нам Ен Чжон в такой последовательности. Эйдан, который вытащил первый номер, в восторге сжал кулак, а Атила, стоявшая рядом с ним, тихо выругалась, увидев на палочке цифру три. Через некоторое время Эйдан, заступивший на первое дежурство, уселся возле магического обогревателя, в то время как остальные разошлись по палаткам спать. Я сделал то же самое. Хотя мне вскоре предстояло проснуться, я всё же зашёл в палатку, чтобы немного поспать. А сон не приходил. Мой разум был до смешного бодр. Улучшенное пространственное восприятие позволило мне различать даже шелест листьев на ветру. А-ах. Я интуитивно понимал, что не смогу заснуть. * * * — Ли Ха. Мне пора поменяться с тобой местами. [Да.] В конце концов, я так и не заснул к тому времени, когда Эйдан пришёл сменить меня и открыл палатку. Я вылез из своего спального мешка. Меня охватила невыносимая усталость. — Никаких проблем. Береги себя. [Да.] Эйдан поддерживал со мной неформальные отношения. Когда он извинялся или время от времени заговаривал со мной во время навигации по подземелью, его манера поведения казалась странно неуместной, поэтому после его извинений я просто попросил его говорить со мной более непринуждённо. Поскольку я не умею говорить, я не видел в этом особой необходимости. Даже если бы я мог говорить, я, вероятно, не стал бы нарушать формальности. Я понял, что в этом мире нет никого, к кому я мог бы обратиться неофициально. Будет меньше хлопот и лучше для моего поведения, если я просто отвечу на приветствие. Я сел рядом с магическим нагревательным устройством. Магическое устройство, излучающее свет, находится в центре, рядом с ним стоят складные стулья, а рядом установлена зелёная палатка. Всё это было похоже на определение кемпинга. Пялиться на пламя или что-то в этом роде. Существует традиция праздно наблюдать за горящими дровами, хотя предмет, помещённый в центр, был магическим устройством в форме яйца, а не деревом. Прохладный ночной ветерок пробежал по моей коже. Даже несмотря на то, что я был одет в форму Шио Рам и халат, холод пронизывал меня насквозь. Кху... Холод. Холод. Это было то, что я ненавидел больше всего на свете. Мне нравилось чувствовать прохладу, но я терпеть не мог мёрзнуть. Я вздрогнул и порылся в своей сумке, принесённой из палатки. Я достал ещё одно магическое устройство для обогрева, идентичное тому, что было в середине. Щёлк. При нажатии на кнопку его серая поверхность нагревалась до нежно-оранжевого оттенка. Я обнял нагревательное устройство, почувствовав облегчение от того, что тепло начало распространяться по телу. О... Его размер был меньше моего туловища, что делало его идеальным для объятий, а яйцевидная форма делала его подходящим для объятий. Температура также регулировалась, чтобы было не слишком жарко, но в самый раз. Я распахнул халат спереди, чтобы прикрыть своё тело. Тепло проникало внутрь халата, согревая воздух. Когда я устроился поудобнее, дрожь по телу утихла. Последним штрихом было натянуть на голову капюшон, прикреплённый к халату. Я не смог удержаться от вздоха признательности. Ощущение было такое, словно в разгар зимы я прижимался к тёплому полу под одеялом. Уф... Мне больше не было холодно. Я положил подбородок на волшебное устройство в форме яйца. Ощущение дремоты заставило меня глубоко вздохнуть. Сон не приходил... но и дискомфорта это не вызывало. Так я мог выждать время, пока можно будет вернуться в дом. Ослеплённый мелкой ревностью... — ... Возможно, из-за того, что мои нервы были расслаблены, это воспоминание постоянно всплывало на поверхность. Я прищурился. Ревность была эмоцией, о которой я не хотел вспоминать. Ещё в родительском доме, когда я был ребёнком. Дом был моим миром. Мои родители были Богами, которые создали меня, а бандиты, которые время от времени приходили терроризировать, были внешними врагами. Эти мои родители вообще не были родителями. Они были биологическими родителями, способными к размножению и рождению потомства. Но с моральной точки зрения они были отбросами общества. Я не знал этого в детстве. Моим домом был мир. Все вокруг меня были одинаковыми. Все были жестокими и плохо обращались со мной. Окрестности постоянно наполнялись звуками криков и плача. Поэтому я считал, что это норма. Я думал, что мои родители были нормальными, а я был ненормальным. Было несправедливо и больно, когда мои родители били меня, но у меня не было выбора, кроме как смириться с этим. Мои родители не могли совладать со своим гневом и били своего ребёнка, таскали меня за волосы, швырялись пивными бутылками и пинали ногами, когда были расстроены. Всё это казалось мне нормальным. После того, как пожар унёс жизни моих родителей, я бродил по трущобам. Оглядываясь назад, удивляюсь, как я тогда не умер. Я скитался, когда какие-то люди нашли меня и отвезли в сиротский приют. Там я всё ещё не понимал, что такое норма жизни. У других детей не было таких родителей, как у меня. Большинство из них подвергались жестокому обращению со стороны своих родителей. Они были похожи на меня. Поэтому я думал, что все такие же, как я. Как-то... Однажды я был в центре города. Я точно не помню, зачем. Там были люди. Как я. У них было по две ноги. Ожогов не было, и по две руки. У них было по два глаза, в отличие от моего затуманенного зрения. Они были такими же, как я. — Хэй, хочешь вторую порцию? — Я согласен, если мы разделим счёт пополам. — Помнишь, как в прошлый раз ел говядину? Они были другими. Не было никакого обмена криками и визгом. Не было слышно печальных рыданий. Иногда слышалась ругань, но в ней чувствовались причуда и дружелюбие, в отличие от негативных эмоций родителей. — Папа! Это!.. Вот о чём я тебе говорил! — Да, да. Я понял. Но нам нужно двигаться медленно, хорошо? — Скорее! Они были не похожи на меня. Один из детей потянул своего родителя за руку. Вместо того, чтобы в гневе ударить его кулаком, родитель уговорил ребёнка и пошёл вместе. Некоторое время я стоял, тупо уставившись на эту уличную сцену. В тот день шёл снег. Может быть, это было Рождество? Или, может быть, канун Рождества. Когда я стоял там, а снег засыпал мне голову, подошёл взрослый и спросил, не заблудился ли я. Отрицательно покачав головой, я помню, как поплёлся обратно в приют. Вот тогда-то всё и началось. Всё казалось мне неудовлетворительным. Я находил недостатки во всём. Всё казалось несправедливым. У меня всегда были жалобы, но они не были такими сильными, как тогда. Потому что это считалось нормальным. Все были несчастны. Все были похожи на меня. У других детей в приюте тоже не было родителей, и они подвергались жестокому обращению. Бедные и голодающие, это было нормой. Но это было не так. Не все были такими. Многие люди были похожи на меня, но ещё больше было счастливее, чем я. Мои родители и тот, кого в тот день вёл ребёнок, были другими. — В чём разница? Ревность. — Почему мы такие разные? Почему этот ребёнок заслуживает лучшего? Зависть, обида на других, желание того, что у них есть. — Что я сделал не так? Это было неприятное чувство. Зависть принесла мне только больше страданий. Почему они были счастливы, а я нет? Этот ребёнок сиял от радости; почему я остался в таком состоянии? Это было жалко. Зависть ничего не принесла. Чем больше я сравнивал себя с другими, тем более жалким я себя чувствовал. Я чувствовал себя несчастным. Я был никому не нужен и только по той причине, что, к несчастью, родился в других обстоятельствах, которые настолько сильно отличались от моих, что я не хотел жить. Всё казалось бессмысленным. Но я был слишком труслив, чтобы закончить так же, как мои сгоревшие родители. Я чувствовал, что если буду продолжать питать ревность, то действительно могу покончить с собой. Я был не из тех людей, которые могут превратить ревность в позитивный импульс. Поэтому я не смотрел вверх. У меня не было уверенности в том, что я смогу подняться выше. Я не смотрел на людей, которые были богаче или счастливее меня. Я опустил глаза. Люди, которым повезло меньше... точнее, те, кто был несчастнее меня. Присмотревшись, я обнаружил, что людей, которые были счастливее меня, было столько же, сколько и тех, кто был несчастнее. Отвратительно, но я нашёл там утешение. По крайней мере, я не самый плохой и относительно счастлив, подумал я с отвратительным чувством облегчения. — ... Я был подлым и отвратительным человеком. Время от времени я задавался вопросом, не было ли причины, по которой мои родители так относились ко мне. Крепко сжимая волшебное устройство, я почти не дышал, но чувствовал себя эмоционально устойчиво. Я тихонько сгорбился и поправил халат, на случай, если кто-нибудь увидит. Дуэль с Эйданом не была неприятной. Извинения, которые я только что принёс, не были неприятными. Я никогда не думал, что это оправдывает извинения. Но из-за того, что извинение касалось ревности, возникло неприятное чувство. Это было так, как будто я должен был извиниться за извинения, которые я получил. Несколько часов дежурства в охране показались невыносимо долгими. * * * — Давай! Выпей это! Ах? Айго, айго? Не можешь сделать даже один глоток из такого маленького бокала? Разочаровывает, что твои действия малодушны по сравнению с твоей бравадой! Хе-хе-хе. Хе-хе-хе-хе. Что бы там ни было смешного, Лиана стукнула кулаком по столу. Ликёр в бокалах зазвенел. Эта сцена являла собой образ неисправимого пьяницы. Рядом со стаканом, наполненным алкоголем, валялось множество пустых бутылок, из которых было украдено содержимое. Комната наполнилась сильным, щекочущим нос запахом алкоголя. — Ха-ха... Атре следовало просто не обращать на это внимания. Ей не следовало соглашаться, даже при мысли о том, что она могла позволить себе проиграть всего один раз. Атра пожалела об этом слишком поздно. ---------- Пьяный разговор(1) Лиана любит выпить. Однако она не из тех, кто легко напивается. В результате она начинает пить в больших количествах, чтобы достичь состояния опьянения. Было бы неточно называть её алкоголичкой, но это правда, что она любит выпить. Более того, будучи одной из героинь высшего класса, она накопила ошеломляющее состояние за годы работы на африканском фронте. Так что даже после того, как она потратила миллионы на выпивку, это едва ли отразилось на её банковском счёте. — Ха-ха-ха!.. Вот почему случаются случаи, когда она чрезмерно выпивает и становится полупьяной. Её лицо раскраснелось. Цвет её лица говорит о том, что «я напилась», как будто это написано большими буквами. Уголки её рта игриво приподняты. Несмотря на то, что обычно она сохраняет приятную улыбку ради своего имиджа, сейчас она, кажется, занята тем, что хихикает. — Вот, выпей! «Капельки Уорисилы», этот напиток входит в топ-10 моих любимых ликёров! Лиана протянула стакан с голубой жидкостью в сторону. Там сидела Атра, успокаивая свои внутренности, потягивая тёплое молоко с зеленоватым оттенком. — Нет, спасибо. Выпей ты. — Ах, проделала весь этот путь, чтобы выпить всего несколько бокалов, а потом остановиться? Не важно, насколько Атра слаба к алкоголю, это немного... — Просто заткнись и выпей это сама. Лиана тихо рассмеялась в ответ на довольно резкий отказ. Возможно, ей казалось смешным, что она всегда расхаживает с добрым выражением лица для поддержания имиджа? Боже, как трогательно. Даже если Атра притворяется, что это не так, выражение её лица тоже становится красным. Всегда расхаживая с поднятыми бровями и изображая превосходство, Атра слаба к алкоголю. Доказательством тому служит то, как изменилась её манера речи. «Нет», «Да», «Я не хочу», — её обычно жёсткий и официальный тон сменился гораздо более обыденной речью. Это означает, что её истинные чувства начинают проявляться. Это было намеренно. Атра настолько сдержанна, что, если она не пьяна, она просто наденет странную маску и будет повторять формальные ответы, как попугай. — Студент Ли Ха, не слишком ли ты сурова к нему? Теперь, когда настал подходящий момент, Лиана перешла к сути дела. Рука Атры резко остановилась. — Ты могла бы быть немного добрее к нему, не так ли? Тебе обязательно так сильно давить на него? — Не говори глупостей. Атра нахмурилась и со стуком поставила стакан с подогретым молоком на стол. — Добрее? Давить? Чёрт, могу ли я позволить себе такую роскошь? — Хм-м... Лиана выглядела озадаченной. Она просто хотела немного подтолкнуть Атру, прежде чем перейти к главному, но реакция Атры была довольно бурной. Закатив глаза, Лиана начала говорить. — ...Я знаю, что ситуация не такая радужная. Ли Ха — студент особого допуска. Первый в своём роде в Шио Раме, не имеющий прецедента. Если вы спросите о происхождении нынешних Героев высшего ранга, то восемь или девять из десяти — выходцы из колыбели, Шио Рама. Благословение роста, дарованное им, чудовищно, и Шио Рам не имеет себе равных как учреждение для выращивания сверхлюдей. Поскольку равных Шио Раму нет, он стремится к разнообразным кадровым ресурсам. Это своего рода благотворный цикл. Для такого места Ли Ха — первый. Это привлекает внимание. Естественно. Проблема в том, что не всё это внимание является доброжелательным. — Директор, этот сумасшедший ублюдок. О чём, чёрт возьми, он думает... Атра схватилась за пульсирующую голову. От одной только мысли об этом у неё закружилась голова. Позитивное внимание... каким уровнем потенциала он обладал, чтобы директор принял его? Можно ли его привлечь в нашу фракцию позже? Было бы неплохо, если бы он смог поучаствовать в будущей операции по очищению Мары... Негативное внимание... каким уровнем потенциала он обладал, чтобы директор принял его? Давайте сразу же пресечем это. Даже после великого катаклизма, произошедшего 200 лет назад, в мире произошли бесчисленные изменения, но человечество как биологический вид — эмоции и желания — имеют неизменные аспекты. Короче говоря, всегда найдутся ублюдки, неподвластные здравому смыслу, независимо от места и времени. В прошлом Атра получала помощь от предыдущего директора. Хотя это и не было спасением её жизни, этого было достаточно, чтобы считать это долгом. Конечно, даже эта помощь была оказана только через заместителя директора. В любом случае, используя этот долг в качестве основания, директор потребовал, чтобы Атра взяла на себя ответственность за обучение ученика особого допуска. Проблема в том, что с тех пор больше нечего было сказать. На этом всё закончилось. Внезапно заместитель директора появляется на внутреннем собрании Шио Рам и говорит: «Мы выбрали ученика с особыми потребностями», но никаких дальнейших действий не последовало. — Чёрт возьми. Разве не должны быть приняты дополнительные меры? Просто приводите его, и всё? Разве не должно быть что-то вроде: — Мы выбрали его по этой причине в качестве студента со специальным допуском. Это студент, которого я привёл, поэтому, пожалуйста, присмотрите за ним. С этого момента обучайте его хорошо. Он под моей защитой, так что у вас будут проблемы, если вы перейдёте ему дорогу... и так далее? Почему не принимаются дополнительные меры? Отсутствие надлежащих действий вызвало у Атры сильный стресс и замешательство. Всем известно, что директор практически прекратил свою деятельность в течение последних нескольких десятилетий. Заместитель директора — тот, кто руководит деятельностью в Шио Раме. По словам заместителя директора, окончательные решения остаются за директором, и всё, что он делает, — это выполняет эти решения, но директор десятилетиями не появлялся на публике, ни официально, ни неофициально. После стольких лет молчания они нарушили его. Заместитель директора прямо упомянул о «решении, принятом директором после глубокого обдумывания». И вот, они выбрали ученика особого допуска. Конец. Такое деликатное обращение вызвало у людей различные подозрения. Это также вызывает нежелательный интерес. В Шио Раме всё в порядке. Здесь находится Башня Роста, и, хотя в ней царит тишина, директор по-прежнему присутствует. Шио Рам, существующий уже более ста двадцати лет, никогда не допускал ни одного вторжения или причинения вреда своим ученикам. — Чёрт возьми... А как же снаружи? Защита директора не распространяется за пределы наших стен. Случаи доказали это. За пределами «колыбели» — суровая реальность. С неблагоприятными событиями, происходящими снаружи, ничего не поделаешь. Если Ли Ха один и не может решить проблему самостоятельно, это конец. Вы не можете защищать его вечно. Невозможно оставаться с ним на всю жизнь. Назначить охрану? Какого уровня охрана и сможет ли эта охрана действительно защитить его при любых обстоятельствах? Если он не справится с кризисом, который не по силам охранникам, когда опасность нависла над его головой... Стиснув зубы, Атру захлестнули эмоции, словно она воспламенилась огнём. — Перестань волноваться! Мы же идём не одни, а в компании! Ты слишком озабочена! Неужели я настолько бесполезен для тебя? Всплыло неприятное воспоминание. Так всегда случалось, когда она была с Ли Ха. Вот почему она стремилась быстро увеличить его силу. По крайней мере, до такой степени, чтобы он мог защитить себя в случае неудачи. Со второго дня она взяла его в руки оружие и проводила с ним спарринги. С точки зрения активного сверхчеловека, это было не особенно жестоко. Тем не менее, она знала, что для Ли Ха, который только недавно проснулся и был ещё новичком, это было напряжённое расписание. Как правило, сначала ты повышаешь базовый физический уровень. Применение техник в слабом теле крайне неэффективно. Сначала ты приводишь тело в соответствие со стандартами сверхчеловека, а затем обучаешь навыкам, подходящим для сверхчеловека. Но Ли Ха был другим. Основные преимущества, которые даёт рост, повышенная успеваемость благодаря специальному приему, крутая кривая роста после недавнего пробуждения, способность усваивать лекционные материалы, которая была почти подозрительной. По её приблизительной оценке, Ли Ха мог справиться с расписанием. Он мог бы одновременно улучшить свой физический уровень и свои навыки. С течением времени она всё больше и больше убеждалась в этом. — Уф-ф... Лиана то и дело отмахивалась от недовольства Атры. Реакция была более бурной, чем она себе представляла. Похоже, Атра испытывала довольно сильное разочарование. Лиана немного знала о прошлом Атры. Когда-то у неё была ученица. Они встретились случайно. В то время Атра была высокопоставленным Героем, а ученица — обычным студентом Академии. Несмотря на свою вспыльчивость, у Атры было мягкое сердце. Она из тех, кто не сильно выделяется из-за своей физической слабости, как человек сильный внешне, но нежный сердцем. И однажды она отдала этой ученице всю свою искреннюю привязанность. Будучи её первым учеником, она старалась научить как можно большему, хотя её методы были неумелыми. Ученица, зная об этой преданности, следовала за Атрой как старшая сестра, объединяясь как семья. У неё была ученица. И теперь её нет. — Я не знаю, о чём думает директор, но ты права — нам нужно становиться сильнее как можно быстрее. Если мы будем успокаиваться, думая, что ещё есть время, это может стать необратимым. Политическая ситуация в последнее время была странной. Количество монстров, появляющихся в маре, неуклонно росло. Количество злодеев, которые сбегают в мару и сеют хаос по всему миру, также растёт. Хотя пока это и не заметно, частота появления подземелий также постепенно увеличивается. Такое ощущение, что скоро произойдёт какое-то важное событие. Вот такое настроение царит в эти дни. — ...и в такие времена нет смысла отдыхать... Атра навалилась всем телом на стол и пробормотала что-то невнятным голосом, как будто алкоголь внезапно подействовал на неё. — Понимаю. Ситуация сложная, так что набирайся сил побыстрее... Но ты всё равно можешь сказать добрые слова, не так ли? Возможно, Атра была не совсем последовательна, но она сказала то, что нужно было сказать. — Если ты будешь продолжать в том же духе, студент Ли Ха может в конечном итоге обидеться на тебя. Это нехорошо ни для кого из нас, верно? Не лучше ли просто объяснить ситуацию? Говоря это, Лиана похлопала Атру по спине, но та покачала головой. Обида? Что за абсурдная мысль. Для Атры это могло бы быть и к лучшему. Учеников у неё больше никогда не будет. Её нынешние обязанности преподавателя были временными по просьбе директора. Она обучала Ли Ха только настолько, чтобы он в конечном итоге не был сметён и не погиб бессмысленно. После этого это её не касалось. — Это не имеет значения. Пусть он на меня обижается. Так даже лучше... Наблюдая, как Атра, как заезженная пластинка, повторяет свои действия, Лиана глубоко вздохнула. Какой ужас. Она понимала это чувство. Атра не хотела испытывать эмоциональную привязанность. Ей не нравилась идея сближения из-за прошлых ран, но она не могла смириться с мыслью о том, что Ли Ха может пострадать в какой-нибудь беде. В сложившейся ситуации лучше всего давить на него изо всех сил, чтобы он рос как можно быстрее. Если с ним будут обращаться грубо, естественно, обида будет направлена на неё, что, по её мнению, было предпочтительнее. — Лучше быть обиженным, чем умереть... Такая упрямая... На это ответа не последовало. По крайней мере, Лиане, казалось, больше нечем было давить. Она снова тяжело вздохнула. * * * На следующий день. Проснувшись поздним утром, Атра распахнула шторы навстречу солнечному свету и заговорила. — Чёрт возьми... Сверхчеловеку высшей категории трудно напиться. Хотя существуют напитки, подходящие для сверхлюдей, для тех, чей организм развит до крайности, как у Атры, напиться непросто. Если она добровольно примет ощущение опьянения, она действительно может опьянеть. Именно это и произошло вчера. Каким-то образом её эмоции обострились, и она полностью поддалась опьянению. Бывает, что ты выпиваешь слишком много и теряешь память о прошедшей ночи. С Атрой всё не так. Вчерашние воспоминания всплывают в памяти очень живо. Какое дерьмовое утро. Словно выплёвывая желчь, Атра встала, её настроение было испорчено. Атра жила в общежитии на территории Шио Рама. Она была не единственной, большинство Профессоров поступали так же. Когда она поправляла свой наряд, от запаха алкоголя, пропитавшего её одежду и даже кожу, у неё на лбу появились глубокие морщины. Сколько же она выпила накануне вечером... Выйдя на балкон её спальни на втором этаже, она сделала глубокий вдох. Свежий утренний воздух наполнил её лёгкие. Но воспоминания предыдущего дня испортили её настроение. — Фух... В результате она потянулась за сигаретой, к которой давно не притрагивалась. Она всегда держала сигарету во рту, но ей это так надоело, что она отбросила их в сторону. И вот теперь внезапное желание заставило её взять сигарету в руки. Она вытащила сигарету, щелчком пальцев подожгла её и вдохнула терпкий, но освежающий дым. Это была смесь, известная своими превосходными успокаивающими свойствами, и это был идеальный продукт для Арты. Внезапно вспомнив о дате, она посмотрела на свои умные часы. [Вторник, 10:32.] Вторник. День, когда первокурсники возвращаются с тренировки в подземелье. — ... Атра посмотрела на часы со сложным выражением лица. Начиная с завтрашнего дня, ей нужно было возобновить тренировки Ли Ха. Переодевшись в повседневную одежду, она вышла из дома. Мрачное настроение побудило её начать двигаться. В подходящем темпе... учитывая её физические возможности, она быстро пересекла помещение. Вскоре вдали показались тренировочные залы. А также невысокий студент-мужчина рядом с ними. Ах. На нём была форма Шио Рама, поверх которой был накинут халат. На спине у него был большой рюкзак, а на поясе висели два кинжала и несколько подсумков. Это было снаряжение, предоставленное Атрой. Хотя Башня Роста может и не знать об этом, носить такое снаряжение для тренировок в подземельях разрешается. А волшебная палочка, висевшая рядом с рюкзаком, выглядела почти комично. Но из-за внешности её владельца она казалась скорее очаровательной, чем нелепой. Должно быть, он только что вышел из подземелья. — ... С озадаченным видом Атра шагнула вперёд. Её целью был тренировочный комплекс позади Ли Ха. На мгновение она задумалась о том, чтобы повернуть назад, но, поскольку он уже был прямо у входа, а сворачивать было глупо, она продолжила прямо. Тук. Внезапно Ли Ха резко повернулся в её сторону. Эта реакция заставила Атру слегка сузить глаза. Расстояние... Оно увеличилось. Между ними оставалось почти триста метров. Тем не менее, он чувствовал её присутствие. Даже в сравнении с ней, которая всегда старается не показывать своего присутствия. ...Улучшилось ли его восприятие? Скорость его роста была стремительной. В первый день занятий он не заметил бы её, пока она не подошла бы совсем близко. Теперь, с такого расстояния, он сразу это заметил. Она не стала так часто появляться на занятиях, как в тот раз, но, тем не менее, это было замечательным событием. Хотя это и радовало, но вызывало неописуемые чувства. Дистанция сократилась. Ли Ха подошёл, по-видимому, намереваясь обменяться приветствиями, раз уж они встретились. — Ты разобрался со всем? Атра начала разговор просто для проформы. На таком небольшом расстоянии Ли Ха начал манипулировать своими умными часами. На самом деле, он пытался. Рука, начавшая двигаться, замерла. Его ноги замерли. — Хм-м?.. Ли Ха застыл, не подавая никаких признаков движения. Через мгновение он наклонил голову. Судя по его реакции, его что-то озадачило. Нюх, нюх. Нос Ли Ха дёрнулся. В этот момент его тело дёрнулось один раз. Что это? Реакция была озадачивающей. Однако она была далеко не такой жестокой, как его последующие действия. Ли Ха не протестовал против суровых тренировок. Он не спрашивал почему. Он никогда не интересовался, почему был установлен такой график. Он не выказал никакого недовольства по отношению к холодной и непреклонной Атре. Даже когда Атра по рассеянности забыла принести ему воды из-за своей озабоченности, он не выказал никаких признаков недовольства. Даже когда возникала возможность задать прямой вопрос, он просто послушно следовал её указаниям, как будто доверяя Атре. Этот Ли Ха. — Уф-ф... Он скривился всеми возможными способами, отступая назад. На его лице отразилось явное отвращение. Его уход выглядел так, словно кто-то дистанцируется от отвращения. Бум! — ... Это было головокружительное ощущение, словно тяжёлый валун рухнул вниз. Глаза Атры задрожали. ---------- Профессор, я не хочу (1) — Ли Ха, тебе было неудобно спать прошлой ночью? — ?.. — Ты выглядишь очень уставшим. В итоге прошлой ночью я вообще не спал. Проведя всю ночь с широко открытыми глазами, я был вынужден приветствовать наступление утра. В результате моё состояние оставалось неудовлетворительным. Я с некоторым трудом поднялся и приготовился к отъезду вместе с членами моей группы. Сборы не заняли много времени. Оборудование было дорогим, но разработанным с учётом удобства и производительности, что облегчало сборы. На временной базе, где была завершена большая часть упаковки... Мы собрались в центре и по-простому приготовили завтрак. Всё было так же, как и вчера, мы разогревали полуфабрикаты, но, возможно, от осознания того, что мы скоро покинем подземелье, лица у всех оживились. В середине нашего обратного путешествия... Элия, которая с утра смотрела на меня, склонив голову набок, словно изучая меня, задала вопрос. Видимо, со стороны я выглядел бледным. [Я в порядке. Просто плохо спал, вот и всё.] Это не было ложью. Было ли это из-за нервов или чего-то ещё, но я просто не мог заснуть и в итоге не спал всю ночь. Конечно, это была не единственная причина. — ...Кха. Когда пришло время моего ночного дежурства, Эйдан извинился, разразившись тирадой о ревности, что заставило меня погрузиться в ненужные мысли и дуться в одиночестве. Это заставило меня без необходимости вспоминать прошлое. Я молча вымещал своё разочарование на ни в чём не повинном Эйдане, даже презирал себя, чтобы скоротать время. Сменившись с Атилой, я забрался обратно в свой спальный мешок. Когда в голове у меня немного остыло, я осознал глупость своих мыслей. Или, возможно, это были предрассветные эмоции. Испытывая лёгкий стыд, как будто я копал свой собственный туннель, опьянённый теплом волшебного обогревательного устройства, похожего на костёр, и походной атмосферой базы. Это было ещё большее смущение, чем в ночь перед тем, как я стал одержимым, когда я в одиночестве барахтался, уронив руки на стол. К счастью, я держал эти мысли при себе. На этом всё закончилось, и тёмная история рассвета была известна только мне. Если бы кто-то другой пронюхал и это распространилось, я бы, возможно, повесился. — Обязательно отдохни как следует и прими какие-нибудь добавки, когда вернёшься в общежитие, Ли Ха. [Да, спасибо.] Неужели я выглядел так, будто вот-вот умру? Я заметил встревоженный взгляд Элии и её совет позаботиться о моём здоровье. Передвигаясь по лесу более лёгкими шагами, чем вчера, я время от времени наносил мощные магические удары по любым монстрам, с которыми сталкивался. Это были четвероногие монстры звериного типа. Они были восьмого уровня. Расстояние составляло около сорока метров. Однако плотно стоящие между ними деревья не позволяли разглядеть друг друга невооружённым глазом. Магия самого низкого уровня. [Мощный магический удар.] Удар, нанесённый по диагонали, легко рассёк деревья и поразил монстра. Его поясница была перерублена, монстр раскололся на две части и упал. Внутренности разлетелись, и на пол полилась красная кровь, листья, пропитанные алым, создавали гротескную картину. Хм-м... Я неуверенно пошевелил руками. Я попробовал это на всякий случай, но сила осталась такой же высокой, как и вчера. В чём может быть причина? На самом деле из-за пространственного восприятия? Какой-то другой фактор, помимо склонности к магии, например, пространственное восприятие, влияет на магию подобным образом? Или потому, что мы в подземелье? И почему это так? Не знаю... Похоже, после выхода из подземелья мне придётся обратиться за советом к Профессору Атре. Мои познания в магии слишком скудны, чтобы принимать решения самостоятельно. В данный момент количество моей магической силы очень невелико по сравнению с другими студентами. Что касается манипуляций... по словам Профессора Атры, они считаются превосходными, и моя магическая близость, по-видимому, делает своё дело. Тем не менее, я познакомился с магией в лучшем случае две недели назад. По сравнению со студентами, которые изучали магию, её основы и схемы в течение многих лет, и теми, кто наслаждался эликсирами, я нахожусь в невыгодном положении. Даже сейчас, после того, как я несколько раз применил магию, почти половина моей магической силы была израсходована. И это несмотря на то, что я использовал магическую энергию посоха. Я также должен обратить внимание на свою магическую силу. Но, естественно, самый простой способ увеличить магическую силу — это использовать эликсиры... однако, если бы эликсиры просто валялись на земле, их бы не называли эликсирами. Если бы всё было так, как в оригинальной работе, можно было бы просто поискать различные спрятанные предметы на ранней стадии, продать их или даже совершить откровенное читерство, чтобы накопить средства и эликсиры. Но здесь у меня нет ни денег, ни какого-либо способа найти спрятанные предметы. На данный момент, похоже, что мой единственный выход — накапливать понемногу, честно, как я делал в первый раз. Скоро откроется вход в Башню Роста. В это время я не только смогу потенциально решить некоторые проблемы с магической силой, но и получу несколько других преимуществ. Плюс, если спрятанный фрагмент действительно существует в Башне Роста... это... несколько настораживает. Это не игра, так что на самом деле её принятие создаёт другую проблему. Само его существование до сих пор неизвестно; размышлять об этом сейчас — просто преждевременное возбуждение. Вскоре я почувствовал голубую воронку. Это был лаз в подземелье, в которое мы вчера вошли в первый раз. — Давайте вернёмся. Атила поправила свой щит и пошла впереди. Атила первой проверила, нет ли опасностей за пределами подземелья, а Эйдан, назначенный для защиты тыла, остался последним, чтобы отразить любые внезапные атаки с тыла. Её фигура была поглощена крутящимся вихрем, её присутствие исчезло. Следуя за ней, мы по очереди вошли в водоворот. ... ... После краткого приступа тошноты и головокружения пространственное восприятие охватило помещение Шио Рама. Благодаря увеличенному радиусу действия и точности, ощущения были совсем другие, чем раньше. Я вдохнула. Воздух подземелья был довольно чистым, так как это был густой лес, но всё же воздух Шио Рама был более комфортным. Напряжение, которое я испытывал, исчезло. Измученный сохранением бдительности в страхе перед тем, что может случиться, до самого конца, я чувствовал себя измотанным. Пока я разминал затёкшее тело, Атила повела членов команды прямиком в соседнее административное здание. — Класс Ипчун, секция 11... Атила и ещё четыре члена команды покинули его во вторник около 10:46 утра. Результаты вашей работы будут подсчитаны позже. Вы все усердно трудились. Мы зарегистрировались как лично у менеджера учреждения, так и в системе. После слов менеджера мы направились к выходу из учреждения. — Ах, наконец-то всё закончилось!.. Со стоном Элия высоко подняла руки и потянулась, привлекая к себе внимание в основном благодаря своей выступающей груди. Хлоп. Атила, которая работала со своими умными часами, привлекла внимание хлопком в ладоши. Убедившись, что все смотрят на неё, она улыбнулась и заговорила. — Всё завершилось гораздо быстрее, чем ожидалось. Спасибо всем вам за сотрудничество. И Ли Ха, особая благодарность тебе. Она добавила неожиданную благодарность в дополнение к формальности. Когда я выглядел озадаченным, Атила лукаво улыбнулась. — Благодаря Ли Ха мы смогли сэкономить невероятное количество времени на разведке. Я опоздала сказать это вчера, но иначе мы могли бы бродить до рассвета. — Это на удивление прошло гладко. — Совершенно верно. Мне никогда не было так легко в подземелье, несмотря на мой небольшой опыт, — добавила Элия. Конечно, поиск монстров в подземелье такого размера сопряжён со многими неудобствами. В некоторых командах может не быть человека с уникальными способностями сенсорного типа. А даже если и есть, то, в лучшем случае, только один человек сделает исследование сложной задачей. Кроме того, не все сенсорные типы гарантируют успешное исследование. В оригинальной истории даже при слабой сенсорной способности поиск мог занять несколько дней. Конечно, пространственное восприятие — это не просто способность к сенсорному восприятию, которую можно отнести к категории обычных. Оно относится к категории, близкой к шестиугольнику, и удача также сыграла свою роль в резком сокращении нашего времени. [Спасибо вам.] На меня обрушился неожиданный поток комплиментов, и я не знал, как реагировать. Я дал неуверенный ответ, и Атила, кивнув в ответ, продолжила: — Я немного сбилась с пути. За эти два дня у нас сложились дружеские отношения. И поскольку мы учимся в одном классе, давайте продолжим ладить. Кто знает, когда нам может понадобиться помощь друг друга? Суть была в том, чтобы наладить контакт и поддерживать дружеские отношения в будущем. Атила поделилась своей контактной информацией. — Что ж, тогда давайте действительно разойдёмся и расслабимся. Вы все отлично поработали. На этом практическое занятие действительно закончилось. Атила упомянула, что у неё остались остатки усталости, и направилась обратно в спальню, чтобы отдохнуть. Эйдан и Нам Ен Чжон ушли в том же направлении. Они поговорили об аренде тренировочной площадки для боя, что стало продолжением вчерашней дискуссии о противостоянии меча и копья. — У тебя есть какие-то другие планы, Ли Ха? Элия, которая проверяла свои умные часы, посмотрела на меня и спросила. Я кивнул, проверяя, нет ли пропущенных сообщений за последние дни. [Я планирую посетить библиотеку. Мне всё ещё многое интересно, и у меня остались проблемы с магией.] — Ах... конечно, — ответила Элия. Это был не просто сильный магический удар. Я протестировал другие заклинания в подземелье, и, по большей части, их эффективность возросла. Это было загадкой. Уже одно это послужило поводом для посещения библиотеки, чтобы ознакомиться с материалами. Даже если я ничего не найду, это не имеет значения. Любое исследование полезно, и если я не смогу разобраться в этом самостоятельно, я пойду к Профессору Атре. — Я тоже пойду. Когда вернёшься в общежитие, обязательно прими добавки и хорошенько отдохни! Увидимся завтра на занятиях! [Да, спасибо.] Я расстался с Элией, которая снова проявила заботу обо мне, как о ребёнке, отчего я почувствовал себя немного неловко. Когда Элия наконец помахала мне рукой и исчезла из поля моего пространственного восприятия... Я убедился в её отсутствии и двинулся дальше. Моим предполагаемым пунктом назначения была библиотека. Хотя мой разум был уставшим, я не был настолько измотан, чтобы упасть в обморок. Более того, беспокойство не покидало меня, и если я найду ключ к повышению силы своей магии, то смогу спать спокойнее. Ох. Когда я сделал шаг вперёд, моё пространственное восприятие уловило знакомую фигуру. Золотистые волосы до плеч, длинные ноги, которые сокращали расстояние с каждым шагом. Это была Атра, Профессор. Её хмурый взгляд свидетельствовал о том, что она чем-то недовольна. Моё обострённое пространственное восприятие теперь позволяло мне острее, чем раньше, ощущать магию Профессора Атры. Смертельно яростная, сияющая магическая сила, казалось, была готова разорвать на части всё, что её окружало, но при этом оставалась скрытой, как хищник, затаившийся в засаде, и временами заставляла меня покрываться холодным потом. Взгляд Профессора Атры тоже был прикован ко мне. Даже с расстояния в сотни метров она пронзила меня пристальным взглядом. Я повернулся и направился к Профессору Атре. В конце концов, зрительный контакт был... Кхм... установлен, так что я должен был хотя бы поприветствовать её. Хотя различные факторы облегчали составление расписания, в основе его во многом лежали знания и оборудование, которыми меня снабдила Профессор Атра. Я намеревался поблагодарить её, выразив свою признательность за то, что операция прошла гладко благодаря ее помощи. — Всё ли в порядке с твоим расписанием? Когда расстояние между нами сократилось, Профессор Атра спросила. В её тоне не было гнева, скорее облегчение. Я справился со своими умными часами, как и думал. Недоволен. — ?.. Внезапно это слово пришло мне в голову — неожиданная мысль, возникшая из ниоткуда. Недоволен? Почему? Профессором Атрой? Какие странные мысли. Я неосознанно наклонил голову. Мои руки не двигались, как и ноги. Казалось, моё тело застыло. В чём дело? Что-то было не так с моим телом. В ушах у меня стоял звон — тревожное ощущение. Грязная? Я не мог понять, почему у меня возникли такие мысли. Я не думал об Атре, Профессоре, в таком ключе. Тренировка была суровой, но плодотворной. Я не воспринимал её жесткий подход как преднамеренное преследование и верил в неё. В подземелье методы выживания Атры временами казались несколько неуклюжими, но показывали, что, по крайней мере, она не хотела, чтобы я умирал. В любом случае, Профессор Атра серьёзно занималась моим образованием. Нюх нюх. Внезапно мой нос дёрнулся. Из-за проклятия я был органом, неспособным обонять. Благоухание утреннего воздуха, уютный солнечный свет, чистый аромат травы, сладкий аромат цветов, которые время от времени появляются в воздухе. Я не чувствовал их запаха. Проклятие отняло это у меня. Отвратительная. Мерзкая. Мерзкая и нечистая. Я не чувствовал этого запаха. Нет, дело было не в этом. Я понял это инстинктивно. Тот самый непритязательный запах, который я всегда ощущал в детстве, то, что я не осмеливался прямо назвать запахом. Отвратительная вонь, смешанная с магией, которую мои развратные родители, несмотря на то, что у них ничего не было, купили на деньги и украсили собой. Отвратительный запах, лишивший их последних остатков здравомыслия и интеллекта. Отвратительное присутствие моих родителей. — Кха!.. Я споткнулся. Придя в себя, я обнаружил, что отступаю назад. Мои трясущиеся ноги отчаянно увеличивали расстояние. — Что... с тобой всё в порядке? Моё пространственное восприятие пошатнулось. Профессор Атра, выглядевшая озадаченной, сказала: — Тебе вообще не следовало появляться на свет. Почему такое существо, как ты, должно было существовать? Чёрт возьми... Профессор Атра... подошла... — Как крыса, ты можешь только есть и гадить. Ради чего ты живёшь, а? Профессор Атра была... — Ты в детстве ничего не делаешь для своих родителей. Это потому, что ты болезненный и иссохший человек и не можешь даже стать донором органов? Или тебя следует просто выбросить? Мои родители... нож, он приблизился... — Кха!!! В этот момент мне показалось, что мои внутренности разрываются на части, а талия подогнулась. Бурлящее жжение внутри стало невыносимым. Не в силах сдерживаться, отвратительное содержимое вырвалось наружу. В панике я зажал рот руками. Мои плечи вздрагивали. Казалось, что содержимое в любую секунду может вырваться из неплотно закрытого рта. — Гах!.. Пространственное восприятие усилилось благодаря тактильным ощущениям. Магическое сродство с неприятием восприняло презрительную и уродливую магию. Но я инстинктивно понял. Прежде чем пространственное восприятие обнаружило это, прежде чем магическое сродство проанализировало магию. Моё тело отреагировало первым. Когда оно приблизилось, моё тело напряглось, и я инстинктивно отшатнулся. Даже если бы я отключил пространственное восприятие, даже если бы отвратительная и грязная магия исчезла... Бессознательно, на уровне моих инстинктов. Я бы продолжал ощущать это присутствие. — Что случилось? Ты в порядке? Отчаявшись, Атра приблизилась. Мерзкое и отталкивающее присутствие стремительно приближалось, усиливая тошноту. — Нет, пожалуйста, не надо... Ах, чёрт возьми... Я невольно открыл рот, и тут же последовало возмездие. Боль, как будто горло разрывалось на части. В сочетании с кипением внутри, я больше не мог этого выносить. — Ого! Гак! Гак!.. Урк!.. Кхахк!!! Рвота хлынула мне в горло. Рвотные массы вырвались из незапечатанного отверстия. Шри-и-и-и!.. Звон в ушах внезапно усилился. Мир поглотил один звук. Казалось, моя голова вот-вот лопнет от боли. — Успокойся! Здесь нет ничего, что могло бы представлять угрозу. Внезапно Атра, стоявшая прямо рядом со мной, протянула руку. Когда я увидел медленно приближающуюся руку, я действовал рефлекторно. Бах! Широким взмахом я отразил приближающуюся угрозу. Это было важное действие, совершённое жизненным инстинктом, без участия разума. — ... Выражение лица Атры изменилось. ---------- Профессор, я не хочу (2) Восприятие Ен Хва Ли Ха основывалось на том, что он был хрупким ребёнком, которого нужно защищать, настолько, что если отвести от него взгляд хотя бы на мгновение, может произойти катастрофа. Свою роль в этом сыграла его хрупкая внешность. Честно говоря, те, у кого с первого взгляда на Ли Ха сложилось впечатление о его стойкости, были, скорее всего, немногочисленны. Более того, образ Ли Ха, который он демонстрировал во время повседневной жизни, помог сформировать такое восприятие. Хотя это была её собственная вина, с самой первой встречи, когда они столкнулись, Ли Ха представлял собой беспомощно извивающуюся фигуру. И затем... Он вцепился в её рукав, низко опустил голову и внимательно следил за ней, забившись в угол на протяжении всей вечеринки по случаю встречи первокурсников. И ещё, ещё! Сцена, в которой он потерял сознание, случайно столкнувшись с японской студенткой из-за её ошибки. Находясь без сознания, он пережил кошмар, стонал от боли до такой степени, что, казалось, едва мог дышать... ...и когда она взяла его на руки, он постепенно успокоился, в ужасе прижался к ней и зарылся в её объятия... После начала лекций... Всегда оглядывался по сторонам, задыхался на середине рассказа о себе и не знал, как реагировать, когда ему давали конфету, выражая благодарность. И если оставить его одного в обеденный перерыв, его можно было найти в каком-нибудь углу, где он жевал что-то похожее на шоколадный батончик. И вот однажды он вернулся после того, как его ударил некий Профессор... когда она мысленно подумала о мести, он неожиданно понял это и прижался к ней, умоляя не делать этого... И то, как мило он протягивал ей смятую конфету, как будто это была расплата, переживая, понравится ей это или нет, и внимательно наблюдая за её реакцией. В любом случае, из-за его поведения в прошлом Ен Хва не могла думать о Ли Ха иначе, как о чрезвычайно хрупком существе. Он нуждается в защите. Чувство вины, смешанное с его обычным поведением, создало такое впечатление. Ли Ха казался ей произведением искусства, хрупким и способным разбиться в любой момент. В какой-то момент Ен Хва пришла к выводу, что она просто обязана защитить его. — Хм-м-м... Действительно, ты верно подметила. Однако после последней дуэли это представление несколько пошатнулось. В тихом кафе во вторник утром... Рядом с окном, в которое струился солнечный свет, за довольно большим столом, за которым могли удобно расположиться несколько человек, — особенно удачное место. Ен Хва, вместе с Бэк Арин и её друзьями, которые также закончили исследование подземелий раньше, собрались, чтобы поболтать. Не считая невероятных обстоятельств, Бэк Арин серьёзно выслушала историю Ен Хва и тяжело кивнула. Она сделала маленький глоток шоколадного напитка «Deluxe Edition» (15.900 йен), стоявшего на столе, облизала губы и приготовилась к тому, что скажет дальше. Все взгляды, включая Ен Хва, были прикованы к губам Бэк Арин, с нетерпением ожидая её ответа. После недолгой паузы, чтобы собраться с мыслями, Бэк Арин заговорила: — Итак, ты хочешь сказать, что фея, о которой, как ты думала, ты должна была заботиться, проявила сильную сторону, и это заставило твоё сердце биться чаще? — Засранка. — Аха-ха-ха! Реакция была самая разная. Друзья, прислушивавшиеся к разговору, разразились смехом, достаточно громким, чтобы сотрясать кафе. Если бы не магия шумоподавления, они бы сильно помешали. Ен Хва выругалась и сжала кулаки. Уткнувшись лицом в стол, она хотела вырвать волосы у смеющихся подруг. — Да, разве не так? Тогда не обращай внимания. Беспечные слова Бэк Арин последовали за её широко раскрытыми глазами, когда она увидела реакцию Ен Хва. Её вздёрнутые губы явно выдавали её эмоции. — Почему ты ругаешься? Люди могут совершать ошибки... — Прекрати нести чушь и послушай. Я... — Аха-ха! Фея, фея!.. Мои бока... Речь Ен Хва внезапно оборвалась, а её кулак зловеще сжался. Вокруг неё воцарилась холодная тишина. — ...Ен Хва? Шин Со Юль, которая чуть не давилась от смеха, серьёзно подняла взгляд. Она увидела тяжёлое и обеспокоенное лицо Ен Хва. Она не скрежетала зубами, не сжимала кулаки и не кривила лицо. — Ах... Вместо этого вспыхнуло пламя. ... — Ой, да ладно тебе! Но вывод практически тот же, верно? — Хочешь, чтобы тебя ударили ещё раз? Покажи мне своё чёртово лицо, сучка. — Нет, нет! Это не шутка, слушай серьёзно! Шин Со Юль отчаянно замотала головой, на которой, казалось, набухла шишка, её физические возможности резко возросли из-за жизненного кризиса, так что остались лишь остаточные изображения. Ен Хва скрестила руки на груди и наклонила голову, жестом показывая, что, возможно, она готова выслушать. Шин Со Юль с облегчением выдохнула. — Давайте подведем итоги. Ен Хва, ты совершила несколько — огромных! — ошибок в свой первый день с Ли Ха, верно? — Гах... Жестокая правда ударила её под рёбра. Глубоко уязвлённая, Ен Хва схватилась за грудь и склонила голову. — Давай не будем упоминать о невыразимых злодеяниях, которые ты совершила по отношению к нему, но в этих случаях Ли Ха показал тебе свою беспомощную хрупкую сторону, и ты позволила этому восприятию укорениться глубоко внутри — вот что ты имела в виду. Шин Со Юль сделала паузу, чтобы пригубить свой напиток, наслаждаясь сладким фруктовым вкусом, наполнившим её рот, а затем продолжила. — Люди говорят, что первое впечатление имеет решающее значение. Для тебя, Ен Хва, первое впечатление Ли Ха было «Прости, я хрупкий, меня нужно защищать», и ты была сражена с первого взгляда. — Что за чушь ты несёшь? — Но с таким мышлением, когда ты жила и посещала занятия вместе, это впечатление ещё больше укрепилось. А потом!.. Бум! Когда она продолжила, Шин Со Юль внезапно выпучила глаза и хлопнула по столу так, что даже Ен Хва вздрогнула. — Недавняя дуэль, вызвавшая большой интерес, поколебала это мнение. Ли Ха, которого, как ты думала, ты должна была защищать, на самом деле обладал невероятной скрытой силой... И! Она не закончила свою мысль. Охваченная собственным волнением, Шин Со Юль пылала от восторга, отчего выражение лица Ен Хва стало слегка кислым. — Это значит, что молодой человек, который казался хрупким и милым, на самом деле обладал такими способностями, которые потрясли твоё сердце! Что ты думаешь? Как тебе такое умозаключение великой Шин Со Юль? — Ого-го. Бэк Арин, которая слушала с интересом, восторженно зааплодировала. Остальные друзья присоединились к ней, хлопая ластами в знак одобрения. — Хмпф! Вот оно! Довольная собственной похвалой, Шин Со Юль расправила плечи, её самооценка взлетела до небес. И, наоборот, она на всякий случай украдкой взглянула на Ен Хва. Хотя это заявление было сделано с долей серьёзности, оно было сделано в шутку. Естественно, она ожидала, что Ен Хва ответит призывом прекратить нести чушь. — ?.. Однако, вопреки ожиданиям, Ен Хва подпёрла подбородок костяшками пальцев и погрузилась в размышления. ...Первое впечатление. Несмотря на озадаченные взгляды, которые на неё бросали, Ен Хва была погружена в свои мысли. Она намеревалась стереть в порошок ублюдка, который осмелился вызвать Ли Ха на дуэль. Когда Ли Ха вмешался, она сдержалась, но её кипящая ярость не утихла. Во время дуэли неожиданно сильное выступление Ли Ха застало её врасплох. Хрупкая фигурка, кувыркающаяся на полу, исчезла; вместо неё появился фехтовальщик, обладающий огромным потенциалом, который точно предсказывал атаки, уклонялся и парировал их, даже прибегая к контратакам. После этого... Он продемонстрировал своё закалённое телосложение, а затем и свою ци, даже разбив меч сокурсника, который неуклюже попытался вступить с ним в рукопашный бой. Она потеряла дар речи при виде того, как он держал меч, окутанный чистой ци, а осколки сломанных лезвий отражали и рассеивали свет. Особый допуск. Ученика выбрал сам директор, что стало беспрецедентным шагом. В какой-то момент Ен Хва совершенно забыла, что это значит. И затем... Пот выступил у него на лице от напряжённого поединка, дыхание было прерывистым, щёки красиво раскраснелись от перегрева... И эта лёгкая улыбка, приподнимающая уголки его рта, в отличие от его обычного угрюмого выражения, когда он посмотрел в её сторону и поднёс руку к лицу. — М-м-м. Её лицо внезапно вспыхнуло. Ен Хва, как правило, была теплохладной, но необъяснимо, даже не проявляя своих уникальных способностей, она внезапно почувствовала жар. Она кашлянула, чтобы прервать ход своих мыслей, и взяла со стола напиток. Холодный и сладкий напиток немного охладил её горло, немного утолив жар. — Кха!.. Действительно насыщенный. Игнорируя раздражённые голоса вокруг, она вспомнила о беспокойстве, которое не давало ей покоя. Ли Ха... обладал низкой магической силой. И телосложение, и ци были закалены. Умение свободно использовать их во время дуэли было удивительным, но это означало, что на эту деталь не обращали внимания. Она вспомнила, как ци беспорядочно мерцала, готовая рассеяться, сразу после того, как она сломала меч противника. Это не просто недостаток навыка манипулирования, а феномен нехватки магического топлива... магической силы. Ли Ха не так давно познакомился с магией. Если считать с момента его пробуждения, прошёл всего месяц. Его магическая сила, должно быть, была на исходе. Компенсация. Ошибки, допущенные со дня приветственной вечеринки до сегодняшнего дня. Она разглагольствовала о том, чтобы как-то загладить свою вину, но ей ещё предстояло должным образом компенсировать ущерб. В лучшем случае, она угощала его конфетами или иногда платила за еду. Теперь до неё дошло. То, чего в данный момент не хватало Ли Ха, было идеальной вещью для него, которую он, несомненно, оценил бы. Глаза Ен Хва заблестели от предвкушения, она подумала, что наконец-то сможет предложить ему небольшую компенсацию. И, возможно, она надеялась снова увидеть его прежнюю улыбку. ... Мгновение спустя. — Что за хрень? Новость о том, что Ли Ха вырвало, и он упал в обморок прямо на улице, была как удар кувалды. Фантазии о радостной Ен Хва рассыпались в прах. * * * Лиана моргнула. Только вчера рассвело. После того, как она отвезла пьяную глупую Атру обратно в её покои, она вернулась домой. Размышляя над тем, как уговорить упрямую Атру, она легла спать немного позже обычного и проснулась поздно. Она позавтракала, а затем чинно уселась во дворе, занимаясь неторопливыми магическими упражнениями. В последнее время для неё это были обычные мирные и обыденные дни. Она, вероятно, пропустила бы обед или перекусила бы наобум, подготовилась к завтрашней лекции и занялась бы каким-нибудь личным исследованием, прежде чем заснуть. Так бы оно и было, если бы не звонок о том, что Ли Ха разбрызгивает рвотные массы и падает в обморок посреди улицы. Стряхнув с себя оцепенение, она опрометью бросилась в лазарет. Пригладив растрепанные волосы, она оглядела медпункт. На кровати лежало нечто, похожее на белую гусеницу. Точнее, это было белое одеяло, туго свёрнутое... судя по ощущениям, это был Ли Ха, завёрнутый в одеяло. В спешке она не расслышала, что именно произошло. ...Физически с ним всё в порядке? Она осмотрела его с помощью магии, но, похоже, всё было в порядке. Лиана на мгновение растерялась, затем посмотрела в угол лазарета. Там стояла Атра, прислонившись к стене. Хотя её поведение было похоже на обычное, выражение лица было отсутствующим. Это был человек, потерявший целую страну. — Что случилось? — ...Ничего. — Что значит «ничего»? Его вырвало, и он просто потерял сознание? Лиана озадаченно задала вопрос. — Ну же, скажи мне честно. Ты сделала что-то странное? — Я не знаю. Просто, внезапно у него... началась рвота, а потом... — Атра, это случилось сразу после того, как ты встретилась с ним? Атра, запинаясь, ответила. По её сбивчивым словам было ясно, что она тоже в замешательстве. Что? Вопрос стал ещё более острым. Итак, Ли Ха вырвало и он упал в обморок при встрече с Атрой? Просто так? Есть какие-то причины? — Понятия не имею... Это было неожиданно. Лиана тяжело вздохнула и подошла к кровати. Он должен был быть в сознании, он должен был слышать недавний разговор. Она намеревалась спросить его напрямую. По словам местного целителя, в организме не было никаких отклонений. Но, возможно, была эмоциональная нестабильность. В таких случаях не следует провоцировать Ли Ха, вместо этого следует начать спокойный и вежливый разговор. Лиана была уверена в себе. Она всегда относилась к Ли Ха по-доброму и нежно, в отличие от Атры. И Ли Ха, чувствуя эту доброту, охотно принимал её прикосновения, не сопротивляясь. Более нежная, чем обычно, Лиана настроила свой голос и заговорила. — Студент Ли Ха? Могу я поговорить с вами минутку... Шорх. Одеяло скручивалось всё сильнее. После недолгих колебаний между Ли Ха и Лианой образовалось небольшое расстояние. — ...Ах? Это был явный признак неприятия. Неожиданный ход. У Лианы невольно приоткрылся рот. — Я тебе... тоже не нравлюсь? Бах. Словно в знак согласия, одеяло дёрнулось. Второй подтверждающий признак неприятия, доказывающий, что это не было совпадением. Тело Лианы напряглось. ---------- Профессор, я не хочу (3) Я не люблю алкоголь и сигареты. Алкоголь обладает способностью превращать человека, за вычетом его интеллекта, в животное. Это — ядовитый наркотик, который легко преодолевает даже минимальные рамки приличия. Сигареты делают людей бесполезными. Они уже повредили мой чувствительный нос и горло. Я никогда не понимал, зачем кому-то покупать и курить такую дрянь. После того, как прошло моё детство, мне пришлось работать, чтобы выжить. Это были тяжёлые времена, но не невыносимые. Для меня, без особого образования, единственной доступной работой был либо физический труд, либо подработка на неполный рабочий день. Но из-за моего хрупкого телосложения мне отказывали во всех работах, но удалось устроиться только в магазин товаров повседневного спроса. Самыми популярными товарами в круглосуточном магазине всегда были алкоголь и сигареты. Я не люблю алкоголь и сигареты — их вид, их запах, их вкус. Я просто ненавижу их существование. Но это всего лишь моё мнение, основанное на моём собственном опыте. Другие могут думать иначе. Всегда было много тех, кто злоупотреблял алкоголем и в конечном итоге доставлял неприятности. И тех, кто курил до самой смерти. И, кроме того, были люди, которые пили, но оставались здоровыми, и те, кто курил, но жил хорошо. Мне же не нравилось пить и даже нюхать эти продукты, и я не хотел их видеть. Тем не менее, я не навязывал свои мысли другим. Честно говоря, если только они не навязывали мне свои привычки, меня это не касалось. Даже если Профессор Атра пила и курила сколько душе угодно, это было не моё дело — судить. Конечно, я мог бы дистанцироваться от неё, если бы запах раздражал меня, но я бы не стал советовать ей отказаться от своих привычек. Даже от одного запаха я бы не упал в обморок. Хотя в прошлом у меня уже случались приступы, к настоящему времени они беспокоят меня только до такой степени, что я чувствую дискомфорт. Итак, что это было сейчас? Завернувшись в одеяло, я восстановил своё пространственное восприятие и всё обдумал. Как только я очнулся, я чуть не запаниковал, но как только отключил пространственное восприятие и мир потемнел, завернувшись в тёплое, мягкое одеяло, я медленно успокоился. Воспоминания перед обмороком нахлынули на моё сознание. После того, как я расстался со своей группой в подземелье, по дороге в библиотеку я встретил Профессора Атру. И... это совершенно отвратительное воспоминание. Уф-ф... Мой желудок скрутило, и знакомая боль пронзила внутренности, что стало дополнительным неприятным ощущением. К счастью, у меня не осталось ничего, что могло бы вызвать рвоту; всё это было выплеснуто прямо посреди улицы раньше. Моё дыхание участилось. Моё тело, потеряв контроль, задрожало само по себе. Я свернулся калачиком, съёжился, насколько это было возможно, и туго натянул одеяло, чтобы создать комфортное пространство без зазоров. Адаптация. Удары причиняли боль. Итак, я приспособился. В следующий раз было не так больно. Оскорбления причиняли боль моему сердцу, но постепенно я приспособился, и это стало терпимым. Я смог приспособиться к нечёткому зрению, к ноющей руке, к боли в горле, из-за которой было трудно говорить. Даже когда меня временно покалечил пьяный водитель, сбивший меня с места происшествия, со временем я постепенно привык к этому. Адаптация. Жизнь всегда приспосабливается к окружающей среде. Окружающая среда меняется каждое мгновение, и жизнь тоже. Я не исключение. Жалобы на мою ситуацию ничего не изменят. Мне нужно принять и приспособиться. И я должен продолжать это делать. — Ху, ху... Я вдохнул. Сознательно наполнил лёгкие воздухом, затем медленно выдохнул. Я повторил этот процесс. Всё в порядке. Боль, пронзительная головная боль, тошнота, чувство отвращения... Я могу приспособиться ко всем из них. Это лишь часть бесчисленных адаптаций, которые я уже проделал. Неспособность адаптироваться означает просто отставание. Чтобы выжить, я должен преодолеть это. По мере того, как я продолжал глубоко дышать, тошнота отступала. Собравшись с духом, я развернул одеяло. — Студент Ли Ха?.. — Кха... Сквозь теперь уже распущенный кокон одеял до меня донёсся голос Профессора Лианы. Несмотря на то, что я восстановил пространственное восприятие, моё тело инстинктивно отшатнулось от оставшихся в прошлом ощущений. Всё в порядке... Всё это я уже преодолевал в прошлом, и хотя они необъяснимым образом повторялись, не мог ли я преодолеть их снова? Я осторожно расширил своё пространственное восприятие, стараясь не выходить за пределы лазарета. Сначала я увидел Профессора Лиану, которая стояла немного в стороне от кровати и смотрела на меня с несколько загадочным выражением лица. — С тобой всё в порядке? Только что тебе, кажется, нездоровилось. В её голосе слышалось беспокойство. Внутренне вздохнув с облегчением, я медленно высунул голову из-под одеяла. Ранее я инстинктивно отшатнулся, но потом пожалел об этом. Было невежливо вести себя так по отношению к тому, кто выражает беспокойство. [Сейчас я в порядке. Я сожалею о случившемся ранее.] — Не нужно извиняться. Если ты сейчас в порядке, это самое главное. Профессор Лиана внимательно посмотрела на меня, затем деликатным тоном спросила. — Могу я спросить, что только что произошло? Этот вопрос был ожидаемым. Я задумчиво постучал по своим умным часам, прежде чем ответить. [Перед этим, могу я задать вам один вопрос?] — Конечно, всё, что угодно. — Вы употребляли вчера алкоголь? Лиана резко остановилась. Она удивлённо моргнула и склонила голову набок с озадаченным видом. — ...Алкоголь? Да, я действительно выпила вчера... Как ты узнал? Я приостановил печатание. В самом деле, откуда я мог знать... Что я должен ответить? Мог ли я это почувствовать? Нет, проклятие заблокировало моё обоняние. [Просто узнал.] — Хм-м?.. Вот так просто? Но я знал. Моё тело отреагировало быстрее, чем моё пространственное восприятие и магическая восприимчивость. Услышав мой ответ, лицо Лианы окаменело. Затем она незаметно поднесла запястье к носу. — ...Ты почувствовал запах алкоголя? [Я ничего не почувствовал.] Поскольку мой нос не мог выполнять свою функцию, я не солгал. Лиана, всё ещё выглядевшая неубеждённой, с напряжённым выражением лица осматривала окрестности. — Я приняла душ сразу после того, как приехала сюда?.. Я-я использовала огромное количество очищающей магии... [Я ничего не почувствовал.] Волна магии окутала Лиану, когда было активировано очищающее заклинание. Это было заклинание очищения, произнесённое десятки раз, которое окутало её. Я безучастно ощутил это своим пространственным восприятием, затем отвернулся. Я намеренно избегал направления, которое пытался не замечать. Прямо перед кроватью. Там стояла Профессор Атра, прислонившись к стене. Безразличное выражение лица, неуловимо отличающееся от обычного. Благодаря своему пространственному восприятию я мог заметить даже незначительные изменения. — ... По её лицу потекли струйки холодного пота. Воспоминания о моментах, предшествовавших обмороку, нахлынули на меня. Я встретил Профессора Атру... и меня вырвало прямо ей в лицо. Невольно выказав отвращение, я попятился и потерял сознание на глазах у обеспокоенного прохожего. Насколько отвратительно, должно быть, чувствовала себя Профессор? От одной только мысли об этом кружилась голова. Какая крайняя невежливость. Такое поведение, несомненно, может подорвать чью-либо привязанность… [Мне искренне жаль.] Я перестал печатать. Что ещё я мог сказать, чтобы извиниться? За то, что меня вырвало прямо у кого-то на глазах? — В этих извинениях нет необходимости. Пока я обдумывал свои мысли, до меня донёсся её голос. Я невольно вздрогнул. Она что, сказала, что в извинениях даже не было необходимости? Честно говоря, это был справедливый ответ. Когда я выглянул, чтобы оценить ситуацию, Профессор Атра, которая внимательно изучала моё лицо, отвернулась и спросила: — ...Ты хорошо себя чувствуешь? [Да, я в порядке.] — Тогда это всё, что имеет значение. Немедленно дай мне знать, если что-то не так. [Да.] Последовал неожиданный обмен репликами. Озадаченный, я пригляделся к Профессору Атре повнимательнее. Выражение её лица было необычным, но не было никаких признаков недовольства. Что происходит? — Хорошо, что ты проснулся. Сейчас я ухожу, но если тебе нужно будет поговорить, просто свяжись со мной. Профессор Атра повернулась, чтобы уйти. Она спросила несколько вещей о моём состоянии, а затем спокойно покинула медицинский кабинет, даже не спросив о причине моего предыдущего поведения. ...Что теперь? ... ... Применив очищающую магию более сотни раз, Лиана, немного придя в себя, объяснила мне ситуацию, хотя и немного упрощённо. Были неприятные воспоминания, связанные с алкоголем и сигаретами, и по какой-то причине на этот раз реакция была более острой, хотя точная причина была неясна. — Хм-м-м... Тогда, может быть, это психические проблемы? У тебя есть результаты психологического обследования? Многое бы подтвердилось. [Что это?] — Что? [Что?] В ходе нашего разговора я узнал несколько фактов. Обычно во время вступительных экзаменов кандидаты также проходят психологическую экспертизу, которую я, по-видимому, не проводил. Это процесс, направленный на выявление потенциальных психических проблем, но я каким-то образом пропустил его и был принят. — ...Хм-м?.. Лиана в замешательстве склонила голову набок. — Разве я не говорила, что у тебя особый допуск? Но даже так... пропустить такую элементарную процедуру?.. Я уже не знаю. Выглядя необычно взволнованной, Лиана взъерошила волосы и глубоко вздохнула. Это был сложный вздох. — Давай как-нибудь вместе проведём обследование. Проверить не помешает. С этими словами Лиана вдруг посмотрела на свои умные часы, которые показывали время. Время обеда уже подходило к концу. — Что ты теперь будешь делать? Ты можешь уйти, если хочешь, но не хотел бы ты немного отдохнуть? [Я немного отдохну, прежде чем отправиться обратно.] — Ладно. Тогда я пойду. Если что-нибудь выяснится, ты должен немедленно связаться со мной, хорошо? Повторив несколько раз свои пожелания, чтобы я связался с ней, если что-нибудь случится, Лиана тоже покинула медицинский кабинет. — ... Наконец, оставшись один, я ослабил сковывавшее меня напряжение. Моё тело откинулось назад, и мягкость охватила меня со всех сторон. — Ах... Я едва сдержался. Хотя я старался не показывать этого внешне, внутри я испытывал эмоции, достаточно сильные, чтобы захотеть сбежать прямо сейчас. Присутствие Атры. Это всё ещё казалось мне особенно пугающим и отвратительным. Лиана... хотя и не так сильно, как Атра, я всё равно испытывал отвращение. Я устал... Не прошло и нескольких часов с тех пор, как я выбрался из подземелья, а я уже был в таком состоянии. Вздохи давались мне легко. Свернувшись калачиком, я подтянул к себе подушку и крепко сжал её. Дополнительным бонусом было укрытие одеялом. Таким образом, мне удалось на некоторое время успокоиться. Возможно, из-за того, что Атры и Лианы не было поблизости, я постепенно начал чувствовать себя лучше. ...Что делать? Моим первоначальным планом было направиться прямиком в библиотеку, но сейчас я была в таком состоянии. Я был морально истощён. Идти пешком до библиотеки было слишком тяжело; я чувствовал, что могу упасть в обморок по дороге. Но я не мог позволить себе просто терять время. Тренировка в подземелье только что закончилась, но на следующей неделе было запланировано ещё более важное событие. Вход в Башню Роста. В оригинальной работе именно тогда по-настоящему развернулось одно событие. От того, насколько эффективно я воспользуюсь этим событием, будет зависеть траектория моего роста. Я планировал проверить магическую аномалию и сразу приступить к приготовлениям... но теперь мой график сбился. Сегодня был вторник, а вход в Башню Роста был назначен на следующий понедельник. Оставалось самое большее шесть дней. Времени оставалось в обрез. Вероятно, другие студенты чувствовали то же самое, готовясь к следующей неделе со смесью беспокойства и предвкушения. Но мне нужно было подготовиться ещё лучше, чем им, из-за ярлыка студента с особым допуском. На этот раз в башню должен был поступить каждый первокурсник. Проблема заключалась не в участии каждого. Соревнования среди студентов внутри башни были разрешены. Поскольку башня, по сути, сводила боль к минимуму, а травмы казались иллюзорными, их поощряли к серьезным соревнованиям. В этом случае с пометкой особый допуск возникли проблемы. По сути, это было продолжением прежнего поведения Эйдана. Когда он извинялся, он объяснил это тем, что ему было любопытно. Студент с особым допуском? Что в тебе такого замечательного? Кто ты такой, чтобы поступать на особых условиях? Я действительно не знаю... Давай проверим это сейчас. На меня обрушился бы рой студентов с такими мыслями. Именно так всё и было в оригинале. В первой части основной истории события ранней игры происходили с участием персонажей, которые не очень-то жаловали игрока и провоцировали саботаж... Если я выйду на первое место, график роста пойдёт вверх. А если я потерплю неудачу... это приведёт к задержке. А до этого важного события осталось меньше недели. Я тяжело вздыхал. Я ничего не мог поделать, поэтому открыл книги по магии, которые ранее загрузил на свои умные часы, в виде голограмм. ... Тук-тук... Щёлк. — Ли Ха, ты в порядке?.. Ах. Вскоре после ухода Лианы ко мне пришла Ен Хва. После осторожного стука в приоткрытую дверь показалась верхняя часть её тела. В руке она несла пакетик с питательными добавками, наполненными магией. При виде неё не возникло никакого чувства дискомфорта или отвращения. В её мерцающих красных глазах читалась забота и тёплая, уютная аура. Это было неописуемое, приятное чувство. ---------- Опора дома(1) Верхняя часть тела Ен Хва показалась в дверном проёме, на её лице появилась неловкая улыбка, когда она помахивала сумкой в руке. Её взгляд, когда она делала это, остановился на моём лице. Выражение её лица стало серьёзным, а зрачки задрожали, внимательно изучая моё лицо. Затем уголки её рта задрожали. Что происходит?.. Почему у тебя такое выражение лица? ?.. Сумка с глухим стуком упала на пол. Ен Хва быстро подошла и прижала ладони к моим щекам. Мои губы надулись, придавая лицу глупое выражение. На лице Ен Хва отразился неподдельный ужас. За выражением её лица последовал дрожащий голос. — Ни за что... Что случилось с твоим лицом? Оно сморщилось... Жмяк, жмяк... С печальным выражением лица, как будто она о чём-то глубоко скорбела, Ен Хва продолжала гладить меня по щекам. Тепло её ладоней передавалось моему лицу. Прежде чем я успел ответить, у Ен Хва вырвалось восклицание, и она быстро встала. Она быстро подняла сумку, которую уронила, и, порывшись в ней, достала что-то для меня. — Вот, возьми эти тонизирующие средства для снятия усталости и питания... Их легко употреблять без особых хлопот. Я принесла их в качестве подарка на выздоровление, так что обязательно возьми. В этом мире, где существуют магия и алхимия, пищевые добавки, часто рекламируемые в оригинальном мире, действительно существуют. Их употребление повышает концентрацию внимания, снимает усталость и восстанавливает жизненные силы... Такие лекарства на самом деле производятся с помощью алхимии. Хотя это и не совсем эликсиры, существует множество отваров, приготовленных из различных ингредиентов, которые весьма полезны. Вполне вероятно, что несколько часов бесплатного семестра были посвящены основам алхимии. Ен Хва предложила мне что-то вроде лекарств. Я рассеянно выслушал её объяснения и взял один из предложенных флаконов. Изучая бренд с помощью пространственного восприятия, я узнал знакомую этикетку и вздрогнул. Anímomovígor. Это продукт, запасы которого ограничены из-за самоотверженной работы лучших алхимиков. Одно можно сказать наверняка: он был невероятно дорогим. На данном этапе игры ожидалось, что игроки не смогут позволить себе такие предметы. У меня дрожала рука, когда я печатал на своих смарт-часах. [Разве все это не довольно дорого?] — Хм-м? Нет, нет. Я взяла только те, что по разумной цене, чтобы тебе не было в тягость. Ничего страшного, пользуйся ими всеми. ...Правда? Но, похоже, это тот же самый элитный бренд. Отличается ли он от оригинала? Я в замешательстве наклонил голову. Ен Хва, которая положила питательные вещества обратно в пакет и поставила его на столик у кровати, оглянулась на меня. — Боже мой... Она ещё раз бросила быстрый взгляд на моё лицо, глубоко вздохнула и снова протянула руку, чтобы погладить меня по щеке. — Что случилось, что твоё лицо стало таким... Ах? Интересно, что она нашла в моём цвете лица, что её так сильно обеспокоило? Благодаря пространственному восприятию я не заметил ничего, что могло бы вызвать проблемы. Хотя в последнее время моё состояние было не лучшим и я выглядел немного бледным, беспокоиться было не о чем. После того, как Ен Хва немного разобралась в моей ситуации, выражение её лица стало еще более серьёзным, когда она погладила меня по щеке. Хм-м... Какое-то время она продолжала нежно поглаживать мою щёку. Это было труднообъяснимое ощущение. Всё, что я знал наверняка, это то, что это не было неприятным ощущением. У Ен Хва, согласно сюжету, высокая температура тела из-за её способности Гоп Хва. Её тело было приспособлено к её магической энергии, подобной огню. Благодаря этому тепло, исходящее от её ладони, было чрезвычайно приятным. Мягкое прикосновение её рук, которые продолжали мять и поглаживать мои щёки, было приятным. Плавая в нежных движениях, я почти чувствовал, что парю. Если бы только я мог продолжать получать такую заботу. — ...Ах! Но контакт исчез. С несколько растерянным видом Ен Хва, которая до этого играла с моими щеками, воскликнула и быстро убрала руки. Тепло и тактильные ощущения исчезли. Руки, которые я держал, были убраны, и вместо них в помещение проник относительно прохладный воздух. У меня от разочарования отвисла челюсть. Я наслаждался этим, так зачем убирать руки? Было такое чувство, что у меня отняли что-то, что я отдал. Однако у меня не хватило смелости попросить ещё об этом, и поэтому я снова закрыл рот. — Кхе-кхе, кхе-кхе. Чувствуя себя неловко, Ен Хва несколько раз прочистила горло и взглянула на часы. Обеденное время уже давно прошло. Она немного поколебалась, прежде чем заговорить. — ...Ты бы хотел, чтобы я осталась с тобой ненадолго? [Я в порядке, правда. Я уже собирался уходить, так как мне стало намного лучше.] Это не было ложью. После того, как меня побаловала Ен Хва, я действительно почувствовал себя намного лучше. Она внимательно посмотрела мне в лицо, словно оценивая мою честность, затем кивнула. ... ... После выписки я пошёл в библиотеку вместе с Ен Хва. [Я прекрасно вижу дорогу. На самом деле мне не нужны наставления.] — Отчасти так и есть, но я всё равно просто хотела прогуляться. Всё в порядке. Сначала я собирался отказаться, полагая, что ей может быть неудобно сопровождать меня, но, если речь шла о простой прогулке, я не нашёл причин отказываться. Было ещё слишком рано для захода солнца, поэтому солнце светило вовсю. Другие команды тоже должны были скоро закончить свои тренировки в подземельях. Благодаря своему пространственному восприятию я почувствовал, как несколько студентов плетутся обратно. — ...Я попробовал, и это было довольно вкусно. Большинство блюд в меню тоже понравились. Давай как-нибудь сходим туда вместе. [Конечно. Буду ждать с нетерпением.] — Арин заказала шоколад люкс или что-то в этом роде, но, на мой вкус, он был слишком сладким. Не понимаю, как она может наслаждаться такими сладкими блюдами. — ... Во время прогулки мы болтали о всяких пустяках. Похоже, Ен Хва провела время в кафе с Бэк Арин и его друзьями. Когда Ен Хва описывала, что, по её мнению, было лучшим десертом в кафе, я поддакнул ей и внутренне содрогнулся, услышав конкретное название. Бэк Арин. Наследница клана и близкий друг Ен Хва. Они познакомились в детстве во время межклановых обменов, и, несмотря на то, что были почти противоположными личностями, каким-то образом их связала глубокая дружба. Также известна как символ знатока литературы и боевых искусств. Лучшая ученица в классе Шио Рама. Отличные оценки по всем теоретическим предметам на экзамене. Второе место в боевом сегменте, сразу после Ен Хва. Бэк Арин, в отличие от Ен Хва, которая была известна как «бешеный пёс», имела хорошую репутацию. Расхаживая с неизменной улыбкой и разговаривая в непринуждённой, мягкой манере, она легко привлекала внимание людей. Используя свое сочувствие и понимание в полной мере, Бэк Арин поддерживала прекрасные отношения, всегда оставаясь чрезвычайно популярной в социальных кругах. Хотя смелая и яркая личность Ен Хва вызывала восхищение, мнения разделились. Напротив, Бэк Арин была из тех, кто нравился почти всем. — ... Так ходили слухи. Мнение окружающих было схожим. То же самое было и во время моего первого прохождения. Во время моего первого запуска я всё ещё вникал в тонкости игры, по сути, не имея никаких ноу-хау, что означало, что я не мог эффективно развивать своего персонажа. Из-за этого я не смог противостоять саботажу в Башне Роста на следующей неделе, что привело к досрочному выходу из игры. Саботаж продолжался до тех пор, пока не стал самым слабым в моей жизни. В первом раунде Бэк Арин была такой, как и предполагали слухи. Несмотря на свои более суровые черты, она, по сути, была персонажем, собирающим хорошую карму в разлагающемся мире. Это восприятие немного изменилось в восьмом эпизоде. — Ах. Ен Хва вздохнула. За нашим разговором время пролетело незаметно, и мы уже пришли в библиотеку. Ранее я сказал ей, что собираюсь изучать магию. [Спасибо, что проводила меня сюда.] — ... Когда я кивнул в знак благодарности, Ен Хва, казалось, погрузилась в свои мысли, как будто хотела что-то сказать. Из любопытства я наклонил голову в её сторону. Поколебавшись мгновение, она, наконец, заговорила. — Кстати... если ты не против, я тоже... Дзинь! Её слова были прерваны явным сигналом тревоги. Источником были умные часы на её запястье. — Чёрт возьми!.. Подожди секунду. Выражение её лица помрачнело, когда она взглянула на меня, а затем быстро отвернулась. ...Как будто это имеет значение, когда я всёвижу. Почему все не понимают, что такое пространственное восприятие? Даже если она отворачивается, я всё равно вижу... Посмотрев на умные часы и отключив будильник, Ен Хва нахмурилась. Из уважения к её личной жизни, я не стал рассматривать детали голограммы. После краткого просмотра голограммы, она повернулась ко мне. За то короткое мгновение, пока она отворачивалась, выражение её лица значительно смягчилось. — ...Ничего страшного. Мне тоже пора идти. Увидимся утром. [Да, я ценю твоё сопровождение.] Решив, что лучше оставить без ответа вопрос о том, была ли она полностью честна. * * * Ен Хва смотрела вслед удаляющемуся Ли Ха глазами, полными тоски. Почувствовав её взгляд, он почесал затылок, а затем решительно вошёл в библиотеку. — Ах... У неё невольно вырвался вздох. Одна мысль об этом была невыносимо разочаровывающей. Если бы не эта тревога, она бы предложила ему пожить у неё некоторое время... Она обиженно посмотрела на свои умные часы и с неприязнью нажала на голографическую клавиатуру. [Набор номера «Мисс Чхве Чжи Ен».] Тринг... Тринг... Щёлк. Вскоре после этого раздался звонок. Женский голос, очень похожий на голос Ен Хва, но с нотками зрелости, произнёс ей на ухо. [По какому поводу моя дочь, которая никогда не звонит?] Взволнованная, но с оттенком сардонического юмора, её мать продолжила. [Я подумала, что мне, возможно, придётся подождать до твоего второго курса, чтобы ты позвонила.] — Что, сколько времени прошло с тех пор, как я звонила в последний раз? [Ты когда-нибудь задумывалась о том, что чувствует твоя мать, слыша о жизни своей дочери от других людей?] — Нет, дело не в этом. Я позвонила, потому что хочу кое-что спросить. [Ах...] После небольшой перепалки Ен Хва перешла к делу. — Ты помнишь тот эликсир, который я принимала в прошлый раз? Не осталось ли ещё одного? Пришли мне, если что-то осталось. Эликсиры можно разделить на два разных типа. Существуют натуральные эликсиры, которые образуются естественным образом в окружающей среде и дают свои плоды сами по себе, и искусственные эликсиры, созданные путём сочетания и обработки различных материалов. Эликсир, о котором упоминала Ен Хва, был натуральным, точнее, обработанным природным эликсиром. Натуральные эликсиры, как правило, трудно достать, но они обладают соответствующей эффективностью. Есть даже поговорка, что вы можете прожить три жизни, так и не познакомившись с настоящими эликсирами. Однако дилемма заключается в том, что их действие может быть слишком сильным и в конечном итоге привести к гибели людей, если употреблять их неосторожно. Поэтому они перерабатывают эти вещества для создания «безопасных для употребления в пищу» искусственных эликсиров. Задача не из лёгких. Немногие в мире обладают навыками, необходимыми для того, чтобы изменить природный эликсир в соответствии с великим замыслом жизни. Алхимик, нанятый кланом Гоп Хва, был одним из тех редких людей, которые обладали необходимыми навыками. Благодаря этому Ен Хва часто получала доступ к обработанным природным эликсирам. Тем не менее, это было не то, чем часто баловались из-за нагрузки на организм и неоднозначного влияния на улучшение навыков, так что в её хранилище скопился изрядный запас. В конце концов, ей пришлось израсходовать то, что уже было назначено в качестве её порции эликсиров. Право использовать или продавать их принадлежит Ен Хва. После этих слов на другом конце провода воцарилось молчание. Хм-м? Встревоженная, Ен Хва проверила соединение, которое всё ещё было активным. Задаваясь вопросом, не прервалась ли связь на короткое время, она собиралась заговорить, когда в трубке раздался голос. Голос, который обычно звучал уверенно, теперь отчетливо дрожал. [Значит... ты уже на той стадии, когда отказываешься от опоры семьи, чтобы отдать себя какому-нибудь парню, который тебе нравится?..] — О чём, чёрт возьми, ты говоришь, мама!.. Поражённая, Ен Хва закричала от шока. ---------- Магия? (1) Магия. Наведение порядка с использованием магической энергии в качестве затрат. По сути, использование маны в качестве затрат на проявление различных явлений. Магия как технология родилась одновременно с великим катаклизмом. В то время большая часть магии была простой и интуитивно понятной, что соответствовало названию «манипулирование маной», но современная магия разделилась на десятки, если не сотни, различных направлений. Низший уровень магии — нанесение удара маной. Рейтинг «низшего уровня» здесь — это уровень сложности, присвоенный Гильдией Магов, самой влиятельной Ассоциацией Магов в мире. Это соответствует шестиуровневой системе ранжирования, используемой Ассоциацией для классификации Героев и Охотников: высший, высокий, выше среднего, ниже среднего, низкий и наинизший уровни. Самый низкий уровень: указывает на простейший уровень сложности магии. Как упоминалось ранее, магия во время катаклизма была настолько примитивной, что её можно было бы назвать манипуляцией маной. Удар маной также относится к той эпохе. Маги того времени использовали магию, подобную удару маной, для уничтожения монстров. С тех пор прошло почти два столетия — достаточно времени, чтобы несколько наций поднялись и пали. За те 200 лет, когда процветали всевозможные чудеса и странные существа, карта мира значительно изменилась. За это время магия получила своё развитие. Особенно в эпоху хаоса, развитие магии, рассматриваемое как возможное решение для подавления анархии, стремительно росло. Вшух... Внутри библиотеки. Я невольно вздохнул, когда во время чтения разложил магические тома рядом с собой. Шио Рам невероятно обширен. Хотя в большинстве его помещений находятся подземелья, есть также много обширных областей, не являющихся подземельями. Здесь есть коммерческие районы, где можно купить и продать предметы первой необходимости, и жилые зоны, где останавливаются эти работники. Есть спальные районы, где живут студенты, и близлежащие удобства, а также учебные зоны, разделённые по годам обучения, и так далее. Вот почему, пока я жил в Шио Раме, я видел не так много учеников из других классов. После трёх месяцев семестра между разными классами будет налажено взаимодействие, но сейчас его так много. Учитывая такие обширные помещения, здесь также есть множество библиотек. Этот — самый близкий к зоне первокурсников. В библиотеке было немноголюдно. Большинство первокурсников в это время ещё возвращаются из подземелий. В библиотеке, какой бы огромной она ни была, очень мало людей, из-за чего она кажется пустой, несмотря на тёплый интерьер. Ах... Мои мысли блуждали. Содержание книги, которую я читал, было настолько сложным, что мне в голову закралась мысль о побеге. С некоторым трудом я подавил эту постыдную мысль. Я отложил книгу в сторону и открыл другую, которую принёс с собой. Ещё один том о магии. Я задавался вопросом, почему, несмотря на то, что технология голограмм была относительно широко распространена, всё ещё требовались бумажные тома. По правде говоря, листать книги нет необходимости для такого человека, как я, который смотрит на мир через пространственное восприятие, а не глазами. Мне не нужно перелистывать страницы, чтобы прочитать содержание книги. Раньше это было немного громоздко, но после того, как я стал сильнее, войдя в подземелья, это стало довольно просто. Но я всё равно пролистал книгу. Это относилось и к другим действиям. Хотя мне не нужно говорить вслух или видеть своими глазами, когда я разговариваю, я предпочитаю смотреть людям прямо в глаза. Я жевал энергетические батончики для поддержания здоровья, хотя не чувствовал их вкуса, и иногда даже ел нормальную пищу, даже если она портила мне настроение. Хотя я не чувствовал запаха, я намеренно уходил в места, поросшие травой, чтобы сделать вид, что вдыхаю аромат. Но мне становилось всё хуже. Я больше не мог наслаждаться тем, что делал раньше. Контраст между прошлым и настоящим портил мне настроение. В то же время во мне возникло чувство неповиновения и жажды. Возможно, сейчас я такой, но когда-нибудь, когда это проклятие будет снято, насколько сладким будет мир на вид, вкус и запах? Своего рода мотивация. Именно так я хотел подстегнуть себя, пусть даже совсем чуть-чуть. ...Ах, мои мысли снова сбились с пути. Какой жалкий парень. Я поморщился и отложил ручку, вытянув обе руки над собой, чтобы сменить темп. Кр-р-ри-и-ик... Волнующее ощущение пробежало от кончиков пальцев вниз по позвоночнику. Мой разум внезапно обострился, прогоняя усталость, которая подкрадывалась к краям моего сознания. Я открыл следующую книгу. ... ... Надо подумать. Запас маны, который я испытал перед входом в подземелье. Он был меньше моего туловища, а его эффективная дальность действия составляла менее десяти метров. Его мощь была настолько ошеломляющей, что он даже не мог должным образом пробить землю. Удар маной, который использовался на территории племени во время экспедиции в подземелье. Он был в два раза больше меня ростом. На самом деле расстояния было достаточно, чтобы пересечь племя; таким образом, оно составляло более тридцати метров. Его сила разрезала землю так же легко, как тофу, и даже отрубила руки нескольким монстрам восьмого и седьмого уровня. Магия низшего уровня. [Удар Маной] Бах! Удар сорвался с кончиков моих пальцев. Сильный порыв ветра, который он вызвал, пронзил мишень насквозь. Трск! Мишень, безрезультатно разрубленная пополам, упала на землю. Я вышел из библиотеки и оказался в тренировочном зале. Это была комната для магических тренировок, предназначенная для проверки эффективности заклинаний. Над разделённой мишенью и остатками маны на полу пронёсся вихрь света, который затем безукоризненно устранил последствия. Заклинание восстановления, встроенное в объект. Хм-м... Количество маны, которое я только что применил, уступало тому, которое я использовал тогда. Результат был таким же, как и при тестировании, когда я вернулся. И всё же, это, несомненно, отличалось от того, что было до моего появления в подземелье. Его эффективность была очевидной и неопровержимой. Магия низшего уровня, как правило, малоэффективна. Её заклинания считаются примитивными и интуитивно понятными, сродни манипулированию маной в чистом виде. В них отсутствуют изменения атрибутов заклинаний низшего уровня и нет разнообразия композиций, присущих магии более высокого уровня. Прежде чем перейти на более низкий уровень, эти заклинания рассматриваются как основы изучения того, как создавать заклинания. Как правило, есть две причины для изменения выходных данных заклинания. Во-первых, изменение самой формулы заклинания. Маг может адаптировать и модифицировать формулу заклинания в соответствии со своим стилем. Хотя редко кто напрямую использует Удар Маной, многие используют его формулу в качестве основы для других заклинаний или адаптируют её принципы для различных целей. Я не изменял формулу. Я использовал её так, как видел в книгах. Поэтому я не буду принимать во внимание первое предположение. Во-вторых, особый характер маны, используемой в заклинании. Природа маны, из которой составлено заклинание, может повлиять на результат. Возьмём, к примеру, Ен Хва. Хотя она и не владеет магией... если предположить, что она владеет, может ли она использовать магию холода? С манной огненной природы из-за Гоп Хва? Правда в том, что это практически невозможно. Заклинание деформируется во время произнесения и завершается неудачей. Когда мана приобретает определенный атрибут, она часто не позволяет использовать заклинания с противоположными явлениями. Таким образом, большинство магов либо изучают магию, соответствующую природе их маны, либо намеренно изменяют ее свойства для различных целей. Я тоже обладаю определёнными качествами своей маны. — Твоя мана невероятно чиста. Это Лиана помогала мне во время инициации маны. Она прокомментировала это, подтвердив наличие маны в моём ядре. Чистота маны благоприятна. Будучи свободной от примесей, она течёт плавно и прямолинейно, что увеличивает эффективность проявления. Моя мана чиста. Это комплимент, который поднял мне настроение, но странно считать это свойством. — Хм-м... Как бы это объяснить? Полагаю, мана Ли Ха исключительно чиста? Она сильно отличается от других сверхлюдей. Сверхчеловек постоянно тренирует свою ману после пробуждения. Он увеличивает свое ядро, расширяет и укрепляет свои цепи. Он увеличивает общее количество маны и постоянно улучшает свою способность контролировать её. Во время этого процесса к ней примешиваются примеси. Привлечение маны извне приводит к появлению примесей, снижающих чистоту. Таким образом, поддержание чистоты маны — невероятно сложная задача. Возможно ли, что такая чистота влияет на отдачу магии? Это не исключено. Однако это не объясняет различий между использованием магии внутри подземелья и за его пределами. — Тск... Ни корректировка формулы заклинания, ни природа маны не дали достаточного ответа на вопрос. Я хочу знать, почему, если это возможно... Усиление действия магии. Хотя в то время это было неожиданно, по зрелом размышлении, это вовсе не является негативным моментом. Напротив, это то, что следует приветствовать с распростёртыми объятиями. Проблема заключается просто в досадном отсутствии причины. ...Пространственное восприятие? Последняя возможность. Единственное изменение, произошедшее при входе в подземелье, касалось моего пространственного восприятия. Оно расширилось и стало намного точнее. Я до сих пор не до конца понимаю это, но мне показалось, что в моём пространственном восприятии в подземелье что-то изменилось. Но, несмотря на это, может ли пространственное восприятие влиять на магию? Здесь вопрос не в магической близости или универсальности, а в пространственном восприятии? Сложно... Вздохнув, я призвал свою ману. Хотя моя мана все ещё была скудной по сравнению с другими учениками, она трансформировалась в заклинание позади меня. Магия низкого уровня. [Огненный шар] Вшух! Позади меня вырос огненный шар, меньше моей головы. Огненный шар, прочертив красную линию, попал прямо в цель. Бум! С небольшим взрывом огненный шар разрушил цель до неузнаваемости. Разбросанные обломки послужили доказательством. Сегодня я даже обратился к магии низкого уровня. Я улучшил свой уровень манипулирования маной, и, по-видимому, моё мастерство возросло благодаря использованию магии в подземелье, теперь я могу понять суть базовых заклинаний низкого уровня. Конечно, при таком разнообразии магии я затронул лишь малую часть, связанную с боем. Я почувствовал себя немного лучше. Я развивался более плавно, чем беспокоился. Проверка показала, что мои боевые искусства уже завоевали популярность у студентов, и мои врождённые способности всё больше раскрывали свой потенциал. Я начал использовать ману, и при наличии достаточного количества маны я мог использовать ци и физическое подкрепление в течение длительного времени. Магия была дополнительной областью, которую я затронул. В настоящее время всего несколько применений истощают мою ману, но при достаточном количестве маны она будет служить надежным активом. Если всё и дальше будет идти по правильному пути, мои шансы внезапно умереть в каком-нибудь неудачном месте уменьшатся. Башня Роста. Если я просто достигну своих целей там, я не буду слишком страдать, приобретая ожерелье признания. Ах... При мысли о количестве маны у меня невольно вырвался вздох. Имея достаточно маны, я мог свободно использовать физическое подкрепление, ци и магию. Самой большой проблемой остаётся увеличение количества маны... Это была пятая попытка? Я помню это как игру, в которой сосредоточение внимания на магии привело к резкой нехватке маны. Поэтому в начале игры мне приходилось прибегать ко всевозможным уловкам, чтобы добыть эликсиры и спрятанные предметы... Теперь, когда у меня не было возможности найти спрятанные предметы или что-то в этом роде, я здесь. Если бы только я мог принять эликсир... С моим сродством к мане я бы усваивал его более эффективно. Покачав головой из-за тщетности своих усилий, я отказался от принятия желаемого за действительное. Если бы это было так просто достать, это не называлось бы эликсиром... Выйдя из комнаты для тренировок, я с ещё одним вздохом расширил пространственное восприятие, которое я сузил, чтобы сосредоточиться. Широта моего пространственного восприятия... Внутри здания, в прямом коридоре, мне навстречу шла женщина. Её аквамариновые волосы, достаточно длинные, чтобы доставать ей до талии, мягко колыхались. Её глаза, напоминающие чистый океан, моргнули и изогнулись приятной дугой. Естественная и мягкая улыбка, которая без особых усилий снимает напряжение. — Привет? Прошло много времени с тех пор, как мы виделись в последний раз. Бэк Арин улыбнулась. Это были те же улыбка и голос, которые я часто видел и слышал. Но на восьмой попытке я увидел и услышал другое выражение лица и слова. — Прости. Пожалуйста, займи моё место в смерти. Её лицо застыло в бесстрастном состоянии. Голос без интонаций, холодный... ...Холодок поселился в уголке моего сердца. ---------- Магия? (2) — Ты знаешь? Ходят слухи, что во время тренировки ты совершил нечто экстраординарное. Аквамариновые волосы Бэк Арин переливались в лучах света, падающего с потолка, напоминая мне залитое солнцем синее море. Вероятно, популярность Бэк Арин в социальных кругах объясняется не только её яркой и мягкой аурой, но и исключительной красотой, с которой мало кто может сравниться. Я почувствовал, как холодеют кончики моих пальцев, когда я размышлял об этом. [Слухи?] — Да, я думаю, это была комната для спаррингов? Слухи распространились из-за обсуждения между твоими товарищами по команде. В комнате для спаррингов. Не там ли Эйдан и Нам Ен Чжон сравнивали достоинства меча и копья? Как там появилась моя история и почему? — Ах, не так много подробностей. Было всего несколько комментариев о том, насколько удивительными были твои сенсорные способности. Бэк Арин как будто прочитала моё замешательство, потому что она слегка рассмеялась, объясняя. — Думай об этом как о слухах о том, какой Ли Ха замечательный. [Понятно.] — Да, именно так... Бэк Арин, которая до этого говорила игривым тоном, внезапно заговорила, как будто ей только что пришло в голову. — Если подумать, я тоже об этом слышала. Её взгляд упал на вывеску комнаты, из которой я только что вышел. [Комната для магических тренировок.] — Ходили слухи, что Ли Ха умеет колдовать, могу я спросить об этом? Она видела вывеску комнаты, так почему же всё-таки спросила? Это было просто из любопытства? Я кивнул со смешанными чувствами. Бэк Арин просияла и радостно захлопала в ладоши. — Магия! Как только ты научишься этому, это станет невероятно полезным. Это полезно в бою и повседневной жизни... Я тоже этому научилась. Жизнь до и после овладения магией — разные миры. Бэк Арин также владела магией. В оригинальной истории она владела магией на уровне эксперта. — Итак, Ли Ха тоже только начал заниматься магией! Несомненно, изучение магии — это решение, о котором ты не пожалеешь. Её основное оружие — копьё. В бою она использует боевой стиль, основанный на использовании копья. Но она не полагается исключительно на него. Её врождённая способность, Чанхэ, позволяет ей свободно манипулировать как водой, так и льдом. Вода занимается исцелением и гармонизацией, в то время как лёд управляет защитными и наступательными маневрами. Ей не нужно непосредственно орудовать копьём, чтобы давить на врагов и защищать и исцелять союзников. Ближний бой с помощью боевых искусств, универсальность защиты и исцеления союзников с помощью её врождённых способностей, а также давление и атака врагов — всё это дополняется разнообразной магией. Концепция Бэк Арин в оригинальной истории заключается в том, что она разносторонняя личность; опытная во всех областях, она играет ключевую роль в поддержке команды. Другими словами... — Преимущество магии в том, что её изучение расширяет твои возможности, не так ли? Она может быть чрезвычайно полезна как в нападении, так и в поддержке, так что ты точно не пожалеешь, что научился ей. Мастер на все руки. Когда я создавал персонажа в предыдущем мире и выбирал мастера на все руки, Бэк Арин была идеальным примером для подражания. ... ... Время пролетело незаметно, пока я искал материалы в библиотеке и продолжал испытывать магию в тренировочном зале. К тому времени, как я покинул тренировочный зал, уже наступила ночь. Когда вечерние сумерки рассеялись, я шёл по тропинке, освещённой лишь слабым лунным светом, и услышал рядом с собой чьи-то чужие шаги. — Жуж-ж~ Источником была Бэк Арин. Когда я упомянул, что, возможно, мне пора возвращаться, она сказала, что тоже планирует вернуться, и предложила пойти вместе. Я заметил Бэк Арин, которая прогуливалась рядом со мной в пределах моего пространственного восприятия. Прогуливаясь, заложив руки за спину, она беззаботно делала каждый шаг, напевая что-то себе под нос. Звук её шагов в сочетании с мелодией прекрасно сочетался с прерывистым лунным светом, создавая особую атмосферу. Если бы я только мог видеть ночное небо, это было бы ещё более живописно. К сожалению, это было невозможно. Со смешанными чувствами я улыбнулся всё ещё сияющей Бэк Арин. Для меня Ен Хва была совершенно другим человеком, нежели её первоначальный персонаж. Отбросив свои склонности к насилию, Ен Хва была доброй душой, которая выглядела опустошённой всякий раз, когда мне причиняли боль. Несмотря на то, что мы были знакомы всего месяц или около того, у меня никогда в жизни не возникало более тесной связи, чем с Ен Хва. В отличие от неё... Бэк Арин казалась почти идентичной своему первоначальному персонажу. — Тебе интересно, почему я кажусь такой доступной? — внезапно спросила Бэк Арин, пока я молча шёл. Пройдя несколько шагов, она повернула голову и посмотрела на меня с игривой улыбкой на губах. — На самом деле, нет никакой особой причины. Почти на каждом забеге Бэк Арин дружелюбно подходит к ученику особого допуска. — Я верю, что однажды Ли Ха достигнет величия. Меня не волнует, что говорят другие; это просто то, что я думаю. Особый допуск — должность, на которую по-прежнему смотрят с лёгким скептицизмом, но в то же время с ожиданием, как на выигрышный лотерейный билет. Бэк Арин придерживается аналогичной точки зрения. [Причина кажется проще, чем я ожидал.] — Ах-ах. Возможно, это прозвучит материалистично, но... это неплохо, не так ли? Её шаги звучат громче, чем обычно. — Особый допуск... Было удивительно, что такой студент появился на одном курсе со мной впервые с момента основания Шио Рама, но... в конце концов, всё оказалось не так уж плохо. Мы подошли к зданию общежития, такому же высококлассному, как и любой небоскрёб. — Конечно, не помешает подружиться с Ли Ха, который, несомненно, добьётся успеха. Если мы начнём с таких мелочей, как эта, то, возможно, в будущем у нас даже сложатся взаимовыгодные отношения. Не доходя до главного входа, Бэк Арин внезапно обернулась. Теперь мы стояли лицом к лицу, и на лице Бэк Арин всё ещё играла игривая, но мягкая улыбка. — Я думаю, это был долгий разговор... Итак, подводя итог, давай будем хорошими друзьями в будущем! С этими словами она протянула мне руку. Бэк Арин смотрела на меня с широкой улыбкой. После секундного колебания я протянул свою руку навстречу её. Наши ладони соприкоснулись. Ощущение мягкости и прохлады передалось через наши ладони. Затем Бэк Арин наклонилась вперёд. Её слабое дыхание коснулось моего уха. Она прошептала: — Не подходи слишком близко к Ен Хва. В последнее время она держит своих друзей на расстоянии. Не стоит тусоваться только вдвоём, лучше присоединяйся к нам. Подмигнув мне и убрав руку, Бэк Арин отступила на несколько шагов назад. — Извини, что не дала тебе уснуть, когда ты, должно быть, устал. Мне действительно пора идти. Сладких снов! С этими словами она отвернулась. Насколько я знал из оригинальной истории и из того, что упомянула Ен Хва, Бэк Арин жила не в общежитии, а в своём собственном отдельном доме. — ... Бэк Арин приближается к игроку в каждом забеге. Как объяснялось ранее, причина в том, чтобы установить связь с игроком, который однажды достигнет величия. Первый раз. Я не достиг величия. Это было время, когда я не обращал внимания на скрытые элементы и сюжетные линии. До окончания Шио Рама я не проявлял никаких выдающихся способностей. Из-за того, что я был зачислен по особой программе, мои результаты были сравнительно высокими, но они были сопоставимы только с результатами других студентов. Она бы не осталась довольна кем-то вроде меня. Тем не менее, Бэк Арин была добра к игроку первого раунда. Когда в мир вернулся хаос и игрок первого раунда отчаянно сражался, Бэк Арин тоже сражалась бок о бок. Несомненно, она оставалась верным союзником до конца первого раунда. Восьмой заход. [Небесный Гром.] Хотя это и не достигало максимального потенциала таких специальностей, как [Алмазный Воин] или [Гибридный Призыватель], этого было достаточно, чтобы выжить в дерзких схватках с сильнейшими в мире. Специальностью был снайпер на дальней дистанции. В этом забеге я в полной мере отточил врождённую способность, связанную со стрельбой из лука, и с помощью скрытых элементов пробудил врождённую способность, связанную с мозгом. С места, незатронутого атаками противников, я выпустил поток стрел и крещение громом. Также была применена тактика с использованием пространственных артефактов, позволяющая мгновенно телепортировать мощные атаки прямо в лицо врагам. Особенно хорошо проработанный ход. Особенно учитывая, что бой на дальних дистанциях был выгодной стратегией выживания, я думал, что восьмой ход продлится довольно долго. Вопреки моим ожиданиям, я выбыл раньше срока. Восьмой заход отличался от первого. Благодаря эффективному совершенствованию мне удалось убить существо третьего ранга ещё до того, как я закончил Шио Рам. После окончания я путешествовал по волшебному Королевству, выслеживая высокоуровневых монстров и охотясь на них, добиваясь славы, убивая предателей повсюду. Бэк Арин сочла бы, что я выиграл хороший куш. Благодаря своим ранним инвестициям, она была готова получить солидный доход. Однако... Восьмой забег закончился предательством Бэк Арин. * * * Бэк Арин молча шла под ночным небом. Её шаги, обычно быстрые, казалось, не выдавали её присутствия. Внезапно гудение тоже прекратилось. То, что когда-то было атмосферой, наполненной оживлёнными шагами и мелодиями, теперь несло в себе только прохладную тишину рассвета. Настроение резко отличалось от её обычного оживлённого настроения. Было спокойно и холодно. Она на мгновение отвернулась, вспоминая только что предпринятые действия, пытаясь собраться с мыслями и обработать информацию в своём мозгу. Цепочка рассуждений быстро завершилась. Она легонько постучала указательным пальцем по губам. — С чего бы ему меня бояться? Бэк Арин вопросительно склонила голову набок, размышляя. ---------- Магия? (3) Вход в Башню Роста был назначен на понедельник четвёртой недели. Вечером, когда Бэк Арин проводила меня и я вернулся, был вторник третьей недели. На рассвете того дня я до рассвета сражался с магическими фолиантами. Хотя часть меня хотела поддаться усталости и уснуть, мое желание вырасти как можно больше, прежде чем попасть в Башню Роста, возобладало. В конечном счёте, я провёл всю ночь без сна. Считая с подземелья, это были почти две бессонные ночи подряд. На следующий день. Волоча своё уставшее тело, я добрался до класса ранним утром, где было очень оживлённо. И это было ещё до того, как все пришли. Если прислушаться, то половина разговоров была о подземелье: боли от сна в нём, как утомительно было выслеживать монстров и так далее... Многие хвастались друзьям сложностями и достижениями за последние два дня. — ...Ли Ха. Затем я был неожиданно поражён сокрушенным выражением лица Ен Хва. — У-у-у... Мои щёки раздулись в стороны, как будто она замешивала свежеиспечённое тесто. Это сопровождалось лёгкой болью. — Что случилось прошлой ночью?.. Хм-м?.. Почему твоё лицо выглядит ещё более безжизненным, чем вчера?.. В классе все обернулись, но не потому, что это было чем-то необычным. Теперь это было обычное зрелище. Сначала все были шокированы, но по мере того, как такое поведение повторялось, казалось, что они привыкли к этому. — Кха... Говорить было невозможно. Я хотел возразить, даже с помощью голограмм, но... как я мог, когда Ен Хва смотрела на меня с таким беспокойством? Как ни странно, мне не было неприятно, когда меня вот так дёргали за щеки. На самом деле, в этом было что-то странно успокаивающее. Меня охватило трудно поддающееся описанию, щемящее чувство. Где-то в груди, казалось, разлилось тепло. После пяти минут нытья и сложных переживаний я, наконец, освободился. Я помассировал свои горящие щёки руками, пытаясь их охладить. — ...Иди сюда. Возможно, расстроенная тем, что она сделала, Ен Хва протянула руку и нежно погладила меня по щеке. Её прикосновение, с оттенком вины, было довольно мягким. От такого прикосновения я почти поверил, что мои щёки ввалились. Это было типичное начало утра. — Хм-м? Неуместный голос прервал обычную утреннюю рутину. Ен Хва огляделась по сторонам. Там стояла женщина со скрещенными на груди руками и недоверчивым взглядом — Бэк Арин в школьной форме, кивающая головой, а её завязанный в конский хвостик покачивается в такт движению. — Арин? — Да, это я, Бэк Арин, Ен Хва уже несколько дней не обращает на меня внимания. — Что за разговоры?.. М-м-м, прекрати издавать странные звуки. — ...Почему бы просто не выругаться? — Ругательства? Какие ругательства? Почему ты говоришь такие странные вещи? Когда это я такое делала? Бэк Арин недоверчиво покачала головой, затем взяла себя в руки и повернулась, чтобы тепло улыбнуться мне. — Доброе утро, Ли Ха. [Доброе утро.] Я постарался сохранить невозмутимое выражение лица и ответил на приветствие. Это был обычный утренний обмен репликами. Обычный разговор. Несмотря на то, что они не были очень близки с Бэк Арин, так говорили даже незнакомые люди. Ен Хва склонила голову набок с озадаченным видом, как будто это было необычно, но она не считала это странным. Тем временем губы Бэк Арин изогнулись в игривой улыбке. — Ты хорошо спал прошлой ночью? — ...Что? — Я действительно проводила тебя до общежития, но, знаешь, я просто хотела проверить. После её слов атмосфера стала какой-то странной. Нюанс был какой-то... какой-то другой, и поэтому направление взглядов вокруг нас изменилось. Если принять вопрос за чистую монету, он казался безобидным, но с добавлением другой эмоциональной составляющей интерпретация изменилась. Лукавый тон Бэк Арин усилил это. Ен Хва склонила голову набок и несколько раз моргнула, словно подтверждая услышанное. Затем выражение её лица стало каменным. Щёлк, щёлк. Ен Хва резко повернула голову. Её взгляд переместился с сияющего лица Бэк Арин на меня, внимательно изучая мой откровенно усталый вид. Вшух. Я почувствовал, как в ней поднимается волна Гоп Хва. Я отчаянно замотал головой. ... — Хм-м, больно. — Ты несёшь чушь, из-за чего возникают недоразумения. На голове Бэк Арин слегка вздулась шишка, и теперь у неё был обиженный вид. Осторожно погладив себя по голове, она быстро спрятала шишку благодаря умелым прикосновениям, пропитанным маной. — Кто это тут разгуливает в таком тоне? — Что я такого сказала? Это всё недоразумение со стороны Ен Хва. Я имею в виду, о чём ты думала, совершая такое безобразие? Могло ли быть так, что?.. — Тс-с-с!.. Помолчи. Услышав от Бэк Арин «Неужели?» и прикрыв рот руками, Ен Хва заскрежетала зубами от явного раздражения. Для Ен Хва и Бэк Арин было обычным делом препираться друг с другом. Проблема была в том, что их ссоры всегда привлекали ещё больше внимания. Мое место было в самом конце, у окна, и теперь, когда Ен Хва сидела сбоку, к нам присоединилась и Бэк Арин. Ен Хва делала резкие замечания, а Бэк Арин отвечала с притворной невинностью, прежде чем хитроумно перейти в контратаку. Такие разговоры продолжались до начала лекции. ... Шли дни. Как всегда, мои дни были заняты без перерыва. Бэк Арин, которая незаметно пристроилась на задних сиденьях, препиралась с Ен Хва в качестве фоновой музыки, в то время как я наслаждался утренним классом. После утренних теоретических лекций во второй половине дня проводились индивидуальные занятия с Профессором Атрой. — Чтобы сотворить заклинание, вы должны составить формулу заклинания, используя ману в качестве материала, и в зависимости от сложности формулы заклинания она делится на один из шести классов. Во время пятничной лекции «Основы теории магии (I)»... Профессор средних лет в заметной длинной мантии и с усами был погружён в свою лекцию за кафедрой. — На заклинания самого низкого уровня часто смотрят свысока. Это правда, что они дают меньший эффект по сравнению с заклинаниями более высокого уровня. Но помните, — сказал он, встретившись взглядом с внимательными студентами. — Маг — это тот, кто готовится. Самый могущественный и опасный маг в этом мире — тот, кто закончил подготовку. На голограмме, проецируемой на стену, появились сложные формулы заклинаний. Это была не просто одна формула заклинания, а несколько, органично интегрированных. — Задержка активации собранной формулы заклинания. Самым простым примером может служить магический артефакт. Занимая пространство своими формулами, маги могут создавать свои собственные области. В этих областях даже заклинания более низкого уровня могут демонстрировать удовлетворительную эффективность. Эти помещения обычно называют мастерскими мага. Занимая пространство своими фирменными заклинаниями и устанавливая контроль над областью маны, затем применяя готовые формулы заклинаний. По сути, речь идёт о создании подходящей для себя среды с помощью магии. В основном я использовал этот метод во время пятого забега... Забега, в котором я не был чистым магом, но проходил еретическим маршрутом, поэтому я не использовал должным образом мастерские или укрепления. Я был больше сосредоточен на противодействии, чем на создании мастерских. Таким образом, я имел некоторое представление о том, насколько хлопотной может быть мастерская мага, если противник хорошо подготовился. Хаф-ф... Во время теоретической лекции по магии и во время того, как я внимательно слушал различные темы, мои опасения по поводу магии особенно сильно проявились в последние дни. Объяснение Профессора было сложным, но не совсем трудным для понимания. Профессор, некогда Герой среднего звена на действительной службе, а теперь, выйдя на пенсию, учёный, посвятивший себя теории и образованию, был искусен в своих объяснениях, и такой новичок, как я, мог понять достаточно, если бы сосредоточился. — На этом сегодняшняя лекция заканчивается. Используйте оставшееся время, чтобы подготовиться к следующему занятию. Примерно двухчасовая лекция закончилась. Я слышал, как несколько студентов благодарили уходящего Профессора, а сам бездумно барабанил ручкой по столу. Сегодня была пятница третьей недели. Поскольку занятия в подземелье закончились в прошлый вторник, лекции в основном были посвящены башне и теории магии. Это было долгожданным событием, особенно в том, что касалось магии. Несомненно, уроки были полезными. У меня не было причин отрицать это. Классификация уровней магии и применение заклинаний самого низкого уровня были объяснены подробно и относительно просто для понимания. Однако я всё ещё не выяснил причину увеличения моих магических способностей. У меня вырвался невольный вздох. Как только лекция закончилась, в зале началось оживление. Некоторые студенты начали спокойно готовиться к следующему занятию, в то время как другие общались с друзьями, находившимися поблизости. Темы были схожими. Башня Роста. До поступления оставалось совсем немного дней. Более того, сегодня был последний учебный день перед тем, как мы войдём в башню. Я не увижу своих одноклассников до тех пор, пока мы не соберёмся перед входом. Ах, кха... Вопрос о том, как проявится моя магия. Я хотел уточнить это перед входом в башню, но всё пошло не так, как планировалось. Я активно участвовал в занятиях и корпел над текстами всякий раз, когда у меня выдавалась свободная минутка после лекций. Иногда я даже обращался за советом к Профессору Лиане, но даже она не до конца понимала этот феномен. У меня болела голова. Возможно, из-за недавних бессонных ночей я чувствовал себя хуже, чем обычно. Я сжал виски руками, пытаясь унять головную боль. — Ли Ха. Посреди шумного окружения и пронзительной головной боли... Как ни странно, голос Ен Хва звучал отчётливо. Когда я обернулся, то увидел Ен Хва, которая украдкой взглянула в мою сторону и протянула руку. В её руках была конфета, завёрнутая в неизменно дорогую обертку. [Спасибо.] Это была неизменная доброта. Когда я развернул гладкую конфету и положил её в рот — поначалу я отказывался от неё из-за цены, но привык получать ежедневно, — теперь она не вызывала у меня никаких особых чувств. Казалось, что моё чувство экономии рушится. Я покатал круглую конфету языком. Знакомый невкусный вкус. Контраст со сладостью прошлого, которая теперь только портила мне настроение. Но в тот момент я не чувствовал себя так уж плохо. Не слишком ли я торопился решить этот вопрос? Посасывая безвкусную конфету, я вдруг подумал, что, возможно, не удастся найти причину так быстро, как я надеялся. Возможно, я слишком поторопился с поиском причины. Моё нетерпение, связанное с предстоящим вступлением в башню, могло сузить мой кругозор. Возможно, мои мысли сковывает беспокойство о том, что падение в Башне Роста может привести к резкому падению моей кривой роста. В последнее время меня многое беспокоило. Вопросы, которые сыпались на меня со всех сторон, переполняли мою голову до краёв. ...Слишком торопиться тоже нехорошо. Вершина роста была уже не за горами. Если я и дальше буду перенапрягать своё тело и разум, то, по иронии судьбы, могу оказаться хрупким в Башне Роста. Если это приведёт к неудовлетворительным результатам... большей глупости и быть не может. — Хм-м. Погруженный в эти размышления, Ен Хва, заметив, что я тереблю конфету, внезапно кашлянула, чтобы привлечь моё внимание. — Ли Ха, у тебя случайно не найдётся времени после сегодняшней важной лекции? [Время?] Когда конфета уменьшилась до размера рисового зёрнышка, я прожевал и проглотил её, затем вопросительно наклонил голову. Время? Скорее всего, да. Профессор Атра была пунктуальна в расписании лекций, и после этого у нас больше не было встреч. — Итак... не мог бы ты уделить мне немного времени сегодня? После недолгих раздумий я кивнул, и озабоченное выражение лица Ен Хва озарилось облегчением. — Спасибо! Я напишу, где встретиться. [Могу я спросить, для чего назначена встреча?] — Ах. Я должна была сказать об этом в первую очередь. С огорчённым смешком Ен Хва неловко провела рукой по волосам. — Просто, что-то вроде подарка для тебя?.. — Подарка? Разве я уже не получаю конфеты? Я настаивал, спрашивая, не может ли она предупредить меня заранее, но Ен Хва уклончиво уклонялась от ответа. Со смешанным чувством беспокойства и предвкушения я ждал неизвестного. ---------- Эликсир (1) В тот день, когда я закончил практику в подземелье, я побеспокоил Профессоров Атру и Лиану. Честно говоря, я не видел ни одного из них, особенно Профессора Атру. В конце концов, не каждый день видишь, как кто-то подходит поприветствовать тебя, и в итоге тебя рвёт в их присутствии. Отшвырнуть руку помощи с пощёчиной — это был позорный поступок, и мне было стыдно даже думать об этом сейчас. Вот почему я так боялся встречи с Профессором Атрой на следующий день. Возможно, она пропустила это мимо ушей, учитывая моё плохое состояние в тот день, или, возможно, ей просто было всё равно. — Ты хорошо себя чувствуешь? Беспокойство рассеялось, когда на следующий день я встретился с Профессором Атрой. Вместо того, чтобы отругать меня, она проявила заботу о моём благополучии. Должно быть, я недооценивал людей. Странное чувство благодарности охватило меня по отношению к Профессору Атре, которая, несмотря на то, что я доставил столько хлопот, всё же выразила своё беспокойство. Тук! Старая тренировочная площадка. Я оттолкнулся ногами от земли. Я подался всем телом вперёд и вытянул вперёд руку, за которой тянулась голубая энергия ци. В середине разгибания другая рука переплелась со мной. Освободившись от захвата за запястье, я взмахнул ногой. Бах! Раздался грубый звук. Поднялось облако пыли, а затем осело вокруг этого места. Голубая энергия ци обвилась вокруг моей ноги. Предплечье Профессора Атры, которое блокировало удар, было окутано слабым золотистым сиянием. С того самого дня... спарринги, начавшиеся в среду, немного изменились. После практики в подземелье моё пространственное восприятие обострилось, что позволило мне лучше предугадывать движения Профессора Атры. Это привело к увеличению скорости моего роста. Я чувствовал, что мои навыки заметно улучшаются. Заинтересовавшись, достиг ли я удовлетворительного уровня, Профессор Атра начала обучать меня методам генерирования и контроля ци, а также усилению ци. Метод получения ци прост в объяснении. Мана должна быть сконденсирована сильно и прочно. По сути, вы закачиваете много маны, и при сжатии она превращается в ци. Как бы просто это ни объяснялось, для этого требуется определённый уровень способности манипулировать маной. Благодаря моей способности к мане, я проявил её мгновенно. То, что было трудным для других с точки зрения маны, было относительно лёгким для меня. Таким образом, я постепенно осваивал усиление ци, которое укрепляет тело с помощью маны, ци, которая создаёт броню и оружие, и магию, которая вплетает принципы в ману. Руки переплелись. Покрывающая их ци грызла и рвала друг друга. После минутного замешательства расстояние между нами увеличилось, и Профессор Атра отвела руку назад. Золотая ци обвилась вокруг её кулака. Я усилил свой кулак ци. Расстояние между нашими кулаками сократилось. Затем произошло столкновение. Бах! Острая боль пронзила мою правую руку, пыль разлетелась во все стороны. Мои ноги, не выдержав удара, заскользили по земле, оставляя прямой след. Ци, которая опасно колебалась после удара, рассеялась в воздухе. Конструкция пошатнулась из-за удара, но ещё больше из-за того, что не хватило маны для поддержания ци. — Стоп. Наблюдая за рассеивающейся ци, Профессор Атра заговорила. Золотая ци вокруг её руки тоже рассеялась. — Твоя скорость и сила в проявлении ци впечатляют, но, похоже, тебе не хватает маны, чтобы поддерживать её. Недостаток маны. Хроническая проблема для тех, кто только что достиг статуса сверхчеловека и не знаком с маной. Мои запасы маны неуклонно увеличивались. Всякий раз, когда у меня было время, я практиковал медитацию и тренировал своё ядро. Прогресс был налицо. Мои способности возросли в несколько раз после спарринга с Эйданом, хотя я и не мог сосредоточиться на мане из-за различных обязанностей. Но этого было недостаточно, чтобы комфортно использовать усиление ци и использовать её непрерывно. Даже сейчас, всего лишь несколько минут почти истощили мою ману. Пока я переводил дыхание, Профессор Атра посмотрела на часы и сказала: — На сегодня достаточно. [Спасибо за обучение.] По крайней мере, тренировки достигли определённого уровня, так как количество ударов, которые я получал, уменьшилось. Даже если у меня и были синяки, они быстро заживали, вероятно, благодаря моим восстановительным тренировкам. Когда я разминал затёкшую руку, Профессор Атра подошла и протянула бутылку с водой. — Вот. [Спасибо.] Я ответил через голограмму и принял бутылку, почувствовав её прохладу, и быстро выпил содержимое. Холодная вода, хлынувшая в моё пересохшее горло, освежила его. Я всегда не любил холод, но сейчас оценил его по достоинству: это не изменилось. Пока я жадно пил, Профессор Атра протянула мне другую руку, в которой не было бутылки. Она схватила меня за руку и подняла её на уровень глаз. — ?.. Внимательно осмотрев мою руку, Профессор Атра сказала: — ...Ты не ранен, но в твоём теле накопилось достаточно усталости. Отдохни в выходные. Ещё немного, и это нарушит твой график. Её совет был простым. Я допил воду и кивнул в знак согласия. Профессор Атра некоторое время пристально смотрела мне в лицо, затем отвернулась. Казалось, она хотела что-то сказать, её губы перед этим дрогнули, но, возможно, решив, что это не важно, она промолчала. Почувствовав, что Профессор Атра покидает моё пространственное восприятие, я тоже двинулся дальше. Основные лекции закончились, и пришло время встретиться с Ен Хва. ... ... Местом встречи, о котором мне написала Ен Хва, было кафе в коммерческом районе, того же бренда, что и то, с которым я встречался со своей группой во время последней тренировки в подземелье. Я вспомнил, что это кафе было самым известным в этом мире. Я не смог прийти сразу после своей основной лекции. Покрытый потом и пылью после спарринга, в таком виде было бы непрезентабельно проводить встречу. — Ли Ха, сюда. На втором этаже кафе были отдельные кабинеты, где можно было не беспокоиться о посторонних взглядах. Окна были обработаны таким образом, чтобы снаружи не было видно, что находится внутри. Введя номер комнаты, указанный в сообщении, я обнаружил, что Ен Хва уже сидит, праздно проводя время. [Извини за опоздание.] — Ты не опоздал, я сама только что пришла. Я уже сделала заказ. Когда я села напротив Ен Хва, она подвинула мне стакан через стол. Это был холодный чай, в котором плавали кубики льда. Я провёл пальцем по краю стакана, ощутив несомненный холод. Лёд ни на йоту не растаял, что могло означать, что её заявление о том, что она только что пришла, было правдой. Однако сам по себе лёд не был убедительным доказательством. Благодаря своей способности к мане, я мог почувствовать заклинание, начертанное на стекле. До того, как я познакомился с магией, я бы просто заметил, что «мана формирует определённую конфигурацию». Теперь я мог проанализировать формулу заклинания. Это было стекло, на которое было нанесено заклинание контроля температуры. Это означает, что, сколько бы вы здесь ни ждали, лёд не растает благодаря магии. Магия. В этом современном фантастическом мире электричество почти не использовалось в промышленности. Мана заменила его, а магия заменила многие механические функции. В пределах моего активного пространственного восприятия количество заклинательных формул, которые попадали в поле зрения, легко превышало тысячи. — Ты плохо спал последние несколько дней. Ты в порядке? [Я в порядке. Кроме того, с сегодняшнего дня я планирую хорошо отдохнуть.] — ...Разве ты не повторял это со вторника и не спал всю ночь? [На этот раз я говорю серьёзно.] Ен Хва скептически посмотрела на меня. Это правда, что я делал подобные заявления всю неделю, но на этот раз я был серьёзен. В конечном счёте, мне действительно нужно было отдохнуть, иначе это помешало бы моему восхождению. Независимо от моих намерений, я оказался в ситуации, когда мне пришлось сделать перерыв. — ...Со вступлением в Башню Роста на следующей неделе, давай быстро закончим и вернёмся, чтобы ты мог отдохнуть. Светская беседа была короткой. Это был обычный разговор, который обычно имел место. Что мы ели вчера, как я себя чувствовал тогда и так далее... Ен Хва время от времени проверяла время и выражение моего лица, а затем с недовольным выражением порылась в кармане и, наконец, достала маленькую прямоугольную коробочку, которая была меньше кулака. Дизайн коробочки, несомненно, был роскошным. Она была изготовлена из дерева насыщенного чернильного цвета с гладкой поверхностью, а замысловатые резные узоры, казалось, требовали тщательного мастерства благодаря моему пространственному восприятию. За её внешним видом скрывалась огромная энергия маны, исходящая изнутри. Несмотря на то, что я почувствовал на коробке заклинание, предотвращающее утечку маны, уровень всё равно был значительным. — Помнишь награду, о которой я упоминала ранее? Пока я думала об этом, мне кое-что пришло в голову. Неловко почесав в затылке, Ен Хва поставила коробочку на стол и подтолкнула её ко мне, открывая крышку. Одновременно моё пространственное восприятие изменилось. Огромный водоворот маны окутал комнату. Я застыл, разинув рот. На изящной подушечке внутри коробочки лежал светящийся голубой эликсир. — Это эликсир, приготовленный из корня волшебного дерева в сочетании с различными другими лекарственными травами. Волшебное дерево. Дерево, которое претерпело изменения из-за длительного пребывания в нём исключительно редких фей. Даже в густых лесах, насыщенных маной, найти такое дерево так же сложно, как достать звёзды с неба. Награда, о которой говорилось ранее, открыто врученная коробочка, этот выжидающий взгляд, устремлённый на меня... Всё это указывало на один факт. Я не мог унять дрожь в уголках глаз. Я поднял дрожащую руку и отодвинул коробочку. — Ах? Ен Хва издала озадаченный звук. Мои действия, по-видимому, неожиданные, даже заставили её зрачки вздрогнуть. — Ли Ха? Её пристальный взгляд остановился прямо на мне. В её глазах застыл вопрос: Почему ты не принимаешь это? Успокоив своё беспокойство глотком чая со льдом, я осторожно покачал головой из стороны в сторону. [Я не могу это принять.] — Почему?.. [Как я могу принять что-то подобное?] В этом мире, когда люди говорят о потреблении эликсиров, подавляющее большинство думает о синтетических эликсирах. Различные ингредиенты, насыщенные маной, выращиваются, а затем смешиваются, доводя их до уровня эликсиров. Технически, они не являются эликсирами по своей природе, но благодаря синергии ингредиентов и мастерству алхимиков их содержание искусственно повышается. Конечно, этот процесс требует огромного количества денег, времени и заботы. Так обстоит дело с типичными синтетическими эликсирами. Они легко разрушают банк, а затраты на них исчисляются миллиардами. Но натуральные эликсиры, произведённые на уровне эликсиров, находятся на другом уровне. Их качество превосходит эликсиры, созданные человеком, созданные природой и пропитанные эссенцией земли. Это был натуральный эликсир. В отличие от синтетических, его нельзя было купить просто за деньги. С этой точки зрения, нужны были не деньги, а что-то другое. Другими словами, это то, что я не могу легко вернуть. Я мог бы найти способ отплатить ей за конфеты. Монстры могут принести больше денег, чем вы думаете. Но только не это. Я не в состоянии отплатить за это. Я в отчаянии покачал головой. Я не мог этого принять. Как я мог это принять, когда чувствовал себя таким виноватым? Ен Хва представила это в качестве компенсации. Компенсация? За что. В день встречи первокурсников, когда она сбила меня с ног? Когда она сказала, чтобы я смотрел, куда иду? В тот раз, когда она случайно отправила меня в нокаут во время спарринга? Только из-за этих пустяков? Немыслимо. Это невозможный обмен. Существует неравенство в ценностях, которое невозможно уравновесить в одном масштабе. Услышав мои мысли, Ен Хва вздохнула, а затем осторожно начала убеждать меня. — Это действительно имеет значение компенсации, но также имеет значение инвестиций. Ен Хва — наследница клана Гоп Хва. Клан Гоп Хва. Наряду с Чанхэ и Тэсаном, они являются главной силой, поддерживающей равновесие в юго-западной части Корейского полуострова, где родился основатель клана. Несомненно лишь то, что даже по мировым стандартам клан Гоп Хва является невероятно могущественной державой. Даже трёхлетние дети знают о значимости клана Гоп Хва. — Хотя этот эликсир относится к моей компетенции, тот факт, что главный управляющий клана — моя мать — с готовностью прислала этот эликсир, означает, что на то есть причина. Главный управляющий... Должность, на которую глава клана возлагает надзор за основными и второстепенными делами клана. Как правило, на эту должность назначается надежный и способный близкий родственник нынешнего главы клана... по крайней мере, так я слышал, когда имел дело с кланом Чанхэ в оригинальной истории. На данный момент мать Ен Хва является управляющей клана Гоп Хва. Инвестиции... Я понял, связано ли это с инвестициями. Студент, которого владелец Башни Роста пригласил по особому допуску. Но, глядя на него, я вижу в нём изъян. Поэтому я обычно воспринимаю это как лотерейный билет, который кажется выигрышным, но вызывает особые подозрения. Конечно, после последнего спарринга эта точка зрения несколько поутихла. Как бы то ни было, для клана Гоп Хва, имеющего возможность добывать даже натуральные эликсиры, вполне разумно инвестировать в студентов, поступающих на специальное обучение, предоставляя им эликсир. Хм-м... Мысль о том, что это инвестиция, уменьшила моё нежелание. Если речь идёт об инвестициях, это означает, что у клана Гоп Хва есть мотивы, выходящие за рамки простой щедрости. Тем не менее, чувство долга полностью не исчезло. В моем сознании это вложение осталось сродни долгу. По крайней мере, я воспринял его именно так. — Я действительно надеюсь, что ты примешь это. Пока я размышлял, Ен Хва внезапно протянула обе руки и схватила меня за ладони. — Это одновременно и признание моих многочисленных ошибок, и вклад моего клана. И... Её руки, крепко сжимавшие мои, слегка дрожали. Ен Хва погладила мою ладонь и прикусила губу, прежде чем продолжить. — Есть ещё кое-что... Я ещё не до конца разобралась, но есть кое-что, за что я должна перед тобой извиниться. На самом деле... мне трудно выразить, как я сожалею. За что ещё она должна была передо мной извиниться? Я не мог понять, что она имела в виду. Ен Хва посмотрела на меня с неподдельной серьёзностью. — Так что, пожалуйста, прими это. Конечно, я обещаю тебе от своего имени, что никогда не буду использовать это как рычаг давления, чтобы что-то требовать от тебя. Было бы ложью сказать, что я не испытывал искушения, когда она так выразилась. Часть меня задавалась вопросом, почему я не мог просто принять это? — ... После минутного раздумья я кивнул. Лицо Ен Хва мгновенно просветлело. Судя по её улыбке, можно было подумать, что подарок получает она, а не я. ... ... После того, как Ен Хва проводила меня в общежитие, я поспешил в свою комнату. Я слышал, как колотится моё сердце, когда я вбежал внутрь. Тук. Дверь закрылась без скрипа, шторы были уже задернуты. Я воспользовался моментом, чтобы оценить обстановку с помощью пространственного восприятия, прежде чем сесть в центре комнаты. Затем, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить свой возбуждённый разум, я нащупал в кармане коробочку. Это был небольшой, элегантный контейнер. Открыв его, я почувствовал, как постепенно поднимается освежающая мана. Вау... Я, естественно, был поражён зрелищем маны. Даже тот, кто не был связан с маной, мог просто почувствовать силу содержащейся в нём маны. Я осторожно поднял эликсир неуверенными пальцами, и от соприкосновения с моей кожей по телу побежали мурашки из-за количества маны. Проблема с запасом маны. Независимо от всего остального, этот эликсир, вероятно, решит большую часть этой проблемы. Я не ожидал, что моей маны хватит на то, чтобы использовать сотни заклинаний сразу, но интуитивная уверенность подсказывала мне, что это обеспечит основу для полноценного сражения. Был вечер пятницы. Вход в Башню Роста будет только в понедельник утром. Если бы я принял эликсир сейчас и использовал полученную ману, одновременно снимая усталость с тела, время было бы идеальным. Я с трудом сглотнул, преисполнившись глубокой благодарности к Ен Хва, и отправил эликсир в рот. Эликсир липко таял у меня на языке, словно узнавая своего хозяина, и скользил вниз по горлу. Несколько мгновений спустя. — Кха?.. Мне показалось, что что-то попало мне в горло, и из уголка рта потекла струйка чёрной крови. Ох, чёрт... ---------- Эликсир (2) Неосторожное употребление природного эликсира может привести к печальным последствиям. Натуральный эликсир, со временем насыщающийся природной эссенцией, сам по себе является огромным запасом маны. Бездумное потребление такой вещи может привести к катастрофе, поскольку организм может не выдержать бурлящей энергии и разлететься на куски. Обычные люди, неспособные владеть маной, подвергаются ещё большему риску, а большинство сверхлюдей были бы сведены к состоянию инвалидности. Поэтому натуральные эликсиры требуют чрезвычайно тщательного подхода к их употреблению. Более того, даже при соблюдении этого подхода во время приёма на случай непредвиденных обстоятельств присутствует могущественный сверхчеловек. Можно предотвратить опасность, присущую натуральным эликсирам, с помощью специальных методов обработки. Это не процесс превращения чего-то, что не является эликсиром, в таковое, а техника превращения опасного эликсира в безопасный. Речь идёт не о работе с низкосортными материалами, а о работе с высококачественными. Последнее требует гораздо более высокого уровня мастерства. Натуральные эликсиры опасны именно потому, что их эффективность очень высока. При обработке можно сохранить их эффективность, но при этом устранить фактор риска. Это грубая аналогия, но она похожа на обвалку рыбы перед употреблением. Перед приёмом эликсира. Я оглядел окрестности с помощью пространственного восприятия. Я не смог определить никаких потенциально опасных элементов. Это была моя личная комната в общежитии, дверь была закрыта, а шторы задёрнуты. Вокруг не было ничего, что могло бы представлять опасность. С этой уверенностью я сел, восстановил запас маны и выпил эликсир. Даже простое открытие контейнера вызвало волну, которая почти наполнила всё вокруг маной — эликсиром в форме шара, полным энергии. Разве корень волшебного дерева не был основным ингредиентом? Это была практически частица самого духа природы. Вот почему в нём было так много маны. Я осторожно попробовал эликсир на вкус. Я не смог его распробовать — то ли ему не хватало вкуса, то ли я просто не мог его ощутить, я не был уверен. Вскоре эликсир начал медленно таять. Он растворился, как вязкая слизь, прежде чем сам по себе потёк мне в горло. Мой рот наполнился маной. Когда я последовал за эликсиром, мана обильно разлилась по мне. В тот момент, когда эликсир, попавший в моё горло, коснулся ядра рядом с сердцем, мана разлилась по всему моему телу. Тук! Тук! Тук! Моё сердце бешено заколотилось. Ядро синхронно разогрелось, и волна маны прокатилась по всем частям моего тела. От головы до кончиков пальцев рук и ног. Даже после того, как он достиг конечностей, поток маны не прекращался. Он отскочил от кончиков моего тела, снова взбудоражив всё вокруг. Моему телу стало жарко. Части тела, затронутые маной, разогрелись, а затем по ним прокатилась ещё одна волна маны, оставляя после себя прохладу. О... Я внутренне восхитился состоянием своего тела. Противоречивые ощущения — жжение и холод в то же время. С каждым всплеском маны ядро накапливало чистую энергию, и цепи, скрипящие от прохождения маны, усиливались. Природный эликсир. В оригинальной истории это было просто повышение характеристик и временное усиление, но опыт его применения в реальности показал, что такое описание не соответствует действительности. Конечно, время приёма тоже было подходящим. Я как раз находилась в самом разгаре фазы роста. Короче говоря, это было идеальное время для употребления. И вот я стоял, восторженно восклицая и с удовольствием наблюдая за изменениями в своём теле. Ощущение вздутия возникло внезапно. Что-то начало подниматься во мне. Да? Это было похоже на тошноту, которую я чувствовал раньше, но по-другому. Раньше у меня, возможно, и был шанс подавить её, но теперь я не мог её сдержать. Наконец, что-то, что достигло моего рта, просочилось сквозь уголки. Кровь была скорее чёрной, чем красной. — Ох. Э-э-э... Что? Мои затихшие мысли спутались и возобновились. Потекла кровь. Редко бывает, чтобы человек прожил жизнь, ни разу не увидев крови. Её видно даже по небольшой ране на теле. Изо рта идёт кровь. Обычно это случается редко, но я с этим сталкивался. Если вы нанесёте несколько сильных ударов ногой в живот, кровь смешается с кашлем. Кап, кап... Изо рта течёт кровь, вот так... такое бывает, когда тебя ранят ножом в живот. Как я это пережил, я до сих пор не знаю. Нет, проблема не в этом. Почему у меня сейчас изо рта течёт кровь? Меня не били в живот и не кололи ножом. Учитывая нынешние обстоятельства, единственной причиной мог быть... эликсир? Почему? Натуральный эликсир. Его необдуманное употребление может привести к разрушению организма. Следовательно, эликсир, который дала Хва, был обработан для снижения таких рисков. Даже если опасность сведена к минимуму, он всё равно может представлять опасность для обычных людей, поэтому предполагается, что его употребляют сверхлюди. Я уже сверхчеловек, в котором пробудилась мана. Сверхчеловек, который может использовать ману, но почему у меня изо рта течёт кровь и почему её количество увеличивается? На полу уже запеклась горстка чёрной крови. Я же изо всех сил пытался успокоить свой затуманенный разум. Был ли там яд? Я не мог определить с помощью пространственного восприятия. Мысль о том, что Ен Хва хотела убить меня? Никогда не приходила мне в голову. Тогда, мог ли создатель сделать это намеренно? Я не знал. Но, по крайней мере, с моей точки зрения, в этом не было ничего плохого. Эликсир, безусловно, действовал так, как было задумано. ...Значит, проблема в моём организме? Кха... В этот момент моё сознание померкло. Мне показалось, что меня унесло непреодолимым потоком. Ах, это плохо. Что произойдёт, если я потеряю сознание?.. Прежде чем я успел закончить мысль, моё сознание отключилось. ... ... Лес был полон жизни. Ночное небо, похожее на чёрное полотно, было густо усеяно звёздами, освещавшими землю внизу. Чистая речная вода отражала звёздный свет, создавая иллюзию, будто звёзды в равной степени разбросаны по земле и небу. На берегу озера росли крепкие деревья. Их толстые стволы создавали впечатление несгибаемой силы, способной противостоять любому шторму, а крепкие ветви и листья были полны энергии. Различные травы, ковром покрывавшие землю, также излучали жизненную силу. Всё вокруг пульсировало живой зеленью. Это был сказочный лес. Если бы кто-то представил себе самый красивый лес во сне, он, вероятно, выглядел бы так. — Друг? — Новый друг? — Не знаю! Никогда раньше не видел этого друга! Внезапно в комнату ворвались бесчисленные пылинки света. Зелёные, жёлтые, синие, лимонные... Под корнями деревьев, за большими камнями, в озере, усыпанном звёздами, за бесчисленными листьями. Разноцветные пылинки слетались отовсюду, кружа по округе. Это было похоже на то, как если бы они приветствовали нового человека. — Не друг?.. — Не друг. — Ах, тогда кто это? Пылинки, парящие в воздухе, казались сбитыми с толку, кружась вокруг. И тут одна пылинка вырвалась наружу. — Семья! Не друг, а семья! — Семья? Правда? — Да! Это семья! Восклицание? Одного человека, казалось, озадачило остальных, но постепенно они пришли к согласию. Они танцевали вокруг, словно празднуя фейерверк. — Семья! Новый член семьи! Пылинки возбуждённо загудели. В ответ зашелестели ветви вокруг. Листья закачались, словно танцуя, и подул освежающий ветерок. Ветер заставил траву пригнуться и встать, танцуя вместе с ними. Пылинки подхватили ветер, присоединяясь к танцу. Это было красивое и сюрреалистическое зрелище, как будто сама природа праздновала появление нового члена семьи. — Давайте поиграем! К нам подошла соринка лимонного цвета и сказала? — Вон тот холм довольно симпатичный! — прокомментировала жёлтая соринка. — И давайте тоже пойдём туда! Звёздный свет так красиво мерцает! — добавила голубая пылинка. — Не только там! Давайте все вместе пойдём в лес!.. Эти слова? От разноцветных пылинок у меня зазвенело в ушах. И всё же это было совсем не шумно; это было похоже на мелодию, успокаивающую разум и душу. — Наш новый член семьи! Давай все вместе пойдём туда! Красная пылинка... Красная. Красная. Красная... Огонь, пламя... Гоп Хва, Ен Хва, вечернее сияние, тёплые объятия, эликсир, чёрная кровь... О-о-о? Моё затуманенное сознание обострилось. Мой разум напрягся. Где это я? Когда этот вопрос пришёл мне в голову, я потерял сознание. Вид пылинок исчез вдали. Внутри удаляющихся пылинок я разглядел что-то маленькое. На ум пришли лепестки — тонкие, мягкие крылышки. При каждом взмахе разлетались красивые пылинки света. ... ... — ... Моя щека, прижатая ко чему-то, была липкой на ощупь. Нет, всё моё тело было липким. В голове стоял туман. Я лежал где-то лицом вниз. Я открыл своё пространственное восприятие ровно настолько, чтобы охватить взглядом ближайшие окрестности. Это была моя комната, как раз перед тем, как я потерял сознание. Разница теперь заключалась в пропитанном кровью полу и во мне, рухнувшем на него сверху. Я осторожно коснулся пола. Странное ощущение охватило мою ладонь. Я не почувствовал запаха, но этого ощущения было достаточно, чтобы испортить мне настроение. Я собрал все силы в руках и медленно приподнял верхнюю часть туловища. Хрусть. Мое лицо, лежащее на земле, было покрыто запёкшейся чёрной кровью. ...Что это такое? Пока я пыталась собраться с мыслями, мои умные часы завибрировали. Из любопытства я проверил их и обнаружил несколько непрочитанных сообщений. Я манипулировал голограммой. ▶ Ен Хва: Ты нормально добрался домой? (Вчера в 19:41). ▶ Ен Хва: Ли Ха? (Вчера в 19:55). ▶ Ен Хва: Ты, должно быть, спишь... (Вчера в 20:23). ▶ Ен Хва: Сладких снов! (Вчера в 20:23). . ▶ Ен Хва: Ты помнишь, что я тебе вчера объяснила? (Сегодня в 10:51). ▶ Ен Хва: Даже после обработки тебе нужно время, чтобы адаптироваться, поэтому, если ты принимал его вчера или сегодня, постарайся ничего не делать и просто хорошо отдохнуть (Сегодня в 10:51). Вчера? Я посмотрел на текущее время. Была суббота, 15:00. Я принял эликсир около 19:00 в пятницу. ...Неужели я пролежал так почти целый день? Прямо в луже крови? Я поморщился и встал. ---------- Эликсир (3) Ен Хва пристально смотрела на голограмму, плывущую перед её глазами. На голограмме разворачивалась строка текста. Её взгляд был таким напряжённым, что, казалось, мог пронзить дисплей насквозь, но голограмма оставалась неизменной. — От того, что вы смотрите на это, ответы не придут быстрее, Мисс. — Я знаю. Был субботний день. Готовясь к предстоящему на следующей неделе восхождению на Башню Роста, Ен Хва воздерживалась от любых физических нагрузок. После небольшой разминки она отказалась от всех других форм физической подготовки. Она даже мысленно дала себе отдых, чтобы войти в башню в отличной физической форме. Вот почему она могла позволить себе лежать, растянувшись на кровати, безучастно глядя на голограмму. Иногда она поворачивалась на другой бок, принимала позу для медитации и время от времени заглядывала в текст «История». У Ариэль, которая была занята простыми домашними делами, этого зрелища было достаточно, чтобы невольно вздохнуть. Зная, почему проявляется такое отношение, особенно с учётом того, что Ен Хва была её подопечной и выполняла различные поручения и обязанности охранника, Ариэль слишком хорошо всё понимала. Подавив вздох, Ариэль обратилась к Ен Хва, которая всё ещё смотрела в глаза голограмме. — ...Если вам так интересно, почему бы не пойти и не проведать его лично? На предложение Ариэль плечи Ен Хва дёрнулись — рефлекторный ответ. Её голос дрогнул, когда она возразила. — Это... не совсем уместно, не так ли? Пойти проверить, принял ли он то, что я ему дала... Кроме того, он, возможно, спит и не может ответить... — Я не могу понять, зачем Леди вступать в бесполезную битву взглядов с голограммой, — заметила Ариэль. — Когда это я так делала? — С тех пор, как вы вернулись в спальню прошлым вечером, Мисс. Ен Хва нахмурила брови, а затем повернула голову и уткнулась лицом в подушку. Этот жест означал, что она отказывается продолжать разговор, что побудило Ариэль покинуть комнату, не подавив ещё одного вздоха. Шаги Ариэль затихли. Оставшись одна, Ен Хва бессмысленно вздохнула, почувствовав, что присутствие Ариэль исчезло, и она занялась другими делами. Комнату заливал неяркий солнечный свет. Внутри также дул лёгкий ветерок, возможно, потому, что Ен Хва открыла окно для проветривания. Атмосфера была достаточно мирной, чтобы вызвать непроизвольную сонливость. Когда эта мысль пришла ей в голову, Ен Хва решила вздремнуть, поправила подушку и опустила голову. ...Правда заключалась в том, что она не могла уснуть. Ен Хва недовольно поморщилась и перевернулась на другой бок. Её щека прижалась к подушке. Раздосадованная, она поёжилась и украдкой взглянула на свои умные часы. Новых сообщений не было. В частности, не пришло ни одного сообщения от человека, для которого она поставила будильник. Правильно ли он его использовал? Эликсир, который она дала Ли Ха, действительно был ценным, несмотря на то, что в кладовой клана его было предостаточно, и она упомянула, что это была форма инвестирования. Индивидуумы, пробудившиеся к мане, называются сверхлюдьми. Исходя из этой способности, тех, кто приносит пользу обществу, охотясь на монстров и расправляясь со злодеями, называют Героями. Существует также термин Охотник. Они также являются сверхлюдьми, но вместо того, чтобы сражаться с монстрами и злодеями, они сосредотачиваются на исследовании подземелий и других руин. Герои и Охотники. Хотя многие сверхлюди следуют этим двум путям, не все делают то же самое. Есть те, кому не нравятся кровавые сражения, и другие, чьи таланты расцветают в других областях, кроме боевых действий. Среди них алхимики. Они разрабатывают и производят лекарства, предназначенные для употребления сверхлюдьми, специализируясь на алхимии и фармакологии, которые выбирают не многие сверхлюди. Более того, число людей, преуспевших в этой области, чрезвычайно мало. Клан Гоп Хва всегда был в состоянии получать эликсиры от этих редких талантов. Эликсир, переданный Ли Ха, был одним из тех драгоценных снадобий, которые раз в год доставляются наследнику клана для употребления. Эликсир, сосредоточенный вокруг корня волшебного дерева. Волшебное дерево — редкий вид, настолько неуловимый, что даже если бы человек накапливал добродетель в течение трёх поколений, найти хотя бы ветку можно было бы считать небесной удачей. Благодаря тесным связям с кланом Тэсан со времён основателя, клан Гоп Хва мог относительно легко добывать материалы, что позволяло им получать один-два эликсира в год. Беспрецедентный рост силы Ен Хва означал, что ей не нужно было потреблять все поставляемые эликсиры, оставляя излишки. Эффективность была несомненной. Ен Хва сама употребляла его несколько раз и могла подтвердить его действие. Именно поэтому она передала его другим. Учитывая, что Ли Ха только начинал свой рост, она считала этот период важным для него. Она была уверена, что сильнодействующий эликсир окажет положительное влияние на его быстрый рост. ...Оценит ли он это? Пока она размышляла о своём безрадостном почтовом ящике, размышления о будущем вызвали слабую улыбку на её лице. Она с нетерпением ждала реакции Ли Ха при их следующей встрече. Какой она будет? Будет ли он поражен невероятной эффективностью? Будет ли он чрезвычайно благодарен ей? — Хе-хе... Или, возможно, он одарит её такой же улыбкой, как и раньше. Охваченная предвкушением, Ен Хва зарылась лицом в подушку и издала смешок. * * * Ах, чёрт возьми. Выражение моего лица инстинктивно помрачнело. Почувствовав инородное тело, я сплюнул: — Пти, — и, как и ожидалось, на пол брызнула чёрная кровь. Плевать на пол в собственном доме — это грубо и грязно, но в данный момент мне было всё равно. Пол уже был залит кровью. Даже если бы я сплюнул десятки раз, затвердевшая кровь пропитала бы пол до такой степени, что это вряд ли что-то изменило бы. В кои-то веки я был рад отсутствию запаха. По крайней мере, мне не пришлось терпеть зловоние грязной крови. — Кха... Что же это была за ситуация, чёрт возьми? Я прислонился к стене, погрузившись в свои мысли. Я принял эликсир, и изо рта у меня потекла кровь. Количество жидкости неуклонно росло, пока я, наконец, не потерял сознание, но пришёл в себя почти через день. Почему? По какой причине? Я не понял... Я выдохнул, что можно было бы принять за вздох, если бы не корка засохшей крови, которую я удалил пальцем изо рта. Она затвердела и мешала мне дышать. Даже малейшее движение пальцем давалось мне с трудом. Когда я впервые попытался встать, то чуть не упал обратно. Пол оказался не таким скользким, как я думал, — кровь затвердела. Проблема была в моём теле. Когда я приподнялся на руках, у меня возникли сомнения, но в тот момент, когда я попытался встать, мои ноги почти подкосились. Моё тело казалось тяжёлым, как будто оно было наполнено водой. Мои реакции были замедленными, как будто я только что проснулся, и сил не было столько, сколько требовалось. С таким тяжёлым телом я мог только прислоняться к стене. С другой стороны, моя мана бурлила вовсю. Объём маны, хранящейся в ядре. Сравнить текущий объём с тем, что было раньше, было невозможно — он слишком сильно увеличился. Если раньше это была капля, то теперь это была чашка, полная воды. Схемы также кардинально изменились. Существующие цепи удвоились в толщину и ширину. Даже движение маны, которое раньше было таким незаметным, теперь ощущалось непривычно. Также сформировались новые цепи. Они переплетались с существующими, обеспечивая ещё более плотное перемещение маны. Хотя теперь я только чувствовал тяжесть, моё тело изменилось. По-видимому, на это положительно повлиял процесс получения маны из эликсира. Я мог только догадываться, что это состояние было реакцией на внезапный рост. Трансформация была ошеломляющей. Я не мог перестать удивляться переменам, вызванным всего одним эликсиром. На что это было похоже в оригинальной игре? Честно говоря, я не знал, потому что не остановился только после одной. Могу ли я вообще сравнить эти характеристики с приведёнными здесь... На данный момент я не мог использовать магию. Значительно увеличенный объём и качество маны, изменённое ядро и схемы. Небрежное использование маны казалось нецелесообразным. Рекомендация потратить один-два дня на настройку, должно быть, имела в виду именно это. А пока я просто успокаивал себя, позволяя энергии эликсира хорошо осесть в моём теле. ...Что это было ещё раз? Пока я приводил в порядок свои мысли, я вспомнил этот сон непосредственно перед пробуждением. На самом деле, было трудно сказать, что он «пришёл в голову». Сны такие, но я не мог вспомнить детали после пробуждения. Только смутное воспоминание о сказочном лесу и порхающих вокруг пятнышках света. Всё остальное упорно ускользало от меня. Я не понимаю. Я ничего из этого не понял. Так всегда бывает, когда принимаешь эликсир? Это казалось маловероятным... Я не мог скрыть своего изумления, поскольку воспринимал информацию о комнате через пространственное восприятие. Ковёр из чёрной свернувшейся крови занимал половину пола... — Уф. У меня невольно вырвался вздох. Я хотел просто закрыть глаза и забыть об этом, но не мог продолжать игнорировать ситуацию. К счастью, я мог легко устранить эту катастрофу. Я забыл, но в спальне были различные заклинания для удобства. Используя встроенные заклинания очищения и опрятности, пятна крови, прилипшие к комнате, исчезли начисто. Троекратное приветствие магии. Пошатываясь, я добрался до душа и привёл себя в порядок. Я почти задремал под тёплой водой, поэтому быстро смыл кровь и вылез. Я накинул белый халат, который никогда раньше не надевал. Ткань была мягкой и уютной, особенно на моей обнажённой коже. В комнате, где теперь не было пятен крови, окно было оставлено открытым для доступа свежего воздуха. Я не чувствовал запаха из-за того, что у меня было закрыто обоняние, но всё равно чувствовал лёгкий дискомфорт. С того момента, как мы встретились с Профессором Атрой, я удивлялся, как я мог испытывать такой дискомфорт. И Профессор Атра, и Лиана выпили накануне вечером, но они привели себя в порядок и использовали заклинания, чтобы стереть любой запах. Как моё тело узнало об этом и отреагировало на это, оставалось загадкой. Я подумаю об этом позже. От чрезмерных размышлений у меня разболелась голова. Кроме того, мне стало жарко. Я перетащил ноги на диван в гостиной. Я не хотел спать в комнате, которая, хотя и не имела запаха, всё равно казалась мне неприятной. Схватив подходящее одеяло, я рухнул на диван. Накрытый одеялом, он превратился в неплохую импровизированную кровать. Просто немного посплю... Я целый день спал, но усталость никуда не делась. Говорят, сон — лучшее лекарство от болезни. Я просто немного посплю, а потом ещё подумаю об этом... ... Динь-дон! Динь-дон! Динь-дон! Как раз в тот момент, когда я уже почти уснул, зазвонил будильник. — Ах. Я нахмурился и постучал по своим умным часам. Я уже собирался заснуть, а тут этот непрерывный сигнал тревоги... Голограмма всплыла. [Понедельник, 6:40 утра.] На экране появилось странное сообщение. Я почесал в затылке и проверил своё пространственное восприятие. Убедившись, что проблем нет, я снова интерпретировал голограмму. Понедельник, 6:40 утра. Понедельник... день восхождения на Башню Роста. Э-э-э... У меня были галлюцинации, связанные с пространственным восприятием? Или я всё ещё сплю? Мои умные часы сломались? Я погрузился в глубокую задумчивость. Будильник, не обращая внимания на настроение, продолжал гудеть. Реальность ситуации быстро стала очевидной. Без должной подготовки в выходные... Наступил день восхождения на Башню Роста. ---------- Вхождение в Башню(1) Шио Рам расположен прямо посреди северной части тихого океана. Весь искусственный остров, созданный директором Нериэлем, служит местом проведения Шио Рама. Примерно половина территории отведена под подземелья, которые используются для обучения кадетов. Другую половину занимают коммерческие помещения, которые неизбежно образуются там, где собираются люди, учебные заведения для курсантов, а остальное пространство представляет собой пустующую землю. — Уф-ф... У меня невольно вырвался глубокий вздох. Держась за свои расшатанные нервы после впустую потраченных выходных, я вышел из общежития. Короткая поездка на автобусе — и я оказался на центральной площади. Центральная площадь, расположенная в центре Шио Рама, может занимать небольшую часть всей площади, но, оказавшись там, трудно оценить её простор. Даже если бы я напряг своё пространственное восприятие до предела, я не смог бы охватить её необъятность, которая разветвлялась на главные дороги, ведущие в разные зоны для каждого учебного года. И прямо там, в центре площади, возвышалась массивная башня из слоновой кости. Башня была такой широкой, что не вместила бы и нескольких футбольных полей, вместе взятых, и, казалось, пронзала облака и достигала неба. — ...Башня Роста. Последний феномен врат был проявлением Башни Пространства. Я подумал, не приведёт ли ощущение Роста Башни к инциденту, подобному предыдущему, поэтому я осмотрел башню с помощью радара пространственного восприятия, которым я обычно больше не пользуюсь. К счастью, ничего экстраординарного не произошло. Или, лучше сказать, это было нечитаемо. Ощущение было такое, словно я стучу кулаком по твёрдой каменной стене. На одной стороне просторной площади собралось множество курсантов под руководством своих Профессоров. Общее количество первокурсников превысило 500 человек, да? Почувствовав всеобщее оживление, я направился к источнику энергии Профессора Лианы. Я прибыл туда, где почувствовал знакомое присутствие. [▼Класс Ипчун, сюда▼] Под голограммой размером с рекламный щит стояла Профессор Лиана. Она увеличила голограмму, проецируемую на её умные часы. Она была одета в халат, похожий на те, что она носила всегда. Вокруг неё собрались знакомые люди. Я двигался медленно. Из-за того, что в выходные я практически потерял сознание, моё тело почти пришло в норму. Но я всё равно чувствовал, как во мне что-то бурлит. Похоже, я ещё не до конца принял эликсир. — Доброе утро. — Привет~ — Здравствуй. [Всем доброго утра.] Когда я подошел к группе учеников Ипчун, со мной поздоровались знакомые кадеты. В первый день я получил много поздравлений, но теперь стало заметно больше теплоты. Похоже, благодаря совместным занятиям и соприкосновению локтей мы стали ближе, особенно после того, как распространились истории о последнем спарринге и тренировке в подземелье. Конечно, всё ещё были те, кто судачил за моей спиной, но я не мог с этим смириться. — Ах, ты здесь. Среди собравшихся курсантов класса Ипчун были Элия, Атила и Эйдан. Атила, который равнодушно постукивал по своим умным часам, махнул рукой, и Эйдан, увидев меня, неловко кивнул. — Забавно спрашивать всего через неделю, но у тебя всё хорошо? [Да, у меня всё хорошо.] Ничего особенного, всего лишь пара незначительных инцидентов. Например, внезапно потерять сознание из-за детской травмы или захлебнуться собственной кровью после приёма эликсира. В конечном счёте, один из них был решён успешно... а другой вопрос в настоящее время решается. [Атила, с тобой всё в порядке?] — Да. Со мной всё было в порядке. Атила отвел взгляд. Эйдан, на которого все смотрели, неловко отвернулся. Почему они так себя ведут... Ох, точно. [Могу я спросить, как прошёл спарринг?] — Ах, это... — Этому парню надрали задницу. Эйдан поперхнулся, его плечи сжались. Кажется, это объясняло, почему он выглядел таким подавленным. — Я какое-то время держался молодцом, но пропустил решающий удар. Это было похоже на то, как когда я спарринговал с тобой, Ли Ха... Идиот. — Кха... — Много говоришь о том, чтобы продемонстрировать превосходство меча, а потом... Идиот. — Кхе-кхе... Эйдан не выдержал такой резкой критики. Называть его идиотом... казалось немного грубоватым... не так ли? Я не уверен. Я думаю, они близки, поэтому так дразнят друг друга. В любом случае... — ... [Доброе утро.] Реакция Элии была однозначной. Подойдя и поздоровавшись со мной, она уставилась на моё лицо и в замешательстве склонила голову набок. [У меня что-то с лицом?] — Нет, нет. На твоём лице ничего нет. Когда я проверил пространственное восприятие, мне показалось, что всё в порядке. — Это просто... Кхм... трудно объяснить. Ты кажешься каким-то другим... Элия и сама не была уверена и с сомнением покачала головой. Это из-за эликсира? Если бы была причина для перемен, то, вероятно, это был бы эликсир. После короткого разговора с ними троими я направился к Профессору Лиане. Я решил, что должен хотя бы отметить своё присутствие. — Хорошо, давайте соберёмся здесь... Ах? Когда я подошёл, Профессор Лиана, наконец, заметила меня и повернула голову. Но её реакция была совсем не такой, как я ожидал. Я думал, что меня встретят тепло, но вместо этого она непонимающе уставилась на меня и моргнула. Она оглядела меня с головы до ног, озадаченно наклонив голову. — ...А-а? Её реакцией было явное замешательство. Затем, всё ещё ошарашенно глядя на меня, Профессор Лиана протянула руку и схватила меня за щеки. Я надул губы, как рыба. Затем она внезапно приблизила своё лицо к моему. — Нюх, нюх... ?.. Она начала обнюхивать меня, особенно вокруг шеи. Ощущение щекотки заставило меня отпрянуть. Когда я застыл в недоумении, Профессор Лиана, наконец, подняла голову, на её лице всё ещё читались вопросы. Окружающие кадеты тоже оглядывались, перешёптываясь между собой. Здесь был не только класс Ипчун. Остальные пять классов, Усу, Кенчип, Чунбун, Чхонмен и Гогу, также присутствовали. Некоторые из них тоже посмотрели в этом направлении. — Ах?.. [Зачем вы это сделали?] — Э-э-э... Прости. Я была не в своём уме. Её действия не имели для меня никакого смысла. Когда я спросил об этом через голограмму, Профессор Лиана покачала головой, всё ещё выглядя смущённой. Через мгновение она извинилась, сказав, что ей очень жаль. Я просто кивнул, всё ещё не понимая, что произошло. — ... — ... После того, как Профессор Лиана отметила моё присутствие, я вернулся на своё место. Элия отошла на некоторое время, оставив меня с Эйданом и Атилой, которые бросали на меня потерянные взгляды. Они обменялись неловким разговором, и я промолчал, не давая объяснений. ... ... ... — Альберт Каниазель, Профессор, ведущий занятия в Гогу, расскажет о деталях. На временный подиум поднялся полный мужчина средних лет. Несмотря на возраст, его зачёсанные назад золотистые волосы были полны жизненной силы, а шрамы, пересекавшие лицо, намекали на непростое прошлое. Пока продолжалась его вдохновенная речь, я смущённо оглядывался по сторонам. Прямо рядом со мной стояла Ен Хва, её присутствие было очевидным. Скрестив руки на груди, она безразличным взглядом смотрела на трибуну, и это не казалось хорошим знаком. — Ах... После того, как Профессор Лиана обнюхала меня, я вспомнил события прошедших дней в тот момент, когда почувствовал, что Ен Хва вошла в зону моего ограниченного пространственного восприятия. Сразу после того, как в субботу я пришёл в себя, я помню, что проверил свои сообщения, намереваясь ответить после того, как немного встану, но я совершенно забыл это сделать. И только что, в панике из-за возможного опоздания, я выбежал из дома, не успев ответить. Такова была моя ситуация. С точки зрения Ен Хва, после того, как она отдала такой ценный эликсир, а затем была проигнорирована, она, должно быть, была очень расстроена. Мысль о том, что Ен Хва может меня невзлюбить, вскружила мне голову. Всего несколько мгновений назад я был полон мыслей о восхождении, но теперь они почти испарились. [Прости, что не ответил. Это не оправдание, но я проспал все выходные после приёма эликсира.] Я не мог молчать вечно. Я уменьшил голограмму и осторожно показал её Ен Хва. [Прошу прощения.] Ен Хва взглянула на голограмму, и её губы дрогнули. — ...Уф. Посмотрев на голограмму мгновение, Ен Хва глубоко вздохнула и потянулась, чтобы ткнуться мне в щёку. Этот жест показался мне ободряющим, и моё лицо сразу просветлело. — Хех. Ен Хва издала сдавленный смешок и продолжила тыкать меня в щёку. Испытывая угрызения совести и испытывая некоторое удовлетворение, я позволил потрогать себя за щеку. Через некоторое время Ен Хва спросила: — Ли Ха, что это было с Профессором только что? Только что? Размышляя над тем, что могло вызвать этот вопрос, я понял, что она имела в виду недавнее странное поведение Профессора Лианы. [Я и сам не уверен.] — Правда? Ен Хва скорчила любопытную мину, затем наклонилась и обнюхала мою шею. Лёгкое дыхание щекотало меня, заставляя мои плечи сжиматься. — Хотя пахнет приятно. — Может быть, тебе стоит попридержать проявления чувств за пределами общежития... Проигнорировав невнятный комментарий Бэк Арин, Ен Хва с отвращением на лице подняла голову. Значит, запаха крови нет. Я беспокоился, что запах крови останется после того, как я почти сутки провёл в луже крови. К счастью, оказалось, что очищающие заклинания, которые я применил, оказались эффективными. — Ты принял эликсир? Как ты себя чувствуешь? [Сразу после приёма я почувствовал усталость, но сейчас чувствую себя хорошо.] — Приятно слышать. Предполагалось, что эликсир стабилизируется после обработки, но приятно слышать это непосредственно от тебя. ...Хм-м. Значит, эликсир всё-таки был безопасен... Что же тогда со мной было? Но, с другой стороны, моё тело всегда было странным, как в предыдущем мире. Пока мы вели светскую беседу, Профессор на трибуне закончил свою речь и начал подробное объяснение. Голос Профессора Альберта Каниазеля завораживал кадетов, когда он говорил. — Вскоре кадеты войдут в Башню Роста. Это восхождение направлено на выживание во враждебном окружении башни и угрозах, исходящих от монстров и других кадетов. Башня Роста. Огромная башня из слоновой кости в центре Шио Рама, причина существования Академии. Башня Роста не только предлагает свои преимущества, но и преимущества от входа в неё сравнимы. Как в оригинальной работе, так и здесь, это обычно упоминается просто как восхождение. Восхождение — это событие, которое сильно влияет на повышение характеристик в текущей итерации. На первой итерации недостаток знаний означал, что почти всё было проблематично, но из-за того, что событие восхождения было полностью испорчено, это привело к тому, что кривая роста тоже изменилась. Особенно важно, что первое восхождение — это критическое событие. Чтобы снежный ком катился быстрее, нужно многое извлечь из этого. Однако на первой итерации мне это не удалось. — Восхождение продлится пять дней, в течение которых разрешены прямые бои и соревнования между кадетами. Если кадет получит травму, представляющую угрозу для жизни, он будет дисквалифицирован и переведён в отдельный тренировочный зал для проведения оставшегося времени. Я потерпел неудачу из-за этого соревнования. Поскольку я был студентом с особым допуском, нравилось мне это или нет, я был в центре внимания. В интерьере башни мог ли кто-нибудь на самом деле конкурировать на том же уровне, что и студент с особым допуском? Как и в случае с Эйданом, было много тех, кто прямо противостоял мне. А теперь, когда появились другие классы, их стало ещё больше. И затем... — Результаты этого восхождения будут представлены баллами, заработанными за победы над монстрами и другими кадетами. Когда Профессор постучал по своим умным часам, на экране появилась большая голограмма, которую можно было увидеть со всех сторон. ▶Оценка◀ [Монстр 8-го уровня: 1 балл.] [Монстр 7-го уровня: 10 баллов.] ... [Курсант начального звена: 20 баллов.] ... [Курсант высшего боевого звена: 100 баллов.] ... [Заместитель представителя класса: 450 баллов.] [Представитель класса: 500 баллов.] … Появилась таблица оценок монстров и кадетов в зависимости от ранга и специальности. Это почему-то напомнило мне меню мясной лавки с его подробной разбивкой. Я испытал странное ощущение, когда заглянул в самый конец голограммы. В самом низу... [Особый допуск: 1.000 баллов.] ...Хм-м. Я задумался, а затем кивнул. С таким результатом было очевидно, что я стану мишенью. На то было множество причин, как эмоциональных, так и практических. Я внутренне вздохнул и осторожно снял умные часы со своего левого запястья. Умные часы нельзя было пронести в башню. То же самое касалось и другого оборудования. С собой можно было взять только основное оружие. Другими словами, без функции голограммы в моих умных часах я превратился из временно немого человека в немого полностью. Это была прискорбная ситуация. Мысль о временном расставании с моими умными часами, которые стали частью меня, повергла меня в глубокое уныние. К счастью, Профессор Лиана заверила меня, что я могу взять с собой нарукавники. Я был рад, что не стал выставлять напоказ свои ужасные шрамы среди шумной толпы. — Класс Гогу войдёт первым. Теперь подъём был прямо перед нами. — Гогу (Зерновой Дождь), входите! Я с трудом сглотнул и пошевелил своим неуклюжим запястьем. ... ... ... — Чхонмен (Чистый и Ясный), входите! Башня из слоновой кости была величественных размеров. У её основания был вход в форме арки, тёмный, как беззвездное ночное небо. — Чунбун (Весеннее Равноденствие), входите! Вход начался с более поздних классов, таких как класс Гогу, которые входили с интервалом в пять минут. Кадеты выстроились в линию и вошли в башню согласно расписанию. — Кенчип (Пробуждение Насекомых), входите! Несмотря на то, что между заходами в башню был перерыв, время внутри башни варьировалось всего на несколько секунд. Это означало, что не было никакого преимущества в зависимости от порядка входа. — Усу (Дождевая Вода), входите! Как только вы окажетесь внутри башни, как только вы откроете глаза, начнётся испытание. Этот момент знаменует начало пяти дней выживания. — Ипчун (Начало Весны), входите! Вскоре настала очередь класса Ипчун. Кадеты из класса Ипчун начали выстраиваться в строй. Ен Хва, одна из последних в классе Ипчун, остановилась понаблюдать, прежде чем повернуть голову. — Что ты собираешься делать? Рядом с ней стояла Бэк Арин. Играя с её волосами и сдержанно улыбаясь, Бэк Арин взглянула на неё. — Я? — Да, ты. — Хм-м... Бэк Арин задумчиво замурлыкала, её пальцы перестали теребить волосы. Пряди цвета морской волны упали ей на плечо. — У меня есть кое-что на уме. — Что это? — Ах, этого я не могу тебе сказать. В конце концов, это соревнование. — Тск. Ен Хва прищёлкнула языком и отвернулась. Бэк Арин тихо хихикнула, наблюдая за входом в башню, куда неуклонно входили кадеты. Как раз в этот момент в зал вошёл курсант особого допуска, Ли Ха. Он выглядел напряжённым, когда бросился в ворота. — ...У меня есть план. Сработает он или нет, ещё предстоит выяснить. Бэк Арин издала тихий смешок. ... ... ... Жизнь редко идёт по плану. Мир не таков. Если бы всё шло так, как задумано, не было бы несчастных людей. Это факт, который я вполне осознаю. Я широко улыбнулся, вдыхая воздух, который, как я предполагал, был наполнен природой. Но... Почему я снова ничего не вижу? Куда, чёрт возьми, подевалось моё пространственное восприятие? ---------- Слепой и немой(1) Обширный зал тонул во тьме. Единственным источником света служили многочисленные голограммы, парящие в воздухе. На них транслировались ключевые зоны внутри Башни Роста, куда недавно вошли курсанты первого курса. — Уже год прошел. Как быстро летит время. Голограммы проецировались над столом, за которым сидели люди. В тишине, где каждый сосредоточенно вглядывался в мерцающие изображения, раздался ленивый, тягучий голос. Это была Ли Суён, ответственный профессор класса Усу первого курса. Потирая кончики своих фиолетовых волнистых волос, она с явной неохотой потянулась, разминая затекшее тело. — Кажется, только на днях было их первое вхождение в Башню. — Для человека, который так говорит, вы совсем не изменились, — заметил кто-то. — Обычные люди за год и не меняются. Ли Суён поморщилась и потерла плечо, чувствуя, что скованность в мышцах так и не прошла. — А сложность в этот раз не слишком ли завышена? — Это результат оценки среднего уровня курсантов. В этом году он заметно вырос, поэтому мы скорректировали условия, — ответил Альберт. Он не был новичком, но в этом году впервые стал ответственным профессором. Альберт уже более десяти лет курировал класс Когу и знал все тонкости процесса. Остальные профессора, слушавшие их разговор, согласно кивнули. В последнее время начальный уровень курсантов действительно совершил резкий скачок. Эта тенденция наблюдалась несколько лет, но нынешний поток уже успели окрестить «золотым поколением» — одним из лучших в истории Сиёлама. Первое вхождение в Башню для первокурсников всегда проходило на первом этаже. Это правило оставалось неизменным. Тема испытания — выживание. Место действия — бескрайний лес, кишащий монстрами. Пять дней в дикой чаще, имея при себе лишь основное оружие. Во время прошлой Данж-практики подготовка разрешалась. Можно было брать с собой предметы для выживания и даже вещи, напрямую помогающие в бою. Тогда критерием оценки была не столько личная сила, сколько умение работать в команде. Даже самый могущественный сверхчеловек порой не может справиться в одиночку — такова была логика профессоров. Но нынешнее испытание отличалось. Их забросили в лес, оставив только основное оружие. Никакого снаряжения, никаких припасов. Пять дней полной изоляции и борьбы за жизнь. В окружении монстров и, что куда опаснее, в условиях жесткой конкуренции с другими курсантами. Сложность была явно выше, чем на Данж-практике. И выше, чем в прошлом году. Но Ли Суён имела в виду не это. — В прошлом году ведь был шестой ранг? — Да, в прошлом году целью был альфа-экземпляр шестого ранга — «Глиняный истукан», — сверившись с данными, подтвердил Иханес, профессор класса Чхонмён. На третий день пятидневного выживания в центре локации первого этажа Башни Роста всегда появляется особый монстр. За его уничтожение начисляется огромное количество баллов. Это своего рода стимул, заставляющий курсантов объединяться ради общей цели, несмотря на соперничество. Так было и в прошлом году. Глиняный истукан — монстр шестого ранга. Как и следует из названия, это голем, чье тело состоит из земли, камней и переплетенных корней деревьев. — В прошлом году... ха-ха. К удивлению всех, его одолел один-единственный курсант. — Ли Джиюн из секты Тэсан? Это было громкое событие, я помню. Говорят, она просто забила его до смерти в рукопашной, — вставил кто-кто из присутствующих. — Сокрушить голема, обладающего невероятной прочностью и регенерацией, в лобовой атаке... Когда я услышал об этом, просто не поверил своим ушам. Шестой ранг Альфа. В классификации монстров с первого по восьмой ранг шестой находится ближе к низу списка. Глядя на сухие цифры, можно ошибочно принять его за слабого противника, но это опасное заблуждение. Монстр шестого ранга — это обычно босс подземелья четвертого ранга. Нередки случаи, когда низкоранговые сверхлюди и солдаты, вошедшие в такое подземелье для зачистки, гибли в полном составе при столкновении с боссом. Для любого курсанта академии, каким бы талантливым он ни был, бросить вызов такому существу — огромный риск. — Да, в прошлом году был шестой ранг. Но почему в этот раз... Ли Суён указала на строчку в отчете: [Целевой монстр: Паразитическая моль, 5-й ранг Альфа] — Пятый ранг? Да еще и Альфа? Сложность зашкаливала. Условия среды остались прежними, но ранг босса изменился. — В прошлом году курсант в одиночку уничтожил шестой ранг, — напомнил Альберт. — И что, это повод так задирать планку? То была наследница Тэсан, а здесь, как бы ни был высок средний уровень... — В этом году среди первокурсников есть наследники Гэпхва и Чангэ. Если они объединятся с другими курсантами, это не будет невыполнимой задачей. К тому же, у курсантки Хон Ёнхва уже есть опыт одиночного уничтожения монстра пятого ранга, не так ли? С этим доводом трудно было спорить. Ли Суён задумчиво кивнула, но тут же сменила тему, вспомнив кое-что еще. — Это всё понятно. Но не слишком ли суровы условия для Ли Ха Юля? При упоминании этого имени профессора, до этого хранившие молчание, оживились. Иханес переспросил: — Суровы? На него не накладывали никаких особых ограничений. — Я не об этом. Я о баллах, — Ли Суён щелкнула пальцами, и голограммы в воздухе развернулись, открывая новые данные. [Особый набор: 1 000 баллов] — Это слишком очевидно. Вы буквально вешаете на него мишень и говорите всем: «Убейте его». — Кто мы такие, чтобы обсуждать волю Ректора? Ли Суён поморщилась. «Воля Ректора». Она совершенно не понимала, чего он добивается. Курсант особого набора. После его зачисления ходило множество слухов, но, судя по скорости его роста на тренировках и Данж-практике, в нем определенно видели потенциал. Потенциал — это хорошо, но зачем назначать за него такую награду еще до того, как он успел раскрыться? Ли Суён на мгновение задумалась, а затем перевела взгляд на Лиану, профессора класса Ипчхун, к которому был приписан льготник. Она хотела узнать мнение той, кто непосредственно обучает Ли Ха Юля. — ...... Обычно у профессора Лианы была безупречная репутация. Она всегда встречала коллег мягкой, доброй улыбкой. Но сейчас Лиана выглядела странно: она сидела с отсутствующим видом, уставившись в пустоту. Она явно была не в себе. Ли Суён вспомнила нелепые слухи, которые недавно поползли среди курсантов. Якобы профессор Лиана обнюхивала и домогалась одного из учеников. Бред чистой воды. Скорее всего, те, кто распускает подобные сплетни, скоро горько об этом пожалеют. Как бы то ни было, Лиана сейчас была не лучшим собеседником. Ли Суён с сомнением отвела взгляд и посмотрела на другого человека, присутствовавшего здесь, хотя тот и не был куратором первого курса. Её выдавали острые золотистые глаза и мощная магическая аура, которую она пыталась скрыть, но в которой всё равно чувствовалась свирепость. Это была профессор Атра, ведущая профильные лекции у курсанта особого набора. Она присутствовала здесь как его наставница. — Профессор Атра, а вы что думаете? Ли Суён была с ней едва знакома — они лишь пару раз обменивались приветствиями на общих собраниях. Атра, подпиравшая подбородок рукой и не сводившая глаз с голограммы, бросила на неё мимолетный взгляд. Она слышала весь разговор и понимала, о чем её спрашивают. — ...... Атра вспомнила последние недели. Её жизнь не была такой уж долгой, но это время оказалось невероятно насыщенным. Первая встреча. Неудовлетворительные навыки и слабая скорость развития. А затем — стремительный, почти пугающий прогресс день ото дня. Таланты, раскрывающиеся в самых разных областях. Его прилежание, отсутствие попыток увильнуть от трудностей. И то, как он беспрекословно следовал за ней, словно полностью доверял, хотя наверняка во многом сомневался. А потом... на Данж-практике... — Угх... Бэээ-э! Вспомнилось, как его тошнило от одного её вида. Ненужное воспоминание. Атра плотно сжала губы. Подавив всплеск эмоций, она произнесла: — Ну... Оценивая средний уровень курсантов и зная возможности Ли Ха Юля, которого она тренировала лично, Атра сделала вывод: — Он не даст себя в обиду. Ли Ха Юль не был слабым звеном в этом испытании. Он уже стал сверхчеловеком, чьи силы начали пробуждаться в полную мощь. *** В последнее время всё идет наперекосяк. Так было в прежнем мире, так продолжается и здесь. Мою жизнь всегда сопровождали неудачи — не настолько сокрушительные, чтобы впасть в полное отчаяние, но достаточно ядовитые, чтобы каждый раз ломать лестницу, по которой я пытался выбраться к свету. — Фью-ю-у... Ветер пронесся мимо, обдав меня странным холодом. Я невольно поежился и забился поглубже в свое укрытие. Оказавшись внезапно беспомощным и слепым, я буквально на карачках нащупал это место. Это была низина, где нагроможденные друг на друга валуны образовали узкую щель, в которой можно было спрятаться. Втиснувшись внутрь, я забросал лаз заранее припасенными крупными ветками. Несколько слоев такой маскировки должны обеспечить базовую скрытность. Если добавить к этому немного магии, получится сносное убежище. «......» Выровняв дыхание, я попытался активировать пространственное восприятие. Тщетно. Ничего не вышло. Способность лишь слабо пульсировала, словно придавленная огромным камнем. Я не мог развернуть её. Пространственное восприятие, заменявшее мне глаза, исчезло. Смарт-часы, заменявшие мне голос, тоже отобрали. Сейчас на моем запястье были лишь экзаменационные часы, предназначенные исключительно для расчета баллов. «И что мне теперь делать?» Похоже, я провалился в самом начале. Первое вхождение в Башню, первое испытание — как ни назови, суть одна. Это событие было словно специально создано, чтобы максимально усложнить жизнь «игроку». Курсантам разрешено нападать друг на друга. Для тех, кто и так недолюбливал льготника, это идеальный шанс. Да и те, кто не испытывал ко мне вражды, наверняка захотят проверить меня на прочность из чистого любопытства. К тому же, есть и практическая выгода. Тысяча баллов за мою голову. Баллы, полученные в Башне, идут не только в зачет успеваемости, но и служат своего рода валютой. Их можно накопить и обменять на ценные предметы из каталога Сиёлама. Уверен, за тысячу баллов можно получить немало полезного. Даже если этих очков не хватит на что-то грандиозное прямо сейчас, иметь такой запас в будущем — огромный плюс. Наверняка сейчас толпы курсантов рыщут по лесу с горящими глазами, разыскивая меня. «А-а...» Я провел ладонью по лицу и тяжело вздохнул. От охватившей меня духоты и тесноты я поднял голову вверх. Ничего. Тьма. Зрение заблокировано. Но даже если бы пространственное восприятие работало, его радиус не позволил бы мне «увидеть» небо. А будь у меня обычные глаза, листва деревьев всё равно закрыла бы обзор. Неба не было видно. От безысходности голова сама собой опустилась вниз. ---------- Том 1 Глава 45.1 В огромном пространстве, погружённом во тьму. Единственными источниками света были многочисленные голограммы, парящие в воздухе. Эти голограммы отображали важные области внутри Башни Роста, куда только что вошли первокурсники. — Прошёл уже год. Время летит незаметно... Стоящие вокруг стола голограммы излучали свет, и присутствующие окружили их. В наступившей тишине все сосредоточились на голограммах; по комнате разнёсся томный голос. Это была Ли Суйен, Профессор, ведущая занятия для первокурсников. Накручивая на палец кончики своих волнистых фиолетовых волос, она расслабленно раскинула руки. — Я помню, что это было всего несколько дней назад, когда они только поступили на первый курс... — Ты так говоришь, но за год в тебе ничего не изменилось. — Обычно люди не сильно меняются в течение года. Ли Суйен поморщилась, не до конца стряхнув с себя летаргию, и помассировала плечи. — Трудности кажутся немного выше, чем в прошлом году, не так ли? — Это основано на среднем показателе учащихся. В этом году средний показатель значительно вырос, поэтому сложность была скорректирована. Суйен не была новым Профессором, но в первый год работы у неё было мало знаний, чтобы продолжить. Альберт, который руководил классом Гогу в течение последних десяти лет или около того, ответил ей. Несколько других Профессоров, слушавших Суйен и Альберта, тоже мысленно кивнули. В последнее время базовый уровень подготовки студентов значительно повысился. Эта тенденция сохранялась в течение нескольких лет, и особенно эта группа была высоко оценена как одно из лучших поколений в истории Шио Рама. Первое восхождение первокурсников всегда происходило на первый этаж Башни Роста. Эта традиция никогда не менялась. Темой было выживание, окружающая среда — обширный лес, кишащий монстрами. Пятидневное испытание на выживание в лесу, кишащем монстрами, вооружёнными только своим основным оружием. Во время последней тренировки в подземелье разрешалась подготовка. Разрешалось снаряжение для выживания и некоторые предметы, помогающие в бою. Однако это испытание на выживание было другим. Их бросили в лес, прихватив с собой только основное оружие. Никакие другие приготовления не были разрешены. Теперь им предстояло продержаться пять дней в этом нищем состоянии. А соревнование с другими учениками, окружёнными монстрами, было ещё опаснее. Сложность была, несомненно, выше, чем в подземелье, и даже больше, чем в прошлом году. Но Суйен имела в виду не это. — Разве в прошлом году не было существ шестого уровня? — Да, в прошлом году это был альфа-отряд шестого уровня Земноводный Треант. Профессор Чхонмена, Йоханнес, подтвердила это после проверки записей. На третий день пятидневного выживания на первом этаже Башни Роста в центральной области появится особый монстр. Этот монстр, приносящий значительное количество очков, был мишенью для студентов, способствуя кооперативному соревнованию. В прошлом году было то же самое. Треант. Монстр шестого уровня. Как следует из названия, големоподобное тело было создано из смеси почвы, камня и дерева. — В прошлом году... ха-ха. Удивительно, но его победил один студент. В прошлом году такой монстр был побеждён всего одним человеком. — Ли Чжиюн из Тэсана, верно? В Академии только об этом и говорили. Я слышал, что она подавила его грубой силой. — Сокрушить голема, известного своей регенерацией и выносливостью, в лобовом бою... Когда я это услышал, это было абсурдно. Альфа шестого уровня. Учитывая классификацию монстров с первого по восьмой уровни, шестой уровень относится к низшим рангам. На первый взгляд, кто-то может подумать, что это более слабый монстр, но это серьёзная ошибка. Шестой уровень соответствует уровню Босса в подземелье четвёртого класса. Низший класс сверхлюдей и солдат, которые заходят в подземелье четвёртого уровня только для того, чтобы захватить его, может быть уничтожен при появлении босса. Шестой уровень. Это существо, с которым даже способным студентам Академии непросто иметь дело. — Да, в прошлом году это был шестой уровень. Но почему в этом году... Суйен указала на раздел документа. [Развёрнутый монстр: Альфа пятого уровня, «Паразитическая Моль».] — Пятый уровень? И это альфа?.. Сложность была выше. В целом обстановка была похожей, но ранг главного существа был другим. — В прошлом году монстр шестого уровня был побеждён одним учеником. — Нужно ли из-за этого повышать уровень сложности? Наследник Тэсана действовала в одиночку, и неважно, насколько высок средний балл... — В этом году среди первокурсников есть наследники Гоп Хва и Чанхэ, и, если другие студенты будут сотрудничать, это не должно быть слишком сложно. Более того, Ен Хва в одиночку справилась бы с пятым уровнем, не так ли? Его точка зрения была верной. Суйен кивнула, затем, словно внезапно вспомнив о чем-то, сменила тему. — Это верно, но не ставит ли это Ли Ха в невыгодное положение? Ли Ха. Упомянутое имя привлекло внимание Профессоров, которые не участвовали в разговоре. Профессор Йоханнес из Чхонмена задал вопрос в ответ. — В невыгодном положении? На него не наложено никаких особых ограничений. — Дело не в ограничениях. Я говорю о баллах. Суйен щёлкнула пальцами. Голограмма расширилась в воздухе во всех направлениях. [Особый допуск: 1.000 баллов.] — Это слишком откровенно. Это похоже на открытый призыв к нападению на него. — Откуда нам знать о намерениях директора? Суйен нахмурилась. Она не могла понять ход мыслей директора. ---------- Башня Роста (1) Не будет преувеличением сказать, что пространство внутри Башни Роста — это целый мир, настолько оно обширно и разнообразно. В течение четырех лет обучения в Сиёламе курсант может «безопасно» проходить через Башню Роста различные испытания. Для первокурсников их первое вхождение в Башню — это экзамен, который даже неловко называть испытанием. Окружающая обстановка напоминает леса эпохи динозавров, которые часто можно увидеть в интернете. Воздух здесь тяжелый, а деревья — массивные. Листья, свисающие с ветвей, настолько широкие, что из них вполне можно было бы сделать одежду. ...Глазами я этого не видел, но, скорее всего, так оно и было. План был таков. Концентрация маны здесь невероятно высокая. Она не идет ни в какое сравнение с тем, что снаружи. Даже с подземельем, в котором я был в прошлый раз, это место не сравнить. То же самое касается деревьев и трав, которые круглый год впитывают эту ману в огромных количествах. Сорняки, растущие здесь повсюду, на самом деле являются целебными травами, наполненными маной, которые трудно найти в обычном мире. Сначала я намеревался собрать все необходимые растения. Для других это могло быть трудной задачей, но для меня, обладающего пространственным восприятием, это не составляло труда. Положительные изменения, достигнутые внутри Башни, сохраняются и снаружи, а предметы, полученные здесь, можно выносить с собой. Я планировал бродить по окрестностям, собирать травы и одновременно искать скрытые элементы. Если всё совпадает с оригиналом, то где-то здесь с высокой долей вероятности должен быть скрытый элемент. Травы я собирался либо продать, либо использовать сам, когда позже займусь алхимией. Так я планировал продержаться пять дней. Мой замысел заключался в том, чтобы намеренно скрывать свое присутствие, избегать других курсантов и лишь изредка отвечать на угрозы магией. Окружающие говорили, что мое присутствие очень слабое и меня трудно обнаружить. К тому же у меня было пространственное восприятие, позволяющее заранее узнавать о приближении противника и замечать любые следы. Я думал, что это вполне осуществимо. Но фундамент моего плана — пространственное восприятие — рухнул. Втиснувшись в расщелину между огромными валунами, я отрешенно пытался задействовать пространственное восприятие. Казалось, сознание вот-вот оборвется. Я по-настоящему возненавидел этот мир. Больше всего мне хотелось просто завалиться спать, но это был бы худший вариант из всех возможных. Кое-как собрав волю в кулак, я приложил все силы, чтобы восстановить пространственное восприятие. По ощущениям прошло несколько часов. Пространственное восприятие по-прежнему было бесполезно — оно словно «смялось», не в силах расправиться. В этом оно было похоже на меня самого. «Ха-а...» Судя по всему, быстро вернуть пространственное восприятие не получится. «...А что делать с едой?» Выживание в течение пяти дней. Разумеется, проносить с собой сухпайки запрещено. Пищу и воду нужно добывать в этом лесу самостоятельно. И сейчас, без пространственного восприятия... это будет непросто. С питьевой водой я еще мог что-нибудь придумать с помощью магии. Но еду здесь можно добыть, только если поймать съедобного монстра или жевать лесные плоды и корни трав. Даже если я, кое-как прячась и ощупывая всё вокруг, найду какие-нибудь плоды, я не смогу определить, ядовиты они или съедобны. Зрение недоступно. Обоняние и вкус — тоже. В итоге придется проверять всё на себе, съедая кусочек и ожидая реакции организма. Но нельзя просто сидеть сиднем. Я осторожно поднялся. Отодвинув листья, искусно прикрывавшие расщелину в скалах, я потихоньку выбрался наружу. Стараясь не упасть, я делал каждый шаг крайне осмотрительно, ощупывая пространство перед собой. — Бум! «Ай...» Я несколько раз приложился головой о толстые ветви. — Хрясь! «У-ух...» Раза три или четыре я едва не растянулся, зацепившись ногой за выступающие из земли корни. — Тык! «Ой». Пока я ощупывал деревья, десятки раз укололся обо что-то острое. Когда пространственное восприятие восстановится, я наверняка увижу на ладонях множество отметин. Единственным оставшимся органом чувств, на который можно было положиться, был слух. Множество звуков проникало в мои уши. Я слышал шаги — это были мои собственные шаги. Но иногда доносились звуки чьего-то чужого присутствия. В такие моменты я быстро прятался в подходящем месте, а если такого не находилось, плотно прижимался к земле и затаивал дыхание. Я скрывал свое присутствие, пока чужой звук не отдалялся. Когда он исчезал, я потихоньку поднимался и снова начинал ощупывать всё вокруг. Это повторялось несколько раз. Несколько часов я прятался в расщелине скал. Еще несколько часов бродил, пытаясь найти хоть что-то. Мне удалось раздобыть немного плодов (предположительно съедобных), а также найти большую поляну и берег реки. Всё это время я пытался достучаться до своего пространственного восприятия. Хороших новостей не было. Не знаю, подходит ли такое сравнение, но пространство вокруг казалось слишком тяжелым. Я никак не мог «протолкнуть» его, чтобы расширить радиус действия. «Безнадежно». Я размышлял, перекатывая в ладони с трудом добытый плод. Я всё еще не знал, ядовит ли он. Для начала я сделал так, как где-то слышал: раздавил кусочек плода и мазнул соком по запястью. Если появится жжение — значит, яд. К счастью, через некоторое время никакой реакции не последовало. Тогда я осторожно положил кусочек в рот. Боли не было. Делая большие паузы, я понемногу съел плод. Большая часть первого дня уже прошла впустую. «М-да...» Пора было принимать решение. Если так пойдет и дальше, ничего не выйдет. По какой-то причине пространственное восприятие превратилось в мусор, а я, его владелец, стал беспомощным калекой без глаз. Продолжать так упорно выживать не имело смысла. Травы я собрать не могу, до скрытого элемента тоже не добраться. Благодаря усиленному Благословению Роста я чувствую, как становлюсь сильнее, даже просто дыша. Но в такой ситуации лучше уж выбыть пораньше, пусть даже это испортит мои оценки, и запереться в тренировочном зале. Я вернулся в расщелину скал, так и не добившись особых успехов. Пока я отрешенно пытался задействовать пространственное восприятие, до меня снова донеслось множество звуков. «...Звуки». Из-за проклятия Печати чувств я лишился зрения, вкуса и обоняния. Больше половины из пяти чувств исчезло, остались лишь слух и осязание. С тех пор как на меня наложили проклятие, я кожей чувствовал, что слух и осязание обострились. Ведь я стал слышать те тихие звуки, которых раньше не замечал. Шум ветра, шелест травы, пригибающейся под его порывами, скрип раскачивающихся ветвей, журчание воды, щебет мелких птиц... С трудом удерживая ускользающее самообладание, я отрешенно вслушивался. Обострившийся слух улавливал самые разные звуки. Слух стал лучше. Раньше я не придавал этому значения. Я слышал, что если закрыть глаза, то энергия, которая тратилась на зрение, распределяется между другими органами чувств. Не знаю, правда ли это, но я чувствовал именно это. «...Слишком хорошо слышно». Но сейчас я слышал как-то уж слишком отчетливо. Количество звуков, проникающих в уши, росло. Каждый шорох леса доносился до меня. Может быть, это происходило потому, что энергия, предназначавшаяся для пространственного восприятия, перетекла в другие чувства? Если подумать, так было и раньше. В моем прежнем мире у меня тоже был хороший слух. Пока зрение было мутным, а тело в целом слабым, слух оставался единственным нормально работающим органом. Ощущать чужой взгляд кожей... То, что я чувствовал это не интуицией, а именно осязанием, было странно, но, как и в случае со слухом, на Земле я хорошо чувствовал взгляды, а попав сюда, стал ощущать их еще острее. «Мана». Я чувствую и ману тоже. Из-за того, что всё вокруг буквально пропитано ею, детально различать её трудно, но самые разные потоки маны передавались мне через кожу, через ощущения. Полная жизненных сил мана в деревьях, мана, отчетливо пульсирующая даже в сорняках. Потоки маны, текущие под землей. Мана, разлитая в самом воздухе. В основе своей это мана, обладающая чистой, прозрачной жизненной силой и свойствами самой природы... Я чувствую её, хотя пространственное восприятие не работает. Если подумать... С какого-то момента я всегда использовал пространственное восприятие для сенсорики маны. С какого момента? Нет, не так. Я всегда ощущал ману исключительно через пространственное восприятие. С самого детства мое зрение было мутным и плохим, но в итоге я всё же хоть что-то видел. Мир, полностью поглощенный тьмой после проклятия, пугал меня. Поэтому я полагался на несовершенное пространственное восприятие, которое показывало мир примерно так же, как мое плохое зрение. А когда пространственное восприятие пришло в норму, я стал зависеть от него еще сильнее. Оно было слишком универсальным, и это только усугубляло зависимость. Я многое понял о пространственном восприятии. Причина, по которой я мог распознавать содержимое книги, даже не открывая её, заключалась в том, что я воспринимал информацию о пространстве целиком. Книга существует в этом пространстве, даже если она закрыта. В итоге, когда я воспринимаю пространство целиком, содержание книги тоже попадает в мое сознание. Ману я воспринимал так же. Ведь мана тоже существует в пространстве. Вместо зрения, вкуса и обоняния у меня странным образом обострились слух и осязание. Но я не обращал на это должного внимания. Видимо, я пренебрегал ими, потому что у меня было пространственное восприятие. Я полагался на него. Возможно, это не совсем верное выражение. Подобно тому как у людей есть глаза и они видят мир глазами, у меня вместо глаз было пространственное восприятие, и я чувствовал мир через него. Люди зависят от зрения, а я зависел от пространственного восприятия. Но ведь у меня было не только оно. Сродство с маной, Мастер на все руки, физические способности, возросшие после того, как я стал сверхчеловеком, и аномально обострившиеся слух и осязание... У меня было много инструментов, но я, возможно, зациклился исключительно на пространственном восприятии. «.....» Странная мысль. Раз уж всё и так полетело к чертям, я решил попробовать по-настоящему. Сделав глубокий вдох, я на время отложил мысли о пространственном восприятии. Я отозвал его — ту силу, что отчаянно пыталась вырваться наружу. И в тот же миг я ощутил всплеск чувств, словно эта энергия распределилась по всем направлениям. — Фью-ю-у... Подул ветер. Он просочился сквозь щели, не прикрытые листьями, и коснулся моей кожи. Но прежде чем ветер проник внутрь, он достиг моих ушей. Я почувствовал его раньше, чем он коснулся кожи. Вместе с ним я почувствовал и ману. Ветер нес её в себе. В земле, на которой я сидел, в скале, на которую опирался, в траве и деревьях вокруг — мана была повсюду. Я открыл свои чувства. Большинство сверхлюдей делают это. Через усиленное зрение, слух и осязание они читают атаки противника и наносят свои удары. До сих пор я делал это с помощью пространственного восприятия. Когда зрение исчезло, пространственное восприятие казалось более надежным, чем слух или осязание. Теперь же я воспринимал мир через звуки. Осязанием я определял, что находится вокруг. Я считывал форму и свойства маны. Пространственное восприятие пришло в негодность, но достигнутый при его использовании продвинутый уровень никуда не делся. В голове я рисовал карту. Сейчас я заполнял пустоты, собирая воедино крупицы информации, и пусть пока неумело, но карта начала прорисовываться. Голод был забыт. Жажду я утолил раньше, так что жизни ничто не угрожало. Остатки эликсира, скопившиеся где-то внутри тела, еще не до конца усвоенная энергия, зашевелились, словно откликаясь на мои действия. Я продолжал открывать чувства и ощупывать всё вокруг. По полученным данным я строил карту. . . . — Топ. Шаги. Этот звук прорвался сквозь мою концентрацию. Именно эти шаги приближались ко мне с пугающей отчетливостью. Я неподвижно сидел в расщелине скал. Это был не я. Доносилось и множество других звуков присутствия. Мой слух, становящийся всё острее, улавливал невероятное количество шумов. — Топ, топ, топ. — ...А? ...Там. Эти шаги... нет, теперь уже шаги нескольких человек приближались сюда. Доносились обрывки разговоров. Это было точь-в-точь как на прошлой лекции по фехтованию, когда Эйден из множества людей направился прямиком ко мне. «Меня обнаружили». Я старался скрывать свое присутствие. Иногда я даже использовал магию, когда перемещался. Но в итоге из-за моих глаз я не мог толком проверить, какие следы оставляю. С той стороны приближалось примерно трое. Среди них мог быть кто-то с навыками обнаружения или курсант, владеющий профессиональными техниками выслеживания. Так или иначе, меня выследили. Сбежать? Такая мысль промелькнула на мгновение, но я тут же тряхнул головой. Реально оценивая ситуацию, сбежать будет трудно. Даже если я попытаюсь это сделать в таком состоянии, мое местоположение уже раскрыто. Меня догонят довольно быстро. Даже если я убегу от них, на меня охотятся и многие другие курсанты. Неизвестно, как долго я смогу бегать, да и толку от этого никакого. «......» Мне даже не нужно было как-то по-особенному настраиваться. Я поднялся. Больше я не скрывал свое присутствие. Звуки движений, доносившиеся до моих ушей, стали более порывистыми. Здесь не самое подходящее место для боя. Я направился к поляне, которую запомнил. В отличие от того, как я осторожно ковылял раньше, теперь моя походка была вполне уверенной. ---------- Башня Роста (2) Трое курсантов пробирались сквозь густой лес. Один из них торопливо заговорил. Это была Лорейн, чьей дополнительной специализацией была сенсорика, основанная на уникальной способности. — Он двинулся. — Убегает? — Нет, скорость низкая. Похоже, заманивает нас. Ответил ей Ким Хён, курсант боевого факультета. Он переложил руку на рукоять висящего на поясе меча и ускорил шаг. — Заманивает, значит… Неужели подготовил ловушку? — Возможно. Группа Ким Хёна состояла из трёх человек. Они временно объединились в отряд, чтобы выследить Ли Ха Юля, курсанта особого набора. Внутри Башни конкуренция между курсантами разрешена, но это не исключает возможности сотрудничества. При необходимости никто не мешал им объединять силы. Ким Хён и Рэйвен с боевого факультета, а также Лорейн, специализирующаяся на сенсорике, сошлись вместе, преследуя каждый свои цели. Разумеется, никто из них не желал Ли Ха Юлю зла. Ким Хёну, как мечнику, было просто любопытно взглянуть на навыки Ха Юля. Ему хотелось лично сразиться с курсантом особого набора, о котором ходило столько слухов, и он не упустил возможности перейти к действиям. Рэйвен и Лорейн же нацелились на Ли Ха Юля ради баллов, которые давались за его поимку. Целая тысяча баллов. Столько можно получить, лишь дважды одолев лучшего курсанта потока. Даже если разделить эту сумму на троих, выйдет больше трёхсот на каждого. Причин игнорировать такую добычу не было. — Кажется, нам повезло… Мы нашли его первыми. Хотя Лорейн и обладала способностями к сенсорике, то, что им удалось напасть на след курсанта особого набора, было чистой случайностью. На самом деле уникальные способности типа сенсорики не так уж удобны в использовании. Каждое применение требует огромных затрат ментальной энергии, особенно в местах с такой высокой концентрацией маны. Строго говоря, в этот раз она не столько «почувствовала» его, сколько наткнулась на следы, оставленные на земле и деревьях, и пошла по ним. Удача, как ни крути. Ведь группа Ким Хёна целенаправленно искала курсанта особого набора. — Он прямо перед нами. После слов Лорейн двое других подобрались и крепче сжали оружие. Они вышли на поляну за густыми зарослями. *** Я в последний раз настроил свои чувства. Перед самым началом боя я, на удивление, почти не нервничал. Помогло то, что я сумел сохранить ледяное спокойствие, как и учила профессор Атра. Шорох. Присутствие преследователей стало явным, когда они ступили на поляну. Ли Ха Юль повернул голову в их сторону. В этот раз он оценивал противников с помощью маны. Это всё ещё было непривычно, но Сродство с маной помогало видеть природу и общий объём магической энергии оппонентов. «У одного мана сравнительно слабая. Видимо, вспомогательный факультет. Двое других — боевики. Похоже, они уже миновали Продвинутый уровень». Точнее определить не получалось. Возможно, даже этот вывод был ошибочным. Пока Ли Ха Юль хранил молчание, троица, вышедшая на поляну, приготовилась к бою. «...» Глаза Ха Юля были закрыты, но Ким Хён, стоявший впереди, был уверен: противник прекрасно их видит. Рэйвен, перехватив копьё, заговорил первым: — Боевой факультет, Рэйвен. Ничего личного. Знаю, три на одного — звучит паршиво, но я просто хотел сразиться с тобой. — Вспомогательный факультет, Лорейн. — Боевой факультет, Ким Хён. Я хотел бы услышать твоё имя. Ким Хён обнажил меч, соблюдая приличия. Он всегда следовал этому ритуалу во время тренировочных поединков в родном поместье. Он был выходцем из семьи, которую можно было назвать знатной, и для него этикет перед боем был естественным процессом. Как только он закончил фразу, Рэйвен, стоявший рядом с копьём наперевес, в ужасе обернулся к нему. Он смотрел на друга как на сумасшедшего. — Эй, ты чего... — ? Ким Хён вздрогнул, заметив замешательство в голосе товарища. Ли Ха Юль. Среди всех слухов о нём самым известным был тот, что касался его «речи». — ...Прошу прощения. Я проявил грубость. — ...... Ли Ха Юль не видел этой комедии, но прекрасно понял ситуацию. Для него, привыкшего к удобству смарт-часов, всё это выглядело довольно нелепо. Он просто кивнул и вытащил меч. Это был знак, что разговоры окончены. Вжик! Ха Юль обнажил клинок. Ким Хён внутренне восхитился тем, с каким чистым звоном меч покинул ножны. Это был обычный стандартный меч. В нём не было ничего особенного, но Ким Хён почувствовал отточенное мастерство в самой позе Ха Юля. Он был искусен. Трудно было поверить, что такую стойку может принять сверхчеловек, с момента пробуждения которого не прошло и месяца. Ким Хён сосредоточился и крепче сжал рукоять. Он обратился к своему ядру, извлекая ману. «Я не стану недооценивать его». Слухи о дуэлях, которые проводил Ли Ха Юль, уже разлетелись повсюду. Даже если его противники проявляли неосторожность, Ха Юль всё равно оставался курсантом, который одержал победу над боевым факультетом. Он уже был настоящим сверхчеловеком. В душе Ким Хёна вспыхнул азарт — естественное чувство для того, кто гордо зовёт себя мечником. В тот момент, когда он собирался броситься в атаку, сделав глубокий вдох, Ли Ха Юль поднял руку и указал на него. «Что он делает?» Странное действие. Но прежде чем Ким Хён успел задаться вопросом, ледяное предчувствие заставило его мгновенно вскинуть меч. Одновременно с этим он окутал лезвие Ганги. У-у-унг! «Магический разрез». Интуиция не подвела. Мощный удар, вспахивая землю, устремился к нему. Уклоняться было поздно, и он поспешно выставил блок. Скре-е-ежет! — Кх..! Глаза Ким Хёна расширились, когда разрез начал буквально выгрызать куски из его Ганги. Он, конечно, слышал, что Ха Юль использует Магию. Но чтобы вот так... Безмолвное заклинание, такая невероятная скорость. Он и представить не мог, что удар будет настолько мощным. Скрежет металла о магию продолжался, ноги Ким Хёна потащило по земле, пока он окончательно не потерял опору. Бам! Ударной волной Ким Хёна отбросило далеко назад. Запоздалый порыв ветра ударил в лицо Рэйвену и Лорейн. Хвост на затылке Рэйвена неистово заплясал на ветру. — С ума сойти. Бой начался. Глядя на то, как разрез с лёгкостью крушит деревья на своём пути, Рэйвен выругался и бросился вперёд. Магический разрез — магия низшего ранга. Даже Рэйвен, не обучавшийся магии, знал об этом заклинании. Он просто не сразу сообразил, что оно может обладать такой запредельной мощью. Острое остриё копья окутало Ганги. Резким движением кисти он нанёс выпад. Образцовое копейное искусство. Дзынь! Меч Ха Юля, словно так и должно быть, преградил путь копью. Окутанный Ганги клинок перехватил древко, связывая движения противника. Клэнг! Дзынь! Скрежет!.. Копьё и меч сталкивались снова и снова, высекая искры и истощая Ганги друг друга. «Черт, да что происходит?» Искусство копья против искусства меча. Рэйвен тоже был выходцем из именитой семьи и уже доказал свой талант, поступив в Сиёлам. Он гордился своим мастерством, владея копьём с самого детства. Вся его жизнь была связана с этим оружием. И всё же его копьё вязло в обороне меча. Дело было даже не в превосходстве одного вида оружия над другим — его техника разбивалась о технику противника. Прямолинейные, но готовые к смене траектории выпады копья раз за разом пресекались изящными движениями меча. Вжих! Конечно, Ха Юль не подавлял его полностью. В этом столкновении преимущество всё ещё было на стороне Рэйвена. Остриё копья, отбросив меч, скользнуло вперёд. Ха Юль резко качнул головой, и сталь лишь слегка оцарапала его щеку. Подобная картина повторялась на протяжении всей короткой стычки. Но проблема была в другом. Скре-е-ежет! Оружие сталкивалось, истирая защиту. Прежде чем пострадает сама сталь, разрушается Ганги, которой она покрыта. ...И разрушалась именно Ганги Рэйвена. Его лицо исказилось от ужаса. Техника копья. Честно говоря, то, что он не смог сразу доминировать, уже было шоком. Талант талантом, и он слышал, что Ха Юль заменяет зрение сенсорикой, но неспособность превзойти слепого в мастерстве владения оружием вызывала трудноописуемое чувство. Но плотность Ганги... Здесь он явно проигрывал. Это было заметно невооружённым глазом. При каждом столкновении его энергия таяла быстрее. Что это значило? Это значило, что мана, которую он копил двадцать лет, и техника Ганги, которую он оттачивал годами, уступали мане и технике Ли Ха Юля, тренировавшегося от силы месяц. — Ха... «С ума сойти можно». Рэйвен с горькой усмешкой крутанул древко. Меч Ха Юля последовал за изменившейся траекторией копья. В этот момент Ха Юль резко развернулся. Острое лезвие меча едва не задело его одежду — Лорейн, улучив момент, зашла с фланга и нанесла удар. Ли Ха Юль отступил, перехватывая меч поудобнее. Двое против одного. И Ким Хён, отброшенный Магическим разрезом, скоро вернётся в строй. «Рэйвен». Становилось тяжело. С его пока ещё нестабильными чувствами реагировать на атаки было непросто. За короткое время на его теле уже появилось несколько ран. Он их не видел, но знал — согласно описанию из оригинала, из них должны сочиться красные частицы. Копьё и меч. Из-за разницы в дистанции отвечать было неудобно. Рэйвен мастерски владел своим оружием и не давал сократить разрыв ни на миг. «Лорейн». Вспомогательный факультет. Видимо, она тоже готовилась к сражениям, раз неплохо владела мечом. В бою один на один Ха Юль разобрался бы с ней мгновенно, но Рэйвен не даст ему такой возможности. «Ким Хён». Лидер группы. Тот, кто спросил имя и извинился. Вероятно, самый сильный из троих. Даже с Рэйвеном было непросто, а если они навалятся втроём, одним мечом не отбиться. Одним мечом. Ха Юль сжал рукоять, вливая в неё ману. Дрожащее лезвие впитало в себя колоссальный объём Ганги. Стиснув зубы, он сделал широкий замах перед собой. Мана, полученная благодаря эликсиру. Теперь её запасов хватало для полноценного боя. К тому же часть энергии ещё не была усвоена и сейчас активно откликалась на его волю. Скре-е-ежет! Волна Ганги накрыла пространство перед ним. Рэйвен успел отскочить, а Лорейн, замешкавшись, получила неглубокую рану на руке. — Кх. Ха Юль разорвал дистанцию. Он выровнял дыхание и простёр свои чувства вдаль. Там, за перепаханной Магическим разрезом землёй, к нему с суровым лицом уже бежал Ким Хён. «Три на одного». Положение было невыгодным. Увидев возвращение Ким Хёна, двое других тоже сбавили темп, выверяя дистанцию. Похоже, они собирались окружить его, образовав треугольник. Ли Ха Юль успокоил бушующую внутри ману и глубоко вдохнул. Чистая энергия беспрекословно подчинилась воле хозяина. Ким Хён пошёл на сближение. Его меч окутала плотная Ганги, клинок прочертил в воздухе идеальную дугу. Великолепная техника. Глядя на него, Ха Юль поднял ногу и с силой топнул по земле. Бум! Земля под его ногой содрогнулась, и перед ним с грохотом выросла толстая стена из грунта. «Магия!» Снова без произнесения заклинаний и без малейших признаков подготовки. Ким Хён восхищённо выдохнул и взмахнул мечом. На земляной стене остался глубокий ровный след. «Магический разрез». Разрез, чисто прошедший сквозь стену, устремился к нему. Параллельное использование заклинаний. Ким Хён заблокировал Магический разрез своим мечом. Скре-е-ежет!.. В этот раз он был готов к магии. Поэтому его не отбросило, напротив — он смог продавить удар. Мощь явно превышала уровень низшего ранга, но с этим можно было справиться. С этой мыслью он снова влил Ганги в клинок. Однако Ким Хён просчитался. «Магический разрез». Суть магии низшего ранга не в убойной силе, а в возможности спамить заклинаниями благодаря их дешевизне. В него полетели новые разрезы... сразу три. Ким Хён в ужасе отпрянул. Три удара вспороли землю. Глядя на борозды, словно оставленные когтями гигантского зверя, он почувствовал, как по спине пробежал холодок. Воспользовавшись паузой после применения магии, Рэйвен и Лорейн атаковали с флангов. Ли Ха Юль спокойно сжал меч. Мана внутри снова пришла в движение. Бам! В этот раз без всякого топота земля вздыбилась прямо перед Рэйвеном, преграждая ему путь. «Сейчас прилетит разрез?» — лихорадочно соображал Рэйвен. Он видел предыдущую комбинацию: Ха Юль воздвигал стену и бил сквозь неё магией. Секундное замешательство. За это время Ха Юль развернулся и бросился навстречу Лорейн. Лорейн, стиснув зубы, сделала выпад обеими руками. Острое лезвие меча рассекло воздух. Ха Юль чувствовал это предельно ясно. Свист рассекаемого воздуха звенел у него в ушах. Он ощущал Ганги, пылающую на кончике лезвия. Он выдохнул, обостряя чувства до предела. Из носа внезапно потекла струйка крови. В пылу сражения его восприятие достигло пика. Оно всё ещё было несовершенным, но теперь его можно было применять по-настоящему. Удивительное ощущение. Он ничего не видел, но всё чувствовал. То, как мир обретал форму лишь через звуки, контуры маны и тактильные ощущения кожи, казалось настоящим чудом. Он сделал встречный выпад. Мечи скрестились. — А?.. — вырвалось у Лорейн. Её удар не просто парировали. Клинок Ха Юля скользнул по её лезвию, словно плавная струя воды. Скрежет! Резкая смена траектории — и встречный удар выбивает меч из её рук. Её защита была полностью раскрыта. Меч, вращаясь, взмыл в небо. Лорейн заворожённо смотрела на своё оружие, парящее в вышине, словно птица. «Надо же». Разница в таланте. Теперь она чувствовала её каждой клеткой тела. Лорейн была из класса Ипчхун. Она не была близко знакома с Ли Ха Юлем, но видела его силу во время дуэлей. Его победа над боевым факультетом заставила многих изменить мнение о нём, несмотря на статус «курсанта особого набора». И хотя говорили, что он победил лишь благодаря неосторожности противника, это не умаляло его заслуг. Тогда он казался ей примерно равным по силам. В конце концов, Лорейн была на вспомогательном факультете, а не на боевом. Тогда они были на одном уровне. Поэтому она и думала, что у них есть шансы. Три против одного — победа казалась очевидной. А теперь её вывели из строя почти одним ударом. Разум отказывался принимать эту реальность. Пока эти мысли проносились в её голове, она почувствовала ледяное прикосновение у своего лба. Хруст! Это не было мягким касанием — клинок вошёл грубо, словно раскалывая спелый арбуз. «Один», — холодно отсчитал про себя Ли Ха Юль. ---------- Башня Роста (3) Ощущение, передающееся через длинный меч, пронзивший чью-то голову. Это было неприятно. И хотя боль здесь была почти нечувствительна, мерзкое чувство от убийства человека отчетливо передавалось через рукоять. «Один». Силуэт Лорейн рассыпался облаком искр. Не давая себе времени на раздумья, я тут же взмахнул мечом. Дзынь! От резкой отдачи мое тело отбросило назад. — Черт! Рэйвен, цокнув языком, бросился в атаку, выставив копье перед собой, а Ким Хён приближался, восстановив равновесие после столкновения. С мелкой сошкой покончено, но остались двое по-настоящему серьезных противников. Я выровнял дыхание. На выпады копья и взмахи меча я отвечал встречными ударами. — Скре-е-ежет! Поляна уже превратилась в месиво. От ударов оружия, наполненного Магическими разрезами и Ганги, на земле оставались глубокие борозды, повсюду виднелись следы взрывов. Окружающие деревья были повалены и разрублены в щепки. Если шум продолжится, вскоре здесь соберутся и другие курсанты. Нужно заканчивать быстрее. Ким Хён, однако, и помыслить не мог о подобном исходе. «Это нелепо», — пронеслось у него в голове. Рэйвен Эст был его другом из другой академии, с которым они часто пересекались. Их семьи были в хороших отношениях, поэтому они часто проводили спарринги, вместе зачищали подземелья и оттачивали навыки совместного боя. Ли Ха Юль принимал их слаженную атаку в лоб. Конечно, его защита не была идеальной. Пш-ш! Плечо Ха Юля задело лезвие, и оттуда брызнули красные частицы. Весь его корпус уже был покрыт подобными ранами. Его движения были великолепны, но в них то и дело проскальзывала какая-то неестественность. Говорили, что до пробуждения он был слепым. Ким Хён считал, что нынешнее мастерство Ха Юля — результат титанических усилий по преодолению недуга. Но как бы Сенсорика ни заменяла зрение, она не могла сравниться с глазами, способными запечатлеть изменчивость мира. Всего один месяц. Ким Хён был поражен тем, что Ха Юль достиг такого уровня за столь короткий срок. Вжих! На плече вспыхнули красные частицы. — Кх! Это было плечо Ким Хёна. В Башне Роста боль притуплена до предела, но Ким Хён испытал куда более сильный психологический шок. Рэйвен тоже поморщился и отступил. На его руке красовалась глубокая рана. Напротив, Ли Ха Юль уверенно шагнул вперед. Его тело было истерзано: повсюду виднелись порезы, а из колотых ран струились кровавые искры. В начале их совместной атаки он едва успевал защищаться. Он принимал удары в лоб, но в его обороне то и дело возникали бреши, и количество ран росло. Но сейчас... «Нас теснят». На копье Рэйвена, на меч Ким Хёна... он постепенно находит ответ. Их атаки блокируются одна за другой, а те, что достигают цели, становятся всё реже. Прямо в этот момент его мастерство росло в геометрической прогрессии. Неуклюжие движения переходили на Продвинутый уровень. За этот краткий миг. — Бу-у-ум! Высоко поднятая нога Ха Юля с силой обрушилась на землю. Раздался грохот, вдвое мощнее прежнего, и по почве, подобно паутине, поползли трещины. Грохот — земля неистово содрогнулась, и из нее вырвались толстые шипы из грязи и камня. Ким Хён взмахнул мечом, наполненным Ганги. Двигаясь по четкой траектории, он срубил верхушки взметнувшихся шипов. Пока в воздухе летели осколки, на периферии зрения Ким Хёна вспыхнул луч света. «О нет!..» Уворачиваясь от оснований несрубленных шипов, он широко раскрыл глаза при виде летящей в него голубой молнии. — Тр-р-реск! — Гх...! Электрический разряд ударил в лодыжку и мгновенно распространился по всему телу. Ким Хён стиснул зубы. Урон был невелик. Он был защищен Ганги, да и сама магия изначально была слабой. Рэйвен, поспешно отбиваясь от шипов, бросился к Ким Хёну. Тот на мгновение открылся, и Рэйвен пытался его прикрыть. Но он просчитался. Ли Ха Юль бросился не к парализованному Ким Хёну, а к Рэйвену. Неожиданный маневр. Однако тело Рэйвена само нанесло удар копьем — это был выпад, отточенный годами тренировок. ИХа Юль тоже сделал выпад мечом. Лезвие скользнуло по древку копья, и меч отлетел в сторону. В то же мгновение силуэт Ха Юля исчез. Хвать! Ли Ха Юль, успевший нырнуть под копье, мертвой хваткой вцепился в древко. «А». Пипец— Прежде чем мысль оформилась до конца, Ганги, окутывающая живот, рефлекторно взорвалась. Его поясница выгнулась под прямым углом. — Кха...! Кислород был насильно вытолкнут из легких. Дистанция была потеряна. Рэйвен не сдавался и протянул руку, окутанную Ганги. Как действовать, когда копейщик подпускает врага слишком близко — он зазубрил это до тошноты. — Бам! — ...! Но действия Ли Ха Юля оказались быстрее. Вспышка Ганги. Прежде чем рука Рэйвена успела коснуться его, Ли Ха Юль, твердо упершись ногами в землю, нанес повторный удар кулаком в живот противника. На этот раз звука не последовало. Вместо него внутри тела раздался жуткий хруст разрываемой плоти. Даже в таком состоянии кулаки Ли Ха Юля не останавливались. Удары, усиленные Ганги, посыпались один за другим: в живот, в солнечное сплетение, в переносицу. Сознание, и без того угасающее, начало стремительно проваливаться в темноту. «Ну и дерьмо». Рэйвен мысленно выругался, глядя на сгустки кровавого тумана, вылетающие изо рта. Черт, решил подзаработать очков, и во что это превратилось. Последним, что он увидел, был кулак прямо перед лицом. — Бам! Неприятное ощущение дробящихся костей и рвущейся плоти передалось через кулак. Лицо Рэйвена было вмято внутрь, и его тело обмякло. «Двое». Сзади послышались быстрые шаги. Ли Ха Юль отпустил копье и, схватив обмякшего Рэйвена за запястье, швырнул его назад. — ...! Ким Хён в ужасе расширил глаза. Вжих — меч наполовину разрубил тело Рэйвена, которое еще не успело рассыпаться искрами. Меч противника оказался прямо перед Ха Юлем в идеальной позиции. Он мгновенно протянул руку, окутанную Ганги, и перехватил лезвие. Скрежет. Ганги на ладони начала стираться. Каким бы прочным ни было Ганги Ли Ха Юля, если он продолжит так держать меч, ему отсечет пальцы. Но прежде чем это случилось, Ли Ха Юль вытянул свободную руку. Мана в его ладони стремительно пришла в движение, формируя Магическую формулу. Магический разрез. Предельно простая структура формулы. Он слегка изменил и дополнил её. Сделал так, чтобы исходная формула и добавленные элементы работали в связке. Поскольку магия сама по себе была элементарной, даже для такого новичка, как он, внести правки не составило труда. Магия низшего ранга. «Магический разрез: Множественный». Формула в ладони взорвалась. Каскад разрезов прошил исчезающее тело и обрушился на стоящего вплотную Ким Хёна. «Не увернуться». Было слишком поздно. Даже если бросить меч и попытаться отпрыгнуть, это ничего не изменит. Ким Хён среагировал мгновенно. Он собрал всю оставшуюся ману и покрыл тело плотным слоем Ганги, одновременно выставляя меч для блока. «Ох...» Интуиция подсказывала ему: это не остановить. Несмотря на это предчувствие, он продолжал действовать, но тревога не исчезала. Мир замедлился. Ким Хён чувствовал это, но, к сожалению, его тело не поспевало за скоростью мысли. Он не расслаблялся. Он шел в бой с этой мыслью, но даже это было высокомерием. Он самонадеянно судил об уровне Ли Ха Юля по своим собственным меркам. И теперь за это приходилось платить. «И вправду». Ким Хён вспомнил слова отца. Мир велик, и в Сиёламе, где собираются таланты со всего света, он должен увидеть истинных гениев. «Мир действительно широк». В противовес расширившемуся сознанию, его взор сузился, полностью поглощенный шквалом магических разрезов. *** Магический разрез. Простейшее заклинание, находящееся на самой нижней ступени магической иерархии. Я лишь немного его подправил. Простая работа: сделать так, чтобы вместо одного разреза вылетало четыре или пять. Возникающий при этом диссонанс в Магической формуле я просто проигнорировал. Честно говоря, если мощность гарантирована, с остальным можно разобраться в процессе. — Кр-р-рах! Множественные разрезы, сталкиваясь друг с другом, буквально перепахали поляну. Почва была не просто срезана, а разодрана, словно по ней беспорядочно прошлись бензопилой. Присутствие Ким Хёна мгновенно исчезло. Сквозь остатки рассеивающейся магии я почувствовал поток энергии. Видимо, это были частицы света, оставшиеся после вылета Лорейн и Рэйвена. Вскоре возмущенная мана улеглась. По звукам ветра и тактильным ощущениям я понял, в каком состоянии находится поляна. Я стоял посреди этого хаоса, восстанавливая дыхание. — Динь! Экзаменационные часы на моем левом запястье внезапно издали сигнал. ...Функции чтения сообщений в них не было. Голограммы тоже. Я даже не знал, сколько очков получил за устранение этих курсантов. В любом случае. «...Я победил?» Победил. Я. Один против троих? Причем двое из них явно были из тех, кто считается сильными на Боевом факультете. Я ошеломленно размышлял об этом. На самом деле, когда я отключил пространственное восприятие и обострил чувства, я ни о чем особо не думал. Даже когда сосредоточился на Сродстве с маной. Просто делать было особо нечего, и я решил попробовать — а вдруг получится. Когда за мной гнались, я, честно говоря, думал, что всё кончено, и просто хотел напоследок хоть что-то показать. Я сражался с намерением победить, но не верил, что это действительно произойдет. «Почему я победил?» Я погрузился в раздумья. Во время боя я получил серьезные раны. Применяя простейшую исцеляющую магию, я пытался анализировать ситуацию. Моя победа была чем-то странным. Когда я только попал в этот мир и думал о развитии, я сразу отбросил надежду на такой же рост, как в оригинале... или в игре. Игра и реальность — разные вещи. Это очевидный факт для любого, кто не является сумасшедшим, неспособным отличить фантазию от действительности. В игре ты не умираешь. Если ОЗ падают до нуля, персонаж исчезает, и ты просто создаешь нового. Здесь смерть — это конец. Никакого «следующего раза». Впрочем, и в моем прежнем мире смерть была окончательной. В игре не было причин бояться. Можно было бросаться в бой сломя голову, а если не получалось — начинать заново. В реальности так нельзя. Я не могу грести скрытые частицы лопатой, как в оригинале. Не могу совать нос в каждую дыру. Это естественно. Поэтому я отказался от безумных темпов роста. Первое вхождение в Башню. В 1-й итерации я вылетел сразу, не успев ничего сделать. До 8-й итерации я выступал неплохо, но иногда выбывал из-за невезения. С 9-й итерации, когда я забросил «добрые дела», результаты стали заметно лучше. Особенно в 11-й итерации, когда я показал невероятные достижения. Но нынешние успехи казались слишком преждевременными. Спарринг с Эйденом. Там я победил скорее благодаря его неосторожности, чем своему мастерству. Это я мог понять. Но сейчас. Пусть я был весь в ранах и потратил прорву маны, я в одиночку, с заблокированным пространственным восприятием, уложил троих курсантов, которые всерьез намеревались меня прикончить. «Почему?» Я не получал никаких скрытых бонусов. Я еще не воспользовался знаниями об игре для получения выгоды. Однако были моменты, которые всё объясняли. Я принял бесценный эликсир от Хон Ёнхвы. У меня есть три уникальные способности. И хотя к ним прилагаются три проклятия, и в этом бою пространственное восприятие было бесполезно, они всё же были при мне. Но дело не только в этом. Мои физические способности были странными. Слишком хорошими для одного лишь эликсира. «...Благословение роста». Базовое Благословение роста, которое дается всем курсантам Сиёлама. И дополнительное Благословение, положенное курсантам особого набора. И само Благословение внутри Башни, которое помогло мне развить чувства и Сродство с маной сразу после входа. Но было что-то еще. Я почувствовал это интуитивно. Помимо этих трех факторов, определенно было что-то еще, ускоряющее мой рост. «Наверняка...» Что-то другое— Звук рассекаемого воздуха стремительно приближался. Чувства, пронзившие мои раздумья, заставили меня резко дернуть головой. — Вжих! Сгусток маны в форме стрелы, едва не задевший щеку, насквозь прошил толстое дерево позади. Попади он в голову — это была бы мгновенная смерть. «Засада». Я активировал Гангче, готовясь к следующей атаке. Там, откуда прилетела магия, мои обострившиеся чувства уловили несколько присутствий, быстро приближающихся ко мне. «...Ну конечно». Растерянность от неожиданной победы испарилась. Её место снова заняло прежнее хладнокровие. «Всё еще не закончилось». Я победил троих. Но курсантов вокруг было еще великое множество. Таких, как Ким Хён, ведомых любопытством, или таких, как Рэйвен и Лорейн, жаждущих очков. Их было больше пятисот. Я выровнял дыхание и оттолкнулся от земли. Топ-топ-топ! В место, где я только что стоял, градом посыпались магические стрелы. Стоило мне броситься в противоположную от преследователей сторону, как их скорость тоже возросла. Я пробежал совсем немного, а количество преследующих меня аур начало увеличиваться. Похоже, недавний шум выдал мое местоположение. Из пяти дней не прошло еще и одного. Но я не собирался выбывать так просто. *** Вспыхнула искра. Совсем крохотная. Такая маленькая, что могла угаснуть от легкого дуновения ветра. — Вспышка! Но внезапно она разгорелась. Искра, расширяясь с яростным треском, превратилась в Адское Пламя и поглотила всё вокруг. Словно шторм, волна пламени смела всё на своем пути. Неукротимый огонь бушевал, пока внезапно, словно время повернули вспять, не сосредоточился в одной точке, снова превратившись в маленькую искру. — Фух... Искра стала мечом. Хон Ёнхва, сжимавшая рукоять, тихо вздохнула. Внутри Башни Роста действие Благословения роста усиливалось. Были те, кто не гнался за очками, а оставался здесь ради собственного развития. Хон Ёнхва, если разобраться, преследовала ту же цель. Хотя была у нее и еще одна причина. — Ха Юль, ну где же ты... Хон Ёнхва понурила плечи. Второй день вхождения в Башню. Она до сих пор не видела даже края одежды того, кого так искала. ---------- Башня Роста (4) Пока курсанты-первокурсники проходят испытания внутри Башни, ответственные профессора тоже не сидят сложа руки. Они уже собрались в одном зале и наблюдают за происходящим через голограммы, готовые вмешаться в случае непредвиденных обстоятельств. Разумеется, внутри Башни вряд ли может случиться что-то серьезное, но таков порядок. К тому же, хотя позже они и получат полные отчеты, наблюдение за курсантами в реальном времени позволяет выставить предварительные оценки. Среди множества парящих в центре зала голограмм значительная часть транслировала одну и ту же локацию. Внимание было приковано к курсанту особого набора — юноше с примечательной внешностью и вечно закрытыми глазами. К тому же, за его «голову» была назначена огромная награда в 1000 баллов. Иными словами, он стал мишенью для всех. Обстоятельства сложились именно так. Трудно сказать, о чем думал Ректор, но именно по его воле за курсанта особого набора назначили столь высокую цену. Честно говоря, профессора, курирующие первый курс, не возлагали на Ли Ха Юля больших надежд. Никто не верил, что в ситуации, когда на него охотится большинство сокурсников, он сможет чего-то добиться. С точки зрения здравого смысла это было очевидно. — Ого… — Ли Суён, которая первой усомнилась в справедливости такого положения дел, округлила рот от удивления. — Да он просто летает. Другие профессора, стоявшие рядом, испытывали схожие чувства, хоть и старались сохранять невозмутимость. На огромной голограмме Ли Ха Юль взмахнул рукой, и в воздухе, словно рябь на воде, возникли четыре или пять лазурных стрел. Они со свистом сорвались с места, описывая дуги. Снаряды, летевшие в Ха Юля, один за другим сбивались этими магическими стрелами. — Магическая стрела… Сложность плетения невелика, но скорость сотворения просто абсурдная. И это безмолвное исполнение на такой скорости. — Контроль тоже на высоте. Все стрелы движутся именно так, как он задумал. Классика магии — это самовнушение через чтение заклинаний. Процесс этот громоздкий, поэтому можно управлять маной напрямую, но в таком случае сила заклинания обычно ниже, чем при использовании слов. Однако Ли Ха Юль на экране творил магию без единого слова, и при невероятной скорости исполнения мощность заклинаний превосходила все каноны. — И дело не только в магии, — пробормотал Альберт, ответственный профессор класса Когу. К Ха Юлю, только что отразившему обстрел, приближались двое курсантов. Оба со специализацией «боевое дело», один с копьем, другой с длинным мечом. Двое против одного — преимущество нападавших казалось неоспоримым. — …Магия впечатляет, но его боевые навыки поражают еще больше. Три фигуры сплелись в схватке. Ноги, взрывающие землю, лязг оружия. После мгновенного столкновения один из нападавших отлетел в сторону. Это был курсант с копьем. Его рука безжизненно повисла, а оружия, которое он держал мгновение назад, нигде не было видно. Ли Ха Юль, крепко перехватив отобранное копье, пришел в движение. Верхняя часть тела следовала за мощным выпадом ног, и копье зачертило в воздухе бесчисленные траектории. Курсант с длинным мечом беспомощно отступал. Повсюду вспыхивали алые искры — визуализация полученного урона. В тот миг, когда острие копья уже готово было пронзить горло противника, в бой вмешался еще один курсант, и Ха Юль, не успев нанести завершающий удар, разорвал дистанцию. — Он опытен. Слишком привычен к настоящему бою. Никто не ожидал от Ли Ха Юля таких успехов. Даже слово «успех» казалось здесь неуместным. Он был лишь юным сверхчеловеком, который только начал свой путь, и ждать от него подвигов было бы излишней жадностью. Шел второй день вхождения в Башню. Ли Ха Юль, за которым охотились с середины первого дня, до сих пор не выбыл. Напротив. — Трое с Начального уровня боевой специализации, трое с Продвинутого и двое с Углубленного. Один с Начального уровня вспомогательной специализации, двое с Продвинутого. Один с Продвинутого уровня ремесленной специализации и один с Продвинутого уровня магической… Ого. В общей сложности около 600 баллов. Вместо того чтобы вылететь, он сам умудрился выбить более десяти курсантов. И это не было случайным везением — он сражался против превосходящих сил, которые набрасывались на него толпой. — Да он уже окупил всё с лихвой, разве нет? Ого, 600 баллов — на это уже можно выменять приличный артефакт, — присвистнула Ли Суён, проверив накопленные очки. 600 баллов. Такую сумму трудно заработать, даже если пахать все пять дней напролет. У него же баллов было более чем достаточно. — Магия и боевые искусства. И там, и там — попадание в яблочко. — Подумать только, такой уровень всего за месяц… Ректор был прав. — Неужели столь высокая награда была нужна, чтобы спровоцировать это испытание? Даже не знаю, назвать ли это безграничным доверием или… Все разговоры вокруг сводились к Ли Ха Юлю. И это было естественно — все видели происходящее своими глазами. Только что они наблюдали, как он, зажатый в кольцо несколькими курсантами, сумел прорвать окружение и скрыться. Кроме того, невозможно было не восхищаться тем, как стремительно росли его навыки с каждой новой схваткой. Ли Ха Юль вызывал у всех изумление, восторг и огромные ожидания на будущее. «Надо же…» В это время Лиана Беллус, хлопая глазами, пыталась подавить нарастающее недоумение. «Почему он так хорошо сражается?» Строго говоря, Лиана не так уж много вложила в обучение Ли Ха Юля. Она помогла ему сделать первые шаги в управлении маной, помогла немного адаптироваться. Заодно ввела в курс основ магии и дала еще пару уроков. На этом всё. Помощь в «азах» означала лишь то, что она помогла ему заложить фундамент чуть быстрее и безопаснее. Она не учила его так, чтобы он мог буквально летать по полю боя. Этим занимался другой человек. Лиана повернула голову. В зале присутствовала личность, которая не была профессором первого курса, но получила разрешение на вход. Атра Клайд. Она, как обычно, стояла, скрестив руки на груди, и пристально смотрела на голограмму. — И чему вы его только учили? — О чем ты? Я его особо ничему не учила. — И вы говорите это, глядя на экран? — Лиана с возмущением указала на голограмму. Атра мельком взглянула на изображение и покачала головой. — Я действительно почти ничего ему не давала. Он просто… сам всё брал. В этих словах не было лжи. Атра по-своему старалась его учить, но усвоение и воплощение знаний зависело исключительно от таланта и воли самого курсанта. Это был лишь второй раз, когда она пробовала себя в роли наставника. Она уже убедилась, что таланта к преподаванию у неё нет. И то, что её ученик так вырос, было заслугой исключительно его собственной исключительности. Ли Ха Юль обладал поразительными задатками и был прилежным ребенком, чье отношение к занятиям становилось всё серьезнее с каждым днем. Поэтому он так вырос. И продолжает расти сейчас. Поначалу его действия вызывали вопросы. Когда Атра поняла, что у него возникли проблемы с сенсорикой, ей стало не по себе. Затем последовали неуклюжие движения, но когда стало ясно, что он нашел решение проблемы, она почувствовала лишь легкий укол гордости. Пространные объяснения Атры закончились. Лиана немного помолчала, а затем бросила: — То есть вы хотите сказать, что ваш Ха Юль просто молодец? — …Откуда такие странные сокращения? — уголок губ Атры дернулся. — Вы хоть знаете, что у вас лицо расплывается в улыбке каждый раз, когда Ха Юля хвалят? Вы же буквально сияете от радости. — Не неси чепухи. Ничего подобного. — Какая же это чепуха, когда у вас рот до ушей, будто это вас похвалили. Атра отвернулась, всем видом показывая, что не видит смысла продолжать разговор. «"Я не буду привязываться"… Ага, как же. Судя по тому, как она места себе не находила, когда Ха Юлю стало плохо в прошлый раз, и по её нынешней физиономии — привязалась она уже по уши». Лиана, усмехнувшись, покачала головой и снова перевела взгляд на голограмму. На третий день должны появиться боссы. Тогда внимание к Ли Ха Юлю немного рассеется. Сейчас ему удалось сбежать, но раны его были серьезны. Если оставить всё как есть, он скоро вылетит… «Сможет ли он продержаться?..» *** «Для начала неплохо». Я прислонился спиной к стене пещеры. Мне удалось отчаянно прорвать окружение курсантов и сбежать. Кое-как стряхнув хвост, я нашел подходящую пещеру, чтобы спрятаться. Первый этаж Башни, отведенный сейчас первокурсникам, чертовски велик. Таких пещер здесь сотни, если не больше. «Фух…» Холод, исходящий от камня, передался спине. Я вздрогнул от того, как мороз пробирается под кожу. У аномального усиления осязания была и обратная сторона: я чувствовал даже самые неприятные вещи гораздо острее. Хотелось немедленно отстраниться, но желание дать телу отдых было сильнее. «Странно всё это». Странно и непривычно. Информация, поступающая через уши. Ощущения, передаваемые кожей. Чтение потоков ветра и движений. Карта, которую я рисовал, откликаясь на ману. Всё это были чувства, которые невозможно познать через зрение. Впрочем, это было лишь делом привычки. И я привыкал к ним очень быстро. Отчасти благодаря наслоившимся Благословениям роста, но и потому, что в этом было нечто знакомое. «Пространственное восприятие». Строго говоря, то, что я делал, было имитацией пространственного восприятия. Сейчас эта способность была заблокирована. Информация, поступавшая через неё, исчезла. Карта в голове почернела. Это было всё равно что закрыть глаза. Поэтому я собирал данные через слух, осязание и ману, восстанавливая картину мира. Картина получалась ненадежной. В ней было много пустых пятен, а большая часть деталей была лишена точности. И всё же это было похоже на пространственное восприятие. На самом деле, в полноценном пространственном восприятии для меня слишком много лишнего. Даже если я пытаюсь фильтровать данные, их всё равно избыток. Ты наблюдаешь за всем пространством целиком и воспринимаешь всё сразу. Информации не может быть мало. Сейчас же я получаю только то, что действительно полезно. В плане «боя» я уже практически вышел на прежний уровень. Хотя, конечно, полноценное пространственное восприятие всё равно удобнее и совершеннее. «Хм…» Я попытался пошевелить рукой. Плечо заныло, тело повсеместно отказывалось подчиняться командам. Я был покрыт ранами, и, честно говоря, то, что я еще жив, само по себе было странно. Если бы я чувствовал эту боль в полную силу… не уверен, что смог бы остаться в сознании. Всё-таки я не люблю сражаться и не люблю получать травмы. Даже сейчас, когда боль ощущается лишь как легкое покалывание, мне это неприятно. «Не получается». Я осторожно провел рукой по телу. Слабое исцеляющее заклинание, которое я смог выдавить, впиталось в кожу. Толку было мало. Я не учил магию исцеления должным образом. Она эффективна только в сочетании с соответствующей уникальной способностью. Ран слишком много. Хотя боль — лишь покалывание, сознание начало мутиться. Вероятно, из-за потери крови. Я пролил слишком много этой «алой дымки». «Я неплохо продержался». Сегодня второй день. Судя по обрывкам информации, уже вечер. Меня гнали с самого первого дня, так что я почти сутки уходил от погони и отбивался. Честно говоря, хочется самого себя похвалить. Конечно, не всё было заслугой моего мастерства. Чем дольше длилась погоня, тем больше курсантов собиралось вокруг, почуяв мою добычу, и далеко не все они действовали заодно. Они мешали друг другу, создавая для меня лазейки. Если бы они не грызлись между собой, а напала бы одна слаженная команда, я мог бы и не уйти. Но даже с учетом этого, я справился выше всяких похвал. Выбил человек десять-двенадцать? Впечатляет, но, честно говоря, немного обидно. Имитация пространственного восприятия через чувства и ману всё еще несовершенна, из-за чего я упустил многих, кого мог бы достать. Будь моя способность в порядке, я бы добился большего. «Жадность проснулась». Эта мысль заставила меня внутренне усмехнуться. Только что радовался, что прыгнул выше головы, а теперь, стоит немного преуспеть, как захотелось большего. В любом случае, результат достойный. Пусть я не нашел скрытых наград и не собрал ни одной лечебной травы, зато заработал баллы. Да и боевой опыт вырос колоссально. «Знал бы, не убегал бы, а дрался до конца». Инстинкт самосохранения заставил меня бежать, но сейчас я думаю, что если бы я просто шел напролом до самого исключения, то получил бы больше пользы. Впрочем, махать кулаками после драки бессмысленно. Я отбросил сожаления и принялся обдумывать дальнейший план. Оставшееся время попробую адаптироваться в личной тренировочной комнате внутри Башни. Вернется ли там пространственное восприятие? Если да, попробую совместить его с обострившимися чувствами. Если нет — буду привыкать дальше. А когда выйду из Башни… пора будет готовиться к выходу в город. Настало время по-настоящему заняться поиском скрытых наград. Еще немного потерпеть, и я перестану притворяться немым и вернусь в норму. Хотя через голограммы общаться можно, голосом всё же привычнее. Топ В этот момент послышались шаги. Кто-то приближался к моей пещере. Судя по длине шага — женщина. Судя по размеренному постукиванию — при ней посох или копье. Огромный запас маны. Маг? «Боже мой». Я невольно усмехнулся. Нет, серьезно, как меня нашли? Я столько петлял. Обидно, что мои титанические усилия по уходу от погони пошли прахом так легко. Даже если это случайность, обиднее вдвойне. Найти среди сотен пещер именно эту крошечную, едва заметную щель в скале… Везение у меня просто «потрясающее». Фигура вошла внутрь. Поток воздуха в пещере изменился, и я смог примерно оценить её габариты. Ростом почти с меня. Телосложение хрупкое. Точно женщина. Сердце у неё колотится как сумасшедшее. Нервничает. Значит, не случайность, а выследила? В голове был сумбур. Пока я чувствовал приближение противника, в голову пришел нелепый вопрос: если я сейчас вылечу сам, что будет с баллами? Мне они, понятно, не достанутся. Но перейдут ли они тем, кто меня загнал? Разделятся между ними? Или всё заберет тот, кто нанесет последний удар? Скорее всего, последний. И это забавно. Если этот курсант сейчас случайно найдет меня и выбьет, получается, все остальные старались зря? Так им и надо. Объективно говоря, правила Башни справедливы, и винить сокурсников не в чем, но… я так намучился, что во мне проснулась вредность. Видимо, из-за того, что голова плохо соображает, лезут всякие мысли. Я поднялся. Тело слушалось плохо, но нужно хотя бы попытаться дать отпор. Я поднял едва живые руки, принимая стойку. С трудом всколыхнул остатки маны, готовясь к бою. Противник вошел в зону поражения. Маны почти нет, тратить её жалко, так что лучше сблизиться и первым… Мана? Какой-то знакомый отклик. — Ха Юль? Знакомый голос. Кулаки сами собой разжались. Как и в прошлый раз, наша встреча произошла тогда, когда я почти ничего не видел. Элия Срейд. Войдя в узкую пещеру, она, не чувствуя опасности, решительно подошла ко мне и коснулась моей щеки. В самом жесте не было ничего особенного — я уже привык к её прикосновениям. Я лишь подумал, что в такой ситуации это крайне неосмотрительно с её стороны. Но я не учел одного. Того, что она коснулась меня в момент, когда моё осязание было усилено до предела. «Хи-и-ик!..» Внутри меня раздался истошный, нелепый вопль. ---------- Башня Роста (5) — Ха Юль? Голос, прозвучавший у терминала врат, вывел меня из мучительных раздумий о том, что делать дальше. Элия Срейд. Курсантка, которую часто сравнивают с неоперившимся птенцом. Человек, который за последний месяц не раз протягивал мне руку помощи. На мгновение я заколебался. Я уже готов был нанести удар, но, узнав Элию, тут же расслабил кулак. Причины для атаки были вескими. Мы находимся внутри Башни, где конкуренция между курсантами не просто разрешена, а поощряется. За мою голову назначена огромная награда в 1000 очков, а сам я сейчас нахожусь при смерти. У неё не было ни единого повода не бить. Одноклассник я ей или нет — это место создано для того, чтобы мы сражались друг с другом. Конечно, случаи сотрудничества бывали, но в моем нынешнем состоянии я бесполезен как боевая единица. А значит, и союз со мной не имеет смысла. Самым мудрым решением для Элии было бы добить меня магией и исключить из испытания. Самым мудрым решением для меня — атаковать первым, прежде чем заклинание сорвётся с её пальцев. Но я не смог. Элия стремительно подошла и протянула руку. Ладонь, окутанная маной, потянулась к моему лицу. — Боже мой... Что же с вами случилось?.. Её рука светилась исцеляющей магией. Когда она коснулась моей щеки, обострённое до предела осязание отозвалось на мягкое прикосновение. Неведомый ранее импульс прошил сознание. «...Ик!» Я едва не вскрикнул. Точнее, это было настолько непривычное, невообразимое ощущение, что крик застрял в горле. Мана из её ладони начала просачиваться в кожу. Это в корне отличалось от той неумелой магии исцеления, которую применял я сам. Уникальная способность «Мелодия исцеления». Под её воздействием мана трансформировалась, превращаясь в профессиональный лечебный инструмент. Сейчас, когда я воспринимал мир через потоки энергии, я чувствовал всё до мельчайших нюансов. Сила вливалась в меня через раны. Подобно яркому солнечному свету, она растекалась по телу, принимаясь за работу. Эта энергия разделилась на два основных потока. Один оседал на ранах, придавая сил и пробуждая мою собственную регенерацию. Другой — направлял восстановление повреждённых тканей. Уникальная способность «Мелодия исцеления». Она позволяла комбинировать два типа воздействия: мгновенное восстановление, которое дает быстрый результат, но нагружает организм пациента, и усиление регенерации — процесс медленный, но щадящий. Умелое сочетание этих методов делало обладателя такой способности желанным гостем в любом отряде. — Столько ран... Какой ужас... — сокрушённо вздохнула Элия. С её вздохом мощность способности слегка возросла. Поток энергии, вливавшийся в раны, стал плотнее. «И-ик... По-подожди...» Я невольно вздрогнул. — Ха Юль, потерпите еще немного, даже если больно. «Да не больно мне!.. Просто... Хе-ек!» Слишком... Слишком щекотно? Или нежно? Как это назвать? Пожалуй, «щекотно» было ближе всего к истине. Но это была слишком интенсивная стимуляция, чтобы ограничиваться простым словом. Я изо всех сил сдерживался, чтобы не издать позорный звук, но тело всё равно мелко дрожало. — Вот так, еще чуть-чуть... Раны постепенно затягивались. Нельзя сказать, что я пришёл в полную норму, но теперь я хотя бы мог сражаться. Элия сделала упор на мгновенное исцеление. Я чувствовал, как мои пальцы перестают непроизвольно дергаться. Жгучая боль от ранений медленно угасала. Травм было великое множество. Больше всего — от Ганги. Меня резали мечами, пронзали копьями, били тупым оружием и прошивали стрелами, в которые была вложена эта сила. Были ожоги от магии и следы от специфических уникальных способностей. Я использовал все доступные средства: уклонялся, блокировал, подставлял под удар нелетальные места, но повреждения всё равно накапливались. Сверхчеловек отличается от обычного смертного. Наша способность к восстановлению за гранью возможного: раны заживают быстрее, а то, что убило бы простого человека, для нас лишь временная помеха. Однако вместе с защитой растёт и мощь атакующих. Обычные царапины — пустяк, но когда чужая мана или чужая «уникальность» вгрызается в плоть, мешая заживлению, регенерация замедляется. В худшем случае можно получить невосполнимый урон. Поток энергии иссяк. Элия, тяжело вздохнув от усталости, убрала руку от моего лица. — На этом пока закончим. Дальше восстанавливаться опасно — будет слишком большая нагрузка на организм. — Хорошо? Она закончила фразу вопросом, словно ожидая ответа. Я, всё ещё тяжело дыша и пытаясь прийти в себя после её прикосновений, лишь беззвучно шевельнул губами. «Ы-ых...» Слова не шли. Из-за проклятия я не мог говорить, да и не знал, что сказать. Видя моё замешательство, Элия, видимо, и не ждала ответа. Она начала чем-то шуршать. Затем последовало более традиционное лечение. Она быстро растёрла какие-то травы и начала наносить кашицу на мои еще не затянувшиеся раны. Сверху она обмотала их чем-то мягким, похожим на бинты. Каждый раз, когда её кожа касалась моей, я невольно вздрагивал. Ощущения были невыносимо острыми. — Тише, тише. Нельзя шевелиться. Когда я, не выдержав, дернулся, словно выброшенная на берег рыба, Элия приструнила меня строгим голосом. Так отчитывают нашалившего ребенка. Ситуация была нелепой, но возразить мне было нечего. Сколько длилась эта пытка терпением? К тому моменту, как она закончила, я уже хрипло хватал ртом воздух. Раны были обработаны. Я чувствовал себя совершенно опустошённым после того, как потратил все силы на подавление стонов и дрожи. Пока я лежал на полу, тяжело дыша, на мою голову опустилась ласковая ладонь. — Молодец, хорошо вытерпел. Умница... Снова этот тон, как при общении с маленьким мальчиком. И всё же, пока её нежная рука гладила меня по волосам, я и вправду почувствовал себя ребёнком. Со временем я начал привыкать. Сначала это вызывало лишь острый, почти болезненный трепет, но теперь на смену ему пришло глубокое умиротворение, буквально впитывающееся в кожу. Из-за потери крови сознание было туманным, и под эти мерные поглаживания меня начало клонить в сон. «Нет, так нельзя». Я пару раз хлопнул себя ладонями по щекам. Благодаря помощи Элии моя жизнь была спасена. Раз я не выбыл из испытания, значит, пришло время подумать о будущем. Сонливость никак не проходила. Я нахмурился и уже замахнулся для повторного хлопка, но мою правую руку осторожно перехватили. Это была Элия. Она почему-то принялась бережно поглаживать мою правую руку... точнее, предплечье. — Ха Юль, здесь всё в порядке? Что она имеет в виду под «в порядке»?.. А, правая рука. Я скользнул взглядом по своей руке. Вместо гладкой кожи пальцы наткнулись на неприятную, неровную поверхность. Форма и спортивный костюм, которые выдают в Сиёламе, не рвутся, но их можно снимать и надевать. Видимо, когда она накладывала мазь, рукав задрался. Она увидела шрамы от ожогов. Я открыл рот, но тут же закрыл его, украдкой наблюдая за реакцией Элии. В голове промелькнула тревожная мысль: вдруг ей станет противно? Я хотел спросить об этом, но проклятие лишило меня голоса. К тому же, смарт-часов при мне не было. Ситуация была донельзя раздражающей. Я слегка нахмурился и осторожно высвободил руку из её ладоней. Затем я начал быстро двигать кистями рук, чертя знаки в воздухе. Язык жестов... В наше время его чаще называют жестовым языком. Так или иначе, когда-то мне пришлось его выучить. Позже, когда моё горло вылечили, эти знания стали не нужны, но сейчас я решил рискнуть. Оказавшись в этом мире, я поначалу думал, не вернуться ли к жестам, но благодаря смарт-часам и голограммам — этим чудесам прогресса — я снова задвинул эти навыки в дальний угол памяти. Элия молчала. Видимо, не поняла. Я не особо расстроился — я и не ожидал, что она поймет. Это был лишь импульсивный порыв, вызванный невозможностью высказаться. К тому же, я мог что-то забыть за давностью лет. Да и в моем прежнем мире жестовые языки различались в каждой стране. В другом мире система могла быть совершенно иной. Я снова задумался. Как же мне передать свои мысли... — Вы говорите... что теперь всё в порядке? — спросила Элия, склонив голову набок. Я резко повернулся к ней. Не ожидал, что она поймёт. Может, просто угадала? Я снова задвигал руками. — Вы спрашиваете, понимаю ли я... Да, понимаю. Откуда?.. А-а. Вот что вам интересно. Проверка пройдена. Она читала мои жесты. Видя моё изумление, Элия негромко рассмеялась. Оказывается, Башня Настройки переводит даже жестовые языки, считая их частью лингвистической системы. Я был поражен — что же это за сооружение такое, если оно способно на подобное? — Но если совсем не знать жестов, магия не поможет. У меня есть младший брат, у него проблемы со здоровьем. «А...» Неловко вышло. Наступил на мину. Моё лицо окаменело. Не стоило поднимать эту тему. — Не смотрите так. Ему уже гораздо лучше. К тому же, это было лишь временной трудностью, сейчас ведь есть смарт-часы. Заметив, как я изменился в лице, Элия поспешила меня успокоить. Судя по её тону, шрамы от ожогов не вызывали у неё отвращения. Либо она очень хорошо это скрывала. — У меня трое младших, и самая младшая сестра была болезненной с рождения. Плохо видела, из-за проблем с горлом почти не могла говорить... и слышала плохо. Элия продолжала: — До того как она получила лечение, было очень тяжело. К счастью, сейчас всё позади. Ей становится лучше с каждым днем. При этом она продолжала поглаживать мою правую руку. — Хм... Наверное, поэтому я и отношусь к вам с такой теплотой. «?» С чего вдруг разговор перешёл на меня? Я недоуменно наклонил голову, и она снова погладила меня по макушке. Теперь у меня не было причин сопротивляться, и я покорно принял эту ласку. В последнее время люди, которых я встречал, были подозрительно склонны к тактильному контакту. Хон Ёнхва, профессор Лиана, а теперь и Элия. Кажется, были и другие. — Вы очень похожи на моего брата. Тоже болеете, а когда остаетесь одни — поникаете, как щенок под дождем. Когда вам помогают, вы не знаете, куда себя деть, а когда вас гладят — делаете вид, что вам всё равно, хотя на самом деле вам нравится... И главное — вы такой же милый. Она перечисляла причины одну за другой, и мне становилось всё более неловко. — Наверное, я подсознательно видела в вас брата. Простите, если это было неприятно. Я тут же помотал головой. Какое там «неприятно»? Мне помогли, а я даже отблагодарить толком не могу. Увидев мой ответ, Элия с облегчением выдохнула. После этого мы еще немного пообщались, пока я восстанавливал силы. Я рассказал — как мог — о том, как у меня отключилась сенсорика в момент входа, как за мной охотились больше суток, как я едва не свалился с дерева во сне... Общение продвигалось медленно из-за моего несовершенного владения жестами. Скорее, мы просто коротали время. И тут, сквозь мерное дыхание сидящей рядом Элии, я услышал первые звуки падающих капель. За пределами пещеры начался дождь. Сначала упало лишь несколько капель, но вскоре он хлынул сплошным потоком. — Надо же, как разошелся, — удивленно заметила Элия, не переставая перебирать мои волосы. Она подняла посох, и у входа в пещеру развернулась магическая структура. Судя по всему, это был барьер, чтобы внутрь не затекала вода. — Хотя это даже к лучшему. В такой ливень многие курсанты бросят попытки выслеживания. Каким бы сверхчеловеком ты ни был, игнорировать окружающую среду невозможно. В такую погоду идти по следу гораздо труднее, чем в ясный день. Я тоже немного расслабился. Раз пошел дождь, можно на время забыть о погоне... Топ Но стоило мне об этом подумать, как издалека донеслись чьи-то шаги. — ...Ха Юль? Элия, заметив, как я напрягся, тоже подобралась. Присутствие ощущалось уже у самого входа. Это было смутно знакомое присутствие. И мана — ледяная, пробирающая до костей. — Тук-тук~ В противовес этой ауре, чистый голос раздался из-за пелены дождя у самого входа. — Хочешь слепить снеговика? Совершенно неуместная фраза. Элия, до этого предельно сосредоточенная, недоуменно склонила голову и прошептала мне на ухо. Её теплое дыхание заставило меня вздрогнуть. — Это ведь фраза из фильма времен эры Анно Домини, верно? ...В моем мире это время называли просто нашей эрой. Подавив странное чувство, я молча кивнул. ---------- Башня Роста (6) Дождь я никогда особо не любил. Не то чтобы я его терпеть не мог, но если бы меня спросили, что лучше — ливень или ясная погода, я бы, не задумываясь, выбрал второе. У меня и так редко бывает хорошее настроение, а когда за окном небо затягивает тучами и начинает вязко накрапывать дождь, на душе становится совсем тоскливо. Впрочем, я готов признать, что в этом есть своеобразное очарование. Раньше я иногда усаживался в кресло на балконе, обнимал подушку и подолгу смотрел на дождевые облака. Сейчас ощущения были иными. Глаза не видели, и я впитывал дождь лишь через звуки. К тому же мой слух теперь находился на совершенно ином уровне, так что и восприятие изменилось. А еще тогда я наслаждался одиночеством, а сейчас был не один. — Арин, вы видели тот фильм? Как же он назывался... «Ледяная империя»? — Да, смотрела еще в детстве. Удивительно, что материалы сохранились, фильм просто потрясающий. — О-о... Фильм двухсотлетней давности. Прямо как древний артефакт. Кстати, Арин, я заметила, что вам очень нравятся старые вещи. И те странные леденцы тоже. — Элия... Вы ведь сейчас не мои вкусы критикуете, верно? Голоса, легко перекрывавшие шум дождя, раздавались совсем рядом. Это беседовали Пэк Арин, сидевшая у противоположной стены, и Элия, устроившаяся подле меня. Пэк Арин появилась внезапно, в самый разгар ливня, со странной шуткой о том, не хочет ли кто-нибудь слепить снеговика. Когда я, опасаясь нападения, проявил настороженность, она испуганно вскинула руки, показывая, что не имеет враждебных намерений. В итоге мы все вместе ютились в этой пещере. Из-за тесноты голоса гулко отдавались от стен. — Элия, вы тоже это видели? Там была просто невероятная свалка. — Я видела издалека. Там было так жутко, что я предпочла потихоньку ускользнуть. — Ох, и не говорите. Сейчас из-за погоды все немного поутихло, но до этого творился сущий ад, — Пэк Арин сокрушенно покачала головой. Она сказала, что пришла сюда после долгой вылазки. По её словам, снаружи вспыхнула массовая потасовка, в которой участвовало около сотни курсантов. Шла вторая ночь испытания, так что подобные столкновения были ожидаемы. В конце концов, моя собственная погоня тоже превратилась в некое подобие общей свалки. «...» Пэк Арин и Элия общались в непринужденной обстановке. У обеих не было скверного характера, зато обе обладали отличными социальными навыками, так что за короткое время они успели подружиться. Я немного подумал и, дождавшись паузы в их разговоре, слегка коснулся плеча Элии. Та перевела на меня взгляд. Я на жестовом языке передал ей свой вопрос. — Ёнхва сейчас, должно быть, вовсю неистовствует. Та потасовка как раз из-за неё и началась. — ? Ответ прозвучал незамедлительно. Собственно, ради этого я и спрашивал. Я повернул голову. Ответила не Элия, а Пэк Арин. Я действительно собирался спросить через Элию, так как сам говорить не мог, но... — Я владею жестовым языком в рамках общего образования. Благодаря Башне Настройки(или Гармонии) обучение проходит легко, перевод идет почти автоматически, так что это не составило труда, — с улыбкой пояснила Пэк Арин. Наследница семьи Чангэ. Разумеется, она получила подобающее воспитание, и жестовый язык входил в программу. Интересно, Хон Ёнхва тоже его учила? Надо будет спросить при случае. Как бы то ни было, я задал следующий вопрос, возникший после её слов. Почему Хон Ёнхва «неистовствует»? Зная её боевой характер, в самом факте сражения не было ничего удивительного, но чтобы в это втянулись сотни курсантов — это уже вызывало вопросы. Пэк Арин ответила так, будто в этом не было ничего особенного: — А, пустяки. Мы случайно встретились и какое-то время шли вместе. Но стоило мне упомянуть, что Ли Ха Юля преследует толпа курсантов, как у неё буквально глаза на лоб полезли, и она бросилась в бой. — ? Такого ответа я не ожидал. Элия, судя по её виду, тоже была озадачена. — Но ведь к тому моменту Ха Юль уже спрятался в пещере, разве нет? — Вот именно. Я просто увидела скопление курсантов и предположила: «А вдруг Ли Ха Юль там?». Только я это произнесла, как Ёнхва сорвалась с места. Даже не дослушала. Пэк Арин разочарованно покачала головой. Значит, Хон Ёнхва просто повелась на ложную наводку Пэк Арин и ввязалась в драку? — Кхм-кхм. Давайте оставим эти мелочи. Есть кое-что поважнее, — заметив моё ошеломленное лицо, Пэк Арин кашлянула и сменила тему. — Что если нам втроем пойти на босса? Если завалим его такой группой, баллы будут очень даже приличные. Закончив, она замерла в ожидании ответа. Элия посмотрела на меня, видимо, желая сначала узнать моё мнение. «Хм...» Предложение объединиться в команду. В этом не было ничего необычного. Снаружи многие курсанты уже разбились на группы. Пусть при делении на троих личный доход падает, зато это обеспечивает безопасность и эффективность, так что в накладе никто не остается. «Но зачем ей это?» Зачем Пэк Арин объединяться именно со мной и Элией? — На то есть причины. В уведомлении было сказано, что босс относится к пятому рангу. Для меня в одиночку это слишком рискованно, — Пэк Арин с сомнением махнула рукой. — Пятый ранг — это вам не шутки. Может, позже я бы и справилась сама, но сейчас вылететь из-за одной ошибки было бы слишком обидно. Так что лучше уж объединиться со знакомыми людьми и разобраться с ним наверняка. В её словах был смысл. Даже в оригинальной истории для главных героев на текущем этапе пятый ранг представлял серьезную угрозу. Я немного поразмыслил и повернулся к Элии. «Элия, ты что думаешь?» — спросил я на жестовом языке. Элия лучезарно улыбнулась: — Я думаю, это хорошая идея. В том, чтобы сражаться вместе с Арин, нет ничего плохого, верно? И это тоже правда. Пэк Арин — лучшая на 122-м потоке. Пусть в чистой боевой мощи она уступает Хон Ёнхва, её общие показатели выше. Её не зря называют мастером на все руки — такая универсальность раскрывается в полной мере именно при работе в команде. От такого предложения не отказываются, его приветствуют. Я на мгновение склонил голову, концентрируясь на мане. Моя собственная мана, чистота которой заметно возросла; мана Элии, напоминающая теплое солнечное сияние. И чистая, но пронзительно холодная мана Пэк Арин. По мере того как росло моё сродство с маной, я начинал чувствовать её всё тоньше. И этот холод, исходящий от Пэк Арин, ощущался теперь особенно отчетливо. Это была одна из причин моего внутреннего неприятия. Но была и другая. Тот факт, что это предложила именно Пэк Арин. Я чувствовал к ней подсознательное недоверие. Почему? Из-за знаний об оригинале, который был всего лишь игрой. Пэк Арин еще ничего мне не сделала, а я уже испытывал к ней неприязнь. Глупость какая-то. Я ведь клялся не судить людей по игровым знаниям. А теперь сам же попадаюсь в эту ловушку. Я ведь не сталкивался с ней лично, я её совсем не знаю. «...» Я почувствовал на себе странный взгляд Пэк Арин. Кивок Помедлив, я согласно кивнул. *** Третий день вхождения в Башню. Говорили, что за первые два дня пролилось немало крови, и число курсантов заметно поубавилось. Оставшиеся, вероятно, теперь сосредоточатся на боссе, так что на какое-то время должно установиться относительное затишье. Впрочем, расслабляться нельзя — удар в спину можно получить в любой момент. До уха донеслось слабое щебетание птиц и журчание ручья. Похоже, наступило утро. Я осторожно приподнялся. Сон в тесной пещере оказался на удивление сносным. У нас не было спальных мешков, но я с помощью магии разровнял землю и накрыл её крупными листьями — получилось вполне уютно. — У-у-ух... Кое-как выбравшись из пещеры, я размял затекшие ноги, переступая по траве, и вдруг услышал странный звук. Источником была Пэк Арин. Она вытянула руки вверх, и её кости звучно хрустнули. Грудь высоко вздымалась, жадно впитывая свежий утренний воздух. Это был стон облегчения, от которого самому становилось легче. Совсем не вязалось с её обычным мягким образом — слишком уж по-простецки это прозвучало. Я с двусмысленным выражением лица отвернулся. Пришло время подумать о боссе, на которого мы собирались охотиться. Нам давали описание еще во время инструктажа. «Пятый ранг, Паразитическая моль. К тому же альфа-особь». Пятый ранг. В оригинале это был рядовой моб, который лопался от одной лишь взрывной волны атак прокачанного игрока. Но в реальности всё иначе. Сейчас такое случается редко, но если бы в центре неподготовленного города внезапно появился монстр пятого ранга, он бы без труда выкосил сотни людей. А тут еще и статус «альфа». Альфа-особь — это обозначение существа, которое на голову опаснее своих сородичей того же ранга. Причин может быть много: мутация, делающая особь сильнее обычных, или усиление за счет покровительства подземелья. И теперь нам предстояло выследить это чудовище. Пятый ранг, альфа-особь, где-то здесь, в Башне Роста. В реальном мире я бы сразу бросился наутек, но внутри Башни риск был сведен к минимуму. Отличная возможность набраться опыта. Закончив разминку, Пэк Арин звонко хлопнула в ладоши. — Итак! Выдвигаемся! Лидером нашей временной группы стала Пэк Арин. Это было естественно — и по силе, и по опыту она нас превосходила. Она шла впереди, в центре была Элия, чьи боевые навыки были самыми слабыми, а я замыкал шествие, отвечая за тыл. Я уже предупредил их, что моя сенсорика сейчас оставляет желать лучшего. Поиски длились недолго. Прошло от силы минут пятнадцать. — ...Ого, — выдохнула Пэк Арин. Следовавшая за ней Элия тоже издала возглас, в котором смешались удивление и ужас. Из-за слепоты я не видел открывшейся картины, но чувствовал её иначе. Ветер приносил жар. Вся мана вокруг была буквально выжжена, а кое-где до сих пор тлели неугасающие очаги пламени. Я осторожно наступил на землю. Жар ощущался даже через подошву сапог. Хруст Почва под ногой просела. Я провел носком по земле — под ним рассыпалась в прах сгоревшая трава. Очевидно, что лес в этой округе был уничтожен подчистую. «Что же тут творилось?» Пэк Арин пробормотала с явным сомнением: — Ну и устроили же тут погром... Явственные следы Гэпхва. Моя правая рука невольно дернулась. Я поправил нарукавник, скрывающий её. — Послушайте, если Ёнхва попытается убить меня за ту ложь, Ли Ха Юль, вы ведь меня защитите? «Я?» — Ну, она ведь перед вами совсем безоружна. На мой недоуменный жест она ответила так, будто говорила о чем-то само собой разумеющемся. Неужели Хон Ёнхва действительно так ко мне относится? ...Хотя, если подумать, что-то в этом есть. Мы миновали выжженный лес. Пэк Арин умело вела группу, а я, используя обострившиеся чувства и сродство с маной, старался максимально контролировать обстановку. По пути мы прикончили несколько мелких монстров, заработав немного баллов. Пару раз делали привалы, находили съедобные плоды. Так прошло несколько часов. Нам повезло: в этой огромной Башне мы всё же обнаружили босса. — П-и-и-и-и-и-и-и! Грохот! — Да чтоб тебя! Твою ж мать, чертова тварь! А заодно и Хон Ёнхва, которая как раз вовсю с ним сражалась. *На Бусти можете найти продолжение, ссылка в комментах ---------- И во сне, и наяву берегись огня (1) Названия монстрам обычно дают те, кто их первым обнаружил, или организации, зафиксировавшие их появление. В большинстве случаев эти имена несут в себе интуитивно понятный смысл. — Пи-и-и-и-и-и! От резкого звука, буквально ввинчивающегося в уши, я невольно поморщился. Разве мотыльки издают такие звуки? Насколько мне известно — нет. Впрочем, монстры иного мира биологически и энергетически устроены иначе, так что удивляться нечему. Паразитическая моль. Монстр, которого мне уже доводилось убивать в оригинальной игре. Ключевые слова в названии говорят сами за себя: «паразит» и «моль». С помощью Сенсорики я ощутил облик Паразитической моли, парящей в небе. Три пары крыльев, непрестанно взмахивающих и возмущающих потоки воздуха, и пасть, изрыгающая оглушительный шум. И, конечно, чудовищное давление маны. «...Ох». В животе похолодело. Мощь её маны оказалась куда более абсурдной, чем я предполагал. Ноги мелко задрожали. Столкнись я с такой тварью в реальности, наверняка бы сразу бросился наутёк. Единственное, что удерживало меня от паники, — это осознание того, что я нахожусь внутри Башни, а не в настоящем мире. И ещё кое-что... — Вспых! — А-а-а-а! Твою ж мать! Под брюхом Паразитической моли бушевало пламя ещё более яростное, чем её собственная мана. И этот огонь, к счастью, был на нашей (?) стороне. Вся округа была мертва. Картина напоминала те руины, что мы проходили раньше, но с одним отличием. Там всё было выжжено дотла, здесь же местность выглядела так, будто из неё до капли выпили всю жизнь. Паразитическая моль. Своё название она получила именно из-за способности поглощать ману. Расовая особенность этой твари — всасывать жизненную силу и энергию из всего окружения. А поскольку перед нами была Особь класса Альфа, она была в разы опаснее сородичей. — Ки-и-и-и-и! Моль издала звук, отличный от предыдущего. Окружающая мана задрожала и начала втягиваться в её тело. Энергия прошла сквозь туловище и сконцентрировалась в пасти. Заметив этот явный предвестник атаки, Хон Ёнхва с силой оттолкнулась от земли. — Ква-а-а-а! Тут же последовал залп. С неба обрушился столб чистой маны — простая и грубая атака, типичная для монстров с колоссальными запасами энергии. Моль водила головой из стороны в сторону. Луч маны, оставляя на земле глубокие борозды, преследовал Хон Ёнхва. — Вспых! Девушка рванула вперед. Её силуэт заколыхался, подобно языкам пламени. Даже в этом мрачном мире Хон Ёнхва сияла ярко-алым цветом. Это была мана атрибута огня и Ганги, пропитанная её влиянием, — сама Гэпхва. С каждым её шагом земля под ногами трескалась. Вылетающие осколки камней мгновенно испарялись в столбе маны или сгорали в Гэпхве, не оставляя после себя даже пыли. Паразитическая моль жадно всасывала энергию, поддерживая атаку, но луч не мог задеть даже кончика волос Хон Ёнхва. — Грох! Уклоняясь, Хон Ёнхва применила технику шага. С оглушительным грохотом она резко ускорилась. Мгновенно выйдя из траектории обстрела, она отвела одну руку за спину. Поза напоминала метателя копья. В её ладони вспыхнула мана, быстро приняв форму длинного огненного копья. — Сдохни! Бросок. В противовес лучу маны, бившему с небес, алая черта прочертила путь снизу вверх. — Пи-и-и-и-и! Моль прервала атаку и отчаянно извернулась. Несмотря на внушительные размеры, двигалась она на удивление проворно. Огненное копье прошило пустоту там, где мгновение назад было крыло, и унеслось в высь. Где-то в облаках прогремел взрыв. — Аргх! Грёбаное насекомое, чтоб тебя! Хон Ёнхва нахмурилась, не скрывая своего недовольства. Она перевела дыхание и повернула голову. — Я эту тварь заживо изжарю... Ой... Эм... Обострённые чувства позволяли мне ощущать даже чужие взгляды, направленные на мою кожу. Хон Ёнхва смотрела прямо мне в глаза. Её взор дрогнул. Смущённый, но в то же время радостный взгляд медленно скользнул по моему лицу и телу, прежде чем она отвернулась. Судя по движению её головы, дальше она посмотрела на Элию и Пэк Арин. На Элию она почти не отреагировала — лишь мимолётная искорка узнавания. Видимо, дружелюбие Элии подействовало даже на неё. А затем её взгляд остановился на Пэк Арин. — ...Привет? — Пэк Арин неловко улыбнулась и помахала рукой. Вспых! Гэпхва вспыхнула с новой силой. Ярость была почти осязаемой. Эмоции стали топливом для огня. За спиной Хон Ёнхва один за другим начали формироваться дрожащие огненные мечи, готовые сорваться с места в любую секунду. — А-а-а-а-а! Ха Юль! Спасите! Пэк Арин в ужасе отпрянула назад, прячась за мою спину. «Простите. Умрите вместо меня». «Эй!» Оставлять спину открытой для Пэк Арин было затеей сомнительной. Я тоже подпрыгнул и попытался зайти ей за спину. Мы с ней начали кружить вокруг Элии, словно играя в догонялки. Бесконечная погоня за хвостом. Хон Ёнхва стиснула зубы. Созданные мечи задрожали и растворились в воздухе. — Ах ты, су... суматошная подруга! — «Суматошная подруга» — это результат фильтрации? Боюсь представить, какой отборный мат вылетел бы, не сдерживайся ты... — пробормотала Пэк Арин, наконец прекратив вращение. Я тоже с трудом остановился. — Мат? Да это ты огребаешь, потому что несёшь всякую хре... чепуху! — А не в том ли проблема, Ёнхва, что ты выскочила, даже не дослушав? Они начали препираться, как это обычно и бывало. Я попытался успокоить бешено колотящееся сердце и направил Сенсорику вверх. — Пи-и-и... Паразитическая моль кружила в небе, наблюдая за нами, причём основное внимание было приковано к Хон Ёнхва. «Гэпхва?» Присмотревшись, я заметил, что с левым крылом моли что-то не так. Внутренняя структура маны была истерзана, словно опалена огнём. Похоже, Гэпхва всё же зацепила её. Не прямой удар, иначе тварь бы уже не летала, но повреждения были заметны. — Ха Юль! После короткого вскрика Пэк Арин ко мне стремительно подошла Хон Ёнхва, в чьём голосе слышалась неприкрытая радость. Я тоже был рад её видеть. Хоть мы и не виделись всего несколько дней, я успел соскучиться. Но ситуация не располагала к долгим приветствиям. Подавив радость, я помахал ей рукой и указал на небо. Хон Ёнхва поняла меня без слов, кивнула и быстро обрисовала ситуацию. Оказывается, влетев в толпу курсантов из-за ложной наводки Пэк Арин, Хон Ёнхва устроила там настоящий погром. Часть курсантов выбыла, часть успела сбежать. Не найдя меня среди них, она уже успела расстроиться, решив, что я тоже выбыл. Сделав перерыв и устроившись на отдых, она буквально недавно почувствовала присутствие босса. И тут же завязалась драка. — Я приложила её Гэпхвой по левому крылу, но промахнулась, так что рана не смертельная. Только маневренность немного упала. — А другие курсанты? На такой шум должны были сбежаться люди. — Бой только начался, так что пока никого. К тому же я тут знатно побуянила, так что те, кто был поблизости, разбежались. Но если шум затянется, зрителей прибавится. Хон Ёнхва облизнула губы и взмахнула мечом. — Проблема в том, что она летает. Достать её сложно. Подобраться вплотную не получается, а палить маной с земли — фиг попадёшь. Монстров, способных летать, всегда трудно уничтожать. Именно поэтому в классификации рангов наличие крыльев значительно повышает уровень опасности. Особь класса Альфа 5-го ранга с навыком полета? Если такая вырвется в мир, её и группе высокоранговых сверхчеловеков будет трудно завалить. Объяснение закончилось. Я перевёл взгляд с Хон Ёнхва, которая продолжала следить за молью, на Пэк Арин. Та выглядела так, будто глубоко задумалась. Насколько я знал, в тактике и стратегии ей здесь не было равных. Я смотрел на неё с надеждой, что она что-нибудь придумает. — ...Как насчёт такого плана? — заговорила Пэк Арин, оправдывая ожидания. *** И вот я взял в руки лук. «......» Это был лук какого-то уже выбывшего безымянного курсанта. Хоть он и считался стандартным снаряжением, его изготовили в Сиёламе, так что характеристики были на высоте. Я рассеянно покрутил оружие в руках и сосредоточился. Чуть поодаль я чувствовал Пэк Арин. Она активно перемещалась, обстреливая небо ледяными копьями. Иногда она даже подпрыгивала, используя ледяные блоки как платформы, пытаясь достать Паразитическую моль в воздухе. Моль деловито хлопала своими тремя парами крыльев, уворачиваясь от атак. Судя по странным завихрениям воздуха вокруг неё, она обладала способностями атрибута ветра. Несколько атак Пэк Арин достигли цели, но, как и положено существу её ранга, эти отвлекающие удары не нанесли существенного вреда. В ответ на контратаки моли Пэк Арин просто разрывала дистанцию, продолжая изматывать противника. Я восстановил в памяти план. — План прост! Мы с Ха Юлем под баффами Элии отвлекаем моль и создаем брешь, а Ёнхва добивает её Гэпхвой на максимальной мощности! План и правда был простым. Тогда я промолчал, но Пэк Арин добавила, глядя на меня: — Другого выхода нет. Хоть Ёнхва и разогнала всех поблизости, мы не знаем, когда нагрянут новые курсанты. — Не разогнала, а выбила, ты, невыносимая... девица. — Ой! «...Лук, значит». Я никогда раньше не стрелял из лука. На тренировках с профессором Атрой я учился сражаться на мечах, копьях, биться врукопашную, но до луков или огнестрела дело не доходило. Честно говоря, само использование лука вызывало у меня вопросы. Мне, как человеку из современного мира, было трудно понять, зачем использовать лук, когда есть пушки. Впрочем, если так рассуждать, то и мечи с копьями — анахронизм. Но учитывая, что та же Хон Ёнхва может отбить пулю пальцем, становится ясно: важно не оружие, а тот, кто его держит. «Фух...» Сделав глубокий вдох, я прицелился. Моя цель — мечущаяся в небе Паразитическая моль. Не нужно нервничать. Моя задача — привлечь её внимание. Наносить смертельную рану необязательно. Главное — создать окно для атаки Хон Ёнхва. Я взял лук и осторожно принял стойку. Несмотря на то что я держал его впервые в жизни, поза получилась на удивление правильной. «Мастер на все руки». Уникальная способность, дающая минимальные задатки в различных областях и бонус к скорости обучения. Раз уж это относится к категории «сражение», я должен справиться. К тому же теоретически я знал, как это делается. Правая рука легла на тетиву. Я потянул за тетиву, созданную из маны. Скрип... Несмотря на то что это была чистая энергия, звук был на удивление реалистичным. Сработал встроенный в лук механизм, и на тетиве сформировалась стрела. [Формирование магической стрелы] Это базовая функция луков, используемых в качестве вооружения. Обычно магией насыщают реальные стрелы, но если их нет, можно стрелять чистой маной. Я начал втягивать энергию. Постучал по Ядру, вытягивая ману и направляя её к тетиве. Повинуясь воле хозяина, мана послушно и быстро устремилась к цели. На натянутой тетиве энергия сгущалась, обретая форму стрелы. «...Наложение огня». Вспых! Магическую стрелу охватило пламя. Магия усиления низшего уровня. Атрибут — огонь. Для любого живого существа огонь — это опасность. Если только вы не какой-нибудь странный голем. А Паразитическая моль, как ни крути, — насекомое. Её тело не состоит из камня, ветра или воды. Огонь, подпитанный маной, точно привлечет её внимание. Скрип... Я натянул тетиву до предела. «Мастер на все руки» корректировал мою позу, а «Сродство с маной» помогало удерживать заклинание огня. Чтобы привлечь внимание, я должен заставить её поверить, что попадание будет опасным. Я влил ещё больше маны. Пламя на стреле взметнулось выше. — У-у-у-унг! Огонь пожирал высококонцентрированную ману. Мне показалось, что лук в руках стал тяжелее — настолько много энергии впитала в себя стрела. «Этого должно хватить...» Я уже собирался подать сигнал Хон Ёнхва, Пэк Арин и Элии, как вдруг почувствовал на себе их потрясённые взгляды. — Вспых! Из моей правой руки, скрытой наручем, внезапно вырвалось пламя. Оно было настолько неистовым, что огонь на стреле померк на его фоне. Я ошеломлённо приоткрыл рот. «Да что ж опять за чертовщина?» ---------- И во сне, и наяву берегись огня (2) В прежнем мире жизнь была в меру паршивой. Будь я совсем беспомощным калекой, я бы просто сдался. Но я был достаточно здоров, чтобы кое-как двигаться. Будь я по-настоящему гнилым человеком, мне было бы плевать, сдохнет кто-то или нет. Но я влез не в своё дело, проявив ненужное участие, и в итоге остался с перебитыми ногами. — Вспых! В этом мире всё повторилось. Не будь у меня привязанностей, я бы давно плюнул на всё, поддался проклятию и сдох. Но во мне теплится жалкое желание жить, и потому я продолжаю ползать, цепляясь за существование. Это тяжело. Мне тошно от необходимости каждое утро вскакивать и изнурять себя тренировками. Тошно впихивать в голову странные, чуждые знания. Ненавижу сжимать оружие до боли в ладонях, пока кожа не начнет лопаться, а ногти — крошиться. Ненавижу бежать, пока ноги не откажут, а ступни не покроются волдырями. Ненавижу возвращаться измотанным и тренироваться в одиночку. Ненавижу корпеть над теорией, которую не успеваю усвоить. И больше всего ненавижу то, как каждый раз, проваливаясь в беспамятство от усталости, я вижу эти грёбаные кошмары. Всё это осточертело. — Вспых!.. Ненавижу всё. Проклятие недолголетия. Я даже не знаю точно, когда придет мой конец. Глядя на описание навыка и примеры NPC с похожей судьбой, я лишь предполагаю, что мне осталось около десяти лет. Но само слово «недолголетие» означает, что я могу внезапно испустить дух хоть через пару дней, и в этом не будет ничего странного. Мне страшно. И я ненавижу само это чувство страха. Я хочу чувствовать настоящий вкус еды. Хочу снова ощущать аромат ванили, который всегда помогал мне справиться со стрессом. Я хочу видеть мир своими глазами, а не через призму пространственной информации. Хочу взглянуть на небо, которое теперь для меня недосягаемо. Ненавижу эту раздирающую боль в горле, возникающую от малейшей ошибки. Это несправедливо. Почему я должен через это проходить? Что я сделал не так? Я из кожи вон лез, чтобы не быть обузой для других. Неужели те двое были правы, и со мной действительно что-то не так? Мне вообще не стоило рождаться? Неужели я — лишь зараза, приносящая окружающим одни беды? Я... — Вспых-х-х! Звук чего-то горящего. Горение. Дрова... Сгорающие эмоции. И всплеск чувств, призванный восполнить утраченное. В голове всплыли странные, но пугающе знакомые знания. Сознание мгновенно прояснилось. «Почему... Нет, какого чёрта! Соберись, придурок». О чём я только что думал? Как только я осознал своё жалкое нытьё, расслабленный разум натянулся, словно струна. Отрицательные эмоции, облепившие меня подобно трясине, вмиг рассеялись. И в то же мгновение я почувствовал, что происходит вокруг. Совсем рядом что-то горело. Нет, горела моя собственная рука. Вся правая рука, натягивающая тетиву, была объята пламенем. Это был огонь, насыщенный настолько мощной маной, что его невозможно было не заметить. «Это ещё что такое?» Из руки вырывались языки пламени. Совершенно немыслимая аномалия. Внутри Башни боль притупляется до такой степени, что даже глубокий порез ощущается лишь как легкое покалывание. «Горячо!..» Но мне было по-настоящему жарко. Это было самое сильное ощущение с тех пор, как я попал в Башню. Напор огня нарастал. Казалось, ещё немного — и пламя просто поглотит мою руку. К счастью, пока оно не причиняло мне серьезного вреда. Но, судя по ярости огня, если оставить всё как есть, беды не миновать. — Обидно. Почему я должен торчать здесь и заниматься этим?.. «Кх...» На миг сознание помутилось. Разросшиеся эмоции пошатнули способность здраво мыслить. Рука дрогнула. Кажется, я на мгновение отключился, но, к счастью, прошло всего несколько секунд. В небе всё ещё кружила Паразитическая моль, а Пэк Арин отвлекала её внимание на себя. Чуть поодаль Элия и Хон Ёнхва выжидали удобный момент. Все они смотрели на меня с нескрываемым ужасом. Особенно бурной была реакция Хон Ёнхвы. Она выглядела так, будто на её глазах рушится мир. Я не понимал, в чём дело. Но замереть и бездействовать сейчас было бы худшим решением. Яростное пламя не утихало. Огонь, который усиливает чувства владельца и использует их как топливо. Странная, болезненная реакция Хон Ёнхвы. Всё это заставило меня вспомнить об одном конкретном виде пламени. Ладно, вопросы потом. Позже... ...Позже я во всём разберусь? А разве я хоть раз находил ответы на свои вопросы? — Вспых. То, что я выжил в детстве, когда родители ежедневно избивали моё хрупкое тело. То, что я остался жив после того, как мне вспороли живот ножом. То, что в пожаре, унесшем жизни моих родителей, уцелел только я. То, что я не подох, скитаясь по улицам и годами не видя нормальной еды. То, что мои покалеченные в аварии ноги исцелились сами собой. То, что меня затащили в этот мир. Буйство пространственного восприятия, природа пустоты, увиденной в Вратах, истинные намерения Ректора, который, скорее всего, и притащил меня сюда, грядущие катастрофы... Хоть в чём-то я разобрался? И смогу ли вообще? Способен ли я хоть на что-то повлиять? «Для начала... нужно выстрелить». Я до хруста стиснул зубы. Эмоции накалились, и вслед за ними вспыхнуло пламя. Это ненормальные чувства. Повторяя это про себя, я нацелил лук на Паразитическую моль. Не знаю, какого чёрта творится с моей рукой, но сначала я выстрелю, а думать буду потом. Я сузил фокус. Отбросил все лишние мысли и сосредоточился на одном. — Вспых! Внимание переключилось с магии зачарования на стреле на пламя, беспорядочно пляшущее на руке. Внезапно в голове промелькнула догадка. Огонь, яростно обвивающий руку. Я не знал причины его появления, но он сжигал окружающую ману и подпитывался моей собственной. А значит, я должен иметь над ним власть. Я попробовал подчинить его. Пламя взметнулось ещё яростнее, словно строптивый зверь, вскинувший голову в попытке сопротивления. Но это длилось лишь мгновение. Вскоре оно начало стихать и, повинуясь моей воле, перетекло на наконечник стрелы. Предыдущая стрела и так была довольно опасной — я влил в неё уйму маны, решив, что одного выстрела должно хватить. Но теперь... — Вспых-х-х-х! Этот удар обещал стать самым мощным из всех, что я когда-либо наносил. Я отпустил тетиву, которая была натянута до предела и едва не лопалась. От земли к небу прочертилась алая линия. Порыв ветра, рожденный стрелой, рассекающей воздух, хлестнул по коже. Быстро. Я почувствовал отчаяние в движениях крыльев Паразитической моли. Потоки воздуха вокруг неё запутались. «Попал», — эта мысль пришла первой. — К-х-ха-а-а-анг! А следом за ней грянул взрыв. *** В глазах всё плыло. Она не верила собственному зрению. Хотелось, чтобы всё это оказалось ложью. Просто дурным сном. Чтобы можно было проснуться, вскочить с постели и, пусть немного позлившись на кошмар, выдохнуть с облегчением. Хотелось, чтобы это был сон. Но её чувства и интуиция в один голос твердили: это реальность. «У-у...» Голова раскалывалась от боли. Хон Ёнхва тяжело дышала. На её ладонях, сжатых в кулаки, проступила кровь. Там, впереди, она видела объятую пламенем правую руку и стрелу, излучающую зловещую ауру. Выпущенный снаряд пронзил пространство с такой скоростью, что даже она была поражена. — К-х-ха-а-а-анг! Стрела, точно угодившая в Паразитическую моль, вызвала колоссальный огненный взрыв. Крик монстра огласил окрестности. Следом ударил шквалистый ветер, яростно затрепав одежду Хон Ёнхвы. Поднятая взрывом пыль и земля разлетелись во все стороны. Огонь. То, что было ей так знакомо. Пламя было символом её семьи, пламя было её уникальной способностью. Но тот огонь... Огонь, вырвавшийся из шрамов, нанесенных её же семьей... Он казался ей родным. Эта мысль отравляла душу Хон Ёнхвы. — Ёнхва! Знакомый голос. Возглас Пэк Арин заставил Хон Ёнхву обернуться. — Сначала! Нужно закончить охоту! Коротко и по делу. Хон Ёнхва на мгновение замешкалась, а затем до боли прикусила губу. Она права. Сначала нужно прикончить босса, а вопросы задавать потом. — Вспых! Вспыхнуло пламя. Огонь, который всегда являлся по её зову. Гэпхва, впитавшая в себя её гнев и горечь, разгорелась ярче и гуще, чем когда-либо. Бам! Ноги, окутанные Гэпхва, с силой оттолкнулись от земли. Пейзаж смазался, и она, словно снаряд, взмыла в небо. — Пи-и-и-и!.. Когда дым от взрыва начал рассеиваться, показалась туша Паразитической моли. Монстр беспомощно завалился на бок. Его левое крыло, в которое угодила стрела, превратилось в лохмотья, и он больше не мог держаться в воздухе. Ёнхва рассчитывала, что они с Пэк Арин создадут брешь в обороне, но не ожидала, что Ха Юль предоставит ей настолько идеальный шанс. Чувствуя приближение смерти, Паразитическая моль в отчаянной попытке спастись попыталась отдалиться от Хон Ёнхвы, но та уже была совсем рядом. Девушка смотрела на монстра глазами, налитыми кровью. Сейчас Хон Ёнхва была в ярости. И это еще мягко сказано. Она была на грани того, чтобы окончательно потерять контроль. Гэпхва лучше всего подпитывается эмоциями владельца. Поэтому тот, кто владеет этим пламенем, должен уметь использовать свои чувства. В её голове вихрем проносились мысли. И все они сошлись в одной точке. Виновник всего этого хаоса — этот грёбаный монстр. Пусть это было лишь перекладыванием ответственности, но так было проще. И это позволило ей максимально эффективно разжечь пламя своих чувств. «Ещё не всё». Пятый ранг. Она уже побеждала такого в одиночку, но сейчас ей казалось, что этого мало. У неё не было абсолютной уверенности в мгновенной смерти врага. А даже если он и умрёт, она не хотела отпускать его так просто. Уникальность, отличающая тебя от других. Право заявить о своей независимости в мире, где сверхспособности стали обыденностью. Вот что такое уникальная способность. «Гэпхва». Пламя, сжигающее и владельца, и весь мир. Огонь, не оставляющий от врага даже пепла. Оно поглощает ману и жизненную силу, но лучше всего оно горит на чувствах. И ради этого оно само же их и раздувает. Гэпхва — это способность, которую трудно отнести к какому-то одному классу. Это стихийный тип, проявляющийся в виде огня. Это физический тип, укрепляющий тело изнутри. И это боевой тип, дающий неоспоримые преимущества в сражении. Быть уникальным. Быть не таким, как все. Но просто «быть уникальным» — недостаточно. Так считали и первые сверхлюди, и те, кто живет сейчас. Даже если ты уникален сегодня, нет гарантии, что ты останешься особенным завтра. Топтаться на месте, пока остальные идут вперед, — всё равно что катиться назад. А значит, нужно развиваться. Не довольствоваться достигнутым, а расширять границы своей уникальности. Она оказалась вплотную к Паразитической моли. Это был лучший момент с начала боя. Хон Ёнхва отбросила меч и протянула руку. В её ладони Гэпхва сплелась в тугой клубок нитей. «Расширение способности». Гэхва (Раскрытие пламени). Шух. Огонь в ладони угас. Пламя, яростно бушевавшее вокруг её тела, тоже внезапно исчезло. Вместе с ним пропало и усиление физических характеристик. Вместо этого... — Вспых-х-х-х-х! Из её ладони вырвалось пламя совершенно иного порядка. Выбор и концентрация. Отсечь всё лишнее и сосредоточиться исключительно на мощи. — Сдохни. — К-х-ха-а-а-а!.. Густое багровое сияние затопило небо. Невыносимый жар разошелся волнами во все стороны. В самом сердце пожара на миг промелькнул силуэт Паразитической моли. Но тень дрогнула, словно пламя свечи на ветру, и бесследно исчезла, не успев издать даже предсмертного хрипа. . . . Выплеснув Гэпхва до последней капли, Хон Ёнхва приземлилась на землю. То, что раньше было более-менее приличным участком земли, теперь превратилось в месиво из оплавленной и обугленной почвы. Она старалась контролировать силу. Чтобы не испепелить всё вокруг, она специально направила основной поток энергии в небо. Но это не унимало её беспокойства. Хон Ёнхва лихорадочно огляделась. Неподалеку она увидела ледяной купол. Пэк Арин успела создать укрытие, чтобы защитить остальных от последствий взрыва. Хон Ёнхва, воспрянув духом, бросилась туда. Стоило ей приблизиться, как лед с треском разошелся. Внутри показались Пэк Арин, Элия и Ли Ха Юль. — Ха Юль!.. Лицо Хон Ёнхвы исказилось от тревоги. Ха Юль выглядел очень плохо. Он тяжело дышал, его лицо раскраснелось, а тело слегка покачивалось, словно он вот-вот упадет в обморок. Она протиснулась мимо Пэк Арин и Элии и встала прямо перед ним. — Ха Юль! Ты как?! Что же делать... Ах, точно! Лечение! Арин! Исцели Ха Юля... Нет, сначала рука! Ха Юль, покажи ту руку! Хон Ёнхва суетилась, размахивая руками. После использования такого количества маны у неё самой кружилась голова. — ? Ли Ха Юль недоуменно наклонил голову. Он повторил это движение несколько раз, а затем протянул руки вперед. — Хвать. — ...А? Ощущение тепла и тяжести в объятиях. Хон Ёнхва издала растерянный возглас. Ха Юль обхватил её за талию. Её глаза, в которых отразилось крайнее смятение, опустились вниз. Ли Ха Юль уткнулся ей в грудь, словно нашел там убежище. — Э-э?.. Рассудок готов был окончательно покинуть её, но, как ни странно, мозг продолжал на бешеной скорости анализировать ситуацию. Огонь, вырвавшийся из руки Ли Ха Юля, был подозрительно похож на... нет, это и была Гэпхва. Гэпхва, уникальная способность. Её особенность — использовать эмоции как топливо. Из-за этого у неё есть и плюс, и минус: она разжигает чувства владельца. Разжигает чувства... Завершив цепочку рассуждений, Хон Ёнхва внимательно посмотрела на лицо Ха Юля. Пылающие щеки, сбивчивое дыхание, тихий стон, сорвавшийся с губ... Выражение его лица было почти таким же, как мгновение назад, но теперь, в её объятиях, оно стало заметно спокойнее. Осознав ситуацию, Хон Ёнхва почувствовала, как к тревоге примешивается нечто иное. — ...Глоть. Она шумно сглотнула. ---------- И во сне, и наяву берегись огня (3) Третий день вхождения в Башню. Половина намеченного срока пролетела незаметно, а босс, которого вполне можно было считать финальным испытанием, был обнаружен и повержен спустя всего несколько часов после своего появления. Главное событие, по сути, уже завершилось. Поскольку вхождение в Башню близилось к финалу, соперничество между курсантами становилось всё более ожесточенным. Хон Ёнхва и её спутники поспешили уйти, уводя с собой едва соображающего Ли Ха Юля. Битва с боссом истощила силы и магическую энергию каждого. Пэк Арин вела агрессивное наступление, отвлекая внимание врага на себя, а Элия без устали осыпала бойцов всевозможными заклинаниями усиления и баффами, чтобы подготовить почву для сокрушительного удара. Хон Ёнхва же не просто вывела мощь Адского Пламени, которую обычно старалась сдерживать, на максимум, но даже задействовала расширенную способность. Вступать в череду новых сражений с курсантами, сбежавшимися на шум боя, было бы сейчас слишком тяжким бременем. Отойдя на приличное расстояние, они вырыли в земле укрытие. Пэк Арин наложила поверх него магическую защиту, на скорую руку обустроив временный лагерь. Умение возводить подобные укрепления или окопы — навык, порой жизненно необходимый в подземельях или на передовой, а потому он по праву включен в учебную программу Сиёлама. Прошло некоторое время с тех пор, как они укрылись здесь, чтобы восстановить силы. Внутрь сквозь узкую щель проникали редкие лучи солнца. В центре горела магическая сфера, служившая источником света, а вокруг неё, образовав треугольник, расположились спутники. ...Их было четверо, но сидели они треугольником. Слева от Хон Ёнхвы сидела Пэк Арин, справа — Элия. Обе не сводили с неё глаз. Взгляды были пристальными, а атмосфера — натянутой. По лицам читалось явное любопытство, но ни одна не решалась заговорить. Хон Ёнхва осторожно поправила позу. Хвать. — Ик!.. Дыхание, щекотавшее шею, стало ощутимее. У Хон Ёнхвы мелко задрожали веки. Тот, кто прильнул к ней, завозился и уткнулся в неё ещё сильнее. Ощущение чужого тепла стало почти невыносимым. Хон Ёнхва украдкой опустила взгляд. Ли Ха Юль, крепко зажмурившись, прижимался щекой к её груди. «Ох...» Сердце словно сжали в кулаке и хорошенько встряхнули — от такого «нападения» она невольно зажмурилась. В свете поговаривали, что у Хон Ёнхвы вспыльчивый и нетерпеливый нрав. И в чём-то они были правы. Она была из тех, кто привык сначала пускать в ход кулаки, а не слова. Но мало кто знал, что даже такая несдержанность была результатом титанических усилий над собой. Мощь Адского Пламени, которой обладала Хон Ёнхва, была беспрецедентной для всей истории её рода. И сопутствующий этой силе накал эмоций тоже достигал небывалых высот. С самого детства её характер был бесконечно далёк от кротости, а после того как в ней рано пробудилось Адское Пламя, всё стало ещё сложнее. Поэтому с малых лет её учили прежде всего одному: искусству находить равновесие между пламенем и чувствами. Вопреки внешней импульсивности, Хон Ёнхва на самом деле была человеком поразительного терпения. И сейчас это терпение подвергалось суровому испытанию. Кое-как подавив вспыхнувший порыв, она принялась похлопывать по спине Ли Ха Юля, которого придерживала свободной рукой. — Я никуда не уйду, всё хорошо... Куда только делась его обычная застенчивость? Сейчас он лишь теснее прижимался к ней и тихо хныкал. У неё были догадки о причинах такой перемены, поэтому она не отстранялась, позволяя ему искать утешения в своих объятиях. Стоило ей прошептать на ухо ласковые слова, как он перестал ворочаться. Хон Ёнхва продолжала мерно баюкать его, и вскоре прерывистое дыхание юноши выровнялось. Хон Ёнхва, всё это время пребывавшая в крайнем напряжении, с облегчением выдохнула и принялась ласково поглаживать Ли Ха Юля по спине. В этот момент она почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Хон Ёнхва вскинула голову и столкнулась с Пэк Арин, на лице которой застыло крайне озадаченное выражение. — Ёнхва, видеть тебя такой... очень непривычно. — Что ещё за «непривычно»? — Ты совсем не похожа на ту вспыльчивую Ёнхва, которую я знала... Хон Ёнхва лишь нахмурилась в ответ на столь наигранную реакцию. Она прекрасно понимала: это лишь шутливая прелюдия перед серьёзным разговором. Семья Чангэ, к которой принадлежала Пэк Арин, издавна поддерживала тесные связи с кланом Адского Пламени. Как наследница Чангэ, Пэк Арин не раз встречалась с представителями клана Адского Пламени и была не понаслышке знакома с их уникальной способностью. А потому она не могла не узнать природу пламени, вспыхнувшего в руках Ли Ха Юля. Впрочем, едва ли среди сверхлюдей нашёлся бы хоть один, кто никогда не слышал об уникальной способности под названием Гэпхва. Элия тем временем незаметно ускользнула. Судя по едва уловимому присутствию где-то под потолком, она решила оставить их наедине, почувствовав смену обстановки. Пэк Арин, вопреки своей обычной манере, замялась и, отведя взгляд, негромко спросила: — Господин Ли Ха Юль... вы из клана Адского Пламени? — Не знаю. — Чего? — Сама не знаю, — буркнула Хон Ёнхва. Она с легкостью проигнорировала её взгляд, в котором так и читалось: «Если уж ты этого не знаешь, то кто тогда?» Однако на душе у неё было неспокойно. Клан Адского Пламени был основан две сотни лет назад. С кровью родоначальника, Хун Ёна, потомкам передавалась и уникальная способность — Адское Пламя. Подобно тому, как с поколениями меняется человеческий характер, Адское Пламя тоже претерпевало различные метаморфозы, но его первозданная основа оставалась неизменной. Далеко не все, в ком текла кровь основателя, могли пробудить Адское Пламя. Были и те, кто не сумел пробудить ману или уникальную способность; встречались и те, кто вместо Адского Пламени проявлял обычную стихию огня или же способности совершенно иных стихий. Даже то Адское Пламя, что пробуждалось в редких случаях, немного различалось у каждого владельца. Принадлежность к клану Адского Пламени вовсе не гарантировала пробуждение Адского Пламени. Однако те, кто всё же обретал эту силу, неизменно были членами клана, и особенно «мощное» Адское Пламя всегда пробуждалось лишь у выходцев из родного поместья. «...» Хон Ёнхва с задумчивым видом погладила Ли Ха Юль по голове. Ощущение чужой головы в ладони поначалу казалось непривычным, но стоило ему довольно заерзать, словно наслаждаясь прикосновением, как на лице Хон Ёнхва сама собой промелькнула улыбка. — Это проявилось впервые? — Похоже на то, — согласилась Хон Ёнхва с Пэк Арин, которая с любопытством наблюдала за этой сценой. — И что ты планируешь делать? Примешь его в клан? — Сначала нужно выяснить, был ли он частью семьи. Взгляд Хон Ёнхва стал серьезным. Он использовал Гэпхва. Если исходить из того, что Гэпхва пробудилась в нем по праву крови, то Ли Ха Юль, несомненно, принадлежит к клану Адского Пламени. Но почему тогда Ли Ха Юль с самого младенчества оказался в приюте? Откуда взялся ожог на его правой руке и кто посмел сотворить подобное? Пока ничего не было подтверждено, и эти вопросы требовали ответов в первую очередь. — Значит, Ли Ха Юль теперь станет Хон Ха Юлем? — Что за... Об этом нужно сначала спросить самого Ха Юля. — Или ты собираешься сделать его мужем и привести в свою семью? — Ч-что?! Какую еще чушь ты... Кхм! Что за бред ты несешь?! Пэк Арин заливисто рассмеялась, вполне ожидая такой бурной реакции. Хон Ёнхва лишь сердито стиснула зубы, но тут же поправила позу, боясь, что Ли Ха Юлю может быть неудобно. Пробуждение маны и врожденных уникальных способностей предопределяется еще в детстве. Когда Гэпхва проявляется впервые, оно хаотично извергает пламя во все стороны. К счастью, у этого процесса есть свои предвестники, что позволяет вовремя принять меры, но опасность от этого меньше не становится. Более того, в моменты, когда Гэпхва невозможно обуздать, происходит резкий эмоциональный всплеск. Похоже, именно в таком состоянии сейчас находился Ли Ха Юль. Его мана полностью истощилась, и Гэпхва утихло, но чувства все еще были на пределе. Вот почему... он так внезапно бросился в объятия Хон Ёнхва. Эмоциональный накал, усиление, подъем — называйте это как угодно. Суть в том, что в такие мгновения совладать с собой становится почти невозможно. Однако неизменным остается одно: чувства не возникают на пустом месте. Можно еще сильнее возненавидеть того, кто тебе противен, но невозможно внезапно полюбить того, кто тебе неприятен. То, что он сам прижался к ней... неужели он и в обычное время втайне хотел этого?.. От этой внезапной мысли лицо Хон Ёнхва вспыхнуло. В туннеле было довольно светло благодаря магии. Пытаясь скрыть румянец, Хон Ёнхва низко опустила голову и уткнулась носом в волосы Ли Ха Юль. — Хм-м?.. Хон Ёнхва судорожно вдохнула. Неописуемое чувство пронзило её до самого позвоночника. Тот едва уловимый аромат, что она ощущала прежде, теперь отчетливо ударил в голову. Запах тела Ли Ха Юля заполнил всё её естество. Диковинный, не встречавшийся ей прежде... и в то же время до странности знакомый. Противоречивый аромат. Свежесть трав и сладость мёда — пожалуй, это было наиболее близкое описание. Не навязчивый, но глубокий, он проник в легкие и заполнил всё нутро. Хон Ёнхва задрожала от этого упоительного ощущения. «Ох... Да что это... Что за бред, черт возьми!» Безумие. Рассудок, начавший было плавиться под напором инстинктов, мгновенно вернулся на место. Хон Ёнхва пришла в ужас и мысленно обругала себя. «Сумасшедшая, что за дикость ты творишь?» Она уже собиралась резко вскинуть голову, но вовремя спохватилась и украдкой взглянула на Пэк Арин. — ...... Та никак не реагировала. Пэк Арин сидела с закрытыми глазами, мерно постукивая пальцем. Похоже, она была полностью погружена в свои мысли об Адском Пламени, которым владел Ли Ха Юль. В голове у Хон Ёнхва царил полнейший беспорядок, но сейчас чувства будоражили её куда сильнее любых размышлений. — ...М-м. Помолчав немного, она осторожно снова склонила голову. Кончик носа утонул в мягких волосах. Вдох... Если подумать, разве Ха Юль сейчас не поддался порыву, позволяя ей обнимать себя? Это лишь усиление того, что уже было. Ведь чувства не возникают на пустом месте. А значит, в глубине души он и сам хотел оказаться в её объятиях. Раз так, разве она не имеет права на подобную вольность? На этом Хон Ёнхва закончила оправдываться перед собой. Сколько бы сил она ни вкладывала в духовные практики, она всё ещё оставалась юной и неопытной. «...Она что творит?» Пэк Арин, прищурившись, слегка склонила голову набок. Макушка Хон Ёнхва была как на ладони. Стоило прислушаться, как стало отчетливо слышно её тяжёлое, почти непристойное сопение. Как бы она ни старалась не шуметь, она же в открытую его обнюхивает! Даже если забыть о предыстории... нет, даже зная всё, зрелище было в высшей степени странным. Картина маслом: она прижимает к себе едва живое, обмякшее тело и, уткнувшись лицом в волосы, упоенно втягивает их запах. «Это уже на домогательство смахивает...» Пэк Арин на мгновение задумалась, не стоит ли ей вмешаться, но тут же вспомнила, как Ли Ха Юль обычно ведет себя с Хон Ёнхва. Учитывая его непрошибаемый характер, он, скорее всего, придет в ужас, если она попросит разрешения его обнюхать, но в конечном счете всё равно не откажет. Покачав головой, Пэк Арин поднялась на ноги. Она решила привести Элию, которой снаружи наверняка уже стало скучно. Девушка уверенным шагом вышла из землянки. — Динь! Ли Ха Юль поежился, когда чье-то щекочущее дыхание внезапно коснулось его уха. *** — Динь! [«Благословение роста» способствует вашему развитию] [«Благословение роста (особое)» способствует вашему развитию] [«Благословение роста (вхождение в Башню)» способствует вашему развитию] [«Проклятие хрупкой красоты» способствует вашему развитию] [«Проклятие одиночества» способствует вашему развитию] [«Проклятие безмолвия» способствует вашему развитию] [Полномочие «■■ и □□» развивается] [Уникальная способность «Мастер на все руки» развивается] [Уникальная способность «Сродство с маной» развивается] [У?ик. спо?обно?ть «?» временно проявляется] ---------- Скрытый элемент (1) Мне доводилось пробовать алкоголь. Не то чтобы я когда-то покупал его сам или мне наливали за компанию. Скорее, мне в глотку насильно заталкивали бутылку соджу. Я до сих пор помню, как стеклянное горлышко билось о язычок, а обжигающая жидкость хлынула в пищевод. Дальнейшее стерлось из памяти. Обычно это называют «провалом». Когда закрываешь глаза, а открываешь их уже на следующий день. Сейчас я испытал нечто подобное. Разница лишь в том, что тогда, после пробуждения, воспоминания были туманными, а тело ломило. Сейчас же события прошлого вечера стояли перед глазами так отчетливо, будто происходили прямо сейчас. Тело было полно сил, а разум — непривычно ясен. Кожей я чувствовал ритмичный стук чужого сердца. К лицу прижималось нечто мягкое — то самое ощущение, которое так ярко запечатлелось в уголке моего сознания. Пребывая в этом противоречивом состоянии — когда всё вокруг кажется предельно четким и в то же время кружится голова, — я, как и тогда, легонько похлопал Хон Ёнхва по спине. — М-м-м?.. Хон Ёнхва, лежавшая на боку, зашевелилась. Она на мгновение замерла, а затем приподнялась и села, прислонившись спиной к стене. Я, до этого покоившийся в её объятиях, поднялся вместе с ней. — Проснулся?.. Как ты? Всё хорошо? Ничего не болит? Я кивнул. — Какое облегчение... — Хон Ёнхва, чей голос еще звучал сонно и невнятно, облегченно выдохнула. Стоило мне снова кивнуть, как она зашевелилась. — ..! От того, что она начала ласково похлопывать меня по спине, я невольно выпрямился. Испугавшись мерного ритма этих прикосновений, я поспешно замотал головой. — А? Что такое? — Хон Ёнхва недоуменно склонила голову. Похлопывания прекратились. Вместо этого она прижала ладонь к моей спине и провела сверху вниз. От этого ощущения по позвоночнику пробежала дрожь. — ..!! Я дернулся, словно выброшенная на берег рыба. Хон Ёнхва в замешательстве замерла. Воспользовавшись заминкой, я поспешно вырвался из её объятий и отстранился на безопасное расстояние. Не обращая внимания на её странный взгляд, я попытался выровнять сбившееся дыхание. Всё это было как-то не вовремя. Вчерашние воспоминания были пугающе отчетливыми. Я слишком хорошо помнил, как внезапно сошел с ума и причинил всем массу хлопот. Странно было вести себя так сейчас, когда совсем недавно я позволял ей гладить себя. В оправдание могу сказать лишь то, что тогда я был не в себе. И на то была причина. Пламя, охватившее мою правую руку. «Гэпхва». Эта мысль, возникшая, пока я переводил дух, заставила меня всерьез задуматься. Я помнил всё: и свое постыдное поведение, и разговор Хон Ёнхва с Пэк Арин. Причин я не знал, но в итоге то пламя, что вырвалось из меня, назвали Гэпхва. И мощь его действительно соответствовала этому имени. Однако главный вопрос оставался без ответа. «Почему?» Почему Гэпхва вырвалось именно из моей руки, а точнее — из того самого шрама от ожога? В моей и без того перегруженной голове прибавилось загадок. Словно мало мне было проблем, так теперь еще и собственное тело начало выкидывать подобные фокусы. Нахмурившись, я сосредоточился на звуках. В сознании начала выстраиваться карта окрестностей. В земляном убежище были только мы с Хон Ёнхва. Присутствие двух других девушек ощущалось снаружи, над нами. Я указал пальцем на узкий выход. Хон Ёнхва, до этого молча наблюдавшая за мной, кивнула и поднялась с места. Стоило мне выйти наружу, как кожу обдал прохладный ветерок. Я прижал растрепавшиеся волосы и глубоко вдохнул. Свежий воздух наполнил легкие. Тяжесть в груди немного отступила, сменившись приятным чувством легкости. — О, вы проснулись? — Ха Юль, доброе утро! Пока я приминал ногами невысокую траву, Пэк Арин и Элия, сидевшие неподалеку от входа, поприветствовали меня. Они были заняты тем, что чистили собранные фрукты, используя окутанные Ганги руки вместо ножей. Я ответил коротким поклоном и присел рядом. Сенсорика тут же доложила о множестве магических плетений вокруг. Это были охранные, защитные и барьерные заклинания, которыми Пэк Арин щедро утыкала наш временный лагерь. Уровень магии был поразительно высок. Многие структуры я мог лишь классифицировать, но не расшифровать. Наблюдая за всем этим, я невольно восхитился. Не зря кланы так охотятся за магами. Присутствие даже одного такого специалиста делает выполнение миссий и быт в разы комфортнее. «Четвертый день, значит...» Перед тем как выйти, я узнал обстановку от Хон Ёнхва. После того как я «слетел с катушек» после победы над боссом, группа, учитывая общую усталость, покинула опасную зону и обустроила этот временный лагерь. Почти целый день ушел на восстановление, и вот наступил четвертый день. Завтра вхождение в Башню — это изматывающее испытание — подойдет к концу. До слуха долетали звуки природы, шорох движений и хруст разрезаемых фруктов. Это не раздражало, скорее напоминало приятный белый шум. Я машинально протянул руку. Судя по разговорам Пэк Арин и Элии, это были плоды, похожие на яблоки. Я взял один еще не очищенный фрукт. Гладкая, прохладная кожица действительно напоминала яблочную. Повертев его в руках, я окутал указательный палец другой руки Ганги. Вместо того чтобы просто придать энергии грубую форму, я заточил её до остроты бритвы и принялся срезать кожуру. С тихим шорохом тонкая лента кожуры посыпалась на землю. — О, а вы мастерски справляетесь, — заметила Пэк Арин, усердно чистившая свой фрукт напротив. Судя по ощущениям, получалось действительно аккуратно. Я продолжил чистить плоды, собранные группой. Поскольку все здесь были сверхлюдьми, такое количество фруктов едва ли тянуло на легкий перекус. Пока руки были заняты, я приводил мысли в порядок. Входя в Башню, я преследовал три основные цели. Первая — личный рост. Благодаря усиленному Благословению роста я хотел поднять физические характеристики, запас маны, развить уникальную способность и повысить Продвинутый уровень владения навыками. В этом плане результаты превзошли все ожидания. Мой первоначальный план побега провалился вместе с пространственным восприятием, и первые два дня мне пришлось буквально выгрызать право на жизнь, сражаясь с курсантами. Это было невероятно тяжело, но, глядя на нынешние изменения и достижения, я понимал, что оно того стоило. Вторая цель — сбор редких материалов. Концентрация маны внутри Башни настолько велика, что её называют иным миром. Здесь можно найти массу ценных ингредиентов. Даже в этом фрукте, который я сейчас жевал, маны было предостаточно. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с эликсирами, но положительный эффект всё же давало. Я планировал использовать пространственное восприятие для поиска редких ресурсов, но и этот план рухнул. Я думал заняться сбором сейчас, но без полноценного восприятия, полагаясь лишь на слух, осязание и сенсорику, найти что-то действительно стоящее было почти невозможно. К тому же, хоть я и не при смерти, моё состояние всё еще далеко от идеального. Обычная медитация сейчас принесет больше пользы для развития. И третья цель. Скрытый элемент. Вот тут... было по-настоящему обидно. Если вспомнить, что без помощи Элии на второй день я бы вообще выбыл, мои сетования могут показаться капризами, но я по натуре жаден, и чувство упущенной выгоды не давало покоя. Испытания при вхождении в Башню меняются каждый раз. Нынешнее испытание было из разряда безопасных, характерных для первого этажа, и Скрытый элемент, который я хотел получить, можно было добыть только здесь. «Яйцо Истока». В любой итерации игры этот предмет считался обязательным к получению. Способ его поиска был предельно прост. Нужно было лишь найти определенное строение на первом этаже. На это давалось пять дней — времени вагон, если только тебя не выбьют в первые же минуты. Способ получения тоже не отличался сложностью. Условием доступа к Скрытому элементу было наличие титула «Курсант особого набора». В отличие от других секретов, которые зависели от случайных встреч с NPC, этот предназначался строго для игроков. Нужно было просто подойти к алтарю, и он открывался сам собой. Легко найти, легко получить, а эффект — колоссальный. В истории игры существовал билд воина, который доводил характеристики персонажа до абсурдных значений — «Алмазный воин». И не будет преувеличением сказать, что победное шествие Алмазного воина начиналось именно с Яйца Истока. Учитывая его пользу, я очень хотел его заполучить... но оказался в такой ситуации. «Эх...» Сожаление переполняло меня, но с моим нынешним пространственным восприятием я был бессилен. Насколько я помнил, повторный вход на первый этаж возможен либо в конце первого курса, либо в начале второго. Придется ждать до тех пор. «...Где же оно находилось?» Тяжело вздохнув, я закончил чистить фрукты. Запихивая в рот нарезанные дольки, я пытался воскресить в памяти знания из оригинала. Первый этаж напоминал густые леса эпохи динозавров, но кое-где в нем встречались странные архитектурные сооружения. В одном из них и покоилось Яйцо Истока. Описание этого строения было довольно специфическим, поэтому я его запомнил. «Старый каменный алтарь, окруженный восемью колоннами». Три из них были темными и... — ...колонны стояли треугольником вокруг алтаря, а белоснежные колонны окружали их в форме пятиугольника. «А?» Я перестал жевать. — Как странно. Я тоже видела по пути несколько развалин, но это были просто груды камней. Вы там ничего особенного не нашли? — Нет, я заглянула туда в надежде на что-нибудь интересное, но это выглядело как обычное украшение. Услышанное заставило меня вздрогнуть. В голове словно гром прогремел. Я не сразу сообразил: неужели я произнес это вслух? Нет, из-за проклятия это невозможно. Собравшись с мыслями, я повернул голову. Элия как раз увлеченно рассказывала о том, что видела нечто необычное. Я снова прокрутил информацию в голове. Алтарь в центре. Восемь колонн вокруг. Три черные колонны, расставленные треугольником. Пять белых колонн, образующих пятиугольник. Сомнений нет. Я резко вскочил на ноги и решительно зашагал к ней. — ...поэтому я... Ой? Ха Юль? Я подошел вплотную к Элии и резко схватил её за руки. Она удивленно посмотрела на меня. — Господин Ха Юль? — Ха Юль? Я чувствовал на себе взгляды Пэк Арин и Хон Ёнхва, но мне было всё равно. — ..! Едва сдерживая возбуждение, я начал настойчиво трясти её за руки. Через мгновение меня повалили и «обезвредили», снова принявшись ласково гладить по голове. ---------- Скрытый предмет (2) В прошлой жизни я попал в автомобильную аварию. Нельзя сказать, что это была фатальная несправедливость судьбы — скорее, я сам напросился на эту горькую чашу, подставив голову под удар, которого вполне мог избежать. В результате я стал калекой. Получив огромную страховку и компенсацию, я оказался вынужденно заперт в четырех стенах. Потеряв из-за травмы ноги возможность подрабатывать, я, тем не менее, не бедствовал: сумма на руках по моим меркам была внушительной. Это позволило мне съехать из тесной каморки в общежитии и снять приличную однокомнатную квартиру. Так началось мое затворничество в условиях куда более комфортных, чем прежде. Любая попытка выбраться наружу требовала костылей или инвалидной коляски, что доставляло массу неудобств. Впрочем, мне и так всегда было уютнее дома. Валяться в кровати целыми днями поначалу казалось раем, но я из тех неблагодарных людей, которые, стоит им сесть, сразу хотят лечь. Как только я привык к комфорту, душа затребовала развлечений. В поисках того, чем бы себя занять, я наткнулся на игру под названием «Сейвиор». До этого я лишь изредка тыкал в простенькие пазлы на телефоне, так что это была моя первая серьезная компьютерная игра. Тогда я чувствовал себя дикарем, впервые увидевшим чудо цивилизации. Было невероятно интересно. Я погрузился в этот мир с головой. Именно поэтому я принципиально не искал никаких гайдов в интернете. Мне казалось, что если я буду повторять за кем-то уже пройденный путь, все удовольствие мгновенно испарится. Пожалуй, то были самые беззаботные и счастливые мгновения в моей жизни. *** — Мы где-то в районе появления босса. Кажется, это почти самый центр, — сказала Пэк Арин, шедшая во главе отряда. С тех пор как мы покинули временный лагерь, прошло немало времени. По пути нам попадались другие курсанты, но, учитывая наши общие силы, мы без труда их устраняли. Если подумать, пока я был один и спасался бегством, мне почти не встречались ключевые персонажи. Столкнись я с кем-то из главных героев в первый или второй день, меня бы наверняка выбили. Оглядываясь назад, я в очередной раз осознал, насколько же мне везло. — Похоже, всё самое важное собрано в центре. — Разумеется, так проще контролировать территорию, если всё сосредоточено в одном месте. Центр первого этажа. Видимо, земля здесь действительно дорогая: и босс призывается поблизости, и подобные скрытые предметы существуют именно тут. Усмирив восторженный трепет от мысли, что я вот-вот получу «скрытый предмет» (пришлось буквально погладить себя по груди, чтобы успокоиться), я привел группу сюда, следуя указаниям Элии. Мы вернулись туда, откуда совсем недавно в спешке удирали после победы над боссом. Конечно, я привел их не просто так. Я не стал капризничать, а привел вполне логичные доводы. Сказал, что в месте, которое нашла Элия, есть кое-что особенное. И если они помогут мне, я поделюсь наградой. Разумеется, последовал встречный вопрос: «Откуда тебе это известно?» — «Вырвать жемчужину из пасти черного дракона» — неужели таков метод обучения Ректора? — внезапно пробормотала Пэк Арин. Она использовала идиому, означающую получение огромной выгоды ценой смертельного риска. — Вместо того чтобы просто дать награду, он привлекает всеобщее внимание очками за босса, но при этом прячет где-то рядом истинное сокровище... Что ж, если выстоять, это станет и испытанием, и достойным призом. Проще говоря: чем выше ставка, тем больше куш в случае успеха. Обычная логика. — Какое там «выстоять», после того как он наагрил на себя всех вокруг, — недовольно буркнула Хон Ёнхва, замыкавшая строй и следившая, чтобы на нас не напали со спины. Я шел сразу за Элией и мысленно кивал. На самом деле, хоть мне и везло, на второй день я был в шаге от вылета. Убедить их было несложно. У меня было идеальное оправдание. Единственный в истории курсант особого набора. Курсант, выбранный лично Ректором. Этот статус стал безупречной ширмой. Кроме меня, таких нет. Никаких других распоряжений от профессоров мне не поступало. Говорил ли мне Ректор на самом деле, где лежит Яйцо Истока? Нет. Я вообще в глаза его не видел. Даже в официальных хрониках о нем мало что известно. О его существовании знают по его героическим деяниям, но почему-то ни в одном историческом документе нет описания его внешности. И это мне только на руку. В оригинальной игре Владыка Башни Роста не показывался ни при каких обстоятельствах. Не знаю, как будет в этот раз, но, судя по тому, что он бросил своего протеже на произвол судьбы, его характер не изменился. Здесь никто не сможет уличить меня во лжи. Спросить правду можно только у меня или у Ректора, а Ректор хранит молчание. Единственной трудностью в переговорах было мое состояние: приходилось корябать буквы на земле. Жестовый язык я подзабыл, и пользоваться им было крайне неловко. — Мы пришли, — объявила Элия, внимательно осматривавшая окрестности. Мы пробрались сквозь густые заросли и вышли на открытое место. Мои чувства тут же уловили некую аномалию. Трава, щекотавшая бедра, расступилась, открывая просторную площадку, и внезапный порыв ветра ударил в лицо. — Это место определенно отличается от тех строений, что я видела раньше, — заметила Пэк Арин, озираясь. Посреди широкой поляны стоял каменный алтарь, источающий странную магическую силу, а вокруг него выстроились восемь колонн. Из-за нарушенного пространственного восприятия я не мог четко видеть их форму. Мои знания опирались лишь на то, что я помнил из игры. Но я мог их чувствовать. Три черные колонны окружали каменный алтарь, образуя треугольник. Я ощущал их как черные. Заключенная в них мрачная и угрожающая магия заставляла воспринимать их именно так. Пять белых колонн окружали алтарь пятиугольником. Я ощущал их как белые. От них исходила аура стойкости и несокрушимости. — Ха Юль, это здесь? — спросила Пэк Арин, проверив местность магией перед тем, как ступить на поляну. Я немного прислушался к магии колонн и кивнул. — Тогда входим. Группа двинулась вперед. Я, сглотнув, последовал за ними. «Сработает ли?..» Я уверенно вел их сюда, но на самом деле и сам не был до конца уверен. В игре я нашел Яйцо Истока только в третьем прохождении. В первый раз я набивал шишки, действуя наобум. Во второй — был слишком занят прокачкой и стычками с другими курсантами. И только в третий раз у меня появилось время исследовать карту Башни Роста, и тогда я обнаружил Яйцо Истока в самом центре. Но то была игра. Я понимал, что раз игровой мир стал реальностью, этой информации можно доверять, но всё же... это ведь больше не игра. Будет ли так же в реальности? Появится ли награда сама собой? В глубине души грызло сомнение. А что, если я подойду, и ничего не случится? Придется снова прикрываться именем Ректора. У-у-унг! Мои опасения оказались напрасными. Как только я ступил на поляну, пять белоснежных колонн начали вибрировать. Дрожь земли отчетливо передалась моим ногам. Спутницы замерли. Они посмотрели на меня, безмолвно спрашивая, стоит ли продолжать. Я кивнул и снова сделал шаг. Я шел к алтарю по ровной утоптанной земле. Колонны продолжали гудеть. Это не было похоже на сигнал об опасности. Странное сравнение, но казалось, будто меня приветствуют. Наконец я встал вплотную к алтарю. Я прислушался. Вибрирующие белые колонны... В оригинале такого эффекта не было. В чем разница? ...Впрочем, не стоит забивать этим голову. В конце концов, это Башня Роста. Даже если случится что-то опасное, меня просто выкинет наружу, вот и всё. Успокоив себя этой мыслью, я протянул руку к алтарю. Ладонь ощутила холод камня и шероховатость его необработанной поверхности. «......» Ничего не произошло. «Неужели пустышка?» — только успел подумать я, как из алтаря, в том месте, где я его коснулся, начала сочиться чистая магия. Сквозь трещины в камне, подобно дыму, повалили магические испарения. Эта энергия была не такой мощной, как моя, но поражала своей чистотой. Магия медленно расползалась вокруг, постепенно окутывая сначала три черные колонны, а затем и пять белых. Щелк! В ушах раздался резкий механический звук, будто сработал старый, несмазанный механизм. Звук шел изнутри алтаря. Камень вздрогнул, и вибрация начала нарастать. Глядя на то, как алтарь трясется, словно осиновый лист, я на всякий случай отступил на пару шагов. Не успел я отойти, как тряска прекратилась. Секундное затишье — и алтарь с одной стороны начал с грохотом осыпаться. Поднялось облако пыли. Я прикрыл нос и рот рукой, но всё мое внимание было приковано к другому. Внутри разрушенного алтаря находился предмет, источающий необычную магию. Пока алтарь был цел, я его не чувствовал. Даже зная о нем заранее, я не мог уловить его присутствие. Продолговатый, округлый, похожий на огромное яйцо — размером больше человеческой головы. Природа его магии не поддавалась описанию. «Яйцо Истока». Оно здесь. Настоящее. Скрытый предмет из игры существовал и в реальности. Мне на миг показалось, что мои закрытые глаза засияли от восторга. Я быстро перебрался через обломки камней и поднял Яйцо Истока. Из-за размеров оно казалось массивным. На деле оно наверняка весило немало, но с моими нынешними физическими данными я почти не ощутил веса. Я прижал его к себе и погладил поверхность. Гладкая скорлупа отдавала в ладони легким теплом. — Ого. Заметив находку, Пэк Арин подошла ближе и постучала по яйцу пальцем. Я подавил невольную дрожь от внезапно повеявшего холода и показал яйцо остальным, которые смотрели на него с нескрываемым любопытством. — И это яйцо — наша награда? — спросила Хон Ёнхва, тоже подойдя вплотную. Я кивнул. Она с сомнением оглядела предмет: — На вид ничего особенного. И для чего оно нужно? — Может, это ингредиент для создания эликсира? — предположила Элия. — Возможно. Я слышала, что яйца монстров часто используют в алхимии... Пока они гадали, я подобрал валявшуюся рядом ветку и быстро начертил на земле буквы. — М? — Хон Ёнхва удивленно моргнула. Пэк Арин и Элия тоже переглянулись. Элия вслух прочитала написанное, словно не веря своим глазам: — Розыгрыш? Я обвел слово «розыгрыш» кружком и утвердительно кивнул. Яйцо Истока. Скрытый предмет, чье описание гласило, что при использовании оно «считывает истоки владельца» и так далее. По сути, при активации оно давало случайный предмет определенного ранга или выше. Из него могло выпасть что угодно: от набора обычных эликсиров до редчайших артефактов, которые трудно достать даже на поздних стадиях игры. Короче говоря — элитная гача. — Хм... — девушки выглядели озадаченными. Хон Ёнхва, нахмурившись и о чем-то раздумывая, вдруг выпалила: — А может, попробуем его на вкус? — ..! Я в ужасе прижал Яйцо Истока к себе и спрятал его за спину. ---------- Десять лет рядом с Бешеной Псиной(1) Солнце уже начало клониться к закату. Группа, заполучив награду — Яйцо Истока, тщательно осмотрела окрестности и, придя к выводу, что больше здесь ловить нечего, покинула это место. — Давай хоть кусочек попробуем. Оно же такое огромное, чего ты переживаешь? А? Ну как? Ли Ха Юль замотал головой. — Вот-вот. Честно, Ха Юль, тебе самому разве не интересно, какое оно на вкус? Вдруг из него вылупится какая-нибудь ерунда, только зря время потратим. Я постучала — там внутри явно что-то есть. Давай приготовим его и съедим. Ли Ха Юль замотал головой еще отчаяннее! Большая часть программы подошла к концу. К завтрашнему вечеру их автоматически выдворит из Башни. Однако расслабляться было нельзя. Всегда найдутся курсанты, которые под занавес решат устроить финальную охоту. Стоит только допустить слабину и подумать, что всё уже позади, как тебя тут же выбьют из списка участников. Пэк Арин, присматривавшая место для последнего ночлега, обернулась на шум за спиной. Она увидела Ли Ха Юля, который с редким для него плаксивым видом продолжал мотать головой. Причиной тому были Хон Ёнхва и Элия, пристроившиеся по обе стороны от него с явно ехидными намерениями. Они то и дело похлопывали по Яйцу Истока, подначивая его шуточками: «Давай поджарим глазунью» или «Хороший бы вышел омлет». Ха Юль в ответ лишь жалобно хныкал и уворачивался. Он прижимал Яйцо Истока к груди так крепко, будто это была величайшая ценность в мире. Он понимал, что это лишь безобидные шутки, и не злился по-настоящему, но всё равно выглядел крайне растерянным, отчаянно защищая свою добычу. Глядя на эту картину, Пэк Арин вспомнила слова Элии. Та как-то обмолвилась, что дразнить Ли Ха Юля — одно удовольствие, потому что его реакция всегда такая живая и непосредственная. Пэк Арин была с ней согласна. Проигнорируй он их — и им бы быстро надоело, но Ха Юль выдавал настолько искренние эмоции, что искушение подшутить над ним возникало снова и снова. Сначала это была только Элия, но теперь, привлеченная уникальной реакцией Ха Юля, к ней потихоньку присоединилась и Хон Ёнхва. «Весело им», — Пэк Арин мысленно вздохнула. Если бы не обязанности лидера группы, она бы и сама не прочь была поучаствовать. Могло показаться, что они окончательно расслабились и просто валяют дурака, но Пэк Арин не делала им замечаний. Даже в разгар веселья все трое внимательно следили за окружением. Они были готовы мгновенно среагировать на любую внезапную атаку. Хон Ёнхва, воспитанная как наследница клана Гэпхва, и Элия, с детства обучавшаяся в профессиональной академии, впитали это с молоком матери. Но и Ли Ха Юль, ставший сверхчеловеком всего два месяца назад и поступивший в Сиёлам чуть больше месяца назад, ни в чем им не уступал. Несмотря на то, что его глаза были застланы тьмой, а заменяющая их Сенсорика временно подавлена, в случае нападения он среагировал бы должным образом. «...» Пэк Арин невольно вспомнила их первую встречу. День приветствия первокурсников. Тогда её намётанный глаз не смог определить потенциал Ли Ха Юля. Она лишь подумала, что раз таково решение Ректора, значит, на то есть причины. Затем начались занятия, и их распределили в один класс. С каждым днем Ли Ха Юль менялся до неузнаваемости. Поначалу это казалось логичным. Сверхлюди, только что прошедшие пробуждение, всегда растут стремительно. К тому же на него действовало Благословение роста, так что прогресс был ожидаем. Но со временем мнение Пэк Арин изменилось. Первый день, второй... темп роста был в пределах разумного. Третий, четвертый... следующая неделя. Чем больше проходило времени, тем круче становился график его развития. Это не была просто восходящая линия — его сила взмывала ввысь, словно строящийся небоскреб. Тело крепло, магическая энергия внутри него накапливалась в огромных количествах. Даже его неуклюжие базовые стойки с каждым днем становились всё более выверенными. Такой рост невозможно было объяснить одним лишь Благословением роста. Окончательно она убедилась в этом во время недавней дуэли. Эйден Рейнольдс. Для Пэк Арин он был легким противником, но, как ни крути, он всё же курсант Сиёлама. Сверхчеловек, который с раннего детства развивал малую ману и уникальную способность в специализированных учреждениях. Сам факт поступления в Сиёлам подтверждал его потенциал мирового уровня. И над таким противником Ли Ха Юль одержал победу. Это было немыслимо. Сам Ха Юль, похоже, не заглядывал на форумы и не знал об этом, но результат той дуэли наделал много шума. Да, в процессе была доля везения. Победа стала возможной благодаря рискованной ставке, которая сработала. Но именно Ли Ха Юль обладал теми минимальными качествами, которые позволили этой ставке сыграть. За короткий месяц он подтянул свои физические показатели до уровня курсанта, овладел мечом и продемонстрировал мастерское владение Гангче и Ганги. В тот момент сомнения по поводу его зачисления на особых правах практически рассеялись. Лотерейный билет постепенно открывал свой выигрыш. Затем была Данж-практика. Она слышала о его подвигах и там. Возросшие физические данные и мастерство, особая Сенсорика, проявленная при разведке. И вдобавок ко всему, за это время он успел приобщиться к Магии. К Магии, на освоение азов которой люди без таланта тратят годы. Это поражало. Это вызывало восхищение. Если такой темп сохранится, в будущем он станет невероятным героем. И вот, даже эти ожидания были разбиты. «...» События последних дней в Башне Роста было трудно осознать. Пэк Арин сохраняла дружелюбный вид, но внутри неё росло недоумение. Она планировала найти Ли Ха Юля в Башне Роста и помочь ему. Оказать услугу, чтобы он остался в долгу. Копить такие долги, один за другим, чтобы выстроить с ним комфортные, необременительные отношения. Честно говоря, она не особо верила в успех. Она полагала, что он, скорее всего, вылетит из Башни еще до того, как она его найдет. Результат оказался иным. Он сам сокрушил курсантов, которые посмели на него напасть, недооценив его силы. И это не была дуэль один на один. Это была череда сражений в лесу против превосходящего числа противников. Говорили, что он выбил больше десяти человек. А если считать не только выбывших, но и просто раненых, то это число можно смело удваивать. Итоги этого вхождения в Башню вызовут не просто пересуды. Это будет пожар, по сравнению с которым шум после дуэли покажется лишь слабой искрой. Более того, прямо сейчас он продолжал расти с невероятной скоростью. Было ли это заслугой суммирующегося Благословения роста? Даже с учетом этого, феномен не поддавался логике. Сначала Пэк Арин не могла его разгадать. Потом он казался ей необычайным, невероятным и удивительным. А теперь... «Опасно». Бум! Сердце бешено заколотилось. Вибрация разошлась до самых кончиков пальцев. На мгновение тело оцепенело. Сердце — источник жизни — бьется у каждого живого существа в каждый миг его существования. Пэк Арин не была исключением. Разница заключалась лишь в том, что в редчайших случаях её ледяное сердце могло остановиться. Сразу после одного мощного удара сердце обдало холодом. Кровь, несущая эту стужу, хлынула по телу. Ледяной холод совершил круг по сосудам и магическим цепям. Плоть наполнилась не теплом, а морозом. Обычно Пэк Арин располагала к себе людей мягким поведением и неизменной улыбкой. Но сейчас... «...» От прежнего образа не осталось и следа. Лицо застыло, словно ледяная маска. Безэмоциональное, лишенное малейшей искры чувств, оно делало её совершенно непохожей на ту Пэк Арин, которую все знали. Холодный, пустой взгляд впился в Ли Ха Юля. Если раньше её глаза сравнивали с лазурью моря, то теперь они потемнели, напоминая пугающие глубины океана. — А? Хон Ёнхва внезапно обернулась. Их взгляды встретились. Ледяное лицо Пэк Арин отразилось в алых глазах Хон Ёнхвы. Та пристально посмотрела на подругу и склонила голову набок. — Чего уставилась? Тон был обычным. Хон Ёнхва не заметила перемены. Для этого и нужна была «маска». Она не называлась бы маской, если бы не могла скрыть истинное лицо. Бум! Замерзшее сердце слабо толкнулось. Это длилось лишь мгновение, но застывшее сердце снова начало биться. Напряжение спало. Ледяная маска растаяла, и на её месте в тот же миг появилась привычная улыбка. Пэк Арин ответила в своей обычной манере, изображая легкое недовольство: — Опять ты за своё? Твоя истинная натура так и прет наружу. — Какая еще натура? Ты сама как-то странно на меня вылу... то есть, смотрела. — Ха Юль уже давно понял, что всё это притворство... Говори уже нормально. И хватит изводить его, видишь же — ему неловко. С этими словами Пэк Арин отвернулась, игнорируя ворчание Хон Ёнхвы за спиной. Для них это было в порядке вещей с самого детства. Хон Ёнхва вечно задиралась из-за какой-то чепухи, а Пэк Арин ловко отбивала её нападки. Слуги в их домах давно привыкли к подобным сценам. Разница была лишь в том, что на этот раз Пэк Арин почти не сопротивлялась подколкам. Бум! Холодное сердце снова дрогнуло. Этот удар был словно попытка донести некое намерение, и Пэк Арин невольно прижала ладонь к груди. Вместе с пульсацией пришло обрывочное, но четкое желание. «Убей его». Глаза Пэк Арин расширились. Впервые «оно» выражало свою волю настолько ясно. Раньше это были лишь смутные ощущения, но теперь приказ был настолько прямолинейным, что его понял бы и трехлетний ребенок. Значит, «оно» сочло его настолько опасным? Пэк Арин на мгновение задумалась, а затем, лучезарно улыбнувшись, едва слышно прошептала одними губами: «Пошел на хер, ублюдок». Говорят, за три года и собака при школе начнет цитировать классику. Пэк Арин провела рядом с Бешеной Псиной Хон Ёнхвой больше десяти лет. За это время её познания в сквернословии достигли такого уровня, что она не уступила бы никому. ---------- Нож в спину от того, на кого полагался(1) Сиёлам ежегодно вносит небольшие изменения в учебную программу. На первом курсе основной упор делается на развитие врожденных способностей. Для тех курсантов, кто еще не освоил Начальный уровень или не определился с призванием, в течение нескольких месяцев проводится Свободный семестр, во время которого в них буквально впихивают разнообразные базовые знания. Лишь после вхождения в Башню и сдачи промежуточной аттестации курсанты получают право самостоятельно выбирать дисциплины. По сути, именно этот этап и является настоящим Свободным семестром. В течение года они поглощают знания, ограничивают внешнюю деятельность и развивают свой Начальный уровень в безопасных условиях Колыбели. И всё это — всего за один год. То, что позволяет курсантам Сиёлама достигать роста, недоступного для внешнего мира, обусловлено многими причинами, но в основе всего лежит Башня Роста. Благословение роста. Полномочие Башни, дарованное её Владыкой — Нериэль Клайдией. «Множитель Начального уровня был пятикратным, кажется?» Даже если брать только Начальный уровень, прирост пятикратный. То, на что другим во внешнем мире приходится тратить пять лет тяжелейшего труда, здесь можно завершить за год. К тому же курсанты регулярно посещают Башню Роста и получают образование мирового уровня. В буквальном смысле — это пространство, созданное для развития. Пятый день вхождения в Башню. Начиная с четвертого дня, не происходило ничего особенного, если не считать того, что я то и дело оказывался втянут в стычки, вспыхивающие повсюду, словно финальные аккорды испытания. Дело было даже не в моих выдающихся навыках: когда тебя прикрывают первый и второй номера рейтинга, попасть в по-настоящему опасную ситуацию довольно трудно. Говоря прямо, меня «протащили». Жесткие испытания я прошел в первый и второй дни, угрозу исключения миновал благодаря связям, а теперь просто спокойно тренируюсь, выжимая из ситуации максимум пользы. К тому же я получил Яйцо Истока, на которое уже и не надеялся. Всё идет настолько гладко, что даже приторно. В конечном счете я добился этого за счет связей, но... что поделать? Сам Сиёлам поощряет выстраивание личных отношений. В освободившееся время я тренировался. Когда приходилось постоянно убегать, было не до того, но сейчас, в относительной тишине наблюдая за собой, я в реальном времени ощущал изменения в теле. Это казалось невероятным. Я чувствовал, как тело крепнет с каждым движением, как развиваются ядро и каналы по мере использования маны. — А-гр-р-х... В этот момент неподалеку раздался стон. Источником звука была Хон Ёнхва. Она сидела на пне, негромко постанывая от боли. Услышав этот несвоевременный жалобный звук, Пэк Арин с недоумением спросила: — Что с тобой такое? — Тело не в порядке. Похоже, это из-за Гэпхва. Наверное, я слишком часто её использовала... Услышав жалобу Хон Ёнхвы, я прервал тренировку и сосредоточился на мане. Я внимательно изучил огромный объем энергии внутри неё. Вскоре я почувствовал разницу. Мана, несущая в себе мощь, способную испепелить что угодно, была как-то неестественно перекручена. — А... во время боя с боссом ты и правда слишком задрала мощность. Я же говорила тебе не использовать Расширенную способность. — Чтобы убить его одним ударом, у меня не было другого выхода, кроме Расцвета. Кто знает, что бы случилось, упусти мы его тогда. — Ох, ну и что теперь? Тебе помочь? Пэк Арин подняла руку. В её ладони заколыхалась холодная энергия. Это было проявление Чангэ. Большинство пользователей Гэпхва страдают от хронической нагрузки из-за высокой мощности. Это именно нагрузка, а не нехватка сил. Гэпхва, обладающая высочайшей мощностью среди уникальных способностей, часто наносит вред самому владельцу. Один из способов уменьшить этот побочный эффект — прибегнуть к помощи Чангэ. Чангэ, обладающая свойствами исцеления, воды и холода, является идеальным лекарством для облегчения нагрузки Гэпхва. На предложение Пэк Арин Хон Ёнхва, немного помучившись в раздумьях, в итоге покачала головой. — Не надо. Я сама справлюсь. Мы всё-таки внутри Башни, к тому же мне говорили, что к такому нужно привыкать и справляться самостоятельно. — Это верно. В идеале лучше настраивать всё самой, но... У Хон Ёнхвы, чья мощность была аномально высокой даже по меркам истории её семьи, нагрузка была куда серьезнее. До сих пор она сдерживала её благодаря врожденному контролю, но в этот раз, после буйства сил, последствия дали о себе знать. «Наверное, и в этот раз будет так же». Если события пойдут по сценарию оригинала, то это «боли роста». Сочетание техники Расцвета, использованной на пределе сил, и множителя Благословения роста спровоцировало Гэпхва Хон Ёнхвы к трансформации. В оригинале так происходило всегда. В любом прохождении после первого вхождения в Башню Гэпхва Хон Ёнхвы менялась. Гэпхва — крайне специфическая уникальная способность, и говорят, что при каждой трансформации владелец проходит через своего рода внутреннее испытание. То же самое касается и других высших способностей, включая Чангэ и Тэсан. По словам самой Хон Ёнхвы из оригинала, в её случае это было испытание, в котором нужно было преодолеть и сжечь накопленное за жизнь чувство вины, превратив его в топливо для своего пламени. В любом случае, Хон Ёнхва легко преодолеет это испытание и эволюционирует свою способность. «...Гэпхва». При мысли об этом термине я невольно коснулся своей правой руки. Даже через нарукавник я чувствовал нечто чужеродное. В день приветствия первокурсников я узнал Хон Ёнхву не по голосу, а по мане. При виде пламени, которое даже в состоянии покоя казалось способным сжечь весь мир, на ум не могло прийти ничего, кроме слова «Гэпхва». Именно поэтому я смог её выделить. Пользователи Гэпхва несут в себе жар. Это невозможно не заметить, даже если захочешь отвернуться. А моя правая рука? Моя мана была похожа на чистую родниковую воду. В ней не было ни намека на жар. И всё же я использовал Гэпхва. Это было странно. В последнее время я часто сталкиваюсь с вещами, которым нет объяснения. Ждет ли и меня испытание Гэпхва? Размышляя об этом, я перебирал в памяти события оригинала. Примеров для сравнения было немного. «Третье прохождение». Персонаж третьего прохождения — «Самджон». Если персонаж второго прохождения был классическим воином, развивавшимся по канонам с использованием знаний о прошлом, то в третьем прохождении это был персонаж для массовых сражений, активно использующий различные уловки. Благодаря сочетанию скрытых находок и невероятной удачи, он обладал тремя уникальными способностями: Гэпхва, Чангэ и Тэсан, пусть и в усеченном виде. Идея заключалась в том, что три способности будут компенсировать недостатки друг друга, подобно тому как Чангэ снижает нагрузку от Гэпхва. На деле всё примерно так и вышло. Они дополняли друг друга, сглаживая минусы, что привело к колоссальному росту мощности. Хотя третье прохождение в целом было довольно неуклюжим, по уровню мощности персонаж мог потягаться с героями поздних этапов игры. Проблема была в том, что он не смог совладать с такой мощью и в итоге саморазрушился. При создании персонажа уникальной способностью был выбран «Сосуд», чтобы увеличить лимит, но само тело оказалось слишком слабым, и всё пошло прахом. У персонажа третьего прохождения не было события «Испытание Гэпхва». Конечно, способности были неполными, да и это лишь крупица информации, так что неизвестно, как всё обернется в реальности. На этот счет Хон Ёнхва уже дала мне наводку. Сказала, что на всякий случай нам стоит вместе отправиться в её родное поместье и пройти проверку. Я тоже не понимал, что происходит, поэтому согласился. Честно говоря, было некоторое беспокойство. С точки зрения клана Адского Пламени, какой-то чужак внезапно объявляется с их уникальной способностью. Но когда я выразил эти опасения, Хон Ёнхва заверила меня, что это безопасно и проблем точно не будет, так что я просто кивнул. Кстати, разве в оригинале не говорилось, что профессора наблюдают за испытаниями в Башне? Неужели они видели, как я использовал Гэпхва?.. «Наверное, видели...» Не могли же они пропустить момент, когда первый и второй номера рейтинга валят босса. Всё же я втайне надеялся, что такой деликатный вопрос останется в секрете. Профессора ведь не сумасшедшие, чтобы трубить на каждом углу: «Смотрите, этот парень использовал Гэпхва!». Отбросив лишние мысли, я снова приступил к тренировке. Так прошло еще некоторое время. Хон Ёнхва усмиряла свою Гэпхва, а Элия и Пэк Арин занимались индивидуальной практикой. Атмосфера была на редкость спокойной. Сколько времени утекло? Треск Внезапно до моих ушей донесся звук чего-то ломающегося. Я хотел повернуть голову в ту сторону. Время замедлилось. Ощущение времени растянулось. Мои собственные движения казались невыносимо медленными и вязкими. Интуиция подсказала: пора на выход. «Наконец-то выбираемся». В тот же миг сознание начало угасать. Появилось чувство, будто меня насильно куда-то затягивает. Это время было одновременно и долгим, и коротким — и жизнь внутри Башни, и этот растянутый миг. Противоречивое, но именно такое чувство осталось у меня. [Дзинь!] Сознание поглотила тьма. *** [Дзинь!] [Вы прошли Испытание Роста (1-й этаж)] [Количество выбывших по вашей вине курсантов: 18] [Получено очков: 750] [Вы сохраняли выживаемость до 5-го дня, начислены полные баллы] [Игрок (?) покидает Башню Роста] [«Благословение роста (вхождение в Башню)» отозвано] *** Фью-ю-ю Ветер коснулся щек. Волосы слегка качнулись. Этот ветер отличался от того, что я чувствовал мгновение назад. Воздух, касавшийся кожи, тоже был другим. Вместо прежней влажности — относительная сухость. Затуманенное сознание вернулось. Ноги, стоящие на земле, ощутили бесчисленные вибрации. «......» Я молча выдохнул и сжал кулак. Хруст Сила, наполнившая руку, казалась непривычной. Разница с тем, что было до вхождения в Башню, была колоссальной. После выхода из Башни всё негативное — раны, усталость и прочее — исчезло, остались лишь положительные изменения. Пока я проверял свое непривычно легкое тело, до меня донесся шум и суета других вышедших курсантов. — А, вышли. — Черт, вылететь в первый же день из-за собственной глупости — это полный позор. — Ёнхва, ты стерва! Зачем ты и меня прихлопнула?! На площади бушевал вихрь эмоций: опустошение, удовлетворение, ярость. Те, кто выбыл рано и провел время в тренировочных залах, выглядели подавленными, а те, кто продержался до конца, были настроены оптимистично. Мы вышли из Башни. Как только я осознал это, мое пространственное восприятие, которое до этого было подавлено, резко распахнулось. Лишившись сдерживающего давления, оно радостно рванулось во все стороны, расширяя сферу влияния. Нестабильная ментальная карта вновь обрела цвета. Несмотря на то, что это была лишь пространственная информация, формы стали четкими, а детали — яркими. «......» Впрочем, после всех мучений внутри Башни, это вызывало лишь досаду и недовольство. Когда эта способность только проявилась, она чуть не убила своего хозяина, а в самый нужный момент оказалась бесполезной... Радиус сто метров, двести, триста... Сфера продолжала разворачиваться. Четыреста, пятьсот, шестьсот... За это время она выросла. Видимо, несмотря на подавление, она всё это время продолжала развиваться. Семьсот метров... восемьсот... «Ого». Она продолжала расширяться. Словно сжатая до предела пружина, которая наконец распрямилась, объем информации начал расти в геометрической прогрессии. Один километр пройден. И это был не предел. Более того, дело не ограничивалось только радиусом. Плотность информации росла. Качество данных, поступающих от наблюдения, повышалось. Башня Роста оказалась поглощена моей сферой. Информация о ней хлынула в сознание. Оси пространства, стены, силы отталкивания, законы подавления и тишины, внутренние правила расширения и защитный внешний контур... Магические формулы, вырезанные повсюду. Измененные формулы, активные формулы, общий объем подаваемой маны и её циркуляция... Люди, одежда, кожа, мышцы, скелеты, кровь, нервы, каналы, ядра, сердца, мана, внутренние органы... Пространство было как на ладони. Треск В голове возникло давящее чувство. Мозг словно вспыхнул. Скорость мышления, не справляясь с таким объемом информации, начала замедляться. Знакомое ощущение. Смутное, но определенно отчетливое воспоминание. Чувство, похожее на то, что едва не убило меня в первый день, вновь вгрызлось в мой разум. Кровь в жилах похолодела. «Ах». Да что с этой способностью не так? Стиснув зубы, я попытался взять пространственное восприятие под контроль. ---------- Отдых(1) Пространственное восприятие — единственная из моих уникальных способностей, которую можно хоть как-то отнести к активным. «Мастер на все руки», еще не развившийся в расширенную способность технического типа, и «Сродство с маной», дарующее предрасположенность к магической энергии, — обе они являются пассивными способностями, действующими постоянно. Пространственное восприятие по своей природе тоже ближе к пассивкам, но оно схоже с активными навыками тем, что я могу его контролировать. В самый первый день я едва не погиб из-за того, что не умел этого делать. Мозг чуть не взорвался, не в силах справиться с тем потоком информации, который приносило широко раскинутое пространственное восприятие. Я не знал, как классифицировать входящие данные, и не понимал, как отсеивать лишнее. К тому же тогда пространственное восприятие работало пугающе эффективно, и объем поступающих сведений был просто чудовищным. Даже сейчас, вспоминая тот день, я покрываюсь холодным потом. Если бы я тогда не сумел обуздать способность, то попросту бы умер. — …… Мысли замедлились. Информации было слишком много для обработки. В сознание буквально втискивалось всё подряд. Скорость восприятия падала, из-за чего мышление становилось вязким. Казалось, будто весь мир замедляется вместе со мной. Опасно. В этот миг я инстинктивно взял пространственное восприятие под контроль. «Сжать». Я поймал и потянул на себя область восприятия, которая самовольно расширялась. Радиус, охватывающий километры, снова сузился. «Классифицировать». Я установил критерии для наблюдаемых данных, перекрывая поток ненужной информации. Пространство, физические объекты, мана, магическая формула, внутренняя структура помещений… Я заблокировал глубокие пласты данных, в которых сейчас не было нужды. Я настраивал наблюдаемое пространство. Сворачивал его, фильтруя поступающие сведения. Манипулировать было трудно. То, что до сих пор подавлялось, теперь бушевало, словно сорвавшись с цепи. Из-за этого пришлось помучиться с регулировкой. Но постепенно контроль восстанавливался. Я уже не тот, кем был в первый день. С тех пор я столько раз применял пространственное восприятие, что мой текущий продвинутый уровень не шел ни в какое сравнение с тем, что было тогда. Я остановил расширение и разделил потоки сбора данных. Голова пошла кругом. Даже в процессе настройки информация продолжала поступать — избыточная, бесполезная информация. В этот момент внутри тела что-то звонко лопнуло. В носу внезапно защипало, дыхание стало тяжелым. Когда я коснулся носа рукой, на пальцах осталась ярко-красная кровь. «Носом пошла». В первый день крови, кажется, не было… Или была? На мгновение мысли спутались. Я попытался воскресить в памяти события того дня. Первый раз, когда развернулось пространственное восприятие… Как же это было? Воспоминания были смутными, словно подернутыми туманом. — Наконец-то закон… А-а-а-ах! Ха Юль?! Пока я заторможенно усмирял способность, рядом раздался крик. Стоило мне направить восприятие в ту сторону, как я увидел Хон Ёнхву — ее лицо было мертвенно-бледным, а роскошные красные волосы слегка растрепались. Впервые за пять дней я видел ее лицо так четко. Прошло всего пять дней, но у меня было чувство, будто мы не встречались целую вечность. — Почему?! Что случилось?! Хон Ёнхва подбежала ко мне и принялась суетливо осматривать. Из-за ее бурной реакции окружающие тоже начали оборачиваться. Послышался шепот — люди недоумевали, что вообще происходит. Я поспешно вытер нос. Подумаешь, кровь пошла, к чему такой переполох. Испытывая неловкость и еще какое-то странное чувство, я покачал головой, давая понять, что всё в порядке. В этот момент в одном глазу возник зуд. Даже при том, что веки были сомкнуты, я почувствовал это. Внутри что-то влажно плеснуло. А затем потекло. Из глаза брызнула кровь. Тонкая струйка прочертила линию по щеке. «А?» — А… Хон Ёнхва, которая уже успела где-то раздобыть салфетку, чтобы вытереть мне нос, застыла. Но на этом всё не закончилось. В другом глазу тоже зачесалось, и оттуда тоже потекла кровь. На моем лице теперь красовались две красные дорожки. Хон Ёнхва приоткрыла рот. Выражение ее лица было таким, будто на ее глазах рухнул мир. *** Поднялась небольшая суматоха. Впрочем, ничего особенного: курсанты Элия, Пэк Арин и другие обладатели исцеляющих способностей сбежались на крик, а Хон Ёнхва пребывала в глубочайшем отчаянии. Вскоре подошли и профессора, отвечающие за первый курс, чтобы проверить мое состояние. Теонил Арван, куратор класса Чхунбун и признанный мастер комбинированной магии, осмотрел мое лицо и вынес вердикт: — Причина, судя по всему, в чрезмерном использовании способности. Во время испытания казалось, что с вашим даром что-то не так. Это связано? Я кивнул. — Должно быть, дело в резком изменении параметров способности… Странно, что Башня Роста этого не зафиксировала. Как бы то ни было, вам нужен покой. И, по возможности, воздержитесь от использования способностей на какое-то время. Я снова кивнул, принимая диагноз профессора Теонила. Остальные курсанты уже давно разошлись. Хотя после выхода из Башни Роста усталость и раны исчезли, ментальное истощение никуда не делось. Тех, кто в тревоге кружил рядом со мной, профессор Лиана мягко убедила разойтись по домам. — Значит, на этой неделе вам лучше просто хорошенько отдохнуть, курсант Ли Ха Юль. Профессор Лиана, слушавшая диагноз вместе со мной, тяжело вздохнула. Я кивнул, показывая, что понял. Профессор с неоднозначным выражением лица продолжила: — О том, что произошло во время испытания, поговорим позже. Не волнуйтесь, подробности не разглашались. Это было именно то, что я хотел услышать. С облегчением я закивал головой. Третье прохождение, где я использовал Адское Пламя, Чангэ и Тэсан. Сначала я поглотил Адское Пламя, а затем применил Тэсан. В игре был случай, когда использование Тэсана раскрылось, и отношения со всеми фракциями полетели в тартарары. Я опасался повторения этой ситуации в реальности, но твердое заверение профессора Лианы меня успокоило. Заметив перемену в моем лице, Лиана хихикнула и протянула руку. Ее ладонь ласково коснулась моих волос. Она и раньше часто меня гладила. Сначала это было непривычно, но теперь я перестал обращать внимание. Честно говоря, даже если это и выглядело странно, мне было приятно. — …… Пока она меня гладила, я почувствовал на себе чей-то странный взгляд. Его обладательницей была профессор Атра. Она пристально смотрела на меня с каким-то сложным выражением лица. Атра не была куратором первого курса, но, как мой профильный преподаватель, наблюдала за испытанием вместе со всеми. Не понимая, в чем дело, я вопросительно наклонил голову, и тут меня осенило. «А, разбор полетов?» Атра наверняка внимательно следила за тем, как я сражался все эти пять дней. С ее точки зрения, мои действия наверняка так и сыпали поводами для критики. Я выпрямился, всем своим видом показывая, что готов внимательно слушать. Атра некоторое время молчала, глядя на мою готовность, а затем заговорила: — …Хорошо… «Хорошо?» Обычно четкая речь Атры на этот раз была какой-то смазанной. Она словно колебалась. Это заставило меня занервничать. «Неужели всё было настолько плохо?» Для человека, у которого пространственное восприятие работало через пень-колоду, я сражался довольно неплохо. Конечно, по сравнению с движениями при полной поддержке способности, в моих действиях было полно изъянов. Если бы пространственное восприятие работало исправно, я бы набрал вдвое больше очков. Неужели в глазах Атры, привыкшей к моему обычному стилю, мои движения во время испытания выглядели полным хаосом? Внутренне обливаясь холодным потом, я ждал продолжения. — …Хорошо справился. От неожиданного ответа я невольно приоткрыл рот. — Проблемы с сенсорикой еще предстоит проработать, но то, что ты сумел мгновенно найти решение и действовать в такой ситуации, было верным выбором. Похвала? Она не была долгой. Видимо, учитывая мое состояние, Атра ограничилась лишь парой фраз. Но даже это было поразительно. После того случая, когда я доставил ей хлопот, а она в ответ лишь проявила заботу, я понял, что профессор Атра — хороший человек, но подобных похвал от нее еще никогда не слышал. Заметив мое выражение лица, Атра неловко отвернулась и встретилась взглядом с профессором Лианой. У той был странный вид… точнее, она вовсю ухмылялась. — …Что у тебя с лицом? — Да нет, ничего такого. Отшутившись, Лиана повернулась ко мне и протянула руку. На ее ладони лежали мои смарт-часы. Я с радостью их забрал. На мгновение мне показалось, что ко мне вернулась способность говорить. — Курсант Ли Ха Юль, вам тоже пора идти. Отдыхайте все выходные, увидимся на следующей неделе. Я попрощался с лучезарно улыбающейся Лианой и безучастно кивнувшей Атрой, после чего направился к выходу. *** Я вернулся в общежитие. «Кажется, меня здесь целую вечность не было». Бросая тренировочный костюм в корзину для белья и переодеваясь в чистое, я испытывал странное чувство. Хотя меня не было всего пять дней, казалось, прошло гораздо больше времени. Возможно, дело в том, что я и раньше редко задерживался в комнате: утром — общие лекции, днем — занятия у профессора Атры, а потом либо библиотека, либо личный тренировочный зал. Переодевшись, я присел на кровать. Мягкая поверхность приятно приняла мой вес. В тот же миг разум атаковал мощнейший соблазн. Он шептал: «Ложись скорее, засыпай прямо здесь…» «…Нельзя спать». Раны на теле затянулись, усталость прошла, но ментальное истощение всё еще давало о себе знать. Если бы дело было только в этом, я бы не обратил внимания. Усталость — не повод тратить время впустую. Но стоило мне выйти из Башни, как пространственное восприятие нанесло удар в спину. Внезапно взбунтовавшись, оно обрушило на меня мощнейшую психическую атаку. При Хон Ёнхве, под прицелом множества взглядов, я изо всех сил старался казаться невозмутимым, но на самом деле ситуация была опасной. Я был на грани обморока. А теперь, когда к этому добавился соблазн мягкой постели, сопротивляться стало еще труднее. По сравнению с тем, как я балансировал на грани смерти в первый день, это был огромный прогресс, но… усталость была неизбежна. «…Посплю совсем чуть-чуть». Поколебавшись мгновение, я кивнул самому себе. Буквально на минутку прикрою глаза, а когда проснусь — займусь пересмотром планов. Завершив этот сеанс самооправдания, я разобрал вещи. Самую важную из них — Яйцо Истока — я, немного подумав, поставил на полку в спальне. Наскоро ополоснувшись и переодевшись в удобную одежду, я рухнул на кровать. Мягкость матраса окутала всё тело. Сознание начало погружаться в сон. Мысленно повторяя технику засыпания, которой меня научила профессор Лиана, я отпустил нить сознания. Не прошло и минуты с того момента, как Ли Ха Юль лег в постель, а он уже погрузился в глубокий сон, мерно посапывая. Он свернулся калачиком под толстым одеялом, из-под которого виднелась лишь часть лица. В комнате воцарилась тишина. И в этом безмолвии, без какого-либо внешнего воздействия, Яйцо Истока вдруг дрогнуло. — Динь. Следом в тишине спальни раздался негромкий звук уведомления. [Яйцо Истока считывает исток своего владельца] ---------- Празднование (1) Вставать не хотелось. Я уткнулся лицом в подушку и лениво потерся о неё щекой — эта мысль целиком завладела моим сознанием. Всё то время, что длилось испытание, мне приходилось спать на голой земле, подстелив лишь охапку листьев. Это было не слишком удобно, но и большой проблемой не стало. Мне и раньше доводилось ночевать на каменном полу, так что из-за таких пустяков сон я не терял. И всё же, спать в кровати — несравненное удовольствие. В целом мире не найдется ничего, что могло бы соперничать с этой мягкостью... хотя... хм... ...Если подумать, кровать всё же на втором месте. Припомнив недавние бесстыдные обстоятельства, я поспешно тряхнул головой. Красный цвет, всплывший перед глазами, рассеялся. В последнее время с головой творится что-то неладное. Может, стоит пройти психиатрическое обследование? Возможно, это побочный эффект Адского Пламени. Понимая, что если продолжу лежать, то проваляюсь так весь день, я через силу заставил себя сесть. Ощущение уюта исчезло. Скрепя сердце и почти оплакивая разлуку с мягкой постелью, я окончательно поднялся. Утро субботы выдалось на редкость спокойным — в расписании не значилось никаких срочных дел. — Кх-х-х... Я сделал короткую разминку, разгоняя скованность в теле. По мышцам разлилась приятная бодрость. Насладившись этим чувством, я отправился в душ и окатил себя холодной водой. Сонливость как рукой сняло. Впрочем, долго стоять под ледяными струями мне не хотелось, поэтому на середине процесса я пошел на компромисс и переключился на теплую воду. «Теперь всё в порядке?» Я набрал в ладони воды и уже собирался энергично умыться, но рука внезапно замерла. В памяти всплыли вчерашние события. Я осторожно коснулся пальцами уголков глаз. Из них катились не слезы, а настоящая кровь. Я старался не подавать виду, но тогда мне казалось, что я действительно потеряю сознание. В какой-то миг я едва не обезумел от страха, решив, что окончательно лишился зрения. То, что я не вижу, не значит, что глаза бесполезны. Рано или поздно я верну зрение, поэтому должен беречь их как зеницу ока. Роль зрения взяло на себя пространственное восприятие. Благодаря ему я не только не испытываю трудностей в повседневной жизни, но и вижу мир гораздо лучше тех, кто ходит с открытыми глазами. Порой меня даже мучает совесть, когда окружающие проявляют ко мне излишнюю заботу, принимая за инвалида. Впрочем, сколько бы я ни объяснял это остальным, их отношение ко мне особо не менялось. Но я всё же хотел вернуть себе зрение. Мое понимание пространственного восприятия углубилось, и я смог уловить механизмы Начального уровня. Эта способность считывает пространство целиком, а заодно и всё, что в нем находится. Именно поэтому я воспринимаю мир почти так же, как если бы видел его глазами. Но это всё равно не то же самое. Я знаю это, потому что помню, каково это — видеть. Мир, увиденный глазами, и мир, ощущаемый через пространственное восприятие, различаются. Если глаза смотрят на всё с точки зрения «я», то через пространственное восприятие я сам ощущался лишь частью общего фона. Я хотел видеть мир своими глазами. «Хотя на данный момент пространственное восприятие гораздо полезнее». Для меня, как для человека, который с оружием в руках бросается в гущу боя, оно на голову превосходит обычное зрение. Слепые зоны? Для пространственного восприятия такого понятия не существует. Как они могут быть, если я просто осознаю всё пространство вокруг себя? Когда смотришь глазами, приходится моргать. У пространственного восприятия таких проблем нет... «Хотя нет, были». Я вспомнил, как в Башне пространственное восприятие оказалось полностью заблокировано. Лицо невольно исказилось в гримасе. Способность, которая в первый же день едва не прикончила своего владельца. Способность, которая после этого подверглась «оптимизации» и заставила меня страдать. После приветственной церемонии первокурсников она вроде бы восстановилась, и я успешно ею пользовался... но в самый ответственный момент, при вхождении в Башню, она нанесла удар в спину. А когда я вышел из Башни — снова! Опять подставила хозяина, неблагодарная. В этой способности явно не хватает какого-то важного винтика. «...Изъян?» Размышляя о пространственном восприятии, я почувствовал странное несоответствие в слове «изъян». Первый день. Кошмар, о котором не хочется даже вспоминать. Из-за перегрузки пространственного восприятия я едва не погиб. Огромный поток информации обрушился на разум, и мозг чуть не взорвался от перенапряжения. Чья это была вина? Если отбросить причины, инцидент в первый день произошел потому, что эффективность пространственного восприятия была слишком высокой, а не наоборот. Если бы я мог выдержать такую нагрузку, то сумел бы в полной мере использовать эту почти божественную всеведущую силу. С этой точки зрения, изъян был не в способности, а во мне самом. Вина пространственного восприятия заключалась лишь в том, что оно было слишком совершенным. Возможно, ругать его несправедливо. Однако... «Разве это не странно?» Если бы у меня было только пространственное восприятие, я бы просто списал всё на свою некомпетентность. Но помимо него у меня есть еще две уникальные способности. Мастер на все руки и Сродство с маной. Это такие же уникальные способности, полученные одновременно с пространственным восприятием. Но с ними у меня никогда не возникало проблем. Обе они крайне эффективны — без любой из них я бы никогда не смог расти в силе так быстро. Но они ни разу не причинили мне вреда своей чрезмерной мощью. Почему же именно с пространственным восприятием всё иначе? Почему при одинаковых условиях получения только оно обладает такой пугающей спецификой? — Эх... Да что я вообще могу в этом смыслить? Вновь ощутив безнадежность этих раздумий, я тряхнул головой и принялся вытирать мокрые волосы полотенцем. *** Сиёлам поощряет дружеские связи между курсантами. Если изучить список внутриакадемических льгот, можно найти множество мер поддержки социальной активности. Поэтому жизнь в Сиёламе наполнена различными совместными мероприятиями. Проще говоря, на тебя сыплется град мелких побочных квестов. Их награды нельзя сравнить с призами за основные задания, но во время первого прохождения я старался не пропускать ни одного побочного квеста. Взаимодействуешь с каким-нибудь курсантом-NPC, получаешь задание, выполняешь его — и открываешь следующее. В зависимости от выбора меняется уровень симпатии персонажей, отношения между людьми переплетаются в сложную сеть... В этой изменчивости и был весь интерес. Я чувствовал невероятную гордость, когда благодаря моему вмешательству персонаж со скверным характером менялся до неузнаваемости. После того как первое прохождение закончилось крахом мира, в котором мне пришлось изрядно помучиться, со второй попытки я сосредоточился исключительно на прокачке характеристик, чтобы предотвратить катастрофу. Именно поэтому первое прохождение сохранило в моей памяти особое очарование. Я ненадолго погрузился в воспоминания, но вскоре тряхнул головой, отгоняя их, и впервые за долгое время открыл интерфейс смарт-часов. Верхнюю строчку в списке уведомлений занимал общий чат первого курса, созданный для объявлений. [Сиёлам, 121-й поток, общий чат (613)] ▶ Пэк Арин: [Объявление!] Как и было обещано, сегодня в 18:00 состоится празднование вхождения в Башню! Место — 3-й банкетный зал! Дресс-кода нет, посещение свободное! (◍˃̶ᗜ˂̶◍)ﾉ” (Сегодня 8:03) ▶ Пэк Арин: [Важно!] Мы подготовили интересные конкурсы и призы! Ждем всех! ₍⑅›ܫ‹₎っ🎁 (Сегодня 8:04) ... Организацию праздника взяла на себя Пэк Арин. Это было логично: статус лучшей на курсе обязывал, да и опыта в устройстве подобных светских встреч ей было не занимать. «Стоит ли идти?» — задумался я. В этой сфере связи решают всё, и Сиёлам всячески это подтверждает, предоставляя курсантам массу возможностей для знакомств. Сначала свободная атмосфера приветственной церемонии, теперь — празднование после крупного события. В следующем семестре начнут работу клубы, а система наставничества позволит познакомиться со старшекурсниками. Плюс ежегодный фестиваль. Многие академические институты, даже если это не очевидно на первый взгляд, направлены на социализацию. В первом прохождении я активно мелькал везде, где только можно, и усердно работал над репутацией. Точнее, она росла сама собой в процессе выполнения побочных квестов. И накопленные очки симпатии не раз меня выручали. Но то было в игре. Там достаточно было выбрать правильный вариант ответа в диалоговом окне. В реальности же моих социальных навыков едва ли хватило бы даже на поддержание простого разговора... «И всё же, лучше сходить». Оставим в стороне изъяны моего характера — на таких мероприятиях даже простое присутствие немного повышает твой «кредит доверия». Пусть это нельзя назвать полноценной симпатией, достаточно того, чтобы при следующей встрече человек просто вспомнил твое лицо. Решено. Схожу ненадолго, просто отмечусь. Профессора советовали отдыхать все выходные, но вряд ли они станут ругаться из-за похода на вечеринку. Я сверился со временем. Начало в шесть вечера. Сейчас десять утра, времени еще вагон. Можно пока немного поучиться. Нагружать тело тренировками я сейчас опасался — вчерашнее кровотечение из глаз всё еще вызывало тревогу. Говорят, пациент должен беспрекословно слушаться врача. А я очень не хотел окончательно ослепнуть. С этими мыслями я начал просматривать учебные материалы на часах, но мой взгляд невольно упал на Яйцо Истока, лежащее на полке. «Интересно, когда оно откроется?» В оригинале оно должно было раскрыться само по себе, нужно было только подождать. В каждом прохождении время ожидания и содержимое яйца различались. В третьем прохождении мне достался артефакт, позволяющий получить дополнительную уникальную способность, а в одиннадцатом — эликсир небесного предела, увеличивающий скорость роста характеристик и их лимит. Не знаю, какой там механизм, но, скорее всего, Яйцо Истока выдает предмет, наиболее подходящий владельцу в момент получения. Что же выпадет на этот раз? В большинстве прохождений к этому моменту у меня уже было четкое направление развития, но сейчас, когда я превратился в «мастера на все руки», предсказать результат невозможно. Может, это будет обычный эликсир? Пожалуй, это был бы лучший вариант. Как минимум, полезно. «А... эликсир?» При этой мысли я вспомнил эликсир, который мне дала Хон Ёнхва. Вспомнил о долге, который нужно вернуть. И об эффекте, который он произвел. Я отчетливо помнил, как сразу после приема меня вырвало кровью, я упал в обморок и видел странные галлюцинации. «...Если выпадет эликсир, смогу ли я его вообще принять?» Я с сомнением уставился на Яйцо Истока. Если я без раздумий проглочу то, что из него выйдет, может повториться вчерашний кошмар. Тогда мне повезло прийти в себя без последствий, но в следующий раз я вполне могу стать холодным трупом. Даже тот эликсир, который наверняка был очищен и обработан для безопасности, вызвал такую реакцию. Если же принять необработанный эликсир в чистом виде, за мою жизнь никто не поручится. Ничего не дается легко. Я тяжело вздохнул и снова посмотрел на часы. [16:50] За учебой и раздумьями о будущем время пролетело незаметно — уже почти пять. «Просто покажусь и сразу назад». Поставлю галочку о присутствии и вернусь. С моим характером я всё равно не смогу там расслабиться. Я переоделся в форму курсанта. По привычке коснулся Яйца Истока и вышел из общежития. *На Бусти закинул до 150 главы, ссылка в комментах ---------- Празднование (2) На территории Сиёлама немало зданий, которые принято называть «банкетными залами». Как и подобает подобным заведениям, они строились специально для пиршеств, возлияний и праздного времяпрепровождения, а потому всё в них было подчинено одной цели — развлечениям. Мы прибыли к Третьему банкетному залу. Своим обликом он напоминал старинное поместье, затерянное глубоко в горах, вдали от проторенных троп. Густые заросли кустарника, оплетавшие ограду, выглядели на удивление ухоженно; они не создавали ощущения запущенности, а лишь подчеркивали благородную старину этого места. За оградой раскинулся пышный сад, а фонтан, струи которого переливались мягкими разноцветными огнями, разгонял сгустившиеся сумерки. «А здесь неплохо...» Я настроил пространственное восприятие. Стоило расширить радиус, как в моем сознании отпечатался весь комплекс банкетного зала. Масштабы постройки заставляли невольно качать головой от изумления. Впрочем, это здание уступало в размерах Первому банкетному залу, где проходила церемония приветствия первокурсников. Первый зал предназначался для самых торжественных случаев, и к его возведению подошли с особым размахом. Приветственная церемония для первокурсников проходила именно так; да и в будущем большинство мероприятий с участием множества приглашенных гостей обычно проводят в Первом банкетном зале. В остальное же время эти помещения открывают по запросу самих курсантов после одобрения заявки. Разумеется, это вовсе не означает, что само здание чем-то плохо. С моей точки зрения, оба зала выглядят запредельно роскошно. Первый банкетный зал я «видел» лишь тогда, когда мое пространственное восприятие работало в режиме радара, так что рассмотреть его облик как следует не удалось, но, полагаю, атмосфера там царит похожая. Миновав сад, я вошел в широко распахнутые главные двери. Внутри было очень просторно. У одной из стен возвышалась широкая сцена, на которой суетились несколько курсантов, а по всему залу были расставлены столы, ломящиеся от еды и напитков. Из чата я уже примерно представлял, как обычно проходит празднование. Ничего особенного: просто ешь вкусную еду, пьешь и отдыхаешь. За столами собираются старые друзья, чтобы посидеть в своей компании. Те, кто хочет завести новые знакомства, тоже объединяются в группы… А иногда кто-нибудь ради развлечения выходит на сцену, чтобы блеснуть какими-нибудь талантами. В общем — ешь, пей, веселись. От одних мыслей о предстоящем графике накатывала усталость. «Народу-то прилично». Несмотря на ранний час, внутри вовсю кипела жизнь. Многие пришли заранее и теперь увлеченно болтали друг с другом. Дресс-код, как и обещали в уведомлении, был свободным. Тех, кто, как и я, заявился в форме курсанта, оказалось немного — большинство предпочло обычную одежду. Я просканировал окружение с помощью пространственного восприятия. До меня долетал гул голосов, но лишний шум больше не бил по ушам. Я коснулся уха, проверяя свои ощущения. «Нужно еще поработать над этим?» Даже восстановив пространственное восприятие, я не стал отказываться от обостренных чувств. При желании я мог полностью отключить слух и осязание. Или, не впадая в крайности, просто притупить их до уровня обычного человека. Но я не стал этого делать. Тот внезапный удар, который я пропустил при входе в Башню, до сих пор заставлял затылок гореть от досады. Не найди я выход вовремя, всё закончилось бы, толком не начавшись. И это мне еще повезло, что всё случилось внутри Башни — здесь можно было просто посетовать на запоротое испытание. Окажись я в реальном бою, такая оплошность стоила бы мне жизни. Чтобы не допустить подобного, мне нужно разобраться, почему отказало «пространственное восприятие», и научиться этому противостоять. К тому же я понимал: нужна страховка на случай, если навык снова даст сбой. Я не должен становиться беспомощным. С того момента, как «пространственное восприятие» восстановилось, прошли всего сутки, но всё это время я упорно настраивал свои чувства. Благодаря обострившемуся слуху и осязанию я научился отсеивать лишнее и вычленять нужную информацию. Важное — усиливать, ненужное — отбрасывать вовсе. Это стало возможным благодаря опыту, который я приобрел, используя «пространственное восприятие». Прежнего Ли Ха Юля, который вздрагивал от случайного дыхания у самого уха или бился, словно выброшенная на берег рыба, от легкого поглаживания, больше не существует. Окажись я снова в тех же обстоятельствах... ну... я, скорее всего, выстою. — Слышь, когда там следующее вхождение в Башню? — Ну ты и подсел на этот драйв, парень. Закатай губу: ждать еще месяца два-три, не меньше. — Я вчера пробил порог средней силы для низшего ранга. — Ого, ну ты и горилла бешеная, уже прорвался... Только в Башне-то тебя всё равно раскатали, а? — Твою мать... Прислушавшись к долетавшим до меня голосам, я понял, что почти все разговоры вращаются вокруг вхождения в Башню. Впрочем, этого и следовало ожидать. Сегодняшняя встреча была своего рода банкетом в честь завершения испытания, так что тема была предопределена заранее. Кое-кто общался уже вполне непринужденно. Похоже, со времен приветственной церемонии для первокурсников многие успели сблизиться. Особенно выделялись двое парней у самого входа. Один — широкоплечий здоровяк, другой — поджарый и мускулистый. — Да если бы я в первый же день не вылетел с треском... — Сам виноват, карма такая. И кто тебя просил в первый же день лезть на курсанта особого набора... Сказал... что? Голос курсанта, до этого снисходительно поддакивавшего приятелю, дрогнул. Слова начали застревать в горле, и фраза оборвалась на полуслове. Он несколько раз моргнул и замер, уставившись в одну точку — туда, где стоял я. Его лицо стремительно бледнело. «Курсанта особого набора»... Тот самый парень, что когда-то решил на меня напасть, тоже обернулся. Стоило ему увидеть меня, как он заметно вздрогнул. Между нами повисла тяжелая, неловкая тишина. Я предчувствовал нечто подобное и хотел просто пройти мимо, но мы всё же столкнулись. Оба на мгновение замерли, а затем осторожно заговорили: — ...Здравствуйте? — А, добрый день. Ответив на их донельзя натянутое приветствие, я тоже кивнул, стараясь скрыть неловкость. С помощью пространственного восприятия я внимательно их изучил. Лица не были мне знакомы — оба курсанта учились в других группах. «Это они?» Впрочем, совсем чужими мы не были. Поначалу я сомневался, но, немного поразмыслив, всё же вспомнил. Если память мне не изменяет, мы пересеклись в Башне Роста, когда за мной вовсю шла охота. С верзилой я столкнулся в первый же день. Он бросился на меня, прикрываясь огромным щитом и размахивая палицей. Тогда я незаметно применил Магический разрез, подрезал ему сухожилия на лодыжках, а когда он рухнул, отобрал оружие и размозжил ему голову. Юркий курсант попался мне на следующий день. Он орудовал копьем и доставил немало хлопот, постоянно удерживая меня на расстоянии. В итоге я решил пойти на сближение и, оказавшись вплотную, с силой впечатал локоть ему в солнечное сплетение, буквально проломив его. Жаль только, что выбить его из испытания тогда не удалось. ...Что ж, неудивительно, что им неловко. Теперь их замешательство стало вполне понятным. Пусть это и было всего лишь испытание в Башне, после подобного опыта было бы странно как ни в чем не бывало обмениваться любезностями. Закончив с приветствием, я двинулся дальше. Те двое, видимо, тоже чувствовали себя не в своей тарелке, а потому послушно уступили дорогу. Пока я шел, в памяти одно за другим начали всплывать события тех дней. Вспоминалось, как мне было недосуг возиться с усмирением противника, и я просто обрушивал на его рожу град Магических разрезов, беспорядочно кромсая плоть. Вспоминалось, как в ситуации, когда не было возможности вернуть оружие, я голыми руками выкалывал врагам глаза и разрывал глотки. И множество других эпизодов... Тогда я был загнан в угол и не обращал на такие мелочи внимания, но сейчас, оглядываясь назад, я испытывал... смешанные чувства. Пожалуй, я был излишне жесток. Разумеется, я ничуть не жалею, что всеми силами цеплялся за жизнь, используя любые средства, и все же... Я украдкой огляделся. На меня со всех сторон устремились взгляды. Чужое внимание начало притягиваться ко мне еще у входа, и теперь его стало почти осязаемо много. В том, что на меня смотрят, не было ничего нового, однако сами чувства, стоящие за этим вниманием, явно изменились... Я ощущал это каждой клеткой тела, но внешне сохранял абсолютное спокойствие. На вечере знакомств для первокурсников я невольно сжимался от неловкости, но сейчас всё было иначе. Огромный шаг вперёд. Конечно, желание немедленно сбежать никуда не делось, но даже такой прогресс уже чего-то стоил. Стоило мне направиться к столику в укромном углу, как по лицу скользнул холодный взгляд. Ощущение было такое, словно к коже прижали кусок льда. Я невольно вздрогнул. — О? Ха Юль? Этот взгляд в последнее время стал мне слишком знаком. Словно в подтверждение моих догадок, до слуха донёсся характерный шорох её присутствия. Это была Пэк Арин. Она была занята какими-то приготовлениями на сцене, но, заметив меня, широко распахнула глаза. В её взгляде читалось недоумение: она явно не ожидала увидеть меня здесь. Бросив пару слов стоявшим рядом курсантам, она поспешила ко мне. — Как вы себя чувствуете? Вам бы стоило хорошенько отдохнуть на выходных... Её голубые глаза обеспокоенно замерцали. Она внимательно осмотрела меня, словно ища признаки недомогания. Должно быть, Пэк Арин всё ещё переживала, ведь она своими глазами видела, как меня вырвало кровью сразу после выхода из Башни. Именно она и Элия первыми бросились ко мне, не жалея сил на исцеляющую магию. Я коснулся смарт-часов, и в воздухе привычно развернулась голограмма. Один лишь вид светящегося интерфейса приносил облегчение. А когда я получу Ожерелье откровения, станет еще спокойнее. «Всё в порядке. Проснулся — и как рукой сняло». Профессор, проводивший осмотр, тоже подтвердил, что ничего серьезного нет — лишь легкое кровоизлияние. Голова немного погудела, но я быстро оправился от нагрузки, которую дало «пространственное восприятие». — Рада это слышать. Но если вдруг почувствуете себя плохо, обязательно дайте мне знать, договорились? «Буду осторожен. Посижу немного и тихо уйду». Глядя на горы алкоголя, я без труда представил, как курсанты будут кутить до глубокой ночи. Пить до самого рассвета... От одной мысли об этом к горлу подкатывала тошнота. Я еще не выжил из ума, чтобы в таком участвовать. Побуду немного для приличия в самом начале, а потом незаметно исчезну. Пока я размышлял об этом, Пэк Арин как-то странно на меня посмотрела. — Тихо?.. Хм... — ? — Нет-нет, ничего. «С чего это она так реагирует?» Я недоуменно склонил голову, но Пэк Арин лишь что-то невнятно пробормотала в ответ с загадочным видом. Благодаря пространственному восприятию я отчетливо видел, как у нее подрагивают уголки губ. — Ой, уже столько времени... Пойду закончу приготовления. Увидимся позже! Прежде чем я успел повторить вопрос, Пэк Арин развернулась и ушла. Ее стянутые в хвост небесно-голубые волосы мерно покачивались в такт шагам. «Что это было?» К чему была эта гримаса? У меня появилось нехорошее предчувствие. . . . Вскоре причина странного поведения Пэк Арин прояснилась. — Поверить не могу, ну и кожа... Не сочтите за дерзость, могу я узнать, какой косметикой вы пользуетесь? «?» — Если любишь настолки, заходи к нам за столик. Тут как раз ребята из класса Ипчхун собрались... «?» — Прямо сейчас набираем народ для алко-игр! Если любишь выпить, подгребай к нам. Людей не хватает, будем рады всем! «Черт, вот этого мне точно не надо». По какой-то причине ко мне вдруг стали проявлять повышенное внимание — и исключительно в положительном ключе. От такого напора со всех сторон голова шла кругом. ---------- Празднование (3) Празднование началось без лишнего пафоса. — Кхм-кхм. Пэк Арин, организовавшая это мероприятие как лучшая среди курсантов первого курса, поднялась на сцену и произнесла лишь несколько слов о том, что все отлично потрудились. Тихое покашливание Пэк Арин разнеслось по всему зданию через динамики. Убедившись, что взгляды присутствующих устремлены на неё, она кивнула и заговорила: — Ну что, к чему нам долгие речи? Все вы славно потрудились в Башне. Давайте же есть, пить и веселиться! Итак, начинаем! В ответ на этот краткий тост раздались бурные аплодисменты. Кое-кто из друзей Пэк Арин в шутку даже одобрительно засвистел. Пэк Арин усмехнулась и добавила: — Развлекательная программа начнется чуть позже, когда атмосфера накалится, а пока — пейте в своё удовольствие! С этими словами она спустилась со сцены. В тот же миг из динамиков под потолком зазвучала музыка. Стоило заиграть бодрым, ритмичным мелодиям, призванным поднять настроение, как за столами началось оживление. Большинство присутствующих тут же принялись откупоривать алкоголь. В основном это были напитки в бутылках, напоминающих винные. То тут, то там слышался хлопок открывающихся пробок. — О-о... какой аромат. Один из курсантов, принюхавшись к разлившемуся в воздухе запаху спиртного, принялся разливать его по бокалам. Прозрачное стекло наполнялось алой жидкостью. В свете ламп напиток походил на обычный сок. Впрочем, такие вещи невозможно определить наверняка, пока не почувствуешь запах или не попробуешь на вкус. На вид соджу мало чем отличается от воды. Именно поэтому бутылкам придают особую форму, цвет или наклеивают этикетки, чтобы их можно было различить. Иными словами, для меня, лишенного обоняния и вкуса, отличить одно от другого — задача не из легких. Если нет разницы в вязкости, я не пойму, что пью, даже если проглочу это. «...» Нахлынуло чувство отторжения. В голове запульсировало, а внутренности словно скрутило узлом. Брови невольно сошлись на переносице. Как я вообще умудряюсь что-то различать, не имея ни вкуса, ни обоняния? К тому же, как я понимаю, что именно открыли за столом так далеко от меня? Причина мне неизвестна. Я просто чувствую это на уровне инстинктов. Это — алкоголь. Мое чутье буквально вопит, предупреждая, что если я притронусь к нему, то могу и концы отдать. Нелепая способность. И именно из-за нее во мне нарастает неприязнь. Я подавил легкое раздражение. К счастью, оно было вполне терпимым. Пока меня не хватают за волосы и не вливают выпивку насильно, я справлюсь. В каком-то смысле это естественно. Современному человеку волей-неволей приходится сталкиваться с алкоголем и табаком. Даже если я сам не пью, я вижу пьющих и чувствую запах перегара. Даже если я не курю, вокруг полно курильщиков, и я вдыхаю этот дым. Так было и во время моей подработки в круглосуточном магазине. Самыми ходовыми товарами там были сигареты и спиртное. От покупателей, приходивших за ними, всегда разило за версту. Это вызывало тошноту, но тогда я мог это терпеть. Не то что в случае с профессором Атрой. «Тогда...» Это была гиперреакция. Как бы сильно я ни ненавидел алкоголь и табак, я не должен падать в обморок, если только меня не заставляют это употреблять. Но рядом с профессором Атрой меня начало рвать, и я отключился просто от того, что она подошла близко. Это была явно ненормальная реакция. Я долго размышлял об этом, но мысли путались, и я так и не нашел ответа. Сейчас же... уверенности нет, но кое-какие догадки появились. — ...! ...!! Пока я пребывал в задумчивости, шум вокруг становился всё громче. Я активировал пространственное восприятие, чтобы оценить обстановку. Атмосфера в зале была крайне оживленной. За одними столами вовсю уплетали разнообразные блюда, за другими — без устали разливали напитки. Были и те, кто отодвинул еду в сторону, разложил карты или настольные игры и собирал компанию для игры. Я же сидел за маленьким столиком в самом углу. В зале были столы разных размеров, и в укромных местах стояли даже такие, за которыми едва мог поместиться один человек. Внезапно в горле пересохло. Я протянул руку и взял стакан, стоящий на столе. Даже не используя пространственное восприятие, я по наитию понял: это не алкоголь. Сделав глоток прохладной воды, я почувствовал, как чувство отвращения немного отступило. «Шумно тут...» С начала празднования прошло уже порядочно времени. Вокруг царило настоящее веселье. Это место разительно отличалось от приветственной вечеринки для первокурсников, которая хоть и проходила в похожей обстановке, но была более тихой и чинной. Та вечеринка тоже не была официальной, но поскольку её организовывала сама академия Сиёлам, в ней чувствовалась некая незримая дистанция. Нынешнее же празднование было иным. В этот раз банкетный зал открыли по просьбе самих курсантов. Да и цель была другой. Если приветственная вечеринка проходила под лозунгом «мы еще не знакомы, давайте узнаем друг друга», то нынешнее мероприятие значило: «мы настрадались, давайте оторвемся». Поэтому все развлекались на полную катушку, не оглядываясь на приличия. Герои и охотники. В интернете их малюют как «щит человечества» и всё в таком духе, создавая возвышенный образ, но в конечном счете это профессии, суть которых — применять силу, убивая монстров и Злодеев. И дело не только в убийствах. Им приходится прочесывать такие глухие места, как подземелья или передовые линии фронта. В неизведанных землях на тебя может выскочить чудовище или сработать непонятная ловушка. И в этом процессе смерть товарища, стоявшего рядом, — не редкость. Часто гибнет и сам человек. А если и выживает, то нередко остается калекой. Конечно, все люди смертны, но профессии героя и охотника особенно близки к смерти. Поэтому, говорят, им так важно уметь расслабляться. Сбрасывать стресс через развлечения. Эту привычку считают настолько важной, что её обсуждают даже на общих лекциях, подчеркивая необходимость заботы о собственном психическом состоянии. «...Когда бы уйти?» Участие было свободным, но я пришел, думая, что стоит хотя бы «отметиться». Однако, оказавшись здесь, я понял, что мне совершенно нечем заняться. Сидеть в одиночестве в углу и потягивать воду — затея сомнительная. К тому же... «Где Хон Ёнхва и Элия? Неужели не пришли?» Согласно оригиналу, Хон Ёнхва любит выпить, а Элия — душа компании, дружащая со многими курсантами. Я был уверен, что они обе придут на такое мероприятие, но сколько бы я ни сканировал пространство восприятием, найти их не мог. Неужели и правда не явились? А я-то думал, они будут здесь первыми. Поскольку явка была добровольной, отсутствующих оказалось немало. Несмотря на то что раны у всех затянулись, психологическая усталость никуда не делась, и многие предпочли одиночество шумной компании. ...Собственно, я и сам из таких. «Зря я, наверное, пришел». К черту это «отметиться», лучше бы потренировался лишний раз. Я начал жалеть о своем решении. «Попрощаюсь и уйду». В конце концов я пришел к такому выводу. Сидеть здесь — только время терять, а факт присутствия я зафиксировал, так что с меня хватит. Попрощаюсь с теми немногими, с кем знаком... с Атиллой, Эйденом, Нам Ёнджуном — и домой. С этой мыслью я поднялся со своего места. — Вздрогнул. Те, кто до этого развлекался в своей компании, разом повернули головы в мою сторону. От внезапного шквала взглядов я замер на полуслове. Шумный зал в мгновение ока погрузился в тишину. Я сглотнул. Звук показался мне оглушительным. «Что такое?» Я что-то сделал не так? Уходить сейчас — это грубо? Да нет, другие курсанты спокойно перемещаются от стола к столу. Пока я стоял в нерешительности, не зная, как реагировать, ко мне медленно направились несколько курсантов. Ощущение было странным. Они просто шли ко мне, но в голове всплыл образ хищников, заприметивших добычу. Впрочем, бежать от них, сломя голову, причин не было — злого умысла я не чувствовал. — Здравствуйте! Мы пришли за вами от соседнего стола~ «?» — Если вам скучно, не хотите ли присоединиться к нам... Они заговорили со мной в подчеркнуто вежливой манере. Я слушал их беглую речь, пытаясь понять, что происходит, а когда пришел в себя, обнаружил, что уже сижу за огромным столом. Вот те на. *** — Столики по краям зала означают: «Я устал, не трогайте меня». Поэтому тех, кто там сидит, из вежливости не беспокоят. После того как на меня обрушился этот вихрь внимания, Пэк Арин, сидевшая напротив, со смешком пояснила ситуацию: — Все видели, что Ха Юль-сси с самого начала занял место скраю, и ждали момента. А стоило вам подняться, как они тут же в вас вцепились! — Ам! — она изобразила, как хищник клацает зубами, и хихикнула. Видя, что она явно надо мной подтрунивает, я бессильно растекся по столу. Не успел я и глазом моргнуть, как меня окружили курсанты и потащили по разным компаниям. За одним столом развернули целое побоище в настолки, за другим — резались в какую-то диковинную карточную игру. Были и те, кто ушел в прилегающие помещения: в пинг-понг, волейбол или боулинг. Столы, где на спор глушили алкоголь, я обходил за версту, но всё равно изрядно вымотался... И вот, после того как я прошел через все круги этого праздничного ада, Пэк Арин наконец-то меня спасла. — Если вы так устали, почему просто не отказались? Улыбнувшись, Пэк Арин пододвинула мне стакан. Это была холодная вода с плавающими в ней кусочками льда. У меня как раз неприятно сосало под ложечкой, поэтому я с благодарностью принял подношение. [спасибьо] — Да ладно вам, пустяки. Но если уж решили благодарить, делайте это от всей души! Я жадно глотал холодную воду. Как только энергия холода наполнила тело, жар, полыхавший внутри, начал понемногу утихать. Однако голова всё еще шла кругом. Странное чувство: всё плывет, сознание куда-то ускользает, и при этом на душе одновременно и тоскливо, и как-то подозрительно весело. Это ощущение только усиливалось. Пока я был в центре суматохи, я этого не замечал, но теперь, сидя в тишине, почувствовал в полной мере. — Шмыг. Нос то и дело дергался. Это началось еще в зале. Особенно сильно это проявлялось, когда я оказывался рядом со столами, где активно выпивали. Не понимаю, что со мной. Я поморщился и потер нос, пытаясь унять зуд. От трения возникло приятное чувство облегчения. Раз уж на то пошло, я прижал лицо к рукаву и хорошенько потерся об него. Увидев это, Пэк Арин снова рассмеялась. Её чистый смех зазвенел в ушах. Просто смех, но он почему-то вызвал у меня глухое недовольство. [поччему вы смееттесь] — Я и не смеялась. [вы же только чтто смеялись] — Вовсе нет. [смеяялись же] От её нелепых отнекиваний я почувствовал укол обиды. Надув щеки от недовольства, я принялся тыкать в экран смарт-часов, а Пэк Арин, склонив голову набок, спросила: — Вы что, выпили? [я вообще не ппил] — Хм-м? С этими словами Пэк Арин принялась пристально разглядывать моё лицо. Я и сам решил проверить, всё ли со мной в порядке. Кроме того, что лицо раскраснелось, ничего необычного. Немного горит, но у меня и раньше такое бывало, когда поднималась температура. И тут мои плечи внезапно дернулись. — Ик! — Опачки? Рот непроизвольно открылся, и я икнул. Испугавшись, что сработает Проклятие безмолвия, я тут же зажал рот обеими руками. — Кажется, вы всё-таки пьяны. — Качаю головой. Я решительно отверг это нелепое предположение. Я — и выпил? Да я бы в ту же секунду всё выплюнул и катался бы по полу от отвращения. — Хм... Пэк Арин, постукивая пальцами по столу, о чем-то задумалась, а затем резко встала. Обойдя стол, она подошла ко мне и схватила за рукав. Потянув за него, она заставила меня подняться. Когда я вопросительно на неё посмотрел, она указала на окно. За стеклом, несмотря на сгустившиеся сумерки, виднелась прогулочная тропа, залитая мягким светом фонарей. — Состояние у вас странное, так что пойдемте-ка проветримся. [я же говоррю, что не пил] — Да-да, конечно~ На самом деле это я хочу прогуляться. Составьте мне компанию, пожалуйста~ Удерживая меня за рукав, она повела меня к выходу из банкетного зала. Я семенил следом за Пэк Арин. ---------- Энергия холода(1) Холодный ночной ветер коснулся щеки. От энергии холода, просачивающейся под кожу, по телу пробежала невольная дрожь. Пэк Арин вывела меня из банкетного зала в прилегающий парк. Солнце уже скрылось за горизонтом, и вокруг воцарились сумерки. Единственными источниками света оставались уличные фонари да светящиеся камни, вмонтированные в прогулочные дорожки. «Уже ночь». Из-за того что меня постоянно куда-то таскали, я совсем потерял счёт времени. Сколько же часов прошло? Мой план — просто поздороваться и уйти — с треском провалился. Пэк Арин, придерживая меня за рукав, неспешно шла по парковой тропе. Мы уже пересекали этот парк один раз, когда только входили в здание. — О-о, какая свежесть. Наконец-то можно дышать. Пока я содрогался от очередного порыва ледяного ветра, Пэк Арин, напротив, расправила плечи и удовлетворённо пробормотала эти слова. — Внутри слишком сильно натопили. Я едва не взмокла, пока там стояла. Ха Юль, вам не было жарко? У меня аж голова кружилась от духоты. Она даже начала обмахиваться краем одежды у воротника, жалуясь на зной. Я на мгновение опешил от такой непосредственности, но тут же вспомнил о её конституции — ей и впрямь могло быть жарко. Честно говоря, мне в зале тоже было душновато. Я и сам не заметил, как всё моё тело разогрелось. Только сейчас, когда меня обдало ночной прохладой и температура тела начала падать, я это осознал. Лично я предпочитаю тепло, поэтому особо не жаловался, но для Пэк Арин всё иначе. Проявив Чангэ, она стала физически предрасположена к поглощению энергии воды и энергии холода. В душном помещении, где кочегарили так, будто включили бойлер на полную мощность, ей наверняка было крайне неуютно. Ворча под нос, Пэк Арин усадила меня на скамью у дорожки, а затем и сама пристроилась рядом. Фонарь, стоявший неподалёку, рассеивал тьму. Его мягкий, не слишком яркий свет придавал обстановке определённое очарование. Такие скамейки и фонари часто встречаются на «атмосферных» фотографиях в интернете. «Фух...» С того момента как мы вышли, прошло от силы минут десять. На мой взгляд, этого времени вполне достаточно, чтобы остудить разгорячённое тело ночным бризом, но Пэк Арин, видимо, так не считала — она всё ещё продолжала оттягивать воротник и обмахиваться. «Вам настолько жарко?» — Да. Внутри скопилось столько тепла, что я, кажется, вот-вот расплавлюсь... Пэк Арин, что бывало редко, издала жалобный стон и устало откинулась на спинку скамьи. Неужели там было настолько жарко? Конечно, тело прилично нагрелось, но я и представить не мог, что это так сильно ударит по Пэк Арин, владеющей энергией холода. Впрочем, я никогда не обладал Чангэ, так что мне не понять. Пожалуй, нечто отдалённо похожее — это Гэпхва. Обладание Гэпхва делает человека предрасположенным к стихии огня, поэтому пользователи этой силы обычно всегда «тёплые» на ощупь. Вот и в объятиях Хон Ёнхва было необычайно тепло... «Да что со мной сегодня такое?» Я резко тряхнул головой, прогоняя мысли, которые внезапно свернули не в ту сторону. Голова немного закружилась, но это помогло оборвать странную цепочку рассуждений. Слегка похлопав себя по щекам, я активировал смарт-часы. Вспомнив о Ёнхва, я задал вопрос, который вылетел у меня из головы: «А где Хон Ёнхва?» — Ёнхва не пришла, потому что пытается справиться с нагрузкой Гэпхва. Похоже, это состояние затянется на несколько дней. «А-а». Побочные эффекты Гэпхва. Я знал об этом, так как видел Хон Ёнхва в неважном состоянии ещё в последний день пребывания в Башне. Кивнув на ответ Пэк Арин, я задумался. «Неужели побочные эффекты настолько серьёзны?» Я попытался восстановить в памяти события оригинала. С первого по двенадцатое прохождение. В самом начале циклов «эффект бабочки», вызванный игроком, был невелик. В лучшем случае удавалось лишь посадить семена, которые позже перерастут в мощный шторм. Первое вхождение в Башню — это самый ранний этап, поэтому игроку сложно спровоцировать какое-то масштабное событие. Благодаря этому начало истории почти всегда шло по одному сценарию, и в каждом цикле Хон Ёнхва проходила через изменения Гэпхва. Это не считалось каким-то значимым событием. За исключением того, что и без того мощная отдача Гэпхва становилась ещё более неистовой, этот процесс обычно не привлекал особого внимания. «...С ней точно всё будет в порядке?» Стоило об этом подумать, как в душе зашевелилось беспокойство. В Башне я постоянно спрашивал Ёнхва, всё ли у неё хорошо, видя её плохое самочувствие, но она неизменно отвечала, что проблем нет. Тогда её состояние казалось просто лёгким недомоганием, и я принял её слова на веру... Но неужели побочные эффекты усилились настолько, что она не смогла прийти на банкет? Я действительно не знал, как именно Хон Ёнхва преодолевала эти последствия в оригинале. Всё сводилось к краткому описанию: если встретить её после первого вхождения в Башню, она становилась сильнее, пройдя через трансформацию Гэпхва. О том, насколько тяжёлым был этот путь, в игре не упоминалось. «С Хон Ёнхва всё будет хорошо?» — Сама она говорит, что в порядке... но в этот раз побочные эффекты, видимо, особенно сильные, выглядит она неважно, — ответила Пэк Арин, всё так же расслабленно откинувшись на спинку. От её слов тревога, до этого лишь слегка подававшая голос, усилилась. Внезапно всплыло воспоминание из одиннадцатого прохождения. Когда я изучал архивы клана Адского Пламени, там была запись о том, что некоторые пользователи Гэпхва — пусть их было и немного — погибали от побочных эффектов. Это знание подпитывало моё беспокойство. — Не переживайте вы так. Она хоть и кажется безрассудной, но знает свои границы. Если поймёт, что сама не справляется и дело принимает опасный оборот, она позовёт на помощь людей из клана и всё решит. Заметив выражение моего лица, Пэк Арин добавила это объяснение, пытаясь меня успокоить. Но даже так тревога не уходила. Пэк Арин с горькой усмешкой продолжила: — Если так волнуетесь, навестите её как-нибудь. Она наверняка будет ра... да... Её фраза внезапно оборвалась. Слова рассыпались в воздухе, так и не будучи досказанными. Пэк Арин пару раз моргнула. — Хм... Хм-м? «?» Она издала странный неопределённый звук, словно о чём-то напряжённо размышляя. Я замер, ожидая, что будет дальше. Некоторое время Пэк Арин была погружена в свои мысли, но вскоре на её губах заиграла улыбка. Это была озорная, полная лукавства усмешка. — Ха Юль. «Да?» Она позвала меня по имени. Когда я кивнул, она, не убирая этой хитрой улыбки, продолжила: — Давайте сфотографируемся? Она произнесла это заговорщицким шепотом, словно сообщала что-то невероятно важное, хотя вокруг, кроме нас, никого не было. «Так внезапно?» Предложение было неожиданным, но я всё же кивнул. Судя по тому, как она оборвала прошлую фразу, у неё явно возникла какая-то идея. *** «Зачем фотографироваться именно так?» — Просто стоять скучно, поэтому все так позируют для фото. Её дыхание, коснувшееся моего уха, заставило плечи вздрогнуть. И это при том, что я контролировал свои чувства. Если бы мои чувства были обострены, как в Башне, я бы, наверное, подпрыгнул на месте. Благодаря пространственному восприятию я чётко ощущал нас с Пэк Арин на скамье. Она прижалась ко мне почти вплотную и закинула руку мне на плечо. Чуть раньше на мой немой вопрос «зачем это нужно», Пэк Арин ответила: — Отправим Ёнхва. Объяснение было таким: сама Хон Ёнхва не смогла прийти из-за самочувствия, поэтому попросила Пэк Арин присмотреть за мной. Услышав это, я мысленно кивнул. Теперь стало понятно, почему Пэк Арин с самого моего прихода проявляла ко мне повышенное внимание — за этим стояла просьба подруги. Пока я проникался симпатией к Хон Ёнхва, которая даже в плохом состоянии беспокоилась обо мне, Пэк Арин предложила отправить совместное фото, чтобы показать: за мной присматривают как следует. И я согласился. — Так, снимаю! По сигналу Пэк Арин я выпрямился. Щёлк! Смарт-часы на руке Пэк Арин спроецировали голограмму. Раздался характерный звук затвора, и на снимке запечатлелись мы с ней. — Готово! Пэк Арин отстранилась и принялась что-то нажимать на часах. Видимо, отправляла фото Хон Ёнхва. Динь! Вскоре раздался сигнал. Похоже, сообщение успешно дошло. «Пора бы уже и честь знать». Фото сделано, жар в теле почти спал. Голова прояснилась, мыслить стало легче. Почувствовав, что состояние пришло в норму, я уже собирался подняться, как вдруг... Динь! Динь! Динь! Динь! Динь! Динь! Смарт-часы Пэк Арин начали разрываться от уведомлений. От этой внезапной канонады я вздрогнул и обернулся к ней. — А-ха-ха-ха! Пэк Арин, не обращая внимания на шум, залилась чистым, звонким смехом. Она смеялась так громко, что звук разносился по всему парку. «Пэк Арин?» — Ой, простите... Кха-ха. Да нет, ничего особенного. Ёнхва пишет... говорит «спасибо» за фото. Пэк Арин вытерла выступившие от смеха слёзы. У меня возникли сильные сомнения, что для простого «спасибо» требуется столько сообщений, но раз она так сказала, возразить было нечего. Я мог бы подсмотреть переписку, если бы захотел, но из уважения к частной жизни подавил любопытство. Я лишь недоумённо кивнул. «Что это с ней?..» Не знаю, что там написала Ёнхва, но Пэк Арин выглядела крайне довольной. Она и сейчас продолжала посмеиваться, глядя на голограмму. Подобное поведение было совсем не свойственно Пэк Арин, которая обычно придерживалась мягкого и сдержанного образа. Впрочем, люди всегда такие. Никто не может вести себя одинаково в любой ситуации. Человека нельзя однозначно классифицировать «такой он или сякой». Люди — не NPC с жёстко прописанными настройками. Пэк Арин из первого прохождения, которая до самого конца оставалась на стороне игрока в гибнущем мире. Пэк Арин из восьмого прохождения, которая вонзила нож в спину игрока. Пэк Арин, которая ненавидит жару и обожает странные старинные леденцы. Знания, которые были всего лишь частью игры. Мир, который совпадает с этими знаниями. И я, обладающий способностями, прописанными по канонам игрового персонажа. «......» Возможно, дело было в ночном времени, но в голову лезли самые разные мысли. Наверное, это и называют «ночной меланхолией». Ощущения были крайне неоднозначными. Динь! [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (50/100) «Симпатия» «Сомнение» «Смятение» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Визит к больной (1) Празднование после официальной части проходило без особых происшествий. Курсанты разбились на компании по интересам: ели, пили и веселились. Но эта вольница длилась недолго. Как только подошло время заранее объявленного мероприятия, разбредшиеся было ученики один за другим начали стягиваться на первый этаж банкетного зала. Я вернулся в зал как раз к этому моменту, закончив свою прогулку. Стоило войти, как на меня снова посыпались взгляды. Опасаясь, что меня опять кто-нибудь поймает, я поспешно юркнул за столик, стоящий с краю. Курсанты, уже было направившиеся ко мне размашистым шагом, разочарованно разошлись. Я облегченно выдохнул. Еще немного, и я бы снова оказался в центре нежелательного внимания. Вскоре началось само представление. Хоть его и называли «мероприятием», ничего особенного в нем не было. Обычный конкурс талантов, какие бывают в школьных поездках или на студенческих выездах. Сам я никогда не ездил на школьные экскурсии и не учился в университете, так что знал об этом только по историям из интернета... Но в целом всё шло по похожему сценарию. Ведущий остроумно разогревал публику, а курсанты по очереди поднимались на сцену, демонстрируя свои умения под одобрительные возгласы. Единственным отличием было то, что именно вытворяли курсанты на сцене. В моем прежнем мире всё ограничилось бы песнями, танцами или, в лучшем случае, фокусами. Здесь же под крики толпы на сцену вышла девушка и после короткого приветствия начала танцевать. Видимо, из-за физических способностей, присущих сверхлюдям, её танец был невероятным. Она исполняла динамичные, быстрые движения идеально, без малейшей заминки. Это вызывало восхищение, но всё еще укладывалось в рамки здравого смысла. — Вспых! Здравый смысл прежнего мира перестал работать в следующий миг. На кончиках пальцев курсантки вспыхнул огонь. Обычный человек в ужасе отпрянул бы, пытаясь сбросить пламя, но девушка продолжала двигаться как ни в чем не бывало. Огонь колебался, оставляя в воздухе алые росчерки вслед за её руками. Пламя словно вторило её мягким, но страстным движениям. Оно не замирало ни на секунду, кружась вокруг неё, будто обладало собственным сознанием. Казалось, предо мной предстала мифическая танцовщица, повелевающая стихией. «...» Зрелище было во всех смыслах экзотическим. Я наблюдал за происходящим через пространственное восприятие. Анализируя каждое движение, я чувствовал, как копится неожиданный опыт. Странные номера продолжались. Один курсант управлял парящей в воздухе водой, создавая из неё детальные фигуры людей и зданий. Другой с помощью телекинеза манипулировал марионетками, разыгрывая целый спектакль в одиночку. Всё это было зрелищем, которое невозможно увидеть в моем прежнем мире. И, что важнее, это был бесценный источник опыта. Благодаря пространственному восприятию я разбирал эти трюки до мельчайших деталей, извлекая массу пользы. Я чувствовал не только движение маны, но и изменения в телах курсантов, процесс активации их уникальных способностей. Опыт капал очень приятными темпами. Поэтому я оставил мысли об уходе, мирно устроился за боковым столиком и продолжил наблюдать за выступлениями. В середине программы наступило время лотереи: ведущий выкрикивал случайные номера, выданные курсантам заранее, вызывал их на сцену и заставлял петь короткие песни. За исключением того момента, когда вытянули мой номер и в зале на миг воцарилась странная атмосфера, всё прошло гладко. *** В итоге праздник завершился успешно. Никаких происшествий не случилось, и большинство курсантов остались довольны. Если приветственная вечеринка для первокурсников закончилась на минорной ноте из-за того, что я потерял сознание, то в этот раз всё прошло хорошо от начала и до конца. После завершения официальной программы те, кто нагулялся, разошлись, а самые стойкие остались в банкетном зале и, говорят, кутили до самого рассвета. На следующий день после вечеринки. Я сидел на кровати, просматривая групповой чат на смарт-часах, и понимающе кивал. Курсанты в режиме реального времени докладывали о своих страданиях от похмелья. Я искренне не понимал, зачем так напиваться, если потом так плохо. Утро воскресенья — выходной день. Обычно в такие дни приходится заставлять себя вставать, борясь с искушением поспать подольше, но сегодня я проснулся сам, и голова была свежей. Я пребывал в таком состоянии со вчерашнего вечера. Точнее, с того момента, как Пэк Арин рассказала мне о состоянии Хон Ёнхва. «Надеюсь, с ней всё в порядке». Сказали, что она не пришла на вечеринку из-за побочных эффектов Гэпхва. Хон Ёнхва, которая всегда выглядела воплощением здоровья и силы, не смогла прийти, потому что приболела. Хон Ёнхва, известная своей любовью к выпивке, пропустила такое грандиозное застолье... Мысли постоянно возвращались к этому. Изменения Гэпхва. Это случалось с ней в каждом цикле, и она всегда легко преодолевала эти побочные эффекты. Поэтому я не придавал этому большого значения. В оригинале ей требовался день или два, чтобы снова появиться на публике в полном здравии. Но новость о том, что она не смогла прийти на праздник из-за недомогания, отозвалась тяжестью в груди. Перед глазами то и дело всплывал её изможденный вид в последний день вхождения в Башню. Мысли путались. Стоило на чем-то сосредоточиться, как они снова сворачивали не туда. «...» Узнав новости от Пэк Арин... вернее, после того как та прислала что-то вроде фото-подтверждения, я написал Хон Ёнхва. Это было около девяти вечера. Я долго колебался, не слишком ли поздно для сообщений и не станет ли это обузой, но всё же отправил текст. Просто спросил, как она себя чувствует. Ответ пришел почти сразу, как только замолкли уведомления на часах Пэк Арин. ▶ Хон Ёнхва: Спасибо большое, что беспокоишься. Со мной всё хорошо (Вчера, 20:57) ▶ Хон Ёнхва: С этим сталкиваются почти все обладатели Гэпхва. Через пару дней всё пройдет, так что не переживай (Вчера, 20:58) ▶ Хон Ёнхва: Кстати, Арин ведь ничего такого не натворила...? (Вчера, 21:01) «Всё хорошо. Спасибо за заботу. Скоро поправлюсь, не волнуйся». Формальные фразы, но от них на душе стало теплее. Я не совсем понял вопрос о том, не натворила ли чего Арин, но, несмотря на собственную болезнь, она, кажется, больше беспокоилась обо мне. Пробежав глазами переписку, я кивнул и поднялся. Впервые в жизни я собирался навестить больного. Визит к больному. Прийти к человеку, чтобы справиться о его здоровье и поддержать. Я никогда этого не делал. Точнее, ко мне когда-то приходили, но сам я — никогда. Всё из-за моего крайне скудного, фактически отсутствующего круга общения в прежнем мире. У меня не было знакомых, которые могли бы пострадать. А значит, и повода для визитов не было. Единственной моей связью с миром был друг из интернета, этим всё сказано. «Как он там поживает?..» Пока я одевался, в памяти всплыл тот старый знакомый. Интернет-друг под ником Агапантус. Стоило мне написать ему от скуки, как тут же прилетал ответ. Такой же затворник, как и я сам. Не будет преувеличением сказать, что большая часть моих навыков общения, какими бы они ни были, была наработана в переписках с Агапантусом. И, поскольку я не планировал возвращаться в свой мир, мы вряд ли когда-нибудь еще встретимся. «...Наверное, у него всё в порядке». Судя по его рассказам, с деньгами у него проблем не было. Он не находился в отчаянном положении, так что, скорее всего, и сейчас живет припеваючи. Он из тех, кто торчит в сети 24 часа в сутки. У него полно других интернет-друзей, так что скучать ему не приходится. Я отогнал посторонние мысли и закончил одеваться. В отличие от прежней жизни, сейчас у меня появилось несколько по-настоящему близких людей. И я надеялся, что с Хон Ёнхва у нас сложились довольно крепкие дружеские отношения. ...Хотя, если честно, пока что это были отношения, в которых я только получал помощь. Хон Ёнхва больна. На душе было неспокойно, поэтому я хотел лично убедиться, что с ней всё в порядке, и выразить свое почтение. Конечно, я не собирался заваливаться к ней без предупреждения. Даже при моем нулевом опыте посещения больных, я понимал, что приходить незваным — это грубость. Поэтому вчера, когда спрашивал о самочувствии, я осторожно закинул удочку насчет визита. ▶ Я: Если вы не против, можно мне завтра навестить вас...? (Вчера, 21:06:11) ▶ Хон Ёнхва: Да (Вчера, 21:06:12) Я получил утвердительный ответ. Раз разрешение дано, причин для колебаний нет. «...Ведь можно, да?» Я уже полностью оделся и собирался выйти из общежития, когда внезапная мысль заставила меня замереть на месте. А вдруг я просто не понял намека и она ответила согласием только из вежливости? Но всё же, разве мы с Хон Ёнхва не в тех отношениях, когда можно навестить друг друга?.. Я ведь не один считаю нас друзьями? Поколебавшись, я решительно отогнал тревожные мысли. Если останусь дома, буду прокручивать это в голове до бесконечности. Я быстро вышел в гостиную и взял заранее приготовленный подарок. Вчера по пути назад я специально купил упаковочную бумагу. В советах по посещению больных говорилось, что подарок крайне желателен, да и самому мне казалось неправильным идти с пустыми руками. Конечно, для Хон Ёнхва это безделица... но разве не говорят, что в подарке главное — внимание? Еще раз проверив упаковку, я открыл дверь и вышел наружу. *** [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (83/100) «?» «Чувство долга» «Сожаление» «Благодарность» «Тревога» [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ---------- Визит к больной (2) Приняв твердое решение, я решительно вышел из комнаты, но идти пришлось недолго. Хон Ёнхва, как и я, не стала брать отдельное жилье и жила в общежитии. Лучшие курсанты каждого курса могут выбирать между пентхаусом на верхнем этаже общежития и частным домом. Хон Ёнхва выбрала пентхаус. Здания общежития расположены в шахматном порядке, так что дойти до нее можно было всего за несколько минут. Это расстояние вполне покрывало мое пространственное восприятие. Честно говоря, если бы я действительно так сильно переживал за ее состояние, я мог бы просто проверить всё с помощью навыка, но... «Это было бы уже слишком...» Совесть не позволяла. К тому же я всё еще иногда ошибаюсь в контроле, случайно считывая информацию из тех мест, куда заглядывать не стоит. И это при том, что мой продвинутый уровень владения пространственным восприятием продолжает расти. Прошло около пяти минут с тех пор, как я покинул свою комнату, и вот я уже стоял в главном холле ее общежития. Авторизовавшись через смарт-часы, я вошел внутрь. Планировка и интерьер здесь ничем не отличались от моего корпуса. Пока я ждал лифт, мне встретились несколько курсантов. Мы обменялись приветствиями. К тому моменту, как они первыми подошли поздороваться, лифт уже спустился. На этом наше общение не закончилось — мы продолжили болтать и внутри кабины. Их отношение ко мне стало заметно теплее, чем раньше. «Это и есть та самая "разница в доказательствах"?» Курсант особого набора. Раз его привел сам Ректор, потенциал должен быть огромным, но из-за моего странного вида у многих возникали сомнения. На их месте я бы чувствовал то же самое. Профессия героя требует запредельных физических нагрузок, а тут приводят слепого, немого и болезненного на вид парня... Конечно, сейчас мое тело окрепло. А пространственное восприятие развилось настолько, что называть себя слепым уже как-то неловко перед собственной совестью. Но вот немота... Это действительно создавало трудности. Общаться через голограммы в экстренных ситуациях крайне неудобно. К тому же, хоть шанс и мал, если я окажусь в ситуации, где нельзя использовать голограммы, я фактически лишусь возможности изъясняться. «Эту проблему должно решить Ожерелье откровения, верно?» Ожерелье откровения. По стандартам Ассоциации это артефакт среднего или даже низшего ранга. Если смотреть только на его способность озвучивать сокровенные мысли владельца, оно идеально подходит для допросов. Однако из-за того, что с ростом мастерства можно научиться фильтровать выдаваемые мысли, а также из-за эффекта привязки к первому владельцу, этот артефакт считался скорее бесполезным грузом. В оригинале герой, найдя его, тут же выставил на аукцион. Вокруг было полно вещей получше, и не было смысла таскать с собой эту безделушку. Да и способов допросить врага хватало и без магии. Но в моем нынешнем положении нет ничего более желанного, чем Ожерелье откровения. Фильтрация мыслей и эффект привязки? Да это же просто идеально. Здоровое тело, сенсорика, которая лучше любого зрения, и ожерелье, говорящее за меня... Как только я его получу, я стану «человеком с ограниченными возможностями» лишь на бумаге. Тогда я смогу с полной уверенностью заявить окружающим, что не испытываю ни малейшего дискомфорта. — Динь! Пока я предавался мечтам о светлом будущем, двери лифта открылись. Передо мной предстал коридор, устланный красной ковровой дорожкой. По обе стороны стояли изысканные украшения и предметы искусства, создавая атмосферу, в которой страшно было к чему-либо прикоснуться. Я с некоторым трепетом оглядел декор и двинулся вперед. Даже ковер казался настолько дорогим, что наступать на него было неловко. Конечно, мое жилье тоже было великолепным по любым меркам, но здесь всё выходило за рамки разумного. Всё это больше походило на особняк какого-нибудь мультимиллионера. Одна только ваза в углу выглядела так, будто стоит целое состояние. Я пересек коридор и остановился перед дверью в конце. Пентхаус на верхнем этаже. Сделав глубокий вдох, чтобы унять волнение, я нажал на звонок. Сейчас кто-нибудь выйдет... — Вж-жух. — ? Дверь открылась почти мгновенно. В проеме стояла женщина, чей наряд совершенно не соответствовал эпохе. Кажется, это называется формой горничной. — Здравствуйте. Я Эриэль Трайдент, телохранитель госпожи Хон Ёнхва. Ее полуприкрытые черные глаза моргнули, после чего она вежливо поклонилась. Я ответил ей тем же. [Здравствуйте] — Госпожа внутри. Если позволите, я провожу вас. [Да, пожалуйста] — Прошу за мной. После этого предельно вежливого, даже чересчур официального диалога Эриэль развернулась. Следуя за ней, я просканировал ее с помощью пространственного восприятия. Черные волосы, черные глаза, вечно сонный взгляд и современная интерпретация формы горничной. «Эриэль Трайдент». Я видел ее вживую впервые, но знал о ней из оригинала. Она была телохранителем и по совместительству служанкой Хон Ёнхва. В романе она неизменно появлялась там же, где и ее госпожа. Как и следовало ожидать от охраны наследницы клана Адского Пламени, Эриэль была выдающимся мастером. Говорили, что в годы активной службы она была охотником высшего ранга. В одиннадцатом прохождении, когда Хон Ёнхва одержимо преследовала меня, именно Эриэль занималась выслеживанием. Тогда она доставила мне немало хлопот. — Мы пришли, молодой господин. Внутри было так просторно, что нам пришлось немного пройтись. Эриэль остановилась у одной из дверей и снова поклонилась. Судя по всему, это была комната Хон Ёнхва. Я кивнул и... стоп. [Молодой господин?] — Ах, прошу прощения, оговорилась. Ли Ха Юль, прошу сюда. Механическим тоном признав ошибку, Эриэль открыла дверь. «...» Прием был на удивление радушным. Это чувствовалось во всем. С самого начала меня принимали не просто как гостя — в воздухе витало какое-то странное ощущение. С этим смешанным чувством я вошел в комнату. Помещение было огромным. Вся мебель выглядела невероятно дорогой, а одна из стен была полностью стеклянной, пропуская внутрь потоки солнечного света. На кровати, залитой этим светом, полулежала Хон Ёнхва, опершись на спинку. Она с каким-то тревожным видом смотрела на голограмму перед собой, но, почувствовав мое присутствие, тут же повернула голову. — А! Ты пришел? Ее лицо мгновенно просветлело. Видя ее искреннюю радость, я тоже почувствовал облегчение и подошел ближе. Попутно я внимательно изучил ее состояние через пространственное восприятие. Пропустив внешние повреждения, я первым делом проверил потоки маны внутри. «Хм...» Мана была перепутана, завязана в хаотичные, тугие узлы. В таком состоянии любое использование магии превращается в мучение. Физически она казалась здоровой, но если проблемы с маной усугубятся, это неизбежно скажется и на теле. Впрочем, пока до этого не дошло. По ее знаку я пододвинул стул к кровати и сел. Судя по всему, Хон Ёнхва не было так уж плохо, и это меня успокоило. — У тебя ничего не болит? Ты выглядел неважно, когда мы только вышли из Башни. [Как я и писал в сообщении, всё в порядке. Меня больше беспокоит ваше состояние. Как вы себя чувствуете?] — Ой, да не о чем беспокоиться. Просто слабость небольшая, и всё. Через пару дней само пройдет. Ее первые слова, честно говоря, меня озадачили. Это она не смогла прийти на банкет из-за недомогания и лежала в постели, так почему же она беспокоится обо мне? — Как прошел вчерашний вечер? Было что-нибудь интересное? «А, ну началось». Хон Ёнхва спросила об этом с явным любопытством. Ей наверняка было обидно пропустить торжество. Я кивнул и принялся быстро набирать текст на смарт-часах, стараясь описать всё как можно подробнее. Я хотел хоть немного скрасить ее разочарование. Я рассказал о том, как на меня смотрели в начале, о разнообразии еды и напитков, о том, каким огромным был банкетный зал. Упомянул, как я, не зная этикета фуршета, встал со своего места и тут же был окружен толпой курсантов. И как я, совершенно растерянный, был спасен Пэк Арин... — Эта кошка... кхм! Пэк Арин не сделала тебе ничего плохого? [Плохого?] Когда я с недоумением переспросил, Хон Ёнхва внимательно посмотрела на меня, а затем отвернулась, пробормотав, что это неважно. Время от времени она перебивала мой рассказ вопросами. Особенно ее интересовало всё, что касалось Пэк Арин. Видимо, несмотря на вечные перепалки, они действительно были в хороших отношениях. — Кстати, я всё хотела спросить: а это что такое? Мы уже почти закончили обсуждать банкет, когда она указала на подарочный пакет, лежащий на столе. Как бы она ни старалась казаться равнодушной, в ее глазах читалось явное ожидание. «Эх...» Мои пальцы замерли над экраном. Я замялся, прижимая пакет к себе. Сказать, что это подарок для больной... было как-то неловко. Особенно после того, как я увидел всю эту роскошь вокруг. Предметы искусства в коридоре, вызывающе дорогой ковер. Комната, которую правильнее было бы назвать залом, и сияющая мебель. Пентхаус Хон Ёнхва был воплощением роскоши... По сравнению со всем этим мой подарок казался до ужаса бедным и незначительным. — М-м? Ну что там? Что это? В голосе Хон Ёнхва слышалось воодушевление. Кажется, она уже догадалась, зачем я это принес. Можно ли это дарить? Может, сказать, что никакого подарка нет? Нет, тогда ее радостный взгляд сменится разочарованием, а этого я не хотел. Но вдруг она разочаруется еще сильнее, увидев такую дешевку?.. За доли секунды в моей голове пронеслись десятки сценариев. Я сам поразился тому, как быстро может работать мой мозг в такие моменты. «......» Ее выжидающий взгляд буквально прожигал меня насквозь. Тело задвигалось само собой. Дрожащей рукой я протянул ей пакет. Голограмма вывела заранее заготовленную фразу: [Это подарок. Выздоравливайте скорее] — О-о! Спасибо большое!.. Я обязательно буду им пользоваться! Ее сдерживаемое любопытство вырвалось наружу. Глаза Хон Ёнхва заблестели, и она протянула руку. Я невольно сжал пакет крепче, но разница в нашей силе была колоссальной. Она легко забрала подарок. Почувствовав пустоту в руках, я чуть не вздохнул вслух, но вовремя сдержался — привычка бороться с Проклятием безмолвия уже укоренилась. — Можно посмотреть прямо сейчас? [Да] Едва я ответил, как ее руки пришли в движение. Она действовала поспешно, но при этом крайне осторожно, стараясь не повредить упаковочную бумагу. Видя, как бережно она относится к моему подарку, я почувствовал, как к горлу подкатил комок, но сердце продолжало бешено колотиться от страха, что ее восторг сейчас сменится разочарованием. Наконец упаковка была снята. Под мой учащенный пульс Хон Ёнхва извлекла содержимое. Длинный красный пушистый сверток лег на одеяло. — Шарф? Она смотрела на него во все глаза. Это был обычный шарф. Простой, ярко-красный, без каких-либо украшений. [Я слышал, что для тех, кто использует Адское Пламя, очень важна терморегуляция] Тело обладателя Гэпхва специализируется на огне. Организм подстраивается под высокую температуру, а мана приобретает свойства пламени. Поэтому обычно у таких людей температура тела очень высокая. Однако так бывает не всегда. В некоторых случаях, как сейчас у Хон Ёнхва, температура может резко упасть. Это можно сравнить с пустыней: днем там невыносимая жара, а ночью — ледяной холод. Говорят, что если температура тела пользователя Гэпхва начинает падать, она может опуститься до критических отметок. Хон Ёнхва моргнула. Она молча погладила мягкую ткань, а затем перевела взгляд на меня. Я сглотнул, ожидая ее реакции. Пространственное восприятие было настроено на максимум, ловя каждое ее движение. — Спасибо... Огромное спасибо! Я буду очень его беречь! Ее ответ, в котором слышалось искреннее волнение, заставил мое сердце забиться еще быстрее. Но на этот раз не от страха, а от радости. Пока я переводил дух, Хон Ёнхва счастливо рассматривала шарф со всех сторон. Я внимательно следил за ней, боясь, что она просто притворяется ради моих чувств, но нет — ее радость была неподдельной. «Какое облегчение...» На душе стало тепло. В этот момент я понял, почему люди любят дарить подарки. Видя, как счастлив другой человек, ты и сам невольно начинаешь улыбаться. — Он такой мягкий... Где ты его купил? — спросила она с восхищением, продолжая ощупывать ткань. Кажется, текстура ей очень понравилась. Я действительно уделил этому много внимания. Из-за этого даже не спал всю прошлую ночь. Отхлебнув напиток, который принесла Эриэль, я набрал текст на часах. [Я сам его сделал] — А-а. Значит, Ха Юль сам его... Что?! Хон Ёнхва, говорившая до этого совершенно спокойно, резко обернулась. От ее округлившихся глаз я невольно вздрогнул. Подумав, что, может быть, я что-то не так написал, я проверил голограмму. Нет, всё верно. Решив, что она могла не расслышать, я набрал фразу еще раз. [Я сделал его сам] — ...... На этот раз ответа не последовало. Она просто смотрела на меня широко открытыми глазами. ...Что с ней такое? ---------- Тепло(1) [Я сам его сделал] Ли Ха Юль, склонив голову набок, вывел перед собой голограмму. Его вид так и лучился вопросом: «Разве с подарком что-то не так?» Неужели он и вправду не понимает? Или, точнее, не осознает, насколько это ошеломляющее признание? Хон Ёнхва, оцепенело моргая, опустила взгляд. В руках она сжимала длинный шарф. Его мягкая текстура ощущалась кожей так отчетливо, так реально. Шарф был красным. Она осторожно приподняла его и приложила к шее. «Это же...» В мире существует великое множество оттенков красного. Со стороны они могут казаться похожими, но на деле каждый из них уникален. Цвет этого шарфа почти идеально совпадал с цветом её собственных волос, мелькавших на периферии зрения. Это не просто «красный». Сходство было настолько поразительным, что, если приложить ткань к волосам, они сливались в единое целое. Сначала она подумала, что это случайность, но, присмотревшись, поняла: тон подобран намеренно. Хон Ёнхва, завороженная подарком, перевела взгляд на Ха Юля. В тот миг, когда она увидела его улыбку, ей на мгновение показалось, будто весь мир вокруг стал ярче. Его сияние затмевало даже утреннее солнце, пробивающееся сквозь окно. «Милашка». Как чья-то улыбка может быть настолько светлой и чистой? Он улыбался так счастливо, будто в жизни не знал бед. Хон Ёнхва попыталась унять бешено колотящееся сердце и спросила: — Спасибо... Ха Юль, ты правда сам его связал? [Да] — Но когда ты успел? [Вчера сделал] — Вчера?.. Ты имеешь в виду, во время праздника? [Да] Ёнхва погрузилась в раздумья. Ха Юль спросил, может ли он её навестить, когда празднование было в самом разгаре. То есть солнце уже давно зашло, стояла глубокая ночь. Тогда когда же он подготовил подарок? Утром, когда еще не знал, что она не сможет прийти на праздник? Или еще раньше, даже не зная, разрешит ли она ему прийти? Или же... Поздно ночью, уже после того, как получил разрешение и праздник закончился? Хон Ёнхва внимательно всмотрелась в лицо Ли Ха Юля. Он всё так же беззаботно улыбался. Такой милый... «Нет, дело не в этом». Тени под его глазами теперь казались слишком отчетливыми. Если присмотреться, всё его лицо выдавало крайнюю степень усталости. Она опустила взгляд на его руки. Руки, покрытые шрамами от бесконечных тренировок. Руки, которые за короткий срок бесчисленное количество раз разрывались от нагрузок и исцелялись вновь. И среди старых следов она заметила свежие царапины, которые, судя по всему, только недавно начали затягиваться. Ёнхва, прошедшая через сотни сражений, сразу поняла: это не следы от меча или копья. И не сбитые костяшки от ударов кулаками. Эти ранки больше походили на уколы тонких игл или порезы ножницами. «......» Шарф в её руках внезапно стал невыносимо тяжелым. Особенно теперь, когда она видела его сияющую улыбку. Он сам, своими руками, петля за петлей связал этот шарф. И когда она просто поблагодарила его, он выглядел так, будто обрел величайшее сокровище. Не он получил подарок, а он его вручил — и при этом казался самым счастливым человеком на свете. В груди что-то болезненно кольнуло. Сердце забилось в ином, тревожном ритме. Ослабленное тело с трудом выносило этот напор чувств. Это была вина. Адское Пламя, которым владела Хон Ёнхва, было способностью на редкость паскудной. Если говорить о его плюсах, то это, несомненно, мощь. Конечно, были и вспомогательные техники вроде «Расцвета», «Эволюции» или «Священного пламени», дающие универсальность, но визитной карточкой Адского Пламени всегда оставалась его разрушительная отдача. Проблема заключалась в том, что эта мощь была настолько велика, что часто вредила самому владельцу. Стоило хоть немного ошибиться в контроле, и это безумное пламя могло заживо сжечь своего хозяина. Но и это еще не всё. Это проклятое Адское Пламя имело наглость время от времени подвергать своего владельца «Испытаниям». Казалось бы, как может уникальная способность диктовать условия человеку? Но для каждого обладателя Адского Пламени, стремящегося к росту, это был неизбежный этап. Испытания бывали разными, но первое из них всегда было одинаковым для всех. Оно било по чувству вины. Способность произвольно вытягивала из памяти худшие воспоминания. Ошибки прошлого, моменты, когда ты причинял боль другим, трагедии, случившиеся по твоей вине. От мелких оплошностей до непоправимых катастроф. Пламя терзало разум видениями и галлюцинациями. По-настоящему мерзкое, гнетущее испытание. Хон Ёнхва не стала исключением. Перед глазами замелькали обрывки воспоминаний. Начиная с раннего детства, когда она еще едва умела ходить. У Ёнхвы был вспыльчивый характер и острый язык, но по натуре она была человеком добрым. Да, она часто пускала в ход кулаки, но всегда имела на то вескую причину. Проще говоря, те, кого она била, этого заслуживали. Сломанное имущество? Обычные несчастные случаи, ущерб от которых она покрывала из личных средств. Помимо этого, единственное, что вызывало у неё горечь, — это картины разрушений в окрестностях Магических земель, которые она видела, сопровождая старших членов клана. Вот и весь список её прегрешений. Обладая недюжинной силой воли и выдержкой, она должна была пройти это испытание за пару дней без особых усилий. — А-а... А-а-а-а-а-а! Так было бы еще месяц назад. Но сейчас лицо Ли Ха Юля, счастливо улыбающегося из-за принятого подарка, внезапно наложилось на другое лицо — того же Ха Юля, кричащего от невыносимой боли. В отблесках невидимого пламени лицо Хон Ёнхвы потемнело от ужаса. — А-а-а! Хватит! Искаженное мукой лицо. Пылающая правая рука. Он катается по земле, пытаясь сбить огонь, но пламя лишь разгорается сильнее, словно питаясь его отчаянием. Она никогда не видела этого в реальности. Значит, это галлюцинация. ...Но галлюцинация ли? Видение сплелось с реальностью, застилая взор. — ...! ...?! Ли Ха Юль в замешательстве замахал руками. Почувствовав состояние Ёнхвы, он не знал, что предпринять. Его правая рука, скрытая рукавом, метнулась в сторону. Ей показалось, что она видит шрамы под тканью. Увидев эти отметины в медпункте, она окончательно убедилась: Ха Юль — жертва Адского Пламени. Потому что такие следы могло оставить только оно. Потому что она слышала, что приют, в котором он вырос, сгорел дотла. С тех пор вина поселилась в её сердце. Он был прямой жертвой клана, который ей предстояло возглавить. Его физическая немота могла быть прямым следствием воздействия Адского Пламени. А недавно возникла и другая пугающая вероятность. Ли Ха Юль сам использовал Адское Пламя. Пусть оно проявилось только в правой руке — из-за проблем с контролем или по иной причине, — это, несомненно, было оно. Значит, в его жилах течет кровь её клана. Но это не давало ей права не чувствовать вины. Адское Пламя — это способность, передающаяся по наследству. Все, в ком течет кровь Основателя, даже самые дальние побочные ветви, заносятся в реестр родного поместья. Однако невозможно отследить тех, кто не принадлежит к официальным ветвям семьи. Видение изменилось. Снова картина, которую Ёнхва никогда не видела вживую. Трущобы — это слово было слишком мягким для того мусорника, внутри которого они оказались. Маленького Ха Юля избивали существа, которых и людьми-то назвать трудно. Ребенок, жаждущий любви, служил им лишь мешком для слива эмоций. Родители выплескивали на сына такие проклятия, которые не должны звучать из уст человека. Тошнотворно. Ей хотелось немедленно размозжить им головы, заживо вырвать эти руки. Импульс ярости нарастал. Эмоции, становящиеся идеальным топливом для Адского Пламени, забурлили в ней. Когда в видении начало происходить нечто совсем невообразимое, кто-то схватил её за плечи и начал осторожно трясти. Ощущение мягкой постели под спиной. Тонкий, сладковатый аромат рядом. Осознав это, она почувствовала, как галлюцинация отступает, уступая место реальности. — ...! ...!? ...!! Ха Юль, который в её видении умирал с распоротым животом, теперь сидел на краю кровати и осторожно тряс её за плечи. Горло перехватило. В груди словно поселился кусок свинца, мешающий дышать. Хон Ёнхва смотрела на Ха Юля расширенными от ужаса глазами. Она не могла понять, было ли увиденное лишь игрой воображения или отражением реальности. Инстинкт шептал: это правда. Мысли путались. Обычная Ёнхва, возможно, уже вернула бы себе самообладание. Но... Эмоции, усиленные Адским Пламенем; галлюцинации, вызванные побочным эффектом способности; интуиция, кричащая о реальности увиденного... Всё это сузило её кругозор и лишило способности здраво рассуждать. Вина раздавила её. Воздуха катастрофически не хватало. Вспышка! Внутреннее пламя взревело. Огонь, доселе притаившийся, мгновенно вырос в размерах. Пожирая её чувства, Адское Пламя яростно забилось в её теле. Бушующее пламя готово было вырваться наружу. И в тот момент, когда оно уже собиралось перекинуться на гору её вины... — ...! Мечущийся в панике Ха Юль внезапно крепко обнял Хон Ёнхву. От этого живого тепла дрожащее тело Ёнхвы мгновенно одеревенело. Разгорающееся пламя тоже замерло. Туманные видения рассеялись в один миг. Ощущение было такое, будто она внезапно очнулась от кошмара. Затем теплая ладонь легла ей на голову. Ха Юль, немного неловко, начал медленно гладить её по волосам. Тепло и нежность, исходившие от его руки, просачивались сквозь макушку во всё тело, заставляя его буквально таять. — Ах... — сорвался с губ тихий вздох. Вина немного отступила, а вместе с ней ушло и чудовищное напряжение переполнявших её чувств. Фокус зрения восстановился. Разум, затуманенный безумием, постепенно возвращался в норму. Придя в себя, она обнаружила, что крепко прижимает Ли Ха Юля к себе, тяжело и часто дыша. Ощутив его дыхание на своей коже, она вздрогнула. Стоило ей чуть ослабить хватку, как Ха Юль, уткнувшийся ей в плечо, осторожно поднял голову. [Вы в порядке? Позвать госпожу Эриэль?] Голограмма вспыхнула поспешно. В каждой букве сквозила неприкрытая тревога. — Я... За это короткое время произошло слишком много. Хон Ёнхва попыталась спокойно проанализировать ситуацию. Если вкратце: она едва не погубила себя. Чуть не была поглощена собственным Адским Пламенем. Почти захлебнулась в галлюцинациях и едва не утратила контроль над силой. Последствия? Они были бы фатальными. Осознав это, она почувствовала, как кончики пальцев леденеют от ужаса. Она могла просто сгореть заживо. Хон Ёнхва сглотнула и, пытаясь обрести душевное равновесие, снова крепко прижала к себе Ха Юля. Когда он, поначалу забарахтавшийся, затих в её объятиях, холод в её теле сменился жаром. — Фух... Она держала его так какое-то время, пока пугающее послевкусие вспышки окончательно не исчезло. Ёнхва опустила взгляд. Ха Юль перестал сопротивляться и покорно замер в её руках. Поглаживая его по голове, она погрузилась в раздумья. «......» Адское Пламя снова утихло. Галлюцинации исчезли, бушующее пламя свернулось клубком. Но первопричина никуда не делась. Ощущение «Испытания» всё еще было при ней, и вина, едва не вызвавшая катастрофу, никуда не испарилась. Если оставить всё как есть, это будет лишь отсрочкой перед взрывом. Нужно было что-то делать с этой виной. Прямо сейчас. От этой решимости внутри снова шевельнулся страх. Она боялась увидеть разочарование на его лице, когда он услышит её признание. Но молчать было нельзя. Интуиция подсказывала: сейчас — решающий момент. Если она снова скроет правду из страха, последствия будут ужасными. — Ха Юль. Мне нужно тебе кое-что сказать. И она открыла ему правду. Правду о том, что при любом раскладе её клан несет ответственность за его страдания. Поглаживая Ха Юля, она выложила всё как на духу. — ? Ли Ха Юль лишь недоуменно наклонил голову. *** — ...Вот как всё было. Что она вообще несет? Слушая длинный рассказ Хон Ёнхвы, я невольно склонил голову набок. Я совершенно не понимал, почему она, закончив говорить, смотрит на меня с таким напряжением. Собственно, я и предыдущую сцену не очень-то понял. Только что она радовалась подарку, и я купался в лучах своего маленького счастья, как вдруг она помрачнела, лицо её стало землистого цвета, а когда я в ужасе спросил, что случилось, она начала задыхаться и едва не рухнула. У меня чуть сердце не остановилось. Она же пациентка, лежит тут вся слабая, и вдруг такая реакция — я чуть с ума не сошел. Прежде чем бежать за госпожой Эриэль, я бросился к ней и обнял, чтобы проверить состояние, и почему-то это сработало. Как и в прошлый раз со мной, объятия и поглаживания по голове принесли плоды. И вот, когда я уже собирался идти за помощью... Меня внезапно снова сгребли в охапку и выдали этот длинный, предельно серьезный монолог. «О чем она вообще?» История была, мягко говоря, странная. Что? Шрам на моей руке — это след от Адского Пламени? И я могу быть членом их клана? Для меня, помнящего прошлый мир, это звучало как полный бред, но, если подумать о Ли Ха Юле из этого мира... тут я и сам не всё знал. Ну и дела. Просто подарил шарф, а в итоге попал в какой-то латиноамериканский сериал. Впрочем, кое-что из её рассказа прояснило ситуацию. Я-то гадал, с чего её так придавило чувством вины. Оказывается, она решила, что этот шрам — дело рук её семьи, и что меня, как ненужный мусор, выбросили из клана в приют. Голова шла кругом. У меня самого уже искры из глаз сыпались от этой драмы. Но эти вопросы могли подождать. Сейчас важнее было успокоить Хон Ёнхву, которая выглядела так, будто вот-вот упадет в обморок от напряжения. «Так...» Причина, по которой она так изводится... Она думает, что Адское Пламя изувечило меня, и что я — брошенный ребенок её клана... «Ай, к черту». Я отбросил лишние мысли и застучал по смарт-часам. [Я не совсем всё понял, но можно задать пару вопросов?] — Да. Спрашивай что угодно, — ответила Хон Ёнхва, сглотнув. Я кивнул и вывел новую голограмму. [Шрам на моей руке — это точно от Адского Пламени?] — ...Да. Я уверена. В этом нет сомнений. [Это вы, Хон Ёнхва, нанесли мне эту рану?] — ...Нет. [Вы хотели причинить мне боль намеренно?] — Нет! Конечно нет! [Тогда всё в порядке] — ...А? Допрос окончен. Когда я перестал писать, напряженное лицо Ёнхвы сменилось выражением крайней степени тупости. Редкое зрелище. Я не удержался и тихо хмыкнул. — ...Нет, подожди, всё не так просто. Это же... — Ёнхва попыталась было продолжить, запинаясь. Мне стало лень слушать. Я сам, по собственной воле, уткнулся ей в плечо. Её тело тут же окаменело. «...Ох». Кажется, я впервые обнимаю её вот так, в полном сознании. Стыдно-то как. Но это был единственный способ заставить её замолчать. Терпя смущение, я зарылся лицом в её больничную одежду. Уютное тепло окутало меня, даря какое-то неземное спокойствие. — Э-э... Благодаря «Пространственному восприятию» я чувствовал, что Ёнхва всё еще пребывает в прострации. Она машинально обнимала меня в ответ, но продолжала недоуменно бормотать: «Почему?». Вина всё еще грызла её, и лицо оставалось бледным. «М-да...» Я немного отстранился от её мягкой груди и снова набрал текст. [Вы ни в чем не виноваты, Хон Ёнхва. Так что всё хорошо] То, что Адское Пламя приложилось к моей руке? Это была не она, и она к этому не имела никакого отношения. Дела клана? Об этом мне вообще не хотелось думать. [Если вам всё еще неловко, можете выполнить одну мою просьбу?] — Да. Что угодно. Только скажи, — Ёнхва, не мигая, смотрела на голограмму, а на последней фразе решительно кивнула. [Пожалуйста, не болейте] — ...Что? От моей просьбы у неё снова стало глупое лицо. А я ведь серьезно. Весь праздник у меня на душе было паршиво от мысли, что ей плохо. А когда я увидел её мертвенно-бледное лицо и то, как она задыхается... у меня самого земля из-под ног ушла. Видеть её такой раздавленной было невыносимо. Я решительно качнул головой. [Возражения не принимаются. Я — жертва, вы — сторона защиты, так что выполняйте просьбу пострадавшего] Чтобы пресечь любые споры, я снова уткнулся лицом ей в плечо. К счастью, на этот раз она, кажется, смирилась. Смятение на её лице сменилось чем-то сложным, и она начала гладить меня по голове. В одной руке она всё еще сжимала красный шарф. Хорошо. Я с трудом сдержал довольную улыбку. Мне хотелось сбежать от смущения прямо сейчас, но у меня было отличное оправдание: Хон Ёнхве нужно обнимать меня для душевного равновесия. Так что я остался. «...Ёнхва не виновата, значит...» Наслаждаясь её прикосновениями, я прокручивал в голове свои ответы. Ранила ли она меня? Была ли у неё злая воля? «На самом деле, это не имеет значения». Это были пустые вопросы. Даже если бы в прошлом Хон Ёнхва действительно ранила меня. Даже если бы она сама оставила этот шрам. Даже если бы она издевалась надо мной и преследовала со злым умыслом... Если то, что она чувствует ко мне сейчас, — правда, то этого достаточно. Я бы простил её. Прошлое не так уж важно. Важно лишь то, дарит ли она мне тепло в это мгновение. Остальное — шелуха. Для меня её нынешняя нежность была бесценна. Это было то, чего я жаждал с самого раннего детства. Ради этого я готов прощать любые ошибки прошлого. Особенно если эти ошибки касаются только меня. С этой мыслью я прижался к ней еще крепче. Из-за бессонной ночи над шарфом сознание начало медленно уплывать. «Спать хочется...» Ожидание её реакции на подарок, спасение Ёнхвы от внезапного приступа, выслушивание «тайны моего рождения» (по её версии)... Я вымотался и физически, и морально. Я перестал сопротивляться сонливости, и сознание погасло. *** [Система коррекции игрока: Показатели] ▶ Характеристики ... ▶ Уникальная способность ... ▶ Психическое состояние «Жажда любви»: Испытывает крайний дефицит привязанности. Степень потребности критическая. ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (83 ▷ 84/100) 「?」 「Чувство долга」 「Сожаление」 「Благодарность」 「Тревога」 [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ---------- Подготовка (1) В голове вяло перекатывались обрывки несвязных мыслей. Я бессмысленно плыл по течению этого потока, лениво шевеля пальцами. Хруст — и по суставам разлилось тонкое удовольствие. Стало легче. Вместе с этим звуком ко мне вернулась ясность сознания. Рассудок, до этого дремавший в тумане, встрепенулся от резкого стимула и заставил меня выпрямиться. Ноги, тяжело шагавшие в сторону общежития, замерли. «А...» Реальность обрушилась на меня внезапно. Жестокая правда, которую я так старался игнорировать, встала перед глазами. Голова пошла кругом; я тяжело вздохнул и закрыл лицо руками. Нахлынула волна жгучего стыда. «Зачем... ну зачем я это сделал?» Я навестил Хон Ёнхву в медпункте сегодня около полудня. Решил зайти после обеда, полагая, что утром или вечером мой визит может быть неуместен. Собирался просто справиться о её здоровье, отдать шарф и сразу уйти. Мне казалось невежливым долго докучать больному человеку своим присутствием. И вот я, так пекшийся о приличиях, в итоге уснул прямо в объятиях пациентки, пригревшись у неё на груди. Я активировал пространственное восприятие, чтобы оценить обстановку. Небо уже окрасилось в багровые тона заката, стремительно темнело. Значит, время ужина давно прошло. Мало того что я проспал в обнимку с больной до самого вечера, так ещё и умудрился там поужинать перед уходом. «Г-а-а-а...» Голову пронзила невыносимая ментальная боль — урон, масштаб которого невозможно было измерить. Сознание помутилось от стыда. Вспомнилось, как после того, как я вручил шарф, Хон Ёнхва вдруг начала задыхаться, и её тело сотряс приступ. В тот миг я не раздумывал. Рефлекторно схватил её и прижал к себе. Точно так же, как она сделала это для меня в медпункте в день приветственной церемонии. К счастью, это помогло. Она пришла в норму. Помню, как я тогда выдохнул с облегчением. Но теперь меня грызли сомнения. Не лучше ли было сначала подать какой-то знак и позвать госпожу Эриэль? Если бы не проклятие, я бы немедленно закричал и позвал на помощь. Чем дольше я живу этой жизнью, тем острее ощущаю, как тяжело обходиться без голоса. Конечно, голограммы — это спасение, но возможность говорить напрямую была бы куда удобнее. Появилась ещё одна веская причина поскорее раздобыть Ожерелье откровения. Как бы то ни было, объятия ради спасения Хон Ёнхвы ещё можно было оправдать. Я действовал порывисто, но у меня была уважительная причина — чрезвычайная ситуация. Но какого черта я полез к ней в объятия после того, как услышал тайну её происхождения (предположительно)? И почему я вообще умудрился в таком положении уснуть? Я не понимал сам себя. В голову лезли мысли о собственном безумии. Это было совершенно не в моем характере. Что-то здесь было не так. Если попытаться найти причину... «Гэпхва». Я осторожно коснулся правой руки. Тот случай, когда я высвободил Гэпхва внутри Башни. Сразу после этого я ощутил небывалый эмоциональный подъем и наделал глупостей перед Хон Ёнхвой. В этот раз всё повторилось. Эмоции зашкаливали, сообразительность притупилась, и я действовал под влиянием импульса. Повышенная возбудимость и склонность к необдуманным поступкам — классические признаки влияния Гэпхва. Неужели я действительно обладаю этой силой? Я с сомнением вспомнил слова Хон Ёнхвы. Она сказала, что я могу быть членом клана Адского Пламени... Честно говоря, я до сих пор в этом не уверен. Ли Ха Юль из моего родного мира, которым я себя считаю. Ли Ха Юль из этого мира, который официально существует в записях. Тот факт, что у здешнего Ха Юля такой же ожог на правой руке, как и у меня, и использование Гэпхва... «Что же всё это значит?» Пока я шел, погруженный в раздумья, ноги сами привели меня к общежитию. Я открыл дверь и вошел. Внутри всё было по-прежнему... за исключением одной детали. В углу гостиной горой высились груды спутанных ниток — печальные останки так и не родившихся шедевров. «Надо бы это всё убрать». Я невольно потер пальцы друг о друга. С виду незаметно, но если присмотреться, на коже остались следы от недавних мелких порезов, которые только начали затягиваться. Вязанию я научился в самом начале, когда только поступил в Сиёлам. Чтобы развивать навык «Мастер на все руки», лучше всего пробовать себя в самых разных областях. Поэтому в свободное время я осваивал простые ремесла. В основном это были вязание и резьба по дереву. С деревом я ограничился созданием простеньких фигурок. Я рассудил, что вязание и работа с деревом относятся к созидательной деятельности, так что лишними эти навыки не будут. Благодаря «Мастеру на все руки» я освоился мгновенно. С первой же попытки у меня получились вполне сносные носки, а позже я научился вязать шарфы. Именно поэтому я решил сделать подарок для Хон Ёнхвы своими руками, но... — «Всё не то». — «Слишком криво...» — «Уродство какое-то». Результат меня не устраивал. Для себя я бы такой шарф оставил, но дарить его кому-то было стыдно — я видел в нем слишком много изъянов. Неудачные попытки копились одна за другой, а время таяло, как мороженое на солнце. — «О». Лишь спустя несколько часов кропотливого труда на свет появилось нечто достойное. После долгих доработок подарок был наконец готов. В процессе я не раз колол пальцы тонкими кружевными иглами и резался ножницами. Обычное лезвие вряд ли пробило бы мою окрепшую кожу, но, стремясь к идеальной точности, я использовал слабую Ганги. К тому же я пытался вплести в шарф магическую формулу терморегуляции, что тоже привело к паре ошибок. В итоге получился шарф (магический артефакт) с функциями поддержания температуры и повышенной прочности. Это была полноценная магическая работа, а вовсе не пустая трата времени. Наверняка этот опыт пригодится мне в будущем, когда я займусь алхимией или металлургией. Так я оправдывал себя, убирая мотки шерсти. Так и закончились выходные. *** Башня Роста подтвердила мои успехи. Среди курсантов Сиёлама собраны таланты со всего мира. И я сумел в одиночку продержаться против их совместных атак целых два дня. Причем в условиях, когда моё пространственное восприятие объявило забастовку. Конечно, мне повезло не встретить главных героев, но это всё равно было доказательством того, что мои силы растут не по дням, а по часам. Честно говоря, мне хотелось прыгать от радости. В этом мире, где сила решает всё, быстрое развитие — великое благословение, ведь оно приближает меня к моменту снятия проклятий. Фью-ю-ух! Главный виновник моего прогресса нанес очередной удар. Свист рассекаемого воздуха достиг моих ушей. Но ещё раньше пространственное восприятие считало траекторию кулака. Лишь мгновение спустя ветер коснулся кожи, заставляя осознать атаку. Золотистое Ганги колыхнулось, устремляясь ко мне по прямой. Обычно прямолинейные атаки просты и на них легко реагировать. Легко прочитать траекторию и подготовить контрмеры. Однако я тренировался с профессором Атрой уже почти месяц. И я прекрасно знал, насколько непредсказуемым может быть этот с виду простой удар. Стоит попытаться уклониться — и траектория мгновенно изменится, а кулак впечатается в челюсть. Попробуешь ответить силой на силу, применив Ганги — и через пару разменов всё равно получишь удар. Я проходил через это бесчисленное количество раз. Я ломал голову над защитой, но против этого не было приема. Профессор Атра учила, что в этой простоте, граничащей с базовой техникой, заложено бесконечное множество вариаций. Выход был один — сражаться так же хорошо, как она. Я решил ответить встречным огнем. Мана из ядра окутала мои руки. Ганги мгновенно вспыхнуло вокруг кулака. Я сделал выпад. Кулаки столкнулись. Бам! Сразу после удара я крепко сжал кулак, стараясь унять дрожь. Казалось, вибрация прошла сквозь кости и отозвалась в самой голове. Ганги на кулаках. Гангче, активирующее плоть. С каждым днем растущие физические возможности. Даже при должной подготовке удар был сокрушительным. Сцепив зубы, я продолжил атаку. Я не просто махал кулаками — мои ноги постоянно двигались, меняя стойку. Заметив малейший просвет, я вставлял удары ногами. Уровень наших тел был примерно равен: профессор Атра подстраивалась под мои возможности. Техника тоже была сопоставима — поначалу она не использовала сложные приемы, которые я не смог бы отразить. И всё равно она пробила мою оборону. Я четко видел траекторию, но не успел средать. Предыдущие атаки наслаивались одна на другую, создавая момент, когда я, даже зная об ударе, не мог его заблокировать. Удар коленом в бок. Я быстро опустил руку для защиты. Хрусть! «Ух...» Предплечье, принявшее удар, пронзила острая боль. Тело отбросило назад. Я не стал сопротивляться инерции, а наоборот, оттолкнулся от земли, увеличивая дистанцию. Я взмыл в воздух. Ощущая всё ещё непривычное чувство невесомости, я высвободил ману. Она вырвалась наружу, и я начал выстраивать магическую формулу. Обработка данных прошла молниеносно. Взмахом руки я активировал заклинания. Земля под ногами профессора Атры зашевелилась, и вверх вырвались острые каменные шипы. Вокруг меня ветер сгустился в копья и одновременно устремился к цели. Это был первый этап. Я снова начал манипулировать маной, наслаивая новую формулу. Ноги коснулись земли, и я приготовился сменить стойку. Ка-бум! Так я планировал. Но прежде чем я успел закончить, нога профессора Атры обрушилась на землю. Поверхность содрогнулась. Растущие шипы замерли. Мана профессора прошла сквозь почву. Хрусь! Каменные пики рассыпались, словно хрупкое печенье. Уворачиваясь от летящих осколков, Атра сделала выпад. Один шаг — и дистанция сократилась, а ветряные копья оказались прямо перед ней. Она двигалась невозмутимо. Я выпустил четырнадцать копий. От девяти она уклонилась. Два отбила руками, окутанными Ганги. Отраженные копья потеряли форму и сбили траекторию оставшихся трех. Копья взорвались, подняв сильный вихрь. Волосы профессора Атры разметались. Даже в этом хаосе её холодные глаза были устремлены на меня. И вдруг эти глаза оказались прямо передо мной. С бесстрастным лицом Атра нанесла удар. Я был в плохой позиции, застигнутый во время сотворения заклинания. Пришлось экстренно обрывать формулу. От обратного потока маны голова пошла кругом. Но я не сдался и выбросил кулак навстречу. Шлеп! Больно. *** — Смешивать магию с ближним боем — хорошая идея, но тебе не хватает вариантов на случай, если заклинание сорвется. Учти это. — Кивок... Я уныло кивнул. После того как я вдоволь повалялся на полу тренировочного зала, наступило время разбора полетов. Короткий перерыв, во время которого я впитывал замечания о своих ошибках. Я лежал пластом и тяжело дышал. «...Тут ничего не меняется». Хотя я и чувствовал, что расту гораздо быстрее других курсантов, ход наших поединков оставался прежним. Сначала профессор Атра подстраивалась под мои физические данные и технику, давая мне возможность проявить себя. Она изучала мой уровень бесстрастным взглядом, а когда анализ заканчивался, начинала наращивать мастерство. В итоге я постепенно сдавал позиции и в конце концов оказывался повержен. В этот момент, пока я слушал наставления, в носу возникло странное ощущение. Что-то потекло. Вместе со щекоткой на лице появилась красная дорожка. «А. Кровь из носа». Это не от удара. Профессор Атра била так, что оставались синяки, но она обладала удивительным мастерством не оставлять кровоточащих ран. Конечно, иногда такое случалось, но обычно по моей вине, когда я совершал ошибку. Эта кровь была моей собственной «работой». Точнее, результатом не удара, а обратного потока маны из-за того, что я насильно прервал заклинание. Обычно, когда плетение магии блокируется на полпути, энергия бьет по самому магу. Большинство внутренних травм волшебников происходит именно из-за этого. Скромно замечу, что я довольно неплохо управляюсь с маной, поэтому «отдача» ограничилась лишь небольшим кровотечением. «Щекотно». Кровь стекала по ложбинке над губой, и нос невольно дернулся. Я только хотел вытереться, как передо мной возник платок. «?» Хозяйкой платка была профессор Атра. Она достала его из кармана и сама вытерла мне кровь. — Наклонись. Другой рукой она слегка надавила мне на макушку. Когда я опустил голову, кровь потекла сильнее. Она прижала платок к моему носу. Не больно. Напротив, это мягкое давление казалось даже уютным. Спустя некоторое время кровь остановилась. Профессор Атра убрала платок и произнесла: — Всегда опасайся обратного потока маны. Это явление может возникнуть даже при использовании обычного Гангче или Ганги, без всякой магии. — ...Кивок Я кивнул, а сам подумал о ней. Тренировки шли своим чередом. Мы практиковались с разным оружием, а сегодня — врукопашную. Она постоянно делилась со мной секретами управления маной, Гангче и Ганги. Обычный график. Но всё же... — Возьми. [Спасибо] «Что-то не так...» Атра протянула мне бутылку. Вода была ледяной, приятно холодящей ладонь. Я смотрел, как она встряхивает платок, и недоуменно склонил голову набок. Мне кажется, или она стала вести себя... мягче? Наверное, просто почудилось. *** [Система коррекции игрока: Ремесло] Желаете изготовить Шарф (магический артефакт)? ... Желаете изготовить Шарф (магический артефакт)? ... Желаете изготовить Шарф (магический артефакт)? ... [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●○○○○ (65/100) 「Симпатия」 「Страх」 「Ожидание」 「Беспокойство」 [Условия снятия 「Проклятия безмолвия」 не выполнены] [Условия снятия 「Проклятия одиночества」 не выполнены] ---------- Подготовка (2) Пятая неделя в Сиёламе, начавшаяся после завершения вхождения в Башню, проходила спокойно. До следующей зачистки подземелья оставалось время, а новый этап покорения Башни должен был наступить лишь через месяц-другой. Пожалуй, единственным значимым событием, оставшимся в первом семестре, была промежуточная аттестация в конце свободного семестра. После неё свободный семестр закончится, начнется регулярный, и учебная программа будет перестроена с упором на специализацию. Наконец-то курсанты смогут сами выбирать и посещать интересующие их лекции. Общее количество учебных часов сократится — количество перейдет в качество. А в освободившееся время добавятся занятия для снятия стресса, вроде клубов по интересам. Короче говоря, жизнь станет посвободнее. Разумеется, просто бездельничать было бы безумием: курсанты должны сами контролировать свое состояние и уделять время индивидуальным тренировкам. Иначе те, кто прикладывает усилия, быстро тебя обгонят, и оценки рухнут на самое дно. В оригинальной истории именно с регулярного семестра начинали сыпаться побочные сюжеты. Стоило вступить в какой-нибудь клуб, как оттуда рождалась куча квестов, в процессе которых ты заводил связи с разными персонажами, и заданий становилось еще больше. А если удавалось завоевать симпатию кого-то из главных героев, можно было впутаться в дела целых фракций. В первом прохождении я потратил почти всё время, бегая по этим побочкам. Потому и провалился. «Все так стараются». Я пришел на старую тренировочную площадку, как и всегда. Растянувшись на сухой земле, я лениво разглядывал небо, размышляя об атмосфере, царившей сейчас в академии. Это можно было назвать жаром. В глазах курсантов вспыхнул огонь решимости, и они с удвоенной силой набросились на учебу и тренировки. Напор был совсем не тот, что раньше. Не то чтобы прежде они ленились — после лекций в тренировочных залах и библиотеках всегда было не протолкнуться. Но в последнее время... точнее, с этой недели, их рвение стало запредельным. «Эффект и правда оказался мощным». Причина была одна. Попробовав на вкус стремительный рост благодаря усилению Благословения в Башне, они вошли в азарт. Впрочем, я их понимал. Ли Ха Юль до вхождения в Башню и Ли Ха Юль нынешний — это два разных существа. И это не было преувеличением. Эффективность Благословения роста, проявленная в Башне, поражала. Дело не только в сухих характеристиках; в плане мастерства я тоже совершил огромный скачок. Профессор Атра подтвердила это, так что это объективный факт. Если проводить прямое сравнение, то Эйдена времен нашей дуэли я бы сейчас раздавил одним ударом. Конечно, Эйден тоже не стоял на месте и рос... но это так, к слову. Мои результаты в Башне тоже говорили сами за себя. Баллы за выбивание других курсантов, баллы за уничтожение монстров внутри и прочее, прочее. Когда все очки подсчитали и огласили результаты, оказалось, что мне удалось войти в первую десятку. Конечно, во многом это было везение. В первый и второй дни среди преследовавших меня курсантов не было ключевых персонажей; перед самым вылетом меня подлечила Элия; а потом я фактически находился под защитой лучшего и второго после него курсантов, благодаря чему не выбыл и не потерял очки. ...Удачи было многовато, но факт остается фактом: рейтинг был высоким. Кажется, общая сумма составила около 1200 баллов? Из них лично я заработал около 900, а еще 300 были распределены между членами группы, включая Пэк Арин. Мне бы уже пора выплатить долю за Яйцо Истока... но проблема в том, что оно еще не вылупилось. Нужно дождаться его пробуждения, оценить стоимость, а уже потом делить. «Пока приберегу свои баллы...» Я прикинул цифры в уме. На всякий случай отложил 300 баллов как долг. Что же я мог сделать с оставшейся тысячей? Я пролистал каталог, присланный администрацией Сиёлама. Чтобы подстегнуть мотивацию, академия начисляла баллы за успехи в учебе, которые можно было обменять на различные награды. «Хм...» Тысяча баллов — это сумма, на которую можно было выменять неплохой артефакт, и еще останется сдача. Если пойти на компромисс, то вместо артефакта можно было набрать приличное снаряжение. Учитывая, как трудно достать стоящий артефакт обычным путем, результат был воодушевляющим. Большинство «скрытых наград», которые я планировал найти во время увольнительных, как раз и были артефактами. Может, стоит обзавестись чем-нибудь перед походом в подземелье?.. Увольнительная. «Ах». Не хочу. Эта мысль возникла внезапно, и я невольно вздохнул. Впрочем, слово «внезапно» тут не совсем уместно. Стоило мне подумать о выходе за пределы академии, как в голове тут же всплывало нежелание куда-либо идти. Ожерелье откровения. Артефакт, позволяющий обойти Проклятие безмолвия. В моей нынешней ситуации это необходимая вещь. Правильно будет пойти и забрать его. Очевидно, но... «Мне страшно». Я не мог отделаться от этого чувства. В оригинале Ожерелье откровения — это артефакт, который добывается в подземелье. Подземелье. Место, полное опасностей. Мои навыки растут не по дням, а по часам. Я попытался оценить свой уровень. В Башне Роста я вполне успешно схлестывался с топовыми курсантами и даже давал им отпор. Ну и что с того? Это место — Колыбель. Учебное заведение, созданное для того, чтобы еще не окрепшие ростки могли расти в безопасности. Всё, через что я здесь прошел, не было настоящим боем. Во время данж-практики были защитные механизмы, подготовленные Вице-ректором, и всё равно я весь поход дрожал от страха. В Башне боль ощущалась лишь частично. По сути, это было нечто вроде виртуальной реальности, где ты не умираешь по-настоящему. «......» Между прежним мной из моего мира и нынешним — колоссальная пропасть. Без преувеличения, от одного моего щелбана у прежнего меня голова бы лопнула. Но я всё равно оставался собой. Окружающие смотрят на меня как на кого-то выдающегося, превозносят, но трусливая натура, засевшая в самом нутре, никуда не делась. Характеристики тела изменились, но гнилой дух менять наотрез отказывался. Тело стало другим, а душа осталась прежней. Если вспомнить основной сюжет... что станет с этим миром? Погибнет ли он? В первом прохождении людей не истребили под корень, но наступили времена, сравнимые с эпохой тьмы. «Ха-а...» Никакого вменяемого плана в голову не шло. Я лежал в центре старой тренировочной площадки и ждал прихода профессора Атры. Кажется, теперь я немного понимал чувства щенка, ждущего хозяина. *** Сверхчеловек удерживает ману в своем теле с помощью органа, называемого ядром. Он поглощает ману извне, из природы, и через каналы проводит её к ядру для накопления. В процессе в ману неизбежно попадают примеси. Хотя мы называем это «природной маной», если разбираться детально, её свойства бесконечно разнообразны. Принимая в себя ману с таким множеством характеристик и делая её своей навсегда, невозможно избежать попадания чего-то лишнего. — У-у-унг... Мана внутри тела пришла в движение. Покидая ядро, она устремилась по каналам, совершая полный круг по всему организму. От кончиков пальцев рук до кончиков пальцев ног — мана посещала каждый уголок, двигаясь без малейшего промедления. Атра, приложившая руку к спине Ли Ха Юля и отслеживающая поток его маны, отчетливо ощущала эти движения. Это был процесс усмирения энергии после дуэли. Тренировка заключалась в том, чтобы упорядочить взбудораженную в бою ману и заполнить пустоты, восстанавливая резерв. Одновременно с этим Атра сама управляла своей энергией. Она пробудила спящую ману и пустила её по своему телу. Это была мера для Ли Ха Юля, который благодаря своей сенсорике мог легко считывать чужие потоки. Движение маны внутри Ли Ха Юля едва заметно изменилось. Увидев, как это делает Атра, он мгновенно подстроил свой способ под её манеру. «Здесь мне не в чем его упрекнуть». Наблюдая за маной, текущей подобно плавному потоку воды, нельзя было не восхититься. В управлении энергией не было ни малейшей заминки. Это было так же естественно, как движение рук или ног. Двигать конечностями никто не учит — человек просто умеет это делать. Контроль маны Ли Ха Юля достиг именно такого уровня. Продолжая его обучать, Атра раз за разом убеждалась: его врожденный талант к мане выходит за рамки обычного. Но еще больше поражала её чистота. Учитывая процесс накопления, в мане любого сверхчеловека неизбежно должны быть примеси. Но мана Ли Ха Юля противоречила здравому смыслу. Она была кристально чистой и первозданной. Такова была сама её природа. И даже по мере накопления эта чистота не исчезала. Именно поэтому, несмотря на не самую высокую пиковую мощность, разрушительная сила его Ганги и магии выходила за всякие рамки. Отсчитав про себя положенное время, Атра убрала руку со спины Ли Ха Юля. — На сегодня всё. — Пфу-у... — Ли Ха Юль шумно выдохнул и потянулся. В его дыхании чувствовалось облегчение. Завершив последние манипуляции с маной, Ха Юль запрокинул голову. Атра, всё еще стоявшая на одном колене, увидела его лицо. Её взгляд скользнул по коже юноши. Мелкие ссадины, оставшиеся после недавней дуэли, затягивались прямо на глазах. «...Быстрая адаптация». Тренировка на восстановление, которую предложила Атра. Если бы не его только начавшее развиваться тело и Благословение роста, этот метод не был бы столь эффективен. Сама Атра тренировалась так без всяких благословений, но большинство сверхлюдей содрогались от одной мысли о подобном подходе. Она планировала постепенно, на протяжении всей учебы в Сиёламе, впечатывать этот навык в его тело, пробуждая природную регенерацию, но тело Ли Ха Юля уже сейчас демонстрировало запредельную скорость исцеления. Это было ненормально. Контроль маны, её невероятная чистота... но источник этой регенерации оставался для неё загадкой. Уникальная способность к исцелению? Нет, не то. Насколько могла судить Атра, это была именно природная способность его физического тела. [Профессор] Его глаза были плотно закрыты, но Атра была уверена, что Ха Юль наблюдает за ней. — Говори. Становилось поздно. Солнце уже скрылось за горизонтом, и небо окрасилось в оранжевые тона заката. Атра поднялась на ноги, отвечая на появившуюся голограмму. [В эти выходные я планирую отправиться в подземелье за пределами академии] — В эти выходные сгоняю в данж~ На мгновение Атра застыла. *** [Система коррекции игрока: Степень освоения] [Квест «Уничтожение монстра 8-го ранга» выполнен] [Квест «Массовое уничтожение монстров 8-го ранга» выполнен] [Квест «Уничтожение монстра 7-го ранга» выполнен] [Квест «Уничтожение альфа-монстра 5-го ранга» выполнен] ... [Квест «Вхождение в Башню Роста» выполнен] ... [Квест «100 баллов обучения в Сиёламе» выполнен] [Квест «200 баллов обучения в Сиёламе» выполнен] [Квест «300 баллов обучения в Сиёламе» выполнен] ... [Квест «Яйцо Истока» выполнен] ... [Накопление остаточных очков...] ---------- Подготовка (3) Для человечества монстры — это великое бедствие. В эпоху хаоса число погибших от их когтей и клыков было неисчислимым, и даже в этот самый момент люди продолжают становиться их жертвами. Сколько бы ни твердили о том, что смутные времена позади и наступила эра мира, тот факт, что монстры опасны, остается неизменным. Стоит лишь одному монстру Четвертого ранга появиться не в Магических землях, а на внутренних территориях, как всё вокруг превратится в руины. О каком «преодолении» может идти речь? Просто в последнее время стало слишком много тех, кто пребывает в опасном заблуждении. Монстры опасны и сейчас. И речь не только о существах высоких рангов, таких как Четвертый или Третий ранг, — даже обычные низкоранговые твари представляют угрозу. Что уж говорить об опасности данжей, которые извергают этих монстров. Даже последняя дворняга мнит себя хозяином в собственной конуре, а монстр, за спиной которого стоит данж, опасен вдвойне — и это еще мягко сказано. Монстры и породившие их данжи смертоносны. Смерть человека в данже — дело обыденное. «...» Атра коснулась своего застывшего лица и опустила взгляд. В наступившей тишине она увидела Ли Ха Юля. Тот весь сжался, явно решив, что сделал что-то не так. Он выглядел настолько подавленным, хотя ни в чем не был виноват, что на него было больно смотреть. Словно щенок, промокший под дождем и заискивающе заглядывающий в глаза хозяину. Она открыла рот, чтобы развеять его заблуждение, но слова не шли. Она просто не знала, что сказать. Профессия, чей имидж Ассоциация десятилетиями лакировала и выправляла, неразрывно связана с монстрами. А значит, она всегда сопряжена с запредельным риском. Быть героем — значит обречь себя на короткий век, ведь смерть может настигнуть в любой миг. Те, кто еще вчера самонадеянно расправлял плечи, гордясь своей силой, на следующий день исчезали, не оставив после себя даже тела. В Магических землях это случается постоянно, но и в обычных данжах на внутренних территориях — не редкость. Если от тебя остаются хотя бы фрагменты, как это было с её учеником, — это уже результат выше среднего. — На... выходных, значит? Атра глубоко вздохнула и, потерев лицо рукой, прикинула дату. Сейчас пятая неделя обучения в Сиёламе... то есть первая неделя апреля. «Хм». Внутри нее родился горький смешок. Надо же было такому случиться — дата почти совпала с годовщиной смерти. Какая ирония. — ...Ты получил разрешение на выход за пределы академии? В Сиёламе выход курсантов за территорию школы ограничен, если на то нет официального распоряжения администрации. Кроме того, из соображений безопасности курсантов, вход посторонних лиц также строго контролируется. Впрочем, условия для выхода самих курсантов на удивление мягкие, поэтому каждые выходные многие из них покидают академию. [Да, я получил разрешение.] Когда Атра, справившись с эмоциями, задала вопрос, Ли Ха Юль, до этого сидевший как на иголках, поспешно ответил. Услышав это, Атра прикусила губу. Сиёлам дал добро. Значит, у Атры нет причин его удерживать... нет причин... «...А есть ли у меня вообще право его удерживать?» Внезапно вспыхнувшая мысль на мгновение ввела её в ступор. Как бы то ни было, Ли Ха Юль решил взвалить на себя бремя героя. А суть этой профессии — уничтожение монстров. Герои боевого профиля убивают монстров. Те, кто специализируется на поддержке, помогают тем, кто убивает. Если же и поддержка не по силам, они разрабатывают технологии и создают снаряжение, необходимое для уничтожения монстров. Для Ли Ха Юля, выбравшего боевую стезю, посещение данжей — дело естественное, и у нее не было причин препятствовать этому. Напротив, попытка остановить его выглядела бы нелепо. Стремление того, кто хочет стать героем, посещать данжи — не то, чему стоит противиться. По этой же причине она не остановила «того человека» тогда, о чем позже горько жалела. И сейчас... у нее тоже не было причин для запрета. Атра долго молчала. Спустя время, после мучительных колебаний, она разомкнула плотно сжатые губы. Её голос прозвучал непривычно тихо и осторожно. — ...Хорошо. Удачи. Это был почти такой же ответ, как и тогда. *** «...Я где-то ошибся?» Я наблюдал за уходящей профессором Атрой. Её походка была какой-то странной... тяжелой, лишенной привычной силы. Она удалялась, пока окончательно не вышла за пределы радиуса моего пространственного восприятия. В старом тренировочном зале я остался один. Я замер, бессмысленно шевеля губами, а затем тяжело вздохнул. Стоило коснуться шеи, как пот, успевший подсохнуть во время отдыха, проступил вновь. Точнее, это был холодный пот. Обмахиваясь ладонью, я прокручивал в голове недавнюю сцену. Когда занятие закончилось и разбор ошибок был завершен, я сообщил профессору Атре, что на выходных меня не будет в академии. И добавил, что планирую заглянуть в данж. Разрешение от Сиёлама я уже получил. Отправил запрос пару дней назад, и ответ с подтверждением пришел буквально через несколько минут. Поскольку на выходных мы с профессором Атрой всё равно не должны были видеться, я мог бы уйти и не предупреждая, но, так как она мой профильный преподаватель, я решил поставить её в известность. «Что это было?..» Поведение профессора Атры только что явно выбивалось из нормы. Стоило мне упомянуть о планах на данж, как её лицо словно заледенело. В тот миг у меня перехватило дыхание. Это было лицо взрослого человека, охваченного эмоциями, бесконечно далекими от одобрения. Я как-то сдержался, но её вид был настолько пугающим, что у меня мелко задрожали кончики пальцев. К счастью, вскоре она взяла себя в руки, но странные признаки — то, как она кусала губы или как бегал её взгляд — остались. «Данж?» На сам факт моего ухода она почти не отреагировала, но слово «данж» стало триггером. Так было и раньше. Профессор Атра всегда выказывала к теме данжей какое-то особое отвращение. И при этом её познания о них были феноменальными. Странное противоречие. Я мог лишь предполагать, что она так сильно ненавидит данжи, что приложила все силы, чтобы научиться их преодолевать. Но сегодняшняя реакция заставляла усомниться в этой простой логике. Профессор Лиана тоже говорила об этом. Мол, характер у Атры нелюдимый и скверный. Но мало ли на свете людей с тяжелым характером? Лиана намекала, что у Атры на то есть свои веские причины. И это похоже на правду. В конце концов, профессор Атра тоже человек, и у нее наверняка есть своя история. Какое-то прошлое, из-за которого она испытывает к данжам такую неприязнь. Топ Я резко остановился. У каждого есть свои обстоятельства. В этом мире не всё делится на черное и белое. То, что в момент выбора кажется правильным, в итоге может обернуться катастрофой, и наоборот. У каждого свои причины. У каждого своя история. Но если так... Были ли причины у моих родителей? Была ли у них веская причина обращаться со мной подобным образом? Было ли нечто такое... что заставляло их так поступать? «Черт». Об этом не хотелось даже думать. Стиснув зубы, я заставил свои ноги двигаться дальше. Нужно было готовиться к выходу. . . . Разумеется, Сиёлам предоставляет своим курсантам множество привилегий. Если начать изучать устав, список наград окажется бесконечным, но главная ценность — это баллы, начисляемые за успеваемость. За посещение занятий и прохождение различных испытаний курсанты получают баллы. Примером тому служат Данж-практика, промежуточные тесты во время лекций, практические зачеты и баллы, полученные за недавнее вхождение в Башню. Эти баллы — не только подтверждение успеваемости, но и валюта для получения весьма ценных наград. «1000 баллов, значит...» За Башню Роста я получил 1300 баллов, 300 из которых отложил на оплату Яйца Истока. Были еще баллы за Данж-практику и другие тесты, но их количество не шло ни в какое сравнение с тем, что дала Башня. Сейчас вечер пятницы. Профильные лекции закончились, и я мог бы сразу отправиться к терминалу врат, но сначала решил обменять баллы на один артефакт. В оригинальном романе грамотное использование этих баллов было ключом к успеху. Поскольку Сиёлам — это учебное заведение, где собрались Владыка Башни Роста и сверхлюди мирового уровня, ассортимент наград в каталоге поражал воображение. Там встречались артефакты, не уступающие по ценности скрытым частям пазла — «хидденписам». Конечно, каждый такой предмет различается по рангу и практичности, а цены в каталоге варьируются в огромном диапазоне. Артефактов, которые можно было бы заполучить за столь короткий срок, было не так много. Однако отправляться в одиночку по внешним данжам было откровенно боязно. Плевать на долгосрочные перспективы — если я сейчас погибну, всё закончится. Поэтому я решил взять то, что усилит меня здесь и сейчас. Сверившись со знаниями оригинала и пролистав каталог, я сделал выбор. Артефакт среднего-высшего ранга — «Небесное оперение». Этот артефакт, созданный из легкой полупрозрачной ткани, обладает свойством, при котором его защитная мощь напрямую зависит от чистоты вливаемой в него маны. Идеальный выбор для меня, учитывая, как часто окружающие хвалят чистоту моей маны. Кроме того, артефакт обладает функцией самовосстановления за счет маны, а при достижении Продвинутого уровня открывается функция дистанционного управления, позволяющая манипулировать тканью отдельно от владельца. Если судить только по функционалу, его можно было бы отнести к высшему рангу, но поддерживать высокую чистоту маны — задача не из легких. Именно из-за этого специфического условия эксплуатации ранг артефакта был несколько занижен. Для обычного пользователя он демонстрировал лишь средние показатели. Но в моих руках, при моей чистоте маны, он должен показать выдающиеся результаты. Полный ожиданий, я направился к главному административному корпусу, расположенному неподалеку от центральной площади. Выдача артефактов и другие важные административные вопросы решаются именно там. Добравшись до места быстрым шагом, я почти сразу столкнулся с человеком, который словно ждал меня. — Давно не виделись, курсант Ли Ха Юль. Я Вице-ректор, Венус Литера, отвечаю за выдачу артефактов. Вице-ректор слегка склонила голову в знак приветствия и посмотрела на меня. В её невыразительных фиолетовых глазах отразилось мое лицо. Опешив от неожиданной встречи с такой важной персоной, я поспешно поклонился в ответ. Мы не виделись почти месяц. ---------- Молчание(1) Вице-ректор проводила меня в приёмную Центрального административного корпуса. Приёмная выглядела вполне обычно. Здесь соблюдались все необходимые формальности, однако обои и мебель были подобраны так, чтобы создавать общую атмосферу уюта. — Это чай, заваренный на листьях монарха. [Благодарю] Пока я осматривался, войдя в комнату, Вице-ректор жестом пригласила меня к дивану. Более того, она сама разлила чай, воспользовавшись приготовленным чайным сервизом. Ощутив мягкость дивана, я взял со стола чашку. Ладонь почувствовала её приятное тепло. Глядя на пар, поднимающийся над чаем, я ощутил, как во мне затеплилась слабая надежда. Разумеется, я понимал, что ничего не выйдет, но не мог заставить себя не надеяться. Я осторожно поднял чашку, боясь пролить хоть каплю, и поднёс её к губам. Прежде чем сделать глоток, я осторожно вдохнул аромат. ... Проверив температуру, я слегка наклонил чашку. Тёплая жидкость наполнила рот. ...На самом деле я и не ждал чуда. Проклятие никуда не делось, так с чего бы мне что-то почувствовать? Смирившись с тем, что пью обычную тёплую воду, я сделал ещё несколько глотков. Вице-ректор тоже отпила из своей чашки. Спустя некоторое время Вице-ректор, терпеливо ждавшая, пока я закончу с чаем, наконец заговорила. — Выдача и хранение столь ценных наград, как артефакты, в целях безопасности возложены на меня. Именно поэтому я пригласила вас, курсант Ли Ха Юль. Это было краткое пояснение текущей ситуации. Видимо, она заметила моё недоумение: почему вице-ректор лично занимается такими делами? Получать артефакты, заработанные за баллы обучения, нужно лично, хотя подать заявку можно и на сайте. Я сделал это несколько дней назад и теперь пришёл за наградой. — Название артефакта, который вы выбрали, — «Небесное оперение», также известное как «Одеяние небожителя». Ранг — выше среднего. Всё верно? Информация совпадает с той, что вы получили ранее? Я кивнул. — В таком случае, вы согласны на получение артефакта? «Да, согласен». Вице-ректор кивнула и сухо щёлкнула пальцами. Её мана в тот же миг пришла в движение, расходясь тяжёлыми волнами. Ву-у-у-ум! «?» Моё «пространственное восприятие» дрогнуло. Навык, который я сжал до границ приёмной, среагировал на редкость бурно. По сознанию прокатился мощный гул, словно моё восприятие натолкнулось на яростное сопротивление. От неожиданности я вздрогнул и выпрямился в кресле. — Хм. Вице-ректор, внимательно следившая за моей реакцией, удовлетворённо кивнула. Похоже, она ожидала именно такого эффекта. — Позволите ли вы мне войти? «Войти? Позволить?» Странная просьба. Разве здесь есть что-то, куда я должен её впускать? В этот момент мое внимание внезапно переключилось на пространственное восприятие, которое резко заволновалось. Мана, пульсирующая в теле Вице-ректора, и уникальная способность пространственного типа, которой она, несомненно, обладала… Пространственное восприятие отчетливо фиксировало мощное сопротивление, исходящее откуда-то с одной стороны. «Хм…» Раньше я воспринимал пространственное восприятие лишь как радиус сбора информации. Сузишь его — данных станет меньше, расширишь — их объем возрастет в геометрической прогрессии. Стоит взглянуть на это иначе. Не просто как на зону охвата, а как на своего рода личную область… территорию. Ощущая смутную догадку, я осторожно подстроил пространственное восприятие. Речь шла не об увеличении радиуса. И не о смене типа или фильтрации поступающих данных. Это было похоже на то, как если бы я рывком, настежь, распахнул двери в том месте, где ощущалась настойчивая пульсация, похожая на стук. — Щелк. Вице-ректор, не сводившая с меня глаз, снова щелкнула пальцами. В тот же миг через разомкнувшееся пространственное восприятие хлынуло нечто чужеродное. Пространство было искусственно разорвано. Сквозь эту брешь я почувствовал иное место — далекое, незнакомое, находящееся явно за пределами моей нынешней досягаемости. — З-з-зит! По голове словно прошел электрический разряд. Острое, до головокружения, ощущение навсегда впечаталось в память. «Телепортация». Способность Вице-ректора. Теперь я отчетливо ощущал ее через свое пространственное восприятие. Сквозь прореху в пространстве нечто скользнуло наружу. Это была лазурная ткань — полупрозрачная, почти невесомая. Она колыхалась так легко, словно могла улететь от самого слабого вздоха. Небесное оперение. Кажется, его еще называли Небесным Одеянием. «О-о...» Едва завидев лазурную материю, мягко опустившуюся на руки вице-ректора, я почувствовал, как внутри всколыхнулось предвкушение. Если бы я не сдерживался, то наверняка подскочил бы на месте от нетерпения. Вице-ректор бегло осмотрела артефакт, оценивая его состояние, и удовлетворенно кивнула. Затем она протянула руки ко мне. Я подался вперед и принял дар. «Ого...» Какая мягкость. Даже сквозь одежду я чувствовал эту невероятную нежность. Наверное, такие ощущения испытываешь, когда касаешься шелка, с любовью и тщанием сотканного великим мастером. Меня переполнили чувства. Это мой первый настоящий артефакт. Да, я уже заполучил скрытый предмет — Яйцо Истока, но оно еще не пробудилось. К тому же, оно больше напоминало лотерейный билет, чем реальную вещь. А вот с Небесным оперением все было иначе: сейчас я по-настоящему осознал, что обрел сокровище. Поглаживая нежную ткань, я осторожно влил в нее ману. — Вум-м! Небесное оперение отозвалось дрожью. Полупрозрачная ткань на мгновение вспыхнула густой синевой, а затем снова стала почти прозрачной. И так раз за разом. Артефакт напоминал щенка, который в восторге уплетает первосортный корм. Он постепенно пропитывался моей силой. Вскоре я ощутил нечто необычное. Трудно было подобрать слова, но, пожалуй, это можно было назвать чувством единства. «Получилось». Я привел ману в движение, направляя ее поток в «Небесное оперение». Артефакт дрогнул и, подобно струящейся воде, скользнул вверх по руке. Добравшись до плеча, «Небесное оперение» широко расправилось и мягко опустилось за спину, приняв вид плаща. Оно двигалось и меняло форму, повинуясь моим мыслям — функции трансформации и дистанционного управления в действии. «Ого». Удивительное чувство. Ощущение было странным, будто у меня появилась еще одна рука, пока еще неловкая и непривычная. — Выдача артефакта завершена. Искренне надеюсь, что он поможет вам оставить свой след в истории как истинному герою. [Благодарю.] Пока я пробовал шевелить краем «Небесного оперения», вице-ректор, наблюдавшая за мной, произнесла дежурные поздравления. На этом формальности были закончены. На душе стало немного спокойнее. Помимо дистанционного управления и смены формы, у артефакта были и защитные функции, так что моя безопасность теперь была подкреплена. К тому же, раз уж он питался моей маной, отличавшейся высокой чистотой, стоило проверить, какой синергии удастся добиться. Остальное испытаю по дороге. Делать здесь мне больше было нечего. Когда он поклонился, выражая признательность за труды, Вице-ректор протянула ему руку. Присмотревшись, Ли Ха Юль увидел магический артефакт, напоминающий браслет, который он получил во время данж-практики. — Это магический артефакт с функцией сокрытия личности. «Что это?» — только и успел подумать он, как последовало объяснение. — Внимание, прикованное к курсанту Ли Ха Юлю, гораздо масштабнее, чем вы можете себе представить. Настоятельно рекомендую всегда брать его с собой, чтобы избежать неприятностей. «Ага». Он и сам собирался подготовить нечто подобное перед выходом, но Вице-ректор позаботилась об этом первой. Еще раз поклонившись в знак благодарности, Ха Юль покинул приемную. В приемной воцарилась безмятежная тишина. Привычное безмолвие — атмосфера, к которой она давно привыкла. Вице-ректор Сиёлама, Венус, сделала глоток оставшегося чая. Благодаря магии напиток сохранял приятное тепло; он согревал, разливаясь во рту тонким ароматом — особым запахом, помогающим сосредоточиться. При этом она вспоминала Ли Ха Юля, который только что ушел, вежливо поклонившись на прощание. Получив артефакт, он едва сдерживал довольную ухмылку, возясь с ним так увлеченно, словно ребенок, получивший новую игрушку. А затем поспешил прочь. Должно быть, направился прямиком к терминалу врат. «Хм...» Венус была из тех, кто не одобрял деятельность Ли Ха Юля за пределами Колыбели. Сейчас Ли Ха Юль слаб. И дело даже не в его потенциале — просто таков он на данный момент. В его способностях сомневаться не приходилось. Он — тот, кого пятеро Владык Башен искали со всем усердием. Дай ему время, и он непременно достигнет уровня Первопроходца, а может, и превзойдет его. Однако сейчас он еще далек от этого. Ему нужно время. Место, где его жизнь будет защищена от вражеских угроз, где он сможет посвятить себя самосовершенствованию и обрести покой для души и разума. И это место — Сиёлам. Колыбель, созданная с единственной целью: оберегать одного-единственного человека. По мнению Венус, выпускать Ли Ха Юля во внешний мир сейчас было крайне неразумно. А отправлять его без малейшего сопровождения — и вовсе за гранью понимания. — ...... Впрочем, её мысли сейчас не имели значения. Венус поставила чашку и щелкнула пальцами. Щелк. Солнечный свет, заливавший гостиную, вмиг погас. Окна, сквозь которые он проникал, исчезли. Пропал и стол. Всё вокруг изменилось в одно мгновение. Лишь Венус оставалась прежней. Телепортация. Навык, развившийся из её уникальной способности. Не теряя самообладания, Венус поднялась. Под ней уже был не роскошный диван, а деревянное кресло, которое со скрипом качнулось. Венус украдкой огляделась. Вокруг царил непроглядный мрак, в который не мог просочиться ни один солнечный луч. Здесь властвовала тишина. Но это безмолвие разительно отличалось от того, что обычно окутывало гостиную. Тишина в гостиной была частью привычного уклада, чем-то знакомым и умиротворяющим. Она дарила покой. Здесь же всё было иначе. Это безмолвие не вписывалось в рамки повседневности. Оно не было привычным — оно казалось пугающим и противоестественным. Венус двинулась вперед. С каждым её шагом пространство вокруг содрогалось. Тьма заполнила всё вокруг, стирая границы между верхом и низом, так что невооруженным глазом невозможно было определить, существуют ли здесь вообще пол и потолок. И всё же она точно знала, куда ей нужно идти. Путь был недолог. Остановившись посреди пустоты, Венус на мгновение прикрыла глаза, а затем вновь разомкнула веки. Её полуприкрытые фиалковые глаза устремились в одну точку. И тогда её взор вспыхнул. В глубине тускло-пурпурных зрачков начали проступать бесчисленные созвездия, вспыхивая и гася в бесконечном цикле. Глаза Венус читали узоры светил. В этом месте, лишенном ночного неба, она видела в звездах осколки будущего. Там была крохотная звезда. Звезда, которой суждено было сиять ярче всех остальных. И к ней, предвещая неминуемую беду, уже приближалось зловещее светило. По сравнению с истинной угрозой будущего это был лишь пустяк, но для нынешней «звезды» опасность была более чем реальной. Сумеет ли Ли Ха Юль одолеть Зловещую звезду? Потенциал в будущем и нынешние силы — вещи совершенно разные. Стоит ли пускать всё на самотёк? К тому же он мог бы спокойно расти, просто оставаясь в стенах Колыбели. Правильно ли позволять ему самому бросаться навстречу Испытанию? — Курсант Ли Ха Юль получил артефакт и покинул территорию. Вы не собираетесь его остановить? Ответа не последовало. — Если не хотите останавливать, то, может, стоит хотя бы отправить с ним охрану? Это поможет избежать худшего исхода. Снова тишина. Но Венус не выказала удивления. Напротив, она продолжила говорить так, словно подобная реакция была в порядке вещей. Венус — доверенное лицо Ректора, которая никогда не появляется на публике. Должность Вице-ректора обязывает выражать волю Ректора, а не свою собственную. Значение имело лишь то, чего желал Ректор, а не его заместитель. Однако Ректор, обречённый на безмолвие из-за проклятия, не мог поведать о своих намерениях. И потому Венус раз за разом задавала здесь вопросы, на которые никогда не получала прямого ответа. Ей оставалось лишь действовать, опираясь на крупицы полученных сведений и пытаясь угадать потаённые мысли своего господина. Ответа так и не было. Венус погрузилась в раздумья. Лично она была не в восторге от того, что Ли Ха Юль покинул академию, но всё же позволила этому случиться. Она не стала отправлять охрану — на то была воля, которую Ректор с трудом, но сумел донести до неё ранее. Однако теперь, когда она прочитала знаки созвездий и с помощью Сенсорики ощутила присутствие зловещей звезды, её одолели сомнения. Её долг заключался в том, чтобы предугадывать намерения Ректора, но после увиденного дурного знамения она потеряла способность здраво судить о ситуации. И в этот миг… — Не… вмешиваться. Тихий, едва различимый голос прорезал пространство. Если бы не абсолютная, мертвая тишина, этот звук остался бы незамеченным. — На… блюдать. Но в то же время в этом голосе чувствовалось столь сокрушительное величие, что, будь здесь хоть тысяча кричащих людей, его услышал бы каждый. Слабый, но властный. От этого парадоксального ощущения Венус, чьи веки обычно были сонно прикрыты, широко распахнула глаза. Ректор на мгновение прервал свое молчание. И это не было туманным проявлением воли — он выразил свое намерение предельно ясно, облекши его в слова. Он сделал это, невзирая на мучительную отдачу проклятия. — Да… я поняла. Справившись с замешательством, Венус склонила голову в сторону, откуда донесся голос. Это была воля, ради которой Ректор согласился вытерпеть удар отдачи. Следовало отбросить собственные суждения и просто подчиниться его слову. ---------- Птенец, покидающий Колыбель (1) Под внешней угрозой, нависшей над человечеством, ныне подразумевают монстров. Нельзя сказать, что междоусобные войны среди людей прекратились. Напротив, их и сейчас предостаточно, однако мир больше не сходит с ума, устраивая побоища глобального масштаба, как это бывало до Великого Катаклизма. Причина проста: на это нет времени. Даже в нынешнюю эпоху, которую принято называть мирной, ситуация остается прежней. Кое-где до сих пор звучат хвалебные речи о том, что темные времена и эпоха хаоса миновали, уступив место процветанию. И для этого есть все основания. Если сравнивать с периодом смуты, бушевавшим около сорока лет назад, разница между нынешним днем и прошлым — как между раем и адом. Смерть человека от когтей монстра по-прежнему считается делом обыденным. Однако случаи, когда за одну ночь орды чудовищ вырезали тысячи людей, стали редкостью. Появление подземелий и их разрушение всё еще представляют опасность. Но теперь крайне редко случается так, чтобы десятки данжей детонировали один за другим, превращая всё вокруг в руины и изрыгая легионы монстров. Я не видел в новостях сообщений о том, что какой-то высокоранговый монстр разбушевался и стер с лица земли целый город. Говорят, в прошлом такие известия были делом привычным. Поэтому нет ничего странного в том, что люди верят в наступивший мир. И в установлении этого самого мира Сиёлам сыграл ключевую роль. Для тех же смутьянов, что жаждали погрузить мир в хаос, Сиёлам оставался одной из самых досадных помех. С момента основания Сиёлама прошло уже более ста лет. Разумеется, за это время предпринималось бесчисленное множество попыток его сокрушить. Насколько я помню из сюжета оригинала, были и вторжения огромных армий монстров, и козни отступников, почти достигших ранга Первопроходца. Но ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Без единого исключения — все угрозы были отражены. Уровень защиты Сиёлама славится на весь мир. В одиннадцатом цикле даже Алмазный воин, чьи характеристики выходили за рамки всяких стандартов, с огромным трудом смог пробиться внутрь. Он был на волосок от провала. Защита была настолько мощной, что ему пришлось бежать, едва разрушив половину укреплений. Если задуматься, именно эта надежность стала одной из главных причин, по которой я решился переступить порог Колыбели. В тот первый день, когда всё вокруг казалось бесконечным хаосом... Я верил, что здесь буду в безопасности. Верил, что смогу вырасти над собой и, что немаловажно, выиграю время, чтобы просто подумать. «Колыбель...» Я шел к Терминалу врат, чтобы отправиться в увольнение. По сути, это были мои первые шаги за пределы Колыбели, пусть и временные. Поглаживая края Небесного оперения, я ощутил странный трепет. Название «Сиёлам» вызывало во мне особый отклик. Колыбель. Устройство, созданное для того, чтобы баюкать младенца, развлекать его или укладывать спать. Это вещь для детей. В ней нет острых углов или иных опасностей. Напротив, она служит оградой, защищающей ребенка от внешних угроз. Значит ли это, что сейчас я — младенец, который на собственных руках и ногах выползает из люльки? Метафора показалась мне довольно жалкой. Было немного неловко признавать себя младенцем, но, если сравнивать с истинно сильными мира сего, это определение вполне соответствовало действительности. Та же профессор Атра скрутила бы меня так же легко, как капризного ребенка. «Цель намечена». В Сиёламе я определенно был в безопасности. Кроме того, я рос настолько быстро, насколько это вообще возможно в реальности, и получил необходимую передышку. «Я сниму это проклятие». Жить так дальше просто невозможно. Смерть рано или поздно настигнет каждого... ну, почти... За исключением редких случаев бессмертия, все люди в конечном итоге умирают, и с этим ничего не поделать. Но я не хотел доживать свой век, будучи столь ограниченным в радостях жизни. Поэтому я копил силы, чтобы снять проклятие, и теперь временно покидаю Колыбель в поисках способа обойти Проклятие безмолвия. «Не слишком ли я тороплюсь?» Прошел всего месяц. Пусть я прожил не так уж долго, этого времени явно недостаточно, чтобы подготовиться к чему-то по-настоящему серьезному. Может, стоило подождать еще немного? Через пару месяцев я стал бы гораздо сильнее... Иногда меня посещало чувство излишней спешки. Было ли это вызвано тем, что из-за проклятия короткой жизни я не знал, сколько мне осталось? Я не осознавал этого до конца, но, похоже, были и другие причины. Прежде чем поток мыслей иссяк, мое пространственное восприятие зафиксировало конструкции Терминала врат. «Тьфу...» Тут же нахлынуло напряжение. Капля холодного пота скатилась по затылку. Я всё еще не мог забыть тот случай в Терминале. Тот день, когда я попытался прощупать врата своим неокрепшим пространственным восприятием и ощутил отчетливую угрозу: еще мгновение — и моя голова просто взорвется. «Тогда это было...» Повторится ли это сейчас? Раньше я бы, не раздумывая, отключил пространственное восприятие и ориентировался только по слуху и осязанию. Я не хотел играть со своей жизнью. Тем более что навык развился, а значит, и риск умереть мог возрасти. Но в последнее время мои взгляды изменились. Пространственное восприятие было той уникальной способностью, которую я использовал чаще всего и к которой привык больше всего. Соответственно, росло и мое понимание этого навыка. «Фу-ух...» Тяжело вздохнув, я отогнал лишние мысли и двинулся вперед. Небесное оперение, обычно напоминавшее плащ, сменило форму, став похожим на обычное пальто. В сферу моего восприятия попало пространство вокруг Терминала врат. Я миновал его. Показались залы ожидания и прочие помещения, где было немноголюдно. Я прошел и их. Пространственное восприятие я не отключал. Шаг за шагом я приближался к цели. И вот, в поле зрения возник лазурный вихрь. «......» Пространство колебалось. Это был бушующий поток, который закручивался к центру и одновременно с силой выбрасывался к краям. Ощущение было похоже на вход в подземелье, но с заметными отличиями. Кроме того, это напоминало телепортацию вице-ректора, которую я почувствовал совсем недавно, но и здесь была разница. Если вице-ректор словно проделывала в пространстве крохотную лазейку, достигала цели и тут же «зашивала» ее, то врата походили на огромную дыру, зафиксированную в одном положении. Методы разные, но результат один — соединение двух разных точек пространства. Однако важным было не это. Сделав глубокий вдох, я собрался с духом. Благодаря пониманию пространственного восприятия, сейчас я, возможно, смогу хоть немного осознать происходящее. Я позволил себе принять информацию, которую раньше старательно отторгал. Я сосредоточился на данных о «пустоте» — зазоре между пространствами. ... ...И ничего особенного не произошло. «?» Слегка склонив голову набок, я продолжил использовать навык. Я чувствовал пустоту. Между одним пространством и другим существовал зазор, который казался чем-то аномальным, и он был до краев наполнен маной. Эта мана отличалась от обычной. Ее концентрация была настолько высока, что могла сравниться с маной внутри Башни, и при этом она была поразительно чистой, почти первозданной. Больше ничего необычного я не почувствовал. Мозг не взрывался от перегрузки. Я не ощутил ничего запредельного. Просто мана. И больше ничего. «И это всё?» Результат оказался на удивление будничным по сравнению с тем, к чему я готовился. Некоторое время я тупо всматривался в пустоту, но, поняв, что просто теряю время, направился к стойке регистрации. — Личность подтверждена... Пункт назначения: Терминал врат Эдинбурга. Желаете внести какие-либо изменения? [Нет, всё верно.] Процедура была простой. Поскольку я подал заявку заранее, мне оставалось лишь пройти короткую аутентификацию. Ждать не пришлось. Я сразу направился к пульсирующему вихрю врат. «...Странно». Я снова бросил взгляд на пустоту. Никакой колющей головной боли. Что-то здесь не так... Меня не покидало неприятное предчувствие. Казалось, я что-то упускаю, но никак не мог понять, что именно. Я шагнул в зев врат. Тело окутало головокружительное чувство перемещения сквозь пустоту. Сначала я прибуду в Эдинбург, в Шотландии. Оттуда на поезде отправлюсь на север, попутно проверяя известные мне скрытые возможности. Конечная цель — небольшой северный городок Сифнаха, где спрятано Ожерелье откровения. План был вполне достойным. *** Обычно группы сверхлюдей объединяются в кланы. Различные сверхлюди собираются вместе ради выгоды, безопасности или иных целей, образуя организацию. Клан — это коммерческая структура, преследующая интересы своих членов, и в процессе достижения целей они порой пренебрегают этикой или правилами. Клан «Стражи Северных гор», обосновавшийся в Сифнахе, не был исключением. Они не совершали ужасающих преступлений и не творили явного зла, попирающего человечность. Они всего лишь отложили зачистку одного подземелья 4-го ранга. Внутри оно представляло собой пещеру, а обитавшие там монстры ограничивались стандартным 7-м рангом: Алые гончие и подобные им твари. Никаких ловушек. Простое подземелье, где водились только Алые гончие. Алая гончая — особь без каких-либо выдающихся особенностей. Даже герой низшего класса способен в одиночку истребить целую стаю, а группа во главе с героем среднего ранга зачистила бы такое место без малейшего труда. Причина, по которой клан не уничтожал подземелье, а поддерживал его существование, была проста. Шкуры Алых гончих стоили дорого. Они обладали превосходными теплоизоляционными свойствами, а после обработки становились невероятно приятными на ощупь. К тому же, будучи шкурами монстров, они обеспечивали базовую защиту и при этом легко поддавались выделке. Словом, это был золотой прииск. И уничтожать такой источник дохода никто не собирался. Многие кланы создавали подобные «фермы». Это не было чем-то из ряда вон выходящим. Вполне обычная практика. Но почему же всё обернулось именно так? — Хруст! Хрясь! — А-а-а-а-а!.. Джерард Макрей, герой низшего ранга, катался по земле, зажимая пустой рукав. Острая боль была ничем по сравнению с леденящим чувством утраты, лишавшим рассудка. В пещере эхом отозвался жуткий звук, от которого кровь стыла в жилах. Джерард с трудом приоткрыл дрожащие веки и посмотрел в сторону шума. Объективно говоря, клан «Стражи Северных гор» не был слабым. Численность и ранги участников были вполне достойными. Единственным недостатком было отсутствие лидера экстра-класса, но бойцов среднего и выше рангов хватало. Управлять таким подземельем для них должно было быть плевым делом. Герой среднего ранга — это уровень, позволяющий попасть в элитный карательный отряд крупного клана, а в кланах поменьше такие люди занимали руководящие посты. — Хруст! Шея Роберта Брэнда, героя среднего ранга, была перекушена мощными челюстями. Его конечности, еще мгновение назад отчаянно бившиеся в агонии, замерли и одеревенели. Даже в полумраке было отчетливо видно, как голова, лишившись опоры, скрылась в огромной пасти. Следом раздался звук пережевывания — тот самый жуткий звук. Из обрубка шеи, словно из водопада, хлынула кровь, заливая пол. — Гр-р-р... От тяжелого дыхания кровавая лужа на миг всколыхнулась. В лапах чудовища, проглотившего голову, безвольно болталось тело Роберта. Монстр поднял лапу. Из перевернутого трупа хлынула кровь, и тварь снова раскрыла пасть, жадно ловя струю. Чудовище лакало человеческую кровь, словно освежающий напиток. Кровь, которую оно не успело поймать, стекала по шерсти, но шкура монстра и без того уже была пропитана густым багрянцем. Когда тварь выпрямилась на двух ногах, стало ясно, что она втрое крупнее взрослого мужчины. Сквозь спутанную рыжую шерсть проглядывала мощная бугристая мускулатура. Обычные Алые гончие передвигаются на четырех лапах. И хотя они крупнее обычных собак, они никогда не достигали таких размеров. И уж точно они не были настолько сильны, чтобы пожирать героев среднего ранга одного за другим. Ассоциация анализирует виды монстров и присваивает им стандартные ранги: от низшего 8-го до высшего 1-го. На основе этой классификации героям и охотникам выдаются рекомендации по зачистке. Однако Ассоциация всегда подчеркивает: не стоит слепо доверять этим цифрам. Это лишь стандарты, а исключения бывают всегда. «Исключние...» Эта тварь была именно таким исключением. Особь, рожденная за пределами возможностей своего вида и подпитываемая самой силой активного подземелья. Пока зрение Джерарда застилала тьма, чудовище сделало шаг в его сторону. Тело в его когтях уже было полностью обескровлено. Дыхание зверя приближалось. Несмотря на угасающее сознание, Джерард кожей чувствовал исходящий от монстра ненасытный голод. Он отчетливо понял, какая участь ждет его останки. — Хвать! — Кх... Огромная лапа сомкнулась на его туловище. Ладонь была настолько велика, что снаружи остались только ступни и лицо Джерарда. Под страшным давлением его тело беспомощно повисло в воздухе. Зловонное дыхание ударило в лицо. Массивная пасть широко распахнулась, обнажая застрявшие между зубами ошметки плоти и осколки костей. «Будьте вы все прокляты...» Нелепый конец. Он знал, что работа героя часто заканчивается плохо, но никогда не думал, что его финал будет таким. Он назывался героем, а в итоге стал просто кормом для монстра. «"Это просто ферма, не волнуйся", говорили они...» Вместе с запоздалым сожалением пришел конец. — Хруст! Верхняя половина туловища Джерарда была проглочена целиком. Смерть была мгновенной — он даже не успел почувствовать боли. ---------- Птенец, покинувший Колыбель (2) В оригинальной игре зона деятельности игрока охватывала всю карту Земли. Персонаж мог отправиться в любую точку мира, стоило ему только пожелать. Разумеется, основным местом действия первой части был Сиёлам. Но это считалось скорее рекомендацией, чем обязательным условием. Система никак не препятствовала попыткам игрока сбежать. Проблема заключалась лишь в том, что если ты решался покинуть Сиёлам, график твоего роста стремительно летел в бездну. В седьмом прохождении я, не сумев подавить любопытство, дезертировал из Сиёлама и в итоге провалился так же с треском, как и в самый первый раз. Развитие шло невыносимо медленно. То ли из-за моей репутации бывшего «особого абитуриента», то ли по другой причине, но мне постоянно приходилось ввязываться в потасовки с какими-то ассасинами. За спиной не было никакой поддерживающей силы, а за моей жизнью охотились те, кого я считал отступниками. Пока я разбирался с ними и залечивал раны, и без того неспешный рост замедлялся еще сильнее. Говорят, чтобы отличить дерьмо от соевой пасты, нужно это попробовать. Чтобы осознать эту простую истину, мне пришлось потратить целое прохождение. Поэтому в первой части я предпочитал смирно сидеть в Сиёламе. Чисто теоретически, чтобы достичь максимально быстрого развития, следовало все четыре года безвылазно провести там, вовсю пользуясь Благословением роста. После выпуска из Сиёлама во второй части игрок уже мог свободно перемещаться по всей карте. К тому времени над миром сгущались тучи, но, так или иначе, путешествия становились возможны. Впрочем, иногда встречались места, куда попасть было нельзя. Точнее говоря, система почти никогда не блокировала локации принудительно. В большинстве случаев персонажу просто не хватало характеристик или он не соответствовал определенным условиям. К примеру, Алмазный воин в прошлых прохождениях смог силой прорваться на Парящий остров, куда вход был закрыт, и в итоге обрушил его. Таким образом, если соответствовать условиям, можно было вывернуть наизнанку практически любую карту. Щелк Я невольно вздрогнул. Раздался едва заметный скрип. Обычный сверхчеловек вряд ли обратил бы на это внимание, но моему уху этот мимолетный диссонанс был отчетливо слышен. Я осторожно огляделся. В сознание хлынула информация о роскошном интерьере поезда. В отличие от привычной планировки, здесь каждое место представляло собой отдельное купе, похожее на маленькую комнату. Для меня это было непривычно дорогое, элитное место. Однако ощущение от подлокотников в руках не казалось чужеродным. Оно напоминало те чувства, что я испытывал в общежитии. Неужели я уже успел привыкнуть к подобной роскоши? Выйдя из Терминала врат Эдинбурга, я сразу сел на поезд, идущий на север. В самом Эдинбурге скрытых предметов из оригинала я не нашел, да и осматривать достопримечательности не планировал, поэтому просто быстро просканировал всё пространственным восприятием и сразу отправился в путь. По местному времени было около четырех часов утра. Солнце еще не показалось. Между Сиёламом, расположенным посреди северной части Тихого океана, и Шотландией была значительная разница во времени. По датам уже прошли сутки, но поскольку время возвращения в Сиёлам рассчитывалось по его внутреннему графику, проблем не возникало. «...Как же просторно». Пейзаж за окном поезда непрерывно менялся. Городские кварталы сменялись бескрайними зелеными лугами. Поезд мчался без остановок, и поток новой информации казался бесконечным. На первый взгляд всё выглядело похожим, но в мелочах всегда крылись различия. Принимая этот поток данных, я снова поймал себя на мысли о том, насколько огромен этот мир. Похожее чувство я испытал, когда впервые вышел за ворота приюта. Разница была лишь в том, что сейчас я не видел неба. Не было ни облаков, ни солнца, ни луны, ни звезд. В тот первый раз мне казалось удивительным, что мир не ограничивается бетонными стенами, и было странно, что сколько бы я ни шел, передо мной не вырастала преграда. А еще я так завидовал тому, что в мире столько людей, и большинство из них выглядели гораздо счастливее меня... Хлысь! Я отвесил себе пощечину прежде, чем успел окончательно погрузиться в ненужную сентиментальность. Резкая боль привела чувства в порядок, прогоняя туман из мыслей. Я в ужасе помотал головой. «Может, мне и правда стоит сходить к психиатру?» Растирая горящую щеку, я почувствовал прилив беспокойства. Мое психическое здоровье явно подавало сигналы бедствия. Конечно, я и раньше не был образцом душевного равновесия. Я знал, что моя менталка хрупка, как стеклянная ваза, но в последнее время всё стало совсем плохо. После того как я начал использовать Адское Пламя, эмоции стали вспыхивать сами собой, а во время ночных тренировок на глаза внезапно могли набежать слезы. «...Это опасно?» Результаты психологического тестирования, которое я проходил вместе с профессором Лианой несколько дней назад, еще не пришли. Глядя на них, я решу, стоит ли выкраивать время на походы к врачам. Сама мысль о психиатрической больнице вызывала отторжение, но это всё же лучше, чем внезапно сойти с ума и полезть в петлю. Для сверхчеловека... точнее, для активно действующего героя, забота о ментальном здоровье была критически важна. Это не обычный человек. Уровень силы здесь совсем иной, и если такой индивид «поедет крышей» и начнет буйствовать, незначительными жертвами дело не обойдется. Если же рассудок помутится окончательно, герой может превратиться в полноценного Злодея. Так что гигиена разума — обязательная добродетель для любого героя. Пока я прикладывал к щеке бутылку с холодной водой, пространственное восприятие подсказало, что природа снова уступила место городу. Я прибыл в первый пункт назначения. *** Моя конечная цель — Сифнаха. Главная задача — добыть Ожерелье откровения, которое можно получить в местном подземелье. Однако тратить целые выходные ради одного лишь ожерелья было бы расточительством. Тем более что по пути к Сифнахе тоже можно было кое-чем поживиться. Я планировал потратить субботу и воскресенье на то, чтобы собрать несколько скрытых предметов, которые здесь было относительно легко достать. Скрытый предмет, артефакт высокого ранга — «Сфера озера». Артефакт в форме лазурной сферы, преобразующий поглощенную ману в энергию воды. Эта энергия обладает свойствами очищения и исцеления, фактически выполняя функцию вечного лекарства. При стратегии одиночного прохождения такие исцеляющие артефакты крайне важны, и «Сфера озера» была настолько эффективна, что я часто искал её даже в поздних прохождениях. Место я помнил точно. В одной из лавок на севере Шотландии её продавали как залежалый товар... — Хрустальный шар? Такие безделушки распродали еще несколько лет назад. Спроса не было, только место занимали, так что я едва сбыл их за бесценок. ...Чего? *** Скрытый предмет, артефакт высокого ранга — «Копье смертельного проклятия». Любимое оружие одного героя, жившего в эпоху хаоса. Оружие, кочевавшее по полям сражений в руках воина, чей разум был опален жаждой мести монстрам, из-за череды случайностей обрело уникальное свойство, граничащее с проклятием. Если это копье наносит рану, в нее проникает зловещая энергия, которая препятствует исцелению и буквально разъедает плоть. При избытке этой энергии возникают смертельные осложнения. Описание жуткое, но для убийства кого-либо эффект потрясающий. Большинство монстров после одного удара или пореза получают необратимый урон. Оно должно было валяться в углу маленького оружейного магазинчика в Шотландии. Из-за проклятия копье утратило былой блеск, и люди не могли распознать его истинную мощь. После девятого прохождения я частенько за ним заглядывал... — А, вот оно что. Лет десять назад здесь и правда была кузница, где торговали оружием. Но дела шли плохо, они распродали остатки и переехали. Э-э... *** ...Скрытый предмет, материал — «Рог бикорна». Останки редкого фантастического существа. Рог пропитан нечестивой аурой, из-за чего его крайне сложно обрабатывать. Но это лишь вопрос мастерства: в руках умелого творца он станет ценнейшим ресурсом. В кузнечном деле я пока полный профан, но по плану у меня есть человек, который может обучить меня этому ремеслу. Если заказать у него, он сделает приличное снаряжение. В крайнем случае, можно просто выгодно продать. Способ получения... — Продам за столько, что скажешь? Для нас это всего лишь украшение, но для ваших дел это наверняка полезный материал, так что цена вполне справедливая. «О». Я уже особо ни на что не надеялся. После двух неудач подряд я и забыть успел, что рог бикорна — это тот тип скрытого предмета, который трудно достать, даже если очень хочется. Я активно закивал и вытащил из кармана банкноты. Несмотря на развитие технологий, на рынках всё еще предпочитали наличные. — Приятно иметь дело. — Кивок С моей стороны чувства были взаимными. Цена, конечно, по моим меркам была кусачей, но по сравнению с оружием, которое можно создать из этого рога, — сущие копейки. Кивнув, я протянул руку. Я схватил характерный иссиня-черный рог и... — У-у-унг?! В тот миг, когда мои пальцы коснулись его, рог бикорна издал вибрирующий звук, похожий на вопль ужаса. Это был предсмертный звон, будто он соприкоснулся с чем-то, к чему прикасаться категорически запрещено. Я почувствовал то же самое. Сдерживая странную тошноту, я попытался удержать его, но нечто фундаментальное внутри меня отвергало этот рог. Моя энергия и аура рога столкнулись несколько раз. Рог мелко задрожал, а затем в мгновение ока рассыпался в пыль, которая веером просыпалась сквозь пальцы. — ...... — ...... Черная пыль, скопившаяся в ладонях продавца, медленно разлеталась под порывами ветра. Воцарилась неловкая тишина. Брови продавца дернулись. Он потер остатки пыли на ладони и нерешительно произнес: — ...С товаром всё было в порядке. Да блин. Значит, проблема во мне? Голова нестерпимо разболелась. Как же я ненавижу этот мир... *** [«Проклятие хрупкой красоты» притягивает злой рок, принося с собой несчастье] [«Проклятие хрупкой красоты» поглощает жизненную силу] ---------- Птенец, покинувший Колыбель (3) Само собой, прежде чем ступить на шотландскую землю, я продумал план. Даже для простой прогулки люди составляют маршрут, а в такой важной поездке любая осечка обернулась бы пустой тратой времени. Я покинул Сиёлам в пятницу вечером, так что в моем распоряжении было примерно двое суток и шесть часов. Если дела пойдут гладко, вернусь в воскресенье вечером; если времени будет в обрез — задержусь до рассвета понедельника. План был прост: переместиться через врата в Эдинбург, а оттуда на поезде добраться до Шихаллиона. Однако выяснилось, что прямого сообщения между Эдинбургом и Шихаллионом нет. Шихаллион находится в довольно глухом месте со сложным рельефом, поэтому пришлось ехать с несколькими пересадками. Впрочем, это не пугало. Напротив, я рассчитывал собрать по пути несколько «скрытых наград», так что пересадки входили в мои расчеты. И вот, сменив несколько поездов и усердно обыскав все приметные места из памяти... Я с треском провалился. «Проклятье». Добравшись до Шихаллиона, я кое-как снял жилье. Бродить по чужим краям было непривычно, но благодаря пространственному восприятию это не доставляло хлопот. Стоило лишь охватить местность внутренним взором, как нужные маршруты и гостиницы сами всплывали в голове. Закончив с формальностями, я сидел в столовой на первом этаже и уныло хлебал суп. В это время в голове сами собой защелкали невидимые счеты. Прибыль — ноль, убытки — колоссальные. Цифры давили на плечи. Не в силах поднять глаз, я уткнулся лбом в стол. Холодная поверхность неприятно холодила щеку. «Ы-ы-ы...» Внутри все выло от досады. Я изо всех сил сдерживался, чтобы не заскулить вслух, и сглатывал горькие слезы. Прибыль... Из шести скрытых наград, которые я проверил, удалось найти лишь одну. Но и та стоило мне ее коснуться, приказала долго жить, рассыпавшись в прах. А расходы? Чтобы заполучить ту единственную находку, пришлось раскошелиться. И цена была просто грабительской. Возможно, дело в моем «нищем» восприятии цен, но за трофеи с монстров всегда просят баснословные суммы. Рог байкорна. Стоило о нем вспомнить, как к горлу подкатывала ярость. «Ну почему-у...» Байкорн. Насколько я помнил, в средневековой Европе он считался мифическим существом... вымыслом. Но в этом мире это вполне реальный монстр. Его стандартный ранг — шестой, но с учетом различных факторов потенциал может взлетать до пятого. Опасная тварь. И я купил его рог. Рог двурогого зверя, как его еще называют. Стоил он целое состояние. Цену сбили только из-за того, что с момента добычи прошло много времени, да и внешне он выглядел не лучшим образом. Обычно на такие вещи не хватает даже всех накопленных денег на «представительские расходы». И вот этот дорогущий трофей... превратился в пыль прямо у меня в руках. Рог байкорна рассыпался в труху, едва я его коснулся. Мне дико хотелось схватить продавца за грудки и хорошенько встряхнуть, хотя тот и клялся, что товар был качественным... «Эх...» Если подумать, виноват был я сам. Байкорны олицетворяют скверну и хаос. Их магия обладает разъедающими, оскверняющими свойствами. Именно поэтому раны, нанесенные байкорном, заживают так мучительно долго. Единороги же — их полная противоположность. Чистота и непорочность. Их магия прозрачна и первозданна. Из-за этого единороги считаются сравнительно кроткими существами. Эти два вида монстров всегда упоминаются вместе. Не только из-за легенд, но и потому, что при встрече они впадают в безумство и бросаются друг на друга. Говорят, они не выносят самого существования противника и бьются насмерть, словно заклятые враги на узком мосту. Слухи об их сражениях ходят удивительные. Поскольку их магические природы не просто различны, а диаметрально противоположны, при столкновении энергий возникает мощнейшая реакция отторжения. Отторжение. Магия байкорна — скверна и хаос. Магия единорога — чистота и непорочность. А моя магия? Чистая, первозданная... С того самого момента, как я увидел рог байкорна, меня начало мутить — даже без пространственного восприятия, просто от ощущения чуждой силы. А когда я прикоснулся к нему, энергия рога и моя магия вступили в конфликт, словно отказываясь признавать друг друга... Я прокрутил всё это в голове. Кусочки пазла, разбросанные тут и там, начали складываться в единую картину. Разумное предположение. Гипотеза о том, что рог разрушился из-за столкновения с моей магией, выглядела куда правдоподобнее, чем версия о бракованном товаре... «Да какого черта... Откуда мне было знать?!» Я же не единорог какой-нибудь. Обида захлестнула с новой силой. Кто мог подумать, что от простого прикосновения вещь рассыплется в прах? Да еще так мгновенно. Из чего они вообще сделаны? В оригинальной игре я часто наблюдал за схватками байкорнов и единорогов. Иногда даже специально ловил их и стравливал ради забавы. Но там реакция отторжения никогда не была такой стремительной и разрушительной. По крайней мере, рога не крошились от одного касания... Это было просто невезение. Моя единственная ошибка заключалась в том, что я не взял щипцы, когда почувствовал отвращение. Пытаясь оправдаться перед самим собой, я лениво ковырялся в тарелке. На ужин подали много жареного. Из-за климата овощи здесь в дефиците, а близость к побережью и особенности ландшафта диктуют мясную диету. Говорят, шотландская кухня очень жирная, но моим вкусовым рецепторам это было неведомо. Хотя на вид еда и впрямь лоснилась от масла. *** По-хорошему, стоило отправиться на поиски подземелья сразу по прибытии в Шихаллион. Время уходило, добычи не было, и я начинал нервничать. Однако здравый смысл подсказывал, что это плохая затея. Я выехал сразу после дуэли с профессором Атрой в Сиёламе и с тех пор толком не отдыхал, если не считать коротких передышек в поезде. Нельзя сказать, что силы были на исходе — скорее я вымотался морально, но это были лишь пустые жалобы сытого человека. И все же я шел в подземелье. Это не Сиёлам, где все ловушки обезврежены, информации полно, а за спиной стоит Вице-ректор со своими страховками. Здесь одно неверное движение — и конец. Мои навыки росли быстро, но на вопрос, достаточно ли я силен, чтобы самоуверенно лезть в пекло, я мог лишь покачать головой. Поэтому я заставил себя вздремнуть перед выходом из города. Проспать удалось меньше часа — накрыл кошмар, окончательно испортив настроение. Но, так или иначе, после сна самочувствие немного улучшилось. Топ... Подземелье 4-го ранга «Эхо призрачного плача» находилось в самом сердце горного ущелья. Местность вокруг Шихаллиона суровая. Город зажат между хребтами, он почти изолирован, поэтому даже поезда сюда ходят редко. Я вышел в путь еще до рассвета, когда небо едва начало сереть. Точных координат у меня не было — лишь примерное направление из игры, так что я приготовился к долгим поискам. Как и ожидалось, поиски затянулись. Даже с пространственным восприятием это заняло уйму времени; ищи я вслепую, потратил бы несколько дней, и то без гарантии успеха. — ....... Великая катастрофа оставила на теле человечества глубокие шрамы. Внезапно возникающие подземелья пожирали мир, в котором жили люди, а монстры, плодящиеся словно тараканы, убивали и калечили всех подряд. Это бедствие длилось больше века. В те времена просто выжить было непосильной задачей. Всё было иначе. Нынешний покой — это мир, добытый кровью героев прошлого. Если верить сюжету оригинала, через несколько лет этому покою придет конец, но пока всё было именно так. Именно поэтому охотников тогда называли героями. Сейчас их статус, возможно, несколько померк, но в былые времена их почитали как истинных спасителей. Сами герои гордились этим званием и дорожили им. Они считали истребление монстров благородным делом, а покорение подземелий, изрыгающих чудовищ, — делом чести. Возможно, поэтому зародилась традиция, которую сейчас почти не встретишь: оставлять свои имена или знаки на месте зачищенных подземелий. — ...... Место, где должно было находиться «Эхо призрачного плача»... Среди длинного горного хребта внезапно открывался пустырь, выглядевший совершенно неестественно. В самом его центре стояла изрядно обветшалая каменная стела, на которой были высечены имена... ─────── Пусть в темный день сей след станет лучом света. Георг Грасс Деннис Бирден Ричард Карлайл Артобан Максвелл Триан Слейд ─────── «Ах». Вот и причина моего дурного предчувствия. Это реальность, а не игра. В этих краях активно действуют охотники. Кто-то мог найти это место раньше, кто-то мог уже зачистить его. Я невольно запрокинул голову. Неба не было видно. «Небесное оперение» на моих плечах бессильно повисло. «Твою ж мать». Зря я приехал. Какое дерьмо. Подземелье, расположенное совсем рядом с Шихаллионом. В глубине мрачной пещеры плясали тени, отбрасываемые тусклым источником света. — Гр-р-р... Чудовище, перебившее и сожравшее всех незваных гостей, издало довольное урчание. Звук зародился где-то в мощной глотке, но от него содрогнулась вся пещера. Услышав голос вожака, сородичи послабее засуетились. Псы с рыжей шерстью уткнулись мордами в ошметки плоти, оставшиеся на камнях. Чудовище отвернулось от этого зрелища и внезапно почувствовало пульсирующую боль. Оно осмотрело свое тело. Несмотря на регенерацию, сквозь густую шерсть виднелось множество глубоких ран. Враги были сильны. У них не было когтей, а их конечности казались костлявыми и хрупкими, но в них скрывалась чудовищная мощь. В честном бою даже такому монстру пришлось бы несладко. Поэтому оно охотилось хитростью. Оно подставляло слабых сородичей, усыпляя бдительность врага. Чужаки плохо видели в темноте и не слишком внимательно следили за окружением. Чудовище затаилось во мраке, затаив дыхание, и выбрало идеальный момент, чтобы убить того, кто казался вожаком. Враг был силен, но не обладал такой способностью к исцелению. Стоило перегрызть ему горло, как он тут же испустил дух. Остальные же превратились в легкую и вкусную добычу. — Гр-р-р... Монстр, чье тело можно было принять за огромный валун, задрал голову. Неба не было. Для существа, рожденного совсем недавно, небом был каменный свод. Унылый камень — вот и весь его небосвод. Но в этот миг глаза чудовища видели иное. Само пространство шептало ему. Пространство, наделившее его силой, обещало: Скоро небо откроется. ---------- Стоило только выйти за порог, как начались сплошные мучения.(1) Зря я покинул Сиёлам. Эта мысль набатом забилась в голове, едва я добрался до места, где должно было находиться «Эхо стенающего призрака». Путь сюда отнял прорву времени. Драгоценные часы были потрачены впустую, и, глядя на плачевный результат, я не мог перестать корить себя. Почти сутки я провел в поезде. Конечно, я не бездельничал: пока другие спали, я зубрил теорию магии и готовился к письменным экзаменам. Но полноценно тренироваться не получалось — какими бы роскошными ни были условия в вагоне, для настоящей закалки тела места там не хватало. Пересаживаясь с поезда на поезд, я отчаянно пытался отыскать хоть какой-нибудь «скрытый бонус». Однако знания из оригинала в этом мире работали не идеально. Пробелы в информации приходилось заполнять собственной шкурой. И вот, после всех этих бесплодных метаний, я стоял перед пустырем на месте зачищенного подземелья и созерцал истертую, выветрившуюся каменную стелу. Я долго стоял в оцепенении. Голова шла кругом. В какой-то момент даже нахлынуло дикое желание разнести эту ни в чем не повинную плиту в щепки. Я резко развернулся и пошел прочь. Оставаться там было нельзя — казалось, еще минута, и я окончательно сойду с ума. Обратный путь тоже не был легкой прогулкой. Поскольку я находился далеко за пределами города, в округе рыскали монстры. В такой опасной обстановке мне пришлось возвращаться, держа пространственное восприятие на пределе и постоянно озираясь по сторонам. Время от времени я лениво пришибал тварей, которые осмеливались на меня наброситься. И вот, пройдя проверку на окраине, я наконец вошел в город. Но прежде чем я успел дойти до гостиницы, ноги подогнулись от усталости. Я буквально рухнул на скамейку в ближайшем сквере. «А-а...» В голове снова закрутилась та же шарманка. «Зря я сюда приехал. Сидел бы себе в Сиёламе. Только время убил, рисковал головой — и ради чего? Возомнил о себе невесть что, решил что-то там проверить... Лежал бы сейчас в Колыбели и посапывал, как младенец...» Сожаления захлестывали меня, но это была лишь мудрость задним числом. Разве не так раскаивается большинство людей? «Эх, надо было тогда поступить иначе...» Я злился на эту поездку только потому, что она не принесла никаких плодов. Если бы мне удалось раздобыть хотя бы один скрытый бонус, я бы и не вспомнил о потраченном времени — награда с лихвой окупила бы все страдания. «Честно говоря, я ведь предполагал, что так может случиться...» Это не игра, а реальность. Я твердил себе это постоянно. Факт очевидный, но я слишком хорошо знал свою натуру: стоит расслабиться, и я могу совершить роковую ошибку. Поэтому я допускал, что так называемые «скрытые бонусы» могли уже исчезнуть. И предчувствие меня не обмануло. Случай с Яйцом Истока в корне отличался от нынешнего. Яйцо находилось внутри Башни Роста, куда доступ ограничен, и даже если бы его кто-то нашел, без статуса «особого абитуриента» забрать его было бы невозможно. А те бонусы, что я искал сейчас... У них не было ни ограничений, ни особых условий. Кто первым нашел, тот и хозяин. Они не были спрятаны в непролазных дебрях и не требовали запредельных сил для получения. Именно поэтому я решил начать с них. К остальным бонусам я пока даже бояться подступиться не смел. Мне и самому хотелось бы первым же делом избавиться от проклятия, но, насколько я помню, есть всего два способа снять его. Первый — использовать расходуемый артефакт, «Сферу очищения». Проблема лишь в том, что она выпадает в подземельях первого ранга. Там обитают монстры, чей средний уровень — пятый ранг. А если вылезет особь класса Альфа, то ее сила подскочит до третьего ранга. Если подобная дыра откроется не в Магических землях, а на обитаемых территориях, тревогу поднимут во всех окрестных странах, а Ассоциация немедленно вышлет группы анализа и зачистки. Соваться туда сейчас... Честно говоря, я сомневаюсь, что смогу сделать это даже в будущем. Пока что мне там ловить нечего. Шанс остается только из-за того, что то подземелье находится в глухомани, но зачистили его или нет — неизвестно. Второй способ — получить «Право на желание» за покорение Башни. Если точнее, нужно первым пройти еще не покоренную Башню и использовать дарованное полномочие, чтобы снять проклятие... «Это чистое самоубийство...» Этот вариант был еще безумнее, чем поиски Сферы очищения. В восьмой жизни, обладая силой Небесного грома и впервые почувствовав себя по-настоящему могущественным, я рискнул бросить вызов Башне — и в ужасе бежал оттуда. Сложность там была запредельная. Словно желая показать, чем Башни отличаются от обычных подземелий, на меня обрушились лавины ловушек и бесконечные волны монстров. В той восьмой жизни я мог в одиночку одолеть противника третьего ранга, но даже этого не хватило. Конечно, если бы я продолжил биться головой о стену и навязал затяжную войну, шанс бы был, но в тот момент мой «тыл» (Земля) уже трещал по швам, и мне пришлось отступить. Я планировал вернуться позже, но Пэк Арин ударила в спину, и всё пошло прахом. В итоге, единственным разом, когда мне удалось покорить Башню, была одиннадцатая жизнь в облике Алмазного воина. Значит, мне нужно стать как минимум не слабее того Небесного грома... а лучше достичь уровня Алмазного воина, чтобы этот план имел хоть какой-то смысл. «......» На душе стало совсем тоскливо. Мысль о том, что я действительно могу скоропостижно скончаться, внезапно стала пугающе осязаемой. Руки и ноги мелко задрожали. Словно сопереживая моим чувствам, затрепетало и Небесное оперение. Я глубоко вздохнул и закрыл лицо руками. Умирать не хотелось. Я ненавидел страдания, но смерть пугала меня еще больше — видимо, сказывалась моя звериная натура... Тук «?» Я пытался успокоиться, когда мое пространственное восприятие, непрерывно сканирующее окрестности, зафиксировало чьи-то шаги. Кто-то уверенно шел прямо ко мне. Это был ребенок. Маленькая девочка с волосами, аккуратно заплетенными в косу и перекинутыми через плечо. Она подошла вплотную и легонько потянула за край моего Небесного оперения. «Что это она?» Враждебности я не чувствовал. Ее внезапная выходка заставила меня в недоумении склонить голову набок. Я посмотрел на нее. Девочка, подражая мне, тоже склонила голову. Ее светлые, золотистые волосы соскользнули с плеча. Цвет был до боли знакомым... словно пух у цыпленка. Но в отличие от человека, которого я знал, ее глаза смотрели серьезно и часто моргали. Что ей нужно? Пока я размышлял, девочка коснулась своих смарт-часов на запястье. Модель была мне знакома. [Вы в порядке? Вам нужна помощь?] Перед ней всплыла голограмма. Прямо как у меня, текст отобразился в воздухе. Считается, что эту технологию разработала Ассоциация, распределяющая часы, но на самом деле это полномочие, полученное через Башню Настройки. Я замер, разглядывая гостью. Обычно люди общаются голосом — так проще. Если она не говорит, значит, на то есть причина. Как и у меня. [Здравствуйте. Спасибо, помощь не нужна.] Девочка внимательно прочитала мой ответ и кивнула. Она по-прежнему не проронила ни звука. «...Как всё непросто». Я невольно скривился. С одной стороны, я был благодарен за доброту, с другой — стало не по себе. Неужели я выглядел настолько жалко, что даже ребенок решил мне помочь? Самолюбие болезненно кольнуло. ...Хотя, если подумать, чего я расстраиваюсь? Может, я просто слишком высокого мнения о себе? В конце концов, мой психологический возраст, наверное, не сильно отличается от ее, да и беспомощен я сейчас так же, как она. Судя по ее поступку, она, возможно, куда более достойный человек, чем я. Мысли снова ушли в русло самобичевания. Я тряхнул головой и быстро набрал сообщение: [Спасибо за заботу. Но я правда в порядке.] Девочка снова кивнула. Она не ушла, а немного покрутилась рядом и уселась на ту же скамейку. ...Почему она не уходит? «А где твои родители...» Я хотел было спросить, но вовремя прикусил язык. А вдруг их нет? Тогда мой вопрос будет верхом бестактности. Немного поразмыслив, я решил, что это не мое дело. Девочка не выглядела потерянной, она была совершенно спокойна. По крайней мере, на попавшую в беду она не походила. На всякий случай я коснулся браслета, висевшего рядом со смарт-часами. Это был артефакт с функцией «Отвода глаз». Вещь высшего качества: он мог поддерживать сложнейшую магию сокрытия целую неделю без подзарядки. Работа вице-ректора. К тому же Сиёлам обеспечил мне базовую защиту личности, так что в таком месте меня никто не должен был узнать. Вздохнув, я откинулся на спинку скамьи, наблюдая, как девочка беззаботно болтает ногами. «Пора возвращаться...» Я забронировал билет на дневной поезд. Возвращение вышло куда более ранним, чем планировалось. Если бы я ввязался в зачистку «Эха стенающего призрака», времени было бы в обрез. Но итог был неутешительным: я вернулся быстро, но с пустыми руками. Зря только мучился. Единственное, что я узнал — все легкодоступные бонусы уже прибраны к рукам. Больше из Колыбели ни ногой... без крайней... нужды... Внезапно затылок прошило острой судорогой. Сонная апатия мгновенно испарилась, сменившись ледяным напряжением. Это чувство было мне знакомо. Я поднял руку и коснулся шеи. Она была влажной от холодного пота. Я уже делал так когда-то. «...Это же». То самое предчувствие, что посетило меня за день до попадания в этот мир, прямо перед созданием персонажа тринадцатой жизни. От этого дежавю перехватило дыхание. Бам! — ...?! Я вскочил со скамьи. Сидевшая рядом девочка вздрогнула от неожиданности, но мне было не до политесов. «Что это? Что происходит? В чем дело?» Я кожей чувствовал опасность, но не понимал ее источника. Это неведение в сочетании с нарастающей тревогой душило, заставляя сердце бешено колотиться. Я до боли стиснул зубы. Мысли путались. Не зная, что предпринять, я лихорадочно застучал по смарт-часам. Запрос о помощи. Я не понимал, что творится, но решил хотя бы подать сигнал выжившего. Даже если это предчувствие — лишь игра воображения, я всегда смогу оправдаться тем, что внезапно испугался. Интерфейс сменился. Я открыл последний чат. [Профессор Атра] ▶ Я: Да, я скоро буду. (Вчера, 18:21) ▶ Я: Прoфeссоp... (Сейчас) Гу-у-ум! — Кх..! Прежде чем я успел дописать сообщение, мощный удар обрушился на мой разум. Это было не физическое воздействие, а ментальный таран. Сознание поплыло, голограмма перед глазами мигнула и с треском исчезла. Пространственное восприятие лихорадило. Картинка перед глазами двоилась и дергалась, словно я только что попал под грузовик. «Гх-х-х...» Я из последних сил цеплялся за ускользающее сознание. Вспомнив первый день, когда от пространственного восприятия едва не вскипели мозги, я убедил себя, что это еще цветочки. Как только мне удалось выдержать первый удар, накатило всепоглощающее давление. Казалось, меня заживо засыпало тоннами земли. Пространственное восприятие начало стремительно сжиматься. Где-то я это уже чувствовал. Грохот! Не успел я осознать это, как уши заложило от чудовищного взрыва. И он был не один — серия оглушительных ударов прокатилась по центру города. — А-а-а-а! Помогите! — Что происходит?! Почему подземелье открылось без предупреждения?! — Где защитные формулы?! Куда делась магия?! До меня донеслись крики. В них не было ничего, кроме чистого, первобытного ужаса. Боль, хаос, отчаяние... Симфония негативных эмоций. «......» Внезапный скачок концентрации маны, обрыв связи из-за изоляции пространства, монстры, лезущие изо всех щелей... У меня даже не нашлось слов, чтобы выругаться. Лицо мое стало белее мела. *** [«Проклятие хрупкой красоты» притягивает злой рок, навлекает несчастье] [«Проклятие хрупкой красоты» поглощает жизненную силу] ... [Система коррекции игрока: Прогресс первопроходца] [Сенсорика фиксирует невзгоды, приближающиеся к Игроку] ... [Активировано задание: «Цепной прорыв подземелий»] ... [Полномочие «■■ и □□» повышает уровень] ---------- Прорыв подземелья (1) Она шла, погрузившись в свои мысли. В такой день ей меньше всего хотелось пускаться в глубокие раздумья — чем сильнее она в них погружалась, тем тяжелее становилось на душе. Но разум не желал подчиняться воле. Память упрямо вытягивала на поверхность образы из прошлого. Детство Атры нельзя было назвать безмятежным. Она почти не помнила родителей — они погибли, когда она была совсем маленькой. Память обрывочна, словно подернута густым туманом, но она знала: случилась трагедия, их убили монстры. Хоть нынешнюю эпоху и называют мирной, инциденты с участием монстров происходят постоянно. Она и её родители просто оказались втянуты в одну из таких катастроф. Атре чудом удалось выжить, и с того самого мгновения, когда она оказалась на пороге смерти, воспоминания стали отчетливыми. Она до сих пор ясно помнила монстра, бросившегося на неё. Огромное туловище, в несколько раз больше её собственного, распахнутая пасть, с которой клочьями свисала вязкая слюна, и бесчисленные острые зубы. Если бы не герой, спасший её в самый драматичный момент, те клыки разорвали бы её тело в клочья. Чудесное спасение. Потеряв родителей и оставшись в одиночестве, Атра получила глубокую душевную рану. Она лишилась семьи. Родители не были плохими людьми. Даже в туманных воспоминаниях они представали теми, кто по-своему заботился о своем ребенке. Это была пара, старавшаяся до конца исполнять свой родительский долг. Разумеется, ей было больно. Оказавшись в приюте, она рыдала днями напролет. Родители, которые были для неё всем миром, на её глазах были растерзаны и съедены монстром. Тогда же пришло осознание. «Будь у меня сила, этого бы не случилось». В детстве она не понимала таких простых вещей. Мир казался ей ярким и светлым, и она верила, что так будет всегда. Но этот мир далеко не так спокоен. Она осознала это слишком поздно. Говорят, беда и радость ходят рука об руку. Атра была живым тому подтверждением. В ней пробудилась магия. Это было благословением — шанс стать сильнее. И пусть уникальная способность тогда не проявилась, само обладание маной уже было огромным даром. С тех самых пор, еще ребенком поступив в начальную академию, Атра трудилась до седьмого пота. Пробуждение магии — условие, которому соответствовала лишь малая часть населения. В каком-то смысле она получила преимущество над остальными. Оказавшись в академии, Атра огляделась. Здесь у каждого была мана. И у курсантов, стоявших рядом, и у профессоров — большинство из них были сверхлюдьми. Тех, кто был слабее Атры, можно было пересчитать по пальцам. Многие пробудились раньше и уже давно тренировались. Поводов для уверенности не было. Вокруг хватало тех, кто превосходил её во всём, и даже такие люди, поговаривали, могли погибнуть в любой момент. Поэтому она пахала. Разве другие не старались? Старались. Конечно, были и те, кто предпочитал бездельничать, но большинство детей стремились в будущем взойти на вершину. Времени у всех было поровну. Не было такого, что одна Атра трудилась, пока остальные развлекались. Поэтому она работала еще усерднее. Сокращала время на отдых и заполняла его тренировками. Она меньше спала. Говорили, что организму нужно время на восстановление, но, возможно, из-за недавнего пробуждения её тело справлялось. Развлечения? О них не было и речи. Каждую секунду бодрствования она посвящала тому, чтобы стать сильнее. Даже во время еды она тренировалась, циркулируя ману. Засыпала, сжимая в руке измеритель магической силы, а на рассвете, едва сомкнув глаза, уже бежала в тренировочный зал. Нежные ладони покрывались кровавыми ранами, на ступнях вздувались мозоли. Порой из глаз лились слезы боли, а из-за обратного потока маны она получала внутренние травмы. Шли годы. Начальную академию Атра окончила с результатами выше среднего. Лучшими же были те, у кого проявилась уникальная способность, или дети из богатых семей, которых с детства пичкали эликсирами и обучали лучшие наставники. В средней академии всё повторилось, только график стал еще жестче. Атра окончила её в числе лучших. Уникальная способность так и не проявилась, но она уже могла сражаться на равных с теми, у кого она была. К тому времени её начали считать перспективной. Стали поступать предложения о спонсорстве. В высшей академии она выросла еще сильнее. До уровня действующих профессионалов было еще далеко, но она уже стала полноценной боевой единицей. После окончания высшей академии она надеялась поступить в Сиёлам, но провалилась. Было обидно, но она всё понимала. Атра была лучшей в своей академии, но это была лишь одна академия из многих. В мире существовало множество учреждений для подготовки сверхлюдей, и тех, кто был талантливее её, было пруд пруди. Какой бы выдающейся она ни была, она оставалась сверхчеловеком без уникальной способности. Атра жаждала силы. Поэтому после выпуска она подготовилась и отправилась на Африканский фронт. Сказать, что она не жалела об этом выборе... было бы ложью. Только там она по-настоящему осознала, что до этого находилась под защитой уютных стен академии. Она понимала: то, что она выжила, было заслугой не столько её навыков, сколько невероятного везения. Немногие отваживались соваться на фронт с таким сомнительным уровнем подготовки, и большинство из этих смельчаков погибали, не оставив даже тел. Тот факт, что она выжила, отделавшись лишь несколькими переломами, был чистой удачей. Вместе с тем начала приходить и настоящая мощь. В реальных боях мастерство Атры росло стремительно. Было ли дело в самой специфике сражений или в том, что Атра была рождена для боя, — она не знала, но прогресс был очевиден. Тогда же проявилась и уникальная способность. Она не была врожденной, она стала результатом колоссальных усилий. Нельзя сказать, что у неё совсем не было задатков — Атра была талантлива, и её магия атрибута света в итоге трансформировалась в уникальную способность. Так или иначе, Атра стала сильной. За несколько лет она превратилась из «перспективного курсанта» в профессионала, способного эффективно действовать на передовой. Получив статус героя высшего ранга, она выполняла задания в Магических землях, пока не получила серьезную травму. Во время зачистки орды монстров, пытавшихся прорваться через фронт, она попала в засаду высокорангового существа, специализировавшегося на скрытности. Ей удалось среагировать и нанести ответный удар, но ценой глубокой раны в боку. Сдерживая магией вываливающиеся внутренности, она довела бой до конца. Ранение оказалось тяжелым. Будь это обычная рана, её бы просто залечили, но в ткани проникла проклятая мана. Пришлось отправиться в тыл на длительное восстановление. Вернувшись спустя годы в мирный мир, который за пределами фронта называли «внутренними землями», Атра не знала, чем заняться. В детстве она не слушала советов завести хобби ради душевного здоровья, а сразу после академии умчалась на Африканский фронт. Здесь ей было нечего делать. Да и из-за ранения она была ограничена в возможностях. Проведя несколько дней в праздности, она получила сообщение от единственного человека, которого могла назвать знакомым. Её пригласили на встречу выпускников высшей академии. Атра как раз оказалась в тылу, и время совпало. Ей было лень идти, но после долгих уговоров она всё же отправилась на территорию своей старой академии. И там... — А-а-а! Да как это вообще реализовать-то?! Она встретила того ребенка. *** Она машинально переставляла ноги. С каждым шагом под подошвами хрустела трава. Это был не бурьян, а ухоженный газон, за которым следила рука человека. Окружающий пейзаж невольно лез в глаза. Открытое пространство, аккуратная трава, ровные ряды земляных холмиков, перед каждым из которых стоял продолговатый камень... Обычное кладбище. Место, где хоронят и поминают мертвых. Ей не хотелось здесь быть. Будь её воля, она бы никогда сюда не приходила. После каждого визита ей приходилось проводить несколько дней в полном душевном раздрае. Но она приходила сюда каждый год. Чтобы оставаться человеком, а не превратиться в бесчувственное животное, она была обязана это делать. Атра не считала себя достойным взрослым. Любой, у кого есть совесть, не смог бы так о себе думать. Если брать среднее арифметическое по всему миру, она, возможно, и была бы в числе лучших. Атра не забивала людей до смерти просто из-за плохого настроения, не искала сомнительных удовольствий в притонах. Она не смеялась, глядя на чужие страдания, и не топтала тех, кто молил о помощи. Но всё это было лишь жалкими оправданиями. Как можно включать подобный сброд в статистику? Эти насекомые вообще не должны приниматься в расчет. Если же сравнивать себя с теми, кого можно назвать нормальными людьми, то Атра была взрослым «ниже среднего». Она не убивала от скуки, но могла избить того, кто перешел черту. Она не жила в злачных местах, но в моменты стресса не брезговала травами вроде табака. Она помогала умирающим на её глазах, но, даже имея возможность, не бросалась спасать тех, кто был далеко. Герой высшего ранга. Для кого-то это цель всей жизни, для кого-то — почетный титул благородного защитника. Но для Атры это была лишь обременительная обуза. Она взошла на этот пьедестал не из-за чистоты помыслов. Просто ей нужна была сила, она сражалась — и в итоге как-то само собой получилось, что ей доверили этот пост. «Ха-а...» Она остановилась посреди кладбища. На мгновение затаила дыхание. В груди стало тесно. Неописуемое давление сдавило сердце. Будь это внешняя атака, она бы её отразила, но против внутреннего врага она была бессильна. Прошло уже несколько лет, и она вроде бы привыкла к этим визитам. Атра опустилась на колени и достала припасенную бутылку спиртного. Дорогой алкоголь, хотя для её состояния это были сущие копейки. Она осторожно поставила бутылку у надгробия. Сама Атра почти не пила. Но её дерзкий ученик, вопреки своему положению, обожал это дело. Затем она достала полотенце, смочила его водой и протерла надгробие. После чего насухо вытерла другим полотенцем. За годы эта процедура стала привычной. Но сердце никак не могло привыкнуть к этой боли. Тщательно протерев стоящие рядом надгробия родителей, Атра замерла, глядя на могилу ученика. Она не была хорошим взрослым и не была хорошим наставником. Когда она взяла ученика, она была героем высшего ранга. Разрыв в силе по сравнению с нынешним уровнем был огромен. Тогда она уже могла расправить плечи, но с её сегодняшней точки зрения она была до смешного слаба. К тому же у неё не было таланта к преподаванию. Честно говоря, её сила была результатом не только труда, но и большого таланта. Весь её педагогический опыт ограничивался воспоминаниями об академии. На фронте её почти никто не учил — она сама смотрела, копировала и осознавала. Поэтому в обучении ученика было много трудностей. У неё не было ни навыков, ни опыта. Она не была уверена, что дает ему что-то действительно ценное. «...» Но это определенно было счастливое время. С момента потери родителей она жила только мыслями о силе. Тусклая, серая жизнь обрела яркие краски после встречи с учеником. Возможно, поэтому она была слишком мягкой. Думала: «Ну как можно бить ребенка, даже ради тренировки?», и давала поблажки. Она часто принимала его капризы во время занятий. Не держала его в ежовых рукавицах, позволяла шутить и дурачиться. У неё была безосновательная уверенность, что у него всё получится. Его талант превосходил её собственный, а характер был легким и открытым. Она верила, что он станет гораздо более великим человеком, чем она сама. Учитель и ученик... Пожалуй, это была самая глубокая связь в её жизни. Невероятно дорогая связь. И эта связь оборвалась несколько лет назад. Не по их воле, а из-за вмешательства извне. Подземелья — это сущее бедствие. Эта проклятая напасть забрала у неё сначала родителей, а потом и ученика, ставшего ей семьей. Тот мальчик тоже потерял родителей из-за монстров в детстве. Затем пробудился и поступил в академию. Стоя у безмолвной могилы, Атра думала о том же, о чем и всегда. Он не должен был так погибнуть. Его путь не должен был закончиться вот так. Он был талантливее Атры. Этот светлый, жизнерадостный ребенок, даривший улыбки всем вокруг... он заслуживал иного финала. Всего лишь прорыв подземелья 4-го ранга. С его навыками он вполне мог обеспечить свою безопасность. Но от её ученика не осталось ничего, кроме одной руки и клочьев плоти, разбросанных вокруг. Она впала в отчаяние... и бесконечно раскаивалась. Нельзя было так его учить. Нельзя было потакать капризам. Нельзя было давать поблажки только потому, что не хотелось причинять ему боль. Она должна была сделать так, чтобы никакое бедствие не смогло его убить. Должна была выковать из него того, кто выживет при любой угрозе. Это была вина Атры. Что бы ни говорили другие, она сама вынесла себе этот приговор. Она была не просто плохим, а худшим наставником. Никчемной женщиной, которая позволила своему ученику умереть. Не в силах выносить эти мысли, она вернулась на фронт. Она выплескивала на монстров всю ненависть к себе и удушающее чувство вины. Ей было плевать на чужие опасения. Ей просто нужно было куда-то деть эту тьму. Просьба Ректора пришла спустя несколько лет... всего пару месяцев назад. «Ли Ха Юль...» Объект обучения, которого она не хотела брать. Она взялась за него вынужденно, но память о прошлом не позволяла ей учить его спустя рукава. В этот раз всё было иначе. Никакой неопределенности. Для ребенка, который только что пробудился, это, возможно, было слишком тяжело. Она была строга. Она требовала, чтобы он стал сильным максимально быстро и эффективно. Обучая Ли Ха Юля... видя, как мальчик корчится от боли и с трудом переносит нагрузки, она чувствовала, как сжимается сердце, но не останавливалась. Она не хотела повторения прошлого. И она старалась не привязываться. Она даст ему всё, что может, но никто не знает, что ждет впереди. Она не хотела снова проходить через боль утраты. — У-ух... ...Хотя, возможно, она всё же немного привязалась. — Фу-ух... Она тяжело вздохнула. Место навевало слишком тяжелые мысли. Динь! На смарт-часах всплыло уведомление. [Ли Ха Юль] Сообщение от мальчика, о котором она только что думала. С тяжелым сердцем Атра открыла голограмму. ▶ Ли Ха Юль: Профессоp... (сейчас) Сообщение оборвалось на полуслове. Нахмурившись, Атра открыла профиль Ли Ха Юля. [Связь прервана] «...Что?» Слова «Связь прервана» застыли перед глазами. Это было странно. Смарт-часы, соединенные через Башню Настройки, не могли просто так потерять сигнал. Такое случалось только внутри подземелий или в самой Башне. Ли Ха Юль говорил, что собирается в подземелье. Он спрашивал разрешения, робко заглядывая ей в глаза, и она кивнула. Потеря связи... это возможно. Но как он мог отправить такое сообщение, если уже был внутри? И почему связь оборвалась ровно в тот момент, когда пришло сообщение? Почему фраза так странно оборвалась? Чувство неправильности. «...Этого не может быть». Тревога. Глаза Атры мелко задрожали. Сегодня годовщина смерти её прежнего ученика. День, когда его не стало. И именно в этот день Ли Ха Юль отправился в подземелье. Она еще подумала тогда, какое странное совпадение. Неужели в тот же самый день, такая же трагедия случится с ребенком, которого она учит сейчас? Это было бы за гранью возможного. Динь! Динь! Динь! [Внимание: в данный момент в районе Шихаллиона, Шотландия, и еще в двух секторах зафиксирован внезапный прорыв подземелья без предварительных признаков. Подтверждена изоляция зон. Героям, ответственным за оборону данных секторов, немедленно выдвинуться к месту прорыва.] Этого просто не может быть. ---------- Прорыв подземелья (2) Когда на человека обрушивается нечто внезапное, разум зачастую замирает. Происходит событие, выходящее за рамки привычного восприятия, и сознание, не в силах совладать с нагрузкой, на мгновение отключается. «Подземелье». Раньше со мной такое случалось часто, но сейчас почему-то всё было иначе. Возможно, сработал инстинкт выживания, твердивший: если мысли остановятся хоть на секунду, я труп. «Всплеск... Никаких предвестников не было. Город просто поглотило. Это сила подземелья так давит на моё пространственное восприятие?» Сознание подземелья по своей сути стремится к вечному существованию. В любой ситуации оно действует так, чтобы поддерживать себя. Именно поэтому в подземельях появляются ловушки и рождаются монстры, дающие отпор незваным гостям. Ведь внешние враги в девяти случаях из десяти приходят с намерением уничтожить подземелье. Обеспечив себе выживание, подземелье переключается на следующую цель. Сначала — вечность. Затем — расширение. Когда подземелье существует достаточно долго и накапливает критический объем избыточной энергии, происходит всплеск. Именно поэтому, если подземелье хотят сохранить намеренно, там необходимо проводить регулярные зачистки. «Никаких предвестников?» Избыточная энергия — это колоссальная мощь, которую легко зафиксировать. Башня Наблюдения непрерывно следит за фронтами Магических земель. Она читает передвижения монстров, стремящихся прорваться вглубь материка, и отслеживает ауры высокоранговых тварей, затаившихся в глубинах. Оставшиеся ресурсы тратятся на наблюдение за внутренними территориями. Башня следит за опасными злодеями и заранее предупреждает о возможных всплесках подземелий. Но предупреждения не было. Внезапный инцидент. Редкое явление для нынешнего времени, но после выпуска из Сиёлам подобные катастрофы станут обыденностью, случаясь едва ли не каждый день. «Черт». И надо же было этому случиться именно сейчас... когда я здесь. Я подавил негативные эмоции. Закусив губу, протянул руку и, подхватив под талию мечущегося рядом ребенка, рывком поднял её. — ...!? Малыш в испуге задергался. К сожалению, сейчас у меня не было времени на деликатность. Перехватив её поудобнее, я оттолкнулся от земли. Я пустил ману по телу. Ганчесуль — и мои укрепленные ноги, с силой оттолкнувшись, понесли меня вперед, словно снаряд. Резкий ветер бил в лицо. Я максимально обострил чувства. Сейчас было не время жаловаться на то, что избыток информации раздражает нервы. Ветер приносил с собой множество звуков. Крики ужаса, тошнотворный хруст ломающихся костей и треск рвущейся плоти, грохот рушащихся зданий, взрывы и рев монстров... Большинство этих звуков были мне знакомы. Я слышал крики в том проклятом доме, где вырос; я сам рвал плоть и ломал кости монстрам во время Данж-практики. В Башне Роста, пусть это и была виртуальная реальность, мне доводилось убивать людей. Но здесь всё было по-настоящему. Это не практика и не безопасный экзамен в Башне. Люди уже гибнут. И они не вернутся... «Убежище». Прошло уже больше сотни лет с тех пор, как человечество столкнулось с угрозой подземелий и монстров. В масштабах истории — миг, но этого времени хватило, чтобы выработать контрмеры. В большинстве городов, перестроенных после Великого Катаклизма, есть убежища на случай, если территория окажется в зоне влияния всплеска. Их можно использовать при тайфунах, цунами или землетрясениях, но основная цель — защита от монстров и измененной среды подземелья. Я на полную мощность развернул пространственное восприятие. Поток информации увеличился, но результат меня не радовал. С тех пор как всплеск поглотил это место, пространственное восприятие работало из рук вон плохо. Оно шло волнами, словно вступая в силовое противоборство с внешней энергией. Знакомое чувство. Нечто подобное я ощущал в Башне Роста, когда моё восприятие не могло развернуться, будучи раздавленным чужой волей. Но сейчас всё было иначе. Тогда я не мог сопротивляться давлению, теперь же моё восприятие яростно огрызалось, вытесняя силу подземелья. Пока я искал убежище, мне попалось несколько монстров. Хотя «несколько» — слабо сказано. С каждым сдвигом пространства их становилось всё больше. Виды были разные, но чаще всего попадались звери с рыжей шерстью. Они передвигались на четырех лапах, а размером были раза в два больше меня. «Краснолистные псы?» Знания из оригинала, уроки в Сиёлам и данные пространственного восприятия сошлись в одной точке. Это были они. Краснолистный пес. Стандартный ранг — 7-й. Существа, обладающие сопротивляемостью к обычному огнестрельному оружию. Значит, ранг взбесившегося подземелья — где-то 4-й. Удача в невезении. Будь оно хотя бы 3-го ранга, шансы на выживание резко бы сократились. Я щелкнул пальцами. Потоки маны сплелись в магические формулы. Магическая пуля. Снаряды маны, оставляя за собой синие росчерки, устремились в цель и впились в головы псов. Бам! С грохотом черепа монстров разлетелись вдребезги. Осколки костей, ошметки мозга и сукровица брызнули во все стороны. Я снова щелкнул пальцами. Одна за другой магические пули разлетались в разные стороны. — Бам! Ба-бах! Панг! Я расстреливал каждого монстра, попадавшего в зону моего пространственного восприятия. Головы тварей лопались одна за другой. О точности я не беспокоился. Благодаря пространственному восприятию мои снаряды били без промаха. «Нашел». Прокладывая путь сквозь ряды монстров, я наконец заприметил убежище. Вход выглядел как обычный зев бункера. Массивные металлические двери были распахнуты настежь, словно приглашая войти. Вниз, в подземелье, тянулась вереница выживших горожан. По бокам от входа стояли двое сверхлюдей. С тревожными лицами они озирались по сторонам. Судя по их ауре, силой они не блистали. — Эй, эй! Сюда! Быстрее! Один из них заметил меня. Округлив глаза, он замахал рукой. К счастью, обошлось без недоразумений — за злодея меня не приняли. Спрыгнув перед самым входом, я опустил ребенка на землю. Малыш, не успев даже поправить растрепанные волосы, пошатнулась от головокружения. В этот момент сверхчеловек, махавший мне, выпалил: — Ты ведь уже понял ситуацию? Большая часть города поглощена подземельем и изолирована! Я и сам это понимал. Наверное, не поняли только те, кто погиб в первые секунды всплеска. — Мы должны продержаться, пока спасатели не пробьют внешнюю стену! Поэтому...! Я знал, что он скажет дальше. Современных граждан с детства обучают правилам поведения в подобных чрезвычайных ситуациях. Прямо сейчас выжившие изо всех сил стремятся к убежищам. Но многие наверняка отрезаны монстрами, наводнившими улицы. Кивнув, я приготовился снова сорваться с места. — Хвать. Но не успел. Кто-то вцепился в мой рукав. Это был тот самый ребенок, которого я принес. Она отчаянно тянула меня за одежду. Её глаза, до этого полуприкрытые от скуки, теперь были широко распахнуты и полны тревоги. «Где она могла меня видеть?» — мелькнула мысль, но я тут же её отбросил. Даже если она и видела меня раньше, сейчас узнать невозможно. На мне браслет Отвода глаз, который лично дал Вице-ректор. Для окружающих я выгляжу совершенно другим человеком. Даже если она знает Ли Ха Юля, сейчас перед ней не Ли Ха Юль. А поскольку я тщательно контролирую ману, признать во мне Ха Юля она не могла. «Не бойся». Мне хотелось это сказать, но проклятие не позволяло издать ни звука. Можно было передать мысль через голограмму, но время было слишком дорого. Я осторожно разжал её маленькие пальцы. Силы были неравны, так что это не составило труда. Взгляд этих глаз, неуловимо напоминавших кого-то знакомого, остался позади. Я снова рванулся вперед, пересекая город. В зону пространственного восприятия попал весь Шихаллион. Не то чтобы это был какой-то особенно красивый или представляющий художественную ценность город. Шихаллион возник лишь спустя десятилетия после Великого Катаклизма. Его основали герои и охотники, которые объединились для зачистки местных подземелий. Поэтому город отличался скорее практичностью, чем изяществом архитектуры. И этот город сейчас рушился. Повсюду гибли люди. Пространственное восприятие, содрогающееся от борьбы с внешней силой, отчетливо передавало мне каждую трагедию. Благодаря этому разум стал холодным как лед. Страх смерти и прочие лишние мысли... учитывая масштаб беды, они отошли на задний план. Я взмахнул рукой. Мана, вырвавшаяся из ладони, начертила магическую формулу. Я старался тратить не больше одного заклинания на одного монстра. У меня не было времени выхватывать оружие и убивать каждого в ближнем бою. Пусть это и требовало больше маны, магия была эффективнее. Затраченная энергия быстро восстанавливалась. В каналах и ядре накапливалась усталость, но сейчас было не до жалоб. Чтобы выжить самому и спасти других, я должен был как-то разрешить эту ситуацию. Я лихорадочно соображал. «Нужно остановить всплеск». Подземелье — это огромное подпространство, прикрепленное к нашему миру, словно корабль, временно вставший на якорь. Чтобы остановить корабль, нужно бросить якорь. Но если якорь вырван, судно понесет по течению. С подземельем всё так же. Если уничтожить внутреннее ядро, оно не сможет существовать и схлопнется. «Где ядро?» Ядра бывают разными. Это может быть какое-то особенное сооружение или аномально огромный мана-камень. Или же монстр, исполняющий роль ядра. Монстры, отвечающие за ядро подземелья, закономерно получают статус «Альфа». Такие твари гораздо опаснее обычных особей класса Альфа. Монстр-ядро никогда не покидает зону влияния подземелья. Получая его полную поддержку, он обладает силой, превосходящей любые другие особи. «Всплеск 4-го ранга?» Я прислушался к пространственному восприятию. Несмотря на помехи, оно работало. Давление, навалившееся со всех сторон... Присмотревшись, я понял, что источников этого давления несколько. Как минимум пять... «Черт». Неужели все 4-го ранга? В таком случае стандартный ранг появляющихся монстров будет около 8-го. А особи класса Альфа? Вероятно, 6-й ранг... «Справлюсь ли я?» Паразитическая моль, которую мы видели в Башне Роста, была Альфой 5-го ранга. Она сдохла. Её убила Хон Ёнхва, хотя я и приложил к этому руку. С тех пор я стал сильнее. Значит ли это, что я смогу убить такую тварь в одиночку? Уверенности не было. Я еще не обнаружил особь класса Альфа, служащую ядром, но если она есть, мне придется её убить, чтобы остановить всплеск. А если не убивать? Есть другой путь. Ждать помощи извне. Связь оборвалась, так что снаружи уже наверняка знают о ситуации в городе. Ассоциация немедленно отправит сюда спасательный отряд из свободных сверхлюдей высшего и высокого рангов. Внешняя стена подземелья прочна. В обычном состоянии к ней и подступиться страшно, но при всплеске она становится податливее. К тому же это подземелье 4-го ранга, самого низкого. Если бить снаружи, стена рано или поздно рухнет, и спасатели прорвутся внутрь. ...Но сколько это займет времени? 4-й ранг — это еще надежда на спасение. Если ранг 3-й и выше, спасение извне практически невозможно. Но даже для 4-го ранга на прорыв стены уйдет не меньше суток. Сколько людей погибнет за это время? И еще... «Почему так мало сверхлюдей?» Сможем ли мы вообще продержаться столько времени? Уничтожая монстров, я не переставал задаваться этим вопросом. По какой-то причине мне почти не попадались сверхлюди. В этом городе должен быть клан, отвечающий за оборону, но я не видел никого из них. Людей не хватает. Тех, кто сражается с монстрами, ничтожно мало. И среди них нет никого ранга выше среднего. Почему? «Проклятье...» Дело плохо. Лицо невольно исказилось от осознания того, что шансы на выживание тают. — Тр-р-реск! Внезапно раздался звук чего-то раскалывающегося. Казалось, он донесся совсем рядом, но я не мог понять, что это было. *** [Полномочие «■ерцание и Наб□юдение» растет] ---------- Первое испытание(1) — Гр-р-ра-а-а! Зверь бросился в атаку. Красная шерсть развевалась на ветру. Из широко распахнутой пасти вырвался яростный рев. Краснолистный пес. Он был как минимум вдвое крупнее меня. Если бы я полагался только на зрение, эта туша заслонила бы собой весь обзор. Пока я размышлял об этом, мое внимание привлекла его ярко-рыжая шерсть. Судя по названию, Краснолистные псы и должны быть такого цвета, но... благодаря пространственному восприятию я видел, что мех пропитан еще и человеческой кровью. Особенно густо — возле морды. Я крепко сжал кулак. Влил в него ману, задействовал Ганчесуль и сверху покрыл слоем Ганги. Мне не понравилась эта пасть. Я нанес удар сверху вниз, впечатывая кулак в голову зверя. Бам! Шкура смялась, твердые кости под ней с хрустом разлетелись. Следом я отчетливо ощутил кулаком неприятный хлопок — это лопнуло что-то мягкое внутри. Разинутая пасть захлопнулась. Зубы столкнулись и раскрошились. Глазные яблоки, не выдержав давления, смешно выпятились из орбит. Один готов. Но Краснолистные псы никогда не нападают поодиночке. Пространственное восприятие исправно выполняло свою работу, даже пока я боролся с давлением подземелья. Сзади неслись еще двое. Я мгновенно направил ману. Вжих! Небесное оперение, до этого висевшее за спиной подобно плащу, раскрылось. «Изменение формы». Края Небесного оперения, ставшие острыми, как лезвия, метнулись вперед. Хруст! Кончик пробил переносицу первого пса. В отличие от своего обычного, почти невесомого состояния, сейчас оперение чисто и легко прошло сквозь шкуру и череп. Пока первый зверь оседал на землю с пробитой головой, в атаку пошел второй. Я снова влил ману в Небесное оперение. Свист! Рассекая кость, крыло полоснуло по горлу прыгнувшего врага. Брызг! Из разреза хлынула кровь. Огромные глаза Краснолистного пса широко распахнулись, лапы подкосились, и он рухнул на землю. Туша по инерции проскользила по мостовой и замерла почти у моих ног. Я быстро подошел к дергающемуся в агонии зверю. Поднял ногу. Наполнил ее маной, окутал Ганги и с силой топнул. Хруст! Массивная голова превратилась в кашу, а кровь брызгами разлетелась по сторонам. Морщась, я отступил на несколько шагов. Твари были огромными, и крови из них вытекало соответствующее количество. Я задействовал пространственное восприятие, на всякий случай детально изучая окрестности. Вокруг всё было багровым. Не только из-за крови этого пса, но и из-за груд трупов монстров, устилавших землю. Все враги поблизости уничтожены. Убедившись в этом, я повернул голову. Чуть поодаль, за обломками разрушенного здания, прятались люди. Мужчина, женщина и ребенок между ними. Похоже, семья. Я открыл рот, чтобы... «Теперь вы в безоп... безоп... Проклятый рот». Я плотно сжал губы и коснулся экрана смарт-часов. Связь с внешним миром прервалась, но базовые функции работали исправно. Это было устройство, созданное Полномочием Башни Настройки; было бы скверно, откажи оно сейчас. [Теперь вы в безопасности. Быстро уходите к эвакуационному пути.] — Спасибо, огромное вам спасибо!.. Мужчина непрестанно кланялся. Растрепанные волосы, слой пыли на коже, разорванная и испачканная кровью одежда — они выглядели как настоящие беженцы. Мужчина, явно находясь в шоковом состоянии, кое-как закончил благодарить и поспешил в сторону убежища. Женщина, выглядевшая не лучше, тоже побежала, хотя ее ноги дрожали от ужаса. Поразительно, но даже в таком состоянии она крепко прижимала к себе ребенка. — Фу-ух... Я еще раз просканировал путь их следования пространственным восприятием. Убедившись, что монстров впереди нет, я тяжело выдохнул. С момента начала выброса подземелья прошло около двух часов. После того как я отвел того ребенка в убежище, я не отдыхал ни минуты. Я кружил по охваченному хаосом району, убивал монстров и спасал тех, кто не успел эвакуироваться. Мое пространственное восприятие превосходило Сенсорику большинства высокоранговых сверхлюдей. В поиске выживших в этом месте мне не было равных. Истребление монстров тоже не составляло труда. Подземелье имело 4-й класс. Ранг появляющихся здесь тварей в среднем был 8-м, и даже с учетом усиления от выброса не превышал 7-го. Краснолистные псы, напавшие только что, тоже были 7-го ранга. Я перебил их уже не одну сотню. Это не было сложно, но сильно изматывало. Я быстро проверил свое состояние. Усталость накапливалась. Физически я был в порядке, но магические цепи и ядро работали на износ, пытаясь восполнить затраты маны. В Башне Роста было проще. Там я специально доводил себя до изнеможения, чтобы стимулировать развитие, а концентрация маны внутри Башни была настолько запредельной, что резервы пополнялись мгновенно. Здесь, внутри зоны выброса, плотность маны тоже значительно возросла... но она не шла ни в какое сравнение с тем, что было в Башне Роста. «Хорошо еще, что это всего лишь 4-й класс... Наверное, стоит радоваться». Я продолжал убивать. В основном попадались Краснолистные псы, максимум 7-го ранга. Иногда я встречал других сверхлюдей. Большинство из них патрулировали улицы, зачищая территорию, некоторые работали группами, спасая людей. Их было немного, но само осознание того, что в этот хаос попал не я один, приносило некоторое облегчение. Я тоже продолжал спасать. Выводил к убежищам тех, кто от страха забился в руины зданий, и методично зачищал монстров на пути к эвакуационным пунктам. Погибших тоже было много. «......» Я прикусил губу. Кто-то погиб под обломками зданий, рухнувших в момент начала выброса. Многих убили или сожрали внезапно появившиеся монстры. Пространственное восприятие передавало эти картины без всяких фильтров. Трупы, превращенные в кровавое месиво тяжелыми плитами; обглоданные останки, брошенные монстрами; куски плоти, переваривающиеся в желудках тварей... «Черт». К горлу подступила тошнота. Хотелось выплеснуть все содержимое желудка наружу, но времени на это не было. Пока я буду тратить время на рвоту, количество трупов может увеличиться. Это не такая уж невыносимая боль, я справлюсь. Я быстро закончил проверку состояния и оттолкнулся от земли. Взбежал по стене здания, поднялся на крышу и начал перемещаться, перепрыгивая с одной кровли на другую. В такие моменты я особенно остро чувствовал возможности своего нового тела. В один-два прыжка забираться на крыши и легко перелетать между домами — раньше я о таком и мечтать не мог. «Выживших... больше нет?» Выброс подземелья не поглотил Шихаллион целиком. Хотя несколько подземелий сработали одновременно, расширяя зону поражения, этого было недостаточно, чтобы поглотить весь город, пусть даже такой небольшой. Однако значительная часть города оказалась во власти хаоса. Как минимум половина территории попала в зону бедствия, и пострадавших было великое множество. Хорошо еще, что Шихаллион — маленький город с небольшим населением. Если бы такое случилось в мегаполисе... я даже представлять не хотел последствия. «......» Выброс подземелья. Главное бедствие этого мира. Именно из-за него человечество потеряло территории, включая нынешнюю Африку. И если сюжет пойдет своим чередом, то после выпуска из Колыбели такие катастрофы станут для меня обыденностью. По сравнению с Башнями-захватчиками, которые могут пробудиться в будущем... это бедствие — сущая мелочь. Если я выживу здесь, если закончу Сиёлам целым и невредимым... когда проклятие короткой жизни будет снято и передо мной откроется хоть какое-то будущее, что мне делать? Должен ли я противостоять всему этому? От внезапной мысли голова пошла кругом. Я был слишком слаб, чтобы бросать вызов таким катаклизмам... «Фу-ух...» Я сделал глубокий вдох и выдох. Отбросив лишние раздумья, я сосредоточился на информации, которую приносило пространственное восприятие. Времени прошло уже порядочно. Сверхлюди, включая меня, постоянно выводили выживших, так что теперь в радиусе восприятия людей почти не осталось — кругом одни монстры. Я развеял подготовленную магическую формулу. Нужно экономить ману. Поначалу я зачищал бродячих тварей, опасаясь, что они нападут на гражданских, но теперь нападать было уже не на кого. «Пора и мне в убежище». Я несколько раз обошел охваченный выбросом район. Просканировал всё пространственным восприятием, так что за пропущенных людей можно было не беспокоиться. Я сменил направление. Все, кого можно было спасти, спасены. Остались лишь трупы, которым уже не помочь. Если бы здесь были Злодеи-некроманты или монстры, использующие мертвецов, стоило бы уничтожать каждое тело, но сейчас в этом нет нужды. Вскоре я добрался до убежища. Используя Гангче для прыжков по крышам, я долетел быстро. На краю зоны пространственного восприятия показался вход в убежище. Вокруг него горой громоздились трупы монстров. Когда я был здесь в первый раз, вход охраняли двое, теперь же периметр патрулировали человек пять-шесть. Их ауры... казались слабее моей. Значит ли это, что мой рост идет аномальными темпами? С неопределенным выражением лица я снова оттолкнулся от крыши. «...?!» Я только собирался прыгнуть. Но в тот миг, когда я уже готов был сорваться с места, необъяснимое предчувствие прошило позвоночник, словно разряд тока. Это нельзя было списать на простую мнительность. Это была мощнейшая интуиция. После того как я ощутил истинное предчувствие при создании 13-й попытки, я перестал относиться к интуиции скептически. А сейчас... сейчас это чувство было еще острее. Без всяких логических цепочек в мозг ударил сигнал: СМЕРТЕЛЬНАЯ ОПАСНОСТЬ. Логики нет? Возможно, я ошибался. Прямо сейчас на противоположной стороне от убежища, на самой границе моего пространственного восприятия, появился зверь с красной шерстью. Псовое существо с красным мехом. Я не успел подумать, что это очередной Краснолистный пес. Красная шерсть. Внешне похож. Но он был другим. Если обычные псы казались испачканными в грязной жиже, то аура крови, окутывавшая этого зверя, была иного, тошнотворно высокого качества. Огромный. Он был невероятно огромен. Обычные Краснолистные псы были вдвое больше меня, этот же — раза в четыре. И он стоял на двух ногах. От этого он казался еще массивнее. Пространственное восприятие впилось в этого монстра. Расстояние — несколько сотен метров. Кроваво-красные глаза смотрели прямо на меня, словно прошивая насквозь. Жажда крови ударила по телу. Казалось, конечности вот-вот онемеют, но, к счастью, инстинкт выживания заставил тело двигаться. Я замер, повинуясь интуиции. И не зря. Не думая о последствиях, я выжал из себя всю ману. Задействовал Гангче на пределе возможностей. Окутался плотнейшим слоем Ганги. Этого показалось мало, и я раскрыл Небесное оперение, обернув его вокруг себя. Выхватил меч, который до этого не обнажал, выставил его перед собой и выстроил впереди несколько защитных магических формул. Пространственное восприятие еще никогда не подводило меня, позволяя видеть атаки противника. В день приветствия первокурсников, когда я столкнулся с Хон Ёнхва, я видел ее рывок, но тело просто не успело среагировать. То же самое было с Кацуки Юсеем. Я видел его полет, но мышцы не слушались. Спарринг с профессором Атра — та же история. Она наверняка сдерживалась, но я видел каждое ее движение. Я не мог уклониться лишь потому, что моя скорость была ничтожной. И сейчас было так же. Я видел атаку. Видел, как тело монстра сорвалось с места, буквально разрывая землю под собой. Видел, как массивная передняя лапа отвелась назад и с силой обрушилась на меня. Видел окутывающий ее кровавый туман... Хруст! Защитная магия лопнула мгновенно, не задержав удар ни на долю секунды. Обнаженный меч переломился, как сухая ветка под пилой. Ганги не помогла. Следом было разорвано Небесное оперение, а за ним — слой Гангче на моем теле. Огромная лапа приближалась. Одного ее размера хватало, чтобы полностью накрыть мой торс. Бам! Сознание помутилось. Психическая нагрузка от пространственного восприятия и так была велика, а теперь через все тело прошла волна чудовищной боли. Меня отшвырнуло. Тело, сброшенное с крыши, проорало собой искореженный асфальт дороги. Скрежет! Хотелось закричать. К счастью или к несчастью, всё произошло настолько внезапно, что я не успел даже издать звук. Угасающее сознание вдруг прояснилось. Стало даже четче, чем прежде. Потому что я почувствовал дыхание смерти. Веки мелко дрожали от боли. Я просканировал свое тело пространственным восприятием. Часть левого предплечья была буквально вырвана. Кость не обнажилась, но я физически ощущал утрату куска плоти. Та атака... Если бы хоть один элемент моей защиты отсутствовал, я был бы мертв. Мне бы не руку оторвало, а разорвало бы ее и вспороло живот. Тяжелый шаг! Земля под телом содрогнулась от мощной вибрации. На дорогу, совсем рядом со мной, приземлился гигантский зверь. — Кр-р-р-р... Низкий рокот вырвался из его глотки. Горловой рык хищника заполнил всё пространство. За последние часы я наслушался этих звуков вдоволь, но голос этого монстра ощущался совершенно иначе. «...Это же». Я где-то видел похожую тварь. Нет, не просто похожую — я помнил почти идентичную особь из оригинальной истории. Обострившийся перед лицом смерти разум мгновенно перерыл воспоминания об игре и извлек нужную информацию. В «Сейвиоре» не было одного-единственного финального босса. Было несколько существ, подходящих на эту роль, но игровая система не давала четкого определения. И помимо них существовало множество тварей, которые почти не уступали им в силе. «......» Имя особи: Аэрус Кровавого Облака. По классификации Ассоциации — Альфа 3-го ранга. Монстр, который в далеком будущем сожрет нескольких героев высшего класса. И сейчас его молодая форма оскалила зубы прямо передо мной. *** [Система коррекции игрока: Уровень первопроходца] [Обнаружено приближающееся испытание] [Запущено задание: «Зверь красного тумана»] ... [Игрок стоит перед развилкой] ---------- Кровавое Облако (1) Обычно монстров классифицируют по видам. Краснолистный пес, или Красная гончая. Стандартный ранг — седьмой, а исключительные мутации называют Альфами, и на этом всё. Между отдельными особями могут быть различия, но не настолько значительные, чтобы выделять их в отдельный подвид. Но это — совсем другой случай. Аэрус Кровавого Облака. Монстр настолько особенный, что Ассоциация и система Игроков присвоили ему личное имя и эпитет. Третий ранг. И даже среди них он считается особью класса Альфа. В мире «Сейвиора» это чудовище занимает одно из первых мест в списке тварей, превращающих жизнь в сущий ад. Ни в одном из прошлых циклов я не погибал от его когтей. Однако встречал его часто. Убивал ли я его? Да, случалось. Но ни разу это не было легкой прогулкой. Вообще, стабильно зачищать Третий ранг я начал только к восьмому циклу. До этого мои характеристики были либо средними, либо, при высокой мощности, само развитие было полно изъянов. Девятый цикл и вовсе оборвался на середине — я пытался нащупать путь «Зла», но не рассчитал силы и прогорел. Лишь в восьмом, десятом, одиннадцатом и двенадцатом циклах Игрок был способен в одиночку одолеть противника Третьего ранга и выше. «Твою мать». И сейчас передо мной стоит чудовище с таким потенциалом. Разумеется, прямо сейчас он еще не достиг полноценного Третьего ранга. Будь это так, в живых бы уже никого не осталось. — Кр-р-а-а-а-а-а! Но даже в нынешнем состоянии для меня он был истинным монстром. На меня обрушился рев. Полы одежды яростно затрепетали. От грохота, разрывающего барабанные перепонки, и концентрированной жажды крови лицо невольно побледнело. Его аура... или, скорее, ощущение энергии. Подключив пространственное восприятие, я попытался оценить его уровень. Примерно сопоставим с тем существом Пятого ранга, которое Хон Ёнхва испепелила дотла. От осознания этой паршивой реальности кончики пальцев мелко задрожали. Успокаивая сбившееся дыхание, я проверил состояние своего тела. Ниже левого предплечья чувствительность почти пропала. Вырванный кусок плоти... Если бы я чувствовал эту боль в полной мере, то, наверное, уже сорвал бы голос от крика. Мана... осталось больше половины. Ядро и каналы стонут от перенапряжения. Тело, если не считать руки, более-менее в порядке. Вооружение. Запасной меч, который я взял с собой, превратился в хлам, едва заблокировав удар лапы Аэруса. Небесное оперение постепенно восстанавливает форму, поглощая мою ману. Если бы не функция самовосстановления, оно бы разлетелось вдребезги после первой же атаки. «Черт». Черт, черт, черт. Я ведь правда был на волосок от смерти. В голове воцарился ледяной холод. Это не просто «я могу умереть». Это не тренировки в Колыбели. И не случайный риск попасть под раздачу во время чьего-то чужого буйства. Смерть стояла прямо передо мной. Если бы не пространственное восприятие, если бы я не выстраивал карту окружения одними лишь чувствами, я бы просто исчез в этой непроглядной тьме. Защитная магия, меч вместо щита, Небесное оперение, окутывающее тело Ганги и Ганчесуль, выжатый на максимум. Не будь хоть чего-то одного — и я бы уже погиб. Жизнь бы оборвалась. Я бы превратился в один из тех трупов, что десятками ощущаю вокруг через пространственное восприятие. «Бежать...» Нужно уходить. Нет причин медлить. Вступить с ним в бой — значит умереть. Инстинкт самосохранения буквально вопил об этом. Разве моя жизнь не важнее всего остального? Я всегда был эгоистом. Я из кожи вон лез, чтобы стать сильнее, только ради одной цели — выжить самому. С этой мыслью я сделал шаг назад. И в этот момент в сознание хлынула информация изнутри убежища. Времени на фильтрацию не было. Я не смог воспринять всё, лишь обрывки данных. Страх и тревога. Сжатые, но хаотичные эмоции, бушующие внутри убежища, отозвались во мне почти физически. Я эгоист. Но в голове всплыл вопрос. Почему тогда, в прошлый раз, я спас того человека? Я ведь ничего не получал взамен. Я едва не погиб, я потерял ногу. Так почему же я бросился на помощь? — «Ты — мусор, который не должен был рождаться», да? Потому что это было бы несправедливо. Потому что я должен был опровергнуть эти слова. Если бы я тогда остался на месте, я бы признал их правдивость. Хруст! Я стиснул зубы так, что во рту появился металлический привкус крови. Резкая боль привела чувства в порядок. Я всколыхнул ману. Скрипящее Ядро начало извергать энергию. Я запустил Ганчесуль, прогоняя ману по всему телу. И сделал шаг вперед. Вспышка! Ганги, напитавшись маной, яростно окутало мой силуэт. — Гр-р-р-а-а-а! Раздался звук, подобный раскату грома. Его источником был монстр, Аэрус. Поверх его и без того багровой шерсти начал клубиться кроваво-красный туман. Уникальные способности есть не только у сверхлюдей. Пусть термины разнятся, пусть способы проявления и механизмы работы отличаются, но они определенно встречаются и у существ, отличных от людей. Монстры не исключение. У большинства это просто видовые особенности, но у таких уникальных особей, как эта, определенно есть своя уникальная способность. «Кровавое Облако». Способность, создающая туман, словно сотканный из живой крови. Это облако выполняет роль Ганги. Просто окутывая им тело, монстр многократно повышает свои характеристики; туман служит ему и прочнейшим доспехом, и оружием, способным разорвать врага в клочья. Хруст! Земля содрогнулась. Это был не мой шаг — монстр сорвался с места. Асфальт вывернуло наизнанку, и массивная туша снарядом вылетела вперед. Быстро. В характеристиках у него подавляющее преимущество. Если мы начнем двигаться одновременно, я проиграю. Нужно предугадывать его действия и начинать маневр заранее. С помощью пространственного восприятия я просчитал траекторию. Перехватив почти бесполезный меч обратным хватом, я метнул его. Окутанный Ганги клинок рассек воздух. Аэрус даже не среагировал. Он не пытался защититься. Дзынь! Звук столкновения стали о сталь. Меч, врезавшись в туман, разлетелся вдребезги, осыпав воздух осколками. «Разумеется, урона никакого». Аэрус уже был вплотную. По мере сокращения дистанции пространственное восприятие начало давать сбои. «Всё-таки Альфа». Я отбросил последние сомнения. Это определенно особь класса Альфа. Более того, он получает активную подпитку от самого подземелья, находящегося в состоянии буйства. Иными словами, Аэрус — это Ядро и центр подземелья. Там, где он находится, и есть эпицентр, где сила подземелья максимальна. Давление, выталкивающее мое пространственное восприятие, усилилось. Собирать информацию становилось всё труднее. Я болезненно поморщился. Массивная передняя лапа метнулась ко мне. Длинные когти тоже были окутаны Кровавым Облаком. Я выставил руку, напитанную встречным Ганги. Помня о ране на левом предплечье, я задействовал правую руку. Скрежет! Кровавое Облако и Ганги столкнулись. Чудовищная отдача передалась по руке. Казалось, кости сейчас лопнут. Стиснув зубы, я сумел сместить траекторию удара. Вжих! Тяжелая лапа Аэруса, которую мне едва удалось увести в сторону, вонзилась в землю. Если бы этот удар пришелся по мне, плоть была бы разрезана так же легко, как мягкий сыр. От этой мысли по спине пробежал холодок. «Нельзя пропускать удары». На собственном опыте я понял: разница в весовых категориях слишком велика. Один раз мне чудом удалось выжить, но если я пропущу серию, то превращусь в кусок фарша. Скрежет! Грохот! Вжих! Завязался бой. Я непрестанно уводил его атаки в сторону. Пролетавшие мимо удары крушили всё вокруг. Здания, попавшие под траекторию когтей, рушились, как костяшки домино. Асфальт шел глубокими трещинами. Брошенные на дороге машины разлетались на куски, сопровождая это громкими взрывами. В технике преимущество на моей стороне. Смешно рассуждать о мастерстве применительно к зверю, но именно благодаря ему я всё еще был жив. На тренировках с профессором Атрой я понемногу практиковался с разным оружием, но больше всего внимания уделял рукам и ногам. Когда в бою теряешь меч, в ход должны идти кулаки и стопы. Именно этот опыт позволял мне сейчас гасить и перенаправлять атаки чудовища. Скрежет! Мое Ганги стесалось целым пластом. Но это не было проблемой — я тут же восполнил брешь. Энергия стала еще плотнее, чем прежде. Мана утекала как в бездонную яму, но я продолжал выжимать её, изнуряя каналы и Ядро. По крайней мере, одним ударом мою защиту теперь не пробить. Раз или два я выдержу. Если это не будет внезапная атака в полную силу, как в самом начале, я смогу держаться. Потраченное Ганги можно восстановить. Однако... «Ц-ц». Пространственное восприятие продолжало сбоить, а восстановление маны замедлилось. Усталость и повреждения накапливались в теле. Пусть я и отводил удары, нагрузка на организм была колоссальной. Я и не рассчитывал на затяжной бой, но, похоже, продержусь я меньше, чем планировал. А что насчет короткой схватки? Смогу ли я его убить? Я выжидал момент. Передняя лапа обрушилась сверху вниз, накрывая меня тенью. Движения у него размашистые. Именно благодаря этому мне удавалось уклоняться и иногда наносить ответные удары. Я резко развернулся. Лапа, чиркнув по краю моего Ганги, прошла в миллиметрах от тела. Я раскрыл левую ладонь. «Магический разрез: Множественный». Веер разрезов, вырвавшийся из ладони, ударил по Аэрусу. Из-за разницы в размерах весь каскад пришелся ему точно в бок. Я прорубил красный туман, хотя при этом большая часть разрезов погасла. Оставшиеся достигли шкуры. Скрежет! Разрезы завязли в жесткой, стоящей дыбом шерсти. Какой бы ни была их мощь, они лишь слегка взъерошили его мех. — Кр-р-а-а-а-а! От его крика задрожали перепонки. Поморщившись, я поспешно оттолкнулся от земли и отпрыгнул назад. Там, где я стоял мгновение назад, захлопнулась огромная пасть. Хруст! Звук смыкающихся зубов отчетливо отозвался в ушах. Аэрус вскинул голову, издавая рык. Между его скрежещущими зубами было зажато разорванное Небесное оперение. Через пространственное восприятие я осмотрел зверя. На месте попадания моих разрезов остались лишь едва заметные царапины. Смогу ли я убить его? «Невозможно». Паразитическая моль, которая выглядела сопоставимой с Аэрусом, погибла от прямого попадания «Расцвета» Хон Ёнхва. У меня нет способностей такой разрушительной мощи. Адское Пламя? Я не использовал его с того самого дня. Много раз мне хотелось это сделать, но эта проклятая сила никогда не подчинялась воле хозяина. — Гр-р-р-р-р... Но я тоже еще не мертв. Один точный удар — и всё закончится, но пока я продолжал уводить его атаки, подставляя под них окружающий ландшафт. Видимо, это начало его раздражать. В горле Аэруса рокотало. Звук, похожий на скрежет металла по кости, бил по ушам. Затем он вскинул обе передние лапы. Окутывающее их Кровавое Облако начало пульсировать и раздуваться. Явный сигнал мощной атаки. Интуиция взвыла одновременно с этим. Примешь удар — умрешь. Заблокировать? Не выйдет. Даже если попробую, всё равно конец. Снова перенаправить? Интуиция отрицательно покачала головой. Ощущая кожей давление жажды крови и маны, я рванул с места. Не вперед, а назад. Я увеличил дистанцию. — Гр-р-р-р! Леденящий душу рык. В нем слышалась почти издевательская усмешка. Бум! Кровавое Облако на передних лапах снова увеличилось в объеме. Из-за того, что цвет тумана совпадал с цветом шерсти, казалось, что лапы стали в два-три раза больше. Нет, это и были его лапы. Вытянувшись, они стали настолько длинными, что могли достать до крыши стоявшего неподалеку торгового центра. Следом напряглись и задние лапы Аэруса. Мышцы вздулись, словно шары, и их тут же окутало Кровавое Облако. «Ну конечно». Если враг отдаляется, нужно просто сократить дистанцию. Бах! Земля позади Аэруса вздыбилась. Его тело выстрелило вперед, и одновременно с этим на меня обрушились гигантские лапы. Небо исчезло. Солнечный свет померк. Всё вокруг погрузилось во тьму. Сверху вниз. По идеальной траектории для вложения всей мощи. Застилающие небо лапы рухнули на меня. *** Она сорвалась с места, оставив после себя мощный порыв ветра. Деревья и кусты, не выдержав напора, ломались и пригибались к земле. Комья грязи и щепки разлетались во все стороны. Это было форменное разрушение природы, но Атру это нисколько не заботило. В Шихаллионе нет Терминала врат. Ближайший находится в Эдинбурге. И от самого Эдинбурга Атра бежала по прямой, не останавливаясь ни на секунду. Ли Ха Юль попал в зону буйства подземелья. Ранг подземелья — всего лишь четвертый. Стандартные монстры там — максимум восьмого ранга. С учетом подпитки от подземелья — ну, седьмого. Учитывая навыки Ли Ха Юля, он определенно должен выжить. Когда-то давно она думала так же. Что тот ребенок справится. Объективно говоря, всё указывало на это, и Атра верила в успех. А потом от того ребенка осталась лишь одна безжизненная рука. «Пожалуйста». Лицо Атры исказилось от боли. Кошмар прошлого накладывался на реальность. «Только будь живым». Если он жив, она сможет его исцелить. В этом мире существует множество способов лечения. Главное — чтобы он дышал. Повторяя это как молитву, она, не заботясь о последствиях, на пределе возможностей Ганчесуль неслась через горы и реки. Золотая нить прочертила небо. ---------- Кровавое Облако (2) В ближнем бою ловить нечего. Я осознал это вновь, когда, задействовав сенсорику, ощутил масштаб атаки, которая не просто перепахала, а буквально стерла дорогу в порошок. — ! В ушах взорвался самый яростный грохот, который мне доводилось слышать в жизни. Раздался тонкий, сверлящий писк — оглушило. Град камней и обломков обрушился на мое тело. «Проклятье». Возможно, из-за того, что площадь поражения увеличилась, у меня еще оставалось пространство для маневра, но и это было на грани — еще секунда, и из меня сделали бы лепешку. Больно. Я просканировал окрестности, используя пространственное восприятие. Этот ублюдок — Альфа, и, видимо, именно поэтому он привел за собой целую орду. Сотни монстров заполонили всё вокруг, сея хаос. Те, кто раньше сдерживал натиск у входа в убежище, уже были рассеяны и теперь вели разрозненные бои. К счастью, двери убежища были плотно закрыты. Если бы их успели открыть... вся эта лавина монстров уже хлынула бы внутрь. — Гх... Левая рука отозвалась резкой болью. Уйти невредимым не удалось. Видимо, я все же попал под край удара: Ганги полностью развеялась, а с предплечья снова вырвало кусок мяса. Теперь двигать левой рукой стало совсем трудно. От вида обнажившейся кости по коже пробежал мороз. Я сам удивлялся, как она до сих пор слушается меня. Может, дело в том, что я — сверхчеловек? Не будь я им, давно бы умер от болевого шока. Наложив хотя бы слабое исцеляющее заклинание, я обмотал рану Небесным оперением, словно бинтом. Туман клубился, постепенно захватывая всё больше пространства. Но даже сквозь эту пелену глаза Аэруса были прикованы именно ко мне. «В ближнем бою шансов нет». Если я продолжу получать такие удары в упор, надолго меня не хватит. Даже если я буду уклоняться и парировать по касательной — это лишь ненадолго отсрочит неизбежное. Значит, нужно бить издалека. У меня нет ни лука, ни стрел. Нет ни винтовки, ни патронов, чтобы расстреливать его с дистанции, и даже подходящих предметов, чтобы их метнуть, под рукой не оказалось. Зато у меня есть кое-что другое. Переведя дух, я сложил ладони вместе. Это была своего рода стартовая поза. Сохраняя ледяное спокойствие, я начал выталкивать внутреннюю ману наружу. — У-у-унг! Мана преобразовалась в магическую формулу. Простая структура. Низкие затраты энергии и легкость построения позволяли вести непрерывный огонь. «Магическая пуля». В воздухе позади меня сформировалась сфера магической энергии и со свистом сорвалась с места. Одной дело не ограничилось. Сферы вылетали одна за другой, без малейшей задержки. Магические пули посыпались на Аэруса сплошным ливнем. — Ба-бах! Взрывы накрыли монстра. Каждая магическая пуля, соприкасаясь с кровавым туманом, детонировала, сотрясая воздух. Серьезного урона это не нанесло. Снаряды лишь слегка развеивали Кровавое облако, но не могли пробить его насквозь. Однако за ними следовала взрывная волна. Я подкорректировал магическую формулу, увеличив силу детонации. Пусть я не мог ранить его, я мог оттолкнуть его силой взрывов. Череда попаданий заставила Аэруса попятиться. — Кр-р-р-ра! Сначала раздался яростный рык, и лишь мгновение спустя земля под лапами Аэруса с грохотом просела. Стремительный рывок. Но пространственное восприятие не обманешь. Я резко развернул корпус. Возле самого уха пронесся свистящий звук рассекаемого воздуха. Мочку уха разорвало. Я сглотнул боль, к которой уже начал привыкать. Разворот в пояснице. Ганги, окутавшая ноги, вспыхнула яростным пламенем. Я собирался нанести удар, но, заметив, как зашевелилось Кровавое облако, тут же отказался от атаки и отпрыгнул назад. — Ква-га-га-гак! Там, где я стоял секунду назад, обрушились кровавые разрезы. Кровавое облако, окутывавшее когти зверя, вытянулось, превратившись в магические лезвия, распоровшие само пространство. До этого момента он так не атаковал. Приберегал напоследок? Неужели эта тварь способна на психологические игры? Но мой план не изменился. Избегать сближения. Сдерживать его на расстоянии. Я отступал, разрывая дистанцию и обстреливая его разнообразными заклинаниями. Магическая пуля, магический разрез, атакующие формулы с добавлением стихий и связывающая магия, чтобы сковать его движения. Десятки магических плетений расчертили пространство своими траекториями. Разумеется, Аэрус пытался прорваться сквозь этот шквал и сократить расстояние. Чудовище, обладающее запредельными физическими данными, неслось вперед напролом. Я уклонялся и пропускал атаки мимо себя. За исключением того урона, который было невозможно избежать, я старался сводить все удары на нет. Пока у меня есть пространственное восприятие, я справлюсь. До тех пор, пока Ганги не разлетится от одного попадания, я выстою. Одной лишь физической силы не хватит, чтобы оторваться от него, но если я буду осыпать его магией, вызывая кратковременное оцепенение, это станет возможным. Мана стремительно истощалась. Я начал насильно вытягивать её из окружающей среды. Неочищенная энергия буквально раскаляла мои магические цепи. Последствия будут тяжелыми, но это лучше, чем смерть. Я тянул время. Помощь извне... Я не знал, когда она придет. И даже если спасатели прибудут, неизвестно, сколько им потребуется времени, чтобы пробить внешний барьер, но верить оставалось только в это. — Кр-р-р... Спустя некоторое время пасть, изрыгавшая рык, захлопнулась. Передние лапы, без устали наносившие удары, замерли. «Что это с ним?» Разорвав дистанцию, я тяжело дышал. Пытаясь унять судорожные вдохи, я внимательно следил за состоянием Аэруса. Почему-то он остановился. Его взгляд, направленный на меня, казался задумчивым. Как бы то ни было, это была передышка. Я воспользовался моментом, чтобы привести в порядок измотанное тело, цепи и ядро. Но сладкий миг отдыха длился недолго. Приняв решение, Аэрус пришел в движение. — Бум! Зверь оттолкнулся от земли. Очередной яростный прыжок, от которого крошится асфальт. Я рванулся назад, на ходу выстраивая магическую формулу. Нужно пресечь сближение. Как и раньше, держать дистанцию и отвечать магией. Кровавый туман приближался... но не ко мне. Я вздрогнул. Аэрус бежал не на меня. Он сменил направление. Вектор его атаки... плотно закрытый вход в убежище. Место, которое для Аэруса было полно легкой добычи. «Вот же дерьмо». Я и раньше понимал его цель. Не заметить его неприкрытое вожделение было невозможно. Я ощутил его жажду крови. В тот миг, когда я встретился взглядом с его алыми, словно вымоченными в густой крови глазами, я всё понял. Обычно «жажда убийства» ассоциируется с чем-то грязным, порочным и отвратительным. Желание лишить кого-то жизни чаще всего рождается из самых низменных чувств. До этого дня единственная настоящая жажда крови, которую я чувствовал, исходила от подворотных бандитов — это были липкие, жалкие и ничтожные эмоции. Но с ним, с Аэрусом, всё было иначе. Едва наши взгляды пересеклись, до меня дошло. Странно говорить такое о жажде убийства, но его чувство было кристально чистым. В злобе Аэруса не было места мелочной обиде или личной неприязни. Только голод. В основе его жажды крови лежал обычный инстинкт. Есть, чтобы выжить. Выживать, пожирая других. Становиться сильнее, чтобы жрать и не быть сожранным самому. И, в конечном счете — сожрать. Предельно простая и ясная логика. Никакой примеси злобы. У дикого хищника нет сложных причин для того, чтобы съесть травоядное. И это не то, за что его стоит клеймить или осуждать. — ... С ним было так же. Почему он напал на меня первым? Потому что увидел добычу, которую нет смысла оставлять в живых. Почему теперь он игнорирует меня и несется к убежищу? Потому что я — добыча не из легких, а в убежище полно беззащитной дичи. Как долго дверь убежища сможет сдерживать Аэруса? Даже я смогу её выломать. Неужели Аэрус не справится? На мгновение мир словно замер. Замер Аэрус, летящий к входу. Замерли в воздухе камни, падающие с неба. Всё было как тогда. Когда я занес ногу для шага, возникло иллюзорное ощущение, будто весь мир затаил дыхание в ожидании моего ответа. Время замедлилось. Мысли ускорились. Сверхлюди, охранявшие вход, были рассеяны натиском монстров и самого Аэруса. На его пути никого не осталось. Если Аэрус ворвется внутрь, все, кто там находится, погибнут. «Надо остановить его». Эта мысль промелькнула в голове. Разум хладнокровно просчитывал варианты. «Смогу ли я?» — снова задал я себе вопрос. «Если я встану у него на пути, выживу ли сам?» Там не будет открытого пространства. Не будет места, чтобы легко уклоняться и разрывать дистанцию. Не будет простора для магических залпов. Каким бы широким ни был коридор убежища, ему не сравниться с этой площадью. Мне придется раз за разом принимать на себя удары, каждый из которых способен превратить меня в фарш. Принимать их фактически в лоб. Я не смогу поливать его магией. Придется активировать Гангче и терпеть всё это своим телом, окутанным Ганги. Это чистое самоубийство. Выбросить жизнь на помойку ради того, чтобы выиграть жалкие крохи времени. Если говорить честно, разве я не нашел уже достаточно оправданий? Такая мысль тоже проскользнула. С того момента, как подземелье вышло из-под контроля, я не присел ни на секунду. Я убивал каждого встречного монстра, спасал людей, которые не успели эвакуироваться. Я заслонял их собой от когтей чудовищ. Каждый мой шаг был сопряжен со смертельным риском. И это при том, что я — всего лишь курсант, у которого за плечами не было ни одного настоящего боевого опыта. Я носился по этому аду несколько часов, и даже умудрился сдержать монстра уровня Альфы, выигрывая время. Я выполнил программу-минимум. Моя совесть была чиста, даже более чем. Если кто-то узнает мою историю, вряд ли найдется много людей, которые посмеют ткнуть в меня пальцем и назвать эгоистичным ублюдком. Все вокруг сказали бы мне, что я сделал более чем достаточно. А значит, у меня не было ни единой причины сейчас рваться вперед. Бах! Земля под моими ногами взорвалась. Я рванулся с места. Пространство вокруг стремительно исказилось. Скорость была запредельной, не такой, как раньше. Пш-ш! Из голеней брызнула кровь — ноги отозвались багровым криком боли на запредельную нагрузку. Я перегородил вход в убежище. Глаза Аэруса расширились. На мгновение, всего на один короткий миг, я оказался быстрее него. Аэрус приближался. Массивная лапа, вылезшие из неё жуткие когти и окутывающее их бушующее Кровавое облако — всё это стремительно росло перед глазами. Смерть внезапно шагнула ко мне из слепой зоны. ---------- Спаситель(1) Огромная туша монстра неслась вперед, разрывая воздух и неся с собой туман зловещей ауры. Из широко распахнутой пасти тянулась перемешанная с кровью слюна, а полные жажды убийства глаза впились в цель. Все это заставляло пожалеть о сделанном мгновение назад выборе. Я стиснул зубы. Вспышка! Небесное оперение, висевшее за спиной, вытянулось в длину и плотно, словно доспех, обмотало мои руки. Я влил Ганги во внутренние и внешние слои Небесного оперения. Мана была на исходе — я чувствовал, как скребу по дну. Скорость восстановления не поспевала за расходом. Я нанес удар. Мой кулак казался слишком маленьким и жалким, чтобы остановить массивную переднюю лапу чудовища. Ганги, столкнувшись с яростным кровавым облаком, затрепетали, точно пламя свечи на ветру. Хруст! Острые, как бритва, когти впились в мою правую руку. Ганги лопнули. Небесное оперение разорвалось, кожа лопнула, и хлынула кровь. Бам! Чудовищная лапа обрушилась сверху, придавливая меня. Я заблокировал удар другой рукой. Кхек! Из предплечья донесся жуткий звук. Мышцы, облегающие кость, рвались одна за другой. Тело, не выдержав инерции, отлетело назад. Казалось, еще секунда — и я рухну. Я с силой уперся ногами в землю. Но меня все равно волокло назад. Ноги дрожали, грозя подогнуться, и медленно скользили по полу. — Ба-бах! Чудовищный удар сотряс все тело. Сознание на мгновение помутилось. Обстановка сменилась. Сами того не замечая, мы проломили дверь. Пробив ее собственным телом, я кубарем покатился по длинному коридору. Больно. Боль раскалила мозг до белизны. Зрение, и без того подводившее, то погружалось во тьму, то вспыхивало ярким светом. Чувство опасности пробежало вдоль позвоночника. Я рванулся в сторону. Грох! Туда, где я только что лежал, вонзилась тяжелая лапа. Когти пробили Ганги и задели бок. Кровь брызнула на пол. Сознание начало стремительно угасать. В животе все перевернулось. Внутренности скрутило, они словно пытались вывалиться наружу через рану. Я стянул дыру Небесным оперением, затыкая прореху. Аэрус не давал передышки. Окутанные кровавым облаком лапы и разинутая пасть обрушивались на меня снова и снова. Пространственное восприятие работало нестабильно, картинка в голове шла волнами. Боль начала отдаляться. Ощущение реальности жизни ускользало. Сквозь пелену перед глазами я видел приближающуюся смерть — она манила меня, указывая на легкий и спокойный путь. Но покой был не единственным искушением. Рядом с ним манил компромисс. «Беги, пока не поздно. Возможно, еще получится. По крайней мере, выживешь. Какое тебе дело до людей там, позади? Они тебе никто. Просто брось их. Разве ты сам для себя не важнее всего? Останься в живых сейчас, чтобы спасти кого-то потом. Необязательно делать это сейчас. В будущем ты сможешь спасти гораздо больше людей...» — Хруст! Я стиснул зубы так, что они едва не рассыпались. По эмали пошли трещины. Десны обожгло хлынувшей кровью. Эта боль вернула мне ясность. Выплюнув сгусток крови, я вскинул руку. Вж-жух! Каскад разрезов, сорвавшийся с ладони, захлестнул Аэруса. Контроль был слабым — мою левую кисть тоже изрезало в лоскуты. Я покатился по земле. Левая рука с содранной кожей едва нашла опору. Боль нахлынула новой волной. Шатаясь, я поднялся. И заставил себя сделать шаг вперед. Смерть была совсем рядом. Нет, не так. Это я шел к ней. Я сам подставлял шею под ее косу. И это не было принуждением. Не было ситуацией, из которой нет выхода. Не было предначертанной судьбой. То, что я бродил по взбесившемуся подземелью — мой выбор. То, что я убивал монстров и спасал людей — мой выбор. То, что я преградил путь Аэрусу снаружи и вцепился в него здесь, в глубине коридоров — все это результат моих собственных решений. «Я...» Зловещие когти метнулись ко мне. Я уклонился, извернув корпус. Кровавый след от удара полоснул по плечу. Снова брызнула кровь. Левая рука окончательно повисла плетью. Атака следовала за атакой. Мое тело превращалось в кровавое месиво. Ганги постепенно рассеивались. Стиснув зубы, я отбивался из последних сил. Выжимая магические цепи досуха, я активировал магию, накрывая ею и монстра, и себя самого. Меня теснили. Вопреки воле, тело начало сдаваться. Мне безумно хотелось сбежать. Я не хотел умирать, не хотел чувствовать эту невыносимую боль. Не хотел вступать в смертельную схватку с этим чудовищем. «Какой же я жалкий человек». В потемневшем зрении всплыли картины прошлого. Я прожил всего около двадцати лет. Я не видел огромного мира, не путешествовал. Но я видел много людей. Даже если не встречался с ними лично, океан информации хранил в себе бесконечное множество человеческих судеб. Было много тех, кто жил здесь и сейчас. И многие из них были счастливее меня. Уютный дом, где не холодно и не жарко. Любящие родители. Жизнь без страха за завтрашний день. Меня душила зависть, от которой сводило живот. Но я не был тем... кто мог бы направить это чувство в созидательное русло. Глядя вверх, я чувствовал лишь горечь. У меня не было уверенности, что я смогу подняться. Мне казалось, что такое счастье для меня недосягаемо. Поэтому я смотрел вниз. Туда, куда можно было упасть в любой момент. Счастливых людей было много. Но я искал тех, кто был несчастнее меня. И таких оказывалось в разы больше. Родители избивали меня, как собаку. Но в мире было полно таких родителей. Родители вспороли мне живот. Но я хотя бы выжил. Были те, кого родители расчленили на куски, и те, кого выбросили умирать в снегу. В родительском доме я никогда нормально не ел. Вечно голодал. В памяти остались лишь пепел от сигарет и вкус дешевого алкоголя. Но я не умер от голода. В мире было огромное количество мест, где люди не просто недоедали, а умирали мучительной смертью от истощения. Родители меня не любили. Но в мире полно родителей, не знающих любви к своим детям. Даже в двадцать первом веке это было так. Об этом кричали все архивы. Двадцатый век, девятнадцатый, восемнадцатый... времена, когда условия жизни были еще хуже. Я думал о людях всех эпох, о тех, кто не попал в хроники и был несправедливо зарыт в землю. Можно ли их сосчитать? Сколько горя повидал мир? Столько же, сколько счастья... нет, несчастий было несоизмеримо больше. И это служило мне утешением. «Тех, кто несчастнее меня — легион. Моя ситуация не самая худшая. У меня все еще терпимо. Жаловаться на судьбу при таких обстоятельствах — просто позорно. Те, кому действительно было плохо, даже пикнуть не успели, прежде чем оказались в холодной земле. Я — обычный среднячок. Так что нечего строить из себя жертву». Так я твердил себе. Даже тогда я понимал, насколько это мелочные и уродливые мысли. Я был подонком, который не имел смелости стремиться к счастью, но самоудовлетворялся, глядя на чужое горе. Я ненавидел себя за это. — Ты хоть чем-то отличаешься от этого насекомого? Голоса родителей то и дело всплывали в голове. От одного воспоминания о них тошнило, но они возвращались снова и снова. — Только жрешь и ничего не производишь. Даже свинья после смерти оставляет мясо, а ты что? А? Родители не любили меня. Я жаждал их тепла, но они его не давали. Казалось бы, родители должны оберегать свое дитя, это же естественно, но они были другими. Слова, которые я выучил, даже не стремясь к этому, всегда были полны ругани. Они сочились ненавистью, презрением, завистью и злобой. Они были неправы. Если верить моральным и социальным нормам, которые я изучил, они были дефектными и как родители, и как люди. — Таким, как ты, не стоило рождаться. — Зачем это появилось на свет? Я не хотела этого рожать. — Тошнотворный выродок. Грязный, мерзкий, эгоистичный. Тот, кому не место в этом мире. Родители были неправы — так я считал. А значит, и все их слова должны были быть ложью. Но когда я прокручивал в голове свои уродливые мысли, я не мог полностью их опровергнуть. Тот я, что утешался чужим горем, казался именно тем мусором, о котором они говорили. Прошло несколько лет после их смерти, но я все еще не мог выбраться из их тени, и это бесило. Я должен был доказать обратное. Я не мог назвать себя добрым человеком даже ради красного словца. За всю жизнь я не так уж часто совершал добрые поступки. Я никогда не лез на рожон. Не искал специально тех, кому нужна помощь. Потому что это было вне поля моего зрения. Я этого не видел. А искать повод помочь — слишком хлопотно и утомительно. К тому же, я часто оправдывался тем, что это мне не под силу. Я не мог спасти умирающих на другом конце света. Не мог искоренить голод и боль во всем мире. Моих способностей не хватало, чтобы помогать другим. Но случались моменты, когда эти оправдания не работали. Когда что-то происходило прямо у меня на глазах. Когда я действительно мог помочь. Более того — когда в этот конкретный момент помочь мог только я. Так было и тогда. Я не помню всех деталей, это был обычный день. Неуправляемая машина неслась на человека, который не успевал среагировать. Рядом был только я. Только я мог помочь, и я понимал, что мне это по силам. Поэтому я бросился вперед. Оттолкнул человека и принял удар на себя. Мои ноги превратились в месиво. «Я...» И сейчас все повторялось. Благодаря пространственному восприятию я чувствовал всех, кому нужна была помощь. Среди всех сверхлюдей, оказавшихся в эпицентре выброса, я был самым сильным. Сейчас только я мог сдержать Аэруса. «Я должен это опровергнуть». Я не должен стать тем подонком, о котором говорили родители. Не должен стать тем мусором. Я обязан доказать, что они ошибались. Но если здесь, где кроме меня некому помочь, где только я могу что-то сделать, я повернусь спиной и сбегу... то я никогда не смогу очиститься. Я никогда не смогу оправдаться перед самим собой. Если кто-то спросит, действительно ли мне обидно было слышать те слова от родителей, я не смогу ответить без тени сомнения. «Этого нельзя допустить». Кр-рак! Зубы, не выдержав давления, начали крошиться. Я нанес удар. Бум! Раздался глухой отзвук. Туша Аэруса слегка качнулась назад. Глаза монстра, который до этого лишь теснил меня, широко распахнулись. Аэрус отступил. Решил ли он понаблюдать за последними судорогами добычи, или что-то почувствовал? Мои руки мелко дрожали. Я силой вправил пальцы, вывернутые под неестественным углом, и сжал кулак. Левая рука не слушалась. Я схватился за торчащую кость и, превозмогая боль, рывком вернул ее на место. Я не хочу умирать. Я ненавижу боль и раны. Но я не хочу прожить остаток жизни, вечно сожалея о трусости. Не хочу жить, лишившись права на оправдание. Таков я как человек. Прежде чем проявить доброту к другим, я не мог отступить ради самого себя. «Я остановлю его». Раз это в моих силах, раз больше некому... я должен это сделать. Я остановлю это чудовище. Сделаю все, что смогу. Чтобы потом, если выживу, я мог с гордостью сказать: тогда я сделал все возможное. Мои мысли. Мои убеждения, составляющие мой стержень. Идеи, отличающие меня от других. Моя уникальность. Возможно, дело было в близости смерти. Ощущая, как я исчезаю, я парадоксальным образом начал отчетливо чувствовать свое «Я». — Тудум! В этот момент внутри что-то громко отозвалось. — Тудум! Мощная вибрация встряхнула сознание. — Тудум! Пульсация продолжалась. Умирающее сердце забилось в бешеном ритме. С каждым ударом я все яснее осознавал свою уникальность. «А...» Я понял это, лишь оказавшись на пороге смерти. На губах появилась горькая усмешка. Сродство с маной и Мастер на все руки. Это не было даром. Это не было чем-то, что мне вручили. Я просто осознал то, чем владел изначально. А пространственное восприятие... да, оно было получено извне. И их было даже не одно, а два. Почему это досталось именно мне — загадка. Вопросов было множество, но сейчас на кону стояла жизнь, так что я отложил их на потом. Время, которое до этого тянулось медленно, начало возвращаться в привычный ритм. Треск — звук лопающейся преграды эхом разнесся по коридору. Это не был скрежет зубов или хруст костей. Аэрус, пристально следивший за мной, внезапно вздрогнул и задрал голову. Его взгляд был устремлен вверх. Неба не было видно. Потолок преграждал обзор. Я усмехнулся. Это была усмешка над самим собой. «Это реальность, а не игра». Не относись к миру как к игре. Думай головой, ведь это реальность. Для меня «потолком», мешавшим осознать уникальность, был мой собственный здравый смысл. Мир без маны и сверхспособностей был для меня единственно верной аксиомой. Даже оказавшись здесь, я оставался человеком из прежнего мира. Мое ограниченное мышление заставляло меня верить, что у меня не может и не должно быть никакой уникальной способности. Грох! Часть потолка, покрытая трещинами, обрушилась. Обломки посыпались на Аэруса. И вместе с этим... Пространственное восприятие рухнуло. Восприятие? Нет. Это было лишь то топорное название, которым я самовольно окрестил две великие силы, пытаясь подогнать их под свой уровень. С крахом того, что я называл пространственным восприятием, исчезла «информация». Обновление карты прекратилось. Чувства остались, но теперь это была лишь бледная тень прежней четкой картины. Но это не имело значения. Я знал, как восстановить эту карту. — Динь! Сквозь затуманенное сознание донесся звук уведомления. Странно. Связь со смарт-часами давно оборвалась. *** — Динь! [Игрок начинает осознавать свою уникальность.] [Уникальная способность «Сродство с маной» повышает уровень.] [Уникальная способность «Мастер на все руки» повышает уровень.] [Считывание эмоций Игрока...] [Система коррекции игрока: Оценка.] ... ▶ Состояние души: «Грань смерти»: стоит на пороге гибели. «Спасение»: стремится спасти тех, кто в опасности. «Добрая воля»: воля, принадлежащая стороне Добра. «Жертвенность»: готовность отринуть свое ради других или великой цели. ... [Условия частично соблюдены.] [Временно активируется система коррекции «Спаситель».] [Оказание поддержки Спасителю.] ---------- Мерцание.(1) Что-то изменилось. И дело было не только в том, что рухнуло «пространственное восприятие». Изменилось само тело. В ногах, которые еще мгновение назад подкашивались, и я едва не валился замертво, появилась сила. Возникло странное чувство, будто кто-то поддерживает меня со спины и ласково поглаживает. «Что это?» Предсмертная вспышка? Неужели я и впрямь на пороге гибели? — Гр-р-р-р-р!.. ...Времени на раздумья не осталось. Я решил, что живому трупу, коим я являлся, просто дали небольшую передышку перед концом. В рыке Аэруса всегда слышалась угроза. Это был звук хищника, стремящегося запугать и парализовать свою добычу. Но сейчас в нем сквозили замешательство и настороженность. Возможно, зверь на инстинктивном уровне почувствовал перемену во мне. Я ощущал его. Каждая шерстинка, колышущаяся на ветру, теперь выделялась четкими зелеными линиями. «Хм». Мир превратился в черное полотно, расчерченное зелеными контурами. Знакомая картина. В самом начале моего пребывания в этом мире я видел всё именно так — и это жутко раздражало. Тогда я списал это на сбой в «пространственном восприятии». Теперь же я все понял. Это было не что иное, как чтение пространства целиком. Просто из-за моего низкого ранга и ничтожного уровня я не мог расшифровать информацию, и навык казался бесполезным. Вероятно, именно поэтому, глядя на Врата через эту призму, я испытывал такой первобытный ужас. Я слегка повел головой. Ощущения были непривычными. Я чувствовал то, чего не замечал раньше. Само это пространство благоволило Аэрусу. Среда была подстроена под него. Поддержка подземелья — привилегия, которую оно дарует особи класса Альфа. И наоборот: на любого чужака это место давило. Монстрам внутри оно давало жизненную силу, врагов же — подавляло. Раньше, используя «пространственное восприятие», я тратил все силы лишь на то, чтобы сбросить это давление. А сейчас? У меня не было причин оставлять всё как есть. Я взмахнул рукой. Вслед за моим движением воздух дрогнул. Легкая вибрация мгновенно переросла в исполинскую волну. «Проявление полномочия». «Пространство». Пространство неистово забурлило. Вихрь, возникший вокруг меня, разошелся во все стороны. Он в мгновение ока разорвал власть подземелья, и мой контроль воцарился над округой. — ...?! Аэрус широко распахнул глаза. Его замешательство было почти осязаемым. Сила, подпитывавшая его, исчезла. Зверь задрал голову, глядя вверх. Он больше не чувствовал поддержки подземелья, которое всегда следило за ним и помогало. Еще мгновение назад это была территория данжа. Пространство, поглощенное обезумевшими Вратами, поле боя, выгодное лишь монстру. Но не теперь. Отныне это пространство подчинялось мне. Это был уже не тот жалкий уровень «пространственного восприятия». И пусть я не задействовал «полномочие» на полную мощь, контроля во мне было достаточно, чтобы не давать какому-то подземелью четвертого ранга диктовать свои условия. Я чувствовал это. Зеленые линии на черном фоне... Даже будучи при смерти, я ощущал вибрацию кожей. Слух улавливал малейшие нюансы рычания. Это не мешало бою, но не было смысла цепляться за худшие методы, когда в руках есть лучшие. Я снова взмахнул рукой. На этот раз ни колебаний, ни вихрей не последовало. «Проявление полномочия». «Наблюдение». В отличие от пространственного полномочия, внешне ничего не изменилось. Я просто снова начал принимать информацию. Возможно, существовали и другие способы применения, но у меня не было времени на исследования и эксперименты. Поэтому я воспользовался самым привычным методом. Как и при «пространственном восприятии», я собирал информацию о зоне вокруг себя. Если раньше волна пространства расходилась от меня, то теперь волна информации хлынула ко мне. Мрачная карта вновь обрела цвета. Кроваво-красная шерсть, туман, алые лужи крови на полу и трепещущее «Небесное оперение», пропитанное маной. Всё стало предельно четким. Сведения, врывавшиеся в сознание, были настолько детальными и ясными, что сравнивать их с прежними было даже неловко. Бам! Пол под лапами монстра треснул. На меня нахлынуло алое марево. Передняя лапа, окутанная кровавым облаком, рванулась вперед, рассекая воздух. Свист когтей обещал скорую расправу. Та же атака, что и раньше. Но теперь я воспринимал её иначе. Я вытянул руку. Её окутала лазурная «Ганги». Натиск и защита. «Ганги» столкнулась с кровавым облаком. Синий и красный цвета яростно отталкивали друг друга. Синий начал сдавать позиции. Результат был лучше, чем прежде, но меня всё равно теснили. Причина очевидна: кровавое облако было плотнее и мощнее моей «Ганги». При прямом столкновении моя энергия просто рассыплется. — Гр-р-р-р!.. Но я не позволил себя отбросить. Едва коснувшись обрушившегося удара, я изменил его траекторию. Атака пришлась в пол, разнеся его в щепки. Я уклонился от передней лапы, хлестнувшей подобно гибкому бичу. Стена, и без того превращенная в руины, окончательно осыпалась. «Мастер на все руки». Уникальная способность универсального типа, дающая хотя бы минимальный потенциал в любой области. А еще — способность технического типа, оттачивающая мастерство. Стоило мне осознать свою уникальность, как этот навык начал стремительно расти. Теперь мне было куда легче уходить от ударов и перенаправлять их силу. Моя техника совершенствовалась на глазах. К тому же качество информации, поставляемой «полномочием наблюдения», возросло. У меня не было причин попадаться под удары. Обладай я такой силой с самого начала, я бы продержался без труда. Однако мое состояние было критическим, и я не мог просто тянуть время. Если бы не та таинственная энергия, поддерживающая меня, я бы давно стал трупом. И интуиция подсказывала: эта помощь скоро иссякнет. Нужно заканчивать. Быстро. Если я упаду здесь, люди в убежище погибнут. Так было и раньше, но тогда мне не хватало мощи. А что теперь? Получится ли у меня? Стоит хотя бы попытаться. Я криво усмехнулся и протянул руку. Левая рука была превращена в месиво, кости переломаны и раздроблены, и лишь «Небесное оперение» удерживало её в подобии формы. Правая же рука была изуродована страшными ожогами. Аэрус, собиравшийся снова ударить лапой, вздрогнул. Я почувствовал, как он хочет отпрянуть. Животное чутье? Вспых! Слишком поздно. Дистанция была идеальной. На правой руке проскочила искра. В мгновение ока она превратилась в ревущее пламя. Огонь, сжигающий и владельца, и весь мир. Пламя, не оставляющее от ненавистной цели даже пепла. «Гэпхва». Почему из моей руки вырывается этот огонь? Я и сейчас не понимал до конца, но осознал принцип его работы. «Сродство с маной». Моя изначальная уникальная способность, которую я долго не мог осознать. В оригинальном романе говорилось, что она дает запредельную близость к мане. И это правда. Но сейчас я определил эту способность иначе. Благодаря «сродству с маной» я чувствовал её с самого начала. Мне было легко войти в мир магии, легко управлять энергией. «Гангче», «Ганги», заклинания — всё давалось без труда. Но «сродство с маной» — это не просто облегчение задач. Это нечто большее. Это способность делать то, что другим не под силу. Когда же это случилось? Наверное, во время того пожара. Я столкнулся с «Гэпхва». Огонь, обрушившийся на мою правую руку и всё тело, был именно этим пламенем. Он сжигал меня, но я почему-то выжил. Особенно правая рука — та, в которую «Гэпхва» вцепилась с особой яростью. Она запомнила и осознала этот огонь. «Расширенная способность». Расширение уникальности. Шаг вперед, прочь от застоя. Не знаю, деградация это или прогресс, но это определенно движение. «Уподобление: Гэпхва». По широкому коридору пронесся огненный шторм. Волна пламени, испаряющая густую кровь, обрушилась на врага. — Ка-а-а-а-а-ах!.. Впервые из глотки Аэруса вырвался вопль, полный невыносимой боли. Коридор задрожал. Ошметки камней разлетелись во все стороны. «Гэпхва» мгновенно испарила кровавое облако и вцепилась в багровую шкуру монстра. Аэрус катался по земле, но пламя не гасло. «Больно, да? Тварь ты эдакая». Я по себе знаю, как это чертовски больно. На душе стало легче. Как ни крути, а видеть мучения того, кто только что пытался тебя растерзать, — истинное наслаждение. Правда, я и сам был одной ногой в могиле. С трудом выдавив улыбку, я рванулся вперед. — Кр-р-р-р!.. Истекая пеной, Аэрус ударил лапами по земле и попытался подняться. Даже когда глаза застилает боль, инстинкт выживания заставляет тело двигаться. Его взгляд метнулся к моей правой руке. Зверь явно опасался «Гэпхва», искры которой еще тлели на коже. Свист рассекаемого воздуха. Когти, едва прикрытые остатками кровавого облака, метнулись к моему лицу. Разница в габаритах была огромной. Если мы ударим одновременно, его лапа снесет мне голову раньше, чем я до него дотянусь. Разница в физической силе тоже была колоссальной. В честном забеге мне никогда не обогнать Аэруса. Но это не значит, что я не могу уклониться. Я резко развернулся. Край уха, и без того едва узнаваемого, оторвало. Кончики волос срезало, как бритвой. Зато я снова сократил дистанцию, нырнув ему под грудь. Всё внимание Аэруса по-прежнему было приковано к моей правой руке. Он отчаянно пытался избежать новой порции «Гэпхва». И тогда я выставил вперед левую руку. Она была окутана «Небесным оперением», но лишена защиты «Ганги» — совершенно беззащитная конечность. Рука, которую он не воспринимал как угрозу. Для обезумевшего от боли зверя левая рука была последним, о чем стоило беспокоиться. — Кха-анг! Пасть, усеянная клыками, распахнулась прямо передо мной. Расстояние сократилось до предела. У него тоже появился шанс на атаку. В эту пасть легко бы вошла вся моя верхняя половина. Острые, массивные зубы могли перекусить меня в мгновение ока. Туда-то я и сунул левую руку. Челюсти захлопнулись. Клыки вонзились в плоть. — Ква... «Небесное оперение» лопнуло. Зубы вспороли кожу, прошли сквозь мышцы и с хрустом впились в кость. — З-з-з-зт! В этот миг я подорвал мару. «Расширенная способность». Магические цепи заскрежетали. Я выжимал ману из самых глубин, но её не хватало. — У-у-у-унг! Тогда я начал тянуть ману из окружения. Грязную, перемешанную со всяким мусором энергию. Не заботясь о последствиях, я вкачал её всю в левую руку. «Уподобление». «Гэпхва» я прочувствовал на собственной шкуре. Я познал её через боль и осознал. Сейчас же у меня не было подобного опыта. Но я определенно чувствовал эту силу. Я ощущал её воздействие на себе и видел, как её применяет другой человек, находясь в непосредственной близости. Это была уникальная способность, чье величие не уступало «Гэпхва». «Чангэ». Треск! Из левой руки, зажатой в тисках острых клыков, вырвалась «энергия холода». Голова Аэруса целиком покрылась льдом. Его пасть всё еще сжимала мою руку. Из-за разницы в росте ему пришлось опустить голову. Идеальная позиция для удара. И бежать ему некуда. Поняв это, Аэрус в панике попытался вырваться. Хрусть! И без того раздробленные кости предплечья окончательно превратились в крошево. Из-за того, что руку заморозило заживо, я почувствовал боль, от которой кровь словно закипела в жилах. Я с силой отвел назад правую руку, сжатую в кулак так крепко, как никогда прежде. Второго шанса не будет. Нужно покончить с этим одним ударом. «Гэпхва?» Если использую её, нанесу тяжелую рану. Могу даже искалечить. Но это ненадежно. Есть риск, что он переживет мою незрелую «Гэпхва» и продолжит бой. Ведь он всё еще двигался после прямого попадания. Я знаю, что «Гэпхва» невероятно сильна. Я видел мощь Хон Ёнхвы. Но... «Мне нужно что-то посильнее». В этом мире слишком много сильных людей. И полно монстров, выходящих за рамки здравого смысла. Один-единственный монстр может отравить ядом огромные земли Китая, сделав их необитаемыми. Один-единственный монстр может растерзать целый континент. В «Башне», которая рано или поздно начнет вторжение, тоже полно чудовищ. А на её вершине восседают истинные монстры. Всё это — знания из оригинала. Наяву я с ними не сталкивался. Но за всю свою жизнь в этом мире я видел силу, превосходящую всё остальное. Я видел самого сильного человека. Яростную, неукротимую золотую ману. «Расширенная способность». Я впитываю этот образ. Образец? Данные? Информации более чем достаточно. Я собирал её почти каждый день. Это человек, с которым я контактировал чаще всего. Тот, кто вел меня за собой и учил. Тот, кто стал для меня воплощением спокойного и мудрого взрослого. Я смогу это повторить. «Уподобление». Кажется, я использовал способности слишком часто подряд. В голове помутилось. Я из последних сил цеплялся за ускользающее сознание. Это конец. Я чувствовал это нутром. Пальцы впились в ладонь, ногти проткнули кожу. «Ганги» вспыхнула яростным пламенем, а затем резко сжалась, уплотняясь. Цвет изменился. В полуразрушенном коридоре внезапно вспыхнул солнечный свет. Уникальная способность Атра Клайд. Сила, которую она обрела позже, мощь которой сопоставима с «Гэпхва». Природа её маны. «Белая ночь». Кулак, заряженный золотым сиянием, врезался в голову Аэруса. Свет взорвался. *** К-к-к-ка-а-а-ам! Треск! Удар обрушился на внешнюю стену пространства, которая и так была на грани разрушения. Следом ударила золотая энергия. Гро-о-о-ом! Ударная волна прокатилась по миру, оглушая всё живое. Хрусть! Сколько раз она ударила? Пять? Шесть? Наконец, куски внешней стены посыпались градом. Она не разрушила её полностью. Да и не собиралась. Сквозь пролом в серой стене Атра, резко отдернув кулак, ворвалась внутрь. «Где он? Где?!» Глаза, налитые кровью, лихорадочно осматривали округу. Усиленное маной зрение сканировало город. Перед ней предстали руины. Рухнувшие здания, пожары, полыхающие то тут, то там. Зрелище, от которого сердце сжималось от дурных предчувствий. Стиснув зубы, она бросилась вперед. Ей попадались трупы, в которых уже невозможно было узнать людей. Куски плоти, ставшие кормом для монстров. Тревога росла. Она сметала поганых тварей ударами «Ганги», не замедляя шага. — ......! Знакомая аура. Невероятно слабая, она лишь усиливала страх. Бум! Крыша, на которой она стояла, провалилась. Атра, мчась по воздуху, искала источник энергии. Совсем рядом с этой аурой она чувствовала присутствие жуткого монстра. И тут... Ка-а-а-а-а-ам! Грохот ударил по ушам. Знакомая природа маны, знакомый звук взрыва. «Черт». Черт, черт, черт!.. Дурное предчувствие. Мир вокруг резко изменился. Фигура Атры рванулась вперед, оставляя за собой шлейф. Бам! При приземлении пол под её ногами треснул. Не обращая на это внимания, она вскинула голову. Вход в убежище превратился в месиво. Дверь, сорванная с петель и искореженная, валялась неподалеку. Дурное предчувствие. «Этого не может быть». В этот раз всё иначе. Не может быть. Он точно цел. Она чувствует его ману. Всё не так, как в прошлый раз. В этот раз... В этот раз... Мысли путались. Сметая остатки страха яростью, она влетела внутрь убежища. И... Она увидела руку. «......» Рука без мизинца, с переломанными остальными пальцами. Кожа была изодрана в клочья, словно её жевал какой-то исполин. Рука, покрытая коркой льда. Она должна была быть частью тела, но почему-то лежала отдельно. До боли знакомая рука. Мир перед глазами померк. Взгляд невольно скользнул дальше. Рядом, в луже крови, лежала туша монстра с размозженной головой. Огромный зверь с рыжей шерстью. Похоже, особь класса Альфа. Мертв. Кто его убил? Она не хотела смотреть. Но должна была. Взгляд снова вернулся к тому, что лежало рядом. К телу... у которого не хватало одной руки. Тело. Оно выглядело так, будто в нем не осталось ни капли жизни. Знакомые очертания. Знакомый шрам на правой руке, превращенной в кусок обгорелого мяса. Оно лежало в луже крови, неподвижное и холодное... — А... Губы дрогнули. Но звук не сорвался. Свет в глазах Атры погас. *** [Система коррекции Спасителя] [Поддержка жизнеобеспечения Спасителя...] [Активируется «Проклятие хрупкой красоты»] [Потраченная жизненная сила восстанавливает плоть] [Жизненная сила расходуется под действием «Проклятия хрупкой красоты»] ---------- Что с моей рукой?..(1) Та-да-да-дак. Раздался механический стрекот. Пальцы быстро порхали по клавиатуре. Перед глазами забрезжил свет — монитор тускло освещал погруженную в полумрак комнату. Странное чувство. Словно я погрузился в глубокое воспоминание о далеком прошлом. Я недоуменно наклонил голову. «С чего это вдруг?» Но пока в голове роились вопросы, руки продолжали свое дело, виртуозно выбивая дробь по клавишам. ▶ Я: Цветочек ▶ Я: Цветочек ▶ Я: Цветочек? ▶ Я: Эбе-бе-бе ▶ Я: Тук-тук... Сообщения посыпались градом. Обычно, чтобы получить ответ в чате, нужно хоть немного подождать. Если не повезет с моментом, отклика можно ждать часами. ▶ Агапантус: Что? Ответ пришел мгновенно. Цветочек. Узнав, что никнейм Агапантуса — это название цветка, я время от времени стал называть его так. Поначалу он возмущался, не понимая, к чему это, но теперь, видимо, привык и отвечал без лишних эмоций. Пальцы на мгновение замерли над клавишами. Я попытался воскресить в памяти тот момент. Я позвал его просто от скуки, и на самом деле говорить мне было не о чем. Немного пошевелив пальцами в раздумье, я перешел к своей излюбленной теме. ▶ Я: Живо начинай играть в «Спаситель (Savior)»! (Играть) ▶ Я: Цветочек, давай со мной ▶ Я: Это реально весело ▶ Я: Я не вру ▶ Я: (Эмодзи щенка, смотрящего с надеждой в глазах) «Спаситель». Сейчас при одном упоминании этой игры у меня зубы сводит от злости, но глупо отрицать — тогда я был от нее в полном восторге. Мгновенные ответы прекратились. Учитывая, что Агапантус обычно отвечал быстрее меня, хотя я и так безвылазно сидел дома, это было странно. Он всегда затихал, стоило мне предложить сыграть в «Спасителя» вместе. ▶ Агапантус: Не хочу. Ответ разочаровал. Я щелкнул суставами пальцев и снова принялся печатать. ▶ Я: Ну пожа-а-алуйста ▶ Я: Там правда круто ▶ Агапантус: А мне показалось скучным. ▶ Я: Ого ▶ Я: (Эмодзи щенка, падающего в лужу) От такого шокирующего заявления я даже невольно охнул. Я был готов вывалить на него как минимум три веские причины, почему «Спаситель» — это шедевр. Но в то время я еще обладал зачатками такта и умел уважать чужие вкусы. Подавив вздох, я продолжил. ▶ Агапантус: И что, правда интересно? Стоит того? ▶ Я: Да, очень. Я уже на седьмом прохождении. ▶ Агапантус: ...Только на седьмом? Почему так медленно? ▶ Я: Это потому, что ты ничего не знаешь о «Спасителе». Если исследовать каждый уголок, быстро не получится. И вообще, я не так уж и медленно иду. Я надулся и уставился в монитор. Агапантус всегда отнекивался, мол, игра скучная, но при этом иногда... нет, довольно часто расспрашивал меня о ней. Причем вопросы касались не механик. Ему было интересно: «Ну как оно?», «Весело?», «Что там в итоге случилось?», «С кем из персонажей ты подружился?»... Сам не играл, но за моими успехами следил пристально. ▶ Я: На седьмом прохождении всё пошло прахом, потому что я ушел из Сиёлама. ▶ Агапантус: Что? Седьмое прохождение. Я так и не получил достойного прозвища в тот раз, поэтому называл этот путь «маршрутом бродяги». Седьмая попытка провалилась с треском, сравнимым разве что с первым разом... Если честно, всё было даже хуже, чем в первый раз. В отличие от прошлых попыток, я решил отказаться от Благословения роста и прочих привилегий и просто взял и покинул Сиёлам. После завершения шестого круга я зашел в тупик и в начале седьмого решил побродить за пределами Сиёлама, надеясь отыскать скрытые элементы на карте Кореи. Это было опрометчиво. Стоило мне выйти из Сиёлама и начать путь, как сработала уникальная способность «Сенсорика кризиса». Глядя на бесконечный каскад всплывающих окон, я слишком поздно осознал свою ошибку. ▶ Агапантус: С чего ты вообще решил оттуда уйти? ▶ Агапантус: Ты дурак? ▶ Агапантус: Тебе создали все условия, защитили со всех сторон, чтобы ты мог расти — зачем добровольно оттуда выходить? Когда я попытался объясниться, Агапантус, который до этого слушал молча, буквально взорвался. Глядя на ответы, прилетавшие вдвое быстрее обычного, я почувствовал, как во мне закипает раздражение. ▶ Я: Да что ты понимаешь, Цветочек! ▶ Я: Ты даже толком не играл. ▶ Агапантус: Тут и играть не надо, чтобы понять. Выйти оттуда — это глупость. ▶ Агапантус: Эх ты, дурень. ▶ Я: Тьфу на тебя. ▶ Я: Не хочу разговаривать с тем, кто не разбирается в теме. Я обиженно уставился в экран. Глупый выбор. Я и сам это знал. Останься я в Сиёламе, стал бы сильнее, чем в прошлый раз. Но этого было недостаточно. Стук клавиш затих. Я задумчиво пошевелил пальцами. В «Спасителе» не было четко обозначенного финального босса или условий истинной концовки. Я сам назначил себе цели и поклялся их достичь. В этой истории мир держался на пяти Башнях. Башня Пространства физически соединила мир через Врата. Башня Настройки разрушила языковые барьеры и восстановила связь через интернет и смарт-часы. Башня Наблюдения вычисляла угрозы со стороны монстров, Злодеев и отступников. Башня Знаний оберегала мудрость, которую человечество не имело права утратить. Башня Роста быстро и безопасно ковала и выпускала в свет великих героев. С какой стороны ни посмотри, для фракции «человечество» эти Башни были спасением. Они играли ключевую роль в выживании мира. Но были и другие. «...» Башня Смерти. Башня Стужи. Башня Чистилища. Именно их я самолично определил как финальных боссов и условия завершения игры. Именно ради победы над ними я прикладывал все силы. После выпуска из Сиёлама эти три Башни начинали извергать бесконечные орды могущественных монстров. Они постепенно захватывали территории, затягивая петлю на шее человечества. Точных условий их активации я не знал. В первом прохождении пробудились все три. В последующих — то одна, то две. В первый раз я погиб от рук Владыки Башни Смерти. Как и следовало из названия, этот противник мастерски управлял огромными армиями нежити. При этом его личная мощь была настолько чудовищной, что я погиб, не сумев оказать даже малейшего сопротивления. Во второй и третий раз я бесславно скончался, даже не добравшись до Владык. В четвертый раз меня снова убил Владыка Башни Смерти. Четвертое прохождение — «Булгасари». Используя уникальную способность «Ассимиляция», я воплощал в себе характеристики различных монстров и, обладая невероятной регенерацией, надеялся выстоять против легионов Смерти. Я лишь держался. В итоге меня просто раздавили числом, выбивая дух, пока всё не закончилось. В пятый раз я пытался создать технику, способную смести всю армию одним ударом, но, как и в третий раз, не рассчитал силы и погиб от собственного перенапряжения. В шестой раз... Чтобы противостоять Владыке Башни Смерти, я сам обратился к некромантии, изучал черную магию и магию пространства. Используя ману атрибута тьмы, я создал некое подобие армии теней, имитируя бессмертие. В битвах с легионами Смерти я всё равно уступал, но это уже было похоже на настоящее сражение. И вот тогда, когда я почти достиг цели, меня буквально разрезал на куски Владыка Башни Чистилища, специализирующийся на дуэлях и ближнем бое. «Р-р-р...» Даже сейчас, вспоминая об этом, я чувствую, как дрожат руки. Честно говоря, даже если бы Владыка Башни Чистилища не вмешался, Владыка Башни Смерти прихлопнул бы меня, и я бы даже пикнуть не успел. Безысходность. Меня не покидало чувство, что я слишком слаб. С нынешними методами развития я едва ли мог нанести Владыкам хоть какой-то урон. Нужно было менять стратегию. Требовался качественный скачок, нечто такое, что можно было бы назвать фундаментальным преобразованием, способным запредельно поднять характеристики персонажа. Поэтому в седьмом прохождении я так рано отправился на поиски «скрытых фрагментов». Весь круг я только и делал, что убегал, и о нормальном росте не было и речи. Но, кажется, я что-то нашел. Я погиб раньше, чем успел опробовать находку в деле, поэтому уверенности не было, но интуиция подсказывала: если использовать это правильно, можно достичь небывалого могущества. Пока я размышлял об этом, мой взгляд упал на монитор. В чате Агапантус продолжал гнуть свою линию, не понимая, зачем покидать такое идеальное место, как Сиёлам. ▶ Я: Тьфу на тебя. ▶ Я: Если бы наши Владыки Башен сражались вместе с нами, мы бы давно победили. Серьезно. ▶ Агапантус: ...... ▶ Я: Это всё потому, что наша команда в афк ушла. ▶ Я: Чем вообще заняты наши Владыки? ▶ Я: Если бы мы дрались пять против трех, мы бы их вынесли. Я выплеснул всё свое недовольство Агапантусу, который почему-то замолчал. Затем мы еще немного поболтали о всякой ерунде. О том, поел ли я, о том, что нельзя так питаться, о средствах для умывания, которые он советовал, и о том, что мне стоит попробовать, если не спится... Время пролетело незаметно. Я отодвинул стул. Ноги затекли, и вставать совсем не хотелось. Я посмотрел на небо. В моих глазах отразился ночной небосвод за окном. Плывущие серые облака, мерцающие звезды... и полная луна, зависшая в самом центре. Картина, пробуждающая ночную меланхолию. Полюбовавшись ею мгновение, я снова придвинулся к столу. ▶ Я: Ладно, я спать. ▶ Агапантус: Угу, пора бы уже. ▶ Агапантус: Спокойной ночи. Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее. ▶ Агапантус: И не забудь про то средство, если вдруг кошмары замучают. ▶ Я: Я им пользуюсь. ▶ Я: Спасибо большое. ▶ Я: (Эмодзи щенка, отвешивающего поклон) ▶ Я: И тебе хороших снов, Цветочек. На этом разговор закончился. Тихо тикали часы. Я сидел, глядя в пустоту. Нахлынуло внезапное чувство одиночества. Странно. В комнате было так же тихо, как и минуту назад. Лишь щелчки клавиатуры да скрежет стула по полу нарушали тишину. Но сейчас мне было одиноко. Рука неосознанно потянулась к аптечке, но тут же вернулась к клавиатуре. Лекарствами увлекаться нельзя. Врач говорил, что лучше обходиться без них, если это возможно. Голова кружилась. Зрение то расплывалось, то снова становилось четким. Я тряхнул головой. Нужно было на что-то отвлечься. Сначала я хотел лечь спать, но рука сама потянулась к мыши. Щелк. Раздался шум работающего компьютера, и монитор осветился яркими красками игры. «Спаситель». Ничто не помогало мне сосредоточиться так, как эта игра. «Буквально на минутку, — подумал я. — Только набросаю концепт восьмого прохождения и выключу». В ту ночь базовый концепт восьмого круга был завершен. Восьмое прохождение, начатое на следующий день, с легкостью превзошло все мои предыдущие достижения. Это был колоссальный скачок, достигнутый благодаря методу, найденному в том самом седьмом круге. На пике своей силы в восьмом прохождении я вступил в схватку с Владыкой Башни Стужи. И погиб от удара в спину, нанесенного Пэк Арин. *** Сознание медленно всплывало на поверхность. Мысли были вязкими, словно окутанными густым туманом. Рефлекторно я хотел открыть глаза, но «инстинкт» воспротивился. Казалось, само тело говорило: «Зачем тебе их открывать, если ты всё равно ничего не увидишь?» Вместо этого я попытался пошевелить пальцами. Не вышло. Пальцы были чем-то скованы и не слушались. ...Появилось странное чувство неправильности. Я не мог пошевелить ими. Правая рука... с ней что-то было не так. Левая тоже не двигалась. Так и должно было быть. Я не чувствовал ее. Было ощущение, что команде «пошевелить пальцами» просто некуда поступать. Странное, пугающее чувство. И в то же время — до боли знакомое. «А...» Пока я безвольно шевелил губами, сквозь пелену в памяти вспыхнуло воспоминание. Монстр, Аэрус. Тварь с шерстью жуткого цвета. Чудовище, окутанное кровавым туманом, жаждущее моей смерти. Левая рука, которую я выставил вперед, не в силах заблокировать его движение. Резкий укус, хруст костей, разрываемая плоть и мышцы — ослепляющая вспышка боли. Техника Чангэ, которая должна была сдерживать его, разлетелась вдребезги вместе с моей... вместе с моей... Моей левой рукой. «А-а...» Я дернул левым плечом. Ослабевшее тело отозвалось специфической, пугающей пустотой там, где должна была быть конечность. Ужасающее ощущение. Я уже чувствовал нечто подобное... когда мою левую ногу раздавило в лепешку. — А-а... — сорвался с губ хриплый стон. — А-а-а!.. Гх!.. А?! Следом пришла раздирающая горло боль, и мое тело конвульсивно дернулось. Пи-пи-пи! Совсем рядом истошно завыл сигнал тревоги. Я почувствовал, как к постели, охваченные паникой, бросились люди. ---------- Сожаление и опустошение.(1) В тот миг, когда она увидела распростертое в луже крови тело... тело, в котором едва ли можно было признать живого человека, мир перед её глазами окрасился в черный, и сознание погрузилось во тьму. Прошлое и настоящее слились воедино. Ученик, обещавший скоро вернуться. Ли Ха Юль, обещавший скоро вернуться. Она верила, что он справится, слепо доверяла своему ученику. Она чувствовала тревогу, но заставляла себя отвернуться, убеждая, что не вправе вмешиваться. Ученик, попавший в эпицентр неистовства подземелья. Ли Ха Юль, попавший в эпицентр неистовства подземелья. Ученик, от которого осталась лишь одна рука. Ли Ха Юль, чья рука была растерзана, а сам он брошен в лужу крови. — А... — вырвался тихий, надломленный стон. С её крепко сжатых кулаков капала кровь. Атра была готова собственноручно размозжить себе голову. Ей хотелось сжать кулаки, окутать их Ганги, высвобожденной через уникальную способность, и обрушить на саму себя. Галлюцинации при ментальных атаках — дело обычное. И один из способов справиться с ними — совершить самоубийство в мире грез. Она отчаянно хотела верить, что всё это лишь морок, порожденный чьим-то воздействием на разум. Хотя обострившиеся чувства и интуиция твердили, что всё реально, она цеплялась за призрачную надежду: «А вдруг это всё же иллюзия?» — ...! Она не сделала этого лишь потому, что тот, кого она приняла за труп, издал слабый, едва слышный хрип. Реальность обрушилась на неё со всей тяжестью. Застывшая, словно каменное изваяние, Атра внезапно сорвалась с места и упала перед ним на колени. Раздался всплеск — её колени коснулись пола, и по кровавой луже пошли круги. Она лихорадочно осмотрела состояние Ли Ха Юля. ...Трудно было поверить, что он еще жив. Даже обладай он способностью к регенерации, это казалось невозможным, и всё же Ли Ха Юль дышал. Его дыхание было призрачным, готовым оборваться в любую секунду, но он был жив. Жив. Только эта мысль билась в её голове. Дрожащими от спешки, но предельно осторожными руками она подхватила Ха Юля. Сбросив пальто, она укутала его и стремительно рванулась прочь. Небо над убежищем постепенно возвращало свой истинный цвет. Внешние стены, окружавшие город, начали осыпаться. Всё благодаря тому, что Ли Ха Юль сумел одолеть Особь класса Альфа, которая одновременно служила Ядром подземелья. Атра направилась к источнику человеческого присутствия — туда, где раньше стояла стена. Там она обнаружила спасательный отряд Ассоциации, который как раз собирался пробиваться внутрь. Разумеется, среди спасателей был герой с уникальной способностью к исцелению. Этот герой остался, в то время как остальные боевые единицы вошли в город. Началось исцеление. Герой-целитель, не обращая внимания на терзаемую тревогой Атру, внезапно исказился в лице. — Дальше я бессилен. — Что? «Бессилен». В этой фразе, которой она никак не ожидала, в лице Атры что-то надломилось. — Прости. Я, кажется, ослышалась. Не мог бы ты повторить? — ...Да. Моих способностей недостаточно, — ответил Пасенов, высокоранговый герой-целитель, до крови закусив губу. На его лице читались отчаяние и жгучее чувство вины. — Раны слишком глубоки. Уникальная способность, проникшая в них, с пугающей силой препятствует исцелению. «Дальше я бессилен». Слушая, как целитель повторяет одни и те же слова, Атра чувствовала, как мысли путаются. Бессилен. И что теперь делать? Единственное средство исцеления, которое было у Атры — это восстанавливающие зелья, что она всегда носила с собой. Она уже пыталась их использовать. Толку не было. Даже эликсиры такого качества, которые не стыдно взять в Магические земли, оказались бесполезны. Раз этот целитель не справляется, к кому ей идти? Она знала ответ. Если не помог один, нужно искать второго. Если не справился высокоранговый, нужно идти к сверхчеловеку высшего ранга. Но ни того, ни другого здесь не было. Стиснув зубы, Атра снова взяла Ли Ха Юля на руки. Его тело было холодным. Она не чувствовала ни капли тепла, и от этого надежда внутри неё угасала. Она оттолкнулась от земли. Окутав себя Ганги, она неслась вперед, преодолевая любые препятствия. Чтобы не причинить Ха Юлю вреда, она прикрыла Ганги и его тело. Ей нужно было добраться до Ассоциации, к Вратам. Оттуда, куда бы она ни отправилась, ей нужно найти лучших целителей. — Х-ха... ах... Каждый раз, когда во время этого безумного бега она слышала прерывистый хрип у себя на груди, сердце Атры ухало вниз. Его состояние было критическим. Ли Ха Юль в её руках балансировал на грани, казалось, его жизнь может оборваться в любой миг. В воздухе стоял тяжелый запах крови. Тот едва уловимый сладковатый аромат, который всегда исходил от него, исчез, сменившись удушливым запахом смерти. Всё это причиняло Атре невыносимую боль. Сердце словно разрывали на части. «Я не должна была его отпускать». Не стоило убеждать себя, что она не станет привязываться. Не стоило игнорировать его, оправдываясь тем, что он не может вечно быть под её крылом. Всё это были лишь жалкие отговорки. Раскаяние. Как и всегда, оно пришло слишком поздно. *** [Местное время 12:15. В районе Шихаллион, Шотландия, произошла серия неистовств подземелий.] Первые выходные апреля. Экстренные новости, разлетевшиеся по миру, нанесли сокрушительный удар по мирной повседневности. [Всемирная ассоциация сверхлюдей заявила, что неистовство в Шихаллионе было аномальным случаем, не имевшим предвестников. Пять подземелий 4-го ранга вошли в состояние неистовства по цепной реакции.] Неистовство подземелья. Несмотря на наступившую эпоху мира, подобные бедствия всё еще случаются, порой унося тысячи жизней. [На данный момент подтверждена гибель около 500 человек, ранено более 7 000. Эти цифры продолжают уточняться, и ожидается, что по мере расследования число жертв возрастет.] Новость мгновенно облетела всю страну. Трагедии в подземельях и человеческие жертвы всегда становятся главными темами, привлекая внимание своей пугающей остротой. Острая новость. И на этом всё. В конечном счете, для тех, кого это не коснулось лично, всё ограничивается лишь мимолетным сочувствием. Атра же была тем самым «заинтересованным лицом». Она сидела на стуле возле входа в лечебный блок и отрешенно слушала экстренные сводки, доносившиеся из голограммы. «......» Прошло больше суток с тех пор, как Ли Ха Юля поместили в отделение интенсивной терапии. За это время его осматривали десятки профессиональных целителей, но он так и не пришел в сознание. Настолько тяжелыми были раны. И что самое скверное — уникальная способность, нанесшая урон, была крайне специфической, из-за чего даже мастерам исцеления было трудно вытравить её остатки. Послышались тяжелые, не скрывающиеся шаги. Атра подняла голову. По коридору к ней шел мужчина в официальной форме. Его лицо было ей знакомо. Максвелл. Сверхчеловек из департамента по управлению катастрофами Ассоциации, ответственный за ликвидацию последствий инцидентов в подземельях. Атра была с ним немного знакома. — Давно не виделись, Клайд. Кажется, два года прошло. — ...Да. Спутанные волосы, голос, лишенный всякой силы. Мертвенно-бледное лицо и потухшие глаза. Глядя на неё, Максвелл мысленно вздохнул. Он ожидал чего-то подобного, но её состояние было совсем плохим. Максвелл знал историю Атры. Знал о трагедии с её прошлым учеником и понимал, в каких отношениях она состоит с Ли Ха Юлем сейчас. Он мог хотя бы отчасти представить, что она сейчас чувствует. Он немного помедлил, но работу нужно было выполнять. — Атра Клайд, герой высшего ранга. Как опекун курсанта Ли Ха Юля, желаете ли вы ознакомиться с записями наблюдения с места происшествия? Место происшествия. Записи наблюдения. Зрачки Атры дрогнули. *** В полумраке помещения Атра, стиснув зубы, впилась взглядом в голограмму, парящую в центре комнаты. На ней были запечатлены моменты перед самым началом неистовства... а точнее, сам Ли Ха Юль. Магический артефакт, наделенный Полномочием Башни Наблюдения, зафиксировал происходящее в тот момент. Пока пространство было изолировано, данные не могли быть переданы, но теперь, когда барьер пал, запись стала доступна. На видео... строго говоря, это был не Ли Ха Юль. На кадрах мелькал человек с совершенно иным телосложением и внешностью. — Подтверждено, что в то время курсант Ли Ха Юль имел при себе магический артефакт искажения восприятия, — пояснил Максвелл. Атра кивнула. Бум! На видео раздался грохот. В тот же миг Ха Юль пошатнулся. Он сильно нахмурился и схватился за голову. Атра догадалась, что виной тому была его способность «пространственное восприятие». Неистовство подземелья влияет на само пространство, и он, вероятно, пострадал из-за своей чувствительности к нему. Запись продолжалась. Небо окрасилось в пепельный цвет — началось неистовство. В этой пугающей ситуации Ли Ха Юль первым делом подхватил находившегося рядом ребенка и бросился к убежищу. По пути он на ходу применял магию, уничтожая монстров и расчищая дорогу. Видео шло дальше. Отправив ребенка в убежище, сам Ли Ха Юль внутрь не вошел. Будучи всего лишь курсантом, пробудившимся менее двух месяцев назад, он без тени сомнения бросился в самое сердце обезумевшего подземелья, чтобы убивать монстров и спасать людей. Когти Краснолистного пса полоснули Ха Юля. Лишь развевающаяся ткань одежды чудом сдержала удар. Монстров было слишком много. Людей, нуждающихся в спасении, — еще больше. У Ха Юля не было права на ошибку. Он уничтожал врагов магией с дистанции, но порой наступали моменты, когда приходилось принимать удар на себя. Чтобы защитить мирных жителей, он подставлялся под атаки. Он блокировал всё. Артефактами, Ганги, а иногда, когда времени на технику не оставалось, собственным телом. Были моменты, когда брызгала кровь. «......» Раны были поверхностными. Ничто не предвещало того ужаса, что случился позже. Запись ускорилась. В течение нескольких часов Ли Ха Юль ни на секунду не останавливался, истребляя монстров и вытаскивая людей. Ускорение прекратилось. В углу кадра показался знакомый монстр. Тот самый, что лежал с размозженной головой рядом с Ха Юлем — Особь класса Альфа, поддерживавшая неистовство. Бум! Чудовище на видео сорвалось с места. Скорость была огромной. Атра понимала, что Ли Ха Юлю, каким она его знала, было почти невозможно на это среагировать. Огромная передняя лапа отведена назад. Она мелко дрожит от сконцентрированной в ней мощи. Атра стиснула зубы, предчувствуя, что произойдет дальше. Грохот! От мощнейшего удара фигура Ха Юля отлетела на дорогу. Пальцы Атры дрогнули. Ха Юль, прочертив телом асфальт, задергался. Его облик исказился и вернул истинный вид — от удара магический артефакт искажения восприятия вышел из строя. «......» Теперь Атра отчетливо видела лицо Ха Юля. Лицо, искаженное гримасой боли, дрожащее от охватившего его ужаса. Она понимала его. Для Ха Юля, который никогда не бывал в настоящем бою, такая реакция была естественной. Он попятился. Сделал шаг назад. Это было правильно. Так и должно было быть. Он должен был бежать. Атра всем сердцем молила, чтобы он просто сбежал. Но его ноги замерли. Это длилось лишь мгновение, долю секунды. Лицо Ха Юля судорожно исказилось. Отражая страх и невыносимую боль, он внезапно оттолкнулся от земли. Вперед. Туда, где было чудовище. Окутав себя Ганги, он преградил путь монстру. Пока Атра отрешенно смотрела на Ха Юля на экране, в её памяти всплыл их давний разговор. Она спрашивала, как он поступит, если попадет в опасную ситуацию. Тогда Ха Юль почесал затылок и, робко поглядывая на неё, ответил через голограмму: — [Наверное, я убегу. Я трус, и у меня не хватит смелости рисковать жизнью в бою.] Она вспомнила, как он тогда заглядывал ей в глаза, боясь, что она в нем разочаруется. «Почему?..» Образ того Ха Юля наложился на образ парня, который, превращаясь в кровавое месиво, сквозь стиснутые зубы продолжал противостоять Альфе. Почему он не сбежал? Ответ на этот вопрос знал лишь тот, кто до сих пор не пришел в сознание. Она раскаивалась. Но было уже слишком поздно. ---------- Уа-а, я малютка Ха Юль (1) Ли Ха Юль на голограмме выглядел отчаянно. Что-то заставляло его с таким неистовством вгрызаться в каждый шаг особи класса Альфа, из последних сил затягивая время на протяжении всего боя. В конце концов, обзор переместился в проход, где развернулось ожесточенное сражение, от которого само собой напрашивалось определение «душераздирающее». — ...И что? Зачем ты мне это показываешь? Атре было тяжело на это смотреть. Попытавшись хоть немного привести в порядок растрепанные чувства, она отвернулась. — Я действительно его опекун, но вы ведь обычно не спрашиваете разрешения, чтобы просмотреть записи наблюдений. — Ха-ха, просто мы очень боимся, что госпожа Атра ворвется к нам в офис. Это означало: «Будет худо, если мы сделаем всё по-своему, а ты потом придешь разбираться». — Я не об этом. Зачем ты вызвал меня, чтобы смотреть это вместе? Был ли смысл требовать моего присутствия? Атра официально считалась кем-то вроде опекуна Ли Ха Юля. Изучение места, где взбунтовалось подземелье, с помощью магического артефакта, наделенного Полномочием «Наблюдения», было делом естественным. Так же естественно было и собирать данные о действиях Ли Ха Юля, который невероятным образом минимизировал последствия этого прорыва. В подобных случаях просить согласия у самого участника событий — нормальная практика. А так как он был без сознания, обращение к Атре как к опекуну выглядело логичным. Однако настойчивое требование «сопровождения» со стороны Ассоциации казалось странным, учитывая их обычные методы работы. Они могли просто получить разрешение на просмотр или уведомить её уже после того, как изучат записи. Атра нетерпеливо качнула головой. Это значило: «Если есть что сказать, выкладывай быстрее». «Характер всё тот же», — Максвелл с горькой усмешкой поправил галстук и активировал магический артефакт. Время на видео ускорилось. Миновал отрезок с отчаянным сопротивлением, и в определенный момент запись вернулась к нормальной скорости. — Фш-ш-ш! Увидев пламя, заполнившее экран, Атра цокнула языком. Даже через запись чувствовалась исходящая от него жажда убийства. Огонь, при одном взгляде на который становилось ясно: коснись он тебя — и живым не уйдешь. Адское Пламя. «Конечно, он его использовал». Когда жизнь висит на волоске, плевать на последствия. Правильно использовать любые средства, чтобы выжить. Но это не значило, что разобраться с последствиями будет легко. То, что Ли Ха Юль владеет Адским Пламенем, было фактом, о котором профессора, отвечавшие за первый курс, предпочли помалкивать. Оно и понятно: как на такое реагировать? Использует Адское Пламя. И что нам делать? Допрашивать его, не бастард ли он клана Гэпхва? Или расследовать, не принадлежит ли он к побочной ветви семьи?.. В любом случае, это не то дело, в которое им стоило соваться. Видя, как Хон Ёнхва, наследница клана Гэпхва, сама взяла его под крыло, они решили, что всё обойдется без дурных последствий. Но и трубить об этом на каждом углу, привлекая внимание Ассоциации и других структур, тоже не стоило. Заметив, как нахмурилась Атра, Максвелл покачал головой. — Это еще не всё. — Что? Максвелл снова коснулся артефакта. Замершее видео продолжилось. Атра с недоумением уставилась на экран. Прошло совсем немного времени, пока она наблюдала за происходящим со сложным, тягостным чувством. — Тр-р-р-р-еск! В тот миг, когда лед, начавший расползаться от левой руки Ли Ха Юля, сковал морду монстра, лицо Атры тоже словно заледенело. — ...Это еще что за... Во время службы на передовой в Магических землях она часто встречала членов трех великих кланов. Поскольку это была самая опасная зона в мире, там сражались лишь сильные сверхлюди, пробудившие свои уникальные способности. Поэтому Атра на собственном опыте знала, что такое Адское Пламя, Чангэ и Тэсан. Холод, пробивавшийся даже сквозь экран... «Чангэ?» Мысли остановились. Разум не успевал обрабатывать информацию из видео. Мозг словно отказывался это принимать. Ли Ха Юль пробудил Адское Пламя. Об этом она знала. Видела, как он использовал его в Башне. Думала, что он как-то связан с кланом Гэпхва. Ли Ха Юль пробудил Чангэ... «Какого хрена?» Максвелл, увидев выражение её лица, понимающе кивнул. — И это еще не всё. — ...Что-то еще? Максвелл молча указал на экран. Что там может быть еще? Пытаясь собрать в кучу разлетающиеся мысли, Атра с дрожью в глазах снова посмотрела на запись. И тогда. — Б-БА-А-АМ! Проход содрогнулся от грохота. При виде буйства золотого света, заполнившего экран, Атра в оцепенении приоткрыла рот. Знакомое ощущение... «Нет». Дело было не просто в «знакомом ощущении». Всё гораздо серьезнее. Родство? Тоже не то. Это была... энергия, которую она чувствовала в себе прямо сейчас, которую носила в себе всегда. Уникальная способность, в которую сублимировались мана и техники Атры, обладающие атрибутом света. — Белая... ночь... — Адское Пламя и Чангэ. А теперь и Белая ночь госпожи Клайд... Сказать, что всё это использовал один человек... Ха-ха, за такие слова меня сочли бы сумасшедшим. Максвелл подтверждающе кивнул на приглушенный шепот Атры. — Поскольку для устранения последствий инцидента требовались отчеты, записи наблюдений были просмотрены ранее. О, прошу, не поймите неправильно. Это не была слежка за самим Ли Ха Юлем, мы просто изучали записи с места прорыва и случайно это увидели. Максвелл поспешно добавил это, опасаясь, как бы его не схватили за грудки. Он не хотел лишиться галстука, купленного за баснословные деньги... — Я счел, что госпожа Клайд должна знать об этом, поэтому и попросил вас о сопровождении. Объяснения Максвелла долетали до её ушей, но смысл ускользал. Разум Атры уже давно пребывал в ступоре. Её психика, и без того истощенная из-за переживаний за попавшего в беду Ха Юля, окончательно дала сбой, когда в памяти отпечатались эти невозможные кадры. «......» Как это понимать? И что важнее — можно ли это как-то замять? Об этом уже узнали в Ассоциации через записи наблюдений. Обладатели нескольких уникальных способностей встречаются редко, но они существуют. У самой Атры их было две. Но таких, как Ли Ха Юль... чтобы владеть Адским Пламенем и Чангэ одновременно — подобного прецедента не было. А тут еще и Белая ночь Атры... Нет, как он вообще её использовал? При мысли о том, какая буря поднимется, если эта информация просочится наружу, у неё начинала раскалываться голова. — Вам не о чем беспокоиться. — Не о чем беспокоиться? — Я не хожу вокруг да около. Здесь нет двойного дна. Всё именно так, как я сказал. Того, чего вы опасаетесь, не случится. Собственно, самое важное начинается только сейчас. В этот момент Максвелл заговорил снова, словно прочитав её мысли. — По решению свыше записи этого эпизода были классифицированы как «совершенно секретно» еще до того, как их изучил Отдел по управлению катастрофами. Единственный, кто их видел — это я. И мне дали временный доступ только для того, чтобы я мог показать их вам как опекуну. «Свыше». При этих словах выражение лица Атры изменилось. — Под «свыше» ты имеешь в виду Совет управляющих? — Нет. Людей, стоящих над ними. Выше Совета управляющих, принимающего решения в Ассоциации, стояли лишь двое. Главы Ассоциации. Владыки Башни Пространства и Башни Настройки, которые основали Всемирную ассоциацию сверхлюдей, управляли ею, а ныне пребывали в тени. Атра нахмурилась. Смысл сказанного был прост. По неизвестной причине два Владыки Башен... Пространства и Настройки — решили защитить Ли Ха Юля. «......» Владыка Башни Роста, который лично нашел Ли Ха Юля в приюте и привел его, обеспечив исключительное право на зачисление. Владыки Башен Пространства и Настройки, которые лично засекретили информацию, как только Ли Ха Юль оказался втянут в инцидент. Трое из пяти Владык Башен покрывают Ли Ха Юля? Почему? — Это всё, что я должен был передать. Голограмма в центре комнаты погасла. Максвелл убрал устройство и с изможденным видом покачал головой. — Если позволите, я пойду? Дела накопились, и даже если я приступлю к работе прямо сейчас, домой попаду еще очень нескоро... Видя, насколько Максвелл измотан, Атра со сложным чувством кивнула. *** Прошло несколько дней. Лицо Атры выглядело еще более осунувшимся, чем прежде. День назад Ли Ха Юль пришел в себя. Физически его жизнь была вне опасности. Ампутация... Изувеченную руку удалось найти, но она уже давно превратилась в кровавое месиво, в котором невозможно было узнать конечность. Помимо этого, ран было не счесть. Кости по всему телу раздроблены, каналы маны повреждены... мышцы разорваны, внутренние органы превращены в кашу. При травмах, от которых умирают сотни раз, его тело каким-то чудом восстанавливалось, и Ли Ха Юль очнулся. И тут же забился в конвульсиях. Недолго промучившись от удушающей боли, он снова потерял сознание. Психика Атры была окончательно подорвана... Сейчас Ли Ха Юль находился в отделении интенсивной терапии, где ради его покоя посещения были строго ограничены. Кроме Атры, которая всё время дежурила у палаты, лишь Лиана один раз заглянула, чтобы просто увидеть его лицо. — Шорох. — ...! Изнутри процедурной послышались звуки. Атра вскочила и нажала на кнопку вызова. Скоро прибежит целитель. Но ждать не было смысла. Она осторожно приоткрыла дверь. Глаза его всё еще были закрыты, но судя по тому, как вздрагивало тело, он пришел в сознание. — Глоток. Атра с явным напряжением наблюдала за Ха Юлем. Он уже один раз перенес приступ. Если это повторится... сердце Атры может окончательно разорваться в клочья. Ха Юль попытался пошевелить рукой, словно хотел приподняться. Но тело не слушалось. Рука, закованная в толстый гипс, оставалась неподвижной. Атра осторожно подошла, стараясь не напугать его. — ...Ты слышишь меня? — прошептала она. Голова Ха Юля повернулась в её сторону. Наступила тишина. Внутри у Атры всё выгорало. «Хоть бы он что-нибудь сказал... черт». Глупые мысли. Пока Атра корила себя, из глаз Ли Ха Юля потекла слеза. Сердце Атры словно придавило огромным валуном. В глазах потемнело. Она порывисто заговорила, но тут же понизила голос, боясь испугать его: — Почему... почему?! Нет, что с тобой такое?.. Пока Атра растерянно всплескивала руками, слезы из глаз Ха Юля продолжали катиться градом, словно у него сломались слезные протоки. — Х-х-х-ы-ы... К тому же послышалось невнятное бормотание — звуки, так и не ставшие словами. От переполнявших их боли и печали душа Атры чернела от горя. Ха Юль с трудом приподнял верхнюю часть тела. Двигаться ему было всё еще тяжело, но тело понемногу восстанавливалось. Конечно, ему полагался постельный режим, но он уже не был настолько хрупким, чтобы рассыпаться от любого прикосновения. Атра поспешно подхватила его. Если он сейчас упадет, это будет совсем не до шуток. В этот миг Ли Ха Юль внезапно прижался к ней. Крепко... От этого ощущения в объятиях тело Атры словно окаменело. Почувствовав что-то у себя на талии, она опустила застывший взгляд. Одна рука отсутствовала. Другая, в гипсе, почти не двигалась, но Ха Юль из последних сил пытался обхватить ею талию Атры, словно умоляя об объятиях. У него не получалось — гипс мешал движениям. Из горла Ха Юля снова вырвался невнятный звук. Услышав в нем безмерную скорбь, Атра порывисто прижала его к себе. «...Что это?» Несмотря на полное смятение, Атра неловко похлопала по спине Ха Юля, который всё глубже зарывался в её объятия. *** [Система коррекции игрока: Оценка] ... ▶ Психологическое состояние «Истощение»: крайняя степень усталости и слабости. «Боль»: страдания тела или души. «Чувство утраты»: ощущение после потери чего-либо. [Активируется «Проклятие хрупкой красоты»] [Потраченная жизненная сила восстанавливает плоть] [«Проклятие хрупкой красоты» поглощает жизненную силу] [«Проклятие хрупкой красоты»: смерть — лишь освобождение] ---------- Уа-а, я малютка Ха Юль (2) Атра никогда в жизни ни о ком не заботилась. Когда были живы родители, заботились о ней самой, а младших братьев или сестер, за которыми пришлось бы присматривать, у нее не было. После потери родителей она всегда оставалась одна. Одинокая в приюте, одержимая силой в Академии — она никогда не тратила время на укрепление дружеских связей. Сразу после окончания Академии Атра отправилась на передовую в Магические земли. Проведя там годы в бесконечных сражениях, лишь несколько лет назад она вернулась во внутренние земли. Но и здесь она не спешила заводить знакомства. Ее знали лишь немногие, и этого было достаточно. Единственная связь, которую она едва успела наладить — ее бывший ученик — оборвалась с его смертью. Короче говоря, Атра была не из тех, кто проявляет инициативу в общении, и уж точно не отличалась общительностью. — …… По этой причине она совершенно не понимала, как вести себя в сложившейся ситуации. Лазарет, где лежал Ли Ха Юль. В уютной атмосфере, согретой чистым солнечным светом, льющимся из огромного окна, Атра тяжело вздохнула. На ее лице читалось явное замешательство, когда она посмотрела на свои руки. — М-р-р… Там, прижавшись к ней, крепко спал Ли Ха Юль. Довольный чем-то своим, он издавал тихое бормотание, больше похожее на урчание домашнего питомца. «…И что мне с этим делать?» Атра неловко похлопала Ли Ха Юля по спине, вспоминая вчерашние события. Когда Ли Ха Юль пришел в себя, она наблюдала за ним в крайнем напряжении, опасаясь возможного припадка. Но он вдруг, едва не плача, потянулся к ней и прижался всем телом. При виде слез, задрожавших на его ресницах, у нее екнуло сердце, и она рефлекторно подхватила его. Было невыносимо жалко смотреть, как он пытается обнять ее своими едва двигающимися руками, и она сама крепко прижала его к себе. — Хнык… Сначала Атра просто хотела его успокоить и гладила по спине, но вскоре замерла, завороженная видом всхлипывающего в ее объятиях юноши. Ли Ха Юль и без того производил впечатление человека с тонкими, хрупкими чертами лица. Теперь же, когда к этому добавилась болезненная изможденность, он казался настолько беззащитным, будто мог сломаться от любого прикосновения, что вызывало невольное желание защитить его. Куда делась его привычная невозмутимость? Он вел себя как капризный ребенок, и это было до странности непривычно. Через некоторое время вошли целители. Атра попыталась отстраниться — ведь осмотр должен проходить в нормальном положении. С этой мыслью она осторожно попыталась оттолкнуть Ли Ха Юля. — У-у-у… …Но так и не смогла. Стоило ей сделать движение, как он жалобно захныкал и зарылся лицом еще глубже, протестующе мотая головой. В этом хныканье, в звуках, не ставших словами, было столько обиды и печали, что Атра застыла. У нее просто не поднялась рука его оттолкнуть. В итоге все закончилось тем, что… осмотр проводили, пока он сидел у Атры на руках. «Проклятье». Атра до сих пор не могла забыть взгляды, которыми ее наградили целители. И все же она не могла оттолкнуть Ли Ха Юля. Совесть? Или просто человеческое сострадание не позволяли ей сделать такой выбор. Сама того не заметив, она позволила ему остаться в своих объятиях. *** …И в таком состоянии они находились со вчерашнего дня. Стоило один раз позволить ему это, и он больше не желал отпускать ее ни на миг. Ли Ха Юль спал беспробудным сном, вцепившись в нее так, словно руки Атры были его родным домом. Из-за этого она не могла даже пошевелиться и была вынуждена лечь вместе с ним на его больничную койку. К счастью, кровать была широкой, и места вполне хватало двоим. К тому же Ли Ха Юль, прижимаясь к ней, почти не занимал пространства. Атра вернулась мыслями в реальность и снова вздохнула. Ее грудь мерно вздымалась и опускалась в такт дыханию, а щека Ли Ха Юля, уткнувшегося в нее, то прижималась сильнее, то возвращалась в исходное положение. — …… Посмотрев на него неловким взглядом, Атра осторожно протянула руку. Пальцы погрузились в его волосы. Ощущение было таким мягким, будто не из этого мира. Она медленно повела рукой. Шорох… Волосы скользили под ладонью. За целый день, проведенный в поглаживаниях и похлопываниях, она уже немного привыкла к этому. Уголки губ Ли Ха Юля дрогнули. Его лицо расслабилось, и он с тихим урчанием потерся головой о ее ладонь. Вид его умиротворенного лица с легкой улыбкой заполнил все ее поле зрения. В этот момент нынешний образ Ли Ха Юля наложился на тот, что она видела на видеозаписи. Лицо, искаженное болью, когда он бросался на монстров ради спасения людей, смешивалось с лицом плачущего юноши, ищущего защиты в ее объятиях. И здесь же был этот образ ласкового щенка, требующего ласки. Атра раскаивалась. Ей не следовало игнорировать его, когда он уходил. Не следовало отмахиваться от смутного чувства тревоги. Нельзя было думать, что это не ее дело, раз она не может опекать его всю жизнь. Были и другие сожаления, не менее горькие. Она слишком погрязла в прошлом и не видела Ли Ха Юля, который был здесь, в настоящем. Она жалела о своем поведении — ей казалось, что она была слишком резкой и холодной с ним. Пусть она и старалась изо всех сил… ей следовало учить его лучше. Следовало подготовить его так, чтобы он смог преодолеть это испытание без таких последствий. Атрой овладело чувство вины: она считала, что Ха Юль получил такие раны из-за того, что ее наставления были недостаточны. К тому же она могла бы относиться к нему мягче, но не делала этого. Она снова, как последняя дура, повторила ошибки, о которых когда-то горько жалела. И снова едва не потеряла всё безвозвратно. Лишь по счастливой случайности Ли Ха Юль выжил. К счастью, он дышал, прижавшись к ней. Атра приподнялась, двигаясь крайне осторожно, чтобы не потревожить спящего юношу. Ли Ха Юль вздрогнул от внезапного движения и зарылся в ее объятия еще глубже. Его теплое дыхание коснулось ее кожи в ложбинке между ключицами. — Ох… От этого непривычного, совершенно незнакомого ощущения ее плечи невольно напряглись. К объятиям она уже немного притерпелась, но к такому близкому дыханию привыкнуть никак не получалась. Атра уняла дрожь в теле. Когда волнение улеглось, она в который раз тяжело вздохнула. Успокоив Ли Ха Юля, который начал хныкать, решив, что его бросают, она поудобнее устроилась в сидячем положении. Одной рукой она придерживала его за спину, а другой потянулась к ложке, лежавшей неподалеку. Там стояла миска с кашей, оставленная целителем, который смотрел на них весьма странным взглядом. Атра зачерпнула немного каши, проверила температуру и поднесла ложку к губам Ха Юля. — А-а… Ли Ха Юль сейчас был беспомощен. Одну руку он потерял, а вторая, уцелевшая, была закована в толстый гипс, так что он не мог ею пошевелить. Ему требовался постоянный уход. Озадаченный переменой позы, Ли Ха Юль смешно сморщил нос. Когда ложка коснулась его губ, он, видимо, понял, что происходит, и приоткрыл рот. Как только каша оказалась внутри, он тут же сомкнул губы. Атра некоторое время наблюдала, как он сосредоточенно жует, а затем вынула пустую ложку. Каша исчезла в мгновение ока. Она молча продолжила кормить его. Это повторялось уже не в первый раз. Вскоре миска опустела. Ухаживать за больным оказалось не так уж сложно, хотя Атра делала это впервые. С самыми трудными задачами справлялась магия и дежурные целители. На долю Атры оставалось немногое. Кормить Ха Юля, пока он прижимается к ней; уговаривать его принять лекарство, когда он капризничает; и, наконец, убаюкивать его, похлопывая по спине, когда после еды его начинает клонить в сон… Со стороны это выглядело как забота о младенце. И его поведение, и внешний вид только подкрепляли это сходство. Это был совсем не тот Ли Ха Юль, которого она знала. Прежний Ха Юль никогда не позволял себе так капризничать и требовать внимания. Но, учитывая то, через что он прошел, его можно было понять. Ребенок, не имевший ни капли боевого опыта, в одиночку встал на пути монстров в замкнутом пространстве, чтобы спасти людей. Сколько раз он за это время видел смерть в лицо? Каждое мгновение, когда на него обрушивался удар, он был на волосок от гибели. К тому же в конце он действительно находился при смерти… Неудивительно, если это оставило глубокую травму. Это могло помешать его будущей деятельности в качестве героя. Часто случается, что пережитый в слабости ужас становится обузой даже после того, как человек обретает силу. «…Если так случится, я заберу его к себе домой». Захочет ли Ли Ха Юль и дальше посещать Сиёлам? Возможно, придя в себя окончательно, он начнет плакать и скажет, что больше не хочет этого. В таком случае Атра собиралась оставить его при себе. Она еще не ушла в отставку, но это дело поправимое — достаточно написать заявление в Ассоциации. Денег у нее скоплено столько, что суммы вызывают оторопь. Даже если она будет содержать Ли Ха Юля, им обоим хватит на безбедную жизнь до конца дней. Атра, испытывая странное волнение, снова протянула ему ложку. *** Перед глазами темно. Глухая тьма захватила всё вокруг. Я не использовал Полномочие наблюдения. Как и Полномочие пространства. Стоило только подумать об этом, как голову пронзала невыносимая боль. Наверное, дело в том, что я слишком бездумно использовал едва пробужденные силы, а может, мои цепи и ядро слишком сильно повреждены. Полномочие. Сила, не принадлежащая тебе изначально, а дарованная извне. Обычно это право, которое получает Владыка Башни после покорения вершины и признания его заслуг. Почему же оно есть у меня? Почему я владею Полномочиями пространства и наблюдения? «А-а…» Голова раскалывается. Не хочу думать… Я оборвал цепочку рассуждений. Сейчас мне не хотелось ни о чем размышлять. Я освободил разум от мыслей и поглубже зарылся в объятия профессора Атры. Что-то мягкое и нежное окутывало мое тело. Сквозь ткань одежды отчетливо передавалось человеческое тепло. Особенно приятным было тепло, которое я чувствовал лицом — оно было таким уютным и успокаивающим. Из-за ран мои чувства были притуплены, но даже так мне было хорошо. «Как хорошо…» Я ни о чем не думал. Мысли текли лениво и просто. Тепло. Мягко. Мне нравится, как ее рука гладит меня по голове и похлопывает по спине. Просто нравится. Раздумья подождут. Все равно тело ноет от боли, а голова готова расколоться. Я просто хочу побыть так, пока не поправлюсь. *** [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●○○○○ (65/100) 「Симпатия」 「Страх」 「Ожидание」 「Тревога」 ▼ Драматические изменения ▼ Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●○○○ (65 ▷ 70/100) 「Взрослый」 「Опекун」 「Ожидание」 「Чувство стабильности」 「Жажда привязанности」 … ●●●●●●●○○○ (70 ▷ 71/100) … ●●●●●●●○○○ (71 ▷ 72/100) … ●●●●●●●○○○ (72 ▷ 73/100) … [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Уа-а, я малютка Ха Юль (3) Я не мог с уверенностью сказать, была ли моя жизнь до сих пор несчастной. Но в одном я был уверен точно: в это самое мгновение я был счастлив. С того момента, как я пришел в себя, прошло несколько дней. За это время я покидал лазарет лишь считаные разы. Говорили, что мое состояние было критическим. Когда я лежал на руках у профессора Атры, мне довелось услышать объяснения целителя. Как же он сказал?.. Множественные переломы по всему телу, повреждение контуров... Если вкратце: кости переломаны, мышцы разорваны, магические контуры вдребезги, ядро повреждено, внутренности всмятку... А еще мне оторвало левую руку. В общем, я выглядел хуже, чем труп. Услышав такой диагноз, я невольно склонил голову набок от недоумения. «И как я только выжил?» Не знаю, как другие, но я определенно хотел жить. Однако, если отбросить надежды и взглянуть на вещи трезво, шансов на спасение не было никаких. Состояние моего тела, судя по отчетам, было таким, что я просто обязан был умереть. По правде говоря, слово «труп» здесь подходило меньше, чем «кусок мяса». Из чистого упрямства я бросился на монстра и, понимая, что это конец, пошел ва-банк и убил Аэруса. Перед тем как потерять сознание, я был уверен — мне крышка. У меня уже был подобный опыт. Когда-то я проявил такое же безрассудство: решил спасти человека и угодил под грузовик. Тогда я тоже думал, что умру. Но я открыл глаза. Пока я растерянно моргал, мутно взирая на мир, врач что-то восторженно тараторил про чудо и невероятное везение... Суть сводилась к одному: я должен был погибнуть, но остался жив. И вот — дежавю. Пока я предавался этим раздумьям, чья-то ладонь легла мне на голову. «О-о-о...» От прикосновения, столь нежного и бережного, словно касались величайшей драгоценности, мое тело буквально растеклось. Стоило мне расслабиться, как другая рука обхватила меня за талию и притянула ближе. Я естественным образом оказался в крепких объятиях профессора Атры. Тепло и уютно. Это ощущение вытеснило все тревоги и заботы, и мой разум, который я так старался держать в узде, снова окончательно обмяк. Она гладила меня по голове и мерно похлопывала по спине. Утопая в чем-то мягком и теплом, я совсем разомлел... На губах сама собой заиграла улыбка. Инстинкты заставили тело шевелиться: я прижался к профессору Атре еще сильнее. Правой рукой, которая немного похудела и теперь двигалась свободнее, я обхватил её за талию. Мы прижались друг к другу, делясь теплом, и мне стало совсем хорошо. Я слышал, как бьется её сердце. Повернув голову и прижавшись ухом к груди профессора, я ощутил этот ритм отчетливее, чем когда-либо. «Хе-хе...» При первой встрече профессор Атра меня пугала. Она была настолько высокой, что мне приходилось задирать голову, чтобы встретиться с ней взглядом, а уровень её физической мощи и ярость маны, которые я ощущал через пространственное восприятие, казались просто запредельными. Мне чудилось, что одного щелчка её пальцев хватит, чтобы я разлетелся на куски, от которых и пыли не останется. Она всегда вела себя твердо и холодно. Казалось, стоит совершить малейшую оплошность, и на тебя обрушится либо громовой окрик, либо ледяной взор. Именно так в моем представлении выглядел настоящий взрослый. И вот этот самый человек сейчас прижимал меня к себе, гладил и баюкал. — Пфф... Иногда она негромко усмехалась и спрашивала, неужели мне и вправду так хорошо. Чувство защищенности переполняло меня. Возникала безосновательная уверенность: пока я в этих руках, со мной всё будет в порядке. «Хе-хе...» Мысли путались и растягивались. «Я счастлив» — вот и всё, что крутилось в голове. Рассудок, пытавшийся взять верх, снова потерпел поражение. Говорят, если человек слишком много думает, он становится несчастным. Внезапно эта мысль показалась мне очень правильной. *** Говорили, что последние несколько дней мир стоял на ушах. Пламя этого ажиотажа не утихало, а разгоралось всё сильнее. Шихаллион... Цепной прорыв подземелий в Шотландии. Событие, получившее название «Катастрофа в Шихаллионе». Сотни погибших, тысячи раненых — настоящая трагедия. Прорыв случился на фоне долгого, обманчивого затишья и повлек за собой колоссальные жертвы. Разумеется, началось расследование. За дело взялись и государственные структуры (хотя их влияние сейчас призрачно), и следственные группы, сформированные Ассоциацией. Результаты оказались шокирующими. Трагедия в Шихаллионе была, строго говоря, делом рук человеческих. В случившемся оказался замешан Клан под названием «Стражи Северной горы». Это был ведущий Клан Шихаллиона, костяк которого составляли герои рангом выше среднего. Герой или охотник такого уровня — это сила, с которой считаются везде. Однако из-за отсутствия героев высшего ранга их потенциала явно не хватало для покорения высокоуровневых подземелий. Проще говоря, они были головой змеи. Доходы у «змеи» были топовыми, но, видя перед собой хвост дракона, они, видимо, ослепли от жадности. Чтобы самим стать этим «хвостом», они начали подготовку, и одним из их проектов были так называемые «фермы». Ферма — это когда подземелье намеренно удерживают от разрушения, чтобы периодически собирать ресурсы и трофеи с монстров. Само по себе это не противозаконно. Подземелья бывают разными, и в некоторых рождаются ресурсы, перед которыми меркнут любые золотые рудники. В таких случаях Ассоциация после строжайших проверок разрешает создание ограниченных ферм под своим контролем. Однако «Стражи Северной горы» организовали фермы нелегально, в обход всех проверок. И не одну, а сразу несколько. Итог был плачевен. То ли из-за халатного управления, то ли само подземелье оказалось аномальным и взорвалось без предупреждения, но фермы детонировали одна за другой, вызвав ужасающую катастрофу. В которую я и вляпался по полной программе. «Твою мать». Шок от этих известий был таким сильным, что мой плывущий разум мгновенно протрезвел. Нет, ну серьезно. Оказаться жертвой природного катаклизма и так паршиво, но узнать, что всё это — результат чьей-то человеческой глупости и жадности? Если бы профессор Атра не удерживала меня в объятиях, я бы, наверное, в ярости задергался, несмотря на свое состояние. Даже в её руках я невольно заскрежетал зубами. Кстати, зубы у меня были. Каким-то образом они выросли заново. Я отчетливо помнил, как от неистовой злости стискивал челюсти так, что раздробил их вместе с деснами, но теперь всё восстановилось. Восстановление. Эта мысль заставила меня успокоиться. И снова — знакомое чувство. Когда мои ноги были раздроблены, спустя время они восстановились сами собой. Тогда мне их ампутировали — сказали, что они превратились в месиво. Помню, как несколько дней я был сам не свой из-за пустоты там, где должны быть ноги. Прошло несколько месяцев, я получил компенсацию и заперся в новом доме. И в какой-то момент я увидел, что ноги на месте. Я долго думал, что это сон, и пытался проснуться. А осознав, что это реальность, до смерти перепугался и никому не сказал. Боялся, что меня пустят на опыты, поэтому прятался. Правда, вскоре после этого я попал в этот мир. Я до сих пор не понимаю, как это работает. Учитывая наличие уникальных способностей, возможно, у меня есть какой-то скрытый дар, о котором я еще не знаю. Поэтому сейчас я позволял себе крохотную надежду. «Радужный сценарий»: вдруг, если подождать, рука вырастет так же, как когда-то ноги? В общем. Новости о причинах катастрофы в Шихаллионе и ужасающих последствиях разлетелись по всему миру. Телеканалы крутили кадры из разрушенного города без остановки. Эксперты всех мастей извлекали записи времен Хаоса, напоминая об опасности подземелий и монстров. Благодаря этому стали звучать здравые голоса о том, что нельзя слишком расслабляться и нужно всегда быть наготове. Интернет полыхал несколько дней. Приходили сообщения о том, что Клан «Стражи Северной горы» и все, кто был с ними связан и получал выгоду, находятся под следствием, их арестовывают одного за другим. Наблюдая за всем этим, я в очередной раз подумал: мир людей везде одинаков. Есть безумцы, ослепленные наживой, есть просто жадные люди, есть обыватели, а есть и те, кто по-настоящему добр. Мир, сотканный из самых разных судеб. С таким неопределенным чувством я листал страницы в сети. Иногда, видя списки погибших в Шихаллионе, я чувствовал, как меня накрывает волна самобичевания, но... — Не делай такое лицо. Ты совершил поступок, достойный похвалы и уважения. Тебе незачем грустить. — У-у-у-у... Профессор Атра, словно читая мои мысли, принималась тискать меня за щеки, веля выбросить дурное из головы. От этих нежных прикосновений уныние быстро отступало, и в голове оставалась только одна мысль: «Хочу, чтобы меня еще потискали». Кажется, я превращаюсь в дурачка. Чтобы убить время, я лениво слушал экстренный выпуск новостей, транслируемый парящей в воздухе голограммой. [«Город, ставший адом, и воссиявший в нём „курсант-герой“». Переходим к чтению статьи...] «?» Я не ослышался? *** [Система коррекции Игрока: Первопроходец] [Задание «Спасение 1 человека» выполнено] [Задание «Спасение 5 человек» выполнено] ... [Задание «Спасение 100 человек» выполнено] ... [Задание «Спасение 500 человек» выполнено] ... [Задание «Спасение 10 000 человек» выполнено] ... [Задание «Разрушение подземелья 4-го ранга» выполнено] [Задание «Уничтожение множества монстров 7-го ранга» выполнено] ... [Задание «Уничтожение Особи класса Альфа 5-го ранга» выполнено] ... [Задание «Зверь алого тумана» выполнено] ... [Начисляются оставшиеся очки] ... [Система коррекции Спасителя: Первопроходец] [Задание «Первое Испытание» выполнено] [Задание «Право Спасителя» выполнено] [Начисляется огромное количество очков] ---------- Визит к больному (1) Современная эпоха, преодолев хаос после Великого Катаклизма, вступила в пору мира. В списке профессий, о которых мечтают подростки по всему миру, вот уже несколько десятилетий за первые две строчки ведут ожесточенную борьбу два призвания. Герой или Охотник. Трон кумиров всегда занимали представители этих двух профессий. Причин тому множество. Во-первых, это путь, на который можно ступить, только если тебе улыбнулась удача пройти «Пробуждение». Во-вторых, средний доход таких специалистов колоссален. Немалую роль играло и общественное восприятие. Герой — это меч, карающий монстров, и щит, защищающий человечество. Охотник — это исследователь, который, в полной мере используя свои способности, проникает в неизведанные земли в поисках сокровищ. Стоило собраться вместе пятерым детям, как темой их разговора неизменно становились предания о реально существующих героях. Это было результатом кропотливой работы Ассоциации по созданию положительного имиджа Героев и Охотников. Те, кто знал истинное положение дел, понимали: все они — обычные люди, а их образ — лишь продукт маркетинга. И все же в глубине души каждый питал к ним некое подобие восхищения. Взгляды окружающих, которыми провожали любого Героя или Охотника вне зависимости от его ранга, служили тому лучшим доказательством. Пусть это и был имидж, он не строился на пустом месте. Число тех, кто действительно погиб, сражаясь с монстрами ради человечества, не поддавалось счету. Были те, чьи свершения вписали их имена в историю, и были великие люди, чьи имена не сохранились на бумаге, но чья Жертвенность ради людей была неоспорима. Сиёлам — это кузница героев, чей престиж не знает равных среди подобных учебных заведений. Само упоминание того, что ею управляет одна из пяти Башен, делает любые сравнения бессмысленными. Новости из Сиёлам привлекали внимание каждого, даже тех, кто не имел отношения к этой сфере. [Автор: мм] [Заголовок: Льготник ---------- Визит к больному (2) Для того чтобы совладать с Гэпхва, необходима суровая закалка духа — только так можно обуздать эмоциональные порывы. Для Хон Ёнхва, чей потенциал Гэпхва был беспрецедентным, важность ментальных тренировок подчеркивалась особо. Вопреки своему поведению, Ёнхва обладала недюжинным терпением. И всё же она то и дело влипала в неприятности. Даже по собственным меркам она не могла назвать себя паинькой. Большинство этих инцидентов случалось лишь потому, что она не видела смысла тратить драгоценные душевные силы на самообладание там, где это было излишне. Кажется, ей тогда было четырнадцать. На приеме в самом разгаре веселья нашлась девица, которая исподтишка, с притворным видом, пыталась её задеть. Хон Ёнхва разозлилась. Это не была слепая ярость, от которой сводит живот, но чаша весов склонилась к мысли: «А не прибить ли мне эту дрянь?». Она злилась. Гэпхва разгоралась. Эмоции подстегивали пламя, и Ёнхва, пытавшаяся подавить порыв, вдруг замерла, озадаченная вопросом: «А зачем мне, собственно, терпеть?» В голове защелкали костяшки счетов. Семья? Сравнивать её род с кланом Адского Пламени — само по себе оскорбление. Сила? Эту выскочку она могла раздавить одной левой даже тогда. Прочие факторы? Единственное, в чем эта девка её превосходила, — возраст. Если она её проучит, Хон Ёнхва ровным счетом ничего не грозило. А потому, притворившись, будто это вышло случайно, по ошибке, она просто впечатала кулак в эту самодовольную физиономию прямо посреди её речи. Ёнхва помнила, как потом брезгливо отряхивала руку — столько слоев косметики было размазано по этой жалкой роже, что кожа стала липкой… «…» Сейчас она чувствовала нечто похожее. В тот миг, когда она увидела Ли Ха Юля, прильнувшего к кому-то другому, внутри всё закипело от досады. Женщина прижимала его к себе так, словно он принадлежал ей. Золотистые волосы и глаза сияли ярче любого светильника. Черты лица безупречны — к внешности не придраться. Но куда сильнее ощущалось исходящее от неё могущество. Ёнхва знала, кто это. Она слышала это имя ещё до того, как поступила в Сиёлам и узнала в ней профессора. «Атра Клайд». Сумасшедшая стерва, о чьем безрассудстве и силе в Магических землях Африки ходили легенды. Слава её была заслуженной: она была истинным мастером, не раз отличившимся при уничтожении монстров Третьего ранга и сдерживающим натиск врага на передовой. Дурная же слава гласила, что характер у неё скверный и колючий, а героев, имевших неосторожность с ней повздорить, она избивала до состояния полуинвалидов. И вот эта женщина, окруженная ореолом пугающей жестокости, сейчас бережно баюкала Ли Ха Юля, словно хрупкое произведение искусства. Это зрелище вызывало лишь оторопь. Их взгляды встретились. Алые глаза столкнулись с золотыми. Воцарилось недолгое молчание. Первой заговорила Хон Ёнхва. — Здравствуйте. Я Хон Ёнхва, мы предупреждали о визите. — Здравствуйте, я Пэк Арин! Профессор Атра, давно не виделись! — …Да, проходите. Стоило Ёнхва заговорить, как Пэк Арин, которая до этого колебалась, не сбежать ли ей, поспешно вклинилась и поприветствовала Атру. Ли Ха Юль, судя по всему, ещё спал. Арин не понимала, почему он спит в объятиях Атры, но решила поздороваться с ним, когда он проснется. — Уход за больным, должно быть, утомляет? Вам вовсе не обязательно заниматься этим лично… — Это не так уж трудно. Обычному человеку, может, и было бы тяжело, но для сверхчеловека подобное — пустяк. К тому же магические меры приняты на высшем уровне. — Верно, магическая инженерия сейчас развивается невероятно быстро. Я как раз хожу на лекции по этому предмету, сложность там просто запредельная… Завязался обычный светский разговор. Беседу в основном поддерживала Пэк Арин. Сначала она опешила от резкой перемены в поведении Хон Ёнхва, но, немного освоившись, разговорилась. Пока Ёнхва изучала Атру, та в ответ присматривалась к ней. Визит к больному — это не просто появление на пороге. Девушки заранее осведомились, можно ли навестить Ли Ха Юля, когда период интенсивной терапии закончится, и пришли только после его согласия. В ближайшие дни должны были заглянуть и другие. «Хон Ёнхва из клана Адского Пламени… и Пэк Арин из клана Чангэ». Атра знала их. Впрочем, даже обычные люди, далекие от мира сверхлюдей, наверняка слышали эти имена. Наследницы трех великих кланов. Имена, которые преследуют тебя, даже если ты не хочешь о них знать. Атра, не сводя взгляда с Ёнхва, шевельнулась. В этом движении не было умысла. Это не было провокацией. Просто за последние дни это действие стало рефлекторным. Она положила ладонь на голову Ли Ха Юля и слегка надавила. Ха Юль еще глубже уткнулся лицом в её пышную грудь. Он немного поворочался и затих, словно в таком положении ему стало еще уютнее. Уголок губ Хон Ёнхва дернулся. Стоявшая рядом Пэк Арин покосилась на неё и незаметно отступила на шаг. Арин была уверена, что сможет совладать с бушующим пламенем Гэпхва, но совершенно не знала, что делать с Гэпхва, которая затаилась на самом дне и сочилась леденящей энергией холода… Свернувшийся калачиком Ли Ха Юль. Для Ёнхва это было привычное зрелище. Она видела его таким сотни раз. Ха Юль в её объятиях. Ха Юль, который прятал лицо у неё на груди, смущался, но в конце концов расслаблялся и засыпал… Но ракурс был другим. В её воспоминаниях она всегда видела его макушку и лицо сверху вниз. Его тепло всегда принадлежало только ей, стук его сердца и сладковатый запах тела всегда были рядом. Она никогда не смотрела на это со стороны. Никогда не предполагала, что такое возможно. То, что Ли Ха Юля кто-то обнимает… она терпела. Ёнхва знала, в каком он состоянии. Раны, едва не отправившие его за порог смерти. Первый настоящий бой, обернувшийся таким кошмаром — психологическая травма была неизбежна. Она понимала, что ему нужно человеческое тепло, и понимала, почему эту роль взял на себя профессор, который его обучал… пусть даже обучение заключалось в том, что его нещадно гоняли. Но сейчас, когда она была здесь, вид того, как Атра прижимает его голову к своей груди, заставлял желчь подступать к горлу. Вспых! Вспыхнул импульс. Эмоции забурлили, и Гэпхва отозвалась на них яростным трепетом. Но на этот раз всё было иначе. Пламя не вырвалось наружу неистовым взрывом, не стало жадно разрастаться, угрожая всему живому вокруг. Оно горело ровно. Вместо жара оно источало холод и тихую, острую угрозу. Гэпхва тоже понимала: от слепой ярости сейчас не будет никакого толку. Если она сорвется, это может лишь оттолкнуть Ли Ха Юля. Ёнхва была с этим согласна. Она взяла себя в руки. Разгладила взлетевшие брови, усмирила дрогнувшие губы, расслабила напряженные мышцы лица. И снова надела маску. Нарочитую, но подпитанную искренним чувством — выражение лица, которое должно было казаться мягким и умиротворяющим. Она откашлялась. Она не считала свой обычный голос неприятным, но сейчас хотела, чтобы он звучал как можно нежнее. — Ха Юль? Вздрогнул. Ли Ха Юль вздрогнул. Сквозь полусон в его сознание просочился голос, такой знакомый и желанный. Голос, полный тепла… «А…» Точно. Хон Ёнхва и Пэк Арин обещали зайти. Он отключил Полномочие наблюдения, чувства притупились, и он совсем потерял счет времени. Сон мгновенно улетучился, сознание прояснилось. Когда он был на грани смерти, лицо Ёнхва стояло у него перед глазами. Он хотел её видеть. Радость захлестнула его. Он зашевелился. Слегка похлопал Атру по талии рукой, которой обнимал её. Знак, что его нужно отпустить. Пусть он ничего не видел, он хотел повернуться к гостям. Атра помогла ему. Она придержала его за пояс и развернула. Теперь он сидел, опираясь спиной на Атру, а головой всё ещё касаясь её груди. «…Это как-то…» Поза была, мягко говоря, странной. Последние дни Атра преданно ухаживала за ним. Благодаря этому его израненная психика постепенно восстанавливалась. А вместе с ней из глубин подсознания медленно всплывал разум. И чувства стыда и неловкости, неразрывно с ним связанные. Они еще не вернулись в полной мере. Пока что счастье от того, что его крепко обнимают и ласкают, перевешивало стыд. Но проделывать такое на глазах у этих двоих… было как-то чересчур. — Ха Юль? — снова раздался ласковый голос. — Иди ко мне… или мне самой подойти? «Иди ко мне». Слова прозвучали внезапно, но Ли Ха Юль сразу понял их смысл. Почему-то он отчетливо представил, как Хон Ёнхва сейчас стоит, широко разведя руки для объятий. «……» Разум возвращался, но процесс ещё не завершился. Ха Юль вызвал в уме воображаемые весы. На одной чаше — логика, стыд и неловкость. На другой — мягкость, тепло и нежность чужих объятий. Рука, которая гладит по голове и успокаивает… Чаша весов рухнула вниз. Ли Ха Юль шевельнулся. Его тело уже достаточно окрепло. Для долгих прогулок ему всё ещё требовалось кресло или помощь Атры, но сделать несколько шагов он вполне мог. Хвать… Он не смог сдвинуться с места. Чьи-то руки крепко обхватили его за талию. Это была Атра, обнимавшая его сзади. Ха Юль в недоумении запрокинул голову. Атра с каким-то странным, почти растерянным лицом прижала его к себе еще крепче. Взгляд Хон Ёнхва стал ледяным. *** [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●○○○ (73 ▷ 79/100) «Взрослый», «Опекун», «Опора», «Чувство безопасности», «Жажда ласки» … Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (84/100) «?», «Чувство долга», «Вина», «Благодарность», «Тревога» … Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (50 ▷ 51/100) «Симпатия», «Вопрос», «Смятение» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Визит к больному (3) Иногда человек действует неосознанно. Например, когда он глубоко задумывается, а кто-то внезапно касается его — и он, вздрогнув, непроизвольно взмахивает рукой. Для сверхчеловека подобные «неосознанные действия» — вещь опасная, требующая особого контроля. Атра была героем высшего класса в области боевых искусств и дуэлей. Прочность костей, плотность и эластичность мышц, быстрота реакции и динамическое зрение — всё в ней было доведено до предела. Сверхчеловек, специализирующийся на ближнем бою, обладает могучим телом и остро заточенными инстинктами. Если Атра неосознанно, даже, по её мнению, легко, выбросит кулак вперед, последствия будут далеко не легкими. Конечно, с ростом уровня сверхлюди учатся контролировать свои бессознательные порывы, но порой этот контроль дает сбой. Именно поэтому тренировки по управлению рефлексами считаются обязательными. «Что это было сейчас?» Атра отрешенно посмотрела на свои ладони. Кожа казалась гладкой. Когда-то здесь было бесчисленное множество ран и шрамов, но благодаря исключительной регенерации от них не осталось и следа. «Только что я...» Она неосознанно обхватила Ли Ха Юля за талию. Тепло, которое она ощущала, прижимая его к себе, начало ускользать. Точнее, он сам попытался отстраниться. То тепло, что так естественно колыхалось в её объятиях, уходило. И тогда руки задвигались сами собой. Атра осознала, что сделала, лишь мгновение спустя. И это её потрясло. «В последнее время я только и делаю, что...» Атра вспомнила события последних дней. Словно по привычке, она то и дело обнимала Ли Ха Юля и баюкала его. Результаты тщательной диагностики показали, что помимо физических травм, его ментальное состояние достигло опасного уровня истощения. Физическое восстановление шло гладко. Даже слишком гладко — он поправлялся с неестественной скоростью. Если так пойдет и дальше, срок лечения значительно сократится, и вскоре можно будет приступить к регенерации утраченной руки. Однако Атра не расслаблялась. Его дух был еще слабее, чем во время той проверки, которую Лиана проводила с опозданием. Уже тогда результаты шокировали: показатели психической усталости зашкаливали. Сейчас всё было еще серьезнее. Именно поэтому Ли Ха Юль, даже приходя в сознание, пребывал в полузабытьи, словно в тумане. Поэтому она уделяла особое внимание психологическому уходу. Большую часть дня Ли Ха Юль спал, а в редкие часы бодрствования едва соображал, что происходит. Она постоянно была рядом. Если спящий Ха Юль начинал стонать, видимо, видя кошмары, она прижимала его крепче и успокаивала. Поскольку ему было трудно двигаться, она кормила его с ложечки и давала лекарства. Чтобы он не задохнулся в четырех стенах палаты, она возила его на прогулки в парк в инвалидном кресле. А когда до него доходили новости о жертвах Шихаллиона и он впадал в уныние, она утешала его, говоря, что ему не в чем себя винить. Так проходил почти каждый день. За исключением тех моментов, когда им приходилось разлучаться, Ли Ха Юль почти всё время проводил в объятиях Атры. Он не сопротивлялся. Напротив, он словно находил в этом покой и уютно устраивался у неё на груди. Атра тоже не чувствовала неудобства. Ха Юль был миниатюрным и легким, а близость их тел не вызывала у неё никакого отторжения. Его кожа, когда она прижимала его к себе, была нежной, а запах, исходивший от него, когда он потел, казался сладким, будто в воду подмешали мед... «Если так подумать, я веду себя как какая-то извращенка...» Атра тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Она слишком глубоко погрузилась в раздумья, и в голову полезла всякая чушь. Придя в себя, она тяжело вздохнула, поправила растрепавшуюся одежду и подняла взгляд. — Фу-ух... Ха Юль, тебе не больно? Всё в порядке? В ответ Ли Ха Юль, крепко прижавшийся к Хон Ёнхва, лишь слегка покачал головой. Знакомая картина. В последнее время Атра часто видела это. Но обычно это происходило в её собственных объятиях. А сейчас — нет. Внезапно она ощутила пустоту. Рукам стало холодно, в груди защемило. Исчезло то приятное чувство наполненности, когда он идеально помещался в её руках. Исчезло тепло, которым они обменивались, и тот аромат, что, казалось, исцелял саму душу. То, что стало привычным, внезапно исчезло. В этот момент Хон Ёнхва с довольным видом похлопала Ли Ха Юля по спине и протянула вторую руку. — ...? То, что она сделала дальше, Атра даже представить себе не могла. Сменив позу, Хон Ёнхва запустила руку под больничную пижаму Ли Ха Юля и начала поглаживать его живот. Для любого живого существа живот — это уязвимое место. Травма внутренних органов, сосредоточенных там, неизбежно ведет к смерти. И вот это жизненно важное место сейчас бесцеремонно попиралось чужой рукой. Атра в изумлении приоткрыла рот. От столь возмутительного и непристойного зрелища она едва смогла выдавить: — Ч-что это ты вытворяешь? — А? Оу... это? Поддерживаю температуру. — ...Поддерживаю температуру? «Таким способом?» — вопросил её взгляд. Хон Ёнхва посмотрела на неё так, будто Атра спрашивала об очевидных вещах. Более того, она решительно засунула руку еще глубже под одежду. — У обладателей Адского Пламени при плохом самочувствии температура тела постоянно скачет. Разве вы не замечали этого, когда ухаживали за ним? Атра знала об этом. Она часто встречала членов клана Гэпхва на передовой и была осведомлена о побочных эффектах их уникальной способности. Она также знала, что температура Ха Юля нестабильна, поэтому всегда тщательно укрывала его одеялом и следила за теплом, когда держала на руках. Пока Ёнхва объясняла, её рука не останавливалась. Она продолжала мягко массировать живот Ха Юля под пижамой. Тот поначалу дернулся, словно от щекотки, но вскоре затих, согреваемый исходящим от ладони теплом. Успокаивая его, Хон Ёнхва продолжила: — Поэтому мы передаем тепло Адского Пламени через прямой контакт. На самом деле, это самый простой и точный способ оказания первой помощи. Объяснение закончилось, но Атра не чувствовала себя убежденной. Ей было трудно поверить, что столь предосудительное со стороны поведение — всего лишь «первая помощь». Однако возразить было нечего. Атра сама видела, как Ли Ха Юль использует Адское Пламя. Она не знала почему и как это проявилось, но факт оставался фактом. А Хон Ёнхва была наследницей клана Гэпхва. Кому, как не ей, знать всё о тонкостях этой силы? Глупо было бы спорить с экспертом. И всё же Атре это не нравилось. Наблюдать за подобной сценой было неприятно. Внутри неё закипало глухое раздражение. В этот момент Хон Ёнхва, смотревшая на Ха Юля, подняла глаза. Их взгляды встретились. — ...... — ...... Они смотрели друг на друга в упор, и в воздухе буквально искрило от неприязни, которую обе пытались скрыть. Почему-то Атра почувствовала, что в глазах собеседницы отражаются те же эмоции, что испытывает она сама. «...Может, стоило прийти одной?» Пэк Арин, оказавшаяся между ними, покрылась холодным потом. *** Хон Ёнхва и Атра сверлили друг друга ледяными взглядами. Пэк Арин, зажатая между ними, словно начинка в сэндвиче, и всё это время пытавшаяся поддерживать подобие светской беседы, тяжело вздохнула про себя. «...Определенно, стоило прийти позже и одной». Ли Ха Юль был популярен благодаря своей хрупкой, почти кукольной внешности, кроткому нраву и пугливости. Но любой проницательный человек заметил бы, что в его общении с окружающими всегда присутствовала невидимая стена. И Пэк Арин знала, что перед ней эта стена была особенно толстой. Почему? Она не знала. Эта преграда возникла с самой первой их встречи. Для достижения своих целей Арин нуждалась в сильных союзниках. Поэтому она активно заводила знакомства и налаживала связи среди курсантов. И Ли Ха Юль, как льготник, был в её списке приоритетных целей. Но поскольку он её явно боялся, Арин нужно было как-то разрушить этот барьер. Её «чит-кодом» в этом деле стала Хон Ёнхва. Интерес, который Ёнхва проявляла к Ха Юлю, был более чем очевиден. В Сиёламе об этом не знал только ленивый. Хон Ёнхва была к нему удивительно мягка. И это было взаимно. Ли Ха Юль, который обычно вел себя как настороженный щенок, только перед Хон Ёнхва готов был вилять хвостом. Арин рассчитывала, что, придя вместе с ней, она сможет заработать немного очков симпатии... но, судя по ледяной атмосфере, царившей в палате, выбор был неудачным. «Почему же он меня боится?» Это озадачило её еще при первой встрече. Арин недоуменно склонила голову. Может, у Ха Юля был негативный опыт общения с кланом Чангэ? Вряд ли. Территория клана Чангэ никак не пересекалась с районом, где находился приют Ха Юля. Члены клана там не работали, и у него просто не могло быть точек соприкосновения с делами Арин. Тем не менее, психологический барьер между ними стоял незыблемо. Арин пыталась разгадать его всякий раз, когда они действовали вместе, но... «Тц...» Успехов не было. Она лишь раз за разом убеждалась, что он её опасается и чувствует себя неловко в её присутствии. Но при этом было ощущение, что в глубине души он хочет относиться к ней хорошо. Когда после вхождения в Башню они праздновали и она, по просьбе Хон Ёнхва, предложила ему выйти проветриться, она ожидала отказа. Но Ха Юль согласился. Хоть он и был пьян, он без тени сопротивления поплелся за ней, как послушный ребенок. Он боится её, но в то же время тянется... или хочет тянуться к ней. «Хм». Арин попыталась систематизировать свои мысли. До Сиёлама Ли Ха Юль с ней не пересекался. Их первая встреча состоялась уже внутри академии. Значит, что-то в их первом знакомстве вызвало у него отторжение. Объективно говоря, Арин считала себя человеком, которого трудно ненавидеть. И это не было самолюбованием — это был факт. Она была ослепительно красива. Её фигура была безупречна: пышные формы там, где нужно, и изящная стройность во всем остальном. Она не была злобной или стервозной. У неё было огромное состояние. О влиянии её семьи и говорить не стоило. Её личная сила росла, а потенциал казался безграничным. И всё же Ли Ха Юль её боялся... Причина для страха... она была внутри неё. Лицо Арин под «маской» посуровело. Она до сих пор отчетливо чувствовала холод в районе сердца. Это проклятое клеймо, прилипшее к ней с рождения, источало зловещую, леденящую кровь ауру, которую ощущала даже она сама. Что, если Ли Ха Юль видит это насквозь? Неужели его Сенсорика позволяет чувствовать проклятие? Если так, то его неприязнь была вполне объяснима. Без «маски» это проклятие наверняка заставляло бы людей смотреть на неё с ужасом и отвращением. «...Тогда дело дрянь». Получается, с самого начала она запечатлелась в его сознании как зловещая девица с проклятием в груди. «Нет, не всё так однозначно». Ха Юль проявлял не только отторжение, но и симпатию. Надежда есть. Если она сможет правильно разыграть карту этой симпатии, то со временем дружеские чувства перевесят страх перед проклятием. Ради этого она и пришла сюда, выкроив время в плотном учебном графике. Она не собиралась вечно жить с этой дрянью внутри. Она найдет способ избавиться от неё. «Правда, не факт, что я доживу до этого момента...» С горькой ухмылкой Арин поднялась и подошла к кровати. Ли Ха Юль, согретый теплом Хон Ёнхва, уже крепко спал. «Что касается исцеления... порции энергии Чангэ должно хватить». Арин пришла не только навестить его и вручить подарок, но и помочь с лечением. Поток воды Чангэ — это магический атрибут с целебными свойствами. В отличие от других уникальных способностей к исцелению, её сила не просто заживляла раны, но и стимулировала внутренние жизненные силы организма, ускоряя естественную регенерацию. Проще говоря, это было живое зелье, которое можно было просто направить на пациента. К тому же Арин обладала медицинскими знаниями, владела профессиональной Магией восстановления и секретными техниками клана. Конечно, Ха Юль и так получал лучший уход, и её вклад мог быть невелик... но он точно не был лишним. К тому же, это был отличный повод напомнить о себе в будущем. Ву-у-унг... В ладони Арин заструилась энергия Чангэ. И в этот миг... Она почувствовала нечто странное. «...Что?» Под маской лицо Арин застыло. Кончики пальцев словно приморозило. Она чувствовала энергию Чангэ, исходящую от её собственной руки — это было естественно, ведь она сама ею управляла. Но было что-то еще. В палате ощущались следы чужой энергии Чангэ. Не активной, а скорее остаточной, затухающей. Эти следы тянулись... от того места, где была оторвана рука. Они остались на плече Ли Ха Юля. Арин лихорадочно перебирала в уме список членов клана Чангэ, разосланных по всему миру. В центральном госпитале Ассоциации, в отделении интенсивной терапии, не было никого из её клана. В Шихаллионе тоже не было ни одного представителя Чангэ. — Что случилось? Какая-то проблема? — спросила Хон Ёнхва, заметив, что Арин замерла. — Нет, ничего. Просто сосредоточилась на мгновение. Арин тряхнула головой и, нацепив лучезарную улыбку, продолжила вливать энергию. Но всё то время, пока она лечила его, её взгляд был прикован к плечу Ха Юля. Его тело слегка дернулось, словно реагируя на этот пристальный взор. Динь! Динь! Динь! В глубине его погруженного в сон сознания прозвучал странный сигнал уведомления. Смарт-часы Ли Ха Юля были сняты и хранились отдельно, но этот звук раздался прямо у него в голове. *** Динь! Динь! Динь! [Система коррекции Спасителя: Путь истребления зла] [Обнаружено «Проклятие лютого холода»!] [Система выражает яростное неприятие по отношению к лютому холоду!] [Если Спаситель вступит в противоборство с лютым холодом, Система окажет ему максимальную поддержку!] ... [Система коррекции Спасителя: Уровень Первопроходца] [Создано основное задание: «Башня лютого холода»!] [Изгоните наступающий лютый холод!] ---------- Не вниз, а вверх(1) Мое тело, которому прочили самые мрачные перспективы — от пожизненной инвалидности и смерти на операционном столе до вынужденной отставки, — восстанавливалось на удивление быстро, вопреки всем прогнозам. Сломанные, раздробленные кости срастались, а превращенные в месиво внутренние органы снова начали справляться со своими задачами. Мышцы постепенно крепли; теперь я мог не просто ходить, но и бегать. Скоро я окончательно поправлюсь. Вскоре сил должно хватить и на попытку регенерации руки. Об этом я всё еще размышлял. Разум, управляющий телом, тоже пришел в норму. Теперь я мог здраво рассуждать, даже находясь в полном сознании. Но был и побочный эффект. По мере того как рассудок возвращал себе власть, в памяти один за другим всплывали мои действия — те самые, что я совершал, когда разум отступил, уступив место голым эмоциям... Лицо вспыхнуло. Даже без использования Гэпхва казалось, что тело горит. Как же стыдно. Хотелось провалиться сквозь землю... Не желая, чтобы кто-то посторонний меня видел, я натянул одеяло до самого носа. «Интересно, сколько я уже торчу в лазарете...» Прошло несколько дней с тех пор, как меня навещали Хон Ёнхва и Пэк Арин. С того дня мне, кажется, стало еще лучше. Наверное, дело в тепле Гэпхва, которым поделилась со мной Хон Ёнхва. Гэпхва... Видимо, из-за того, что я использовал её вместе с Чангэ, с температурой моего тела что-то случилось. Она то резко подскакивала, то падала, но после того случая более-менее стабилизировалась. Передача тепла через Гэпхва. Стоило вспомнить, как именно это происходило, лицо снова обдало жаром. Под одеялом стало невыносимо душно. Словно я оказался в сауне. Я раздраженно откинул его в сторону. — Фью-ю-ить. — Гх... Температура в лазарете поддерживается на одном уровне, но воздух всё равно показался мне ледяным по сравнению с разгоряченной кожей. Меня пробрала дрожь. Дрожащими руками я снова натянул одеяло, укрывшись как следует. О событиях нескольких дней давности не хотелось даже вспоминать — слишком унизительно. То, что Хон Ёнхва держала меня на руках... Мне было тошно от того, как привычно я себя при этом чувствовал, но это еще можно было пережить. Но когда она касалась моего живота... Причем не через одеяло, а прямо по голой коже — вот это было по-настоящему постыдно. Да и до этого постыдных моментов хватало. Я вел себя с профессором Атра как капризный ребенок. Стыд и позор. И дело не только в самих поступках — мне было тошно от того, что тогда я не сопротивлялся, а наоборот, наслаждался этим. Хотелось всё отрицать. Забыть как страшный сон. Списать всё на то, что я был не в себе... «Но так нельзя...» Раньше я бы так и сделал, но не теперь. Тяжело вздохнув, я перевернулся на спину. Почувствовал лопатками мягкую поверхность кровати. Я уставился в потолок. Неба не было видно — мешал потолок. А если использовать Полномочие наблюдения? Пожалуй, при должном старании я бы смог его разглядеть. Я пошевелил уцелевшей правой рукой и коснулся того места, где раньше было левое плечо. Пустота. «Черт...» Тогда, во время той безумной схватки с Аэрусом, я был уверен, что живым оттуда не выберусь. Раз уж мне конец, то и этого ублюдка я заберу с собой. Какая разница, одной рукой больше, одной меньше, если всё равно помирать? Но я выжил. Оставив там руку. Иногда, когда накатывает фантомная боль — будто руку всё еще терзают зубами, — я едва не схожу с ума. «Знай я, что выживу, был бы осторожнее...» Бесполезные сожаления. Если бы я не использовал руку как приманку, если бы не сократил дистанцию, Чангэ могла пройти мимо. Использовать Чангэ дважды я бы не смог. Промахнись я хоть раз — и мне нечем было бы его сдерживать. Следовательно, и «Белая ночь» не достигла бы цели. Я бы просто сдох там в одиночестве... Сожаления душили меня. Теперь, лежа в тепле и уюте, я видел множество других, более удачных вариантов. Надо было просто бежать... Даже сейчас, оставшись в живых, я продолжал об этом думать. Но... «Сбеги я тогда, всё равно бы жалел». Всё равно бы мучился. И закончилось бы всё простыми сожалениями? Стал бы я вообще жить дальше, зная, что уподобился собственным родителям? «...Нельзя это отрицать». Я осознал свои уникальные способности. Сродство с маной и Мастер на все руки. Система? Или некая сила, связанная со «Спасителем», которая хитростью вложила в меня эти уникальные способности? Ошибался. Совсем не в ту сторону смотрел. Полномочие наблюдения и власть над пространством, которую я ошибочно принимал за «Пространственное восприятие», действительно были дарованы мне извне, но те две способности — нет. Они всегда были моими. Никто в это не вмешивался. Это не внешние силы. Возможно, меня подтолкнули к их пробуждению, заставили пройти через «Расцвет», но это часть моей собственной сути. Почему я понял это только сейчас? Очевидно, прогулка по краю могилы помогла. Если точнее, оказавшись при смерти, я осознал свою индивидуальность, свою «уникальность». В каждом есть что-то свое — маленькое и незаметное, — но были во мне и черты столь масштабные, что они определяли меня целиком. Такие как «Мастер на все руки» и «Сродство с маной». Поэтому впредь я не должен отрекаться от того, что делает меня мной. «Ли Ха Юль». Мое имя. Неважно, кто его дал, оно — мое отражение. Ли Ха Юль, который, повинуясь голосу совести, по-глупому бросается спасать людей — это я. Ли Ха Юль, который хотел сбежать, захлебываясь слезами, но в итоге остался и бросил вызов чудовищу — это тоже я. Ли Ха Юль, который жалел о своем выборе и на пороге смерти, и теперь, когда всё закончилось благополучно — это всё еще я. И еще. Ли Ха Юль, который капризничал в объятиях профессора Атра — это тоже я. Ли Ха Юль, который отказывался пить лекарства, хотя даже не чувствовал их горечи, и который жался к чужому теплу, потому что ненавидел холод — это я. И Ли Ха Юль, который, придя в себя, сгорает от стыда за всё это — это тоже я. Всё это — я. И я не должен это отрицать. Нельзя отрекаться от того, что составляет твою суть. Я так долго бежал от самого себя, что осознание уникальных способностей затянулось. Самый простой, Начальный уровень развития уникальных способностей — это самопознание. Нас учили этому в Сиёламе, да и в оригинальном романе об этом говорилось. Но я никогда не примерял это на себя. Думал, что я — случай особый, и на меня эти правила не распространяются. Я ошибся. Что ж, бывает. Я не всемогущий и не идеальный сверхчеловек, лишенный права на ошибку. Но если уж ошибся, нужно сделать выводы, чтобы не наступить на те же грабли снова. Нужно принять всё как есть. Ли Ха Юль, который кажется мне жалким и нелепым — это я. И Ли Ха Юль, который грызет себя за то, что спас людей — это тоже я. «Не хочу больше жалеть». Пока человек жив, ему приходится выбирать. И этот выбор не бывает единственным — их будут тысячи на протяжении всей жизни. Такой нерешительный парень, как я, будет сомневаться на каждом шагу. Но я хочу, чтобы этих сожалений было как можно меньше. Я жалею, что не сбежал из Шихаллиона, но если бы я струсил, то жалел бы еще сильнее — настолько, что в петлю бы полез. Это случилось на моих глазах. И это было мне по силам. Это был кризис, с которым мог справиться только я. Поэтому я и ввязался. Что же делать дальше? Я начал перебирать в памяти события оригинала. Башня Некромантии(Смерти). Башня Лютой Стужи. Башня Чистилища. Бедствия, которые я сам для себя определил как финальные цели. Я знал, что эти Башни скоро пробудятся. И знал, что масштаб разрушений будет таким, что гибель пары-тройки стран покажется пустяком. Я осознавал угрозу. И понимал, что могу хоть на что-то повлиять. Но смогу ли я один всё исправить? Вокруг полно людей куда талантливее меня, так почему это должен делать я? Раздумья затягивали. «А». Пытаясь привести мысли в порядок, я вдруг кое-что вспомнил и протянул правую руку. Нащупал коробку, стоявшую на полу возле кровати. Осторожно подтянул ее к себе. Она была довольно увесистой. Внутри шуршало бесчисленное множество бумажных листов. После инцидента в Шихаллионе я стал знаменитостью. Магический артефакт с Полномочием наблюдения запечатлел мой истинный облик, когда развеялась магия сокрытия личности. Говорили, что запись отредактировали так, чтобы не доставлять мне лишних проблем, и пустили в эфир. Узнаваемость и слава взлетели до небес. Писем пришло столько, что ими можно было набить не одну такую коробку. И эта коробка была далеко не единственной. Сказали, что здесь и послания от тех, кого я спас лично, и просто слова поддержки со всего мира. Я задумчиво провел рукой по конвертам. Бумага была слегка помятой и прохладной на ощупь. Но в то же время от нее будто исходило тепло. «...Я». Я не хотел умирать. Собственная жизнь была мне дороже чужих. Я мечтал снять проклятие и жить в свое удовольствие. Вкусно есть, отдыхать и ни о чем не заботиться. «Я хочу быть счастливым». Вот таким человеком был Ли Ха Юль. Я хочу счастья. И, если это возможно, я хочу, чтобы и другие были счастливы. Счастливый смех приятнее на слух, чем горькие рыдания. Когда мне сказали, что в наш век высоких технологий, где Башня Настройки восстановила интернет, люди всё равно шлют бумажные письма с благодарностями, в груди потеплело от гордости. Пусть и другие будут счастливы. Если я на что-то способен, то пусть счастлив буду и я, и все остальные. Возможно ли это? Ответ был в этих письмах. Профессор Атра говорила мне об этом. И те, кто навещал меня, твердили то же самое. Да, я спас не всех. Но многих. Если бы не я, их бы уже не было в живых. Мой поступок подарил им будущее. «Решено». Я снова определился с целью. Так или иначе, чтобы выжить самому, мне придется остановить грядущий апокалипсис. Я не собираюсь помирать в мучениях. И не хочу прожить короткую, пусть и счастливую жизнь. Придется постараться. Хотя бы для того, чтобы потом меньше жалеть. Чтобы в будущем я мог честно сказать самому себе: я сделал всё, что мог. Неба по-прежнему не было видно. Потолок надежно его скрывал. Да и странно было бы его увидеть, глядя в пол. Глупо надеяться увидеть небо, когда смотришь только под ноги. Отныне... я буду стараться смотреть только вверх. Перед лицом смерти я многое переосмыслил. Хватит вечно прятаться в тени погибших родителей — это уже просто смешно. Пора бы уже с этим покончить. Собравшись с духом, я пересмотрел план своего развития. План по добыче Ожерелья откровения полетел ко всем чертям, так что пришлось придумывать что-то новое. Я исходил из того, что все легкодоступные скрытые элементы, включая это злосчастное ожерелье, уже кто-то прибрал к рукам, и стал искать другие варианты. «Эх, а ожерелье всё-таки жалко...» Если бы я его хотя бы продал, озолотился бы... Обидно до слез. С Ожерельем откровения я мог бы плевать на Проклятие безмолвия. Но против реальности не попрешь. Оставалось только смириться. — Др-р-рык. — Ничего не случилось? Спустя несколько часов в палату стремительно вошла профессор Атра, отлучавшаяся по делам. Она подошла вплотную и крепко обняла меня, сидящего на кровати. Меня окутало мягкое, живое тепло. «...Я счастлив». Я принял себя. А значит, больше не должен отрекаться от того, что чувствую... *** На следующий день после выписки я вернулся в Сиёлам. — Моя семья не из знатных, так что это всё, что я могу тебе предложить, хе-хе... Но я уверена, Ха Юль, тебе это пригодится! Элия протянула руку. На ее ладони лежало аккуратно свернутое ожерелье. Благодаря Полномочию наблюдения я сразу считал его облик. Серебряное, скорее грубое, чем изящное. Мое еще не окрепшее Полномочие уловило и суть артефакта. Оно считывало мысли владельца и озвучивало их... «Это же...» Тот же вид. Та же способность, вызывающая странное чувство дежавю... «Это же Ожерелье откровения...» Почему моя подруга, которая должна была уже давно оставить эту затею, принесла его мне?.. Я лишь потрясенно замер, не в силах вымолвить ни слова. ---------- Выписка(1) В этом мире не используют летоисчисление от Рождества Христова. Если быть точным, привычный календарь оборвался на двухтысячном году. Именно тогда, первого марта, случился Великий Катаклизм. Мифы и легенды ожили: появились подземелья, башни, монстры и мана. Вместе с ними крошечная часть человечества обрела запредельные способности, о которых раньше можно было только мечтать. Никто бы не решился спорить с тем, что мир стал иным. Внешне он всё ещё походил на прежний, но Катаклизм изменил саму его суть. Сейчас на дворе не двадцать первый век. Идёт двухсотый год Эры Нового Мира — летоисчисления, начавшегося в день Катаклизма. И сегодня был особенный день. Смешивая в душе предвкушение с легкой тревогой, я снял больничную пижаму. «Наконец-то...» Сегодня меня выписывают. Моё тело, которое ещё недавно напоминало половую тряпку, более-менее пришло в норму. Впрочем, неудивительно, учитывая, какой уход мне обеспечили. Целители высшего ранга, которых не заманишь ни за какие деньги, сменяли друг друга у моей постели, как на дежурстве. Даже специалисты высочайшего класса, обычно берегущие силы на случай чрезвычайных ситуаций, периодически навещали меня, чтобы подлечить. В таких условиях не ожил бы разве что труп. Проблема заключалась в том, что в моем состоянии меня вполне могли похоронить за компанию с мертвецами, и никто бы не удивился. Тело было не просто разорвано и раздроблено — в каждую рану глубоко въелась кровавая аура, которая разъедала плоть и мешала регенерации. Я и впрямь был на волосок от гибели. Даже сейчас, вспоминая об этом, я чувствую, как по спине пробегает холодок. «Прошло почти три недели...» Если не считать потерянной руки, на восстановление ушло больше двадцати дней. Три недели. На первый взгляд — срок небольшой. Но если вспомнить, сколько времени мне потребовалось, чтобы с обычными физическими данными хоть немного приблизиться к уровню курсантов Сиёлама... я потерял бесценные дни. Особенно обидно было тратить их впустую сейчас, когда вопрос с продолжительностью моей жизни всё ещё не решен. «Что там у нас по графику?..» Самое масштабное событие — вхождение в Башню в первом семестре — уже позади. Данж-практики, разбросанные по расписанию, особых проблем не сулили. Значит, из важного осталось... «В этом семестре только итоговая аттестация». Итоговая аттестация. Нам даровали Благословение роста, мы слушали лекции профессоров мирового уровня, нам даже позволили один раз войти в Башню Роста. После этого дали достаточно времени, чтобы усвоить полученные результаты. Итоговая аттестация — это процедура, призванная измерить, насколько сильно мы выросли за это время. Насколько я помню, будут и письменные тесты, и экзамены по специальностям. Но поскольку это учебное заведение для героев, основное внимание будет приковано к разделу общих боевых испытаний. Это дуэли один на один, в которых участвуют все курсанты вне зависимости от специализации. Наверняка и мне, как курсанту особого набора, придется выйти на арену. Ставки высоки: за первое место полагаются не только отличные баллы, но и гарантированный ценный артефакт. Уверен, остальные курсанты начали готовиться к аттестации задолго до сегодняшнего дня. В отличие от кое-кого, кто сразу после Башни загремел на больничную койку. «Может, я просто зажрался? Стоит радоваться уже тому, что выжил...» В очередной раз убеждаюсь, насколько я жаден до достижений. Вздохнув, я сделал пробный выпад кулаком в воздух. Кулак рассек пустоту. Я отчетливо почувствовал кожей сопротивление воздуха. Вместе с выздоровлением вернулась и былая чувствительность. «Пожалуй, я уже готов к бою». Кажется, состояние стало даже лучше, чем прежде. Может, из-за того, что я прошелся по самой грани? Тело, отчаянно цеплявшееся за жизнь, совершило качественный скачок. Пока я размышлял об этом... Хвать — ? Чья-то рука молниеносно перехватила моё запястье. Мой кулак замер, так и не распрямившись до конца. Я недоуменно повернул голову. В радиусе моего наблюдения стояла профессор Атра с решительным выражением лица. Выпустив моё запястье, она потянулась к моему лицу. Щип... — Э? Она бесцеремонно схватила меня за щеку. Тонкие пальцы оттянули кожу, словно мягкое рисовое тесто. Пока я хлопал глазами, не понимая, что происходит, профессор Атра тяжело вздохнула: — Я же ясно сказала: какое-то время вести себя тише. С чего это ты вдруг взялся размахивать кулаками? «Ну не из-за этого же...» Я вложил в удар немного силы, но это точно не могло мне навредить. Когда я состроил возмущенную гримасу, Атра прищурилась. Тя-я-я... Щеку оттянули еще сильнее. Больно не было. Напротив, мне пришлось приложить усилия, чтобы не выдать своего удовольствия. — Даже если результаты обследования в норме, нужно понаблюдать за состоянием еще день-другой. Кивок-кивок Стоило мне послушно закивать, как суровое выражение лица Атры смягчилось. Словно устыдившись своего порыва, она принялась нежно поглаживать место, которое только что ущипнула. Уголки моих губ предательски дрогнули. Сдерживая глупую улыбку, я покорно принимал её ласку. Насладившись моментом, я приступил к оформлению выписки. Несмотря на то что я почти поправился, я ожидал долгой бумажной волокиты. Отделение интенсивной терапии в штаб-квартире Ассоциации предназначено для тех, «кто ни в коем случае не должен умереть». Уход здесь был королевским, и я полагал, что формальности займут кучу времени. — Выписка? А... всё уже оформлено. Можешь идти. — ? Ответ был настолько неожиданным, словно мне выдали пропуск на выделенную полосу. Я растерянно окинул взглядом стоявшую передо мной женщину. Белоснежный халат, в зубах — белая палочка. На мгновение я напрягся, приняв её за сигарету, но, заметив леденец между приоткрытыми губами, тут же расслабился. Эту женщину с изможденным лицом и небрежно собранными волосами звали Рианель Стайнреа. Она — целитель Ассоциации, вернувшая меня буквально с того света, и обладает редчайшим высшим рангом мастерства. — Как это — оформлено? — Сотрудник Ассоциации начал готовить документы еще в первый день твоей госпитализации и только что всё закончил. Так что вы свободны, — буднично пояснила Рианель. — Ах да, он просил передать... «За выдающиеся заслуги в спасении людей во время катастрофы» и так далее, и тому подобное... В общем, они хотят вручить награду. Как освободишься, свяжись с ними. — Решили проявить заботу и дать тебе отдохнуть, — вставила Атра. Похоже, Рианель когда-то служила на Африканском фронте, где и познакомилась с профессором Атрой. Атра, выслушав объяснения, подозрительно прищурилась: — К нему относятся как к почетному гостю. Но я не припомню, чтобы Ассоциация так носилась даже с настоящими VIP-персонами. — Откуда мне знать, что на уме у начальства? Наверняка у них свои причины, — отозвалась Рианель и перевела взгляд на меня. — Видимо, наверху решили, что вы — тот человек, которого нужно спасти любой ценой. Так что, курсант Ли Ха Юль, постарайтесь больше ко мне не попадать. В устах врача пожелание «больше не приходить» — это, наверное, аналог «будьте здоровы». Я смущенно кивнул, а Рианель, помедлив, продолжила: — Раны затянулись. Как только восстановите силы, можно будет приступать к регенерации руки. Ассоциация уже всё подготовила, так что можете вернуться сюда или сделать это в другом месте. О ментальном здоровье тоже не забывайте. И еще... Она запнулась на мгновение. — Берегите себя. От её последних слов на моем лице невольно расплылась улыбка. Несмотря на внешнюю холодность, в её голосе чувствовалось искреннее беспокойство. Рианель посмотрела на меня и моргнула. Кончик леденца качнулся. Она словно раздумывала о чем-то, покусывая палочку, а затем снова заговорила: — По результатам обследования вы абсолютно здоровы. Я вижу это своими глазами. Но... — Но? — Атра нахмурилась, уловив в её тоне сомнение. — Тело курсанта Ли Ха Юля какое-то странное. Неловко говорить такое пациенту, но... — Такое чувство, будто живет человек, который должен был давно умереть. Слова Рианель всколыхнули во мне те же вопросы, что мучили меня самого. В памяти всплыли обрывки прошлого. Побои, слишком жестокие и частые для ребенка. Распоротый живот, который на следующее утро оказывался целым. Тело, выжившее после того, как его облили огнем; тело, которое продолжало двигаться после долгих скитаний без крошки еды. Нога, которая когда-то была отсечена, но отросла заново... «......» Насколько я знал, моими уникальными чертами были «Сродство с маной» и «Мастер на все руки». Но меня не покидало ощущение, что есть что-то еще. Что-то, чего я не замечал, как ни старался заглянуть внутрь себя во время долгих часов в лазарете. Что-то скрытое. Так или иначе, получив напутствие целителя, я завершил все дела в больнице. — Возвращайся в академию. И еще раз повторяю: ни в коем случае не покидай территорию Сиёлама, — наставляла Атра. Сама она не могла вернуться немедленно из-за личных дел. Поскольку была суббота, она планировала уладить их за выходные и прибыть в Колыбель позже. Мы стояли в терминале врат штаб-квартиры Ассоциации. Атра с явной тревогой сжимала мои плечи, требуя подтверждения. Я в который раз спокойно кивнул, заверяя, что всё будет в порядке, но тучи беспокойства на её лице так и не рассеялись. «Хм...» Может показаться, что это чрезмерная опека, но если вспомнить, каким я был, когда она видела меня в последний раз через Полномочие наблюдения — кровавое месиво, в котором сложно было опознать человека, — её чувства можно понять. Провожаемый её полным тревоги взглядом, я шагнул в портал. Легкое головокружение — и вот я уже в Колыбели. Динь! В ту же секунду, как я оказался в терминале Сиёлама, над ухом раздался сигнал уведомления. Совсем рядом... Определенно, звук исходил от меня. На этот раз я не пропустил его. Нахмурившись, я мгновенно осмотрел то место, где раньше была левая рука. Руки не было. Смарт-часов, которые я на ней носил, — тоже. На правой руке часов не было и подавно. У меня был с собой портативный проектор голограмм, но звук издал не он. Подобное случалось и раньше. Но тогда я списал всё на слуховые галлюцинации спросонья или на сигнал часов. «Это...» Сейчас игнорировать это было невозможно. «Неужели у меня есть окно статуса?» Подозрение, которое я отбросил еще в самом начале своего пути в этом мире, снова дало о себе знать. Пока я стоял в раздумьях, до меня донесся растерянный голос: — Простите... курсант Ли Ха Юль? «А». Я же стою прямо посреди прохода у врат. Спохватившись, я поспешил отойти в сторону под колючими взглядами дежурных сотрудников. Сгорая от стыда, я прикрыл лицо рукавом и быстрым шагом покинул терминал. Весь остаток дня я провел в попытках вызвать окно статуса, погруженный в глубокие раздумья. А на следующий день я получил сообщение от Элии, которая просила о встрече. И тогда я снова увидел Ожерелье откровения, которое фактически подарило мне покой, и, не в силах сдержать нахлынувшие чувства, крепко обнял Элию. *** Динь! [Ли Ха Юль входит в Сиёлам] ... [«Проклятие хрупкой красоты» поглощает жизненную силу... поглощает...] — Помехи... [Владыка Башни Роста подавляет «Проклятие хрупкой красоты»] [Владыка Башни Роста подавляет «Проклятие хрупкой красоты»] [Владыка Башни Роста подавляет «Проклятие хрупкой красоты»] ... [Владыка Башни Роста вздыхает с облегчением] *** ---------- Ожерелье откровения (1) Новость о том, что я вернулся в Сиёлам, разлетелась мгновенно. Из-за этого мой голограммный интерфейс был буквально завален сообщениями с пожеланиями здоровья от курсантов, чьих лиц я даже не знал. Хотя я пользовался портативным проектором, а не смарт-часами, учетная запись осталась прежней, так что все контакты и настройки сохранились. «А?» Я сидел на кровати, лениво просматривая горы сообщений, когда наткнулся на одно конкретное. ▶ Элия Слейд (только что) Элия осторожно спрашивала, не найдется ли у меня времени встретиться, когда я буду свободен. Не зная толком, что ей нужно, я ответил согласием и вышел из общежития. Дел было невпроворот. Я воздерживался от тайных тренировок и резких движений, опасаясь возмездия профессора Атры, но мне всё равно нужно было нагонять пропущенный лекционный материал. «Тяжело...» Я отстал слишком сильно. Одна мысль о конспектах к промежуточной аттестации вгоняла в тоску... «Нужно поскорее привыкнуть двигаться с одной рукой». Потеря конечности сделала меня неповоротливым. Баланс тела был нарушен, и это ощущалось при каждом шаге. К тому же, рука, на которой я раньше носил смарт-часы, исчезла, и теперь мне приходилось таскать с собой портативный проектор. Может, позже намекнуть Ассоциации, чтобы они переделали часы в какой-нибудь кулон на шею? Тяжело вздохнув от этих мыслей, я невольно коснулся того места, где раньше было левое плечо. Под пальцами оказалась лишь пустая ткань, бессильно трепещущая на ветру. Небесное оперение, которое превратилось в лохмотья вместе со своим хозяином, удалось забрать с места боя. Сейчас оно, поглотив мою ману, восстановилось и теперь развевалось за спиной вместе с пустым рукавом. Перед выходом я думал отрезать лишнюю ткань или как-то её подвязать, но решил, что это будет выглядеть слишком вызывающе. «...» Однако сейчас, кожей чувствуя на себе взгляды — особенно те, что были прикованы к моему пустому рукаву, — я начал жалеть, что не сделал этого. Говорят, человек — животное адаптирующееся. Удивительно, но даже я, закоренелый затворник, сумел привыкнуть к излишнему вниманию. После того как вскрылся мой статус «особого абитуриента», на меня обрушился шквал интереса, и со временем я научился ходить по академии с относительным спокойствием. Раньше в этих взглядах читались любопытство, ревность, недоумение или жадность. Но сейчас эмоции были куда более неоднозначными. Восхищение? Преклонение? Жалость? Эти взгляды кололи, заставляя чувствовать неловкость и желание поскорее сбежать... Подгоняемый запоздалым сожалением, я прибавил шагу. Вскоре я добрался до кафе, адрес которого прислала Элия. Она уже ждала меня в отдельном кабинете. Я вошел внутрь. — Х-Ха Юль... Стоило Элии увидеть мой пустой рукав, как её веки мелко задрожали. В следующее мгновение её глаза увлажнились, и крупные, как жемчужины, слезы покатились по щекам. «Ох...» Растерявшись от такой бурной реакции, я замахал правой рукой, пытаясь её успокоить. Потребовалось немало времени, прежде чем Элия пришла в себя. *** Как ни крути, проклятие, которое нужно снять в первую очередь — это Проклятие недолголетия. Честно говоря, сейчас, когда я даже в одном снятии не был уверен, мечты избавиться от Печати чувств казались слишком радужными. Соваться в непокоренные Башни — это не просто риск, это самоубийство. Даже подземелье, где находится Жемчужина очищения, по уровню опасности приравнивается к 1-му рангу. В подземельях 1-го ранга средний уровень монстров — около 5-го. Это места, где существа, лишь немногим уступающие Аэрусу, который превратил меня в труп в Шихаллионе, бродят толпами, словно обычные мобы. Такие зоны редко встречаются даже в Магических землях, куда не ступала нога человека, или в регионах, не подконтрольных Ассоциации. Найти там Жемчужину очищения — задача запредельной сложности. Поэтому снятие Проклятия безмолвия, стоявшего в моем списке последним, казалось практически невозможным. Проклятие безмолвия. Одно из трех моих проклятий, лишившее меня голоса. Изначально оно имело самый низкий приоритет. Проклятие недолголетия радикально сокращало срок моей жизни. Печать чувств, блокирующая зрение, обоняние и вкус, лишала жизнь всякого удобства и удовольствия. По сравнению с ними потеря голоса не выглядела чем-то критическим. Однако на практике это приносило массу неудобств. Пока я сидел затворником в своей комнате, проблем не возникало, но в Сиёламе мне постоянно приходилось взаимодействовать с людьми. Если оставить в стороне мои скудные социальные навыки, то без функций голограммы я бы вообще оказался в тупике. К тому же, если я случайно пытался издать хоть звук, сразу следовала болезненная отдача. Именно поэтому я хотел заполучить Ожерелье откровения, чтобы обойти проклятие... но с треском провалился. Хон Ёнхва, профессор Атра... У меня было кроткое желание дать им услышать мой голос, но, осознавая реальность, где даже вопрос жизни и смерти висел на волоске, я заставил себя смириться. — Наша семья не такая уж великая, так что это единственное, чем я могу отплатить... хе-хе... Но я уверена, что Ха Юлю это точно поможет! ...Так я думал до этого мгновения. Мои мысли словно оцепенели. Я медленно прокрутил в голове события последних минут. Сначала я успокаивал Элию, которая расплакалась, глядя на моё плечо. Она немного пришла в себя и, рассыпаясь в благодарностях, внезапно протянула мне что-то. На её ладони лежало простое серебряное ожерелье. Из-за грубоватой отделки оно не бросалось в глаза, но в его лаконичности чувствовался определенный шарм. Единственным украшением был искусно ограненный камень, похожий на кварц. Я узнал его. «Ожерелье откровения». Я замер с приоткрытым ртом, не в силах осознать происходящее. «Почему оно здесь?» Я не понимал. Подземелье Эхо Призрачной долины было зачищено десятки лет назад. «Почему оно у Элии?» Не понимал... «А?» В этот момент в памяти всплыл обрывок воспоминания. Место, где когда-то находилось Эхо Призрачной долины. Надпись на воздвигнутой там стеле. ─────── Пусть в темный день это деяние станет лучом света. Георг Грасс Денис Бирден Ричард Карлайл Артован Максвелл Триан Слейд ─────── Традиция оставлять имена участников зачистки. Среди имен на стеле была одна знакомая фамилия. «Триан Слейд». Триан Слейд. Элия Слейд. И её слова о «нашей семье»... Всё сошлось. Семья Элии была в группе, покорившей Эхо Призрачной долины. И Ожерелье откровения, полученное там, хранилось у них как семейная реликвия. Один вопрос был решен. Но оставались другие. Я с трудом активировал голограммный проектор. [Почему вы отдаете это мне?] — Ах, простите. Я плохо объяснила. Элия смахнула слезинку и начала рассказывать. [Сестра? В Шихаллионе?] — Да... В тот момент у меня сердце в пятки ушло, я думала, что сойду с ума. Оказалось, младшая сестра Элии была в Шихаллионе на ознакомительной экскурсии и попала в самый эпицентр выброса подземелья. И именно я спас ей жизнь. Долг платежом красен — таков был их принцип. Пока Элия и её родные гадали, как меня отблагодарить, выяснилось, что среди вещей её дедушки остался артефакт, идеально подходящий для моей ситуации. Элия тут же выпросила его. По невероятному совпадению это и было Ожерелье откровения. Я ошеломленно пошевелил пальцами. Холодная поверхность металла подтверждала: это не сон. «А...» Я думал, что ничего не добился. Не нашел ни одного нужного артефакта, упустил самое важное — ожерелье. Считал, что все усилия были впустую, а страдания напрасны. Да, я спас много людей, но в глубине души всё равно грызло чувство сожаления. Теперь это чувство отступило. Потому что я не сбежал, потому что сражался и спас сестру Элии. И эта благодарность вернулась ко мне в виде ожерелья. Как и те письма, этот дар доказывал: я поступил правильно. Возможно, я слишком много накручиваю... но какая разница? В конце концов, важно лишь то, как я сам это воспринимаю. Эмоции захлестнули меня. Поддавшись порыву, я задвигался прежде, чем успел подумать. — Функции такие, как я описала. Если оно тебе не нужно, можешь даже прода... ой, а-а... Ха Юль? Я резко обнял Элию. — Э-э... — она растерянно моргнула, но, заглянув мне в лицо, начала успокаивающе похлопывать меня по спине. В последнее время это стало почти привычкой. Когда чувства переполняли меня, профессор Атра всегда крепко меня обнимала. В лазарете я постоянно оказывался в её объятиях, вот так... вот так... э-э... «Ой». С профессором Атрой всё было иначе. Она сама раскрывала руки, говоря, чтобы я всегда шел к ней, если эмоции бьют через край. «Но кого я обнимаю сейчас?» Моё тело словно одеревенело. Похлопывания по спине, к которым я уже привык, вдруг стали казаться невыносимо неловкими... . . . Бам! — я уронил голову на стол. Запоздалый стыд огненной волной разошелся по телу. Что за безумие. Я-то думал, что разум вернулся в норму, но, видимо, последствия психической травмы еще остались. Профессор Атра была права: физически я, может, и поправился, но с головой у меня явно не всё в порядке... — Всё хорошо, не переживай так. Ты был таким милым, прямо как младший брат, — сказала Элия. Она сидела напротив и неловко вертела в руках чашку кофе. Я был благодарен ей за попытку сгладить ситуацию, но чувство стыда никуда не исчезало. Впрочем, нельзя же вечно сидеть, уткнувшись лбом в столешницу. Кое-как справившись с собой, я выпрямился. Даже сгорая от стыда, я продолжал крепко сжимать в руке Ожерелье откровения. «Ожерелье откровения». Я знал его свойства. И из знаний оригинала, и из объяснений Элии. Оно считывает мысли владельца и преобразует их в голос. Кроме того, у него есть функция привязки: пока владелец жив, никто другой не сможет им воспользоваться. Элия знала об этом. И именно это вызывало у меня сомнение. [Разве не лучше отдать его вашей сестре?] При всей моей жажде надеть его прямо сейчас, я помнил её слова о том, что сестра тоже нема. К тому же среди тех, кого я встретил в Шихаллионе, была девочка, подходящая под описание. Та самая, что крутилась рядом, когда я сидел в парке в полном опустошении. Она запомнилась мне именно тем, что общалась через голограммы. Я недоуменно склонил голову. Зачем отдавать его мне, если его могла носить сестра? — До недавнего времени его носил дедушка, так что выбора не было. А сейчас сестра сама не хочет. Говорит, что артефакт ей не особо мешает в жизни, и она не хочет тратить его ресурс на пустяки, если он может пригодиться для чего-то другого... «А». После таких слов мне стало еще сложнее его принять. Мелькнула мысль, что лучше всё-таки вернуть его. — Ха Юлю совсем не нужно колебаться, — Элия перехватила мою руку, заметив мои сомнения. — Это лишь малая часть благодарности спасителю нашей семьи. Поэтому чувство вины? Его не должно быть ни капли. В её словах чувствовалась искренность. В конце концов, для меня этот подарок был бесценен. К тому же, если я продолжу упрямиться после таких слов, это может обидеть саму Элию. Я кивнул, и Элия, тепло улыбнувшись, отпустила мою руку. Я поднял ожерелье, чтобы надеть его. «Э-э...» Тут я понял, что за всю жизнь ни разу толком не надевал украшения. «...Нужно расстегнуть этот замочек? Завести сзади? Или сначала спереди, а потом перекинуть?» — Давай я помогу? — предложила Элия, мгновенно считав моё замешательство. Я осторожно кивнул. Она тихонько рассмеялась и подошла ко мне. Взяв ожерелье, она расстегнула замок и встала у меня за спиной. — Так, сиди смирно... Её мягкий голос прозвучал совсем рядом с ухом. Она осторожно поправила мои волосы, а затем её тонкие руки обвили мою шею, словно в объятии. Кожа на затылке соприкоснулась с её руками, и я невольно вздрогнул. Щелк. Всё закончилось мгновенно. Звук закрывшегося замка показался мне необычайно громким. У-у-у... Ожерелье завибрировало. По телу прошла дрожь от ощущения связи с артефактом. Это было похоже на то, что я чувствовал с Небесным оперением, но с меньшей интенсивностью. Видимо, в отличие от оперения, у ожерелья не было понятия «совместимости». Вибрация прекратилась. Внутри словно что-то встало на свои места. Запечатление завершено. Сердце бешено колотилось. Я почувствовал странное единство с предметом. Я поднял голову. Элия отступила на пару шагов и смотрела на меня с теплой улыбкой. Она была по-настоящему добрым человеком. Помогла мне в терминале врат, потом не раз выручала в Сиёламе по мелочам. И вот теперь — это ожерелье. Пусть её семья считает это долгом, когда-нибудь я обязательно отплачу ей тем же. Надо проверить артефакт в деле. Преобразование мыслей в голос. Значит, нужно просто произнести что-то про себя? «Спасибо». Стоило мне подумать об этом, как ожерелье мелко задрожало, поглощая крохотную порцию маны. [Спасибо] Из ожерелья раздался голос. Он звучал более сухо и монотонно, чем синтезированная речь смарт-часов. «О». Работает. Пока я удивлялся, ожерелье снова начало поглощать ману. На этот раз чуть больше. [Удивительно] [Голоден] [Хочу молока] [Больно] [Страшно] [Хочу спать] [Не хочу учиться] [Покорение Башни] [Жемчужина очищения] [Срок жизни] [Рука болит] [Холодно] [Жизнь] [Удушье] [Элия нравится] [Мне она нравится] «?» — А? — Элия удивленно моргнула. Я замер с открытым ртом. [Что это такое] [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●○○○ (67 ▷ 71/100) «Симпатия», «Благодарность», «Цыпленок» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Ожерелье откровения (2) Элия ошеломленно моргала. Она не совсем понимала, что происходит прямо у неё на глазах. Если бы они сейчас находились не в отдельном кабинете кафе, а в общем зале, все взгляды были бы прикованы к их столику. Напротив неё сидел Ли Ха Юль. Из-за того, что они сидели близко, его лицо было видно в мельчайших деталях. Лицо настолько прекрасное, что трудно было понять, как мужчина может быть красивее женщины. Элия видела даже, как мелко подрагивают кончики его длинных ресниц. [Что это?] [Голоден?] [Но есть не хочется.] [Нет, всё не то!] В этот момент в её уши проник знакомый голос. Твердый, бесстрастный и лишенный выраженной половой принадлежности. Звук исходил от ожерелья на шее Ли Ха Юля. Ожерелье откровения. Этот артефакт добыл её дед в те времена, когда ещё активно выступал как герой. По классификации Ассоциации он считался предметом ранга ниже среднего. Его ранг был относительно высоким лишь из-за функции «проявления психики». Однако для боя он был бесполезен, а встроенная функция привязки делала его малопривлекательным для героев. Если бы это был боевой артефакт, привязка стала бы преимуществом, но для небоевого предмета вроде Ожерелья откровения она была скорее недостатком. Элия знала о его свойствах — дед ещё при жизни рассказывал ей, как именно они работают. Проявление психики. Под «психикой» здесь понималось не глубокое подсознание, а поверхностный слой сознания. Кроме того, артефакт транслировал самые поверхностные мысли, а пользователь мог сам включать и выключать его, так что на деле риск раскрыть сокровенные тайны был минимален. [Стой.] [Прекрати.] [Регенерация руки.] [Артефакт-протез.] [Озеро иллюзорных снов.] [Погоди.] [Больно?] Так она считала до этого момента. Но картина перед глазами говорила об обратном. Ли Ха Юль с выражением явного замешательства на лице не знал, что делать, и в конце концов начал отчаянно размахивать правой рукой. Зажатое в кулаке ожерелье беспомощно болталось в воздухе, издавая тихий лязг. Он напоминал птенца, который неуклюже машет крыльями в тщетной попытке взлететь. «Мило». Эта сцена невольно вызывала улыбку, но радость Элии быстро угасла. Вид пустого, хлопающего на ветру рукава с другой стороны вызывал лишь щемящую тоску. В глазах девушки отразилась печаль. О событиях в Шихаллионе теперь знали все. Она знала о человеке, который, решив спасти людей посреди катастрофы, сражался, пожертвовав рукой. И она знала, что среди спасенных им был её близкий родственник. Это вызывало у Элии особый трепет. В тот день, когда она с бьющимся сердцем прибыла в терминал Врат, чтобы сделать первый шаг в Сиёлам, в толпе ей сразу приглянулся один человек. Хрупкое телосложение, маленькое лицо с тонкими, безупречными чертами. Почему-то под его закрытыми глазами залегли тени, а сам он выглядел так, будто вот-вот расплачется. Она видела, как Ли Ха Юль растерянно озирался, словно моля о помощи. Судя по форме, он тоже был курсантом Сиёлама. Элия помогла ему. Она и раньше часто совершала подобные мелкие добрые дела. Но в тот раз её помощь, кажется, вышла за рамки обычной вежливости. Почему? Она и сама до конца не понимала. Просто её необъяснимо тянуло к нему. В тот миг она видела только Ли Ха Юля. В толпе он казался существом иной природы, чем все остальные. Чем-то не совсем человеческим. Именно поэтому он так бросался в глаза, и именно это влечение заставило её помочь. И это доброе дело в итоге обернулось спасением её семьи. А их спаситель лишился руки. Регенерация плоти. Элия, обладающая уникальной способностью к исцелению, знала, что это не невозможно. Конечно, речь шла не об обычном порезе. Когда в рану проникает мана другого существа, исполненная враждебности, или когда травма вызвана чужой уникальной способностью, сложность исцеления возрастает многократно. Но, учитывая тех, кто стоит за спиной Ли Ха Юля, это должно быть осуществимо. Он наверняка сможет восстановить руку. Однако это нисколько не умаляло тяжести его раны. Элия знала, что такое долг. Её семья тоже свято чтила правила приличия. Если бы она пренебрежительно отнеслась к спасителю, сохранившему жизнь её родным, покойный дедушка наверняка восстал бы из могилы, чтобы проучить её палкой. [Голоден.] [Не хочу есть.] [Нет.] [Безмолвный за... э-бе-бе-бе-бе...] Пока она предавалась раздумьям, бесстрастный голос, атаковавший её слух, не умолкал. Под конец он и вовсе выдал какую-то нелепицу. Казалось, у Ли Ха Юля возникли проблемы. Элия резко встала. Она протянула руки и мягко накрыла ладонь Ха Юля, которая металась в воздухе, не находя себе места. Их тепло смешалось. В тот же миг Ли Ха Юль перестал барахтаться. Ожерелье, извергавшее поток слов, тоже замолкло. [Хорошо.] [Тепло.] [Мягко.] ...По крайней мере, беспорядочный поток мыслей прекратился. Прошло уже некоторое время с тех пор, как Элия познакомилась с Ха Юлем. Они сталкивались в повседневной жизни, пересекались на важных мероприятиях вроде данж-практики или вхождения в Башню. — Ха Юль? Всё хорошо. Она старалась говорить как можно мягче, успокаивающим тоном, и веки Ли Ха Юля, которые до этого мелко дрожали, постепенно замерли. Элия не убирала рук. Она осторожно поглаживала его ладонь своими, стараясь, чтобы он отчетливо чувствовал её прикосновение и тепло. Его тело, до этого постоянно вздрагивавшее, тоже начало успокаиваться. Времени, проведенного вместе, было достаточно, чтобы она хоть немного изучила его характер. Ли Ха Юль, каким его видела Элия... если вкратце, был сущим ребенком. Не в негативном смысле «капризного мальчишки», а в самом лучшем — он был по-детски чист. Он любил людей. Но в то же время боялся их: если к нему приближался незнакомец, он сжимался и настораживался. Однако стоило завязаться знакомству и барьеру недоверия рухнуть, как он начинал вести себя как ребенок. Ему нравилось, когда его гладили по голове или ласково касались щек. Он обожал, когда его обнимали или похлопывали по спине. Даже когда он делал вид, что это не так, он при любой возможности крутился рядом, всем своим видом показывая, что хочет помочь. А если ему оказывали малейшее внимание, он терялся, но запоминал каждый такой жест, чтобы позже отплатить тем же. И это касалось не только Элии — он просто расцветал от любви и внимания любого дорогого ему человека. Кто бы этого не хотел? Но в Ли Ха Юле это чувствовалось как некая слепая потребность. Он жаждал человеческого тепла и привязанности. Словно никогда не получал их раньше и только сейчас начал ими упиваться. — Дыши медленно. Вдох, выдох... Вот так, молодец... Поэтому способ успокоить Ли Ха Юля был довольно прост. Нужно было передать ему свое тепло, например, взяв за руку, и говорить мягко. Проще говоря, его нужно было утешить, как расстроенного ребенка. Элия в полной мере использовала свой опыт заботы о младших братьях и сестрах. Вскоре ожерелье окончательно затихло. Она продолжила объяснения. Сейчас Ха Юль просто слишком разволновался и потерял контроль. Если он немного сосредоточится, то наверняка сможет хотя бы включать и выключать артефакт. — Послушай, Ха Юль. Это ожерелье озвучивает всё, если мыслей становится слишком много. Попробуй не думать о чем-то важном, а просто представь в уме что-нибудь отвлеченное. [Мысль.] [Ожерелье.] [Элия? Красивая.] [Ой, что это.] [Не то подумал.] [Нет, не в смысле, что не красивая.] [Нет.] — Ох... С-спасибо. Вы ведь сказали, что чувствуете всё через способность восприятия? Временами ей приходилось краснеть, но Элии удалось довести объяснение до конца. Возможно, из-за того, что она держала его за руку, Ли Ха Юль вел себя очень смирно. Он выглядел настолько мило, что она не удержалась и погладила его по голове. В ответ на это синяя ткань, расправленная за его спиной подобно плащу, странным образом приподнялась, словно колыхаясь на волнах. «......» Продолжая говорить, Элия вспомнила те слова, что ожерелье выдало в самом начале. «Удивительно», «голоден», «хочу молока», «хочу спать», «не хочу учиться», «ожерелье неудобное». Среди них были безобидные и даже милые слова. Но были и другие: «больно», «срок жизни», «рука болит», «холодно», «жизнь». Даже на первый взгляд было ясно, что они не несут в себе ничего хорошего. «Удушение». Проскочило и это жуткое слово. Удушение. Убить, сдавив горло. «Почему Ха Юль...» Почему именно в тот момент, когда он надел ожерелье, ему в голову пришло такое слово? Элия не знала. Она немного понимала его характер, но истинные обстоятельства его жизни оставались для неё тайной. «......» Она знала лишь одно. Ей очень не хотелось, чтобы человек, спасший её семью и вызвавший в её душе этот странный отклик, думал о таких страшных вещах. С этим чувством она помогала Ли Ха Юлю освоить контроль над Ожерельем откровения. Вскоре он научился управлять его работой. [Спасибо.] [Вы мне нравитесь.] [Вы красивая.] — Гм... Элия почувствовала легкий укол сожаления. *** Хруст! — Кх-х!.. Угх, кх-х-х!.. В серой камере раздался жуткий звук. Специфический треск разрываемой плоти и дробимых костей. Следом за ним послышалось сдавленное, прерывистое дыхание человека, находящегося на грани обморока. — О-о-ох, а-а-а-а... Голос мужчины охрип и сорвался. Он пытался кричать, но из горла вырывались лишь кровавая пена и свистящий хрип. Мужчина, чьи стоны заполняли замкнутое пространство, дернулся. Его тело елозило по полу, залитому липкой кровью. Хруст! — Кх-х-х-х!.. Снова раздался треск. От невыносимой боли в ноге глаза мужчины закатились. Сознание угасало, поглощаемое агонией. Смерть уже маячила где-то совсем рядом. В затухающем взоре мужчины мелькнула стремительно занесенная нога и золотистые глаза, полные брезгливости и жажды убийства. Удар! Голова мужчины мотнулась назад с такой силой, что едва не оторвалась. Его тело отлетело и врезалось в пол. Грохот! Несмотря на мощный удар, ни тело мужчины, ни пол не разлетелись в щепки. Камера была построена из особых материалов, а распростертый на полу человек был сверхчеловеком ранга выше среднего. — Это всё? — Нет, осталось еще три места. — ...Слишком много этой падали развелось. Вы вообще за ними следите? — Вы так говорите, но на деле уследить за всеми невозможно... Атра, еще пару раз пнув потерявшего сознание мужчину, с раздражением отвернулась. Она машинально вытерла носок сапога о пол. Впрочем, на её одежде не было ни капли крови — выпущенная ею Ганги заблаговременно отсекла все брызги. У Атры были дела на эти выходные. Дела, связанные с её учеником... Ли Ха Юлем. Сам по себе прорыв подземелья — это стихийное бедствие, которое случается неизбежно. Но катастрофу в Шихаллионе можно было предотвратить. Более того, если бы не чья-то грязная алчность, этого рукотворного бедствия вообще бы не произошло. И в этот хаос оказался втянут Ли Ха Юль, едва не лишившись жизни. Поэтому задачей Атры на эти выходные было выследить и перебить всех «свиней», которые в своей жадности замахнулись на то, чего не могли контролировать. Их можно было просто сдать Ассоциации. Учитывая, что они содержали множество нелегальных ферм подземелий, что и вызвало цепную реакцию прорывов, все причастные были живыми мертвецами. Но Атра решила действовать лично. Чтобы отсечь любую возможность побега и чтобы выплеснуть кипящую внутри ярость. К тому же некоторые из них уже ударились в бега, понимая, что в случае поимки шансов выжить у них нет. Только за сегодня она выловила десятки таких крыс. А тех, чья вина была особенно велика, она избивала собственноручно. Максвел, убедившись, что она закончила выпускать пар, махнул рукой. Ожидавшие поблизости люди забрали бесчувственное тело. Его пока не убивали — хотя в этом и не было бы большой проблемы, мужчину планировали допросить на всякий случай. Проводив взглядом тех, кто утаскивал пленника, Атра спросила: — Людей в штате вроде стало больше, а порядка — ни на грош. — На то есть много причин, — Максвелл устало покачал головой. — Сколько ни тверди о мире, Злодеев по-прежнему полно. К тому же в последнее время ситуация в Магических землях накалилась, так что основные силы наблюдения переброшены туда. Мелких сошек приходится ловить оперативникам, буквально сбивая ноги. — При таком раскладе рук катастрофически не хватает... — пробормотал Максвелл, выглядевший предельно измотанным. Атра недовольно отвернулась. Ситуация и впрямь была скверной, но желания помогать им у неё не возникло. К тому же сейчас Атра скорее сама оказывала им услугу, а не наоборот. — Идем дальше. Нужно закончить до конца выходных. — Вы... как бы это сказать... проявляете поразительное рвение. — Заткнись и пошли. «Я обещала вернуться к концу выходных, так что надо спешить». Из-за того, что она увлеклась снятием стресса, время немного затянулось. Пригрозив кулаком Максвеллу, который продолжал что-то ворчать под нос, Атра ускорила шаг, покидая камеру. ---------- Ожерелье откровения (3) Ожерелье откровения нанесло удар в спину, откуда не ждали. Я и представить не мог, что оно вот так вытащит наружу мои сокровенные мысли. Поскольку в потоке откровений проскальзывали и довольно жуткие слова, я всерьез опасался, что Элия проникнется ко мне неприязнью. ...Я осторожно следил за её реакцией, но, к счастью, ничего страшного не произошло — если не считать того, что Элия заказала мне порцию теплого молока. Пришлось потягивать его, изо всех сил стараясь не выдать лицом, насколько оно мне не нравится. Позже, тренируясь под руководством Элии, я всё же научился хоть как-то им управлять. Хотя на данный момент всё управление сводилось к простому переключению между режимами «вкл» и «выкл». Странно, но именно та часть, которая должна была фильтровать мысли, поддавалась контролю хуже всего. Дед Элии, по её словам, освоил это без труда и с первой попытки. В чём же тогда моя проблема?.. «Тяжело…» [Тяжело] Стоило мне мысленно посетовать на судьбу, как Ожерелье откровения тут же сработало. Я поморщился, услышав этот бесполый и сухой голос. Примерно так это и происходило. На душе стало муторно. Я схватил ожерелье и сердито потряс его. Если честно, всё было не так уж плохо. Сейчас, когда мой голос запечатан Проклятием безмолвия, Ожерелье откровения позволяет полностью обойти одно из проклятий. И для этого не понадобились ни Жемчужина очищения, ни Право на желание из Башни — невероятно сложные в получении вещи. Я обошёл проклятие с помощью всего лишь артефакта среднего или даже низшего ранга. Выгода очевидна, но пока я не могу совладать с ним как следует, ощущения остаются смешанными. [Курсант Ли Ха Юль, личность подтверждена.] Дверь общежития открылась под аккомпанемент привычного механического голоса. Обычно для аутентификации используются смарт-часы, но сейчас я пользуюсь голографическим проектором. Голографический проектор был мне хорошо знаком. По сути, это обычный смартфон со встроенной функцией голограммы. В наше время трудно найти человека, который не умел бы пользоваться смарт-часами, но такие устройства всё ещё выпускают для тех немногих исключительных случаев. Сбросив обувь в прихожей, я поплёлся в гостиную. Активировав Полномочие наблюдения, я бегло осмотрел общежитие. Прихожая, которую я только что миновал. Гостиная и кухня. Три комнаты, санузел, кладовая и балкон. Всё выглядело точно так же, как в моих последних воспоминаниях. В углу гостиной больше не валялись мотки шерсти, так и не ставшие шарфом, да и в остальном беспорядка не наблюдалось. На бытовых приборах почти не было следов использования. Впрочем, им и взяться было неоткуда. Раньше я проводил в общежитии совсем мало времени. Утром — общие лекции, днём — профильные занятия, где меня нещадно избивали во время практики. После этого я либо продолжал изнурять тело тренировками, либо до поздней ночи засиживался в библиотеке, пытаясь наверстать программу. В таком ритме время летит незаметно, хочешь ты того или нет. Даже если я и возвращался в общежитие, то только под утро, чтобы тут же провалиться в беспамятство. Чаще же я просто засыпал в библиотеке. Поэтому я почти не помнил, как пользоваться местными удобствами. Когда я только прибыл сюда, я внимательно всё осмотрел, думая, что проживу здесь несколько лет. Но, судя по всему, и в оставшееся время мне вряд ли доведётся часто здесь бывать. [Эх] [Разочарование] [Голодно] [Не хочу есть] [Одиноко] «Да ты…» [Твою ж!] Стоило мне на мгновение отвлечься, как ожерелье снова принялось за своё. Заставив болтливый артефакт замолкнуть, я опустился на диван. Знакомое ощущение мягкости приятно окутало тело. «Хм…» Прошло уже немало времени. Большую часть того, что я планировал и на что настраивался при поступлении в общежитие, я выполнил. Благополучно пережил даже такие мелочи, как Данж-практика. Учился я прилежно. И хотя из-за того, что я постоянно торчал в лазарете, хвосты по учебе накопились размером с горный хребет, это — моя личная боль, которую придётся разгребать самому. С тренировками тоже всё шло неплохо. Возможно, это самонадеянно, но я полагал, что теперь нахожусь где-то в середине списка среди первокурсников. Точный результат покажет промежуточная аттестация. Многое из того, что я хотел получить, уже было у меня в руках. Я добился естественного роста в Башне Роста. И, что самое важное, заполучил Яйцо Истока. А также обзавёлся артефактом Небесное оперение, который прослужит мне как минимум до середины пути. «И когда только оно вылупится?» Яйцо Истока мирно покоилось на краю дивана. Из-за внушительных размеров оно занимало прилично места. Яйцо Истока — это «скрытая деталь» с большой долей рандома, но это крайне выгодное приобретение, которое всегда окупает себя с лихвой. И это не преувеличение: из всех Яиц Истока в истории всегда выпадало нечто стоящее. В основном это были редкие вещи, которые трудно достать даже на поздних этапах. «Особенно в 11-й итерации». 11-я итерация — «Алмазный воин». Без сомнения, это была итерация с самой выдающейся боевой мощью. 11-й Ха Юль совершил налёт на Сиёлам, наполовину разрушив его, прорвался сквозь оборону Парящего острова, где находится Башня Знаний, и проник внутрь. Он грабил три великих клана и другие фракции, в щепки разнёс штаб-квартиру Ассоциации. Это была итерация, способная на равных противостоять Владыке Башни. Тогда мне повезло. В самом начале всё шло как по маслу, что позволило выжать максимум из потенциала роста. И выбор был сделан верно. Отбросив добрые дела и приняв Жертвенность как данность, я сосредоточился исключительно на развитии личной силы. Одним из тех удачно подогнанных винтиков в механизме успеха стало Яйцо Истока. В 11-й итерации из него выпал «Эликсир роста». Эффект был прост: расширение потенциала характеристик и ускорение темпов развития. Незамысловато, но на тот момент это был лучший результат. Для Алмазного воина, выбравшего путь экстремального боевого искусства, и особенно для 11-й итерации, только вставшей на кривую роста, ничего лучше и быть не могло. «Хоть бы и мне досталось что-то подобное…» Ожидания были велики. Не скрывая их, я осторожно погладил Яйцо Истока. Эликсир роста? Учитывая, что сейчас я стремлюсь стать Мастером на все руки и осваиваю самые разные области, он был бы весьма кстати. Я был бы рад и снаряжению или артефакту, который можно использовать до самого конца, как в 8-й итерации. Или артефакту, добавляющему одну уникальную способность — пусть и суррогатную, как в 3-й итерации. Подойдёт что угодно. Если верить оригиналу, выпадет то, что в любом случае окажется полезным. «Так…» Планы. Яйцо Истока получено, остальные пункты графика тоже выполнены. ...Хотя в процессе получения Ожерелья откровения я несколько раз оступался и буквально прыгал через скакалку на грани жизни и смерти, пока что ничего критически не сместилось. Первоначальный план полностью реализован. Пришло время составлять новый. Цели остались прежними. Снять проклятия. В первую очередь — проклятие короткой жизни, а если будет возможность, то и Печать чувств. Проклятие безмолвия… его, скорее всего, снять не удастся. К этому я добавил ещё одно намерение: по возможности спасать других людей. Но целей стало чуть больше. В конечном счёте всё решает боевая мощь. Как ни крути, основа моего плана должна быть сосредоточена на росте личной силы. Я покопался в памяти об оригинале. В лазарете у меня было время подумать, так что примерный план уже созрел. «Озеро призрачных снов». Скрытая деталь, обнаруженная в 8-й итерации… Хотя называть это «деталью» было странно. Это, скорее, само местоположение скрытого подземелья. Однако существование этого данжа само по себе колоссально поднимало боевые показатели игрока. Как и следует из названия, это озеро. Маленькое подземелье, в котором раскинулось прекрасное озеро, словно сошедшее со страниц несбыточного сна. Особенность его в том, что найти его до тошноты сложно, а мана внутри обладает невероятной чистотой и плотностью. Если просто сидеть там и поглощать ману, показатель этой характеристики взлетает до небес. Благодаря этому, начиная с 8-й итерации, я перестал беспокоиться о нехватке маны и мог обрушивать на врагов непрерывный шквал атак. Я думал ещё об одной вещи, но тут меня одолевали сомнения. «Артефакт, Свидетельство защиты». Скрытая деталь, найденная в 9-й итерации, когда я шёл по самому безумному маршруту. Это артефакт высшего класса, граничащий с рангом «зенит». Причина, по которой я вспомнил о нём первым, проста: Свидетельство защиты — это протез руки. И не просто протез, а артефакт зенитного ранга со встроенной уникальной способностью, обладающей феноменальными защитными характеристиками. ...Так гласило окно статуса. Сам я им никогда не пользовался. Дело в том, что Свидетельство защиты — капризный артефакт, который сам выбирает владельца. В 9-й итерации, когда я следовал по самому тёмному и злодейскому пути, я лишь нашёл его, но даже не смог к нему прикоснуться. Поэтому я и колебался. Даже если я с трудом его добуду, смогу ли использовать? Говорят, он оценивает склонности владельца, и мне казалось, что он меня отвергнет. К тому же, если я найду его после того, как восстановлю руку, мне придётся отрубить здоровую конечность, чтобы воспользоваться им. Моя трусливая натура… нет, любой человек со здравым рассудком не станет по доброй воле отрубать себе руку. Было ещё несколько вариантов, но я пока не оформил их в чёткий план. [Эх-хо-хо] Вздох вырвался сам собой. Ожерелье, которое с самого начала вставляло свои комментарии или озвучивало обрывки моих мыслей, начинало раздражать. Какое-то время придётся потратить на то, чтобы научиться его контролировать. То, что я обошёл Проклятие безмолвия — это хорошо, но то, что артефакт по своему желанию выворачивает наизнанку мою душу, само по себе было сродни другому проклятию. Дзинь! В этот момент раздался звук уведомления. Я нахмурился. Подумав, не галлюцинация ли это, я проверил голографический проектор. К счастью — или к сожалению — это было обычное оповещение о письме. Среди лавины сообщений с вопросами о самочувствии выделился один чат. [Чат 121-го потока, класс Ипчхун (103)] ▶ Лиана Беллус: [Объявление!] Сообщаю, что общая лекция на следующей неделе будет посвящена теме «Понимание духов»! Ничего подготавливать не нужно! Всем собраться во 2-м природном парке без опозданий! (๑˃̵ᴗ˂̵)و (Сегодня 15:03) Сообщение прислала профессор Лиана. Я слышал, что она несколько раз навещала меня, пока я был в коме, но с тех пор, как я пришёл в сознание, мы так и не виделись. Я думал зайти к ней сегодня, но не захотел беспокоить в выходной. Судя по сообщению, на следующей неделе мы и так будем видеться постоянно. Все общие лекции на ближайшие семь дней были до отказа забиты занятиями профессора Лианы. *** [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●○○○○ (65/100) «Симпатия», «Благодарность», «Добрый взрослый» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Хотите потрогать?(1) Выходные пролетели в одно мгновение. Я не успел нагнать и четверти пропущенного материала, а время уже утекло, словно вода сквозь пальцы. Практическая часть промежуточной аттестации вызывала у меня опасения, но теперь, когда я об этом задумался, теория пугала ничуть не меньше. То, что теоретический экзамен имел меньший вес в итоговой оценке, не давало повода для спокойствия. Я и раньше не блистал в теории, а теперь, когда так сильно отстал от программы... будущее казалось весьма туманным. Тяжело вздохнув, я открыл шкаф. Впервые за долгое время я достал и надел форму курсанта. «Хм...» Я осмотрел себя с помощью Полномочия наблюдения. Если не считать безжизненно свисающего левого рукава, всё было в порядке. На форме не было лишних украшений, дизайн был строгим и лаконичным, но, облачившись в неё, я почувствовал себя странно. Казалось, я не надевал её вечность, и в то же время — будто только вчера снимал. Двоякое чувство. Когда я отправлялся в Шихаллион, на мне была одна из немногих моих гражданских вещей, а те несколько недель, что я провел в лазарете, я и вовсе не вылезал из больничной пижамы. Прошло немало времени, но из-за того, что события сменяли друг друга слишком быстро, а я постоянно находился на грани, восприятие времени притупилось. Вместе с тем натянутая струна напряжения внутри меня начала понемногу ослабевать. С тех пор как я покинул Сиёлам, мои нервы были на пределе. Возможно, виной тому был страх перед превратностями судьбы, с которыми я столкнулся в седьмой итерации сразу после ухода из академии. В Шихаллионе я и впрямь едва не погиб из-за нелепой случайности. Еще немного, и та земля стала бы моей могилой. А в лазарете... странно, но если профессора Атры не было рядом, я начинал нервничать и злиться. Само это место вызывало у меня стойкое отвращение. Нос непроизвольно морщился, к горлу подкатывала тошнота. Мне просто было невыносимо там находиться. [Отвращение] [Ненависть] [Запах алкоголя?] Ожерелье бесцеремонно выплескивало мои мысли, стоило им коснуться неприятных воспоминаний. Я решил не пытаться его контролировать, чтобы проверить одну догадку, и она подтвердилась. Но разве оно не должно было скрывать глубинные слои сознания? Этот запах спиртного... разве травмы не относятся к подсознательному? «Тц». В памяти всплыли дурные образы. Поправив одежду, я мельком взглянул на свое отражение. ...Даже я сам видел, что выгляжу неважно. Тени под глазами стали глубже, всё лицо так и сквозило усталостью. Всё из-за недосыпа. Стоило мне лечь в постель, как сон пропадал. Точнее, я хотел спать, но никак не мог провалиться в забытье. Сознание отказывалось отключаться. Необъяснимая тревога отгоняла сон. Подобное случалось и в начале семестра. Мир вокруг меня изменился, всё было зыбким и пугающим, так что нормально выспаться не получалось. Тогда я заставлял себя тренироваться до изнеможения, чтобы буквально отключаться, но сейчас, как бы ни уставал мой разум, это не помогало. А истязать тело я не решался — слишком свежи были в памяти угрозы профессора Атры... В мире нет места безопаснее, чем здесь, и я сам не понимал, почему тревога не дает мне уснуть. Просто внутри было как-то пусто и... [Одиноко] [Профессор] [Хочу в её объятия-бе-бе-бе-бе] «Да твою же мать!» Я в ужасе схватился за ожерелье, когда оно начало выдавать слова без всякой фильтрации. Оно едва не выплюнуло нечто совершенно постыдное и нелепое. Мне и наедине с собой было невыносимо стыдно о таком думать, но если бы это услышал кто-то другой... Я бы просто не смог больше смотреть людям в глаза. Пальцы мелко дрожали. В голове вспыхнул импульс. [Уничтожить] ...Я подавил это желание. Если я сломаю подарок, который Элия и её семья преподнесли мне в знак благодарности, я буду хуже последнего зверя. Отряхнув наброшенное на плечи Небесное оперение, я вышел из общежития. Сиёлам... мне уже лень было считать, какая это по счету неделя. До промежуточной аттестации оставалось четырнадцать дней. * Согласно расписанию в общем чате, на этой неделе большинство общих лекций были посвящены духам, а вела их профессор Лиана. Поэтому утром я направился не в аудиторию Ипчхун, а в Природный парк №2, как и было указано в объявлении. Путь не занял много времени. Выйдя из общежития, я сел на беспилотный автобус, который доставил меня прямо к воротам парка. Несмотря на название, Природный парк не был местом для праздного отдыха. Это был полноценный тренировочный полигон, созданный специально для курсантов. И, как следовало из названия «Природный», на его территории бережно сохранялся первозданный ландшафт. «О...» Выйдя из автобуса, я резко расширил радиус восприятия. Теперь он значительно превосходил мой прежний предел. К счастью, голова почти не болела. [Головная боль] [Кровь из носа] [Кровоизлияние в сетчатку] Лишь привычное легкое покалывание. «С этим всё в порядке». На выходных я практиковался в управлении своими силами. Наблюдение и Пространство. Полномочия, происхождение которых оставалось для меня загадкой. Благодаря Пространственному восприятию я накопил определенный опыт, но когда я попытался разделить то, что было насильно объединено, начали возникать сбои. С Полномочием пространства всё было еще сложнее. Честно говоря, я всегда использовал Пространственное восприятие скорее как инструмент наблюдения, а не как способ осознания самого пространства. К счастью, с Полномочием наблюдения проблем было меньше. Стоило мне осознать его суть, как я смог использовать его почти так же, как раньше — Пространственное восприятие. «...Полномочие наблюдения». Сила, даруемая Башней Наблюдения. Она считается одной из тех опор, на которых держится нынешний мировой порядок. Сколько жизней было спасено благодаря тому, что людей заранее предупреждали об инцидентах в Магических землях, появлении подземелий или вылазках Злодеев? Такие предсказания возможны благодаря Обсерваториям, возведенным Владыкой Башни Наблюдения. Башня следит за всем миром двадцать четыре часа в сутки, триста шестьдесят пять дней в году, не прерываясь ни на мгновение. Конечно, существуют физические ограничения, поэтому основное внимание уделяется Магическим землям и прорывам подземелий. Из-за этого Башня не слишком активно вмешивается в преступность внутри мирных территорий. Помощь в таких случаях носит скорее косвенный характер: предоставление магических артефактов, наделенных частицей Полномочия наблюдения. Однако, несмотря на это, без такой поддержки раскрываемость преступлений, совершаемых Злодеями с их уникальными способностями, была бы на нуле. «Хм...» Благодаря радиусу наблюдения я видел парк как на ладони. В нем почти не было следов человеческого вмешательства. Никаких подстриженных кустов или ухоженных аллей. Единственное исключение — тропа, ведущая к озеру. В центре Природного парка раскинулось огромное озеро с кристально чистой водой. И хотя рассвет уже миновал, было еще достаточно рано, и над водой стлался легкий туман, создавая особую атмосферу. Вокруг было так чисто, что не возникало никакого чувства брезгливости. Казалось, если сейчас растянуться на траве, на одежде не останется ни пылинки. У входа начиналась тропинка, выложенная камнем. Пожалуй, это было единственное рукотворное сооружение здесь. Идя по ней к озеру, я почувствовал, что присутствие людей становится всё отчетливее. Несмотря на то что я вышел заранее, некоторые уже были на месте. Это были курсанты из класса Ипчхун. Профессор Лиана еще не пришла. Когда я подошел ближе, несколько человек обернулись на звук шагов. Их глаза округлились. Они тут же толкнули локтями соседей, и вскоре все взгляды были устремлены на меня. Я невольно вздрогнул от этого пристального, непривычно тяжелого внимания. — ...... — ...... Я сглотнул. В их глазах читалось восхищение пополам с жалостью... Выносить эти взгляды было неловко. К счастью, никто не решился заговорить со мной первым. Ни Хон Ёнхва, ни Элии еще не было. Атилла, Эйден, Нам Ёнджун — те немногие, с кем я был более-менее знаком, — тоже отсутствовали. Проще говоря, мне было не с кем перекинуться парой слов. Оглядевшись, я присел на траву чуть поодаль от остальных. Трава была густой и мягкой, так что сидеть было вполне удобно, да и земля не казалась холодной. У меня мелькнула мысль расстелить Небесное оперение и прилечь, но под перекрестным огнем чужих взглядов я предпочел сидеть смирно. Фью-ю-ю Прохладный ветерок коснулся кожи. Спустя какое-то время, пока курсанты продолжали прибывать, я почувствовал, как ко мне кто-то легко приближается, неся с собой ауру холода. — Ха Юль, вы сегодня рано? Знакомый голос и присутствие. И, прежде всего, этот ни с чем не сравнимый леденящий холод. — Давно не виделись, с тех самых пор, как я навещала вас в лазарете! Вопреки своей ауре, Пэк Арин приветливо улыбнулась. Её улыбка была настолько яркой и мягкой, что, казалось, само пространство вокруг неё становилось светлее, но я, зная сюжет оригинала, не спешил расслабляться. «И всё же...» Я неловко кивнул в ответ. Я помнил, как Пэк Арин заботилась обо мне всё это время. Так было и на общих лекциях, и в Башне Роста, где она оказала мне огромную помощь. Я видел, что она проявляет ко мне искреннее внимание. Поэтому я не чувствовал к ней однозначной неприязни. Было бы неправильно отвергать человека, который не сделал мне ничего плохого и всегда был предупредителен, лишь на основании того, что он мог бы сделать в будущем. Но и слепо доверять ей я не мог. Если знания из оригинала верны, я не знал, когда ожидать удара в спину. У меня были свои догадки на счет её мотивов, но уверенности — никакой. На всякий случай я напрягся, изо всех сил стараясь контролировать ожерелье. Если я сейчас ляпну что-то не то... может повториться катастрофа одиннадцатой итерации. [Здравствуйте] [Пэк Арин] [Рад встрече] Ожерелье откровения сработало. Мысли, прозвучавшие в моей голове, вырвались наружу бесстрастным механическим голосом. — О. Глаза Пэк Арин округлились. Она с удивлением уставилась на ожерелье у меня на шее. В её взгляде промелькнул интерес. Похоже, она поняла, что это не просто магический инструмент, а настоящий артефакт. — Артефакт? Его эффект — воспроизведение голоса? [Да] — А-а. Подобные вещи встречаются нечасто... Я мысленно согласился. Ожерелье откровения было весьма специфичным артефактом даже среди множества других. Специфичным, но не сказать чтобы выдающимся. В оригинале его почти не использовали. Для допросов оно не годилось, так как носитель мог контролировать свои слова, фильтруя информацию. К тому же из-за функции привязки оно быстро выходило из строя при частой смене владельцев. Проще и надежнее было использовать магию, чтобы напрямую заглянуть в чужое сознание. «Неужели Пэк Арин это в новинку?» В клане Чангэ наверняка видели артефакты и почуднее. Учитывая, какими сокровищами должен быть обвешан глава клана и какие реликвии хранятся в их поместье, Ожерелье откровения должно казаться ей сущей безделицей. [Спасибо, что навестили меня. Подарки я... съел с удовольствием] Пэк Арин принесла тогда элитные сладости. Увидев, что Хон Ёнхва дает мне конфеты, она тоже решила выбрать что-то подобное. Правда, сладости были разными. Если Хон Ёнхва приносила в основном сладкие фруктовые леденцы со вкусом яблока, то Пэк Арин притащила окчхундан — традиционные сладости из рисовой муки и патоки. Выглядели они очень нарядно и аппетитно. На вид. — Я рада, что вам понравилось! Если захотите еще, только скажите. Пока я размышлял об этом, Пэк Арин, обменявшись со мной — точнее, с ожерельем — парой фраз, присела рядом. Она подтянула колени к груди и обхватила их руками. Она вела беседу так непринужденно, будто в этом не было ничего особенного. «Хм...» Совершенно обычная, естественная поза. Давит... Но сейчас эта обычная поза заставляла меня чувствовать себя крайне неловко. Всё из-за того, что колени Пэк Арин прижались к её груди, неминуемо сдавливая её. Я не то чтобы специально обращал на это внимание... но формы Пэк Арин были весьма внушительными. Возможно, из-за её высокого роста пропорции казались гармоничными, но даже я понимал, что её грудь была просто огромной. И теперь, когда она была так сильно стиснута, мне самому стало трудно дышать. Просто констатация факта. Я изо всех сил старался отогнать подобные мысли. С тех пор как я обрел силу, которую принимал за Пространственное восприятие, я стал еще осторожнее. После того как я непроизвольно активировал Адское Пламя через Синхронизацию, меня то и дело посещали странные импульсы, и это заставляло меня быть начеку. Полномочие наблюдения давало слишком много информации. Из-за этого в голову порой просачивались... лишние детали. Я внимательно следил за тем, чтобы не использовать эту информацию во вред. Вот и сейчас я пытался настроить Полномочие наблюдения, отсекая ненужные данные. Но крупица информации всё же просочилась, и за ней последовала неуместная мысль, которую я тут же попытался выкинуть из головы. Всё было как всегда. [Грудь просто огромная] Если бы только не ожерелье, контроль над которым на долю секунды ослаб, пока я возился с Полномочием. [А?] — М-м? «?» Что я только что сказал? Нет, что это ожерелье только что вякнуло? Мой мозг отключился. Уши зафиксировали бесстрастный голос, но разум отказывался обрабатывать смысл слов. Однако одно было ясно: я ляпнул нечто запредельно грубое и неуместное. Спустя мгновение я открыл рот, чувствуя, как кровь отливает от лица. Пэк Арин моргнула. Несколько раз, словно не веря собственным ушам. И тут же... Хи-хи Её глаза сузились в форме полумесяцев, а уголки губ поползли вверх. На лице расплылась лукавая, озорная улыбка. Похоже, она нашла отличный повод для поддразнивания. — Моя грудь и правда немаленькая. А что? Хотите потрогать? Она хихикнула и легонько ткнула меня пальцем в щеку. Я, до этого момента буквально обратившийся в лед, в ужасе отпрянул и начал отчаянно мотать головой. ---------- Духи (1) Кажется, в последнее время я стал слишком самонадеянным. Хоть я и старался этого не показывать, но когда тебя превозносят как какого-то выдающегося человека, волей-неволей начинаешь вести себя неподобающе. Я знал, что контролировать Ожерелье откровения может быть непросто, и уже успел убедиться в этом на практике. Однако с того момента, как я научился включать и выключать его по желанию, я перестал об этом беспокоиться. Я полагал, что фильтрация мыслей вполне возможна, а если в голову придет что-то недопустимое, я просто разорву связь. Но всё пошло не так гладко, как я рассчитывал. Это ожерелье... оно выплеснуло в мир постыдную мысль, промелькнувшую в моей голове лишь на мгновение. [Проститепроститепроститепроститепростите] — Ну что вы, зачем так извиняться? Всё в порядке, поднимите же голову. Я продолжал кланяться так низко, словно собирался врыться головой в землю. Рядом с моим лицом парил голографический экран с текстом бесконечных извинений. В тот самый миг, когда ожерелье выплюнуло слова, которые и вслух-то произнести стыдно, я поспешил его отключить. Но толку-то? Даже если заткнуть горлышко бутылки, пролитую воду уже не собрать. Честно говоря, я всерьез испугался, что Пэк Арин сейчас запустит в меня ледяным копьем. А если и нет, то как минимум одарит леденящим душу взглядом и волной презрения. — Правда, всё действительно хорошо, так что перестаньте. Вы же не хотели ничего плохого, верно? [Простите...] Однако Пэк Арин не выглядела обиженной. Напротив, она мягко успокаивала меня, словно всё понимала. Я был тронут. То, как она пропустила мимо ушей оскорбительные слова и проявила заботу, вызывало у меня огромную благодарность и в то же время жгучее чувство вины. — Это же естественно, когда малыш ищет грудь. Так что не стоит стыдиться. [Простит... Что?] «?» Пока я, желая показать искренность, не просто копировал текст, а вручную набирал слова извинения, до моих ушей донеслось нечто странное. Ожерелье откровения точно было отключено... Неужели у меня что-то со слухом? Над моей головой словно завис воображаемый вопросительный знак. Заметив мою реакцию, Пэк Арин тихонько рассмеялась. [Что вы имеете в виду под «малышом»?] — Именно того малыша, о котором вы подумали, Ха Юль. Не «рассказ», а настоящего младенца, который делает «уа-уа». «?» Вопросительных знаков прибавилось. Я попытался переварить сказанное. Она назвала меня малышом. Малыш... Младенец? Она серьезно говорит это о грудном ребенке? Глядя на меня? Это было нелепо. Внутри поднялась волна протеста. Вместе с ней пришло чувство неловкости и стыда от того, что в моем возрасте мне говорят подобные вещи. Каким бы низким я ни был, я всё же не настолько мал, чтобы со мной так обращались. В прежнем мире, несмотря на неразбериху с регистрацией рождения, я был совершеннолетним, да и по документам этого мира я тоже взрослый человек. Разумеется, ни мое телосложение, ни возраст не давали повода называть меня младенцем. Для этого не было ни единой причины. — Ну и что поделать, если малыш тянется к груди? «......» — Ведь так? Но как только я вспомнил о своем недавнем проступке, всё возмущение тут же утихло. Учитывая мою вину, было бы глупо протестовать против таких поддразниваний. Пэк Арин же продолжала хихикать, не переставая подшучивать надо мной. Порой ее шутки становились довольно коварными — она нарочито подчеркивала изгибы своей груди, и мне безумно хотелось сбежать... но из-за чувства вины я не смел и шелохнуться. Пока я пребывал в этом бесконечном аду насмешек, на которые не мог даже ответить, начали подтягиваться остальные курсанты. Они не вмешивались в наш разговор с Пэк Арин, а держались на расстоянии, наблюдая за происходящим со стороны, словно их это не касалось. Среди них были и знакомые лица. Чуть поодаль я заметил Атиллу и Эйдена, которые уже успели занять свои места. Атилла по-прежнему выглядела суровой, а у Эйдена было привычное отсутствующее, отрешенное выражение лица. Я был рад видеть знакомых, но сейчас мне куда больше была нужна помощь. «Помогите...» Словно почувствовав мой отчаянный призыв, Атилла, что-то набиравшая в своих смарт-часах, повернула голову. Наши взгляды не встретились, но она определенно смотрела в мою сторону. Ее плечи вздрогнули. Зрачки мелко задрожали, перебегая с меня на Пэк Арин и обратно, после чего она медленно отвернулась. «?» Эйден, сидевший рядом, тоже моргнул, внезапно насторожился и, последовав примеру Атиллы, демонстративно отвернулся. «?» Такой явный отказ в поддержке стал для меня ударом. Я-то считал, что мы в какой-то мере дружны, и не ожидал, что меня так хладнокровно проигнорируют. Пока я дрожал от шока, в поле моего зрения попал человек, неспешно идущий к парку. Красная куртка, наброшенная поверх формы вместо форменного пиджака, и скучающее лицо... Это была Хон Ёнхва. «......!» Мое лицо мгновенно просветлело. Пусть Атилла и Эйден, которых я ошибочно считал друзьями, отвернулись от меня, я верил, что Хон Ёнхва так не поступит. — А. Словно в ответ на мою веру, лицо Хон Ёнхва, которая шла, что-то лениво пережевывая, тоже мгновенно озарилось радостью при виде меня. Она тут же прибавила шагу и, оказавшись рядом, привычным жестом протянула руку и погладила меня по голове. От прикосновения ее ладони к моим волосам уголки моих губ невольно дрогнули. — Как выписка? Прошла нормально? Никаких последствий? Я покачал головой. — Правда? Не врешь? По лицу так не скажешь. Ее рука спустилась с макушки и обхватила мою щеку. Я невольно прижался лицом к ее ладони. Ощущение тепла принесло мне чувство глубокого удовлетворения. Пока я наслаждался этим моментом, ее тонкие пальцы коснулись теней под моими глазами. Она, казалось, не слишком поверила моему ответу и прищурилась, но, взглянув на то место, где раньше была моя левая рука, снова помрачнела. Я не хотел видеть Хон Ёнхва с таким выражением лица. Но прежде чем я успел как-то отвлечь ее, ее взгляд уже переместился. Теперь она смотрела на мою шею. — М-м? Она моргнула. В ее глазах промелькнуло странное чувство, и она легонько постучала пальцем по Ожерелью откровения. — А это что такое? Ее голос звучал как обычно, но в нем чувствовалось нечто... странное. Словно ей что-то очень не нравилось. — От кого ты это получил? Ей не нравится ожерелье? По-моему, дизайн довольно лаконичный и симпатичный. — Это артефакт. Функция психологического проявления. Говорят, его подарила Элия. — ...Элия? Артефакт? — Ага. Но сейчас он отключен, потому что Ха Юль пока не может его контролировать. Пэк Арин, наблюдавшая за нами со стороны с загадочным видом, ответила вместо меня. Она объяснила функции Ожерелья откровения и то, что из-за недавнего инцидента оно сейчас не работает. К счастью, когда речь зашла о случившемся, Пэк Арин, заметив мой отчаянный сигнал, с улыбкой опустила подробности. Выслушав объяснение, Хон Ёнхва снова посмотрела на ожерелье. — ...... Затем она подняла взгляд и пристально посмотрела на меня. Это не был леденящий холод, но взгляд определенно был странным. Я в замешательстве наклонил голову, но Хон Ёнхва лишь снова погладила меня по щеке, сказав, что всё в порядке. Интересно, что бы наболтало Ожерелье откровения, будь оно сейчас включено? Думать об этом совершенно не хотелось. *** — Итак, все собрались? Вскоре прибыла профессор Лиана. До назначенного времени оставалось еще около десяти минут. Используя Полномочие наблюдения, я пересчитал курсантов — отсутствующих не было. Профессор Лиана стояла спиной к озеру, проводя последнюю проверку, а курсанты сидели перед ней полукругом. Я был среди них. Устроившись в самом последнем ряду, я пошарил в кармане. Шурх Достав припасенную конфету, я разорвал обертку. Вынул содержимое и отправил в рот. Вкуса я особо не чувствовал, но раз уж это подарок, хранить его вечно было бы странно. К тому же врачи советовали мне периодически что-нибудь есть, чтобы избежать истощения, поэтому я взял с собой питательные батончики и конфеты. — ...... «?» В этот момент я почувствовал на себе чей-то взгляд. Обернувшись, я увидел, что Хон Ёнхва смотрит на мои губы... точнее, на конфету, которая не поместилась целиком и немного торчала изо рта. Пестрая, разноцветная конфета. Это был Окчундан, подаренный Пэк Арин. Взгляд Ёнхва сейчас был очень похож на тот, которым она недавно одарила ожерелье. — ...Нет. Не надо. На всякий случай я протянул ей запасную конфету, но Хон Ёнхва лишь покачала головой. Хлоп! Закончив проверку, профессор Лиана хлопнула в ладоши. Звонкий звук разнесся среди курсантов. — Время пришло, все на месте, так что давайте начнем! Я выпрямился. Я и так сильно отстал от программы. Если пропущу и это, мои оценки за промежуточную аттестацию окажутся на самом дне. Привлекая всеобщее внимание, Лиана начала объяснение, по-прежнему стоя спиной к озеру. Сегодняшняя лекция называлась «Понимание духов». — Начнем с определения духа. Всё просто! Мы называем духами сгустки провидения, обладающие зачатками самосознания и индивидуальности. А искусство заключения контрактов с ними и управления ими называется спиритизмом. Это были те самые духи, которых часто можно встретить в фэнтези. В основе своей они делятся на стихии Начального уровня: воду, огонь, ветер, молнию и землю. Существуют и духи особых стихий, но большинство относится именно к Начальному уровню. — Уверена, вы все знакомы с теорией, но позвольте задать вопрос. В чем преимущество спиритизма? — В выходной мощности и численном превосходстве, которые дает управление множеством духов. — Верно. Как и сказала курсант Изабель, главное преимущество спиритизма — это количество. Профессор Лиана одобрительно улыбнулась. — Спиритизм не ограничивается управлением одним-единственным духом. Если у практика достаточное сродство, объем «сосуда» и запас маны, он может заключить контракт с любым количеством духов. Конечно, всё зависит от таланта, но даже средний спиритуалист управляет десятками духов. Случаи, когда все эти десятки относятся к одной стихии, крайне редки. Несмотря на разницу в силе отдельных духов, спиритуалист может эффективно использовать слабости противника, имея при себе помощников разных стихий. Кроме того, духам можно отдавать приказы действовать самостоятельно, а их природное бессмертие позволяет бросать их в бой снова и снова. При этом сам спиритуалист вовсе не остается беспомощным. Он может продолжать бой, используя Гангче, Ганги, Магию или другие уникальные способности. — Я — состоявшийся спиритуалист и герой высшего ранга, специализирующийся на сражениях против армий. Ранги героев боевого профиля строятся на достижениях. Каковы бы ни были текущие навыки, ранг присваивается на основе реальных заслуг. По этим критериям герои боевого типа делятся на три основные категории: Противопехотные (對人) — способность сражаться с противниками человеческого масштаба. Противомонстровые (對怪) — навыки уничтожения чудовищ. И противоармейские (對軍). Критерии для героев противоармейского типа весьма специфичны. Способен ли ты в одиночку оказывать решающее влияние на удержание линии фронта? Это гораздо более жесткое условие, чем для первых двух категорий. Поэтому большинство героев повышают свой ранг через противопехотные или противомонстровые миссии. Профессор Лиана же была героем противоармейского типа, фактически достигшим высшего ранга. Перед уходом в отставку она совершила подвиг, в одиночку сдержав прорыв монстров на одном из участков фронта. — В любой дисциплине талант важен, но в спиритизме врожденные способности играют ключевую роль. Спокойный голос Лианы разносился по парку. — Почему? Потому что для рас, отличных от особых видов вроде фей, управление духами требует процедуры заключения контракта. А если у вас нет сродства, вы не сможете даже попытаться его заключить. Духов сложно использовать. Прежде всего потому, что лишь немногие обладают правом даже попробовать. Это право имеют те, чья уникальная способность связана со сродством к духам. Даже среди курсантов первого курса Сиёлама, куда собраны таланты со всего мира, лишь единицы владеют спиритизмом. Настолько это редкий дар. — Какова цель нашего сегодняшнего занятия? Проверка вашего сродства! Кто знает, возможно, в момент поступления ваше сродство просто еще не проявилось! Лучезарно улыбнувшись, Лиана поманила рукой. Бам! Одна из стоявших рядом коробок подпрыгнула, и из нее вылетел пятицветный шар, устремившись прямо в руки профессора. Поймав его, Лиана внезапно вздрогнула. — ...? Она опустила взгляд на хрустальную сферу в своих руках. На поверхности шара бушевали всполохи тусклого пятицветного сияния. Он был очень похож на тот шар, что она использовала, когда обучала меня мане, — за исключением цвета. Разница заключалась в том, что этот был чуть меньше, а внутри вместо маны клубились и плавали сгустки странной энергии... К тому же шар едва заметно вибрировал. «Эта энергия и есть дух?» Это не давало мне покоя с самого начала... точнее, с того самого мгновения, как я его заметил. Казалось, эти сгустки раз за разом бьются о стенки, пытаясь вырваться наружу, и стремятся они именно в мою сторону. — ...Разумеется, даже если у вас нет предрасположенности, это никак не помешает вам прослушать курс. Предмет «Постижение духов» посвящен не искусству управления ими, а изучению самой сути духов и способов противодействия им. Профессор Лиана обвела взглядом внимательно слушающих курсантов. Снова посмотрев на хрустальный шар, она подняла голову и уставилась в одну точку. — Однако... Ее взгляд задержался на ком-то дольше обычного. — Все же наличие предрасположенности было бы преимуществом, не так ли? Она смотрела в мою сторону... нет, она пристально разглядывала именно меня. *** [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (51 ▷ 53/100) «Симпатия», «Сомнение», «Смятение», «Сожаление» ... Ли Ха Юль → Атилла Блеро ●●●●○○○○○○ (49 ▷ 48/100) «Близость», «Обида» ... Ли Ха Юль → Эйден Рейнольдс ●●●●○○○○○○ (45 ▷ 44/100) «Близость», «Дурак», «Обида» [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ---------- Духи (2) Природный парк — место, пропитанное маной. Собственно, этот объект и создавался специально для тренировок по управлению магической энергией. Куда бы я ни направил взор, используя Полномочие наблюдения, я первым делом ощущал не красоту пейзажа, а избыток маны в пространстве. Ее плотность была невероятно высокой. Пускай эффект был едва заметным, мана просачивалась в тело даже при обычном вдохе. И дело было не только в плотности, но и в исключительной чистоте этой энергии. В разных уголках парка расположились курсанты класса Ипчхун. Всех их объединяло одно: в руках каждый держал по прозрачному хрустальному шару размером с кулак. Внутри этих сфер, словно краска, растворенная в воде, плавно перетекали всполохи пяти цветов. Если кристальный шар, использовавшийся ранее для введения в ману, был магическим артефактом, помогающим в «восприятии маны», то этот магический артефакт служил для проверки сродства к духам и одновременно помогал пробудить скрытый потенциал. Курсанты сосредоточенно вертели шары в руках. Кто-то хмурился, манипулируя артефактом, кто-то, напротив, замер с умиротворенным лицом, достигнув состояния отрешенности. Некоторые предпочли уединение, чтобы лучше сконцентрироваться, другие же сбились в тесные группки со своими друзьями. Каждый искал свой путь к сосредоточению. Первое занятие по дисциплине «Постижение духов» было целиком посвящено проверке сродства. Я тоже держал в руках хрустальный шар. В обычных обстоятельствах я бы либо занимался в одиночестве, либо пристроился рядом с Хон Ёнхвой или Элией. — Даже если это кажется пустой тратой времени, проверку потенциала стоит проводить регулярно. Но сейчас всё было иначе. Голос, раздавшийся прямо передо мной, заставил меня отвлечься от мыслей. Передо мной стоял человек, чья внутренняя мана казалась бездонной даже в этом насыщенном энергией месте. Если закрыть глаза и ориентироваться только на чувства, профессор Лиана ощущалась как колоссальный, осязаемый сгусток магической силы. Лучезарно улыбнувшись, она продолжила объяснение: — Хотя врожденные задатки крайне важны, нельзя исключать случаи, когда способности накапливаются и происходит Расцвет уже в процессе обучения. «Часто ли случается, что талант пробуждается позже?» — Нет, довольно редко. Такие примеры нетипичны. В подавляющем большинстве случаев способности проявляются одновременно с пробуждением маны. Кажется, средний возраст становления сверхчеловеком — от трех до пяти лет? Именно тогда проходит черта между обычными людьми и сверхлюдьми, а затем — между теми, кто обладает уникальной способностью, и теми, кто ее лишен. — Но это не значит, что такого не бывает вовсе. У профессора Атры поначалу тоже не было уникальной способности. А бывают и совсем исключительные случаи, когда пробуждение происходит аномально поздно... как у кое-кого. Я прекрасно понял, на кого она намекает. Мой случай, когда пробуждение запоздало добрых десять лет по сравнению с нормой, действительно был из ряда вон выходящим. Да, это необычно и по-своему уникально, но дает ли это какое-то преимущество перед остальными — я не знал. Другие тренировались с самого детства. В итоге из-за позднего пробуждения я оказался в роли догоняющего. Плюсов я не видел, а вот убытки казались весьма ощутимыми. Размышляя об этом, я пошевелил пальцами. Получалось плохо. Отчасти потому, что я сжимал хрустальный шар, но главным образом из-за того, что мою руку придерживала ладонь профессора Лианы. Моя свободная рука была фактически заблокирована. Из-за этого для нормального общения мне волей-неволей пришлось активировать Ожерелье откровения. Сейчас я был напряжен до предела. Я изо всех сил старался контролировать себя, чтобы не допустить повторения недавних катастроф. Я был готов в любой миг оборвать связь, если ожерелье вздумает выдать какую-нибудь нелепицу. — Давно мы так не беседовали. «Вы ведь навещали меня в лазарете». — Тогда я видела только твое спящее лицо. А когда курсант Ли Ха Юль пришел в себя, у меня было слишком много дел, так что зайти не получилось. Я почувствовал мягкое прикосновение к тыльной стороне ладони. Ее пальцы иногда слегка постукивали по моей коже, вызывая щекотку. По словам профессора Лианы, так она проверяла мою концентрацию. — Атмосфера сейчас почти такая же, как в тот раз. Лиана, до этого улыбавшаяся, вдруг заговорила так, словно что-то вспомнила. Она обвела взглядом окрестности. Я последовал ее примеру, используя Полномочие наблюдения. Солнце, замершее в зените, и трава, искрящаяся под его лучами. Ветви и листья, колышущиеся от редких порывов ветра. Озеро, окутанное легкой дымкой, создающей сказочную атмосферу. Это место очень напоминало парк, где в начале семестра мне помогали с введением в ману. Конечно, здесь не было прогулочных дорожек, скамеек и прочих следов цивилизации, но общее настроение было схожим. Разве что пристальные взгляды Хон Ёнхвы и остальных курсантов вносили существенное различие. Тогда в парке не было никого, кроме меня и профессора Лианы. — Ну как? Ты чувствуешь энергию? Профессор Лиана снова постучала по моей руке. Услышав вопрос, я вновь сосредоточился на хрустальном шаре. Тюк Сфера в моих руках вздрогнула. Это было уже далеко не первое колебание. Энергии, бурлящие внутри шара, то и дело бились о его стенки. Словно стремясь вырваться на волю, они рвались в мою сторону. — Я ожидала чего-то подобного... но у тебя и здесь есть талант. Лиана посмотрела на дрожащий шар и произнесла это с легким оттенком недоумения. Пока остальные курсанты самостоятельно проверяли свое сродство и тренировались, профессор Лиана, заявив, что мои способности уже подтверждены, взялась обучать меня лично. Так мы и оказались лицом к лицу, проводя индивидуальное занятие. Она коснулась пальцем поверхности шара. — Ты ведь видишь... нет, чувствуешь? Энергии внутри. «Да». «Пять видов энергии». Красный, салатовый, синий, желтый, темно-коричневый. Пять цветов непрестанно бились о стенки артефакта. — Это энергия духов базовых стихий. Она начинает бушевать в зависимости от сродства того, кто касается шара... Курсант Ли Ха Юль, у тебя есть сродство ко всем пяти. Огонь, ветер, вода, молния и земля — если не ошибаюсь. Большинство уникальных способностей стихийного типа, несмотря на мелкие различия, так или иначе относятся к этим пяти элементам. — Раз наличие сродства подтверждено, давай вкратце разберем процесс заключения контракта. Лиана забрала у меня шар и щелкнула пальцами. — У низших духов самосознание крайне слабое. По сути, их можно сравнить с шестеренками, движимыми инстинктами соответствующих стихий. Это я и сам знал. Если духи высокого ранга обладают личностью, то низшие почти лишены воли. Они просто следуют инстинктам: ищут места, насыщенные маной их стихии, и время от времени занимаются восстановлением природного баланса. — Маг духов заключает с ними контракт, чтобы управлять ими. В случае с низшими духами «контракт» — процедура предельно простая: достаточно лишь желания самого мага. В магии духов контракт — это процесс установления власти над духом. Невозможно управлять тем, с кем у тебя нет договора. Точно так же, как нельзя контролировать чужую ману, нельзя командовать чужим духом. Поэтому маг духов заключает контракты с таким количеством существ, которое позволяют его сродство, объем сосуда и уровень маны. Профессор Лиана же обладала настолько чудовищным сродством и запасом энергии, что могла управлять немыслимым числом духов. «А как насчет меня?» Сродство к духам. Честно говоря, я догадывался, что оно у меня есть. Раз уж у меня была уникальная способность «Мастер на все руки», я полагал, что какое-то базовое сродство должно присутствовать. Но судя по словам профессора Лианы, оно оказалось куда выше, чем я предполагал. — Что ж, приступим к делу! Лиана провела пальцем по воздуху. Мана, вспыхнувшая на кончике ее пальца, оставила след в пустоте. И тогда открылась дверь. «?» Дверь? Трещина? Разрыв? Неважно, как это назвать. Это не было эффектом Полномочия наблюдения. Полномочие пространства, которому в последнее время не находилось применения, четко зафиксировало разрыв в пустоте. Вслед за движением руки Лианы линия, начертанная в воздухе, с треском разошлась в стороны. Из открывшегося пространства хлынула мана. Ослепительное сияние пяти стихий. Та же энергия, что я чувствовал в хрустальном шаре и в самой природе. Но ее качество и объем были просто невообразимыми. Я ощутил присутствие. Трудно было назвать это «присутствием» в обычном смысле, но за этой завесой определенно находилось бесчисленное множество существ. «Духи». Я понял это инстинктивно. Тени в том пространстве были духами. Каждая из этих бесчисленных единиц была духом того или иного ранга. Прыг! В этот момент один из множества духов выскользнул наружу. Как только этот сгусток салатового света оказался здесь, пространственный разлом тут же захлопнулся. Салатовое сияние плавно опустилось на ладонь профессора Лианы. Моя кожа уловила тончайшее движение воздуха. — Этот малыш — дух ветра. Я чувствовал его через Сродство с маной. Полномочие наблюдения тоже позволяло видеть его структуру. Наверное, этот салатовый свет был виден даже невооруженным глазом. — Этот дух уже связан со мной контрактом. То есть он подчиняется мне, и пока я не разорву связь, никто другой не сможет им управлять. Некоторое время профессор Лиана проверяла состояние духа, после чего продолжила: — Скоро я разорву контракт. В этот момент курсант Ли Ха Юль должен будет заключить с ним свой договор. Поначалу может быть сложно, но у нас много времени, так что будем пробовать не спеша. Закончив объяснение, Лиана пристально посмотрела на меня. Казалось, она дает мне время прочувствовать духа. Тот же метод, что и при введении в ману. Я кивнул со странным выражением лица. «Удивительно». Видеть магию духов в действии было по-настоящему захватывающе. «Поразительно». Хотя я уже сталкивался с уникальными способностями и магией, процесс управления духами вызывал неподдельный интерес. И еще... «Знакомо?» Это было странное чувство. Разве может нечто, увиденное впервые, казаться таким знакомым? «Хм...» Я рассматривал духа через Полномочие наблюдения. Я задействовал силу чуть активнее, стараясь увидеть не просто внешнюю оболочку, но и внутреннюю структуру. В голове отозвалось покалыванием. Нагрузка ощущалась, но я не упал без чувств с кровотечением. Сказался и мой рост, и то, что я ограничил область наблюдения одним маленьким духом. «Это и есть контракт?» Внезапно я разглядел связующее звено. Некая нить, похожая на тончайшее волокно, тянулась от духа к профессору Лиане. Значит, этот дух действительно связан с ней. Чужой маг не может заключить контракт с уже занятым духом. А без контракта им невозможно управлять. Лиана объясняла: эта нить — канал связи между магом и духом. Через него передается воля заклинателя и подается мана. Следовательно, я не могу передать свою волю этому духу. «Неужели совсем нельзя?» Я мысленно склонил голову набок. У меня не было какой-то конкретной цели, просто возникло странное ощущение. «Иди сюда». Это была лишь мимолетная мысль, даже не произнесенная вслух. Я не использовал Ожерелье откровения, так что мое желание не должно было быть услышано. — А? Но произошло именно это. Профессор Лиана удивленно моргнула. Ее взгляд был прикован к собственной ладони. Ладонь была пуста. Духа, что парил над ней мгновение назад, больше не было. Лиана подняла голову, проследив за перемещением духа. «......» Я отчетливо ощутил кожей ладони веяние ветра, ставшее гораздо более явным. — Что? Дух теперь парил над моей рукой. Рот профессора Лианы невольно приоткрылся. Над ее головой словно повис немой вопрос. «?» Такой же вопрос возник и у меня. — Э-э? — с опозданием раздался бесстрастный голос Ожерелья откровения. ---------- Духи (3) В оригинальном произведении было не так много циклов, где использовались духи. Способов стать сильнее, помимо магии духов, существовало предостаточно. Даже в тех редких случаях не было ни одной итерации, где магия духов была бы основной силой. В первом цикле я пробовал всего понемногу, поэтому использовал духов лишь как вспомогательное средство. Да и в целом та первая попытка была путем «универсала», который не достиг особых высот ни в боевых искусствах, ни в магии. Пятый цикл: «Путь Обратной Магии». В тот раз я перестроил внутренние цепи в магические формулы и использовал побочную реакцию от их искажения как источник силы. Это была ветка довольно посредственного мага, и из-за огромных затрат маны мне приходилось буквально перемалывать духов, чтобы восполнять запасы энергии. Но даже этого катастрофически не хватало. В итоге я не смог совладать с отдачей и погиб от магического взрыва, как и в третьем цикле. Шестой цикл: «Раб Темной Гробницы». Обычный путь некроманта. В ту итерацию я специализировался на черной магии и некромантии, управляя огромными армиями нежити. Из-за специфики способностей моя репутация была на дне, но я не пускался во все тяжкие, как в более поздних циклах, и худо-бедно сражался на стороне человечества. В процессе я соприкасался с духами тьмы, но глубоко в эту тему не погружался. От них было мало толку, да и развить высокое сродство не получалось. Куда эффективнее было поднимать трупы людей и монстров, валяющиеся на обочинах, или вырывать души для создания нежити. Шестой цикл, в котором я отчаянно противостоял полчищам, хлынувшим из Башни Некромантии, оборвался, когда в битву вмешался Владыка Башни Чистилища и разорвал меня на куски. Помимо этого, духами я занимался разве что в двенадцатом цикле, будучи Призывателем гибридов... но и тогда я лишь слегка коснулся этой темы. Как и в пятом цикле, я использовал их либо как расходный материал, либо, в крайнем случае, как снаряды. Короче говоря, ни в одной из жизней магия духов не была моей специализацией, и я никогда не изучал её по-настоящему глубоко. Однако, поскольку на любом пути мне доводилось сражаться с духоловами, у меня имелись знания начального уровня. Для управления духом необходима связь через контракт. Чтобы передать волю мага и заставить духа действовать согласно этой воле, они прежде всего должны быть соединены. Поэтому процедура заключения контракта между магом и духом обязательна. Без контракта использование духов невозможно. Так гласили знания из оригинала, таковы были и прописные истины этого мира. До этого самого момента я и сам так считал. «Что за...» Но сейчас эта истина пошатнулась. Я не совсем понимал, что происходит. Я активировал Полномочие наблюдения, чтобы оценить обстановку. Совсем рядом со мной сидела профессор Лиана. Обычно она производила впечатление элегантной и мягкой женщины, но сейчас на её лице застыло такое ошарашенное выражение, какого я прежде никогда не видел. Я даже запереживал, как бы ей в приоткрытый рот не попала прядь волос. Я расширил восприятие. Курсанты, каждый из которых до этого тренировался со своим хрустальным шаром, тоже замерли с отсутствующими лицами. Хон Ёнхва выглядела совершенно растерянной, а Пэк Арин и Элия во все глаза смотрели на меня с нескрываемым удивлением. Их взгляды были прикованы к одному месту. Там, в центре, кружились разноцветные всполохи света. Духи пяти стихий роились вокруг меня. Это были те самые духи, что вырвались из пространства, открытого профессором Лианой. Переливаясь всеми цветами радуги и сливаясь с окружающим пейзажем, они создавали невероятно таинственную атмосферу, но мне было не до эстетического восторга. В голове, и так затуманенной, воцарился еще больший хаос. Собравшись с мыслями, я поднял правую руку. Вместе с движением пришло и намерение. Как и мгновение назад — без голоса или помощи амулета, просто на уровне мысленного шепота. Фьють! Словно считав мой призыв, один из огоньков, круживших рядом, стремительно метнулся ко мне и опустился на тыльную сторону ладони. Красное свечение. По исходящему от него жару я понял, что это дух огня. «Тепло». «Словно светлячок». «Уютно». Несмотря на огненную природу, тепло, разлившееся по руке, было очень приятным. Я не чувствовал ни капли враждебности. Не было даже мысли, что он может причинить вред. Это было знание на уровне инстинктов. Я не могу пострадать от него. Если бы я сам того пожелал, возможно, он бы и обжег меня, но пока я этого не хочу, они не причинят мне боли. И наоборот. Если я захочу, они исполнят мою просьбу. Если я попрошу, они будут действовать согласно моей воле. «Ох...» Пока я размышлял, остальные огоньки придвинулись вплотную. Энергия духов стала ощутимее, чувство близости усилилось. Ту-дум. Сердце гулко екнуло. Пульс отозвался во всем теле, ударился о невидимые границы и эхом вернулся внутрь. Фокус моего восприятия сместился с внешнего мира на внутренний. Окружающая действительность поблекла, пейзаж расплылся. Вместо него я отчетливо ощутил то, что было скрыто внутри. Это не было чем-то совершенно незнакомым. Прошло время, но я определенно уже испытывал нечто подобное. Тогда, когда монстры загнали меня в угол и я балансировал на краю гибели. Ощущение было похоже на то, когда я чувствовал, как мое «я» постепенно исчезает в преддверии смерти. Сейчас я не стоял на Грани, но, как и тогда, я очень четко осознавал себя как отдельную сущность. Среди элементов, составляющих мою суть, выделялись два особенно массивных. Мастер на все руки и Сродство с маной. Рядом с ними ощущались еще два, которые пока не удавалось осознать полностью. Внешние силы, не принадлежащие мне изначально: Полномочия пространства и наблюдения. Эти четыре были основными. Но ими всё не ограничивалось. Глубже скрывалось неисчислимое множество уникальных черт, которые было трудно даже сосчитать. Бесчисленные крошечные крупицы уникальности, не поддающиеся расшифровке, устилали само основание моей сути. У-у-унг... И среди этих бесчисленных малых частиц я почувствовал одну. Она начала медленно увеличиваться в размерах. Её доля в моей структуре росла. Я всё еще не мог её расшифровать, но она уже заметно отличалась от окружающих крупиц. Когда-нибудь она вырастет настолько, что я смогу понять её природу. В момент этого осознания восприятие вернулось в норму. Луг, окутанный легким туманом. Зеркальная гладь озера, на которой не было ни единой капли ряби. Окружающий мир снова обрел четкость. Духи, кружившие вокруг меня, исчезли. Судя по всему, профессору Лиане удалось как-то отозвать их. Я тупо пошевелил пальцами. Тепло, которое я ощущал мгновение назад, пропало, оставив после себя странное чувство пустоты. — Что это сейчас было? — спросила профессор Лиана. Она выглядела не менее растерянной, чем я. Я немного помолчал и покачал головой. «Я не знаю». Мне действительно нечего было ей сказать. *** Первое занятие по дисциплине «Постижение духов» закончилось ничем. А всё из-за того, что я привлек к себе слишком много внимания. Придя в себя, профессор Лиана всё оставшееся время пыталась вместе со мной разобраться в случившемся, но ничего существенного мы так и не выяснили. Разве что подтвердили факт: я могу притягивать и в какой-то мере управлять духами, не заключая с ними контракт. Конечно, если профессор Лиана проявляла свою власть над ними, они подчинялись ей. Но сам факт взаимодействия без контракта оставался невероятным. Наверняка скоро обо мне поползут новые слухи. — Давайте... будем разбираться в этом постепенно, — подытожила она. Я ничего не знал о духах, а Лиана, будучи экспертом, никогда не сталкивалась с подобными случаями. В итоге мы решили, что ответы придут со временем, по мере того как я буду посещать её лекции. Профессор, казалось, о чем-то догадывалась, но почему-то не спешила делиться со мной своими соображениями. Это было странно, но я лишь послушно кивнул, решив, что у неё есть на то причины. Впрочем, на душе всё равно было неспокойно. Я надеялся приоткрыть завесу тайны над своими уникальными способностями и их источником, а вместо этого получил еще одну загадку. Настанет ли когда-нибудь день, когда я найду ответы на все вопросы о самом себе? Я невольно вздохнул. Как бы то ни было, занятие закончилось. Я планировал пообедать с Хон Ёнхвой, но она почему-то, едва завидев меня, покраснела и убежала. Я почувствовал себя глубоко уязвленным тем, что Хон Ёнхва меня бросила. Пришлось в одиночестве уныло жевать питательный батончик... «Хм...» Так наступило время профильного занятия. Добравшись до места, я ощутил странный трепет. Я легонько постучал носком ботинка по земле, чувствуя её твердость. Провел подошвой по поверхности, и в воздух поднялась пыль вперемешку с песком. Это была старая тренировочная площадка, каких в Сиёламе, напичканном новейшими технологиями, было почти не найти. Казалось, только вчера профессор Атра избивала меня здесь до полусмерти, втаптывая в грязь, хотя на деле, если немного преувеличить, прошел уже почти месяц. Странное чувство... Оно преследовало меня с самого утра. Я был уверен, что умру там, но выжил, вернулся и теперь преспокойно иду на лекцию. На душе было торжественно и немного не по себе. «Фух...» К счастью, профессор Атра успела вернуться в Сиёлам под самый конец выходных. А значит, занятию ничто не мешало. «Интересно, как всё пройдет сегодня». Обычно во время спаррингов я периодически терял сознание от градов ударов. Сейчас я, наоборот, на это надеялся. Судя по глубоким теням под глазами, состояние у меня было, мягко говоря, паршивое. За все выходные я так и не смог нормально поспать. Причин было много... были и те, в которых стыдно признаться, и то, что мои привычные кошмары пополнились новыми сюжетами. Поэтому я планировал использовать суровую тренировку Атры, чтобы просто отключиться. Если подумать, возможно, я не мог уснуть именно потому, что не изнурял тело физически. Если выложиться до предела и получить пару крепких ударов, сон придет сам собой, как спасительное забытье. Вскоре прибыла профессор Атра. Тщательно осмотрев меня, она начала спарринг в качестве разминки. Мои навыки заметно выросли. Получив реальный боевой опыт и побывав на Грани, я стал на голову выше себя прежнего. Но против профессора Атры я всё еще был бессилен. Мое тело не поспевало за темпом, который она постепенно наращивала, и в конце концов кулак Атры, легко преодолев мою защиту, устремился к цели. «!» Кулак, окутанный золотистым Ганги. Не увернуться. Я и так был прижат к стене. Предыдущие атаки я избегал лишь чудом, извиваясь всем телом. Этот удар мне не парировать. Я стиснул зубы и приготовился к удару, максимально сконцентрировав Ганги для защиты. И тут... «?» Кулак профессора Атры замер в считанных сантиметрах от моего носа. Пах! Порыв ветра, отставший от удара, хлестнул по лицу. Волосы взметнулись. Я застыл. Я уже приготовился к тому, что меня сейчас размажут по земле, но этого не случилось. Пока я недоуменно ждал, кулак профессора Атры, застывший перед моим лицом, мелко задрожал. — Гх... Атра закусила губу. Между зубами вырвался приглушенный стон, полный муки и колебаний. Её взгляд метался, зрачки дрожали, она пристально всматривалась в мое лицо. В конце концов, словно не в силах продолжать, Атра зажмурилась и отступила на несколько шагов, опуская руку. «?» Что это с ней? *** [Система калибровки игрока: Измерения] ▶ Характеристики ... ▶ Уникальные способности ... ▶ Психологическое состояние ... 「Ми?」: ? 「?жение」: ? ... 「Неполнота」: Расколот, лишен целостности. 「Дефицит жизненных сил」: Жизненная энергия истощена, внутри пустота. 「Дефицит привязанности」: Острая жажда любви и заботы. Степень крайне тяжелая. 「Усталость」: Разум и тело изнурены. 「Одиночество」: Чувство покинутости и тоски. ... ---------- Наставник (1) Среди виновников инцидента в Шихаллионе нашлось немало тех, кто осмелился пуститься в бега. Твари, что хуже скота: алчные, словно свиньи, они заварили эту кашу, но, когда всё пошло прахом, не смогли разгрести последствия и бросились спасать собственные шкуры. Одни сразу после катастрофы улизнули за границу, другие забились в глухие, безлюдные углы и затаились. Чтобы выловить их, она вышла на охоту лично. Ей хотелось собственноручно забить их до смерти, да и риск упустить кого-то был слишком велик, если доверить дело другим. Одна только мысль о том, что хотя бы один из них добьется успеха в побеге и где-нибудь в тепле будет жить припеваючи, заставляла её до боли стискивать зубы. Такого исхода она допустить не могла. Поэтому, скоординировавшись с Ассоциацией, она отправилась в путь. В глубине души ей хотелось немедленно вернуться в Сиёлам. Стоило оставить Ли Ха Юля одного, как в углу сердца начинала копошиться тревога. Этот мальчик был из тех, кто вечно умудряется влипнуть в неприятности, стоит лишь отвести взгляд. Так подсказывали чувства. Разум же твердил: в стенах Сиёлама он в безопасности. Пусть Ректор уже десятки лет не покидает своего кабинета и не показывается на людях, он всё еще там. Там же и Вице-ректор, который почти никогда не выходит за пределы академии, а также герои-защитники и мощнейшие оборонительные системы. Убеждая себя, что в Сиёламе с парнем всё будет в порядке, она действовала без устали. Честно говоря, Атра не особо рассчитывала закончить всё за выходные. Беглецов было несколько десятков, и они разлетелись в разные стороны, точно перепуганные насекомые. Даже используя Врата для перемещений, выловить всех за неполные двое суток казалось невыполнимой задачей. И всё же она намеревалась покончить с этим как можно скорее и вернуться. Атра двигалась на пределе своих возможностей. — …Тереза Блэр и еще двадцать три цели. Все задержаны. И за выходные она поймала всех. К моменту, когда взошло солнце понедельника, она — пусть и на грани — выкорчевала каждого, кто пытался скрыться, подобно таракану. — …… Закончив с размышлениями, Атра огляделась. Внутри подземного убежища, на обустройство которого явно не пожалели огромных денег, суетились сотрудники Ассоциации, изымая улики и криминальные архивы. Тот, чье имя значилось в списке, был избит и уже конвоировался наружу. Атра превратила его в калеку; теперь его подлатают ровно настолько, чтобы он не сдох раньше времени, и отправят дожидаться приговора. Хорошее дело. Она закончила быстрее, чем ожидала. Никто не ушел. Теперь, когда наступили будни, она может сразу приступить к профильным лекциям Ли Ха Юля. «…Странно всё это». Результат был отличным, но Атра не чувствовала чистой радости. Да, она носилась все выходные без сна и отдыха. Да, она приложила колоссальные усилия. Но даже при этом работа не могла завершиться настолько быстро. Какой бы сильной она ни была, у неё всего две руки, и она действовала в одиночку. Даже при поддержке Ассоциации прочесать весь мир в мгновение ока невозможно. — На этом с арестами покончено. Благодаря вашему содействию, госпожа Клайд, всё прошло на редкость гладко. — Оставь любезности. — Если я буду пренебрегать этикетом, позже меня могут упрекнуть в неподобающем поведении. В таком случае моя оценка эффективности поползет вниз. К неподвижно стоящей Атре подошел человек-кукла. Это был Максвелл — чудак, который даже на месте происшествия умудрялся сохранять безупречный вид в своем строгом костюме. Сверив данные на голограмме, спроецированной со смарт-часов, он произнес: — Как я и говорил, все преступники из списка задержаны. Остальные мелкие детали я пришлю вам, как только они будут обработаны. — Хорошо, поработал на славу. Принимая отчет, Атра задумчивым взглядом сверлила Максвелла. Максвелл. Он сверхчеловек из Отдела по управлению катастрофами Ассоциации. В соответствии с задачами своего департамента он занимается предотвращением инцидентов, вызванных подземельями, реагированием на них и ликвидацией последствий. Атра не знала его точного ранга в отделе или всех тонкостей его обязанностей. Но она знала одно: Максвелл — это человек, который получает приказы напрямую от членов Совета или Главы Ассоциации. Когда они встретились на линии фронта, он действовал по указу Совета. Когда он запрашивал поддержку Атры внутри страны, он также подчинялся Совету. — «Верхушка» — это ты про Совет? — Нет. Те, кто выше них. Теперь же он исполнял приказ тех, кто стоял еще выше. Она окинула взглядом суетящихся сотрудников Ассоциации. Инцидент в Шихаллионе… или, как его уже называли, «Шихаллионская бойня» — это катастрофа планетарного масштаба. Логично, что на поимку главных виновников бросили столько сил. …И всё же рвение, с которым их преследовали, было избыточным. Достаточно было взглянуть на магические артефакты наблюдения в руках оперативников. Людей задействовали много, и это были специалисты высокого класса. Количество и качество разведывательных артефактов тоже значительно превышало стандартные нормы. Судя по информации, полученной заранее, и по тому, как проходили сами захваты, хватило бы и четверти этих сил. Даже с четвертью они бы справились без труда. Учитывая, что в последнее время подземелья по всему миру ведут себя неспокойно и Ассоциация вечно ноет о завалах работы и нехватке кадров, такая щедрость выглядела подозрительно. — Ах, если вас не затруднит, не могли бы вы передать кое-что курсанту Ли Ха Юлю? — Говори. — Есть вопросы по компенсации за этот инцидент и некоторые уведомления. Просто передайте ему, чтобы он связался с нами, когда будет свободен, и представители Ассоциации сами приедут к нему. — О том, чтобы он связался, ему уже сказали при выписке. — О, тот новичок всё грамотно оформил. Аж неловко перед начальством стало. Ли Ха Юль совершил великий подвиг в Шихаллионе. С самого начала инцидента он без устали спасал людей, в одиночку одолел особь класса Альфа и разрушил внешнюю стену подземелья, чем значительно облегчил работу отряду спасения. Причина катастрофы крылась в грязной, коррумпированной связи местных властей. И раз уж Ассоциация, отвечающая за мировой порядок, тоже несет долю ответственности, ей необходимо выдать Ха Юлю награду — хотя бы ради того, чтобы успокоить общественность. …Это понятно, но само их поведение казалось странным. Обычно, как только Ха Юль пришел в сознание, к нему в лазарет должны были нагрянуть следователи для дачи показаний. Но вместо этого они даже процедуру выписки взяли на себя. Просто ушли, попросив связаться при возможности, а теперь вот напоминают: «Если он позвонит, мы сами к нему приедем». Тон был крайне осторожным, словно речь шла об очень важной персоне. На поимку беглецов бросили чрезмерные ресурсы. В прессу не просочилось ни единого скандального факта, а на редкие высеры хейтеров в сети закон обрушивался мгновенно и беспощадно. Причина была в том… что Максвелл и вся Ассоциация получили приказ от Глав Ассоциации. Глава Ассоциации. Или даже Главы. Потому что распоряжение отдали лично Владыки Башен Пространства и Настройки. «……» Атра осознала, что на самом деле почти ничего не знает о Ли Ха Юле. Ей были известны базовые анкетные данные, но копать глубже она не хотела — боялась привязаться. Поэтому она не понимала до конца суть происходящего. То, что он пользуется покровительством Владыки Башни Роста как особый абитуриент — факт. Теперь выяснилось, что и Владыки Пространства и Настройки относятся к нему по-особенному. Почему — неизвестно. Атра знала о Ли Ха Юле преступно мало. Не знала, почему Владыки Башен его опекают. Не слышала от него самого, почему он не сбежал, а остался спасать людей. Не понимала, почему каждый раз, засыпая, он мучается от кошмаров. Всё это — лишь потому, что она сама не пыталась узнать и не спрашивала. — …Цыц. Атра прикусила губу. В голову лезли лишние мысли. Отогнав их, она развернулась. Пора возвращаться в Сиёлам. *** В Сиёлам она прибыла к рассвету понедельника. Кое-как успела в срок. Атра с облегчением выдохнула и направилась к своему жилью. В такой час большинство людей еще спали. Ли Ха Юль не исключение. Наверняка он сейчас мирно лежит в своей постели. — …… Когда она представила эту картину, ей почему-то стало не по себе. Мысль о том, что он спит в своей кровати, а не у неё на руках, вызвала странное, нелепое недовольство. Как только она это осознала, тут же яростно тряхнула головой. «Видимо, я устала сильнее, чем думала…» До какой же степени нужно вымотаться, чтобы в голову лезла подобная чушь? Нужно вздремнуть хотя бы недолго. Атра ускорила шаг. . . . Наступил следующий день. После обеда пришло время профильной лекции. Занятие, как обычно, началось с дуэли. Сначала она проверила состояние Ха Юля и коротко спросила, как дела. К её удивлению, на шее парня висел какой-то артефакт. Как выяснилось, это была вещь с функциями проецирования образов и запечатления. Она как раз подыскивала нечто подобное, так что одной заботой стало меньше. [Да, это подарок от госпожи Элии.] — …Подарок? На душе стало как-то странно, но она заставила себя не подавать виду. Оставив разговоры на потом, они перешли к разминке и спаррингу. Они сражались и тогда, когда Ха Юль был слабее обычного человека, и теперь, когда он совершил невероятный рывок в развитии. Бой без оружия, на голых руках. В процессе Атра кожей ощущала его пугающий рост. Развитие физических данных и магической силы поражало, но еще больше её изумляло его мастерство. Каждый её выпад встречал отпор. Даже обманные движения, призванные сбить с толку, он хладнокровно пресекал. Тактические уловки, против которых он раньше был бессилен, теперь щелкались им как орехи. Удары, которые прежде хоть раз да достигали цели, теперь неизменно уходили в молоко. Казалось, уровень его анализа боя перешел на качественно иную ступень. И тело послушно следовало за разумом. И это только в ближнем бою. Атра знала, что в арсенале Ха Юля не только рукопашная. Магия, которую он сейчас не использовал, артефакт за спиной… И его скрытая способность, предположительно — копирование уникальных навыков. У него в рукаве слишком много козырей. И сейчас он явно выкладывался не на полную. Атра, как всегда, повысила планку. «……» В какой-то момент ей стало не по себе. Это было мягко сказано. Атре было крайне некомфортно. …Удар, блок, уклон. В этом танце её обостренное зрение замечало малейшие изменения в выражении лица Ха Юля. Тело словно наливалось свинцом. В груди возникло давящее, удушливое чувство. Наконец настал момент, когда защита Ха Юля дрогнула. Появилась брешь. Атра нанесла удар. Кулак, окутанный Ганги, устремился в просвет. Рассекая воздух, рука неслась вперед. Попадет. Опыт и интуиция в один голос твердили: Попадет. Её удар. По Ха Юлю. Кулак врежется в лицо. Оно исказится от боли. Хлынет кровь. Шихаллион, путь к убежищу, лужи крови… Трупы. — ……!! Хлопок! Поднялся вихрь. Пыль взметнулась с пола, волосы бешено заплясали на ветру. Рука, наносившая удар, замерла на полпути. Кулак мелко дрожал. На лице Ли Ха Юля отразилось недоумение — он не понимал, почему она остановилась. Рука дрожит. Атра не могла в это поверить. Из-за этой дрожи сила рассеивалась. Даже если бы она довела удар до конца, в нем не осталось бы и половины мощи. Дрожь в руках во время атаки — это привычка, которую она искоренила еще до выпуска из академии. А сейчас? Она никак не могла унять эту дрожь. — …Прости. Продолжим. Атра заговорила, пытаясь скрыть, как жалко срывается её голос. Ха Юль поджал губы, а затем, собравшись с духом, снова принял стойку. Спарринг возобновился. Атра стиснула зубы. Смешно. Раньше ведь всё было нормально. Она и сейчас была уверена: такой метод обучения — самый быстрый и верный путь к его росту. — Не… В том, что Ха Юль станет сильным, нет ничего плохого. Сейчас проливается лишь пот и капля крови. Если не пролить их сейчас, потом, перед лицом настоящей угрозы, придется расплачиваться жизнью и будущим. — Не мо… В этот раз Ха Юлю повезло. Но если бы он был чуть слабее, если бы удача отвернулась от него хоть на миг… он был бы мертв. — Не… Не могу… Во время поединка возможностей нанести точный удар было предостаточно. Но она так и не сделала этого ни разу. Атра, не в силах сдержать дрожь в голосе, порывисто обняла Ли Ха Юля. [?] [Безопасность] [Тепло] [Мягкость] [Уют] [Хорошо] Ли Ха Юль от неожиданности лишь приоткрыл рот. Эти объятия были ему знакомы. Те самые, в которых он постоянно оказывался в последнее время... мягкие и теплые. Словно повинуясь привычке, он прижался к Атре крепче. За его спиной всколыхнулось Небесное оперение. ---------- Наставник (2) В углу старой тренировочной площадки росло дерево. Я не знал, к какому виду оно относится, но дерево выглядело крепким: корни глубоко ушли в землю, а пышная зеленая листва так и лучилась жизненной силой. Крона была настолько густой, что отбрасывала широкую тень — идеальное убежище в знойный день. К тому же, благодаря открытому пространству вокруг, здесь всегда гулял приятный ветерок, быстро остужающий разгоряченное тело. Это было по-настоящему уютное место, где можно было свалиться без сил после лекций по специальности и просто лежать в тени, чувствуя, как покой разливается по уставшим мышцам. Сейчас у ствола этого дерева сидела профессор Атра, прислонившись спиной к коре. А я мирно покоился в её объятиях. «?» Я не сразу сообразил, что происходит. Придя в себя, я обнаружил, что профессор Атра прижимает меня к себе и нежно баюкает. Ошарашенно моргая, я активировал Полномочие наблюдения, чтобы взглянуть на неё. Она усадила меня к себе на колени лицом к лицу, словно какую-то великую драгоценность. Её руки крепко обхватили мою талию, притягивая ближе. Из-за внушительной разницы в росте моё лицо само собой уткнулось ей в грудь. Поза была донельзя смущающей, но профессора Атру это, казалось, совершенно не волновало — она лишь продолжала мерно поглаживать меня по голове. Позволяя ей эту ласку, я попытался восстановить в памяти недавние события. Я еще в самом начале заметил, что сегодня профессор Атра ведет себя странно. С того самого момента, как я пришел на тренировочную площадку, на её лице не было ни тени привычного спокойствия. Конечно, она и в обычные дни выглядит суровой и холодной, так что разницу уловить трудно, но аура, которую она излучала, была слишком явной, чтобы её не заметить. К тому же, за то время, что мы провели вместе, я научился различать малейшие перемены в её мимике даже без помощи способностей. Пока она проверяла моё состояние, её беспокойство только росло, а когда началась дуэль, напряжение стало почти осязаемым. Я пытался спросить, что случилось, но профессор лишь отмахивалась коротким «всё в порядке». Поскольку тренировка была в самом разгаре, я решил расспросить её подробнее уже после занятий. С этими мыслями я и продолжал бой. И вдруг профессор Атра резко прервала дуэль и просто подхватила меня на руки. Затем она села в тени дерева, прижимая меня к себе всё крепче и крепче. «Почему она так себя ведет?» Ответа не было. Я понимал, что с ней что-то не так, но причина оставалась загадкой. Пока я размышлял, профессор Атра тяжело выдохнула и мягко надавила мне на затылок. Моя голова еще глубже погрузилась в её пышную грудь. Лицо коснулось нежной кожи, а сквозь тонкую ткань рубашки передавалось тепло её тела, от которого мои щеки начали гореть. Несмотря на это, дышалось мне легко — даже крепко обнимая меня, профессор следила за тем, чтобы мне не было тесно. «...Ух». Поза была невыносимо неловкой. Ощущение того, как мы соприкасаемся, заставляло лицо пылать всё сильнее. И всё же... [Счастье] [Покой] [Защищенность] Мне было невероятно тепло и уютно. Помимо смущения, я чувствовал трудноописуемое чувство стабильности. К тому же, это было знакомое чувство. Почти три недели — с того момента, как всё случилось, и до недавнего времени — я жил вместе с профессором Атрой в лазарете. Тогда, будучи в глубоком психологическом кризисе, я инстинктивно жаждал человеческого тепла и прикосновений, и именно профессор Атра стала тем, кто восполнил эту пустоту. Я проводил в её объятиях почти двадцать четыре часа в сутки. Моё лицо всегда было уткнуто в её грудь, а её рука неизменно гладила меня по волосам. Когда фантомные боли в потерянной левой руке сбивали мне дыхание, её теплая ладонь мягко похлопывала меня по спине. Так продолжалось изо дня в день. Профессор Атра ни разу не показала, что ей это в тягость. Она просто оберегала меня. Поэтому сейчас в этих объятиях «привычка» весила куда больше, чем «стыд». Но это не значило, что мне совсем не было неловко. Теперь, когда мой разум пришел в норму, я всё равно смущался. К тому же ситуация была странной: прервать дуэль на полуслове и внезапно обнять... Я попытался высвободиться. Сначала хотел легонько подтолкнуть её, давая понять, что пора отпустить, а потом потянулся к Ожерелью откровения, чтобы озвучить просьбу. — Гладит-гладит... ...Но так и не сдвинулся с места. Дело было даже не в моем тайном желании остаться в этих руках. Просто взгляд, которым профессор Атра смотрела на меня сверху вниз, показался мне невыносимо печальным. Эти эмоции совершенно не вязались с её обычным ледяным образом. Поэтому я решил еще немного побыть смирным. Но вскоре и этому пришел предел. [Сонливость] [Хорошо] [Счастье] Мягкое прикосновение, окутывающее всё тело, и особенное человеческое тепло... От того, как она похлопывала меня по спине и гладила по голове, сознание начало медленно уплывать. Я и так смертельно хотел спать, а в её руках и вовсе был готов провалиться в сон в ту же секунду. Конечно, мне безумно хотелось просто уткнуться в неё лицом и уснуть, но сначала нужно было выяснить причину этой щемящей грусти. Я легонько постучал профессора по спине. [Отпустите меня] [Обнимайте еще] [Нет] — ...Так ты хочешь, чтобы я тебя обняла или отпустила? Профессор Атра была сбита с толку противоречивыми сообщениями, но, видя мою настойчивость, неохотно ослабила хватку. Я тут же вынырнул из её объятий. — Фух... [Холодно] Как только прохладный воздух коснулся лица, по телу пробежала невольная дрожь. С трудом подавив желание снова спрятаться в её тепле, я поднял голову. Хоть я и не видел, но всем своим видом показывал, что внимательно слушаю. Затем я сосредоточился на Ожерелье откровения. К счастью, оно сработало без сбоев, послушно преобразуя даже длинные предложения. [С вами что-то случилось за выходные?] — Нет, все дела прошли гладко. [Тогда почему вы так поступили?] Мы оба понимали, о чем речь. О том, как она весь день вела себя неуверенно и тревожно, а в итоге внезапно бросилась обнимать меня. Тень сомнения промелькнула на лице профессора. Её рука, обнимавшая мою талию, непроизвольно сжалась. Она снова притянула меня к себе, но я больше не торопил её. Я чувствовал, как в её глазах плещется глубокая скорбь и смятение. — Давным-давно... нет, всего несколько лет назад, у меня был ученик. Спустя долгое время она всё же заговорила. — В то время я... была во многом незрелой. Я была слабее, чем сейчас, у меня не было опыта в преподавании, да и таланта к этому, честно говоря, тоже. У профессора Атры был ученик? Я слышал об этом впервые, но не перебивал, внимательно слушая. — Я не умела учить. Не могла точно указать на ошибки, а те пробелы, что пыталась восполнить, заполняла кое-как. И при всём этом я не могла проявить твердость характера, поэтому учила спустя рукава. Я удивленно моргнул. Её слова совершенно не вязались с той профессором Атрой, которую знал я. На каждой лекции она безошибочно находила мои слабые места и четко объясняла, как их исправить. Не могла проявить твердость? Да я на каждой тренировке получал от неё тумаки, пока не усваивал урок. Увидев моё недоумение, она продолжила: — Прошло время, этот ученик отправился в подземелье, попал в зону выброса энергии и погиб. Теперь всё встало на свои места. Дальнейшее можно было легко предугадать. — Это был выброс в подземелье всего лишь четвертого ранга. Пусть он и не мог справиться с ситуацией в одиночку, он не должен был погибнуть так нелепо. У неё был ученик. Теперь его нет. — Но он погиб. Исчез, словно его и не было, оставив после себя лишь одну изувеченную руку. Я перерыла все обломки, искала хоть какие-то следы... но ничего не нашла. Хватка её рук стала еще крепче. Она прижала меня так сильно, что я снова уткнулся лицом в её грудь. Мне пришлось немного поерзать, чтобы снова поднять голову. — Разумеется... я жалела об этом. Мрачность. Её глаза, полные боли и раскаяния, пристально смотрели на меня. Казалось, она видит меня, но в то же время смотрит на кого-то другого, кого уже нет в живых. — Мне нужно было прибыть раньше. Я не должна была опаздывать. Если бы я успела вовремя, он бы не умер так бессмысленно. Я должна была научить его лучше, чтобы он смог выжить. Если бы... Если бы она прибыла раньше. Даже если тогда ей не хватало сил, чтобы пробить внешний барьер, если бы она хоть как-то смогла помочь. Если бы она лучше его обучила. Возможно, он был бы жив. Если бы она не потакала его капризам, тратя время впустую, а дала бы настоящие знания, всё могло бы закончиться иначе. — ...Раскаяние пришло слишком поздно. Он уже был мертв, и ничего нельзя было исправить. Взгляд профессора Атры изменился. Теперь в её глазах отражался только я. — Поэтому я была так сурова с тобой. К её эмоциям добавилось чувство вины. — Оправдываясь личными причинами, я навязывала тебе непосильные тренировки. Я вела себя холодно, потому что боялась снова пережить горечь утраты. А потом я попал в зону выброса в подземелье. Точно так же, как и её прежний ученик. Только сейчас я осознал, почему Атра так остро реагирует. На неё обрушилась ситуация, в точности повторяющая её старую, незаживающую рану. — ...Прости. Это всё моя вина. Её руки, обнимавшие меня за талию, мелко дрожали, словно она боялась, что я исчезну прямо сейчас. Рассказ профессора был сбивчивым, со множеством пробелов, но общую картину я уловил. Я ненадолго задумался. Что мне ей сказать? Как ответить? Вскоре ответ нашелся. Я сосредоточился на Ожерелье откровения, стараясь, чтобы фразы звучали четко. [Тренировки были очень тяжелыми] От моих первых слов тело профессора Атры вздрогнуло. [Было больно, когда вы с первого же дня начали колотить меня деревянным мечом. И потом тоже всегда было больно, потому что вы постоянно меня били] Профессор Атра заметно поникла. [Но еще обиднее было то, что после занятий вы просто молча совали мне бутылку воды и уходили. А один раз даже воду не дали и просто ушли, тогда мне было совсем грустно] — Кх... [Я знал, что вы хороший человек, но ваша вечная холодность меня расстраивала] — Ух... При каждой новой фразе профессор Атра издавала болезненный стон, будто ей в грудь вонзали кинжал. Я замолчал на мгновение, собираясь с мыслями. Самое главное я должен был сказать сейчас. По-хорошему, это нужно было сделать гораздо раньше. [Если бы] Лицо профессора исказилось от напряжения. Она выглядела как человек, ожидающий последнего удара, полный страха и раскаяния. [Если бы не ваше обучение, я бы точно погиб] Выражение её лица мгновенно изменилось. Глаза профессора Атры широко распахнулись, в них застыло оцепенение. Она смотрела на меня, явно не ожидая услышать ничего подобного. [Даже если бы я не пытался никого спасать, без ваших уроков я бы не выжил] [Я бы не смог спасти других] [И я бы не сидел сейчас вот так в ваших объятиях] Эти слова нужно было сказать еще до инцидента в Шихаллионе. [Я выжил только благодаря вам] [Спасибо] Я должен был поблагодарить её раньше, но немного затянул. Сейчас, когда я наконец произнес это в такой обстановке, мне стало неловко. Вид расчувствовавшейся профессора только усиливал это щекочущее чувство внутри. Пытаясь скрыть покрасневшее лицо, я снова уткнулся в её грудь. Но даже так мои пылающие уши остались на виду. Тогда я осторожно прикрыл их с помощью Небесного оперения. В этот момент руки, обнимавшие меня за талию, с силой потянули меня на себя. — Уф-ф?! У меня перехватило дыхание. Это было совсем не похоже на её прежние осторожные объятия. Словно не в силах сдержать нахлынувшие чувства, профессор Атра прижала меня к себе изо всех сил. Моё лицо окончательно утонуло в её пышной груди. *** — Я никудышный человек. Спустя какое-то время заговорила профессор Атра, которой наконец удалось немного успокоиться. Я, едва избежавший удушья, жадно хватал ртом воздух и недоуменно склонил голову набок. На моем лице читалось легкое недовольство: «Неужели вам есть что добавить?». Заметив это, профессор Атра слегка отвернулась. — Вопреки званию Мастера, во мне слишком много изъянов. У меня нет ни таланта, ни особого желания кого-то учить. Моё недовольство, судя по выражению лица, только росло. Профессор, поглядывая на мою реакцию, продолжила: — Я такой несовершенный человек... Но всё же я хочу передать тебе всё, что знаю. На этот раз моё выражение лица изменилось. Профессор Атра, с несвойственной ей тревогой, погладила меня по голове и спросила: — Сможешь ли ты... считать такую, как я, своим учителем? Я раздумывал лишь мгновение. А затем на моем лице расцвела улыбка. [Да] [Учитель] *** [Я хочу спать] [Похлопайте меня по спине] [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (79 ▷ 80/100) 「Учитель」 「Ожидание」 「Чувство защищенности」 「Жажда привязанности」 ... ●●●●●●●●○○ (80 ▷ 81/100) ... ●●●●●●●●○○ (81 ▷ 82/100) ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ... [Система коррекции игрока: Измерения] ▶ Психологическое состояние ... 「Усталость」: Психическое и физическое истощение. 「Потребность в ласке」: Желание получить внимание и заботу. 「Наполненность」: Чувство глубокого удовлетворения и полноты. ... ---------- Учёба (1) Поскольку Сиёлам — это учебное заведение, здесь оценивают уровень курсантов и выставляют им баллы. Самое базовое — это баллы за посещаемость и поведение. Система начисления здесь предельно проста и понятна каждому. Нужно всего лишь приходить на лекции и вести себя подобающим образом. Однако в реальности на эти показатели приходится лишь крошечная доля от общего рейтинга. Основная часть баллов сосредоточена в трёх видах оценивания. Первый — регулярные аттестации, которые проводятся по завершении каждого учебного блока. Одно их название заставляет содрогнуться — именно они стали главной причиной того, почему мне так тяжело даётся учебная программа. Задания и тесты сыпались на меня один за другим, хотя я ещё даже не успел толком освоить пройденный материал. Для меня это было сущей пыткой. Если взглянуть на мою зачётку, сразу бросается в глаза, насколько низкими были мои результаты в самом начале… И это мне ещё повезло, что в начале семестра заданий было сравнительно немного. Наверное, после каникул, в следующем семестре, когда учебных часов станет меньше, домашняя работа повалит на нас как снежный ком. Второй вид — общие оценки, такие как данж-практика или вхождение в Башню. Этот раздел тоже весит немало, и здесь мои успехи были вполне достойными. На прошлой данж-практике… если не считать инцидента с магией, я оказался довольно полезен, так что получил хороший балл. В Башне же, благодаря счастливому стечению обстоятельств, я заработал баллы, которые не просто были хорошими, а значительно превышали мой реальный уровень. И, наконец, третий вид — промежуточная аттестация, которая проводится раз в семестр. Эти три составляющие и формируют большую часть итоговой оценки. И именно промежуточная аттестация запланирована через две недели. В оригинальной игре это событие не считалось чем-то судьбоносным. Обычный экзамен, который сдают каждый семестр, разделённый на письменную и практическую части. Расписание занимает пять дней: с понедельника по пятницу. Первые два дня отводятся под теорию, оставшиеся три — под практику. Поскольку я посещаю лекции по боевой специализации у профессора Атры… то есть у моего наставника, мне предстоит сдавать практику и по этому направлению. Скорее всего, придётся участвовать и в турнире. В последнее время, проходя по территории академии, я всё чаще замечаю толпы курсантов, засевших в библиотеках или тренировочных залах. Конечно, их и раньше было немало — среди учащихся Сиёлама почти не встретишь тех, кто не тяготеет к знаниям. Но с приближением промежуточной аттестации их число заметно выросло, а в глазах каждого читается небывалый азарт. Дело не только в высоком весе баллов. Эта аттестация, в отличие от регулярных или общих проверок, не ограничивается внутренними стенами академии — часть результатов становится достоянием общественности. Насколько я помню, некоторые виды практических испытаний и турнир даже транслируются вовне. Иными словами, это идеальное событие для прокачки репутации. Промежуточная аттестация не несла в себе смертельной угрозы: здесь не было риска, что из-за одной ошибки погибнет ключевой персонаж или рост игрока зайдёт в тупик. По сути, это была лишь проверка прогресса и работа на имидж. Впрочем, за репутацией всё же стоило следить. В первых прохождениях я уделял ей огромное внимание. Одному игроку было не под силу остановить вторжение Владыки Башни или подавить буйство в высокоуровневом подземелье. Сказывалась и нехватка личной мощи, и тот факт, что возможности одного человека, каким бы сильным он ни был, всегда имеют предел. Я всегда собирал группу из сильных героев и действовал вместе с ними. Поэтому я вкладывал много сил в дополнительные квесты и старался максимально повысить уровень симпатии у как можно большего числа персонажей. Но после того как в восьмом цикле Пэк Арин вонзила мне нож в спину, я в ярости бросил это дело. В то время я искренне привязывался к NPC. Да, я проходил побочные квесты ради завершения игры, но, честно говоря, если бы мне не было интересно, я бы и не пытался. Пэк Арин была моим любимым персонажем. И когда она предала меня, из-за чего самый успешный на тот момент цикл закончился полным крахом, я был просто в шоке. С того момента я изменил стиль игры. Меня предала Пэк Арин, от которой я меньше всего ожидал подвоха. Причём в самый критический момент — во время сражения с вторгшимся Владыкой Башни. Тогда я невольно задался вопросом: если это сделала она, то почему не могут другие? Раньше такого не случалось, но кто даст гарантию на будущее? Пэк Арин тоже никогда не подавала виду, что способна на предательство. Если бы я снова собрал группу и в решающий миг получил удар в спину… я бы просто не совладал с гневом. К тому же я чувствовал, что мне нужна какая-то точка перемен. Поэтому я отбросил заботу о симпатиях и верность «пути героя». Мне надоело чрезмерно сопереживать игровому персонажу и пытаться спасти каждого встречного NPC. В поздних циклах я перестал заботиться о репутации. Конечно, если она с самого начала падала на дно, это мешало развитию, поэтому я поддерживал её на приемлемом уровне. Но в какой-то момент я плюнул и на это, начав творить настоящий хаос. Тот беспредел достиг своего пика в одиннадцатом цикле, когда я стал «Алмазным воином». Большая часть ценной информации — тайны великих семей, расположение скрытых земель и их внутреннее устройство — была добыта именно тогда, когда Алмазный воин крушил всё на своём пути. Как бы то ни было, промежуточная аттестация не была ключевым событием сюжета. Ошибка здесь не превращалась в тяжкое кармическое бремя в будущем. «И всё же, спустя рукава к этому подходить нельзя». Для курсанта Сиёлама Ли Ха Юля, а не для игрока, это расписание было крайне важным. В Сиёламе не оставляют на второй год. И если не совершить чего-то из ряда вон выходящего, отчисление тоже не грозит. Но это не повод расслабляться. Учитывая моё положение, мне и без прорицаний было ясно, чем обернётся халатность. Поэтому я уже несколько дней не смыкал глаз, готовясь к экзаменам. Я даже забросил свою привычку «просто открывать и читать книгу», которую поддерживал, чтобы сохранить подобие человеческого образа жизни. Теперь я просто впихивал знания в голову с помощью Полномочия наблюдения. Откладывал понимание на потом, перво-наперво вколачивая информацию в память. В голове пульсировала боль, но всё ограничивалось лишь парой капель крови из носа. Казалось даже, что объём моего мозга увеличивается от такой нагрузки. Готовиться нужно было не только к теории. Практика ценилась гораздо выше, и к ней тоже требовалась подготовка. Нужно было отработать навыки по нескольким дисциплинам и подготовиться к турниру… От одного взгляда на расписание хотелось тяжело вздохнуть. Зато в голове была странная ясность. Осадок, скопившийся в сознании из-за бессонных ночей, словно вымыло. Как только я выслушал историю наставника и мы закрепили наши узы, я провалился в глубокий сон на несколько часов. А когда очнулся, время лекций по специализации уже подошло к концу. Мне пришлось с неохотой подняться, покидая объятия наставника. ◆ ◆ ◆ Природный парк №2, расположенный на окраине территории Сиёлама. Я сидел на траве, окутанной прохладным воздухом, и легонько тыкал пальцем в парящий прямо перед моим носом сгусток синего света. Дух, круживший рядом, затрепетал, словно от щекотки, но тут же прижался к моему пальцу. Тепла я не чувствовал, но ощутил едва уловимую мягкость. Возможно, мне это лишь казалось, но дух выглядел довольным. — Духи — удивительные создания. Я думал, это просто природная энергия, а они, оказывается, умеют ластиться. [И не говорите.] — Или нет? Может, они только с Ха Юлем так… Лекция «Постижение духов». В отличие от первого дня, который ограничился проверкой и стимуляцией сродства, со второго дня начались полноценные занятия. Профессор Лиана наглядно демонстрировала теорию с помощью духов, с которыми у неё был заключён контракт. Она объясняла практические вещи: как поддерживать духолова в совместной атаке, как противостоять ему и в какие слабые места бить. Поскольку сама профессор Лиана была героем, сражавшимся на фронтах африканских Магических земель, надёжность её слов не вызывала сомнений. Несмотря на общий ход лекции, ко мне было особое отношение. Как-никак, я был курсантом с подтверждённым сродством к духам. Моё вступление на путь магии духов в будущем было делом практически решённым. Другие курсанты относились к этому с пониманием. Впрочем, не я один был на особом счету. Во время короткого перерыва Элия, отпив немного воды, с любопытством погладила духа. Именно погладила — то есть коснулась его. Удивительно, но у Элии тоже обнаружилось сродство к духам. Точный уровень измерить не удалось, но было ясно, что оно весьма глубокое. В таком случае Элия становилась «аристократкой среди аристократов» — сверхчеловеком вспомогательной специализации, сочетающим в себе исцеляющую уникальную способность, недюжинный магический талант и магию духов. — Ха Юль, как вам ожерелье? Помогает? — спросила Элия, отвлекаясь от игры с духом и взглянув на моё украшение. Я как раз мысленно повторял теорию, выученную на рассвете. [Да, оно очень выручает. Я уже научился его контролировать, так что не беспокойтесь.] Я не лгал. Хотя с контролем всё ещё возникали нюансы, ожерелье стало настоящим спасением. Я боялся, что из-за потери руки мне будет сложно общаться через голограммы, но благодаря этому подарку проблема с голосом была фактически решена. Когда я в очередной раз поблагодарил её, Элия с облегчением кивнула. Я уже собирался вернуться к наблюдению за духами, как вдруг почувствовал знакомое присутствие. К нам быстрыми шагами кто-то приближался. — Ха Юль, Элия! Если вы свободны в выходные, может, позанимаемся вместе перед промежуточной аттестацией? Это была Пэк Арин. Она подошла и внезапно выпалила своё предложение. — В выходные… Я не против, — отозвалась Элия, не раздумывая. Взгляд Пэк Арин переместился на меня. «Хм…» Я задумался. Совместная учёба. Собраться всем вместе в выходные… «А стоит ли?» Мне казалось, что лучше заниматься одному, в тишине. Наверное, есть люди, которым комфортнее готовиться в компании друзей, но я явно не из их числа. Или нет? Если подумать, Пэк Арин поступила с лучшим результатом, значит, и в учёбе она сильна. Может, с её помощью дело пойдёт быстрее? «Как же поступить…» Согласиться или отказать? Пока я колебался, Полномочие наблюдения зафиксировало едва заметный жест Пэк Арин. Она сделала это так, чтобы Элия ничего не увидела. Кончики её пальцев указывали на её собственную высокую грудь. Что бы это могло значить? Я в недоумении наклонил голову, и тогда Пэк Арин, расплывшись в озорной улыбке, беззвучно зашевелила губами. «Тогда… извинения… награда…» Полномочие наблюдения мгновенно считало слова по губам. [Простите.] [Хорошо.] [Я тоже не против.] …После недолгого раздумья я согласился. В конце концов, поучиться у лучшей ученицы потока будет полезно. ---------- Учеба (2) Утро выходного дня. Большинство людей, поддавшись ранней неге, лишь глубже зарываются лицом в подушку. Те же, кому приходится трудиться даже по выходным, в этот час проклинают весь белый свет и рывком скидывают одеяло. Мое же утро субботы выдалось довольно специфическим. — У-ух... кха-а!.. Словно пьяница, не способный совладать с вывернутым наизнанку желудком, я с самого рассвета застыл над унитазом, извергая содержимое нутра. Впрочем, извергать было уже нечего. Желудок давно опустел, и теперь наружу выходили лишь горькая желчь да вода. И все же тело упрямо требовало выплюнуть что-то еще — спазмы следовали один за другим, выворачивая внутренности. — Бе-е... Единственным утешением было то, что я лишился обоняния и вкуса, а потому не чувствовал всей омерзительности процесса. Хотя, раз выходить было нечему, разницы почти никакой. Наконец приступы тошноты начали стихать. С высунутого языка свисала длинная нить слюны. Тяжело дыша, я заставил себя подняться. Журчание воды... Стоя перед раковиной, я осторожно повернул кран. Кончиками пальцев проверил температуру, боясь ошпариться, и только убедившись, что вода подходящая, прополоскал рот. Я собирался просто умыться, но тут заметил, что вся одежда промокла от холодного пота. Пижама прилипла к телу, став почти прозрачной. Пришлось лезть в душ. В пределах моей Сенсорики за окнами общежития восходящее солнце уже прогоняло тьму, заливая светом территорию Сиёлама. Субботнее утро. Сегодня мы договорились собраться в общежитии Пэк Арин, чтобы вместе поучиться. Хотя, казалось бы, я и так только и делал, что зубрил: и вчера, и позавчера, и за день до этого! «Твою мать...» Этой ночью я снова не спал. Точнее, вырубился буквально на мгновение... только что, когда сидел за столом. И за этот короткий миг успел увидеть кошмар. Мне снилось, как Аэрус пожирает меня заживо. В том сне моя Чангэ прошла мимо цели, Белая ночь(способность Атры), разумеется, тоже. Чудовище просто перекусило меня пополам. Вдобавок навалилась фантомная боль в отсутствующей левой руке... и я не выдержал, закричал. Из-за ожерелья тут же сработало Проклятие безмолвия, о котором я уже начал забывать. Я спал, уткнувшись лицом в стол, а в следующий миг уже бился в конвульсиях на полу. Шумное выдалось утро. Морщась от воспоминаний, я с помощью магии подсушил волосы и навел в комнате относительный порядок. Открыл шкаф. Долго копаться не пришлось — вещей у меня было раз-два и обчелся, так что я просто выудил подходящий повседневный костюм. Хотел было надеть Небесное оперение, но оно уже само парило за моей спиной. Обычно для удобства я ношу его как плащ или накидку, но если не придавать ему форму, артефакт превращается в длинную полосу ткани, парящую в воздухе. Иногда он самовольно обвивается вокруг моих рук. В таком виде я его и получил. Похоже, несмотря на способность менять форму, это его естественное состояние. Небесное оперение. Честно говоря, когда я выбирал его за баллы, я особо не раздумывал. Точнее, не питал больших надежд. Но артефакт обманул мои ожидания, раз за разом спасая мне жизнь. Если бы не он, меня бы уже давно разорвали в клочья. Особенно ярко его ценность проявилась в Шихаллионе. Он помогал расправляться с мелкими монстрами и принимал на себя все случайные раны. Когда Аэрус нанес свой первый удар, не будь на мне Небесного оперения, мою верхнюю часть туловища просто разнесло бы в пыль. В последовавшей затем ожесточенной схватке оно спасало меня снова и снова. В той безумной свалке, если бы ткань не была обмотана вокруг моей руки, конечность бы вырвали с корнем. Из-за капризного условия — эффективность зависит от чистоты маны — этот артефакт не считался чем-то выдающимся, но со мной он демонстрировал невероятную мощь. Видимо, мы идеально подошли друг другу. В отличие от одного небезызвестного ожерелья, Оперение легко в управлении. Его можно использовать и для атаки, и для защиты, а носить — одно удовольствие. «С этим я точно не прогадал». Это было одно из лучших решений с тех пор, как я попал в этот мир. Тогда я просто подумал: «У меня чистая мана, может, сработаемся?». Результат превзошел все ожидания. Я был более чем доволен. Но были и решения, которые радости не приносили. В поле зрения моей Сенсорики попал этот предмет. Скривившись, я легонько пнул Яйцо Истока, лежащее в углу на диване. Огромное яйцо размером с мое туловище оставалось неподвижным, игнорируя любые внешние раздражители. «Ну и когда ты соизволишь открыться?» Насколько я помнил, обычно оно вылупляется в течение недели после празднования. В самом худшем случае, в одиннадцатом прохождении, это заняло две недели. Но сейчас прошел уже почти месяц, а новостей никаких. В душу закралось крохотное подозрение: а не надули ли меня? Конечно, учитывая, что оно находилось внутри Башни Роста, это было практически невозможно... но тревога не отпускала. Я ведь столько сил положил, чтобы его достать. ...Ну, на самом деле благодаря помощи окружающих я не так уж и страдал, но я специально приберег баллы, чтобы оплатить его стоимость. «Может, откроешься прямо сейчас?» С этой робкой надеждой я легонько постучал по скорлупе. Ответа не последовало. — А может, просто зажарим его? Как думаешь, Ха Юль? А? В голове вдруг всплыл голос Хон Ёнхва. — Точно! Наверняка получится безумно вкусно, вы так не считаете? И поддакивающая ей Элия. «......» Я осторожно заглянул внутрь с помощью Полномочия наблюдения. Внутри все было заполнено странной жидкостью и невероятно плотной маной. На миг мелькнул соблазн, но не делать же из этого и правда яичницу. Тяжело вздохнув, я поднялся. Пора было выходить. ◆ ◆ ◆ Местом нашей встречи была не библиотека и не учебный зал, а общежитие Пэк Арин... точнее, особняк, полагающийся ей как лучшей курсантке. Она сказала, что в библиотеках, конечно, хорошо, но готовиться к экзаменам приятнее в уютной домашней обстановке. В нашей группе были я, Элия и Пэк Арин. Арин звала и Хон Ёнхва, но та ответила, что у нее дела за пределами академии на все выходные. «......» При мысли о Хон Ёнхва мои щеки непроизвольно надулись. В прошлый понедельник ее поведение повергло меня в шок: она внезапно начала меня избегать. Она краснела при виде меня, демонстративно отворачивалась, а потом и вовсе стала убегать, едва завидев. Мое потрясение росло с каждым часом. Может, я что-то сделал не так? Сильно ее обидел? Я перебирал в памяти все события, но так и не нашел причины, отчего становилось только тревожнее. Неужели она во мне разочаровалась? Я не смел подойти к ней и два дня просидел в своей комнате, едва не плача и пытаясь понять, в чем дело. Лишь потом Ёнхва сама подошла и извинилась. Мне стало легче, но на вопрос о причинах она лишь мямлила что-то невнятное. Я видел, что она извиняется искренне. Но то, как она замяла саму причину своего поведения, оставило неприятный осадок. Если я в чем-то виноват, нужно же сказать, чтобы я мог исправиться? Если ей что-то неприятно, я бы приложил все усилия, чтобы это изменить... Как бы то ни было, целью нашей встречи была подготовка к теоретической части промежуточной аттестации. Задавать вопросы, если что-то непонятно, вместе искать решения... «коллективный разум», так сказать. Вместе ведь эффективнее, чем в одиночку. [А почему здесь получается такой ответ?] — Ха Юль, в 42-й задаче варианта Б концентрация маны выше третьего уровня и волновой тип случайный, так что нужно использовать не формулу упорядочивания, а формулу дисперсии. [А-а.] ... [В 3-й задаче варианта В стоит пометка «на усмотрение». Почему?] — О, этот момент... Посмотри на значение второй волны. Оно на короткое время превышает 10 000, верно? С этого момента подземелье классифицируется как второй ранг, и право на зачистку переходит к высшим кланам — тут ты ответил правильно. Но здесь нужно учитывать не только исключения, но и экстренность ситуации на тот момент... ... [А это...] — Задача 42 варианта В. Предположим, что подземелье третьего ранга «Ущелье Треюль» со средним значением волны 3500 зачищается следующим составом... Здесь нужно начинать расчет с этого момента... Да, «коллективный разум» позволяет выдавать более точные и разнообразные результаты. Но только при условии, что этот самый разум находится примерно на одном уровне. Пэк Арин. Лучшая курсантка потока, у которой по всем теоретическим дисциплинам высший балл. Элия. Я и не знал, но она поступила с очень высокими баллами за теорию. Даже в классе Ипчхун она была одной из лучших. И Ли Ха Юль... Мои результаты проще было искать, начав список с конца. Иными словами, я не имел права на этот «коллективный разум». Наша встреча «Давайте поучимся вместе» превратилась в «Операцию по спасению Ха Юля» уже через тридцать минут после начала. Мы сидели за одним столом в специально отведенной учебной комнате особняка Пэк Арин. Сначала мы расположились на приличном расстоянии друг от друга. Но стоило мне, робея, задать пару вопросов, как девушки пересели и теперь буквально зажали меня с двух сторон, взяв под плотную опеку. Я догадывался, что так и будет, но, глядя на бесчисленные зачеркнутые строчки в своих черновиках, чувствовал, как моя и без того низкая самооценка пробивает дно и уходит куда-то в подвал... — Ха Юль, вы ведь начали учиться всего пару месяцев назад? — спросила Элия во время перерыва. Мы занимались несколько часов без остановки. Пэк Арин ненадолго вышла, а я остался лежать, распластавшись по столу. Элия, глядя на меня, задала этот вопрос так, будто он только что пришел ей в голову. [Да.] [Почти два месяца.] Из которых три недели я провел в состоянии овоща и даже в книгу заглянуть не мог. Элия удивленно округлила глаза. — Два месяца... И за такой короткий срок вы так продвинулись. [Разве?] Как по мне, в моих тестах было слишком много ошибок. — Когда я училась всего два месяца, я даже термины все запомнить не могла, не то что решать задачи, как вы, — сказала она, покачав голвой, словно прочитав мои мысли по лицу. Она просмотрела мою тетрадь. В отличие от меня, зацикленного на ошибках, Элия смотрела на то, что было решено верно. Задания на запоминание я щелкал почти без ошибок, да и в прикладных задачах кое-где стояли заветные кружочки правильных ответов. — Вы очень старались. Ее взгляд скользнул ниже, туда, где под правильными ответами громоздились следы моих отчаянных попыток разобраться в решении еще до того, как я решился спросить. Элия мягко улыбнулась и погладила меня по голове. Ее рука излучала нежность, а в голосе слышалось искреннее признание моих трудов. Элия с самой первой нашей встречи была чуткой и доброй. Но после того случая в Шихаллионе, когда я спас ее брата, эта доброта по отношению ко мне возросла многократно. Дошло до того, что мне порой казалось — начни я капризничать, она исполнит любое мое желание. Глупые фантазии. Отогнав лишние мысли, я попытался сдержать довольную улыбку, готовую расплыться до ушей. Пусть результат меня не радовал, но похвала от Элии была... чем-то особенным. Кончик Небесного оперения, свисающий за спиной, едва заметно дрогнул. [Счастье] [Погладь еще... бе-бе-бе...] Я вовремя спохватился и подавил порыв ожерелья. К счастью, я был начеку и не позволил ему выдать вслух ничего лишнего или постыдного. Щелк — Та-дам! Внимание! Я принесла перекусить! В комнату вошла Пэк Арин, торжественно водрузив на стол поднос. На нем были аккуратно разложены разнообразные сладости. Элия зааплодировала, но присмотревшись к угощению, озадаченно приподняла бровь. — Я и раньше замечала, Арин, но вкус у тебя... специфический. Элия взяла одну сладость. Это была якква — медовое печенье, чей коричневый бок аппетитно поблескивал на свету. Кроме нее на подносе было много других традиционных корейских сладостей. Современные десерты тоже присутствовали, но «старинные» явно преобладали. — И что? Что не так? Ты имеешь что-то против якква? — надулась Арин. — Ты ведь и леденцы с женьшенем любишь, — поддела ее Элия. — Эй, а что плохого в леденцах с женьшенем? Это вопрос личных предпочтений! Арин ворчала в ответ на поддразнивания подруги. Было видно, что это их привычная манера общения. Вкусы Пэк Арин и впрямь были несколько старомодными — об этом я знал еще из оригинала. — Ой, секундочку. Элия взглянула на свои смарт-часы и поднялась, выходя из комнаты. Для меня это были плохие новости. Щелкнул замок, дверь закрылась. В замкнутом пространстве, отрезанном от внешнего мира, остались только мы с Пэк Арин. — У-у-ух... Пока я осторожно сглатывал слюну от подступившего напряжения, Пэк Арин сцепила руки в замок и потянулась всем телом вверх. Раздался хруст — кости встали на свои места, и сквозь сомкнутые губы девушки вырвался стон облегчения. Она с силой выгнула спину, отчего её грудь невольно и весьма заметно подчеркнулась. И без того внушительные формы стали ещё больше, когда она сделала глубокий вдох. Это отвлекало меня ещё с самого начала. И у Пэк Арин, и у Элии размеры были примерно одинаковыми, так что, когда они обе приближались ко мне с двух сторон, уклоняться было настоящим мучением. — ...... Ожерелье откровения я уже выключил. Раз уж я один раз совершил оплошность, то даже при включенном артефакте подобное вряд ли бы повторилось, но я решил перестраховаться на всякий случай. Стараясь не обращать внимания на поступающую через Наблюдение информацию, я протянул руку к подносу с горой печенья, чтобы хоть как-то отвлечься. «А...» Не достал. Рука жалко замерла в воздухе. И дело было не во мне — просто поднос стоял слишком далеко на краю стола, даже если не брать в расчет длину моих рук. Вставать было лень. Поэтому в тот самый миг, когда я уже собирался воспользоваться Небесным оперением, чьи-то белоснежные пальцы подхватили ту самую якква, на которую я нацелился. — Вот, вы же это хотели взять? Пэк Арин, уже закончившая разминку, лучезарно улыбнулась и протянула мне печенье. Стоило мне в знак благодарности протянуть руку, как сладость тут же отдалилась. [?] Когда над моей головой всплыл вопросительный знак, Пэк Арин покачала головой, давая понять, что всё не так, и легонько постучала пальцем по своим губам. А затем снова поднесла якква ко мне. — ...... Я понял, что это за жест. Именно поэтому мне совсем не хотелось открывать рот. Однако, если я сейчас просто сожму губы, и без того неловкая атмосфера станет совсем странной. Пэк Арин вряд ли стала бы меня из-за этого изводить, но всё же... Немного поколебавшись, я осторожно приоткрыл рот. Аппетитный кусочек якква, который даже при Наблюдении выглядел соблазнительно, лег мне на язык. Я не почувствовал никакого вкуса. «...Большая». К тому же печенье оказалось крупнее, чем я думал. Оно заняло почти весь рот. Стоило всё же разломить его на части. Но выплюнуть то, что уже было во рту, я не мог. Пришлось усиленно задвигать челюстями. ◆ ◆ ◆ «Надо же, целиком съел». Щеки Ли Ха Юля раздулись. Видимо, из-за того, что он попытался запихнуть якква в свой маленький рот одним махом. Сейчас он донельзя напоминал бурундука, набившего полные щеки желудей. Пэк Арин, подперев подбородок рукой, пристально наблюдала за тем, как Ли Ха Юль старательно жует. Она и не думала, что он засунет печенье в рот целиком. Хоть она сама его и покормила, он мог бы просто откусить кусочек, а остальное взять в руку. Похоже, Ли Ха Юль и сам осознал это чуть позже: его лицо слегка покраснело, и он отвернулся, стараясь не встречаться с Пэк Арин взглядом. «Такого рода контактов он больше не избегает?» Раньше, если не считать того случая, когда он был пьян, Ха Юль всегда держался настороже и старался отстраниться. Теперь же его бдительность явно притупилась. Оценив эти перемены, Пэк Арин загадочно улыбнулась. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●○○○ (71 ▷ 73/100) «Симпатия», «Благодарность», «Цыпленок» ... Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (53 ▷ 55/100) «Симпатия», «Сомнение», «Смятение» ... Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (84/100) «?», «Чувство вины», «Благодарность», «Обида» ... [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ---------- Учёба (3) Элия, ненадолго отлучавшаяся, вернулась, и занятия возобновились. Режим «группы опеки Ли Ха Юля» остался прежним, но это меня уже не слишком расстраивало. Появились первые результаты. Количество зачёркнутых крестиков в тестах уменьшалось, а число обведённых кружочков — правильных ответов — постепенно росло. — Я прямо в реальном времени вижу, как вы растете, — Пэк Арин, проверявшая мои ответы, удивлённо округлила глаза. И дело было не в зубрёжке. С вопросами на чистую память я и так справлялся неплохо. В прежнем мире моё тело было слабым, но голова… по крайней мере, на память я никогда не жаловался. Теперь же кружочками помечались прикладные задачи. Раньше, когда я пытался их решить, ошибки лезли изо всех щелей, словно начинка из лопнувшего ролла, но теперь суть начала доходить до меня. «Это тоже эффект "Мастера на все руки"?» Не уверен, влияет ли способность на интеллект напрямую, но какая-то прибавка за Продвинутый уровень всё же ощущалась. С тех пор как я осознал, что «Мастер на все руки» — это моя уникальная способность, эффективность во всём заметно возросла. Теперь я понимал, почему люди ходят заниматься в учебные кафе, хотя могли бы делать то же самое дома. Когда учишься с кем-то вместе, появляется… своего рода мотивация. Азарт и концентрация растут, а следом и продуктивность. Впрочем, моим стимулом было не только это. — Ха Юль, вы и с двадцать первым вопросом справились? Он же очень сложный. И решение… расписано отлично. Элия, проверявшая мою работу, восхищённо улыбнулась и нежно погладила меня по голове. — Какой ты молодец~ Тёплое прикосновение скользнуло по волосам. От этого ощущения на лице сама собой готова была расплыться глупая, блаженная улыбка. Честно говоря, меня подстёгивал не дух соперничества, а именно эта похвала и поглаживания за каждую решённую задачу. Говорят, доброе слово и кошке приятно. И хотя я не считал, что заслуживаю таких восторгов, отрицать, что мне это нравится, было невозможно. — Ха Юль? А-а-ам. [Я сыт] Вместе с похвалой мне иногда… нет, довольно регулярно, запихивали в рот печенье или конфеты. Когда Элия увидела, как Пэк Арин насильно кормит меня сладостями, она тут же присоединилась, и частота «подзарядки» увеличилась. Вкуса я не чувствовал, но, чтобы не создавать неловкости, послушно всё принимал. Однако через какое-то время в животе возникла тяжесть. К тому же из-за утреннего приступа тошноты аппетит и так был на нуле, и впихивать в себя что-либо совсем не хотелось. Я даже к своим привычным питательным батончикам не притрагивался. — Сверхчеловек должен есть гораздо больше обычного человека. Ха Юль, вы едите так мало, что я начинаю всерьёз беспокоиться. Слова Элии, которая всё-таки умудрилась всунуть мне в рот печенье, вызвали у меня чувство лёгкой обиды. Разве в моей ситуации странно не иметь аппетита? Я и раньше-то никогда не отличался обжорством — жизнь не располагала. А в последнее время, когда вкус и обоняние окончательно разладились, а на душе было паршиво, мой и без того скудный рацион сократился до минимума. — Нужно хорошо питаться, чтобы быть здоровым и расти… «?» Услышав это, я не смог промолчать. Уголки моих глаз дрогнули от шока. Я крепко сжал ручку в руке. [Еда и рост почти не связаны] — Э-э, что?.. [Рост — это прежде всего генетика] Элия на мгновение растерялась. Даже от неё такие заявления было трудно вытерпеть. «Нужно много есть, чтобы вырасти. Организму нужны питательные вещества, витамины и железо, чтобы кости росли». Да кто этого не знает? Понятно, что без еды не вырастешь. Но это работает не для всех. Есть люди, которые едят за двоих и спят по расписанию, но всё равно остаются низкими. Я не был из тех, кто хорошо питался в детстве, но позже, отчаянно желая подрасти, заставлял себя есть через силу. И что? Ни на миллиметр. Я пил молоко каждый день, хотя и не фанат, исправно обедал, но мой рост замер как вкопанный. Если бы рост зависел только от питания, то каждый, кто ест трижды в день и крепко спит, превратился бы в великана. Я понимал, что в моих рассуждениях есть логические изъяны. Но на эмоциональном уровне… меня захлестнула трудноописуемая обида и комплекс неполноценности. Элия была высокой. Она легко превосходила средний женский рост. Я же был маленьким. Я знал, что не дотягиваю даже до среднего мужского показателя. Если бы я сейчас открыл глаза, мне пришлось бы задрать голову, чтобы встретиться с ней взглядом. И не только с ней. Хон Ёнхва, Пэк Арин… мой мастер и профессор Лиана — все они были высокими. Вообще, сверхлюди в большинстве своём обладали отличными данными. Высокие, статные, мускулистые. Курсанты, проходящие мимо, так и пышут мощью и ростом. Не то что я. Волна протеста поднялась во мне. Ожерелье откровения, уловив волю хозяина, защелкало, выдавая голос: [Рост определяется в первую очередь наследственностью даже если получать все необходимые питательные вещества некоторые люди всё равно не растут мой рост такой от рождения так что—] — Тише, тише, успокойтесь. Ха Юль, вы абсолютно правы. Давайте немного успокоимся? — …Да, верно! Я ляпнула не подумав. Ох, Ха Юль! Глотни вот этого. Это лимонный напиток, очень освежает, совсем не противный… Вот так, молодец… Меня подавили объятиями и поглаживаниями. Перед лицом грубой силы беспомощная истина была безжалостно растоптана. ◆ ◆ ◆ — Может, на сегодня закончим? Прошло немало времени с тех пор, как я, усмиренный, снова сосредоточился на учёбе. Пэк Арин, отложив ручку, бросила взгляд в окно. За занавесками небо уже окрасилось в мягкие оранжевые тона заката, словно кто-то разлил по нему краски. — Надо же, как быстро пролетело время, — Элия кивнула, глядя на пробивающийся в комнату закатный свет. Видимо, она тоже так увлеклась, что потеряла счёт часам. Я, знавший время благодаря Полномочию наблюдения, тоже положил ручку и кивнул. Засиживаться в чужом доме до глубокой ночи было неудобно. И так меня накормили и обедом, и бесконечными сладостями. Мы с Элией начали собирать вещи. Впрочем, из вещей у меня были только голографический проектор и планшет. — Спасибо за гостеприимство! Завтра тоже рассчитываю на вашу помощь. [Благодарю] — Да-да, завтра не опаздывайте. Но учтите, набор закусок может быть таким же, как сегодня. — Арин, вы в своих вкусах непоколебимы. Попрощавшись, мы вышли из комнаты. Вещи собраны, проверка на предмет забытых мелочей проведена. «Теперь надо зайти в тренировочный зал». Моё тело давно восстановилось. Последствия травм почти исчезли, более того, физические показатели стали даже лучше, чем раньше. Мне советовали сосредоточиться на восстановлении энергии для регенерации руки, но… этот вопрос ещё окончательно не решён, и я продолжал колебаться. «Через две недели?» Промежуточная аттестация неумолимо приближалась. Формально через две недели, но так как сегодня суббота, считай, уже на следующей. Экзамен был буквально на носу. И в то же время в памяти всплыли воспоминания о вхождении в Башню, к которому я из-за непредвиденных обстоятельств не смог нормально подготовиться. Тот случай, когда я безрассудно принял эликсир, потерял сознание от кровотечения и полностью выпал из реальности на все выходные перед испытанием… «Нужно следить за состоянием». Чтобы не повторить тот кошмар, требовалось держать себя в форме. Однако из-за участившихся ночных кошмаров мой сон, и без того не превышавший пары часов в сутки, практически исчез. Дней пять я ещё продержусь, сейчас это не так критично для повседневной жизни, но на результатах промежуточной аттестации это скажется пагубно. Особенно на практическом экзамене по боевой специализации и турнире. «Может… принять лекарство сегодня?» Препарат, который мне выписали в отделении интенсивной терапии Ассоциации. Что-то вроде психотропного средства — советовали пить по одной таблетке, если состояние начнёт мешать жизни. Один раз я уже пробовал его принять: эффект был неплохим. Я проспал довольно долго, и кошмары были терпимыми. …Хотя, честно говоря, сон в объятиях мастера или Хон Ёнхвы помогал куда лучше любого лекарства. Но я, конечно, не мог напрашиваться к ним в постель только потому, что не хочу пить таблетки. [До завтра] — Ой, подождите секунду. Я уже поклонился и собирался уходить, когда Пэк Арин, махавшая нам рукой, вдруг коснулась моего плеча. Не понимая, в чём дело, я наполовину обернулся, и в этот момент её палец скользнул по уголку моего рта. — После еды нужно вытираться. «?» Пэк Арин с озорной улыбкой продемонстрировала мне палец. На кончике виднелась крохотная крошка от печенья. Та самая, которую она только что сняла с моих губ. «……» Я же точно вытирался. Откуда она там взялась?.. Сначала пришла досада, а следом — жгучее смущение. [Могли бы просто сказать] — К чему такие сложности? Мне не трудно и самой смахнуть. Хихикнув, Пэк Арин снова помахала рукой. Я запоздало принялся яростно тереть рот платком и поспешил прочь, словно спасаясь бегством. — Ха Юль~ Подождите меня~ Элия, тоже посмеиваясь, последовала за мной. ◆ ◆ ◆ Щёлк. Дверь закрылась, и в комнате воцарилась тишина. Ещё мгновение назад здесь было трое. И хотя учёба подразумевает тишину, сейчас к ней добавилось ощущение пустоты. — Хм… Пэк Арин пошевелила пальцами, на мгновение погрузившись в странные раздумья и прокручивая в голове недавнюю сцену. Её взгляд упал на крошку, прилипшую к пальцу. Ту самую, которую она сняла с губ Ли Ха Юля. Ха Юль смущённо утверждал, что вытирался, и он, скорее всего, не лгал. Просто это печенье ему дали перед самым концом занятий, и он мог забыть стряхнуть остатки. Арин вспомнила: — Попробуйте кусочек. — [Спасибо] Печенье, которое она предложила. Маленькое, как раз на один укус, так что Ха Юль без колебаний принял его. Хотя было забавно видеть, как даже такая кроха заполнила его рот почти целиком. Впрочем, неважно. — Ну как? Сладко? Пэк Арин пристально посмотрела на свой палец, а затем поднесла его к губам. Она высунула кончик языка и слизнула крошку. Её не заботило, что там могла остаться чужая слюна. — [Да] — [Очень сладко] На её вопрос Ха Юль ответил утвердительно, без тени сомнения. На его невинном лице не было и следа подозрения, а в словах — ни капли лжи. Это была всего лишь крошка, но Пэк Арин, распробовав её вкус, медленно покачала головой. — Фу, какая горечь. Слова о сладости были ложью. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (55 ▷ 56/100) «Симпатия», «Вопрос», «Замешательство» … [Уникальная способность «Мастер на все руки» развивается] ---------- Консультация по вопросам любви? (1) Хон Ёнхва окинула всё вокруг непривычным взглядом. Длинный коридор, устланный ярко-красным ковролином. Бесчисленные двери по обе стороны, украшенные произведениями искусства: фарфором и картинами. Вид за окном — пейзаж, который правильнее было бы назвать не садом, а лесом или даже бескрайним полем. Величественные здания, возвышающиеся за парковой зоной. Архитектурный стиль, приковывающий взор, и слуги, которые при встрече в коридоре выражали почтение, вежливость... и искреннюю радость от её возвращения. Родное поместье клана Гэпхва. Место, где она провела большую часть своей жизни. Хон Ёнхва родилась здесь. Чтобы освоиться с Гэпхва, она всё время проводила в самом сердце поместья, в строго охраняемой зоне. Даже после того, как она овладела контролем над пламенем и начала выходить в свет, она почти всегда жила в родных стенах. Не будет преувеличением сказать, что здесь прошла вся её жизнь. Глядя на знакомые интерьеры, Хон Ёнхва чувствовала привычный уют, но в то же время её охватывало странное волнение. Пожалуй, это можно было назвать радостью встречи. Хотя прошло всего несколько месяцев, время, проведённое в Сиёламе, было настолько насыщенным, что казалось гораздо более долгим. Нельзя сказать, что жизнь в поместье была пустой, но... последние воспоминания оказались слишком яркими. Эмоциональные потрясения, пережитые за это короткое время, были куда сильнее тех, что она испытывала в родном доме за долгие годы. Особенно в последнее время... она порой ощущала такие порывы чувств, с которыми было почти невозможно совладать. — Ах. Хон Ёнхва, погружённая в свои мысли, невольно издала короткий звук. Она обернулась к Эриэль, которая молча следовала за ней, и спросила: — А где мама? — Глава распорядителей сейчас в кабинете, занимается утренними делами. — Спрашиваю на всякий случай: я ведь могу зайти к ней прямо сейчас? — Да, я заранее связалась с ней, предположив, что вы так и поступите. — Спасибо. Вернувшись спустя долгое время, она совсем позабыла о правилах. К счастью, благодаря предусмотрительности Эриэль, лишних хлопот удалось избежать. Они поднялись на верхний этаж. Когда впереди показалась роскошная дверь, Эриэль, до этого державшаяся в нескольких шагах позади, решительно вышла вперёд. Она поправила одежду и постучала. Тук-тук. — Глава распорядителей, госпожа прибыла. — Да, пусть входит. Ответ последовал почти мгновенно. Эриэль взялась за ручку двери. Бесшумно отворив её, она отступила в сторону и склонилась в поклоне. «......» Хон Ёнхва вошла внутрь, в очередной раз подумав о том, как же всё это утомительно. Первое, что бросилось ей в глаза — массивный стол из древнего дерева, на котором высилась гора ослепительно белого цвета. Нет, это было неверное описание. Хон Ёнхва моргнула. Это была не просто гора, а нагромождение документов. Точнее будет сказать — целая горная цепь, бесконечная и неприступная. Из центра этого бумажного хребта, словно альпинист, попавший в беду, подняла голову женщина. Её черное каре рассыпалось по плечам, а темно-карие глаза светились тусклым, измождённым светом. — ...Пришла? Нелегко нынче увидеть лицо собственной дочери. Чхве Джиён. Супруга нынешнего главы клана и Глава распорядителей — ключевая фигура в управлении семьёй. А также мать Хон Ёнхва. — ...Это ещё что такое? Вместо радости от встречи с матерью после долгой разлуки на лице Хон Ёнхва отразилось крайнее недоумение. Конечно, она была рада видеть родителя, но вид бумажных гор и измученное лицо матери, которую, казалось, нужно было немедленно уложить в постель, приковывали внимание куда сильнее. — Что-что. Работа собачья, — ответила Чхве Джиён, с силой потирая переносицу. Глубокие тени под глазами красноречиво говорили о степени её усталости. Хон Ёнхва видела это слишком отчетливо. Она всерьёз раздумывала, не стоит ли прямо сейчас силой уложить мать на кушетку, но всё же спросила: — Э-э... Раньше ведь работы не было настолько много. И почему всё на бумаге? Разве данные не должны храниться в виде голограмм? — Когда дела наваливаются скопом, они всегда так копятся... К тому же, из соображений безопасности многие документы до сих пор ведутся в бумажном виде... В её голосе, объяснявшем очевидные вещи, сквозила безмерная усталость. Пока Хон Ёнхва колебалась, Чхве Джиён вдруг нахмурилась и пристально посмотрела на дочь. — И вообще, разве я тебе этого не объясняла? Лично, своими руками, и не один раз? Хон Ёнхва — наследница клана Гэпхва. Будущая глава одной из самых влиятельных сил в мире. Разумеется, она изучала множество наук и получила всё необходимое образование для управления кланом. И обучала её лично Чхве Джиён, которая, по сути, и тащила на себе все дела семьи. — Да как я могу всё это помнить? У меня от одной теории в Сиёламе голова раскалывается... Результат личного обучения был налицо. При виде того, как будущая хозяйка клана Гэпхва чешет затылок и заявляет «как я могу всё это помнить», у Чхве Джиён едва сердце не зашлось от досады. Нынешний глава... муж Чхве Джиён, был точно таким же. Он терпеть не мог бумажную волокиту и постоянно сбегал от дел. Те немногие задачи, которые ему всё же приходилось выполнять, он делал настолько медленно и небрежно, что Чхве Джиён в итоге приходилось всё переделывать. Естественно, весь груз ответственности ложился на плечи Главы распорядителей. Сколько бы она ни перепоручала дел подчиненным, самые важные вопросы и окончательные решения всё равно стекались к ней... Поэтому она лично взялась за образование дочери, надеясь, что хотя бы та не будет мучить будущего Главу распорядителей. И вот итог. — Будущий Глава распорядителей? Мама, если ты просто продолжишь занимать этот пост... — Ах ты, негодница! Ты что, решила родную мать в могилу свести?! — Чего ты сразу ругаешься? — А как мне не ругаться, если ты предлагаешь и дальше пахать на износ матери, которая и так уже света белого не видит? Чхве Джиён, в ужасе разразившаяся бранью, схватилась за затылок. Резкая, пульсирующая боль стала её постоянной спутницей. В последнее время ей начало казаться, что даже её крепкое тело сверхчеловека начинает сдавать под гнетом усталости... — Ха-а... Садись там. Повинуясь жесту матери, разминающей шею, Хон Ёнхва поспешно опустилась на гостевой диван. Пока Эриэль готовила чай, Чхве Джиён, немного придя в себя, села напротив. Облегчение. Вот что она почувствовала, едва коснувшись спинкой дивана. Хотя рабочее кресло было качественнее, само отсутствие перед глазами бумажных гор дарило ментальный покой. — Итак, зачем же моя дорогая дочь пожаловала? — Разве тебе не передавали? — Передавали! Но это лишь формальность, чтобы убедиться, что в сообщении не было ошибки... Вместо бесконечных отчетов перед глазами теперь была её непутевая дочь. Внешность, которую часто сравнивали с прекрасным пламенем или сияющим рубином. С одной стороны — красавица и гордость семьи, но с другой... ну... всё сложно. Чхве Джиён отхлебнула горячего чая, принесенного Эриэль. Тонкий аромат чайных листьев наполнил комнату, и головная боль немного утихла. — Собираешься привести в дом кавалера во время каникул? Как-то вы быстро продвинулись. — Да почему ты всё так сокращаешь? — возмутилась Хон Ёнхва, скривившись. Однако её реакция была уже не такой бурной, как раньше. Неужели она уже привыкла к слову «кавалер»? Чхве Джиён с легким сожалением пригубила чай. — Тогда... мне называть его «членом клана»? — Я как раз и хочу его привести, чтобы это выяснить. При воспоминании о сообщении дочери у Чхве Джиён снова заныло в висках. Ли Ха Юль. Беспрецедентный курсант особого набора. Юный герой Шихаллиона. Тот самый парень, которого её дочь так необычно и рьяно опекает. И... обладатель Гэпхва. «......» Она подавила вздох. Из тех документов, что грудой лежали на её столе, добрые двадцать процентов были посвящены поискам информации о Ли Ха Юле. Чхве Джиён подняла взгляд на Хон Ёнхва. Та выглядела заметно напряженной. Видимо, понимала, насколько это серьезный вопрос. — Скажу прямо: мы не нашли никаких родственников курсанта Ли Ха Юля. — Даже ты не смогла найти? Глаза Хон Ёнхва округлились. Чхве Джиён криво усмехнулась. Стоило ли ей радоваться такой безграничной вере дочери в её возможности или печалиться, что та видит в матери лишь эффективную поисковую машину? — Я искала непрерывно с тех пор, как получила твоё сообщение. Задействовала информаторов... проследила всё, что только возможно, но следов просто нет. История Ли Ха Юля начинается у порога одного приюта. Всё, что у нас есть — это показания директора приюта, который подобрал младенца, оставленного прямо на голой земле. Без пеленок, без корзинки, без единого звука. А до этого? Полная пустота. Ни единой зацепки, как ни старайся. Даже если проводить тесты и сверки, вряд ли мы найдем родителей. Скорее всего, они из тех, кто вообще не зарегистрирован в базах данных... Но может ли такой человек быть выходцем из клана Гэпхва? Это большой вопрос. Лицо Хон Ёнхва омрачилось. Она явно чувствовала, что здесь что-то не так. Чхве Джиён разделяла это чувство, но большего узнать было невозможно. Интуиция подсказывала ей, что даже если сам Ли Ха Юль согласится сотрудничать, прогресса не будет. — Но важнее другое. Она решила отложить этот вопрос. Бессмысленно мучиться над тем, что нельзя решить простым размышлением. В конце концов, мир изменился после Великого Катаклизма. Хотя сейчас и установились какие-то нормы, никто не знает, когда и где случится нечто из ряда вон выходящее. Кто мог предсказать сам Катаклизм? Появление маны и монстров? Кто мог подумать, что прямо с небес в самое сердце Магических земель Африки рухнет Башня? — Как продвигаются амурные дела моей дочери? Поэтому Чхве Джиён перешла к тому, что можно было обсудить прямо сейчас. Был ли Ли Ха Юль на самом деле «Хон Ха Юлем» — неизвестно. Но то, что он может им стать — вполне вероятно. И хотя смена фамилии при вступлении в брак в их кругах встречается нечасто, прецеденты были. Особенно в знатных семьях, которые любят задирать нос. — Что за чу... нет, нет! О чем ты вообще говоришь? Реакция последовала незамедлительно. Хон Ёнхва вскинулась, явно застигнутая врасплох. — Ого? Посмотрите, как занервничала. Что-то всё-таки произошло? — Что произошло? В каком смысле? Ничего у меня не произошло! Не выдумывай всякую чепуху. — Похоже, из-за оплошности госпожи курсант Ли Ха Юль на неё немного обиделся, — негромко вставила Эриэль, стоявшая рядом. — Эй! — вскрикнула Хон Ёнхва. — Ц-ц-ц... Так я и думала. — Что это за реакция? Бесишь... Чхве Джиён лишь цокнула языком, не обращая внимания на недовольство дочери. Зная её прямолинейный характер, она подозревала, что та обязательно что-нибудь натворит. — И какую же глупость ты совершила? Выкладывай матери. — Ничего я не буду выкладывать... — А зачем, по-твоему, существуют консультанты? Если обсудить проблему вместе, всегда можно найти решение. — Верно, госпожа. Иногда полезно поделиться тем, что гложет, а не мучиться в одиночку, — добавила Эриэль, поймав взгляд Чхве Джиён. — Ну, это... Под двойным напором оборона Хон Ёнхва дала трещину. Как бы она ни пыталась казаться колючей, перед ней были мать, которая её родила, и Эриэль — телохранитель, подруга и опекун, бывшая рядом с самого детства. К тому же, в делах сердечных Хон Ёнхва была полным профаном, поэтому её легко было склонить к разговору. Как и ожидалось, её взгляд заметался, не находя опоры, и наконец она нехотя разомкнула губы. — Ха Юль поздоровался со мной... а я... я просто убежала. — Ну и дурища. «......» Сразу после её слов последовала грубая реплика матери и полный сочувствия (и капли презрения) взгляд Эриэль. Плечи Хон Ёнхва поникли, что было ей совсем не свойственно. — ...И почему ты так поступила? — спросила Чхве Джиён, хлопнув себя по лбу. «......» Хон Ёнхва плотно сжала губы. На этот раз её молчание было куда более упорным, чем прежде. Чхве Джиён прищурилась. Видимо, причина действительно была веской. Она терпеливо ждала, когда она заговорит. И словно в награду за это ожидание, Ёнхва наконец разомкнула губы. — ...Мне показалось... — Если будешь мямлить, даже сверхчеловек ничего не разберет. — ...Я боялась, что сорвусь... К чему такая таинственность? С легким раздражением и изрядной долей любопытства Чхве Джиён не сводила глаз с губ Ёнхвы. Эриэль, стоявшая за диваном, тоже навострила уши. Говорят, чужая личная жизнь всегда интереснее своей. И это была чистая правда. Тем более когда речь шла о Хон Ёнхве — с её-то скверным характером окружающие всерьез опасались, что она так и останется одинокой на всю жизнь. Чхве Джиён и Эриэль сосредоточились так сильно, что могли бы услышать даже шорох муравьиных лапок. В этой тишине густо покрасневшая Ёнхва низко склонила голову и пробормотала: — ...Я побоялась, что... что просто наброшусь на него, поэтому и сбежала... — ? — ? «Мне не послышалось?» ---------- Консультация по вопросам любви? (2) Импульс, едва не перехлестнувший через край, Хон Ёнхва впервые ощутила лишь на этой неделе. Это случилось в первый же день занятий по магии духов, которые по какой-то причине втиснули в одну неделю. Хон Ёнхва сидела, небрежно опустившись на пол, и с безучастным видом вертела в руках хрустальный шар. Она давно знала, что её предрасположенность к духам оставляет желать лучшего. Та крошечная близость, что у неё имелась, ограничивалась лишь духом огня, да и та была незначительной. К тому же с момента последней тщательной проверки её способностей не прошло и двух месяцев. Шанс того, что за это время проявился какой-то особенный талант, был практически нулевым, поэтому она и скучала. Не питая никаких надежд, она тренировала магическую силу и перебрасывалась парой фраз с Пэк Арин и другими подругами. И вдруг краем глаза заметила вспышку. — Что это? Сначала мелькнул синий цвет, затем поверх него легли желтый и салатовый. На этом всё не закончилось: добавились красный и темно-коричневый. Внезапная перемена в зрении сопровождалась ощущением чужого присутствия — похожего на магическую энергию или силу стихий, но в то же время иного. Это было присутствие духов. Хотя её способности к ним были никудышными, она всё же могла почувствовать духа, явившегося в этот мир. Хон Ёнхва повернула голову, гадая, что происходит. Она лишь подумала, что это ответственный профессор призвал духов. И тогда... — ...А... В тот миг поток мыслей в её голове словно оборвался. Увиденное казалось нереальным. Чистое голубое озеро без единой соринки, и белоснежный туман, стелющийся по прибрежной траве. Небо, уходящее за горизонт, и вереница облаков под ним. Лазурные краски земли и небес. И в самом центре этого буйства красок находился Ли Ха Юль, окутанный пятью цветами. Он сидел спиной к озеру и небу, а на его плечи, руки и голову то и дело опускались и вновь взмывали вверх духи. С каждым их движением один цвет становился ярче, другой бледнел, затем всё повторялось с иными оттенками... То ли из-за этого мягкого сияния, напоминавшего игру красок, то ли из-за чего-то ещё, но его и без того притягательные черты лица стали ещё выразительнее. Хрупкое телосложение, которое так и хотелось крепко обнять. Изящные черные волосы, источающие необычайно густой, сладковатый аромат. Ровные ресницы и мягкий взгляд, напоминающий преданного щенка. Темные круги под глазами придавали ему болезненный вид, а безвольно колышущийся пустой рукав лишь усиливал это впечатление. За его спиной развевалась синяя ткань, напоминающая крылатое одеяние небожительницы из древних легенд, что создавало поистине призрачную, сказочную атмосферу. Среди этого пейзажа, подобного картине, взгляды сотни присутствующих были прикованы лишь к одному человеку. Вокруг него витала аура, от которой невозможно было отвести глаз. И неважно, мужчина это был или женщина. Личные эстетические предпочтения не имели значения. Красота. Только это слово запечатлелось в сознании. Ли Ха Юль, то ли не замечая устремленных на него взглядов, то ли просто не придавая им значения, отрешенно склонил голову и вдруг поднял руку, обтянутую наручем. Черная ткань, закрывавшая руку от пальцев до середины предплечья, резко контрастировала с белоснежной кожей там, где наруча не было. И на кончики его пальцев опустился красный сгусток света. Дух огня. Огонь — это стихия, необходимая человеку для выживания, но в то же время смертельно опасная угроза. Однако дух огня, чья суть и происхождение заключались в пламени, не нес в себе никакой опасности. Напротив, он ластился к руке юноши, словно домашний питомец. Заметил ли он это проявление ласки? Ли Ха Юль, до этого казавшийся отсутствующим, вдруг слабо улыбнулся и осторожно погладил духа. — ...... У Хон Ёнхва, завороженно наблюдавшей за ним, дрогнули уголки глаз. Казалось, у неё вот-вот потекут слюни из приоткрытого рта. Вспых... Внутри всколыхнулось Гэпхва. В этом не было ничего нового: пока её жизнь не оборвется, Гэпхва будет гореть не угасая. Вспых... Но на этот раз оно колыхалось иначе. Обычно Гэпхва было настолько яростным, что один его вид внушал ужас. Питаясь сильными эмоциями, оно становилось свирепым и опасным, готовым испепелить всё вокруг. Во время прошлого визита в лазарет оно было... на удивление тихим и холодным. А что же сейчас? Оно не было яростным. Не было свирепым или пугающим. Не было тихим или холодным. Сейчас оно колыхалось тягуче, словно прилипая к самому дну души. Это было странное пламя, которое, прежде чем сжечь окружающее, казалось, хотело вязко поглотить то, что его окружает. Липкий импульс. Или жажда. Гэпхва... Хон Ёнхва хотела поглотить его. Того, кто был так отчетливо виден. Эту прекрасную, окутанную призрачной аурой добычу хотелось проглотить, прижать к себе, подмять под себя. Такого теплого, приятно пахнущего, мягкого, податливого... Того, кто издает только милые звуки, кто своими крошечными ручонками протягивает в благодарность помятую конфету, кто вечно соблазняет, словно виляя хвостиком, а потом невинно склоняет голову, будто он тут ни при чем. Того, кто, несмотря на нехватку времени и слабое здоровье, семенит к ней с подарком, сделанным своими руками... Того хрупкого юношу, который вечно возвращается откуда-то израненным и избитым... — ...Это всё из-за него. Я не виновата. Это всё Ха Юль. Сколько я терпела? А он, не зная этого, продолжает бегать за мной, извиняться, хныкать с таким лицом, капризничать, липнуть ко мне... Не понимает, в какой опасности находится, и продолжает... продолжает... — Да, хорошо! Я всё поняла, можешь больше не продолжать! Хватит! Бормотание продолжалось. Голос был тихим, слишком слабым, чтобы заполнить просторный кабинет, но скрытое в нем вязкое, мрачное вожделение не просто заполняло комнату — оно переливалось через край. Не в силах больше это слушать, Чхве Джиён в ужасе оборвала её. Сначала в словах дочери слышалось лишь смущение влюбленной девушки, но в какой-то момент всё стало... странным. Она вмешалась, почувствовав, что сейчас услышит нечто такое, чего знать точно не стоит, но, кажется, было уже поздно. Пытаясь выровнять сбившееся дыхание, Чхве Джиён коснулась своего лица. Кожа под кончиками пальцев была ледяной. Она мельком подняла голову и встретилась взглядом с Эриэль, стоявшей за диваном. — ...... Лицо Эриэль, всегда бесстрастное и застывшее, сейчас было не просто холодным — оно было мертвенно-бледным. Тем временем в глазах Хон Ёнхва, которая только что бормотала нечто пугающее, вновь появился осмысленный свет. — ...А? Ой, что это? Что с вашими лицами? Вы заболели? Похоже, она постепенно приходила в себя и теперь с недоумением поглядывала на них. Судя по всему, она даже не осознавала, что именно говорила. И это пугало ещё сильнее... «...Даже не знаю, как это назвать...» Всплеск эмоций, который трудно описать словами. Если отбросить лишнее и подытожить, то она просто очень любит этого мальчика... Ну и... черт возьми. Чхве Джиён тряхнула головой. Она решила думать о хорошем. Чувства чувствами, но до действий не дошло. Она проявила терпение... и не набросилась на человека силой. Даже при том, что побочный эффект Гэпхва у Хон Ёнхва был чрезвычайно силен, она всё же как-то совладала с этими вязкими чувствами. Чхве Джиён постаралась оценить это положительно. В конце концов, разве не может человек предаваться мрачным мыслям? Пока они не выплеснулись наружу, фантазии в голове — область, за которую трудно порицать. «...Или нет? Стоит ли ругать её за одни лишь мысли о нападении? К тому же, разве она только что не выплеснула их?» Чем больше она думала, тем сильнее болела голова. — Фух... Тяжело вздохнув, Чхве Джиён отпила чаю. Благодаря магической формуле, встроенной в чашку, напиток не остывал и сохранял тепло. Если бы он был холодным, возможно, это помогло бы ей остыть. Сейчас она об этом лишь жалела. Причмокнув, она поставила чашку и залпом осушила стоявший рядом стакан ледяной воды. Холодная влага прокатилась по горлу, постепенно остужая пылающее нутро. Голова тоже немного прояснилась. «...Хм». Поразмыслив в относительно спокойном состоянии, она нашла неплохой выход. — ...Может, устроить вам помолвку? — ...Ч-что? Какую еще по-молвку? — Помолвку, обычную помолвку. Чувства, которые излила Хон Ёнхва, были мрачными и дурными мыслями, которые ни в коем случае нельзя направлять на постороннего человека. Но если они будут супругами, разве это станет проблемой? Судя по всему, дочь влюблена по уши, да и у мальчика, говорят, определенно есть симпатия... Как бы то ни было, Чхве Джиён не хотела видеть свою дочь преступницей. ◆ ◆ ◆ Глубокая ночь после окончания личных тренировок и учебы. Пэк Арин, которой не спалось, решила помочь с делами клана, скопившимися горой. В отличие от некоторых, она усердно проходила обучение как наследница и успешно его усваивала. До поступления она уже ведала значительной частью дел семьи. После поступления в Сиёлам времени стало катастрофически не хватать, поэтому она временно отошла от дел, но по мере возможности старалась понемногу разгребать завалы. Конечно, это касалось лишь текущих задач. К делам, требующим строгой секретности, она не прикасалась за пределами родного поместья. Просматривая почту, Пэк Арин вдруг замерла. Среди множества рабочих писем было одно от родителей. — ...... Пэк Арин бесстрастно смотрела на него, а затем, словно не имея выбора, открыла. Содержание было обычным. Как жизнь в Сиёламе, как учеба, как успехи в контроле уникальной способности, следит ли она за своим здоровьем и так далее... Обычные расспросы родителей. Даже если не брать в расчет сухость шрифта, в самом стиле письма сквозила привычная немногословность. Было даже странно видеть заботу, облеченную в такие слова. Впрочем, она не чувствовала раздражения. Пэк Арин прекрасно знала, что её родители не умеют выражать эмоции. И знала, что их беспокойство — искреннее. Пробегая глазами по строчкам, она дошла до последнего абзаца, где осторожно упоминалась помолвка, и невольно усмехнулась. Это не было настойчивым предложением, скорее деликатный вопрос — не хочет ли она хотя бы встретиться с кем-нибудь. — Помолвка, значит... Предложения о помолвке. Благодаря своей внешности она получала их в избытке с самого детства. И на все отвечала отказом. Клан Чангэ не был той силой, на которую можно было надавить извне. Благодаря этому Пэк Арин могла отвергать любые предложения по своему усмотрению. Причина была проста. Дело было даже не в наличии или отсутствии симпатии. Тогда ей просто было не до того. Так же обстояли дела и сейчас. Пэк Арин коснулась груди. Сквозь плоть она слабо ощущала проклятие, засевшее в сердце. Холодное и леденящее. Поскольку Пэк Арин обладала силой Чангэ, её тело было приспособлено к энергии воды и холода. Благодаря этому холод был ей привычен, но к этой проклятой стуже она не могла привыкнуть до сих пор. — ...... Пэк Арин прошептала слово «помолвка», перебирая воспоминания. Для неё помолвка была своего рода сделкой. Сторона, предлагающая союз, посылает своего родственника в знак доверия, а принимающая сторона получает гарантию стабильности. Мало найдется способов надежнее, чем сделка, где залогом и выкупом выступает родная кровь. Помолвка — это сделка. А объект помолвки — товар в этой сделке. В этом смысле сама Пэк Арин была очень дорогим товаром. Курсант особого набора. Курсант с беспрецедентным потенциалом, на которого обратил внимание сам Ректор. Лотерейный билет, чей выигрыш уже предрешен. Башня Роста. Гэпхва, чья скрытая мощь сопоставима с силой Хон Ёнхва. Инцидент в Шихаллионе. Следы проявления силы Чангэ, обнаруженные у Ли Ха Юля, когда тот лежал в лазарете. — ...Хм. Она провела нехитрый расчет. Хон Ёнхва, обладающая потенциалом, способным, возможно, растопить её проклятие. Ли Ха Юль, чей потенциал признан Ректором. Ли Ха Юль, проявивший Гэпхва, мощь которого не уступала силе Хон Ёнхва. Ли Ха Юль, проявивший силу Чангэ, оставившую следы холода, в которых он не уступал самой Пэк Арин... — Тц... Чаша весов склонилась в одну сторону. Однако накопленная привязанность и чувство долга были слишком велики, чтобы игнорировать другую сторону. К тому же у неё не было уверенности, что Ли Ха Юль оценит её по достоинству. Судя по всему, уровень симпатии с той стороны был запредельным, а Ли Ха Юль изначально питал к ней какое-то странное отторжение, не так ли? — ...... В таком случае. Если она действительно намерена действовать, ей придется повысить собственную ценность. Поздняя ночь. Раздумья Пэк Арин затянулись до самого рассвета. ---------- Промежуточная аттестация (1) — Гу-уд мо-о-орнинг! Па-па-па... Раннее утро. Пока я рассеянно водил ручкой по бумаге, до моих ушей донеслась песня, которую я не слышал уже очень давно. Голографический проектор, валявшийся в углу стола, надрывался сигналом будильника, совершенно не заботясь о настроении своего хозяина. Сама по себе мелодия, текст и темп были отличными, но когда слышишь это в неподходящей обстановке, внутри начинает копошиться странное раздражение. Впрочем, как утренний будильник песня работала безупречно. — Па-па-па... Я протянул руку и коснулся парящей в воздухе голограммы. — Щёлк. Музыка оборвалась, изображение обновилось, выводя расписание на день. [ Расписание: 1-й день промежуточной аттестации ] [ Понедельник, 06:00 ] Стоило мне подтвердить это с помощью Полномочия наблюдения, как из груди сам собой вырвался тяжелый вздох. В этом выдохе сквозила безмерная усталость. Я по привычке потер веки, под которыми залегли глубокие тени. Это был утренний будильник. Его задача — пробуждать ото сна, но я и так уже не спал. Точнее, я вообще не ложился. Наставница говорила, что нужно высыпаться, чтобы поддерживать себя в форме, но... честно говоря, я боялся кошмаров. Стоило мне закрыть глаза, как приходили дурные сны, способные испортить весь последующий день. Пить лекарства тоже было страшно — казалось, я принимаю их слишком часто. Был еще один способ избежать кошмаров — уснуть в чьих-то объятиях... Но пытаться провернуть такое в здравом уме было невыносимо неловко. Я не собирался бодрствовать на протяжении всей аттестации. Перед турниром я планирую выспаться, даже если придется прибегнуть к препаратам. — Э-гх-гх... Я отложил ручку и отодвинул стул. Тело затекло после десяти часов сидения почти без движения. Я вытянулся всем телом, разминая суставы до характерного хруста. Сгибал и разгибал ноги, тянул руки вверх... Оцепенение постепенно уходило, сменяясь приятным чувством расслабления. Из-за того, что у меня осталась только одна рука, некоторые упражнения давались с трудом. И дело было не только в растяжке. Жизнь с одной рукой приносила массу неудобств. О быте и говорить нечего, но в бою это превращалось в критическую уязвимость. Проблема заключалась не только в отсутствии конечности как таковой. Нарушился общий баланс тела. Более того, возникли какие-то неполадки во взаимодействии систем организма — чувства, которые я раньше успешно контролировал, на мгновение вышли из строя. Точнее, это произошло в Башне Роста в состоянии гиперсинхронизации... Сейчас я снова взял их под контроль, но тогда, когда Наставница гладила меня по голове, я трепыхался, словно выброшенная на берег рыба. Практический экзамен по боевой специализации... Перед самым турниром мне снова понадобится помощь Наставницы, чтобы настроить восприятие. — В-ж-ж... Времени было в обрез, поэтому я просто очистил тело магией. Накинул форму курсанта, а на руку с уродливыми ожогами натянул рукав-гетру. ...Из-за отсутствия руки одеваться было неудобно. Приходилось помогать себе зубами или задействовать Небесное оперение, чтобы подтянуть ткань. В который раз убеждаюсь, что Небесное оперение было лучшим выбором. Оно выручало везде: от сражений до повседневных мелочей. «...А вот это Яйцо Истока...» Оно по-прежнему занимало угол дивана, оставаясь бесполезной ношей. Я снова вздохнул. Не думал, что до самого начала аттестации ничего не изменится. «Неужели оно и правда не вылупится?» Вряд ли Ректор стал бы меня обманывать... С другой стороны, если вспомнить, Ректор мне о нем ничего не говорил. Это я сам всё так обставил, решив, что подобрал «скрытую награду». Но раз оно не реагировало на других курсантов и открылось только мне... значит, оно предназначалось мне. «Ар-гх». Не понимаю, почему я, получив редкий артефакт, должен мучиться сомнениями до самого дня экзамена. «Пожалуйста, просыпайся уже...» Я легонько постучал по скорлупе Яйца Истока, мысленно умоляя его поскорее вылупиться, после чего собрал вещи и вышел из комнаты. ◆ ◆ ◆ Письменный экзамен, открывающий первый день промежуточной аттестации, длится два дня. Глядя на плотное расписание с раннего утра до самого вечера, я почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. И ведь всё это время придется не просто сидеть, а выжимать из себя все соки, сражаясь над каждым вопросом. «Ох...» Я лишь обреченно покачал головой и продолжил изучать график. Утром третьего и четвертого дней пройдут практические экзамены по специализациям. Вторая половина четвертого дня и весь пятый день отведены под отборочные и финальные этапы турнира. К слову, Сиёлам открывает свои двери для посторонних только в последний день — на финальные бои турнира. Только эти матчи транслируются в сети, и только на них допускаются зрители. Сегодня — первый день промежуточной аттестации, время письменных тестов. Меня распределили в пятый экзаменационный зал. К сожалению, Хон Ёнхва, Элия и Пэк Арин оказались в других местах. То же самое касалось и остальных моих немногочисленных знакомых. Вокруг были лишь курсанты из других классов, с которыми я не поддерживал отношений. Здание пятого зала представляло собой огромный лекционный холл. По сути — обычный актовый зал, только невероятно масштабный и отделанный по высшему разряду. — Слушай, а Закон о сверхчеловеческих привилегиях точно попадется? — Ну, раз заставляют учить, значит, будет... — Это просто бесчеловечно — столько зубрить. Зачем нам знать все эти десятки исключений в каждом параграфе? — Ох, а Теория магических формул? Если вопросы будут как в пробниках, я завалю половину. — Говорят, сложность магических предметов всегда запредельная. — Черт, я ведь даже не на магической специализации! — Да уж, только практика нас и спасет. — Ты что, сдаешься еще до начала письменного? — Я лишь восхищаюсь своей способностью быстро оценивать ситуацию и капитулировать. Я занял свое место, помеченное именной табличкой, и начал последние приготовления. До меня долетали обрывки приглушенных разговоров. Перед самым началом темы у всех были одинаковые. В голосах курсантов сквозило напряжение и тревога. Похоже, не мне одному было не по себе. Конечно, считается, что письменный экзамен имеет меньший вес, но именно из-за него зачастую решается, кто окажется на вершине рейтинга, а кто — чуть ниже. Для курсантов, одержимых учебой и конкуренцией, потерять позиции из-за теории было бы настоящей катастрофой. — Письменная аттестация начнется через несколько минут. В тесте шестьдесят вопросов, время на выполнение — два часа. Курсанты, закончившие работу раньше срока, могут покинуть зал. Пока я просматривал последние заметки и пытался настроиться на нужный лад с помощью краткой медитации, из динамиков под потолком раздался голос. Напряжение в зале возросло вдвое. В это время сотрудники начали обходить ряды, собирая смарт-часы и другие гаджеты. — ...... Сотрудник, подошедший слева, машинально протянул руку, но, заметив мой пустой рукав, вздрогнул. Я снял висевший на шее голографический проектор и передал его мужчине. [Вот, пожалуйста.] — ...Благодарю. Вещи можно будет забрать на стойке регистрации после окончания экзамена. [Нужно ли сдавать другие артефакты?] — ...Нет. Данный тип артефактов изъятию не подлежит. [Понял.] [Спасибо.] Сотрудник кивнул и пошел дальше. Разумеется, это делалось в целях безопасности. Кому-то такие меры могли показаться поверхностными, но это была лишь верхушка айсберга. Задействовав Полномочия наблюдения и пространства, я ощутил бесчисленное множество магических формул, раскинутых по залу, словно густая паутина. Это была защитная магия. Она создавала завесу, которая полностью изолировала потоки маны между посадочными местами. Кроме того, при активации она должна была отсекать любые внешние шумы. Над созданием этих формул трудились профессора магической специализации Сиёлама и специалисты из Магического Совета, так что безопасность была на высоте. Вряд ли среди курсантов найдется кто-то способный взломать такую защиту. А если и попытается, его неминуемо обнаружат. Такова природа этой магии. — ....... Однако я прекрасно видел всё, что происходит за пределами моей завесы. Я видел и зал, и других курсантов внутри их собственных магических барьеров. То есть я мог видеть, как другие решают задачи. По сути, это был тест на честность. Нет никакой гарантии, что выбранный мной курсант ответит правильно, но всё же. В зале было больше сотни человек. Я мог проверить любого или просто подсмотреть ответы у тех, кто выглядел отличником. Настоящее испытание совести. Тяжело вздохнув, я отозвал Полномочие наблюдения, ограничив его радиус лишь своим местом. Я должен быть честен перед самим собой. Я должен иметь право с гордостью заявить, что я не тот человек, к которому можно относиться с пренебрежением. Поэтому я даже не рассматривал возможность жульничества. Да и не в том я был положении, чтобы так рисковать. — Время вышло. С этого момента начинается письменная аттестация. Снова раздался голос из динамика. Одновременно с объявлением активировались магические завесы. — В-ж-ж... Планшет, оставленный сотрудником на столе, включился, и на экране появились вопросы. Первым предметом была Магия. [Вопрос №1] [Напишите магическую формулу для магии низшего ранга «Магическая пуля».] [Примечание: за основу брать формулу, зарегистрированную в Магическом Совете.] ... [Вопрос №14] [Данная формула является комбинированной и содержит несколько модификаций базовой магии низкого ранга «Огненный шар».] [Предположив активацию данной формулы, ответьте на следующие вопросы:] [(1) Опишите различия между исходной и модифицированной формулами.] [(2) Составьте схему интерпретации и обратного вычисления для модифицированной формулы.] [(3) Предложите произвольный метод магического противодействия данной формуле.] ... [Вопрос №45] [Данная формула является произвольно измененной магией барьера среднего-высокого ранга «Зеркальная завеса Артервиты».] [Нормальная активация данного заклинания невозможна.] [Ответьте на следующие вопросы:] [(1) Опишите причину некорректной работы формулы.] [(2) Исправьте ошибку и напишите формулу для корректной активации.] — ...... От этих заданий начинала болеть голова. Что примечательно — никаких тестов с вариантами ответов. На всё про всё 120 минут. 60 вопросов. В среднем — по две минуты на вопрос. Всего две минуты. Обычно курсанты даже не успевали дойти до конца. Жаль было терять даже те десять секунд, что ушли на раздумья. Я быстро перехватил ручку. ◆ ◆ ◆ В общежитии, где жил Ли Ха Юль, не было никаких украшений или лишней мебели. Обои, расстановка предметов — всё оставалось ровно таким, каким было в день заселения. Единственным отличием от стандартной обстановки было огромное яйцо, покоившееся на диване. В комнате, оставленной хозяином, царила тишина. Не было слышно ни звука. — Трес-сь. Прошло несколько часов с того момента, как Ли Ха Юль ушел, когда в этой мертвой тишине раздался звук чего-то ломающегося. — Хрусть. Огромное яйцо дернулось. На его поверхности, без всякого внешнего воздействия, появилась тонкая трещина. Час пробуждения был близок. ---------- Промежуточная аттестация (2) — Э-э-эх... Элия, сидевшая рядом со мной, издала редкий для неё тяжелый вздох. Она буквально растеклась по поверхности стола, поддавшись унынию. Её золотистые, отливающие теплом волосы рассыпались по столешнице, а пышная грудь плотно прижалась к краю, пока девушка вновь и вновь изливала несвойственную ей тоску. В каждом её жесте сквозила безмерная усталость. Для вечно оптимистичной Элии такое состояние было из ряда вон выходящим. Я отхлебнул какао, цена которого всё ещё вызывала у меня внутреннее содрогание, и прислушался к тому, что происходило вокруг. — Ох, твою ж мать... — Да разве это нормально? Средний балл просто в щепки! — Эй, кто-нибудь решил тридцать девятый вопрос по зачистке данжей? Тот, что на доказательство волнового смещения... В кафе, где благодаря мягкому свету заката, льющемуся из окон, обычно царила приятная атмосфера, сейчас стоял сплошной стон и ропот. — Слишком сложно... — пробормотала Элия, продолжая тяжело вздыхать и жаловаться на судьбу, совершенно не обращая внимания на то, как неудобно, должно быть, сдавлена её грудь. — Да, в этот раз экзамены действительно выдались непростыми. Мне и самой едва хватило времени, пришлось дописывать всё в спешке, — ответила ей Пэк Арин, сидевшая за противоположным столом и мелкими глотками пившая кофе. Если уж Пэк Арин, занявшая первое место на вступительных испытаниях, говорит, что было трудно, значит, уровень сложности действительно зашкаливал. Хотя, если верить оригиналу, я помню, что она и в этот раз должна сохранить статус лучшей, получив высшие баллы и за письменный, и за практический экзамены. — Да что там «непростыми», это просто безумие какое-то! К некоторым задачам я вообще не знала, как подступиться, — вставила Хон Ёнхва. — Если бы ты, Ёнхва, училась как следует... впрочем, забудь. — Что? Эй, ты на что это намекаешь? Сказала «а», так говори и «б»! Хон Ёнхва, сидевшая рядом, тоже уткнулась лбом в стол. Первый день промежуточной аттестации подошел к концу. Мы собрались в этом кафе, чтобы вместе дождаться публикации списков отборочного тура турнира. — Магия начального уровня, анализ магических формул, механика данжей, зачистка данжей... Ни одного легкого предмета... — бубнила Хон Ёнхва, елозя головой по столу. Слушая её жалобы, я мысленно соглашался. Дурная слава аттестаций, проводимых в Сиёламе, была широко известна. Уровень образования здесь настолько высок, что даже обычные лекции порой бывает трудно усвоить, а регулярные аттестации и вовсе превращаются в испытание на выживание. Особенно печально известны были письменные экзамены промежуточной аттестации. Практический экзамен, при наличии таланта и должного усердия на протяжении всей жизни, ещё можно было сдать без чрезмерных мучений, но теория... теория была беспощадна. Ни одного вопроса с выбором ответа. Почти всё — развернутые ответы, требующие описания сложных процессов и вычислений. Время ограничено настолько жестко, что малейшее промедление или лишние раздумья лишали возможности даже просто взглянуть на последние задачи. Чтобы уложиться в лимит, нужно было записывать ответ в тот же миг, когда в голове рождалась мысль. Говорили, что и проверка занимает уйму времени. Несмотря на привлечение огромного количества «рабов» — административных сотрудников и ассистентов, — а также использование магии, процесс затягивался. А с учетом периода апелляций сроки становились и вовсе неприличными. Из-за этого во время промежуточной аттестации профессора были заняты настолько, что им некогда было даже волосы высушить после душа. Профессор Лиана упоминала об этом: совмещать преподавание магии духов нам с Элией, чтение общих лекций и подготовку к аттестации было для неё изматывающим испытанием. К тому же, письменная часть ещё не закончилась. Сегодня мы закрыли больше половины предметов, но впереди оставались и другие. И всё же... — Нет, в этот раз и правда перегнули... Сложность действительно была запредельной. Даже я, после выписки из больницы отчаянно пытавшийся нагнать программу и честно прорешавший все прошлые варианты и методички, чувствовал это на себе. Казалось, общая планка поднялась как минимум на одну ступень. — Говорят, сложность повысили, учитывая общий уровень первокурсников в этом году, — заметила Пэк Арин. — Чего? — Ну, вы же знаете, Сиёлам славится тем, что подстраивает вопросы под способности потока. А поскольку наш поток оценили как очень перспективный, то и требования выросли. — Это уже слишком. И зачем было её задирать... У меня и так голова раскалывается... Хон Ёнхва, выслушав ответ Пэк Арин, снова тяжело вздохнула и принялась тереться лбом о стол. Она была типичным практиком, из тех, кто делает ставку на физические навыки, задвигая теорию на второй план. Точнее, мозги у неё работали отлично, она просто не любила ими пользоваться без нужды. Поэтому, несмотря на все её причитания о провале, когда придут результаты, она наверняка окажется в числе лучших. В конце концов, если бы она заваливала письменные тесты, ей бы никогда не видать второго места в рейтинге. С видом человека, который сам того не осознавая, занимается притворством, Хон Ёнхва продолжала мотать головой из стороны в сторону, не отрывая лба от стола. От этих движений её рубиновые волосы окончательно спутались и растрепались. Саму Ёнхву это, похоже, совершенно не заботило. Как не заботило и Элию, лежавшую напротив, и Пэк Арин, сосредоточенно копавшуюся в своих смарт-часах. — ...... А вот меня это задело. Наблюдая за ней через «Полномочие наблюдения», я почувствовал, как пальцы сами собой зачесались. Вид этого беспорядка на голове вызывал у меня дискомфорт. Если уж совсем честно — это просто раздражало. Конечно, волосы Хон Ёнхвы были прекрасны даже в таком виде, но если бы их привести в порядок, стало бы гораздо лучше... Вид спутанных прядей казался мне чем-то неправильным. Немного поколебавшись, я протянул руку и начал осторожно поправлять её волосы. Я невольно восхитился тем, какими мягкими они были на ощупь. Наверное, так ощущались волосы аристократов древности, которые ухаживали за ними с помощью дорогих благовонных масел. Хотя я и старался сдерживать свои чувства, обостренное осязание позволяло ощутить эту шелковистость во всех деталях. Впрочем, если подумать, Хон Ёнхва и была из семьи, которая по статусу превосходила большинство аристократов. Интересно, она тоже использует какие-то особые средства? Учитывая её характер, она должна была бы ненавидеть подобные хлопоты и трату времени. — ......! Плечи Хон Ёнхвы, до этого мирно теревшейся щекой о стол, вдруг резко вздрогнули. Её тело затрепетало, словно при землетрясении, и она медленно повернула голову. На меня уставились влажные красные глаза. Заметив в них растерянность, я тут же спохватился. «А» «Прости, если тебе неприятно». Я уже собирался убрать руку, извиняясь, но Хон Ёнхва, часто моргая, замотала головой, всё ещё прижимая щеку к столу, давая понять, что всё в порядке. Успокоившись, я продолжил аккуратно расправлять её волосы прядь за прядью. «Они очень мягкие». — С-спасибо... — прошептала она. Хон Ёнхва выпрямилась, пропуская уже расчесанные волосы сквозь пальцы. Я почувствовал легкое удовлетворение от того, что её прическа теперь выглядела как обычно... или даже чуть лучше. Было бы совсем хорошо, воспользуйся я карманной расческой, которую всегда носил с собой, но доставать её в такой ситуации было бы уже чересчур. — ...... — ? В красных глазах Хон Ёнхвы промелькнуло странное чувство. Это не было похоже на недавнее замешательство. Как бы это назвать? Словно она с трудом сдерживала какой-то внезапный порыв. Когда я вопросительно наклонил голову, в моем сознании вдруг всплыл образ хищника, замершего перед куском сочного мяса. Бессмысленная фантазия. Я совершенно не понимал, почему мне в голову пришла такая ассоциация. Дзинь Дзинь, дзинь, дзинь! В тот момент, когда вокруг Хон Ёнхвы начала сгущаться эта странная аура, смарт-часы всех курсантов в кафе одновременно издали сигнал уведомления. — О, кажется, распределение готово, — Элия, до этого сидевшая с полузакрытыми глазами, мгновенно выпрямилась. При этом её сдавленная до этого грудь вернула себе прежние формы — зрелище, в котором было нечто от непостижимых тайн человеческой анатомии. Элия, Пэк Арин и Хон Ёнхва тут же уткнулись в свои часы, проверяя сетку отборочного тура. Дзинь Мой переносной голографический проектор тоже подал сигнал. Я коснулся устройства, висящего на шее, и передо мной развернулась голограмма. «Интересно, кто мой противник...» Хотя с полудня третьего дня до утра четвертого нам предстояли практические экзамены, если всё пройдет так, как было объявлено заранее, я, скорее всего, одержу легкую победу. Конечно, я не собирался расслабляться, но невольно хотелось сосредоточить все силы именно на турнире. Тем более что график в этот раз был крайне плотным. Во второй половине четвертого дня пройдут отборочные матчи, которые сразу определят участников основной сетки. Пятый же день пройдет практически без остановок, за исключением коротких перерывов, и в тот же вечер определится победитель. График невероятно жесткий. Перерывы настолько коротки, что если выложиться на полную в одном бою, можно просто не успеть восстановиться к следующему. Но никто из курсантов не протестовал. Такая структура турнира была одной из традиций Сиёлама, идущей с момента его основания. В реальном бою крайне редко выпадает возможность отдохнуть тогда, когда хочется, и столько, сколько нужно. Нападающим монстрам, врагам и самой окружающей среде нет дела до твоего удобства. Нам объясняли, что, ограничивая время на отдых между матчами, академия приучает курсантов самостоятельно распределять свои силы и следить за состоянием. «Если попадется слабый противник, бой пройдет легко, но я ничего из него не вынесу...» Честно говоря, я не особо рассчитывал на победу в турнире, но в глубине души теплилось желание занять место как можно выше. Матчи основной сетки будут транслироваться вовне. Через сеть, созданную Полномочием координации, подробности боев разлетятся повсюду. К тому же представители различных сил и кланов будут наблюдать за поединками вживую. Это немного давило. Было опасение, что я могу выйти в основную сетку и там позорно проиграть. Конечно, у меня нет особой гордости и репутация меня не слишком заботит, но... Меня беспокоил мой мастер. Она сумела преодолеть душевную рану, оставшуюся после потери прежнего ученика, и приняла такого непутевого меня. С того самого дня она тренирует меня с невероятным усердием. Если её ученик с треском проиграет, ей вряд ли будет приятно. Дело не в моем самолюбии или чести, я просто переживал за чувства мастера. А значит, я не имею права довольствоваться посредственным результатом. Я обязан выйти в основную сетку. И там я должен показать достойный бой, чтобы мастер не была во мне разочарована. С этой решимостью я открыл загрузившийся файл с распределением. [Сетка отборочного тура турнира (Группа Д)] (1) Эмили Рамос | Дарья Ростанова (2) Ха Ёнджэ | Харука Фудзивара ... (6) Ли Ха Юль | Эйден Рейнольдс «Хм...» Увидев своего первого противника, я невольно издал неопределенный звук. Эйден Рейнольдс. Мы с ним постоянно как-то пересекались. Он был тем, кто вызвал меня на дуэль во время занятий по фехтованию, когда я был ещё совсем неопытен. Мы оказались в одной группе на данж-практике, и, поскольку оба учились в классе Ипчхун, вместе посещали общие лекции. У меня не было к нему неприязни. Он и сам говорил, что тогда на дуэли не пытался меня задеть или спровоцировать. В данже он даже предложил перейти на «ты». Я тоже не держал зла. «Месть?» ...Нет, зла я не держал. Просто немного помнил о том, как он заставил меня нервничать, извиняясь на данж-практике за вещи, о которых я даже не думал. ◆ ◆ ◆ В одном из кафе Эйден, всё ещё не оправившийся от шока после проваленного первого дня письменных экзаменов, вздрогнул, увидев своего первого противника в турнире. [Сетка отборочного тура турнира (Группа Д)] ... (6) Ли Ха Юль | Эйден Рейнольдс ... Ли Ха Юль. При виде этих трех слогов взгляд Эйдена заметался, потеряв опору. Чашка кофе в его руке мелко задрожала. Топ-топ — О, сетку уже выложили. С кем ты дерешься? Атилла, поставив на стол тарелку с куском торта, принесенную от стойки, подошла сзади и заглянула в экран Эйдена. Её взгляд наткнулась на имя «Ли Ха Юль». И на стоявшее рядом имя «Эйден Рейнольдс». — ...... Острые, похожие на кошачьи, глаза Атиллы моргнули. Она хотела было что-то сказать, но замолчала, собираясь с мыслями. Спустя мгновение Атилла всё же разомкнула губы. — Мои соболезнования. Поразмыслив, она поняла, что больше тут добавить нечего. ---------- Промежуточная аттестация (3) Письменный экзамен, судя по всему, завершился без особых потрясений. Вопросы оказались сложнее, чем в старых конспектах и билетах прошлых лет, так что пришлось немного попотеть, но не сказать, чтобы я с треском провалился и скатился на самое дно. Скажем так — результат вполне приемлемый. Нельзя сказать, что я блеснул, но и не опозорился: то, что учил, решил без проблем. В буквальном смысле: где были пробелы в знаниях — там пусто, а где учил — там ответил. Думаю, этого должно хватить, чтобы выбраться из рядов отстающих. По крайней мере, такая робкая надежда теплилась в груди. Так завершился второй день аттестации. С третьего дня начались практические экзамены, которые проводились уже по специализациям. Боевая, магическая, вспомогательная, производственная. Курсантов распределяли по группам в соответствии с их профилем. Хотя я был курсантом особого набора и формально не имел ни специализации, ни ранга, меня прикрепили к практическому экзамену боевой специализации, поскольку именно этому меня обучала наставница. Честно говоря, практический экзамен по боевой специализации всегда был чем-то вроде «куриных косточек» — и бросить жалко, и есть нечего. А всё потому, что уже на следующий день должен был начаться турнир — прямые поединки один на один, и всё внимание, естественно, уделялось ему. Курсанты старались беречь силы для турнира, и профессора относились к этому с пониманием. В такой вот атмосфере и прошла практика, темой которой стала зачистка подземелья. Группу курсантов запускали в одно подземелье 4-го ранга, и баллы выставлялись в зависимости от того, в каком порядке они доберутся до указанной точки, координаты которой выдавались сразу после входа. Окружение в подземелье, ловушки, виды и количество монстров постоянно менялись. Кроме того, поскольку множество курсантов в одном подземелье стремились к одной цели, они неизбежно сталкивались друг с другом. Оценивалось и то, как именно курсант реагирует на такие встречи и как добирается до финиша. Конечно, можно было просто прорубать себе путь напролом сквозь ловушки и монстров, полагаясь на грубую силу... Но вряд ли за такое поставили бы высокий балл. Скорее всего, целью экзамена была проверка навыков выживания и способности принимать верные решения в условиях, когда ты оказался в подземелье один. Воспоминания о Шихаллионе на мгновение вызвали странное чувство в груди. Как бы то ни было, экзамен начался. На практику отвели время с третьего дня до утра четвертого. Не знаю, как на других специализациях, но нам, брошенным в подземелье «боевикам», дали полтора дня — около тридцати шести часов, чтобы добраться до цели. И вот. — ...Курсант Ли Ха Юль. Прибытие: 21 минута 13 секунд. Я добрался до цели на сверхскорости и получил почти максимальный балл. Проще говоря, это была легкая победа. Судя по лицу ассистента, мой результат был настолько впечатляющим, что он даже не пытался скрыть изумления. Его реакция была бесценной... хотя я, получив инструкции, примерно на это и рассчитывал. В конце концов, мне здесь просто негде было блуждать. В большинстве случаев самой трудной частью исследования подземелья является вовсе не бой, а поиск пути. Даже подземелье низшего, 4-го ранга внутри оказывается более чем просторным. Конечно, если курсанты-сверхлюди решат бежать напролом, они пересекут его довольно быстро, но, учитывая скрытые опасности, это было бы безумием. Однако я мог позволить себе это безумие. Потому что видел каждую ловушку — от первой до последней. Абсолютно всё. Полномочие наблюдения. Пусть из-за низкого уровня мастерства я не мог использовать его в полную силу, это всё же была сила, дарованная Башней Наблюдения. Её потенциала с лихвой хватало, чтобы охватить и проанализировать одно подземелье 4-го ранга. Наличие и типы ловушек. Виды монстров, их количество, сила и уязвимые места. Особенности ландшафта и расчет кратчайшего, но безопасного маршрута до цели. А также постоянный пересчет данных для контроля любых переменных. На всё это у меня ушло меньше трех минут после входа. Дальше всё пошло как по маслу. Я просто рванул вперед по маршруту, начертанному в моей голове. По пути я не встретил ни одной ловушки и ни одного монстра — никаких угроз. Я изначально выбирал путь так, чтобы ни с кем не пересекаться. — Фух... Меньше чем через полчаса после начала экзамена я уже вдыхал свежий воздух снаружи. По ощущениям — просто сходил на короткую прогулку. Сделав глоток воды, я прикинул дальнейшие планы. «Теперь остался только турнир». Сейчас утро третьего дня. Отборочные этапы турнира начнутся завтра во второй половине дня и пойдут один за другим. Разумеется, турнир — самая важная часть аттестации. Значит, всё оставшееся время нужно потратить на подготовку. У меня образовалось гораздо больше свободного времени, чем у остальных, и грех им не воспользоваться. К тому же у меня есть самый надежный помощник на свете. Приведя мысли в порядок, я открыл голографический интерфейс. [Контакты: Наставница] ▶ Я: Наставница, я только что закончил практику. ▶ Я: Можно мне сейчас прийти к вам? ▶ Я: (Эмодзи щенка, смотрящего снизу вверх влажными глазками) Ответ пришел мгновенно. . . . В Башне Роста, чтобы компенсировать утраченное зрение и сломанное пространственное восприятие, я использовал метод предельного обострения чувств. Осязание и слух позволяли улавливать малейшие колебания вокруг. На основе этих данных в мозгу выстраивалась карта местности. Я вел бой, постоянно обновляя эту внутреннюю карту. Если разобраться, это было нечто вроде эхолокации. Я даже задумывался, не является ли это частью моей уникальной способности. Вспоминая недавнее осознание своей «уникальности», мне казалось, что там было что-то похожее, пусть и в малом масштабе... Возможно, из-за слабого «ранга» это пока не дотягивало до полноценной способности? Как бы то ни было. Эхолокация, реализованная через чувства, отошла на второй план после того, как восстановилось пространственное восприятие, а затем пробудились Полномочия наблюдения и пространства. Нельзя сказать, что она стала бесполезной, но отрицать, что она во многом уступала Полномочию наблюдения, было глупо. Однако на вопрос, совсем ли она не нужна, я бы решительно покачал головой. Я ведь уже однажды обжегся, слишком полагаясь на пространственное восприятие. Если бы я тогда хоть немного промедлил с обострением чувств, я бы не смог вовремя среагировать, попал бы под шквальный огонь курсантов и выбыл. И это случилось на простом испытании внутри Башни Роста. А если бы такое произошло в реальном бою? Я бы не просто выбыл — меня бы жестоко убили. Нелепая и пустая смерть после всех моих отчаянных попыток выжить. И нет никакой гарантии, что подобная катастрофа не повторится в будущем. Мое посредственное пространственное восприятие осознало себя как Полномочия наблюдения и пространства. Теперь я мог с усмешкой выдерживать любое давление и даже сам подавлять противника. Интуиция подсказывала, что теперь даже внутри Башни Роста я смогу развернуть широкую и точную зону наблюдения. Но никто не знает, когда даже такие Полномочия могут отказать. Ведь Полномочия наблюдения и пространства — это не моя собственная «уникальность», а сила, полученная извне. Это не моя исконная мощь. Это сила другого существа, существующего где-то там. По сути, это сила, которую в любой момент могут отобрать. С того момента, как я осознал свои Полномочия и представил худший сценарий их утраты, я почувствовал необходимость развивать и другие навыки, включая эхолокацию. — Мять-мять... «А-а-а...» В итоге наставница сейчас тискала меня за обе щеки. Эхолокация... то есть тренировка чувств в самом разгаре. Поединок с Эйденом был для меня во многом знаковым событием. В начале семестра моя победа над ним была результатом стечения множества удачных обстоятельств и уловок. Если бы Эйден не недооценил меня и с самого начала сражался в полную силу, или если бы мне хоть раз не повезло — я бы проиграл. С тех пор мы с ним больше не сражались. Как всё обернется теперь? Может, это самонадеянно, но я примерно представлял исход. Однако, как говорится, пока не попробуешь — не узнаешь. Наверняка и Эйден в прошлый раз думал так же, прежде чем проиграть. Поединок с Эйденом имел характер «оценки». Оценки того разрыва, что возник между мной в начале семестра и мной нынешним, прошедшим через множество испытаний. И чтобы понять это точно, нынешняя тренировка была просто необходима. [Счастье] ...Это тренировка. ◆ ◆ ◆ Ощущения, передающиеся через ладони, были просто божественными. Атра, сдерживая странный порыв, осторожно сжала ладони к центру. Щеки Ли Ха Юля мягко смялись, и губы, оказавшиеся посередине, невольно выпятились вперед. В лучах солнца, падавших с неба, они казались особенно влажными. Даже мимолетного касания кончиками пальцев хватало, чтобы почувствовать эту мягкость. «......» На этот раз она обхватила его щеки всей ладонью. Выпяченные губы спрятались, и в руках оказалось невероятно упругое «тесто» щечек. Нежная и теплая кожа, совсем как у младенца. И этот благоухающий аромат тела, к которому невозможно было привыкнуть, сколько бы времени они ни проводили вместе... Подавляя внезапное желание, она чуть ослабила хватку. А потом снова начала поглаживать ладонями, надавливать... сжимать... тискать, словно играя. Даже когда она ухаживала за Ли Ха Юлем в лазарете, она не позволяла себе так открыто тискать его лицо. Со стороны это выглядело как обычное баловство. Она повторяла это снова и снова, и щеки уже могли бы заболеть, но Ли Ха Юль лишь кротко улыбался и сам подставлялся под её руки, словно прося продолжать. Совсем как щенок, который трется головой о руку хозяина. ...И всё это было не принуждением со стороны Атры, а инициативой самого Ли Ха Юля — тренировкой по обострению чувств. С трудом отведя взгляд от его очаровательного лица, приковывающего внимание, Атра посмотрела на кулон на шее юноши. — Щелк... Щелк... [Счастлив] [Нравится] [Тепло] [Мягко] [Удовлетворение] [Теплота] [Привязанность] [Забота] [Под защитой] Голоса из кулона сыпались непрерывным потоком, будто артефакт сломался. Обычно в такие моменты Ха Юль густо краснел и тут же выключал его, но сейчас он, кажется, даже не замечал этого, полностью вверив себя рукам Атры. Глядя на него, Атра в очередной раз отметила, как сильно изменилось поведение Ли Ха Юля в последнее время. Дело было не просто в том, что он стал более капризным или ласковым — изменилось что-то фундаментальное. Раньше его речь была сухой и официальной: «Благодарю», «Вот как?», «Спасибо», «Понял». При любом сближении он заметно нервничал и вздрагивал от прикосновений. Теперь же его слова стали какими-то... мягкими. «Спасибо-о», «Правда?», «Благодарю вас», «Угу», «Наставница, вы мне так нравитесь», «А можно мне прийти?», «Погладьте меня, пожалуйста»... И даже сейчас, когда его щеки так бесцеремонно тискали, в нем не было ни капли беспокойства или сомнения. Он не просто покорно принимал это, а сам тянулся навстречу. И так было не только во время тренировок. Ли Ха Юль реагировал так же, даже если его касались внезапно. Он мог склонить голову набок в легком недоумении, но всё равно послушно подставлял щеку... странная реакция. Наставнице не подобало так думать, но казалось, что, даже если она коснется его в каком-то неположенном месте, он лишь вздрогнет от неожиданности, но не станет сопротивляться... такая была в нем сквозит покорность. [Наставница нравится] [Тискайте еще] [Руки приятные] — Кхм... Атра кашлем прогнала нелепые мысли, которые нельзя было принять даже за шутку. Ну... он сам сказал, что это тренировка, так что поделать. К тому же она видела, что чувства Ли Ха Юля действительно обостряются. Тренировка приносила плоды. А для наставника нет ничего хуже, чем согласиться на просьбу ученика, а потом пойти на попятную. Атра, мысленно оправдываясь перед кем-то невидимым, снова вовсю запустила пальцы в мягкие щеки Ли Ха Юля. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (82 ▷ 83/100) «Наставница» «Ожидание» «Чувство покоя» «Жажда ласки» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ... [Система коррекции игрока: Показатели] ▶ Титулы «Курсант особого набора» «Юный герой Шихаллиона» ... «Владыка Башни ?? (?)» «Владыка Башни ?? (?)» ... «Ласкуша» ... «Щенок» ▶ Характеристики ... ▶ Уникальные способности «Мастер на все руки» «Сродство с маной» ... ▶ Полномочия «Полномочие наблюдения» «Полномочие пространства» ... ---------- Отборочный турнир (1) Отборочный тур турнира проходит гораздо скромнее, чем основная стадия. Только финальные поединки транслируются в интернете и привлекают внимание внешних наблюдателей. Предварительные же матчи — это лишь процесс отсева курсантов, которые не пройдут в основной этап. Из-за этого бои проводятся не на одной арене, а распределяются по разным площадкам, и расписание матчей часто совпадает. Если учитывать не только первый курс, но и старшие, количество одновременных поединков возрастает в разы. Немногие готовы тратить драгоценное время, чтобы смотреть отборочные бои других курсантов. Поэтому на трибунах арен, где проходят предварительные этапы, обычно полно пустых мест, и в целом царит довольно спокойная атмосфера. «…» По крайней мере, так должно было быть. Но когда я вышел из раздевалки и направился к арене, до моих ушей донесся гул голосов, а кожа ощутила присутствие такого количества людей, что, казалось, сам воздух пришел в движение. Арена напоминала Колизей. В центре — просторное ристалище, засыпанное песком, а вокруг него кольцом уходили вверх зрительские ряды. И шум, и само ощущение толпы на трибунах были бесконечно далеки от привычного затишья. Там было так же многолюдно, как на рыночной площади в базарный день. И это при том, что посторонних не пускали — трибуны были заполнены исключительно курсантами. Используя Полномочие наблюдения, я заметил, что занята добрая часть мест. Причем мелькали не только зеленые галстуки первокурсников, но также красные, желтые и синие. Это были старшекурсники, с которыми я почти не пересекался из-за разницы в распорядке дня. Среди них были и те, кого я знал — пусть и в одностороннем порядке. Те, кто, если не погибнет преждевременно, со временем станет сильнейшими воинами мира. Те, чьи имена прославятся как имена выдающихся мастеров. И те, кто, не обладая выдающейся силой, мог бы принести огромную пользу своим влиянием, если с ними подружиться. «И еще…» Я перевел фокус Полномочия наблюдения на край трибуны. Там, в довольно уединенном месте, сидел человек, приковывавший к себе множество взглядов. Рост выше среднего, словно кричащий о том, что перед вами — сверхчеловек. Четкие, по-особенному суровые черты лица. Каштановые волосы, небрежно завязанные сзади, и ярко-зеленые, цвета молодой листвы, глаза. Несмотря на природные оттенки внешности, лицо ее казалось застывшей маской невозмутимости. «Ли Джиён». Преемница Тэсана, с которой я прежде никогда не встречался лично. Одна из ключевых фигур, прошедшая со мной бок о бок до самого конца первого цикла. Стоило мне узнать её, как… — Динь! Раздался сигнал уведомления, который мне уже не просто приелся, а порядком надоел. Звук, похожий на звон маленького колокольчика, отчетливо прозвучал в ушах. Я вздохнул и потер шею. На мне не было ни Ожерелья откровения, ни голографического проектора. Небесное оперение я тоже не надевал. На турнире запрещено использовать личное снаряжение, а также внутренние артефакты, полученные в Сиёламе. Я оставил всё в раздевалке. А значит, этот звук не мог исходить от трибун, и не было никакой причины, по которой он так отчетливо прозвучал прямо у меня в голове. Я подавил желание поморщиться. Сейчас на меня прикованы тысячи глаз, и если я скривлюсь, глядя на выходящего противника, это породит ненужные слухи. «Окно состояния? Статус?» Загадочные уведомления. Я начал замечать их, когда восстанавливался в лазарете после ран, полученных в Шихаллионе. Сигнал звучал в ушах, хотя на мне не было смарт-часов. Сначала я сомневался, но со временем убедился: этот звук предназначен именно мне. «Это правда окно состояния? Но почему оно не открывается?» Первое, что пришло в голову — пробудившаяся система. Но сколько бы я ни взывал к ней мысленно, ни одного символа перед глазами так и не появилось. Я уже начал всерьез подозревать у себя психическое расстройство. Сглотнув тяжелый вздох, я начал разминаться. С противоположной стороны на арену поднимался Эйден Рейнольдс, сжимающий в руке длинный меч. Мечи в руках. Боевая арена. Множество взглядов, направленных на нас. Ситуация до боли напоминала ту, что уже была когда-то. — Давно не виделись… Хотя нет, мы же виделись в аудитории пару дней назад… Ха-ха… Подошедший Эйден проверял снаряжение и заговорил с явным смущением. В его выражении лица и тоне сквозила странная смесь чувств — похоже, он тоже ощущал дежавю. «…» Я, как и тогда, не мог промолвить ни слова. Проклятие всё еще не было снято, и я лишь временно обходил его с помощью Ожерелья откровения. Впрочем, всё же кое-что изменилось. [С этого момента начинаем поединок отборочного тура турнира.] Голос распорядителя, усиленный магией, разнесся по всему зданию. [Правила: виртуальный дуэль. Разрешено использование Гангче(укрепление тела), Ганги(аура), Магии и уникальных способностей. Сообщаю, что поединок может быть остановлен в любой момент по решению распорядителя-посредника.] Это не товарищеский спарринг, как в прошлый раз. Сейчас это часть промежуточной аттестации в Сиёламе, поэтому задействована поддержка Башни. Условия максимально приближены к тем, что внутри самой Башни. По крайней мере, здесь невозможно умереть, а раны будут отображаться лишь как скопления света, как и тогда. [Итак, обе стороны, приготовиться.] — Ср-р-рык. Я обнажил меч. Холодная жажда битвы коснулась слуха, и я медленно принял стойку. Стоящий напротив Эйден тоже справился с эмоциями и выхватил свой клинок. — Эйден Рейнольдс. Прошу о честном бое. Он выставил вперед меч, крепко сжимая его обеими руками. В глазах Эйдена горела решимость. — В этот раз я не допущу беспечности и выложусь на полную. Словно подтверждая свои слова, он замер в безупречной стойке, не оставляя ни единой лазейки. Я кивнул ему и разогнал по телу ману, сокрытую в ядре. «Ганчесуль, активация». [Итак, испытание начинается!] Как только прозвучала команда, мы оба сорвались с места. Расстояние сократилось в мгновение ока. Клинки столкнулись в самом центре арены. — Дзынь! Резкий металлический звон разнесся по округе. Посыпались искры, и меч, окутанный Ганги, спружинил вверх. — Кх…! В отличие от прошлого раза, назад отбросило именно руку Эйдена. И это при том, что я нанес удар одной рукой, а он защищался двумя. Эйден не поддался панике. Он тут же восстановил равновесие и перешел в контратаку. Я наблюдал за траекторией его меча. Видел, куда направлен удар, и предсказывал, каким будет следующее движение в этой связке. — Чанг! Дзынь! Кха-ха-хак…! Мечи сталкивались вновь и вновь. Клинки скользили друг по другу, высекая снопы искр в силовой борьбе. Ноги, твердо удерживающие опору, непрестанно меняли положение. Торс уклонялся от выпадов, а рука с мечом наносила ответные удары. Поединок шел полным ходом. Однако очень скоро одна сторона начала сдавать позиции. Эйдена теснили. Не давая ему передышки, я обрушил на него вертикальный удар, вложив в меч максимум Ганги. Лазурный след прочертил воздух, и Эйден, вынужденный только защищаться, поспешно подставил меч, удерживая его обеими руками. Бам! — Гх-х…! Из груди Эйдена вырвался стон. Его ноги глубоко ушли в песок. Из-под подошв взметнулась пыль, и его начало медленно волочить назад. Руки, принявшие мой удар, мелко дрожали, словно при землетрясении. Силы явно покидали его, и меч начал медленно опускаться под моим давлением. Видимо, поняв, что в лобовом столкновении ему не выстоять, Эйден стиснул зубы и перенес центр тяжести на ноги. Он собирался перенаправить мою силу и, воспользовавшись секундной паузой, широко отбросить мой клинок в сторону. Я предвидел это. И среагировал соответственно. В тот самый миг, когда он собрался сделать рывок, я первым разорвал контакт и отвел меч. Воспользовавшись тем, что его корпус раскрылся из-за широкого замаха, я крутанулся на месте и нанес удар ногой, усиленной Ганги. Бум! Пробив его защиту, мой сапог врезался Эйдену прямо в живот. — Кха! Снова раздался глухой удар, и Эйден согнулся пополам. Не в силах погасить инерцию, он проехал по песку несколько метров. Я тут же сократил дистанцию, нанося рубящий удар. Эйден, не желая сдаваться так просто, даже не вытирая слюну, выступившую на губах, выставил меч навстречу. — Кха-ха-хак… Чанг! Дзынь! Клинки переплелись. Количество разменов росло с каждой секундой. Потоки Ганги сталкивались, и энергия Эйдена стремительно истощалась. Всплеск! В районе плеча Эйдена брызнули искры света. Он яростно пытался контратаковать, но мой клинок находил бреши снова и снова, высекая всё новые сияющие брызги из его виртуального тела. «Сила». В чистой мощи преимущество было на моей стороне. «Магия». Качество, количество и чистота моей маны, а также плотность сформированного ею Ганги, были на голову выше. «Техника». В базовом владении мечом и умении вести бой я тоже превосходил его. Эйден только и делал, что отступал. Его Ганги таяло, а тело покрывалось «ранами». — Ха… Ха… Разорвав дистанцию, Эйден тяжело дышал. С многочисленных порезов на его теле капали светящиеся частицы, заменявшие кровь. Это были следы нашего недолгого боя. Я же даже не сбил дыхание. Моя мана была не просто в порядке — она била через край. На мне не было ни единой царапины. Бой был в одни ворота. Всё было совсем не так, как в прошлый раз. Эйден не был беспечен и не недооценивал меня. Он с самого начала сражался на пределе возможностей. И всё же результат был таков. Странное чувство. Словно за это короткое время прошла целая вечность. ---------- Отборочный турнир (2) — Фу-ух... Эйден глубоко выдохнул. Видимо, сумев восстановить дыхание, он расправил плечи и выровнял меч. Я остановился. Его аура изменилась. На самом деле я мог подавить его еще в самом начале. Разрыв в наших силах оказался куда значительнее, чем я предполагал. Если бы я всерьез задействовал Ганги, он бы вылетел в мгновение ока. Если бы я беспорядочно палил магией, исход был бы решен давным-давно. А уж примени я недавно освоенную магию духов, всё стало бы еще проще. Но я не стал этого делать. Пусть это и турнир, пусть это лишь отборочный этап, где определяются участники основной сетки, — правила приличия существуют везде. В подобных поединках не принято выкладывать все карты с первых же секунд. Кто-то делает это, чтобы скрыть свои козыри, а кто-то — из уважения к противнику, считая, что в обмене ударами, каким бы ни был разрыв, оба бойца растут над собой. Тогда, при нашей первой встрече, Эйден тоже не стал сразу обрушивать на меня всю свою мощь. Ср-р-рынь. Раздался звук, похожий на скрежет вынимаемого из ножен клинка. Но и мой меч, и меч Эйдена уже давно были обнажены. В ножнах не осталось стали, которая могла бы издать такой звук. Эйден замер, направив острие меча вперед. Его манера циркуляции маны не изменилась, Ганги не вспыхнула ярче. Вместо этого в нем начала закипать воля. Это была не физическая сила вроде магии или Ганги, а незримая мощь духа, рвущаяся ввысь. Я крепче перехватил рукоять. «Искусство фехтования». Уникальная способность «Искусство фехтования». Особенность, которой обладал Эйден. В оригинальном романе это была довольно распространенная уникальная способность. Классифицировать их всегда непросто, но если попытаться, то «Искусство фехтования» относится к техническому типу, а конкретнее — к ветви владения мечом. Технические способности редко выделялись чем-то ярким или особенным на фоне остальных. Искусство фехтования. Мастерство владения клинком. Но ведь и любой другой курсант может взять в руки меч. Да, обладатель такой способности будет управляться с ним лучше, но это не значит, что остальные на это не способны. Пока кто-то извергает из ладоней пламя, обращающее всё в пепел... Пока кто-то управляет исцеляющей водой или льдом, сковывающим мир... Пока кто-то повелевает самой землей, символом жизни и силы, или призывает души умерших, превращая их в своих слуг... На их фоне талант к обычному фехтованию кажется довольно блеклым. Копье, сабля, кулаки или ноги — на фоне разнообразных сверхъестественных сил дар владения оружием выглядит слишком обыденно. Иными словами, в нем мало уникальности. — ...Фу-ух. Однако никто не смеет презирать технические способности. А если такие смельчаки и находятся, они замолкают, как только сталкиваются со сверхчеловеком, который сумел возвысить это мастерство до предела. В самом владении мечом нет ничего необычного. Но. Одним взмахом рассечь далекие небеса — это уже нечто исключительное. Если один выпад пронзает гору и оставляет после себя ущелье — это исключительное. Если один удар сверху вниз заставляет землю содрогнуться и уйти из-под ног — это, несомненно, та самая исключительность, что может соперничать с любым другим чудом. Технические уникальные способности особенно предрасположены к проявлению Расширенных способностей. Более того, они изначально на них ориентированы. Эйден поднял меч. Вскипевшая воля, его уникальность, перетекла в клинок. В следующий миг он нанес удар. Его уникальность расширилась. Острие меча едва коснулось пола, и следом за ним по арене пронеслась глубокая борозда разрушительного удара. ◆ ◆ ◆ Внутри всё горело. Внутренности скрутило от жуткой отдачи. — Кха... Эйдена мутило. Из его рта вырвались искры света, и он тяжело опустился на землю. Расширенная способность: Рассекающее Иай. То, что техническому типу проще достичь таких высот, не означало, что ими легко управлять. Эйден еще не умел применять эту технику свободно, а его тело с трудом выдерживало подобную нагрузку. Он не мог даже выровнять сбитое дыхание. Зрение затуманилось, а за пеленой поднявшейся пыли ничего не было видно. Вскоре пыль осела, и фокус немного восстановился. На полу тренировочной площадки зиял шрам, в который могли бы лечь в ряд несколько взрослых мужчин. Этот след тянулся до самой стены... до магического барьера. А прямо рядом с этой бороздой, целый и невредимый, стоял Ли Ха Юль. «Все-таки уклонился». Скорость была такой, что Эйден сам не смог бы за ней уследить. Он лишь издал горький смешок. У Эйдена был талант. Среди сверстников-пробужденных он, наряду с Атиллой, всегда выделялся. В академии он добился места в топе благодаря упорному труду. Но это не значило, что не было курсантов сильнее него. Та же Атилла училась лучше и в реальном бою была сильнее. И таких, как она, над ним было еще с десяток. И это только в одной академии. В других учебных заведениях сильных курсантов было еще больше, а если брать масштаб всего мира, их число росло в геометрической прогрессии. Да, у него был талант. Но тех, кто превосходил его, было великое множество. И всё же, обойдя их всех, Эйден стал курсантом Сиёлама. Этот вопрос не давал ему покоя. Вокруг столько людей, которые кажутся сильнее и талантливее, так почему выбрали именно его? — Я увидел потенциал в тебе, а не в них. Вот и всё, — отрезал профессор, рекомендовавший его. Что же такое талант? Учиться быстрее других? Постигать то, что недоступно остальным? Становиться сильнее за кратчайшие сроки? Даже поступив в Сиёлам и получая образование совершенно иного уровня, Эйден так и не нашел ответа. И в это время он встретил его — курсанта особого набора. Говорили, что даже здесь, в месте, где собраны гении всех мастей, этот парень обладает беспрецедентным потенциалом. Это вызывало недоумение. Все, кого Эйден встречал в Сиёламе, буквально сияли своим талантом. Он видел это с первого взгляда. Он умел это различать. Но в курсанте особого набора Эйден не видел ничего особенного. Чисто внешне тот казался очень хрупким. Небольшого роста, тонкие руки и ноги, полное отсутствие видимых мышц. Сначала Эйден подумал, что он маг, но запас маны у того был ничтожно мал. Его уникальная способность относилась к сенсорике... А в понимании Эйдена сенсорика — это навык поддержки, а не боя. Конечно, он понимал, что его оценка может быть ошибочной. Ему сказали, что этот парень стал сверхчеловеком всего месяц назад. Естественно, сейчас его уровень невелик, а потенциал еще не раскрыт. Но ему было любопытно. Что в нем такого? Что заставляет окружающих называть его исключительным даже среди такого скопления талантов? Эйдену с детства говорили, что действия у него опережают мысли. С одной стороны, это означало решительность и храбрость. С другой — безрассудство и неумение просчитывать последствия. Поэтому он и пошел напролом. Тогда он не особо задумывался, но позже, трезво всё оценив, понял, насколько это было глупо. Поединок, в котором победа не давала ничего, а поражение выставляло его идиотом. И в итоге его размазали. Это была позорная страница его биографии. Топ... топ... До его слуха донеслись шаги. Ли Ха Юль, который мгновение рассматривал кончиком сапога след на полу, сделал шаг вперед. Эйден проиграл. Магия исчерпана, тело не слушается. — Тц... Но просто сдаться сейчас было как-то унизительно. Всё-таки это дуэль, и он считал, что должен вылететь, получив удар мечом противника. С этой мыслью он попытался подняться и... — ...А? Он невольно моргнул. Ли Ха Юль поднял меч. Не так, как Эйден. Он держал его одной рукой, и из-за разницы в комплекции его стойка была иной. Но почему-то Эйдену показалось, будто он смотрит в зеркало. В этот момент над лезвием Ли Ха Юля вспыхнула аура. Бесцветная воля, не имеющая отношения ни к магии, ни к Ганги. Пробуждающаяся уникальность. Ощущение, будто стоишь перед зеркалом... — ...Что? — снова вырвалось у него. В голове Эйдена промелькнула невероятная догадка. Абсурдная мысль. Это было невозможно, ведь уникальность — это концепция, которую нельзя скопировать просто по желанию. Она потому и называется уникальностью, что отличает одного человека от другого. Даже если процесс схож, результат всегда индивидуален. Это обособленная, независимая сила. Разные концепции, которые невозможно разделить или передать. Так гласил здравый смысл Эйдена. Так его учили. Так считал весь мир. «Мастер на все руки». И... «Расширенная способность». Словно в насмешку над всеми законами логики, Ли Ха Юль опустил меч. «Мириады превращений: Рассекающее Иай». Воздух с воем рассекся, подняв шквалистый ветер. Рядом с уже существующей бороздой на полу пролегла новая, идеально параллельная первой. Ли Ха Юль высвободил меч, застрявший в конце свежего шрама на арене. Мастер на все руки. Уникальная способность универсального типа, которую можно отнести и к техническим. А значит, он способен достичь совершенства в любой области. Что ж, да здравствует Мастер на все руки. ---------- Отборочный турнир (3) На трибунах отборочного этапа обычно немноголюдно. Половина курсантов сами участвуют в турнире и не могут смотреть чужие выступления, а оставшаяся половина разбредается по разным секторам, так как множество матчей проходит одновременно. К тому же графики часто накладываются друг на друга, поэтому, за редким исключением, поединки проходят в довольно спокойной обстановке. Однако арена, где выступал Ли Ха Юль, стала тем самым исключением. Свободных мест почти не осталось. Несмотря на отсутствие посторонних зрителей, трибуны были забиты курсантами. — ...Это ведь была Расширенная способность? Благодаря такому ажиотажу недавний спарринг развернулся на глазах у множества свидетелей. Курсант, прихлебывавший напиток, осторожно заговорил — ему потребовалось время, чтобы собраться с мыслями. Сидевший рядом товарищ, пытаясь справиться с охватившим его смятением, ответил: — Да. Расширенная способность фехтовального типа. Похоже, это не какая-то известная школа, а его личная техника... В мире, где правят всевозможные сверхспособности, умение искусно владеть холодным оружием со стороны кажется довольно скромной уникальной способностью. Даже если в бою используются Гангче, Ганги и свойства маны, это впечатление никуда не исчезает. Впрочем, способности технического типа вовсе не презирают. Их истинная ценность раскрывается именно в Расширенных способностях. Суть не в том, чтобы просто крепко сжимать меч и умело им размахивать, а в самом искусстве фехтования, которое попирает законы физики. Там, внизу. Прямо на полу арены, где остался след от гигантского разреза. — Каким бы «техническим» он ни был, но использовать Расширенную способность так рано... Второй семестр еще даже не начался. Как его зовут... Эйден Рейнольдс? Из какой он фракции? Из группы углубленного уровня? — Нет. Я слышал, он не из семьи сверхлюдей, а из группы начального уровня. И оценки у него так себе, ниже среднего. Курсант, выразивший недоумение, озадаченно наклонил голову. У технического типа Расширенные способности проявляются сравнительно легче, чем у других. — ...Может, этот парень особенный? «Сравнительно легче» — не значит «просто». Пробуждение Расширенной способности само по себе задача не из легких. Даже для технического типа это серьезный рубеж. И то, что курсант, не окончивший даже первый семестр, уже вовсю применяет такую силу, казалось нелепостью. Было искренне жаль, что такой талант вылетел в первом же раунде отборочных. — Впрочем, после этого боя его акции резко взлетят. Говорят, он еще ни к кому не примкнул, так что теперь его завалят предложениями. Разумеется, слухи поползут уже сейчас, но покажи он такое в основном этапе турнира — эффект был бы куда мощнее. Кроме того... — Ну, не знаю... — протянул курсант и отвел взгляд. Он посмотрел на след от разреза... и на еще одну отметину, оставленную рядом. Это не был удар, нанесенный с одной стороны. Кто-то уклонился от яростной атаки, рассекающей землю, и тут же, без малейшей задержки, нанес точно такой же ответный удар. Даже воскрешая это в памяти, невозможно было поверить. Курсант даже невольно начал составлять магическую формулу развеивания, решив, что попал под действие иллюзии. — Не затмит ли его другой... Расширенная способность технического типа у первокурсника из начального уровня — случай, честно говоря, не такой уж беспрецедентный. Бывает, что потенциал раскрывается поздно или курсант особого набора внезапно расправляет крылья и взмывает ввысь. Но. По сравнению с новостью о том скандальном курсанте особого набора, который лишь мельком взглянул на взмах крыльев летящей птицы... в точности повторил его, взмыл следом и сбил её саму — по сравнению с этим любой другой успех казался блеклым. — ...Начинается. Спустя некоторое время начался следующий поединок. Перерыв был коротким, времени на восстановление сил почти не осталось. Такова специфика промежуточной аттестации: в череде идущих друг за другом матчей нужно уметь распределять и восстанавливать ресурсы. Вскоре Ли Ха Юль снова ступил на арену. На сцене стояли двое, но подавляющее большинство взглядов было приковано лишь к одному человеку. Отчасти из-за звания «льготника», прилипшего к нему с самого поступления. Отчасти из-за постоянных слухов о его стремительном росте и героических подвигах в Шихаллионе. И, конечно же, из-за того невероятного чуда, что он продемонстрировал в предыдущем бою. — Фу-ух... Такое внимание могло бы вызвать дискомфорт, но курсант, стоявший напротив, не считал это странным. Напротив, в воздухе витало ощущение, что так и должно быть. [Итак, начинаем оценку!] — ———, ———, ———... Однако соперник не собирался просто так признавать поражение. Его взгляд стал холодным, он сложил ладони в магической печати. Губы зашевелились, шепча слова. Заклинание, наполненное волей и маной, разнеслось вокруг. Печати и речитатив для настройки маны. Полы его одежды затрепетали. Высвобожденная мана, породив небольшой вихрь, сплелась в воздухе в магическую формулу. Вспышка! Один за другим возникли огненные сферы. Быстрая атака через упрощение формулы и скоростное чтение. Около десятка Огненных шаров одновременно сорвались с места. Красные росчерки прочертили воздух над ареной. Пока все взгляды были устремлены на Ли Ха Юля, стоявшего в точке приземления снарядов, тот просто раскрыл ладонь. В отличие от предыдущего боя, в его руках не было меча — тот мирно висел на поясе. У него не было двух рук, чтобы сложить печати, как у противника, и не было голоса, чтобы произнести заклинание. Ладони не сошлись вместе, и голос, исполненный воли, не прозвучал над ареной. Но. Вспышка! За его спиной возникли десятки огненных сгустков и устремились вперед. Огненные траектории, выпущенные с обеих сторон, наконец пересеклись. Грохот! Столкнувшиеся сферы взрывались одна за другой. Оглушительный шум ударил по ушам, а центр арены заволокло густым черным дымом. И тут же... Вспышка! Лицо противника исказилось: сквозь дым без малейшей задержки вылетели многочисленные Огненные шары. Бам! На стороне оппонента прогремела серия взрывов. — ...... Магия, проявленная без заклинаний и печатей. Большинство магов способны на это. В начале обучения это трудно, но со временем почти каждый осваивает этот навык. Однако мало кто использует его в активном бою. Нет причин не использовать руки и голос, если они у тебя есть. Скоростное чтение — преимущество бессловесной магии? На деле, сотворить заклинание с одним коротким словом и одной печатью куда быстрее и выгоднее. Непрерывные магические вспышки расцвечивали арену. Разнообразные траектории прорезали воздух, заклинания крушили пол, а в пустоте сталкивались и аннигилировали магические формулы. Бой был односторонним. Магия одной стороны буквально раздавливала магию другой. Снарядов было больше, а их мощь — значительно выше. Ли Ха Юль постепенно захватывал все пространство арены. Формулы, которыми противник пытался нейтрализовать атаки, разгадывались и разрушались в ответ. Размещение и проявление заклинаний было таким, словно Ха Юль видел все пространство насквозь. Точно так же, как недавно он подавил врага мечом, теперь он подавлял его магией. — ...Сенсорика, — пробормотала Ли Джиён, завороженно глядя на происходящее. Ее зеленые глаза следили за магическими формулами, то и дело заполнявшими воздух. Предельно четкие, эффективные... и при этом не застывшие, а текучие, готовые измениться в любой миг. — А? — отозвалась подруга на ее бормотание, но Джиён было не до нее. «...Сенсорика?» При поступлении говорили, что его уникальная способность — сенсорика. В прошлом бою он в одностороннем порядке загнал в угол курсанта с фехтовальной способностью и в точности скопировал его Расширенную способность. А сейчас он магией давит того, чья способность, скорее всего, связана с управлением маной или магическим сродством. К тому же в последнее время ходят слухи, что он от природы наделен близостью к духам пяти стихий. Физические данные, управление маной, уникальная способность, фехтование, магия, духи... Таланты, каждого из которых хватило бы, чтобы стать выдающимся бойцом, сосредоточились в одном человеке. Этот дар сиял. Его потенциал лучился ослепительным светом. Это был тот самый свет, который приковывает взгляды и заставляет людей восхищаться и сопереживать. Ли Джиён знала этот свет. Те, с кем она общалась с детства, были такими же. Этим светом обладала Хон Ёнхва, когда энергично носилась вокруг. Этим светом обладала Пэк Арин, всегда такая невинная, но полная озорства. И этого света никогда не было у неё самой, когда она находилась между ними. И теперь этот свет — или нечто еще более яркое — красовался на сцене, демонстрируя всем свое сияние. Джиён крепко сжала кулаки. — ........ Чувства захлестнули её. Она сама понимала, насколько это жалкое и вязкое чувство. ◆ ◆ ◆ Внезапно от самых кончиков пальцев ног поднялось головокружение. По ногам словно прошел электрический разряд, мышцы ослабли, и колени задрожали. «Тяжело...» Меня качнуло. Я попытался устоять, но, поняв, что сейчас рухну, оперся рукой о стену. Дыхание сбилось. Пришлось замереть, пытаясь отдышаться. Отборочные состояли из трех боев. В первом я сошелся с Эйденом, во втором — с курсантом магической специализации, в третьем — с бойцом, полагающимся на свою уникальную способность. Перерывы между матчами были короткими, поэтому сами поединки пролетели быстро. Но так как отборочные начались после полудня, сейчас на улице уже догорал закат. «Зря я, наверное, использовал Расширенную способность...» Расширенная способность «Мастера на все руки». «Тысяча перемен». Способность, получившая название за свою бесконечную изменчивость, проявилась во время тренировок с Учителем. Эффект — имитация техник и действий. Если точнее, копирование навыков в тех областях, где у «Мастера на все руки» накоплен достаточный Продвинутый уровень. Это была способность, идеально подходящая универсальному типу. «Похоже на Синхронизацию». Синхронизация копирует свойства маны и уникальные способности специального и стихийного типов. «Тысяча перемен» копирует техники и действия технического типа. Общее у них одно — имитация чужого, того, что мне не принадлежит. Очевидно, что при одновременном использовании они дадут невероятный синергетический эффект. Конечно, все зависит от моих возможностей... Но сейчас моих сил явно не хватило, и вот результат. «Ох...» Ноги окончательно перестали держать. Я просто привалился спиной к стене и сполз на пол. «И зачем я это сделал...» Расширенные способности технического типа обычно расходуют ментальную энергию. В отличие от других способностей, работающих на мане, технические — это все же область мастерства. Мана тоже тратится, но куда больше они высасывают душевных и ментальных сил. Я тяжело выдохнул и покачал головой. Пожалуй, это было лишним. Синхронизацию я изначально использовать не планировал. Ситуация не была настолько отчаянной, да и я не был уверен, что справлюсь с последствиями. Копирование уникальных способностей случалось и раньше, но такие случаи всегда были ограничены жесткими условиями. Более того, копирование способностей иного уровня, таких как Гэпхва или Чангэ, считалось в принципе невозможным. Синхронизация — совсем другое дело. При должном уровне мастерства я могу скопировать почти любой специальный или стихийный тип. И ресурсы для этого — только мои собственные ментальные силы и мана. Это открытие вызвало бы бурю похлеще, чем инцидент в Шихаллионе. Если бы Ассоциация не взяла информацию под контроль, мне бы уже не дали прохода... Но с «Тысячей перемен» все иначе. У технического типа Расширенные способности проявляются легче. Причин много, но главная, как я понимаю — простота формирования «уникальности». В самом массовом, фехтовальном типе, при всех различиях в деталях, основа одна — «владение мечом». Поэтому и Расширенные способности у них в корне похожи. Взмахнуть и разрубить. Уколоть и пронзить. Ударить мечом и сокрушить. Нанести один удар, который превращается в три. Запустить волну, разящую врага на расстоянии. Исказить траекторию выпада, игнорируя защиту. Или обрушить удар такой мощи, что он ломает блок вместе с оружием. Пути схожи, и результаты близки. Из-за этого обладатели технических способностей часто объединяются, чтобы вместе развивать свое искусство. Это и называют школами или кланами. В таких школах сверхлюдей принимают в ученики, обучают и направляют к пробуждению Расширенных способностей, наработанных поколениями. Яркий пример — «Три таланта меча», к которой принадлежит Кацуки Юсей. Это альянс трех фехтовальных школ, одна из крупнейших сил в Японии. С ними придется столкнуться, если развивать отношения с Юсеем. Так или иначе, порог копирования технических способностей гораздо ниже. Это, так сказать, в пределах допустимого. Я уже обсуждал это с Учителем, и мы пришли к выводу, что «Тысячу перемен» скрывать необязательно. Вот я и попробовал... Видимо, слишком переоценил свои ментальные силы. Шмыг «А?» В носу защекотало, и внезапно хлынула кровь. Я озадаченно вытер ее рукой. Тук-тук-тук В конце коридора послышались шаги. Вытирая кровь, я невольно вздрогнул. Полномочие наблюдения я отключил из-за головной боли, поэтому не видел, кто там. Но я узнал эти шаги. Походка, дыхание... и природа маны. Это был человек, которому я меньше всего хотел показываться в таком виде. Я в панике попытался подняться. Бам! «Ай...» Ослабевшие ноги подкосились, и я с грохотом повалился на пол. В тихом коридоре звук удара прозвучал пугающе громко. Шаги замерли на мгновение, а затем торопливо приблизились. — Ха... Ха Юль?! Человек, которому я не хотел показываться... Хон Ёнхва с пронзительным криком бросилась ко мне. *Тысяча перемен -> кажись на техники, а Синхронизация -> на всё магическое ---------- Том 1 Глава 112 Мрачные мысли — Хм-м. — Хм, хм... Хон Ёнхва была готова подхватить меня на руки и в мгновение ока донести до лазарета, едва ли не выбив там дверь, но мне удалось её уговорить ограничиться коротким отдыхом. — Ещё раз, хм. — Кхм... Мы находились в комнате отдыха, обставленной мягкими диванами и кроватями. Хон Ёнхва усадила меня на край постели и, одну за другой вытягивая салфетки, принялась аккуратно вытирать мне нос, убирая кровь из ноздрей. Её тон был немного смущающим, но мне было вовсе не неприятно, поэтому я послушно подставил лицо. — Правда? С тобой точно всё хорошо? Нельзя скрывать, если тебе больно, понимаешь? Обещай. [Правда] [Правда-правда] [Я в порядке] Я несколько раз кивнул. Я просто немного перенапрягся, отчего силы покинули меня. Ожерелье откровения подтвердило мою искренность, но тень беспокойства так и не покинула лицо Хон Ёнхва. То же самое касалось и её рук — в каждом прикосновении к моим щекам чувствовалась безграничная забота. Иногда мне казалось, что она слишком уж опекает меня, но, как ни странно, мне нравилось быть объектом такой тревоги. Нравилось, что её полные беспокойства глаза направлены на меня, нравилось слушать её ласковое бормотание и чувствовать нежные поглаживания... «У-у... как же это мрачно...» Даже мне самому мои мысли казались какими-то тёмными и неправильными. Я чувствовал вину перед Хон Ёнхва, которая переживала за меня из чистой доброй воли. — Вж-ж-ж... Внезапно сознание поплыло. Это было не то головокружение, что раньше. Ощущение было до боли знакомым. [Хочу спать] [Сонливость] [Мягкое одеяло] Смертельно хочется спать. Теперь, когда предварительный этап закончился, бдительность притупилась, и неодолимая дремота начала медленно подкрадываться ко мне. «Сколько дней я уже не спал?» Я не смыкал глаз с самой ночи перед промежуточной аттестацией, так что, получается, бодрствовал почти четверо суток? Пока я сдавал письменный экзамен или просто проходил подземелья, всё было нормально, но, видимо, яростный бой в отборочных выжал из меня последние соки. Сон навалился тяжёлым грузом... «Надо точно поспать...» Внезапно пришло пугающее осознание: я могу вырубиться прямо здесь, уткнувшись носом в пол. В принципе, ничего страшного, если я усну тут, но лучше всё-таки добраться до общежития. К тому же, мой первый противник в основном этапе был не из простых. [Турнирная сетка основного этапа (Группа А)] (1) Ли Ха Юль — Пэк Арин «Пэк Арин». Надо же было такому случиться, что первым же противником стала она. Честно говоря, результат предсказуем, но мне предстоял поединок с человеком, который уже сейчас владеет техникой Чангэ на высоком уровне. Стоит ли радоваться тому, что я смогу извлечь из этого боя ценный опыт?.. В любом случае, противник серьёзный, так что мне нужно привести себя в форму. Нужно поскорее вернуться в общежитие, выпить лекарство и лечь спать. С этой мыслью я попытался подняться. — ...Ха Юль. Если хочешь спать, можешь вздремнуть здесь. Но встать мне не дали. Хон Ёнхва, услышав голос ожерелья, сообщающий о моей сонливости, моргнула и внезапно притянула мою голову к своей груди. Мягкое и тёплое прикосновение коснулось моего лица. Тепло её тела, отчётливо передающееся даже сквозь одежду, окончательно затуманило мой разум. [Сплю] [Мягко] [Тепло] [Общежитие] «А... надо же в общежитие...» Пока я из последних сил пытался удержаться на грани бодрствования, Хон Ёнхва наклонилась к моему уху. — Всё хорошо. Спи здесь. Я ведь рядом. Хороший мальчик... Её вкрадчивый шепот убаюкивал. Нежное прикосновение к лицу и тепло её объятий настойчиво подталкивали меня в объятия сна. — Шурх... «Ик». Я вздрогнул. Что-то щекотно коснулось моего живота. Я с трудом сфокусировал восприятие и понял: Хон Ёнхва просунула руку мне под одежду и поглаживала кожу. «Чт... что...» Что происходит? Почему её рука у меня под одеждой? Я не мог этого понять. Пока в моей голове роились вопросы, её рука продолжала двигаться. — Шурх, шурх... «У-у-у... а-а-а...» Мягкая ладонь терла мой живот, делясь теплом. Там, где раньше была пустота, теперь разливался жар. Это было приятно и спокойно. Это ощущение не осталось только в животе, оно плавно разошлось по всему телу, словно я погрузился в ванну с тёплой водой. Рот невольно приоткрылся, дыхание стало прерывистым. — Вот так. Умница... Наш Ха Юль будет сладко-сладко спать? Мне было так уютно. Совсем не неприятно... Сознание, и без того готовое рухнуть, окончательно растаяло. «Раз сама Хон Ёнхва говорит, что всё в порядке... Тепло. Мне нравится, когда меня гладят по голове. Так мягко. Приятно чувствовать её тепло, приятно, когда меня баюкают. Мне так нравится, когда обо мне заботятся, когда за меня переживают... когда меня любят...» Глаза уже закрылись. К тому же тело, измотанное чередой поединков, требовало отдыха. Я ничего не мог с собой поделать. Под мерный стук по спине и поглаживания живота я окончательно погрузился в сон. ◆ ◆ ◆ — ...Ха Юль? Ты спишь? — вкрадчиво прошептала Хон Ёнхва ему на ухо. Ответа не последовало. Он лишь мирно сопел, уткнувшись лицом в её грудь. Его дыхание, сбившееся от поглаживаний, выровнялось. Уголки губ Хон Ёнхва дрогнули в улыбке. Затем она внезапно вздрогнула и быстро огляделась по сторонам. В комнате отдыха, где стояли кушетки и прочее оборудование, никого не было. Большинство курсантов всё ещё следили за турниром. Убедившись, что они одни, Хон Ёнхва осторожно приподняла Ли Ха Юля, устроив его поудобнее. Она похлопала его по ягодицам, поправляя позу, и чуть выше подтянула свои бедра, на которых он сидел. Теперь Ли Ха Юль оказался выше. Его волосы, источающие дурманящий аромат, были прямо у её носа. Его естественный запах и раньше был сильным, но сейчас, когда он вспотел после боя, аромат стал ещё гуще. — ....... Хон Ёнхва сглотнула и запустила руку в пространственный мешочек на поясе. Немного пошарив там, она извлекла прохладный стеклянный флакон. Изящный дизайн, а внутри — содержимое, похожее на частичку Млечного Пути. Это было высококачественное восстанавливающее зелье, приготовленное заранее. Оно стоило целое состояние, но эффект был гарантирован. Поскольку оно лишь восстанавливало силы, проблем с допинг-тестом перед основным этапом возникнуть не могло. Обычно Хон Ёнхва просто отдавала его Ли Ха Юлю в руки. Но каждый раз он отказывался, говоря, что ему неловко постоянно что-то принимать от неё. Поэтому ей приходилось вот так, улучив момент, когда он засыпал у неё в объятиях, вливать в него по флакону. — Чпок. Стоило вытащить пробку, как по комнате разлился освежающий аромат. Впрочем, даже он померк на фоне запаха самого Ли Ха Юля. Одной рукой она держала зелье, а пальцами другой осторожно коснулась его губ. — М-м... Сначала он плотно сжал губы, словно защищаясь от внешнего вмешательства, но после настойчивых и нежных прикосновений они начали медленно приоткрываться. Рот открылся. Это оказалось на удивление просто. Стоило пару раз коснуться, и его маленький ротик распахнулся, как автоматическая дверь. На лице Хон Ёнхва отразилась сложная гамма чувств. «Он совсем не умеет защищаться...» Так ей показалось, но, подумав ещё немного, она поняла, что это не совсем так. Несмотря на свою безобидную ауру, Ли Ха Юль всё же выстраивал вокруг себя психологический барьер. Просто этот барьер рушился перед немногими избранными. И одним из этих людей была Хон Ёнхва. — ...... Она наклонила флакон, прижимая его к розовым губам. — Глоть... Когда лекарство начало стекать внутрь, веки Ли Ха Юля мелко задрожали, но он послушно проглотил всё до капли. Хон Ёнхва облегчённо вздохнула. Она специально выбрала зелье со сладким вкусом, боясь, что он может его выплюнуть. Флакон опустел. Когда она убрала его, губы сомкнулись. — Пфу-у. Он сделал глубокий выдох и снова ровно задышал, зарываясь лицом в объятия Хон Ёнхва. — ...М-м. Хон Ёнхва снова запустила руку ему под одежду, поглаживая живот. Она не забывала передавать ему тепло Гэпхва. Это было не просто желание прикоснуться — она помогала лекарству быстрее распределиться по телу. Она снова огляделась. Никого. Убедившись в этом, она уткнулась носом в его волосы. — Вдох... Её ноздри трепетали, жадно впитывая аромат, исходящий от его волос. «Ох...» У неё закружилась голова. Этот запах было трудно описать словами. Она ощутила его ещё в Башне Роста, и с тех пор он время от времени дразнил её чувства, вызывая дикое влечение. Сладкий, как мед, от которого сводит челюсти, и в то же время свежий, как запах трав в лесу, полном жизненной силы... — Боже... ну просто пиздец... Хон Ёнхва была настолько пьяна этим ароматом, что не сдержала ругательство, которое при Ли Ха Юле никогда себе не позволяла. И в этот момент... [Не люблю ругательства] [Люблю Ёнхва] Крепко спящий Ли Ха Юль нахмурился и слегка покачал головой. Хон Ёнхва в испуге отстранилась, а ожерелье, звякнув, выдало очередную фразу. И снова тишина... — ...Ха Юль, ты проснулся? — спросила она, похлопывая его по спине. Реакции не последовало. Его дыхание снова стало ровным. Видимо, это было инстинктивное бормотание во сне. Уголки губ Хон Ёнхва дрогнули. Она мельком взглянула на украшение на его шее. Ожерелье откровения. Артефакт, подаренный Элией. Честно говоря, это её немного раздражало. Она сама подыскивала похожий артефакт и злилась, что её опередили. Но слушать сокровенные мысли Ли Ха Юля, которые он в обычном состоянии стыдливо скрывал, было чертовски приятно. Она прокрутила в голове слова, сказанные ожерельем. «Не люблю ругательства. Но Ёнхва всё равно люблю...» Это было невыносимо мило. Ей даже на мгновение показалось, что он на самом деле не спит, а просто дразнит её, виляя воображаемым хвостом. «...Это Ха Юль во всём виноват». Импульс усилился. Вязкое Гэпхва внутри неё заколыхалось. Это были мрачные фантазии, достойные стать топливом для её силы. Но она ничего не сделала. Подавляя грязные порывы, она лишь осторожно погладила его по голове. Она знала, что поддаться этим фантазиям сейчас — худший из возможных вариантов. — «Может, устроить вам помолвку?» В этом не было нужды. Она верила, что рано или поздно всё произойдет само собой, без всякого принуждения. И тогда она сможет окончательно отвадить ту бесстыжую бабу, которая сначала избила невинного ребенка, а потом навязалась ему в наставницы. До тех пор нужно просто потерпеть, а потом... она сможет делать с ним всё, что захочет, на вполне законных основаниях. Столько, сколько пожелает. — ...... Ли Ха Юль был слишком хрупким, он был тем, кого нужно защищать. Поэтому она должна крепко держать его в объятиях, оберегать от любых ран и заботиться о нём всю жизнь. Хон Ёнхва искренне так считала. Разве он не спит сейчас безмятежно в её руках? Это не принуждение, Ли Ха Юль сам этого хочет. Ему нравится жить в её объятиях, нравится принимать еду из её рук, нравится её забота. Значит, то, что она делает, не так уж и плохо. Оправдывая себя таким образом, Хон Ёнхва снова уткнулась носом в его волосы. — Тук. — ?! Услышав звук чего-то упавшего, она резко вскинула голову. Дверь была открыта. На полу валялся пластиковый пакет, а в проеме виднелись чьи-то ноги. Проклятье. Она слишком увлеклась. Запах меда вскружил ей голову, и она потеряла бдительность. Хон Ёнхва подняла взгляд. Она встретилась с парой зеленых глаз, которые дрожали, словно при землетрясении. Зеленые глаза. Каштановые волосы. Знакомые черты лица. Но бледность и дрожащие губы были ей в новинку. Ли Джиён. Второкурсница Сиёлама и наследница семьи Тэсан. В детстве, когда дети трех великих семей общались между собой, они были довольно близки, и Ёнхва даже называла её «сестрицей Джиён». В последнее время они почти не пересекались, и вот — встреча. — ...... Встреча была, мягко говоря, неудачной. Ли Джиён то открывала, то закрывала рот, явно не зная, что сказать. Хон Ёнхва быстро оценила ситуацию со стороны. Она сидит и прижимает к себе промокшего от пота спящего Ли Ха Юля, засунув руку ему под одежду и жадно вдыхая запах его волос... — Э-э... извини, что помешала. — ...Сестрица? Подожди. Дрожащие губы наконец выдали человеческую речь. Взгляд Ли Джиён, не находящий себе места, метнулся в сторону, она резко развернулась и бросилась прочь. Это было не обвинение. Это был побег. — Нет, нет! Эй! Подожди-и-и!.. Отчаянный крик Хон Ёнхва эхом разнесся по комнате отдыха. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (84 ▷ 85/100) «?» «Чувство долга» «Благодарность» «Тепло» «Вина» ... Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●○○○○○○○○ (21/100) «Наследница Тэсана» ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Турнир: Основной этап (1) Взошло солнце последнего дня промежуточной аттестации. Это означало, что сегодня наступил важный день — начало поединков в основной сетке турнира. Большинство курсантов, прошедших отбор, наверняка сейчас пребывали в крайнем напряжении, нанося последние штрихи в свои приготовления. Я тоже намеревался подготовиться как следует. Правда, вся моя подготовка заключалась лишь в том, чтобы наконец-то выспаться за те несколько дней, что я провел без сна. В итоге мне удалось сполна восполнить дефицит сил. В момент, когда сознание начало медленно всплывать из глубин сна, я почувствовал, что пронзительная головная боль почти исчезла. В своем прежнем мире я жил с ней постоянно, а здесь, из-за использования пространственного восприятия и Полномочий наблюдения и пространства, она стала моей вечной спутницей. Но сейчас боль заметно отступила. В теле ощущалась легкость. Когда я возвращался после отборочных, я чувствовал себя как губка, насквозь пропитанная водой, — тяжелым и обмякшим, — но сейчас почему-то был полон бодрости. А еще мне было очень тепло. Все тело словно окутало приятным жаром, и хотелось подольше оставаться в этом мягком коконе, ни о чем не думая. «...» Теплое, мягкое прикосновение... чей-то пристальный взгляд, направленный прямо в макушку, и энергия Гэпхва, передающаяся через тесный контакт... Мои веки дрогнули. Стараясь не сбивать дыхание, я активировал Полномочие наблюдения. И осознал, что на меня в упор смотрят алые глаза. ◆ ◆ ◆ Очнулся я в общежитии Хон Ёнхвы. Если быть точным — в ее постели... и в ее объятиях. Когда я понял, чей взгляд ощущал на себе, я на мгновение лишился дара речи. Казалось, часть памяти просто вырезали. Осторожно прощупывая образовавшуюся пустоту в воспоминаниях, я начал по крупицам восстанавливать события перед тем, как провалиться в забытье. Тело, свинцовое от усталости, и разум, изнуренный многодневной аттестацией. Сонливость, стремительно накатившая и лишившая воли. И объятия, принявшие меня, вместе с нежным, вкрадчивым голосом... — Проголодался? Давай поедим и пойдем. Меня еще немного похлопали по плечу, и в конечном итоге, после некоторых препирательств, мы оказались за обеденным столом. Времени было предостаточно. Даже с учетом того, что мой поединок стоял одним из первых, мы вполне могли позволить себе неспешный завтрак. Я не стал сопротивляться и послушно занял свое место. — Почему приборов только два? — Я уже поела, — ответила Эриэль. — Обычно мы едим вместе, почему не сегодня? — Дело в том, что госпожа по какой-то причине после пробуждения не выходила из комнаты и... — Довольно. Я поняла. Похоже, Эриэль уже позавтракала. Мы с Хон Ёнхвой сидели друг напротив друга. Эриэль замерла в ожидании за спиной своей госпожи. Стол выглядел привычно. Две пиалы с белым рисом и суп из ферментированной соевой пасты. Больше десятка разнообразных закусок и главное блюдо в центре — свинина в остром соусе, чжею-поккым. Если бы ко мне вернулись чувства вкуса и обоняния, от одного только вида этой трапезы у меня бы наверняка потекли слюнки. Я уже пробовал нечто подобное, когда они навещали меня в лазарете. — Я приготовила это, хотя мои навыки и оставляют желать лучшего, молодой господин. «Спасибо за угощение». «Госпожа Эриэль». Я вежливо поклонился в ответ на ее скромные слова. Как человек, который немного пробовал готовить сам, я искренне восхищался Эриэль, способной накрывать такой стол каждый день. После аварии, когда я был прикован к дому, я иногда пытался готовить. Ни обстоятельства, ни характер не позволяли мне разгуливать по округе в поисках вкусной еды. Поэтому от скуки я заказывал продукты и, прихрамывая, что-то мастерил на кухне. Я не учился этому профессионально — просто смотрел короткие ролики в сети и пытался повторить. Впрочем, со временем мне стало лень, и я перешел на доставку и полуфабрикаты. За это Цветочек частенько меня отчитывал. «...Эх». Мысли унеслись куда-то не туда. Я отогнал ненужные сожаления о прошлом и украдкой взглянул на Хон Ёнхву. Она что-то быстро набирала на голограмме. — ...... Пока я терпеливо ждал, она закончила дела, взяла палочки и подцепила кусочек свинины. Ам. Мясо тут же исчезло у нее во рту. Только когда я увидел, как ее щеки мерно задвигались, а затем последовал глоток, я сам взял ложку. Я прожевал небольшую порцию риса. Что-то странное ощущалось во рту. Сколько бы я ни жевал, привычной сладости риса не чувствовалось. «?» Проглотив еду, я наклонил голову, озадаченный странным послевкусием. Я пошевелил челюстью, прошелся языком по небу и щекам, коснулся зубов. «Что это?» Даже не знаю, как это назвать. Странное чувство, будто я что-то съел... или выпил, но на самом деле — нет. — Что такое, Ха Юль? — спросила Хон Ёнхва, подозрительно прищурившись. Эриэль, стоявшая позади, тоже устремила на меня внимательный взгляд, безмолвно спрашивая, не случилось ли чего. «Ничего особенного». Я еще мгновение прислушивался к своим ощущениям, но в итоге покачал головой. «Наверное, показалось». Как я мог что-то съесть во сне? Если только кто-то специально не запихнул мне это в рот, такое невозможно. Запив странное чувство глотком воды, я снова принялся за еду. ◆ ◆ ◆ Поединки основной сетки проходили на Первой арене, расположенной в самом центре Сиёлама. Эту арену открывали только для самых важных официальных мероприятий. Разумеется, финальный этап турнира относился именно к таким событиям. Когда мы с Хон Ёнхвой, позавтракав, добрались до места, я был поражен масштабами сооружения. Сама площадка для поединков в центре здания была в несколько раз больше тех, на которых проходили отборочные. И дело было не только в размерах. Активировав наблюдение, я увидел, что пол, стены и все конструкции буквально испещрены сложнейшими магическими формулами. Обычной атакой здесь не оставить и царапины, не то что в прошлый раз. Я не очень разбирался в подобных сооружениях, но на глаз трибуны могли вместить несколько десятков тысяч зрителей. — Как много людей... Администратор проводил меня в комнату ожидания — она была индивидуальной. Поскольку Хон Ёнхва тоже участвовала в финале, мы разошлись по своим местам. Вскоре, когда я сидел в кресле, настраиваясь на бой, в дверь постучали. В проеме показалась копна золотистых волос — это была Элия. Она посмотрела на трансляцию трибун и потрясенно выдохнула. Гул голосов доносился даже сюда. Как и сказала Элия, бесчисленные зрительские места были забиты до отказа. Настоящее столпотворение. Свободных кресел не осталось вовсе, и многим приходилось смотреть поединок стоя. Даже в коридорах за пределами комнаты ожидания чувствовалось присутствие огромного количества людей. «Элия, ты выбыла?» — Да, в третьем раунде попала на курсанта с боевой специализацией и проиграла. «Жаль». «Еще одна победа — и ты была бы в финале». — Обидно, конечно, но лично я довольна. Без помощи духа я бы и первые два боя не вытянула. Если взглянуть на список шестнадцати финалистов, там не было ни одного курсанта вспомогательной специализации. В основном — боевая специализация, и несколько человек с магической. В конце концов, дуэли один на один — не лучшая площадка для тех, кто выбрал вспомогательный или производственный путь. Тем ценнее были ее достижения: Элия, будучи «саппортом», смогла одолеть двоих противников, используя лишь свою магию, навыки и недавно изученную магию духов. Победи она в третьем раунде — и стала бы единственным представителем вспомогательной специализации в финале. — Я буду болеть за тебя на трибунах вместе с семьей. «С семьей?» Зрителей из числа курсантов было много — их легко узнать по форме. Те, кто не участвовал в турнире или выбыл, тоже заняли свои места. Но еще больше было приглашенных гостей. В отличие от курсантов, чья одежда была более-менее единообразной, внешние гости пестрели разнообразием нарядов. Здесь были герои и сверхчеловеки, пришедшие взглянуть на подрастающее поколение. Представители Кланов, выискивающие перспективных новичков. Или просто семьи курсантов, которым выпала редкая возможность посетить Сиёлам. — На самом деле... будет ли у тебя время после турнира? Мои родители очень хотят лично поблагодарить тебя... «Ох...» Честно говоря, это было немного обременительно, но отказывать сейчас было бы некрасиво. К тому же, я принял от нее Ожерелье откровения, так что идти на попятную было бы совсем нехорошо. Поколебавшись, я кивнул. Элия просияла и схватила меня за руки. — Спасибо! О, я буду изо всех сил болеть за тебя! Хотя твоя соперница — Арин, так что я буду поддерживать вас обоих. Хе-хе... Она неловко рассмеялась, а я покачал головой, давая понять, что это совершенно нормально. «На твоем месте я бы поступил так же». «Спасибо за поддержку». — Это тебе спасибо, что понимаешь. Время поджимало. Элия извинилась за то, что отвлекла меня, и направилась к выходу. — И все же. Уже в дверях она обернулась и снова заглянула в комнату. На ее лице играла смущенная, но искренняя улыбка. — Я желаю тебе, мой спаситель, самого лучшего результата. Дверь закрылась. В комнате ожидания снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь негромкой музыкой, призванной снять напряжение. «Самый лучший результат...» Честно говоря, я не рассчитывал на победу. Я понимал, что на данном этапе одолеть Пэк Арин или Хон Ёнхву будет крайне сложно. Пока я рос в геометрической прогрессии, другие курсанты тоже не сидели сложа руки. Особенно эти двое, которые уже при поступлении не уступали действующим героям. На самом деле, во всех предыдущих прохождениях игры на этом этапе победить их удавалось только Алмазному воину. Но у меня была другая цель. Для ее достижения мне не обязательно было побеждать, но было необходимо продемонстрировать свой уровень всему миру. Если я покажу здесь выдающееся мастерство... свой потенциал, со мной наверняка захотят связаться многие. В том числе и те организации, что в будущем станут причиной катастроф. «......» Сюжетные катастрофы из оригинала. Уже поздно поворачивать назад. Обладая знаниями и силой, которую я обрету в будущем, я не смогу простить себе, если просто сбегу. Я знаю, сколько людей погибнет в этих бедствиях. И я знаю, что есть те, кто встанет у них на пути. Сиёлам — это Колыбель, выпускающая героев, способных остановить катастрофы. Деньги, слава или личные мотивы — причины у всех разные. Но большинство выпускников становятся героями, сдерживая натиск подземелий и монстров. Это касается и Хон Ёнхвы, которая однажды возглавит клан Адского Пламени. И Пэк Арин, будущей главы клана Чангэ. И Элии, которая станет героем. Даже если не брать курсантов — мой учитель, Лиана, которая хоть и ушла в отставку, сохранила свою мощь. Так или иначе, все они будут втянуты в грядущие катастрофы. И принесет ли это «лучший результат»? Опираясь на память об оригинале, я представил будущее. Ни одного хорошего финала. «Я этого не хочу». Я мог сказать это твердо. Мне это претило. От одной мысли об этом подкатывала тошнота. Я не собирался мириться с таким исходом. Сама возможность подобного финала пугала меня больше, чем собственная смерть. А значит, я должен действовать. Уверенность? Ее не было. Я не склонен переоценивать себя. Но то, что я должен сделать, было предельно ясно. «Курсант особого набора. Полномочие наблюдения и Полномочие пространства». Казалось, кто-то ждет от меня именно этого. Курсант особого набора — статус, дарованный Владыкой Башни Роста. Полномочие наблюдения — сила, дарованная Башней Наблюдения. Полномочие пространства — сила, дарованная Башней Пространства. Возможно, это лишь домыслы, но разве они давали бы мне такие привилегии, если бы не видели во мне потенциал? Поэтому... «Я не должен убегать». Я не имею права оставаться в стороне. Я не могу забиться в угол, оправдываясь тем, что у меня ничего не выйдет. Даже без уверенности, даже без гарантий — я обязан бороться. И ради того, чтобы снять проклятие... и ради тех, кто мне дорог. Это не игра, где можно просто создать нового персонажа после смерти. Здесь нельзя действовать бездумно. Я знал это с самого начала. Но даже в игровых сценариях, где жизнь персонажа не ставилась во главу угла, всё заканчивалось крахом. Даже Алмазный воин, созданный из невероятных удач и совпадений, в итоге потерпел неудачу. Жизнь бесценна, но если я буду только и делать, что дрожать над ней, я проиграю всё. «На каникулах... придется снова отправиться в путь». Хотелось бы остаться в Колыбели подольше, но обстоятельства не позволяют. Нужно посетить родное поместье клана Адского Пламени вместе с Хон Ёнхвой, нужно найти скрытые части силы. И есть кое-что, что я должен найти и уничтожить как можно скорее. У-у-унг... [Внимание. Через несколько минут начнется первый поединок основной сетки турнира...] Сквозь музыку прорвался голос диктора. Турнир начинался. [Контакт: Учитель] ▶ Я: Пошел на поединок, скоро буду! ... «Хм...» Слишком официально. Я немного помедлил и добавил эмодзи. ▶ Я: (Эмодзи со щенком, который стоит на задних лапах и отдает честь) Этот щенок был очень похож на тот эмодзи, который я использовал в своем мире. Когда я впервые наткнулся на него здесь, на душе стало немного теплее. Отправив сообщение учителю, я поднялся с кресла. [...Курсант Ли Ха Юль. Курсант Пэк Арин. Просим вас завершить последние приготовления.] Первыми на арену должны были выйти мы с Пэк Арин. ---------- Турнир: Основной этап (2) На трибунах Первой арены, в секторе для почетных гостей, где расположились профессора и официальные лица, Атра пристально вглядывалась в парящую перед ней голограмму. ▶ Ли Ха Юль: Понял. (5 недель назад) ... ▶ Ли Ха Юль: Да, я скоро вернусь! (4 недели назад) ... ▶ Ли Ха Юль: Я выложусь на полную в финале! (Только что) ▶ Ли Ха Юль: (Эмодзи: щенок, стоящий на задних лапах и отдающий честь) (Только что) На голограмме была открыта история переписки с Ли Ха Юлем. Сообщение, пришедшее всего пару минут назад, и длинная лента прошлых диалогов, разворачивающаяся выше. Атра шевельнула пальцем. Просмотрела старые записи, затем снова вернулась к последним. Чем ниже она опускалась, тем заметнее менялся тон сообщений. Даже в тексте, лишенном голоса, отчетливо чувствовалась перемена. Если оценивать строго, то сухая, официальная манера речи смягчилась и стала более... живой. Атра невольно усмехнулась. Это не раздражало. Напротив, такие изменения не могли не радовать. По сравнению с тем временем, когда за его внешностью чувствовалась какая-то холодная дистанция, нынешнее поведение — это скрытое кокетство и детская непосредственность, которые он проявлял, будто невзначай, — вызывало у неё удовлетворение. При этом его нельзя было упрекнуть в небрежности к тренировкам. Он отдавался делу без остатка, стараясь выучить каждую мелочь и постичь всё самостоятельно. По-настоящему очаровательный ученик. Какой наставник не будет рад такому подопечному? Разве что тот, у кого совсем не в порядке с головой. Пока она предавалась этим мыслям, на соседнее кресло, до этого пустовавшее, тяжело опустился человек. — Ох... Смерти моей хочешь... Услышав этот изнуренный, едва живой голос, Атра скользнула взглядом в сторону. Длинные черные волосы, спадающие ниже талии, и зеленые глаза, виднеющиеся сквозь полуприкрытые веки. Даже не глядя на внешность, по одной лишь ауре можно было почувствовать колоссальный объем магической энергии. Это была Лиана Беллус. — Ты же говорила, что слишком занята и не сможешь прийти? Лиана была тем самым человеком, который сейчас буквально тонул в делах из-за промежуточной аттестации. Она — профессор, преподающий магию духов, направление, где и так катастрофически мало специалистов. Одного этого хватило бы, чтобы завалить её работой, но в этом году ей вдобавок поручили составление заданий и оценку курсантов. На неё обрушилось настоящее цунами из бумаг и обязанностей. Из-за этого она постоянно ныла, что не может приложиться к своей любимой выпивке. Среди всех знакомых Атры не было большего любителя выпить, чем Лиана. А тут — не то что несколько дней, она уже несколько недель не брала в рот ни капли. Стресс должен был зашкаливать. — Я не пью не из-за этого, — пробормотала Лиана, покачав головой. — ? Атра повернулась и вопросительно посмотрела на неё. В её взгляде читался немой вопрос: «А как же те сообщения, которые ты присылала каждые несколько дней, жалуясь, как сильно хочешь выпить?» Поняв её без слов, Лиана снова покачала головой. — Не из-за промежуточной аттестации. Я не пью из-за курсанта Ли Ха Юля. Атра, вздрогнув при упоминании этого имени, слегка наклонила голову. — ...Почему? — В смысле «почему»? Вы же сами видели. Его едва не выворачивает наизнанку даже от едва уловимого запаха спиртного. Атра нахмурилась. Тот день. День, когда она сама, еще ничего не знавшая о трагедиях его прошлого, получила тяжелейший шок... Аргумент был принят. Под впечатлением от того случая сама Атра с тех пор не притрагивалась к сигаретам. Даже для неё, занимавшей тогда позицию «я не собираюсь привязываться», это стало потрясением. А если подобное случится сейчас... Если Ли Ха Юль посмотрит на Атру с тем самым лицом, полным отвращения, и его начнет тошнить... «Уф...» От одной мысли об этом голова пошла кругом. Сердце будто сковало льдом, и оно готово было разлететься на тысячи осколков. В этот раз Атра могла бы и сама упасть в обморок вместе с ним. Причина временного отказа от алкоголя была ясна. Но оставались и неясности. Или, скорее, нечто, вызывающее легкое... недовольство? Атра искоса взглянула на Лиану, которая, жалуясь на усталость, потягивалась всем телом. — ...Раз это такой стресс, не проще ли просто выпить? — Если я выпью, курсант Ли Ха Юль меня возненавидит. А этого нельзя допустить. — Ну так пусть ненавидит, а ты пей. — Вы так легко об этом говорите... Ах. Лиана цокнула языком и вдруг, словно что-то вспомнив, воскликнула: — В свободное время после аттестации и до каникул я планирую вплотную заняться обучением Ли Ха Юля магии духов... Что скажете как его наставница? — Магия духов... Атра издала неопределенный звук. Она уже давно знала, что у Ли Ха Юля есть сродство к духам. И не просто посредственное, а аномально высокое практически ко всем стихиям. Это было утверждение Лианы, одной из немногих, кто достиг вершин в магии духов. С таким талантом было бы глупо не дать ему расцвести. Разве Ли Ха Юль — заурядность? Это ребенок с врожденным гением, способный мастерски овладеть и боевыми искусствами, и магией одновременно. Учиться — это правильно. Атра не была духоловом, но она не раз сражалась плечом к плечу с ними и против них, поэтому прекрасно понимала, насколько полезной может быть магия духов. Да, учиться необходимо. Безусловно, это так, но... — ...Полагаю, это пойдет ему на пользу. Почему же где-то в глубине души скреблось это неприятное чувство? [Внимание. Вскоре начнется первый поединок финального этапа турнира.] [Курсант Ли Ха Юль, курсант Пэк Арин. Просим обоих участников подняться на арену.] Пока Атра пребывала в смятении, снова раздался голос диктора. Обе женщины выпрямились и перевели взгляд на поле. Так поступили все официальные лица в ложе. Среди присутствующих не было никого, кто не ждал бы этого боя с нетерпением. То же самое происходило и на обычных трибунах. Курсанты и их семьи, наблюдающие за своими сверстниками и младшими товарищами. Представители индустрии, пришедшие оценить силу «ростков», которым предстоит вести за собой будущее поколение. Все взгляды были прикованы к центру арены, а точнее — к проходам по обеим её сторонам. ◆ ◆ ◆ После недолгого ожидания я, следуя объявлению, пошел по коридору. Тусклые светильники на потолке создавали контраст со светом, льющимся со стороны арены, отчего коридор казался особенно темным. Моя нога коснулась границы света и тени. Стоило мне переступить черту, нарисованную на полу... — О-о-о-о-о! Гул голосов, похожий на восторженный рев, обрушился на уши. В отборочных такого не было. От неожиданно мощной реакции толпы ноги на мгновение едва не одеревенели, но я заставил себя идти ровным шагом. Пока я пересекал арену, шум, заставляющий здание дрожать, не стихал. Мне даже не нужно было использовать Полномочие наблюдения. Хватало лишь части чувств, чтобы ощутить это. Потоки ветра, бьющие в тело, и бесчисленные взгляды, впивающиеся в меня почти физически. Шум в ушах был таким, что, не приглуши я слух, там бы уже стоял звон, а вибрация, идущая от пола, напоминала серию бесконечных подземных толчков. Внимание огромного количества людей было сосредоточено на мне. Среди них были мои однокурсники и старшекурсники, чьих лиц я еще не знал. Я заметил Эйдена, Атиллу... и Элию. Элия о чем-то переговаривалась с незнакомыми мне людьми, сидевшими по бокам от неё. На её коленях смирно сидел тот самый неразговорчивый ребенок, которого я встретил в Шихаллионе — Усу. Я слышал, что с ней всё в порядке, но увидеть её своими глазами здоровым и невредимым было облегчением. Судя по внешности сидящих рядом с Элией мужчины и женщины средних лет, это, вероятно, и была её семья, о которой она упоминала. Кроме них, были люди из Ассоциации, скауты частных кланов и журналисты, чьи глаза горели азартом в надежде выцепить хоть какую-то деталь для будущей статьи. Вся эта масса взглядов по-прежнему вызывала у меня лишь дискомфорт и неловкость. Будь сейчас начало семестра, у меня бы, наверное, сердце ушло в пятки. Но сейчас я уже более-менее привык, и лишних мыслей не возникало. Место для неловкости и волнения давно заняла предбоевая тишина. В бою эмоции — плохой помощник. Они могут помочь в пробуждении уникальной способности, но в самом сражении они только мешают. — Топ. Пока я настраивал свои чувства, на арену уверенным шагом поднялась та, чье присутствие я ощущал с самого начала. В её руке было зажато обычное тренировочное копье. Синие волосы, собранные в хвост, и лицо, озаренное мягкой улыбкой. Наследница клана Чангэ. Лучшая на первом курсе Сиёлама — Пэк Арин. Её появление вызвало новую волну ликования. Казалось, Пэк Арин ничуть не нервничала из-за этого грохота; она с улыбкой помахала трибунам. Она остановилась в самом центре. Мы встали друг против друга на приличном расстоянии. [Первый поединок финального этапа турнира. Начинаем обратный отсчет.] [60, 59, 58...] — 57! 56! 55! Когда бесстрастный голос, усиленный магией, разнесся по арене, зрители подхватили его и начали громко отсчитывать секунды. — Ха Юль. В тот момент, когда я проводил самую-самую последнюю проверку своего состояния, Пэк Арин, тоже проверявшая готовность, внезапно заговорила. — Вам не кажется, что просто проводить спарринг — это как-то скучновато? — ? Я наклонил голову, не понимая, к чему она клонит. Ожерелье откровения на мне сейчас не было. Заметив мою реакцию, Пэк Арин лучезарно улыбнулась и продолжила: — Ну, знаете, для подогрева воли к победе... давайте заключим небольшое пари. «Для подогрева воли к победе...» Скучно просто сражаться, так что давай поспорим. В этих словах не было ничего странного. Друзья часто спорят на исход поединка. Пэк Арин всё так же мягко улыбалась. На её лице, излучавшем сплошной позитив и доброту, нельзя было найти ни капли злого умысла. «Активация. Полномочие наблюдения». Я задействовал полномочие на пределе точности. Наблюдение. Означает созерцание и измерение явлений, состояний, тенденций и изменений. Я сузил область действия, повышая плотность сбора информации. Я «наблюдал» Пэк Арин. Изучал её улыбающееся лицо. ...Там, за этой «маской», скрывающей лицо. Я разглядел её истинный облик — безэмоциональное, холодное лицо, на котором не было ни тени чувств. «......» Обычно выражение «носить маску» не несет в себе ничего хорошего. Так называют интриганов, которые скрывают свои истинные намерения за ложью. Мое восприятие Пэк Арин тоже склонялось к образу интриганки. У неё был для этого и интеллект, и мудрость. Она знала, как насолить врагу без лишних усилий и как просчитать будущее, исходя из текущей ситуации. Всё её поведение со мной... было действиями под маской. Но в то же время в них чувствовалась какая-то искренность. В её поступках, когда она оказывала мне странные услуги и настойчиво пыталась сблизиться, ложь и правда будто сосуществовали. И это сбивало с толку. Короткое раздумье. Тем временем отсчет перевалил за тридцать. — Кивок. Я согласился. Пэк Арин расцвела в еще более яркой улыбке. — В такой дуэли темы для пари всегда одни и те же, верно? Как насчет простого права на желание? — Кивок. — Угу-угу! Вот и отлично! Я снова кивнул. Отсчет дошел до десяти. — 9! 8! Фу-ух... Выдохнув застоявшийся в легких воздух, я приготовился. — 7! Я принял боевую стойку, чтобы начать действовать в ту же секунду, как отсчет закончится. — 6! — Я скажу свое желание заранее, — вдруг бросила Пэк Арин. — 5! «Так внезапно?» — 4! Пока я размышлял, Пэк Арин, тоже принимая стойку, договорила: — 3! — Если я выиграю... — 2! Она сделала паузу, и её губы растянулись в предвкушающей ухмылке. — 1! — Я заберу один твой день, Ха Юль. «?» [Начало аттестации!] Многозначительная улыбка и тон. Крик зрителей, вторящий механическому голосу, объявившему начало. И мощная струя воды, выстрелившая мне прямо в лицо. «...!» Я резко дернул головой. Ква-а-ак! Струя воды, которая еще мгновение назад должна была снести мне голову, с грохотом врезалась в стену позади. Пэк Арин взмахнула рукой. Поток воды на мгновение дрогнул и, подобно гибкому хлысту, хлестнул по дуге. Я рванул с места. Струя пронеслась в считанных миллиметрах от тела, в щепки разнося пол и стены. Ква-га-гак! Под бешеным давлением защитный барьер, покрывающий стены, начал крошиться. Магическая энергия и формулы рассыпались искрами. На стене остались глубокие борозды. А ведь я думал, что эти стены почти невозможно повредить. — Ха-ха, раз уж я предупредила... конечно, я буду биться в полную силу! Ошеломленный, я начал разгонять ману. Пэк Арин, рассмеявшись, крепко перехватила копье обеими руками и занесла его над головой. Наконечник направлен вниз, руки совершают естественное движение к земле. Хрусть! Острие копья вошло в пол, как нож в масло. Древко погрузилось в камень почти наполовину. — Кап... Внезапно на торчащем древке выступили капли воды. Маленькие капли сбежали вниз и по наконечнику ушли в землю. И тут... — Всплеск! Из земли в том месте, где было вонзено копье, ударил фонтан лазурной воды. Лужа под ногами Пэк Арин образовалась в мгновение ока. Всего лишь небольшая лужица. Но я кожей почувствовал исходящую от неё неприкрытую угрозу. Явный выброс энергии воды. И стремительно растущая, подавляющая мощь... «Нет». Это движение было мне знакомо. Благодаря этому я понял, что это за техника. И именно поэтому я не мог не прийти в ужас. — Ква-р-р-р-р! Лужа взорвалась. Из земли, куда вошло копье, хлынул колоссальный объем воды, словно водопад, бьющий в обратную сторону. От капель — к луже. От лужи — к облику цунами, способного с легкостью поглотить нескольких человек. Уникальная способность: Чангэ. Расширенная способность. «Цунами». Земля под моими ногами погрузилась в густую тень. И следом за этой тенью на меня обрушилось всепоглощающее лазурное цунами. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●○○○○○ (56 ▷ 57/100) 「Симпатия」 「Сомнение」 「Замешательство」 「Догадка」 「Так нечестно」 ---------- Турнир: Основной этап (3) Зачастую вода не кажется чем-то по-настоящему угрожающим. Возможно, дело в том, что мы сталкиваемся с ней слишком часто, и в повседневности она безобидна. Мы пьем её большими глотками, когда мучит жажда, или без раздумий выливаем на голову, когда хотим смыть дневную усталость. Из-за этой привычки вода как стихия долго не воспринималась мной как нечто опасное. Мало кто проявляет осторожность, имея дело с тем, что употребляет ежедневно. Однако разумом я понимал. Стихия воды... Среди явлений, порожденных ею, достаточно тех, что способны с легкостью оборвать человеческую жизнь. «Нет». Энергия воды, липко прилегающая к коже. Тяжелый, влажный воздух. Выброс маны и уникальности, а затем — яростная волна, вырвавшаяся из земли в том месте, где вонзилось острие копья. Просторная арена окрашивалась в иссиня-черные тона. Тени ложились на пол, погружая всё вокруг во мрак. Огромная волна прокатилась по поверхности, и сцена, центром которой стала Пэк Арин, начала постепенно уходить под воду. Поток неумолимо наступал. Арена, размером превосходящая несколько футбольных полей, окрашивалась в лазурь. «Ну...» Глядя на это, я мысленно вскрикнул. «Ну как же подло!..» Подло. И коварно. Именно такие чувства я испытывал. Прямо перед началом поединка она сбила мой настрой странными словами, а едва прозвучал сигнал — нанесла внезапный удар. Но и этого ей было мало: прежде чем я успел прийти в себя, она применила расширенную способность. Шокирующее развитие событий во всех смыслах. Дрожа от странного чувства предательства, я в то же время где-то в глубине души признавал: это вполне в духе Пэк Арин. Её двойственная натура — мягкая и живая снаружи, но холодная и решительная внутри. — Вш-ш-шух! Несмотря на замешательство, мой слух, обостренный до предела, уловил шум воды. Едва осознав движение синей линии, пересекающей зону обзора, я оттолкнулся от земли. Струя воды прошила то место, где я стоял мгновение назад. Я изгибался, уклоняясь от хлестких лазурных нитей, свистящих в воздухе. — Вжик! Синие струи прорезали пол и разом прошлись по стенам. Грохот! Вибрация, словно бьющая по барабанным перепонкам... Следом за ней раздался резкий скрежет разрезаемого камня и грохот, от которого у меня дрогнули уголки губ. Пол и стены арены были невероятно прочными. Материал с высокой износостойкостью был дополнительно укреплен несколькими слоями защитной магии. Холодный пот скатился по спине, когда я увидел отчетливые разрезы, тянущиеся от пола к стенам. Это были не те струи воды, что льются из душа. Их даже сравнивать не стоило. Мощь, сопоставимая с гидроабразивной резкой. А если честно — куда более сокрушительная. Заметив, что я уклонился, Пэк Арин присвистнула и небрежно взмахнула рукой. Повинуясь её жесту, в воздухе всплыли водяные капли. Размером с человеческую голову, они забурлили, а затем — вж-жух! — выстрелили мощными струями. «Ц-ц». Цокнув языком, я мгновенно разогнал ману. Энергия, разошедшаяся по всему телу, активировала Гангче, а мана, окутавшая кожу, превратилась в плотную Ганги. Бам! Оттолкнувшись от земли, я нырнул под летящую струю. Вода задела кончики волос, но я уже проскочил мимо, устремляясь вперед. Я избежал одного удара. Но за спиной Пэк Арин парили огромные капли. И их было много. Из десятка водяных сфер вырвалось столько же струй, полосуя пространство. Они двигались не только по прямой. Струи изгибались, словно гибкие хлысты, кромсая арену на куски. Три струи ударили одна за другой. За ними последовали остальные. Глядя на воду, с леденящим душу свистом рассекающую воздух, я без малейших колебаний рванул вперед. «Полномочие наблюдения». Я не воспринимал мир глазами. Я просто собирал информацию об окружении, анализировал её и действовал соответственно. Я наблюдал за траекториями водяных струй. Предсказывал их изменения. На основе полученных данных рассчитывал следующее движение. Дело привычное. Тело двигалось в точном соответствии с расчетами. Мои возросшие характеристики позволяли мгновенно исполнять команды разума. Я изворачивался и пригибался — струи проходили в волоске от меня. Траектории, от которых невозможно было уклониться, я принимал на Ганги, пропуская удар по касательной. Напор воды был впечатляющим, но не настолько мощным, чтобы мгновенно пробить мою защиту. Очередной рывок. Дистанция между нами сократилась. «Пол». Я ни на миг не ослаблял бдительность. Я следил за землей под ногами... точнее, за водой, которая постепенно заполняла арену. Уникальные способности стихийного типа сильно зависят от окружающей среды. Они обретают огромную силу в местах, где концентрация их родной энергии велика, и, наоборот, теряют в мощности, если вокруг преобладает чуждая стихия. Расширенная способность. Цунами. Техника клана Чангэ, сосредоточенная на захвате пространства. Из места, куда вонзилось копье, всё еще хлестали потоки маны. Не считаясь ни с чем, окружающее пространство с высокой плотностью магии постепенно пропитывалось энергией воды. Чем больше времени проходило, тем выгоднее становилась обстановка для Пэк Арин. У меня не было навыков, способных полностью изменить ландшафт. «Сблизиться». Однако с момента активации расширенной способности прошло не так много времени. Она еще не проявилась в полную силу. Пока что уровень был приемлемым. А значит, сейчас — самый подходящий момент для ближнего боя. С этой мыслью я сокращал дистанцию, не забывая поглядывать на воду под ногами. С её уровнем контроля стихии вода под моими подошвами могла в любой миг превратиться в мириады острых кольев. «...?» Почему-то вода под ногами не вздыбилась. Пэк Арин со странной улыбкой позволила мне подойти. Расстояние сократилось. Отбросив сомнения, я сжал кулак и отвел его назад для замаха. Грохот! Мана закружилась вокруг кулака. Ганги, ставшая еще плотнее и яростнее, чем прежде, дико запульсировала. Пэк Арин, стоявшая передо мной, тоже отвела руку. Мана энергии воды превратилась в Ганги и окутала её предплечье. Всё было идентично. И тогда... Ганги пришла в движение, закручиваясь спиралью вокруг её локтя. «?» Лазурная Ганги, напоминающая чистую морскую воду и ясное небо, последовательно обвила локоть, предплечье и запястье. Я нанес удар. Пэк Арин ответила не кулаком, а раскрытой ладонью. — Первая ладонь. После тихого шепота закрученная Ганги вырвалась вперед, словно попав в стремительное течение. Гр-р-рохот! Бурлящий поток преградил путь моему кулаку. Давление, передавшееся на руку, было запредельным. Мой локоть согнулся. Напор усиливался. Стремительный поток превратился в водоворот, отталкивающий мой кулак. Моя Ганги начала стираться. Я мог выдержать это, но не мог продавить. Мгновенно приняв решение, я извернулся и разорвал контакт. Бам! С грохотом моё тело подбросило в воздух. Не сопротивляясь этой силе, я поддался ей и отлетел по диагонали. Рука, проигравшая в столкновении сил, отозвалась ноющей болью. Бур-р-р! Место, где я только что стоял, давно поглотил водоворот. Продолжая неистово вращаться, он пронесся дальше и затих, лишь врезавшись в стену арены. Водоворот потерял форму и растекся. Поверхность пола и стены, по которым он прошелся, выглядели так, будто их обработали гигантской фрезой. «Ладонь Вихря Водной Души». Техника, которую в оригинале использовали лишь немногие члены клана Чангэ, включая саму Пэк Арин. Это боевое искусство было создано для того, чтобы использовать энергию воды, изначально предназначенную для поддержки и исцеления, в прямом сражении. Я знал об этом. Знал, что Пэк Арин владеет ею — я видел это в игре, когда грабил сокровищницу клана Чангэ. «Но зачем?» Меня терзали сомнения. Чувство легкого диссонанса, возникшее в начале боя, только усилилось. В том, что Пэк Арин использует эту технику, не было ничего странного, но я не понимал, зачем она делает это именно сейчас. Ладонь Вихря Водной Души — крайне полезный навык для тех, кто специализируется на энергии воды. Однако... Пэк Арин, имеющая сродство не только к воде, но и к энергии холода, редко нуждалась в этой технике. То же самое было и в начале. Хоть её атаки и заставили меня понервничать, причина, по которой она начала бой с обстрела водой под высоким давлением, оставалась неясной. И то, что она позволила мне подойти, и то, что ответила именно Ладонью Вихря... Используй она энергию холода для первой атаки, угроза была бы куда серьезнее. «Не понимаю». Неужели атаки водой дают ей какое-то преимущество в дальнейшем? По крайней мере, Пэк Арин из оригинала никогда не вела бой в такой манере. Я не понимал её замысла. Но и стоять столбом не собирался. — Фу-у... Я тяжело выдохнул и снова вдохнул. Воздух был влажным. Чувствовалось, что в нем уже растворилось огромное количество энергии воды. «М-да...» Земля, в которую вонзилось копье, всё еще источала воду, словно там открылся родник, и большая часть арены уже была затоплена. Вода добралась даже сюда, хотя я значительно разорвал дистанцию. Распространение шло быстрее, чем я ожидал. Еще немного, и уровень поднимется не то что по лодыжку — я могу уйти под воду целиком. К тому же, если вся эта масса воды будет использована для атаки или заморожена, у меня возникнут серьезные проблемы. Для того, кто не управляет энергией воды, это крайне невыгодная среда. «В таком случае...» Оценив обстановку, я обратился к ядру. Я извлек значительный объем маны и распределил его по всему телу. Я не стал укреплять Гангче. Мана просто текла по моим каналам. В это время Пэк Арин просто наблюдала за мной издалека. Эта её едва заметная улыбка, странное поведение, необычные приемы... Она была человеком, которого невозможно прочесть. «Расширенная способность». Цокнув языком, я начал манипулировать маной. «Синхронизация». В Башне Роста я неосознанно скопировал Адское Пламя. В Шихаллионе я имитировал Чангэ и Белую Ночь. После выписки, вернувшись в Сиёлам, я проводил различные тесты и разбирался в своих силах. И выяснил очевидную вещь: я могу копировать не только Адское Пламя, Чангэ и Белую Ночь. Бум! Сердце пропустило удар. Тонкая нить уникальности, исходящая из ядра, окутала моё тело. Всё изменилось. Поверх моей сути легла имитация. Мана, заполнявшая тело, всколыхнулась. Ганги, окутывавшая меня, задрожала вместе с ней. Подобно факелу на ветру, она нестабильно мерцала какое-то время, а затем обрела четкую форму, вспыхнув ярко-синим светом. — Плеск. Раздался звук воды. Волна, добравшаяся до края арены, наконец накрыла мои лодыжки. И в этот миг... Моя Ганги, окрасившаяся в глубокий лазурный цвет и впитавшая «энергию воды», поглотила её. Пусть это и не дало огромного прироста, но Ганги едва заметно расширилась. — ... — Кап, кап, кап. С кончиков моих волос сорвались капли. Расширенная способность, Синхронизация. «Водный поток». Имитировать технику Чангэ в открытую было бы слишком подозрительно. С последствиями такого разоблачения я бы не справился. Но нет никаких причин, по которым я не мог бы использовать саму стихию воды. Манипулируя маной, можно управлять энергией воды. Можно использовать магию Водного потока, стихийные техники или даже призывать духов воды. «Если ты не управляешь водой, среда выгодна противнику». Значит, мне просто нужно тоже начать ею управлять. Успокоив дыхание, я с силой оттолкнулся от земли. Пэк Арин, чьи глаза расширились от удивления, снова отвела руку. Её предплечье вновь обвили струи воды. Одновременно с этим за её спиной всплыло множество водяных сфер, одна за другой выстреливающих мощными потоками. Ладонь Вихря Водной Души. И сферы, которые, если я правильно помню, называются Сферами Водного Зеркала. Я уклонялся от летящих и хлещущих струй. На этот раз вода била не только из сфер, но и прямо из-под ног. Благодаря Полномочию наблюдения я легко считывал предвестники атак. Тело слушалось безукоризненно. Уворачиваться было просто. — Пш-ш-их! Иногда струи задевали меня или попадали в цель, но, так как моя Ганги теперь была напитана энергией воды, урон был куда меньше, чем раньше. Уклоняясь от хаотичных атак и отражая их, я сокращал дистанцию. Мы снова оказались близко. Ситуация почти повторилась. Я, как и она мгновение назад, отвел руку назад. Запустил ману. Точно так же. Вспыхнула Ганги. Идентично. И... Гр-р-рохот! Ганги на моей руке пришла в движение. Она обвила локоть, словно змея, сворачивающаяся кольцами. «Ладонь Вихря Водной Души». Я ударил раскрытой ладонью навстречу её удару. Два водоворота столкнулись в центре, взрываясь брызгами. — Гр-р-рохохот! Яростные потоки и вихри сплелись, пытаясь поглотить друг друга. Я сопротивлялся изо всех сил, но... ожидаемо начал отступать. Я резко вывернул запястье. Изменил траекторию в тот самый миг, когда мой вихрь готов был развеяться. Водоворот Пэк Арин пронесся вплотную со мной. Моя стойка сбилась. Не упуская момента, Сферы Водного Зеркала Пэк Арин выпустили залп. Шесть струй. Действуя на основе данных наблюдения, я начал движение. От трех уклонился. Две принял на Ганги по касательной. Последняя неслась прямо мне в переносицу. Я даже не шелохнулся. За мгновение до того, как струя должна была врезаться в лицо... — Пах! Её сбило в воздухе встречным потоком, выпущенным у меня из-за спины. Лицо обдало мириадами брызг. За моей спиной парила водяная сфера, размером чуть меньше человеческой головы. Ладонь Вихря Водной Души и Сферы Водного Зеркала. Даже не будучи выходцем из Чангэ, я мог скопировать их принцип работы. Недостаточно продвинутого уровня? Будем честны, когда это меня останавливало? И чем отступать из-за неопытности, лучше броситься в бой и учиться на ходу. Тем более что прямо передо мной стоял идеальный учитель по магии воды и холода. А Пэк Арин, взявшая на себя роль этого учителя... — Хе-хе. Улыбнулась еще шире. Словно оставшись довольной, она кивнула и снова привела энергию воды в движение. Водные потоки, напоминающие змей, обвили её предплечья, а парящие сзади сферы задрожали, готовясь к атаке. Вода, заполнившая пол, тоже завибрировала в унисон. Похоже, она собиралась всерьез использовать всё затопленное пространство. Искусство Чангэ... Точнее, невероятно быстрое и точное управление стихией, вызывающее невольное восхищение. «...» Но почему-то мне, наблюдавшему за этим через Полномочие... Весь этот процесс казался настолько детальным, словно мне специально показывали, как нужно делать. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Сродство с маной» растет] [Уникальная способность «Мастер на все руки» растет] ---------- Том 1 Глава 116 Сиёлам. Учебное заведение, основанное Нериэль Клайдией — в годы расцвета известной как Безмолвный маг, а ныне именуемой Владыкой Башни Роста. Это лучшая в мире организация по подготовке сверхлюдей, не имеющая равных. Место, куда страстно мечтает попасть каждый юный талант на планете. И именно здесь появился курсант, которому по воле Ректора были предоставлены вопиющие привилегии. Курсант особого набора. За последние сто двадцать лет не было ни одного подобного случая. Эту должность считали лишь красивой картинкой, созданной для того, чтобы подстегнуть рвение остальных к учебе. Но теперь человек, занявший это место, явился во плоти. Первый в истории Сиёлама. Курсант, на которого, по официальному заявлению, Владыка Башни возлагает особые надежды. Неудивительно, что мир пришел в волнение. Имя «Ли Ха Юль» разнеслось повсюду. Курсант особого набора — Ли Ха Юль. А следом за именем тянулся шлейф характеристик: слепой, немой, со слабым телом, сирота, чья уникальная способность относится к типу сенсорика. Глаза не видят, голос заперт. Тело, которое должно двигаться, немощно, а сама способность не приспособлена для боя. Это были вовсе не те качества, которыми должен обладать герой, закрывающий подземелья и сражающийся с монстрами. Вполне естественно, что за этим последовало недоверие. [Шотландия, Шихаллион. Серия прорывов подземелий. Бедствие, обрушившееся без предупреждения.] [Администрация Шотландии: «В настоящее время оцениваются масштабы и охват». Объявлено чрезвычайное положение.] [Брешь в стене катастрофы. Герой, спасший город — курсант Сиёлама?] Сомнения не утихали, но Ли Ха Юль раз за разом доказывал свою состоятельность. До Сиёлама доходили слухи о его гладких, но при этом поразительных успехах, а до мирных жителей — вести о героических деяниях в Шихаллионе. Люди слышали новости, но мало кто видел всё своими глазами. Лишь скупые строчки статей и короткие, размытые видеоролики, обрезанные ради защиты личных данных курсанта. Этого хватало для подтверждения квалификации, но немногих скептиков всё же не убеждало. А были и те, кто просто еще не прочувствовал масштаб его силы на себе. — С ума сойти... — пробормотал один из таких скептиков. Сидящие рядом услышали его шепот, но не нашли что ответить. Они думали о том же. Арена, где проходил поединок, располагалась значительно ниже зрительских трибун. Высота была такой, что даже три-четыре взрослых человека, встав друг другу на плечи, едва ли дотянулись бы до края. Грохот! Нахлынула волна. Ее мощи с лихвой хватило бы, чтобы поглотить нескольких человек, но она разбилась о защитный барьер. Зрители в первом ряду в ужасе отпрянули, когда вода взметнулась прямо перед их лицами. Сцена заполнилась лазурью, словно от цунами. Пола не было видно — арена давно превратилась в бушующее море. В самом центре этой пучины столкнулись две фигуры. Разразился мощный водоворот. Волны разлетались в клочья, брызги летели во все стороны, а ударная волна сотрясала водную толщу. Столкнувшиеся потоки гасили друг друга и рассыпались, но лишь для того, чтобы породить новые вихри, которые вновь и вновь вступали в противоборство. — Ого... — Да что это вообще такое... Все сидели с разинутыми ртами. Лазурь, разлившаяся под ногами, яростный напор волн, готовых вот-вот захлестнуть трибуны, и водовороты, способные в мгновение ока перемолоть кости обычного человека, — всё это глубоко врезалось в память каждого присутствующего. На арене вели ожесточенный бой двое. Пэк Арин. Наследница клана Чангэ. Будущий лидер поколения, чьи достижения уже подтверждали ее статус. Об этом знали все. Могущество клана Чангэ и информация о его преемнице периодически мелькали даже в эфире центральных новостей. Но сведения о ее противнике... о Ли Ха Юле... были крайне скудны. Большинство присутствующих не имели представления о его истинном потенциале и мастерстве. Многие пришли сюда именно для того, чтобы воочию увидеть его силу. В итоге их цель была достигнута. Когда весть о сегодняшней оценке разлетится, последние крупицы сомнений исчезнут даже у самых закоренелых скептиков. ◆ ◆ ◆ «Ох...» Я не мог сдержать восхищения. Рот невольно приоткрылся, готовый исторгнуть возглас изумления. Может, это слишком простое описание? Пэк Арин перебирала в уме слова. Восхищение? Удивление? Шок? Удовлетворение? Крохотная надежда? Жажда? Чувства переплелись так тесно, что их было трудно разделить. Да и не было в этом нужды. Всё это вместе и составляло ее нынешнее состояние. Пэк Арин с сияющей улыбкой смотрела вперед. Арена давно превратилась в море, заполненное водой. Расширенная способность: Цунами. Пользователи стихий зависят от окружающей среды. Чтобы исправить это, существует расширенная способность, меняющая само окружение в пользу владельца. Она поглощает неимоверное количество маны... но для Пэк Арин, обладающей колоссальным запасом энергии от рождения и поглощающей эликсиры как обычную еду, такие траты были вполне допустимы. Поскольку это была ее стихия, Пэк Арин легко стояла на поверхности воды. Бам! Но на воде стояла не она одна. На небольшом расстоянии виднелся хрупкий силуэт, стремительно несущийся сквозь разбивающиеся волны. Фигуру окутывала колеблющаяся аура — Ганги, окрашенная в явный синий цвет, поглощала и отталкивала воду, сокращая дистанцию. Буль-буль... За спиной Пэк Арин всплыли Сферы водного зеркала. Раньше их было едва ли десяток, теперь же число перевалило за пятьдесят. Свист! Десятки струй прошили воздух. Звук разрываемого ветра был совсем иным, чем прежде. Она не только увеличила мощность, но и подмешала в воду частицы льда — одной Ганги против такого не выстоять. Вспышка! Струи ударили и с противоположной стороны. Это Ли Ха Юль ответил давлением воды из своих сфер. Их было всего около двадцати. Мощность ниже, количество меньше. Все атаки ими не отразить. Даже с Ганги, наполненной энергией воды, принять такой удар было бы тяжело. На первый взгляд казалось, что в этом размене Пэк Арин одержит сокрушительную победу. Грохот! Но это только на первый взгляд. За спиной Ли Ха Юля, в промежутках между двадцатью сферами, разлилась мана, сплетаясь в сложнейшие магические формулы. Параллельное чтение — использование магии прямо во время боя. Высокоскоростное чтение — для применения заклинаний в пылу схватки. Множественное чтение — активация не одного, а сразу нескольких заклинаний. И всё это сопровождалось плотными, замысловатыми формулами, защищенными от взлома или сбоев. Развернулась феерия атакующей магии — от низшего до средне-низшего ранга. Десятки водяных струй столкнулись в воздухе с ответным потоком и бесчисленными заклинаниями. Грохот! Вздымающиеся волны рассыпались вдребезги, не выдержав столкновения. Не упуская момента, Ли Ха Юль рванул вперед, отталкиваясь от воды. Пэк Арин щелкнула пальцами. Хруст! Море под ногами Ли Ха Юля мгновенно сковало льдом. Переход от энергии воды к энергии холода занял лишь мгновение. Лед вцепился в лодыжки юноши, и тут же выросли ледяные шипы, готовые разорвать его плоть. Бам! Раздался взрыв. Заклинание средне-низшего ранга «Ударная волна», вспыхнувшее у ног Ха Юля, разнесло оковы в пыль. Вспыхнуло пламя! Огненные пики в воздухе столкнулись с ледяными шипами, бьющими снизу. Лед не растаял полностью, но острия затупились и не смогли удержать Ли Ха Юля. «Как же пестро», — подумала Пэк Арин, глядя на Ха Юля, который после секундной заминки снова бросился в атаку. Красный. Духи огня, кружащие вокруг него, вызывали пламя, испаряя воду и плавя лед. Зеленый. Духи ветра за спиной создавали потоки воздуха, ускоряя его движения. Синий. Дух воды у ног помогал стоять на поверхности и усмирял ярость волн и водяных струй. Коричневый. Дух земли, скользящий по дну арены, подавлял избыточную энергию воды в море, которое стало слишком глубоким, и порой воздвигал преграды, блокируя атаки. Духи огня, воды, ветра и земли. Они не участвовали в бою напрямую, но оказывали косвенную поддержку, облегчая каждое движение. Духа молнии не было. Видимо, из-за обилия воды управлять им было слишком трудно, и он решил воздержаться? — Ха... — Пэк Арин невольно усмехнулась. Сколько же у него талантов. Умелое использование магии духов, где всё решает врожденный дар. Способность с ходу копировать чужие расширенные способности и имитировать боевые техники клана Чангэ. Сложные и стремительные магические формулы, в которых невозможно найти брешь. И всё это становилось возможным благодаря... ненормальному уровню контроля маны. А еще уникальная способность типа сенсорика, дающая всевидящий взор, несмотря на закрытые глаза. «Мастер на все руки». Раньше Пэк Арин часто слышала это в свой адрес, а теперь сама так называла другого. Даже забавно. Нет, ей просто было очень весело. Крохотная надежда, что теплилась в душе, словно начала расти. И особенно вот это. Вид того, как дух огня плавит лед, был ей невероятно приятен. Пэк Арин улыбнулась и подняла копье. Оружие, выкованное из чистейшего льда. На ощупь оно было холодным и вызывало привычное отвращение. Она выплеснула ману из ядра. Огромный объем энергии потек по цепям и хлынул в копье. Грохот! Идеальное сочетание льда и Ганги раздуло оружие в размерах. Громадное копье, окутанное чудовищной аурой. Это было явное предзнаменование решающего удара. Ли Ха Юль среагировал мгновенно. Он отвел руку назад, и мана вместе с боевым духом вокруг него вздулась пузырем. Сигнал о готовности принять вызов. Он мог бы уклониться. Мог бы избежать лобового столкновения и попытаться нанести серию мелких ударов. Но Ли Ха Юль понимал: затягивать бой ему невыгодно. К тому же в случае победы нужно было думать о следующем поединке. Выиграть измотанным до предела было бы плохо для обеих сторон. Причин для долгой игры не осталось. И он ответил на этот откровенный вызов. Текучая энергия воды, которой он виртуозно управлял до этого, обвилась вокруг его предплечья, словно свивающаяся кольцами змея. Внутри этого потока зародился холод, превращаясь в кристаллы. Хрусть — кристаллы льда рассыпались, вовлекаясь в неистовый вихрь энергии воды. Ладонь водоворота мутной воды. Использование энергии воды в технике ладони и наложенное сверху применение холода. Процесс был безупречно гладким. Было видно, что он очень прилежно учился. Пэк Арин довольно улыбнулась и отвела копье для замаха. Дистанция сократилась. Если не считать того, что в руках Арин было копье, сцена напоминала их первое столкновение. «Расширенная способность». Но кое-что изменилось. Несущийся вперед Ли Ха Юль на миг дрогнул, но тут же нанес удар ладонью, окутанной вихрем. Водоворот, идеально сочетающий воду и холод, прорезал море и устремился к цели. Впечатляющая мощь. Резинка на его волосах лопнула, пряди разметались, а напор ветра, бьющий в тело, был по-настоящему пугающим. При прямом попадании это могло нанести серьезный урон даже Пэк Арин, обладавшей сродством к воде и холоду. И в этот миг Пэк Арин ощутила странную смесь сожаления и облегчения. Если бы Ли Ха Юль использовал Гэпхва, техники Чангэ... или любые другие средства... она не была бы так уверена в своей победе. Она подняла острие копья навстречу летящему водовороту. Расширенная способность. Вслед за Цунами она активировала вторую. Лично ей пользоваться ею было крайне неприятно. Но всё же... «Прости, но ради пари я должна победить». Пэк Арин сделала выпад. — Ледяное море (Бингхэ). Тихий шепот. Расширение маны и самой сути уникальности. Мана в копье, мана в теле, вся окружающая энергия воды — всё разом превратилось в холод. Холод ударил волной. . . . Мир, прежде бурлящий и синий, замер и окрасился в белый. Волны застыли в том же положении, в каком были секунду назад, а защитный барьер трибун покрылся инеем. Хруст... Ледяной холод, постепенно подползающий к правому плечу, был невыносимо противен. Даже выражение лица под маской исказилось. И пока это отвращение росло... Пэк Арин внезапно перевела взгляд вперед. — ...! Ее глаза округлились. Черная ладонь замерла в считаных сантиметрах от ее лица. Она находилась в самом эпицентре Ледяного моря. Естественно, она должна была замерзнуть и побелеть. Но Ли Ха Юль не замерз. Он сумел защитить себя от воздействия Ледяного моря. Перед лицом Арин была лишь его ладонь в черном наруче. — Пфу... пфу... Из-за того, что температура вокруг была слишком низкой, его дыхание вырывалось густыми облаками пара. Видимо, ему было чертовски холодно — вытянутая рука мелко дрожала. Силы явно покинули его, и он просто застыл на месте. Но он не превратился в лед. Холод не поглотил его. Он не сдался морозу. Если бы у Ли Ха Юля осталось хоть немного сил, исход боя мог бы быть иным. — ...Ха-ха. Тихий смех сорвался с ее губ. Крохотная надежда выросла до огромных размеров. Замершее было сердце забилось часто-часто. Нечто, затаившееся в самом сердце, выразило недовольство. И это было для Пэк Арин высшим наслаждением. Она счастливо улыбнулась и крепко обняла застывшего перед ней Ли Ха Юля. Его голова оказалась прижата к ее груди. Ли Ха Юль, на лице которого застыло странное выражение, вздрогнул и начал отчаянно барахтаться. Он вырывался. Он был в замешательстве. Но в его движениях не было ни отвращения, ни враждебности. Заметив это, Пэк Арин улыбнулась еще шире. Похоже, его неприязнь ослабла настолько, что он позволил ей даже объятия. — Я победила. Ли Ха Юль, поерзав немного в ее объятиях, затих. Затем он потерся лицом о ее одежду и поднял голову. Глаз не было видно, но в его позе чувствовался немой упрек — мол, это было нечестно. Совесть немного кольнула. Перед первым ходом она сбила его настрой, а затем в образовавшуюся брешь втиснула расширенную способность. — ...Но победа есть победа, так что один ваш день я забираю. Поэтому... Пэк Арин склонила голову. Ее губы коснулись мочки уха Ли Ха Юля — холодного для окружающих, но такого теплого для нее. — Завтра освободите время. Хорошо? Слова, прошептанные на ухо. Теплое дыхание обожгло кожу. Тело Ли Ха Юля заметно вздрогнуло, и он едва заметно кивнул. ◆ ◆ ◆ Подземная комната ожидания участников. Здесь было всё необходимое: мягкие кровати и диваны, холодильник, забитый напитками и алкоголем, горы закусок... А в воздухе парил голограммный экран, транслирующий матчи основного этапа. На экране застыл кадр: поединок только что закончился, и Пэк Арин крепко прижимает к себе Ли Ха Юля. — ...Эта... Рука человека, откинувшегося на спинку дивана, сжимала стакан, в котором плавали кубики льда. Дзинь! Лед растаял. Напиток смешался с водой, и эта смесь забурлила, превращаясь в пар. — Что это еще за сука? Из уст Хон Ёнхвы, изо всех сил старавшейся не раздавить стакан, вырвалось грубое ругательство. ---------- Том 1 Глава 117 «Как и ожидалось, ран нет». Я внимательно изучил свое состояние с помощью Полномочия наблюдения. Тщательно проверил, не осталось ли каких-нибудь необратимых повреждений или осложнений. В итоге не нашлось даже крошечной царапины. Только тогда я развеял Полномочие, сосредоточенное на внутренних органах и поверхности тела. Все благодаря Башне Роста. Как и внутри самой Башни, любой урон, полученный на арене, превращался в иллюзию и бесследно исчезал. Если бы не эти меры, количество жертв было бы неисчислимым. И я бы тоже наверняка обзавелся кучей последствий. Сильная сторона Чангэ — в универсальности, которую дают энергия воды и энергия холода. В плане атакующей мощи Чангэ действительно уступает Гэпхва. Однако нет такого безумца, который стал бы недооценивать Чангэ... а точнее, заморозку этой секты. Часть тела, однажды пораженную льдом Чангэ, восстановить крайне трудно. Обычными средствами этот лед не растопить. Заморозка, нацеленная на ограничение движений, обладает невероятной прочностью, ее сложно разрушить, а если это и удается, то замороженная часть тела разлетается вдребезги вместе со льдом. Именно поэтому сражаться с адептами Чангэ так тяжело. Даже если их лед атакует, его трудно разбить. Стоит пропустить один удар, как это место начинает стремительно замерзать, а попытка освободиться силой приведет лишь к тому, что конечность раздробится. А когда к этому примешивается энергия воды, ситуация становится и вовсе отвратительной. Вокруг разливается текучая энергия воды, и стоит только представить, что вся она в любой момент может превратиться в энергию холода и обрушиться на тебя, как становится не по себе. Особенно опасна заморозка Пэк Арин. Подобно тому как мощь Адского Пламени(Гэпхва) Хон Ёнхва достигла беспрецедентного уровня, Пэк Арин получает аналогичные оценки. Наследницы двух из трех великих семей в одном поколении наделены уникальными способностями невиданной силы. Для Гэпхва и Чангэ это повод для праздника, а вот для Тэсана... там наверняка испытывают смешанные чувства. Особенно те сверстники Хон Ёнхва и Пэк Арин, что принадлежат к семье Тэсан. Как бы то ни было. По этой причине я весь поединок опасался заморозки... но Пэк Арин почему-то продолжала бой, используя в основном энергию воды. Под конец она все же применила лед, но странное предчувствие меня не покидало. И еще... — Завтра вы свободны? «Что это вообще было?» Причина, по которой она предложила такое пари, тоже вызывала вопросы. Не понимаю, зачем ей понадобилось выигрывать целый день моего времени, да еще и через спор. ...И я совершенно не мог взять в толк, зачем она вдруг так крепко меня обняла... Я до сих пор ощущал лицом то прикосновение. Чтобы прогнать непристойные мысли, я резко тряхнул головой и принялся изо всех сил растирать щеки. Мял их до тех пор, пока не стало больно, надеясь, что это фантомное ощущение наконец исчезнет. И тут я тяжело вздохнул. — Ха Юль, что с вами? Сидящая рядом Элия с недоумением протянула руку. Ее мягкая ладонь легла на мои щеки, покрасневшие от того, что я их нещадно тер. От пальцев, нежно поглаживающих кожу, исходило слабое сияние. Это проявилась ее уникальная способность — «Мелодия исцеления». [Я просто немного задумался] [Теперь все в порядке] Только когда она начала гладить меня по щеке, я пришел в себя. Я покачал головой, давая понять, что ничего не случилось. Ее рука естественным образом отстранилась. Щеки, исцеленные Мелодией, все еще горели. Почувствовав странный укол сожаления, я осторожно огляделся. На меня был направлен не один взгляд. Помимо Элии, сидевшей рядом, на меня смотрели люди напротив. Мужчина и женщина средних лет. И трое детей... Мужчина широко улыбнулся. Его улыбка была очень похожа на ту жизнерадостную, что часто можно увидеть у Элии. — Ха-ха-ха. Я переживал, не совершила ли моя дочь какую-нибудь грубость, но, видя ваши добрые отношения, я спокоен. [Что вы] [Это я доставляю беспокойство госпоже Элии] После того как я с треском вылетел из турнира, проиграв Пэк Арин, мне было страшно сразу идти к учителю, поэтому я пришел встретиться с семьей Элии. Когда я спросил, когда мы сможем увидеться, мне ответили, что, несмотря на идущий турнир, они готовы прямо сейчас. Так мы и оказались в этой комнате. Родители Элии... произвели на меня впечатление типичной западной пары. Отец — Брайан Слейд. Златовласый мужчина средних лет с золотистыми глазами. Он вовсе не был похож на лысеющего или пузатого дядюшку. Напротив, он был статен, а на лице почти не было морщин, из-за чего он выглядел гораздо моложе своих лет. Рядом с ним сидела мать — Айла Слейд. Женщина с такими же золотыми волосами, как у Элии, и глазами цвета чистого неба. Несмотря на возраст, о котором я слышал, выглядела она удивительно молодо. Теперь стало ясно, от кого Элия унаследовала свою внешность. — Папа, ты правда считаешь меня такой сорвиголовой? Ты хоть знаешь, как осторожно я себя веду? — когда я неловко улыбнулся, Элия состроила обиженную гримасу, что случалось с ней крайне редко. На это ее мать ответила с легким недоумением: — Трудно поверить таким словам от человека, который повалил Тысячелетнее древо, гордость нашей родины... — А-а! Вспоминать ошибки далекого детства — это нечестно! — Ошибок для одного детства многовато, да и было это не так уж давно. Буквально в позапрошлом году ты разнесла в щепки забор на пастбище мистера Биллиона... — Ха Юль, Ха Юль! Это все дела давно минувших дней! Закройте уши. Не слушайте ее... Поначалу обстановка была неловкой, но характер Элии, видимо, передался ей от родителей — оба они были очень общительными. К тому же они, кажется, с первого приветствия поняли, что я чувствую себя неуютно, когда меня благодарят, поэтому больше не поднимали эту тему. Благодаря этому беседа текла в непринужденной атмосфере. В процессе я даже услышал несколько историй о «темном прошлом» Элии. Судя по рассказам... в детстве она была весьма радикальной личностью. Это совершенно не вязалось с тем мягким и заботливым образом, к которому я привык. — О-о-ох... Ну зачем вспоминать то, что было сто лет назад... Под натиском родителей Элия окончательно сникла. Она уткнулась лбом в стол, что-то невнятно бормоча. Я лишь неловко улыбнулся ей и перевел взгляд. Родители держали на руках мальчика и девочку. Оба были золотоволосыми, напоминая милых пушистых цыплят. Видимо, устав, они спали, мерно посапывая. А третья девочка, которой не досталось места на коленях, устроилась между родителями и... пристально смотрела на меня. Волосы цвета цыплячьего пуха и полуприкрытые глаза, в которых читалось полное безразличие ко всему миру. Ее звали Адела Слейд. Младшая сестра Элии, которую я встретил в Шихаллионе... и спас. — ...... В комнате на мгновение воцарилась тишина. Когда мать легонько похлопала ее по спине, девочка моргнула и низко поклонилась. [Спасибо, что спасли меня] Рядом с ее склоненной головой всплыла голограмма с благодарностью. Я слышал слова благодарности уже много раз. Мой почтовый ящик забит ими до отказа, а в общежитии бережно хранятся бумажные письма. Когда я выписывался из больницы, несколько человек, как-то узнав меня, тоже подходили поблагодарить. Только что и родители Элии, кланяясь, выражали мне свою признательность. — ...... И все же на душе было неспокойно. Говорят, мои действия в Шихаллионе спасли многих. Я и действовал с этим намерением. Но в то же время я жалел об этом. Я жалел, когда делал первый шаг навстречу опасности. Жалел, когда до изнеможения палил магией, чувствуя, как горят каналы. Жалел, когда отлетал от ударов Аэруса и когда, преграждая путь к убежищу, стоял лицом к лицу со смертью. Когда меня благодарили, я чувствовал гордость, но когда возвращались фантомные боли, я снова жалел. — ...... Я скользнул взглядом по присутствующим. Те, кто еще мгновение назад весело смеялся и болтал, соблюдая приличия, теперь смотрели на меня с особым теплом. Среди них была и Элия. Человек, которому я впервые в этом мире помог по доброй воле, и которая сама не раз выручала меня во время жизни в Сиёламе. Человек, с которым я здесь по-настоящему сблизился, сейчас сидел передо мной и улыбался. Если бы... если бы эта девочка погибла в том происшествии, Элия не смогла бы сейчас вот так просто смеяться в кругу семьи. У нее не было бы этой счастливой улыбки. Немного подумав, я с улыбкой коснулся своего кулона. [Это вам спасибо] Сожаление отступило, а чувство гордости стало чуточку сильнее. ◆ ◆ ◆ Турнир продолжался и после вылета Ли Ха Юля. Поединки сменяли друг друга: короткий перерыв, и на арену выходила следующая пара курсантов. Жестокий график — от одной восьмой до финала всего за один день. Так незаметно пролетело несколько часов, и наконец наступило время финального сражения. На арене начался минутный обратный отсчет. — Ах ты, стерва. Едва поднявшись на платформу, Хон Ёнхва с ходу выдала ругательство. Пэк Арин, шедшая с противоположной стороны, лишь странно на нее посмотрела. В последнее время Ёнхва сдерживалась, оглядываясь на Ли Ха Юля, но сейчас снова выдавала все как есть, без прикрас. Пока Пэк Арин даже испытывала некое подобие ностальгии, Хон Ёнхва снова заговорила: — Зачем ты это сделала с Ха Юлем? Пэк Арин ответила без промедления, будто ожидала этого вопроса: — Что именно? Ха Юль едва не упал, я просто его поддержала. — Да неужели? А мне показалось, он вполне твердо стоял на ногах. Ни малейшего намека на то, что он собирается падать. И еще... Вспых! Над ее плечами взметнулось пламя. Воздух вокруг арены задрожал от жара. Ее аура была по-настоящему свирепой. Глаза Хон Ёнхва налились алым. — Что ты сказала ему прямо перед началом оценки? — Э-э... «Давайте как-нибудь погуляем вместе»? Голоса курсантов не транслировались на трибуны. Пэк Арин ответила, отводя взгляд: — «Я заберу один день Ха Юль»? — А-а. По губам-то она наверняка прочитала. Дело дрянь. На лице Пэк Арин появилась неловкая улыбка. 11... 10... Обратный отсчет подходил к концу. Хон Ёнхва наклонила голову набок. — Оправдания закончились? — ...Знаешь, я тут подумала, а нужно ли мне вообще оправдываться? — Что? Пэк Арин с легким вздохом вскинула копье. От этого жеста ярость Хон Ёнхва стала еще более ощутимой. — Я просто предложила другу своего друга погулять денек. Разве за такое ругают? — ...А-а. Вот как? Бам! Хон Ёнхва с силой вонзила меч, покоившийся на плече, в землю. Громкий звук удара разнесся по арене. 1! [Начало оценки!] Отсчет закончился. Прозвучал сигнал к началу боя. Вспых! — Тогда сначала сдохни. Расширенная способность Адского Пламени: Расцвет. Из земли, куда был вонзен меч, вырвался исполинский столб огня. — Ёнхва, это же просто экзамен... Расширенная способность Чангэ: Цунами. В ответ на это с противоположной стороны хлынул бескрайний поток энергии воды и холода. Начался финал, который войдет в историю как самый яростный с момента основания Сиёлама. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●○○○ (73 ▷ 75/100) «Симпатия», «Гордость», «Благодарность», «Цыпленок» ... Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●○○○○ (56 ▷ 60/100) «Симпатия», «Вопрос», «Замешательство» ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Том 1 Глава 118 Ожесточенная битва Ли Ха Юля, несомненно, потрясла всех, но если судить исключительно по результату, он выбыл в 1/8 финала. Конечно, мало найдется безумцев, которые осмелятся пренебрежительно бросить: «Всего лишь топ-16», но сухие факты говорили сами за себя. Атра не видела в этом ничего зазорного. Более того, ей и в голову не пришло бы винить Ха Юля. Да и за что? Противник был слишком силен, а Ха Юль, как она знала, выложился на все сто. Какой там «винить». Напротив, его стоило осыпать похвалами за отличную работу. [Простите меня...] — ... Атра собиралась так и сделать, но... Она отвела взгляд, пытаясь сдержать дрожь в уголках губ. Сразу после окончания финала Ха Юль тихонько пришел к ней. До этого он отлучался, чтобы встретиться с семьей Элии — девушки, с которой он сблизился во время аттестации, — и Атра не видела в этом ничего необычного. И вот он здесь. Она не понимала, почему Ли Ха Юль стоит перед ней, так понуро опустив голову. Не понимала, почему он весь сжался, словно ожидая громогласного выговора. И уж совсем не понимала, откуда в нём эта абсолютная уверенность, что Атра непременно станет его отчитывать. Она почувствовала на себе чей-то взгляд. Повернув голову, Атра наткнулась на Лиану, которая смотрела на неё как на мешок с мусором. — «Чего ты на меня так вылупилась?» — передала она мыслью. — «Посмотрите на того, кто перед вами». «...» Там, куда указала Лиана, стоял вконец поникший Ли Ха Юль. Атра не нашлась с ответом и замолчала. Чувства смешались, и из груди невольно вырвался тяжелый вздох. — Эх-х... Ха Юль вздрогнул всем телом, его плечи резко поднялись и мелко задрожали. «Ох». Только тогда Атра осознала свою ошибку и широко распахнула глаза. Она тяжело вздохнула прямо перед ребенком, который и так до смерти боялся нагоняя... — У-у... — из плотно сжатых губ Ха Юля вырвался тихий стон, а Лиана одарила Атру взглядом, полным искреннего ужаса. Атра в панике замахала руками. Она хотела немедленно прояснить недоразумение. Сказать, что не нужно так расстраиваться. Что она ни в коем случае не собирается его ругать. Что нынешний результат — это уже огромное достижение... — «Мне нет дела до того, что такое "особый набор". Я не собираюсь закрывать на это глаза и отрицать, но и слепо одобрять это тоже не буду». Она хотела всё исправить. Но внезапно в памяти всплыли её собственные слова, сказанные когда-то в прошлом, и тело Атры буквально окаменело. — «Раз Ректор выбрал тебя, я подчинюсь, но, честно говоря, у меня есть сомнения, ведь ты еще ничего не доказал. Понимаешь? Будь ты обычным курсантом — другое дело, но от тебя, как от курсанта особого набора, я жду гораздо большего». Это были слова, которые она сама когда-то произнесла. — «Не только я, все смотрят на тебя так. Весь мир. И неважно, какие у тебя обстоятельства. Ты — первый и единственный курсант особого набора, выбранный самим Хозяином Колыбели». Она говорила это, чтобы подстегнуть его, заставить быть бдительным, учитывая его положение. — «Я понимаю, что ты только пробудился, но в будущем такие оправдания не пройдут». — ... Атра побледнела. Теперь она начала понимать, почему Ха Юль так подавлен. Почему он так напуган и почему уверен, что Атра его отчитает. То, о чем сама Атра давно забыла... Ха Юль помнил каждое слово. Всё вернулось на круги своя — расплата за прошлое настигла её. — П-прости меня... Атра крепко зажмурилась и прижала к себе сжавшегося в комок Ха Юля. Мальчик, который до этого вздрагивал от каждого её движения, оказался в её объятиях. Сначала он замер в замешательстве, но, почувствовав, как рука Атры нежно гладит его по голове, он, кажется, успокоился и уткнулся лицом ей в грудь. Говорят, в воспитании детей нужно следить за каждым словом. Атра вдруг вспомнила эту фразу, которую когда-то пропустила мимо ушей. Его прошлое и так было несчастным, а настоящее — зыбким и тревожным... А она в свое время наговорила ему столько резких и необдуманных вещей. Атра почувствовала прилив жгучей ненависти к самой себе прежней и еще сильнее обняла Ха Юля, который слегка зашевелился в её руках. ...Несчастное прошлое. Ха Юль, как и Атра, потерял родителей в детстве. Однако Атра сразу пробудилась как сверхчеловек и жила в элитных учебных заведениях. Ха Юлю же пришлось скитаться по подворотням с телом, израненным пожаром, прежде чем он смог попасть в ветхий приют. Но и там он не получил должной помощи, а когда тот приют сгорел, в следующем месте ситуация повторилась. В таком прошлом он наверняка испытывал острую нехватку любви, а из-за отсутствия нормального воспитания ему не хватало элементарных житейских знаний. ...Должно быть, именно поэтому он не оттолкнул наследницу «Чангэ», когда та внезапно его обняла. Взгляд Атры, похлопывающей Ха Юля по спине, стал тяжелым. Она вызвалась быть его наставницей, а значит, должна учить его и этому. Не просто наращивать боевую мощь, но и давать знания, необходимые человеку для жизни. Она должна объяснить ему, что если незнакомый или не слишком близкий человек лезет обниматься, нужно отвечать отказом. Сама Атра, возможно, была не лучшим примером для подражания, но то, чему она должна научить, было очевидным. Прошло время. Атра с каким-то странным чувством посмотрела на Ха Юля, который, расслабившись в её объятиях, крепко заснул. Она огляделась по сторонам. Когда она сняла изолирующий барьер, перед ней предстали пустые трибуны VIP-ложи. Лиану уже запрягли проверять результаты промежуточной аттестации, а остальные давно разошлись. — ... Немного подумав, Атра поднялась. Разумеется, вместе с Ха Юлем на руках. Успокаивая мальчика, который заворочался от резкого движения, она зашагала прочь. Ей было жаль будить ребенка, так сладко спавшего. Раз уж заснул, пусть спит. С этой мыслью Атра направилась к своему общежитию. Динь! По пути на голографическом проекторе, висевшем на шее Ха Юля, сработал сигнал уведомления. Заинтересовавшись, Атра мельком взглянула на экран и увидела сообщение от контакта «Хон Ёнхва». — ... Легким жестом Атра свернула голограмму. Следом, парой простых манипуляций, она перевела устройство в беззвучный режим. ◆ ◆ ◆ Заброшенные заводы разбросаны повсюду. Сколько бы ни болтали о мире, происшествия случаются постоянно. Один такой завод находился в Германии. Город неподалеку по какой-то причине пришел в упадок, а механизмы, когда-то активно работавшие, давно превратились в бесполезный хлам. Внутри завода, где даже вор не нашел бы ничего, кроме груды металлолома, на скрипучем стуле сидел мужчина. Откинувшись на спинку, он безучастно покачивал ногой. — Пш-ш-ш... Мужчина поморщился от режущего слух шума и повернул голову. Перед ним стояло нечто прямоугольное. Черная рамка, а в центре — стекло, по которому бежали помехи. Это было устройство связи, работающее на электричестве, а не на мане — такие использовали еще до Великого Катаклизма. — Твою мать. Иными словами, это был кусок ржавого железа, место которому на свалке еще несколько веков назад. Мужчина бессильно откинул голову, осознавая, до чего он докатился, раз вынужден пользоваться этим антиквариатом. В нынешние времена каждый знает, что такое голограмма. И каждый ими пользуется. От сосунков, у которых еще молоко на губах не обсохло, до глубоких стариков — весь мир носит на запястьях смарт-часы. Венец современной цивилизации. Если ты не знаешь, что такое голограмма, тебя сочтут дикарем. — Черт. А ведь когда-то я был молодым господином из благородной семьи... Мужчина чувствовал себя так, словно и впрямь превратился в дикаря. Как же его угораздило оказаться в такой дыре... Пока он предавался унынию, устройство связи наконец выдало изображение. Качество было отвратительным, картинка постоянно дергалась. Сигнал прерывался из-за влияния магических полей. Каждый раз, глядя на этот экран, он не мог избавиться от чувства собственного ничтожества. Будь его воля, он бы раздобыл смарт-часы или хотя бы голографический проектор... Но тогда его местоположение тут же вычислят, и сюда нагрянет карательный отряд. Так что это было невозможно. Честные граждане пользуются благами цивилизации без опаски, а жалкому преступнику приходится бежать, стоит его координатам проясниться. Мужчина тяжело вздохнул и уставился сухими глазами в экран. Кадры сменялись один за другим. Ракурсы прыгали, сталкивалось оружие, вспыхивала магия, взрываясь калейдоскопом красок. Это были сцены из основной сетки турнира Колыбели Сиёлам, о котором в это время года трубит весь мир. Судя по всему, показывали нарезку лучших моментов. Мужчина подпер подбородок рукой, не отрываясь от экрана. — ...Навевает воспоминания. Спустя некоторое время он поймал себя на странном чувстве. Когда-то и он стоял на той сцене. В те времена, когда его называли многообещающим гением, и он яростно сражался за звание лучшего. Мужчина вспоминал прошлое. Именитый род, которым можно было гордиться. Ожидания и надежды, которыми его осыпали окружающие. Уверенность в собственном потенциале. Его внутреннее пламя, горевшее ярко, питаемое всем этим. Прошлое, когда сердце было полно надежд на будущее. — Ха... И глядя на то, в каком состоянии он находится сейчас, мужчина вдруг рассмеялся. Он и подумать не мог, что его ждет такое будущее. Реальность оказалась сточной канавой, паршивой донельзя. Он долго сидел, опустив голову и тихо посмеиваясь про себя, пока картинка на экране не сменилась. Тудум! Сердце внезапно пропустило удар. Почувствовав жаркое пламя воли, мужчина перестал смеяться и перевел взгляд на экран. Там показывали странного юношу. Закрытые глаза, будто он слеп. Пустой левый рукав — руку он где-то потерял. Тщедушное тело, кажется, тронь его — и он тут же рассыплется. На первый взгляд — типичный смазливый красавчик, которому впору получать пособие по инвалидности. Однако, вопреки внешности, этот калека невероятно ловко носился по затопленной арене, устраивая настоящий хаос. — Так это он. Даже в такой глуши до него доходили слухи. Курсант особого набора Сиёлам. Для обывателей — надежда и опора нового поколения. Для отребья из подворотен — объект опасения, о котором судачили, мол, надо вырвать этот росток с корнем. Тудум... Вспых! — Ого... — мужчина выпустил облачко пара, когда его сердце снова отозвалось, а внутри вспыхнула искра. Раз уж то, что вечно пребывало в спячке, так отреагировало, значит, слухи не были пустым трепом. Хотя с его стороны это было не опасение, а скорее извращенное ожидание. Покачав головой, он достал из кармана припрятанную сигарету и зажал её в зубах. Кончиком пальца он вызвал крохотный огонек и поднес его к сигарете. Вспых! Внезапно мощность пламени резко подскочила, и сигарета мгновенно испепелилась, не оставив даже пепла. — Мать твою. Мужчина яростно нахмурился и посмотрел на свою грудь. Из-за этой чертовщины он не смог совладать с силой. «Черт, это же была последняя». Взъерошив волосы, он поднялся, и в этот момент на экране снова сменился кадр. Внизу появилась надпись: «Финал». Мужчина повернулся к экрану. В центре арены яростно вгрызались друг в друга пламя и цунами. — ... Он пристально вглядывался в изображение. Спустя время огонь и вода схлынули, а туман, возникший от их столкновения, начал рассеиваться. И тогда... Мужчина увидел Хон Ёнхву, чей свирепый взгляд, казалось, мог разорвать любого на куски. Он расхохотался, покачал головой и отвернулся. — Характер всё такой же паршивый. Свет от экрана выхватил из темноты его спину. Даже в мрачном цеху заброшенного завода были отчетливо видны его ярко-рыжие волосы, напоминающие всполохи живого пламени. ---------- Том 1 Глава 119 Общежитие — это место, обеспечивающее членов коллектива жильем и питанием. Сиёлам предоставляет курсантам первоклассные условия проживания, полностью оплачивая все расходы. Мне тоже выделили комнату. Условия там были настолько хороши, что обычные отели не шли ни в какое сравнение. Однако я почти не пользовался своим жильем. В дополнительных помещениях при общежитии я и вовсе практически не бывал. Даже в столовую заглядывал редко. Так, раз в два дня, через силу, просто чтобы закинуть в организм необходимые питательные вещества. Моя комната выглядела соответствующе. Я не покупал новую мебель, не привозил личных вещей. Если сравнить её нынешний вид с тем, что был при заселении, разницы не найти. Но и спал я там нечасто. В основном из-за кошмаров. А если и выпадала возможность поспать, то из-за вечной нехватки времени я либо пропадал в библиотеке, либо проводил ночи в личном тренировочном зале. За всё время промежуточной аттестации я ни разу не заглянул в общежитие. Душ можно было легко заменить магией, так что нужды возвращаться не возникало. Во время письменных экзаменов я жил в библиотеке, а после отборочных туров проснулся в комнате Хон Ёнхвы. И вот теперь, когда основной турнир завершился... Я пришел в себя в объятиях наставницы. При таком раскладе начинает казаться, что общежитие мне и вовсе не нужно. «...» Мне даже не требовалось использовать Полномочие наблюдения. По одним лишь прикосновениям и теплу, окутывающему меня, я сразу понял, кто это. К тому же я чувствовал на себе её пристальный взгляд. Я догадывался, где нахожусь, но на всякий случай всё же активировал Полномочие наблюдения, чтобы осмотреться. Как и ожидалось, это было не общежитие. И даже не здание для курсантов. Двухэтажный особняк с собственным двором. Судя по внешнему виду — жилье, предоставляемое профессорам. Значит, это дом наставницы. Ситуация была во многом неловкой, но... поскольку после пробуждения я уже не раз оказывался в новых местах, мне удалось сохранить спокойствие. Оставаясь в теплых объятиях, я начал методично восстанавливать в памяти события. Встреча с семьей Элии, визит к наставнице, во время которого я едва сдерживал дрожь от волнения. Честно говоря, мне было страшно. Я считал, что в поединке с Пэк Арин сделал всё, что было в моих силах. Я использовал Синхронизацию, стараясь не переходить черту и не применять Гэпхва или Чангэ. Использовал Тысячу перемен, чтобы скопировать и освоить боевые искусства, которые демонстрировала Пэк Арин. Выжимал из себя все соки, творя магию, и задействовал еще неокрепшую магию духов в качестве поддержки. Мы сражались на равных, но в итоге я проиграл. Это не слишком меня расстроило. Я с самого начала предполагал, что проиграю. Скорее меня удивило то, насколько ожесточенным выдался бой. Отчасти это произошло потому, что Пэк Арин словно поддавалась мне... к тому же она использовала техники строго по канону. В любом случае, тот поединок принес мне много пользы. Я смог запечатлеть в памяти методы управления Чангэ, которые показала Пэк Арин, и освоил немало приемов с использованием энергии воды и холода. Если я буду использовать их, имитируя Чангэ, а не обычные уникальные способности вроде «Водного потока», они станут куда мощнее. Для меня это был удовлетворительный результат. И хотя в итоге я потерпел поражение и теперь должен был провести целый день с Пэк Арин, меня это не особо заботило. Однако с точки зрения наставницы, обучающей ученика, всё могло быть иначе. Особенно учитывая её слова в начале семестра о том, что на меня возлагают большие надежды... Я опасался, что за вылет в 1/8 финала меня ждет суровый выговор. Мне было страшно. Стоило только представить, как её теплые глаза, полные нежности, наполнятся разочарованием и станут холодными, как у меня перехватывало дыхание. Я не хотел идти к ней. Но и сбежать было нельзя, поэтому я явился. И наставница обняла меня, утешая. От этого жеста все мои страхи и тревоги мгновенно испарились, напряжение спало, и я сам не заметил, как уснул. Вот и все воспоминания. «...Ничего особенного». Если подумать, действительно ничего такого. Просто немного покапризничал перед наставницей, уснул, и она меня перенесла. С ней я могу быть спокоен. Она — человек, который дорожит мной и добровольно взял на себя роль моего опекуна. Я снова уткнулся лицом ей в грудь. Над головой раздался тихий смешок, и ласковая рука погладила меня по волосам. — Рано ты проснулся. Как самочувствие? [Всё хорошо] [Мне нравится] Мягкое, теплое чувство разлилось по всему телу, и я невольно расслабился. [Счастье] [Комфорт] В те моменты, когда я нахожусь в объятиях наставницы, душа и тело сами собой успокаиваются. Кажется, что все сложные и пугающие проблемы — будь то гибель мира или срок моей жизни — отступают куда-то далеко. Возможно, это всего лишь бегство от реальности, но я чувствую, как восстанавливается моё душевное равновесие. Так я и лежал какое-то время, наслаждаясь моментом и её поглаживаниями. ◆ ◆ ◆ Спустя некоторое время я с любопытством осматривал дом наставницы. Это был типичный двухэтажный коттедж с участком. На втором этаже располагались гостевая комната, библиотека и мастерская — помещения были сравнительно небольшими. Спальня, где мы спали, тоже находилась в углу второго этажа. Спустившись по лестнице, я оказался в просторной гостиной. Сквозь огромные окна лился утренний свет, создавая яркую и уютную атмосферу даже без включенных ламп. На первом этаже также была кухня, оборудованная всей необходимой утварью, и несколько подсобных помещений. В общем, было всё, что нужно для жизни. «Украшений почти нет». Дом казался очень просторным. И, отражая вкус хозяйки, в нем царил минимализм и чистота — никаких лишних безделушек. Наставница недавно ушла в душ, отправив меня в гостиную. «Может, приготовить что-нибудь?» Холодильник был забит продуктами: овощи, рыба, мясо, множество соусов и приправ. Следов того, что ими пользовались, не было. Я на всякий случай внимательно проверил всё с помощью Полномочия наблюдения — к счастью, продукты были свежими. Особых кулинарных талантов у меня нет, но приготовить обычный домашний обед я вполне способен. Честно говоря, у меня появилось маленькое желание угостить наставницу и получить от неё похвалу. Проблема заключалась в том, что мой язык и нос не чувствовали вкуса и запаха... к тому же у меня не было одной руки. Это вызывало опасения, но я подумал, что Полномочие наблюдения и Небесное оперение смогут компенсировать эти недостатки. «Ах, точно». Пока я топтался на кухне, разглядывая утварь и раздумывая, мне в голову пришла одна мысль. Я коснулся голографического проектора на шее. [Контакты: Пэк Арин (3)] ▶ Пэк Арин: Объявление! Проигравший должен исполнить обещание! ▶ Пэк Арин: Жду тебя к 12:00 по адресу (карта)! ▶ Пэк Арин: Пообедаем вместе, одевайся как хочешь~ Первым, что я увидел, было сообщение от Пэк Арин. Как мы и договаривались сразу после поединка, сегодня мы должны провести день вместе. Я в замешательстве наклонил голову. На мои вопросы, зачем нам встречаться и была ли нужда заключать пари, Пэк Арин лишь загадочно улыбалась, уходя от ответа. «...Надеюсь, она не выкинет ничего странного». Дело было даже не в личном доверии, а в том, что это Сиёлам. Это Колыбель с железной системой безопасности, где ни внутренние интриги, ни внешние вторжения никогда не венчались успехом. Пожалуй, единственное место, где я мог жить спокойно. Чем дольше я здесь нахожусь, тем больше убеждаюсь, насколько удачно выбрано название «Колыбель». Если сравнить курсантов с неокрепшими ростками или младенцами, то это место — идеальный инкубатор, направляющий их к безопасному и правильному росту. «Хотелось бы при возможности встретиться и с Владыкой Башни Роста... А?» Пока я об этом размышлял, под тремя сообщениями от Пэк Арин я заметил значок «99+». 99+. Это значило, что у меня больше сотни непрочитанных сообщений. «Почему так много?» Я был в полном недоумении. Мой номер знают немногие, а рекламный спам должен автоматически уходить в корзину... Я поспешно открыл список чатов. [Контакты: Элия Слейд (4)] ▶ Элия Слейд: Родители вернулись домой в отличном настроении, они были очень рады пообщаться. ▶ Элия Слейд: Это всё благодаря тому, что ты пришел встретиться с ними, Ха Юль. Спасибо большое! ▶ Элия Слейд: Я обязательно отблагодарю тебя в следующий раз! ▶ Элия Слейд: (эмодзи цыпленка, отдающего честь) Сообщения от Элии. Вполне обычная переписка. Отправив краткий ответ, я продолжил изучать список. [Контакты: Лиана Беллус (7)] ▶ Лиана Беллус: Курсант Ли Ха Юль, поздравляю с окончанием промежуточной аттестации! ꒰(ノ⁾⁾˙∇˙)꒱乃 ▶ Лиана Беллус: Наверняка есть моменты, которыми вы недовольны, но давайте и впредь стараться ради лучших результатов! ... ▶ Лиана Беллус: Также в период затишья перед каникулами я планирую провести интенсивный курс магии духов для вас и курсантки Элии! ▶ Лиана Беллус: Я уже согласовала график с профессором Атрой, пожалуйста, ознакомьтесь! ▶ Лиана Беллус: (Расписание на период затишья.mng) Сообщения от профессора Лианы. Всё, как и обсуждалось ранее. Промежуточная аттестация закончилась, скоро каникулы. Время между экзаменами и официальным началом каникул обычно называют «периодом затишья». В это время учебная часть дает курсантам некоторую поблажку: количество лекций сокращается, и появляется свободное время. Пару недель назад мы с Элией согласились на предложение профессора Лианы уделить это время основам магии духов. С моей стороны было бы глупо отказываться от уроков человека, достигшего в этой области таких высот. «Значит, перед каникулами пройду краткий курс». В поединке с Пэк Арин я на собственном опыте ощутил пользу духов. Я даже не использовал их в полную силу, как настоящий духолов, а лишь задействовал для поддержки, но даже это значительно облегчило мне жизнь. Без магии духов бой измотал бы меня куда сильнее. Я кивнул своим мыслям и пролистал список дальше. Было еще несколько мелких уведомлений. Ответ от Ассоциации по поводу графика выдачи наград, короткие поздравления с выходом в основную сетку от нескольких знакомых курсантов. Сообщение от Эйдена, полное шока и недоумения по поводу того, как мне удалось скопировать его техники, заставило меня слегка улыбнуться. Но сообщений всё равно было не так много. Недостаточно, чтобы набралось «99+». «?» Мой палец, прокручивающий список, резко замер. [Контакты: Хон Ёнхва (99+)] ▶ Хон Ёнхва: Ха Юль. ▶ Хон Ёнхва: Что тебе сказала Пэк Арин перед боем? ▶ Хон Ёнхва: Она ведь не несла никакой чепухи? ▶ Хон Ёнхва: Если она будет болтать лишнее, просто игнорируй её. ... ▶ Хон Ёнхва: Ха Юль, ты где сейчас? ▶ Хон Ёнхва: Ха Юль? ▶ Хон Ёнхва: Ха Юль! ... ▶ Хон Ёнхва: (Пропущенный вызов (0:01:39)) ▶ Хон Ёнхва: Ха Юль. ▶ Хон Ёнхва: Где ты сейчас? ▶ Хон Ёнхва: Почему не отвечаешь? ▶ Хон Ёнхва: Что-то случилось? ... ▶ Хон Ёнхва: (Пропущенный вызов (0:02:10)) ▶ Хон Ёнхва: ? ... «...?» Больше сотни сообщений и пропущенных вызовов от одного-единственного человека. Самые ранние записи датировались вчерашним вечером, последние — часовой или двухчасовой давности. Я в оцепенении приоткрыл рот. Тот факт, что количество непрочитанных уведомлений перевалило за сотню, поверг меня в шок. «Что происходит?» И еще один вопрос не давал мне покоя. Если сообщения сыпались градом, а звонки не умолкали, я просто не мог этого не заметить. Устройство закреплено на теле, и вибрацию невозможно пропустить. Даже если я крепко сплю в чьих-то объятиях, я не мог игнорировать сигналы, которые приходили с такой периодичностью. Я поспешно зашел в настройки уведомлений. [Настройки звука] [Звуковой сигнал: ВЫКЛ] └ [Голос уведомлений: По умолчанию] └ [Громкость: 0] [Вибрация: ВЫКЛ] └ [Интенсивность вибрации: 0] «Чего?» Я уставился на полностью отключенные звук и вибрацию. Над моей головой словно завис огромный вопросительный знак. «Почему они выключены? Я могу убрать звук в общественном месте, но вибрация у меня включена всегда...» Ситуация была крайне странной. Я недоуменно покачал головой, но тут же спохватился и застучал по голограмме. Сейчас было не время разгадывать загадки, нужно было срочно написать Хон Ёнхве, что со мной всё в порядке. Мои пальцы лихорадочно забегали по виртуальной клавиатуре. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (83 ▷ 84/100) «Наставница» «Ожидание» «Чувство стабильности» «Жажда привязанности» [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Я только подержу тебя за руку и всё (1) Атра, успевшая повоевать на передовой, прекрасно знала цену чистоте. Разумеется, тело сверхчеловека даже в суровых условиях надежно защищено от обычных болезней, однако грязь в любом случае подрывает боевой дух и снижает общую эффективность организма. К тому же, если в запущенную, антисанитарную среду проберется монстр с уникальной способностью управлять чумой или ядом, весь отряд может погибнуть еще до начала сражения. И подобные случаи в истории действительно были. Двуглавый ядовитый дракон — альфа-монстр Третьего ранга, некогда появившийся на землях древнего Китая. Его уровень соответствовал Альфе Третьего ранга. Безусловно, это было жуткое чудовище, но погубить территорию такой огромной страны, как Китай, в одиночку ему помогли именно свойства его яда и разносимая им зараза. И то, что в тех краях в те времена было, мягко говоря, не очень чисто, только сыграло ему на руку. Как бы то ни было, из-за этого Атра стала крайне щепетильно относиться к вопросам гигиены. — Угх… А после того памятного дня её тяга к чистоте стала почти маниакальной. Огромное психологическое потрясение так сильно ударило по Атре, что с тех пор она даже притронуться к сигаретам не могла. Прежде чем впустить Ли Ха Юля в своё жилище, она несколько раз проветривала комнаты, опасаясь, что в них мог застояться запах, и без устали активировала магические артефакты с чарами очищения. Что же касается её собственного тела… Атра с особой тщательностью мыла область груди — то самое место, к которому так часто прижимался Ли Ха Юль. Кап Стоило ей коснуться голограммы, как струи воды, лившиеся с потолка, мгновенно иссякли. Вытеревшись полотенцем и облачившись в заранее приготовленную домашнюю одежду, Атра вышла из душевой. Влажный теплый воздух, окутанный белым паром, вырвался наружу, и кожу Атры коснулась относительная прохлада жилых комнат. На ходу вытирая волосы полотенцем, она направилась вглубь квартиры. Тук-тук-тук-тук — М? Атра замерла. До её слуха донесся ритмичный стук, а следом — характерное шипение, будто что-то жарилось на огне. В воздухе поплыл аппетитный аромат еды. Атра на мгновение замерла, хлопая глазами, а затем, даже не досушив волосы, свернула в сторону звуков. Спустившись в гостиную, она увидела Ли Ха Юля, который вовсю хозяйничал на кухне. — …? Одной рукой Ли Ха Юль уверенно орудовал кухонным ножом, мелко шинкуя продукты на доске. С другой же стороны… Артефакт, известный как Небесное одеяние, который обычно либо парил у него за спиной, либо окутывал его плечи подобно плащу, сейчас разделился на несколько лент. Эти ленты ловко придерживали сковороду, орудовали лопаткой и кухонными щипцами, контролируя процесс готовки. Кроме того, возле сковороды крутился дух огня, который, судя по всему, помогал регулировать жар. «……» Зрелище было, мягко говоря, необычным. Атре вспомнились рассказы о ресторанах, где повара-сверхлюди устраивают из процесса приготовления пищи целое шоу. Почувствовав чужое присутствие, Ли Ха Юль обернулся. На нем был надет белоснежный фартук. Заметив Атру, он виновато опустил уголки глаз и слегка поклонился. «Вы уже закончили мыться?» «Простите за самоуправство». «Пожалуйста, подождите немного». «Я уже почти закончил». — А… да, хорошо, — запинаясь, ответила Атра, не сразу найдясь с ответом. Вскоре, как и обещал Ли Ха Юль, готовка подошла к концу, и на столе появились тарелки. «Я приготовил кое-что по-быстрому», — пояснил Ха Юль, крутясь рядом с Атрой, когда та опустилась на стул. Атра окинула взглядом стол. На белоснежных тарелках лежала свежеприготовленная, исходящая паром еда. Аппетитно поджаренные ломтики бекона и сосиски. Золотистый, блестящий скрэмбл, небольшая яичница-глазунья и хрустящие хашбрауны. На отдельном блюде красовался салат с заправкой и ломтики хлеба для сэндвичей. «……» «По-быстрому». Судя по меню, это был классический завтрак. Атра была родом из Англии, и в детстве она часто ела именно такой набор блюд. Это было давно. Еще до того, как она поступила в академию… Она ела такой завтрак вместе со своей семьей. Атра задумчиво смотрела на еду, а затем перевела взгляд на Ли Ха Юля. Он не садился напротив, а с надеждой и легким беспокойством во взгляде замер рядом, ожидая её реакции. Поняв, чего он ждет, Атра осторожно подцепила вилкой сосиску и откусила кусочек. Она медленно прожевала. Сосиска оказалась сочной, с характерным нежным вкусом. Не слишком жирная, не пережаренная до углей, но и не сырая. Приготовлено было идеально… словно именно так, как любила Атра. — Вкусно… — ……! Стоило ей произнести это короткое, без лишних прикрас, слово, как напряжение и ожидание Ли Ха Юля мгновенно сменились чистым восторгом, и он расплылся в широкой улыбке. Эта улыбка была такой искренней и счастливой, словно внезапно распустившийся под солнцем подсолнух. Атра видела это отчетливо. Перед ней был чистый душой ребенок, который радуется простому доброму слову. «…Ох». Она невольно хотела вздохнуть, но, вспомнив о вчерашнем, поспешно подавила этот порыв. Однако внутренний вздох сдержать было невозможно. «И как мне его всему этому учить?..» Обучать искусству боя было куда проще. Атра в очередной раз убедилась в этой истине. ◆ ◆ ◆ Местом встречи с Пэк Арин была площадь перед центральным фонтаном в коммерческом секторе. Коммерческий сектор полностью оправдывал своё название: здесь в изобилии располагались разнообразные рестораны, развлекательные заведения и огромные торговые центры, которые обычно можно встретить в самых оживленных районах города. Встреча была назначена на 12:00. Я прибыл к фонтану в 11:30, за полчаса до срока. Немного послонявшись вокруг, я приземлился на скамейку у фонтана и активировал Полномочие наблюдения, чтобы изучить обстановку. «…Народу-то прилично». Сколько я ни находился в Сиёламе, меня всегда поражало, что при таких колоссальных масштабах и великолепной инфраструктуре людей здесь было немного. Оно и понятно — в Сиёламе жили только те, кто имел к нему непосредственное отношение. Преподаватели, административный персонал, курсанты и работники сферы обслуживания с их семьями. Однако сейчас людей было действительно много. Конечно, не до такой степени, чтобы яблоку негде было упасть, но ощущение оживленной толпы присутствовало. Всё дело в том, что это были первые выходные после завершения промежуточной аттестации. Курсанты массово высыпали в коммерческий сектор, чтобы сбросить накопившийся за время учебы стресс. Большинство было в гражданской одежде, но благодаря Полномочию я узнавал лица сокурсников и старшекурсников. И не только курсанты решили отдохнуть. Преподаватели и сотрудники, на чьи плечи легла организация и проведение аттестации, тоже нуждались в разрядке. Все они смешались в едином потоке, наполняя улицы жизнью. «Хм…» Прохожих было много. Соответственно, хватало и взглядов в мою сторону, и приглушенного шепота… Но я уже привык к такому вниманию и не обращал на него внимания. Раньше я бы, наверное, сразу сбежал домой… Приятно осознавать, что я стал капельку сильнее духом. Сидя на скамейке и болтая ногами, я ждал появления Пэк Арин. «М-да…» При мысли о ней я невольно вспомнил советы — или, скорее, наставления, — которые мне дали Хон Ёнхва и мой мастер. От Хон Ёнхвы пришло несметное количество уведомлений о пропущенных вызовах. Ужаснувшись, я поспешил отправить ей сообщение, что со мной всё в порядке. Ответ прилетел мгновенно. Она писала, что места себе не находила от волнения, и спрашивала, не случилось ли чего. Так завязалась переписка. — Я спал. Звук был выключен, поэтому не слышал звонков. Прости. — Я так волновалась. Слава богу, что всё в порядке. Ты спал в общежитии? — Я спал в жилье мастера. — …Какого черта ты там делал? С тобой точно ничего не случилось? И так далее… Слово за слово, разговор перешел на моё пари с Пэк Арин. Мне и самому нужно было кое-что прояснить, так что я приветствовал её расспросы. ▶ Хон Ёнхва: Если она начнет вытворять что-то странное, сразу бей. ▶ Хон Ёнхва: Спуска ей не давай, не сомневайся ни секунды. ▶ Хон Ёнхва: Понял? Толку от этих советов было мало. Лишь очевидное «отказывайся, если она полезет с чем-то странным». Похоже, Хон Ёнхва и сама не понимала, зачем Пэк Арин затеяла этот спор. — Запомни хорошенько. Понял? Что я тебе сказала? «Если кто-то попытается меня лапать, сразу бить в челюсть…» «Мастер». «Я и сам это знаю…» — Да? Тогда почему ты сидишь смирно, когда я тебя трогаю? «Так вы же мой мастер». «Вы мне нравитесь». — А… в-вот как. Перед уходом из дома мастер провела со мной аналогичный «инструктаж». Честно говоря, я был в легком недоумении. Неужели они думают, что я совсем ничего не понимаю, раз твердят об одном и том же? Но раз Хон Ёнхва и мастер так беспокоились, я послушно кивал в ответ. Я продолжал болтать ногами и лениво просматривать магические книги через голограмму. Прошло от силы минут десять. На самой границе радиуса моего наблюдения появилась Пэк Арин. Вскоре среди шума толпы послышался отчетливый перестук каблуков, приближающийся к фонтану. Пэк Арин огляделась и, заметив меня, расплылась в улыбке. Она уверенно зашагала в мою сторону. — Ох. Я вышла на двадцать минут раньше, но всё равно опоздала. «Всё в порядке». «Я и сам только что пришел». Я покачал головой в ответ на её извинения и украдкой осмотрел её наряд. Синие волосы, как всегда, аккуратно собраны сзади. Простая, но элегантная белая футболка без лишних украшений. Поверх — джинсовая куртка, а стройные ноги подчеркивали облегающие джинсы. В самой одежде не было ничего особенного, но на её фигуре любой наряд смотрелся великолепно. — Вы уже пообедали? «Что?» «Разве мы не собирались пообедать вместе?» — О, вы отлично всё помните. Пэк Арин лучезарно улыбнулась и внезапно протянула мне руку. — ? Я в замешательстве наклонил голову, а затем, осознав значение этого жеста, замер с неопределенным выражением лица. Белоснежная ладонь. Ладонь, способная в мгновение ока обрушить на врага сотни ледяных шипов. Конечно, я не думал, что она применит магию здесь. Мы ведь в Сиёламе. Особой тревоги я не чувствовал. Я осторожно протянул руку, и Пэк Арин тут же крепко её сжала. Моя рука в черном нарукавнике и её обнаженная ладонь соприкоснулись. Её кожа была не теплой, а скорее прохладной. Пик Пока я переваривал странное ощущение от этого прикосновения, на смарт-часах Пэк Арин пискнул сигнал. Над циферблатом всплыла голограмма с таймером. [23:59:57] — Итак, таймер на 24 часа запущен. «Что?» Не успел я спросить, что это значит, как Пэк Арин ответила сама, будто в этом не было ничего необычного: — Я ведь говорила, верно? Что забираю один день вашей жизни, Ха Юль. «???» Я хотел было снова уточнить смысл её слов, но тут до меня дошло. Один день. Время, за которое Земля совершает полный оборот вокруг своей оси. То есть ровно 24 часа. Я невольно приоткрыл рот от изумления. «Нет, ну не до такой же степени…» Словно подтверждая мою догадку, Пэк Арин лишь беззаботно покачала нашими сцепленными руками. ---------- Я только подержу тебя за руку и всё (2) Говорят, когда человек окончательно теряет дар речи от абсурдности ситуации, он просто замолкает. Я чувствовал себя настолько растерянным и сбитым с толку, что мысли в голове путались и обрывались. «...Нет, ну правда». Я несколько раз бессмысленно моргнул, а затем, поддавшись внезапному порыву, недовольно выпятил губу. [Это нечестно.] — Простите? Что значит «нечестно»? [Ну сами подумайте.] [Если кто-то предлагает погулять денек, само собой разумеется, что это максимум до вечера.] — Ой. Но я же специально подчеркнула — «целые сутки»... И вы, Ха Юль, согласились... Пэк Арин невинно склонила голову набок. Ее вид вызывал у меня острое чувство протеста. Конечно, ее слова были лишь наглой игрой воображения и придиркой к формулировкам... Но ведь это она тогда сделала акцент на сутках, и это я, не придав значения, кивнул в ответ. На душе было паршиво, но отыграть назад и отменить собственное согласие я не мог. Ненадолго задумавшись, я спроецировал свои мысли через ожерелье: [И все же двадцать четыре часа — это слишком долго.] [Гулять всю ночь напролет ужасно утомительно.] — М-м? [Да и к тому же, нам все равно нечем заниматься ночью.] [Может, просто погуляем сколько получится и разойдемся?] Я сменил тактику. Вместо того чтобы жаловаться на несправедливость, решил прибегнуть к убеждению. Если подумать спокойно, Пэк Арин вряд ли всерьез собиралась таскать меня за собой все двадцать четыре часа. Наверняка она просто хотела меня подразнить. На ее лице-маске так и читалось озорство. Я постарался придать себе максимально убедительный вид, и, судя по тому, как изменилось выражение лица Пэк Арин, мои догадки подтвердились. Ее глаза несколько раз скользнули по моему лицу, словно она что-то прикидывала. Внезапно она замерла с приоткрытым ртом, будто ее осенило. — ...Пфф. И тут она прыснула. В конце концов она и вовсе прикрыла рот ладонью, не в силах сдержать смех. Но даже так, благодаря моему Полномочию наблюдения, я отчетливо видел, как уголки ее губ расплылись в широкой улыбке. — В такие моменты вы совсем как ребенок. — ? К тому же она начала нести какую-то чепуху. [Я не ребенок...] В последнее время окружающие повадились меня необоснованно попрекать. Может, мой характер и правда... немного детский, но не до такой же степени. Я решительно мотнул головой, но Пэк Арин лишь продолжала тихо посмеиваться. Крепче сжав мою руку, она потянула меня за собой, ускоряя шаг. ◆ ◆ ◆ Так или иначе, ведомый Пэк Арин, я продолжил путь. Даже в океане звуков и присутствий, доносившихся со всех сторон, отчетливый стук ее каблуков рядом со мной выделялся особенно ярко. — Ах, точно. Пока мы шли к цели, Пэк Арин внезапно достала из пространственного кармана полиэтиленовый пакет. В нем что-то лежало. Белоснежное, с глянцевым блеском, продолговатое... [Рисовые брусочки?] — Да, они самые. Это был карэтток. Когда я с любопытством склонил голову, гадая, к чему это, Пэк Арин ловко выудила одну палочку из пакета и протянула мне. — Это чтобы вы поели. Вы ведь проголодались, раз пропустили обед? Перекусите немного, пока мы не дошли до ресторана. «С чего вдруг рисовые брусочки?» Белоснежный карэтток. В прошлый раз, когда мы вместе учились, она приносила якква и другие традиционные сладости. А еще те леденцы с красным женьшенем, которые она постоянно грызет... Даже по оригиналу было известно, что у Пэк Арин специфические вкусы. Я никак не мог отделаться от мысли, что предпочтения у нее крайне необычные. С неопределенным выражением лица я попытался высвободить руку, чтобы взять угощение. Рука-то у меня была свободна только одна. — ? Не вышло. Пэк Арин сжала мою ладонь еще крепче. Вместо этого рисовый брусочек ткнулся мне прямо в губы. Несмотря на то что он лежал в пакете, он был теплым и мягким, словно его только что приготовили. — Такие вещи полагается есть из чужих рук. Ну же, скажите «а-а-ам». [Я и сам могу поесть.] — Но-но, не вредничайте. Я попытался задействовать Небесное оперение, парящее за спиной, но мое намерение было пресечено под каким-то нелепым предлогом. Судя по настроению Пэк Арин, она все еще была полна решимости подшучивать надо мной. Я быстро «осмотрелся». Вокруг было довольно людно, и многие прохожие, хоть и делали вид, что заняты своими делами, то и дело бросали на нас взгляды. В этих взглядах смешивались самые разные эмоции: удивление, любопытство, интерес. Как бы я ни привык к чужому вниманию, мне совсем не хотелось устраивать представление в такой ситуации. Делать было нечего. Подавив смущение, я приоткрыл рот. Рисовый брусочек тут же оказался внутри. Длинная палочка скользнула по небу и уперлась в щеку. Я сомкнул челюсти. Теплая, податливая масса поддалась зубам, и я принялся методично пережевывать откушенный кусок. «Хм...» Проглотив порцию, я снова прикусил предложенный брусочек. Опять жевание... глоток. «Ну...» Я не часто ел рисовые сладости, но знал, что обычно их едят с сахаром или медом. Сами по себе они почти безвкусные. Есть в них какой-то специфический привкус, но он настолько тонкий и пресный, что в одиночку есть их скучновато. Впрочем, для меня это не имело значения. Из-за проклятия я все равно не чувствовал ни вкуса меда, ни сладости сахара. Жух-жух... «...А это лучше, чем я думал». У риса изначально нет резкого вкуса. Раньше я ел такие вещи без приправ просто ради текстуры. И сейчас, когда проклятие оставило мне лишь тактильные ощущения, я вполне мог насладиться самой структурой продукта. — Ну как? — спросила Пэк Арин, шагая рядом и продолжая кормить меня. Она слегка потрясла оставшимся в руке кусочком. — Ведь и без сахара или меда вкусно, правда? Я немного подумал и кивнул. Пэк Арин удовлетворенно улыбнулась, словно другого ответа и не ждала. — Раз уж мы немного подкрепились... давайте сначала заглянем в музей, а потом уже в ресторан. [В музей?] — Да. В торговом квартале открылось несколько галерей. Простите, если мой вопрос покажется неуместным, но вы, Ха Юль, когда-нибудь бывали в подобных местах? [Нет.] В интернете, конечно, видел, но чтобы самому прийти в музей — такого не было. — Тогда не составит ли вам компанию прогулка со мной? [Хорошо.] [Я не против.] — Хе-хе. Спасибо. Значит, сегодня я смогу удовлетворить свое любопытство. [Что именно вас интересует?] Пэк Арин ответила, указывая дорогу: — Мне интересно, как ваша Сенсорика интерпретирует произведения искусства. ◆ ◆ ◆ Местом, куда мы пришли, оказался один из музеев, расположенных на территории Колыбели. Здание было выстроено из белоснежного камня. Людей внутри оказалось немного. Впрочем, неудивительно: снаружи столько развлечений, что мало кто захочет тратить время на тихие залы галереи. На полу лежали красные ковровые дорожки, обозначавшие маршрут, следуя которому можно было осматривать экспонаты. Пэк Арин все так же держала меня за руку, пока мы неспешно шли вдоль стен. Из-за отсутствия толпы и специфики места все старались говорить вполголоса, так что в залах царила умиротворяющая тишина. — Ну как? Что чувствует ваша Сенсорика? — Ик. В этой тишине Пэк Арин, словно соблюдая правила приличия, каждый раз наклонялась к самому моему уху, чтобы прошептать вопрос. Ее дыхание щекотало кожу, заставляя меня невольно вздрагивать. Если бы я не контролировал свои чувства, то, наверное, уже подпрыгнул бы на месте. [Щекотно.] Я тряхнул головой, избавляясь от навязчивого ощущения. Пэк Арин тихо хихикнула и указала в сторону. — Простите. Просто ваша реакция такая милая. Но мне правда интересно. Что вы «видите» там? Я недовольно надул щеки, и только тогда она соизволила извиниться. Я все еще был немного ворчливо настроен, но, раз уж формальные извинения приняты, кивнул и направил свое Полномочие наблюдения в ту сторону, куда она указывала. На стене висела картина: черно-белые квадраты, между которыми проходили серые линии. «А, это она». Знаменитая иллюзия, которую я видел еще в прежнем мире. Между черно-белыми квадратами серые горизонтальные линии кажутся наклонными, хотя на самом деле они строго параллельны. Даже через экран монитора эта картинка всегда казалась удивительной. [Ничего особенного. Все выглядит обычно.] — Вот как? Сейчас я не чувствовал того эффекта, что раньше. Говорят, экспозиции в музеях бывают самыми разными, и каждый владелец старается выставить что-то уникальное. Музей, в который меня привела Пэк Арин, был посвящен оптическим иллюзиям. В соответствии с темой, все экспонаты здесь были призваны обмануть человеческий глаз. Комната с геометрическими узорами на стенах, которые, казалось, колыхались и двигались. Скульптура, выражение лица которой менялось в зависимости от угла обзора. Видео, на котором мужчина бежит вперед, но если присмотреться, кажется, что он пятится... [Для меня это просто сложные узоры.] [Внутри это смесь гипса и глины, а для отделки использовали медь.] [А эта картина... кажется, в качестве пигмента использовали бычью кровь.] На меня это не действовало. Я не силен в теории, но слышал, что у иллюзий есть разные причины. Например, физиологические иллюзии, возникающие из-за особенностей восприятия органов чувств, или когнитивные, когда мозг, пытаясь сэкономить ресурсы, сам «достраивает» картинку и ошибается. Наверняка есть и другие, более сложные объяснения, но ко мне это не относилось. Во-первых, я не смотрю на мир глазами, а во-вторых, у меня есть Полномочие наблюдения. Наблюдение. Это не просто замена зрения, а Полномочие, позволяющее собирать информацию о наблюдаемом объекте. Благодаря этому меня невозможно обмануть галлюцинациями, мокрами или оптическими иллюзиями. Более того, помимо визуальных искажений, я мог игнорировать фантомы и защитные Магические формулы. — Все-таки ваша Сенсорика — вещь поразительная, — пробормотала Пэк Арин, внимательно выслушав мои объяснения. Она начала загибать пальцы. — Считывание цветов и теней для замены зрения. Радиус действия, легко превышающий несколько километров. Точность, сохраняющаяся даже внутри вышедшего из-под контроля подземелья. Игнорирование иллюзий и защитных барьеров... И это вы еще только в начале пути развития? Загнув последний палец, она восхищенно покачала головой. — Любая фракция отдала бы все за такого сенсора. Я лишь кивнул, не выказывая особого удивления ее восторгом. «Ну, это же Полномочие... Было бы странно, если бы оно работало хуже». По рангу оно стоит в одном ряду с Полномочиями роста, лютого холода, чистилища или теми силами, которыми наделен Владыка Башни Некромантии. Просто мой нынешний уровень слишком низок, чтобы использовать его на полную мощь. Когда я стану сильнее, я смогу оперировать информацией в масштабах целого континента, подобно истинному «Наблюдателю». «Благодаря этому и готовить было намного проще». Именно это великое Полномочие помогло мне сегодня утром приготовить завтрак для учителя. Потеряв обоняние и вкус, я с трудом могу отличить соль от сахара. Я не чувствую их запаха и вкуса. Если бы я смотрел глазами, возможно, я бы уловил разницу, но я слеп, что делает задачу еще сложнее. Однако стоит задействовать Наблюдение — и проблема исчезает. Если переходить от простой замены зрения к глубокому анализу информации, это требует больше ресурсов, но в любом случае результат достигается легко. В процессе готовки это тоже очень помогло. Я мог с точностью до грамма соблюдать пропорции приправ, идеально выдерживать время варки или жарки. Я в реальном времени наблюдал за состоянием продуктов, точно зная, когда блюдо готово. Честно говоря, поначалу я сомневался, получится ли у меня, но в итоге вышло даже лучше, чем раньше. Влияние навыка Мастер на все руки тоже было огромным. Поскольку кулинария входит в сферу его действия, процесс шел гораздо проще, быстрее и, надо полагать, вкуснее, чем в моей прошлой жизни. Конечно, это был всего лишь простой завтрак... Но если я возьмусь за что-то более сложное и трудоемкое, разница, думаю, станет еще очевиднее. ◆ ◆ ◆ Время шло. Яркое утреннее солнце склонилось к горизонту, и безупречно чистые мостовые окрасились в густой оранжевый цвет заката. Еще не стемнело, но уличные фонари уже начали подавать признаки жизни, готовясь осветить город. Народу на улицах не только не убавилось, а, наоборот, стало больше. Вероятно, причина была в том, что питейные заведения, пустовавшие утром, теперь готовились к наплыву посетителей. — Ну как вам сегодняшний день? Вы довольны? — спросила Пэк Арин, оглядываясь по сторонам. Я тоже «осмотрелся» и на мгновение задумался о прошедших часах. Воспоминания о музее, который не вызвал особого восторга, но был интересен с точки зрения визуального анализа. Прогулка по торговому центру, полному диковинных товаров, которых не было в моем прежнем мире. Вкус традиционных блюд какой-то страны, который я не почувствовал, но оценил их текстуру. [Да] Прохладная... но ставшая уже привычной, мягкая ладонь в моей руке. [Я доволен] По крайней мере, мысль о том, что не стоило выходить, меня не посещала. — Это очень радует, — Пэк Арин, которая, казалось, затаив дыхание ждала ответа, с облегчением выдохнула. Затем она тихо рассмеялась и добавила: — Что ж, тогда остался последний пункт программы. С этими словами она снова потянула меня за собой. Я последовал за ней, уже не чувствуя дискомфорта от того, что меня ведут, и мельком сверился со временем. Шесть вечера. Еще не поздно. Я мысленно вздохнул с облегчением. Похоже, ее слова о двадцати четырех часах и впрямь были шуткой. «Поужинаем и разойдемся, или посмотрим еще на что-нибудь и попрощаемся?» Это было бы идеальным завершением дня. ◆ ◆ ◆ [Что это?] Я склонил голову, глядя на здание перед собой. Огромное сооружение в форме купола. Оно было настолько масштабным, что по размерам могло соперничать с футбольным стадионом. Но самой странной деталью было то, что внутри округлых конструкций, поддерживающих свод, плотными рядами были встроены мана-камни и магические формулы. В других зданиях тоже имелись формулы для защиты и безопасности, но не в таком огромном количестве. Кроме того, несмотря на внушительные размеры комплекса, внутри не ощущалось ни единого присутствия. — Зайдете и всё узнаете, — на мой полный сомнения вопрос Пэк Арин лишь многозначительно улыбнулась, подгоняя меня. Ничего не оставалось, кроме как последовать за ней внутрь. В вестибюле первого этажа тоже не было ни души. Пэк Арин, не обращая на это внимания, приложила свои смарт-часы к терминалу на стойке регистрации, чтобы пройти аутентификацию, и повела меня к массивной двери в глубине холла. За дверью показалась лестница. «Что это за место?» Ступеней было много. Место казалось крайне подозрительным. К этому моменту во мне проснулось сильное любопытство. Это чувство было даже приятным, поэтому я не стал использовать Наблюдение, чтобы заранее изучить планировку. В конце лестницы снова была огромная дверь. Добравшись до нее, Пэк Арин распахнула створки. Значит, мы на месте. Сгорая от любопытства, я направил Наблюдение внутрь открывающегося проема. Круглый потолок — тот самый купол, который я видел снаружи. А под ним... В самом центре, в гордом одиночестве, стояла огромная кровать. — ? Над моей головой словно повис вопросительный знак. ◆ ◆ ◆ Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●○○○○ (60 ▷ 63/100) «Симпатия» «Сомнение» «Смятение» ... [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ---------- Я только подержу тебя за руку и всё (3) Размерами здание едва ли уступало футбольному полю. Купол, венчающий потолок, был плотно испещрен магическими формулами, а внутри почти не ощущалось присутствия людей. По крайней мере, моих познаний не хватало, чтобы понять назначение этого места. С затаенным предвкушением я шел следом за Пэк Арин. В самом центре зала одиноко стояла прямоугольная кровать. «?» Увидев такое, я растерялся. Совершенно не то, что я ожидал здесь обнаружить. На мгновение мысли спутались, но я заставил себя успокоиться и еще раз осмотреться. Строго говоря, кровать была здесь не единственным предметом мебели. Рядом стояла небольшая деревянная тумба и маленький холодильник. На этом всё. — Ну же, идите сюда. Стоило мне попытаться рассмотреть содержимое тумбы, как Пэк Арин взяла меня за руку и потянула за собой. Мы направились прямиком к кровати. Она была огромной. Если стандартная кровать в общежитии и так казалась большой для моего телосложения, то эта превосходила ее раза в четыре, не меньше. Если немного преувеличить, на ней могли бы улечься в ряд сразу десять Ли Ха Юлей, и место бы еще осталось. Я недоуменно наклонил голову и слегка тряхнул Пэк Арин за руку. «Что это такое?» «Зачем здесь кровать?» «Для чего предназначено это здание?» Ожерелье откровения так и сыпало вопросами. Пэк Арин мельком взглянула на подрагивающее украшение и пожала плечами. — Скоро сами всё поймете. Потому что... Мы как раз подошли вплотную к постели. — ...сейчас вы испытаете это на себе. Оп! «Что?» Пэк Арин потянула меня за руку и легонько толкнула в сторону кровати. Не швырнула, а именно мягко подтолкнула. В ее действиях не было ни капли враждебности. Я совершенно не ожидал подвоха и не сопротивлялся, поэтому легко поддался толчку. Подколенки уперлись в край, ноги подогнулись, и я плюхнулся на матрас. — Вот так. Подвиньтесь чуть глубже. «???» Я кожей ощутил невероятную мягкость постели. Не успел я и слова вымолвить, как она снова толкнула меня в плечо, заставляя окончательно растянуться на кровати. — Эть... Не успел я опомниться, как уже лежал на огромном матрасе. Пэк Арин сбросила джинсовую куртку, небрежно кинула ее на тумбу и улеглась рядом. — Ух, какая мягкая. Не зря заказали люксовую модель... Вам удобно? «Да». «Всё... хорошо». — Вот, выпейте воды. «Спасибо». Между нами оставалось небольшое расстояние. Пэк Арин, проверив, насколько удобна кровать, поинтересовалась моим самочувствием, и я неловко кивнул. Взяв бутылку, я немного покрутил ее в руках, затем открыл и сделал пару глотков. Прохладная вода смочила пересохшее горло. — ...... Проглотив воду, я на мгновение задумался. Хотя я еще не расшифровал магические формулы на потолке, ситуация наводила на определенные мысли. Среди них были и довольно предосудительные, о которых стыдно было бы рассказать кому-то другому. Огромная кровать в пустом закрытом помещении... Обстановка сама подталкивала к подобным фантазиям. Но эти мысли стоило держать при себе. К тому же я тут же одернул себя: это были лишь глупые домыслы. У Пэк Арин не было причин вести себя подобным образом. Я не так много знал о ней, но здравый смысл подсказывал: мы знакомы совсем недолго. Порой и за год или два нельзя до конца понять, что у человека на уме. «Ну и дурак же я». От собственной глупости лицо обдало жаром. Чтобы скрыть смущение, я уткнулся лицом в ближайшую подушку. «К-какая мягкая...» От неожиданной податливости материала я на миг замер. Постель действительно была необычайно комфортной. Пэк Арин не преувеличивала, когда восхищалась качеством. — Если устали, можете просто лежать. Расслабьтесь и слушайте внимательно. «Что?» Пэк Арин, заметив мою реакцию, усмехнулась и принялась что-то нажимать на своих смарт-часах. Что значит «слушайте»? Пока я недоумевал, раздался странный звук. — У-у-у-унг... Я невольно вздрогнул. Это был не столько звук, сколько вибрация, не предназначенная для обычного слуха. Круглый купол. Огромное количество магических формул, встроенных в него, наполнилось маной и пришло в движение. Я не собирался их расшифровывать, но теперь, когда они активировались, информация сама потекла в голову. Здесь не было атакующих заклинаний. Защитных — тоже почти нет. Минимум формул для безопасности и поддержания работы системы. Все заклинания делились на два основных типа... И стоило мне это понять, как раздался удар. — Бум! — ......! Тяжелый, гулкий звук эхом разнесся по залу. Казалось, он многократно усиливался, отражаясь от стен, превращаясь в мощную, пронизывающую вибрацию. Удары были настолько сильными, что, казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут. Однако боли не было. Это был эффект магических формул. «Это же...» Я слышал подобные звуки и раньше, пусть и нечасто. Я не знал точного названия, но понимал, что это музыкальный инструмент. — Бум! Бум! Бум! Ритмичные удары следовали один за другим, словно возвещая о начале представления. — ♪... И словно в подтверждение моих догадок, одна за другой начали вплетаться мелодии различных инструментов. Воздух наполнился звуками. Они ласкали слух, мягко касались барабанных перепонок. Звучание было невероятно насыщенным и масштабным. В этом огромном зале не было ничего, кроме кровати, тумбы и холодильника. Благодаря пустоте звуки беспрепятственно распространялись повсюду, заполняя собой всё пространство. — ...... Я в оцепенении коснулся уха. С тех пор как мои чувства обострились, резкие громкие звуки часто пугали меня. Я научился обострять восприятие, но справляться с последствиями приходилось самому. Даже для обычного человека некоторые звуки кажутся слишком громкими. Для меня же они порой становились пыткой — казалось, будто череп изнутри сотрясается от боли. Но сейчас всё было иначе. Мощные, насыщенные звуки лились непрерывным потоком, достигая мозга, но не вызывали ни малейшего дискомфорта. «Магия». Один из двух типов магических формул на потолке. Это была магия, тонко управляющая звуком — область, которую я почти не изучал. «Ах». Только сейчас до меня дошло. Просторное, почти пустое помещение. Одинокая кровать. Магия филигранной настройки звука. «Так вот для чего это место». Это был концертный зал. Пространство, созданное исключительно для того, чтобы наслаждаться магически воспроизведенным звуком. Здание изначально проектировалось и строилось с этой целью. — Тук-тук. Пэк Арин, которая тоже слушала музыку, внезапно похлопала меня по плечу. Я повернул голову, и она, посмеиваясь, произнесла: — Я же говорила, что вам понравится. Ее голос звучал отчетливо даже сквозь многоголосье инструментов. Она говорила с уверенностью человека, который знает, что угодил другому. И я не чувствовал желания возражать. Мелодии, наполнявшие зал, действительно были прекрасны. Я завороженно кивнул. Пэк Арин удовлетворенно улыбнулась и жестом вызвала голограмму. — Ваша сенсорика работает так: вы собираете информацию в определенном радиусе. Но за пределами этого радиуса вы не чувствуете ничего... Верно? Она уже говорила об этом раньше. Пэк Арин что-то изменила в настройках голограммы. — Не знаю, понравится ли вам и это тоже. — У-у-у-унг... Я почувствовал движение маны в куполе. Вторая половина магических формул, до этого бездействовавшая, активировалась. Мана заполнила сложные плетения, и магия проявила себя. — ...... Потолок был выкрашен в глубокий черный цвет. Он напоминал бездонную пустоту космоса, где нет ни единого лучика света. — Вспышка. И вдруг в этой черноте вспыхнул свет. Яркий желтый, тусклый голубой, мерцающий красный. Но больше всего было бело-голубых искр. Бесчисленные огоньки один за другим проступали на черном куполе. Сначала один, два... затем десять... мгновение — и их стало больше сотни, тысячи. Настоящий фейерверк света заполнил всё пространство над нами. Звезд было так много, что в некоторых местах они сливались в сияющие молочно-белые реки. Бесчисленные точки в черном пространстве сияли, освещая нас сверху. «Небо». Магия воссоздала над нами безбрежную вселенную, раскинувшуюся в ночном небе. ◆ ◆ ◆ На какое-то время я впал в оцепенение. Уши всё еще упивались прекрасными звуками инструментов, а глаза были прикованы к искусственному звездному небу, имитирующему космос. «Небо». Место, которое невозможно увидеть, если глаза закрыты. Мое пространственное восприятие... оно не охватывало столь колоссальных масштабов. Наверное, если бы я использовал пробужденное Полномочие наблюдения, я бы смог это сделать. Не просто собирать информацию о небе, попавшем в радиус действия, а действительно сменить точку обзора на нечто, подобное зрению. Сейчас мне это не под силу, но когда-нибудь я бы смог. Однако еще до того, как я попытался это сделать, вселенная сама развернулась в моем сознании. — Ну как? Я почувствовал щекотку на ладони. Направив туда Наблюдение, я увидел, как тонкие пальцы Пэк Арин легонько касаются моей руки. Она лежала рядом и смотрела на меня. Ее аккуратно собранные волосы рассыпались по подушке, впитывая в себя свет магических звезд. — Я приложила столько усилий, чтобы найти и забронировать это место... Вам нравится? «......» Я задумался. Эта вселенная не отражалась на моей сетчатке. Это не было небо, увиденное глазами. А ведь я так хотел увидеть его сам. Информация, полученная через Наблюдение, неизбежно была неполной. Ожерелье звякнуло. «Мне нравится». Если бы я пришел сюда один, мне бы, наверное, не понравилось. Осознав это, я в очередной раз почувствовал себя ребенком. Когда сам гладишь себя по голове — ничего не чувствуешь. Но когда это делает человек, которому ты дорог, сердце наполняется теплом, а на лице сама собой появляется улыбка. Когда чувства притуплены, еда, которую запихиваешь в себя в одиночестве, кажется отвратительной. Но то, чем тебя угощает близкий человек, кажется вкусным, даже если вкуса нет вовсе. Можно зарыться в объятия огромного плюшевого медведя или укрыться одеялом с головой, но это не принесет удовлетворения. Но когда тебя обнимает тот, кто тебя любит, ты чувствуешь себя по-настоящему счастливым и защищенным. «А Пэк Арин...» Дорог ли я ей? Ценит ли она меня? Любит ли? Я направил Наблюдение глубже, пытаясь заглянуть за маску Пэк Арин. Как и всегда — бесстрастие. Холодное лицо, не выражающее ни единой эмоции. «Я не знаю». В первом цикле Пэк Арин была сильным и надежным соратником, остававшимся рядом с Игроком до самой его смерти. В восьмом цикле она стала предательницей, ударившей Игрока в спину в решающий момент сражения с Владыкой Башни Лютой Стужи. Она — персонаж, скрывающий тайны, которые так и не были раскрыты в оригинале. Сплошные вопросы. Я не мог быть ни в чем уверен. Мой разум был слишком затуманен, а опыта общения с людьми катастрофически не хватало, чтобы строить догадки. — Я рада, что вам понравилось, — Пэк Арин лучезарно улыбнулась. За маской, выражавшей радость и удовлетворение, скрывалось всё то же холодное лицо. Это сбивало с толку. Почему ее маска так сияет, если истинное лицо столь бесстрастно? Почему в восьмом цикле она предала, а в первом оставалась верной до конца? Предаст ли она меня в этой реальности? И не является ли ее нынешняя доброта лишь игрой, чтобы усыпить мою бдительность?.. И еще. Почему эмоции, которые я едва улавливаю, такие слабые, и чего она так отчаянно жаждет? «Я не знаю». Сомнения и смятение. «И всё же...» Я крепче сжал ее руку. Она была прохладной, но ее нежное прикосновение стало для меня уже привычным. До сих пор Пэк Арин неизменно проявляла заботу обо мне. Даже если в ее поступках был какой-то корыстный умысел, мне хотелось верить, что в них есть хоть капля искреннего тепла. «Хочу, чтобы она меня не предавала». Даже если она преследует свои интересы, если человек, который так заботится обо мне, вонзит нож в спину... сердце разобьётся так сильно, что страшно даже представить. Если она чего-то хочет, я сделаю всё возможное, чтобы это исполнить, лишь бы она не предавала меня. — Я уже забронировала номер до завтра. Если во время просмотра вас одолеет сон, можете ложиться спать. Сказав это, Пэк Арин на мгновение замерла, а затем её губы расплылись в ухмылке. — Не волнуйтесь. Я правда буду просто спать, держа вас за руку. Она одарила меня озорной улыбкой и легонько покачала наши сцепленные руки. «...Если хочешь спать, спи...» Стоило мне услышать этот подтекст, как на меня, подобно собаке Павлова, нахлынула неодолимая дремота. Мягкая постель и одеяло, незаметно укрывшее меня до самой шеи, призывали ко сну. Мелодия, звучавшая в ушах, казалась колыбельной. Рядом лежала Пэк Арин. Если вспоминать информацию из восьмой итерации, я не должен был чувствовать себя спокойно... но здесь, внутри Сиёлама, я был в абсолютной безопасности и она не ощущалась как угроза. К тому же моя настороженность по отношению к самой Пэк Арин сильно притупилась. Тело налилось тяжестью, сознание начало медленно угасать. — О... Ой? Вы правда заснули? В руках возникло странное ощущение пустоты. Вместо того чтобы крепко сжать то, что мерцало в его хватке, он отпустил сознание. Сознание погрузилось в бездну. Кошмары его не мучили. ◆ ◆ ◆ — ...И впрямь заснул. Стоило сказать, что можно спать, как его дыхание выровнялось, и он отправился в царство грёз. Пэк Арин, лежа на кровати, моргнула и повернула голову. Перед ней предстало лицо мирно спящего Ли Ха Юля. Оно казалось таким невинным и чистым. Поддавшись мимолётному любопытству, она уже хотела коснуться пальцем его щеки, как вдруг её ладонь крепко сжали. Опустив взгляд, она увидела свою руку, зажатую в хватке Ли Ха Юля. В этом жесте не было и следа настороженности — напротив, он словно капризно просил её не уходить. Его бдительность рушилась так стремительно, что она невольно склонила голову набок от удивления. Ведь в самом начале он явно её боялся. Со временем это чувство притупилось, но казалось, что фундаментальное неприятие, которое Ли Ха Юль испытывал к Пэк Арин, никуда не исчезло. Из-за этого она думала, что разрушить его защиту будет крайне трудно, но... «Ах, точно». Внезапно она вспомнила реакцию Ли Ха Юля, когда он впервые осознал наличие этой кровати. Сначала его лицо выражало лишь подозрение и замешательство, но в какой-то момент он вздрогнул и залился краской, став красным, как помидор. По этой донельзя откровенной и чистой реакции было сразу понятно, о чём он подумал. С двусмысленным выражением лица Пэк Арин открыла стоявший рядом ящик и запустила туда руку. Выудив первую попавшуюся коробочку, она поднесла её к глазам. — Для таких целей это место тоже подходит. В коробочке лежали средства контрацепции, входящие в стандартный набор номера. Нашлись бы люди, которые использовали бы это место именно для «таких» целей. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●○○○○ (63 ▷ 68/100) «Симпатия» «Сомнение» «Смятение» ... [Условие снятия «Проклятия безмолвия» не выполнено] [Условие снятия «Проклятия одиночества» не выполнено] ... [Система коррекции Спасителя: Истребление зла] [Система выражает яростное неприятие по отношению к Лютой Стуже!] ... [Считывание эмоций Спасителя] [Система коррекции игрока: Показатели] ▶ психологическое состояние «Спасение»: Спасать тех, кто попал в беду. ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●○○○○ (68/100) «Симпатия» «Сомнение» «Смятение» ... [Система в процессе Настройки...] [Система коррекции Спасителя: Первопроходство] [Синхронизация с основным квестом «Башня Лютой Стужи»...] [Создание квеста «Пэк Арин»] ... [Система коррекции Спасителя: Путь спасения] [Когда Спаситель будет вершить Спасение, система окажет ему всестороннюю поддержку] ---------- Том 1 Глава 123 Глаза еще не открывались, но сознание уже пробудилось. В голове стоял туман. Постель, поддерживающая тело, была невероятно мягкой, а одеяло, укрывавшее меня, — на редкость теплым. И только правая рука ощущала холод. — Ха-а-ам... То ли из-за того, что сон еще не окончательно отпустил, я внезапно зевнул. Пришлось постараться, чтобы не издать лишнего шума. Благополучно подавив зевок, я плотно сжал губы. Сразу после пробуждения во рту было сухо. Слегка причмокнув, я заставил себя подняться. Одеяло соскользнуло вниз, и в тот же миг совсем рядом раздался знакомый голос: — Вы рано проснулись. Я на мгновение пошевелил пальцами и активировал Полномочие наблюдения. Все тот же круглый потолок, расписанный под ночное небо, и кровать в центре комнаты. Я, только что севший на этой кровати, и... — Как вы себя чувствуете? Кровать здесь элитная, так что спаться должно было хорошо. Пэк Арин, лежавшая на той же постели, помахала мне рукой. Болтающаяся в воздухе кисть... Моя рука задвигалась вместе с её. Холод передавался от ладони, которая за ночь стала казаться странно привычной, будто мы держались так вечно. Проснуться в одной постели с другим человеком — событие, которое должно вызывать изумление... или даже такой шок, от которого можно свалиться на пол. «......» Я немного подумал и просто кивнул. [Да] [Доброе утро] Для того чтобы удивляться, я уже слишком ко всему этому привык. ◆ ◆ ◆ Улицы воскресным утром были пустынны. Выйдя из здания, напоминающего планетарий, мы долго шли по дороге, но встретили лишь пару человек. Сказалось и то, что здесь в принципе редко кто ходит, и то, что ранним утром в воскресенье людей становится еще меньше. — О, едет-едет! [Стол номер одиннадцать. Ваш заказ доставлен] Когда я уже собирался вернуться в общежитие, Пэк Арин предложила вместе позавтракать. Недолго поразмыслив, я согласился, и вот, совсем недавно мы зашли в ближайшее заведение и сделали заказ. Кроме нас двоих, посетителей не было. Возможно, поэтому еду приготовили быстро. Робот-официант привез поднос и расставил тарелки на столе. Пар, поднимающийся над горячим бульоном, и аккуратно свернутая белоснежная лапша сомен. Сверху — посыпка из гарнира и сушеных водорослей... Меню было самым обычным: праздничная лапша куксу. Помимо лапши были и другие закуски, вроде манду, но Пэк Арин они, видимо, не особо интересовали. Она спросила, не хочу ли я заказать пельмени, но я тоже не стал настаивать. — Приятного аппетита! [Приятного аппетита] Пэк Арин взяла палочки. Она подхватила приличную порцию лапши и уже открыла рот, но... — Вы не едите? [Что?] Лапша все еще висела на палочках. Пэк Арин замерла и переводила взгляд то на меня, то на мои палочки, все еще лежавшие на столе. [А] [Ешьте первой] Я сидел, положив руки на колени и слегка склонив голову, и жестом предложил ей начинать. Пэк Арин с каким-то странным выражением лица отправила лапшу в рот. Только когда она прожевала и проглотила первую порцию, я сам взялся за палочки. Слегка поворошив лапшу в бульоне, я подцепил немного и отправил в рот. Медленно пережевывая сомен, я проглотил его. С неопределенным чувством я повертел палочками в пальцах и снова принялся за еду. Честно говоря, праздничная лапша — не самое мое любимое блюдо. Когда я был голоден, я мог съесть хоть жука, хоть что угодно... Но когда становишься «сытым боровом», которому тепло и уютно, начинаешь привередничать. В моем представлении эта лапша всегда была какой-то пресной и безвкусной... Даже если добавить перца, вкус особо не менялся. «А сейчас — неплохо». Действительно, было неплохо. С задумчивым видом я прихлебнул бульон. По сути — просто теплая водичка, но, если честно, бульон в той лапше, что я ел раньше, был примерно таким же. Что такое праздничная лапша? Обычный бульон на анчоусах, в котором сварили пшеничный сомен. Поскольку оригинал сам по себе обладал неярким вкусом, даже сейчас я не чувствовал никакого диссонанса или неприятных ощущений. — Мы здесь впервые, но вкус оказался лучше, чем я ожидала. [Да] [Мне тоже понравилось] Я усердно работал палочками и ложкой, так что тарелка опустела довольно быстро. Благодаря тому, что я подстраивался под темп Пэк Арин, мы закончили почти одновременно. — Может, прогуляемся на обратном пути, чтобы еда лучше улеглась? [Да] [Хорошая идея] Тело сверхчеловека требует гораздо больше пищи, чем тело обычного человека. Поэтому и мои аппетиты выросли. Раньше я бы и пары палочек не осилил, а теперь в одиночку справился с целой порцией. Потирая живот, в котором чувствовалась приятная тяжесть, я кивнул в знак согласия. Сиёлам огромен. Здесь есть специальные парки для прогулок, но из-за масштабов территории даже обычный путь до общежития превращался в полноценный маршрут. «Давно я здесь не был». На обратном пути мы болтали о всяких пустяках, просто чтобы не идти в тишине. Мы шли, держась за руки, и вдруг мне пришло в голову, что я действительно давно не возвращался в свою комнату. Во время письменного экзамена я торчал в библиотеке, после отборочных турнира — в общежитии Хон Ёнхвы, а после финала — в апартаментах учителя... Я возвращался в общежитие спустя почти неделю. Там наверняка наложено базовое заклинание очищения, так что пылью всё зарасти не должно было. Теперь, когда я вернусь, придется тренироваться по-настоящему жестко. Хоть у меня и было оправдание в виде промежуточной аттестации, кажется, я слишком расслабился. Конечно, на каникулах есть дела, а в начале следующего семестра меня ждет Испытание Роста, которое должно дать мощный скачок характеристик, но всё же... — Ах, точно. Мои мысли прервал возглас Пэк Арин. Я повернул голову, и она спросила с таким видом, будто в её вопросе нет ничего необычного: — Вам не приходят предложения о помолвке? [Что?] Просто тема была слишком уж внезапной. Помолвка. Отношения, при которых люди не вступают в брак немедленно, а дают обещание сделать это позже. Причин может быть множество: слишком юный возраст, неподходящая ситуация и так далее. Или же то, что первым делом пришло мне на ум — политический расчет. — Нет, я просто подумала, что вам и раньше должны были их присылать, а теперь, когда промежуточная аттестация закончилась, они посыплются градом. Пэк Арин добавила пояснение, пристально глядя на меня. Судя по её виду, ей действительно был интересен ответ, и я, немного поколебавшись, кивнул. В начале семестра, когда я еще даже не доказал свою квалификацию, мне уже приходили странные сообщения. «Мы — такой-то клан... такая-то фракция... мы слышали о вашем таланте... наш ребенок тоже весьма недурен... не желаете ли породниться...» Письма, пестрящие витиеватыми фразами. Первые пару штук я отправил в корзину, недоумевая, не спам ли это. Но со временем их становилось всё больше. Порой за день скапливалось по десять штук. Более того, содержание менялось: тяжеловесные разговоры о помолвке исчезали, сменяясь легкими предложениями «просто встретиться». Тогда я, хоть и чувствовал неловкость, вспомнил, что подобное было и в оригинале. Помолвки по расчету. В моей памяти это было частью культуры времен монархий и дворянства. Конечно, в современном мире такое тоже случалось, но ведь не было нормой, верно? По крайней мере, в рамках того здравого смысла, что был у меня в прежнем мире. Но здесь всё было иначе. По сути, сверхлюди и созданные ими организации обладали влиянием, сопоставимым с аристократией прошлого, а то и превосходящим его. Границы государств размылись, в каждом регионе воцарились свои силы, которые просто нанимали административный персонал для управления. Не Республика Корея, а «регион Корейского полуострова». Не Китай, а «земли бывшего Китая»... Названия вроде Китая, Кореи или Японии уже давно стали обозначать территории, а не суверенные страны. — Ясно... Значит, многие уже тогда считали ваш успех делом решенным. ...Да и передо мной сейчас стояла наследница одной из таких великих сил, которая с округлившимися глазами спрашивала, писали ли мне в первый же учебный день. Наследница клана Чангэ, правящего севером полуострова, Приморьем, районом Хабаровска и другими землями. С таким статусом она фактически была принцессой или кем-то в этом роде. Её влияние было колоссальным... — А вы что думаете об этом? О разговорах про помолвку. Пока я заново осознавал невероятный статус Пэк Арин, она, задумчиво кивнув, внезапно задала этот вопрос. «......» От этого вопроса я невольно остановился. Пэк Арин, остановившись следом, смотрела на меня своими пронзительными голубыми глазами. Помолвка... Когда я считал это спамом, я просто игнорировал письма, но, видя этот лавинообразный поток сообщений, я всё же немного размышлял на эту тему. — Скрип... Ожерелье откровения издало резкий звук. [Мне это не нравится] — Скри-и-ип... Звук был неприятным, словно мелом по доске, выражая крайнюю степень отторжения. [Мне это претит] Пэк Арин удивленно вскинула брови, услышав столь решительное отрицание, выданное ожерельем. [Я не собираюсь обсуждать чужие дела] Заметив её выражение лица, я поспешил добавить объяснение. [Я не то чтобы чувствую одно лишь отвращение...] [Э-э...] [То есть...] Как бы это получше объяснить? Чувствуя странную тревогу, я переминался с ноги на ногу, пока не подобрал подходящие слова. [Это слишком обременительно] — Обременительно? [Да...] [Для меня это чересчур] Помолвка — это обещание вступить в брак. Брак — это когда двое становятся мужем и женой и создают семью. Если будет помолвка, будет и брак, а если будет брак — появятся и дети. Я додумал до этого момента. И как только я примерил эту мысль на себя, я почувствовал такое давление, будто меня расплющивает. Говоря прямо — я не был уверен в себе. У меня не было уверенности, что я смогу сделать супругу счастливой. Не было уверенности, что я смогу вырастить ребенка в безопасности и счастье, обеспечив ему достойное будущее. Я сам сейчас в таком плачевном состоянии. Кого я могу сделать счастливым, кого я могу растить и учить? Я — человек с ограниченным сроком жизни, который даже с проклятием своим разобраться не может... — Понимаю. Честно говоря, в нашем возрасте чувствовать такое давление — это нормально. «А». Только тогда я пришел в себя и взял ожерелье под контроль. Каким-то образом я умудрился выплеснуть свои сокровенные жалобы. Хоть её рука и была прохладной, она так мягко сжимала мою ладонь, словно успокаивая, что мысли сами полились наружу. Я не раскрыл всю подноготную, но донес главное: для меня это слишком тяжело и невыполнимо. Пэк Арин, внимательно выслушав, кивнула, признавая, что такая точка зрения имеет право на жизнь. Затем она снова потянула меня за руку, и мы продолжили путь. Разговор прервался. Пэк Арин, казалось, о чем-то глубоко задумалась. Я же в это время проверял, не выдало ли ожерелье чего-нибудь лишнего. К счастью, обошлось. Просто эмоциональное нытье о том, что мне тяжело и я не уверен в себе. Я уже начал жалеть об этом... но, по крайней мере, я не разболтал ничего о своем прошлом. Мои усилия по контролю над Ожерельем откровения не прошли даром. — Ну вот, пришли! Наконец мы добрались до общежития. [Спасибо, что проводили] [Вчера было действительно весело] Стоя у входа в свое здание, я вежливо поклонился, выражая благодарность. Слова о том, что мне было весело, были искренними. По крайней мере, это не было плохим воспоминанием. — Мне стало спокойнее, когда вы подтвердили это лично! Пэк Арин лучезарно улыбнулась в ответ. Кажется, мои недавние жалобы не испортили ей настроения. Внутренне выдохнув, я уже хотел отпустить её руку, но... — Ха Юль. Пэк Арин подняла наши сцепленные руки почти к самому моему лицу. — Если вопросы с помолвками станут для вас слишком обременительными, я могу помочь. [Помочь?] — Да, помочь. Пока я недоуменно склонял голову, Пэк Арин с загадочной улыбкой отпустила мою руку. — Просто имейте это в виду. Если станет совсем невмоготу, я помогу вам. В общем, это означало: «Если будет трудно — обращайся». [Спасибо] [Если не буду справляться, обязательно попрошу о помощи] Как бы то ни было, это был жест доброй воли. Я снова поклонился, а Пэк Арин, улыбаясь, помахала мне на прощание. ◆ ◆ ◆ Общежитие, в котором я не был неделю. Всего семь дней, а кажется, прошла целая вечность. С этим странным чувством я зашагал по коридору. Выйдя из лифта, я вскоре приблизился к своей двери. Это не чужой дом, а мой собственный, так что не было нужды сдерживать Наблюдение. С этой мыслью я не стал отключать полномочие, и тут же... — Тр-р-реск... хрусть... Я почувствовал, как Яйцо Истока прямо сейчас покрывается сетью трещин. «...Боже мой!» На мгновение я застыл как вкопанный, а затем сломя голову бросился к двери и распахнул её. В углу гостиной на диване Яйцо Истока раскачивалось из стороны в сторону, осыпаясь крошкой. Силовое поле, мешавшее наблюдению, дрожало. Это был верный признак скорого рождения. «Невероятно...!» Хотя мои глаза были закрыты, я был уверен, что внутренний взор сейчас сияет от возбуждения. «Открывается, открывается...!» Яйцо Истока. Скрытый предмет, который, как я считал, мне удалось заполучить в лучшем виде. И тот самый предмет, который из-за долгого бездействия заставлял меня подозревать, что меня обманули...! И вот оно открывается. Прямо сейчас. Скоро свершится...! Сердце пропустило удар. Пытаясь унять колотящийся от предвкушения пульс, я опустился на корточки перед диваном. «Что же там будет?» Ожидания зашкаливали. Я едва мог усидеть на месте. «Эликсир Полярности?» Тот самый эликсир, который помог «Алмазному воину» в 11-й итерации развить невероятные характеристики? «Или Двустороннее зеркало?» Одноразовый артефакт, позволивший «Троице» в 3-й итерации скопировать уникальную способность? «Порядок обращения тоже неплох». Одноразовый артефакт, создавший «Обратный путь магии» в 5-й итерации. Честно говоря, использовать его было бы непросто, но даже это — огромная удача. Даже если я не смогу применить его сам, на аукционе за него можно выручить баснословные деньги даже по меркам сверхлюдей. Учитывая, что я уже начал думать, будто оно никогда не вылупится, я был бы рад даже обычному набору эликсиров. Можно принять самому, а если возникнут сомнения — отдать на оценку, а потом употребить или продать. Что угодно будет кстати. Но если уж мечтать... хотелось бы получить что-то, что можно использовать уже на этих каникулах. У меня есть планы на страховку, но раз уж я собираюсь ввязаться в опасное дело, хотелось бы поскорее усилить свою боевую мощь. — Тр-реск, хрусть-хрусть! Словно отвечая на мои ожидания, Яйцо Истока ускорило процесс. Наконец по скорлупе прошла глубокая трещина, разделившая яйцо пополам. Силовое поле всё еще держалось, но присмотревшись, я увидел, что оболочка уже разошлась сверху и снизу. «Открылось?» Сердце бешено колотилось. Сделав несколько глубоких вдохов, я осторожно протянул руку и... — ! Яйцо Истока сильно качнулось. Верхняя часть скорлупы накренилась. Я замер, увидев такую бурную реакцию, которой не было до этого момента. Яйцо продолжало дергаться. Будто... внутри действительно кто-то был. «?» Руки задрожали. Я почувствовал слабый, инстинктивный укол тревоги. И тут. — Хрусть! Из трещины, разделяющей яйцо, внезапно высунулась рука. Маленькая ручка с нежной белой кожей. Она пошарила в воздухе, словно изучая обстановку, и тут же — хрясь! — с другой стороны высунулась вторая. Беспорядочно подвигав ручками, существо внезапно спрятало их обратно. А мгновение спустя высунувшаяся ладошка с силой толкнула верхнюю половину скорлупы. Маленькая рука поднялась выше, увлекая за собой скорлупу. Наконец то, что находилось внутри, явило себя миру. — Пя-ха! Раздался звонкий, беззаботный смех. Белоснежные волосы, в которых не было ни единого намека на другой оттенок, и такие же чистые, полные невинности глаза. Это был младенец необычной внешности... Нет, не просто младенец. Самая странная деталь была в другом. За спиной смеющегося ребенка трепетала пара крыльев. В отличие от ослепительно белого окраса самого малыша, они переливались всеми цветами радуги — полупрозрачные, великолепные крылья... «......» Мозг отключился. Мысли оборвались, а голову пронзила такая острая боль, будто череп раскалывался изнутри. В ушах зазвенело. Ноги подогнулись, и я едва не завалился назад. В этот момент младенец, активно размахивающий ручками, посмотрел на меня. Поскольку я сидел на корточках перед диваном, наши глаза оказались почти на одном уровне. Малыш открыл рот. — Па-па! В ушах загудело. Звук растянулся, эхом отдаваясь в сознании. Па-па... Папа... Папа... Папа? Кому это? Мне? — Бам! В ту же секунду меня накрыла такая неистовая головная боль и давление, каких я не испытывал за всю свою жизнь. И без того темный мир перед глазами окончательно погрузился в непроглядную черноту... ◆ ◆ ◆ [Яйцо Истока принимает Исток пробудившего его] [Поиск условий, подходящих пробудившему...] [Яйцо Истока вылупляется] ... [Рыцарь-фейри (Fairyknight)... вылупление завершено] ---------- Отец-одиночка? (1) Для меня биологические родители служили живым воплощением того, каким быть не следует. Человек, взрослый, супруг, родитель. Ни в одной из этих ролей у них не было ни единого достоинства. Сплошные недостатки. К ним как нельзя лучше подходило определение «худшие представители рода человеческого». Благодаря им у меня перед глазами всегда был своего рода предупреждающий знак. Типаж людей, на которых я ни в коем случае не должен быть похож. Крайняя черта, за которую нельзя переступать, как бы низко ты ни пал. Ориентир, подсказывающий: если суждено стать таким, то лучше сразу полезть в петлю... Поэтому, каким бы никчемным я ни был, я изо всех сил старался не походить на них. Я хотел стать хорошим человеком. Хотел вырасти достойным взрослым. Сейчас у меня нет в этом уверенности... но если когда-нибудь я женюсь и создам семью, я хотел бы стать хорошим супругом. И, хотя это почти невозможно представить... если у меня когда-нибудь появятся дети, я обязан сделать их счастливыми. Я поклялся в этом давным-давно. И до сих пор не изменил своего мнения. Женитьба. Рождение детей. К этим вопросам нужно подходить с предельной осторожностью. Я должен тщательно, снова и снова проверять, действительно ли я способен встретить кого-то, построить дом, произвести на свет ребенка и взять на себя ответственность за него — — А-па-а! — ...... — Па-а? Мои попытки предаться воспоминаниям и укрепиться в старых клятвах были грубо прерваны. Ледяная реальность, от которой хотелось сбежать, бесцеремонно ткнула меня носом в действительность. Веко мелко задергалось. В голове воцарился такой хаос, что казалось, она вот-вот взорвется. Дрожащей рукой — словно при землетрясении — я провел по лицу и снова активировал Наблюдение. Прямо передо мной на диване сидел неопознанный младенец. Ребенку, судя по всему, было очень весело: он заливался чистым, звонким смехом. Этот жизнерадостный смех был настолько ярким, что, казалось, все вокруг окрашивалось в светлые тона. При каждой улыбке его белоснежные, как снег, глазки моргали, а шелковистые волосы волнами спускались до самой спины. Малыш вытянул обе ручки и принялся тискать мои щеки. Я отчетливо ощущал мягкость и тепло крошечных ладошек. Если остановиться на этом, то передо мной был просто невероятно очаровательный ребенок, но... Шурх-шурх. Пара крыльев, трепещущих за его спиной, недвусмысленно намекала, что это далеко не обычный человеческий младенец. Они выглядели так, словно крылья бабочки подогнали под размер ребенка и прикрепили к лопаткам. При этом их яркий, переливчатый окрас вызывал у любого наблюдателя невольное ощущение чего-то призрачного и сказочного. «Это же...» Я видел описание подобных крыльев в оригинале. Унимая головокружение, я начал копаться в памяти. Монстр... раса, которую крайне редко можно встретить, блуждая по неосвоенным землям, но с которой часто сталкиваешься, когда грабишь родное поместье семьи Тэсан. «Фей?» Существа, которых стоит называть высшим видом духов. Фантастическая раса, обитающая в первозданной природе, не тронутой следами человечества. Яйцо Истока вылупилось. Это важное событие. Из него появилось не снадобье, не артефакт и не магический артефакт, а живое существо. Это очень важное событие. И это существо, похоже, фей. Фей, которого в оригинале трудно увидеть, если не грабить семью Тэсан, сейчас заливается смехом прямо передо мной. Это действительно важное событие. Но... — А... па! Это было далеко не так важно, как звуки, которые он продолжал издавать. По сравнению с этим вопросом всё остальное не стоило и выеденного яйца. «Я не хочу этого слышать». Я был совершенно не готов к таким словам. Да и вообще, мой ли это ребенок? Я никогда ни с кем не вступал в близость. Исходя из этого, у меня в принципе не может быть детей. Я стиснул зубы. Не знаю, поймет ли меня младенец, но я должен был сказать это хотя бы для того, чтобы убедить самого себя. [Я, я...] Скре-е-еж... Ожерелье заскрипело. Голос, всегда лишенный эмоций, теперь звучал прерывисто. От неприятного шума ребенок поморщился. Даже это выглядело ужасно мило. [Я не твой ро-ро-дитель...] Милота милотой, но истина дороже. Как бы очаровательно он ни выглядел, факты остаются фактами. В конце концов, мы даже принадлежим к разным расам, не так ли? Каждый раз, когда это обращение, обозначающее родителя, летело в мою сторону, мой мозг словно сминало в комок. В груди становилось так тяжело, будто ее вдавливало внутрь. Дыхание участилось. Из горла невольно вырвался стон. [Нет... не...] Голос воспроизводился рывками. Из-за постоянного скрежета ребенок обиженно надулся и закрыл уши руками. — И-и-и... — его глазки внезапно увлажнились, и в них заблестели слезы. Малыш всхлипнул, будто действительно понял мои слова. — Па-па-а... З-з-з-з... В голове всё побелело. Сознание окончательно отключилось. Рассудок, который выстоял даже после прямого удара Аэруса, в одно мгновение сдался. ◆ ◆ ◆ [Нет-нет!] [Прости меня...!] [Я больше не буду так говорить...] Придя в себя, я обнаружил, что прижимаю ребенка к груди и в панике пытаюсь его успокоить. Это вовсе не означало, что я признал себя его отцом. Просто я не мог оставить всхлипывающего малыша, который почему-то принимает меня за папу... Бросить его на произвол судьбы было бы самым гнусным поступком, поэтому я просто решил его утешить. Одной рукой я поддерживал ребенка, а Небесное оперение страховало его со спины, чтобы он, не дай бог, не опрокинулся назад. — Эхе-хе... Малыш, который только что собирался плакать, уже вовсю улыбался и уютно устраивался в моих объятиях. Поскольку он был совсем крошечным, он как-то умудрился целиком поместиться у меня в руках. Это было и мило, и в то же время вызывало в душе целую гамму сложных чувств. Невольно захотелось вздохнуть... — Х-хык! ...но я вовремя зажал себе рот. Я осторожно взглянул на ребенка. Испугавшись, что он снова может расплакаться, я затаил дыхание. К счастью, он, кажется, ничего не заметил. Тем временем мне в голову пришла мысль, что на новорожденном (?) совсем нет одежды. «Это... нормально?» В гостиной была комфортная температура. Ребенок не выглядел замерзшим, но я все равно запереживал, как бы он не простудился. У младенцев обычно слабый иммунитет. Поэтому нужно всегда поддерживать вокруг чистоту и проявлять крайнюю осторожность. В конце концов, разве это не только что родившийся... человек? Фей? Ребенок? Если подумать, оставлять его в таком виде было крайне безопасно. Я категорически не признавал себя отцом, но и бросить его не мог. У-у-унг! Для начала я применил Магию очищения на всё вокруг, включая себя. Наблюдение не фиксировало ни пылинки, ни посторонних частиц, но береженого бог бережет. Затем я временно расправил Небесное оперение и обернул им ребенка. Как-никак, это артефакт. У него должен быть хоть какой-то эффект сохранения тепла. Теперь малыш был укутан, словно в пеленку. — У-у? Ребенок моргнул, глядя на меня снизу вверх. Он без всякого сопротивления принялся ощупывать Небесное оперение, обернутое вокруг его тела. К счастью, текстура артефакта пришлась ему по вкусу. Я испытал мимолетное облегчение, но тут же снова поник, осознав, что не решил еще ни одной проблемы. «...Чем кормить младенца?» Я внимательно просканировал ребенка Наблюдением. Он может сидеть на диване... И лепетать простые слова вроде «папа». Волос у него много, они даже спускаются до спины... [Малыш? Погоди секунду...] — У-унг? Бе-е...? Поддерживая его за попку с помощью Небесного оперения, я свободной рукой осторожно приоткрыл ему ротик. «Зубы... немного есть?» Если есть зубы, то, насколько я знаю, нужно давать не смесь, а прикорм... «Сколько ему месяцев при таком раскладе? Если зубы прорезались, значит, больше двенадцати? Тогда с прививками я уже опоздал?» Нет. Мне всё еще не хватает знаний об этом мире. В мире, где существуют мана и уникальные способности, всё может отличаться от моих прежних знаний. И прежде всего — этот ребенок не человек, а фей. Можно ли вообще применять человеческие стандарты к младенцу-фею? Я был в замешательстве. Мои знания были настолько поверхностными и ничтожными, что я не мог принять верное решение. Я действительно был совершенно не готов. Что, если из-за моего невежества с ребенком что-то случится... Голова раскалывалась. Это была боль иного рода, нежели побочный эффект Полномочия... Боль от стресса и психологического давления. — Кья-ха-ха! Но я не мог кривиться и хмуриться перед радостным ребенком. Ситуация была поистине критической. «...Ладно». Похлопав малыша по спине и немного поразмыслив, я с твердой решимостью поднялся на ноги. Человек должен уметь признавать свои недостатки. Только осознав пробелы, можно их восполнить. Кроме того, если ты не можешь справиться сам, нужно уметь просить помощи у других. На кону не только моя шкура, но и безопасность ребенка. Если я буду мямлить про внезапность ситуации и искать оправдания, может случиться непоправимое. Одеревеневшими пальцами я коснулся экрана смарт-часов. ◆ ◆ ◆ Из-за этой проклятой промежуточной аттестации Лиана в последнее время была занята по горло. Сверхчеловек, обладающий сродством с духами, — редкость. Те, чей талант превышает определенный уровень, встречаются еще реже. А духоловы, которые смогли развить этот дар и достичь истинного величия, — явление исключительное. Лиана, будучи духоловом фактически высшего ранга, была невероятно ценным кадром для Сиёлама, поэтому ее нещадно эксплуатировали при составлении заданий и проверке работ промежуточной аттестации. Тяжело. Конечно, это не шло ни в какое сравнение с тяготами на передовой. Там приходилось поддерживать 24-часовую боевую готовность и постоянно быть начеку, ожидая, что в любой момент из ниоткуда выскочит монстр и попытается перерезать тебе горло. Здесь и телу, и душе было гораздо спокойнее. Но... Лиана с самого детства жила под гнетом ожиданий, изнуряя себя тренировками, и еще до совершеннолетия отправилась на фронт, где сражалась до прошлого года. Она надеялась, что, уйдя в отставку с поста героя, заживет спокойной жизнью. И теперь даже такой рабочий график казался ей непосильной ношей. Ей хотелось всё бросить и сбежать или просто запереться в своей лаборатории... но она не могла себе этого позволить. Поэтому Лиана в разгар воскресного дня поплелась на работу. Она планировала разобраться с текущими делами и продолжить проверку скопившихся работ промежуточной аттестации. Динь! Динь! Динь! — А? [Контакт: Курсант Ли Ха Юль] ▶ Курсант Ли Ха Юль: Прошу прощения, что беспокою вас в воскресенье утром. Возникло срочное дело, поэтому я решил связаться с вами. ▶ Курсант Ли Ха Юль: Мне нужна помощь профессора. ▶ Курсант Ли Ха Юль: Могу ли я встретиться с вами в лаборатории? Хотелось бы увидеться как можно скорее. — О-о? Это произошло как раз в тот момент, когда она потягивала утренний кофе и проверяла почту. При виде имени Ли Ха Юля глаза Лианы расширились. Ли Ха Юль, который никогда не выходил на связь первым, прислал сообщение. Да и содержание было тревожным. Просит прощения за беспокойство. Нужна помощь. Хочет встретиться как можно скорее... «Завтра мы и так увидимся на занятиях... Неужели дело настолько срочное?» Лиана наклонила голову и ответила, что он может приходить прямо сейчас. Ха Юль тут же подтвердил, что выезжает. Чувствовалось, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Неужели с ним снова что-то случилось? «Не так много времени прошло после инцидента в Шихаллионе. Впрочем, если бы случилось что-то подобное, он бы побежал к Атре». Немного обидно, но если бы Ха Юль попал в беду, он бы скорее бросился к Атре, чем к Лиане. Тогда почему он идет именно к ней? Тук-тук [Профессор] [Это Ли Ха Юль] — Да, входите. Ли Ха Юль прибыл очень быстро. Действительно спешил. Стоило ей разрешить войти, как дверь открылась, и в комнату робко, словно промокший под дождем щенок, проскользнул Ха Юль. [Простите, что обременяю вас в такой день] Оставив в стороне должность куратора класса Ипчхун, Лиана также получила личную просьбу от Ректора присматривать за Ли Ха Юлем. Так что извиняться было не за что. Лиана пожала плечами и поднесла чашку кофе к губам. — Пустяки. Я и так уже была на работе. К тому же, что случ... — — Па-а? — ...чи... ло... сь...? Специфический звук, коснувшийся ее слуха, заставил руку с чашкой замереть. Рот, в который она только что набрала кофе, застыл, как и вторая рука, занесенная над голограммой. — А? Лиана несколько раз глупо моргнула и перевела взгляд. За спиной неловко стоящего Ли Ха Юля не было его привычного плаща-крыльев. Нет, не так. Плащ был надет не на спину, а спереди. Точнее, в нем был укутан какой-то белоснежный младенец... Младенец с крыльями за спиной... Нет, фей? Ха Юль бережно прижимал его к себе, используя артефакт как пеленку, словно это был его собственный ребенок. — ...? Рот Лианы непроизвольно открылся. К счастью, катастрофы с пролитым кофе не случилось. Она успела его проглотить мгновением ранее. ◆ ◆ ◆ [Рыцарь-фей резонирует с игроком] [Психологическое состояние «?정» реагирует] ... [Система коррекции игрока: Измерение] ... ▶ Психологическое состояние ... «?정»: ? ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●○○○○ (65 ▶ 66/100) «Симпатия» «Благодарность» «Добрый взрослый» ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Отец-одиночка? (2) Реакция профессора Лианы, перешедшая от простого удивления к полному оцепенению, была вполне предсказуемой. Разве я сам не испытал того же? Я не просто рот разинул — я был на грани того, чтобы вовсе лишиться чувств от потрясения... — То есть... вы хотите сказать, что этот ребёнок появился из артефакта под названием Яйцо Истока, который вы получили в Башне Роста? [Э-э...] [Да.] — Ох, боже мой... Прошло некоторое время. Я закончил краткий рассказ. Профессор Лиана, сидевшая на диване напротив и внимательно слушавшая, тяжело вздохнула, и в этом вздохе смешалась целая гамма чувств. — Когда вы сказали, что курсанту Ли Ха Юлю срочно нужна помощь, я почувствовала, что дело серьезное. Но я и представить не могла, что вы явитесь ко мне с младенцем на руках... Я и сам в самом страшном сне не мог такого вообразить. Профессор Лиана прижала ладонь ко лбу, словно у неё закружилась голова, а затем подняла взгляд. Её зеленые глаза несколько раз моргнули, рассматривая малышку в моих руках. Если быть точным — пятицветные крылья, распахнутые за спиной ребёнка. — И привели вы не человеческое дитя, а только что вылупившуюся фею... Поразительно. [Я вспомнил ваши рассказы о феях.] [Подумал, что раз вы глубоко изучаете магию духов, то должны много знать и о феях.] То, что из яйца внезапно выскочил ребёнок, само по себе сводило с ума, а то, что эта кроха называет меня папой, и вовсе заставляло мой мир рушиться. Однако тот факт, что раса младенца, судя по всему, — фея, тоже был крайне важным вопросом. Не в силах скрыть смятение, я слегка коснулся кончика её крыла. Переливающееся всеми цветами радуги крылышко дрогнуло. К счастью, малышка не отстранилась и не выказала недовольства. Напротив, она затрепетала ими так, будто просила погладить ещё. В районе моей груди раздалось довольное урчание. В результате постоянного Наблюдения за ребёнком я выяснил одну вещь: ей очень нравится, когда время от времени нежно поглаживают кончики её крыльев. — Поскольку духи и феи тесно связаны, я действительно кое-что о них знаю, — кивнула профессор Лиана, с любопытством наблюдая за поведением малютки. «Какое облегчение...» Я мысленно выдохнул. Из Яйца Истока, которое, как я думал, окажется пустышкой, появился ребёнок. За спиной у этого ребёнка крылья, явно принадлежащие фее. И этот ребёнок с самым светлым лицом на свете зовет меня папой... В такой ситуации было огромной удачей, что профессор Лиана разбирается в феях. «О чём спросить в первую очередь?» Я немного привел мысли в порядок, но вопросов всё равно оставалось слишком много. С расой фей я нечасто сталкивался даже в оригинальной истории. В 3-м прохождении, будучи «Тремя видами», я видел их во время официального визита в клан Тэсан. В 11-м прохождении, в роли «Алмазного воина», я натыкался на них, когда наводил шороху в том же клане Тэсан... В остальных же случаях я лишь изредка находил их в глубинах Магических земель или в диких местах, куда не ступала нога человека. Даже в оригинале встречи с феями были редкостью. Из-за этого мои знания и информация о них были весьма скудными. [У меня много вопросов.] [Могу я их задать?] — Да, разумеется, я помогу вам, — охотно ответила она. — Но прежде... В тот момент, когда я собирался засыпать её вопросами, профессор Лиана подняла руку, останавливая меня. Я выпрямился, гадая, в чём дело, а профессор прикрыла глаза. Её тонкие пальцы застучали по столу, а веки мелко задрожали. Казалось, она погрузилась в глубокие раздумья. — Прежде... могу ли я сама спросить вас о паре вещей? — подала голос профессор Лиана, открыв один глаз, пока я терпеливо ждал. Просьба была простой. Судя по её тону, моего предыдущего объяснения оказалось недостаточно. Я ведь старался изложить самую суть, выделяя только главное... Неужели вышло слишком скупо? [Да.] [Я искренне отвечу на всё, что в моих силах.] — Спасибо. Меня это давно интересовало, и я чувствую, что сейчас самое время прояснить этот момент. Профессор Лиана лучезарно улыбнулась и, сцепив пальцы в замок, подперла подбородок. Я кивнул, настраиваясь на серьезный разговор. На самом деле я не особо нервничал. Я уже знал, что профессор Лиана не странный и не злой человек. Я верил, что её вопросы не продиктованы желанием причинить мне вред. И тут... — Курсант Ли Ха Юль, вы точно человек? [Что?] Мне в лицо прилетело прямое сомнение в моей человеческой принадлежности. Из уст всегда доброй и милосердной профессора Лианы... вырвались слова, которые я никак не ожидал услышать в свой адрес. От этого нелепого заявления, отрицающего мою расу, мысли на мгновение замерли. — ...Почему вы... а... а? А, а-а-а?! Нет-нет, стойте! Я не это имела в виду! Заметив моё ошеломленное лицо, серьезная до этого профессор Лиана растерянно захлопала глазами. Она словно прокрутила свои слова в голове и, осознав, как они прозвучали, в ужасе вскрикнула. Затем она отчаянно замахала руками, пытаясь развеять недоразумение. — Я не в том смысле! Это не оскорбление! Честное слово! Я буквально спрашиваю о вашей расе! [Прошу прощения...] [Если я в чём-то ошибся, я постараюсь исправиться.] — Да нет же!.. Я правда не это имела в виду... Глаза профессора Лианы пошли кругом. ◆ ◆ ◆ — Простите. Мне стоило сразу добавить пояснение... Недоразумение разрешилось быстро. После горячих заверений профессора Лианы стало ясно, что в её словах не было ни капли пренебрежения или желания обидеть — она действительно искренне сомневалась в моей расовой принадлежности. [Я до сих пор не совсем понимаю.] [Не могли бы вы объяснить подробнее?] — Хм... конечно. ...Это казалось еще более странным. Она спросила, человек ли я. В её тоне сквозило подозрение, что я принадлежу к какой-то другой расе. Это совершенно не укладывалось у меня в голове. Какая, черт возьми, может быть причина утверждать, что я не человек? — С начала семестра, пока я курировала курсанта Ли Ха Юля, я не раз говорила вам определенные вещи. Профессор Лиана, все еще коря себя за оплошность, взъерошила волосы и сделала глоток кофе, словно у неё пересохло в горле. Затем, решив больше не повторять ошибок, она начала объяснять, загибая пальцы. — Первое: чистота вашей маны запредельно высока. [Я помню.] — И это не просто «высокий уровень». Она была слишком, чересчур чистой. Чистая мана. Высокая проба, фактически полное отсутствие примесей. Тогда я, конечно, этого не понимал, но сейчас осознаю: это одна из причин, по которой стала возможна Расширенная способность «Синхронизация». Чистота. Она не окрашена и не смешана ни с чем посторонним. А значит, её легко окрасить и «загрязнить» чем угодно. Следовательно, она может принять любую форму и измениться. Благодаря этой особенности я мог использовать Синхронизацию, имитируя уникальные способности стихийного или особого типа. — Второе: Сродство к духам, позволяющее управлять ими даже без предварительного заключения контракта. Профессор Лиана продолжила: — Помните, я говорила на занятиях по магии духов, что мана фей по своей природе близка к чистой силе стихий природы? [Помню.] — И я также упоминала, что духи — это существа, состоящие из стихийной силы, а феи как раса специализируются на управлении духами благодаря свойствам своей маны и врожденному сродству. [...Помню.] Сказав это, профессор Лиана пошевелила двумя загнутыми пальцами. — Мана курсанта Ли Ха Юля необъяснимо чиста, что позволяет вам преобразовывать её в «близкую к природной стихийную силу». [Допустим... это так.] — Кроме того, ваше Сродство к духам настолько выходит за рамки стандартов, что вы способны осуществлять власть над ними без заключения контракта. «......» Я начал догадываться, к чему она клонит, еще на середине, но теперь окончательно понял ход её мыслей. Чистота маны. Стихийная сила. Сродство к духам. Благодаря тому, что она перечисляла это по пунктам, сравнивая и подчеркивая детали, картина сложилась воедино. Видимо, мои мысли отразились на лице, потому что профессор Лиана кивнула. — Я подумала, что курсант Ли Ха Юль — не человек, а фея. [Но разве это возможно?] Ожерелье тут же выдало скептический ответ. Я понимал, почему профессор Лиана приняла меня за... ну, за кого-то вроде феи. Но сам я все еще не мог с этим согласиться. Я недоуменно наклонил голову, озвучивая свои сомнения. [Насколько я знаю, большинство фей обладают очень крошечным телосложением.] Именно поэтому я не был уверен, является ли феей ребёнок у меня на руках. Все феи, о которых я знал, были размером от силы с ладонь. Крылья малышки определенно напоминали крылья феи, но из-за её «нормальных» младенческих размеров я сомневался. — Если разбираться детально, феи делятся на множество видов. И их размеры зависят от вида. Хотя сейчас большинство из них скрылись от глаз мира... Профессор Лиана указала пальцем на ребёнка в моих руках. — Если сведения из древних книг верны, этот ребёнок — Рыцарь-фея, или Феерический рыцарь... тот, кто охраняет правителей фей. [Рыцарь-фея? Феерический рыцарь?] — Да. Если проводить аналогию с муравьями, это что-то вроде солдата? Конечно, взрослый Феерический рыцарь обладает силой примерно 4-го ранга... это элитный гвардеец высокого уровня. «4-й... 4-й ранг?» Я заново окинул взглядом малышку, которая смирно сидела у меня на руках и теребила мои волосы. В поздние периоды, когда повсюду начали появляться настоящие чудовища, 4-й ранг мог показаться не таким уж впечатляющим, но на деле это существо, способное на равных сражаться с Героем высшего ранга или в одиночку уничтожить группу обычных героев. Феерический рыцарь... Я не слышал о таком существе в оригинале. Оригинал ошибался? Или они существовали, но я просто их не нашел? — Сначала я тоже не думала, что курсант Ли Ха Юль — фея. Ненормально высокая чистота маны... Я просто считала вас сверхчеловеком с уникальными задатками, — профессор Лиана пожала плечами. — Сомнения закрались, когда дело дошло до духов. Управление духами без контракта, в моем понимании, доступно только феям. Но и тогда это было лишь предположением. Взгляд профессора Лианы перемещался с меня на мирно сидящую у меня на руках малышку... на Феерического рыцаря. — ...Но видя эту картину, я снова вижу вероятность. Чистая мана. Способность управлять духами без контракта, как это делают феи. Из Яйца Истока — артефакта, который выдает предмет, подходящий владельцу, — появилась фея... [Я понимаю, что сходства много, но...] Я немного подумал и постучал по ожерелью. [Разве этого не слишком мало, чтобы сомневаться в моей расе?] — Конечно, я не утверждаю это наверняка. Я хоть и знаю о феях, но не являюсь в этом вопросе абсолютным экспертом. Однако. Профессор Лиана оставила место для сомнений и пошевелила пальцами. — Но тот факт, что из артефакта под названием Яйцо Истока родилась фея, причем именно Феерический рыцарь, и этот рыцарь сразу признал в курсанте Ли Ха Юле родителя и привязался к нему... делает эту вероятность очень высокой. После этого долгого объяснения в кабинете повисла неловкая тишина. «...Ну и дела». Мне оставалось лишь сидеть с неописуемым выражением лица. Силы покинули меня, и я невольно растекся по дивану. И тело, и разум были выжаты. С самого утра шокирующие события сыпались на меня одно за другим, нанося беспощадные удары. Сначала из яйца вылупляется маленькая фея и называет меня папой. А когда я пришел за советом, мне заявляют, что я, возможно, и сам не человек, заставляя сомневаться в собственном происхождении... «Тогда кто мои родители?» Кто те люди, что вырастили меня? Это же бред. Разве фея может родиться у людей? В конце концов, я пришел из мира, где вообще не существовало понятия «иная раса». — А теперь спрашивайте вы, курсант Ли Ха Юль. Я искренне отвечу на всё, что знаю! Словно понимая моё смятение, профессор Лиана с кроткой улыбкой позволила мне задавать вопросы. — Ха-а-ам... Пока я сидел в прострации, малышка открыла ротик и сладко зевнула. Похоже, её начало клонить в сон. В конце концов, младенцы должны много спать. Поглаживая по голове ребёнка, чьи веки уже тяжелели под натиском сонливости, я задал вопрос, который сейчас волновал меня больше всего. [Так... нужно ли делать ребёнку прививки?] — Что? [Ну, это хоть и фея, но всё же младенец.] [Я подумал, не пора ли нам на вакцинацию...] Профессор Лиана захлопала глазами. Она явно не ожидала, что первым делом я спрошу именно об этом. ---------- Отец-одиночка? (3) — ...Вакцинация ей не особо нужна. Хоть она и выглядит как обычный младенец, если не считать крыльев, всё же она фея. В этом мире, где существуют сверхчеловеки, вакцинация, разумеется, тоже необходима. Каким бы ранним ни было пробуждение, до него дети остаются обычными младенцами, а значит, подвержены всяческим хворям. Да и после пробуждения, если на мелкие недомогания еще можно закрыть глаза, то серьезные болезни представляют для них не меньшую угрозу. Однако для ребенка-феи подобные меры считались излишними. Мало того что её начальный уровень способностей от природы превосходил человеческий, она к тому же принадлежала к «рыцарям-феям» — существам, чья суть была заточена под военное ремесло. Осознание того, что малышка вряд ли столкнется даже с обычными простудами, принесло заметное облегчение. Топ... топ... Путь к общежитию лежал через ухоженную дорогу, плитка которой постепенно окрашивалась в мягкие оранжевые тона заходящего солнца. Вечер подкрался незаметно — разговор с профессором Лианой затянулся дольше, чем планировалось. — Хр-р-р... Малышка, не выдержав скуки и поддавшись усталости, уже давно крепко спала у него на руках, мерно посапывая. «...Спит себе спокойно». Вид у неё был на редкость безмятежный. Одну прядь Небесного оперения она подложила под голову, словно подушку, другую крепко обхватила ручонками, а в самую широкую завернулась, как в кокон. К счастью, текстура артефакта пришлась ей по душе, и она позволила себя укутать. Благодаря тому, что Небесное оперение полностью обволакивало её тельце, оно постоянно обеспечивало защиту и поддерживало нужную температуру. Более того, если поза становилась неудобной, артефакт позволял поправить положение ребенка, даже не задействуя руки. «Всё-таки я не ошибся с выбором». Покупка Небесного оперения была лучшим решением. Сплошные плюсы, ни единого повода для сожалений. Устраивая малышку поудобнее с помощью артефакта, он чувствовал легкий укол совести: из-за того, что они так задержались, ребенок наверняка сильно вымотался. Профессор Лиана — духолов. Духи и феи связаны тесными узами, поэтому в процессе постижения магии духов ей пришлось немало изучить и природу фей. Когда-то она и сама искала встречи с ними и в итоге, благодаря связям с кланом Тэсан, даже посещала их обители на закрытых территориях. Впрочем, это не означало, что она знала о них абсолютно всё. Если точнее... она не могла, подобно узкому специалисту, выдать четкие инструкции по воспитанию и уходу. И это было вполне естественно. В конце концов, она духолов, а не наставник фей. Всё, чем смогла поделиться профессор Лиана — это обрывочные знания и информация, почерпнутая из наблюдений за другими расами, включая духов. Чтобы узнать больше, нужно было искать кого-то, кто разбирается в феях лучше профессора, или обращаться к тем, кто владеет более глубокими сведениями. И он, и профессор Лиана знали, о ком идет речь. «Тэсан, значит...» Тэсан. Клан Тэсан — сила, входящая в число Трех Великих Семей наряду с Гэпхва и Чангэ. Как и подобает статусу одной из Трех Великих Семей, в оригинальном произведении Тэсан уделялось огромное внимание. Их скрытая мощь была поистине колоссальной. Один только глава клана являлся героем высшего ранга и мастером, стоящим на пороге становления Первопроходцем. Под его началом находилось множество отрядов, способных входить в Магические земли и проводить там длительные карательные операции. Однако главное преимущество Тэсан заключалось не в боевой мощи. Со времен основателя клан обосновался в юго-восточной части Корейского полуострова. Почти вся подконтрольная им территория состояла из гор. На первый взгляд эти земли могли показаться бесплодными, но дикорастущие целебные травы и прочие ресурсы, добываемые там, приносили доход, перед которым меркла прибыль от крупнейших золотых приисков. А если добавить к этому постоянный уход с использованием уникальной способности Тэсан управлять землей и жизненной силой... получались угодья, чья ценность заставляла лишь посмеиваться над ценой золота. В некоторых владениях Тэсан обитали духи. Члены клана — а точнее, те, кто отвечал за присмотр за ними, — должны были знать об этих существах практически всё. «...С Тэсан у меня нет никаких зацепок». Проблема заключалась в том, что с этим кланом я не поддерживал никаких отношений. С Гэпхва я сблизился через Хон Ёнхва, с Чангэ — через Пэк Арин. Поскольку обе они были наследницами своих семей, эти связи были весьма прочными. Но с кем-то из Тэсан я до сих пор не пересекался. Единственный раз, когда я видел их наследницу — и то лишь мельком с помощью Наблюдения, — был на турнирной арене. «Ли Джиён». Наследница клана Тэсан, курсант второго курса Сиёлама, 120-й поток. В оригинале она была персонажем, с которым герой сталкивался довольно часто. В первом прохождении они встретились в самом начале, и, завоевав её доверие, он сделал её членом своей группы. Она сражалась плечом к плечу с ним до самого конца, отражая вторжение Башни. В последующих циклах их пути тоже переплетались. В третьем прохождении всё сильно осложнилось из-за того, что уникальная способность Тэсан была раскрыта. В четвертом же они были торговыми партнерами: Ли Джиён поставляла природные ресурсы и части монстров, необходимые для создания сосуда, способного заменить тело игрока. А в девятом прохождении... я убил её и пожрал, поглотив её силу... Девятый цикл. «Агви». Прохождение, в котором я полностью отбросил путь добродетели и выбрал маршрут истинного зла. Используя уникальную способность «Пожирание», я поглотил Ли Джиён и других членов клана Тэсан, лишив их могущества. В том девятом цикле, совершив череду немыслимых злодеяний, я был признан Ассоциацией «целью номер один для уничтожения» и вскоре пал от рук нагрянувшей объединенной армии. Как бы то ни было. Чтобы наладить связи с кланом Тэсан, лучше всего действовать через их наследницу, Ли Джиён. Во втором семестре начнутся занятия с наставниками, и я планирую подать заявку именно к ней. Скорее всего, тогда мы и познакомимся официально. Разумеется, нет стопроцентной гарантии, что она примет меня... но я рассчитываю, что всё пройдет гладко. Впрочем, если не выйдет, найдутся и другие способы. [Курсант Ли Ха Юль, личность подтверждена] Я добрался до общежития. По пути я скрывался с помощью Магии и, благодаря Полномочию наблюдения, избегал чужих взглядов, так что мне никто не встретился. «Не то чтобы это было под строжайшим запретом... но и разглашать об этом на каждом углу точно не стоит». Подавив готовый вырваться вздох, я попытался уложить младенца на кровать. — Хвать... Но едва я начал опускать его вместе с перьями, как крошечные пальчики крепко вцепились в мою одежду. Малыш явно не хотел со мной расставаться. В кабинете профессора Лианы всё повторилось. Я попытался уложить малышку на раскладушку прямо в «Небесном оперении», чтобы ей было удобнее, но она вцепилась в меня мёртвой хваткой и ни в какую не желала отпускать. Пришлось действовать, не выпуская ребёнка из рук. Первым делом я вскрыл стоящую на столе коробку и выложил содержимое. Эту посылку я заказал ещё утром; я забрал её из камеры хранения в холле первого этажа общежития, когда поднимался к себе. Внутри не было ничего особенного. Только самое необходимое: детская одежда и подгузники. По пути в лабораторию я на скорую руку купил одежду и подгузники, чтобы было во что его переодеть. Тогда времени совсем не было, и я взял лишь самое необходимое, поэтому теперь заказал сразу несколько комплектов. А еще... на краю обеденного стола выстроились в ряд несколько цилиндрических банок. На нежно-желтом фоне белели редкие пушистые облака, а с этикетки лучезарно улыбался младенец. Это была детская смесь, которую я купил для малыша. У него уже прорезалось несколько зубов, так что я подумывал, не пора ли вводить прикорм, но... Последовав совету профессора Лианы, я купил детскую смесь. Я взял банку в руки, с озадаченным видом разглядывая её. Раньше я был уверен, что подобные вещи никогда не будут иметь ко мне ни малейшего отношения. И уж точно не представлял, что сам стану их покупать и использовать. — Динь! [Начинается нагрев] Первым делом нужно было вскипятить воду. К моему удивлению, для приготовления смеси существовал даже специальный прибор — так называемый чайник для детского питания. Пока вода грелась, я взял бутылочку. Её я уже успел вымыть вручную и на всякий случай раз пятьдесят обработал магией очищения. Теперь оставалось только аккуратно насыпать туда порошок мерной ложкой. Пик! Вода в чайнике для смеси нагрелась до нужной температуры, и раздался сигнал. Остужать её не требовалось — она была в самый раз. Я наполнил бутылочку. Сначала плеснул совсем немного, чтобы растворить порошок, и только потом долил остальное. Всё оказалось на удивление просто. Видимо, в мире, где существует магия, многие привычные мне хлопоты попросту не нужны. — И-и... па-а. «Прости, что разбудил». «Сначала поедим, а потом сразу спать». Кормить спящего младенца — затея безнадёжная, так что пришлось окончательно его растолкать. Стоило мне легонько потереть мочку уха, как малыш сонно приоткрыл свои ясные глазки. Мысленно извинившись за то, что разбудил, я ласково похлопал его по спинке и взял на руки. Одной рукой я придерживал его за спину, а прядями Небесного оперения, аккуратно распределив их, бережно подпер шею и голову, поддерживая все крохотное тельце. Зрелище, должно быть, причудливое. Посмотри кто со стороны — наверняка принял бы меня за какое-нибудь чудовище со щупальцами, но для меня, лишившегося одной руки, это был единственный способ справиться. Все предыдущие этапы он выполнил, филигранно используя Полномочие наблюдения. Температура воды, количество смеси в бутылочке, процесс её растворения и даже то, как он держал младенца — всё в точности соответствовало инструкциям. Обернув бутылочку прядью Небесного оперения, он бережно поднес её к губам ребёнка. — Шмыг? Шмыг-шмыг... Малыш озадаченно наклонил голову, чувствуя приближение чего-то странного, и смешно сморщил носик. Он пару раз моргнул, а затем широко открыл рот и присосался к соске. — Чмок... Чмок? Младенец начал инстинктивно сосать смесь, и его глаза тут же округлились от удивления. Вскоре причмокивание на удивление участилось, и содержимое бутылочки начало стремительно убывать. «...» Вид младенца в этот момент был на редкость странным. Смесь закончилась мгновенно. В лаборатории его тоже кормили, но... разве дети не едят всегда так много? Я перехватил ребенка поудобнее. Он был теплым, и, должно быть, от сытости его лицо, покоившееся на моем плече, выглядело совсем разомлевшим. — Ик. В этот миг тельце младенца слегка вздрогнуло, и он коротко рыгнул. Младенец справился сам, хотя я даже не гладил и не похлопывал его по спинке. Спустя некоторое время, срыгнув еще несколько раз, малыш мирно засопел и крепко уснул. Ребенок... Дитя... «Нужно дать ему имя... Пожалуй». Я применял Наблюдение, глядя на спящего кроху, и в груди шевелилось странное, непривычное чувство. Мысль, что подспудно терзала меня уже какое-то время, теперь завладела мной целиком. Для человека имя — это не просто слово. Это символ, отделяющий личность от всех остальных, определяющий само его существование. И обычно это имя дают родители. Случается, что имя после долгих раздумий выбирают бабушки, дедушки или другие родственники. А иногда за ним и вовсе идут в бюро именований, чтобы подобрать вариант с глубоким, особым смыслом. Своё имя я выбрал сам. Родители не дали его мне. О том, что оно вообще необходимо, я задумался лишь после того, как наш дом сгорел и я оказался в приюте. Именно тогда я и решил этот вопрос самостоятельно. В то время мне было совершенно всё равно, каким будет моё имя, но сама мысль о том, что его даст совершенно посторонний человек, вызывала глухое неприятие. В итоге я просто полистал словарь и выбрал то, что показалось подходящим. «Ли Ха Юль». Ли — достоинство, Ха — вопрос, Юль — закон. Если толковать вольно, получится что-то вроде: «всегда и везде следовать собственным правилам, чтобы жить с чистой совестью». Своим именем я доволен. Пусть тогда я набросал его почти наугад, за всё это время никто надо мной не смеялся, да и неудобств оно мне не доставляло. «...» Но если бы мне пришлось называть кого-то другого, я бы никогда не подошёл к делу так беспечно. И сейчас я столкнулся именно с такой ситуацией. Нельзя же вечно звать её просто «малышкой», «крохой» или «ребёнком». Нужно дать ей имя. Одна лишь эта мысль заставляла голову идти кругом. Обычно этим занимаются в семье... это делают родители. А я ей не отец. У меня нет ни права, ни способностей, чтобы называться родителем. Я не собираюсь рассуждать о том, какими должны быть родители в представлении других, но сам я не дотягиваю даже до той минимальной планки, которую установил для себя. Денег не хватает, знаний о воспитании — кот наплакал... я не соответствую ни одному критерию. Но... «...» Малышка тянется ко мне, как к отцу. И от одной мысли о том, чтобы отдать её в приют или подобное заведение, голову пронзала такая боль, будто череп раскалывался на части. Это было бы в духе моих собственных «родителей». Поступок, на который я ни за что не должен идти, которому не имею права подражать. Это было бы предательством самой моей сути. — Фух... Я осторожно выдохнул, стараясь привести мысли в порядок. Отбросил всё лишнее и подвёл итог. Стать родителем — это тяжёлое бремя. Малышка видит во мне отца. Я — человек, совершенно не пригодный на роль родителя. Однако сама мысль о том, чтобы бросить ребёнка, который ко мне привязался, вызывает тошноту. Это невозможно. Значит... мне придётся её растить. «...Говорят, феи растут быстро». Чтобы достичь физической зрелости, феям не требуется столько времени, сколько людям. По словам профессора Лианы, Рыцари-феи, специализирующиеся на защите своего повелителя, растут даже по меркам фей необычайно быстро. Этот период займёт всего несколько лет. К тому времени она станет взрослой по меркам своего вида. То есть сможет здраво мыслить и принимать решения. «Хотя бы до тех пор... я смогу её растить». У меня нет ни капли родительских качеств, но главный мой изъян — неопределённый срок жизни. Если во время воспитания ребёнка я внезапно упаду замертво посреди дороги, она окажется в ужасном положении. Но, судя по всему, даже если я не сниму проклятие, несколько лет у меня в запасе есть. К тому времени малышка повзрослеет и сможет позаботиться о себе сама. Кроме того, я планирую наладить контакт с семьёй Тэсан и, если со мной что-то случится, попрошу их отправить её к сородичам. На душе было неспокойно. Никогда ещё я не чувствовал такого смятения. Подавив готовый вырваться вздох, я легонько похлопал малышку по спине. — Хе-хе... От этого простого жеста спящая девочка расплылась в блаженной улыбке, словно была самым счастливым существом на свете. От этого на сердце стало ещё тяжелее. ◆ ◆ ◆ Солнце зашло и взошло вновь. Прошёл ещё один день. Жёлтые глаза Элии часто моргали. На её лице застыло сложное, полное растерянности выражение. Она перевела взгляд с моего лица на малышку, которая с недовольным видом сидела у меня на руках. — Вы хотите... чтобы я присмотрела за этой малышкой у себя дома во время каникул? [Да...] Всего через день после того, как я твёрдо решил растить её до совершеннолетия, я выдал фразу, достойную самого никчёмного опекуна в мире. ---------- Том 1 Глава 127 Важнейшие события первого семестра — восхождение на Башню Роста, промежуточная аттестация и турнир — остались позади. К этому моменту закончилось изучение программы первого семестра как по общим, так и по профильным дисциплинам, так что свободного времени стало в избытке. В этот короткий промежуток затишья перед каникулами курсанты обычно расслабляются. Они встречаются с друзьями, на которых раньше не хватало времени, или заглядывают в заведения торгового сектора, на которые прежде старались не отвлекаться ради учебы. — Ох… Ну и приторно. Предыдущий вариант был в самый раз. — Да и тот был настолько сладким, что аж зубы сводило. Как вообще люди это пьют? Син Се Юль отхлебнула напиток и поморщилась. Сладость была такой нещадной, что в голове запульсировало. Сидящая рядом Ян Юнха тут же вставила шпильку: — Эй, а как же уважение к чужим вкусам? Нужно признавать многообразие мира, понимаешь? И это говорит сверхчеловек, для которого индивидуальность — превыше всего… М-да. — С чего ты вообще пустилась в такие пространные рассуждения из-за одной фразы? — Ха! И это мне смеет перечить девчонка, у которой почти нет расширенных способностей? — И что же ты за чудо такое, раз проиграла этой самой девчонке? — Кх… Попытавшись огрызнуться, Син Се Юль тут же получила сокрушительный удар суровой реальностью. Она поставила на стол стакан с напитком, к которому едва прикоснулась. Прохладный воздух, ласкающий кожу, сладость, обволакивающая язык… и друзья, собравшиеся за одним столом, включая язвительную Ян Юнха. Наконец-то им удалось встретиться. С самой данж-практики в начале семестра они были слишком заняты, чтобы вот так посидеть вместе. К тому же тратить драгоценное время на пустое времяпрепровождение казалось непозволительной роскошью. В Сиёлам, с её запутанной системой образования, учатся четыре года. Именно на этот срок курсанту даруется Благословение роста. Если после выпуска остаться в академии в качестве сотрудника, действие благословения прекращается. Скорость развития возвращается к обычным человеческим показателям. Учитывая, что срок жизни сверхчеловека велик, тратить уникальное время действия четырехлетнего благословения на праздность — пусть даже на миг — кажется расточительством. Правильнее было бы посвятить все эти четыре года тренировкам, выжимая из себя максимум. Так считают и люди снаружи, и сами курсанты. В теории это звучит логично: заполни все четыре года тренировками до отказа и получишь пиковую эффективность. Кто же этого не знает? Но теория и реальность — вещи разные. Человек — не машина. Ржавчина не сойдет, сколько её ни три. Скрипучее тело не начнет работать исправно лишь от того, что его смазали маслом. Оно не станет выдавать стабильный результат только потому, что в него залили топливо в нужном объеме. И если что-то сломается, деталь нельзя просто заменить на новую. Даже сверхлюди, превзошедшие пределы обычного человека, в этом плане ничем от него не отличаются. Пусть они крепче, но в их основе всё равно лежит человеческая природа. А значит, к настройке человеческого организма нужно подходить с куда большим трепетом, чем к калибровке механизмов. Телу нужен регулярный отдых. Разуму, который управляет этим телом, — тем более. Психике требуется давать передышку даже с некоторым избытком. Если физическую оболочку еще можно подлатать, то с душой такой номер не пройдет. Если она надломится или разлетится вдребезги — пиши пропало. Именно ради такого отдыха Син Се Юль и её друзья собрались вместе спустя долгое время. Хотя «собрались» — громко сказано: они просто сидели в кафе, болтали о делах и жаловались на жизнь. Тем для разговоров накопилось предостаточно. Они не были друг другу чужими, так что беседа должна была течь рекой. — …… — …… Однако после обмена колкостями воцарилось молчание. Все делали вид, что всё в порядке, но украдкой переглядывались и помалкивали. Собственно, оживленного разговора не получалось и до этого. Виной всему была атмосфера, которую создавали две девушки из их компании. Хон Ёнхва и Пэк Арин. Обычно они без умолку спорили и препирались, но сейчас обе хранили молчание. Пэк Арин, которая всегда находила повод подколоть Хон Ёнхва или подбросить новую тему для обсуждения, молчала. Хон Ёнхва, которая обычно бурно реагировала на её шутки, смеялась или ворчливо отбивалась, тоже сидела неподвижно. Из-за этого их друзья лишь растерянно вращали глазами, пытаясь понять, что происходит. Син Се Юль, покрутив головой, незаметно активировала под столом голограмму. [Групповой чат: Комната без Хон и Пэк (4)] ▶ Син Се Юль: Что с ними не так? ▶ Ли Сиын: Без понятия, с самой встречи собачатся. ▶ Син Се Юль: Они что, с ума обе сошли? ▶ Ян Юнха: Спроси у них сама. ▶ Син Се Юль: Там такая атмосфера, что меня за один вопрос прибьют. ▶ Ян Юнха: Вот поэтому и спрашивай. ▶ Син Се Юль: ? Хон Ёнхва и Пэк Арин ссорились так часто, что друзья в шутку называли их стычки «Битвой Хон и Пэк». Но, судя по ощущениям Син Се Юль, сейчас назревала не просто очередная битва, а настоящая война на уничтожение. Не то чтобы они были готовы в любой миг выхватить мечи и броситься друг на друга, но под спокойной гладью воды чувствовалось нечто зловещее… «Что же она задумала?» Хон Ёнхва действительно не собиралась вступать в открытый конфликт, но была погружена в тревожные раздумья. Она сверлила взглядом свой кофе с плавающими льдинками. Она знала о неуемной жажде Пэк Арин до талантливых кадров. Арин рано вошла в светское общество, расширяла связи и заводила знакомства повсюду. То, что она проявила интерес к Ли Ха Юлю, было вполне объяснимо. Даже если отбросить предвзятость самой Ёнхвы, потенциал Ха Юля был очевиден для всех. И Пэк Арин, обладающая наметанным глазом на людей, не могла этого не заметить. В начале семестра она ведь вовсю пыталась втереться к нему в доверие. Это понятно. Пэк Арин одержима талантами и ценит связи. Наверняка она просто хочет сблизиться с Ли Ха Юлем, чтобы извлечь выгоду в будущем. «……» Но в последнее время её поведение стало каким-то чрезмерным. Объяснить это одной лишь охотой за кадрами уже не получалось… Что же у неё на уме? Хон Ёнхва подняла голову и пристально посмотрела на Пэк Арин. — Ребята, чем планируете заняться на каникулах? В этот момент Пэк Арин, которая до этого молча цедила напиток, глядя в голограмму, подала голос. — Я собираюсь практиковаться в управлении маной в источнике нашего родного поместья. — А… Я тоже вернусь в родное поместье, немного отдохну, а потом, наверное, отправлюсь в данж, — неуверенно пробормотала Син Се Юль, чувствуя на себе взгляды. — Я планирую присоединиться к карательному отряду и патрулировать границы Магических земель… — добавил кто-то еще. — О, ну и работенка. Заранее помолюсь за твой упокой. — Заткнись. Наконец очередь дошла до Хон Ёнхва. Почувствовав на себе всеобщее внимание, она немного помолчала, сделала большой глоток кофе и ответила: — Я сразу отправлюсь в родное поместье. — Точно. У вас же скоро ежегодный банкет клана. Ты обязана там быть. — Да. Наследница не может такое пропустить. Предстоящий банкет клана Адского Пламени — крупное событие, на котором соберутся не только члены главной семьи, но и представители всех побочных ветвей. Хон Ёнхва, как наследнице, присутствовать было необходимо. — …… И еще кое-что. Она не рассказывала об этом никому, кроме Пэк Арин и Элии, которые были свидетелями инцидента, но во время каникул Ли Ха Юль должен прибыть в её родное поместье для обследования его связи с Гэпхва. Из-за различных обстоятельств его визит может совпасть с проведением банкета. Приезд столь важного гостя — событие значимое. Было бы верхом невежливости просто отпустить его, когда в доме проходит торжество. Так что Ли Ха Юль, волей-неволей, может оказаться среди гостей банкета. Разумеется, исключительно в статусе почетного гостя… Она не планировала этого специально, но всё могло сложиться именно так. Слушая, как после вопроса Пэк Арин беседа начала понемногу оживать, Хон Ёнхва снова взяла стакан и сделала пару глотков через трубочку. На душе стало немного спокойнее. ◆ ◆ ◆ Хотя наступило время затишья, я не собирался бездельничать. За время промежуточной аттестации я успел достаточно отдохнуть, а появившееся свободное время означало возможность сосредоточиться на других делах. Этого короткого периода вполне хватило бы, чтобы закрепить изученное. Я планировал брать интенсивные уроки магии духов у профессора Лианы. А еще собирался наведаться к корпусам производственной специализации, чтобы найти того человека и получить начальные навыки ремесла. — Пу-у-у… Но из-за внезапно появившейся малышки все эти планы пошли прахом. Как ни крути, хоть она и фея, но всё же новорожденный ребенок. Я не мог просто бросить её одну и разгуливать где вздумается. Утреннюю общую лекцию в понедельник я пропустил. В этот период затишья сделать это оказалось на удивление просто. Всё утро я провел в общежитии, обеспечивая младенцу надлежащий уход. И при этом лихорадочно соображал. «…Выхода нет». Ответ был неутешительным. В конечном счете, у меня просто нет времени на заботу о ребенке. Я всё еще курсант. У человека, обремененного учебой, не может быть много времени на воспитание детей. Во втором семестре станет чуть свободнее, но всё же… Я отчаянно искал решение. И то, к чему я пришел… Наверняка за такие мысли меня забросали бы камнями, назвав никчемным опекуном. Понедельник, вторая половина дня. Вместо профильной лекции наставника я пришел в лабораторию профессора Лианы на занятие по магии духов. — Какая прелестная малышка! Если бы не крылышки, она была бы совсем как человек… — Пу-у-у-у…! — Ну-ну, тише… Хорошая девочка. Элия, взявшая малютку на руки, нежно улыбалась. В том, как она осторожно поддерживала головку ребенка и поглаживала её, сквозила настоящая материнская нежность. Видно было, что ей это привычно. Она говорила, что привыкла присматривать за младшими братьями и сестрами, и, похоже, это было чистой правдой. Однако сама виновница торжества выглядела недовольной. Она надула щечки и издавала капризные звуки. Всем своим видом она показывала: «Я протестую». Так было с самого начала. Даже когда Элия только протянула к ней руки, малышка нахохлилась, словно ядовитая рыба-фугу. А затем она повернула голову и посмотрела на меня. — …… От её взгляда, полного мольбы, меня едва не раздавило чувство вины. Но иного пути не было. Я мог пропустить все лекции в период затишья. Последствия разгребать мне, но это было возможно. Однако на каникулах… у меня были дела. Ради обследования Гэпхва я должен посетить поместье Хон Ёнхва. Это еще полбеды. Приложив усилия, я мог бы взять малышку с собой. «…Но дальше — нельзя». Следующий пункт назначения не предполагал присутствия ребенка. Там опасно. Если бы я сам не обеспечил себе страховку, гарантирующую сохранение жизни, я бы и сейчас туда не сунулся. Но и откладывать поездку нельзя. Я должен стать сильнее. Я обязан снять проклятия и стать достаточно могущественным, чтобы защитить тех, кто мне дорог. Если я сейчас остановлюсь ради покоя малышки… то в скором времени умру от проклятия, и этому миру придет конец. …Впрочем, всё это было лишь оправданиями. Прикрываясь ими, я попросил Элию и её семью присмотреть за ребенком на время каникул. У того, что я выбрал именно семью Элии, было несколько причин. Во-первых, её родные говорили, что они мои должники и я могу обращаться к ним за помощью в любое время… Во-вторых, у родителей Элии огромный опыт в воспитании детей. И хотя это ребенок феи, а не человека, профессор Лиана подтвердила, что методы ухода во многом схожи. — Это ведь просьба Ха Юля. Мы никогда не отказываем своим спасителям. [Огромное вам спасибо] [Вы меня очень выручили] — Я не могу просто смотреть, как ребенок пытается растить ребенка. Если бы Ха Юль сам не попросил, я бы первая предложила помощь. [Я не ребенок…] Несмотря на странное замечание в середине, ответ был положительным. Элия с привычной ловкостью успокоила капризничающую малышку и удобно устроила её у себя на руках. — И всё же, это поразительно. Подумать только, из того яйца родилась фея… Элия, которая была со мной в момент обретения Яйца Истока, смотрела на чудо рождения с нескрываемым восторгом. «А ведь, помнится, Элия шутила, что из Яйца Истока выйдет отличная яичница…» При мысли о том, что из яйца, над которым она так подшучивала, родился ребенок, теперь лежащий у неё на руках, становилось как-то не по себе. Кажется, я начинал понимать, почему малышка так недовольна… — А как её зовут? Ты уже придумал имя? Элия, баюкая ворчащую кроху, задала этот вопрос. Я на мгновение задумался, а затем кивнул. Я не мог вечно называть её просто «малышкой», поэтому провел всю ночь, выбирая имя. [Ли Се Юль] [Её зовут Ли Се Юль] Ли Се Юль. Пожалуй, это было слишком ответственно, но имя ей дал именно я. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Срейд ●●●●●●●○○○ (73 ▷ 75/100) «Симпатия», «Благодарность», «Желторотик», «Вина» … Ли Ха Юль → Ли Се Юль ●●●●●●●●○○ (89/100) «?», «Чувство вины», «Угрызения совести», «Самоуничижение», «Сожаление», «Стыд», «Тревога», «Беспокойство», «Муки выбора», «Горечь» … … … … … … [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Том 1 Глава 128 Какое-то время я совсем не посещал общие лекции. Это было возможно лишь потому, что сейчас шло период затишья — в разгар учебного года о подобном нельзя было и мечтать. Разумеется, даже в этот свободный период прогулы влекли за собой определённые трудности и могли привести к небольшому замедлению в развитии... Но это была моя забота, и я был готов с этим мириться. Я не просто исчез, не сказав ни слова. Каждому профессору я подал объяснительную, указав в качестве причины индивидуальные тренировки. Тем же, кто из вежливости интересовался, не случилось ли чего, я отвечал примерно в том же духе. Разрешение удалось получить на удивление легко. Удачно совпало время, да и репутация прилежного курсанта, которую я выстраивал всё это время, сыграла на руку. К тому же я был не первым, кто решал посвятить период затишья самостоятельным занятиям. Правда, личные тренировки были лишь официальным предлогом. «Се Юль? Пора кушать». — Ба?.. Ба! Ам! [«Умница».] [«Иди ко мне».] На самом деле всё это время я провёл в общежитии с малышкой... с Се Юль. Я и так чувствовал себя не лучшим опекуном, понимая, что во время каникул мне придётся постоянно быть в разъездах. Поэтому я не хотел становиться законченным мерзавцем, который бросает Се Юль одну даже в те редкие дни, когда выдалась свободная минута. Уже привычным, уверенным движением я взял её на руки. — Чмок... Чмок... [«Не спеши».] [«Никто у тебя еду не отнимет, кушай спокойно...»] Я нежно погладил по голове прильнувшую ко мне Се Юль, которая послушно посасывала смесь из бутылочки. Белоснежные волосы скользили между пальцев — их мягкость казалась почти нереальной, словно они принадлежали существу не из этого мира. Я вновь поймал себя на мысли, что Се Юль — сущий ангел. И дело не в её происхождении, а в самом характере: добрее существа не сыскать. У меня никогда не было опыта воспитания детей, но кое-какие знания я почерпнул из книг, да и наслушался всякого за свою жизнь. Растить ребёнка — это сущий кошмар. Это чертовски тяжело. Даже если не сталкивался с этим сам, от окружающих только и слышишь одни жалобы. У младенцев слабый иммунитет, поэтому нужно постоянно следить за чистотой. Приходится тщательно выбирать еду, а если кожа чувствительная — ещё и придирчиво подбирать одежду. Кожа нежная, кости хрупкие. Ребёнок настолько беззащитен, что приходится проверять каждый угол на предмет опасности. Нужно неустанно следить, как бы дитя чего не натворило, и быть готовым в любое время дня и ночи — хоть на рассвете, хоть в полночь — успокаивать надрывно плачущего младенца... И это только то, что первым приходит на ум. Уход за ребёнком — адский труд. Зная это, я заранее приготовился к бессонным ночам на весь период затишья. — Ик... Э-э... [«Хочешь спать? Хочешь вздремнуть?» ] — У-у... Но с Се Юль всё было иначе. Осушив бутылочку до дна, малышка уютно завозилась у меня на руках. Я легонько похлопал её по спине, гадая, не засыпает ли она, но Се Юль лишь мотнула головой. Судя по наблюдениям последних дней, это означало, что спать она не собирается — ей просто нравилось это состояние приятной неги. Наслаждаться безмятежностью можно было лишь при одном условии: Се Юль должна была находиться у меня на руках. Стоило мне попытаться её спустить, как она, что случалось крайне редко, начинала капризничать. Поэтому какое-то время я просто сидел, прижимая её к себе. Когда я устроился на диване у окна, комнату залил мягкий, приятный солнечный свет. — Э-хе... Се Юль довольно зажмурилась и тихонько рассмеялась. Её крылышки в такт смеху затрепетали, оставляя в воздухе едва заметный мерцающий след. Она была не человеком, а феей, поэтому я заранее готовился к тому, что уход за ней будет делом специфическим. Однако Се Юль оказалась на удивление спокойным и покладистым ребёнком. Она почти никогда не плакала. Отчасти дело было в том, что я бодрствовал круглые сутки, но и сама она, если ей что-то требовалось, либо звала меня невнятным лепетом, либо просто подползала и легонько хлопала ладошкой. Были и другие странности. Хоть я и не учил её языку, Се Юль прекрасно понимала мои слова и слушалась. К тому же, у неё почти не было естественных нужд. На всякий случай я надевал на неё подгузник, но он всегда оставался чистым — она ни разу не сходила «по-большому», а «по-маленькому» случалось лишь изредка. Обеспокоенный этим, я использовал Наблюдение, чтобы осмотреть её изнутри, но выяснил лишь то, что её организм усваивает питательные вещества практически полностью, не оставляя никаких отходов. «...» Стоило об этом задуматься, как на лице сама собой появлялась странная мина. Она понимала речь и реагировала на слова, хотя её никто этому не учил. Хотя я не учил язык специально, я с самого начала понимал всё, что говорили родители. Естественные нужды меня почти не беспокоили: организм усваивал практически все питательные вещества. Со мной было так же. В уборную я заходил лишь изредка — справить малую нужду или помыться. — Мне казалось, что курсант Ли Ха Юль не человек, а фея. Не человек, а фея. Странное сравнение. Когда твою принадлежность к роду людскому вот так внезапно ставят под сомнение, невольно теряешься. Тогда у меня и так голова шла кругом, поэтому я не придал этим словам особого значения... Но теперь, когда между мной и Се Юль обнаруживается всё больше сходств, мысли невольно путаются. «...Подумаю об этом позже». Впрочем, сейчас забот было не меньше. Вопрос, конечно, важный, но давать окончательный ответ пока слишком рано. Как и всегда, я решил отложить выводы на потом. — Динь-дон! В этот миг раздался звонок в дверь. — И-и-их... Благодаря «Наблюдению» я узнал о госте ещё до звонка и начал подниматься. Се Юль же, до этого лениво растянувшаяся рядом, недовольно поморщилась, что было ей совсем не свойственно. Она выглядела так мило, что я едва не рассмеялся. Разумеется, если бы я подал вид, Се Юль бы тут же надулась, поэтому, сдержав улыбку, я коснулся спроецированной на стене голограммы. — Тилинь... Щёлк. Входная дверь, управляемая дистанционно, открылась. — И снова доброе утро! [Доброе утро] Бодрое утреннее приветствие. Я ответил на утреннее приветствие, которое слышал изо дня в день на протяжении последних нескольких суток. — Госпожа Элия. Женщина, разувавшаяся в прихожей, лучезарно улыбнулась и помахала рукой. В её руках шуршал пластиковый пакет, набитый продуктами, словно она только что из супермаркета. Шел первый день периода затишья. С тех пор как Элия приняла мою просьбу, она стала постоянной гостьей в моем общежитии. [Разве после вчерашних покупок осталось что-то еще?] — Нет, просто подумала, что вам захочется чем-нибудь перекусить, и купила немного печенья и мармелада. Я подошёл ближе и перехватил пакет, задействовав одну из прядей «Небесного оперения». — Ой, спасибо. Освободив руки, Элия быстро скинула туфли и прошла вглубь комнаты. Взглянув на вещи, выставленные в гостиной, она замерла с двусмысленным выражением на лице. — Надо же… всего за одну ночь здесь снова что-то прибавилось. В её голосе слышалось предсказуемое недоумение. В ответ я мимоходом окинул общежитие «Наблюдением». Раньше моему жилищу лучше всего подходило описание «пустошь». Планировка оставалась ровно такой же, как в день заселения: я не обзаводился мебелью, в отличие от других курсантов, и не заботился об уюте. В конце концов, я здесь почти не бывал. Но теперь в комнатах стало тесновато. Гладкую и жесткую напольную плитку почти полностью скрыли мягкие маты. В гостиной, где раньше сиротливо стояли лишь стол да диван, теперь теснилась мебель, сплошь обклеенная защитными уголками. Кухня, где раньше вся утварь была просто свалена в шкафы, теперь обросла всем необходимым. В пустых комнатах появилась мебель, и в унылом общежитии наконец-то воцарился жилой уют. — Это... колыбель? Неужели и её тоже... Элия погладила мебель, появившуюся только вчера, и с сомнением посмотрела на меня. Я невозмутимо кивнул. [«Да».] [«Я сам её сделал».] Несколько книжных шкафов в бывшей пустой комнате, маленький обеденный стол и мебель, подогнанная под рост Се Юль, разнообразные деревянные игрушки... Колыбель, которую сейчас трогала Элия, и одежда на самой Се Юль — всё это было делом моих рук. Мебель я мастерил в комнате, отведенной под мастерскую, а одежду для Се Юль сшил сам, опираясь на прошлый опыт шитья и навыки, которые освоил позже. Навык «Мастер на все руки» достиг продвинутого уровня. Я много тренировался, оттачивая сопутствующие умения: ловкость рук, плотницкое дело, ремесло и прочее. Это ведь не снаряжение для сверхчеловека и не сложные механизмы — с какой-то мебелью или игрушками я вполне способен справиться самостоятельно. Особенно много сил я вложил в одежду. С тех пор как я вязал шарф для Хон Ёнхвы, моё мастерство заметно выросло, так что теперь я смог наложить на ткань всевозможные бытовые и защитные заклинания магии. Работать одной рукой было непривычно и хлопотно, но результат превзошел ожидания. — Ну... даже не знаю, что и сказать, — Элия, выслушав мои объяснения, лишь обречённо покачала головой. Она протянула руки, подхватила Се Юль под мышки и потянула к себе. Малышка вздрогнула и тут же попыталась спрятаться, ещё сильнее вжимаясь в мои объятия. — Ы-ы-ы... — Се Юль, ну же... Иди к сестрёнке, хорошо? Недолгое противостояние закончилось быстро. В конце концов силы Се Юль иссякли, и Элия всё же сумела забрать её к себе на руки. — Ы-ы-ы! — Се Юль, давай дадим папе немного отдохнуть? — И-и... — Вот и умница. Какая же ты у нас послушная. Даже будучи прижатой к пышной груди Элии, Се Юль продолжала брыкаться, но стоило ей услышать, что папе нужен отдых, как она постепенно затихла. Элия лучезарно улыбнулась и нежно погладила девочку по голове. Се Юль смешно раздула щёки, но больше не пыталась вырваться или оттолкнуть её. Это был огромный прогресс. В самый первый день Се Юль и близко не подпускала к себе ни Элию, ни профессора Лиану. Собственно, именно поэтому Элия и стала так часто заглядывать ко мне в общежитие. Благодаря её постоянным визитам Се Юль привыкла к ней, и было заметно, что былая неприязнь почти исчезла. Впрочем, думаю, девочка и сама чувствовала, что Элия искренне о ней заботится. — Что там со статусом Се Юль? — спросила Элия чуть позже, склонив голову набок. Она как раз доедала нехитрый завтрак, который я для неё приготовил. Сейчас у Се Юль нет никакого официального статуса. Если точнее, она всё ещё не зарегистрирована. Я погладил прильнувшую ко мне Се Юль — та выглядела совершенно счастливой от того, что наконец вернулась в мои объятия, — и ответил: — Я как раз собирался сегодня об этом поговорить. Пожалуйста, присмотрите за Се Юль сегодня днем. Мне нужно встретиться с одним человеком, чтобы уладить вопрос с её документами. На этот счет у меня уже был план. ◆ ◆ ◆ Спустя несколько часов я открыл дверь в кафе. Оно находилось в стороне от торгового сектора Сиёлама, в одном из тех тихих, неприметных уголков. Звякнул колокольчик на стеклянной двери, и чистый, мелодичный звук коснулся слуха. Внутри было просторно и уютно, но в зале не оказалось ни одного посетителя. — Курсант Ли Ха Юль, для вас забронирован столик на втором этаже. Единственный сотрудник, стоявший за стойкой, узнал меня и заговорил первым. Я кивнул ему и поднялся по лестнице. Ступив на скрипучие деревянные ступени, я оказался в зале второго этажа, таком же просторном, как и первый. Из окна, расположенного совсем рядом, лился яркий солнечный свет, окутывая меня теплом. Я почувствовал чье-то присутствие. Как и внизу, здесь был всего один человек. Аккуратно зачесанные назад волосы, безупречно сидящий черно-белый костюм и дорогие часы на запястье. Мужчина выглядел как типичный офисный работник, привыкший соблюдать во всем строгий порядок. Он сидел, сцепив пальцы в замок на столе и прикрыв глаза. Медленно, почти неохотно, веки поднялись. Темные глаза. На лице тут же проступила безупречная, сугубо деловая улыбка офисного работника, и он поднялся. Мужчина старался отодвинуть стул бесшумно, но до моего слуха всё равно донесся едва уловимый скрежет ножек о пол. Я подошел к нему почти вплотную. Не теряя профессиональной улыбки, он вежливо протянул руку. — Для меня большая честь встретиться с героем. Я Максвелл, из Отдела по управлению катастрофами при Ассоциации. «Максвелл». Я мысленно повторил это имя, обостряя чувства до предела. Осязание и слух теперь улавливали каждое движение: трение ткани о кожу, малейшие колебания воздуха, едва заметные вибрации. Я слышал, как вдалеке трепещет на ветру листва, и различал в общем гомоне голоса каждой из десятков птиц. И само присутствие человека передо мной стало ощущаться гораздо отчетливее. Биение сердца, мерный ритм вдохов и выдохов — те естественные признаки жизни, которые невозможно скрыть. Ничего подозрительного. Навык, который я условно назвал «эхолокацией», не находил в этом человеке или в окружающем пространстве ни малейшего изъяна. И это по-настоящему пугало. Я проигнорировал протянутую руку и прошел мимо него, остановившись у простенка между окнами. Ощущение чужого присутствия не вызывало никаких подозрений. Звук ветра, бьющегося о внешние стены, казался вполне естественным. Однако в потоках маны чувствовалось нечто странное. Я протянул руку и потянул стену вправо. Др-р-рык! Потоки маны всколыхнулись. Картина мира, выстроенная чувствами, мгновенно преобразилась. Присутствие мужчины, стоявшего позади, исчезло. Изменилось и само ощущение от всего второго этажа. Открылась «дверь», которую можно было ясно различить лишь с помощью Полномочия наблюдения. Передо мной предстал настоящий второй этаж. В самом центре тот самый мужчина неспешно потягивал кофе. Услышав звук открывающейся двери, он обернулся и посмотрел на меня. На его лице заиграла вежливая деловая улыбка, и он поднялся со своего места. Он старался отодвинуть стул как можно тише, но до моих ушей всё же донесся едва уловимый скрежет. Я подошел к нему почти вплотную. Мужчина, не теряя профессиональной улыбки, осторожно протянул мне руку. — Для меня большая честь встретиться с героем. Я Максвелл, сотрудник исполнительного департамента, подчиняющегося напрямую Главе Ассоциации. Встреча с представителями Ассоциации, которую постоянно откладывали из-за нехватки времени после инцидента в Шихаллионе, наконец состоялась. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Сродство с маной» повышается] [Уникальная способность «Мастер на все руки» повышается] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Срейд ●●●●●●●○○○ (75 ▷ 76/100) «Симпатия», «Благодарность», «Птенец», «Чувство вины» ---------- Том 1 Глава 129 Эпоха мира. Так её называют, но если разобраться, спокойствием здесь и не пахнет. Моря фактически превратились в территорию монстров. На мелководье ещё можно было как-то выжить, но пересекать океаны, чтобы добраться до других континентов, стало делом непомерно дорогим и опасным. С небом ситуация сложилась похожая, пусть и по иным причинам. Мало того что появились летающие монстры, так ещё и из-за скверных магических излучений поднимать летательные аппараты высоко и часто стало практически невозможно. Влияние магического фона на этом не закончилось. Оно разрушило даже те коммуникационные сети, которые когда-то объединяли мир. Физические перемещения и обмен информацией через сеть фактически прекратились. Это стало одной из причин, по которой человечество оказалось беспомощным в период хаоса. Так было тогда. Но сейчас всё иначе. Полномочие пространства через врата вновь связало мир, сделав его единство ещё крепче, чем прежде. Теперь можно перемещаться в любую точку планеты, не пересекая моря и не боясь небес. Полномочие настройки стёрло языковые барьеры и восстановило связь, которая на голову превосходила старые сети. Больше не нужно было прокладывать по дну океанов сложнейшие кабели, чтобы делиться информацией. Всемирная ассоциация сверхлюдей — сила, о которой без преувеличения можно сказать, что она создала и поддерживает нынешний мировой порядок. И всё это благодаря Полномочиям Глав Ассоциации, которые её основали. — Для меня большая честь встретиться с героем. Я Максвелл, из исполнительного департамента при Главе Ассоциации. [Взаимно.] [Я Ли Ха Юль.] — Когда герой Шихаллиона говорит подобное, я даже не знаю, как и реагировать. Мужчина, назвавший своё имя и должность... Максвелл протянул правую руку для рукопожатия. Умеренная улыбка, безупречная осанка. Классический образ, к которому невозможно придраться. Таким же я ощутил его и на фальшивом втором этаже. «Максвелл». Я предполагал нечто подобное, учитывая странность ситуации, но услышать это имя в реальности оказалось по-своему ошеломляюще. Максвелл — персонаж, который в оригинале встречается довольно часто. — О, присаживайтесь, пожалуйста. Я всё подготовил заранее. Я ответил на рукопожатие. Максвелл с мягкой улыбкой проводил меня к столу. Как он и сказал, на столе уже стояли напитки и легкие закуски. Мы находились внутри Сиёлама, так что явной угрозы быть не должно, но всё же передо мной был незнакомый человек. Я использовал Полномочие наблюдения, чтобы проверить еду и питьё, но вредных веществ не обнаружил. Когда я сделал глоток, Максвелл заговорил: — Если позволите, могу ли я объясниться по поводу недавней ситуации? [Да.] [Прошу вас.] — Благодарю за ваше великодушие. Максвелл слегка улыбнулся, смочил горло чаем и продолжил: — То, что произошло только что — результат моей уникальной способности. Это способность из категории иллюзий, и я развернул её в масштабах всего второго этажа. Он поднял палец, и на него опустилась бабочка. Подул ветер. Я кожей ощутил его дуновение, а уши уловили шелест крыльев насекомого. ...Но мана через Сенсорику подсказывала, что здесь что-то не так. Полномочие наблюдения докладывало: на кончике его пальца — пустота. Категория иллюзий. Способность, вводящая в заблуждение чувства и восприятие. Иллюзия — это то, что оторвано от реальности. Чтобы погрузить в неё цель, нужно обмануть чувства, через которые человек осознаёт действительность. И чем острее эти чувства, тем сложнее на них воздействовать. Мои чувства... слух и осязание — крайне обострены. Не знаю, связано ли это с тем, что другие чувства были заблокированы, но это уже можно назвать полноценным навыком, пусть и не уровня уникальной способности. И всё же я попался. Мои чувства не смогли пробиться сквозь морок. Это меня по-настоящему смутило. Разумеется, я мгновенно уловил странность в потоках маны, но не смог сразу увидеть суть вещей так же ясно, как через Полномочие наблюдения. [Могу я спросить о причине?] — Конечно. Но причина проста. Как бы громко ни звучали слова «исполнительный департамент» или «при Главе Ассоциации», в основе своей мы — госслужащие, — Максвелл покачал головой, словно говоря о чём-то пустяковом. — А госслужащие просто делают то, что им велят сверху. [То, что велят сверху.] [Насколько я знаю, у вас не так много начальников.] В Ассоциации много отделов и сложная система подчинения. Но исполнительный департамент стоит особняком. Они могут игнорировать даже приказы «советников» — законодательного органа Ассоциации, — ставя в приоритет только распоряжения Главы Ассоциации. То есть... — Да, как я и сказал, я принадлежу к исполнительному департаменту при Главе Ассоциации... Иными словами, я исполняю волю Глав. Главы Ассоциации. Исполнительный департамент, выполняющий их приказы. В оригинале, когда я громил штаб-квартиру Ассоциации, чтобы добраться до Владык Башен, моей основной целью был именно этот департамент. Я думал, что если начну с них и буду пробиваться наверх, то рано или поздно встречусь с Владыками Башни Пространства и Башни Настройки. Я ловил, допрашивал и убивал членов исполнительного департамента, включая Максвелла, но в итоге так никого и не встретил... «...» Владыка Башни Пространства и Владыка Башни Настройки... Я заставил своё лицо оставаться бесстрастным, не давая ему окаменеть. [Значит, недавние действия были приказом Главы Ассоциации?] — Строго говоря, да, — Максвелл подтвердил это с загадочной улыбкой. Но это не было простым согласием. Максвелл снова отхлебнул чаю. — «При встрече с Курсантом особого набора первым делом скрой своё присутствие иллюзией. Если тебя обнаружат — честно признайся в этом и выполни следующие инструкции...» Я терпеливо ждал продолжения. — Инструкций много, но сейчас я хочу передать вам одну конкретную часть. И затем он добавил: — Этот приказ я получил примерно тринадцать лет назад. И это было последнее распоряжение, переданное исполнительному департаменту. [Что?] — У меня была такая же реакция, как и у вас. Я был в замешательстве, внезапно получив приказ на далёкое будущее. Его объяснение сбивало с толку. Видя моё замешательство, Максвелл понимающе кивнул. Я же не мог найти слов. «Тринадцать лет назад?» Глава Ассоциации дал Максвеллу приказ. Скройся, если встретишь меня... Курсанта особого набора. Если раскроют — объяснись и действуй дальше. Проблема в том, что приказ был отдан больше десяти лет назад. И с тех пор Глава Ассоциации хранит молчание, не отдавая никаких распоряжений. «Предвидение будущего?» Заглянуть в грядущее — задача невероятной сложности, но в этом мире есть способы. Они запредельно трудны, а информация о них ограничена, но теоретически это возможно. «Если это Полномочие...» К тому же они — Владыки Башен. Их истинная мощь неизвестна, и предвидение не кажется чем-то невозможным. Значит, они знали об этой ситуации ещё тринадцать лет назад? Нет, больше того. Знают ли они о грядущем вторжении Башни? Если так, то почему продолжают молчать? Есть ли причина, по которой они обязаны хранить тишину? — Могу я продолжить? [Прошу вас.] — Хорошо. Прошу прощения. Получив моё разрешение, Максвелл запустил руку во внутренний карман и достал некий предмет. Это была прямоугольная карточка размером с ладонь, чёрная с золотистым орнаментом. Мана, колыхавшаяся над ней, ощущалась крайне необычно. С первого взгляда было ясно — вещь незаурядная. [Это?] — Своего рода удостоверение. Он протянул карту мне. Я принял её с недоумением, и последовало объяснение: — Если вкратце, это удостоверение личности, которое можно использовать в Ассоциации, и одновременно — право на приоритетное командование. [Право на командование?] [Что это значит?] — В буквальном смысле. Это документ, дающий полномочия для управления ресурсами и персоналом Ассоциации. К слову, выдано оно Главами Ассоциации. «?» Мои пальцы, поглаживающие карту, замерли. Я переваривал услышанное, но смысл слов не менялся. Право отдавать приказы сотрудникам Ассоциации. Причём «приоритетное» право, выданное лично Главой. Если верить его словам, любой мой приказ, отданный с помощью этой карты, будет иметь больший вес, чем распоряжение советника Ассоциации. То есть, это власть, сопоставимая с властью самого Главы Ассоциации. Абсурдная вещь. [Почему мне это дают?] Я спросил, изо всех сил стараясь сдержать дрожь в голосе. — Приказ тринадцатилетней давности. Это было продолжением его прежнего ответа. Если иллюзия будет раскрыта — объясниться и выполнить инструкции. Одной из этих инструкций и была передача данных полномочий. «...Что за бред». Я не особо беспокоился о встрече с представителями Ассоциации. Изначально целью было получение награды за инцидент в Шихаллионе. Я совершил весомый подвиг, поэтому рассчитывал получить пару артефактов из хранилищ Ассоциации и попросить о нескольких услугах... А в итоге внезапно получил право командовать всей организацией. ◆ ◆ ◆ Спустя некоторое время я кое-как пришёл в себя. Я задал Максвеллу ещё несколько вопросов, но удовлетворительных ответов не получил. Он и сам не знал, почему Главы Ассоциации хранят молчание. [Тогда могу я попросить о паре вещей?] — Да, разумеется. [Создайте для меня несколько поддельных личностей.] В итоге я почти сбежал из кафе. Перед этим мы обговорили график вручения наград в штаб-квартире Ассоциации и вопрос с документами для меня и Се Юль. Так или иначе, цель встречи была достигнута. Хотя я получил столько всего, что голова шла кругом. Был ранний вечер. Ещё не стемнело, небо окрасилось в оранжевые тона заката. Едва переставляя ноги, я вернулся в общежитие. [Курсант Ли Ха Юль, личность подтверждена.] Дверь открылась после того, как я поднёс голографический проектор. Кое-как сбросив обувь, я замер перед входом. Окутал себя очищающей магией с запасом и только потом шагнул внутрь. — С возвращением. Элия, сидевшая на диване в гостиной, поднялась и поспешила ко мне. На руках она держала спящую Се Юль. — Вы задержались дольше, чем... Элия резко остановилась. Её жёлтые глаза моргнули, и она с тревогой протянула руку, коснувшись моей щеки. — Ха Юль, на вас лица нет. Вы плохо себя чувствуете? [Нет.] [Просто немного голова кружится.] Я вымотался морально. Слишком много мыслей. Кое-что прояснилось, но вопросов стало только больше, и на душе было тяжело. — Сегодня вам стоит лечь пораньше. Услышав мой ответ, Элия решительно заявила, что мне нужен отдых, и подтолкнула меня в сторону ванной. Кое-как помывшись и выйдя, я снова почувствовал, как меня мягко толкают к кровати. [Подождите...] — Никаких «подождите». Вы последние дни глаз не смыкали, присматривая за Се Юль. Вот поэтому вы так и устали. [Но мне нужно присматривать за ней...] Пока что она вела себя как ангел и не капризничала, но кто знает, что может случиться, пока я сплю. — Пока вы спите, я буду рядом и присмотрю за ней, так что не волнуйтесь и отдыхайте. Элия одним махом отмела мои возражения и уложила меня в постель. Затем она переодела Се Юль в пижаму и уложила её в Колыбель, которую принесла в комнату. И тут Элия сама улеглась рядом со мной. Кровать была роскошной и огромной, так что места хватало с избытком. — Вот, теперь порядок. Даже если вы уснёте, я присмотрю за малышкой, так что закрывайте глаза. Я лишь растерянно открывал и закрывал рот. В её словах чувствовалось что-то странное, но голова соображала туго, и мысли путались. Меня укрыли большим одеялом. Пространство под ним быстро согрелось теплом человеческого тела. Это тепло проникало в меня, окончательно усыпляя бдительность. «Хочу спать...» Как только тело согрелось, навалилась дремота. Она не была неприятной. Интуиция подсказывала, что в этот раз кошмаров не будет. «...Всё будет хорошо». Се Юль рядом, а если что-то случится, работающее 24 часа в сутки Полномочие наблюдения мгновенно пробудит моё сознание. К тому же рядом Элия... Наверное, всё в порядке. Я отпустил нить сознания, за которую так отчаянно цеплялся. Разум начал погружаться в темноту. Мягкие, убаюкивающие похлопывания по плечу только ускорили этот процесс. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Элия Срейд ●●●●●●●○○○ (76 ▷ 77/100) «Симпатия» «Благодарность» «Птенец» «Вина» ... [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Передача полномочий» выполнен] ... [Накапливаются поинты] ... [Использование поинтов] . . . — Динь? Динь? Динь? [Владыка Башни Настройки... ... ...?] . . . . . . [Что это?] [&? Почему ты %смотришь в ок$но ста%туса?] [Неуже* в этот мом$ент ты @ви&дишь ме#$?] [Это & безу#мие] ... ---------- Том 1 Глава 130 Раннее утро. — Па-а-а… — Се Юль широко раскинула ручки. Уже привычным движением я подхватил её. Малышка, тоже привыкшая к моим рукам, завозилась и поудобнее устроилась в объятиях. Странное выражение промелькнуло на моём лице, когда я прислушался к ощущениям. Вес, давящий на предплечья, стал заметно больше. Да и сама она в моих руках как будто прибавила в объёме. Конечности вытянулись, рост увеличился. Она просто выросла — вся, целиком. Мне даже не нужно было использовать Полномочие наблюдения. Любой обыватель, взглянув на неё, заметил бы разительную перемену. Но и это было не всё. Несколько раз похлопав её по спине, я осторожно опустил Се Юль на пол. И тогда… — У-у-у… Се Юль… встала на обе ноги. Её белоснежные волосы, доходившие почти до поясницы, мягко рассыпались по плечам. Ступни упёрлись в пол, ноги выпрямились. И хотя её немного пошатывало, она стояла. Сама. А ведь ещё несколько дней назад этот ребёнок только ползал. [«Ого».] [«Наша Се Юль встала?»] — Да! Я… тая! [«Умница какая!»] Я лучезарно улыбнулся и погладил её по голове, не скупясь на похвалу. «Растёт… невероятно быстро…» — пронеслось у меня в голове, пока я старательно скрывал замешательство. Дети растут стремительно. Особенно младенцы — стоит пройти совсем немного времени, как перемены становятся очевидны. Но Се Юль — фея. Я знал, что они развиваются быстрее людей, но столкнуться с этим на личном опыте оказалось обескураживающе. С момента окончания промежуточной аттестации прошло всего около двух недель. За это время ползающий младенец успел твёрдо встать на ноги. Скорость роста просто пугающая. Ужасаясь этому про себя, я продолжал вслух восхищаться её достижением. «И что мне с этим делать?..» Я чувствовал некоторую растерянность. Се Юль растёт с поразительной скоростью. Растёт тело — значит, неизбежно должно развиваться и сознание, управляющее этим телом. Пусть и поверхностно, но я изучал вопросы воспитания. С тех пор как появилась Се Юль, я поглощал знания по уходу за детьми, забыв о сне. Мои познания всё ещё были скудны, но… я понимал, что эмоции, опыт и связь с опекуном в первые годы жизни критически важны для эмоционального развития. Особенно для Се Юль, представителя другой расы с ускоренным ростом. Именно сейчас я должен быть рядом, заботиться о ней и многому учить, но… — Ха Юль, ты готов? Нам пора выходить. [«Всё готово».] Этот никчёмный опекун собирался покинуть её почти на месяц. Элия, распахнувшая дверь пустой комнаты, была одета не в повседневную одежду и даже не в обычную форму курсанта, а в парадный мундир. В отличие от строгого и лаконичного повседневного варианта, этот наряд изобиловал украшениями. Впрочем, из-за того, что мундир слишком явно подчеркивал изгибы её тела, впечатление от роскошной отделки как-то смазывалось… Парадная форма выдаётся вместе с обычной, и её предписано носить только в дни особых мероприятий. Я был одет точно так же. Подавив невольный вздох, я поднялся. Улыбка на лице Се Юль мгновенно сменилась обиженной гримасой. Надутые щечки красноречиво выдавали её недовольство. — …Вы злой. И, в отличие от обычного времени, когда я увидел влажный блеск в её белых глазах, моё сердце болезненно сжалось. Казалось, его разрывают на части. Это было куда больнее, чем если бы когти Аэруса вырвали кусок плоти. [«Прости меня…»] Я невольно опустился на колени и крепко обнял расстроенную Се Юль. Сегодня закончился период затишья. Наступил день церемонии закрытия первого семестра. ◆ ◆ ◆ — …Прежде чем мы начнём, я хотела бы поблагодарить всех курсантов, которые в течение прошлого семестра усердно трудились, закаляя тело и дух, чтобы стать героями. Церемония проходила в огромном актовом зале. Ведущей, как и на приветствии первокурсников, была Вице-ректор. Она стояла на трибуне и с привычным бесстрастным лицом зачитывала напутственную речь. Голос Вице-ректора, усиленный магическими устройствами, разносился по всем уголкам зала. Отличием от церемонии в начале года было то, что здесь присутствовали не только первокурсники, но и старшие курсы. Каждому году обучения отвели свой сектор. В других зонах расположились преподаватели и персонал, среди которых я заметил профессора Лиану и своего наставника. Первокурсников было около шестисот, на старших курсах — чуть меньше. Частично это объяснялось тем, что некоторые студенты третьего и четвёртого курсов находились за пределами Сиёлама на практике. Тем не менее, в каждом потоке насчитывалось по нескольку сотен человек. Зал был настолько велик, что даже такая толпа не заполняла его целиком, но ощущение многолюдности не покидало. С каким-то новым чувством я активировал Полномочие наблюдения и принялся изучать лица собравшихся. Здесь были и те, с кем я учился в классе Ипчхун и виделся ежедневно, и ключевые фигуры, с которыми я ещё не успел сблизиться. Были и герои со старших курсов, с которыми я и вовсе не пересекался. В данный момент моё внимание особенно привлекали двое. «Кацуки Юсей». Курсант с волосами и глазами цвета тусклого лунного света и резкими чертами лица. Он считался одним из самых выдающихся талантов школы Трёхформенного меча. С того случая на приветствии первокурсников, когда Хон Ёнхва впечатала его в меня, отправив в нокаут, а он потом вежливо извинился, мы почти не общались. Разве что обменивались приветствиями по утрам. «Внутренний конфликт в школе Трёхформенного меча… он должен произойти как раз во время каникул первого семестра». Трёхформенный меч — это влиятельная секта, представляющая японский регион. В каждом цикле во время летних каникул там случалось одно и то же происшествие. Если правильно в него вмешаться, можно наладить отличные связи как с самой школой, так и с подвластными ей силами. Но сейчас у меня не было на это времени. Мелькнула мысль дать Кацуки Юсею какую-нибудь подсказку, но я тут же отбросил её. Несмотря на мой нынешний статус, я не рассчитывал, что мне поверят, если я начну разглагольствовать о событии, которое ещё не произошло. К тому же, хоть это и называлось инцидентом, жертв было немного. В тех сценариях, где игрок не вмешивался, они справлялись сами, так что всё будет в порядке. Вторым человеком была Ли Джиён. Те же каштановые волосы, собранные в небрежный хвост, и светло-зелёные глаза. Лицо казалось бесстрастным, но в нём читалась едва уловимая скука. Я применил Наблюдение более детально. Мана в её теле имела крайне специфическую природу, которая невольно притягивала взгляд. Подобно тому как Гэпхва владела огнём, а Чангэ — энергией воды и холода, мана Ли Джиён, наследницы Тэсана, несла в себе энергию земли. Я зафиксировал наличие уникальной способности «Тэсан», но, поскольку она не была активирована, собрать полную информацию не удалось. Это было досадно. Власть над землёй, которой наделяет Тэсан, а также вытекающие из этого управление жизненной силой и некромантия, несомненно, стали бы огромным подспорьем. «Встретимся ли мы во втором семестре?» Если всё пойдёт по плану, то да. — …Далее мы переходим к церемонии награждения курсантов, показавших выдающиеся достижения. Прошу тех, чьи имена будут названы, подняться на трибуну. Церемония близилась к завершению. После краткой речи на сцену вызывали лучших учеников для вручения грамот и похвал. Начали с первого курса. От каждого потока выбирали примерно по десять человек. — Пэк Арин. Данная курсантка продемонстрировала выдающиеся успехи, став лучшей при поступлении в 121-й набор Сиёлама, заняв первое место на письменном экзамене промежуточной аттестации, второе на практическом и первое в общем зачёте, а также став серебряным призёром турнира первого семестра. Тем самым она подтвердила свои качества героя, которому предстоит вести мир в будущее, за что и удостаивается похвалы. — Я продолжу совершенствоваться. Разумеется, Пэк Арин, лучшая на курсе, была в числе первых. Вице-ректор зачитывала достижения, глядя в грамоту, а затем слегка касалась плеч курсанта изящным магическим посохом. Это напоминало упрощённый обряд посвящения в рыцари. — Хон Ёнхва. Данная курсантка продемонстрировала выдающиеся успехи, заняв второе место при поступлении в 121-й набор Сиёлама, одиннадцатое место на письменном экзамене, первое на практическом и второе в общем зачёте, а также одержав победу в турнире первого семестра… — Буду совершенствоваться. Среди первокурсников были Хон Ёнхва и Пэк Арин. — Кацуки Юсей. Данный курсант… — Ли Хён. Данный курсант… Награждали и других ключевых персонажей, с которыми я ещё не успел сойтись поближе. И наконец. — Ли Ха Юль. Я тоже поднялся на трибуну. На меня обрушился шквал взглядов. Я чувствовал их ещё в строю, но теперь они стали гораздо пронзительнее. Я встал перед Вице-ректором. Её фиолетовые глаза спокойно смотрели на меня. После короткой паузы она продолжила церемонию. — Данный курсант был зачислен в 121-й набор Сиёлама на особых основаниях. Он занял девятое место на письменном экзамене промежуточной аттестации, третье на практическом, седьмое в общем зачёте, а также дошёл до 1/8 финала турнира первого семестра… Слушая её слова, я испытывал смешанные чувства. С точки зрения человека, который попал в этот мир и учился всему с нуля, текущие результаты приносили удовлетворение. Но с точки зрения того, кому в будущем предстоит противостоять монстрам, способным разорить мир, я был недоволен собой. «…Второе чувство, пожалуй, полезнее». Вместо того чтобы почивать на лаврах, лучше быть недовольным собой и стремиться к большему. Когда описание моих достижений подходило к концу, я приготовился контролировать Ожерелье откровения. Мне нужно было, как и всем остальным, произнести фразу о том, что я продолжу совершенствоваться. — …Продемонстрировал выдающиеся успехи и подтвердил свои качества героя, за что и удостаивается похвалы. Тук. Посох коснулся моего правого плеча. Речь Вице-ректора закончилась. Теперь я должен был забрать грамоту и… — Кроме того. «?» Вице-ректор не замолчала. — Вы, герой. Обращение изменилось. Не курсант, а герой. — Вы не пожалели себя ради беззащитных и слабых перед лицом катастрофы, постигшей далёкие земли. Тук. Посох коснулся левого плеча. Пустой рукав напомнил о перенесённой боли. — Это деяние истинного героя, признанное всеми, и мы не сомневаемся, что оно станет началом легенды, которую вы напишете. Посох, давивший на плечо, опустился. Вице-ректор перехватила его обеими руками. — Посему я, исполняющая обязанности Ректора Сиёлама, Вице-ректор Венус Ритера, пользуясь случаем, благословляю ваш подвиг. С этими словами она слегка склонила голову. В зале воцарилась тишина. А затем… — Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!.. Словно по команде, все присутствующие один за другим начали подниматься со своих мест и аплодировать. Громоподобный, нескончаемый шум заполнил всё пространство. Сквозь него пробивались частые щелчки затворов камер. «Э… а…» От этой совершенно неожиданной картины я просто лишился дара речи. ◆ ◆ ◆ [Владыка Башни Настройки с гордостью кивает] … [Владыка Башни Настройки незаметно активирует Полномочие «Настройка»] [Используются очки] [Владыка Башни Настройки вносит правки в систему…] [……] [……] […Сбой] [Владыка Башни Настройки хватается за голову] [#^#$ А-а-а!] [*Твою ж мать$!] [Используются очки] ---------- Клан Адского Пламени (1) Когда церемония закрытия — ставшая для меня настоящим потрясением — завершилась, курсанты хлынули наружу бурным потоком. Людская волна растянулась в длинную цепь, и шаги идущих были необычайно легки. Все они направлялись к терминалу Врат. Врата — единственный способ покинуть Сиёлам. Большинство возвращалось в родные края, чтобы исцелить тело и дух, истощенные тяжелой учебой. Немногие, чье Благословение роста сохраняло силу и за пределами Сиёлама, намеревались посвятить каникулы индивидуальным тренировкам. Благословение роста продолжает действовать и во внешнем мире — без этого полевая практика и другие виды обучения за пределами Колыбели были бы невозможны. Я скользнул по тянущейся толпе Наблюдением. Сам я к этому шествию не примкнул. После церемонии я решил зайти к наставнице, чтобы попрощаться. Так или иначе, на протяжении всех каникул мы не увидимся. — Ешь вовремя, не смей пропускать приемы пищи только потому, что тебе лень. И на всякий случай возьми с собой снотворное. Еще... Стоило нам встретиться, как она принялась гладить меня по голове, осыпая тревожными наставлениями. Когда я попытался осторожно отстраниться, ее рука переместилась мне на спину и ласково похлопала. От этих прикосновений мысли невольно поплыли, а по телу разлилась приятная истома. О том, что на каникулах я собираюсь уехать, я сообщил ей сразу после выхода из Башни Роста. Тогда наставница лишь понимающе кивнула, но сейчас... — ....... Она подавила очередной вздох. Как бы она ни старалась сдерживаться, было очевидно: мой отъезд из Сиёлама внушает ей тревогу. Я понимал ее чувства. Стоило мне всего один раз выйти в город, как я вернулся в полуживом состоянии. Естественно, опекун, воспитывающий ученика, не мог не беспокоиться. К тому же место, куда я направлялся, действительно было не из безопасных. Но признайся я в этом, наставница с тем же отсутствующим взглядом, что и в прошлый раз, могла просто запереть меня в общежитии. [Хорошо] [Я обязательно буду помнить ваши слова] [Вам не о чем беспокоиться] Мне было приятно ее внимание, но я не мог стоять здесь вечно. Что бы я ни чувствовал на самом деле, ожерелье вывело фразы, которые должны были ее успокоить. Наставница посмотрела на текст с явным сожалением, снова вздохнула и отступила на шаг. — ...Что ж, не буду тебя задерживать. Но запомни одно: если случится что-то опасное... всегда думай в первую очередь о себе. — Да ладно вам. Что может случиться в нашем поместье? В этот момент подала голос Хон Ёнхва, стоявшая поодаль со скрещенными на груди руками. Когда я сказал, что хочу зайти попрощаться с наставницей, она увязалась за мной, заявив, что мы всё равно скоро встретимся. — Несчастные случаи на то и несчастные, что никогда не знаешь, где и когда они произойдут, — наставница бросила на Хон Ёнхва косой взгляд и покачала седой головой. — Беспечность — кратчайший путь к беде. — Если уж в родном поместье Гэпхва стоит дрожать от страха, значит, этому миру точно пришел конец... «И то верно». Слушая их короткую перепалку, я невольно усмехнулся про себя. Если уж главные резиденции трех великих кланов окажутся под ударом, ситуацию в мире и впрямь можно будет назвать катастрофической. [Тогда] [Я пойду] — Возвращайся в целости и сохранности. Наставница прервала спор с Хон Ёнхва и с затаенной грустью в глазах в последний раз погладила меня по голове. — Не переживайте, я за ним присмотрю, — Хон Ёнхва сделала шаг вперед и по-хозяйски положила руку мне на плечо. Лицо наставницы тут же исказилось в гримасе недовольства. ◆ ◆ ◆ Хотя с окончания церемонии прошло прилично времени, в терминале Врат всё еще было не протолкнуться. Это место выполняло ту же роль, что и аэропорты в моем прежнем мире. Только вместо взлетных полос здесь были установки для активации Врат и пространственные разломы, а вместо обычных магазинов — зоны дьюти-фри. Впрочем, терминал Сиёлама был заметно меньше обычных. Говорят, из-за ограниченного круга лиц, имеющих сюда доступ, строить гигантское сооружение просто не имело смысла. Разумеется, для использования Врат требовался соответствующий статус. Именно поэтому несколько дней назад я попросил Максвелла подготовить документы для Се Юль. Не имея официального статуса, Се Юль попросту не смогла бы покинуть Сиёлам. Но и сделать ей обычные документы было проблематично: возникли бы вопросы с опекуном, а учитывая ее расовую принадлежность, в будущем это наверняка привело бы к осложнениям. К счастью, Максвелл взял это на себя. Благодаря его содействию у Се Юль теперь были документы, и с использованием Врат не должно было возникнуть никаких проблем. «Надеюсь, у нее всё будет хорошо». Элия и Се Юль должны были отправиться вместе. Родители Элии обещали позаботиться о «семье» своего спасителя со всем радушием, так что за время каникул я мог не волноваться. ...И всё же на душе было тяжело. Я и сам понимал, что поступаю не лучшим образом. Вечно прятать Се Юль не получится. Рано или поздно мне придется рассказать о ней близким... Хон Ёнхва, наставнице и остальным. Последние дни выдались слишком суматошными. Я решил, что сделаю это сразу, как только закончу все дела и вернусь после каникул. — Господин, позвольте ваш багаж. Я сама займусь оформлением, — произнесла Эриэль. [Спасибо] [Эриэль] — Эриэль, и мой тоже... Эй! Мои вещи тоже забери! В поездке в клан Адского Пламени нас сопровождала Эриэль. Как помощница Хон Ёнхва, она не могла остаться в стороне. — У-у-у-у-у-нг... Вскоре все формальности были улажены, и подошла наша очередь. Багаж уже отправили в точку назначения, так что нам оставалось лишь войти. — Пойдем, Ха Юль. [Да] Мы направились к Вратам. Синее вихревое марево приближалось. Колебания пространства отозвались в моем восприятии. Стоило мне задействовать Полномочие наблюдения, как в разум хлынул поток уже знакомой информации. Технология, использующая силу пространства для создания искусственного разлома и соединения двух точек. Я ненадолго задержал на этом внимание, пока Хон Ёнхва не потянула меня за собой в сияющий зев Врат. Тело словно погрузилось в прохладную воду, а мгновение спустя под ногами снова ощутилась твердая опора. Данные Наблюдения обновились. Огромный терминал. Врата, открывающиеся и закрывающиеся без остановки. Бесчисленные присутствия людей, напоминающие копошащийся муравейник. За стенами комплекса — бесконечные ряды автомобилей самых разных марок и расцветок, и величественные стены небоскребов. Мы прибыли в пункт назначения — Сеульский терминал Врат. — Ох, голова... — Хон Ёнхва поморщилась и потерла переносицу, справляясь с типичным для перемещений головокружением. Эриэль уверенно повела нас к заранее подготовленному транспорту. Это был лимузин, дизайн которого по моим меркам выглядел футуристично. Водитель, вышедший нам навстречу, низко поклонился. — Для меня большая честь встречать госпожу и молодого господина. Я доставлю вас в целости и с максимальным комфортом. — Угу, постарайся. [Благо...] [Заранее благодарю] Несмотря на подчеркнуто официальное и даже несколько тягостное приветствие, Хон Ёнхва привычно кивнула и села в машину. Я с некоторым сомнением последовал за ней. Салон лимузина выглядел в точности как в кино: роскошные диваны с ярко-красной обивкой, полукругом огибающие стол. Под столом располагались ящики и холодильник, набитый закусками, напитками и алкоголем. Однако Наблюдение видело не только внешнюю роскошь. Лимузин был сконструирован из сплава сверхпрочных минералов и мана-камней, а встроенные защитные заклинания высокого уровня превращали его в настоящий танк. — Ха Юль, садись здесь. Пока я раздумывал, куда приткнуться, Хон Ёнхва похлопала по сиденью рядом с собой. — Если что-то не так, сразу говори. Вот, перекуси чем-нибудь. [Спасибо] Стоило мне сесть, как она тут же принялась выставлять на стол всевозможные лакомства. — А? В этот момент Хон Ёнхва заметила взгляд Эриэль, сидевшей напротив. На лице помощницы застыло выражение глубокого потрясения, смешанного с умилением. — ...Ты чего так на меня пялишься? — Я просто тронута, госпожа. — Тронута? А поподробнее? — Я, Эриэль, долгие годы служу вам, но и в самых смелых мечтах не могла представить, что увижу, как вы столь искренне и заботливо печетесь о ком-то другом. — Ты сейчас намекнула, что у меня паршивый характер и я не умею сопереживать? — Это не оскорбление, а восхищение. Впрочем, позвольте мне ознакомить молодого господина с графиком. Хон Ёнхва хотела было что-то возразить, но лишь цыкнула и откинулась на спинку дивана. Эриэль перевела взгляд на меня. — Расписание остается таким же, как мы обсуждали ранее. Клан Адского Пламени примет вас как почетного гостя. Вы сможете отдохнуть и восстановить силы, а проверку проведем тогда, когда вы сами того пожелаете. [Благодарю за заботу] — Свою благодарность лучше выразите госпоже и хозяйке дома. И еще: через несколько дней состоится банкет, о котором я упоминала. «Банкет». При этом слове я невольно помрачнел. Как выяснилось, мой визит совпал с ежегодным торжественным приемом клана Гэпхва. Поскольку я прибыл в качестве важного гостя, клан посчитал, что игнорировать меня в такой день было бы верхом неуважения. Хон Ёнхва, заметно нервничая, спросила, не соглашусь ли я заглянуть туда хотя бы ненадолго. Видя, что мой отказ поставит ее в неловкое положение, я согласился. Помню, как в тот миг ее лицо буквально просияло. «И всё же...» Я еще раз обдумал цель своего визита. Адское Пламя, проявившееся во мне в Башне Роста. Тогда это казалось загадкой, и я согласился на проверку, чтобы найти ответы. Теперь же я знал причину. Всё дело в Синхронизации. Вероятно, в тот момент я подсознательно представил мощное пламя, и навык непроизвольно скопировал Гэпхва. Получается, теперь, когда секрет раскрыт, ехать в клан Адского Пламени не было нужды. Но была и другая причина. «Ожог на правой руке». Я шевельнул пальцами. Сейчас рука скрыта под длинным рукавом, но под тканью прячутся уродливые шрамы. Если верить Хон Ёнхва, это след от Гэпхва. Значит, когда-то я уже сталкивался с этой силой. Это было странно. Я получил этот ожог в своем прежнем мире — обычном мире, где не было места магии или сверхспособностям. «...А здесь...» Записи о Ли Ха Юле из этого мира гласили: умирающий ребенок был найден неподалеку от приюта. Согласно документам, уже тогда у «Ли Ха Юля» был точно такой же ожог на правой руке, он был слеп и не мог говорить. «М-да...» Слишком много противоречий. Мне нужно было попасть в клан Адского Пламени, чтобы собрать хоть какие-то крупицы информации. Даже если я ничего не узнаю о своем прошлом, этот визит всё равно принесет мне немало пользы. — Мы на месте. — В этот раз быстро доехали. Вслед за словами Эриэль Хон Ёнхва выглянула в окно. Лимузин уже ехал вдоль бесконечно тянущейся высокой ограды. Честно говоря, назвать это «оградой» язык не поворачивался. Скорее, это была настоящая крепостная стена. Если присмотреться с помощью Наблюдения, можно было почувствовать невидимый и неосязаемый барьер, исходящий от камня. Стена служила проводником и усилителем для этой преграды. Это был внешний барьер, защищающий родовое поместье Гэпхва — защитное заклинание такого уровня, что слово «невероятное» не отражало и доли его мощи. Мы ехали вдоль стены еще какое-то время, пока в поле зрения Наблюдения не показались главные ворота. «...?» И толпа людей, ожидающая внутри. Лимузин, миновав ворота, плавно затормозил. Раздался щелчок — двери разблокировались. — Прошу, выходите. Хон Ёнхва вышла первой, я последовал за ней. Стоило моим ногам коснуться идеально подстриженного, сочного газона, как... — ♬──! Грянули резкие звуки инструментов, ударив по барабанным перепонкам. От ворот до величественного особняка тянулась красная ковровая дорожка, по обе стороны которой выстроились люди. Не меньше десятка человек в алых мундирах сжимали в руках медные духовые инструменты, а за ними стояло множество других музыкантов. Их слаженная игра заставила воздух вокруг завибрировать. Внезапный концерт так же резко оборвался. Человек, стоявший впереди всех, сделал шаг навстречу. Он согнулся в глубоком, девяностоградусном поклоне и зычно прокричал: — Приветствуем возвращение наследницы, несущей Адское Пламя! И добро пожаловать молодому господину Ли Ха Юлю, прибывшему вместе с ней!!! — «««Добро пожаловать!!!»»» — хор голосов, усиленных мощью сверхлюдей, разнесся по округе. [Что это...] — ...... Я застыл с совершенно ошарашенным видом. Хон Ёнхва, смущенно кашлянув, подошла и похлопала меня по плечу. — Кхм. Я же говорила, что можно обойтись без этого... — Простите? Но вы же сами сказали подготовиться как следует, раз господин приедет с ва... — начала было Эриэль. — Тихо. ...Так или иначе, под звуки торжественного приветствия мы двинулись вперед. ◆ ◆ ◆ [Полномочие «Пространство» растет] ... [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Визит в клан Адского Пламени» выполнен] ... ... [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (84 ▷ 85/100) «Наставница», «Ожидание», «Чувство стабильности», «Жажда любви», «Уважение» ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Клан Адского Пламени (2) Мировое устройство в этом веке далеко от демократии. Власть здесь принадлежит не выборным представителям, а сверхлюдям — обладателям сокрушительной силы и лидерам могущественных группировок. Нынешний порядок во многом напоминает сословное общество прошлого. Правительства давно пали, и их место заняли организации сверхлюдей. Они обосновались в определенных регионах, превратив их в свои личные владения. Сверхлюди закрепились в статусе правящего класса: они защищают простых обывателей от внешних угроз вроде монстров, а те в обмен на выживание признают их господство. Народ и подданные — это обычные люди, живущие на этих землях. Короли и аристократы — сверхлюди из правящей верхушки. В реальности сверхлюди, основавшие поместья, пользуются тем же влиянием и почетом, что в старину монархи и знать. Существует немало мест, где влияние Ассоциации не ощущается вовсе, из-за чего там образуются своего рода зоны беззакония. Там, где не удалось выстроить нормальные институты власти, поселения приходят в упадок и превращаются в руины, а если там воцаряется жестокая группировка, жизнь превращается в сущий ад. Современный мир держится лишь благодаря тому, что Ассоциация выступает посредником, сдерживая амбиции подобных сил, чтобы те не переходили черту. «Владения Гэпхва… скорее производят впечатление процветающего края». Клан Адского Пламени — одна из величайших сил в мире. Под стать их могуществу, окрестные города процветали, а само родное поместье поражало воображение своим величием. Просторное. Огромное. Грандиозное. С тех пор как я ступил на землю клана Адского Пламени, эти мысли не покидали меня. Раз уж я прибыл с визитом, элементарная вежливость требовала сначала поприветствовать хозяина дома. После довольно прохладного приема я оставил вещи слугам и вошел в здание вслед за Хон Ёнхвой. Мы шли долго. Коридор за коридором, устланные красными ковровыми дорожками, сменяли друг друга, но цель пути все еще не была достигнута. Поместье было поистине колоссальным. Трудно даже представить, сколько здесь комнат — дверей, мимо которых мы прошли, явно было больше сотни. На самом деле, слово «особняк» здесь едва ли подходило. При таких масштабах уместнее было бы назвать это замком, а учитывая встроенные системы защиты — настоящей крепостью. «Крепость, значит…» Сами материалы, из которых возведено здание, подбирались с расчетом на оборону, а наложенные на него чары сплошь относились к магии защиты и ограждения. Если добавить к этому патрули, неустанно следящие за порядком внутри и снаружи, и уровень их подготовки… Да, «крепость» — самое подходящее слово. В одиннадцатом цикле мне, тогдашнему Алмазному воину, потребовалось немало времени, чтобы прорваться сюда. Конечно, стоит учитывать, что тогда я еще не достиг пика своего развития, но даже для Алмазного воина эти оборонительные сооружения стали серьезным препятствием. Сейчас же о подобном прорыве не стоило и мечтать. — Приветствуем вас, госпожа! Пока я предавался раздумьям, каждый встречный слуга в коридоре низко кланялся, выражая почтение Хон Ёнхве. Она, привыкшая к такому обращению, лишь слегка кивала в ответ, не замедляя шага. Наблюдать за этим было странно. Я словно заново осознал, каков на самом деле статус Хон Ёнхвы. В повседневном общении она вела себя просто и непринужденно, и это притупляло бдительность, но на самом деле она — наследница клана Адского Пламени, человек, которому суждено войти в число самых влиятельных людей мира. Одного её слова достаточно, чтобы лишить жизни нескольких человек. И вот сейчас этот человек ведет меня за руку, а я… чувствую себя на удивление спокойно. В прошлом я испытывал бы перед её статусом страх и напряжение, но сейчас тепло её ладони приносило лишь ощущение стабильности и комфорта. Возможно, дело было еще и в том, что это место было мне чужим, и присутствие Хон Ёнхвы рядом казалось надежной опорой. Удивительное чувство. Раньше я и представить себе такого не мог. И еще… — Приветствуем вас, молодой господин. «…» Каждый раз, когда слуги склонялись в вежливом поклоне не только перед Хон Ёнхвой, но и передо мной, я испытывал неловкость. Конечно, в том, что прислуга проявляет уважение к гостю, нет ничего странного, но степень этой учтивости была какой-то… особенной. Видимо, я просто не привык к подобному обращению, оттого и чувствовал себя не в своей тарелке. Наконец мы поднялись на верхний этаж и остановились перед роскошными дверями. Даже не прибегая к Наблюдению, я точно знал, кто находится внутри, благодаря подслушанному разговору Эриэль и Хон Ёнхвы. Тук-тук — Глава распорядителей, госпожа и молодой господин прибыли. — Входите. На стук Эриэль из-за двери донесся ответ. Она открыла створки и отступила в сторону, пропуская нас. Хон Ёнхва уверенно шагнула внутрь. Я последовал за ней и увидел женщину, буквально погребенную под горой документов. Черные волосы длиной до плеч. Чхве Джиён, с отсутствующим видом изучавшая бумаги, подняла голову. Её карие, почти лишенные эмоций глаза медленно моргнули. Глава распорядителей Чхве Джиён. Супруга главы клана Адского Пламени и мать Хон Ёнхвы. «Ух…» Напряжение возникло само собой. Потому ли, что она — Глава распорядителей? И это тоже. Клан Адского Пламени обладает колоссальным влиянием, и Чхве Джиён, занимая свой пост, сосредоточила в своих руках огромную власть. Она из тех людей, для кого оборвать чью-то жизнь — задача не из трудных. Но это была не единственная причина моего волнения. Куда больше меня смущало то, что она — мать Хон Ёнхвы. В прошлых жизнях у меня не было друзей, и уж тем более я никогда не встречался с их родителями. Отсутствие подобного опыта заставляло меня изрядно нервничать. — Добро пожаловать. Вы приехали раньше, чем я ожидала. И… Чхве Джиён поднялась из-за стола. Её взгляд переместился с дочери на меня. Посмотрев на меня мгновение, она вежливо склонила голову. — Благодарю, что почтили нас своим визитом. Я — Чхве Джиён, Глава распорядителей клана Адского Пламени. Приятно познакомиться, Ли Ха Юль. Приветствие оказалось куда более учтивым, чем я предполагал. Растерявшись, я тоже поспешно поклонился, замахав руками. [«Это я должен благодарить вас за приглашение».] [«Меня зовут Ли Ха Юль, я друг Хон Ёнхвы».] — Вот как, значит, друг… Чхве Джиён мельком взглянула на дочь. В её взгляде читалось нечто странное — будто она смотрела на что-то крайне нелепое. Она явно хотела что-то сказать, но лишь покачала головой. — …Впрочем, неважно. — Что? В смысле «неважно»? Мам, почему ты так на меня смотришь и замолкаешь на полуслове? В итоге мы уселись за стол. Чхве Джиён расположилась напротив, а Хон Ёнхва похлопала по сиденью рядом с собой. Стоило мне сесть, как острый взгляд Чхве Джиён заметно смягчился. — Есть ли какой-то сорт чая, который вы предпочитаете? [«Нет».] [«Я совсем не разбираюсь в чае».] — В таком случае, подай то же самое, что и госпоже. Вскоре Эриэль принесла чай и сладости. Чхве Джиён и Хон Ёнхва принялись неторопливо пить. Глядя на них, я тоже сделал глоток. Приятно теплая вода. — Прежде всего, я должна принести извинения, — заговорила Чхве Джиён, смочив горло. — По правилам, встречать столь почетного гостя должен был глава дома… Но поскольку в данный момент мой супруг отсутствует, я, как Глава распорядителей, принимаю вас вместо него. [«Ваше гостеприимство и так чрезмерно, я очень благодарен».] — Что? Папа всё еще в африканских Магических землях? — Хон Ёнхва удивленно наклонила голову. — Он же отправился туда еще в начале года. Прошло несколько месяцев, неужели зачистка всё еще продолжается? — Сама зачистка давно завершена, сейчас идут восстановительные работы. Но возникли некоторые обстоятельства, из-за которых он не может покинуть пост. — О… А как же банкет? Мы проведем его без главы клана? — Скорее всего, так и будет. «Значит, его нет на месте», — мысленно отметил я. Я и сам не чувствовал присутствия главы в поместье или на прилегающей территории. Даже когда я расширил радиус Наблюдения до самого города, результат был тем же. Нынешний глава Гэпхва — отец Хон Ёнхвы, Хон Джинсон. Он герой высшего ранга и, согласно сюжету, должен находиться на пороге становления Первопроходцем. Было странно не ощущать его силы, но теперь всё прояснилось: он в Африке. «Обстоятельства?» Если он находится в Магических землях и не может уйти из-за каких-то дел… «Неужели он нашел Башню?» В недрах африканских Магических земель скрыты две Башни. Одна из них — неисследованная, о которой миру пока ничего не известно. В восьмом цикле попытка её покорения провалилась из-за нападения на тылы, и лишь в одиннадцатом цикле, после множества попыток, её удалось пройти. Наградой за это становится Право на желание — возможность исполнить мечту в пределах сил Башни. Вторая… Башня Некромантии, которая еще не начала свое вторжение. В оригинале её обнаруживают как раз примерно в это время. Разумеется, её истинную природу тогда еще не понимали, поэтому лишь зафиксировали сам факт существования и засекретили информацию. «……» Башня Некромантии — это первая Башня, начавшая активную экспансию, и расположена она в крайне неудобном месте. Тот факт, что она находится глубоко в Магических землях, сам по себе затрудняет доступ к ней. Но главная проблема в другом. Как и следует из названия, Владыка Башни Некромантии — своего рода некромант. Он мастерски поднимает трупы и души павших существ, превращая их в свою армию. И такой противник начинает вторжение именно там, где монстров, пригодных для его армии, пруд пруди. В результате, как только начинается экспансия, африканские Магические земли превращаются в сущий ад, становясь личными владениями Владыки Башни Некромантии. — …В общем, имей это в виду. И еще… Ли Ха Юль? [«Да».] — У меня есть много тем для разговора, но… было бы невежливо задерживать гостя, который только что прибыл. Эриэль проводит вас в ваши покои. Эриэль? — Да, распоряжение получено. — Отдыхайте и ни о чем не беспокойтесь. Когда почувствуете, что готовы к проверке, просто дайте знать. Всё уже подготовлено, так что можете начинать в любое удобное для вас время. [«Благодарю за доброту».] Когда я ответил, Чхве Джиён на мгновение пристально посмотрела на меня и едва заметно улыбнулась. ◆ ◆ ◆ После того как Ли Ха Юль и Эриэль вышли, в кабинете Главы распорядителей остались только двое. — Подумать только, после такого тяжелого детства он мог вырасти кем угодно, но остался таким вежливым и воспитанным мальчиком. Чхве Джиён проводила взглядом бесшумно закрывшуюся дверь и отпила чаю. От её недавней улыбки не осталось и следа. Хон Ёнхва, сидевшая напротив, почувствовала перемену в атмосфере и молча жевала сладости, не решаясь заговорить первой. — Ну и? Ты хотя бы заикнулась об этом? — внезапно спросила Чхве Джиён. Она не уточняла тему, но Хон Ёнхва прекрасно поняла, о чем речь. О помолвке. Сказать было нечего. Хон Ёнхва отвела взгляд и пробормотала: — …Нет. — Ох… Тяжелый вздох матери заставил девушку вздрогнуть. Возразить ей было нечего. — Ни единого слова? Серьезно? За всё это время? — Да… — Господи… Чхве Джиён одним глотком осушила остатки чая, словно пытаясь потушить пожар в груди. К сожалению, чай был горячим и облегчения не принес. Она мельком глянула на дочь — та сидела, сжавшись, явно осознавая свою оплошность. Чхве Джиён на мгновение задумалась. В обычной жизни её дочь была бойкой, даже грубоватой девчонкой, но в таких делах оказывалась совершенно беспомощной. Конечно, сказывалось отсутствие опыта и первая, робкая влюбленность… «— …Я боялась, что… наброшусь на него, поэтому избегала…» «Робкая… Ну, это точно любовь. Хм». Как бы то ни было, мать надеялась, что за время их совместного пути дочь сама во всём признается, но та вернулась, так и не проронив ни слова. Чхве Джиён поняла: Хон Ёнхве нужна встряска, которая заставит её действовать. — Ёнхва. — Да… — Ты так и будешь сидеть, пока его кто-нибудь не уведет? Эти слова, произнесенные будничным тоном, словно вопрос о том, пообедала ли она сегодня, заставили Хон Ёнхву подпрыгнуть на месте. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (85 ▷ 86/100) «?» «Чувство долга» «Благодарность» «Тепло» «Спокойствие» … [«Проклятие хрупкой красоты» поглощает жизненную силу…] — Пш-ш-ш… [Владыка Башни Настройки подавляет «Проклятие хрупкой красоты»] [Используются очки] … [Владыка Башни Настройки издает истошный вопль] ---------- Клан Адского Пламени (3) Я разложил вещи в комнате, в которую меня проводила Эриэль. Впрочем, вещей было всего ничего — лишь пара сменной одежды, которую я не стал убирать в подпространство, так что много времени это не заняло. «...И это — комната?» Я в замешательстве окинул помещение Наблюдением. Оно было настолько огромным, что язык не поворачивался назвать его просто «комнатой». Это был скорее отдельный особняк. Мебель сияла отделкой, и даже на первый взгляд было ясно: каждая вещь здесь — редкое сокровище. Сам замок клана казался мне колоссальным, но неужели все гостевые покои здесь такого уровня? Когда я спросил об этом Эриэль, она ответила, что далеко не все. И действительно, если присмотреться к планировке поместья, подобных комнат было немного. — Эта комната предназначена для особо почетных гостей, которые появляются раз в одно, а то и в два поколения. Сама Глава распорядителей когда-то останавливалась здесь. [«Понятно».] Я кивнул. Глава распорядителей Чхве Джиён изначально не принадлежала к клану Адского Пламени. Она была довольно известным героем, но после свадьбы с нынешним главой, Хон Джинсоном, вошла в семью. У неё обнаружился неожиданный талант — не к сражениям, а к административной работе и управлению. Реализовав его сполна, она заняла пост Главы распорядителей и теперь заправляет всеми делами клана. Насколько мне известно, эта должность буквально выжимает из человека все соки. Глядя на горы документов в её кабинете, я только утвердился в этой мысли. Чхве Джиён никогда не скрывала своего страстного желания поскорее оставить этот пост. Однако даже в оригинале, когда Хон Ёнхва стала главой клана, Чхве Джиён всё ещё оставалась Главой распорядителей... Выслушав объяснения и закончив с вещами, я немного подумал и обратился к Эриэль: [«Можно ли провести проверку сегодня днем?»] — Я составлю график так, чтобы закончить до вечернего банкета. [«Благодарю».] Эриэль согласно склонила голову. Я не хотел затягивать, и, к счастью, всё удалось устроить быстро. «Хм...» Я сверился со временем. До вечера еще оставалось несколько часов. [«Ничего, если я осмотрюсь в окрестностях?»] Конечно, я мог бы просто сидеть здесь и сканировать территорию Наблюдением, но лучше увидеть всё своими глазами. — Да, разумеется. И снова я получил утвердительный ответ. Кивнув, я поднялся со своего места. ◆ ◆ ◆ Главной отличительной чертой клана Адского Пламени всегда считалась их боевая мощь. Нынешний глава — один из сильнейших среди Героев высшего ранга, а под его началом находятся многочисленные боевые отряды, способные проводить одиночные операции в Магических землях. Эта мощь обусловлена их уникальной способностью, передающейся по наследству и идеально заточенной под битву. Лучше всего это проявляется в требованиях к будущему главе: обязательным условием является личная сила. Знания, мудрость и проницательность приветствуются, но без выдающейся мощи занять этот пост невозможно. Вот насколько в клане Адского Пламени ценят силу. Однако боевая мощь — не единственное достоинство клана. — Канг! Канг! Канг! Звук, ударивший по ушам, был невероятно резким. Слышный еще издалека, по мере приближения к источнику он становился всё оглушительнее. Казалось, если пробыть здесь слишком долго, можно запросто лишиться слуха. Я задействовал Наблюдение, изучая здание, расположенное на окраине обширных владений клана. Огромная постройка грубой формы. Массивные железные ворота в центре были невероятно толстыми, а из многочисленных длинных труб на крыше валил густой черный дым. Кузница. Едва услышав звон металла и увидев очертания здания, я сразу понял, что это за место. Разрешение на вход у меня уже было. Я вошел внутрь не через центральные ворота, а через небольшую боковую дверь. — Ф-ф-шух! Стоило открыть дверь, как меня обдал поток раскаленного воздуха. Одежда затрепетала, а жар, пропитавший всё вокруг, был настолько сильным, что обычный человек мгновенно получил бы ожоги. Мне они не грозили, но всё тело тут же вспотело, и стало довольно неуютно. Капля пота скатилась по щеке. Смахнув её рукой, я мельком взглянул на Эриэль, стоявшую в паре шагов позади. Она была совершенно невозмутима. Я не почувствовал никаких следов магической защиты. Похоже, навыки охотника, который в прошлом достиг высшего ранга, никуда не делись, даже несмотря на отставку. «Хм...» Может, нейтрализовать жар магией? Или окутать себя Небесным оперением? Немного поколебавшись, я решил ничего не предпринимать. Просто вошел внутрь, терпя зной. Звук моих шагов утонул в частом и мощном грохоте молотов. Громче всего был звон наковален, а следом за ним — характерный гул яростного пламени. Наблюдение подсказало, что внутри довольно много людей. Центральная часть первого этажа служила чем-то вроде общей мастерской. На втором этаже располагались личные мастерские магов, но и внизу народу хватало. Кузнецы стояли перед цельнолитыми наковальнями, окруженные рабочим инструментом. Когда тяжелый молот опускался, раскаленный металл издавал самые разные звуки, меняя свою форму. Классическая картина кузницы. Но было здесь и то, что выходило за рамки привычного. Я направился к кузнецу, работавшему в углу. Не стал заговаривать с ним, а просто встал чуть поодаль, чтобы не мешать. Это был старик. Волосы его поседели, а лицо было изрезано морщинами, как летопись прожитых лет. Но телосложение его было не просто крепким — он был невероятно мускулистым. Мышцы на руках, опускавших молот, казались стальными канатами. Перед лицом обжигающего огня он хоть и потел, но не издавал ни единого вздоха. Ритм его ударов оставался безупречным. Рядом с ним стоял горн. В тот момент, когда пламя взметнулось, готовясь расплавить металл, старик протянул к нему руку. — Вспых! Огонь мгновенно раздулся, поглотив его ладонь. Любой другой в ужасе бросился бы прочь, но окружающие даже не повернули головы. Для них это было обыденностью, не представляющей угрозы. — Ш-ш-ш... Пламя утихло. Огонь, только что яростно бушевавший, послушно припал к руке кузнеца, словно признавая его власть. Такое мастерство было возможно только при запредельном сродстве с огнем и идеальном контроле над ним. Убедившись, что пламя усмирено и теперь лишь едва колышется, старик кивнул. И в тот же миг из его ладони вырвался новый поток огня. Мощный жар хлынул в горн. Присмиревшее пламя, словно получив корм, взревело и поднялось с небывалой силой. Но оно по-прежнему оставалось под полным контролем мастера. Оценив интенсивность огня, старик задвинул в него металлический слиток. Под натиском жара металл начал медленно плавиться. «Гэпхва». Огонь, плясавший в горне, был Гэпхва. И пламя, вырвавшееся из рук старика, тоже было Гэпхва. По сути, почти весь огонь в этом помещении был им. Клан Адского Пламени славится своей боевой мощью, но не менее выдающимся является их искусство обработки металла. Для работы с металлом нужен огонь, а Гэпхва, считающееся сильнейшим пламенем в этом мире, было идеальным инструментом для кузнечного дела. Я никогда особо не занимался ремеслом. Мои навыки ограничивались любительским шитьем да Плотницким делом. Даже во время пробела в памяти я лишь слегка коснулся теории производства. Поэтому я не мог до конца понять все тонкости происходящего в мастерской. Для меня это выглядело как процесс: расплавить металл, бить молотом по раскаленной заготовке, остудить в воде, снова расплавить и ковать, доводя до совершенства на станках. Но Наблюдение фиксировало каждую деталь. Это не просто осядет в памяти, а станет справочным материалом, к которому я смогу обратиться в любой момент. — Что ты там видишь своими закрытыми глазами? — внезапно заговорил старик, за которым я наблюдал. Он не спрашивал, кто я такой. Его руки, бьющие по металлу перед лицом палящего огня, даже не дрогнули. [«Я не совсем уверен».] [«Я просто чувствую».] — Это уже лучше, чем те, кто носит глаза для украшения. Я не стал объяснять, что обладаю Сенсорикой. Но старик, похоже, и так всё понял. Он больше не задавал вопросов, продолжая работать. Молот опускался, металл менял форму. Другие кузнецы делали то же самое. Ковали, закаляли, обрабатывали. Но информация, которую давало Наблюдение, была совершенно иной. Удары этого старика отличались от всех остальных. И сам процесс, и результат, к которому он вел, были другими. Наблюдение подтверждало: уровень мастерства этого человека был недосягаем для прочих. [«Могу я посмотреть еще немного?»] — Делай что хочешь. Ответ прозвучал грубовато, но это было согласие. Я кивнул и присел на корточки неподалеку, сосредоточив всё внимание на Наблюдении. Я следил за каждым движением старика. Почти всё оставалось для меня загадкой, но само созерцание процесса повышало мое понимание металлургии и ремесла. Просто наблюдая за работой мастеров, я получал ценный урок. В голове возникло легкое покалывание. Я кивнул, ощущая, как развивается одна из сторон моей способности «Мастер на все руки». «Это точно он». У меня были сомнения, но теперь я убедился. Я смотрел на старика, который просто продолжал мерно опускать молот. Повелитель Рожденного Пламени, Хва Бёкун. Человек, владеющий одним из лучших кузнечных искусств в этом мире. Первый кузнец клана Адского Пламени, создавший личное оружие не только для нынешнего главы, но и для нескольких предыдущих. Пристроившись рядом, я в тишине продолжил изучать его движения. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Мастер на все руки» развивается] [Уникальная способность «Сродство с маной» развивается] [Ун?спо? «?» развивается] ---------- Том 1 Глава 134 — Пора, Владыка Рожденного Пламени. — Знаю. Дзинь… Размеренный стук молота стих. В мгновение показалось, будто все звуки в мире исчезли. Вместе с ними рассеялось и моё сосредоточение. На первом этаже всё еще перекликались молоты других кузнецов, но ни один из них не звучал так чисто и звонко, как инструмент старика. Старик угрюмо осмотрел своё творение. Это был обычный меч, наспех выкованный из железной заготовки. Наблюдение подсказывало, что железо было качественным, но в нём не было ни особых эффектов, ни редких свойств. Любая небольшая мастерская могла бы позволить себе такой материал, приложи она достаточно усилий. Меч, созданный из этого железа, не имел даже надлежащей отделки, но в свете горна его лезвие вспыхивало пугающей остротой. Несмотря на мой скудный опыт и то, что мне не доводилось держать в руках много разного оружия, я понимал: это превосходный клинок. — Хм. Получилось не пойми что, — недовольно буркнул старик. Он окинул меч разочарованным взглядом, небрежно прислонил его к стене и поднялся. Эриэль, покосившись на оставленный клинок, заметила: — Вы всё так же скупы на похвалу собственному оружию. — Это не скупость, а адекватная оценка. Старик отряхнул ладони и обернулся. Осмотрев Эриэль, он перевёл взгляд на меня. Его серо-белые глаза впились в моё лицо. Это был взгляд, свойственный старикам — тусклый, но в то же время странно живой, наполненный необъяснимой энергией. — Диковинное дитя. Он какое-то время изучал меня, словно взвешивал, а затем произнёс эти непонятные слова. — Идём. Убрав инструменты и вытерев руки, старик направился к боковой двери. Он шагал уверенно и размашисто, и я, поддавшись этой решимости, невольно последовал за ним. Звуки ударов по металлу начали затихать по мере того, как мы отдалялись от мастерской. Наблюдение подтвердило: Эриэль молча следовала за нами. Значит, нас вели не в какое-то странное место. Снаружи всё еще палило солнце, но, сверившись с часами, я обнаружил, что прошло уже несколько часов. Даже при моей концентрации я не ожидал, что время пролетит так незаметно. «Дитя?.. Конечно, по сравнению с ним я молод, но…» Я шел следом за стариком с неоднозначным выражением лица. Понятно, что внешне я выгляжу намного моложе его, но когда с тобой обращаются как с маленьким ребенком, это вызывает странные чувства. Не то чтобы мне было неприятно… просто как-то не по себе. — Научился чему-нибудь? — внезапно спросил старик, когда мы уже вошли в поместье и пересекали ковровую дорожку. Он наверняка видел, что мои глаза закрыты, но в его тоне звучала уверенность: я следил за каждым его движением. [«Кое-чему научился»] — ответил я после недолгого раздумья. На самом деле, я почерпнул немало. Старик… Владыка Рожденного Пламени Хва Бёкун даже в оригинале считался одним из лучших кузнецов. С помощью Полномочия наблюдения я детально фиксировал каждое его движение, собирая бесценную информацию. Более того, я накопил сведения о движениях почти всех, кто работал в кузнице. Все они — члены клана Адского Пламени, владеющие металлургией на высоком уровне. Если я смогу это имитировать, то и сам в какой-то мере овладею их искусством. — Ты не спрашиваешь обо мне. Знаешь, кто я? [«Да. Вы — Владыка Рожденного Пламени Хва Бёкун».] — Надо же, какой проницательный. Знаешь даже старика, который доживает свой век в четырех стенах и носа на улицу не кажет. «Старик, доживающий век в четырех стенах»? Для такого описания титул Владыки Рожденного Пламени и звание лучшего кузнеца клана Адского Пламени звучали слишком весомо. Пока я подбирал ответ, Эриэль, шедшая позади, подала голос: — «Старик в четырех стенах»? Тогда кто же я? Ребенок, которого на старости лет заперли в Колыбели? — В твои-то годы называть себя ребенком… весьма нелепо. С тех пор как ты вошла в клан Адского Пламени, прошло уже— — Куда нелепее выглядит Владыка Рожденного Пламени, который со своим телом, способным забить монстра кузнечным молотом, прикидывается немощным стариком. Их перепалка вспыхнула внезапно. Я не стал вмешиваться и просто молча шел вперед. Как раз вовремя — благодаря Эриэль мне не пришлось придумывать ответ. Мы спустились в подвальные помещения особняка. Миновав длинный коридор, мы остановились перед массивной стальной перегородкой. Я просканировал пространство за ней. «Материал — жаропрочный сплав Фламмеус, встроенная магическая формула — „Сопротивление пламени“… Похоже, это и есть место проверки». Не только стальная дверь, но и всё внутреннее оснащение указывало на то, что помещение подготовлено к экстремальным температурам. Скрежеща, дверь отворилась. Внутри нас уже ждали трое. Хон Ёнхва, выглядевшая крайне озадаченной, Глава распорядителей Чхве Джиён, чей облик ничуть не изменился с утра, и… — О, пришли наконец. Пара ярко-красных глаз уставилась на меня прямо из дверного проема. Мужчина с зычным хохотом указал на меня пальцем. — Невестка, он здесь. — Я же просила в официальной обстановке называть меня Главой распорядителей. — Ой, да ладно вам. Мы же не в зале совещаний. К чему эта официальность здесь? — Формально это всё еще официальное… а, впрочем, забудьте. Чхве Джиён на мгновение зажмурилась, потерла шею и замолчала, явно сдерживая раздражение. Мужчина, хмыкнув на её реакцию, решительно подошел ко мне и протянул огромную, словно крышка от котла, ладонь. — Наконец-то я вижу героя дня. Хон Джинхёк. Его манера речи и улыбка казались бесхитростными. С одной стороны, он производил впечатление человека открытого и дружелюбного, с другой — казался излишне легкомысленным для своего положения. Хон Джинхёк. В мире могут быть люди с таким же именем, но в клане Адского Пламени, в родном поместье, есть только один человек, который может называть Чхве Джиён невесткой. Владыка Усмиренного Пламени Хон Джинхёк. Родной брат главы клана и командир Отряда Усмирения — боевого подразделения клана Адского Пламени. [«Ли Ха Юль. Для меня честь встретиться с вами».] — А, значит, ты из тех, кто соблюдает этикет. Мы обменялись рукопожатием. Как я и ожидал, его рука была невероятно массивной и твердой. Несмотря на то что на телах сверхлюдей редко остаются шрамы, его ладони были покрыты грубыми мозолями. Одновременно с этим я заглянул в его суть. Когда я впервые увидел Хон Ёнхва, я почувствовал дремлющий внутри неё жар. Это удалось мне даже с помощью несовершенного пространственного восприятия, в котором смешивались Полномочия пространства и наблюдения. Теперь же, окрепнув, я мог получать куда более четкую и детальную информацию. — Хм… странно. Похоже, он тоже пытался прочесть меня. Однако, не получив желаемого, он в замешательстве наклонил голову. — Я не чувствую Гэпхва. Даже если её тщательно скрывать, так запрятать невозможно… Ой! Шлеп! Чхве Джиён отвесила Хон Джинхёку подзатыльник, отряхнула руку и тяжело вздохнула. — Перестаньте вести себя неподобающе и отойдите. ◆ ◆ ◆ В итоге я оказался один в самом центре испытательного зала. Процедура проверки была предельно проста. Цель нашей встречи — подтвердить, действительно ли я владею Гэпхва. То есть мне не нужно было делать ничего сложного: достаточно один раз проявить эту силу. [«Начнем?»] — Да, пожалуйста. Услышав мой вопрос, Чхве Джиён, наблюдавшая за мной через бронированное стекло, кивнула. Рядом с ней стояли Хон Ёнхва, Владыка Рожденного Пламени Хва Бёкун и Владыка Усмиренного Пламени Хон Джинхёк. Последний порывался зайти внутрь, чтобы ощутить пламя лично, но Чхве Джиён снова его осадила и буквально выставила за стекло. Видимо, родственные связи позволяли им общаться столь бесцеремонно. «Хватит лишних мыслей». Я отсек всё ненужное. Вымел остатки эмоций, сохраняя абсолютное спокойствие. Нельзя забывать: Гэпхва сжигает всё на своем пути, но лучшим топливом для неё служат чувства владельца. Если их недостаточно, эта своенравная уникальная способность начинает сама раздувать эмоции, вытягивая их силой. Если использовать её с помутненным рассудком или в плену вязких чувств, можно потерять контроль и сгореть самому. Фу-ух… С выдохом я очистил разум и пробудил ману. Энергия хлынула из ядра по каналам и сосредоточилась в правой руке. Я выстроил структуру маны, раздувая её уникальность и расширяя её. Я не создавал нечто новое, я брал существующее и имитировал его. Расширенная способность Сродства с маной. Синхронизация — Гэпхва. Вспых! Из моей руки, скрытой под наручем, вырвался яростный поток пламени. ◆ ◆ ◆ За стеклом взметнулась алая волна огня. Она мгновенно заполнила пространство зала и, словно морской прибой, раз за разом ударялась в прозрачную преграду. Хва Бёкун протянул руку и коснулся стекла. Горячо. Жар, исходящий от пламени… от Гэпхва, ощущался физически. Это стекло Хва Бёкун изготовил лично. Оно было спроектировано так, чтобы выдерживать мощь Гэпхва, но под воздействием этого конкретного огня оно рисковало расплавиться в считаные мгновения. — Старик. — Чего тебе, баламут? — Мне ведь не кажется? Хва Бёкун обернулся. Лицо Хон Джинхёка, обычно легкомысленное и веселое, теперь было предельно серьезным. Удивившись этой перемене, Хва Бёкун невольно коснулся своего лица и почувствовал, как напряжены его собственные мышцы. — …… «Не кажется ли мне?» Хва Бёкун не мог ответить сразу. Он испытывал те же чувства и не мог прийти к однозначному выводу. За двести лет существования клана Адского Пламени уникальная способность Гэпхва передавалась из поколения в поколение. Но не каждый мог её пробудить, и не у каждого она была одинаковой. При всей изначальной мощи и свирепости пламени, между носителями всегда существовали различия. Иногда — едва уловимые, иногда — весьма заметные. В пламени, которое вызвал этот юноша, чувствовалась странность. В нём была та же первобытная мощь, что и в Гэпхва Хон Ёнхва, чья сила считалась беспрецедентной в истории семьи. Но было и кое-что еще… «Это же…» Двести лет — срок, может, и короткий для истории человечества, но более чем достаточный, чтобы в роду появились отступники. Эта особая сила, идущая от основателя, в редких случаях использовалась не для защиты мира. В сравнительно недавнем прошлом был один обладатель Гэпхва, который нанес колоссальный ущерб мирному населению. Трагедия в самом центре делового квартала мегаполиса под названием Ёкджин. Огонь, распространившийся во все стороны, мгновенно испепелил тысячи людей. Если учитывать косвенные жертвы, их число возрастало многократно. Вязкая, тяжелая аура того самого пламени, принадлежавшего худшему преступнику в истории, на которого Ассоциация выдала ордер на немедленное уничтожение… Казалось, частица этой тьмы была примешана к пламени этого юноши. ---------- Банкет (1) Пламя, вырвавшееся из правой руки, разлетелось во все стороны. Пол и стены окрасились в багрянец. Воздух вокруг мгновенно раскалился. Яростное пламя бушевало, готовое поглотить всё на своём пути. И с каждой его вспышкой пробуждались эмоции, тянущие за собой. Это была чистая Гэпхва. Я тут же принялся усмирять огонь. Мягко подавляя разбушевавшуюся стихию, я начал собирать её воедино. Раздувшееся пламя постепенно сжималось. Это было частью манипуляции маной, так что особых трудностей я не испытывал. Однако на этом всё не заканчивалось. Гэпхва требовала контроля не только над огнем, но и над чувствами. Я подавил эмоциональный подъем, пытавшийся захлестнуть меня. Если обуздать этот всплеск в самом начале, дальше управляться с Гэпхвой становится гораздо проще. Стоит лишь раз дать волю чувствам, и они поглотят тебя без остатка. Поэтому эмоции нужно контролировать и подавлять заранее. — Контроль безупречен, с эмоциями тоже справляешься отлично... Тут мне тебя даже учить нечему. Мы находились в проверенном подземном зале. Сидя в самом центре и усмиряя Гэпхву, я краем глаза активировал Наблюдение. Чуть поодаль, пристроившись на полу, Владыка Очищающего Пламени Хон Джинхёк наблюдал за мной, в замешательстве почесывая затылок. С момента проверки прошло несколько дней. Хотя основная цель моего визита была достигнута, до начала банкета оставалось время, и я решил задержаться здесь в качестве гостя. Последние дни я был занят тремя вещами. Во-первых, прогулками с Хон Ёнхва по территории поместья, где она знакомила меня с людьми, позволяя завести полезные связи. Во-вторых, я наблюдал за тем, как Владыка Рожденного Пламени Хва Бёкун создает снаряжение. И в-третьих, обучался искусству владения Гэпхвой у Хон Джинхёка. Сейчас как раз шел урок с ним. Тогда, во время проверки, Чхве Джиён, своими глазами увидевшая пробужденную мною Гэпхву, с двусмысленным выражением лица попросила дать им несколько дней на обсуждение. Я ответил, что мне не к спеху, и согласился подождать. Обсуждать им было что. То, что посторонний человек сумел проявить уникальную способность их клана, — дело серьезное. Наверняка они уже слышали об этом из Сиёлама, но увидеть воочию — совсем другое, это заставляет мозг работать иначе. Это не тот случай, который можно списать на случайность и забыть. До сих пор Гэпхва считалась уникальной способностью, проявляющейся исключительно у кровных потомков основателя клана. Этот факт был незыблем и служил тем стержнем, вокруг которого объединялись все ветви семьи. И тут внезапно Гэпхвой овладевает человек со стороны, в чьих жилах не течет ни капли их крови. Конечно, на самом деле это лишь имитация с помощью моей уникальной способности, но я не мог об этом рассказать. В глазах окружающих я стал тем, кто пробудил Гэпхву без кровного родства. Создан прецедент: оказывается, эта сила не принадлежит только одной семье. Для клана Адского Пламени это крайне щекотливая ситуация. «В моей третьей жизни...» В третьем воплощении я был «Триадой». Тогда я в равной степени владел способностями всех трех великих кланов: Адского Пламени, Чангэ и Тэсана. Первой способностью, о которой узнал мир, была сила Тэсана. Я применил её в критической ситуации во время вылазки, и надо же было такому случиться, что свидетелем стала Ли Джиён, наследница клана Тэсан. Почти так же, как сейчас с Хон Ёнхва и кланом Адского Пламени, я в итоге оказался в гостях у Ли Джиён. Прошел через ту же процедуру проверки... и последовало долгое обсуждение. Клан Тэсан тогда был в таком же замешательстве от того, что чужак владеет их силой. В итоге в той жизни меня официально признали членом семьи Тэсан. Проще говоря, они подделали родословную, вписав меня туда как кровного родственника. Мелкая хитрость, попытка пустить пыль в глаза... но что им еще оставалось? Посторонний со способностью клана — это проблема, а член семьи с той же силой — уже нет. На самом деле не родственник? Причину всегда можно придумать. Мол, был когда-то изгнанный предок, чьи следы затерялись, и вот у его потомка через поколения проявился дар. Кто станет спорить? Главное — иметь официальный повод заявить: «На самом деле этот человек наш». Так я и стал членом клана Тэсан в третьей жизни. Позже, когда вскрылось мое владение силами Гэпхвы и Чангэ, всё окончательно перепуталось и превратилось в хаос, но всё же... «Интересно, в этот раз всё пойдет по тому же сценарию?» Вписать меня в родословную не так уж сложно, да и это самый простой выход из ситуации. — Хм... Тихий вздох прервал мои размышления. Я выпрямился, и Хон Джинхёк, задумчиво поглаживавший подбородок, заговорил: — Ты ведь знаешь, что в нашем клане почти нет техник, передающихся по наследству вместе с Гэпхвой? — [Я слышал об этом.] Обычно уникальные способности, передающиеся по крови в великих кланах, со временем обрастают собственными техниками. Это могут быть как Расширенные способности, так и просто полезные приемы, не дотягивающие до них по уровню, но эффективные в бою. Яркий пример — «Ладонь водоворота мутной воды» и «Сфера водного зеркала», которые Пэк Арин демонстрировала в финале турнира. «Ладонь водоворота мутной воды» — это боевой стиль для применения энергии воды Чангэ в сражении, а «Сфера водного зеркала» — базовая техника для полноценного управления силой Чангэ. Это великолепные приемы, но они не являются Расширенными способностями. Благодаря этому их можно использовать, опираясь просто на «энергию воды», а не только на Чангэ. Хотя в сочетании с Чангэ они, конечно, куда мощнее. Однако у Гэпхвы таких техник почти нет. — Гэпхва — на редкость скверная способность, — вынес вердикт Хон Джинхёк, один из лучших мастеров своего поколения. — Тонкая манипуляция дается с трудом, а превратить её в отточенную технику еще сложнее. Даже если кто-то и создает прием, его трудно облечь в знания и передать потомкам. Да и те редко могут его освоить. Техники Гэпхвы существуют, но порог вхождения в них невероятно высок по сравнению с другими кланами. Желающих их изучать немного, а освоивших — еще меньше. Если «Ладонь водоворота мутной воды» была создана, чтобы поднять боевую мощь сородичей, чья энергия воды изначально не слишком подходила для боя, то в клане Адского Пламени подобных базовых техник просто не было за ненадобностью. — Но Гэпхва сильна сама по себе. Эта способность настолько мощна в своем первозданном виде, что в сложных приемах просто нет нужды. Чудовищной убойной силы Гэпхвы достаточно, чтобы просто обрушить её на врага. Она изначально заточена под бой, и накручивать на неё хитроумные схемы нет смысла. Поэтому всё это время Хон Джинхёк учил меня не сложным техникам, а лишь тонкой манипуляции пламенем. — Это будет очень непросто. Так что слушай внимательно, а потом старайся всё правильно сбалансировать во время самостоятельных тренировок. Разумеется, большинство людей не способны даже на такую тонкую настройку. Поэтому Джинхёк заранее подчеркивал сложность задачи, призывая меня к максимальной концентрации. — ...Ох. Хон Джинхёк с легким смущением на лице уставился на огонь. Пламя, пляшущее на кончиках моих пальцев, непрерывно меняло форму. Круги, треугольники, квадраты, пятиугольники. Затем очертания оружия: мечи, луки со стрелами, копья и топоры. Тонкие, длинные языки пламени колыхались из стороны в сторону, словно волны, а затем сжимались в крохотные сферы. Огонь то принимал четкие формы, то рассыпался искрами. Это была работа, требующая перехода от простых основ к ювелирной точности. За последние дни я впитал множество секретов тонкой манипуляции и по-своему их усвоил. Сказались и те основы, которым меня учила Хон Ёнхва, и старания Хон Джинхёка. Конечно, Продвинутый уровень владения, пригодный для реального боя — это совсем другое дело. Ради этого придется тренироваться еще усерднее. — Уму непостижимо. У меня ушли месяцы только на то, чтобы научиться удерживать эти формы. «......» — Сначала госпожа, теперь ты... В последнее время я всё чаще чувствую себя старой развалиной, — проворчал он. Я немного подумал, что на это ответить, но так и не нашел слов. Ожерелье откровения предпочло промолчать. ◆ ◆ ◆ Время шло, и настал день регулярного банкета клана Адского Пламени. Окрестности поместья бурлили жизнью уже несколько дней, так что не заметить приближение праздника было невозможно. Даже сейчас я наблюдал за бесконечной вереницей прибывающих автомобилей. У всех, кто из них выходил, волосы и глаза отливали красным. Кроме того, их мана в той или иной степени несла в себе жар. Очевидно, это были члены побочных ветвей клана Адского Пламени или представители подчиненных им сил, созванные на банкет. В здании, отведенном под торжество, тоже царила суета. Видя, как слуги беспрестанно снуют туда-сюда, заканчивая последние приготовления, я окончательно осознал: всё начинается. Масштаб впечатлял. Впрочем, это банкет самого клана Адского Пламени. Чтобы поддержать престиж, они наверняка подготовились с размахом. Мысль об участии в столь грандиозном событии немного давила... но бежать было некуда. Оставалось только смириться и идти. Тук-тук — Молодой господин, это Эриэль. — [Да.] — [Входите.] Дверь со скрипом отворилась, и вошла Эриэль в уже привычной мне современной форме горничной. — [Простите, что доставляю хлопоты.] — Вовсе нет. Это моя работа, к тому же вы живете в соседней комнате с госпожой, так что мне совсем не трудно. Покачав головой в знак того, что мне не стоит об этом беспокоиться, Эриэль поставила на стол прямоугольную коробку. Я поклонился в знак благодарности и указал на принесенную вещь. — [Это?] — Ваше одеяние для банкета. В ответ на мой вопрос Эриэль открыла коробку. Внутри лежала одежда. Я осмотрел её с помощью Наблюдения. Цвет — глубокий красный. Похоже, в клане Адского Пламени специально добивались такого оттенка, напоминающего густое, насыщенное пламя. Фасон же... Как бы это назвать? Легкие шелковые одежды... или боевое облачение? Длинные полы, широкие рукава. Украшений почти нет — похоже, упор делался не на вычурность, а на строгую элегантность. — [Красивая одежда.] — Да, это традиционное одеяние клана Адского Пламени... Оно было изготовлено специально для очень почетного гостя. — [Вот как... понятно.] Эриэль с привычным бесстрастием кивнула. Почему-то мне показалось, что она особенно выделила слова «очень почетного». ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Мастер на все руки» повышается] [Уникальная способность «Сродство с маной» повышается] [Ун?спос? «?» повышается] ---------- Банкет (2) В укромном уголке родного поместья стоял павильон Ёнхва. Это здание предназначалось для торжественных собраний и обычно использовалось лишь раз в году — для проведения регулярного банкета клана. В остальное время здесь редко можно было встретить живую душу. Павильон служил исключительно для празднеств, а устраивать их каждый день никто не собирался. Даже слуги заглядывали сюда лишь для плановой уборки, так что, если не считать стражи, место это обычно пустовало. Однако сегодня павильон Ёнхва полнился шумом и суетой. Хон Ёнхва подняла голову. Оранжевое сияние светящихся камней, вставленных в свисающие с потолка фонари, заливало всё вокруг. Она на мгновение зажмурилась и снова опустила взгляд. Стены и пол, выполненные в тёплых тонах, мягко отражали этот свет, словно сами светились изнутри. Изысканный декор и игра огней создавали атмосферу уюта и тепла. Даже Хон Ёнхва, не обладавшая тонким художественным вкусом, понимала: над интерьером поработали на славу. В отличие от обычных дней, сегодня под ярким светом ламп собралось множество нарядно одетых людей. Зал не был забит до отказа, но куда ни глянь, в поле зрения обязательно попадал кто-то из гостей. У всех была одна общая черта: алые волосы и глаза того же оттенка. Это были либо члены побочных ветвей клана Адского Пламени, либо особо важные гости, связанные с семьёй. Для Хон Ёнхва эта картина была привычной. Её выбрали преемницей в раннем детстве, сразу после того, как в ней пробудилось Гэпхва. С тех пор она, как наследница клана Адского Пламени, каждый год посещала регулярный банкет вместе с отцом... Глава клана всегда был рядом. — Ха-а... Зрелище было знакомым, но не сказать чтобы любимым. Хон Ёнхва не имела ничего против самих банкетов: ей нравилось встречаться с близкими, пробовать изысканные блюда и пить прохладное сладкое вино. Но она терпеть не могла эти светские беседы, где интересы переплетались в тугой узел, а каждое слово приходилось тщательно взвешивать. Тяжело вздохнув, Ёнхва потёрла шею и сонным взглядом окинула свой наряд. На ней было ярко-красное боевое облачение без лишних украшений, перехваченное на талии иссиня-чёрным поясом. Поверх строгого одеяния наброшена накидка, расшитая причудливыми узорами. Это было традиционное облачение клана — если быть точным, Хваванпо, одежда, которую носили только наследники. Для её изготовления требовались два основных материала: мех огненной крысы, монстра 5-го ранга, и листья Несгораемого дерева, в ветвях которого эти крысы обитали. Сама по себе огненная крыса не считалась особо опасным существом, но её мех обладал отличной магической проводимостью, а из-за малой численности популяции любые части её тела ценились крайне высоко. Несгораемое дерево, служившее ей домом, было не менее редким ресурсом. Хваванпо — изделие высшего качества, при создании которого в ткань вплетались десятки других редких компонентов. Ёнхва машинально коснулась рукава. Ткань была приятной на ощупь: не грубой и не колючей, а нежной, словно ласкающей кожу. Защитные свойства тоже впечатляли. Благодаря редким материалам и тому, что над одеянием трудился лично Владыка Рожденного Пламени, эта ткань могла посрамить любые тяжелые доспехи. И всё же она была куда менее удобной, чем повседневная одежда. Ёнхва продолжала теребить рукав, качая головой. «Неудобно». Больше всего на свете ей хотелось сейчас переодеться во что-то привычное. — Нельзя. Словно прочитав её мысли, Чхве Джиён, стоявшая рядом, тут же пресекла всякие надежды. — В этот раз — тем более нельзя. — Я знаю. Могла бы и не напоминать. Хон Ёнхва слегка выпятила губу и отвернулась, но всё же выпрямилась, стараясь сохранять подобающую осанку. Она и раньше понимала важность момента, но в этот раз её присутствие на регулярном банкете было критически необходимым. Обычно торжество вёл Глава клана. Глава распорядителей лишь помогала ему, но по традиции именно лидер был центром праздника. Сейчас Глава клана находился в африканских Магических землях. Чтобы выяснить причину возникших там аномалий, он возглавил боевой отряд и ушёл вглубь заражённых территорий. Это случилось в начале года. С тех пор Глава так и не вернулся. Хотя от него регулярно приходили вести, присутствовать на банкете он не мог. По этой причине бремя руководства легло на плечи Чхве Джиён, исполняющей обязанности Главы распорядителей, и Хон Ёнхва как официальной наследницы. — Ох. Дойдя в своих мыслях до этого момента, Ёнхва невольно издала короткий возглас и перевела взгляд в центр зала. Там, на небольшом возвышении, стоял меч, вонзённый в постамент рукоятью вверх. С виду он совсем не походил на грозное оружие. Его клинок был прозрачным, словно сделанным из тонкого стекла — казалось, тронь его, и он разлетится на тысячи осколков. Но каждый присутствующий знал: этот меч не хрупок. Напротив, это был неразрушимый клинок, на котором никто не смог бы оставить и царапины, даже нанося удары в полную силу. Меч Сигнального Огня. Оружие, которым владел сам основатель, Хон Ён. Секрет его ковки не был утерян и передавался из поколения в поколение. Хотя его называли оружием, по своей сути это был артефакт высшего порядка. В нынешнюю эпоху существовало два таких меча. Один — тот самый Меч Сигнального Огня основателя, что стоял сейчас на постаменте. Второй принадлежал нынешнему Главе клана. По традиции Меч Сигнального Огня изготавливался действующим Владыкой Рожденного Пламени специально для Главы. Меч для Хон Ёнхва ещё не был выкован. Это должно было случиться позже. Она лишь предполагала, что его создаст нынешний Владыка Рожденного Пламени, Хва Бёкун, чьё мастерство всё ещё было непревзойдённым. — Значит, Меч Сигнального Огня вынимать мне? — Конечно, тебе... Под конец регулярного банкета Глава клана обычно поднимался на помост и вливал Гэпхва в меч основателя, тем самым знаменуя завершение празднества. Поскольку отец отсутствовал, эта роль естественным образом перешла к Хон Ёнхва. «Какая морока». Ёнхва подавила желание поморщиться и вместе с Чхве Джиён принялась принимать приветствия гостей. Причин для проведения банкета было много. Родственники, живущие вдали друг от друга, обменивались новостями, восстанавливали старые связи и укрепляли новые. Кроме того, это был способ показать незыблемую мощь главной семьи и выявить тех, кто, возможно, затаил дерзкие мысли. Какой бы «огненной дочерью» ни была Ёнхва, она не была настолько бессердечной, чтобы взваливать всё на плечи матери, которой и так приходилось вести банкет без мужа. Несмотря на ворчание, она держалась с достоинством. Видя это, Чхве Джиён облегчённо вздохнула. Спустя некоторое время, когда поток гостей немного иссяк и выдалась свободная минута, Чхве Джиён негромко спросила: — Ты поговорила с ним? Хон Ёнхва, стоявшая с прямой спиной, вздрогнула. Хотя мать не назвала имени, она сразу поняла, о ком речь. — ...Сегодня поговорю. Она ответила не сразу, запинаясь. Было заметно, что её переполняют тревога и волнение. — Ох, беда с тобой. Лицо Чхве Джиён приняло скептическое выражение. Родная дочь, а в таких вещах ведёт себя как последняя трусиха. — Мы уже всё подготовили. Ха Юль будет записан в родословную как потомок одного из членов клана, с которым разорвали отношения около ста лет назад. — Понятно... Ха Юль? Ёнхва замерла на полуслове. Теперь уже на её лице отразилось недоумение. Она недоверчиво посмотрела на мать, а та лишь пожала плечами. — Ха Юль сам попросил называть его по имени, вот мы и уладили этот вопрос. А что? — Э-э... Да нет, ничего. Просто странно слышать, как ты так просто его называешь. — И что тут странного? Я тоже человек, — Чхве Джиён покачала головой, словно дочь сказала какую-то глупость. За последние несколько дней, пока Ли Ха Юль гостил в поместье, она успела с ним пообщаться. Нельзя же было вписать человека в семейный реестр, даже не спросив его мнения. В процессе разговоров она лучше узнала его характер и, в общем-то, прониклась к нему симпатией. И Чхве Джиён была не единственной, с кем Ха Юль успел сблизиться. Эти несколько дней он провёл крайне продуктивно. — Мне понравилось, что он пытается во всём разобраться сам, прежде чем просить о помощи. Он с раннего утра пропадал в мастерской мага, где под руководством Владыки Рожденного Пламени Хва Бёкуна постигал металлургию и заводил дружеские знакомства. — Он учится невероятно быстро, я едва за ним поспеваю. Мы трижды сходились в тренировочном бою, и я ни разу не смог даже коснуться его. Обучаясь у Владыки Очищающего Пламени Хон Джинхёка, он познакомился с бойцами клана и завоевал их уважение в товарищеских поединках. — Сразу видно, что он очень добрый человек, это проявляется в каждом его жесте. Он был неизменно вежлив и учтив со слугами, которых встречал в поместье, чем быстро снискал их расположение. — Не по годам рассудительный и воспитанный юноша. Даже старейшины, с которыми он обсуждал вопросы родословной, остались о нём высокого мнения. «...» Чхве Джиён поймала себя на странной мысли. Казалось, он планомерно «прокачивал» репутацию у всех групп людей в поместье. Кузнецы, воины, слуги, старейшины... Ха Юль, по её наблюдениям, не был человеком корыстным, но факты говорили сами за себя. Щёлк В этот момент массивные двери распахнулись, и в зал вошла фигура, похожая на изящную куклу. Те, кто вёл оживлённую беседу, те, кто отдыхал в креслах, и те, кто лакомился закусками — все как один повернули головы. Хон Ёнхва не стала исключением. Она знала, что на банкете будет гость, и знала, кто именно. Поэтому она понимала, кто сейчас входит в зал. Сердце забилось чаще. С предвкушением она обернулась и... — ... Всё залил алый цвет. Наряд был похож на её собственный. Хваванпо, созданное из меха огненной крысы и листьев Несгораемого дерева, но скроенное чуть более свободно. Строгое одеяние перехвачено чёрным поясом, а сверху наброшена роскошная накидка. Несмотря на то, что размер был подобран идеально, из-за миниатюрного телосложения гостя образ казался трогательным и милым. Сдержанность основного наряда и великолепие накидки контрастировали друг с другом, но их объединял общий красный тон. Благодаря этому ослепительно белая кожа казалась ещё нежнее. Тонкие, правильные черты лица приковывали взгляд. Прикрытые глаза и густые ресницы придавали облику благородство и изящество, а плотно сжатые влажные губы вызывали у Хон Ёнхва необъяснимое желание... бросить вызов этой неприступности. Шум голосов, доносившийся до этого, сменился мёртвой тишиной. Даже музыканты перестали играть. Никто не мог вымолвить ни слова. Взгляды всех присутствующих были прикованы к вошедшему, словно их тянули за невидимые нити. — ? Словно почувствовав недоумение окружающих, Ли Ха Юль слегка наклонил голову. Этот жест, исполненный невинного очарования, навсегда запечатлелся в глазах Хон Ёнхва. — ... Ёнхва непроизвольно приоткрыла рот. Вспышка... Внутри неё вспыхнуло и начало разгораться желание, которое она так долго пыталась подавить. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Мастер на все руки» развивается] ---------- Банкет (3) Облачиться в наряд оказалось не так уж сложно. Одежда была широкой и летящей, но, по сути, достаточно было просто надеть её и затянуть на талии пояс. Ткань была настолько приятной к телу, что этот наряд вполне подошел бы и для повседневной носки. Достаточно было просто накинуть на плечи роскошное верхнее одеяние, закрепить его — и готово. Процесс нехитрый. Одного беглого взгляда с помощью Полномочия наблюдения хватило, чтобы понять, как правильно носить эти вещи. Управляться одной рукой было бы неудобно, но Небесное оперение отлично выручало. — Я помогу вам с макияжем. [Хорошо.] [Буду признателен... Макияжем?] Проблема заключалась в том, что предшествовало одеванию. Стоило мне собраться накинуть вещи, как меня бесцеремонно запихнули в купальню. Какое-то время пришлось сидеть в горячей, исходящей паром воде, словно меня решили сварить заживо. Когда я, разомлевший, наконец выбрался наружу, на мою кожу и волосы принялись усердно наносить всевозможные косметические средства и ароматические масла. А после... В комнату гурьбой ввалилась целая толпа слуг. Меня усадили перед туалетным столиком, принялись причесывать, сушить феном, что-то подправлять... Лишь после всех этих утомительных процедур мне наконец позволили надеть одежду. К тому моменту я уже чувствовал себя совершенно выжатым. Подготовка оказалась слишком серьезной. Я вымотался еще до того, как переступил порог банкетного зала. Но раз уж всё готово, бежать было поздно. К тому же Чхве Джиён планировала ближе к концу банкета объявить о моем внесении в родословную. Мы договорились, что после её речи я продемонстрирую присутствующим Гэпхва. Было бы глупо, если бы в такой момент виновника торжества не оказалось на месте. Следуя за Эриэль, я направился к месту проведения регулярного банкета. Я шел неспешным шагом, и вот передо мной распахнулись массивные двери. «Эм...» Реакция, с которой я столкнулся, была, мягко говоря, странной. Полномочие наблюдения доносило до меня весьма необычные эмоции присутствующих. Я ожидал, что на меня будут смотреть. Как я узнал позже, на регулярные банкеты клана Адского Пламени редко приглашают посторонних. Поэтому я понимал, что мое появление вызовет определенный интерес. — ... — ... — ... Но всё вышло за рамки ожидаемого. Люди, которые только что оживленно беседовали о том о сем, внезапно замерли. Все они, как один, уставились на меня, словно увидели нечто невообразимое. В зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как проползает муравей. Даже музыка внезапно смолкла. Как ни посмотри, это была не самая нормальная реакция. Может, я вошел не вовремя? Я обернулся к Эриэль, которая шла следом за мной, и спросил: [Я что, зашел не в ту дверь?] — Нет, молодой господин. Всё верно, вам следовало войти именно сейчас. Тогда почему они так реагируют? Лица у всех такие, будто они увидели чудо. Видимо, мое недоумение отразилось на лице, потому что Эриэль с привычным бесстрастием произнесла: — Просто все оцепенели, пораженные вашей красотой. — ? Ответ, прозвучавший с таким серьезным видом, был настолько нелепым, что я невольно скривился. По её каменному лицу невозможно было понять, шутит она или говорит серьезно. Наверное, всё-таки шутит. [Красотой...] [Даже не знаю, стоит ли благодарить за такой комплимент...] Я постарался придать лицу более нейтральное выражение и кивнул. — Кхм, кхм! В этот момент в безмолвном зале раздалось нарочитое покашливание. Это была Чхве Джиён, которая, как и остальные, смотрела на меня широко раскрытыми глазами. Этот звук послужил сигналом, и застывшие гости начали приходить в движение. Они двигались несколько скованно и неуклюже, но банкет, похоже, возобновился. Музыканты, тоже замершие в неестественных позах, спохватились и поспешно заиграли на инструментах. Звуки музыки вытеснили тишину. Я старался не подавать виду, но кожей чувствовал на себе десятки взглядов. Тем не менее, праздник продолжался. Убедившись, что всё пришло в норму, я направился к Чхве Джиён и Хон Ёнхве. Владыки Рожденного Пламени Хва Бёкуна и Владыки Очищающего Пламени Хон Джинхёка рядом с ними не было. Впрочем, они находились в пределах зоны моего наблюдения. Хва Бёкун устроился за столиком в самом углу зала и методично потягивал спиртное, судя по запаху — макколли. Хон Джинхёка в зале не было вовсе. Во всеоружии он нес дежурство в родном поместье. Это меня не удивило. Чтобы быть готовым к возможному нападению, Хон Джинхёк не вошел в состав группы по исследованию Магических земель и остался охранять поместье. Я знал об этом, потому что он постоянно ворчал мне об этом на каждой тренировке, не скрывая своего разочарования. Чеканя шаг, я подошел к Чхве Джиён и Хон Ёнхве. — Вам... вам действительно очень идет, — произнесла Чхве Джиён, прикрыв рот рукой в жесте изумления. — Даже лучше, чем я представляла. Как же вам к лицу этот наряд! [Благодарю.] Наконец-то я услышал нормальную похвалу. В отличие от странных речей Эриэль, это был вполне обычный комплимент, на который я ответил вежливым поклоном. Затем я поднял голову и посмотрел на Хон Ёнхву. Она была одета почти так же, как и я. Изящный наряд, подчеркивающий её благородство, черный пояс и роскошное верхнее одеяние на плечах. Если не считать того, что моя одежда казалась чуть более свободной, наши костюмы были практически идентичны. — ... Однако Хон Ёнхва с самого моего появления не проронила ни слова. Она то открывала, то закрывала рот, сглатывала слюну, а потом вдруг испуганно мотала головой... Лицо её то краснело, то бледнело, а взгляд блуждал. Она выглядела так, словно была чем-то одурманена. Опасаясь за её самочувствие, я просканировал её Наблюдением, но не обнаружил никаких отклонений. Ран на теле тоже не было. Гэпхва внутри неё как-то странно и вязко пульсировало, но такое случалось часто, поэтому я не придал этому значения. [Как я выгляжу? Всё в порядке?] — спросил я, внимательно следя за её реакцией. Я приподнял руку, и широкие рукава плавно соскользнули вниз, словно занавес. Наряд был строгим и в то же время летящим, подпоясанным черным шелком. На плечах было закреплено роскошное одеяние, напоминающее плащ. Благодаря ему моя отсутствующая левая рука была скрыта от глаз. На правой руке, как обычно, был наруч, скрывающий ожоги. Одежда была выдержана в красных тонах, и мне казалось, что с моими черными волосами это сочетается не лучшим образом. Хон Ёнхва же, напротив, выглядела великолепно: и её наряд, и волосы, и глаза — всё было прекрасного алого цвета. Несмотря на мой вопрос, внутренне я считал, что этот образ мне не очень подходит. Но всё же мне хотелось услышать её мнение. Где-то в глубине души таилось тщеславное желание получить комплимент, даже если сам я был о себе иного мнения. — А... э-э... — Хон Ёнхва в ответ на мой вопрос, в котором смешались опасение и робкая надежда, отвела взгляд и запинаясь пробормотала: — Ты... ты такой красивый... — ... Я получил похвалу. «Красивый». Значит, внешне я выгляжу приятно, мило или даже очаровательно... Такой комплимент должен был порадовать. Но почему-то я почувствовал легкое разочарование. Признаю, я жаждал похвалы, и я её получил. Но, если быть совсем честным, я надеялся на другое. Мой наряд по крою напоминал боевое облачение. Не то, что носят шаманы или гадалки, а настоящее воинское одеяние, предназначенное для тренировок или сражений. [Спасибо.] [А... есть какие-то другие впечатления?] — Еще? В общем, несмотря на изящество, в этом наряде должна была чувствоваться мужская стать. И раз уж я его надел, мне хотелось услышать, что я выгляжу мужественно, круто или хотя бы солидно. Совсем чуть-чуть. Я снова задал вопрос, стараясь скрыть свои завышенные ожидания. Хон Ёнхва на мгновение задумалась, словно мучительно подбирая слова, и неуверенно произнесла: — Ты милашка... Этот комплимент прозвучал еще более странно, чем предыдущий. [...Вы тоже очень красивая, Хон Ёнхва.] [Вам очень идет этот наряд.] Как бы то ни было, похвала есть похвала. Скрыв за маской спокойствия свое недоумение, я ответил ей тем же, и лицо Хон Ёнхвы мгновенно просияло. — ... Почему-то Чхве Джиён, стоявшая рядом, смотрела на нас с крайне озадаченным видом. ◆ ◆ ◆ На самом деле, хоть меня и пригласили на банкет в качестве гостя, дел у меня особо не было. Да и сам регулярный банкет не был чем-то из ряда вон выходящим. Это было время, когда люди, живущие вдали друг от друга, собирались вместе, чтобы обменяться новостями, обсудить планы на будущее и ситуацию в мире. Заодно руководство родного поместья знакомилось с представителями побочных ветвей и подчиненных сил, проводя своего рода проверку на лояльность. Всё сводилось к коротким беседам, в ходе которых выяснялось, нет ли среди присутствующих смутьянов, и косвенно давалось понять: любого, кто посмеет пойти против клана, ждет смерть. Поэтому Чхве Джиён и Хон Ёнхва были заняты приемом гостей, пришедших выразить почтение. На банкет прибыло не меньше нескольких сотен человек. Если предположить, что каждый из них подойдет поздороваться, предстояли сотни диалогов. По сути, весь банкет они только и делали, что принимали гостей. — Мы не виделись с прошлого года, глава клана «Горячий ветер». Слышала, вы успешно зачистили спутниковое подземелье. Поздравляю. — Благодаря поддержке, присланной из родного поместья по распоряжению главы распорядителей, нам удалось завершить миссию без потерь. — Пригодился ли вам наш подарок? — Благодаря ему мы смогли избежать жертв в самом конце операции. Позвольте еще раз выразить мою искреннюю благодарность. В основном беседу вела Чхве Джиён. Она поддерживала разговор с безупречной улыбкой на лице. В этом не было ничего странного — именно для таких задач и существовала должность главы распорядителей. Даже если бы здесь присутствовал сам глава клана, Чхве Джиён всё равно взяла бы общение на себя. Хон Ёнхва говорила мало. В основном она лишь изредка отвечала на вопросы, адресованные лично ей, или сама задавала короткие уточняющие вопросы. И я всё это время находился рядом с ними. Это тоже было частью плана. На банкете собирались официально объявить о тайне моего рождения (которой не было). Поэтому я должен был стоять подле Чхве Джиён и Хон Ёнхвы, чтобы все могли запомнить мое лицо. — ... Я молча слушал их разговоры. Лишь изредка, когда вопросы адресовали мне, я вступал в диалог, а в остальное время просто стоял рядом. Скоро банкет подойдет к концу. Я пришел в самый разгар, а подобные мероприятия обычно не затягивались. Скоро Хон Ёнхва обнажит Меч Сигнального Огня для проведения ритуала, и на этом официальная часть завершится моим признанием в качестве члена семьи. «Фух...» С этого момента я смогу открыто использовать Гэпхва под именем Ли Ха Юля. Это радовало, но, к сожалению, в том месте, куда я собирался отправиться на каникулах, я не смогу так легко пользоваться этой силой. Ведь там я не планировал использовать личность Ли Ха Юля. «Надеюсь, в этот раз поиски не будут напрасными». Пока я предавался этим раздумьям... — Шурх... — ...! Внезапное прикосновение к плечу заставило меня вздрогнуть. Чувство опасности или неприязни не возникло — жест был знакомым, поэтому я не стал атаковать. К тому же Полномочие наблюдения сразу подсказало мне, чья это рука. Это была Хон Ёнхва. Она, до этого лишь изредка участвовавшая в разговоре, внезапно протянула руку и обняла меня за плечо. [?] Мы стояли так, словно были старыми друзьями. Не понимая, что происходит, я склонил голову набок, и рука на моем плече осторожно притянула меня ближе. — Оп. Расстояние между нами сократилось. Не успел я опомниться, как ощутил мягкое тепло её тела. Моя голова коснулась чего-то очень мягкого. Это не было уединенное место — вокруг было полно людей. От такого внезапного контакта в столь людном месте мое лицо мгновенно вспыхнуло. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (86 ▷ 87/100) «?» «Чувство долга» «Благодарность» «Тепло» «Спокойствие» ... [Условия снятия «Проклятия безмолвия» не выполнены] [Условия снятия «Проклятия одиночества» не выполнены] ---------- Том 1 Глава 138 Я был в крайнем замешательстве. Ее порыв оказался слишком внезапным. Банкет шел своим чередом, как вдруг Хон Ёнхва незаметно подошла ко мне. В этом не было ничего необычного — я уже привык к ее привычке внезапно оказываться рядом. Но затем она обхватила меня за плечи и притянула к себе, заключая в объятия. На мгновение сознание просто отказалось фиксировать происходящее. [Тепло] [Мягкость] [Ощутимое давление] Однако мягкое, обволакивающее прикосновение и нежное тепло ее тела быстро вернули меня к реальности. Честно говоря, в самом поступке не было ничего из ряда вон выходящего. Как ни прискорбно признавать, я довольно часто оказывался в ее объятиях. Обычно это происходило, когда я, выбившись из сил, едва не падал на пол, а Хон Ёнхва находила меня и «подбирала». Для нас было вполне привычным делом, что она обнимает меня, гладит по голове или похлопывает по спине. [«Госпожа Хон Ёнхва?»] — М-м? Что такое? [«На нас смотрят...»] Но раньше это всегда случалось наедине. В местах, где не было лишних глаз. Никто не видел нас, а значит, и слухам взяться было некуда. Сейчас же всё было иначе. Чувствуя, как горят щеки, я активировал Полномочие наблюдения и оценил обстановку. На нас были устремлены сотни взглядов. Впрочем, так было с самого момента нашего появления в зале. Здесь собрались представители побочных ветвей клана Адского Пламени и их вассалы — люди, обладающие достаточным влиянием, чтобы получить приглашение на регулярный банкет. А значит, это люди, способные в мгновение ока разнести любую пикантную сплетню. Я осторожно позвал ее, но она лишь вопросительно посмотрела на меня, будто не понимая, что меня беспокоит. Ее полное безразличие к чужим взглядам и собственному поведению сбивало с толку. Я слегка повел плечом, пытаясь высвободиться, и рука, лежавшая на нем, дрогнула. Когда я попытался выразить свое недовольство еще более явным жестом, Хон Ёнхва, словно на мгновение задумавшись, шевельнула пальцами. — Шурх... «Ой». [Щекотка] Я вздрогнул от того, как она погладила меня по плечу. Ее прикосновение было мягким, но вызывало невольную дрожь. Стоило мне сжаться, как Хон Ёнхва, будто только того и ждала, притянула меня еще крепче. Взгляды окружающих стали совсем уж странными. Почувствовала ли это она сама? Ее лицо залил румянец, но она и не подумала убрать руку. В этот момент я понял: Хон Ёнхва прекрасно осознает, как на нас смотрят, но продолжает действовать намеренно. Уму непостижимо. До сих пор она хоть и обнимала меня регулярно, но всегда оглядывалась на окружающих. Даже в Сиёламе при свидетелях всё ограничивалось тем, что она гладила меня по волосам или тискала за щеки. Никогда прежде она не позволяла себе столь откровенных жестов на людях. Кровь бросилась мне в лицо, в голове помутилось. К тому же, это был банкет, а значит, повсюду стояла еда и напитки... включая алкоголь. Это был праздник в родном поместье клана Адского Пламени. Организация была безупречной, а поданные вина, судя по всему, — элитными и баснословно дорогими. Возможно, из-за того, что воздух был пропитан парами спиртного, я чувствовал себя не лучшим образом. Как и после Башни Роста, сознание затуманилось, мысли путались. Разум словно окутал густой туман, а жар, приливший к лицу, только усиливал это хмельное оцепенение. — Всё в порядке, — внезапно произнесла Хон Ёнхва, похлопав меня по плечу. Я лишь моргнул в ответ. «Всё в порядке»... Она не потрудилась объяснить, почему именно. Под прицелом сотен глаз она крепко держала меня и вела за собой. Зная, что поползут слухи, она просто сказала, что всё хорошо. «Всё в порядке...» Но раз она так сказала, значит, так и есть. От этих слов бешено колотившееся сердце немного успокоилось. Это была вера. Слепое доверие. Хон Ёнхва никогда бы не сделала ничего, что могло бы намеренно навредить мне. Если она ведет себя так, зная о внимании толпы, значит, у нее есть на то причины. Я перестал сопротивляться. Доверившись ее движениям, я прислонился к ней. В таком положении Хон Ёнхва продолжала принимать гостей, подходивших поприветствовать ее. Всё шло по прежней схеме. Чхве Джиён вела беседу, собеседник отвечал. Хон Ёнхва изредка вставляла слово, если речь заходила о ней. И каждый раз, когда гость переводил взгляд на меня, она мельком смотрела вниз и успокаивающе поглаживала мое плечо, будто стараясь унять мое волнение. ◆ ◆ ◆ Время шло, и наконец настал час завершения регулярного банкета. Глава распорядителей Чхве Джиён и Хон Ёнхва успели переговорить с каждым из присутствующих. Гостям тоже хватило времени, чтобы обсудить свои дела друг с другом. — Должно быть, вы уже начали утомляться. Не так-то просто несколько часов кряду упражняться в красноречии, — произнесла Чхве Джиён, привлекая к себе внимание. Услышав слова, предвещающие конец вечера, все затихли и устремили взгляды на нее. Дальше последовали ритуальные фразы. Благодарность за то, что почтили своим присутствием. Обещания новых встреч в будущем. Пожелания процветания и надежда на дальнейшее сотрудничество... Похоже, в клане Адского Пламени не слишком жаловали формальности, поэтому вступительная часть закончилась быстро. — По правилам церемонию должен проводить глава клана, но ввиду его отсутствия, закрытие проведет его наследница — Хон Ёнхва. — Подожди здесь. С этими словами Хон Ёнхва убрала руку с моего плеча и уверенной, величественной походкой направилась к центральному помосту. Церемония закрытия регулярного банкета заключалась в том, что глава клана вливал свое Адское Пламя в Меч Сигнального Огня. Поскольку нынешний глава отсутствовал, эта почетная роль перешла к его преемнице. На помосте, вонзенный в подставку рукоятью вверх, стоял меч. Его клинок казался сделанным из прозрачного стекла. На первый взгляд он выглядел настолько хрупким, что, казалось, разлетится вдребезги от одного удара. Однако я знал — и из знаний оригинала, и благодаря Полномочию наблюдения, — что это впечатление обманчиво. «Меч Сигнального Огня». Личное оружие главы клана Адского Пламени. Артефакт, созданный специально для того, чтобы вмещать, направлять и усиливать неистовую, разрушительную мощь Адского Пламени. В оригинале был момент, когда Хон Ёнхва сражалась этим мечом, и он врезался мне в память. И дело было не только в невероятном приросте ее силы, но и в том, что я мельком узнал стоимость этого оружия. Основной материал клинка — магические камни монстров 3-го ранга и выше, обладающие стихией огня. Вспомогательные материалы — драгоценные камни высшей пробы, до предела насыщенные чистейшей маной... Даже просто камни с такой концентрацией маны — дефицитный товар, который не всегда купишь и за огромные деньги. А магические кристаллы существ 3-го ранга и вовсе считаются бесценным достоянием. Такие камни классифицируются как стратегические ресурсы. Я помнил, что одного такого кристалла хватило бы, чтобы годами снабжать энергией несколько магических электростанций. Проще говоря, в руках она держала меч, стоимость которого легко превышала стоимость целого замка. Хон Ёнхва без колебаний взялась за рукоять. — С-с-с... Меч Сигнального Огня плавно вышел из паза. Он не выбирал себе владельца по крови и не был запредельно тяжелым — поднять его мог даже обычный человек. Хон Ёнхва перехватила рукоять обеими руками и подняла клинок острием к небу. Прозрачное лезвие на миг вспыхнуло оранжевым светом, словно внутри зажгли лампу. — Вспых! Клинок объяло алое пламя. Адское Пламя, вырвавшееся из ладоней Хон Ёнхва, яростно заплясало и мощным вихрем устремилось внутрь прозрачного металла. В ответ на это поток пламени, исходящий от девушки, стал еще яростнее. В зале резко потеплело. Почувствовав кожей мощь ее Адского Пламени, многие гости не сдержали восхищенного вздоха. «О-о...» Я тоже был впечатлен. Это пламя разительно отличалось от того, что я видел у Хон Ёнхва в начале семестра. По уровню отдачи она перешла черту. Видимо, испытания в Башне Роста и преодоление очередного порога Адского Пламени принесли свои плоды. — У-у-ух... Внезапно поднялся ветер. Искры закружились в потоках воздуха, центром которых была Хон Ёнхва. Полы ее накидки затрепетали. Даже искры, летевшие по ветру, втягивались в лезвие меча. Меч Сигнального Огня поглощал Адское Пламя без остатка. Прозрачный клинок, жадно впитывая силу, постепенно раскалился докрасна. Но... — Ф-ф-ух... Запас пламени у Хон Ёнхва не был бесконечным. В какой-то момент она тяжело выдохнула и перекрыла поток. Яростный столб огня, бивший в потолок, дрогнул и в мгновение ока исчез. Меч Сигнального Огня втянул в себя последние капли энергии. — Гу-у-ун... Клинок сиял багрянцем. Он еще некоторое время мелко вибрировал, словно в резонансе, но постепенно начал возвращаться к своему первоначальному виду — прозрачному, как стекло. Меч Сигнального Огня, которым когда-то владел основатель Хон Ён, так и не нашел себе нового истинного хозяина. Я не знал точного механизма, но мог предположить, что клинок слишком сильно пропитался пламенем основателя. Именно поэтому сейчас его использовали лишь как ритуальный атрибут на торжествах клана. — Фу-ух... Прекратив выброс пламени, Хон Ёнхва прерывисто задышала. Столь резкий выброс силы всегда вызывает эмоциональный всплеск, и сейчас она пыталась восстановить самообладание. На этот раз целью был не бой, а наполнение артефакта. Поэтому она, не сдерживаясь, выплеснула всё, что могла. — Взгляд. Успокаивая бушующие чувства, Хон Ёнхва мельком посмотрела в мою сторону. Я склонил голову набок, заметив в ее глазах странный, сложный и какой-то тягучий блеск. Ее взгляд стал еще более пристальным. Хон Ёнхва зажмурилась и резко развернула меч. — Кхак! Державшая меч острием вверх, она крутанула его и вонзила обратно в подставку. Меч Сигнального Огня вошел в паз идеально гладко, как деталь отлаженного механизма. Обычно на этом церемония закрытия и заканчивалась. Чхве Джиён начала говорить: — На этом я объявляю нынешний регулярный банкет закры... Гости, зная порядок, уже приготовились аплодировать. — ...но прежде чем закончить, у нас есть новость для всех сородичей Адского Пламени. Хлопков не последовало. Те, кто уже занес руки для аплодисментов, замерли и недоуменно переглянулись. Каждый безмолвно спрашивал соседа, слышал ли он об этом раньше, но ответа ни у кого не было. В этот момент я, согласно полученным инструкциям, размеренно зашагал вперед. Звук моих шагов в воцарившейся тишине приковал к себе всё внимание. Под прицелом сотен глаз я поднялся на помост. Я ожидал увидеть на лицах присутствующих недоумение от моего внезапного появления, но... «?» ...вместо этого они понимающе закивали, будто именно этого и ждали. От такой неожиданной реакции я на миг замер. Мой затуманенный разум не мог понять, почему гости выглядят так, словно всё идет по плану. Я обернулся к Чхве Джиён, и та ободряюще кивнула. В клане Адского Пламени издревле предпочитали действия словам. И нынешнее «подтверждение» мы решили продемонстрировать наглядно. — ...... Хон Ёнхва отступила от меча на несколько шагов. Адское Пламя внутри нее всё еще ощущалось тягучим и неспокойным. Похоже, ей было трудно совладать с эмоциями. Учитывая, что ее пламя вело себя так весь вечер, возможно, она действительно была не в лучшей форме. Или же просто еще не привыкла к эмоциональному накалу, который рос вместе с ее силой. Я встал перед Мечом Сигнального Огня вместо нее и обхватил рукоять. — С-с-с... Как и прежде, меч вышел из паза без малейшего сопротивления. Раскаленный до этого клинок уже остыл и снова стал прозрачным. Я мельком оглядел зал. В глазах людей, наблюдавших за мной, по-прежнему читалось спокойное ожидание. Ни тени удивления. — ...... Чувствуя легкое раздражение от их невозмутимости, я воззвал к мане. Расширенная способность Сродства с маной. Синхронизация... «Адское Пламя». Вспых! Огонь лизнул лезвие. Адское Пламя, вырвавшееся из моей правой руки, окутало Меч Сигнального Огня. Прозрачный клинок и залитый оранжевым светом зал мгновенно окрасились в густой, кроваво-красный цвет. — ...... Спокойные, ожидающие взгляды. — ......? Глаза, в которых начало проскальзывать сомнение. — ......! И, наконец, глаза, которые полезли на лоб. Лица зрителей исказились от неописуемого потрясения и ужаса. Ну вот, теперь это нормальная реакция. В хмельном тумане, окутавшем мой разум, вспыхнуло детское чувство удовлетворения от произведенного эффекта. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Параметры] ▶ Психологическое состояние ... «Вина»: чувство ответственности за совершенный проступок. «Наполненность»: ощущение полноты и завершенности. «Тепло»: чувство близости, уюта и душевного расположения. «Опьянение»: помутнение рассудка под воздействием алкоголя. «Эмоциональный подъем»: состояние наивысшего накала чувств и мыслей. ... ---------- Том 1 Глава 139 «Как же это нагло». Хон Усон, Глава клана Суховей, присутствовавший на регулярном банкете, внутренне покачал головой, наблюдая за открывшейся неподалеку картиной. Хон Ёнхва, наследница клана Адского Пламени. Поскольку мощь проявленного ею Адского Пламени достигла беспрецедентного в истории семьи уровня, вопрос о наследовании титула главы рода был фактически решён. Она была настолько знаменита, что любой её шаг мгновенно становился темой для газетных заголовков. Разумеется, прессе приходилось осторожничать и тщательно подбирать слова, чтобы не навлечь на себя гнев клана Гэпхва и не быть стёртыми с лица земли вместе со всеми родственниками. И рядом с этой Хон Ёнхва стоял юноша. Точнее будет сказать... Хон Ёнхва, крепко прижимая юношу к себе, встречала гостей, прибывающих с разных сторон. Это было вызывающе нагло. Именно такая мысль возникла у него при взгляде на эту сцену. Наверняка так думали все присутствующие на регулярном банкете. Хон Ёнхва, будущая глава клана. И юноша, которого она буквально не выпускала из рук на протяжении всего вечера... Более того, статус этого парня был не просто обсуждаемым, а по-настоящему «горячим»: Курсант особого набора и юный герой Шихаллиона. Его схватка с Пэк Арин, наследницей Чангэ, на турнире в Сиёламе стала сенсацией, из-за чего его и без того высокая репутация взлетела до небес. И вот такого человека она водила за собой по залу. Это был недвусмысленный сигнал всем окружающим. Знак, гласящий: «Это мой человек, тронете его — убью». Помимо Хон Усона, этот посыл считали и остальные гости. После окончания банкета слухи об этом разлетятся повсюду. И будущая глава клана вместе с Главой распорядителей явно на это и рассчитывали. Хон Усон, цокнув языком, сделал глоток вина. — Вспых! «?» До того момента, как из хватки юноши вырвалось Адское Пламя, он был настроен весьма скептически. У Хон Усона отвисла челюсть. И не только у него — рты раскрыли все, кто стоял поблизости. Адское Пламя. Само по себе это явление не было чем-то невероятным. И Хон Усон, и члены побочных ветвей клана Гэпхва при определенных усилиях могли его проявить. Проблема заключалась в том, что это Адское Пламя вспыхнуло в руках юноши... в руках Курсанта особого набора. Когда до присутствующих дошло значение этой сцены, зал ахнул. Кто-то издал стон разочарования, кто-то — восторженный возглас, а кто-то — крик, полный ужаса. — Фш-ш-ш-ш-ш!.. «Ой?» Но всё это было лишь прелюдией к тому моменту, когда Меч Сигнального Огня основателя начал окрашиваться в иной цвет. ◆ ◆ ◆ Меч Сигнального Огня основателя Хон Ёна в наши дни использовался лишь для ритуалов. Изначально это было боевое оружие. В прошлом основатель Хон Ён, сжимая этот меч, истреблял и сжигал бесчисленных монстров, наводнивших мир. Однако сейчас, когда не осталось никого, способного совладать с мощью Меча Сигнального Огня, он превратился в церемониальный артефакт. Треск... Искры посыпались в воздухе. Пламя, вспыхнувшее на моей правой руке, заколыхалось и, закружившись вихрем, обвило Меч Сигнального Огня. Клинок впитывал огонь, постепенно наливаясь багровым светом. Это в точности повторяло процедуру ритуала запечатления: влить Адское Пламя в меч и окрасить его в собственный цвет. Я прищурился. Сузив область Наблюдения, я сосредоточил всё внимание на мече. В итоге я понял, что Меч Сигнального Огня вовсе не окрасился в мой цвет. Клинок лишь ненадолго раскалился. Если использовать метафору, он поджарился снаружи, но внутри остался сырым. Он лишь на мгновение принял моё Адское Пламя, но не пропитался им по-настоящему. Я осознавал это, но нужды в истинном окрашивании не было. Я поднялся на подиум и взял Меч Сигнального Огня лишь для того, чтобы предъявить Доказательство защиты — продемонстрировать наличие Адского Пламени. Своим проявлением я уже выполнил задачу. Добиваться резонанса с мечом в мои планы не входило. «Хотя, кажется, я справлюсь...» Но мне захотелось это сделать. В затуманенном сознании мелькнула мысль, порожденная хмельной уверенностью: «Я смогу». Меч Сигнального Огня основателя Хон Ёна уже имел свой цвет. За долгие годы он закалился в его пламени и стал инструментом, идеально настроенным под Адское Пламя самого основателя. Этот меч пропитался его волей и жаром. Следовательно, чтобы подчинить этот меч, нужно обладать теми же свойствами. Нужно войти в резонанс. «Синхронизация». Вспых! Адское Пламя на мгновение дрогнуло. «Адское Пламя». Основа Синхронизации — это подражание. А для подражания необходима информация об оригинале. У меня было много данных об Адском Пламени Хон Ёнхва. Я также накопил немало сведений о Чангэ, которой владеет Пэк Арин. О Белой ночи учителя я знал более чем достаточно, чтобы свободно её проявлять. Однако воспроизвести тончайшие, уникальные характеристики другого Адского Пламени — задача неизмеримо более сложная. «Я смогу...» Это возможно. Для имитации нужны данные. И они у меня есть. Прямо сейчас в Мече Сигнального Огня, который я сжимаю, запечатлена густая, насыщенная информация. Пусть детальное воплощение и кажется почти невыполнимым, нет причин избегать вызова. Напротив, я не должен отступать. Каждое такое испытание делает меня сильнее. Крепко сжав рукоять, я наблюдал за пламенем, которое металось, словно перед бурей. Я буквально вырывал и анализировал крупицы информации, сохранившиеся внутри меча. Сверял их, выстраивал магическую энергию в нужном порядке. — Вшу-у-ух! Огонь взметнулся. Неистово бушующее пламя на миг стало ярко-желтым, а затем снова налилось кроваво-красным. Где-то в стороне послышались озадаченные возгласы. «Получается». Опьяненный разум не обращал на них внимания. Напротив, я лишь подстегивал изменения в пламени. Я воплощал задуманное. Информации было в достатке, и, несмотря на помутнение в голове, контроль над маной оставался безупречным. «Получается». Хруст. В хватке моей руки, сжимающей рукоять, раздался отчетливый звук. Характер пламени изменился. Адское Пламя, обвивавшее клинок, начало стремительно втягиваться внутрь. Теперь оно не просто скользило по поверхности. Оно проникало глубже, в самую суть, окрашивая и пропитывая металл. — У-у-у-у-унг!.. Внезапно меч издал низкий гул. Вибрация была настолько мощной, что всё вокруг задрожало. Клинок вспыхнул алым, местами переходя в лимонно-желтый, а кое-где — в насыщенный оранжевый. Меч Сигнального Огня полностью покорился Адскому Пламени. На этот раз всё было иначе. Ощутив это интуитивно, я испытал странное чувство удовлетворения. Похоже, окружающие тоже почувствовали перемену: те, кто стоял с разинутыми ртами, увидев моё пламя в первый раз, теперь замерли в полном оцепенении. — Ой. В тот момент, когда я наслаждался триумфом, откуда-то донесся растерянный возглас. Звук исходил от Чхве Джиён, Главы распорядителей, которая наблюдала за мной у подиума. Она беззвучно шевелила губами. — Надо же... «Об этом я как-то не подумала...» Пока Чхве Джиён бормотала что-то невнятное, по её шее скатилась капля холодного пота. В банкетном зале, который по непонятной причине погрузился в хаос, Хон Ёнхва внезапно подхватила меня и вывела прочь. ◆ ◆ ◆ Павильон Ёнхва считался банкетным залом лишь номинально. Помимо внутренних помещений, здесь были прекрасно обустроенные прогулочные тропы и зоны отдыха. Оставив позади переполох в зале, Хон Ёнхва вывела пошатывающегося Ли Ха Юля на улицу. Солнце давно скрылось за горизонтом, и на землю падал лишь слабый лунный свет. Ночной воздух был удивительно свежим. Хон Ёнхва поправила накидку на плечах и глубоко вздохнула. Изо рта вырвалось облачко пара. Прохладный ветерок остудил её разгоряченное тело. «Что это было?» Недоумение терзало её не меньше остальных. В тот момент, когда она увидела окрашенный Меч Сигнального Огня, её разум просто отключился. Не понимая причин произошедшего, она лишь последовала совету матери и увела Ли Ха Юля подальше от толпы. Она снова вздохнула и посмотрела вниз. Там, прильнув к ней и доверчиво уткнувшись в плечо, замер Ли Ха Юль. Артефакт на его шее издал тихий щелчок. [Ветер?] [Э-э-э-э-э] [Тепло] [Меч Сигнального Огня вытащил] [Адское Пламя] [Доказательство защиты] [Прости меня...] Голоса посыпались один за другим. Слушая их, Хон Ёнхва невольно изменилась в лице. В отличие от обычного состояния, когда мысли фильтровались, сейчас они обрушивались на неё сплошным потоком. [Мягкая] [Грудь большая] [Нравится...] [Прости...] — Кхм... Похоже, фильтр окончательно сломался. Хон Ёнхва, чувствуя, как лицо заливает краска, помотала головой и опустилась на ближайшую скамью. Ли Ха Юль, всё так же прижимаясь к ней, последовал за ней. Естественным образом он оказался у неё на коленях. Приятная тяжесть давила на бедра, а руки наполнялись ощущением его тепла. Сладковатый аромат его тела щекотал ноздри. Хон Ёнхва, смущенно кашлянув, принялась поглаживать Ли Ха Юля. — Фш-ш-ш... [Холодно] [Бе-е-е-е] [Зябко] [Лед] — Ха Юлю холодно? Ли Ха Юль в её объятиях продолжал жаловаться на холод и теснее прижиматься к ней. Хон Ёнхва запахнула на нем одежду и обняла еще крепче, буквально пряча его в своих руках. Щелканье ожерелья прекратилось. Но тишина длилась недолго — вскоре артефакт снова начал выдавать одну за другой нефильтрованные мысли. — ...Сегодня я точно ничего не смогу сказать. Хон Ёнхва посмотрела на Ли Ха Юля странным взглядом и тяжело вздохнула. Ли Ха Юль быстро пьянел. Строго говоря, он даже не пил — ему достаточно было просто почувствовать запах алкоголя. Когда Пэк Арин говорила об этом раньше, Хон Ёнхва сочла это чушью, но сегодня убедилась в правдивости её слов. Сама она специально не притронулась к любимому вину, но Ли Ха Юль всё равно умудрился захмелеть. К тому же он использовал Адское Пламя. Последовавший за этим эмоциональный всплеск явно лишил его остатков самообладания. Возможно, именно поэтому он так безрассудно вливал ману в Меч Сигнального Огня. В обычном состоянии он бы понял, к каким последствиям это приведет, но сейчас его разум был в тумане. И даже если она признается ему сейчас, он не сможет адекватно воспринять её слова и ответить. «Эх... А я ведь действительно собиралась сказать всё сегодня». С тех пор как Ли Ха Юль посетил родное поместье... она постоянно, раз за разом порывалась признаться, но вечно что-то мешало. То его не было в комнате, то время было неподходящее, то он был слишком сосредоточен, то обстановка казалась недостаточно романтичной... За ворохом оправданий она дотянула до сегодняшнего дня. И ведь сегодня все условия были соблюдены: банкет — идеальный повод. Но Ли Ха Юль оказался не в себе... — ...Ха Юль. Хон Ёнхва, перебирая его шелковистые волосы, внезапно заговорила с загадочным выражением лица: — Я тебе нравлюсь? Ожерелье щелкнуло. [Нравишься] [Нра-а-авишься] [Тепло] [Люблю] [Спасибо] — Фырк. Какой же ты милый... [Уэ-э-э-э-энг] [Нравишься] [Погладь еще] Хон Ёнхва тихо рассмеялась и легонько ущипнула его за щеку. Поток искреннего согласия, льющийся без всяких фильтров, заставил её сердце успокоиться. Она испытала облегчение еще там, в зале. Она знала, что Ли Ха Юль не любит шумные сборища. И когда она прилюдно притянула его к себе и обняла, в её действиях было много неуверенности. Если бы Ли Ха Юль, сгорая от стыда, оттолкнул её, она бы поняла его разумом, но в глубине души ей было бы очень больно. Однако Ли Ха Юль не сопротивлялся. Пусть он и смущался, он не пытался вырваться. Он покорно доверился ей. В этом Хон Ёнхва нашла утешение. И обрела странную уверенность. «Скажу потом, когда он будет в здравом уме». Тревога отступила. Душевный порыв? Он стал лишь глубже и сильнее. Но она понимала: если сдержать этот порыв ценой терпения, то и награда будет куда слаще. [Прости] Хон Ёнхва решила подождать. [Прости меня...] Она была уверена: немного терпения — и её ждет прекрасный финал. [Прости, что я такой никчемный...] — С чего это ты никчемный? Она не понимала, за что он извиняется уже в который раз. Почему он так занимается самобичеванием? Хон Ёнхва с нежной улыбкой прижала его к себе. Видимо, он настолько добрый и светлый человек, что чувствует вину за всякие пустя... [Се Юль...] — Замерла. Рука Хон Ёнхва, поглаживающая его, застыла. Она удивленно моргнула. Се Юль. Се Юль... Се Юль? Имя, которое только что выдало ожерелье, потому что Ли Ха Юль подумал о нём. «Син Се Юль?» Вслед за Пэк Арин... возникло имя еще одной знакомой подруги. — Ик! Хон Ёнхва резко сжала пальцы. Ли Ха Юль вздрогнул, из его горла вырвался тихий, сдавленный звук. Но Хон Ёнхва было всё равно. — Эй. Её голос изменился. — Кто такая Се Юль? Недавно сиявшие нежностью алые глаза мгновенно потемнели. Холодный, пустой взгляд уставился на замершего в её руках Ли Ха Юля. ---------- Том 1 Глава 140 Затуманенное сознание — это распахнутая дверь для опасности. Когда рассудок плывет, невозможно принимать быстрые и верные решения. Если случится беда, ты просто не успеешь среагировать. Кризис, из которого в обычном состоянии можно легко найти выход, становится фатальным лишь потому, что голова была не в порядке. Именно поэтому я всегда старался держать себя в руках. Как бы комфортно мне ни было, я сохранял хотя бы крупицу бдительности, оставаясь в тонусе на случай чрезвычайной ситуации. Конечно, человек есть человек, и порой эмоции или желания берут верх, но в остальное время я строго придерживался этого правила. Только не сейчас. Разум, словно окутанный густым туманом, отказывался соображать. Тело обмякло, став вязким и тяжелым — совершенно не подходящее состояние для того, чтобы ответить на внезапную угрозу. Чувства тоже размякли, будто податливое тесто, лишая меня привычного хладнокровия. — Хрясь! — Хи-и!.. Оцепенение сорвало как ветром. Резкий электрический разряд прошил позвоночник и ударил в самую макушку. Головокружительное ощущение не исчезло, а разошлось по всему телу, проникая в каждый капилляр. Спина непроизвольно выпрямилась, я дернулся, словно выброшенная на берег рыба. «...!» Я рефлекторно подавил рвущийся наружу крик. Привычка, выработанная долгими страданиями от Проклятия безмолвия, сработала сама собой. Благодаря ей я избежал боли от раздираемой шеи, но не мог унять мелкую, неудержимую дрожь во всем теле. — Эй. Над головой раздался знакомый голос. Голос Хон Ёнхва — той самой, из-за кого я так неосмотрительно расслабился. ...Он звучал привычно, но в нем появилось нечто иное. Тембр остался прежним, но суть, само наполнение слов изменилось. И дело было не только в голосе — переменилась вся ее аура. Мягкое тепло и уют, напоминавшие тление углей, сменились бурлящей яростью, похожей на лаву за мгновение до извержения. Я не понимал, что происходит. Сознание только-только прояснилось, и я с трудом восстанавливал последовательность событий. Последнее, что я помнил — как вливал Адское Пламя в Меч Сигнального Огня. «Ах...» Тут до меня дошло. Отдача Адского Пламени — это резкий всплеск эмоций. Вокруг и так витали пары алкоголя, а рядом была Ёнхва, которой я доверял. Вдобавок, чтобы напитать Меч Сигнального Огня, я выплеснул колоссальное количество силы. Должно быть, именно из-за этого я и «отключился». Это я вспомнил. Но как я оказался в такой позе — по-прежнему оставалось загадкой. Я лишь растерянно хлопал глазами, не успевая за реальностью. И тут... — Кто такая Се Юль? От имени, слетевшего с губ Хон Ёнхва, сердце ушло в пятки. Я вздрогнул всем телом, рот непроизвольно открылся и тут же плотно сжался. Память лихорадочно заработала: нет, мне не послышалось. «Как?..» Ли Се Юль. Почему это имя прозвучало из уст Хон Ёнхва? Я до сих пор не раскрывал существование Се Юль внешнему миру. Я сделал ей документы, но официально она никак не была со мной связана. О ней знали только профессор Лиана и Элия. Ради безопасности. Насколько хватало моих скромных способностей к анализу, я понимал: в том, чтобы нас связывали, нет ничего хорошего. В седьмой итерации, когда я покинул Колыбель, я на собственной шкуре узнал, сколько угроз сыпется на того, кто привлек внимание «зачислением на особых условиях». К тому же она не человек, а фея. Представители этой расы показываются на людях крайне редко, так что лучше не раскрывать ее личность без крайней нужды. Поэтому я ее прятал. Так было надежнее. Оформление документов я поручил Максвеллу — человеку, которому в оригинале можно было доверять, но даже ему я не открыл всей правды. Я не собирался вечно скрывать это от Хон Ёнхва. Мы стали близки, и мне не хотелось иметь от нее секретов. К тому же я знал, что она никогда не причинит Се Юль вреда. Но в последнее время навалилось столько всего, что мне было просто не до объяснений. И вот результат. Прежде чем я успел рассказать всё сам, она назвала имя Се Юль. В голове загудело от шока. Откуда утечка? Почему она спрашивает меня о ней? Неужели она знает, что мы связаны? Сердце бешено колотилось. Соображал я всё еще туго. — ...Ясно. Значит, будешь молчать? [Э-э?] В этот момент, пока я пытался привести мысли в порядок, Ёнхва, стиснув зубы, резко поднялась. Я, прижатый к ее груди, последовал за ней. От неожиданности я еще крепче вцепился в нее руками. Она бросила на меня странный взгляд и быстрым шагом направилась прочь. Шумный, переполненный гостями зал приемов стремительно отдалялся. Она шла очень быстро. Ночной ветер дул порывисто и сильно. Но благодаря наброшенной на меня верхней одежде и жару, исходившему от Ёнхва, мне не было холодно. Вскоре мы подошли к главному зданию поместья. Охранники у ворот узнали Ёнхва и склонились в поклоне, но, заметив меня в ее руках, заметно вздрогнули. Ёнхва лишь коротко кивнула. Похоже, они поняли ее без слов — молча отступили и открыли двери. Оказавшись внутри, Ёнхва проигнорировала лифт и стремительно взлетела по лестнице на верхние этажи. Я недоумевал. Мы оказались на этаже, где находилась комната, выделенная мне в эти дни. «Зачем мы здесь...» Но мы прошли мимо моей двери. Следующая... Эриэль говорила, что это комната Хон Ёнхва. — Щелк. Ёнхва без колебаний вошла внутрь. С грохотом захлопнула дверь и, тяжело печатая шаг, подошла к кровати. Рухнула на край. — Ха-а-а... Она размяла шею и тяжело вздохнула. В этом вздохе смешались раздражение, усталость и какая-то сложная гамма чувств. — Ха Юль. [Да...] — отозвался я, съежившись от тяжелой атмосферы. — Я спрошу еще раз. Она сбросила с плеч верхнюю одежду. Роскошное алое одеяние соскользнуло вниз, и она небрежно отшвырнула его на ближайшую вешалку. — Отвечай... честно. Видимо, ей всё еще было душно. Ёнхва расстегнула ворот, обмахиваясь рукой. Белоснежная кожа и глубокая ложбинка предстали перед глазами. От нее буквально исходил жар — кожа блестела от пота, казалось, над ней вот-вот поднимется пар. Зрелище было более чем смущающим, но, чувствуя серьезность момента, я хранил молчание. — Кто такая Се Юль? Красные глаза Ёнхва впились в меня. Обычно я сравнивал их с прекрасными рубинами или теплым пламенем. Сейчас ощущения были иными. Вместо красоты — пугающая решимость. Вместо тепла — какая-то вязкая, тяжелая одержимость. И тот же вопрос: кто такая Ли Се Юль? Я не спешил с ответом. Пока мы шли сюда, я пытался сообразить, с чего начать, но мысли путались. Ситуация с Се Юль слишком сложная. О чем сказать первым делом? Наверное, о том, что из яйца, полученного в Башне Роста, вылупилась Се Юль... Нет, сначала нужно извиниться за то, что не рассказал раньше. Какие бы ни были причины, Ёнхва имеет право обижаться на то, что узнала об этом последней. Я пытался выстроить фразы в голове, чтобы не запнуться и не быть понятым превратно. Прошло всего несколько секунд. В обычное время она бы подождала. — Почему ты снова молчишь? Но терпение Ёнхва сегодня было на нуле. — Почему?! — Хрясь!.. «...!» Перед глазами словно взорвалась петарда. Даже в полумраке комнаты поплыли яркие пятна. Снова то же ощущение: пронзительный разряд вдоль позвоночника, от которого тело задрожало, как на виброрежиме. — Ф-фух... — вырвался из меня сдавленный выдох. [«Вспышка»] [«Свет»] [«Жар»] [«Стыд»] [«Ягодицы»] [«Подожди»] [«Подожди-подожди»] — А? Почему ты не можешь сказать? Горячая ладонь легла на ягодицы. Это была рука Ёнхва. Она начала поглаживать ушибленное место, словно пытаясь унять боль. Ощущение было неописуемым. Пощипывало, но как-то странно. Было жарко, но это не была чистая боль. Пока я, как дурак, мелко дрожал, не зная, как реагировать, Ёнхва снова занесла руку. — Есть причина, по которой ты не можешь говорить? Да? [Подождите...] — Хрясь!.. [...те! А-а-а...] — Ну же. Я жду. Говори быстрее. Удар отозвался гулом во всем теле. Вибрация, начавшись внизу, прошила каждую клеточку. Ощущения были слишком интенсивными, слишком резкими. «Гх-х...» Тело непроизвольно задергалось. Это был чистый инстинкт. — Я... Столько терпела... Смотрела, как кто-то другой виляет перед тобой хвостом... Сдерживалась, твердя себе о приличиях!.. «...!» Похоже, мои попытки вырваться только разозлили её, и рука снова пришла в движение. Новый удар обрушился прежде, чем я успел отойти от предыдущего. Остатки прежних ощущений смешались с новыми, закручиваясь в неистовый вихрь. Мир перед глазами расцвел всеми цветами радуги. Это были не галлюцинации — просто мой мозг, не справляясь с перегрузкой, выдавал хаотичные сигналы. «И-их...» В обычном состоянии я бы быстро пришел в себя, но сейчас я был не в форме. Легкое опьянение, расслабленность рядом с Ёнхва, эмоциональный пик от Адского Пламени... Всё наслоилось одно на другое, и чувства, которые я обычно держал под замком, обострились до предела. Ёнхва была в похожем состоянии. Она весь вечер вдыхала запах спиртного и влила уйму Адского Пламени в меч. Сопротивляться было невозможно. Веки мелко дрожали. Казалось, лицо вот-вот расплавится. Пытаясь спрятаться, я уткнулся лицом ей в грудь. Ощущения были не такими, как всегда. Не ткань одежды, а гладкая кожа, влажная и горячая. — Опять пытаешься сбежать? Насладиться моментом не дали. Она обхватила мои щеки ладонью и силой заставила поднять голову. Ёнхва тяжело дышала. Этот звук напоминал рычание хищника перед добычей. В ее глазах лопнули капилляры, придавая взгляду пугающую глубину. — Я сделаю по-своему. Через Наблюдение я чувствовал: Ёнхва пылает. Липкое пламя пожирало все остальные эмоции, стремительно разрастаясь. Пробормотав это, словно убеждая саму себя, она начала действовать. Одной рукой она крепко обхватила мою талию, другой — зажала затылок, заставляя запрокинуть голову. Ее зрачки мелко дрожали. Взгляд на мгновение замер на моих губах, после чего она, зажмурившись, начала медленно наклоняться. «Ах...» Инстинктивно... или, скорее, интуитивно, я понял, что она собирается сделать. В тот же миг меня захлестнула паника. Я отчаянно задергался. Тщетно. Рука на талии сковала тело, а ладонь на затылке не давала отвернуть голову. Я был заблокирован. Обычных движений не хватало. Нужно приложить силу. Собрать всю мощь тела, влить ману... «...Но тогда...» ...Тогда Ёнхва пострадает. Пусть не смертельно, но я могу ее ранить. Любой другой способ вел к тому же. У меня не было средств оттолкнуть ее, не причинив вреда. Даже побег через Полномочие пространства мог ее задеть. Стоило этой мысли промелькнуть, как силы покинули меня. Тело обмякло. Ее лицо было совсем близко. [Подождите] [Нельзя...] [Секунду...] Я не мог оттолкнуть ее физически. В последней попытке Ожерелье откровения щелкнуло, выдавая жалобный протест. Ёнхва, охваченная жаром Адского Пламени, замерла. — ...Я тебе противна? — спросила она. На таком расстоянии, что наши дыхания смешивались. В ее глазах плескалась отчаянная неуверенность. — Ты меня разлюбил? Теперь я тебя пугаю?.. — Клац! С резким металлическим звуком Ожерелье откровения дернулось. [Вы мне дороги] Это произошло раньше, чем я успел подвергнуть мысль цензуре. Голос ожерелья был резким, почти перекрывающим тишину комнаты. Но Ёнхва услышала. Она облегченно, почти счастливо улыбнулась. Моя голова была запрокинута, и ее лицо... ее губы опустились к моим. — Чмок. Мы соприкоснулись. Мягкое, податливое ощущение на губах. Через этот контакт хлынули чувства. «Ах...» Любовь бывает разной. Романтическая, дружеская, родительская. Способов ее выражения — великое множество: слова, поступки, жесты. Может, потому что в детстве я был лишен любви, мне всегда было трудно ее распознать. Когда кто-то проявлял заботу, я мучился сомнениями: действительно ли это привязанность? Или я просто принимаю желаемое за действительное? А вдруг я всё понял наоборот? Косвенные, расплывчатые знаки были для меня китайской грамотой. Поэтому мне были понятнее простые, первобытные проявления. Погладить по голове, похлопать по плечу, обнять... Впустить в свои объятия, когда ты наиболее уязвим, делить ритм сердца, чувствовать тепло чужой кожи. Такие жесты не оставляли места для сомнений. Эмоции, передаваемые через прикосновение, я понимал безошибочно. И для такого, как я, существовал самый ясный и прямой способ выражения привязанности. Поцелуй. Признание в любви. — ...А? — сорвался растерянный возглас с губ Ёнхва, чье лицо залилось пунцовой краской. — Динь! В ушах раздался звук уведомления, который в последнее время слышался редко. Я чувствовал всем телом ее мягкость. В нос ударил тонкий аромат. Сладковатый вкус коснулся языка. А прямо перед глазами, в центре затуманенного обзора, я видел широко распахнутые красные глаза. . . . [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ●●●●●●●●○○ (86/100) «?» «Чувство долга» «Благодарность» «Тепло» «Чувство безопасности» ▼ Драматическое изменение ▼ Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡ (86 ▷ 90/100) «Любовь» «Чувство долга» «Благодарность» «Тепло» «Чувство безопасности» ... [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Любовь» выполнен] [Квест «Хон Ёнхва» выполнен] [Начислено большое количество очков] ... [Частично выполнены условия снятия «Проклятия безмолвия»] [«Проклятие безмолвия» ослабевает при условии взаимодействия с Хон Ёнхва] ... [Частично выполнены условия снятия «Проклятия одиночества»] [«Проклятие одиночества» ослабевает при условии взаимодействия с Хон Ёнхва] ---------- Том 1 Глава 141 Лунный свет, ставший заметно ярче, просочился сквозь шторы и мягко осветил комнату. В самом центре на огромной кровати лежали двое, тесно прижавшись друг к другу. — ...Яйцо Истока? То самое, из которого хотели сделать яичницу в Башне Роста... Из него появилась фея?.. Хон Ёнхва пыталась унять головокружение и привести в порядок мысли после услышанного. [Да] — подтвердил Ли Ха Юль. Она продолжила восстанавливать цепочку событий: — И эта фея приняла тебя за... папу? А ты назвал её Се Юль... Ли Се Юль? [Да] — Ли Се Юль... То есть не Син Се Юль? [Что?] [При чём здесь госпожа Син Се Юль?..] Услышав это, Хон Ёнхва невольно приоткрыла рот. По телу разлилось чувство отрешённости. Казалось, земля под ногами раскололась, и она летит в бездонную пропасть. Словно весь мир насмехался над ней, указывая на её чудовищную ошибку. Совсем недавно из уст прильнувшего к ней Ли Ха Юля вылетело имя «Се Юль». Он был пьян, его Адское Пламя пробудилось, эмоции зашкаливали. И он произнёс это имя так просто, без всяких уважительных приставок, будто говорил о ком-то очень близком. Насколько знала Хон Ёнхва, единственной Се Юль, с которой мог быть знаком Ха Юль, была Син Се Юль. В тот миг её рассудок окончательно помутился. Гнев и ревность вскипели в голове, готовые вырваться наружу. И она позволила своим вечно подавляемым желаниям взять верх. Теперь же она горько об этом жалела. Ей хотелось вернуться в прошлое и собственноручно прибить саму себя. «Нет, ну правда...» Это было просто нелепо. Кто бы на её месте не подумал о Син Се Юль? Никому бы и в голову не пришло, что из яйца, которое Ха Юль собирался пустить на яичницу, вылупится фея, признает в нём родителя и получит имя его лучшей подруги. Ей было до глубины души обидно за свою глупость. Хон Ёнхва схватилась за гудящую голову, запустив пальцы в густые волосы. Кажется, они немного отросли — пора бы подстричься. В этот момент ей хотелось просто выдрать их с корнем. Её захлестнула волна вины. В груди спёрло дыхание. Ха Юль не сделал ничего плохого, а она сама всё напридумывала и повела себя так грубо. — Ха Юль, я... Прости меня. Я всё не так поняла и натворила дел... — Хлюп... — ...дел-л-л... — голос Ёнхвы сорвался. Она почувствовала движение у своей груди и мелко задрожала. От горячего дыхания, коснувшегося ложбинки, она зажмурилась. Порочное желание снова подняло голову. Но, возможно, из-за того, что часть его уже выплеснулась раньше, теперь с ним было легче совладать. Подавив импульс, Ёнхва тяжело вздохнула и опустила взгляд. Ли Ха Юль крепко прижимался к ней. Она лежала на боку, обнимая его, и с растерянным видом похлопывала по спине. В ответ Ха Юль чуть отстранился, и его лицо, до этого уткнувшееся ей в грудь, показалось на свет. — ...... Обычно Ли Ха Юль ходит с закрытыми глазами. Об этом знала не только Ёнхва — теперь это было известно почти каждому, кто слышал его имя. Его манера уверенно разгуливать повсюду с безмятежно закрытыми веками и даже сражаться, обнажив оружие, неизменно приковывала взгляды. Когда она однажды осторожно спросила его об этом, он ответил, что не видит смысла открывать глаза, раз он всё равно смотрит не ими. К тому же, если их открыть, они начинают слезиться и болеть. — ...... Ёнхва моргнула. Веки открылись и закрылись — естественный процесс для любого живого существа. И тут Ли Ха Юль тоже моргнул. Его веки, всегда плотно сомкнутые, разомкнулись. Показались зрачки, которые он до сих пор скрывал от мира. Их взгляды встретились. Серые глаза смотрели прямо на неё. Ёнхва затаила дыхание. Серый цвет... не то чтобы большая редкость, людей с такими глазами можно встретить часто. Но было одно отличие: в глазах Ха Юля не было жизни. И без того тусклый оттенок из-за отсутствия блеска казался взглядом мертвеца. И всё же это было красиво. Эти безжизненные, мутные глаза парадоксальным образом казались невероятно прекрасными. К тому же, в отличие от взгляда, сам Ха Юль был очень даже живым. Его зрачки, не способные сфокусироваться, мелко дрожали. Он медленно обводил взглядом всё вокруг, пока его взор не остановился на Ёнхве. Фокус замер. На мгновение ей показалось, что в целом мире для него существует только она. И тут Ха Юль, словно у него что-то не получалось, недовольно нахмурился. Тудум! Сердце Ёнхвы пропустило удар. Если мгновение назад он казался каким-то неземным и отстранённым, то теперь вмиг стал невыносимо трогательным. «Милашка... Нет, подожди». Ёнхва, чьи губы невольно дрогнули в улыбке, протянула руку. Когда её ладонь приблизилась, Ха Юль зажмурился. Её тонкие пальцы осторожно коснулись его век. — Если больно, не заставляй себя. Закрой глаза. Почему он их открыл? Врождённые недуги крайне трудно исцелить, даже если ты пробудился и стал сверхчеловеком или если тебе помогают другие. В некоторых случаях не спасают ни редчайшие эликсиры, ни лучшие герои-целители. Случай Ха Юля был именно таким, и всё же сейчас его глаза были открыты. Когда Ёнхва попыталась спросить об этом, он лишь что-то невнятно пробормотал, не в силах ответить. — Можешь не отвечать. Если когда-нибудь захочешь — расскажешь, а если нет — я не буду настаивать. [Хорошо...] Она не стала допытываться. У Ха Юля наверняка были свои причины, и, судя по его заминке, тема была непростой. К тому же её всё ещё грызла совесть за недавнюю выходку. Согласитесь, совесть — штука неудобная, особенно для той, кто только что пытался бесцеремонно оседлать парня, вцепившись в его ягодицы... Ха Юль, который какое-то время послушно принимал её ласку, вдруг подался вперёд. Их лица оказались совсем рядом. Ли Ха Юль, приоткрыв глаза, всматривался в черты Ёнхвы, смешно шевеля губами. Выглядело это непривычно. Казалось, ему неловко и открывать глаза, и шевелить губами. Словно пробуя голос на вкус, он медленно разомкнул рот. И произнёс: — Поцелуй... — Ох... — Ёнхва судорожно вдохнула. Этот чистый, нежный голос, какого она никогда в жизни не слышала, мягко коснулся её слуха. Она не была знатоком музыки или пения, но слышала многое. И ни один звук в мире не мог сравниться с этим. — Поцелуй... меня... пожалуйста. Ёнхву затрясло, как при землетрясении. Наслаждение, зародившееся где-то в ушах, волной прокатилось по всему телу. Мало того что он открыл глаза, так у него ещё и голос прорезался! Почему мальчик, который всю жизнь был немым, заговорил именно сейчас? Но она не могла сосредоточиться на вопросах. Внутри неё снова зашевелилось Гэпхва. Яростный, тёмный импульс мгновенно вскипел в крови. «Гх...» Она изо всех сил подавила это чувство. Ёнхва, считавшая себя виноватой перед ним, не имела права поддаваться желаниям. Она медленно склонилась к нему, и Ха Юль послушно закрыл глаза. Чмок... От мягкого, влажного прикосновения губ Ёнхва зажмурилась. Рассудок затуманился от острого ощущения, желание запульсировало в венах, дыхание стало тяжёлым. Ха Юлю этого казалось мало, и он снова и снова неумело тыкался своими губами в её. Это было так неуклюже. И так мило. Словно птенец легонько стучит клювом — робкие, невесомые поцелуи. — Чмок... М-м... Губы терлись друг о друга, дыхание смешивалось. В нос ударил его особенный аромат — сладкий, как мёд. Веки Ёнхвы мелко задрожали. — Чмок... Пфу-у... — Ах... После череды прикосновений их губы наконец разошлись. Ощущение тепла и мягкости исчезло, заставив Ёнхву разочарованно выдохнуть. Но уже в следующий миг Ха Юль, издав тихий, прерывистый вздох, снова уткнулся лицом ей в грудь. — Нюх-нюх... «О боже...» На этот раз он не просто прижался. Если раньше он делал это поверх одежды, то теперь Ха Юль отодвинул край её платья и, добравшись до обнажённой кожи, начал смущающе принюхиваться. Одно дело — просто дышать, но здесь было явное, неприкрытое намерение вдохнуть её аромат. — Э-э... от меня же пахнет... Ей было невыносимо стыдно. Позволять кому-то вот так вдыхать запах своего тела оказалось куда более волнительным, чем она думала. Тем более в таком месте... в самой ложбинке, где аромат всегда сильнее. Казалось, голова сейчас взорвётся от прилившей крови. Когда она сама зарывалась носом в волосы Ха Юля, ей не было так неловко. Видимо, это и называется «эффект зеркала». Ёнхва не нашла в себе сил оттолкнуть его и безропотно «пожертвовала» своей грудью. — Нюх-нюх... — ...Тебе нравится? [Нравится] [Приятный запах] [Я счастлив] Честно говоря, ей и самой было приятно. Он напоминал щенка, который ластится к хозяину. Невероятно милый ребёнок. Главное — сдержать порывы пламени. — Ничем плохим не пахнет?.. — спросила Ёнхва, едва сдерживая дрожь в голосе. Она переживала, что из-за перевозбуждения легла в постель, даже не помывшись. Да и вспотела немного... [Запах молока] [Очень сильный] [Сладкий] — А... Ответ оказался куда более смущающим, чем она ожидала. Пахнет молоком? Как на это реагировать? Наверное, это лучше, чем запах пота... Её лицо, и без того красное, как спелая хурма, вспыхнуло ещё сильнее. — О-ой... П-прости. Молока у меня пока нет... Но позже я обязательно тебя покормлю... Ёнхва неловко погладила Ха Юля по голове, пока он продолжал тереться о неё. [Нравится] [Счастлив] [Молоко?] — Хорошо... «Гх...» Она сжалась. Ха Юль зарывался в её объятия всё глубже. Платье распахнулось ещё сильнее, и он уткнулся лицом прямо в ложбинку. Его волосы щекотали кожу, она кожей чувствовала его горячее дыхание. Время от времени он приоткрывал рот, выражая свою бесхитростную привязанность. А Ожерелье откровения на его шее без умолку щелкало, выдавая одну постыдную фразу за другой. — ...... Рассудок Ёнхвы подвергался массированной атаке. Казалось, ещё секунда — и он разлетится вдребезги, а она, ведомая инстинктами, снова набросится на него. Но она не могла. Если она опять поддастся похоти, то больше никогда не сможет смотреть на себя в зеркало. Стиснув зубы так, чтобы не было слышно скрипа, Ёнхва зажмурилась. При этом она подалась вперёд, чтобы Ха Юлю было удобнее. Она обязана терпеть. Это её карма. Наказание за её же ошибки. Так, уговаривая себя, она пролежала до самого рассвета, борясь с искушением и позволяя Ха Юлю нежиться в своих объятиях. «...Хотя, если подумать, это не только моя вина. Та дрянь тоже виновата». Син Се Юль. И надо же было им иметь одинаковые имена! Ёнхва мысленно костила подругу на чём свет стоит. Логика здесь была ни при чём. Ей просто нужно было переложить на кого-то часть ответственности. В конце концов, обладателям Гэпхва просто необходимо уметь винить других, чтобы сохранять душевное равновесие. ◆ ◆ ◆ Динь! [Контакт: Хон из Гэпхва] ▶ Хон из Гэпхва: Ну ты и сука. — Совсем с ума сошла? Син Се Юль, которая даже на каникулах не давала себе отдыха и исправно посещала подземелья, нахмурилась. По дороге к данжу она получила от подруги это короткое и ёмкое сообщение. Внезапно она вздрогнула и потерла плечи. По коже пробежал мороз. Интуиция настойчиво шептала: даже если ты ни в чём не виновата, кара тебя настигнет. «...Может, сегодня отдохнуть?» Предчувствие было паршивым. Явно не её день. Не хватало ещё в двадцать лет найти свою погибель в каком-нибудь подземелье. Син Се Юль резко развернулась и зашагала в обратную сторону. ---------- Наблюдение? за окном статуса (1) Веки не слушались, словно налились свинцом. Нужно было приложить колоссальное усилие, чтобы они хотя бы слегка приоткрылись, но тогда глаза начинало нестерпимо щипать и резать. Впрочем, даже это не помогало что-либо разглядеть. Стоило открыть глаза, как передо мной разверзался мир, поглощенный бесконечной тьмой. Она казалась то бездной океана, куда не проникает ни единый луч света, то пустотой космоса, лишенного звезд и луны. Цвет мира не менялся. Что с закрытыми глазами, что с открытыми — вокруг царил мрак. Если я отсекал все потоки информации, мир неизменно оставался черным. Однако тьма, которую видишь собственными глазами, вызывала куда большее отторжение. Конечно, когда мое Пространственное восприятие слилось с Полномочиями и начало работать в полную силу, я превратился в некое подобие калеки, который лишь притворяется незрячим. Но так или иначе, с самого первого дня в этом мире я ни разу не открывал глаз. И вот я их открыл. Я поднял голову, и на сетчатке вспыхнул пронзительный алый цвет. Красные волосы, что едва касались кончика моего носа, щекоча кожу, а под ними — белизна лица... Это была Хон Ёнхва. Она спала, мирно посапывая и прижимая меня к себе. Я буквально утопал в её уютных объятиях, впитывая нежное тепло её тела. Я завороженно моргнул. Красный и телесный... Знакомые цвета. Я ведь не был слепым от рождения, в прежнем мире я насмотрелся на них вдоволь. К тому же, используя Полномочие наблюдения, я вытягивал и интерпретировал огромные массивы данных, воспринимая реальность чувствами высшего порядка, с которыми обычное зрение и в сравнение не шло. По правде говоря, мир, видимый глазами, — это крайне ограниченная, тесная и в чем-то даже ущербная перспектива по сравнению с тем, что дает Наблюдение. Но сейчас всё было иначе. Зрительный образ дарил ощущения, которые невозможно передать через сухую информацию. Странное чувство. Говорят, люди настолько глупы и невежественны, что осознают истинную ценность чего-либо, только когда это теряют. Я оказался именно таким случаем. Я не ценил зрение, пока оно было со мной, пусть и в затуманенном виде, и только лишившись его на время, понял, как оно мне дорого. «...Что это?» Веки двигались тяжело и непривычно. Я с недоумением коснулся пальцами глазниц. На сетчатке по-прежнему отпечатывались лишь два цвета: алый и телесный. Ничего другого я не видел. Я осторожно отвел взгляд в сторону и наткнулся на пелену. Густой, непроглядный туман. В шаге от себя уже ничего не разобрать. Возникало даже сомнение — существует ли там вообще хоть что-то, по ту сторону этой завесы? Я посмотрел в другую сторону — туман. Вверх, вниз — всё та же плотная белесая мгла. Куда бы я ни повернул голову, взгляд упирался в пустоту. Единственным исключением была Хон Ёнхва и крошечное пространство вокруг неё. Только она обладала четкими контурами и яркими красками посреди этого серого, унылого марева. «...Да что за чертовщина». Лицо невольно исказилось в гримасе недоумения. Вчера... стоило мне поцеловать Хон Ёнхва, как глаза открылись сами собой. Впервые я увидел её лицо по-настоящему. До этого я постоянно считывал её образ через информацию, но Хон Ёнхва, увиденная вживую, оказалась настолько прекрасной, что у меня буквально мысли спутались. Но почему я не вижу ничего, кроме неё? Этот туман намертво блокировал обзор. «Просто абсурд». Чувство нелепости происходящего накрыло с головой. Мало того что я не понимал, почему зрение вернулось, так оно еще и работало едва ли наполовину. Голова шла кругом... И тут... — ...Кхм. Нос невольно дернулся. Раньше такое случалось часто. Я не чувствовал запахов, но мой нос реагировал подобным образом, когда рядом оказывалось что-то неприятное... или когда я сближался с кем-то. Но сейчас я именно чувствовал запах. И источник самого интенсивного аромата находился прямо перед моим лицом. Пышная плоть, мерно вздымающаяся в такт дыханию Хон Ёнхва. Грудь, на которой я, капризничая, пролежал всю ночь. — ...... Я снова опустил голову, утыкаясь лицом в её мягкие формы. Кончик носа погрузился в нежную кожу, и полость носа заполнил невероятно сильный аромат. Сладковатый, уютный — он напоминал запах теплого молока. Мягкость, поддерживающая лицо, согревающее тепло и этот дурманящий запах Хон Ёнхва... Тело само собой обмякло. Разум, опьяненный счастьем, поплыл. — Хоро-ошо... [Счастлив] [Счастлив] [Нравится] [Счастлив...] ... Я был счастлив. С этим не поспоришь. Ощущение блаженства буквально сочилось из каждой поры моего тела. В этот миг я был самым счастливым человеком на свете. И мне хотелось, чтобы так было всегда. Хотелось и дальше нежиться в объятиях Хон Ёнхва, ластиться к ней и чувствовать её заботу. Всегда. Но для этого... чтобы жить долго и счастливо, не должно быть никаких угроз. А угрозы, как правило, не исчезают сами собой, если просто сидеть сложа руки. Нужно действовать: подавлять их, искоренять, решать проблемы в зародыше. Для меня главной угрозой были катастрофические события, сотрясающие мир... вторжения Башен. Башня Чистилища, Башня Лютой Стужи, Башня Некромантии... Ради счастливого будущего я обязан был остановить хаос, который они несли. «Собственно, ради этого я и затеял вылазку». Покинув поместье клана Адского Пламени, я должен отыскать подземелье «Озеро маны». Оно было заполнено чистейшей магической энергией и идеально подходило для того, чтобы поднять мой уровень маны. При этом там почти не было монстров, способных дать отпор незваным гостям — редкое и невероятно ценное место, настоящий золотой прииск. В оригинальной игре найти его и войти внутрь было той еще морокой, но с моими Полномочиями наблюдения и пространства это лишь вопрос времени. «К тому же, "Доказательство защиты" тоже там». В Озере маны находился артефакт в виде протеза — «Доказательство защиты». Если я смогу стать его владельцем, то разом решу проблему с отсутствующей рукой и значительно усилю свои боевые возможности. Этот артефакт был с характером и сам выбирал хозяина. Насколько я помнил, он оценивал склонности и натуру претендента. Если он меня не признает... что ж, тогда я просто продам его и смиренно восстановлю руку обычным способом. До сих пор я откладывал регенерацию лишь потому, что надеялся на этот артефакт, но если он мне не светит, то и ходить калекой нет смысла. Кроме того, неподалеку от этого подземелья располагалась база организации, которая в будущем доставит немало хлопот. Сейчас они еще не набрали силу, так что лучше наведаться к ним прямо сейчас и разнести всё в щепки — так будет спокойнее. Словом, дел предстояло много. — Ы-ы-ы... Скрепя сердце, я начал подниматься. Руки Хон Ёнхва, крепко обнимавшие меня, тут же напряглись. Я немного повозился, нашарил валявшуюся рядом большую подушку и подсунул ей вместо себя. Хон Ёнхва почти не спала ночью. Её веки дрогнули, словно она почувствовала подвох, но вскоре она снова погрузилась в глубокий сон, и её дыхание выровнялось. Я выбрался из постели. Прищурившись, я огляделся, но видел лишь туман. В итоге пришлось снова закрыть глаза. Первым делом я открыл стоявший в комнате холодильник и достал бутылку. Судя по этикетке, это был апельсиновый сок. Стеклянная бутылка выглядела настолько изысканно, что не оставалось сомнений — передо мной продукт высшего качества. «Запаха... всё так же нет». Я открутил крышку и принюхался, но не почувствовал даже намека на апельсин. Зато я ощущал другие запахи. И у них было кое-что общее: все они исходили от Хон Ёнхва. Её личный аромат. Странно скривившись, я сделал глоток. Холодно. Но вкуса я не почувствовал. Хотя вчера ночью, когда я ластился к Хон Ёнхва и лизал её кожу, вкус был отчетливым... Вчера, когда открылись глаза, ко мне вернулись обоняние и вкус. Но вернулись как-то избирательно. И речь тоже. — А... кх..! — Кха! Избирательно — не то слово. Стоило попытаться издать звук, как горло пронзила такая боль, будто его резали по живому. К счастью, я уже привык к страданиям и не стал позорно кататься по полу. Вчера я ведь нормально говорил, а теперь снова эта дрянь. У меня были догадки на этот счет. «......» Я вернулся к кровати. Хон Ёнхва всё еще крепко спала. Глядя на неё, я почувствовал укол вины — она не выспалась из-за того, что всю ночь потакала моим капризам. Поправив одеяло и укрыв её до самой груди, я тихо произнес: — Ён... хва... Догадка подтвердилась. С голосом была та же история. Я мог говорить, только если обращался к «Хон Ёнхва». «...Да что же это такое». Глаза, которые видят только её. Нос, который чувствует только её запах. Язык, который ощущает только её вкус... и голос, который звучит только для неё. Печать чувств была снята. Но не полностью. Проклятие безмолвия было разрушено. Но лишь наполовину. И ведь я ничего для этого не делал. Не использовал Жемчужину очищения, не тратил Право на желание. Что же такого должно было произойти при по... поцелуе, чтобы проклятия так странно трансформировались? Хотя... кое-какие мысли у меня были. «......» Я тяжело вздохнул и открыл глаза. Повсюду туман. Стоило Хон Ёнхва исчезнуть из поля зрения, как мир снова утонул в белесой мгле. Плотность тумана была такой, что не разглядеть и собственной руки, но... [...? ...!] [...! ... ... ...] [... ... ... ..... ....] В углу обзора. В пустоте едва заметно мерцал маленький прямоугольник. Стоило мне повернуть голову, как он последовал за моим взглядом, оставаясь на периферии. «Да вы издеваетесь...» Что это было? Как человек, знакомый с играми... и конкретно с игрой «Спаситель», я прекрасно понимал природу этого объекта. И именно поэтому из меня вырвалось ругательство. Я до хруста стиснул зубы и закрыл лицо рукой. «Окно статуса...» Главный помощник в развитии игрока. «Значит, оно всё-таки было при мне...» От бессилия и досады ноги подкосились сами собой. . . . [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡ (90 ▷ 91/100) «Любовь» «Молоко» «Чувство вины» «Благодарность» «Тепло» «Спокойствие» «Мягкость» ---------- Наблюдение? за окном статуса (2) Окно статуса. Если покопаться в RPG-играх, это понятие встречается на каждом шагу — удобная настройка, позволяющая перевести информацию и способности персонажа в числовые показатели. В оригинальной истории «Спасителя» существовала система куда более широкая и функциональная, чем привычные окна статуса. Система коррекции игрока. Эта система, которую обычно называют просто «окном статуса», полностью соответствует своему названию: она создана для того, чтобы во всём помогать игроку. И хотя персонаж настраивается ещё до начала прохождения, именно благодаря этой системе игрок может демонстрировать невероятную скорость роста и запредельные лимиты развития, если задастся такой целью. Окно статуса делится на несколько ветвей в зависимости от того, какую область оно корректирует. В основном используются три главных раздела. Первый — Измерение. Это стандартная функция окна статуса. Она объективно оценивает состояние объекта и выдаёт данные в цифрах. Если применить её к игроку, она покажет характеристики, уникальные способности, Полномочия и психологическое состояние. При этом психологическое состояние охватывает физический, ментальный и духовный аспекты. Сюда входят раса, степень тяжести телесных ран, психические заболевания, действующие баффы и дебаффы, искажения души и титулы, определяющие суть существа. Таким образом, Измерение сообщает игроку его текущие параметры, а за очки позволяет мгновенно повысить эффективность характеристик и уникальных способностей или увеличить множитель роста. Второй — Первопроходство. Оно выполняет функции окна квестов. Стоит игроку немного побродить по миру, как система сама подкидывает задания, за выполнение которых начисляются очки. Типичные примеры: истребление монстров, зачистка подземелий, спасение людей, завоевание благосклонности определённых персонажей или решение масштабных инцидентов. Накопленные таким образом очки можно тратить на развитие игрока. И третий — Благосклонность. Этот раздел не приносит прямой пользы в бою. За очки он позволяет подсмотреть, что другие персонажи думают об игроке, и увидеть числовое значение их симпатии. Мысли персонажей отображаются в виде набора слов или фраз. От базовых эмоций — симпатии, неприязни, недоверия, доверия, благодарности, страха, вины, жажды крови или ненависти — до конкретных определений. Иногда всплывают ключевые слова: «сумасшедший», «идиот», «преступник», «герой», «благодетель»... Числовое значение варьируется от 0 до 100. 0–9: Враждебность. Соответствует таким чувствам, как отвращение, презрение или жажда убийства. 10–19: Неприязнь. Не до такой степени, чтобы хотелось разорвать на куски, но держаться предпочитают подальше. 20–29: Равнодушие. Полное отсутствие симпатии или антипатии. 30–39: Обычные отношения. Поверхностное знакомство, редкие встречи. 40–49: Нейтральные отношения. Без особой любви, но и без неприязни. 50–59: Слабая симпатия. Зарождающееся расположение. 60–69: Заметная симпатия. Накопленный уровень дружелюбия. 70–79: Близкие отношения. Чувство глубокой привязанности. 80–89... С этого момента определения становятся размытыми. Таких показателей достигают либо те, кто связан нерушимыми узами, либо члены семьи, питающие друг к другу исключительную любовь. 90–99: Отношения, выходящие за рамки обычного. Этот уровень достижим, только если игрок становится для человека буквально смыслом всей жизни. 100 я не достигал никогда. Как бы я ни старался, даже когда женился или целенаправленно прокачивал отношения с разными персонажами, всё обычно останавливалось в конце восьмидесятых, а в лучшем случае — в начале девяностых. Существовали и другие разделы. Изготовление — позволяло за очки легко создавать снаряжение или возводить постройки. Торговля — давала возможность даже в Магических землях или глубинах подземелий раздобыть припасы, вроде горячей курочки, опять же за очки. Разделов было много, но я ими почти не пользовался. Изготовление могло пригодиться на ранних этапах, но качество снаряжения и построек меня не устраивало, а Торговля была слишком дорогой, так что я не жаловал её даже в самом начале. Мой основной набор: Измерение, Первопроходство и Благосклонность. Измерение — это база и суть всего окна статуса. Оно переводит мои возможности в цифры и усиливает способности, так что без него никуда. Первопроходство тоже было незаменимым. Это главный источник очков для роста игрока. Кроме того, стоило мне оказаться рядом с чем-то подозрительным, как Первопроходство само выдавало квест, давая подсказку. Через заранее полученные задания я мог предсказывать грядущие события. Благосклонность тоже была по-своему полезна. Видя насквозь мысли окружающих, я мог вовремя устранить тех, кто затаил жажду крови, и приблизить к себе тех, кто искренне мне доверял. «...Хотя нет, не совсем так». Внезапная мысль заставила моё лицо окаменеть. Устранять врагов, доверять союзникам... Я действовал, опираясь на показатели благосклонности, и однажды это вышло мне боком. Восьмая итерация. В восьмой итерации Пэк Арин определённо «доверяла» игроку. Её благосклонность была высокой. Никаких признаков готовящегося предательства не было и в помине. Во время зачистки одной из башен Владыка Башни Лютой Стужи, доселе сидевший тихо, внезапно начал вторжение в центральные земли. Нам пришлось прервать покорение и спешно вернуться на фронт. Мы вступили в бой с Владыкой, и в этот момент Пэк Арин вонзила мне копье в спину. Даже в то мгновение её благосклонность оставалась неизменной. «Пэк Арин в восьмой итерации...» Я покопался в памяти, восстанавливая детали. «Благосклонность 83... Эмоциональное состояние — доверие и симпатия. И ещё...» Надежда и Жажда. Надежда — ожидание того, что желаемое сбудется. Жажда — страстное, мучительное стремление. В восьмой итерации Пэк Арин возлагала на игрока огромные надежды. И при этом именно она прикончила его ударом в спину. Даже с учётом её особенности — «Маски» — благосклонность не была тем показателем, которому можно доверять безоговорочно. «...Пустые раздумья». Я осознал, что трачу время на ненужные тревоги. Усмехнувшись про себя, я приоткрыл глаза. Перед взором плыл туман. В самом углу зрения виднелось окно статуса. [.......] [.......] [...! ...! ... ... ...!] [......] [... ... ...! ... ... ... ... ......] [......] «...Ничего не разобрать». Рамку я видел. Но буквы... буквы прочесть было невозможно. Я вглядывался до рези в глазах, пытаясь пробиться сквозь пелену, но тщетно. Даже Полномочие наблюдения не помогало. Это казалось нелепостью. Как «Наблюдение» могло спасовать перед этим? Неужели окно статуса — это полномочие того же уровня? «Открыть окно статуса. Открыть Измерение». Тишина. «Открыть Первопроходство, Благосклонность, Изготовление...» Никакого ответа. Я пробовал шептать команды, делая вид, что обращаюсь к Хон Ёнхва — результат тот же. Уголок глаза дернулся. Я протянул руку в пустоту. Ладонь беспрепятственно прошла сквозь голографический контур окна статуса. Сколько бы я ни махал рукой, изображение даже не дрогнуло. «Да что же это такое...» Я убедился, что окно существует, но не могу им пользоваться. Словно запретный плод: оно прямо перед носом, но не работает. Внутри закипала ярость. Раньше я даже не был уверен в его существовании и не мог его вызвать. А теперь? Я вижу его перед собой, но толку ноль. Если бы я мог использовать его, мой рост ускорился бы в разы. Но почему... От этого стресса можно было облысеть. Тяжёлый вздох вырвался сам собой. ◆ ◆ ◆ На прошедшем приёме я официально объявил о пробуждении Адского Пламени. Теперь я мог свободно использовать эту силу под именем Ли Ха Юля. Вместе с тем, теперь меня фактически считали членом клана Адского Пламени. Адское Пламя — это уникальная способность, передающаяся по крови. Для меня это была лишь имитация, но то, что меня признали своим, выглядело вполне логичным. Моё пламя оказалось настолько мощным, что за те несколько дней, что я провёл в поместье клана, со мной обращались как с очень почётным гостем. [Спасибо за гостеприимство в эти дни] [Благодаря вам мне было очень уютно] — Я рада, что вам было комфортно, — ответила Чхве Джиён, вышедшая проводить меня к главным воротам, где был установлен вход в защитный барьер. Как хозяйка дома, она мягко улыбнулась. — Жаль, что вы не остались ещё на пару дней... [Я очень благодарен за предложение, но у меня есть дела на каникулах] В ответ на её слова, полные искреннего сожаления, я вежливо поклонился, выражая признательность. Лицо Чхве Джиён на миг приняло странное выражение. Казалось, моё поведение кажется ей необычным. И это было понятно. Я и сам чувствовал, что веду себя как-то скованно и неловко, совсем не так, как раньше. И на то была причина. Ещё несколько дней назад Чхве Джиён была для меня просто матерью подруги. Теперь всё изменилось. Вчерашней ночью Хон Ёнхва так недвусмысленно проявила свои чувства, что сомневаться не приходилось. Мысли о том, что я мог что-то не так понять, даже не возникали. Мягкое, влажное прикосновение к губам до сих пор ощущалось пугающе отчётливо. И столь же отчётливо в памяти запечатлелся запах. Я слишком долго жил в мире без запахов. И едва вернув себе обоняние, я сразу столкнулся с этим густым, пьянящим ароматом её кожи. Он был настолько уютным и манящим, что всю ночь моё сознание словно плавилось. Это можно сравнить с изголодавшимся хищником, которому прямо перед носом выгрузили грузовик отборного мяса — рассудок просто отключается. Воспоминания о вчерашнем вечере были такими живыми, что при одной мысли о них лицо начинало пылать. «Раз уж мы... целовались... значит, когда-нибудь и поженимся». Логика была простой. Я люблю Хон Ёнхва. Она любит меня. Мы поцеловались. Следовательно, в будущем мы станем мужем и женой. Пусть я ещё совершенно не готов быть супругом или родителем, пусть мир катится в бездну... если я достигну своей цели, всё будет именно так. А значит, Чхве Джиён превращается для меня в будущую тёщу. Вес этого статуса был несоизмерим с «матерью подруги». Неудивительно, что мои движения стали деревянными... — ...Кхм, сегодня как-то похолодало. Пожалуй, я пойду в дом. Чхве Джиён бросила мимолётный взгляд на меня и Хон Ёнхва, коротко кашлянула и вежливо склонила голову. [А] [Да] [Спасибо, что проводили] — Не стоит благодарности за такую мелочь, — горько усмехнулась она. — Если вдруг возникнут трудности — заходите в любое время. Впрочем, если вам просто станет скучно, мы тоже будем вам рады. [Хорошо] [Я буду иметь это в виду] С этими словами Чхве Джиён развернулась. Под размеренный стук каблуков её фигура скрылась вдали. Хон Ёнхва проводила её взглядом. Только когда двери особняка закрылись, она обернулась. — Кхм. Она неловко кашлянула и огляделась по сторонам. Убедившись, что лишних глаз нет, она сделала шаг ко мне. — Хвать... Её руки обвили меня, притягивая в объятия. Даже сейчас, когда я уже начал привыкать, это ощущение приносило невыразимое счастье. Тело и разум мгновенно расслабились. — Хорошо-то как... Тихий, полный неги звук вырвался сам собой. Хон Ёнхва, едва сдерживая улыбку, ласково погладила меня по голове и спине. — ...Главное, не вздумай пораниться. Я уже сказал ей, что на остаток каникул у меня есть дела, требующие разъездов. Разумеется, точного маршрута я не раскрыл, ограничившись фразой о «кое-каких местах». Она пыталась выпытать правду с помощью щекотки, но я выстоял и сохранил тайну. Из-за этой недосказанности Хон Ёнхва смотрела на меня с тревогой. [Не волнуйтесь] [Там не опасно] Я покачал головой, убеждая её в своей безопасности. Место, куда я направлялся, действительно не было критически опасным. Этот мир делится на три зоны. Чёрная зона — земли, поглощённые бесконечными прорывами подземелий, мир, принадлежащий монстрам. Белая зона — территории под контролем Ассоциации, где уровень цивилизации порой даже выше, чем до Катаклизма. И нечто среднее между ними — Серая зона. Земли, которые монстры ещё не захватили, но где влияние Ассоциации и других крупных сил почти не ощущается. Я просто собирался ненадолго заглянуть в такую Серую зону. Подкачаться в подземельях, раздобыть артефакты. А заодно — разобраться с фанатиками, которые обустроили там своё логово. Если всё пройдёт гладко... «Если закончу раньше срока, проведу время с Се Юль». Новости о дочке приходили регулярно. Элия каждый день присылала фотографии Се Юль, и многие из них были настолько милыми, что я, сам того не замечая, сохранил их все до единой. Кстати, Хон Ёнхва решила встретиться с Се Юль уже во втором семестре. У неё тоже хватало дел на каникулах, и времени в обрез. Поэтому мы договорились, что все вместе — я, Се Юль и Ёнхва — соберёмся уже в Сиёламе. «Хорошо, что Ёнхва не против Се Юль». К моему огромному облегчению, она не выказала никакого недовольства. Когда я, затаив дыхание, спросил её мнение о дочке, положительный ответ принёс такое облегчение, что не передать словами. Если бы она была против... даже думать об этом страшно. Пришлось бы валяться в ногах и молить о прощении, рискуя навлечь на себя её гнев. «...Так что надо заканчивать поскорее и забирать её». Серая зона не была воплощением смертельной угрозы. Да, из-за отсутствия контроля Ассоциации и редкого наблюдения со стороны Обсерватории там кишели преступники всех мастей, но если не лезть на рожон, всё будет в порядке. Конечно, риск всегда остаётся, но... «На крайний случай у меня есть страховка, так что выживу». Если запахнет жареным, я просто использую экстренный побег. Так что всё безопасно. [Я вернусь целым и невредимым] Раны возможны, но я подлечусь и вернусь. Я не лгал. Я лучезарно улыбнулся, стараясь успокоить Хон Ёнхва, которая смотрела на меня, как на младенца, оставленного у края обрыва. — ...Может, мне всё-таки пойти с тобой?.. Похоже, улыбка не сработала. Я лишь понимающе кивнул и краем глаза снова глянул в угол зрения. [...! ...! .......!!] [......] «...Да что с ним такое творится?» В углу обзора что-то происходило. Содержимое окна статуса (предположительно) снова изменилось. Жаль только, я по-прежнему не понимал ни слова. ◆ ◆ ◆ [Владыка Башни Настройки вскидывает руки] [Использование очков] [Бож& мой! О*#! @тк#ы гла#а@#!] [Использование очков] [@рудно понят&%#, но #ейчас ж$ %твет^те мне#...] [Использование очков] [Мы^ ищем знани@ $. Раз уж здес^ огранич%ния слаб в башн%@, мы долж&н@ получть ответ&!] [Использование огромного количества очков] ... ... ... [...Спасени%?] [Использование очков] ---------- Искоренение (1) Покинув поместье клана Адского Пламени, я без промедления направился к цели. Мой путь лежал на земли бывшего Китая, расположенные сравнительно недалеко от родного поместья клана Гэпхва на Корейском полуострове. Варп-гейтами я пользоваться не стал. Земли Китая теперь считались типичной Серой зоной, и рабочих врат там почти не осталось. К тому же, поскольку я не использовал личность Ли Ха Юля, мне пришлось добираться своим ходом. Конечно, путь пешком занял бы немало времени, но у меня были свои способы, так что на место я прибыл довольно быстро. Итак, Китай… Где именно я нахожусь? Если судить по старым картам, где-то между автономным районом Внутренняя Монголия и провинцией Ляонин. Я медленно просканировал окрестности Наблюдением. На мгновение пришлось перенапрячься, чтобы максимально расширить радиус действия навыка. Информационный поток хлынул на меня подобно приливной волне. Сжав виски, чтобы унять пульсирующую боль, я принялся систематизировать полученные данные. «Всё в упадке». Первое, что бросалось в глаза — царящая здесь разруха. Я слегка ковырнул землю носком сапога. Из-под содранного слоя асфальта показалась тёмная, безжизненная почва. Даже на первый взгляд земля казалась отравленной. Вся окружающая инфраструктура находилась в плачевном состоянии. Серые бетонные здания были испещрены глубокими трещинами и, казалось, могли рухнуть в любой момент. Стены покрывали хаотичные граффити и слои застарелой грязи, а уцелевших оконных стёкол было не найти. И такие дома ещё считались приличными. С другой стороны раскинулись трущобы, наспех сколоченные из дерева и обрывков ткани — о бетоне там и не слышали. Люди, обитавшие в этих местах, выглядели измождёнными и болезненно худыми. Картина разительно отличалась от того мира, который я видел последние несколько месяцев. Здесь не было ни намёка на современную эстетику или городское спокойствие. Даже Шихаллион, считавшийся захолустным городком, выглядел на фоне этого места процветающим мегаполисом. Здесь же всё напоминало сплошную заброшенную пустошь. «Говорят, большая часть Китая сейчас в таком состоянии». После Великого Катаклизма Китай стал одной из стран, которые рухнули, не сохранив даже внешней оболочки. Чем больше территория, тем сложнее её защищать. Китай обладал огромными землями, а значит, и целей для врага было предостаточно. Нужно было не только сдерживать внешнюю угрозу, но и справляться с бременем постоянно возникающих внутри страны подземелий и монстров. Поэтому после Катаклизма большинство государств с обширными территориями либо сократились в размерах, либо вовсе исчезли, распавшись на множество мелких группировок. Среди них Китай поначалу находился в неплохом положении. С появлением сверхлюдей человеческие ресурсы стали важнее всего. А поскольку в Китае было огромное население, то и пробуждённых сверхлюдей там оказалось много. Их характер и моральные качества не имели значения. Плохие они или хорошие — прежде всего они были людьми. И ради выживания им приходилось зачищать подземелья и истреблять монстров. Страна раскололась на десятки частей, бесчисленное множество людей погибло или пропало без вести. Жертв было колоссально много, но, говоря реалистично, это ещё не был уровень полного уничтожения. Китай окончательно пал уже в современную эпоху. Почти все мелкие группировки, на которые он распался, прекратили своё существование. Огромная часть этих земель стала непригодной для жизни. И виной тому был один-единственный монстр. «Двуглавый ядовитый дракон». Классифицированный Ассоциацией как Альфа Третьего ранга. Против существа Третьего ранга даже Герой высшего ранга не может выстоять в одиночку. Для его подавления требуется отряд из нескольких таких героев при поддержке многочисленных групп обеспечения. Несмотря на статус Третьего ранга, Двуглавый ядовитый дракон сумел в одиночку превратить гигантский Китай в руины по нескольким причинам. Главные из них — болезни и токсичность. В соответствии с именем, это существо выглядело как восточный дракон с двумя головами. Одна голова извергала яд, другая — дыхание, несущее в себе сгустки болезней. Убойная сила была запредельной: при прямом попадании яда или болезнетворного дыхания даже Герой высшего ранга фактически погибал на месте. Но ещё страшнее была способность этих токсинов к распространению. Яд воздействовал не только на живых существ, но и на саму местность, превращая всё вокруг в пропитанные отравой земли смерти. Болезни же обладали невероятной заразностью. Когда Двуглавый ядовитый дракон только появился, он вырезал сотни тысяч человек, а от немногих выживших зараза распространилась дальше, увеличив масштаб катастрофы до немыслимых пределов. Физические способности дракона были ниже среднего для Третьего ранга, но он был идеально приспособлен для уничтожения человечества. Именно поэтому территория Китая была полностью разрушена. И если окраины, подобные этой, ещё как-то держались, то центральные районы в районе Сычуаня, где дракон появился впервые, до сих пор остаются заброшенными и пропитанными ядом. В итоге значительная часть земель бывшего Китая уже давно превратилась в Серую зону, где сосуществуют люди и монстры. Монстры нападают на людей средь бела дня, а сверхлюди, живущие здесь, нарушают международные законы Ассоциации так же часто, как принимают пищу. Такой упадок был вполне закономерен. «Тц». На душе было скверно. Раздражённо цокнув языком, я подошёл к столбу, стоявшему на окраине дороги. На вершине длинного серого столба виднелись ответвления, на которых беспорядочно висели чёрные провода. «Давно я их не видел…» Это был электрический столб. В прежнем мире — обыденная деталь пейзажа, в этом же — реликт давно ушедшей эпохи. Сейчас вместо электричества используют ману, а её передача на средние расстояния осуществляется через кабели, проложенные под землей. Поэтому нужды в столбах больше не было. С каким-то странным чувством я постучал по бетонной опоре. Весь столб, покрытый сетью глубоких трещин, был обклеен всевозможными листовками. Беглый осмотр подтвердил мои догадки: торговля органами, нелегальные препараты, списки разыскиваемых преступников… Типичный набор для теневого сектора. «И здесь они висят». Я сорвал одну из листовок. Среди выцветших и оборванных объявлений эта выглядела довольно свежей. Содержание не отличалось оригинальностью. «Следуйте за Богом. Ибо Он скоро снизойдёт и спасёт от смерти своих ничтожных последователей…» — и так далее. Длинные, витиеватые фразы типичной религиозной пропаганды. Разумеется, это была не официальная религия, а подпольная организация, которую следовало бы считать сектой. В Китае, давно ставшем Серой зоной, полно людей, чья жизнь разрушена и лишена надежды. Это идеальная среда для расцвета подобных культов. Обещание спасения в обмен на слепое повиновение — классическая схема, в которой нет ничего нормального. «…Бог Смерти, значит». «Он преодолел смерть и вознёсся к божественности, став самой смертью. И ныне Он — Бог Смерти, дарующий Спасение нежити…» Божество, упоминаемое в листовке, именовалось Богом Смерти. Текст изобиловал пышными эпитетами, восхваляющими его величие. На обложке было изображено нечто в чёрном робе с косой в руках. Равнодушно изучив магическую формулу, начертанную на бумаге, я скомкал листовку и сунул её за пазуху. «…Для бога он слишком похож на гигантскую змею». Владыка Башни Некромантии. Непонятно как, но у существа, которое ещё даже не начало своё вторжение, уже появилось немало последователей. В будущем эта секта отыщет останки Двуглавого ядовитого дракона и воскресит его в виде нежити, что приведёт к чудовищной бойне в Китае. В результате той катастрофы будут истреблены последние остатки человеческого населения, и Китай окончательно превратится из Серой зоны в Чёрную… в Магические земли. «Этого нельзя допустить». Это было бы дерьмовое развитие событий. Инцидент в Шихаллионе был ужасен, но если случится эта трагедия, количество жертв будет исчисляться совершенно другими порядками. К тому же пострадают три великих клана, тесно связанных с Китаем. Пэк Арин из клана Чангэ и Хон Ёнхва из клана Адского Пламени — они обе окажутся под ударом. «Нужно вырвать сорняк с корнем, пока он не разросся». Конечно, в первую очередь мне нужно было поднять свои характеристики. Найти вход в Озеро маны на такой огромной территории — задача почти невыполнимая, но с Полномочием наблюдения это не займет много времени. Что касается условий входа… Прорвусь с помощью Полномочия пространства. Заодно, исследуя подземелья, я буду вычислять этих сектантов. Даже если не получится истребить их всех за раз, нужно нанести им ощутимый урон. На случай, если ситуация станет критической, у меня всегда есть «кнопка экстренной эвакуации». Тяжело вздохнув, я остановился. Я стоял перед ветхим, обветшалым зданием. Возле входа на стуле сидел мужчина с суровым лицом. Судя по мане в его теле, это был сверхчеловек. Его взгляд остановился на мне, когда я неспешно подошёл ближе. На мне был просторный плащ, капюшон которого был накинут на голову, а лицо скрывала чёрная маска без прорезей для глаз — весьма подозрительный вид. — Посторонним вход воспрещён. Не ищи проблем и проваливай, пока цел. Холодный приказ прозвучал прежде, чем я успел открыть рот. Мужчина похлопал по рукояти меча на поясе, нахмурившись ещё сильнее. Учитывая мой наряд, такая реакция была вполне объяснима. «……» — Ты что, оглох? Сказал же, вали отсюда. Игнорируя его, я на всякий случай ещё раз просканировал здание Наблюдением. Два этажа над землей, два — под землей. На первом этаже располагался просторный вестибюль, на втором — несколько жилых комнат. Место было похоже на свинарник: ни ремонта, ни элементарной уборки, но это было не важно. Важно было то, что находилось в подвале. Там, в железных клетках для зверей, томились люди, а в центре подвального зала какой-то тип, похожий на жреца, проводил обряд жертвоприношения на алтаре. На грубом каменном алтаре лежал труп человека с вспоротым животом. Кровь густыми толчками вытекала из раны, заполняя желоба, высеченные в камне и полу. Судя по тому, как ужасно было искажено лицо покойного, живот ему вскрывали заживо. — Тц, не понимаешь по-хорошему. Мужчина поднялся со скрипучего стула. Положив руку на рукоять меча, он медленно двинулся ко мне. — В последнее время крысы так и норовят засунуть свой нос куда не следует. Скрежет… Меч со скрипом покинул ножны. Его движения были неуклюжими, а звук извлекаемого клинка — грязным, полным лишних шумов. Здесь явно не заботились о приличиях: средь бела дня он собирался убить человека. Становилось ясно, какая тут царит «безопасность». С таким правопорядком достать жертв для алтаря не составляло труда. Мужчина замахнулся. Видя, что он даже не использует Ганги, я просто выбросил ногу вперёд. — БА-БАХ! Подъём стопы врезался точно в межбровье мужчины. Хрусть! С резким звуком ломающихся шейных позвонков тело охранника отлетело назад и врезалось в двери здания. Деревянные створки не выдержали удара и вылетели вместе с ним. Хотя я не касался их руками, двери распахнулись настежь. Заметив это, я мельком глянул в угол зрения. Похоже, текст в окне статуса (предположительно) снова изменился. «…Коррекция вообще работает?» Тело стало немного легче, но всё же… Склонив голову набок, я шагнул внутрь здания, где в воздухе медленно оседала пыль. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции Спасителя: Истребление зла] [Синхронизация с основным квестом «Башня Некромантии» подтверждена] [Оказание поддержки Спасителю] … [Система коррекции Спасителя: Путь спасения] [Психологическое состояние «Спасение», «Добрая воля» подтверждено] [Оказание поддержки Спасителю] ---------- Искоренение (2) — Кх... кх-х-х!.. Главный виновник поднявшейся пыли, влетевший внутрь здания вместе с дверью, издавал на полу предсмертные хрипы. Почти все зубы у него были выбиты, а лицо превратилось в бесформенное месиво, из-за чего и без того свирепая физиономия теперь выглядела просто чудовищно. Я вошел в здание через пустой проем, где раньше была дверь. Хруст! В тот же миг я придавил ногой лезвие меча, которое с леденящей яростью метило мне в лодыжку. Нападавший даже умудрился окутать клинок Ганги — видимо, вложил немало маны, раз прочность была на уровне. Однако само исполнение было жалким. Не выдержав давления, лезвие вместе с Ганги с треском переломилось, и его обломок вонзился в пол. — А?.. Тот, кто прятался за дверью и целился мне в ноги, тупо уставился на сломанный меч. Его лицо оказалось в идеальной позиции для удара, и я, не раздумывая, пробил с ноги. Размытый след от удара пришелся точно в голову. Всплеск! Кровь брызнула во все стороны, голова противника резко откинулась назад. Остекленевшие глаза закатились. Тело, подхваченное инерцией, взмыло вверх и врезалось макушкой в потолок. В это же мгновение на меня обрушились сразу три атаки. Меч, летящий прямо в горло; другой клинок, нацеленный в живот; и кинжал, коварно бьющий в бок из слепой зоны. Уровень их взаимодействия нельзя было назвать даже посредственным. В их строю зияли такие дыры, что отразить нападение не составило труда. Я мгновенно вернул ногу после удара и, словно по футбольному мячу, пнул торчащий из пола обломок меча. Лезвие, подброшенное носком сапога, закрутилось в воздухе. Чпок! — А-а-а! Меч, метивший в горло, дрогнул. Нападавший вскрикнул и повалился на пол — обломок клинка вонзился ему прямо в запястье. И без того огромная брешь в их обороне стала еще шире. Я слегка довернул корпус. Клинок, летевший в бок, даже не коснулся робы, бессмысленно рассекая воздух. Чтобы придать этому движению хоть какой-то смысл, я слегка подтолкнул меч коленом. Баланс оружия был отвратительным, поэтому вмешаться в его траекторию извне оказалось проще простого. Направление удара исказилось. Свист! Острие меча вонзилось в плечо мужчины, сжимавшего кинжал. Пока тот застыл от боли, я развернулся и нанес круговой удар ему в бок. Противник, стиснув зубы, успел окутать ребра Ганги. Мутная фиолетовая энергия обернулась вокруг его тела подобием доспеха. Надо признать, реакция у него неплохая. Хрусть! — Кх-х!.. К сожалению, качество его Ганги было низким. Мана — грязная, навыки — никудышные. Осколки разбитой Ганги разлетелись в стороны. Раздался отчетливый треск: поясница мужчины выгнулась под углом в девяносто градусов. Не останавливаясь, я вложил силу в ногу и оттолкнул его. Заодно я зацепил и того парня, что стоял рядом с ошарашенным видом. Грохот! — Кха!.. Оба противника, сцепившись, покатились по полу. Внутри здания, где только что царил хаос, воцарилась тишина. Когда я опустил ногу, пыль, поднятая выбитой дверью, наконец начала оседать. Впрочем, из-за возни на полу в воздух снова поднялось серое облако. — По... почему... зачем ты ворвался и устроил этот погром?.. — выдавил сквозь зубы тот, кто лежал на полу. Точнее, тот, кто пытался достать мое горло, но в итоге был сбит собственным прилетевшим товарищем. — Ты, сука... из этих, из «Золотых драконов»? Или ты из псов Ассоциации... Бвх! Очередной пинок заставил его замолкнуть. Используя Наблюдение, я осмотрел четверых валяющихся на полу... а, один же в потолке застрял. В общем, я проверил их состояние. Живы. Раны не смертельные. Сейчас они просто в отключке. Не то чтобы я не мог их убить, просто мне еще нужно было провести допрос. Если бы я хотел смерти, я бы не просто сотряс им мозги до потери сознания, а разнес бы их головы в щепки. «Слабоваты». Может, потому что это мелкий филиал? В лучшем случае они тянули на низкоранговых героев. С такими легко справился бы любой курсант на момент поступления в Сиёлам. Впрочем, ничего удивительного. В оригинале они действовали по той же схеме: раскидывали филиалы по всему Китаю, ловили монстров и людей, а затем отправляли их в качестве жертв в главную цитадель. Монстров тоже использовали, но основным «материалом» всегда были люди. Размеренным шагом я подошел к одной из стен и с силой ударил по ней ногой. Ветхая деревянная перегородка рухнула, открывая проход в подвал. Спустившись, я увидел тяжелую железную дверь. Покрытая ржавчиной и мелкими царапинами, она выглядела довольно невзрачно. Но дело было не во внешнем виде. Благодаря Наблюдению я отчетливо видел нанесенную на дверь магическую формулу. Как только я ее распознал, начался процесс взлома и анализа защиты. «Повышение прочности, скрытие присутствия, разрыв циркуляции маны... Довольно сложно». Магическая формула на железной двери оплетала весь подвал, словно паутина. Эта магическая структура была создана с двойной целью: обеспечить скрытность и максимальную прочность. Я нанес резкий удар по двери. Гро-о-ом! — ...! Массивная железная дверь была буквально вырвана с корнем. С глубокой вмятиной в центре она с грохотом покатилась по полу. Человек, проводивший ритуал жертвоприношения, вздрогнул и резко обернулся. Судя по его полному ужаса лицу, он даже не догадывался о том, что произошло наверху. Слишком был сосредоточен на ритуале. Да и сам подвал был зачарован так, чтобы полностью изолировать звуки и присутствие как внутри, так и снаружи. На нем было нечто вроде черного жреческого облачения. В районе груди красовалась эмблема: змея, обвивающая зловещую косу. «Культ Бога Смерти... кажется». Буквально — последователи бога смерти. Прямолинейный символ для такой же прямолинейной организации. За спиной жреца стоял каменный алтарь. На нем, как я и заметил ранее, лежало тело. За то короткое время, что я спускался, из него, видимо, выкачали всю кровь — кожа трупа была мертвенно-бледной. Подвал был довольно просторным. В углу, в железных клетках, томились еще несколько человек, предназначенных для следующих ритуалов. Мерзкое зрелище. Жрец открыл рот. Поток его маны начал едва заметно меняться. Похоже, решил потянуть время разговорами. — Ты кто такой... Не дожидаясь окончания фразы, я рванул вперед. Кто первый ударил, тот и прав. У меня не было причин ждать. Подвал был большим, и нас разделяло приличное расстояние, но для меня это не было преградой. Лицо жреца исказилось, и он выпустил волну маны. Защитный выброс. Перед ним развернулся черный барьер. Сработало быстро — видимо, заклинание было заготовлено заранее. Следом мана внутри его тела начала циркулировать иным образом. Специфический метод управления энергией. В тот же миг труп на алтаре дернулся. Некромантия. Способность управлять телами и душами мертвых. В оригинале мне часто приходилось сталкиваться с этим. Поэтому я понимал, зачем он манипулирует таким слабым телом. Подобных низших мертвецов используют либо как живой щит, либо как трупную бомбу. В техниках манипуляции, таких как некромантия, всё обычно заканчивается со смертью кукловода. Поэтому, чтобы остановить врага, некроманты выставляют мертвецов вперед, а если те становятся бесполезны — проводят быстрый обряд и подрывают их. «Тварь». Лицо непроизвольно скривилось. Мана взорвалась в моих ногах, где уже была активирована Гангче. Выйдя за пределы тела, энергия превратилась в Ганги. Пугающая, кроваво-красная Ганги забурлила и окутала мои ноги. У-у-унг! Я нанес удар ногой прямо по магическому барьеру. Кровавая Ганги пронзила пространство. Преграда не смогла задержать меня ни на секунду. Нога, летящая по прямой траектории, прошила щит и вонзилась жрецу в солнечное сплетение. Хрусть! Я отчетливо почувствовал, как кости рассыпаются в прах. Не сбавляя инерции, я припечатал его к стене. — Кха!.. Издав короткий хрип, жрец врезался в каменную кладку. Бам! Подвал на мгновение содрогнулся. С потолка посыпалась пыль. Тело, прижатое к стене, конвульсивно дернулось, обмякло и сползло на пол. Бой закончился одним ударом. Я мельком взглянул на труп, который до этого шевелился на алтаре. Движение прекратилось. Если бы я помедлил, он наверняка бросился бы на меня и взорвался. Цокнув языком, я осмотрел железные клетки. В подвале было заперто около десяти человек, но лишь немногие из них находились в сознании. И даже те, кто не отключился, дрожали от ужаса после увиденного боя и затравленно смотрели в мою сторону. — Кх... кх-х!.. А-а-а!.. Я перевел взгляд на жреца, который корчился на полу, словно раздавленное насекомое. Видимо, удар в солнечное сплетение был настолько болезненным, что он непрестанно харкал кровью и извивался. Когда я остановился прямо перед ним, он перестал дергаться и поднял голову. Его лицо, перепачканное нечистотами и пылью, исказилось в гримасе ярости. — Ты... ах ты, сука!.. Кто бы говорил про «суку». Я равнодушно наклонил голову, отчего его и без того уродливое лицо перекосило еще сильнее. — Да как ты... кха! Это не то, что я хотел услышать. И тратить время впустую я тоже не собирался. Я пнул его по голове, заставив замолкнуть на полуслове. «Итак...» Приходя сюда, я набросал примерный план. Моя главная цель — Озеро маны, но по пути я буду находить филиалы Культа Бога Смерти и громить их. Заодно прикончу этого ублюдка. Было бы славно, если бы на этом всё закончилось, но, к сожалению, история редко идет так гладко. В процессе уничтожения этих мразей волей-неволей приходится спасать мирных жителей. Если бы это была Белая зона вроде Шихаллиона, я бы просто передал их Ассоциации или местным властям. Но в Серой зоне нет сил, которым можно было бы доверить спасенных. «Скорее уж, единственной "силой" здесь были эти подонки». В Серой зоне постоянно бродят монстры, и значительная часть земель поглощена подземельями. Те, кого я только что разделал... Хоть они и забыли о чести, а их навыки были посредственными, они всё же обладали силой уровня низших героев. С обычными монстрами 8-го или 7-го ранга, что водятся в округе, они бы справились. То есть для такой зоны они были вполне полезными боевыми единицами. Я присел рядом с извивающимся жрецом и схватил его за волосы, заставляя поднять голову. Тот издал болезненный стон. Его веки затрепетали, и он бессильно открыл глаза. В его зрачках отразился я: фигура в робе, полностью скрывающей тело, и странная маска без прорезей для глаз. «Со стороны я, должно быть, выгляжу очень подозрительно». Отбросив пустые мысли, я начал циркуляцию маны. — По... подожди... что ты... — он задергался, почувствовав неладное. Впрочем, сбежать он всё равно не мог. Расширенная способность сродства с маной. Синхронизация. «Иллюзорный сон». Мана мгновенно пришла в движение. Она окрасилась в густой фиолетовый цвет. Эта жуткая, но в то же время дурманящая энергия через глаза жреца хлынула прямо ему в мозг. — Кх... кха-а... Зрачки судорожно дергающегося жреца сузились, а затем глаза внезапно закатились. Рот по-идиотски приоткрылся, и по подбородку потекла слюна. Уникальная способность Максвелла. Его специализация — разум и иллюзии. Я проанализировал её во время нашей последней встречи с помощью Наблюдения. Из-за того, что данных было недостаточно, а я еще не достиг продвинутого уровня владения, мне было доступно лишь базовое использование. Но для такого подонка, у которого силы воли — кот наплакал, эта способность подходила идеально. Мне не нужен был человек в здравом уме. Став овощем, этот ублюдок даст мне куда более точные и честные ответы. ◆ ◆ ◆ [Связь с 12-м филиалом в районе Аохана потеряна] — Ц-ц. Кёльвон, глава Культа Бога Смерти, получив сообщение, нахмурился. Дурные вести. Новости, которые портили настроение. Земли Китая обширны. Людей здесь тоже много. Даже после того как Двуглавый ядовитый дракон разрушил страну, превратив её в Серую зону, здесь осталось множество людей, которые не смогли уйти, и еще больше тех, кто рождался в этой грязи. При этом качество жизни здесь было на уровне помойки, что делало эти места идеальными для расширения культа. Когда человек не находит опоры в реальности, чаще всего он ищет её в религии. Поэтому филиалы Культа Бога Смерти были разбросаны по всему Китаю. Благодаря этому поток жертв из каждого отделения был весьма внушительным. Потеря одного-двух филиалов обычно не вызывала беспокойства. Местным властям в районах, где располагались филиалы, уже были даны взятки. Они не только не мешали, но и помогали собирать жертв. Ассоциация тоже не была помехой. В последнее время ситуация в Магических землях и так была нестабильной. Даже Главы Ассоциации хранили молчание — у них не было ресурсов, чтобы собирать карательные отряды для Серой зоны, которая даже не была Черной зоной. Однако в последнее время филиалы начали рушиться один за другим. «Клан Тэсан... На что же вы напоролись, раз решили вцепиться в нас?» Клан Тэсан. В последнее время их пробужденные наводнили китайские земли и устраивали погромы. Их цель была ясна: они методично вырезали Культ Бога Смерти. Среди них даже затесалась девчонка-наследница. Для Кёльвона это было проблемой. Напасть и перебить их всех? Это было возможно. Но он не был уверен, что справится с последствиями. Если наследница Тэсана внезапно погибнет в Китае, глава клана немедленно приведёт сюда своих элитных бойцов. Тогда всё не закончится парой разрушенных филиалов. В такой важный момент Кёльвон не мог позволить себе так рисковать. «Придется пожертвовать несколькими отделениями». На огромной территории Китая их были сотни. Скрытность каждого филиала была на высоком уровне. На магию тратились огромные ресурсы, а места выбирались так, чтобы было удобно и жертв доставать, и прятаться. К тому же, сколько подземелий сейчас беснуется в Китае? Магический фон здесь настолько хаотичен, что даже если привлечь лучших специалистов по Сенсорике, им будет крайне тяжело находить филиалы один за другим. Пусть сейчас и гибнет по одному филиалу в день, до завершения плана времени еще достаточно. К тому же Кёльвон был уверен, что его главную цитадель никто не найдет. Пожертвовать малым ради великого. Это была стратегия начального уровня, которую мог бы придумать любой, у кого есть голова на плечах. Кивнув своим мыслям, он снова сосредоточился. В подземелье, где находился Кёльвон, на огромном магическом круге, начертанном на полу, покоился скелет гигантского земляного дракона. Кости были не в лучшем состоянии. У дракона когда-то было две шеи, но один череп отсутствовал. Кёльвон сконцентрировался, направляя энергию жертв на скелет, чтобы пробудить сохранившиеся в нем остатки некротической силы. . . . [Связь с 13-м филиалом в районе Аохана потеряна] [Связь с 14-м филиалом в районе Аохана потеряна] [Связь с 15-м филиалом в районе Аохана потеряна] ... — ...Что? В тот же день. Девять филиалов подряд перестали выходить на связь. [Связь с 3-м филиалом в районе Наймана потеряна] [Связь с 4-м филиалом в районе Наймана потеряна] [Связь с 5-м филиалом в районе Наймана потеряна] ... [Связь с 2-м филиалом в районе Оннюда потеряна] [Связь с 3-м филиалом в районе Оннюда потеряна] [Связь с 5-м филиалом в районе Оннюда потеряна] [Связь с 6-м филиалом в районе Оннюда потеряна] На следующий день пропала связь еще с тринадцатью филиалами. Не по одному в день — за двое суток было уничтожено более двадцати отделений. — ...... Потери многократно превысили все ожидания. А это значило, что поставки жертв для ритуала оказались под угрозой. ---------- Искоренение (3) Прошло около недели с тех пор, как я прибыл в Китай. Всю эту неделю я без устали мотался по округе, выслеживая и зачищая филиалы Культа Бога Смерти. Находить их было не так уж трудно. Хотя культисты неплохо скрывали свои базы — выбирали места в Серой зоне, где колебания маны были просто бешеными, да и сами постройки имели приличный уровень маскировки. Обычный сверхчеловек из отдела сенсорики наверняка бы замучился с поисками. Но, разумеется, этого было недостаточно, чтобы скрыться от Полномочия наблюдения. Впрочем, даже не прибегая к Полномочию, можно было вычислить их местоположение, просто идя по следам маны. Я странствовал по Китаю, находил филиалы и нападал внезапно. Перебивал тех, кто там обосновался, и спасал людей, которых притащили сюда для жертвоприношений. Так прошла моя неделя. За это время я уничтожил более пятидесяти филиалов. Учитывая, что в оригинале их были сотни, можно сказать, что я изрядно пустил им кровь. — Фу-ух… Из груди вырвался тяжелый, полный усталости вздох. Тело ломило. За всю неделю я ни разу не спал, почти не отдыхал. Я постоянно перемещался, удерживая Наблюдение на максимальном радиусе. Стоило обнаружить филиал — я оценивал планировку и силы противника, а затем шел на штурм. В процессе я несколько раз получал ранения, но они были из тех, что затягиваются сами собой благодаря естественной регенерации, даже без зелий. Как только с одним филиалом было покончено и последствия зачищены, я тут же срывался на поиски следующего. График можно было назвать изматывающим. И тело, и разум работали на пределе. Однако это не значило, что я не справляюсь. Усталость накопилась, но боеспособность не упала. В таком темпе я мог продержаться еще как минимум месяц. — Кх… В тот момент, когда я в очередной раз тяжело вздохнул, земля под моими ногами дернулась. Снизу донесся болезненный стон. Я похлопал по тому, на чем сидел. Это был крупный мужчина, чьи руки и ноги были вывернуты под неестественными углами, а всё тело покрывали раны. Тот самый тип, которого я только что отделал. Вокруг валялось еще десятка два тел в похожем состоянии. «Этот филиал был довольно крупным». Силы филиалов разнились. Слабые, вроде того, на который я напал первым, зачищались без особых усилий. Но на крупные объекты приходилось идти в предельной концентрации. Этот был как раз из таких. Я отряхнулся и встал, попутно пнув лежащего парня, чтобы тот перевернулся. — Ква! — издал он звук, похожий на лягушачий вопль. На его шее блеснуло украшение. Почетное ожерелье, которое Ассоциация вручает героям высшего ранга. «Отставной герой высшего ранга, значит…» Судя по виду, ожерелье выдали лет двадцать назад. Ранг «герой высшего ранга» не за красивые глаза дают. Наверняка в годы службы он был мастером, гордившимся своей силой. Сейчас же он превратился в дряхлеющего бандита, растерявшего былую сноровку. «Оп-ля…» Тело, разогретое битвой, постепенно остывало. Первым делом я закончил с зачисткой и освободил тех, кто был заперт в подвале. Снова железные клетки. Видимо, у всех адептов этого культа одинаковый вкус на обустройство мест для жертвоприношений. — С-спасибо… Огромное вам спасибо!.. Поскольку этот филиал был велик, гражданских, предназначенных на убой, здесь тоже оказалось немало. Большинство из них, едва выбравшись из клеток, принимались рыдать от облегчения и рассыпаться в благодарностях. Выглядели они жалко. Одежда превратилась в лохмотья, а сами они так исхудали, что сквозь кожу проступали очертания скелетов. Жизнь снаружи тоже не была сахаром, но те, кто попал сюда, натерпелись вдвойне. «……» С тяжелым сердцем я достал из пространственного кармана суп, разогрел его и раздал людям. У меня было много сухпайков: хлеб, вяленое мясо, энергетические батончики, но сейчас их измученным желудкам было бы трудно переварить такую пищу. Люди, только что вырвавшиеся из плена, сглатывали слюну, пока суп грелся, а получив порцию, принимались жадно глотать его. Я предвидел это и специально не стал доводить еду до кипения. В первый раз я подал суп горячим, с пылу с жару, но, увидев, как люди обжигаются, но всё равно продолжают давиться едой, ужаснулся и с тех пор следил за температурой. Накормив их ровно настолько, чтобы они не умерли от голода, я планировал отправить тех, кому есть куда идти, домой, а для остальных принять соответствующие меры, прежде чем снова отправиться на поиски Культа Бога Смерти. «…Хотя всё это лишь самовнушение». На душе было неспокойно. Я вздохнул и покачал головой. В процессе истребления культистов я неизменно занимался спасением людей. На самом деле, эти вещи неразрывно связаны. Культ использует человеческие жизни как ресурс, так что при их разгроме спасение жертв происходит само собой. «Это должно им изрядно помешать». Культ Бога Смерти не мог действовать открыто. Точнее, они не могли массово похищать людей, не привлекая внимания. Стоило бы им высунуться, и Ассоциация, которая обычно закрывает на всё глаза, была бы вынуждена вмешаться и прислать карательный отряд. Чтобы не сорвать свои планы, они действовали как крысы: прятались в подземельях и потихоньку собирали жертв. И тут появляюсь я — непонятный «вьюн», который неведомо как находит их базы и разносит их в щепки одну за другой. Наверняка их лидер сейчас в такой ярости, что у него голова кругом идет. «И время я выбрал удачное». В оригинале именно сейчас лучший момент, чтобы влезть, навести шороху и исчезнуть. Игроку пока не под силу одолеть лидера в прямом бою, но сорвать его планы — вполне. Если сейчас хорошенько разгромить филиалы, планы Культа Бога Смерти отодвинутся как минимум на год. К тому времени я уже смогу официально прибыть в Китай в составе группы из Сиёлама и прикончить их главу. Конечно, бывали прохождения, где всё шло не по плану. Если игрок перегибал палку, взбешенный лидер мог лично отправиться на его поиски. «Хм…» Я попытался воскресить в памяти данные о силе лидера Культа Бога Смерти. Его уникальная способность — некромантия. Причем он из тех, кто уже успел собрать собственную армию мертвецов, что делает его крайне неприятным противником. Для игрока на данном этапе такая орда — почти непосильная задача. Но даже если прорваться сквозь армию, сам лидер — боец выдающийся. На этом этапе игры с ним легко справлялся только Алмазный воин в одиннадцатом прохождении. «Смогу ли я сейчас противостоять ему?» Сейчас я скрываю свою личность, а значит, и истинную силу. Чтобы не выдать, что я однорукий, я в основном использую ноги. Магия духов под запретом — её слишком легко опознать из-за редкости. Магию я использую умеренно, а цвет Ганги специально изменил на кроваво-красный. Что, если я столкнусь с лидером лицом к лицу? Поле боя не обязательно будет в его пользу. Если он сам придет за мной, значит, он лишится преимуществ своей штаб-квартиры. Конечно, если он притащит с собой всех своих некромантов, дело примет другой оборот… «…Но вряд ли он меня раздавит». По крайней мере, я не умру, не успев даже огрызнуться. Поскольку Двуглавый ядовитый дракон еще не воскрешен, причин для мгновенной смерти нет. В крайнем случае использую скрытые козыри, а если запахнет жареным — сбегу. Придет лидер или нет — мне, по большому счету, всё равно. Моя задача — устроить погром, сорвать их планы и заодно набраться боевого опыта. Опыт борьбы с некромантией, хоть и неприятный, тоже пойдет в копилку. А потом я просто заберу энергию из Озера маны, получу Доказательство защиты и вернусь. «К тому же, клан Тэсан тоже вовсю мутит воду». Хоть это и Серая зона, здесь всё равно живут люди. А значит, ходят слухи. Поговаривают, что члены клана Тэсан рыщут по Китаю, потроша секты и прочие сомнительные организации. И руководит ими не кто-нибудь, а сама наследница Тэсана — Ли Джиюн. В оригинале такого никогда не случалось. Не знаю почему, но под горячую руку Тэсана попал и Культ Бога Смерти. С одной стороны — непонятный «вьюн», взрывающий базы, с другой — махина вроде Тэсана, ворошащая их территорию. Культисты, должно быть, уже на стену лезут от отчаяния. — Тук-тук… — ? В этот момент кто-то робко потянул меня за край робы. Я обернулся и увидел ребенка. Зеленые глаза, растрепанные темно-каштановые волосы. Даже в лохмотьях было видно, что у девочки очень тонкие, красивые черты лица. На вид ей было столько, сколько обычно детям в начальной школе. Это была та самая девочка, которую чуть не принесли в жертву. Я успел в самый последний момент. Опоздай я на пару минут, её бы уже не было в живых. Я посмотрел на неё, недоумевая, что ей нужно. Девочка протянула мне пустую миску. Суп исчез без следа, посуда была вылизана до блеска. — …Можно еще немного? Бур-р-р… Живот ребенка отозвался громким урчанием прежде, чем она успела закончить фразу. Видимо, одной порции растущему организму, который провел в плену неизвестно сколько дней, было мало. «Оно и понятно». Я молча кивнул и снова наполнил её миску супом. ◆ ◆ ◆ На следующий день. Картина, представшая перед моим Наблюдением, была весьма необычной. У входа в пещеру громоздились причудливо переплетенные барьеры подземелья. А над ними, словно пытаясь скрыть преграду, клубился призрачный, похожий на сон туман. Наконец-то я нашел Озеро маны. ◆ ◆ ◆ — Говорит первая группа. Прием хороший, всё чисто. Остальным группам доложить обстановку. Ли Джиён коснулась своих смарт-часов. Её голос через устройство разнесся по всем отрядам. [Вторая группа, прием хороший, без происшествий.] [Третья группа, прием хороший, без происшествий.] — …Принято. О любых странностях докладывать немедленно. Ответы пришли четкие и быстрые. Лицо Ли Джиён помрачнело. Потерь нет. Это, конечно, хорошо, но и результатов тоже нет. Она запрашивала отчеты в надежде на зацепку, но желаемого ответа так и не получила. — Ха-а… Микрофон отключился. Ли Джиён тяжело, надрывно вздохнула. Она невольно запрокинула голову, и её взору открылось хмурое небо. Тяжелые тучи не пропускали солнечный свет. Этот район и так был не в лучшем состоянии, а погода окончательно превращала его в подобие руин. Несмотря на то что здесь жили люди, атмосфера была гнетущей. Почувствовав на себе настороженные и полные страха взгляды местных жителей, она снова вздохнула. «Да где же он может быть?..» Примерно две недели назад пропал ребенок из клана Тэсан. Мальчик из побочной ветви, довольно влиятельной, в последний раз выходил на связь именно в этих краях. Поисковый отряд был сформирован и отправлен в тот же день. В состав группы вошла и наследница клана — Ли Джиён. Несмотря на свой статус, она взяла на себя роль лидера первой поисковой группы и вот уже больше десяти дней прочесывала эти богом забытые земли Китая. Они обыскали всё вокруг, но не нашли ни единого следа. «Слишком большая территория…» Прошло больше десяти дней. Если за исчезновением стоит кто-то конкретный или враждебная организация, шансы на то, что ребенок еще жив, таяли с каждым часом. Но они не могли прекратить поиски только потому, что прошло время. Если ребенок погиб, им нужно было найти виновных и покарать их. «Только каникулы начались, и на тебе…» — Отбой отдыху. Возобновить поиск, — объявила Ли Джиён и щелкнула пальцами. Раздался звонкий щелчок. Как только эхо затихло, мана Ли Джиён всколыхнулась, расширилась, и от её поверхности отделились десятки осколков. — У-у-у-у… От этих осколков маны исходил звук, похожий на заунывный плач призраков. В мгновение ока они раздулись, словно губки, впитавшие воду, и достигли размеров человеческой головы. Теперь они напоминали блуждающие огни, сотканные из темных теней. Это была некромантия в её простейшем проявлении — манипуляция духами с помощью уникальной способности Тэсан. — Начать поиск. По её команде десятки духов разлетелись в разные стороны. ---------- Том 1 Глава 147 «Нашел...» Прошло не меньше десяти дней с тех пор, как я прибыл в Китай. Наконец-то передо мной раскинулось Озеро маны, которое я так долго и упорно искал. «Расположение... Оказалось куда заметнее, чем я думал». Облегченно выдохнув, я активировал Наблюдение. Подземелье находилось прямо посреди отвесной, словно по линейке высеченной скалы. В самом центре утеса зияло отверстие, похожее на вход в пещеру. Стоило заглянуть внутрь, как в глаза бросился густой туман — настолько плотный, что в нем невозможно было разглядеть даже собственную руку. Я осторожно поднял руку и провел ею сквозь белую пелену. Призрачная дымка послушно разошлась, следуя за движением пальцев. «О...» Меня окутало ощущение прохлады и кристальной чистоты. Тело пробила легкая дрожь, словно я окунул руку в ледяную воду. Я шагнул вглубь. Туман поглотил меня целиком. Ощущение, которое я только что чувствовал лишь ладонью, теперь распространилось на всё тело. Дышать стало невероятно легко, а в груди появилось чувство необычайной ясности, будто все преграды исчезли. Улыбка сама собой расплылась на лице: усталость последних нескольких дней испарилась без следа. «Какая высокая чистота маны». Этот туман состоял из маны. И не из обычной, а из энергии высочайшей пробы. Разница между этим туманом и той хаотичной маной, что ощущается снаружи, была такой же огромной, как между родниковой водой и грязной лужей. Дымка сочилась из глубин пещеры. Чем дальше я продвигался, тем плотнее она становилась. В какой-то момент я остановился. Протянув руку, я коснулся пустоты и почувствовал под пальцами твердую прозрачную стену. Это был барьер подземелья, преграждающий путь незваным гостям. «Слава богу. По крайней мере, я его нашел...» Я невольно издал еще один вздох облегчения. Китайская земля чертовски велика. Найти на таких просторах вход в одно-единственное подземелье — задача не из легких. Конечно, используя Полномочие наблюдения, это было возможно, но я всерьез опасался, успею ли уложиться в каникулы. Ведь я не просто без остановки рыскал по стране в поисках координат. По пути я постоянно отвлекался на посторонние дела: разбирался с мелкими сошками вроде Культа Бога Смерти, зачищал брошенных монстров и занимался прочей нехитрой благотворительностью... Чтобы совмещать всё это, мне приходилось метаться между необитаемыми зонами, кишащими монстрами, и жилыми районами. Мой маршрут удлинился в несколько раз. Честно говоря, я боялся, что поиски затянутся слишком надолго. Я опасался, что всё закончится так же безрезультатно, как в прошлый раз в Шихаллионе, но, к счастью, удача улыбнулась мне раньше. «Везет же». Наконец-то я смог произнести эти слова. Я усмехнулся и легонько постучал по барьеру. Если бы и в Шихаллионе всё прошло так же... Честно говоря, там мне катастрофически не везло. Это был не просто недостаток удачи, а путешествие, пропитанное злым роком. Ни одно дело не шло гладко, а под конец навалилось такое бедствие, что я едва не переправился через реку мертвых. Казалось, сам мир ополчился против меня. «Впрочем, сожалениями ничего не изменишь». Даже если я сейчас дам волю гневу, прошлое не вернется. Наоборот, стоит поклониться небесам за то, что в этот раз поиски завершились так быстро. С этими праздными мыслями я продолжал ощупывать преграду. Подземелье по сути своей — это подпространство, отделенное от Земли, а барьер — та самая черта, что проводит между ними границу. Где-то в этом барьере должен быть вход. Обычно он выглядит как воронка, похожая на те, что стоят в терминалах врат. Прыгаешь туда и через извилистый проход попадаешь на ту сторону. Но то, во что я сейчас упирался, было именно барьером, а не входом. Здесь не было никакой воронки — лишь прозрачная, но непроницаемая для взора стена. Однако, строго говоря, это и был вход. «У Озера маны он всегда был с придурью». Типы подземелий бывают разными, и Озеро маны относится к тем, где условия входа крайне капризны. Где-то в Китае разбросано несколько таких входов. Если верить оригиналу, их всего два или три, но даже если найдешь один, он, скорее всего, будет закрыт. Такие входы открываются случайным образом. Можно проделать долгий путь и уткнуться в закрытую дверь. В оригинале я пытался найти закономерность, но тщетно. Они открываются и закрываются когда им вздумается. И никакие особые предметы тут не помогут. Всё зависит исключительно от везения. Поэтому, если очень хочется войти, остается либо сидеть у порога и ждать открытия, либо пробиваться силой. «Но если я его разрушу, мана рассеется». Ценность Озера маны заключается в одном: внутри всё заполнено маной высочайшей чистоты, что идеально подходит для прокачки характеристики маны. Но если разбить барьер, удерживающий эту энергию, чистейшая мана тут же смешается с обычным фоном и утратит свои свойства. По этой причине оставалось либо убивать время в ожидании, либо полагаться на удачу. Конечно... если ты не я. «Теперь всё иначе». Я сосредоточился и положил ладонь на барьер, впитывая ощущения, идущие от кончиков пальцев. Подземелье принадлежит Земле, но в то же время отделено от нее. Барьер — это стена, разделяющая пространства. «Активация. Полномочие пространства». Если это пространство, я могу в него вмешаться. — У-у-унг... Рука завибрировала. Вслед за этим дрогнуло и окружающее пространство. Словно в спокойное озеро бросили камень, рябь пошла во все стороны. «Ломать не нужно. И разрезать с силой тоже нет нужды». Мне не требовалось разрушение или разрыв. Лишь крошечная правка. Нужно было заставить барьер, который обычно отторгает всё внешнее, на мгновение принять меня. Часть барьера прямо перед моим носом начала меняться. Твердая поверхность под ладонью стала податливой, постепенно превращаясь в некое подобие слизи. — Плюх... Рука начала медленно погружаться в преграду. «Получилось». Успех. Психических сил ушло совсем немного. Я буквально втиснул свое тело в барьер, и в конце концов стена, колыхнувшись, поглотила меня целиком. Нахлынуло знакомое чувство пустоты, которое всегда возникает при переходе между пространствами. ◆ ◆ ◆ — Ш-ш-ша-а-а... Чувство отрешенности исчезло, и в уши ворвался шум водопада. От одного этого звука в голове прояснилось, словно мысли омыли прохладной водой. Чувства вернулись. Я спокойно активировал Наблюдение, собирая информацию об окружении. «О...» Когда Наблюдение передало мне полную картину, я невольно ахнул от восхищения. Полностью оправдывая свое название, подземелье встретило меня огромным озером. С одной стороны в него мягкими струями впадал небольшой водопад. Вода в озере мерцала, будто в нее насыпали звездной пыли, а на поверхности покачивались полные жизни желтые листья. Озеро окружал бескрайний ковер сочной зеленой травы, среди которой тут и там виднелись массивные серые валуны. Деревья с причудливо изогнутыми стволами тянули свои ветви, украшенные той же золотистой листвой. И над всем этим великолепием клубился густой туман, источником которого, казалось, был сам водопад... Слово «зрелище» здесь было слишком слабым. Я и раньше видел немало призрачно-красивых мест, но настолько откровенно сказочного пейзажа мне встречать не доводилось. Оно казалось сошедшим с полотна художника. Если поискать в интернете картины с «фантастическими озерами», наверняка найдется нечто подобное. Настолько здесь было красиво. «Хм...» Словно завороженный, я подошел к воде. К самому берегу, шурша, подкатывали мелкие волны. Я снял маску, закрывавшую лицо. Прохладный ветерок тут же коснулся кожи. — Фух... Дышалось невероятно легко. То, что я чувствовал у входа, не шло ни в какое сравнение с этим. Воздух казался сладким. На самом деле я не чувствовал вкуса, но чистота атмосферы и запредельная концентрация маны рождали именно такие ассоциации. «Я на месте». Сомнений быть не могло. Это было Озеро маны. «Монстров... нет». На всякий случай я еще раз тщательно осмотрел окрестности. Я опасался, что за этой красотой может скрываться угроза, но, к счастью, монстров здесь не было. Ловушки тоже отсутствовали. Убедившись в безопасности, я открыл вход в подпространство. «Выходите». Пространство позади меня с треском разошлось. Из трещины один за другим выскочили духи, сияющие пятью разными цветами. Это были низшие духи, с которыми я заключил контракт. Поскольку я собрал все пять стихий, их цвета образовали ровную палитру. У них еще не было четкого самосознания из-за низкого ранга, но это место им явно пришлось по душе — мелко дрожа, они разлетелись в разные стороны. Духи любят чистую ману не меньше людей. Впрочем, несколько сгустков света не спешили улетать и продолжали кружить рядом со мной. «Всё в порядке. Идите, поиграйте». — У-у-унг... Я несколько раз погладил мерцающие огоньки, прижавшиеся к моему телу, и только тогда они, удовлетворенные, устремились вслед за остальными. Даже будучи просто сгустками света, они казались довольно милыми. Усмехнувшись, я снова перевел взгляд на озеро. Как и следовало из названия, сама озерная вода была смыслом существования этого подземелья. Вода, до краев насыщенная маной невероятной чистоты. Для меня, чье развитие объема маны всегда сопровождалось массой трудностей, это место было жизненно необходимой средой. «...Всё должно быть в порядке». Сколько бы я ни наблюдал, никаких ловушек не обнаружилось. Вряд ли из воды внезапно выскочат лезвия, чтобы пронзить меня. Кивнув своим мыслям, я скинул черную робу. Вслед за ним отправилось и снаряжение, надетое под робой. Я сложил всё, включая сумки-подпространства на поясе, на один из прибрежных валунов. Снял и наручи с правой руки. Обнажать ожоги было неприятно, но для полноценного поглощения энергии это было необходимо. Единственное, что я оставил на себе — Небесное оперение. Этот артефакт работает тем лучше, чем больше чистой маны он впитывает. Пусть он и уступает мне в качестве поглощения, зато его емкость огромна, так что напитать его лишним не будет. Небесное оперение, которое почему-то постоянно норовило принять форму крылатых одежд и обвить меня, последовало за мной к воде. Когда я остался без одежды, туман словно начал ласкать мою кожу. «Хорошо, что воздух здесь теплый». С облегчением выдохнув, я осторожно коснулся воды кончиком пальца. От места касания по зеркальной глади пошли круги, заставив желтые листья закачаться на волнах. Вода оказалась приятно теплой. И тут же чистая мана начала просачиваться сквозь кожу. — Ох... Тело внезапно пробила дрожь. Теплая и в то же время освежающая энергия вливалась в меня. Содрогаясь от этого странного ощущения, я полностью зашел в озеро. Было довольно глубоко. Если сесть, над водой оставалась только голова. Должно быть, со стороны я выглядел комично: тело в озере, голова в тумане. — Пфу-у... Я сделал глубокий вдох и выдох. Прохладный воздух и чистая мана плотно заполнили легкие. Через воду, в которую я был погружен, мана тоже впитывалась с огромной скоростью. «Сродство с маной». Я начал притягивать энергию еще сильнее. У меня не было времени на праздный отдых. Не довольствуясь естественным поглощением, я задействовал уникальную способность, чтобы всасывать ману в разы быстрее. Поглощенная энергия по каналам устремлялась к ядру. Ядро запульсировало. Оно задрожало, и я невольно улыбнулся, почувствовав, как оно начало расширяться. Ядро, объем которого я долгое время не мог увеличить, наконец-то показало признаки роста. «Нужно остаться здесь на несколько дней и выжать из этого места всё возможное». Я планирую наведываться сюда и позже, но раз уж пришел, надо использовать шанс по максимуму. «Доказательство защиты... должно появиться через несколько дней. До тех пор буду здесь». С этой мыслью я снова сосредоточился на поглощении маны. Вокруг меня по воде пошла новая рябь. По коже пробежал легкий зуд. ◆ ◆ ◆ «...Неужели придется отложить план?» Кёльвон, глава Культа Бога Смерти, стиснул зубы, получая одно за другим сообщения о потере связи. Филиалы в разных частях Китая, которые должны были поставлять жертв, уничтожались с невероятной скоростью. Сколько их пало за последнюю неделю? Около сотни. Снабжение жертвами было сорвано. В таком состоянии провести ритуал должным образом невозможно. Виновник был очевиден. Силы Тэсана, внезапно вторгшиеся на эти земли, громили одну преступную организацию за другой. И в процессе под раздачу попадали филиалы Культа Бога Смерти. Точнее, их громили сразу с нескольких сторон. Но в одном направлении действовал некто, уничтожавший филиалы с поистине безумной эффективностью. На долю этого одиночки приходилась добрая половина всех разрушенных баз. «Наши позиции раскрыты. Какая крыса посмела...!» Вопросы оставались. Даже среди своих никто не мог знать расположение стольких филиалов. Но сейчас это было неважно. Кёльвон злился потому, что план, который он готовил более десяти лет, оказался под угрозой срыва. Без нужного количества жертв ритуал призыва призрака Двуглавого ядовитого дракона провести нельзя. Может, задействовать оставшиеся филиалы и начать агрессивный сбор жертв? Нет, тогда Ассоциация тут же вцепится в след. В прошлый раз им едва удалось ускользнуть. Если их поймают сейчас, ищейки Ассоциации, опираясь на прошлые данные, уже не отпустят добычу. «Проклятье...» Кёльвон скрипнул зубами. Опять. Сначала Ассоциация, теперь эти безумцы из Тэсана лезут и мешают его планам. Гребаная реальность. Гнев закипал в нем, но действительность была сурова. Всё, что мог сейчас сделать Кёльвон — это отдать то, что можно отдать, сохранить то, что нельзя, и затаиться. «...Что ж, я ждал больше десяти лет». Подожду еще пару лет, ничего не случится. Стоит лишь на время пригнуть голову, и они сами устанут и уйдут. Тогда-то я и завершу начатое. Кёльвон принял решение. — Исполняй. — ...! В этот миг воля, пронзившая саму его душу, заставила Кёльвона широко распахнуть глаза. Он, не колеблясь, рухнул на колени и прижался лбом к полу. — Глухой удар! — О, Боже...! Его голос дрожал от восторга и трепета. Глаза были закрыты, лоб упирался в землю, но Кёльвон кожей чувствовал устремленный на него взгляд. Огромный, необъятный глаз, застилающий собой небо. Желтая радужка и вертикальный зрачок. От него исходило ощущение такого могущества, которое невозможно было описать словами. — Я исполню ритуал...! Проводить ритуал сейчас было крайне опасно. Ассоциация вцепится в хвост, а Тэсан, который и так уже рвет их на части, доберется до самых костей. Плевать. Это приказ Бога, которому он поклоняется. Даже если придется пожертвовать всем, это не имеет значения. К тому же, у Бога наверняка есть замысел, который он, жалкий смертный, даже не может вообразить. Кёльвон рыдал, прижимаясь к земле, вновь осознавая величие своего божества. — ....... Гигантское глазное яблоко безучастно взирало на копошащегося внизу последователя. В этом взгляде читалось полное безразличие, словно оно смотрело на нечто совершенно ничтожное. Затем глаз медленно повернулся, встречаясь с другими взглядами, которые сверлили его с той же высоты. Взгляды, полные неприкрытой враждебности. Но действий не последовало. Это было похоже на наблюдение за дикими зверями в клетке, которые скалят зубы, но не могут напасть. Впрочем, это касалось и этой стороны. Ограничения еще не были сняты. Это произойдет скоро, но не прямо сейчас. Глаз закрылся. ---------- Фея и дровосек (1) Ли Джиён относилась к этой поисковой операции скептически. Не то чтобы она желала пропавшему ребенку смерти — в ее мыслях не было злого умысла. Просто, рассуждая реалистично, она понимала, что шансы на выживание крайне малы. [Вторая группа, связь в норме. Мы нашли его.] — А? [Жив, состояние подтверждено. Координаты переданы.] Вопреки ее ожиданиям, местоположение было определено. Причем невероятно быстро. Ли Джиён удивленно моргнула, глядя на неожиданный отчет, высветившийся на смарт-часах. ◆ ◆ ◆ — Филиал Ассоциации? Местом, куда их привели координаты, оказался скромно обустроенный филиал Ассоциации. Ассоциация открывает свои представительства по всему миру, и Серая зона не была исключением. Конечно, здесь их влияние не столь велико, поэтому здания не такие монументальные и многочисленные, как в Белой зоне. Впрочем, на фоне обветшалых окрестных построек этот филиал все равно бросался в глаза. — Сюда, госпожа. Место находилось чуть поодаль от самого здания Ассоциации. Заметив Ли Джиён, командир второй группы махнул ей рукой. Рядом с ним сидел маленький ребенок, укутанный в объемистую робу, и прихлебывал суп. Это был тот самый пропавший ребенок. Он выглядел в точности так, как в переданном ранее личном деле. Немного исхудал, но видимых ран не было. Почувствовав облегчение, Ли Джиён подошла ближе. — Каково состояние ребенка? — К счастью, серьезных травм нет. Есть признаки истощения, но ничего критического. — Проверку на проклятия или черную магию проводили? — Да, измерения показали, что никаких проклятий на нем нет. — Это радует. Ли Джиён наконец глубоко вздохнула с облегчением. Напряжение, которое она старалась сдерживать, начало понемногу отступать. Вид ребенка, который, не обращая внимания на суету вокруг, с аппетитом глотал суп, успокаивал еще сильнее. Можно сказать, ему во многом повезло. — Однако на него наложена защитная магия. — ...Защитная магия? — Да. Я ненадолго проанализировал ее — она не несет вреда, поэтому пока оставил как есть. Ли Джиён, уже было расслабившаяся, вновь насторожилась и склонила голову набок. «Не проклятие и не черная магия, а защита?» Она прищурилась и внимательно посмотрела на ребенка. Ее взгляд задержался на робе. Сначала она подумала, что ее дал командир второй группы, но теперь видела — вещь была совсем другой. И что важнее, только сейчас она заметила начертанную на ткани упрощенную магическую формулу. Высокий уровень. Ли Джиён не обладала особым талантом к магии, но даже она смогла это мгновенно определить. Пусть она не умела искусно плести заклинания, зато прекрасно знала, как их вскрывать и разрушать. И, на ее взгляд, эту магию разрушить было непросто. Магическая формула была настолько запутанной, что ее трудно было дешифровать даже до активации. Разрушить уже действующую защитную магию было бы еще сложнее. Это была работа мастера. К тому же структура плетения совершенно не походила на ту, что обычно использовал командир второй группы. «...Хм?» Всматриваясь в магическую формулу, Ли Джиён внезапно ощутила странное чувство. Точнее, дежавю. «Кажется, я где-то это видела». Безупречно выстроенный начальный уровень. Словно формулу чертили по линейке, выверяя каждый символ на калькуляторе. Ли Джиён сузила глаза. Из-за отсутствия таланта к сотворению заклинаний она не могла дать точную оценку. Магия — наука капризная, и многие стараются выстраивать формулы с такой же точностью, что часто приводило к путанице. — А это? — Да, сейчас объясню. Уловив ее немой вопрос после осмотра формулы, командир второй группы кивнул и начал доклад. Рассказ был недолгим. Под стать своей суровой внешности, командир излагал мысли кратко и по делу. «Безликий, значит...» Выслушав объяснения, Ли Джиён помрачнела. Безликий. Это имя не было ей чужим. В последнее время оно то и дело всплывало в новостях. Этот человек начал действовать почти в то же время, когда сама Ли Джиён прибыла в Китай. Говорили, что он за одну ночь стирает с лица земли десятки античеловеческих группировок и без разбора истребляет монстров, рыщущих вблизи поселений. Свидетельств очевидцев накопилось уже немало, и из-за странного облика его прозвали Безликим. Иссиня-черная маска, в которой нет отверстий ни для глаз, ни для дыхания, и мешковатая роба, не оставляющая открытым ни сантиметра кожи. Вдобавок на него, похоже, наложена магия помех восприятию, так что установить его личность невозможно. По словам командира второй группы, Безликий спас ребенка еще до их прихода и передал его в филиал Ассоциации. Оказалось, ребенок был в плену у каких-то сектантов, пока Безликий не вмешался. Ли Джиён мельком взглянула на здание филиала. В этом мрачном, безлюдном районе, расположенном в не самом удачном месте, у входа в Ассоциацию было необычно многолюдно. Всех этих людей объединяло одно — они выглядели ужасно. Некоторые были истощены до такой степени, что кожа обтягивала кости. Это были мирные жители, спасенные Безликим. — ...Если он из Ассоциации, нужно будет подготовить благодарность по возвращении. Ли Джиён покачала головой и подошла к командирам первой и второй групп. — Не стоит терять время, возвращаемся немедленно. Что скажете? — Согласен. — Да, я тоже. Наконец-то смогу залезть в теплую воду. — Тогда выступаем без промедления. Единогласным решением трех командиров было решено возвращаться. ◆ ◆ ◆ К сожалению, в филиале Ассоциации, где находился ребенок, не было терминала врат. Слишком малый масштаб, да и в Серых зонах врата открывают крайне редко. Поэтому они планировали вернуться к ближайшему терминалу — тому самому, через который Ли Джиён прибыла в Китай. Путь туда занял больше десяти дней. Расстояние было приличным. Но на этот раз им не нужно было проводить поиски, они просто шли насквозь, так что время должно было сократиться вдвое. — Похоже, слухи о том, что он агент Ассоциации, правдивы. Солнце зашло, наступила ночь. На плечо Ли Джиён, которая уверенно вела отряд, кто-то оперся подбородком. Это была Ли Дахи, член первой группы. — Пока ничего не подтверждено. — Да ладно вам, и так все ясно. Тот факт, что филиал принял спасенных людей, говорит сам за себя. В последнее время они ведь замалчивают тему помощи гражданским в Серых зонах, мол, ресурсов не хватает. Ассоциация действительно проявляла пассивность в вопросах спасения людей в Серой зоне. Раньше они были активнее, но в последнее время из-за нестабильной ситуации в африканских Магических землях все силы брошены туда. Тем не менее, гражданских, которых приводил Безликий, Ассоциация принимала и обеспечивала уходом. — Учитывая, как тщательно он скрывает личность, может, он из карательного отдела? — Они сейчас по уши в делах из-за Магических земель. С чего бы им соваться сюда? — Наверное, кто-то перешел дорогу верхушке Ассоциации. Наших ведь тоже задели? Наверняка какой-нибудь выскочка огреб от карателей и теперь пожинает плоды. Член третьей группы, слушавший их разговор, ответил с явным безразличием. Пока отряд возвращался, бойцы то и дело обсуждали Безликого. Объект поисков найден, они на пути домой — напряжение спало, и люди расслабились. Слишком беспечно, учитывая, что задание еще не окончено. Ли Джиён хотела было сделать им замечание, но, проверив призраков, разосланных далеко вперед для охраны периметра, решила промолчать. Она и сама постоянно держала призраков наготове. Души мелких монстров низкого ранга идеально подходили для разведки и дозора. «Хм?» В этот момент через одного из призраков она увидела нечто странное. Синхронизировав зрение с духом, Ли Джиён увидела гигантский каньон, глубина которого казалась бездонной. Но странным было другое. «Туман?» Часть каньона была погружена в туман. Причем он не поднимался со дна, а возникал прямо в воздухе, из ниоткуда. В этом тумане было нечто таинственное. Даже для Ли Джиён, выросшей в землях клана Тэсан и видевшей немало природных чудес, этот туман казался слишком призрачным, нереальным. «Что это? Подземелье?» В этом мире, если вы видите странное природное явление, в девяти случаях из десяти это связано с подземельем. Согласно этому правилу, туман, скорее всего, тоже был порожден подземельем. Из любопытства Ли Джиён хотела направить призрака вниз. — Заминка Она не успела. Призрак, находившийся ближе всего к туману, мгновенно исчез. Лицо Ли Джиён окаменело, она резко обернулась. Члены отряда, также почувствовав неладное, разом посмотрели в ту же сторону. — У-у-у-у... Жуткий вой прорезал тишину, продираясь сквозь голые ветви деревьев. Присутствие приближалось. И это было не просто физическое присутствие. Это было ощущение приближающихся призраков, полных злобы и обиды. Ли Джиён, как наследница Тэсана, чувствовала это острее всех. Она начала концентрировать ману. — Тот, кто решил так пошутить... если выйдешь сейчас, отделаешься одним ударом топора. — Мы тоже умеем отличать работу от шуток. Один из бойцов ответил с таким же суровым лицом, осматриваясь по сторонам. Получив этот очевидный, но нежелательный ответ, Ли Джиён тяжело вздохнула. Присутствие становилось все отчетливее. И оно шло не с одной стороны — их окружали. — Вот же дерьмо. Стоило Ли Джиён выругаться, как призраки показались на виду. — Хруст На ствол дерева легла бледная, мертвенно-синяя рука. Изуродованная, покрытая следами разложения рука трупа сжала кору, сминая ее в труху. «Трупы-куклы». Некромантия, при которой захваченные призраки насильно втискиваются в мертвые тела для управления ими. И их было много. Ли Джиён быстро окинула взглядом окружение, оценивая силы врага. Численное превосходство было на стороне противника. Сама Ли Джиён могла призвать целую армию призраков, но тех, что окружали их сейчас, было гораздо больше. К тому же качество «материала» впечатляло. Среди обычных монстров и людей-мертвецов попадались весьма сильные экземпляры. Впрочем, это не было чем-то, с чем они не могли бы справиться. — Защита ребенка — приоритет номер один. Прорываем окружение, одновременно ведя разведку. Неизвестно, прошел ли сигнал через помехи в мане, но сигнал тревоги она отправила. Одновременно с приказом Ли Джиён топнула ногой. — Бам! Земля под их ногами содрогнулась. Словно круги по воде, дрожь земли разошлась во все стороны. И затем... — Хруст! — Гр-а-а-а-а! Из-под ног призраков, попавших в зону поражения, густо выросли каменные шипы. Окружавшие отряд мертвецы были мгновенно пронзены и разорваны в клочья. Среди них были особи высокого ранга, но они не смогли ничего противопоставить шипам, усиленным властью над землей и маной, и были мгновенно уничтожены. Земля под ногами Ли Джиён зашевелилась, комья почвы поползли вверх по ее ногам. В мгновение ока они окутали ее тело, застыв плотной, массивной броней. Движение земли не прекращалось. Волны дрожи следовали одна за другой, шипы взмывали вверх, а сама почва, словно цунами, обрушивалась на врагов, втаптывая их в грязь. Из трещин в земле начали выбираться ее собственные призраки. Тэсан. Уникальная способность, позволяющая управлять живой землей и скитающимися в мире призраками. Под воздействием этой силы вражеские духи, встретив ярость самой земли, рассыпались один за другим, не в силах сопротивляться. Кольцо окружения было мгновенно разорвано. Опустевшее пространство заполнили призраки, призванные отрядом Ли Джиён, и теперь они сами начали теснить врага. Ли Джиён протянула руку, и земля снова пришла в движение, формируя в ее ладони массивный двусторонний топор. Она крепко сжала рукоять только что созданного оружия и занесла его над головой. — Скрип! Между рукоятью и ладонью раздался резкий скрежет. Под земляной броней на тыльной стороне ее руки вздулись вены. В следующий миг она с силой обрушила топор перед собой. Лезвие рассекло воздух и с грохотом врезалось в голову трупа-куклы. Череп мертвеца разлетелся брызгами. Но топор не остановился: он прошел сквозь торс до самого паха, буквально разрубив врага надвое, и вонзился в землю. — Грох! Вибрация от удара отозвалась в ногах. Земля треснула, и вслед за ударом вырвалась ударная волна. Несколько трупов-кукол просто лопнули, а еще большее их число отлетело в стороны с переломанными конечностями. «Хм...» Ли Джиён нахмурилась от странного ощущения. Враг напал первым. Они явно целились в них... и наверняка знали, на кого нападают, но при этом поддавались слишком легко. Проверяют на прочность? Разведка боем? Или боятся раскрыть местоположение кукловода и поэтому действуют вполсилы? Для простой разведки они бросили слишком много ресурсов, но при этом командование войсками было из рук вон плохим. Это выглядело как бессмысленная трата сил. — Гу-гу-гу-гу-гу! В этот момент жуткая вибрация, пробившая даже броню, заставила ее замереть. Чувство опасности. Инстинкт, вопящий об угрозе. Ли Джиён исказилась в лице и резко повернулась к источнику вибрации. — Хруст... Земная кора с треском разошлась. Из образовавшегося разлома, вздымая груды земли, поднялось нечто огромное. Из-за чудовища, восставшего из недр, лунный свет, освещавший отряд, на мгновение померк. — О... твою мать. Сзади донеслось грубое ругательство, но у Ли Джиён не было времени на замечания. Гигантский змей. Но он не был живым. Иссиня-черная чешуя с зеленым отливом не покрывала тело полностью — она местами осыпалась и была разбита. Оружие на кончике хвоста, напоминавшее огромный меч, было все в трещинах и зазубринах. И самое главное. Туловище разделялось на две шеи. Но голова была только одна. Да и та сохранилась не полностью — сквозь отсутствующие куски плоти белели кости черепа. Но это зрелище не принесло ни капли облегчения. — Ш-ш-ш-ш... Пасть змея раскрылась, внутри зашевелился язык. С языка, изъеденного дырами, обильно капала слюна. Слюна стекала по челюсти и тяжело падала на землю. — Ш-ш-ш-ш-и-ик! Земля начала плавиться. Ядовитая слюна разъедала почву с леденящим душу шипением. При виде этого яда, чья сила превосходила всякое воображение, лица бойцов побелели. Они поняли это инстинктивно. Один контакт — и смерть. Мгновенная? Или долгая и мучительная агония? Растворятся ли они заживо или их тела окаменеют, заставив умирать с широко открытыми глазами? Они не знали процесса. Но в результате — в смерти — были уверены абсолютно. «Ах, черт». Ли Джиён мысленно выругалась. «Не надо было приходить». Какого черта это происходит во время каникул? — Ш-а-а-а-а-а! Вместе с запоздалым сожалением на них обрушилась распахнутая пасть змея. ◆ ◆ ◆ Звук водопада, ласкающий слух, стал уже привычным. «Как же спокойно». Я поболтал ногами в воде, пуская сильные круги. Спокойная, размеренная рябь была поглощена мощными, хаотичными волнами. Прошло уже порядочно времени с тех пор, как я то погружался в озеро, то выходил из него. Ощущение умиротворения никак не покидало меня. В отличие от прошлого раза, это путешествие, похоже, закончится весьма благополучно. Надо еще немного посидеть в воде, подзарядиться и выходить. Я довольно улыбнулся, чувствуя, как ядро и контуры понемногу увеличиваются в размерах, и откинул мокрые волосы назад. «...?» В тот же миг я почувствовал неладное. Раньше я не обращал внимания, но стоило осознать странность, как чувство дискомфорта усилилось. Я на мгновение замер, а затем осторожно потянул себя за прядь волос. Волосы. На месте. «Ой». Но цвет другой. Не черный, а белый. «Чего...» Над моей головой словно завис воображаемый вопросительный знак. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Диагностика] ... ▶ Психологическое состояние «?ст» : ? ... [Психологическое состояние «?ст» изменяется] ---------- Фея и дровосек (2) Призрак бросился в атаку. Из широко распахнутой змеиной пасти вырвался хриплый, надрывный рев. Воздух задрожал, и повеяло едва уловимым ядом. В этом зловонии отчетливо ощущалось дыхание смерти. Ли Джиён, чувствуя, как волоски на коже встали дыбом, среагировала мгновенно. Повинуясь ее воле, земля пришла в движение, и рукоять топора удлинилась. Она до предела активировала Гангче, укрепляя все тело, и мертвой хваткой вцепилась в древко. Следом вспыхнула Ганги. Густая изумрудная энергия окутала топор, а на самом лезвии Ганги и вовсе взметнулась яростным пламенем. «Тэсан». Тэсан — это уникальная способность, позволяющая управлять землей. В процессе подчинения стихии мастер также учится направлять жизненную силу, сокрытую в недрах, а через нее — воздействовать на призраков. Однако первоосновой техники всегда оставалась сама Земля. Испокон веков она считалась истоком жизни и символом непоколебимой мощи. Ли Джиён черпала силу из самой почвы. Ее ноги, словно корни, впились в грунт, втягивая в тело потоки маны и жизненной энергии земли. Раздался резкий скрежет. Рукоять топора завибрировала, словно готовая рассыпаться в щепки. Между ладонями и древком послышался жуткий треск. Стиснув зубы до боли, Ли Джиён сделала замах. Лезвие с гулом рассекло воздух и обрушилось вниз. Удар пришелся прямо по голове наседающего призрака. Гро-о-ом! — Кх!.. Голова змеи, припечатанная топором, глубоко ушла в землю. Ударная волна подняла настоящий шторм. Земля взметнулась фонтаном, а и без того чахлые деревья лопались пополам и разлетались в щепки. Но Ли Джиён некогда было переводить дух. Не дожидаясь, пока осядет пыль, она отпрыгнула в сторону. Хруст! Туда, где она стояла мгновение назад, вонзилось острое, как клинок, окончание хвоста. «Твердый...!» Руки онемели. Ладони била мелкая дрожь, казалось, кости вот-вот не выдержат и сломаются. Ли Джиён бросила взгляд на свои руки. Крош... В ее руках осталось лишь обломанное древко. От столкновения верхняя часть топора разлетелась вдребезги. — Кха-а-а-ак! Впрочем, удар не прошел бесследно. Змея вскинула голову, и на ее морде зияла глубокая рана — прямое доказательство силы Ли Джиён. Но ранение не было смертельным. Лицо девушки исказилось. Первый удар, в который она вложила всю мощь Тэсана, не смог прикончить тварь. «Примерно четвертый ранг? Не Альфа». Ли Джиён хладнокровно анализировала ситуацию, оценивая скорость противника и прочность его шкуры. По физическим показателям этот монстр находился в нижней части четвертого ранга. Обычно такие существа становятся Особями класса Альфа во втором типе подземелий, а в Магических землях они способны удерживать под контролем целые территории. Разрыв в силе не был безнадежным. Ее удары достигали цели. Если продолжать методично атаковать, тварь в конце концов падет. Ли Джиён никогда не охотилась на четвертый ранг в одиночку, но знала, что это возможно. «Однако...» По спине пробежал холодок. Прежнее чувство опасности теперь казалось детской забавой по сравнению с тем, что она ощутила сейчас. Змея захлопнула пасть, и ее челюсти неестественно раздулись, будто она что-то набрала в рот. Сквозь дыры в гнилой плоти начала сочиться вязкая субстанция. Ш-ш-ш-ш... Черная жидкость с густым зеленым отливом... и сопровождающий ее едкий дым. Этот яд был несравнимо опаснее всего, с чем они сталкивались до этого. — В сторону! — выкрикнула Ли Джиён, отталкиваясь от земли. Члены команды, сохранявшие строй, пока она сражалась, мгновенно разлетелись в разные стороны. Змея сощурила вертикальные зрачки и разомкнула челюсти. Хлынуло зеленое Цунами. Пространство, уже погрузившееся в сумерки, окрасилось в ядовито-изумрудный цвет. Пни, оставшиеся от поваленных деревьев, мгновенно растворились в этой жиже, не оставив и следа. Но и это было не всё. Жидкость испарялась, выбрасывая в воздух облака токсичного газа. Сначала на землю обрушился поток, а затем ядовитые пары начали стремительно расползаться во все стороны. Почва, залитая ядом, буквально таяла, оседая всё ниже. Те участки, куда жидкость не дотекла, пропитывались миазмами, гнили и превращались в труху. Небо окрасилось в темно-зеленый, словно наливаясь ядом. С-с-с-с... Змея и не думала закрывать пасть. Поток яда не ослабевал, казалось, прорвало гигантскую дамбу. Всё живое вокруг погибало. Зона поражения увеличивалась в геометрической прогрессии, и даже те места, куда яд еще не добрался, уже были отравлены смертоносным газом. Едва успев спастись, курсанты стояли на возвышенности, которую Ли Джиён успела поднять из земли, и в оцепенении смотрели на это ядовитое Цунами. — ...Безумие какое-то, — пробормотала она. Ее лицо было бледным, как у мертвеца. Остальные выглядели не лучше. Даже здесь, на расстоянии, они чувствовали, как ядовитые испарения обжигают легкие. «...Это существо». Эта змея — призрак. Трупная марионетка, созданная путем насильственного вживления духа в мертвое тело. Как ни крути, такая тварь должна быть слабее, чем при жизни. Конечно, с помощью различных манипуляций можно поднять ее мощь, но она редко превосходит оригинал. Более того, на этой змее не было следов какой-то сложной обработки. Напротив, она выглядела крайне нестабильной. Даже при беглом осмотре были видны пустые глазницы, нехватка чешуи и кусков плоти. Эти пустоты заполняла черная манера и ошметки мелких призраков. Любой бы понял, что существо едва держится. Ли Джиён, сведущая в некромантии, видела, что сама структура этого призрака напоминает лоскутное одеяло. И если даже в таком плачевном состоянии эта Трупная марионетка соответствует четвертому рангу, то... «Кем же она была при жизни?» Ли Джиён похолодела. «Подождите». Внезапная догадка заставила ее внимательнее присмотреться к призраку, извергающему яд. Змея. Огромная, в несколько раз больше торгового центра. Темно-зеленая чешуя и жуткие желтые глаза. Массивное костяное лезвие на хвосте, раздвоенная шея... И, самое главное, бесконечный поток яда из одной уцелевшей пасти. Она видела это описание. В учебниках истории и в классификации высокоранговых монстров. Третий ранг. Темно-зеленая чешуя. Две головы. Смертоносный яд. «Двуглавый ядовитый дракон...» Альфа Третьего ранга. Чудовище, которое когда-то едва не стерло с лица земли целый Китай. И теперь этот монстр вернулся в облике призрака. С-с-с-с... Времени на раздумья не осталось. Извергнув очередную порцию яда, дракон тряхнул головой и повернулся в сторону Ли Джиён. Расстояние между ними начало стремительно сокращаться. Зрелище приближающейся твари, за которой следовала волна ядовитой жижи, внушало первобытный ужас. Ли Джиён чувствовала, как жизнь вокруг угасает. Она ощущала, как гибнут деревья, как мгновенно исчезают мелкие призраки, едва коснувшись яда. Инстинкт самосохранения буквально кричал ей бежать. Физически дракон сейчас был на уровне слабого четвертого ранга. Не Альфа. Ли Джиён могла бы его убить. Если учитывать только физическую силу. Но эта уникальная способность... этот яд? Его не победить. К нему даже не подобраться, пока он окружен ядовитым облаком. Найти кукловода? Но разве дракон даст ей это сделать? И даже если она найдет некроманта, сумевшего поднять такую тварь, бой не будет легким. Разум подсказывал: вступать в бой сейчас — чистое самоубийство. Нужно отступать. Запрос о помощи в родное поместье уже отправлен. Несмотря на помехи в мане, сигнал должен был дойти. Ассоциация тоже не могла не заметить такой переполох. Ли Джиён обернулась к своим людям, чтобы отдать приказ. — ...Отступаем... Слова застряли в горле. В поле ее зрения попала девочка, которую один из курсантов держал на руках. Ребенка рвало прямо на землю. Это была та самая девочка, которую спас Безликий. Ее лицо приобрело землистый оттенок, кожа потемнела. Взгляд был расфокусирован, зрачки дрожали, а кончики пальцев начали коченеть. Симптомы отравления. Несмотря на защиту магии и уникальных способностей команды, ребенок надышался ядовитыми парами. Только благодаря защите она не погибла мгновенно, но яд уже начал действовать. Один из курсантов пытался влить в нее антидот и использовал исцеляющие способности, но видимых улучшений не было. «......» Отступать всем вместе? С Двуглавым ядовитым драконом на хвосте? — Твою мать. Ли Джиён в очередной раз выругалась. Голова раскалывалась. Больше всего на свете ей хотелось бросить всё и бежать. Инстинкты вопили об опасности, и кто бы на ее месте не захотел спастись? Но на ее плечах лежал груз ответственности наследницы семьи Тэсан. И она была командиром первой группы в этой поисковой операции. — Передайте приказ. Всем членам команды немедленно отступать вместе с гражданскими. — А как же вы, госпожа? — с тревогой спросил один из курсантов. Ли Джиён перевела взгляд на приближающегося дракона. Ей было страшно. Очень страшно. — Я задержу его на время и отступлю позже. Наследница Тэсана, командир группы, не имела права поступить иначе. — Госпожа! — Ни в коем случае! — Лучше мы останемся... — Всем заткнуться. Пока я сама вас не прикончила за неподчинение приказу. Протесты вспыхнули мгновенно, но у нее не было сил на мягкие уговоры. Ли Джиён ледяным тоном оборвала их и посмотрела на командиров второй и третьей групп. — Командиры, перегруппируйтесь, прорывайте окружение и уходите. Как только выйдете, займитесь лечением пострадавших, подайте экстренный сигнал в Ассоциацию и приступайте к эвакуации гражданских. — Но!.. — ...Не смотрите на меня так, будто я иду на верную смерть, — смягчившись, добавила она, видя в их глазах искреннюю скорбь и тревогу. — Я тоже умею бегать, поэтому и говорю это. С этими словами Ли Джиён синхронизировала свое зрение со зрением призрака-разведчика. В глубине того самого каньона, который она видела раньше, в воздухе колыхался призрачный туман... Вход в подземелье. ◆ ◆ ◆ Мои волосы стали совершенно белыми. Я проверял несколько раз, но цвет не возвращался. «Это еще что такое?» Я потирал пряди, не в силах скрыть недоумение. Совсем недавно они были черными, а теперь — белоснежные. Судя по Наблюдению, изменения начались минут десять-пятнадцать назад. И процесс всё еще продолжался. Для седины это было слишком быстро. Да и вряд ли волосы могут вот так запросто менять цвет сами по себе. «Постойте-ка». Я снова коснулся волос. Этот оттенок казался мне знакомым. У белого цвета множество нюансов, порой неразличимых глазом, но этот был особенным. Его трудно было спутать. «Цвет почти такой же, как у Се Юль». Чистый, как свежевыпавший снег, с едва уловимым перламутровым сиянием... волосы, которые казались чем-то неземным. Сейчас они не переливались всеми цветами радуги, но Наблюдение подтверждало: сходство практически полное. Такие таинственные волосы были только у Се Юль, ведь она не человек, а эльф. И теперь мои волосы становились такими же. «Я думал, что курсант Ли Ха Юль — не человек, а эльф». Слова, которые до сих пор вызывали у меня странное чувство... «Да ладно». Я еще немного потеребил пряди и снова погрузился в озеро. В конце концов, мое тело и так было странным: раны заживали сами собой, а раздробленная нога и вовсе регенерировала. Смена цвета волос на этом фоне — сущая ерунда. Я ушел под воду по самые ноздри. Буль-буль... Пуская пузыри, я лениво создавал на поверхности воды маленькие водяные шарики. Сейчас все мои силы были сосредоточены на поглощении маны. Мне не хотелось тратить энергию на что-то другое. «Скоро должно появиться Доказательство защиты». Я перевел Наблюдение на водопад в углу озера. Несмотря на внушительные размеры, поток воды был на удивление спокойным, поэтому на поверхности озера едва виднелась рябь. За стеной воды скрывалась небольшая пещера. Именно там должно было появиться Доказательство защиты. Если сверяться с сюжетом оригинала, время как раз пришло. «Нужно скорее возвращаться к Се Юль...» Я и так задержался. Если поспешу, то смогу провести с ней хотя бы несколько дней. От легкого нетерпения я стал пускать больше пузырей. В этот момент духи, разлетевшиеся по округе, начали возвращаться один за другим. «Быстрее, чем я думал...» Они кружили над водой, окрашивая поверхность озера в разные цвета. Мне показалось, что духи стали выглядеть ярче и радостнее, чем прежде. Впрочем, в этом не было ничего удивительного. «А это еще кто?» Странно было то, что количество светящихся огоньков заметно увеличилось. Я отправлял около сотни, а вернулось почти три сотни. С недоумением я ткнул пальцем в духа, который кружил прямо перед моим носом. Синий дух воды, словно от щекотки, затрепетал и немного отлетел. К слову, с этим духом я контракт не заключал. Чей же он? «Вы кто такие?» Я послал этот мысленный вопрос, но ответа не получил. Лишь волны простых эмоций: «Приятно», «Погладь еще», «Щекотно»... Низший дух не обладает развитым самосознанием, поэтому полноценное общение с ним невозможно. «...Может, заключить контракт?» Я проверил объем своего «сосуда». Места было предостаточно. Я остановился на сотне духов не из-за предела сил, а просто потому, что больше не нашел. Лишние контракты никогда не помешают. Я уже потянулся к духу, чтобы начать процесс, как вдруг... У-у-у-ум! Озеро всколыхнулось. Словно от серии мелких подземных толчков, по воде пошли круги, и она окрасилась в желтый цвет. Точно такой же оттенок был у листьев, плавающих на поверхности. «Началось». Это был сигнал появления Доказательства защиты. Игровой механизм, требующий от игрока провести в озере несколько дней — утомительно, но просто. Не прошло и десяти секунд, как вода вернула свой прежний цвет. Однако Наблюдение зафиксировало изменения в пещере за водопадом. Обрадованный, я направился к водопаду, который находился на противоположной стороне. Я пересекал озеро, пробираясь сквозь желтые листья и разноцветные огоньки духов. На самой середине глубина была такой, что вода доходила мне до подбородка. У-у-у-у-ум! «?» Озеро снова содрогнулось. Волна ударила мне в лицо. «Что за...» Этот механизм должен срабатывать лишь однажды. Я замер, озираясь по сторонам. Опасаясь непредвиденных осложнений, я активировал Наблюдение на полную мощность. Духи, почувствовав мою тревогу, засуетились, готовые отразить любую угрозу. Треск «?» Наблюдение зафиксировало аномалию. Пространство буквально раскололось. Прямо надо мной небо дрогнуло, и из него что-то вывалилось. [«Огонь! Нет, стоять!»] Я уже был готов обрушить на цель целый град заготовленных заклинаний, но в последний момент в ужасе отменил приказ. Духи, собиравшиеся ударить всеми стихиями сразу, тоже испуганно сжались. Человек, которого выплюнул пространственный разлом, был мне знаком. «Ли Джиён?» Одна из главных героинь, наследница Тэсана. Человек, с которым я планировал встретиться только во втором семестре, почему-то оказался здесь, в Озере маны. Я слышал, что в последнее время она была в Китае... но никак не ожидал увидеть ее здесь. Да еще и в таком состоянии — вся в ранах. Ли Джиён безвольно падала вниз. Кажется, она была в сознании, но не могла пошевелиться. Я активировал Магию левитации. Девушка, которая под действием гравитации должна была рухнуть в центр озера, плавно замедлила падение. Я уже протянул руку, чтобы подхватить ее, но вовремя остановился. У меня всего одна рука, да и та короткая, а мой рост... Хруст Мой рост... В общем, ловить ее самому было бы не слишком удобно. С досадой я активировал Небесное оперение. Несколько белоснежных лент бережно подхватили Ли Джиён. — Ох... нет... не хочу умирать... Я уже собирался вынести ее на берег, как тело Ли Джиён вздрогнуло. Словно мучимая кошмаром, она затрепетала веками и медленно открыла глаза. Ее темно-зеленые глаза были полны недоумения. Она явно не понимала, что происходит. Обведя взглядом окрестности, она остановила взор на мне. — ...А... — сорвался с ее губ едва слышный вздох. — ...Господин ангел? «?» Она что, головой ударилась? ---------- Фея и дровосек (3) Культ Бога Смерти пустил глубокие корни в Китае. Огромная каверна, вырубленная в глубоком подземелье, была погружена во тьму. Здесь располагалась главная цитадель, откуда велось управление сотнями филиалов и где пребывал сам глава — Кёльвон. Мрак здесь царил всегда, но сейчас исчезли даже те скудные источники света, что были раньше. Лицо Кёльвона, скрытое тенью, исказилось от боли. Хруст! Внутри его тела раздался резкий звук разрыва. Словно что-то вывернулось и сломалось, не выдержав нагрузки. Он широко распахнул глаза. Сосуды лопнули, и в темный обзор плеснуло багровым. Кёльвон стиснул зубы. — Кх... Гр-р-р!.. Сквозь сжатые челюсти просочилась кровавая пена. Все из-за того, что он применил некромантию, далеко выходящую за пределы его возможностей, и продолжал поддерживать ее действие прямо сейчас. Все должно было быть иначе. В таких неблагоприятных условиях он и не помышлял о реализации плана. Труп Двуглавого ядовитого дракона достался ему с огромным трудом. Тело было повреждено, и он по крупицам собирал останки, чтобы заполнить недостающие части. Жертв тоже не хватало. Чтобы вопреки законам природы поднять существо, чей уровень на голову выше твоего, требовалась соразмерная плата. Он основывал филиалы в разных районах Китая. Посылал последователей, чтобы те собирали «насекомых» для жертвоприношения. Однажды Ассоциация едва не схватила его за хвост, и он был на волосок от гибели, но сумел ускользнуть. После этого он действовал предельно осторожно. Снизил качество и количество жертв, замедлив выполнение плана. Вложил все силы в безопасность и секретность. И все же в последнее время какие-то безумцы начали врываться в его владения и громить филиалы, поставлявшие подношения. Кёльвон был в ярости, кровь закипала в жилах, но он терпел, стискивая зубы до скрежета. Ничтожество по прозвищу Безликий. Он оказался слишком силен, чтобы обычные адепты могли его убить. К тому же ходили слухи, что он из исполнительного департамента Ассоциации. Если бы Кёльвон лично выступил против него, был риск снова выдать себя. Ублюдки из Тэсана. Даже их наследник притащился сюда и устроил погром. Кёльвон мог бы убить её, выйди он сам. Но последствия были бы невыносимы. Если он это сделает? Тогда вся мощь Ассоциации, вновь взявшей след, и Тэсана, потерявшего преемника, обрушится на эти земли. Поэтому он терпел. Он готовился снова уйти в глубокое подполье. Это было унизительно, но он ждал десятилетиями. Мог подождать еще несколько лет. Но Бог ниспослал откровение. [«Не прячься. Исполни план немедленно. Убей наследника Тэсана и, что важнее, это ничтожество — Безликого». ] Поэтому он начал ритуал. И теперь Кёльвон принимал на себя отдачу за деяние, превышающее его силы. — Гр-р-р!.. Зрение затуманилось. Сознание начало ускользать. В кромешной пустоте он увидел приближающуюся смерть. Это не пугало его. Напротив, для Кёльвона, поклоняющегося Богу Смерти, конец жизни был не чем иным, как входом в долгожданный рай. Это событие следовало приветствовать, но не сейчас. Он еще не исполнил откровение. Это была воля, переданная самим Богом Смерти. Чего бы ни стоила эта Жертвенность, он обязан исполнить волю. Кёльвон был готов в любой момент отдать жизнь ради мученичества, но его способностей не хватало для завершения миссии. То, что изначально было невозможным, свершилось лишь благодаря божественному покровительству. На мгновение он превзошел свои лимиты и проявил некромантию. В него вошла чужая, бесконечно высокая сила. Ритуал призыва призрака, который никогда не должен был увенчаться успехом, завершился удачей. Пусть и в ослабленном виде, но он смог превратить Двуглавого ядовитого дракона в призрака и подчинить его. Взамен пришла чудовищная отдача. — Гх-а-а-а!.. Внутренности выворачивало наизнанку. Магические цепи со скрежетом перекручивались, ядро трещало. Нахлынула боль, будто все тело пропустили через мясорубку. Казалось, стоит на миг потерять концентрацию, и его разорвет на куски. Лицо непроизвольно кривилось от хаотичного столкновения маны и сопротивления призрака внутри него. «Отдача... сильнее, чем я ожидал». Некромантия — это сложнейшее искусство, требующее умения манипулировать телом, утратившим жизнь, и управлять душой, извлеченной из этого трупа. Тем более, когда целью был Двуглавый ядовитый дракон, чей ранг при жизни определялся как Третий ранг Альфа. Даже при полной готовности это было бы невероятно трудной задачей. Но он провел ритуал призыва призрака, будучи подготовленным лишь наполовину. Останков дракона не хватало. Многие части были утеряны. Самое главное — не удалось восстановить одну из голов, в которой должна была таиться уникальная способность. Жертв тоже было недостаточно. Хотя он собрал немало, нехватка подношений привела к значительному снижению качества. Нагрузка на заклинателя возросла вдвое. Кёльвон повернул голову. Позади него на полу лежали тела последователей. Все они поклонялись Богу Смерти и в какой-то мере владели некромантией. Все мертвы. Они погибли мгновенно, не выдержав и секунды. По сути, они были лишь расходным материалом, призванным облегчить бремя Кёльвона. Они приняли мученическую смерть с восторгом, радуясь, что их жизни приносятся в жертву Богу. И все же Кёльвон сам стоял на пороге смерти. Если бы не эти мученики, ставшие подношением, он бы тоже не выдержал и взорвался. — Ну и жалкое же зрелище. Сразу и не разберешь, кто тут труп. В уши Кёльвона вонзился беззаботный голос. Это произошло одновременно с тем, как сквозь звон в ушах послышались отчетливые шаги. К Кёльвону, в круг слабого света, не спеша вышел мужчина. Тусклые блики осветили его. Проступили ярко-красные глаза и такие же алые волосы. — Ц-ц-ц... Взгляд мужчины скользнул по мертвым адептам. На их коже проступали лопнувшие от избытка маны цепи, ставшие черными от некроза. Они лежали в лужах крови, излившейся из всех отверстий на лицах. Мужчина поморщился. Называть «вот это» мученичеством... Эти психи совсем лишились рассудка. — Что... тебе... нужно?.. — с трудом выдавил Кёльвон. Сейчас даже говорить было для него непосильным трудом, пока он сдерживал отдачу. — Да так, ничего особенного. Слышал, тут шумят вовсю, вот и заглянул поглазеть. Ответ на слова, стоившие Кёльвону колоссальных усилий, был издевательски легкомысленным. Лицо главы культа исказилось еще сильнее. — О, оно может кривиться еще больше? Потрясающая рожа. — Безумец... Неужели... ты не видишь... важности Великого Дела? — Для тебя оно, может, и великое, а для нас — так, ерунда. Не приплетай нас к своим делам. — Чушь... Твой Бог... тоже... должен желать войны... А значит... — Бог? Кёльвон внезапно замолчал, прерванный на полуслове. Мужчина, остановивший его, непонимающе моргнул. Затем, словно осознав смысл сказанного, он приоткрыл рот и издал короткий смешок. — Бог? Ты это серьезно? Ха-ха! Он расхохотался. Громкий смех разнесся по каверне. От этого высокого звука, бьющего по вискам, Кёльвон болезненно сморщился. — Сумасшедший. Поклоняешься такой дряни, называя ее богом. От этих слов лицо Кёльвона превратилось в кошмарную маску. Хруст! Он так сильно стиснул челюсти, что и без того треснувшие зубы издали жуткий звук. Кёльвон уставился на мужчину широко распахнутыми, налитыми кровью глазами. — Тварь!.. Следи... за своим... поганым языком!.. — Ишь, раскомандовался. С чего это ты взъелся? Это мне должно быть противно. Не смей ставить меня в один ряд с такими фанатиками, как ты. Умирающий Кёльвон выпустил жажду убийства. Аура некроманта, достигшего вершин мастерства, заполнила пространство. Обычный человек мог бы лишиться чувств от одного лишь присутствия этой силы. Но мужчина перед ним даже не дрогнул. Напротив, он усмехнулся и выпустил встречную волну давления, мгновенно подавив ярость Кёльвона. Бум! Стены каверны содрогнулись от удара. С потолка посыпалась крошка. — Кх... — Каким бы «тигром без зубов» я ни был, неужели ты думал, что я уступлю такому затворнику, как ты? — мужчина издевательски скривил губы. — Если хочешь дотянуть свои жалкие мгновения, сиди смирно. А то я могу и пришибить тебя раньше, чем ты сдохнешь сам. Я здесь просто посмотрю и уйду. Кёльвон умирал. И скоро умрет окончательно. Конечно, от его действий зависело, сколько он еще протянет: дни, недели... или всего лишь часы. Мужчина видел, что счет на месяцы точно не идет. Наступило недолгое молчание. — Ха. Тишина прервалась. Кёльвон, пуская кровавую пену, издал сухой смешок. — Смешно. — А? — Мужчина моргнул. «Он что, действительно хочет поскорее сдохнуть?» — Ты ведь... всего лишь раб... привязанный к своему Богу... Ты не сможешь... убить меня... по своей воле... — ...... Лицо мужчины мгновенно похолодело. Жажда убийства не проявилась, но его взгляд стал абсолютно пустым. Он шевельнул рукой. Но в тот миг, когда он потянулся к мечу на поясе, его рука замерла. Она застыла, словно схваченная чем-то невидимым в самом воздухе. Пуд-ык. На тыльной стороне ладони вздулись вены. Пальцы мелко задрожали. — Вспых! Вспыхнуло пламя. Густое, вязкое багровое пламя заплясало в его хватке. Однако рука так и не сдвинулась с места. — ...Ублюдок. Мужчина тихо выругался. Это было адресовано и старику, посмевшему глумиться над ним, и той чертовщине, что посмела его контролировать. Он расслабил руку. Пламя погасло. И тогда сила, сковывавшая его движения, исчезла. — Тьфу, черт. Глядя на твою рожу, ты и так скоро сдохнешь. Пойду я отсюда. Мужчина, скривившись, развернулся. Кёльвон бросил ему в спину: — Не волнуйся... Я исполню откровение... и уйду в рай. Шаги мужчины замерли. — Исполнишь и уйдешь?.. Ну, не знаю. Что-то мне подсказывает, что ничего ты не исполнишь. — ...На каком основании... ты смеешь... отрицать волю Бога? Мужчина на мгновение задумался, затем обернулся и мельком взглянул на Кёльвона. — Просто предчувствие. — ...Безумец. На этот ответ, не заслуживающий даже внимания, Кёльвон лишь снова исказил лицо в гримасе. ---------- Том 1 Глава 151 — Ангел?.. «Похоже, она головой ударилась». Глядя на Ли Джиён, которая, едва увидев меня, принялась звать ангела, я пришел именно к такому выводу. Впрочем, неудивительно — она была вся в ранах. Видимо, ее крепко приложили по затылку: в волосах запеклась кровь. Должно быть, из-за помутнения рассудка она и несет этот бред. — Господин ангел... я умерла?.. «Сначала нужно ее подлечить». — Ах... я не хочу умирать... «Да не умерли вы...» Оставлять раненую без помощи было нельзя, поэтому я первым делом выбрался из озера. Ли Джиён парила в воздухе, бережно подхваченная Небесным оперением. Я переносил ее с предельной осторожностью, боясь, как бы раны не раскрылись еще сильнее. Я опустил ее на траву, которую предварительно щедро окропил магией очищения. — А, а-а?.. В этот момент затуманенный взор Ли Джиён прояснился. — Ч-что... Она тупо уставилась на меня, и вдруг ее тело пробила дрожь. Глаза лихорадочно забегали, веки затрепетали — она явно не знала, куда деть взгляд. Следом ее лицо залило пунцовой краской. Она заерзала на месте, извиваясь словно гусеница. Нахмурившись от столь странного поведения, я слегка прижал ее к земле с помощью Небесного оперения, чтобы она перестала брыкаться. — Это... нет, послушайте... «Подождите, не дергайтесь...» — О-одежда... «...вы... Одежда?» Внезапная догадка заставила меня замереть. Ли Джиён прикрывала глаза ладонями. ...Откуда я только что вышел? Из озера. А в каком виде я туда входил? Я замер с приоткрытым ртом и украдкой активировал Наблюдение. Впрочем, в этом даже не было нужды: порывы ветра, касавшиеся голой кожи, говорили сами за себя. «А». Я же сейчас совсем без одежды. На мне не было ничего, кроме Небесного оперения. Ни Ожерелья откровения, ни вещей. Неловко почесав затылок, я поспешил к камням, на которых оставил свою одежду. ◆ ◆ ◆ На то, чтобы одеться, ушло меньше минуты. Нужно было лишь наскоро стряхнуть воду с тела и волос, а затем накинуть вещи. За это короткое время Ли Джиён, кажется, окончательно пришла в себя и теперь усиленно обмахивала лицо ладонями. «......» Подозреваю, что мое лицо сейчас пылало не меньше ее. Какое позорище при первой же встрече. Хуже и не придумаешь. К тому же она увидела мои уродливые шрамы от ожогов. Вдруг ей стало противно?.. «Если из-за этого ее Благосклонность упала на дно, что мне делать... Мне еще нужно просить ее насчет Се Юль, а тут такое...» Не повезло. И надо же было столкнуться именно здесь. [Здравствуйте] — А, а! Да-да!.. Здравствуйте! Э-э... младший Ли Ха Юль? [Да] [Старшая Ли Джиён] — Э-э... кхм! Спасибо, что поймали меня. Еще немного, и я бы разбилась. Я попытался скрыть досаду и подошел к ней. Ли Джиён, которая до этого изучала взглядом далекие горы, вздрогнула и поклонилась в ответ. ...Судя по ее реакции, первое впечатление было безнадежно испорчено. Я уже собирался в очередной раз тяжело вздохнуть про себя, как вдруг Ли Джиён резко распахнула глаза и попыталась вскочить. В ту же секунду она болезненно поморщилась — раны дали о себе знать. [Вам нельзя так резко двигаться] [Раны открылись] [Вам нужно немного отдохнуть и восстановиться] — Нет, на это нет времени! Несмотря на мои уговоры, Ли Джиён с тревогой озиралась по сторонам. Она выглядела так, словно прямо сейчас искала выход, чтобы покинуть подземелье. Глядя на нее, я почувствовал, как меня охватывает дурное предчувствие. Благодаря Полномочию наблюдения я мог точно оценить тяжесть ее состояния. Ли Джиён была покрыта ранами. Гематомы и переломы от тяжелых ударов соседствовали с глубокими порезами, будто от огромного меча. И это не считая множества других мелких повреждений. Ранения не были смертельными. Сверхчеловек, в отличие от обычного человека, обладает крепким телом. К тому же Ли Джиён была наследницей Тэсана. Земля, которой управляет Тэсан, переменчива. Стоит воздвигнуть ее перед собой — и это несокрушимая преграда, обернуть вокруг тела — и это вечная броня. Сжать в руках — и это палица, уплотнить для защиты — и это щит. И это еще не все. Почва, камни, травы, деревья, пустившие корни в землю, существа, живущие на ней... Земля полна жизненной силы. Тот, кто пробудил Тэсан, управляет землей. Он чувствует и направляет заключенную в ней жизненную энергию. Жизненная энергия — это первоисточник жизни. Если впитать ее в себя, регенерация тела возрастает до предела. А если довести этот навык до уровня Расширенной способности, можно достичь сверхрегенерации. Таков Тэсан с его защитой и восстановлением. И Ли Джиён обладала талантом, равного которому почти не знала история ее семьи. И все же на ней накопилось столько ран. Даже сейчас она бессознательно черпала энергию земли для исцеления, но процесс шел слишком медленно. И что важнее всего... «Отравление?» Это были не просто травмы — по всему ее телу распространялся яд. Как только я заметил его через Наблюдение, по затылку пробежал холодок. Дело плохо. Это не обычный токсин. Присмотревшись, я понял: раны заживают так медленно именно потому, что жизненная энергия уходит на нейтрализацию этого яда. «...Яд?» Интуиция взвыла, подавая сигнал об опасности. В голове промелькнула мысль о том, что не должно было... не могло произойти. — Двуглавый ядовитый дракон. Имя монстра, который стоял в центре моих худших опасений, сорвалось с губ Ли Джиён. — Сейчас снаружи бесчинствует Двуглавый ядовитый дракон, переродившийся в призрака. [Вот же проклятье] — Что? [Оговорился] Ли Джиён, только что лихорадочно озиравшаяся, замерла и захлопала глазами. Она явно засомневалась, не послышалось ли ей. — Вы сейчас... [Забудьте. Нужно скорее выбираться] — А... да, конечно. Ли Джиён озадаченно склонила голову, но все же поднялась. Если ее слова — правда, то ситуация критическая. Сейчас не время прохлаждаться в озере. Нужно немедленно выходить и разбираться в происходящем. — Я точно помню, что падала с неба... Она закинула голову, глядя ввысь. Наверняка искала выход, но, к сожалению, его там не было. Вход и выход в Озеро маны открываются случайным образом с интервалом примерно в три-четыре дня. О том, что случилось с Ли Джиён, я уже догадался: спасаясь от Двуглавого ядовитого дракона, она прыгнула в ущелье, которое приняла за вход в подземелье. Оставим в покое ее безрассудную смелость, вопрос в другом — как она вообще смогла попасть в Озеро маны? «...Вход открылся лишь на мгновение». Благодаря Полномочию пространства я мог считывать само пространство... и подземелья, являющиеся своего рода подпространствами. Буквально только что портал открылся, Ли Джиён влетела в него, и он тут же захлопнулся. Но оставался один вопрос. По словам Ли Джиён, дракон преследовал ее. Почему же он не вошел следом? Решил, что она погибла, прыгнув в ущелье? Или прыгнул за ней, но ему просто не повезло — вход закрылся прямо перед его носом?.. От этой мысли я побледнел. Еще секунда — и Двуглавый ядовитый дракон свалился бы с неба вслед за ней. О последствиях не хотелось даже думать. [Я знаю, где выход] [Идите за мной] При моих словах лицо Ли Джиён просветлело. Раз уж я могу открыть выход, это не было ложью. Я развернулся и зашагал вперед, Ли Джиён последовала за мной. Мы направились к пещере, скрытой за водопадом. «Даже если придется спешить, Доказательство защиты я заберу с собой». Обойдя озеро, мы приблизились к водопаду. Потоки воды падали спокойно, почти не поднимая брызг. Однако, чтобы попасть внутрь, нам неизбежно пришлось бы промокнуть. Я уже собирался применить магию ветра, как вдруг... — У-у-унг!.. [О...] [Спасибо] ...Прежде чем я успел что-то сделать, дух воды сам изменил траекторию потока. В стене воды образовалась огромная брешь, обнажив вход в пещеру. Дух воды закружился возле моих пальцев. Улыбнувшись его милому желанию помочь, я легонько погладил его кончиком пальца. Почувствовав удовлетворение, дух тут же исчез. Я легко запрыгнул внутрь пещеры. — Это?.. Ли Джиён, увидев одиноко стоящий в глубине объект, озадаченно наклонила голову. В центре пещеры находился каменный алтарь, украшенный геометрическими узорами. На нем лежал правильный куб. Материал был прозрачным, словно стекло, а внутри куба теплился мягкий желтый свет, будто там заперли само солнце. Это и было неактивированное Доказательство защиты — одна из главных целей моей вылазки. Я посмотрел на него со сложным чувством. «...Смогу ли я его активировать?» Это было «неактивированное Доказательство защиты». То, что я его нашел, еще не означало, что я смогу им воспользоваться. Доказательство защиты само выбирает себе хозяина. Артефакт оценивает пользователя, и если тот не проходит проверку, он превращается в обычную безделушку — красивый предмет искусства, бесполезный в бою. Насколько я помнил, главным критерием была склонность души. В описании статуса говорилось, что артефакт признает лишь тех, кто принадлежит к стороне Добра, пройдя строгий отбор. В оригинальной истории я впервые получил Доказательство защиты в девятом круге, когда был в роли Злодея. Тогда я напрочь отбросил путь Добра и с размахом прокладывал путь Первопроходца по злодейскому маршруту. Разумеется, Доказательство защиты, требующее доброй воли, мне тогда не подчинилось. В итоге в том круге я просто сбыл его на черном рынке. «А сейчас... получится?» Я не был уверен. Я знал лишь, что важна склонность к Добру, но не представлял, как именно проходит проверка и насколько «добрым» нужно быть. И главное — считаю ли я сам себя таковым? Честно говоря, я никогда не был по-настоящему хорошим человеком. Я не был из тех, кто, подобно истинным праведникам, не раздумывая бросается на помощь другим, забывая о собственной выгоде. «...Ладно, для начала заберу его». В любом случае, добыча есть добыча. С тяжелым сердцем я подошел и взял куб в руки. «Если не смогу использовать сам... восстановлю руку позже, а этот продам на аукционе или отдам кому-нибудь...» — У-унг! В тот же миг куб мелко задрожал. «Что за?..» Мысли внезапно спутались. Прошлое пронеслось перед глазами, словно кадры кинохроники. Казалось, некая сила заглядывает в самую глубину моей памяти. Детство, пожар, приют, издевательства, снова пожар, изгнание, жизнь в обществе, круглосуточный магазин, авария, ноги... М-м... Этот мир, проклятие, Сиёлам, рост, дорогие мне люди. Хм?.. Шихаллион, Аэрус, мирные жители, отрицание, решимость, действие, смерть, облегчение... ...О-о... — Щелк. Раздался звук, похожий на поворот ключа в замке. Точнее, это не был звук — просто такое ощущение. В ту же секунду куб начал таять. Он распался на бесчисленные частицы света. Желтые искры ливнем устремились к моему пустому левому плечу. Световое облако, облепившее плечо, начало постепенно вытягиваться вниз. Казалось, тысячи светлячков облепили мою левую руку. Вскоре частицы света рассеялись. Вместо них пришло ощущение. В пустоте, где раньше ничего не было, теперь что-то появилось. Белоснежный, массивный протез... «...Неужели он активировался?» Так просто? С ошеломленным видом я постучал по протезу, который теперь заменял мне левую руку. ---------- Двуглавый ядовитый дракон (1) Восьмое прохождение стало тем разом, когда я впервые обнаружил Озеро маны. На девятом прохождении я разгадал его секрет и впервые получил Доказательство защиты. Я до сих пор помню информацию об артефакте, которую тогда выдала шкала измерений. [Система коррекции игрока: Измерение] ▶ Объект: Доказательство защиты ▶ Элементы: «Артефакт», «Высший ранг», «Протез»... ▶ Встроенное полномочие: «Защита» ▷ Подробное описание: ??? (Не разблокировано) — Есть! Сработало!.. Я вскинул руки в восторге, чувствуя, как кончики пальцев покалывает от эйфории. Выпал артефакт высшего ранга, который днем с огнем не сыщешь. В тот раз за мою голову назначили награду, и я пустился в бега. Я заглянул на Озеро маны лишь для того, чтобы немного поднять характеристику маны, пока прячусь, и тут... Такая удача! «И что это за свойства! Выглядит потрясающе!» Защита. Охранять и оберегать. С первого взгляда ясно, что это способность оборонительного типа. К тому же высший ранг и тип снаряжения — протез, который можно носить как часть тела!.. Мои глаза невольно заблестели. В то время из-за приказа об уничтожении меня травили без остановки, я только и делал, что получал тумаки. Если я надену хотя бы это, мой персонаж перестанет превращаться в кровавое месиво при каждой стычке! С этой мыслью я, широко улыбаясь, нажал «Экипировать». — Динь! [Артефакт «Доказательство защиты» оценивает пользователя] ... [Система коррекции игрока: Измерение] ▶ Титулы: «Злоба коварного наваждения» «Хищник» «Демон массовых убийств» «Преступник особого ранга» ... ▶ Психологическое состояние: «Голод»: Острое чувство голода. «Аппетит»: Непреодолимое желание поглощать пищу. «Пустота»: Состояние абсолютной опустошенности. «Жажда крови»: Намерение и решимость убивать. «Злоба»: Воля, принадлежащая ко злу. ... [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Убийство 100 000 мирных жителей (Завершено)»] [Квест «Убийство 1 члена Совета Ассоциации (Завершено)»] [Квест «Разрушение свободного города Трейван (Завершено)»] [Квест «Разрушение свободного города Родрениум (Завершено)»] ... [Артефакт «Доказательство защиты» впадает в ярость!] [Артефакт «Доказательство защиты» проявляет яростную враждебность!] — Треск! [ ОЗ 1002/2981 ] ... [ ОЗ 998/2981 ] «Да чтоб тебя...» Воспользоваться им так и не удалось. Эта штука оказалась из тех инструментов, что сами выбирают себе хозяина. На девятом прохождении, когда я только вступил на путь злодея, я не мог им управлять. Конечно, я не сдался и пробовал еще много раз, но артефакт был невероятно привередлив. Было даже немного обидно. До восьмого прохождения я придерживался пути добра, но стоило мне сменить сторону, как появилась эта штука. Я подумывал просто применить «Пожирание», но побоялся, что артефакт взорвется прямо у меня внутри, не успев перевариться, поэтому просто сбыл его на черном рынке. На десятом прохождении тоже не вышло. На одиннадцатом, будучи Алмазным воином, я попытался снизить показатель зла, но в ответ получил лишь удар током. Артефакт с запредельно капризными условиями. Поэтому у меня были некоторые опасения. Смогу ли я использовать его сейчас? Удовлетворю ли я артефакт, который явно требует доброго нрава? . . . Получилось. Причем на удивление просто... Я ничего не делал, он разблокировался сам собой. «Что за дела?» Я с некоторым сомнением осмотрел Доказательство защиты, ставшее моей левой рукой. Как и следовало из названия «Протез», артефакт имел форму руки. Внешне он выглядел скорее грубым, чем изящным, и был окрашен в чистый белый цвет. «Щиплет». Место среза на плече саднило. Сначала казалось, что оно просто чешется, но затем возникло ощущение, будто кожу прижигают каленым железом. В Шихаллионе, когда Аэрус отсек мне руку, мои каналы маны были естественным образом разорваны. — Тссс... Оборванные концы магических цепей зашевелились и начали постепенно пускать корни в сторону протеза. Из самого артефакта тоже начала сочиться мана, присасываясь к моим каналам и срастаясь с ними. Этот процесс проявлялся в виде золотистых линий, проступающих на поверхности протеза. Своего рода синхронизация или процесс трансплантации. — А, а-а! Постойте, младший! Пока я стоически терпел нарастающую боль, Ли Джиён, до этого завороженно наблюдавшая за происходящим, вдруг в ужасе вскрикнула и хлопнула меня по левой руке... по Доказательству защиты. — Нельзя такое использовать! Скорее снимите его!.. «Что?» Снять? Когда я переспросил, озадаченный внезапным требованием, Ли Джиён с тревогой в глазах потянула меня за левую руку. Из-за того, что пересадка уже шла, я почувствовал слабый отклик. — Если использовать такой артефакт, регенерация тела станет невозможной!.. «А-а, вот она о чем». Пусть в этом мире и существуют сверхспособности, потеря конечности — травма серьезная. Однако она не является непоправимой. Это требует много времени и огромных затрат, но восстановить руку или ногу вполне реально. Даже если плоть утрачена, «чертеж» этой части тела остается в душе. Говорят, на основе этого чертежа можно наполнить тело жизненной силой и восстановить конечность в первозданном виде. «Но...» Я мельком взглянул на протез. На его поверхности мерцали золотистые линии. Ощущения становились всё более четкими. Если прикрепить артефакт такого уровня, что он срастается даже с разорванными магическими цепями, «чертеж» души подвергнется изменениям. Иными словами, если я надену это, настоящую руку я, возможно, уже никогда не верну. [Все в порядке] — Что? Меня это не особо заботило. Ли Джиён удивленно моргнула. Я мягко убрал ее ладонь со своей руки и слегка поклонился. [Спасибо за заботу] [Но правда, все хорошо] Я покачал головой, пробуя пошевелить пока еще непривычными пальцами левой руки. «Я не в том положении, чтобы капризничать из-за таких мелочей...» Сейчас я даже не уверен, протяну ли еще десять лет. Глупо выбрасывать артефакт высшего ранга только из-за страха, что я не смогу восстановить одну несчастную руку. — Хруст. Полномочием пространства я открыл выход. Пространство чуть впереди треснуло. В центре разлома возник лазурный вихрь. Туман, стелющийся по пещере, начало затягивать внутрь. [Выход открыт] [Уходим скорее] Судя по тому, что я слышал, времени на праздные прогулки не осталось. Ли Джиён, пребывавшая в каком-то оцепенении, тоже осознала это. Она тяжело вздохнула и кивнула. — ...Да. Нужно идти. Собравшись, она призвала силу земли, сформировала доспех и вышла вперед. Как и подобает танку, она взяла на себя роль авангарда. Я последовал за ней и шагнул в вихрь. . . . «Тц». Стоило выйти из подземелья, как я почувствовал неладное. Окружение изменилось с момента нашего входа. Земля умирала. Ядовитые потоки еще не захлестнули всё вокруг, но растения уже чахли и увядали, попадая в зону поражения. «Ядовитый туман, который изрыгает Двуглавый ядовитый дракон...» Это место тоже оказалось под ударом. Пусть входы были в разных местах, это всё еще одно и то же подземелье. Видимо, этот выход располагался довольно близко к эпицентру. А значит... Двуглавый ядовитый дракон где-то неподалеку. Увидев всё своими глазами, я еще больше помрачнел. «Он действительно стал призраком...» В оригинале Двуглавый ядовитый дракон должен был воскреснуть примерно через три года. Для этого требовалось собрать еще больше жертв и останков самого дракона. Но даже тогда он описывался как крайне ослабленное и неуправляемое существо, беснующееся в слепой ярости. «Однако...» По словам Ли Джиён, Двуглавый ядовитый дракон, хоть и был нестабилен, явно находился под контролем. Я знаю возможности Кёльвона, главы Культа Бога Смерти. Я понимаю, что реальность — не игра, и здесь возможны переменные. Но даже с учетом этого ситуация не укладывалась в голове. Если он обладает силой, позволяющей контролировать особь класса Альфа третьего ранга, ему не было нужды прятаться и затаиться. — Ш-ш-ш... Пш-ш-ш... [Ошибка отправки] — Тц, связь не работает, — Ли Джиён, пытавшаяся отправить сигнал через смарт-часы, раздосадованно цокнула языком. [Рядом слишком много подземелий, связь будет затруднена] В местах скопления подземелий магический фон крайне нестабилен, что часто вызывает помехи. Ли Джиён продолжала попытки связаться с внешним миром, одновременно осматривая местность. — Тогда первым делом направимся к ближайшему свободному городу. [Старшая, вы намерены остановить Двуглавого ядовитого дракона?] — Да. Подкрепление прибудет быстро, но мы не можем просто сидеть сложа руки. Ли Джиён ответила так, будто это было само собой разумеющимся. Все-таки она удивительный человек. «Хороший человек». То, как она переживала, что мне придется всю жизнь ходить с протезом, как неосознанно вышла вперед, несмотря на собственные раны... И то, как она сейчас без колебаний готова рискнуть жизнью ради других. В конце концов, она и ранена была потому, что вызвалась быть приманкой ради спасения остальных. Мы поговорили с ней совсем недолго, но я почувствовал, что она по-настоящему добра. — Ах, чтоб эту разницу в талантах... ...Если верить оригиналу, в глубине души она должна испытывать легкое чувство неполноценности или зависти к Хон Ёнхве и Пэк Арин. [Хорошо] [В таком случае, подождите минуту] Я попросил Ли Джиён, которая уже была готова сорваться с места, повременить. Тяжело вздохнув, я сосредоточился. Левая рука всё еще пульсировала болью, изматывая нервы, но это не то, на что стоило жаловаться. «Полномочие наблюдения». Обычно я использую его в фиксированном режиме: задаю определенный радиус и собираю в нем всю информацию. Иногда я временно расширяю или сужаю зону, но в основе всегда лежит ограничение по площади. Это всё. Метод, который я освоил, когда мои силы неумело переплелись с Полномочием пространства. Он удобен и эффективен, но моего уровня не хватает, чтобы охватить всю эту огромную территорию. Ограничение радиуса. Сбор плотной информации внутри него. «Я меняю метод». Радиус больше не ограничен пределом. Я просто игнорирую недра земли и распространяю сферу влияния настолько далеко, насколько возможно. Мне не нужна детальная информация обо всем. Мне нужны данные только об одном существе. Я сложил руки перед грудью. Своего рода печать... самовнушение, которое я не использовал с тех пор, как потерял левую руку. Белый протез и правая рука в черном наруче соприкоснулись. — Треск. Границы моего наблюдения пошли трещинами. Они расползались, словно паутина, и вскоре рухнули с грохотом. Стена пала, и зона восприятия расширилась. Вспышка! Голову пронзила резкая боль. В носу защипало. — Младший? Похоже, пошла кровь. Неважно. Я продолжаю расширять зону. Никакой плотной информации. Я отсеиваю всё лишнее. Единственное, что я принимаю — это след яда. Есть направление, где концентрация яда становится всё выше. Я развернул вектор наблюдения туда. Яд становился всё гуще. Меня захлестнула волна токсичной энергии. И... — Дрожь. «Нашел». Я увидел змею, которую никак нельзя было назвать живой. Огромное тело, одна пустая голова. Из пасти непрерывным потоком извергаются волны яда. Мое лицо окаменело. Тварь была уже на подступах к городу. Городу, где еще оставалось множество людей, не успевших эвакуироваться. [Нашел] — Сначала кровь из носа... Что? Кого вы нашли? Ли Джиён, доставшая платок из подпространственного кармана, чтобы вытереть мне лицо, замерла в недоумении. [Двуглавый ядовитый дракон] [Координаты определены] Ли Джиён ошарашенно уставилась на меня. Казалось, она сомневается в том, что только что услышала. Я протянул руку и схватил её за ладонь. — А, э-э? Почему вы вдруг... Ли Джиён вздрогнула. Мне стало неловко, вдруг я напугал её, но времени на объяснения не было. [Объясню всё позже] [Перемещаемся немедленно] — Что? Какое еще объяснение тому, что вы держите меня за ру... — У-у-унг! Слова Ли Джиён оборвались. Пространство вокруг нас пошло рябью, искажаясь несколько раз подряд. — Нет, погодите, это же!.. «Активация полномочия. Пространство». Колеблющееся пространство в мгновение ока сжалось, а затем закрутилось в неистовом вихре. Нас поглотило. Сразу после этого всё тело пронзило резкое чувство невесомости. Свист! Порывы яростного ветра ударили в уши. Волосы взметнулись вверх. — Э-э-э? — Ли Джиён снова издала растерянный звук. — А... Она вертела головой, осматриваясь. Наверное, сейчас она видит небо совсем близко, а под ногами — расстилающуюся землю. — С ума сойти. И, должно быть, прямо под собой она видит голову Двуглавого ядовитого дракона. Оставив её в состоянии шока, я отвел правую руку назад. «Расширенная способность: Синхронизация». Хруст! Я сжал кулак. Сгущенная мана трансформировалась. Энергия начала сочиться сквозь пальцы. Стояла ночь. Вокруг царила тьма. Земля, пропитанная ядом, светилась болезненным зеленым цветом. «Белая ночь». Внезапно вспыхнул золотой свет, разгоняя мрак. Этот свет пронзил темноту прямой линией и обрушился прямо на голову Двуглавого ядовитого дракона. ◆ ◆ ◆ [Артефакт «Доказательство защиты» оценивает пользователя] ... [Артефакт «Доказательство защиты» признает пользователя] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●●○○○○○○○ (21 ▷ 31/100) «Наследница Тэсана», «Хороший человек» ---------- Двуглавый ядовитый дракон (2) Золотой след прочертил небо и вонзился в змеиную голову. — С-а-а-а-а! Сразу после удара золотое сияние, подобно разлитой краске, разошлось во все стороны. Ударная волна и грохот сотрясли округу. Ядовитая жижа, окружавшая Двуглавого ядовитого дракона, яростно забурлила. Голова монстра тяжело качнулась. Из широко распахнутой пасти вырвался рев. Сквозь этот вопль, в котором, несмотря на природу призрака, слышалась боль, разлетелись осколки раздробленной чешуи. «Крепкий». Приземлившись на мгновение на змеиную голову, я поморщился. Результат меня не устроил. Используя пространственный прыжок, я переместился в идеальную точку и нанес удар «Белой ночью» — моим мощнейшим средством для разового урона. И этого хватило лишь на то, чтобы слегка ободрать поверхностную чешую. Я и не рассчитывал убить его одним махом, но нанесенный ущерб оказался слишком мал. — А-а-а-а-а! — в этот момент над головой раздался пронзительный крик. Это была Ли Джиён, падавшая прямо на меня. Крича от ужаса из-за того, что оказалась в небе, она, тем не менее, мгновенно оценила ситуацию. В её руках был каменный топор. Крепко сжав обеими руками удлиненное топорище, она занесла его над головой. Лезвие окутало зловещее и мощное Ганги. Я тут же оттолкнулся от змеиной головы. В то же мгновение топор, наделенный колоссальной силой Тэсана, рассек воздух и обрушился вниз. — Гр-р-рах! — С-а-а-а-а! Голова Двуглавого ядовитого дракона, который еще не успел прийти в себя, снова дернулась. На этот раз чешуи разлетелось куда больше. Из ран брызнула темно-зеленая жидкость. Это тоже был яд. Кровавый яд — смертельная субстанция, опасная даже при малейшем касании. Дракон яростно затряс головой. Ли Джиён, стоявшую на нем, подбросило в воздух. — А! Её глаза округлились. Внизу, там, где должна была быть земля, колыхалось море яда, уже растворившее деревья, камни и поглотившее саму почву. — А, а-а-а-а! — завопила она. — ...А? Но крик быстро оборвался. Подхваченная духами ветра, она плавно опустилась рядом со мной и недоуменно моргнула. — ...Нет, послушай, младший! Разве можно похищать людей вот так, без предупреждения?! — взорвалась она. — Меня внезапно подбросило в небо! Я чуть не сдохла, едва не рухнув прямо в эту отраву! [«Простите».] [«У меня не было времени объяснять ситуацию».] Услышав мой ответ, она отвела взгляд. Там, куда направлялся Двуглавый ядовитый дракон, находился Свободный город, где всё еще шла эвакуация. Это место было слишком запущенным, чтобы называться городом, и к тому же оно уже попало в зону поражения, постепенно пропитываясь ядовитыми испарениями. «......» Лицо Ли Джиён смягчилось. — Эх, ну, раз так, ничего не поделаешь... Но постой, как ты вообще использовал пространственную магию?.. — спросила она, внезапно спохватившись. Видимо, решила, что мы преодолели такое расстояние с помощью магии пространства. [«Как-то раз научился у господина вице-ректора»], — невозмутимо ответил я. — С-с-с... Короткая передышка закончилась. Ли Джиён посерьезнела и повернула голову. Ядовитая жижа под нами пузырилась и переливалась. Почти черная зеленая жидкость постоянно лопалась пузырями, выпуская жуткий ядовитый газ. В этом месиве Двуглавый ядовитый дракон снова поднял голову. Двуглавый. Вопреки названию, у него осталась лишь одна голова. Изначально это существо действительно обладало двумя головами. Та, что осталась, извергала смертельный яд, а та, которой он лишился, должна была выдыхать облака болезнетворных газов. В каком-то смысле нам повезло. Если бы у него была и голова болезней, их синергия с ядом убивала бы любого, кто просто окажется поблизости. В оригинале он воскрес, восстановив обе головы. И случилось это как раз в тот момент, когда из Магических земель хлынул поток монстров, что привело к катастрофическим жертвам. В худшем сценарии вся территория Китая могла превратиться в Магические земли. По сравнению с тем кошмаром, нынешний Двуглавый ядовитый дракон выглядел не просто незавершенным, а почти жалким. «...Всё-таки он посредственен». Сведения, собранные с помощью Полномочия наблюдения, подтвердили мою догадку. Большинство призраков слабее, чем при жизни. Этот монстр тоже потерял в ранге, когда восстал в виде призрака. Более того, из-за поспешного и неподготовленного ритуала его уровень упал еще ниже. — Трессь. Одна из треснувших чешуек отвалилась и упала. Это было то самое место на голове, по которому только что ударили мы с Ли Джиён. «Будь он в полной силе, мы бы на нем и царапины не оставили». Двуглавый ядовитый дракон — это призрак, чьи уникальные способности завязаны на яде и болезнях. Его физические показатели едва дотягивают до третьего ранга. Две пары его глаз завращались. Вскоре безжизненные зрачки, лишенные искры живого существа, уставились на нас. — С-а-а-а-а-а! Издав рев, сочащийся ядом, он бросился в нашу сторону. Я призвал всю силу духов ветра. Ветер окутал нас с Ли Джиён, и я начал уводить дракона подальше от города. Монстр не обращал внимания на поселение — он несся по прямой, целясь только в нас. «Быстрый». Для змеи его скорость была запредельной. Так он нас догонит. Более того... Его пасть широко раскрылась. Мана внутри забурлила, а в глубине горла блеснул яд. Ядовитое дыхание. В тот момент, когда я, цокнув языком, собрался контратаковать... — Гр-р-рум! Внезапно путь монстру преградила выросшая из земли каменная стена. Из пасти хлынул яд. Плеск! Стена, в которую угодила струя, не продержалась и секунды, мгновенно расплавившись. Ли Джиён, нахмурившись, вытянула руку. По её жесту одна за другой стали вырастать новые каменные преграды. Ядовитое дыхание иссякло, не дойдя до нас всего пару стен. Дракон захлопнул пасть и пошел на таран. Бах! Стена разлетелась в крошку. — Гр-р-рум! Но одной стеной дело не ограничилось. Каменные редуты, возникавшие в реальном времени, преграждали путь дракону и его яду. Земляные насыпи в форме гигантских рук взмывали вверх, пытаясь схватить туловище монстра, а камни, словно пули, обстреливали его единственную голову. Стены рушились от первого же удара, а земляные руки не могли удержать дракона и на миг — его чешуя была слишком прочной, а яд разъедал всё еще до касания. Однако это создавало помехи, позволяя нам сохранять дистанцию. Все дальние атаки Ли Джиён брала на себя, благодаря чему я мог полностью сосредоточиться на полете. — ...Младший, продержись еще немного. При таком масштабе сигнал бедствия наверняка уже подан, карательный отряд скоро прибудет, — процедила Ли Джиён сквозь зубы, изо всех сил замедляя дракона. — И еще... ты не можешь своей сенсорикой найти его истинное тело? Сглотнув слюну при виде дракона, который, казалось, готов был сожрать нас заживо, она спросила: — Если убить хозяина... и эта змеюка, и все беснующиеся вокруг призраки рассыплются сами собой. Главный недостаток некромантии и других призывающих классов заключается в том, что при смерти хозяина все его создания рушатся, как карточный домик. Похожим образом пал Призыватель гибридов в 12-м цикле. Если бы он тогда смог вывести всех своих существ, он бы не просто выжил, а разгромил бы союзные войска. — ...Если бы только добраться до хозяина. Она говорила это, но, похоже, не особо надеялась на положительный ответ. Уязвимость призывателя — общеизвестный и очевидный факт. Именно поэтому некроманты предпочитают скрываться, забиваясь в свои неприступные мастерские. Найти их крайне сложно. Даже для мастера сенсорики это работа, требующая огромных усилий и времени, и завершить её в один миг практически невозможно. «Я нашел его». — Правда?! Услышав обнадеживающий ответ, Ли Джиён просияла. Я кивнул и указал пальцем на местоположение хозяина. Взгляд Ли Джиён проследил за моим жестом. — ...А где хозяин? Мой палец указывал на Двуглавого ядовитого дракона. Полномочие наблюдения ясно давало понять: это и есть хозяин. Подобно тому, как духолов связан контрактом с духом, некромант связан со своим призраком. Такая связь существует всегда, но увидеть её теоретически невозможно. Однако Полномочие наблюдения позволяло отследить её. В потоке информации, собранной Наблюдением, нить, тянущаяся от этого призрака, возвращалась к нему же самому. «...Ц-ц». Загадка немного прояснилась. Как некромант, чьи навыки и ресурсы были явно недостаточны, сумел, пусть и нестабильно, поднять Двуглавого ядовитого дракона? «Он принес в жертву самого себя». Безумец, иначе не скажешь. Не знаю, полностью ли они слились, но отделить их друг от друга теперь невозможно. Веки Ли Джиён задрожали. В её глазах читалась жажда услышать иной ответ. К сожалению, я подтвердил увиденное. [«Хозяин».] [«Это он».] — Твою мать... [«Что?»] — Оговорилась. Она не стала спорить или говорить, что это невозможно. Просто плотно сжала губы и уставилась на преследующего нас монстра. — ...? Дракон смотрел на нас. Точнее, Ли Джиён его не особо интересовала. Она проследила за направлением его взгляда. В его конце был я. «Он целит в меня». Не знаю почему, но он нацелился на меня до неприличия явно. Рядом была Ли Джиён, дважды ударившая его по голове, но он не обращал на неё внимания. Его единственным желанием было растерзать меня. «......» Я на мгновение нахмурился, обдумывая ситуацию, а затем произнес: [«Старшая».] [«Я отвлеку его на себя».] — Исключено! — отрезала Ли Джиён, даже не рассматривая этот вариант. — Мы не знаем, когда он нас настигнет! В такой момент лучше держаться вместе! Подмога скоро будет! Нужно только продержаться до их прибытия!.. [«Вместо этого помогите мирным жителям».] Её порывистая речь оборвалась. Ли Джиён замолчала и растерянно уставилась мне в лицо. [«Многие еще не успели эвакуироваться».] [«Из-за влияния призрака во многих подземельях начались прорывы».] [«Вы — та, кто может спасти огромное количество людей».] Я слегка отвернул голову. Не для того, чтобы избежать взгляда, а чтобы она видела моё лицо в профиль. [«Со мной всё будет в порядке».] — ...Ты же погибнешь. [«Не волнуйтесь».] [«Я ни за что не умру».] [«Поверьте мне».] Я покачал головой. [«Я делаю это именно потому, что не хочу умирать».] ◆ ◆ ◆ Дух ветра, несший Ли Джиён, удалился. Убедившись в этом, я пронаблюдал за тем, что творится позади. Двуглавый ядовитый дракон всё так же преследовал меня, не удостоив Ли Джиён даже взгляда. Расстояние сокращалось. Мана в его пасти яростно пульсировала. Говорили, что сначала он безумно преследовал Ли Джиён, так почему теперь он прицепился ко мне? Тяжело вздохнув, я расстегнул робу. Смял её в руках и просто засунул в пустоту. Пространство дрогнуло, и роба исчезла в подпространстве. В тот же миг пасть змеи полностью раскрылась. Накопленная мана вырвалась подобно лазерному лучу. Это был не просто яд, а пушка из маны, пропитанной ядовитой энергией. — Ква-а-а-а! Темно-зеленый луч мгновенно приблизился. Ударная волна следовала за ним. Почва и еще не успевшие сгнить растения выворачивались наизнанку, не выдерживая давления. Прямое попадание не оставило бы от меня даже трупа. Я протянул правую руку навстречу этому лучу и сжал кулак. — Ква-га-га-гак! Прямо перед моим лицом поток маны раскололся. Разделенная надвое в пустом воздухе, темно-зеленая линия прошла по обе стороны от меня, вспахивая несчастную землю. Бум! С запозданием грохнул взрыв маны. Среди умирающей растительности остался неровный V-образный след. — С-а-а-а... Столкнувшись с невиданным ранее чудом, Двуглавый ядовитый дракон замер. Он свернулся кольцами, словно что-то защищая. Раздался скрежет темно-зеленой чешуи. Высоко подняв шею, он завращал двумя парами глаз, в упор глядя на меня. «......» Это была лишь иллюстрация из игры, но воспоминание о ней наложилось на информацию, которую я видел сейчас. Исполинское тело, способное без труда обвить небоскреб, и при этом его длины хватило бы еще на многое. Драконьи крылья, странно и нелепо торчащие из середины туловища. Сотни пар глаз, непрестанно следящих за всем вокруг из головы, увенчанной тремя парами толстых рогов. Бесчисленные зубы в распахнутой пасти и десятки раздвоенных языков. Земляной дракон, так и не ставший Небесным драконом. «Владыка Башни Некромантии». Отличий можно найти много, но почему-то именно этот образ всплыл в памяти. Я слышал об этом в клане Адского Пламени. Глава Гэпхва, отец Хон Ёнхва, сейчас находится внутри Магических земель. Обычно он должен был присутствовать на регулярном банкете, но по какой-то причине не смог покинуть Магические земли. В оригинале эта причина была известна. «Он нашел Башню». Башню Некромантии. Поскольку это реальность, а не игра, она может быть еще не покорена. Что из этого верно? Я не знаю точно. Но, скорее всего, это именно Башня Некромантии. И, по большому счету, это ничего не меняет. «Рано или поздно мне придется сразиться». И с этой змеей, чей уровень едва ли выше четвертого ранга. И с монстрами второго ранга, что когда-нибудь появятся сами собой. И с Владыками Башен и их армиями, что могут начать вторжение. Я не знаю своих шансов. Если бы я хотел просто выжить в одиночку, я бы сбежал. Но если я хочу жить счастливо с теми, кто мне дорог, бежать нельзя. Потому что бегство рано или поздно приведет лишь к краю бездонной пропасти. Поэтому я остановился. Развернулся. И посмотрел врагу в глаза. «Призыв духов». Трессь — пространство за моей спиной раскололось. Помимо духов ветра, уже круживших вокруг, из разлома хлынули все духи, с которыми у меня был контракт. В мгновение ока округу заполнили сотни светящихся сфер. — Хва-а-ак! Небесное оперение, лежавшее на моих плечах подобно легкой накидке, преобразилось. Впитав в себя массу энергии из Озера маны, оно засияло ярче и насыщеннее, чем когда-либо. Я и сам был переполнен этой силой. Мана, чья плотность, чистота и объем многократно возросли, перетекла в Небесное оперение. Оно развернулось, словно ковер на ветру. Разделившись на три пары крыльев справа и слева, оно стало походить на настоящее оперение. Вжих! В эти распахнутые бело-голубые крылья один за другим начали врезаться духи. Словно вода, впитывающаяся в ткань, они исчезали в оперении. Приняв в себя ману и духов, крылья увеличились в размерах. Сияние стало нестерпимо ярким. Они становились всё больше, простираясь всё дальше. Белизна начала окрашиваться в иные тона. — Взмах! От одного движения крыльев в воздухе закружились пятицветные искры. Красный, синий, зеленый, желтый, коричневый. Над мертвой землей разлился свет пяти стихий. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●●●○○○○○○ (31 ▷ 40/100) «Наследница Тэсана», «Хороший человек» ... [Пробуждение истинной силы артефакта «Небесное оперение»] ... [Психологическое состояние «?정» изменяется] ... [Система коррекции Спасителя: Истребление зла] [Система выражает яростное неприятие призрака!] [Подтверждена связь с основным квестом «Башня Некромантии»] [Подтверждена связь с квестом «Двуглавый ядовитый дракон»] [Подтверждена связь с квестом «Магические земли в Китае»] [Оказание поддержки Спасителю!] ... [Система коррекции Спасителя: Путь спасения] [Подтверждены психологические состояния «Спасение», «Добрая воля», «Жертвенность»] [Оказание поддержки Спасителю!] ---------- Двуглавый ядовитый дракон (3) Кр-р-рык! Пасть ядовитого дракона исказилась в оскале. Острые, неровные зубы скрежетнули друг о друга. Издав низкий, рокочущий рык, сопровождаемый резким звуком трения, дракон выказал всю свою враждебность. Двуглавый ядовитый дракон. Существо, которое еще несколько десятилетий назад было повержено десятком героев высшего ранга, теперь было переполнено жаждой крови. Монстры, достигшие третьего ранга, обретают разум, однако этот дракон всегда жил лишь первобытными инстинктами. И сейчас он направил всю свою злобу и намерение убить на этот неприятный свет, который пытался подвергнуть его очищению и причинить вред. «Что это?» Кёльвон, глава Культа Бога Смерти, чье сознание растворилось внутри монстра, ощутил недоумение. Кёльвон восполнил нехватку жертв за счет своих последователей и самого себя. Культисты погибли на месте, а Кёльвон, лишившись плоти, перенес свое сознание в тело ядовитого дракона. Он стал смертником. Мысли дракона были настолько мощными, что Кёльвон не мог полностью подчинить их себе. Даже с божественным покровительством он был способен лишь слегка направлять и манипулировать действиями зверя. В конечном итоге его сознание смешалось с сущностью монстра. Этот причудливо созданный призрак не сможет просуществовать долго — вскоре его ждет распад. Он пожирает людей и монстров одного за другим, в реальном времени принося жертвы, чтобы отсрочить конец, но гибель неизбежна. Впрочем, Кёльвона это не заботило. Напротив, он пребывал в экстазе. Ритуал призыва призрака, совершенный под покровительством бога. В этот миг он ощущал такое единство, словно стал с богом одним целым. Благодаря этому он слабо чувствовал божественную волю. От этого подавляющего величия его душа, казалось, вот-вот будет раздавлена, но он отчетливо ощущал... «Враждебность». Над темной землей, где уже зашло солнце, и в небесах разлились нежные краски. Мир, до этого пропитанный черным и затхлым зеленым цветом, в мгновение ока окрасился ярким светом. Источник находился в вышине. Там трепетали три пары пятицветных крыльев. С каждым взмахом в чистом небе оставались следы, подобные полярному сиянию. Прекрасное свечение раскинулось над миром. И именно к этим крыльям, которые даже Кёльвон на миг счел прекрасными, бог питал враждебность. «Враждебность?» Точно ли это враждебность? На мгновение Кёльвон засомневался. Бог ненавидел эти крылья. Он хотел разорвать их. Вырвать с корнем, чтобы они больше никогда не посмели взлететь, чтобы не могли осквернять небеса. И еще... «Зави...» — С-с-са-а-а-а-а! Сознание Кёльвона померкло. Вместо него на поверхность всплыла воля дракона. Он не скрывал своей ярости. Издав дикий рев, монстр изверг ядовитую энергию. У его пасти сконцентрировалось колоссальное количество магии. Магическая сила ядовитого дракона заключалась не только в токсичности — она обладала мощью, соответствующей его рангу. Простой выброс этой энергии был способен перевернуть всё вокруг и распространить смертоносный яд. Подобное излучение магии — основное средство атаки крупных монстров. Дракон раскрыл пасть. Это была атака, нацеленная не на отравление, а на полное разрушение чистой мощью. Ква-а-а-а! Хлынул поток чудовищной энергии. Темно-зеленый луч пронзил пустоту. Магический снаряд устремился по прямой линии к Ли Ха Юль, раскрывшей крылья. Ха Юль взмахнул крыльями. Трес-сь! Вспыхнула молния. Так это выглядело в глазах дракона. Он видел лишь хвост молнии, но не её голову. В одно мгновение цель исчезла. Промахнувшийся снаряд прорезал воздух и ударил в землю. Почва взорвалась, оставляя длинную борозду. Вверх взметнулись комья наполовину расплавленной грязи. Повинуясь инстинктам, дракон резко повернул голову. Обзор изменился, и он вновь увидел крылья, в которых теперь преобладали желтые и салатовые оттенки. В мозгу дракона промелькнуло недоумение. Такая скорость? Она не должна была быть за пределами его восприятия. Ф-ф-фу-у-ух! Внезапно налетел яростный порыв ветра. Шторм, ударивший спереди, сдул часть ядовитой субстанции, окутывавшей монстра подобно доспехам. Яд сполз, обнажая покрытую шрамами чешую на голове. Тр-р-р-р! Возле крыльев Ха Юль одна за другой затрещали искры. Тело Ли Ха Юль ускорилось. Он сжал правый кулак. В крепко сжатой руке вспыхнул золотой свет. «Синхронизация, Белая ночь». Бам!! Голову дракона резко отбросило назад. Магия, защищавшая её, разлетелась вдребезги. Осколки чешуи брызнули в стороны, а вокруг разлилось еще больше кровавого яда и токсичной жижи. Второй удар «Белой ночи». Интуиция взвыла об опасности. Ли Ха Юль мгновенно взмахнул крыльями. Дух молнии, заключенный в них, пришел в движение. Тело ускорилось вместе с электрическим разрядом. Там, где он только что находился, пронесся хвост, подобный хлысту. Хруст! Вслед за траекторией хвоста воздух и земля были грубо разодраны. Разорвав дистанцию, Ли Ха Юль нахмурился и снова взмахнул крыльями. Кончик крыла, которого едва коснулся удар, начал гнить. Он быстро отсек пораженную часть, прежде чем яд проник в тело, и восстановил её, влив магию. Он ожидал этого, но боль всё равно была ощутимой. Казалось, будто кожу раздирают чем-то острым, а нежную плоть внутри прижигают раскаленным железом. Небесное оперение — это артефакт. Он не должен был чувствовать боли от его повреждения, но в нынешнем «соединенном» состоянии чувства частично передавались ему. Сейчас Ли Ха Юль был един с Небесным оперением. Он давно обдумывал этот метод, но применил его впервые. Раньше он не мог этого сделать, так как не понимал, как именно осуществить связь. Но совсем недавно он уловил суть. Он в мельчайших деталях наблюдал за тем, как Доказательство защиты соединяется с магическими цепями. Оставалось лишь воспроизвести это: он подключила свои цепи к Небесному оперению. — С-с-са-а-а-а! Дракон взревел в ярости. Из раны на голове заструилась кровь. Издав утробный рык, монстр начал наращивать магическую силу. Чешую снова покрыл плотный слой магии. Между пластинами чешуи забурлил яд, облепляя всё тело. Ли Ха Юль поморщился. Доспех из магии и яда, который он с таким трудом сбил, вернулся на место. Он хотел нанести серию ударов, пока защита была снята, но возможности не представилось. «Он стал быстрее, чем раньше». То ли дракон скрывал свои истинные силы, то ли просто продолжал ускоряться. Последний удар хвостом едва не задел его тело. «Снова сдуть всё ветром?» Он уже показал этот прием, так что в следующий раз он может среагировать. Нужно быть осторожной. Тот монстр может позволить себе пропустить несколько ударов, но для него даже одно касание станет фатальным. Ф-ф-шух! Он взмахнул крыльями, и они снова стали пятицветными. Непривычное ускорение дает нагрузку на тело. Ускорением через духа молнии нельзя злоупотреблять. К тому же он чувствовал странную слабость — кончики рук и ног покалывало, словно от судороги. «Ц-ц». Он обрушил на врага яростный шторм. Ветер сдул ядовитую корку с дракона и разогнал скопившийся вокруг газ. И прежде чем яд успел заполнить пространство снова, он рванул вперед и нанес удар. И всё же он отравился. Остатки яда? Или токсины, успевшие вернуться? Так или иначе, даже ничтожное количество подействовало на него. Это можно было вылечить, это не было смертельно, но... «Ближний бой — плохая идея». Вокруг дракона всегда витает яд. Если при сближении он случайно попадет под плотный выброс, то умрет без вариантов. Даже без этого, если он продолжит кружить рядом, микродозы яда накопятся и нанесут критический урон. «Тогда дистанция...» Он взмахнул крыльями. Вслед за сияющим следом в сторону врага полетели красные и салатовые перья. Он активировал магию. Вложив магическую силу в атакующие заклинания, которые можно было использовать серийно, он выпустил их разом. Перья, яростно рассекающие воздух, и десятки заклинаний обрушились на тело дракона. Грянули взрывы. Пламя охватило ядовитую жижу, молнии заискрились на чешуе. Ш-ш-ш-ш... Особых ран не было. И огонь, и молнии были поглощены ядом. Десятки атакующих заклинаний не смогли пробить магический барьер вокруг тела монстра. Дракон задвигал своим грузным телом, сокращая дистанцию. Его скорость вовсе не была низкой. Одновременно с этим он раскрыл пасть. Словно в ответ, из пасти посыпались короткие, частые магические залпы. Отлетая назад, Ха Юль открыл ответный огонь. Сотни перьев и магических стрел хлынули потоком. Атаки столкнулись в воздухе. Числом он превосходил, но мощь была несопоставима. Он наблюдал за траекториями. Огромный объем информации о пространстве хлынул в его сознание. Предсказать путь снарядов было несложно. Он двигался в соответствии с этими расчетами. Атаки, которые не должны были попасть, он игнорировал. Траектории опасных снарядов слегка искажал. Те, что нельзя было исказить, избегал мимолетным движением. Дух ветра координировал общие движения, а дух молнии отвечал за мгновенные рывки. Словно выполняя фигуры высшего пилотажа, он лавировал между бесчисленными ударами. Три пары крыльев трепетали, оставляя за собой шлейф полярного сияния. От этого прекрасного зрелища, напоминающего танец, ярость дракона стала еще более пугающей. — С-с-са-а-а-а-а-а! Дистанция сокращалась. По какой-то причине физические показатели дракона выросли, и удерживать его на расстоянии без постоянного ускорения молнией становилось всё труднее. «И слишком отдаляться мне тоже нельзя». Ли Ха Юль протянул руку. Воздух заколыхался, и его рука погрузился в пустоту. Подпространство. Своего рода склад, созданный с помощью Полномочия пространства. Это была первая техника, которую он реализовал через это полномочие, и внутри накопилось немало вещей. Пошарив там мгновение, он вытянул руку. В ней был зажат лук. Черный цвет и полное отсутствие каких-либо украшений. Это был огромный лук, в два раза превышающий его собственный рост. Не какой-то особенный артефакт — просто очень прочный и качественно сделанный лук. Продолжая полет, он перехватил лук левой рукой, а правой натянул тетиву. Скрип... Под забытый звук на тетиве сформировалась магическая стрела. Снаряд, созданный из чистой энергии. Раньше он был синим, но теперь стал белым. Качество магии было высоким, и стрела обладала внушительной силой, но этого всё равно было недостаточно, чтобы нанести дракону значимый урон. «Синхронизация, Гэпхва». Вспых! Форма стрелы поплыла. Гэпхва, непрерывно пульсирующее в правой руке, сформировало стрелу заново. Эту атаку он случайно применил в Башне Роста. Тогда ситуация была запутанной, и он выстрелил как придется, но сейчас он мог добавить дополнительные этапы. Он раздувал Гэпхва. Теперь всё было иначе. Качество магии, служащей топливом, навыки контроля, базовое понимание самой сути Гэпхва — всё изменилось. Он не сдерживался из страха, а вливал магию, позволяя пламени пожирать его и набирать силу. Он окутал стрелу Ганги. Белоснежное Ганги под воздействием Гэпхва окрасилось в багровый. Взмахнув крыльями, он выпустил перья. Красные и салатовые перья прилипли к пламени Гэпхва. Новое пламя послужило дровами и источником энергии, а ветер раздул мощь пожара. Он задействовал магию и стихийные техники, доводя разрушительную силу до предела. — С-с-са-а-а-а! Дракон взвыл. Прекратив мелкие атаки, он накопил огромный объем магии. Его плотно сжатая пасть раздулась, словно он набрал полный рот чего-то тяжелого. Предвестник того же магического луча, что и раньше. Но на этот раз мощь была несравнимой. Земля вокруг задрожала. Воздух засасывало в пасть монстра. Дистанция сократилась почти до предела. Если выстрелят с такого расстояния, он не успеет выйти из зоны поражения. Глядя на это, Ли Ха Юль наблюдал за своей левой рукой... за протезом. Доказательство защиты. Синхронизация завершена. В этот миг в его сознании отпечаталась определенная информация. Приняв решение, Ха Юль не стал уклоняться, а натянул тетиву еще сильнее. Лук, не способный полностью выдержать жар Гэпхва, начал медленно плавиться. Но прежде чем он разрушился, дракон раскрыл пасть. На мгновение мир ослепительно вспыхнул. Мрачные цвета окрасили небо. Магический луч толщиной с небоскреб устремился к нему. Звука не было. Вместо него по траектории луча взрывались яд и земля. Одно было ясно: прежде чем говорить об отравлении, при попадании от тела не останется даже пепла. Глядя прямо в лицо этой мощи, он не отпустил тетиву. «Проявление полномочия, Пространство». Как и раньше. В пространстве возникли круги. Словно камень упал в гладь озера, пустота заколыхалась. Раздался скрежещущий звук — шум меняющегося пространства, который невозможно услышать обычным слухом. Сразу после этого перед Ли Ха Юль воздвиглась пространственная преграда. Ква-га-га-га-гак! Магический луч был остановлен прямо перед её носом. Он не смог пробить преграду. Темно-зеленое сияние, не в силах преодолеть стену, растекалось по ней кругом. Дракон еще больше увеличил мощность, пытаясь прорвать заслон, но разрушить стену пространства было невозможно. Каким бы сильным ни был монстр, он не мог вечно поддерживать луч такой интенсивности. Постепенно поток магии начал истощаться. Атака провалилась. А за провалом всегда следует контратака. Он убрал барьер, сгруппировался и прикрыл тело крыльями. Только тогда он отпустил тетиву. Дрожащая нить, готовая вот-вот лопнуть, спружинила. Стрела сорвалась с места. Порыв ветра, подобный урагану, ударил в крылья. В воздухе прочертилась алая линия. Ослабевший луч не смог остановить стрелу. Красный свет прошил самый центр темно-зеленого потока, двигаясь вспять. Дракон широко раскрыл глаза. Рассекая его собственную атаку, к нему неслась огненная стрела. Стрела оказалась быстрее, чем реакция дракона. В мгновение ока она вонзилась ему в голову. Ква-а-а-а-а-а! Гэпхва, заключенное в стреле, детонировало. Темное ночное небо окрасилось в багровый цвет. По миру пронесся яростный огненный шторм. Нахлынул нестерпимый жар, способный заживо испепелить кожу. ◆ ◆ ◆ Спустя некоторое время Ха Юль раскрыл крылья, которыми защищался. Он осторожно огляделся. На истерзанной поверхности земли полыхало алое пламя. Ядовитая жижа полностью испарилась. Там, где огонь не успел зацепиться, обнажилась почерневшая, обугленная почва. Небо тоже было красным. Ядовитый газ, похоже, тоже выгорел, и повсюду вместе с ветром кружились искры. Однако лицо Ли Ха Юль не прояснилось. Напротив, она исказилось в гримасе. Там, где произошел взрыв, лежала свернувшаяся кольцами змея. С её обгоревшей чешуи осыпался пепел, а еще не погасшее Гэпхва продолжало разъедать поверхность тела. Вскоре голова, спрятанная в кольцах, поднялась. Сверкнул полный жажды убийства взгляд дракона. «Да твою же...» Ли Ха Юль выругался про себя, лихорадочно соображая. Белая ночь. Если нанести серию таких ударов, можно разнести голову в щепки. Но за то время, что он будет атаковать, он успеет отравиться и сдохнуть первым. Гэпхва. Если продолжать жечь, его можно убить. Но тогда ущерб от призраков, которые наверняка еще бесчинствуют где-то там, только вырастет. Другие способы... Способов много. Если использовать их все, можно безнаказанно изматывать дракона, потягивая время. «Нет». Он сказал Ли Джиён, что убежит, но на самом деле не собирался этого делать. Ли Ха Юль хотел убить Двуглавого ядовитого дракона прежде, чем пострадает кто-то еще. Но сейчас у Ха Юль не было техник мощнее этой. «...Тэсан». Он еще не владел им в полной мере. Но он мог создать условия для выполнения этой техники. Тэсан, который явила Ли Джиён. Ха Юль накопил достаточно информации. Уникальные способности трех великих семей крайне сложно имитировать, но нет ничего невозможного. Если он сможет скопировать Тэсан, появится шанс. Триада третьего цикла. Тот период жизни, когда он владел Гэпхва, Чангэ и Тэсаном одновременно. Хотя той версии себя была присуща нестабильность начальных циклов, по чистой мощи она могла соперничать с её поздними воплощениями. С помощью Триады он сможет прикончить этого Двуглавого ядовитого дракона одним ударом... не оставив ему ни единого шанса на выживание. ---------- Том 1 Глава 155 В третьем цикле Триада не погиб от рук Владыки Башни. Тогда, во время третьего прохождения, он оказался в крайне затруднительном положении, зажатый между тремя великими кланами. Ситуация не была настолько критической, чтобы на него объявили охоту, но бесконечные распри между фракциями изрядно досаждали. Поэтому он решил на время исчезнуть. До вторжения Владыки Башни еще оставалось время, а его Продвинутый уровень владения тремя уникальными способностями одновременно оставлял желать лучшего. Чтобы совместить тренировки с делом, он отправился в африканские Магические земли. Там он начал оттачивать Продвинутый уровень навыков, вступая в схватки с монстрами высоких рангов. И там же он умер. Причин было много. Он ввязывался в драки с Альфа-особями третьего ранга, попадал в окружение полчищ монстров. А поскольку пробрался он туда тайно, рассчитывать на поддержку не приходилось — сражаться приходилось в одиночку. Но это были лишь косвенные причины. Прямая же заключалась в том, что три уникальные способности, безрассудно активированные одновременно, вошли в резонанс. Возникла мощная сила отторжения, с которой он не сумел совладать, что и привело к смерти. «Триада» — это техника, которая при неправильном использовании убивает своего владельца. Как и большинство приемов из ранних циклов, она несла в себе колоссальный риск и нагрузку. «Я должен взорвать это вплотную». Он знал об опасности, но не отступил. «Триада... времени на тренировки нет. С Тэсаном та же история. Нужно подобраться как можно ближе и ударить с первого же раза». Он мог предположить минимальную мощь удара. Если взорвать это в упор, враг гарантированно погибнет. Максимальная мощь? Неизвестно. Он знал лишь одно: этого хватит, чтобы убить. А значит, нужно подойти на дистанцию верного удара. — С-а-а-а! Двуглавый ядовитый дракон, едва успев оправиться от ран, издал яростный рев. Пространство содрогнулось от выброса колоссального количества маны. Половина этой энергии окутала дракона подобно доспеху, а оставшаяся часть превратилась в ядовитую жижу, сочащуюся между чешуйками. Последовал рывок. Огромная туша дракона в мгновение ока сократила дистанцию. Пасть распахнулась, и из глотки вырвался каскад магических снарядов. Для чудовища это была лишь легкая беспокоящая атака, но для Ли Ха Юля даже такой выпад был смертоносным. Страх ледяной хваткой сжал сердце, но он не дрогнул. Ли Ха Юль раскрыл крылья. Раскинутое в ночном небе Небесное оперение засияло пятицветием. Духи, обитающие в перьях, повиновались его воле. Благодаря Небесному оперению он вошел в состояние, подобное частичной спиритуализации. Ему и раньше было легко управлять духами, но теперь, в этой форме, контроль стал еще более естественным, быстрым и точным. Взмах крыльев. Духи молнии и пламени пришли в движение. Пламя вырвалось из-за спины, придавая ускорение, а по крыльям заплясали электрические разряды, заставляя тело двигаться еще быстрее. Встречный ветер не бил в лицо — духи ветра расчищали путь впереди и подталкивали в спину, раздувая яростное пламя. На него обрушился град снарядов. Каждую траекторию можно было наблюдать. Если хватит скорости, уклониться не составит труда. Ха Юль не стал пытаться перехватить атаки, как раньше. Он просто лавировал между ними, используя малейшие просветы. Снаряды пролетали в считанных миллиметрах. Из сотен выстрелов ни один не достиг цели. Хрусть! Тело издало жалобный звук. Кожа в нескольких местах внезапно почернела и омертвела. Несмотря на то, что он уклонился от всех прямых попаданий и всеми силами отгонял ядовитые испарения, токсины постепенно накапливались, и их концентрация начала превышать критический предел. «...» Нахлынул ужас. Но он не отступил. Он пришел сюда, чтобы не допустить возрождения Двуглавого ядовитого дракона в облике призрака. Он разгромил филиал Культа Бога Смерти, собиравшийся провести ритуал призыва призрака. В его планах и расчетах не было варианта, при котором дракон пробудится так рано. Согласно всем известным ему фактам, это было невозможно. Жертв должно было не хватить. Будь их достаточно, культисты не стали бы удерживать филиал, рискуя быть обнаруженными. Да и побочные материалы для создания призрака дракона они собрать не успели бы. Ха Юль заранее все проверил: в тенях рыскали люди, отчаянно пытавшиеся достать останки Двуглавого ядовитого дракона. Провести ритуал призыва призрака прямо сейчас было невыполнимой задачей. Что бы они ни предпринимали, дракон не должен был подняться. Ха Юль пришел лишь для того, чтобы еще больше отсрочить этот момент. И все же Двуглавый ядовитый дракон восстал как несовершенный призрак. Множество мелких призраков пробудилось следом, из-за чего подземелье впало в состояние безумия. Это отличалось от ситуации с Шихаллионом. Ли Ха Юль чувствовал личную ответственность за происходящее. Он не мог отступить. Было бы слишком постыдно бежать, спасая свою шкуру, когда он сам косвенно стал причиной этой катастрофы. Дракон снова раскрыл пасть. Края его губ с треском разошлись, обнажая зев неестественной ширины. Предчувствие выброса маны заставило волоски на теле встать дыбом. Из расширившейся пасти хлынул поток энергии, в несколько раз превосходящий по мощи предыдущие атаки. «Полномочие: Пространство». Прямо перед мордой чудовища он воздвиг пространственный барьер. В голове вспыхнула резкая боль — казалось, мозг превратится в кашу от злоупотребления Полномочием. Хлынувший яд наткнулся на преграду и окатил саму морду дракона. — С-а-а-а-а-а! Дракон тут же дернулся. Пространственный барьер был статичен. Стоило чудовищу повернуть голову, как поток яда снова устремился к цели. Но этой короткой заминки хватило, чтобы сократить дистанцию. Волна маны и яда захлестнула его. Ли Ха Юль вытянул левую руку. Он без остатка вливал ману в Протез. Золотая гравировка на его поверхности вспыхнула ослепительным светом. «Активация Полномочия, Защита». Полномочие — это сила, заимствованная извне. Самым известным примером было Полномочие Башни, но артефакты высшего класса также обладали способностями высокого ранга. Установив связь, он получил часть информации. Не все было понятно, но Начальный уровень использования он мог освоить мгновенно. Активировалось Доказательство защиты. Мана скопилась у плеча, сгущаясь в подобие доспеха. Одновременно вокруг Ха Юля возник золотистый барьер. Он яростно заработал крыльями, ускоряясь. «Еще, еще ближе». Исполняя фигуры высшего пилотажа, он прорывался вперед, прикрываясь барьером. Он задействовал все возможные средства защиты, чтобы уберечь тело от яда. Золотистый барьер начал плавиться. Десятки слоев защитной магии рвались один за другим. Плотный слой Ганги искажался и рассеивался. Яд проник в организм. Кожа начала гнить. Из семи отверстий на лице потекла темная, мертвая кровь. Стиснув зубы, он летел прямо к голове дракона. «...Дошел». Он вошел в зону поражения. Сознание ускользало. Он широко открыл глаза. Его серые зрачки частично окрасились в черно-зеленый цвет. Перед ним стоял густой туман, застилающий взор. На периферии зрения лихорадочно обновлялось окно статуса. А там, за пеленой, он увидел тьму. Ту самую тьму, которую уже встречал в Шихаллионе. Стиснув зубы, он выжал из себя всю ману. Ядро вибрировало так сильно, словно вот-вот разлетится на куски. «Синхронизация, Гэпхва». Природа маны изменилась. В правой руке вспыхнуло Адское Пламя — Гэпхва. Эмоции взлетели до предела. Он не дал жару распространиться по телу, сосредоточив всю мощь в правой ладони. «Синхронизация, Чангэ». Не прерывая Гэпхву, он активировал Чангэ. Внутри тела Гэпхва и Чангэ вступили в яростное противоборство. Его то бросало в жар, то обдавало ледяным холодом. Нахлынувший восторг сменялся глубоким упадком и снова взмывал вверх. Тело затрещало. Внутренности превращались в месиво. Сознание тускнело все сильнее. Реакция отторжения. Словно единорог и байкорн, столкнувшиеся в схватке, словно свет и тьма, пожирающие друг друга, — Гэпхва и Чангэ конфликтовали. Если эта сила отторжения выйдет из-под контроля, тело просто распадется. Но в этом была и польза. Если умело направить энергию, порожденную этим конфликтом, можно достичь невероятной выходной мощности. Однако существовала не только реакция отторжения, но и синергия. Гэпхва испаряет Чангэ, а Чангэ тушит Гэпхву. С другой стороны, Гэпхва может растопить ледяную хватку Чангэ, а Чангэ — унять ярость Гэпхвы, которая готова сжечь даже саму себя. То же самое касалось и Тэсана. Все три силы влияли друг на друга. В этом процессе было и взаимное отталкивание, и взаимная поддержка. Использование обоих этих эффектов и составляло суть Триады третьего цикла. «Син... хронизация...» Он сделал последний рывок. Он детально Наблюдал за тем, как проявляется Тэсан Ли Джиён, и теперь имитировал его. «Тэсан». Мана приобрела свойства энергии земли — Тоги. Хотя он не касался почвы, чувства изменились так, будто он стал ближе к самой тверди мира. «А?..» Восприятие перестроилось. Ха Юль приоткрыл рот, и оттуда, а также из пор на коже, с хрустом брызнула густая черная кровь. Магические цепи разорвались. Чувства начали угасать. Но это его не испугало. Ха Юль почувствовал жизненную силу, исходящую от земли. Даже умирая от яда, он ощущал жизнь, которой была пропитана почва. У призрака, изрыгающего яд прямо перед ним, этого не было. В мертвом... в том, что не является жизнью, нет жизненной силы. В самом себе он ощутил искру жизни, которая казалась ничтожной по сравнению с мощью дракона. «...» Не останавливаясь, Ха Юль продолжил манипуляции с маной. Он втиснул энергии Гэпхвы, Чангэ и Тэсана в кончики пальцев правой руки. Хрусть! Правую руку вывернуло. Словно дикий зверь, попавший в силки, рука дергалась, покрываясь буграми и деформируясь. Энергии столкнулись. Гэпхва отталкивала Чангэ. Чангэ — Тэсан, а Тэсан — Гэпхву. И в то же время... Чангэ усмиряла Гэпхву, Гэпхва разгоралась, черпая жизненную силу Тэсана, а Тэсан взращивал жизнь, впитывая энергию воды Чангэ. Отторжение и синергия. Энергия начала нарастать, стремясь к бесконечности. Три силы смешались на кончиках его пальцев, образовав крошечный сгусток размером не больше ногтя. Почувствовав в этой ничтожной крупице небывалую угрозу для своего существования, дракон широко распахнул глаза. Но прежде чем чудовище успело хоть как-то среагировать, Ли Ха Юль, собрав последние силы, высвободил удерживаемую энергию. Триада. Сгусток, который до этого сжимался и растягивался в борьбе сил, развернулся. Энергия, в которой смешалось множество цветов, внезапно окрасилась в иссиня-черный и поглотила все вокруг. Огромное тело дракона исчезло в черной сфере. Сфера продолжала расширяться без видимых пределов. Взрыва не последовало. В мгновение ока поглотив пространство, эта сила начала яростно втягивать в себя все сущее: землю, камни, воздух, облака, яд... Ничто не могло избежать этой участи. Если попасть в этот водоворот, от тела не останется даже пылинки. Ли Ха Юль бессильно пошатнулся. Его подхватило мощным потоком. Крылья хаотично бились, пытаясь сопротивляться притяжению. Духи из последних сил старались защитить хозяина. Но это длилось недолго. Духи один за другим начали покидать Небесное оперение. Сознание Ха Юля угасало, и спиритуализация начала распадаться. «Ак... тивация... Пространство...» За миг до того, как его затянуло, Ха Юль сумел совершить пространственный прыжок. В воздухе возникла воронка, поглотившая его фигуру. Координаты исказились. ◆ ◆ ◆ В небе над окутанным туманом озером внезапно возникла трещина. С глухим звуком пространство раскололось, и из темного провала выпало тело Ли Ха Юля. — Всплеск! Безжизненное тело рухнуло в воду. По поверхности озера, усыпанной желтыми листьями, разошлись круги. Вскоре вода снова успокоилась. Буль-буль... Лишь цепочка пузырьков поднималась со дна. Ха Юль не всплыл, он медленно погружался в глубину. Озеро маны. Вода здесь была насыщена чистейшей маной, которую невозможно найти во внешнем мире. Эта вода начала просачиваться в многочисленные раны на теле Ха Юля. Кровь и озерная вода смешивались, замещая друг друга. Уровень воды в озере начал медленно понижаться. Волосы Ха Юля окрасились в белый цвет. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции Спасителя: Первопроходство] [Квест «Двуглавый ядовитый дракон» выполнен] [Квест «Магические земли Китая» частично выполнен] [Получено огромное количество очков] ... [Система коррекции Спасителя: Путь спасения] [Подтвержден результат спасения, совершенного с доброй волей] [Получено огромное количество очков] ... [Активируется «Проклятие хрупкой красоты»] [Затраченная жизненная сила восстанавливает плоть] [...Обнаружены масштабные повреждения и утрата частей тела] [Мгновенное восстановление невозможно] [Тело уменьшается] ... [Владыка Башни Роста, рыдая, активирует Полномочие «Рост»] [Тело Спасителя подвергается росту] [Затрачено огромное количество очков] ... [Владыка Башни Настройки, пребывая в шоке, активирует Полномочие «Настройка»] [Проводится настройка между телом Спасителя и Полномочием Роста] [Затрачено огромное количество очков] ---------- Том 1 Глава 156 — Спа-спасибо! Спасибо вам большое, герой!.. Гражданский в грязной, оборванной одежде торопливо поклонился и бросился прочь. Было видно, что он до смерти напуган: человек бежал, не оглядываясь. Ли Джиён не чувствовала обиды. Напротив, она прекрасно его понимала — в такой ситуации подобная реакция была естественной. Хрясь! Топор опустился, отделяя голову от плеч. Из разрубленной шеи, словно горный поток, хлынула кровь. Обезглавленное тело покачнулось и завалилось на бок. Ли Джиён протянула руку к этой груде мяса, лежащей в луже крови. Дёрг! Остывающая плоть содрогнулась. Тело без головы на мгновение забилось в конвульсиях, а затем резко поднялось. Оно словно искало что-то, нащупало отрубленную голову и приставило её к кровавому срезу. Края раны сошлись, и голова приросла к телу, будто её наспех пришили во время операции. Некромантия. Призрак, восставший в ходе краткого ритуала призыва, сорвался с места, чтобы уничтожить безумных монстров и других призраков. Таким образом Ли Джиён множила число своих слуг, истребляя монстров в округе под корень. — Фух... Она завершила ритуал призыва для нескольких сотен призраков. Переведя дух, Ли Джиён огляделась. Слова «полный хаос» лишь в малой степени описывали то, что творилось в районе, откуда поступил сигнал бедствия. Толпы призраков, поднятые безумными некромантами. Под их влиянием подземелья одно за другим впадали в неистовство и разрушались, изрыгая из себя чудовищ. К ним примкнули и те твари, что и раньше обитали в Серой зоне, а теперь обезумели от общего шума. Сверхлюди, из последних сил пытающиеся сдержать натиск; гражданские, отстреливающиеся от монстров из огнестрельного оружия... В тех секторах, где людей не осталось, можно было бы позволить монстрам пожирать друг друга. Но даже там их следовало истреблять из опасения, что может возникнуть опасная мутация. Впрочем, сейчас было не до этого. Главным приоритетом оставались жилые кварталы. «Пожалуйста, помогите гражданским». Внезапно в памяти всплыл этот бесстрастный голос. Ли Ха Юль. Мальчишка, который в самой глубине подземелья занимался чем-то вроде... ритуального омовения. «Там еще много людей, которые не успели эвакуироваться». Как бы это назвать — хладнокровием? Перед глазами стоял образ ребенка, который, зная, что прямо за ним гонится жуткое чудовище, беспокоился о гражданских так, словно его самого это не касалось. «Из-за влияния призраков многие подземелья выходят из-под контроля». Конечно, это был не настоящий его голос, а искусственный звук, передаваемый артефактом. «Вы, старшая, сможете спасти очень многих». Но это была правда: несмотря на смертельную опасность, он прежде всего думал о людях и отправил Ли Джиён назад, чтобы она помогла им. Мальчишка, к которому она питала жалкую ревность... беспокоился о гражданских и о безопасности самой Ли Джиён. А она ушла, не найдя слов. Оставила младшего одного, когда по пятам за ним следовал монстр. Это не просто беспокоило её... это терзало её душу. С того самого момента, как они разделились, Ли Джиён пребывала в глубочайшем смятении. «Все-таки нужно вернуться, пока не поздно...» В груди всё сжималось от невыносимой духоты. Ли Джиён закусила губу и обернулась. Там, далеко, остался её младший товарищ, который без её помощи всё ещё убегает от чудовища. Сначала у неё были разумные причины уйти. В тот момент Ли Ха Юль разделял свои силы на двоих, чтобы перемещать и себя, и её. Если бы Ли Джиён ушла, ему было бы гораздо проще сбежать. Двуглавый ядовитый дракон не интересовался ею. Раньше он преследовал её с явным намерением сожрать, но после появления Ли Ха Юля переключил всё внимание исключительно на него. У Ли Ха Юля было много козырей. На самом деле, даже с её помощью он убегал довольно уверенно... К тому же он обладал поразительной сенсорикой и владел пространственной магией. Если станет совсем туго, он сможет просто телепортироваться подальше. Кроме того, Ли Джиён — пробужденная Тэсана. Манипулируя землей, она способна раздавить целые орды мелких монстров. Управляя жизненной энергией, она может оказывать первую помощь, а поднимая массу призраков — спасти людей на огромной территории. Для того чтобы хоть как-то исправить ситуацию, когда призраки и монстры бесчинствуют повсюду, Ли Джиён с её масштабной некромантией подходила лучше всего. С этими доводами она и ушла. «Я в порядке». Ха Юль... младший тоже сказал, что с ним всё будет хорошо. «Не волнуйтесь». «Я точно не умру». «Поверьте мне». Он просил не волноваться, обещал, что не умрёт, и просил довериться ему. Просил со спокойным сердцем идти и спасать людей. Поэтому Ли Джиён, приняв это решение... «...Неужели?» Спасая гражданских, убивая монстров и призраков и рассылая во все стороны новых слуг, созданных из их останков, Ли Джиён вдруг усомнилась в себе. «Действительно ли это было холодное и расчетливое решение?» Двуглавый ядовитый дракон. Призрак, ставший несравнимо слабее, чем при жизни. Но даже от такого существа Ли Джиён едва не погибла после короткой погони. Она прочувствовала это на себе. Скорость змеи, от которой невозможно было оторваться, несмотря на её упадок. Удар, от которого, казалось, тело рассыплется в прах. Даже Ли Джиён, уверенная в своей защите, выносливости и сопротивляемости благодаря силе Тэсана, ощутила смертельный яд, способный оборвать жизнь при малейшем попадании. Ей было страшно. Она боялась смерти. Она не хотела умирать в таком месте. Ей хотелось немедленно сбежать. Разве она не пыталась сделать это на самом деле? И в этот момент младший, который был моложе её, открыл ей путь. Сказал, что берет всё на себя. Попросил её спасти других... Он успокоил её красивыми словами и дал возможность спастись. А она, почувствовав облегчение, ухватилась за этот шанс и просто сбежала? В глубине души она мечтала о побеге и, как только представилась возможность, тут же развернулась и ушла... «Я...» Она не могла с уверенностью сказать: «Это не так». Ли Джиён с детства была трусливой. Стоило ей столкнуться со страхом перед неизвестным, как тело само собой каменело. Из-за этого она была медлительной и тугодумной. Она была не такой, как Хон Ёнхва, которая всегда была полна уверенности и смело шагала вперед. У Ли Джиён не было особых талантов. Столкнувшись с проблемой, она могла биться над ней днями и ночами, но так и не найти решения. Она была не такой, как Пэк Арин, которая, притворяясь скромной и держась на шаг позади, могла с легкой улыбкой подойти и играючи решить любой вопрос. Ли Джиён пробудила Тэсан. Даже по меркам истории клана это был Тэсан с мощностью, входящей в число лучших. — Слышали новости? Госпожа Хон Ёнхва... говорят, она полностью расплавила испытательный стенд. — Я слышал, что она пробудила Гэпхва... Что? Не шути так. Как пятилетняя девочка могла сделать то, что не под силу даже действующим боевым отрядам? — Да я тебе правду говорю! Может, она где-то тайно тренировалась? Весь мир только об этом и трубит. Хон Ёнхва пробудила Гэпхва. И её мощь была беспрецедентной за всю историю клана. — На этот раз ребенок из Чангэ? Двойная радость. — Говорят, она одинаково свободно владеет и энергией воды, и энергией холода. Мощь колоссальная... Особенно холод. Она заморозила специально закаленную холодную сталь так, что та пришла в негодность. — Холодную сталь... С ума сойти. Ей ведь тоже всего пять лет? Что же будет, когда она вырастет... Пэк Арин пробудила Чангэ. Её сила была специализирована на холоде, и мощность её не имела аналогов. При этом контроль и сила энергии воды также были выдающимися. Хон Ёнхва и Пэк Арин. Младшие сестры, с которыми она часто виделась и играла. Эти девочки, которые были младше её всего на год, удостаивались таких похвал, как «величайший талант в истории клана», «второе пришествие основателя» или «те, кто превзойдут его»... Ли Джиён была не такой. Она пробудила мощный Тэсан, но... этого было недостаточно, чтобы её называли воплощением основателя. «......» — А госпожа Ли Джиён... После восторгов всегда упоминали её. Одно поколение. Дети с разницей всего в год. Все они — дети главы клана, и поскольку они всегда были вместе, взгляды окружающих неизбежно сравнивали их. Слабая надежда. А за ней — легкое разочарование. Эти чувства вскоре исчезли, но Ли Джиён их заметила. И не смогла забыть. — А? Как я это делаю? Ну... просто... как бы сказать, нужно просто видеть движение и уклоняться? Она не могла забыть взгляд Хон Ёнхвы, которая искренне недоумевала, почему у Джиён это не получается. — Ганги... я просто вызываю её так, как нас учили. Разве тебя, сестра Джиён, не так же учили? Она не могла забыть и взгляд Пэк Арин, которая, стараясь помочь, явно не понимала, как объяснить то, что давалось ей так естественно. Маленькая Ли Джиён, по своей глупости, затаила ревность. Без тени злого умысла она начала испытывать уродливую зависть к сестрам, с которыми была дружна. В какой-то момент встречи и игры перестали приносить ей радость. И это не осталось в прошлом. Она до сих пор не смогла избавиться от этого чувства. Из-за этого они отдалились. Не из-за ссор или обид, а просто потому, что встречи стали редкими, и дистанция увеличилась сама собой. Это были чувства человека, который с жиру бесится. Если оценивать таланты в этом мире по порядку, Ли Джиён определенно окажется на самой вершине. Она — дитя клана, никогда не знавшее голода, прямой потомок основателя, старшая дочь нынешнего главы. Она пробудила уникальную способность Тэсан, и уровень её силы высок. Клан оказывает ей более чем достаточную поддержку. Записей предков в избытке, а учителей, готовых любезно всё растолковать, — хоть отбавляй. Её терзания были лишь капризами сытого человека. Уродливыми эмоциями, рожденными из собственной никчемности. И оттого, что она это осознавала, Ли Джиён чувствовала себя ещё более жалкой. Вот и сейчас она вновь ощутила свою низость. Стиснув зубы, Ли Джиён высвободила ману. Она выплеснула столько энергии, что в её ядре стало пусто, и разослала всех запасенных призраков в разные стороны. В голове тут же загудело, а в глазах потемнело от резкой потери маны. Чем больше расстояние, тем сложнее точный контроль, но базовый приказ — не трогать людей и уничтожать монстров и чужих призраков — был абсолютным. «Всё, теперь точно нужно возвращаться». Как ни крути, правильнее всего будет воссоединиться. Спасательные работы в округе почти завершены. Дальше эффективнее справятся призраки. Она потратила много сил, и раны всё ещё давали о себе знать, но это не критично. Нужно найти Ли Ха Юля и вместе потянуть время. С этой мыслью она развернулась, и... — А? Вдалеке она увидела черную сферу. Расстояние было огромным, но сфера казалась внушительной. К тому же энергия, исходившая от неё, была смутно знакомой. «...Подождите». Прежде чем она успела осознать это, по её телу пробежала дрожь. Это было то самое направление... куда Ли Ха Юль уводил Двуглавого ядовитого дракона. В углу сознания всплыла зловещая догадка. — Нет. Непонятно кому возражая, Ли Джиён сорвалась с места. Сфера сжалась и исчезла. Джиён бежала изо всех сил. В воздухе пахло ядом. Это был смертельный токсин, долгое пребывание в котором грозило гибелью. Ли Джиён окутала себя доспехом из камня и Ганги, чтобы блокировать отраву. Она активировала Тэсан, максимально повышая сопротивляемость. Она продолжала бежать. Перед ней предстала выжженная ядом земля. Следы огня, взрывов, обугленная почва и борозды, словно от режущего ветра. Она видела следы Двуглавого ядовитого дракона. Четкие отметины, оставленные змеей размером с дом. Она бежала по ним. И наконец... — ...Ах. Ли Джиён замерла перед кратером. В земле зияла воронка такой ширины, что в ней легко бы уместилась целая деревня. Знакомая энергия, ощущавшаяся здесь... сейчас это было неважно. Она огляделась. Округа была изуродована. Земля вокруг кратера была не просто перепахана — она была стерта, уничтожена под корень. Следы дракона обрывались у края воронки. — ...Младший? Она посмотрела по сторонам. Никаких признаков Двуглавого ядовитого дракона. И никаких следов того, кто должен был его уводить. — Младший?.. — позвала она дрожащим голосом. Ответа не последовало. Не было даже намека на его присутствие. Она активировала Тэсан. Слилась с землей, расширяя свои чувства. Она пыталась уловить жизненную энергию... всё, что соприкасалось с почвой. Ничего. Она вывела восприятие за пределы возможного. Перед глазами всё покраснело, из глаз потекли струйки крови. Не обращая на это внимания, она продолжала искать. В потоке информации не было ничего, что напоминало бы о Ли Ха Юле. Худшее предположение, которое она пыталась подавить, захлестнуло её. — Не может... быть... «Я делаю это, потому что не хочу умирать». Внезапно она вспомнила его слова. Это были совсем не те слова, которые должен говорить ребенок, добровольно ставший приманкой для монстра, чтобы спасти гражданских и Ли Джиён. В глазах Ли Джиён потемнело. В её взгляде застыли отчаяние и жгучая ненависть к самой себе. ◆ ◆ ◆ Голова раскалывается. Словно по ней методично бьют огромным молотом. Казалось, мозг превратился в кашу, а кости черепа вот-вот разлетятся вдребезги. Крепко стиснув зубы, я попытался активировать Полномочие... «Угх... Кх... А-а-а!..» В тот миг, когда я попытался пробудить Полномочие наблюдения, боль усилилась вдвое. Казалось, мозг сейчас физически расплавится. Чувствуя, как сознание затапливает белая пелена, я прекратил активацию. «Ы-ы-ы...» Чтобы не закричать, я зажал рот рукой и сжался в комок. Не знаю, где я валяюсь. Судя по всему, на земле. Похоже, это не те координаты, которые я наметил. Пространственный прыжок сорвался? Но почему? Я же заранее всё рассчитал, что могло пойти не так? «Угх...» Болела не только голова — болело всё тело. И из-за этой боли я чувствовал, что с моим телом что-то не так. Странное, трудноописуемое чувство неправильности охватило меня. Ощущения были какими-то искаженными. Как это объяснить? Будто... будто... Судя по поступающим сигналам от органов чувств, возникла иллюзия, будто мир стал намного больше. ◆ ◆ ◆ [Тело реконструируется] ---------- Маленький смутьян (1) [Граница Хуабэй и Дунбэй: массовый теракт группы некромантов] [В близлежащих районах объявлена экстренная эвакуация 4-го уровня. Снова поднимается вопрос об опасности Серых зон?] [Опасения по поводу цепной перегрузки подземелий... Ассоциация заявляет о «быстром подавлении»] Земли бывшего Китая. Территория государства, исчезнувшего со страниц истории. Ныне — отсталый регион, где Ассоциация едва ли открыла несколько своих филиалов. Но даже в таком месте живут люди. Пусть население здесь больше не исчисляется сотнями миллионов, как в былые времена, коренные жители, которые по вполне земным причинам не могут покинуть свои дома, остались. К тому же, из-за запустения регион изобилует подземельями и монстрами, что привлекает сюда небольшое число охотников и героев, использующих эти земли как охотничьи угодья. И вот в таком месте произошел теракт. Поговаривали, что обезумевшие некроманты объединились и устроила массовую резню. Обыватели, бороздящие просторы интернета, округлили глаза, увидев эту новость в топе заголовков. Мир забурлил от внезапно обрушившихся известий. [Возвращение кошмара павшей страны. Обсерватория сообщает: зафиксировано превращение объекта «Двуглавый ядовитый дракон» в призрака] [Ассоциация повышает уровень тревоги. Эвакуация в прилегающих районах: уровень 4 → уровень 2. В прочих приграничных зонах объявлен 3-й уровень] [Срочное объявление чрезвычайного положения. Ассоциация: «Планируется быстрое истребление в сотрудничестве с соседними силами»] Поправка. Мир перевернулся. Экономические показатели, и без того падавшие последние несколько месяцев из-за череды жестоких инцидентов, в мгновение ока рухнули в бездну. Акции организаций, продвигавших проекты по рекультивации земель Китая и Серых зон, вошли в крутое пике. В эпоху Катаклизма, в разгар последовавшего за ним хаоса, рухнуло множество государств. Монстров высокого ранга, приложивших к этому руку, было немало. Двуглавый ядовитый дракон не был среди тех, кто появился в самом конце смутных времен. Он возник тогда, когда благодаря череде появлений героев хаос начал постепенно утихать. Именно в тот момент, когда слово «мир» стало робко звучать то тут, то там. Двуглавый ядовитый дракон, поднявшийся в землях Китая, где исторически почитали драконов, грубо заткнул рты всем тем, кто преждевременно взывал к покою. Из одной его головы извергались волны смертоносного яда, не щадившие ни живое, ни мертвое. Из другой — изливался туман болезней, распространявшийся на тысячи ли. Огромная туша без разбора крушила города, а из двух пастей лились потоки смертоносной жидкости и дыма. Многие из тех, кто выжил тогда, до сих пор страдают от тяжелых травм. Пострадал ли только Китай? Атаки болезнями превратили китайский континент в руины и нанесли ужасающий ущерб соседним регионам. Это был поистине злобный монстр. Стал слабее из-за того, что превратился в призрака? Эти доводы не могли успокоить тех, кто до сих пор содрогается от последствий яда и болезней. Это было не просто темой для обсуждения — у многих людей при одном упоминании шла пена изо рта и случались обмороки. Репортажи продолжались. [Срочно: Обсерватория подтверждает уничтожение Двуглавого ядовитого дракона] [Подтверждено уничтожение 80% взбесившихся призраков. Ведется зачистка оставшихся монстров и нежити] [С момента начала инцидента прошло всего около часа...] Мир содрогнулся еще раз. Двуглавый ядовитый дракон, ставший призраком, был повержен всего через час после появления. Огромная армия призраков, бесчинствовавшая по всему Китаю, была уничтожена почти на семьдесят процентов одним ударом. Причина? Выясняется... Но это определенно не было отчаянной новостью. Те, кто падал без чувств, теперь широко раскрытыми глазами впивались в экраны. [Ли Ха Юль назван главным героем, внесшим вклад в уничтожение объекта «Двуглавый ядовитый дракон»] И когда всплыло это имя, глаза людей расширились до предела. Ли Ха Юль. Имя и фамилия, которые то и дело мелькали в новостях. О нем шумели во время поступления в Сиёлам, а во время инцидента в Шихаллионе поднялся такой гул, что, казалось, здания рухнут. И вот этот человек одним махом прикончил вновь выползшего Двуглавого ядовитого дракона. Обнадеживающее содержание, подавившее шокирующие и пугающие сводки... [Срочно: курсант, зачисленный на особых условиях, Ли Ха Юль пропал без вести...] [Поисковый отряд «Тайный ход», подчиняющийся Ассоциации, немедленно приступает к работе] Ассоциация стояла на ушах. Высшее руководство... «Абсолютно приоритетный гость», чья значимость выше, чем у любого Члена Совета, пропал без вести после схватки с монстром высокого ранга. [Клан Адского Пламени направляет Отряд Очищения к границе Хуабэй и Дунбэй] В клане Адского Пламени тоже начался хаос. В каком-то смысле ситуация там была даже серьезнее, чем в Ассоциации. Меч Сигнального Огня основателя, который Ли Ха Юль не просто вытащил, а буквально перекрасил под себя. Пока старейшины вели сложные дискуссии о том, что с ним делать, и улыбались, рисуя в воображении будущее процветание клана Адского Пламени... Чхве Джиён, которая спокойно разгребала горы работы, радуясь, что дочь наконец «поставила печать», пришла в ярость от известия о том, что ее зять пропал без вести. Хон Ёнхва, из последних сил тянувшая обязанности наследницы, просто закатила глаза и рухнула в обморок. [Клан Чангэ задействует войска на передовой. Объявлено о «миссии по спасению героя»] Клан Чангэ тоже был в смятении. И без того находившийся в напряжении из-за близости к месту появления Двуглавого ядовитого дракона, клан Чангэ отправил своего наследника возглавить поиски Ли Ха Юля. [Клан Тэсан: «Огромная угроза выживанию человечества». Отправка войск для подавления ситуации] В клане Тэсан положение было не менее тревожным. Прямых связей с Ли Ха Юлем у них не было, но в инцидент оказались втянуты их драгоценный наследник и элитное боевое подразделение. Из-за одного смутьяна, сбежавшего из Колыбели, различные силы по своим причинам стекались на китайскую землю. ◆ ◆ ◆ Принципы работы Полномочий у всех разные. Полномочие наблюдения почти не потребляет ману. Конечно, при изменении способа применения мана расходуется, но при обычном, простом использовании вместо нее тратится в основном ментальная энергия. Полномочие пространства поглощает ману в огромных количествах. Простое открытие Пространства почти не заметно. Однако процесс возведения пространственных стен, их разрыва и соединения не только сжирает прорву маны, но и забирает ментальную энергию целыми кусками. В любом случае, проявление Полномочия истощает ментальные силы. «Ничего не вижу...» Иными словами, при нехватке ментальной энергии Полномочие не активируется. Из-за этого мир вокруг окрасился в черный. Впрочем, стоит открыть глаза — и тебя встречает густой туман, а закроешь их — видишь лишь беспросветную тьму. На такой случай, конечно, есть один способ. Техника эхолокации, позволяющая воспринимать окружающее пространство через обостренные чувства. Я использовал этот метод в Башне Роста, но сейчас даже он работал плохо. Мир кажется огромным... или же это я стал совсем крошечным. Я попробовал пошевелить пальцами. Они кажутся тоньше и... изящнее, чем раньше. Одежда тоже стала велика. Она превратилась в пропитанное ядом лохмотья, поэтому я просто сбросил ее и, неуклюже перебирая конечностями, отполз подальше. Сейчас меня укрывает Небесное оперение. Почему-то крылья, все еще прикрепленные к спине, окутывают мое тело, словно защищая. Они кажутся невероятно большими. Кажется, ими можно обернуть меня несколько раз, и еще останется. «...Я уменьшился? Не понимаю...» Я не уверен, реально ли то, что я чувствую. «А-а...» Все тело болит. Ноет так, будто меня колотили весь день, и жжет, словно от порезов. В голову приходило много сравнений, но итог был один: мне очень больно. Боль была разной. Во-первых... тело горело. Казалось, я проглотил пламя, и оно теперь полыхает в животе. Кровь, бегущая по венам, ощущалась кипящим маслом, а мана, в малых дозах циркулирующая по разорванным каналам, казалась языками огня. Чудилось, плоть вот-вот обратится в пепел. И в то же время... «Холодно...» Как ни парадоксально, тело было ледяным. Кончики пальцев рук и ног словно замерзли и вот-вот раскрошатся. От этого страха я свернулся калачиком. Тогда тело снова начинало плавиться от жара. Стоило мне заскулить от боли, как я вновь превращался в ледяную глыбу. Временами казалось, что тело костенеет и вот-вот рассыплется прахом. В этот момент я понял, что это за симптомы. «Т-триада...» Триада. Техника, в которой Гэпхва, Чангэ и Тэсан насильно сливаются воедино и высвобождаются. Вероятно, это было побочным эффектом её применения. «...Хм-м...» Возможно, именно из-за этого мои эмоции постоянно колебались. Словно под влиянием Гэпхва, чувства обострились до предела. Я ненавидел весь мир. Моё нынешнее положение — жалкое, израненное существо, ползающее в неизвестном месте, — вызывало такую горечь, что на глаза наворачивались слёзы. Мне было одиноко. Ощущение, что я могу умереть здесь в полном забвении, и страх того, что даже если я выживу, смерть может настигнуть меня в любой момент, сковывали ужасом. А затем... словно под влиянием Чангэ, эмоции затихали. В конце концов, все вокруг — чужие люди, так что и ненавидеть некого. Боль не имела значения, ведь казалось, что я вот-вот умру. Все связи исчезнут вместе со смертью. Может, лучше просто умереть, чем так страдать?.. Тело превратилось в руины, а разум, не уступая ему, раз за разом то плавился, то замерзал в этом хаосе. Сознание то гасло, то возвращалось вновь. ◆ ◆ ◆ Я не знал, сколько дней прошло. К счастью, за это время я не умер. Живот прилип к спине от голода, но до истощения было ещё далеко. В прежнем мире мне не раз приходилось голодать, а теперь, став сверхчеловеком, я, вероятно, мог продержаться ещё дольше. Воду... я слизывал с влажного пола там, где проступала сырость. В такие моменты то, что мои вкусовые рецепторы были повреждены, приносило хоть какое-то утешение. Тем временем ментальные силы понемногу восстанавливались, а побочные эффекты Триады постепенно ослабевали. Казалось, если подождать ещё несколько дней, я смогу окончательно избавиться от последствий и даже проявить Полномочие. — У-у-унг! В этот момент чувства пронзила острая вспышка. Даже без затрат сил сердца или маны, дрожь Пространства ощутимо забарабанила по коже. «...Что это? Где я вообще нахожусь, раз Пространство так...» Я ничего не понимал. Внезапно вспыхнуло чувство опасности. Я был в ужасном состоянии. Если меня обнаружит какой-нибудь монстр... Озноб пробежал по всему телу. Перед глазами встал леденящий ужас неминуемой смерти. Что бы это ни было, оставаться здесь — значит навлечь на себя беду. Я попытался пошевелить руками и ногами, но мышцы почти не слушались. Я не то что встать — ползти мог с огромным трудом. «Кх-х...» Извиваясь всем телом, я медленно, словно насекомое, пополз по полу. Я пытался отдалиться от места, где ощущались колебания Пространства, когда вдруг... — Наконец-то я нашла...?! ...Тебя? Я вздрогнул и замер, услышав знакомый голос. Характер маны и этот родной тембр... Это была профессор Лиана. «Иллюзия?» Первым делом возникло подозрение в достоверности моих чувств. Может, это сон? Может, я потерял сознание и мне снится спасение? Такие мысли крутились в голове. Я отчаянно надеялся, что это не ошибка. Иначе это было бы слишком жестоко. — —! ———! Словно в опровержение моих страхов, присутствие, которое я принял за профессора Лиану, стремительно приблизилось. Вслед за заклинанием моё тело окутало мягкое тепло. Магия исцеления. Тогда я осознал реальность происходящего. Не знаю, как она меня нашла, но это, без всякого подозрения, была профессор Лиана. Напряжение мгновенно покинуло меня. — А, а-а! Подождите! На всякий случай, не теряйте сознание! Курсант Ли Ха Юль! Когда я обмяк, профессор Лиана в суматохе осторожно подхватила меня на руки. Её добрые руки поддерживали моё тело... но что-то было не так. «Что за...» Чувство неестественности нарастало. Ощущения, которые я испытывал, невозможно было списать на простую ошибку. Руки, которые подхватили меня под мышки и поддерживали за спину и ягодицы... они были слишком большими. Словно руки великана. По сравнению с ними моё тело казалось крошечным. Я целиком поместился в её объятиях. Ощущения разительно отличались от прежних. Я буквально утонул в её руках. — Что это за... Э-э, малыш? Вы ведь... курсант Ли Ха Юль, верно? — в замешательстве спросила профессор Лиана. «......» После этого вопроса обрывки воспоминаний и странные ощущения сложились в единую картину, как кусочки пазла. То, что я принимал за Смятение чувств... Огромный мир вокруг и моё собственное восприятие себя маленьким. Прикосновения профессора Лианы, казавшиеся движениями великана, и моё тело, которое теперь так легко и полностью умещалось в её объятиях. «...Я уменьшился?» Моё тело стало меньше. Точнее, я помолодел? В тот момент, когда я пришёл к этому выводу, который так старательно отрицал, мой разум словно оцепенел. — Ох... Да что же это... Нет, сначала питательные добавки. Застыл я или нет, профессора Лиану это не волновало. Она со слезами на глазах осмотрела мою левую руку — Доказательство защиты, уменьшившееся вместе с моим телом, — и, достав что-то, осторожно поднесла к моим губам. Флакон наклонился, и в рот тонкой струйкой потекла теплая жидкость. Усталость, сковавшая тело, начала понемногу отступать. Похоже, это было зелье для восстановления сил. Я послушно глотал то, что она давала. Чувство было странным. Вскоре зелье закончилось, и я внезапно ощутил мимолетное сожаление. «...?» Внезапно я осознал, что моё лицо постоянно касается чего-то мягкого. [Мягкость] [Нежность] [Тепло] Это было так нежно. Настолько мягкое и огромное, что голова буквально утопала в этом. Оттуда исходило приятное тепло. Инстинктивно я прижался лицом плотнее. Блаженное чувство нежности окутало меня. — Всё хорошо. Вам было тяжело держаться в одиночку, верно? Не волнуйтесь. Теперь, когда я здесь, всё будет в порядке... Словно одобряя мои действия, она начала меня гладить. Когда её рука скользнула по моей голове и спине, меня переполнило Счастье. То, во что я уткнулся лицом, было женской грудью. Важная часть тела, к которой нельзя прикасаться бездумно. Но она была такой невероятно мягкой и уютной... «......» Рука двинулась сама собой. — Вы молодец, что выдержали. Теперь пойдём наружу... Хвать... — ...и... ах?! Ощущение счастья целиком заполнило мою ладонь. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○ (66 ▶ 71/100) ｢Симпатия｣ ｢Благодарность｣ ｢Добросердечный взрослый｣ ｢Мягкость｣ ｢Тепло｣ ... [Система коррекции игрока: Показатели] ... ▶ Психологическое состояние ｢Одиночество｣ ｢Жажда тепла｣ ｢Жажда Любви｣ ｢Психическое истощение｣ ｢Эмоциональный подъем｣ ｢Эмоциональный спад｣ ｢Эмоциональный нейтралитет｣ ---------- Маленький смутьян (2) Магия духов. Если оставить в стороне тот факт, что владеющих ею крайне мало, то стоит признать: достигнув в ней мастерства, человек обретает власть над целой армией духов. Разослав их во все стороны, можно добиться таких успехов в поиске, что любые обычные способности к сенсорике покажутся ничтожными. Именно поэтому Лиана Беллус тоже присоединилась к поискам. Разумеется, её никто не заставлял — Лиана вызвалась сама. Исчезновение Ли Ха Юля перевернуло всё вверх дном, и Сиёлам не стала исключением. Для Атры, которая занималась индивидуальным обучением юноши, и для Лианы, его ответственного профессора, эта новость прозвучала как гром среди ясного неба. Особенно тяжело пришлось Атре... — Ох, беда, беда-то какая... Лиана вложила все силы в то, чтобы просто её успокоить. Она и сама была в ужасе, но когда человек рядом буквально заходится в истерике, приходится брать себя в руки. Так или иначе, приведя Атру в чувство, Лиана отправилась в Китай и приступила к поискам. Китайские земли были огромны. Каким бы искусным ни был мастер сенсорики и сколько бы духов ни было в распоряжении Лианы, прочесать всю эту территорию в одиночку — задача непосильная. Однако осматривать всё и не требовалось. Местоположение было сужено до конкретной области. Район на границе Хуабэй и Дунбэй, где был повержен Двуглавый ядовитый дракон, был точно известен. Имелись и показания Ли Джиён, наследницы Тэсана, которая противостояла монстру вместе с Ли Ха Юлем. Несмотря на то что она находилась в пограничном состоянии — если не из-за физических ран, то из-за тяжелейшей психологической травмы, — от неё удалось получить информацию о подземелье, в которое Ли Ха Юль вошёл перед самой потерей сознания. Лиана разослала полчища духов, тщательно прочесывая местность. В процессе ей удалось обнаружить нечто похожее на вход в подземелье, о котором говорила Ли Джиён. Вопреки её словам, тумана вокруг не было, но в пещере посреди утеса Лиана нашла проход. По какой-то причине войти внутрь сразу не удалось, но спустя несколько дней вход открылся, и она поспешила внутрь. Облик подземелья тоже отличался от описания. В показаниях говорилось о густом, белесом тумане... Но здесь его не было. Пространство было абсолютно чистым. Упоминалось призрачное озеро, мерцающее мягким светом... И здесь несоответствие. Следы того, что озеро когда-то существовало, остались, но вода словно испарилась, обнажив глубокую пустую чашу. А в самом центре этой ямы находилось белоснежное дитя. В тот миг, когда Лиана увидела его, её мысли словно замерли. Ребенок излучал настолько таинственную ауру, что даже она на мгновение застыла с открытым ртом. Чистейшие белые волосы без единого изъяна и кожа, сохранившая нежный румянец даже под слоем пыли. Три пары огромных лазурных крыльев, в несколько раз превосходящих размерами его тело, укрывали малыша подобно одеялу. Он, кряхтя, пытался ползти по земле. Маленький ребенок... Он выглядел точь-в-точь как Фея, которых Лиане доводилось видеть раньше. Пожалуй, слово «похож» здесь даже не подходило. В глазах Лианы это и была Фея. Он сильно изменился, но в нем всё еще угадывались черты того Ли Ха Юля, которого она знала. И прежде всего — эти крылья, магический артефакт, который Ли Ха Юль всегда носил с собой. Лиана не понимала, почему на его левой руке красуется маленький протез, идеально подходящий по размеру ребенку, но... «Постойте, это же артефакт?» Причем, судя по одному только виду, артефакт высшего порядка. ...Сомнений не оставалось: этот ребенок — Ли Ха Юль. Лиана бросилась к нему и начала действовать по всем правилам оказания помощи. Проверив сознание, она сняла с него лохмотья, которые уже и для мытья полов не годились, и укутала в мягкое одеяло. Провела экстренное лечение с помощью магии восстановления начального уровня. Затем осторожно напоила его зельем для восстановления сил, которое не давало нагрузки на организм пациента. И после этого... — Вы молодец, выдержали. Теперь мы выйдем наружу и... Хвать... — ...и. Ха-а?! Её схватили за грудь. ◆ ◆ ◆ Лиана плотно сжала губы. Если оставить в стороне постыдный стон, вырвавшийся вопреки её воле, то от странного ощущения, пронесшегося вдоль позвоночника, её спина невольно выпрямилась. Это было чувство, которое трудно описать словами. Лиана опустила дрожащий взгляд. Она видела свою грудь. Своих стоп она не видела — впрочем, так было всегда. Она видела белоснежные волосы. Помолодевший Ли Ха Юль, словно ища защиты, крепко уткнулся лицом в её грудь. Лиана могла его понять. Она и раньше замечала, что Ли Ха Юль, хоть и старался этого не показывать, в глубине души был склонен к капризам и жаждал ласки. И вот такой ребенок провел последние несколько дней в одиночестве, запертый в этом подземелье. Став маленьким, едва способным двигаться... он выживал здесь, ползая по земле. В месте, где трудно найти даже пропитание, он находился в таком состоянии, что его истощение — и физическое, и моральное — было вполне ожидаемым. Как она и предполагала, Ли Ха Юль, попискивая, начал по-детски зарываться в её объятия. Лиана, недолго думая, позволила ему это. Она крепко прижала его к себе, делясь теплом, и ласково погладила по голове и спине, безмолвно обещая безопасность. Вот только в её планах не было того, что её схватят за грудь. Жамк... — По-подождите... Курсант Ли Ха Юль?.. Ли Ха Юль продолжал настойчиво перебирать пальцами её плоть. Лиана не сразу заметила, но ожоги на его руках исчезли. Конечно, по сравнению с грудью его ладошки были совсем крошечными. Пальцы буквально утонули в пышности её форм. Между аккуратными пальчиками проступала мягкая плоть, которую он не мог обхватить целиком. От этого зрелища и от незнакомого ощущения в груди лицо Лианы вспыхнуло. Она никогда не могла себе представить ничего подобного. За всю жизнь ей и в голову не приходило, что кто-то будет так бесцеремонно трогать её грудь. Суетливо, но предельно осторожно — боясь ненароком причинить ему боль — она попыталась отцепить его ручонки. — Ну-ну... Нельзя так просто трогать женскую грудь... Последовало неумелое наставление. Лиана никогда не воспитывала детей. Естественно, она не знала, как правильно вразумить ребенка, совершившего проступок. Конечно, Ли Ха Юль не был ребенком на самом деле, но, учитывая обстоятельства его взросления и нынешнее состояние тела, он был очень близок к этому образу. Она легонько постучала его по носу, стараясь придать голосу строгости. — И-и-и... [«Ну нет, не хочу...»] В ответ на её слабую попытку воспитания Ли Ха Юль лишь захныкал. Его рука, еще мгновение назад полная счастья, теперь была пуста. На сердце навалилась необъяснимая тоска. В душе вспыхнул огонек, разжигая желание капризничать и требовать ласки. В то же время некоторые фрагменты его памяти словно замерзли, став недосягаемыми. Разум, способный осознать эту странность, снова помутился, как и прежде. Ли Ха Юль расстроенно уткнулся лицом обратно в её грудь. Вскоре его дыхание стало ровным и спокойным. — Ой, а? Подождите. Вам сейчас нельзя засыпать... Услышав дыхание спящего, Лиана в панике слегка встряхнула его. Предположив, что пропавший Ли Ха Юль мог получить смертельные раны, из-за которых не смог подать сигнал, она подготовила множество лекарств. Пока что она дала ему только зелье для восстановления сил. К тому же монстр, с которым сражался Ли Ха Юль, — это Двуглавый ядовитый дракон, повелевающий ядами и болезнями. И хотя голова, отвечающая за болезни, не была обнаружена, и сейчас он выглядел неплохо... Лиана принесла с собой всевозможные противоядия на случай будущих осложнений. И всё это нужно было дать ему, пока он в сознании. [«Хочу спать...»] [«Тепло».] [«Хорошо».] [«Уютно...»] — Курсант Ли Ха Юль? Малыш? Нельзя спать. Нужно выпить лекарство... Лиана осторожно, чтобы не закружилась голова, покачала Ли Ха Юля и бережно отстранила его лицо от своей груди. Но сознание мальчика, казалось, всё глубже погружалось в царство снов. Ли Ха Юль был крайне истощен. Не было ничего удивительного в том, что он отключался прямо сейчас. — Лекарство нужно дать как можно скорее... Пока она раздумывала, стоит ли поить его в полубессознательном состоянии, Лиана вдруг вспомнила, что мгновение назад его разум был довольно ясным. Точнее... когда он сосредоточенно перебирал её грудь... — ...... Лиана на мгновение замерла, её мысли неслись вскачь. Честно говоря, идея казалась ей возмутительной, но с другой стороны — разве это так уж важно в данной ситуации? На самом деле Лиана не чувствовала неприязни к прикосновениям Ли Ха Юля. Она просто испугалась от неожиданности, но это не было ей неприятно. — Кхм... Вот, держи... Скрепя сердце... исключительно ради того, чтобы поскорее дать ему лекарство, она вложила свою грудь в ладонь ребенка, чья голова уже бессильно клонилась ко сну. Ли Ха Юль вздрогнул, и его пальцы тут же начали ритмично сжиматься. — Ух... Лиана затрепетала от странного ощущения, но, боясь, что Ли Ха Юль снова уснет, поспешно достала все необходимые препараты. ◆ ◆ ◆ [Объект (Ли Ха Юль) найден, оказана первая помощь. Направляемся в ближайший город.] [Отправить сообщение по спецканалу (WE3-32)?] [Да / Нет] Клик. Голограмма мигнула, и сообщение ушло. — ...Кто-нибудь да увидит. В окрестных Серых зонах магический фон и без того нестабилен. А сейчас, когда повсюду вспыхивают прорывы подземелий, беснуются монстры, призраки и сверхлюди, помехи стали еще сильнее. Из-за этого связь могла работать с перебоями, но отправить отчет было необходимо. — Как же я устала... Стояла глубокая ночь. Небо потемнело, и на поляне, образовавшейся после вырубки нескольких деревьев, Лиана установила вместо костра обогревательный магический артефакт. Стоило ей закончить с охранной магией, как последние силы покинули её. Прислонившись к толстому стволу дерева, Лиана тяжело вздохнула и расслабилась. Благодаря артефакту вокруг было довольно тепло, несмотря на ночную прохладу. Оранжевый свет, напоминающий закатный, придавал обстановке своеобразный уют. После того как она напоила Ли Ха Юля всеми лекарствами и поспешила к городу, солнце скрылось за горизонтом. Лиана могла действовать и ночью, но она была на пределе. Известие об исчезновении Ли Ха Юля стало для неё тяжелым ударом. Именно она сдерживала готовую сойти с ума Атру, и именно она, оставив Атру, которая была совершенно бесполезна в поисках, последние несколько дней не смыкала глаз. Физические и душевные силы были на исходе. Даже при этом Лиана могла бы продолжать путь. Проблема была в другом. Сопит... [«Счастье».] [«Счастье».] [«Тепло».] — ...... Теплое дыхание, мерно касающееся ложбинки на груди. Приятное, наполняющее чувством удовлетворения ощущение от того, как кто-то родной уютно устроился в объятиях... Лиана Беллус приоткрыла глаза и скользнула взглядом вниз. Там, словно по праву заняв место в ее руках, крепко спал Ли Ха Юль. Ли Ха Юль был пациентом, и это не подлежало сомнению. Ребенок, который внезапно помолодел по неизвестной причине, чьи симптомы еще предстояло изучить. Для такого малыша деятельность без отдыха была бы слишком суровым испытанием. Поэтому Лиана решила сделать перерыв, устроиться неподалеку и провести здесь ночь. Она некоторое время наблюдала за Ли Ха Юлем. С ее ракурса было видно лишь лицо мальчика, уткнувшегося ей в грудь и погруженного в глубокий сон. С неопределенным выражением лица Лиана погладила его по волосам. «О...» И невольно издала едва слышный вздох восхищения. Она и раньше это замечала, но теперь прикосновения стали еще более невероятными. Это вызывало сильнейшее привыкание. Казалось, если не контролировать себя, можно провести весь день, прижимая его к себе и поглаживая. [Поглаживания Хорошо] [Счастье...] [Уют] Состояние его души, которое сообщал мерно щелкающий кулон, тоже было весьма трогательным. Лиана расстелила на земле спальный мешок. Благодаря установленному барьеру холодный ветер не проникал внутрь. Охранная магия была активирована, а многочисленные духи со всех сторон следили за возможной опасностью. Она легла на мягкий спальный мешок. Ли Ха Юль, естественным образом оказавшийся в ее объятиях, лег вместе с ней. Он положил голову на руку Лианы и еще глубже зарылся в ее объятия. [Мягко...] Эта полная детской привязанности повадка вызвала у нее невольную нежную улыбку. Лиана легонько похлопала его по спине. В ответ на это ребенок, даже во сне реагируя на приятные ощущения, издал тихое мурлыканье, отчего Лиана тихо рассмеялась. — ...Просто удивительно. Лиана пробормотала это, легонько касаясь щеки Ли Ха Юля. Лиана Беллус — герой в отставке. Она окончила лучшую региональную академию с отличием и в Сиёламе в течение всех четырех лет занимала первое место по успеваемости на курсе. Сразу после выпуска она отправилась в Магические земли, где долгое время была незаменимым специалистом, пока не ушла в отставку, сославшись на ранение. Она могла бы и не уходить. Ранение действительно было, ведь Магические земли — крайне опасное место, где даже Лиана могла пострадать при малейшей неосторожности. Однако травма не была серьезной. Она никак не влияла на ее навыки и при должном лечении зажила бы без каких-либо последствий. Лиана уже собиралась вернуться на фронт, когда к ней, готовившейся к возвращению, пришла вице-ректор Сиёлама. — Я Венус Ритера, вице-ректор Сиёлама. Если вы располагаете временем, не могли бы вы уделить мне минуту? Вице-ректор, которая в отличие от совсем скрытного ректора крайне редко вела внешнюю деятельность, посетила ее лично. Заинтересовавшись, Лиана согласилась на разговор и получила предложение. Она приняла его. Так она стала профессором для первокурсников в Сиёламе... а если точнее, наставником Ли Ха Юля. — Хм... Поглаживание щеки ребенка приносило странное удовольствие. Кожа была нежной и пухлой, словно паровая булочка, так что ее хотелось трогать бесконечно. Ощущение от того, что она держит его в объятиях, тоже было приятным. И раньше, и теперь, когда он помолодел. Стоило прижать его к себе, как внутри разливалось чувство глубокого удовлетворения. И это началось не сейчас. Странно, но с самой первой встречи Лиана почувствовала к Ли Ха Юлю необъяснимую близость и симпатию. Теперь она отчасти понимала причину. «Фея». Феи похожи на духов. Если быть точным, правильнее сказать, что феи — это высшая раса по отношению к духам. В любом случае, они биологически близки. Лиана — духолов. Она обладает врожденным сродством к духам, и те чувствуют к ней расположение, что облегчает заключение контрактов. Не было ничего странного в том, что она почувствовала близость к Ли Ха Юлю, который, судя по всему, был феей. Хотя, даже с учетом этого, ее тяга и симпатия к нему были гораздо сильнее, чем к другим феям, которых она встречала раньше, или даже к малышке по имени Ли Се Юль... — Герой Лиана, вы сможете достичь того, чего желаете. — ...Того, чего я желаю... — Лиана склонила голову набок. Ее желания. Мечты? Или цели. У нее не было какой-то особенной цели, которой она страстно хотела бы достичь. Просто жить в безопасности, в покое, без лишних угроз. Купить когда-нибудь подходящий участок земли, поставить там сруб. Самой варить кофе и неспешно наслаждаться чтением, сидя в кресле-качалке перед простым камином. Мечта не самая выдающаяся и не такая уж сложная. Для Лианы, накопившей более чем достаточно денег и славы, это было проще простого. Если только мир внезапно не решит погибнуть, так оно и будет. Ночь углублялась. «...Нужно ли снимать протез?» Руку стоило бы восстановить... С этими праздными мыслями Лиана провела ночь, не выпуская Ли Ха Юля из объятий. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Показатели] ... ▶психологическое состояние ｢Фея(?)｣ : ? ｢Ми?｣ : ? ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○ (71 ▶ 74/100) ｢Симпатия｣ ｢Благодарность｣ ｢Добросердечный взрослый｣ ｢Мягкость｣ ｢Тепло｣ ---------- Маленький смутьян (3) Лиана предпочитала перемещаться по воздуху. Управляя духами ветра, было быстрее и удобнее всего лететь, не обращая внимания на рельеф местности. Можно было, конечно, заставить двигаться саму землю с помощью духов земли — это тоже достаточно быстро и комфортно, к тому же в плане безопасности и скрытности такой способ имел свои преимущества. Но Лиана все же выбирала полет. Она полюбила прохладный ветерок еще до того, как пробудила свою уникальную способность. В ее родных краях было много холмов и гор, а прямо за ее домом возвышался огромный холм. Стоило подняться на самую вершину и просто посидеть там, как тебя окутывал освежающий бриз. Она часто ложилась прямо на землю, закрывала глаза и наслаждалась шепотом ветра, не замечая, как летит время. Видимо, поэтому и Ли Ха Юль, обучавшийся магии духов у Лианы, тоже полюбил летать. Пока Лиана рассекала небеса, Ли Ха Юль послушно прижимался к ней, ни разу не закапризничав. Во время пути они периодически спускались на землю, чтобы отдохнуть, учитывая состояние мальчика. В эти перерывы Лиана перекусывала сама и кормила Ли Ха Юля, не забывая давать ему лекарство. Разумеется, под «едой» подразумевался походный паек для Лианы и легкая, щадящая каша для Ли Ха Юля, чтобы не нагружать его пищеварение. И вот, когда дело доходило до лекарства... — Хвать... [«Мягко...»] — ...И откуда у тебя такая странная привычка? Каждый раз в этот момент он тянулся ручками к ее груди. В остальное время он вел себя спокойно, но стоило дать ему лекарство, как он машинально протягивал ладошки и начинал ритмично сжимать ее грудь. «Может, это из-за того, что в первый раз, когда я давала ему лекарство, я позволила ему схватиться за грудь?» Привычка закрепилась. Теперь, если он не чувствовал под пальцами мягкую плоть во время приема лекарства, он начинал хныкать. Лиана со странным выражением лица смотрела на Ли Ха Юля, который возился в ее руках. Ли Ха Юль, ставший ребенком по непонятной причине. Он и раньше, хоть и пытался это скрыть, был склонен к капризам, но теперь это проявилось в полной мере. В здоровом теле — здоровый дух. Но верно и обратное: какой бы сильной ни была воля, если тело истощено, разум тоже начинает увядать. И раз уж ребенок, и без того склонный к баловству, прошел через такое испытание... было неудивительно, что сознание крошечного Ли Ха Юля стало еще более детским. «Милашка». Помимо понимания, Лиана чувствовала нечто вроде материнского инстинкта. С кроткой улыбкой она погладила Ли Ха Юля по голове, пока тот был полностью поглощен ее грудью. То, как он утыкался лицом в ее ложбинку, ища тепла, и как капризно сжимал грудь, напоминало младенца, требующего материнского молока. Конечно, у Лианы ничего не было, так что покормить его по-настоящему она не могла. Заботясь о Ли Ха Юле, она попутно расправлялась с монстрами и призраками, попадавшимися на пути, просто отправляя духов в бой. С мелкими сошками справлялись низшие духи, а если становилось лень, она призывала среднего духа, который быстро зачищал территорию. — Фью-ю-ух! Пронесся поток свежего ветра. Волосы Лианы плавно колыхнулись. Она перевела взгляд и увидела летящую издалека птицу. Это была не обычная птица из плоти и крови, а ветряная птица, созданная из самого воздуха — средний дух ветра, вернувшийся после завершения охоты. Начиная со среднего ранга, духи обретают подобие самосознания. Вместе с ним появляется и индивидуальность, формируя у каждого свой характер и особенности. Лиана протянула руку. Этот дух, принявший облик птицы, имел привычку садиться ей на предплечье, если она вытягивала руку. Дух ветра подлетел ближе. — ? И пронесся мимо ее руки. Он лишь мельком мазнул по ней взглядом, после чего устремился к Ли Ха Юлю, сидевшему у нее на руках, и принялся ластиться к нему. — Пи-ри-ри! [«Ветряная птичка».] [«Милая».] [«Прохладно».] Ли Ха Юль расплылся в улыбке от ласк духа. Его улыбка была настолько чистой, что, казалось, все вокруг озарилось светом. Словно выражая свое счастье, крылья у него за спиной даже затрепетали. Мальчик протянул ручки и крепко обнял духа, будто мягкую игрушку. Картина была на редкость идиллической. Очаровательный ребенок, которому так подходило определение «фея», и ветряная птица, вовсю ластившаяся к нему. Если бы кто-то сделал такой снимок и выставил на аукцион, его оторвали бы с руками за огромные деньги. За последние несколько дней Лиана видела это постоянно. Словно подтверждая свою принадлежность к расе фей, любой дух, с которым Лиана заключала контракт, стоило ему появиться, без исключения начинал заигрывать с Ли Ха Юлем. — Ох, надо же... Лиана издала короткий смешок, дала духу еще немного времени на ласки, а затем щелкнула пальцами. — Щелк! Позади нее возник пространственный разлом, создавший всасывающую силу. — Пи-ри-рит! Вдоволь натешившись, дух ветра удовлетворенно взмахнул крыльями и нырнул в разлом. [«Жаль».] [«Птичка».] Ожерелье тихо щелкнуло, передавая эмоции мальчика, которому было грустно расставаться с духом. Лиана усмехнулась и похлопала по спине Ли Ха Юля, который с понурым видом уткнулся лицом ей в грудь. — Малыш. [«...Я не малыш».] — Но выглядишь именно так. Лиана снова рассмеялась. Еще вчера он просил покачать его, называя себя малышом, но сегодня к нему, видимо, начал возвращаться рассудок — он лишь слегка покачал головой, а его ушки покраснели. — Мы скоро прибудем. Наш малыш сразу отправится в Сиёлам, где пройдет тщательное обследование и ляжет в больницу. [«...Обязательно ложиться?»] — Конечно. Лиана ответила так, будто это было очевидно. Неужели он думал, что после такого грандиозного происшествия сможет просто вернуться к обычным делам? Ли Ха Юль вздрогнул и отвел взгляд. Похоже, он и сам понимал, насколько нелепо это звучало. — Тебе стоит приготовиться к нагоняю, когда вернемся. От этих слов тело Ли Ха Юля одеревенело. Крылья за его спиной безжизненно повисли. Ли Ха Юль и в этот раз проявил жертвенность, чтобы спасти людей, и спас он гораздо больше, чем в Шихаллионе. Что было бы, если бы уничтожение Двуглавого ядовитого дракона затянулось? В конце концов его бы убили, но неизвестно, во что превратилась бы эта и без того пропитанная ядом земля за это время. К тому же, после смерти дракона многие призраки, буйствовавшие в Китае, поутихли. Вероятно, Двуглавый ядовитый дракон был проводником некромантии. Суть героя — в защите невинных. С точки зрения героя, поступок Ли Ха Юля заслуживал всяческой похвалы. Однако. С точки зрения курсанта Ли Ха Юля, маленького Ли Ха Юля и ученика Лианы, это был крайне опасный поступок, за который следовало хорошенько отругать. Лиана не стала его ругать. Не потому, что не хотела. Просто он был пациентом, истощенным физически и морально, поэтому она решила отложить воспитательную беседу на потом. — Ой... [«Больно...»] Лиана протянула руку и слегка сдавила носик Ли Ха Юля. Тот состроил плаксивую рожицу и осторожно коснулся ее пальцев своими. Но то ли сил у него не было, то ли совесть мучила — оттолкнуть ее руку он не решился. — Особенно Атра... она в ярости. Вне себя от гнева. — Ик... Ли Ха Юль икнул. — Она так разозлилась, что у нее пена изо рта шла, и она едва не разнесла всю мебель вокруг. Знаешь, как тяжело было ее успокаивать?.. — Ик! — И разве только Атра? Курсант Хон Ёнхва, которая так тебя любит... Курсант Элия, которая присматривала за Се Юль... Все они очень волнуются, злятся и грустят... Предчувствуя свое будущее, Ли Ха Юль мелко задрожал. Его лицо, искаженное страхом, выглядело одновременно жалко и мило. ◆ ◆ ◆ Дом в Сиёламе, выделенный Атре. На втором этаже, в самом конце коридора, находилась комната, служившая ей рабочим кабинетом. Там стояли книжные шкафы, забитые книгами, стол и диваны для приема гостей, рабочий стол и прочая мебель. — Хрусть... Книжный шкаф разлетелся в щепки и валялся на полу. Книги, что были в нем, постигла та же участь. Вся мебель в комнате была уничтожена. Потолок, пробитый даже сквозь защитную магию, скрипел, и с него сыпалась пыль. Пыль оседала на чудом уцелевший рабочий стол. — ...... Глаза Атры на мгновение дернулись. Ее взгляд проследил за пылинками на обломках шкафа, а затем вернулся в исходную точку. Она неотрывно, словно пытаясь прожечь взглядом дыру, смотрела на дверь. Лопнувшие сосуды сделали ее глаза красными, взгляд был тусклым и безжизненным. Под глазами залегли глубокие тени, отчетливо виднелись следы слез. — Да. — Я обязательно запомню ваши слова, учитель. — Вам не о чем беспокоиться. Внезапно в памяти Атры всплыли слова Ли Ха Юля. В день начала каникул... да и раньше. Каждый раз, когда она выражала беспокойство, видя, как он покидает Сиёлам, Ли Ха Юль отвечал одно и то же. «Не о чем беспокоиться. Я запомню ваши слова. Буду осторожен. Со мной ничего не случится. Вернусь в целости и сохранности...» — Скрип... Она стиснула зубы. Бум...! Уцелевший стол жалобно скрипнул, и по нему побежали трещины. Атра, не обращая внимания на стол, который, казалось, вот-вот развалится пополам, продолжала сверлить взглядом дверь. «Нужно проучить его как следует». Ли Ха Юль. Ученик, которого она любила больше всех на свете. Ребенок, на которого и руку-то поднять невозможно... но в этот раз она обязана была его наказать. Обещал вести себя тихо во время каникул, а сам тайком пробрался в Серую зону — в Китай. Ладно. Даже если он испытал шок, если бы он вернулся целым и невредимым... если бы был результат, она могла бы ограничиться тем, что немного потискала бы его за щеки. Но он божился, что с ним ничего не случится, а сам ввязался в драку с монстром примерно 4-го ранга... пропал без вести, заставив ее сердце обливаться кровью. Этого нельзя прощать. И нельзя спускать на тормозах. Чтобы подобное не повторилось, нужно преподать ему суровый урок. Атра твердо настроилась. — Топ... топ... Звук шагов. Обостренные чувства уловили знакомую походку. Это была Лиана. Лиана, которая обещала найти пропавшего Ли Ха Юля и привести его, уверяя, что серьезных травм у него нет. — Топ... топ... Шаги приближались. Дверь открылась, и присутствие вошло внутрь здания. Чувствовалось двое. Одно принадлежало Лиане. А другое... другое?.. — ...? Что-то не так. Это не было похоже на присутствие Ли Ха Юля. Оно было слишком слабым. Даже с ее острым чутьем она едва его уловила. Есть что-то общее, но... есть и отличия. — Тук-тук. — Я вхожу~ Пока Атра недоумевала, Лиана, уже стоявшая перед дверью, постучала и вошла. Дверь распахнулась. Налитые кровью глаза Атры впились в вошедшую. Лиана. Зеленые глаза, длинные черные волосы. Лицо чуть более бледное, чем обычно. Видимо, поиски измотали ее. Взгляд Атры опустился ниже. И... «...?» В ее руках... она держит... ребенка? Мысли Атры замерли. Тем временем ее покрасневшие глаза изучали ребенка, который застыл в руках Лианы. Белоснежные волосы, словно отвергающие любые другие цвета. Черты лица, настолько тонкие и изящные, будто их выводил величайший мастер, и плотно зажмуренные глаза. Крошечное тело, которое легко помещалось в руках, и три пары призрачных голубых крыльев, окутывающих его. Крохотные ручки мелко дрожали, вцепившись в предплечье Лианы — от этого зрелища у Атры защемило в груди. Ли Ха Юль. Это имя мгновенно всплыло в голове. — ...О... — А-ха-ха. Посмотри на свою реакцию. Я тоже была... Постой, а слюни-то зачем?.. Из приоткрытого рта Атры вырвался бессвязный звук. Скрип... Атра вскочила и стремительно бросилась вперед. — А? Лиана моргнула. Внезапно ее руки опустели. Она подняла взгляд и увидела Атру, которая уже прижимала Ли Ха Юля к себе и самозабвенно тискала его. — ...Ты же говорила, что проучишь его как следует? Атра, словно не слыша слов Лианы, завороженно гладила Ли Ха Юля. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○ (74 ▶ 75/100) «Благосклонность» «Благодарность» «Добрая взрослая» «Мягко» «Тепло» ---------- Том 1 Глава 160 Атре хотелось высказать так много. Разве он не обещал вести себя тихо и вернуться в целости и сохранности? Разве не просил не волноваться, уверяя, что с ним всё будет в порядке? Тогда какого чёрта его занесло в Китай? Почему и там не обошлось без происшествий? Что в Шихаллионе, что здесь — он словно нарочно ищет опасности, в которые можно вляпаться с головой. А новости об этом клане Адского Пламени? С чего вдруг эти дикари всей семьёй начали величать его своим «возлюбленным»? И что это за кусок металла у него на левой руке? Упрёки, выговоры, тревога, ворчание... В голове роились сотни мыслей. Она никак не могла решить, с чего начать, и не знала, как подобрать первые слова. — А... Но так ничего и не произнесла. С её губ сорвался лишь едва слышный, судорожный вздох. Атра из последних сил удерживала ускользающее самообладание. Ещё немного — и инстинкты окончательно поглотят разум, заставляя её действовать по собственному наитию. С трудом подавив этот порыв, она крепко прижала Ли Ха Юля к себе. Он и раньше был невысок, но теперь его крошечная фигурка идеально уместилась в её объятиях. Сердце затопило чувство неописуемого удовлетворения. По телу пробежала дрожь от этого ощущения целостности — словно недостающий кусочек пазла наконец-то встал на своё место. И в этот миг её носа коснулся его особенный аромат. Она приоткрыла зажмуренные глаза и увидела белоснежные волосы — такие белые, каких ей не доводилось видеть за всю свою жизнь. Их цвет был чище, чем у Небесного Снежноцвета, который расцветает раз в десятилетие на самых высоких пиках Магических земель. От него исходил сладкий запах, который трудно было принять за обычный аромат человеческой кожи. Густой, тягучий дух мёда смешивался с уютным теплом одеяла, только что высушенного под ярким утренним солнцем... Это был неповторимый запах Ли Ха Юля. Веки Атры мелко задрожали. Его аромат и раньше был невыносимо притягательным, пробуждающим тёмные импульсы, но сейчас он стал ещё сильнее. Сдерживаться было почти невозможно. Она зарылась носом в его волосы, которые так яростно разжигали в ней жажду. — В-ф-ф... Х-а-а... Глубокий вдох — и нос заполнил его запах. Атру затрясло. Потеряв голову, она принялась исступлённо вдыхать этот аромат, прижимаясь лицом к его макушке. — Э-э... Послушайте, это выглядит... как-то не очень правильно, — нерешительно подала голос Лиана, которая до этого лишь беззвучно хлопала глазами. Она вздрогнула и опасливо огляделась по сторонам. Зрелище, представшее перед ней, со стороны казалось весьма сомнительным. Внешний вид Атры, мягко говоря, оставлял желать лучшего. Её некогда сияющие золотые глаза потускнели и лихорадочно метались, налитые кровью. Обычно гладкие, блестящие волосы спутались и потускнели, а под глазами залегли глубокие тени. Она выглядела как человек, вконец опустившийся. Честно говоря, никто бы не удивился, увидь её сейчас с бутылкой спиртного или сигаретой в зубах. На самом деле Атра и правда несколько раз порывалась выпить или закурить. Раньше она всегда снимала стресс табаком. Но так и не решилась. В памяти всё ещё был свеж тот шокирующий случай с Ха Юлем. Если бы она сейчас сорвалась, Ха Юль наверняка бы устроил истерику и начал отбиваться. И тогда её и без того израненная душа окончательно разлетелась бы вдребезги, превратив её в настоящую развалину. И вот теперь Атра в таком состоянии зажала в объятиях уменьшившегося Ха Юля и, уткнувшись лицом в его волосы, жадно вдыхала их запах... Она выглядела как крайне опасная личность. Несмотря на неловкое замечание Лианы, Атра даже не подумала остановиться. У неё не было сил беспокоиться о таких пустяках. Она лишь крепче прижимала мальчика к себе, без конца упиваясь его ароматом. — Х-а-а-а... Сколько прошло времени? Наконец, когда жажда немного поутихла, к Атре вернулись остатки рассудка. Она почувствовала, как бездонная тревога и боль, терзавшие её последние дни, начинают отступать. В потускневших глазах затеплился слабый огонек. Атра тяжело вздохнула и медленно подняла голову. Белоснежные пряди выскользнули из-под её лица. — ...А? И тут она увидела лицо Ли Ха Юля. Он был на грани слёз. Его мягкие глаза поникли, всё лицо выражало глубокую печаль. Сердце Атры пропустило удар. Нахлынуло чувство, будто она оступилась на краю пропасти. — П-прости меня. Я... я слишком сильно тебя сжала? Тебе больно? Или тебе неприятно?.. Неужели она слишком поддалась порыву? Проснувшийся разум забил тревогу. Запоздало пришла мысль, что её поведение могло вызвать у него отвращение. Раньше она позволяла себе вдыхать его запах лишь украдкой, когда он был занят чем-то другим или спал, но сейчас она действовала слишком открыто и грубо. Атра суетливо поправила его в своих руках, не переставая извиняться. Веки Ли Ха Юля задрожали. Словно пытаясь сдержать подступившие чувства, он плотно сжал губы и уткнулся лицом в её грудь. [«Простите меня...»] Ожерелье откровения. Из-за того, что его тело стало меньше, цепочка была обернута вокруг шеи в несколько слоев, и теперь она негромко щелкнула. [«Мне правда очень жаль...»] Извинения следовали одно за другим. Из-за пазухи даже послышались тихие всхлипы. Атра, а следом и подбежавшая Лиана, принялись наперебой утешать плачущего Ха Юля. ◆ ◆ ◆ Перед тем как отправиться в Китай, я, честно говоря, не думал, что всё пройдёт совсем без риска. Китай — это зона с огромным количеством подземелий и монстров. Было бы слишком наивно полагать, что, отправившись туда уничтожать филиал Культа Бога Смерти и попутно зачищать монстров, я не столкнусь с опасностью. Поэтому я подготовил средства для экстренного отступления. Дальний пространственный прыжок с использованием Полномочия пространства. Я заранее запомнил координаты и планировал сбежать, если станет по-настоящему жарко. Именно поэтому я мог позволить себе дерзость даже перед лицом главы Культа Бога Смерти. К тому же мои навыки заметно выросли, и я уже мог кое-как противостоять наставнице, так что был уверен, что справлюсь. Но вместо главы Культа явился Двуглавый ядовитый дракон. И поскольку я сам приложил руку к этой катастрофе, я не мог просто поджать хвост и сбежать. К тому же опасность угрожала тем, до кого я мог дотянуться. Я хотел хотя бы немного уменьшить ущерб... и бросился в бой. А потом несколько раз оказывался на грани смерти. Если бы не это странное возвращение тела в прежнее состояние, я бы просто сгнил заживо, пропитанный ядом. Было невыносимо больно. Чувствовать, как умирает тело, отравленное ядом, — это кошмар. Ощущать, как из-за последствий Триады плоть горит, замерзает и рассыпается прахом, — это истинный ужас. Было страшно умирать в безвестном месте, корчась в пыли, словно насекомое. [«Простите меня...»] Но сейчас мне было гораздо больнее, чем тогда. Собрав остатки душевных сил, я задействовал Полномочие наблюдения. В узком радиусе обзора я увидел наставницу. Она выглядела ужасно. Её глаза, обычно сияющие, как утреннее солнце, потускнели, а кончики волос стали ломкими и сухими. Профессор Лиана сказала, что с момента моего исчезновения до спасения и возвращения сюда прошла меньше недели... Но наставница за это время страшно осунулась. И всё из-за меня. [Чувство вины] [Раскаяние] [Греховность] [«Мне правда очень жаль...»] Сердце ныло. Из-за того, что непутевый ученик заставил её волноваться, наставнице было так плохо. Несмотря на то что я сам был виноват, в глазах предательски защипало. Это было ужасно эгоистично с моей стороны, но и наставница, и профессор Лиана принялись меня утешать. От этого слезы покатились с новой силой. — ...Ха Юль. Ты правда понимаешь, что натворил? [«Я виноват...»] [«Это всё моя вина...»] Спустя некоторое время наставница, словно после долгих раздумий, задала этот вопрос. Я, не поднимая головы, прижатой к её груди, согласно кивнул. — Правда? Но если ты виноват, ты должен понести наказание, верно? [«Да...»] — Хм... Я снова кивнул без малейших колебаний. Я прекрасно осознавал, что совершил серьезный проступок. Наставница посмотрела на меня как-то странно. Я не мог расшифровать этот взгляд. В нём была и нерешительность — «правильно ли я поступаю?», — и буря других эмоций. Она, не выпуская меня из рук, опустилась в кресло за столом. Затем её рука, поглаживавшая меня по спине, скользнула ниже, на попу. Глоток Я сглотнул, внутренне напрягаясь. Я ещё не знал, какое наказание меня ждёт. Мной овладел страх, но я решил, что приму любую кару — ведь я это заслужил. Пока я сидел, весь одеревенев от напряжения, рука, лежавшая на моей попе, приподнялась и легко опустилась. — Шлёп!.. — Ик?! На мгновение в глазах потемнело, и посыпались искры. . . . Резкое ощущение разлилось по ягодицам и стрелой прошило позвоночник. Спина непроизвольно выпрямилась. Я уже испытывал нечто подобное совсем недавно. Тогда это было гораздо сильнее, сейчас — слабее, но это нелепое чувство невозможно было забыть. [«Н-наставница?..»] Я спросил, мелко дрожа всем телом, но она не ответила, снова замахнувшись. — Шлёп!.. Я подпрыгнул на её коленях. Было щекотно... и кожа странно горела. Только сейчас до меня дошло, что происходит. Телесное наказание... порка по мягкому месту — то, что делают только с маленькими детьми. Лицо мгновенно вспыхнуло. Я ведь не ребёнок, и осознание того, что меня шлёпают, вызвало жгучий стыд и неловкость. Я густо покраснел. Чтобы скрыть это, я снова зарылся лицом в её грудь, и удары прекратились. — Очень больно? Вместо шлепков я почувствовал ласковое поглаживание. Одной рукой наставница гладила меня по голове, а другую положила на попу и, мягко массируя, спросила: — Если совсем невмоготу, на этом закончим. В её голосе слышалась искренняя забота. Даже решив наказать меня, она переживала, не слишком ли мне больно. Я осторожно покосился на неё и ответил через ожерелье: [«...Не очень больно».] Попа горела и покалывала, но это нельзя было назвать настоящей болью. Хоть я и не знал точно всех особенностей своего нынешнего тела, оно явно не было таким хрупким, как у обычного ребёнка. От таких постыдных шлепков ран точно не останется. Наказание оказалось куда мягче, чем я ожидал. Честно говоря, пара шлепков по попе даже за наказание-то не считалась. — Тогда давай ещё немного. [«Хорошо...»] Но стыдно мне всё равно было. Я так и не решился поднять голову, и экзекуция продолжилась. — Шлёп! Шлёп! Шлёп! «У-у-у...» Больно не было. Просто... всё горело и покалывало. И было невыносимо стыдно. Если учитывать эти чувства, то, пожалуй, в этом и заключался смысл наказания. В следующий раз я трижды подумаю, прежде чем лезть на рожон, лишь бы снова не испытывать такого позора. — Шлёп! [«...?»] И тут... Я почувствовал нечто странное. — Шлёп! Ладонь плотно прилегала к коже. На мгновение она задерживалась, словно обхватывая, пару раз поглаживала и только потом отрывалась. И всё повторялось снова. В этих движениях чувствовались любовь и тревога. Это всё меньше походило на порку и всё больше — на ласковое похлопывание. Мои брови невольно дрогнули. Непонятное чувство становилось всё отчетливее. Где-то на задворках сознания всплыл образ родителя, ласково похлопывающего младенца по попке. И на этот образ... наложились другие люди. Ожерелье откровения щелкнуло. [Уют] Бесстрастный голос раздался в тишине комнаты. — ...Что ты сказал? Рука наставницы замерла. Она ошеломленно застыла. «Ой». Я приоткрыл рот. Стоило мне на секунду отвлечься, как ожерелье снова самовольно выплеснуло мои мысли в словах. [Спокойствие] [Прикосновения] [Любовь] [Нравится, когда хлопают по попе] — Щёлк, щёлк... — продолжало ожерелье в наступившей тишине. Моё и без того пунцовое лицо стало красным, как спелое яблоко. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (84 ▷ 86/100) «Наставница» «Ожидание» «Спокойствие» «Жажда любви» ---------- Том 1 Глава 161 Я прошёл осмотр. Необъяснимая регрессия тела. Даже если не получится установить точную причину, любые неполадки в организме наверняка удастся обнаружить. — Хм... — М-да... Перед началом осмотра возникла небольшая заминка. Учитель и профессор Лиана усадили меня на диван и озадаченно замолчали. — Значит, фея... Учитель неловко наблюдала за тем, как подрагивают мои крылья. Раньше мне было не до того, но теперь, придя в себя, я чувствую на себе странные взгляды. — ...И впрямь похож на фею. К счастью, неприязни они не испытывали. Напротив, учитель будто смирилась с происходящим и погладила меня. В этом жесте было столько Любви, что вся тревога мгновенно улетучилась. Почувствовав облегчение, я подставил щеку под его ладонь. [Счастье] [Поглаживания — это хорошо] — Вы уверены, что его можно забирать в таком виде? Профессор Лиана, с нескрываемым недоумением наблюдавшая за этой сценой, указала пальцем мне за спину... точнее, на крылья, что всё ещё росли у меня из лопаток. Три пары лазурных крыльев. Это было Небесное оперение. Небесное оперение стало моим первым артефактом; я выбрал его из-за идеальной совместимости с моей маной, отличавшейся исключительной чистотой. С момента получения я постоянно питал его маной, повышая эффективность, а после того как я погрузился в Озеро маны, его сила возросла ещё больше. Они послужили проводником для трансформации в духа и плотно прилегали к моей спине, но даже когда превращение развеялось, крылья никуда не делись. Удивительно, но я всё еще чувствовал их. Ощущение того, как крылья непроизвольно подергиваются, стоило мне лишь подумать о них, было крайне непривычным. — ...Разве это не в пределах нормы? Рога, крылья, изменение цвета кожи... Случаи, когда тело претерпевает изменения при пробуждении уникальной способности, хоть и редки, но встречаются. — Можно ли считать эти случаи одинаковыми? Состояние курсанта Ли Ха Юля сейчас... выглядит слишком уж явно. Зеленые глаза профессора Лианы спокойно изучили мой облик. — Белоснежные, как снег, волосы и глаза. Полупрозрачные крылья за спиной. Я и сам прибегнул к «Наблюдению», чтобы осмотреть себя. Черные прежде волосы стали белыми, а «Небесное оперение» плотно прилегало к спине. — Сродство к духам, позволяющее управлять ими совершенно свободно. Высочайшая чистота маны. Весьма прекрасная внешность... Хм... Мое сродство к духам изначально было крайне высоким, как и чистота магической энергии. Насчет красоты не уверен, но в остальном сходство и правда было поразительным. Честно говоря, мне и самому на ум сразу пришло слово «фея». Интересно, каким меня видят окружающие? — Я мало что знаю о феях. — Начать с того, что феи — существа крайне редкие, — произнесла учитель. — Сколько я ни бродила по Магическим землям, ни разу их не встречала, разве что в книгах о них кое-что читала. Учитель прав: феи и в самом деле встречаются нечасто. Их численность ничтожно мала, а места обитания окутаны такой тайной, что полноценных исследований этого народа практически не существует. Мне известно лишь о двух местах, где они водятся: поместье клана Тэсан и глубь африканских Магических земель. Но и туда попасть не так-то просто. Чтобы тебя пустили в заповедную зону на землях Тэсан, обычного знакомства недостаточно. В третьем цикле Триады, когда я сблизился с Ли Джиён и добился высокого уровня Благосклонности, мне наконец позволили войти в их естественную среду обитания. С Магическими землями всё еще сложнее. Феи селятся не в самом центре, но достаточно глубоко, надежно скрываясь от посторонних глаз. Отыскать их там — задача не из легких. — И всё же о них многие слышали. Кажется, из автобиографии Робеста? Она ведь разошлась огромным тиражом... Автобиография Робеста. Эту книгу написал охотник по имени Робест перед тем, как отойти от дел. В своих кругах он был личностью довольно известной, поэтому и мемуары его быстро обрели популярность. В них он подробно описал свою встречу с феями. Я и сам прочел её, когда после рождения Се Юль собирал любую информацию по этой теме. И вот что я об этом думаю. ...Это напоминало сказку. Историю о герое, чья жизнь висела на волоске в лесах Серой зоны, и о маленькой фее, которая нашла его и пришла на помощь. Правда это или вымысел — неизвестно. Даже если встреча с феей и состоялась на самом деле, неясно, действительно ли она помогла. Важно лишь то, что та автобиография разошлась огромным тиражом, а вместе с ней по миру разлетелся и образ феи. Иллюстрация в оригинале в точности соответствовала тому, как выглядела Се Юль. Возможно, именно поэтому профессор Лиана скрыла мой облик, когда мы входили в Сиёлам. Охрана в Сиёламе была невероятно строгой, но стоило предъявить распечатанное свидетельство о зачислении на особых условиях, как нас тут же пропустили. В этот момент наставник заговорила: — Даже с учетом этого, не думаю, что возникнут проблемы... Вряд ли Ректор не в курсе ситуации. — И то верно. Раз уж она выделила место для зачисления на особых условиях, вряд ли нас везли вслепую. Скорее наоборот — она прекрасно понимала, кого приглашает. — В конце концов, феи и люди почти не отличаются, если не считать крыльев. — А если возникнут сложности... Вице-ректор и Сиёлам сами со всем разберутся. — Да и как вообще доказать, что ты фея? Можно просто стоять на своем и твердить, что штуковина за спиной — обычный артефакт. «А?» Профессор Лиана и мой наставник спорили о том, какой резонанс в итоге вызовет моя расовая принадлежность. Я молча слушал их дискуссию, но когда речь зашла о том, что можно просто всё отрицать и выдать происходящее за действие артефакта, я в недоумении склонил голову набок. «...Но ведь это и так артефакт, разве нет?» Я не знал, почему они прицепились ко мне, но в конечном счете это было «Небесное оперение». И двигалось оно точно так же, как и раньше. Небесное оперение обладало способностью менять форму и беспрекословно подчинялось моим мыслям. Эту функцию я использовал на полную катушку. Если оставить его в покое, оно возвращалось к виду крылатого облачения, но стоило мне захотеть — и оно превращалось в грозное оружие или надежную броню. «Хм...» Я сосредоточился на образе и отдал мысленный приказ. Щёлк. — А? — Ох? Чувство связи ослабло. Глаза профессора Лианы и наставника округлились. — ...Они отделились? Крылья отпали от спины. В падении они трансформировались в подобие одежды и мягко окутали мое тело. «Сработало». Я и сам удивленно моргнул. Всё оказалось гораздо проще, чем я думал. Нужно было попробовать с самого начала. — ...Похоже, и обсуждать-то было нечего, — вздохнула Лиана. — И не говори... — отозвалась наставник. Она уже собралась было тяжело вздохнуть, но вовремя сдержалась и вместо этого лишь легонько ущипнула меня за щеку. Под их растерянными взглядами — они всё еще не могли привыкнуть к моему помолодевшему виду — начался осмотр. Мой помолодевший вид и внушающая инстинктивное отторжение установка заставляли немного переживать: а не собираются ли меня препарировать? Однако вид наставника и профессора Лианы, надежно стоявших по обе стороны от меня, успокаивали, позволяя спокойно пройти обследование. Настоящие проблемы начались потом. — ...Ха Юль? — И-и-их... Па-а-апа... Когда проверка закончилась, я встретил Элию, выглядевшую почти такой же измотанной, как наставник, и всхлипывающую Се Юль с отчетливыми дорожками от слез на щеках. «Ах...» Сердце сжималось от невыносимой вины. Ненависть к самому себе гулким молотом стучала в голове. Сознание заволокла непроглядная тьма... ◆ ◆ ◆ Хоть я и успел наворотить дел, каникулы всё еще продолжались. В клане Адского Пламени я пробыл меньше недели. В Китае же я задержался надолго: почти десять дней ушло на разъезды, и еще около недели заняли поиски и спасение после моего исчезновения. Так что к моменту нашего возвращения с профессором Лианой в Сиёлам до конца каникул оставалось чуть больше недели. [Контакт: Хон Ёнхва] ▶Хон Ёнхва: Ты. ▶Хон Ёнхва: Сиди в Колыбели и не высовывайся. ▶Хон Ёнхва: Никуда не уходи. ▶Хон Ёнхва: Отвечай. ▶Я: Да... Многие курсанты еще не вернулись в Сиёлам. Хон Ёнхва и Пэк Арин не были исключением. Стоило мне пропасть без вести, как клан Гэпхва в панике мобилизовал свои силы. ...Мне было трудно смотреть им в глаза. Тот, кого едва успели вписать в семейный реестр, не продержался и десяти дней: бросился на высокорангового монстра и исчез. Для клана Гэпхва это наверняка стало сущим кошмаром, от которого хотелось лезть на стену. Клан Чангэ тоже выслал свои отряды. Их тоже можно было понять. Клан Чангэ — это сила, властвующая над северной частью Корейского полуострова и Маньчжурией. То есть они — ближайшие соседи Китая, где и разразился нынешний инцидент с призраками. Вдобавок ко всему, предводителем появившихся призраков объявили Двуглавого ядовитого дракона. А клан Чангэ в прошлом пострадал от него едва ли не больше всех. Яд и болезни Двуглавого ядовитого дракона когда-то поразили и их земли. И вот, когда пошли слухи о его возвращении... Старые травмы дали о себе знать, и они немедленно подняли войска. Заодно, из-за Ли Джиён, которая оказалась втянута в эту историю вместе со мной, в дело вмешался и клан Тэсан... А потом я одолел Двуглавого ядовитого дракона и пропал. Видно, им было неловко оставаться в стороне, вот они и решили заодно поучаствовать в поисках. Как бы то ни было, в тех отрядах оказались Хон Ёнхва и Пэк Арин — они как раз были на каникулах в родном поместье. Но меня спасли раньше, чем ожидалось, и в мгновение ока уволокли в Сиёлам. Хон Ёнхва и сама всей душой желала примчаться немедленно, но, будучи одним из командиров, она была обязана закончить хотя бы с первичной ликвидацией последствий. Как бы то ни было, у меня образовалась неожиданная пауза. Я планировал провести в Китае все каникулы, но из-за случившегося инцидента пришлось вернуться раньше срока. Тратить время впустую я не собирался. Пусть моё тело сейчас и напоминало жалкое зрелище, это вовсе не означало, что тренировки невозможны. Если я не мог изнурять себя физически, то голову задействовать мне ничто не мешало. В частности, во втором семестре я намерен вплотную заняться магией. Первый курс, второй семестр. Если учебный план пойдет в соответствии с оригиналом, я смогу попасть на Парящий остров. В мире, переполненном сверхспособностями, летающие острова — не такая уж редкость, но тот Парящий остров, который нужен мне, существует лишь в единственном экземпляре. «Башня Знаний». Именно там, на Парящем острове, возвышается Башня Знаний. О ней почти ничего не известно широкой публике. Те, кому положено, слышали о ней, но даже они не владеют подробностями. Владыка Башни Пространства и Настройки основал Ассоциацию, Владыка Башни Роста — Сиёлам, а Владыка Башни Наблюдения создал Обсерваторию. Однако Владыка Башни Знаний не стал обременять себя созданием каких-либо организаций. Он просто ведет жизнь затворника, скрывшись на Парящем острове. И все же главного героя оригинала... льготника он к себе впустил. «Если всё пойдет по сюжету, то так и будет...» Разумеется, всегда остается вероятность, что события отклонятся от канона и передо мной просто не откроют двери. И всё же я намерен заняться магией. В последнее время я чувствовал, что непростительно её забросил. Поэтому остаток каникул я планировал посвятить углублённому изучению магических искусств. И... — Ну же, наш малыш? Скажи «а-а». Поток мыслей оборвался. К губам прикоснулось приятное тепло — это ложка с тёплой овощной кашей мягко ткнулась в мой рот. Ложку держала Элия. Она лучезарно улыбалась, всем видом призывая меня поскорее открыться. Ситуация была, мягко говоря, неловкой, но не то чтобы я был категорически против самого действа. Если бы только не моё нынешнее положение. «...» С тяжёлым сердцем я активировал Наблюдение. Далеко смотреть не пришлось. Стул, на котором я сидел, оказался детским стульчиком для кормления. А на шее, прямо поверх Ожерелья откровения, был повязан слюнявчик. «Боже мой...» Более того... рядом со мной сидела Се Юль. Она выглядела точь-в-точь как я. «Постойте, когда она успела так вырасти?..» Её... её рост и телосложение... теперь они почти не уступали моим. А ведь до начала каникул она точно была куда миниатюрнее. Ощущение было поистине жалким. В душе бушевал такой вихрь эмоций, что их было трудно облечь в слова. Нельзя сказать, что это было нечто ужасное или откровенно плохое... скорее, мне было просто невыносимо стыдно поднять глаза. Я плотно сжал губы и упрямо покачал головой. Как ни крути, это уже слишком. Пусть я порой веду себя как капризный мальчишка и не блещу умом, но такое отношение… это уже чересчур. […Я не маленький.] [И я сам могу ес…] — Ох… Сердце так болело все эти дни, просто места себе не находила. Кажется, я сейчас расплачусь… Элия внезапно шмыгнула носом и картинно смахнула пальцем слезу, заговорив нарочито плаксивым тоном. «……» Любому было ясно: она притворяется. Однако перед глазами невольно всплыл образ Элии, какой я видел её несколько дней назад. Её волосы, прежде золотистые, точно пух цыпленка, потускнели и свалялись; лицо осунулось и потемнело, а сама она выглядела совершенно измотанной — и телом, и душой… И Се Юль, которая заснула у неё на руках, вконец обессилев от плача… — А-а-ам. — Вот умница. Наш малыш так хорошо кушает, какой послушный мальчик~ У меня не было ни малейшего права сопротивляться. Я послушно открыл рот, и в него скользнула ложка теплой каши. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Показатели] ... ▶ Психологическое состояние «Фея(?)» «Регрессия» «Рост» «Смятение» «Вина» «Стыд» «Уют» ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Срейд ●●●●●●●○○○ (77 ▶ 78/100) «Симпатия» «Благодарность» «Цыпленок» «Сожаление» «Вина» ---------- Том 1 Глава 162 Се Юль очень любила, когда её брали на руки. Она всегда тянула ко мне ручонки и, сверкая полными мольбы глазами, безмолвно просила прижать её к себе. Я мог её понять. Мне и самому было очень приятно, когда кто-то меня обнимал. Если подбирать сравнение... это было похоже на уютное ощущение, когда тебя плотно укутывают в толстое одеяло. Да и разве младенцы не обожают сидеть на руках у своих опекунов? Через тесный контакт с родителем они ощущают психологическую связь и формируют привязанность. Они чувствуют себя в безопасности под защитой и обретают покой, слыша совсем рядом биение чужого сердца. Се Юль, должно быть, чувствовала то же самое. Пусть я и был никудышным и мне не хватало уверенности, чтобы с гордостью зваться её защитником, я всё же старался исполнять хотя бы подобие этой роли и при любой возможности обнимал Се Юль. — Папа, я тебя люблю! Обними меня! Так было и сейчас. Час, когда в окно лился теплый солнечный свет. Время, когда желудок полон теплым содержимым и начинает понемногу клонить в сон. Се Юль широко улыбнулась и вытянула руки. Крылья у неё за спиной расправились, словно она потягивалась. От её чистой улыбки, что вмиг затмила солнечный свет и залила всё вокруг Водой сияния, на моем лице невольно расцвела нежная ответная улыбка. «Какая же она всё-таки милашка». Слово «Фейри» подходило ей идеально. Фейри, которых я видел на иллюстрациях к оригиналу, несомненно, были прекрасны, но Се Юль превосходила их всех. Как и прежде, я изобразил максимально правдоподобную улыбку и раскрыл объятия. Раньше у меня была только одна рука, и я не мог обнять её как следует, но теперь обе руки были на месте. Теперь я мог крепко обнять её и без помощи Небесного оперения. — Папа, ты лучший! Се Юль подпрыгнула и бросилась ко мне. Я тоже, припоминая былой опыт, спокойно приготовился подхватить её... — Гх-х!.. Но вместо маленького ребенка в мои объятия всем весом впечаталось тело едва ли не моих размеров. Удар оказался неожиданно мощным. Не в силах выдержать этот натиск, я повалился назад. — А-а-ах!.. Перепугавшись, как бы Се Юль не поранилась, я в ужасе крепко прижал её к себе. Наши тела сплелись, и мы дружно повалились навзничь. Плюх... Боли от падения не последовало: весь пол в гостиной был плотно устлан мягкими матами. Это были вещи, которыми я обустроил своё общежитие. Я застелил ими всё общежитие, переживая, что Се Юль может ушибиться, и теперь, когда они спасли меня саму, на душе стало как-то странно. — Хи-хи-хи! Се Юль, которой, видимо, понравилось даже это, залилась звонким смехом. Её чистый смех рассыпался по комнате, словно переливчатые звуки ксилофона. — А-ха-ха. Наша Се Юль сегодня совсем развеселилась, да? Элия, стоявшая со стороны кухни, тоже негромко рассмеялась. Надев мой фартук, она приводила в порядок посуду. Картина была на редкость мирной и идиллической. Се Юль даже принялась тереться о меня всем телом, словно маленький зверёк. Это было невероятно мило и очаровательно. «А-а-а...» ...Проблема в том, что она извивалась, навалившись на меня всем телом. Раньше я бы без проблем это стерпел, но теперь, когда по телосложению мы поч... почти сравнялись, давление ощущается весьма отчетливо. — Папа, мне нравится! [М-мне тоже.] [Мне нравится Се Юль...] — Эхехе... У папы щёчки такие мягкие! [А-а-а...] [Нельзя кусаться...] Поигравшаяся Се Юль, потираясь щекой о мою, вдруг подняла голову и открыла рот. Затем она опустила лицо и крепко укусила меня за щёку. [Гья-а-а-а...] Чмок, чмок, чмок... От этого нелепого и жуткого ощущения на щеке я отчаянно забился, но вырваться было почти невозможно — видимо, из-за того, что меня намертво придавили сверху. — Хы-ы... хнык... Папа-а... ...Но прежде всего, перед глазами маячил призрак моих бесчисленных прегрешений, и эта неподъёмная тяжесть кармы лишала меня всякой воли к сопротивлению. Мне было совестно даже мнить себя её опекуном, а потому я не находил в себе сил противиться даже столь нелепой шалости. В конце концов я оставил попытки сопротивляться и бессильно обмяк. Словно наслаждаясь добычей, испустившей дух, Се Юль принялась с ещё большим рвением елозить по мне, придавливая всем телом. Видимо, это приносило ей столько радости, что её трепещущие крылышки затрепетали ещё задорнее. — Щёлк. «?» Именно тогда это и случилось. Тело невольно вздрогнуло от звука, который на удивление отчётливо прорезал тишину у самого уха. Что это за звук? Ошибиться было невозможно. Так звучит затвор камеры, даже если он имитирован в смарт-часах. Я с трудом сдержал дрожь в уголках губ и спросил: [Элия?] — Щёлк-щёлк. — Да-да, я вас слушаю... Ах, чуть левее! Лицо Ха Юля плохо видно... Вот, теперь идеально! — Щёлк-щёлк. Элия отвечала с самым будничным видом, словно не понимая, в чём проблема, и продолжала без устали фотографировать. Когда только она успела всё убрать? Кухня сияла чистотой, не осталось ни пылинки. Щёлк... Вместе с этим бесстыдным звуком затвора внутри меня тоже что-то надламывалось. [Пожалуйста, не снимайте...] [Хотя бы фотографируйте только Се Юль...] — Это исключено. Её голос прозвучал сухо — решительный отказ, в одно мгновение перечеркнувший мою робкую, полную мольбы просьбу. Элия с весьма строгим видом покачала головой. — Когда на одном снимке сразу два малыша, это вдвойне милее. [Я же сказал, что я не ребёнок...] — Хм... А вы можете с помощью Сенсорики распознать, что на фотографии? [Могу.] — Каждый раз поражаюсь, насколько это удивительно. Обычно Сенсорика ограничивается лишь определением местоположения и контуров... Элия склонила голову набок и вывела одну из фотографий в виде голограммы. Это был снимок, сделанный только что. На нём был запечатлён я, бессильно распластавшийся на коврике в гостиной, и Се Юль, которая с сияющей улыбкой придавила меня сверху. — Со стороны вы кажетесь дружной компанией: старшая сестра, младший брат и младенец. [...Если судить лишь по телосложению, то это так] [Погодите-ка] [В смысле «сестра и брат»...] — Что? Элия захлопала глазами. Её вид, вопрошающий «а в чём, собственно, дело?», просто лишал дара речи. [И всё же, как ни крути] [Почему это я — младший брат?] — Но ведь Се Юль больше вас, разве нет? [Это не так] Щёлк! Ожерелье откровения громко лязгнуло. Чувство протеста мощной волной вскипело внутри. Пусть я и помолодел, но не до такой же степени. Даже данные, полученные через Полномочие наблюдения... Данные... Да... ... [...Я больше] — Да-да, я поняла~ А теперь, пожалуйста, повернитесь направо. [Не игнорируйте меня...] — Папа, ты меньше меня? [Хы-а...] В грудь словно вонзили острый клинок. Дыхание мгновенно перехватило. — Щёлк Тем временем раздался щелчок затвора. Се Юль тоже забавно зашевелила губами. — Ам-ням-ням... [Гя-а-а-а...] Снова от чего-то откололся кусок... ◆ ◆ ◆ — А-а-ам... Из широко распахнутого ротика Се Юль вырвался очаровательный зевок. Глазки её постепенно слипались, а движения становились всё более вялыми — на малышку явно навалилась сильная сонливость. Вполне естественная реакция. Младенцы ведь проводят во сне большую часть времени. Она сытно поела, вдоволь нарезвилась и накричалась, так что любой другой ребёнок на её месте уже давно бы видел десятый сон. Се Юль держалась долго, но, похоже, и для неё пришло время переходить в «режим энергосбережения». — Ой, неужели наша деточка уже хочет спать? Наблюдавшая со стороны Элия подошла и, мягко перехватив ручонки Се Юль, которыми та тёрла глаза, бережно взяла её на руки. Моё тело, которое до этого безжалостно придавливали, мелко задрожало от внезапного чувства свободы. — Я... ещё могу... играть... — Да неужели? А глазки-то сами закрываются. Давай сейчас баиньки, а как проснёшься — снова поиграешь с Папой? — У-у... Элия с удивительным мастерством принялась убаюкивать капризничающую в её руках Се Юль. Се Юль ещё пыталась сопротивляться, мотая головой, но сон неумолимо брал своё, и веки её медленно опустились. Вскоре послышалось мерное, спокойное сопение. — Очень легко засыпает, правда? [Да.] [Это поразительно.] — Вначале всё было иначе. Она только и делала, что капризничала из-за отсутствия Папы... Настоящая привередливая принцесса, честное слово. Вопреки словам о том, как ей было непросто с этой «привередой», движения Элии были исполнены нежности. Она поправляла волоски на голове малышки и привычно похлопывала её по спине и попке. [Вам, должно быть, пришлось несладко.] [Спасибо, что присмотрели за Се Юль.] [Я обязательно отблагодарю вас за это сполна.] Я неловко улыбнулся в ответ на жалобы Элии о перенесённых трудностях. И тут... Элия вдруг негромко хихикнула, словно ей что-то пришло на ум. — И в кого он только такой пошел? Стоило прижать его к себе и легонько похлопать, как он тут же уснул. Поначалу-то он вредничал, но оказался куда ласковее, чем я думал, и быстро перестал дичиться... «И в кого он такой.» В этот момент взгляд Элии бесстыдно скользнул по мне, изучая с ног до головы. Этот взгляд казался донельзя несправедливым. Как можно так смотреть, когда никто толком не знает, чьим сыном на самом деле родился этот ребёнок? Это было не чем иным, как наглым наветом. ...Но поскольку возразить мне было решительно нечего, я предпочёл промолчать. — Оп-ля… Элия, ещё некоторое время баюкавшая уснувшую в её объятиях Се Юль, направилась в спальню. Я тоже поднялся на дрожащих ногах и последовал за ней. Элия уложила Се Юль в детскую кроватку. В стороне стояла Колыбель, но из-за того, что Се Юль продемонстрировала невообразимо стремительный Рост, ею, похоже, больше не пользовались. — Поначалу мы использовали Колыбель, но девочка оказалась такой непоседливой. Она то и дело норовила из неё выбраться, чем доставила немало хлопот. В итоге я куда чаще держала её на руках. Я не успел даже слова вымолвить, а Элия уже ответила, словно знала, о чём я думаю. Я плотно сжал губы. Раз она постоянно пыталась выбраться, неужели Колыбель пришлась ей не по вкусу? Среди вещей, которыми пользовалась Се Юль, не было ни одной, сделанной спустя рукава. Я выбирал только лучшие материалы и собственноручно наносил тончайшую Магическую гравировку. Из-за этого баланс моего счёта, прежде не знавший резких спадов, заметно просел... «Хм-м?..» Пока я пребывал в унынии, ощущение чего-то покалывающего макушку заставило меня мысленно задаться вопросом. Возникло ощущение, будто кто-то сверху взирает на меня, тяжело вздыхая. Я тут же активировал Наблюдение, выкрутив его на максимум, но Сенсорика не уловила ровным счётом ничего. Странное, гнетущее чувство несоответствия. — Так, с одной закончили. Теперь следующая... Элия, укрыв Се Юль одеялом, отряхнула ладони и, многозначительно растягивая слова, перевела взгляд. В той точке, куда устремился её взор... оказался я, всё ещё пытавшийся прояснить ситуацию с помощью Наблюдения. [?] Этот странный взгляд. Оборванная фраза. Упоминание об «одной законченной». От пугающей догадки я невольно попятился, но в тот же миг чьи-то проворные руки подхватили меня под мышки. — Ик?! Не успел я и глазом моргнуть, как ноги оторвались от пола. Ощущение невесомости нахлынуло на всё тело. — Ну что... наш малыш Ха Юль тоже пойдёт баиньки? Элия вела себя в точности так же, как недавно с Се Юль. Одной рукой она придерживала меня за ягодицы, а другой — под затылок и лопатки, поднимая на руки. В этой позе, словно у младенца на руках, моё лицо утонуло в чём-то мягком и податливом. [Подождите] [Постойте...] — Тук... тук... В тот самый миг, когда я в панике попытался вырваться, в ушах отозвался стук чужого сердца. От этой пульсации, ощутимой даже сквозь пышную плоть, мой собственный бешеный ритм в груди начал постепенно успокаиваться. Окутывающая нега и чувство уюта настойчиво вытесняли остатки здравомыслия, побуждавшего к сопротивлению. Силы покинули бьющиеся в протесте конечности, и они безвольно обмякли. Стоило моему сопротивлению мгновенно угаснуть, как сверху послышался приглушённый смешок. Мне было невыносимо стыдно, но ласковые похлопывания по спине и пояснице окончательно усыпили моё сознание. В голове воцарилась пустота. Это было то самое чувство Счастья, когда рассудок сладко тает, подобно мёду. Это казалось верхом нелепости. Как ни крути, подобная реакция была далека от нормальной. Поддавшись мимолётному упрямству, я обиженно выпятил губу. [...По-моему, это как-то странно] — И что же здесь странного? Элия ответила мягко. Её тон, напоминавший воркование над капризным ребёнком, заставил меня почувствовать себя ещё более неловко, но я заставил себя продолжить. [Я веду себя слишком...] [Словно у меня разум ребёнка] Я и сам это прекрасно понимал. Я никогда не был по-настоящему взрослым. Пусть моё тело и прошло через определённый Рост, сознание, кажется, так и застряло на уровне сопливого мальчишки. Это осознание вновь накрыло меня с головой. Всего пару дней назад случилось то же самое. Память словно затянуло тучами, но, кажется, я и перед профессором Лиана вёл себя как ребёнок, и сейчас продолжаю в том же духе. У нормального взрослого человека мозги не превращаются в кашу только от того, что его прижали к груди, гладят и ласково похлопывают. — Это ведь область личных предпочтений. Стоит ли об этом так сильно беспокоиться? Сказала Элия, внимательно выслушав мой вопрос. Справедливое утверждение. Я ведь не измывался над какими-то невинными людьми, так что порицать меня не за что, но... «...» Одно дело — осознавать свою уникальность и пытаться принять себя, и совсем другое — не иметь возможности совладать со жгучим стыдом. — И разве сейчас вы можете что-то с этим поделать? [?] Спросила Элия. Что значит «не могу поделать»? О чем она вообще? — «Единство души и тела». Трактовок много, но в общих чертах это означает, что дух и плоть неразделимы. Я часто сталкивалась с этим понятием, когда изучала магию исцеления. Стоило мне склонить голову, как Элия, одарив меня милосердной улыбкой, посмотрела сверху вниз. — Испокон веков считается, что раны наносятся телу и душе одновременно. Если страдает плоть, страдает и разум, а если увядает дух, то чахнет и тело. Где-то я это уже слышал. Кажется, в оригинале было нечто подобное. — Проще говоря, на разум может влиять ваше помолодевшее тело. Э-э... Неужели? — То есть! Желание Ха Юль прильнуть ко мне и немного покапризничать — абсолютно естественное следствие того, что ваше тело стало детским! Сейчас это явление, которому невозможно противостоять. Невозможно противостоять...? Естественное явление...? — К тому же, я полагаю, что насильственное подавление подобных порывов не принесет никакой пользы. Вы ведь сами говорили, Ха Юль, что по вашим предчувствиям скоро вернетесь в прежнее состояние? Не принесет пользы...? Вернусь в прежнее состояние? Интуиция подсказывает, что так и будет, но... Пока я в недоумении склонял голову, Элия, продолжая свои пространные объяснения, погладила меня по волосам. — Так что, если чувствуете, что больше не можете терпеть, не сдерживайтесь, дайте волю чувствам. Не думайте, что это невежливо. Я приму вас любым. Её прикосновения и голос были полны нежности... Словно подтверждая собственные слова, она смотрела на меня с таким милосердием, будто и вправду была готова принять что угодно. Даже моим тающим сознанием я понимал, что её доводы звучат весьма убедительно. Разве мало мы слышали историй о том, как кто-то слишком долго подавлял свои желания, а потом срывался в самый неподходящий момент, вызывая кучу проблем? Уплывающий разум принял этот аргумент. Казалось, часть воздвигнутых мной барьеров с грохотом рухнула. «...» Немного поколебавшись, я осторожно уткнулся лицом в её грудь. — Вот так, хороший мальчик~ Элия лучезарно улыбнулась. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●●○○ (78 ▶ 80/100) «Симпатия», «Благодарность», «Цыпленок», «Сожаление», «Вина» ... [Владелец Башни Роста тяжело вздыхает] ---------- Том 1 Глава 163 Место, где пал Двуглавый ядовитый дракон, когда-то было обычным лесом. Отравленный ядом, он превратился в мёртвую чащу, где почти не осталось жизненной силы, хотя в земле всё ещё крепко держались корни многочисленных деревьев. В самом центре леса разверзлась исполинская воронка. Это было изменение ландшафта, вызванное ударом, который, как предполагалось, и сразил Двуглавого ядовитого дракона. Вокруг этого провала ровными рядами выстроились лагерные палатки. Здесь обосновались следственная группа, присланная Ассоциацией, и оставшийся не у дел поисковый отряд. Это был временный аванпост, где разместились силы, направленные гильдиями Гэпхва, Чангэ и Тэсан. Пока окрестности спешно подвергали очищению от бушующих остатков ядовитых испарений, оставленных драконом, возле самой воронки, где любые препятствия на поверхности были стерты в порошок, а яд практически исчез, быстро выросли временные постройки.. Среди этого скопления людей находилась и Хон Ёнхва. «...Что же здесь рвануло?» Хон Ёнхва, слегка подавшись вперёд, заглянула в бездну кратера. Глубина и размах воронки были такими, будто сюда рухнул метеорит. Истинное преобразование ландшафта. При желании Хон Ёнхва и сама могла сотворить нечто подобное. Облив лес Адским Пламенем, она испепелила бы всё дотла, а применив вдобавок Расцвет, сумела бы вырыть столь же огромную яму. «Но такой масштаб... одним ударом мне не осилить». Хон Ёнхва прищурилась, изучая провал. Даже по самым грубым прикидкам, столь масштабное изменение рельефа казалось ей невозможным. Даже если задействовать Расширенную способность, это было выше её сил. Мощности Расцвета бы не хватило. Эволюция направлена на усиление физических показателей, а Священное пламя, которое она ещё не освоила, служит для самоисцеления, так что они здесь бесполезны. «...И это сделал Ха Юль?» Ли Ха Юль сотворил кратер такой величины, которую вряд ли удалось бы достичь, даже обрушься сюда высокоуровневая Атакующая магия, требующая долгого ритуала. И это не считая того, что он полностью уничтожил Двуглавого ядовитого дракона, не оставив после него ни единой частицы. Более того, почва вокруг воронки на огромном расстоянии оказалась буквально вывернута наизнанку. И, скорее всего, одним-единственным ударом. В это трудно было поверить, учитывая, что он стал призраком и должен был ослабнуть под гнётом неблагоприятных условий. Она ни в коем случае не недооценивала Ли Ха Юль, но подобное просто не укладывалось в рамки здравого смысла. Ли Ха Юль перевёл в активное состояние столь же мощное Адское Пламя, что могло сравниться с её собственным, но даже с учётом этого результат казался запредельным. Обычное Адское Пламя не способно пробить такую брешь в земле. Это было бы не под силу даже с применением Расцвета, а Ли Ха Юль ещё даже не обрел свою Расширенную способность. Даже если бы в момент смертельной опасности удалось достичь Расцвета, оставить подобные следы было бы невозможно. Хон Ёнхва присела на корточки и протянула руку, ощупывая пальцами в перчатке поверхность воронки. Гладкая. Пусть она и не блестела, но, учитывая время, прошедшее с момента образования ямы, поначалу она наверняка была ещё более ровной. Это не был след, оставленный Гэпхвой. Однако при этом в воздухе отчётливо ощущалась энергия Гэпхвы. Эманации Гэпхвы пропитали воронку повсюду. Из-за того что со временем следы побледнели, их было трудно уловить даже с помощью Сенсорики, но это определённо были отголоски Гэпхвы. «...Что же это такое?» Хон Ёнхва погрузилась в тягостные раздумья. Как ни посмотри, а у Ли Ха Юля слишком много секретов. Взять хотя бы его глаза и голос — последние загадки, не дающие ей покоя. Чтобы от одного-единственного поцелуя прозрели незрячие глаза и зазвучал прежде немой голос... В тот момент она была настолько ошарашена, что даже не смогла толком отреагировать. Ситуация была настолько нелепой, что невольно вызывала сухую усмешку. Неужели он возомнил себя какой-то заколдованной принцессой из сказки? ...Конечно, внешне он вполне соответствовал этому образу, но принять подобное на веру было выше её сил. Впрочем, она не стала настойчиво допытываться. Ведь когда она спросила в первый раз, Ли Ха Юль выглядел крайне растерянным, словно не знал, что ответить. Она могла бы продолжить расспросы. Способ покорения Ли Ха Юля был ей прекрасно известен. Стоило бы продержать его в объятиях весь день, осыпая лаской, и его плотно сжатые губы наверняка бы разомкнулись — собственно, они уже были к этому близки. Но Хон Ёнхва считала себя человеком чести. Она не принадлежала к тому типу бесстыдников, что силой вытягивают признания из любимого человека, когда тот явно не желает делиться своими тайнами. — Госпожа Ёнхва! После сражения с Двуглавым ядовитым драконом молодой господин пропал без вести... — Гх-х... — Г-госпожа?! ...Не то чтобы у неё не возникало искушения стать той самой бесстыдницей. Каждое мгновение её испытывали на прочность соблазны и порывы. Прежняя Хон Ёнхва ни за что бы не устояла перед этим сладким и яростным напором желаний. Она даже чувствовала гордость за то, что умудряется сдерживать себя в узде прямо сейчас. А что, если бы она не справилась? К этому времени Ли Ха Юль, запертый в спальне, каждое мгновение прижимался бы к груди Хон Ёнхва, сося её молоко... Внезапно в мыслях всплыло это сладостное будущее. Соблазн и импульсивное желание вспыхнули вязким жаром. «...Те-терпение... Вы-выносливость...» Тело Хон Ёнхва мелко задрожало. Мысленно повторяя слова о смирении, она до крови прикусила губу. Слабый привкус крови во рту помог вязкому мороку в голове рассеяться — сознание начало возвращаться... — Ёнхва-Ёнхва, ты что делаешь? — А-ах!.. — Ась? Именно в этот момент сзади раздался будничный голос. Хон Ёнхва, издав странный звук, подскочила на месте. Пэк Арин, направлявшаяся к ней, от такой бурной реакции лишь удивлённо захлопала глазами. — Ч-что... что такое? Зачем зовёшь? — Да что ты такого делала, раз так испугалась? Занималась чем-то неприличным? — Я просто на секунду задумалась, а ты меня напугала, блядь! Не придирайся. — Как жестоко материться из-за такого... Поговори со мной так же ласково, как с Ха Юлем... — Сумасшедшая... Хон Ёнхва скривилась от отвращения. Видя её лицо, Пэк Арин отбросила напускную обиду и хихикнула. — Так всё же? Что ты на самом деле делала? — Ничего особенного. Просто наблюдала. — ответила Хон Ёнхва. Пэк Арин на мгновение задумалась, а затем подошла и так же присела на корточки рядом с Хон Ёнхва, заглядывая в яму. Пэк Арин и сама за последние несколько дней насмотрелась на эту яму вдоволь. Она находилась прямо перед их базой, и из-за таких размеров не заметить её было попросту невозможно. — Хм-м... Пэк Арин протянула руку. Как и Хон Ёнхва, она провела пальцами по поверхности края ямы и заговорила: — Слышала новости о сестре Джиён? Говорят, её вчера выписали. — Уже? Ах, точно, Тэсан. Хон Ёнхва моргнула, словно только что об этом вспомнила. Обладатели активного состояния Тэсан отличаются незаурядными физическими способностями. Общие физические способности проходят через Рост, а выносливость, включая защиту, возрастает до немыслимых пределов. К тому же, стоит мастерству владения жизненной силой достичь определённого уровня, как человека, без всяких преувеличений, можно будет назвать настоящим зомби. — Кстати, а чего это там такая суматоха? Хон Ёнхва внезапно указала на противоположную сторону. Там располагались временные стоянки Тэсан, и шум в тех краях не утихал уже несколько дней. Клан Тэсан первым разбил здесь лагерь, и подобная неразбериха творилась ещё в тот момент, когда группа подкрепления во главе с Хон Ёнхва только прибыла на место. Должно быть, они наложили Магию безмолвия, так как ни единого звука не доносилось, однако суета и хаос были видны невооружённым глазом. — Неудивительно, что они в панике, раз уж в это влип их преемник. Ещё бы, едва не потеряли будущего главу рода на стороне. — Вот как? Хотя, если подумать, сестрица Джиён уже выписалась в полном здравии, разве нет? Эх, она вечно уходит из больницы раньше, чем я успеваю её навестить... Хон Ёнхва пробормотала это со странным выражением лица. И раньше случалось слышать новости о том, что Ли Джиён несколько раз попадала в больницу. Но всякий раз, стоило только собраться к ней, как Ли Джиён уже оказывалась на свободе и неловко махала рукой при встрече. Это были лишь воспоминания о былом. В последнее время они почти не виделись. Последняя их встреча... в комнате отдыха... «Ах, блядь». Воспоминание было донельзя постыдным. Хон Ёнхва вновь прикусила губу, пытаясь подавить чувство жгучего стыда. — Скоро каникулы закончатся, так что увидимся в Сиёламе, там и поздороваюсь. Расследование подошло к концу. Честно говоря, в этих краях и изучать-то было особо нечего. Труп Двуглавого ядовитого дракона бесследно исчез, и всё, что оставалось — это изучать следы недавнего сражения. Но в подобных вещах Хон Ёнхва смыслила мало. Пэк Арин, обладающая множеством талантов, могла бы помочь, но и она вскоре должна была вернуться в Сиёлам, так как каникулы подходили к концу. — ...Да, верно. Сиёлам. Пора возвращаться. Хон Ёнхва тоже возвращалась в Сиёлам. А ещё... ей нужно было встретиться с мальчишкой, который едва не сгинул где-то по собственной прихоти, едва не сделав одну ни в чём не повинную особу вдовой. Хруст Ком земли в кулаке Хон Ёнхва превратился в труху. Хон Ёнхва резко поднялась на ноги. ◆ ◆ ◆ — Хм-м... Силуэт Хон Ёнхва удалялся. Вскоре она скрылась в своём временном лагере, и её фигура окончательно исчезла из виду. Пэк Арин, проводив её долгим взглядом, наконец отвернулась. Перед глазами раскинулся огромный кратер. Он был поистине исполинским. Казалось, чтобы оставить подобный след, потребовалось бы обрушить сюда как минимум несколько заклинаний высшей Магии, требующих долгого ритуала. Пэк Арин на мгновение замерла, моргнув, и украдкой взглянула на свою ладонь. «...Неужели он больше и не думает скрываться?» В руке она сжимала горсть земли — ту самую почву, что соскребла с поверхности кратера. Белоснежные перчатки испачкались, но Пэк Арин, не обращая на это внимания, принялась растирать землю пальцами. «Впрочем, когда на кону жизнь, о последствиях думаешь в последнюю очередь». В конце концов, когда по пятам следует Двуглавый ядовитый дракон, главное — выжить. «Но если судить по следам, кажется, у него всё же был запас времени для побега...» Пэк Арин со странным выражением лица перебирала пальцами землю, в которой ещё теплились едва уловимые эманации «Чангэ». Даже для Пэк Арин, обладающей исключительной Сенсорикой маны среди всех, кто пробудил активное состояние Чангэ, эти следы были почти неощутимы. Сосредоточившись, она принялась анализировать энергию Чангэ. Из-за малого количества крупиц и их однородности информации удалось извлечь совсем немного. — Хи-хи. Однако кое-что она всё же поняла. «Значит, я не зря это показала». Не только мощь, но и сам способ управления энергией Чангэ был невероятно искусен. Это были поистине добрые вести. Пэк Арин лучезарно улыбнулась. ◆ ◆ ◆ Граница Хуабэй и Дунбэй. Отряд клана Тэсан, направленный к месту, где был повержен Двуглавый ядовитый дракон. Командир Ли Сон, возглавляющий их, не обладал активным состоянием Тэсан. Хоть он и был потомком побочной ветви, унаследовавшим кровь основателя, его пробуждённая стихийная способность управляла не Тэсаном, а самой землёй. По сравнению с Тэсаном, его сила, выражаясь грубо, уступала в ранге. Однако он обладал талантом, позволившим ему стать героем высокого ранга. К тому же, Ли Сон смог занять пост командующего войсками клана благодаря высокой оценке его преданности, доказанной годами, и мудрости, почерпнутой из богатого опыта. Иными словами, Ли Сон был человеком опытным. Он долгое время сражался на передовой в Магических землях, пройдя через множество битв. Он умел мастерски справляться практически с любыми непредвиденными ситуациями. — ...Прошу прощения. Голова немного раскалывается. Но сейчас сохранять самообладание было непросто. Штаб временного лагеря. Ли Сон, сидя за столом, издал приглушённый стон и обхватил гудящую голову руками. — Я понимаю. Сидевший напротив Ли Ынхёк, пришедший в штаб с докладом, хмуро кивнул. Ли Ынхёк, как и Ли Сон, принадлежал к побочной ветви, но он сумел пробудить активное состояние Тэсан. Хотя его Тэсан не отличался выдающейся мощью, в сочетании с приобретёнными навыками Сенсорики он был незаменимым специалистом в подобных поисковых операциях. — Могу я продолжить доклад? — Будь добр. С точки зрения иерархии уникальных способностей Ли Ынхёк стоял выше, но из-за должности, назначенной в родном поместье, Ли Сон официально считался его начальником. Ли Сон с трудом кивнул. Видя его смятение, Ли Ынхёк мысленно кивнул в ответ. Ведь он и сам пребывал в полном замешательстве. Ли Ынхёк заговорил: — В яме, где был повержен Двуглавый ядовитый дракон, обнаружены следы Тэсана — чужеродные, но совершенно отчётливые. — ...Нет ли вероятности ошибки? Может, их спутали с Тэсаном госпожи Ли Джиён?.. — Мы проводили точную Сенсорику в течение нескольких дней. Результаты показали, что сходство есть, но это определённо разные типы энергии. Услышав столь категоричный ответ, Ли Сон зажмурился. — Ох... У него и так в последнее время нещадно болела голова, и Ли Сон всерьёз опасался, что от таких новостей его состояние станет только хуже... ---------- Том 1 Глава 164 Сиёлам, куда они вернулись, уладив в должной мере все дела. В терминале врат Сиёлам вовсю кипела жизнь. — Только посмотри, сколько народу. Будь здание хоть чуточку меньше, мы бы сюда и шагу ступить не смогли. На выходе после завершения всех формальностей Хон Ёнхва с пресыщенным видом оглянулась на бурлящую внутри толпу. — Не мы одни такие, все возвращаются либо сегодня, либо завтра. Пэк Арин, шагавшая рядом, лишь пожала плечами, не видя в происходящем ничего странного. — Когда начнётся семестр, выбраться надолго уже не получится, верно? Вот многие и стараются пробыть снаружи до последнего. Хотя были и те курсанты, что провели все каникулы в Сиёлам, большинство всё же разъехалось, ведь во время учёбы покинуть остров на долгий срок почти невозможно. Завершив все процедуры, Хон Ёнхва наконец покинула кишащее людьми здание. Лишь тогда перед ней раскинулось лазурное небо с плывущими по нему облаками, похожими на белоснежные клочья ваты. — Пфу-у... Она глубоко вдохнула, и лёгкие наполнил поток освежающего воздуха. И хотя это была не окраина острова, в воздухе порой улавливался солоноватый аромат моря. Не то чтобы ей нравился этот запах, но сейчас даже он казался желанным. Земли Китая. Пусть это ещё не Магические земли, но и нормальными их назвать было нельзя. Слишком много там было зон, где подземелья выходили из-под контроля, сокрушали барьеры и сливались с реальностью. К тому же яд Двуглавого ядовитого дракона пропитал почву столь глубоко, что во многих местах стояло невыносимое зловоние. Не сказать, что это было совсем невыносимо, но настроение портилось изрядно. И теперь, вдыхая этот воздух и любуясь пейзажем, она чувствовала, как на душе становится легче. Хон Ёнхва позволила себе это мимолетное расслабление и двинулась дальше. — Эриэль, сходи и занеси вещи в общежитие. — Да, будет исполнено. Эриэль, неотступно следовавшая за Хон Ёнхва подобно тени, почтительно склонила голову. В эту поездку в Китай она тоже сопровождала хозяйку. В каком-то смысле это было закономерно. Когда-то Эриэль была охотником, носившим звание высшего ранга. Поскольку она была искусна в выслеживании, её взяли с собой на поиски пропавшего Ли Ха Юль. К счастью, Ли Ха Юль удалось спасти в кратчайшие сроки, и сейчас он находится в Сиёлам. Об этом до сих пор не утихают споры. Двуглавый ядовитый дракон, едва не возродивший кошмар прошлого, и Ли Ха Юль, срубивший чудовищу голову прежде, чем число жертв успело возрасти. За этим последовали внимание и слава, хотя новость о том, что Ли Ха Юль, уже замешанный в инциденте в Шихаллионе, снова оказался в центре событий, вызвала и подозрения... Однако после жесткого вмешательства Ассоциации все любопытствующие поспешили попрятать головы. — И всё же жаль. — О чём ты? — Мне бы тоже хотелось своими глазами увидеть помолодевшего господина. Уголки глаз Хон Ёнхва дрогнули. — Поистине поразительная новость. Телесная Регрессия... Никогда не слышала о подобных случаях. Может, это одна из ветвей Перерождения костей и плоти? — ...Будто это единственный шанс. Увидишь позже. — И то верно. Пожалуй, это лучший ответ. Эриэль с бесстрастным лицом хлопнула в ладоши. — Моё любопытство вполне терпимо. Я подавлю это желание и дождусь следующего раза, так что вам, госпожа, стоит поспешить и утолить свою жажду. — Эй, звучит как-то двусмысленно, не находишь? — Ох. Прошу прощения. Эриэль ответила в своей странной манере, после чего быстро собрала вещи и удалилась. Поразительная наглость. Хон Ёнхва в недоумении покачала головой, но развивать тему не стала. Когда Ли Ха Юль пропал, Хон Ёнхва была вне себя от ярости и не замечала ничего вокруг. Она то и дело шипела на окружающих, и именно Эриэль приняла весь этот удар на себя. Если вдуматься, это была карма самой Хон Ёнхва. ◆ ◆ ◆ Прибавив шагу, она почти добралась до цели. Целью было общежитие Ли Ха Юля. — Слушай, а Благословение точно действует и за пределами? У меня показатели Роста какие-то невнятные, не пойму никак. — Если даже с Благословением у тебя такие паршивые результаты, это само по себе впечатляет... — Ах ты ж сукин сын. Как и на улице, в общежитии было полно народу... точнее, кадетов, вернувшихся в Сиёлам. В холле было не протолкнуться, но стоило Хон Ёнхва переступить порог, как толпа сама собой расступилась перед ней. В последнее время её пыл немного поутих благодаря той мягкости, которую она всё чаще проявляла к Ли Ха Юль, но дурная слава о буйном нраве Хон Ёнхва никуда не делась. Зайдя в лифт, она нажала на кнопку нужного этажа. Вскоре двери закрылись, и возникло ощущение легкой невесомости. Хон Ёнхва уставилась на цифры, сменявшие друг друга над дверью. 2, 3, 4... Скорость была донельзя низкой. Неужели с лифтом что-то случилось? — Хм-хм-хм... Пока она в нетерпении постукивала пальцами по скрещенным на груди рукам, до ушей Хон Ёнхва донёсся странный звук. Уголки её глаз дрогнули. Странный звук. Впрочем, ничего нового — он не прекращался уже какое-то время. — ...И что это продолжается с самого начала? — А? Ты о чём? Хон Ёнхва повернула голову и посмотрела на Пэк Арин. Заложив руки за спину и напевая что-то под нос, Пэк Арин с невинным видом склонила голову набок и задала встречный вопрос. Пэк Арин тоже получила приглашение от Ли Ха Юль. Судя по всему, он собирался раскрыть ей тайну существования Ли Се Юль. Это было понятно. Скрывать Ли Се Юль вечно всё равно бы не получилось, так что он решил поставить в известность своё окружение. Но вот что злило... так это то, что она узнает этот секрет практически одновременно с самой Хон Ёнхва. — Выглядишь довольной. Случилось что-то хорошее? — М-м... Да не особо? Просто сегодня на редкость прекрасное самочувствие~ «Не особо», хрен там. Глаза Хон Ёнхва сузились. Пэк Арин и обычно-то любила прикидываться невинной овечкой, но сейчас в ней чувствовалось нечто иное. Судя по чутью, отточенному за долгое время их знакомства, Пэк Арин сейчас вовсе не притворялась — она и впрямь была в исключительно приподнятом настроении, что случалось крайне редко. Пока она предавалась сомнениям, двери лифта открылись. Хон Ёнхва, пытаясь унять снедавшее её беспокойство, зашагала по длинному коридору. Наконец она замерла перед дверью. На табличке было выведено имя: Ли Ха Юль. «С-с-с...» Хон Ёнхва на мгновение закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Хоть она и подготовилась морально, но всё равно не была уверена, как поведёт себя, когда окажется внутри. Она была в ярости. Ушёл куда вздумается и едва не погиб по собственной глупости. Гнев полыхал в ней пожаром. Ей казалось, что она готова в ту же секунду сгрести его в охапку и как следует отчитать. Она была в предвкушении? Ещё бы, ведь он помолодел. Слухи до неё доходили, но своими глазами она его ещё не видела. Элия предлагала прислать фотографию, но Хон Ёнхва отказалась — хотела увидеть всё сама. Прямо сейчас за этой дверью находился Ли Ха Юль. — Сглот. Шумно сглотнув, Хон Ёнхва отворила дверь. Перед глазами предстала прихожая. На обувной полке аккуратными рядами стояло множество пар обуви. Взгляд Хон Ёнхва стал колючим. Среди них было слишком много женских туфель, явно не принадлежавших Ли Ха Юлю. Она знала об этом заранее, но на душе всё равно стало паршиво. Однако это чувство быстро развеялось, стоило ей вдохнуть окутывающий всё вокруг аромат. Знакомый запах... Тот самый сладковатый аромат, напоминающий благоухание мёда, который всегда исходил от Ли Ха Юля. Возможно, дело было в том, что это его дом, но аромат здесь казался... необычайно густым. Взгляд Хон Ёнхва смягчился. — Ты чего застыла? Подталкиваемая Пэк Арин, которая нетерпеливо ткнула её в спину, она сняла обувь и прошла в гостиную. В гостиной было довольно многолюдно. Элия Слейд, Лиана Беллус, Атра Клайд... И... Увидев сидящего на полу Ли Ха Юля, Хон Ёнхва невольно затаила дыхание. Её глаза, в которых дрожало волнение, жадно скользили по фигуре Ли Ха Юля. Белоснежные волосы, настолько чистые, что их немедленно хотелось окрасить в свои цвета. Исходящая от него аура — таинственная и какая-то неземная. И кожа... ставшая в разы нежнее и светлее, чем прежде... «Ох». В тот же миг мысли Хон Ёнхва замерли. Гладкая, чистая... лишившаяся шрамов правая рука. Глаза Хон Ёнхва широко распахнулись. — Ёнхва? Вопрос, донёсшийся сзади. Реакция тех, кто был впереди. Протез на левой руке, который он самовольно прицепил. Сейчас всё это не имело значения. Всё внимание Хон Ёнхва было приковано к Ли Ха Юлю, а точнее — к его правой руке. Шрамы Гэпхва трудно свести. Благодаря этому шрамы Гэпхва называют не просто следами, а настоящим клеймом. На правой руке Ли Ха Юля, прежде сплошь покрытой клеймами Адского Пламени, теперь красовалась безупречно гладкая, белоснежная кожа. Она столько раз пыталась свести эти шрамы, но всё было напрасно. Тайком давала ему восстанавливающие снадобья, но рубцы и не думали затягиваться. Уложив Ли Ха Юля спать, она сама втирала в его кожу мази, однако те не давали никакого эффекта. Даже после визита в клан Адского Пламени, когда она уже открыто наносила лекарства своими руками, видимых улучшений не было, и от этого её сердце щемило от боли. И вот теперь эти шрамы исчезли без следа. В душе Хон Ёнхва поднялось смятение. Подойдя ближе, она воочию ощутила, насколько крошечным стало тело помолодевшего Ли Ха Юля. Совсем маленький… хрупкий. Такого можно было бы запросто подхватить и носить на руках. В ней шевельнулся внезапный порыв. Ей безумно хотелось его отчитать, но она решила повременить с этим. Хон Ёнхва в оцепенении протянула к нему руку. — Шлёп! — А? Её ладонь была сбита чьей-то возникшей сбоку крохотной ручкой. Хон Ёнхва растерянно моргнула. Туман, окутавший её разум, мгновенно рассеялся. Взгляд, до этого прикованный к одной цели, вновь обрёл ясность. Только теперь она заметила девочку, которая, тесно прижавшись к Ли Ха Юлю, взирала на неё с явной настороженностью. Малышка была поразительно похожа на Ли Ха Юля. Такие же белые волосы, а ростом она была лишь самую малость выше него. Разве что волосы её не были чисто-белыми, а мягко сияли радужными переливами. К тому же, в отличие от кроткого Ли Ха Юля, её взгляд казался весьма колючим. Весь её вид говорил о том, что характер у девчушки непростой. Но главное — за её спиной трепетали прекрасные пятицветные крылья. «Ах…» Ли Се Юль. Фейри, что появилась на свет из яйца, найденного в Башне Роста; дитя, что льнёт к Ли Ха Юлю, словно к родному отцу. Та самая девочка, о которой Ли Ха Юль рассказывал с опаской, признавшись, что взял её на воспитание. — Не обижай папу! — Звонко! Раздался чистый звон, будто ударили по музыкальному инструменту. Вскрикнув, Ли Се Юль сердито вскинула уголки глаз и крепко прижала к себе стоящего рядом Ли Ха Юль. В конце концов она даже широко расправила крылья, плотно укрывая ими Ли Ха Юль. Это выглядело так, словно она защищала Ли Ха Юль от какой-то опасности. Проблема заключалась в том, что этой самой опасностью она, судя по всему, считала Хон Ёнхва. Хон Ёнхва совершенно опешила. [Се... Се Юль] [Так нельзя...] [Простите] [Се Юль, должно быть, ошиблась] [Мне правда очень жаль...] Застывший по какой-то причине Ли Ха Юль внезапно вздрогнул и, опасливо поглядывая на Хон Ёнхва, принялся останавливать Ли Се Юль. То, как он, весь сжавшись и поникнув, всё равно пытался защитить свою дочь, со стороны выглядело весьма трогательно. — Нет, ну... я же ничего не сделала?.. Хон Ёнхва могла лишь недоумевать от такой нелепости. Она всего лишь протянула руки, чтобы взять ребёнка, но в мгновение ока превратилась в какое-то отребье, угрожающее чужой семье. — У-у-у, мусор. — ...... Насмешка стоявшей позади Пэк Арин почему-то больно кольнула в самое сердце. Веки Хон Ёнхва мелко задрожали. ---------- Том 1 Глава 165 Чтобы успокоить Се Юль, потребовалось некоторое время. — Ну же, Се Юль? Нельзя так вести себя с другими, хорошо? — Гр-р-р... Се Юль, прижатая к груди Элии, оскалилась. В конце концов из её горла вырвалось низкое рычание. Я был втайне потрясён её поведением, напоминавшим повадки зверя, угрожающего врагу. «Почему... почему она так себя ведёт?» Се Юль проявляла к Хон Ёнхва необъяснимую, почти пугающую настороженность. Я впервые видел, чтобы Се Юль была настолько враждебна. Разумеется, когда она впервые встретила Элию, её отношение тоже нельзя было назвать дружелюбным. Она дулась и выглядела недовольной, но всё же не до такой степени. Учитель? Когда они впервые встретились несколько дней назад, сильного отторжения заметно не было. Присутствовала лишь тень неприязни, которую легко можно было списать на обычную детскую осторожность перед незнакомым взрослым. К профессору Лиане же она... отнеслась на редкость благосклонно. Профессор Лиана стала первой, от кого девочка не стала держаться на расстоянии с суровым взглядом, а сама легко подошла и начала любопытно крутиться рядом. Именно Лиане она позволила гладить себя и брать на руки быстрее и охотнее всего. «Может, дело в том, что она — духолов?» Фейри и духи. Нельзя сказать наверняка, но их часто считают едва ли не родственниками. Се Юль — фейри, а профессор Лиана — духолов с невероятным сродством к духам. Нет ничего странного в том, что девочка почувствовала в ней нечто родное. То же самое и с Элией. Она тоже наделена врождённым сродством к духам, так что они могли быстро поладить. «...Родство?» Я невольно склонил голову, ощутив внезапный диссонанс. Родство... некое чувство привычности и покоя... «Кажется, со мной было так же?..» Когда я впервые встретил Элию... моё душевное состояние, мягко говоря, оставляло желать лучшего. Хикикомори, запертый в четырёх стенах, внезапно оказался затянут в чужеродный мир игры. Без очков и без того размытое зрение окончательно тонуло во тьме, а в голову насильно вливались потоки пространственных данных. Обострившиеся чувства заставляли отчётливо слышать каждый шепоток вокруг и ловить на себе каждый пронзительный взгляд. Моей слабой психике, запертой в четырёх стенах последние год-два, было невыносимо тяжело справляться с таким вниманием. Не то чтобы никто не пытался мне помочь, но я сам в ужасе шарахался от людей. Но с Элией всё было иначе. С того самого момента, как я впервые просканировал её с помощью пространственного восприятия, я не почувствовал ни капли отторжения. Ни её взгляд, ни звуки её движений не вызывали у меня дискомфорта. Напротив, возникло какое-то умиротворение... И пусть я нервничал, я не сбежал и принял её помощь. «Профессор Лиана...» Кажется, тогда всё было так же. С самого начала я не ощутил никакой неприязни — лишь покой и нечто, похожее на тепло. Профессор Лиана первой принесла извинения и предложила свою помощь, но я сам, по собственной воле, попросил её обучить меня управлению маной. Если вдуматься, для меня это было из ряда вон выходящим событием — самому просить кого-то о помощи. «......» Трудно описать это чувство словами. — Что случилось? Тебе плохо? Пока я невольно хмурился, погружённый в свои мысли, чья-то ладонь коснулась моей щеки. Это была рука Хон Ёнхва, подошедшей вплотную. Я вздрогнул от этого прикосновения, пропитанного искренней тревогой. — М-м? Я нерешительно применил Наблюдение к Хон Ёнхва. Тени под глазами, едва заметная бледность лица... Я видел следы душевных терзаний. И из-за кого она так извелась? Ради кого она отправилась в Китай и перенесла все эти трудности? Наверняка из-за меня... От того, что даже сейчас она не злилась, а прежде всего беспокоилась обо мне, меня захлестнула Вина... Хон Ёнхва больше ничего не говорила, лишь молча гладила меня по щеке. Выждав мгновение, я осторожно открыл глаза. Тяжёлые веки поднялись, обнажая неприятные серые зрачки. Потоки информации от Наблюдения наложились на обычное зрение. Перед глазами предстал мир, окутанный туманом. И в самом центре этого серого марева алым пятном выделялся силуэт Хон Ёнхва. — Ох? — А? — Что за?.. Вокруг послышались возгласы, полные замешательства, недоумения и шока. Хон Ёнхва, не обращая на это внимания, протянула руки, подхватила меня и крепко прижала к себе. Я утонул в её мягкости. Запах молока, что щекотал ноздри, стал невыносимо близким. От этого неземного Тепла казалось, что всё моё тело вот-вот просто растает. — Тебе больше нечего мне сказать? Спросила Хон Ёнхва, легонько похлопывая меня по заднице. Её алые глаза, словно требуя чего-то, пристально смотрели на меня. Я понимал, чего она ждёт. С трудом сглотнув, я пошевелил языком. — Простите... меня... Мой голос звучал до странности чуждо. Видимо, из-за долгого молчания слова давались с трудом, и я запинался. С глазами было то же самое. Стоило их открыть, как они начинали слезиться и мелко дрожать. — Хе-хе. У тебя не болят глаза или горло? Ты ведь не заставляешь себя? — Всё в... порядке... Мне было ужасно неловко, но видя, как лучезарно улыбается Хон Ёнхва, я и сам почувствовал облегчение. Я боялся, что меня сурово отругают или что она вовсе обидится, но, к счастью, обошлось. От облегчения на моих губах заиграла слабая улыбка. В этот миг Хон Ёнхва медленно склонилась ко мне. Её дыхание коснулось моего лица. Аромат её тела стал дурманящим. Лицо Хон Ёнхва заполнило всё моё зрение. — Чмок. Мягкое прикосновение накрыло мои губы. Влажное и тёплое. От этого недвусмысленного проявления любви всё моё тело пробила дрожь. — ...М-м. Вскоре Тепло исчезло. На миг мне стало так жаль, что я едва не вскрикнул от разочарования. — ...Что это?.. И тут это случилось. Глухой, мрачный голос вонзился мне в уши, заставив невольно содрогнуться. Я повернул голову на звук, но видел лишь густой серый туман. Однако Полномочие наблюдения показало мне Учителя с таким лицом, будто для неё рухнул мир. — Хе-хе. Почему-то Хон Ёнхва победно улыбнулась. — Хрусть! Со стороны Учителя донёсся жуткий скрежет зубов. ◆ ◆ ◆ — ...Значит, после поцелуя ты прозрел и заговорил? Спустя некоторое время. Учитель, которой всё же удалось взять себя в руки, выслушала объяснения с совершенно ошарашенным видом. Она смотрела так, словно не верила собственным ушам. Реакция остальных была примерно такой же. Элия в недоумении склонила голову набок, а Пэк Арин, кажется, погрузилась в глубокие раздумья. — Если проблема психологическая, то такое возможно... Наверное? Профессор Лиана высказала своё предположение, но по её тону было ясно, что она и сама в этом не уверена. «М-да...» Их реакция была вполне объяснима. Будь я на их месте, я бы тоже засомневался. Но и я не мог дать точного объяснения. Ведь я и сам не понимал, почему проклятие — пусть и самую малость — ослабло. В тот момент чувства били через край, а в голове царил такой хаос, что мне было не до размышлений, но сколько бы я ни анализировал это позже, к однозначному выводу так и не пришёл. Единственное, что я мог предположить... раз чувства пробудились сразу после по... поцелуя, то, вероятно, в нём и была причина. В комнате воцарилась тишина. Похоже, каждому было о чём поразмыслить. У меня тоже хватало мыслей. Точнее сказать, терзаний. «...Может, рассказать им о проклятии?» Или хотя бы выдать это за недуг и признаться, что мои вкус и обоняние запечатаны? Я уже размышлял об этом в начале первого семестра и тогда решил просто всё скрыть. Проклятие недолговечности. Даже если я скажу, мне нечем это доказать. Тщательное обследование в Ассоциации не выявило ни единого проклятия. Печать чувств и Проклятие безмолвия. Симптомы доказать можно, но... нет способа объяснить, что это именно проклятия, а не врождённые дефекты. К тому же, я просто не мог сказать Хон Ёнхва, которая угощала меня конфетами, кормила обедами и с такой надеждой и заботой спрашивала, вкусно ли мне: «На самом деле я не чувствую вкуса»... Поэтому я молчал. Я решил, что нет нужды сеять лишнюю смуту своими откровениями. Всё равно в будущем мне придётся снять эти проклятия, а если не выйдет — я просто тихо загнусь где-нибудь в одиночестве, так что я предпочёл оставить всё в тайне. Теперь я жалею о том выборе. Эта ложь казалась мне тогда правильной, но в итоге она обернулась горьким сожалением. И если я промолчу сейчас, в будущем это может отозваться ещё большей болью. Я собрался с духом. Нельзя же вечно жить во лжи. Пусть я не могу рассказать всего, но о проклятиях поведать стоит. Доказать это трудно, но... эти люди поверят мне, если я буду искренен. [На самом деле...] — У-у-у-унг! То, что я не мог открыть глаза... это... из-за... проклятия... было?.. «А?» Слова оборвались. Ожерелье откровения внезапно замерло. Нет, неужели замер весь мир? «Что, говоришь, остановилось?» Чувства притупились. Осязание исчезло. Тепло улетучилось. Звуки смолкли. Ничего не осталось. Лишь пустота. Вокруг всё стало черным-черно. Я ничего не видел. Наблюдение пришло в движение. — Кр-р-р-рах! Скрежет. Шестерни, что вращались исправно, сцепились и замерли. Раздался резкий треск, полетели искры. Сознание... раскалилось до белизны. Мысли замед... ляются. Словно заклинившие шестерни, разум буксу... ет. Восприятие меркнет. Раскалённый мозг пла... вится. — Что... то... Не... так... Стран... но... ???..? Глщвмтрсххкьджзн... 『Остановка』 Донеслось смутное ощущение. Нежная рука прикрыла мои «глаза». Что-то крепко обняло меня. 『Восстановление』 Бесконечный поток мыслей прервался. Плавящийся разум вновь обрел форму, а заклинившее сознание перезапустилось. Внезапное событие, случившееся за миг... или за неосознанную вечность. Я не мог до конца осознать произошедшее. «Что это было?» В голове пустота. Я не понимаю, что только что произошло. 『...Дитя』 Сзади донёсся голос. Точнее, я так это воспринял, но на самом деле не был уверен. Вернее было бы назвать это не голосом, а волей. Казалось, чужое намерение вонзается прямиком в мозг. Довольно знакомое чувство. Похоже на то, как я общаюсь с духами, передавая им свои мысли словно по телепатии. Но это было нечто куда более высокого порядка. 『Дитя』 Чей это голос? 『Береги себя』 Кто это говорит? 『...И не броди по слишком опасным местам』 Почему это кажется таким знакомым? ◆ ◆ ◆ Голова идет кругом. Вокруг хаотично забурлила мана. — ?! ..! — ! — ! ..! ..! ..!? — ..! — ! ..!? ..! В голове нещадно гудело. Звуки, достигавшие ушей, сливались в неразборчивый гул. Что происходит? В каком я вообще состоянии?.. Я попытался пошевелиться. «Ох». Тело не слушалось. К тому же оно было не просто мокрым, а каким-то липким. И внутри зияла пустота. Словно из меня выскребли все внутренности... Я активировал Наблюдение. Я увидел себя, превратившегося в кровавое месиво, и рыдающих людей вокруг, которые отчаянно пытались меня исцелить всеми возможными способами. «Что за чертовщина?» Опять какая-то херня. ◆ ◆ ◆ [Активируется Проклятие безмолвия] [Активируется Проклятие одиночества] ... [Вмешивается Владыка Башни Роста] [Активируется Проклятие безмолвия(?)] [Расходуется огромное количество очков] ... ---------- Том 1 Глава 166 Пронеслась неистовая буря. В общежитии, ещё недавно оглашаемом воплями и рыданиями, воцарилась гнетущая тишина. — Что это сейчас... было? Атра зачесала волосы назад. Даже липкая, жгучая ревность, терзавшая её до этого, выгорела дотла после случившегося. Настолько мощным и... жутким было то, что промелькнуло в одно мгновение. Все, кто находился в спальне, понимали, о чём речь. Несмотря на то, что в комнату набилось много людей с самым разным цветом волос, она была достаточно просторной, чтобы вместить всех. Их взгляды были прикованы к кровати. Там мирно спал Ли Ха Юль, будто ничего и не произошло, а рядом, крепко обхватив его после долгой истерики, уснула Ли Се Юль. Впрочем, слово «спал» здесь было не совсем уместным. Обычно, когда человек изрыгает фонтаны крови и теряет сознание, это не называют сном. — Не знаю... Может, какое-то ограничение? — отозвалась Лиана. После пережитого шторма её лицо выглядело мертвенно-бледным. — Курсант Ли Ха Юль явно хотел что-то сообщить, верно? Но прямо перед этим он замер, тело забилось в судорогах, он начал харкать кровью... Не похоже ли это на отдачу за нарушение ограничения? — Ограничение? Кто и когда мог наложить на него печать с такой чудовищной отдачей? И главное — сам носитель не мог не знать условий. Лиана и Атра повидали немало, сражаясь на передовой в африканских Магических землях. Среди прочего им доводилось встречать людей под действием ограничений, хоть это и было редкостью. Именно поэтому Атра возразила. Ограничение само по себе — вещь крайне трудноисполнимая, а уж настолько мощное встречается едва ли не раз в жизни. Та сцена до сих пор стояла перед глазами. Кровь, хлещущая из всех семи отверстий, словно под давлением. Кровавая пена на губах и куски неопознанной плоти, вылетающие вместе с судорожным кашлем. Магические цепи во всём теле, перекрученные и разорванные в клочья, и это бьющееся в припадке тело... «...» При одном воспоминании об этом у Атры заломило в висках, а к горлу подкатила тошнота. Через что нужно пройти, чтобы наложить подобное ограничение? И Ли Ха Юль, не зная условий, едва не отправился на тот свет, попытавшись раскрыть секрет. Но что важнее всего... — Одновременно с отдачей началось восстановление... нет, сверхскоростная регенерация, верно? — Сначала калечит, потом лечит... Что за бред. Едва отдача превратила его в кровавое месиво, как раны затянулись, будто время повернули вспять. Они проверяли несколько раз — его тело было в полном порядке. Отдача, карающая за нарушение условий. Обычно она либо превращает нарушителя в калеку, либо убивает на месте. Но зачем сначала подвергать невыносимым мукам, а потом возвращать всё как было? Смерть от болевого шока? Если цель в этом, то проще было бы сразу потратить ресурсы на убийство. — ...Мы даже не уверены, что это было именно ограничение. Он просто внезапно начал харкать кровью и рухнул без чувств... — Да что же это такое... Точной причины не знал никто. Лица присутствующих омрачились. Все здесь понимали, что у Ли Ха Юль есть свои тайны, но никто и представить не мог, что попытка приоткрыть завесу обернётся таким кошмаром. У Хон Ёнхва всё внутри горело от тревоги. Ей казалось, что в случившемся есть и её вина. Она и раньше пыталась выведать его секреты, и теперь её терзало чувство вины: вдруг он принял это близко к сердцу и в итоге пострадал... Стоявшая рядом Элия чувствовала себя не лучше, её сердце обливалось кровью. Перед глазами всё ещё стоял Ли Ха Юль, изрыгающий куски внутренних органов вместе с кровью. Сколько бы она ни вливала в него исцеления и регенерации через свою уникальную способность, кровь не останавливалась, а кожа становилась всё холоднее. Вспоминая его хриплое, тяжёлое дыхание, она невольно бледнела. — А может, это проклятие? В тишине раздался голос, заставивший всех обернуться. От зловещего слова «проклятие» лица присутствующих посуровели. Волосы цвета воды до самой талии и лазурные глаза. Пэк Арин, которая до этого молча пребывала в раздумьях, пожала плечами под тяжестью устремлённых на неё взглядов. — Условие срабатывает, но сам носитель о нём не знает. Таких проклятий полно. — Действительно, если учесть, что он не знал условий, это вполне может быть проклятием, — кивнула Лиана. — Но способно ли проклятие нести такую отдачу и условия срабатывания? Разве хватит мощности? — Если заранее провести тщательную подготовку и сопроводительный ритуал с жертвоприношением, то, думаю, вполне. К тому же, судя по тому, что отдача была мощной, но не смертельной, туда могли быть вплетены условия запрета на убийство и регенерации. Диалог вели в основном Лиана и Пэк Арин. Остальные не обладали достаточными знаниями, чтобы вклиниться, и просто внимательно слушали. Беседа текла довольно профессионально, и Лиана удивлённо округлила глаза. Познания Пэк Арин в области проклятий превосходили все ожидания. Удивительно, но в этом вопросе Пэк Арин была на несколько голов выше. Она точно понимала механизмы работы и активации даже тех проклятий, о которых Лиана имела лишь смутное представление. — Проклятия... Это направление настолько специфическое, что обычно все ограничиваются лишь изучением методов противодействия. Вы весьма осведомлены. В Сиёламе тоже преподают чёрную магию. Хотя эти техники считаются грязными и вызывают отвращение, их не запрещают категорично. Если полностью их искоренить, будут утрачены и способы борьбы с ними. Именно поэтому в различных учебных заведениях чёрная магия существует как предмет. Однако популярностью она не пользуется. В большинстве случаев всё обучение сводится к защите, а точные механизмы работы и процессы активации остаются загадкой. Об углублённом курсе и говорить нечего. Но Пэк Арин обладала глубокими познаниями даже в самых тонких нюансах. — А... ну, знания лишними не бывают, — Пэк Арин неопределённо улыбнулась на вопрос Лианы и принялась накручивать прядь волос на палец. — К тому же, это мой личный интерес. ◆ ◆ ◆ Иногда люди задаются вопросом о смысле своего рождения. Для чего я появился на свет или чего должен достичь в будущем? Как правило, у человеческого рождения нет конкретной причины. Для появления на свет не требуется особого обоснования, и редко кто рождается ради исполнения какой-то высшей миссии. Обычно люди не рождаются с заранее заданной целью. Их не создают для использования в каких-то нуждах. Меч куют, чтобы рубить и колоть, но предназначение человека не бывает фиксированным. — Хи-и... Однако Ли Се Юль была другой. На её глазах дрожали крупные слёзы. Эмоции переполняли её. В душе маленькой Ли Се Юль бушевал вихрь чувств, которым она ещё не могла дать определения. Объединяло их одно — все они были негативными. Далекими от счастья и радости. Той тёмной ночью. Ли Се Юль проснулась от невыносимой тоски и первым делом бросилась искать Ли Ха Юля. Его не было рядом. Ли Ха Юль спал на другой стороне кровати, прижавшись к Элии. Используя её руку вместо подушки, он уткнулся лицом ей в грудь и ровно дышал. — И-и... Ли Се Юль затрепетала крыльями. Увернувшись от рук Элии, она приземлилась прямо между ней и Ли Ха Юлем. Протиснувшись в узкое пространство, она прильнула к груди Ли Ха Юля. Пусть его тело стало меньше и теперь было крохотнее её собственного, Ли Се Юль это не заботило — она изо всех сил вжалась лицом в его грудь. В этот миг её окутали покой и тепло. Объятия жёлтого человека... Элии тоже были уютными, но здесь она чувствовала себя по-настоящему счастливой. Всего несколько месяцев назад — срок, который и прошлым-то назвать сложно. Ли Се Юль была заперта внутри яйца, не в силах вылупиться, и в туманном полузабытьи ждала хозяина, который пробудит её. Она не знала, сколько прошло времени. Затуманенное сознание и инстинкты просто ждали своего часа. И вот пришёл импульс. Присутствие хозяина, намеренного пробудить её. Тогда Ли Се Юль была уверена. Она не испытывала особых чувств. Была тихая радость от того, что она наконец вылупится, но не было великого восторга. Ещё до рождения она понимала суть такого существа, как Рыцарь-фей. Она — щит и меч для защиты Владыки. Копьё и доспех. Инструмент, созданный и рождённый исключительно ради охраны Владыки, проводящий жизнь ради одной абсолютной цели. Её будущее было предопределено. Пока предшествующий Рыцарь-фей защищает Владыку, она должна быстро вырасти и стать взрослой особью. За это время она обязана освоить боевые навыки и знания, необходимые для защиты Владыки. Став взрослой, она всю жизнь проведёт рядом с ним, исполняя роль инструмента. Пока она так размышляла, она почувствовала прикосновение к скорлупе. Осторожное движение, будто касались чего-то крайне хрупкого, и волна тёплых, уютных эмоций встряхнула сознание Ли Се Юль. Для Рыцаря-фей, ещё не увидевшего свет. Для Ли Се Юль, чьё холодное «я» сформировалось лишь на основе заложенных знаний без опыта реального мира, это была слишком мощная... и мягкая волна чувств. «Это... Владыка?..» Он был не таким, каким она его представляла. Вопреки ожиданиям, что лидер вида будет холодным и расчетливым, то, как он прижимал яйцо к себе, было преисполнено тепла и нежности. Волна эмоций, с которой он оберегал её, боясь повредить, была невероятно ласковой. — Может, хоть кусочек попробуем? Красный человек. Женщина, созданная из пламени, хотела её съесть. — Ну давай разок куснём. Оно такое большое, чего переживать? А? Как думаешь? Это не было пустой болтовнёй. Врождённая эмпатия фейри уловила искренность в словах красной женщины. Красная женщина действительно собиралась разбить скорлупу и сожрать ещё не вылупившуюся Ли Се Юль... — Согласна. Честно, Ха Юль, тебе разве не интересно, какое оно на вкус? Если из лотереи выпадет какая-то ерунда, будет обидно. Я постучала — внутри явно что-то есть, давай приготовим и съедим. Рядом была и жёлтая женщина. Несмотря на инстинктивное чувство близости, её слова были пугающими. Конечно, жёлтая женщина скорее шутила, но доля правды в её словах была. Разбить яйцо, вытащить содержимое, положить на жаровню, я принесу огонь, поджарим помедленнее и съедим, запечём целиком в костре, оно такое огромное, точно наедимся... Слыша голоса, наперебой обсуждавшие её ужасный конец, Ли Се Юль лишь мелко дрожала от ужаса внутри яйца. Тем, кто защитил её от этих угроз, был Владыка. Обладая более хрупким телом по сравнению с двумя другими людьми, он крепко обнимал яйцо и отчаянно защищал её. После рождения. Из-за того, что она была ещё маленькой и слабой, она не могла защищать Владыку, но Ли Ха Юль ничуть не расстраивался, окружая Ли Се Юль бесконечной любовью и заботой. Он дал ей имя, одел в мягкие одежды. Прижимал к себе, чтобы она не мерзла, и кормил тёплой едой, чтобы она не была голодна. По ночам он баюкал её в своих объятиях, пока она не засыпала, а когда она открывала глаза, он всегда встречал её улыбкой. Это было трогательно и приносило счастье, но вместе с тем она чувствовала глубокое бессилие. Прежде чем стать ребёнком, она была Рыцарем-фей. Рыцарь-фей, обязанный защищать Владыку, сам находится под его защитой? Инстинкты Рыцаря-фей протестовали. Рождённая с великой миссией, она не должна была так жить. Куда делись предшественники? Почему Владыка страдает в одиночестве? Где остальные сородичи? Это были вопросы не для Рыцаря-фей. Ли Се Юль — «Рыцарь-фей», созданный и рождённый для защиты Владыки. У неё есть предназначение. Есть причина, по которой она родилась, и цель, которую она должна достичь при жизни. Защита Владыки. Это была единственная цель Рыцаря-фей. — Папа... Но для маленького Рыцаря-фей, с момента вылупления которого не прошло и четверти года, реальность была слишком суровой. Ли Се Юль всё ещё была незрелой особью, а Владыка по-прежнему подвергался угрозам и в одиночку вёл смертельную борьбу. Вопреки её клятве исполнить долг, Ли Ха Юль раз за разом оказывался на грани жизни и смерти. С каждым разом жизненная сила Ли Ха Юля становилась всё слабее. Ли Се Юль не было рядом, и она ничего не могла сделать. Так было и сейчас. Даже когда Ли Ха Юль рухнул, харкая кровью прямо перед её носом, Ли Се Юль была бессильна. Она должна была хотя бы броситься под удар, став живым щитом, но не смогла даже этого. Ли Се Юль, не в силах сдержать нахлынувшие чувства, терлась лицом о спину Ли Ха Юля, ища утешения. «Так нельзя». Ли Се Юль закусила губу. Можно было найти массу оправданий, но жестокий мир не принимал их. «Быстрее...» Нужно расти. Рыцари-фей растут быстрее всех остальных фейри. Это необходимо, чтобы как можно скорее вступить в бой. Но даже это время казалось ей непозволительной роскошью. У неё не было времени на промедление. Ли Се Юль начала извлекать информацию, записанную в её памяти. Она отбирала только самое необходимое. Ли Се Юль шевельнула крыльями. Крылья — это символ расовой исключительности и уникальности фейри. Это не просто красивый атрибут, привлекающий внимание, они выполняют множество функций. Ли Се Юль медленно перевела взгляд. Голубая ткань, парящая в воздухе... Артефакт Ли Ха Юля, Небесное оперение. В то же время это были крылья Ли Ха Юля. Ли Се Юль осторожно вытянула свои крылья и коснулась его крыльев. Её крылья затрепетали. Вскоре через крылья Ли Ха Юля начала понемногу поступать «информация». «Ещё быстрее...» Она стремительно усваивала знания, необходимые для того, чтобы стать взрослой особью. Это случилось за два дня до начала второго семестра. ◆ ◆ ◆ [Синхронизация с Рыцарем-фей «Ли Се Юль»] [Рост Рыцаря-фей ускоряется] ... [Система коррекции игрока: Показатели] ... «Ми?»: ? «Фейри?»: ? «Психический урон»: Сильное ментальное потрясение. «Неполнота»: Расколот, целостность нарушена. «Истощение жизненной силы»: Жизненная сила исчерпана. ... [Активируется «Проклятие одиночества»] [«Проклятие одиночества»: Боль нельзя разделить] [Активируется «Проклятие безмолвия»] [«Проклятие безмолвия»: Нельзя просить о помощи] ---------- Том 1 Глава 167 Время пролетело незаметно. Солнце раз за разом скрывалось за горизонтом, уступая место луне. Наконец, уютное весеннее тепло осталось позади, и наступил самый разгар лета с его палящим зноем. Настал второй семестр. Иными словами, это было торжество. Настолько значимое событие, что впору было вскочить, неистово аплодировать и трубить в праздничные рожки, восхваляя самого себя. Знаете, есть ведь такая традиция — «чхильсун», когда празднуют семидесятилетие стариков, сумевших дожить до столь преклонных лет. Я чувствовал нечто подобное. Когда я только заселился в общежитие Сиёлам. Запершись в одиночестве и корпя над теорией, я, честно говоря, всерьёз опасался, что не дотяну до второго семестра и просто погибну. Но я всё же справился. Несмотря на всё пройденное время, мне удалось выжить. ...Конечно, на этом пути было немало взлётов и падений, но, так или иначе, я жив, и это главное. Пусть и сейчас моя жизнь висит на волоске... я не собираюсь так просто сдаваться смерти. Для начала я похвалил себя за достигнутый успех. На пути в академию, куда я отправился спустя почти месяц, было полно курсантов. К слову, о Се Юль позаботилась Эриэль... служанка Хон Ёнхва. Как и в первом семестре, я вышел из общежития и сел в беспилотный автобус. К колючим взглядам окружающих я уже привык. — Пристальный взгляд... Но на этот раз они смотрели уж слишком откровенно. Пожалуй, даже сильнее, чем в самом начале года... нет, кажется, градус внимания стал ещё выше. Я мог их понять. За время каникул я успел наворотить немало дел. Во-первых, разлетелась весть о том, что меня вписали в родословную клана Гэпхва. И не просто как родственника, а как того, у кого перешла в активное состояние уникальная способность Гэпхва. О Мече Сигнального Огня слухов пока не было. Тот самый Меч Сигнального Огня основателя клана, который я на ежегодном банкете Гэпхва не просто вытащил, но и невольно окрасил в свой цвет. Свидетелей тому было предостаточно, но раз новости до сих пор не разошлись, значит, рты им всё-таки удалось заткнуть. Лично от госпожи Чхве Джиён я узнал, что вопрос о Мече Сигнального Огня всё ещё обсуждается, и о результатах мне сообщат позже. Впрочем, их чувства можно понять. Ведь это Меч Сигнального Огня, которым когда-то владел сам основатель рода. Бесценная семейная реликвия, исполненная глубокого смысла, а я взял и на глазах у всех окрасил её в свой цвет... Стоило радоваться уже тому, что меня не отчитали на месте. «Как бы там ни было». Пусть я и не сменил имя на Хон Ха Юль, само известие о том, что студент, зачисленный по льготе, наконец обрёл принадлежность к роду, наверняка наделало немало шума. Разумеется, вскоре эти слухи померкли на фоне известия о внезапном нападении Двуглавого ядовитого дракона. Вот только даже этот Двуглавый ядовитый дракон пал от моей руки, лишившись головы. Раз уж я оказался в центре обеих столь громких историй, неудивительно, что все взгляды теперь были прикованы ко мне. — П-р-и-с-т-а-л-ь-н-о... ...Вот только эмоции, что в них читались, были весьма странными. Восхищение, жалость... Будь это хотя бы негативные чувства вроде зависти или ревности, я бы понял, но эти взгляды были какими-то странно-мягкими. Чувствуя, как к лицу подступает жар, я легонько потянул Хон Ёнхва за рукав. Алые глаза посмотрели на меня сверху вниз. — От-пустите меня... — Нет. Её решительный голос мгновенно пресёк мою просьбу. Хон Ёнхва покачала головой, давая понять, что об этом не стоит и мечтать, и лишь крепче прижала меня к себе. Начался второй семестр, но мой облик так и не вернулся в прежнее состояние. Волосы всё ещё оставались белоснежными, а тело — по-детски хрупким. — Ну-у... почему-у... — Ты и правда не понимаешь, Ха Юль? Тык, тык... Элия, пришедшая в академию вместе со мной, принялась настойчиво тыкать меня пальцем в щёку. Золотистые глаза Элии безмолвно вопрошали, неужели я и вправду ничего не понимаю. Я невольно отвёл взгляд, слегка отвернув голову. Кажется, это случилось два дня назад. Из-за того, что я внезапно рухнул, изрыгая кровь, мне едва не запретили посещать занятия под предлогом необходимости покоя. И всё потому, что свидетелями этой картины по несчастливой случайности стали мой куратор, профессор Лиана, и мой наставник. Лишь после долгих и настойчивых заверений, что со мной всё в порядке, мне позволили вернуться к учёбе — но только в таком вот виде. Со стороны это выглядело так, будто она возится с вечно ищущим приключений ребёнком. Взгляды, устремлённые на нас со всех сторон, становились всё более двусмысленными. «И что это, чёрт возьми, такое с самого утра...» Я просто не находил в себе сил поднять голову. ◆ ◆ ◆ Лишь оказавшись в аудитории Ипчхун, я наконец-то почувствовал, что ко мне вернулась хотя бы половина былой свободы. Хон Ёнхва вновь попыталась усадить меня к себе на колени, аргументируя это тем, что из-за моего роста я ничего не увижу за партами, но я пресёк эти попытки, заявив, что могу использовать «Небесное оперение» вместо подушки. Хон Ёнхва с явным сожалением уселась рядом. Мы заняли те же места на заднем ряду, что и в первом семестре. Изначально моё место было у самого окна, но его уже успела занять Элия. — Эй, а первые гости-то не припозднились, — раздался голос. Пэк Арин, моя одногруппница по классу Ипчхун, появилась спустя несколько минут. Заметив Хон Ёнхва и Элию, уже обосновавшихся по обе стороны от меня, она разочарованно цокнула языком. — Ты же обычно впереди сидела. Чего тебя сюда принесло? — Да я всегда так сидела, чего ты вдруг? И вообще, Элия тоже раньше впереди была, почему претензии только ко мне? Это дискриминация! Пэк Арин, продолжая ворчать, плюхнулась на стул рядом с Хон Ёнхва. В который раз я ощутил, насколько сложным был исходящий от них резонанс маны. Слева мерцало тёплое золотистое сияние, а справа бушевало алое пламя, перемежающееся с холодным льдом и Водой. Этот резонанс был по-своему уютным, но в то же время изрядно действовал на нервы. Вскоре передняя дверь распахнулась, и в аудиторию вошла профессор Лиана, куратор класса Ипчхун. — Кажется, мы только вчера познакомились, а уже начался второй семестр... Как же быстро летит время! Встав за кафедру, профессор Лиана лучезарно улыбнулась и начала утреннее собрание. — Опоздавших нет, так что перекличку пропустим и сразу перейдём к объявлениям. Все курсанты как один обратились в слух. Хотя многие уже знали, о чём пойдёт речь, всегда могли возникнуть какие-то изменения. — С сегодняшнего дня период «свободного» обучения заканчивается, и начинается полноценный семестр, где вы сами будете выбирать курсы для посещения! Первый семестр в Сиёламе носит ознакомительный характер. В течение первой половины года студенты пробуют различные дисциплины по установленной программе, чтобы ко второму семестру определиться с выбором и подать заявки на интересующие их лекции. Возможно, поэтому второй семестр кажется длиннее первого. — На этой неделе открывается запись на курсы, так что на большинстве лекций вас ждут лишь бесконечные вводные части и основы! В первом семестре вы уже всё это попробовали, но второй может преподнести сюрпризы. Выбирайте с умом, чтобы ваша учёба прошла гладко! В Сиёламе заведена необычная традиция: запись на курсы начинается не во время каникул, а одновременно со стартом второго семестра. Можно было бы подумать, что это признак безалаберности, но, судя по отсутствию проблем в прошлом, система работает исправно. — Уверена, многие из вас с нетерпением ждали этого момента! Ведь во втором семестре лекционные часы обычно сокращаются. Конечно, с появлением клубов и прочих активностей нагрузка выровняется, но это всё же лучше, чем запутанное и утомительное расписание, верно? Во втором семестре также начинают работу клубы. Если точнее, наступает время, когда первокурсники текущего набора впервые вступают в кружки по интересам. Клубы здесь самые разные. От тех, что нацелены на оттачивание мастерства — фехтование, владение копьём или стрельба из лука, — до академических сообществ, изучающих тактику борьбы с монстрами, статистику подземелий или анализ зон эрозии. Также хватает и чисто досуговых направлений: бейсбол, футбол, настольный теннис, садоводство, чтение, просмотр фильмов или прослушивание музыки. В сущности, именно хобби и являются главной целью клубов Сиёлама. Большинство из них — не более чем способ снять накопившееся напряжение и усталость у вечно пребывающих в стрессе кадетов. Должно быть, именно поэтому многие так ждали второго семестра. Кроме того, клубы служат отличной площадкой для налаживания связей. Тот факт, что человек попал в Сиёлам, уже доказывает его потенциал. Кадеты академии — это ценнейшие кадры, за которые внешний мир будет бороться сразу после их выпуска. Завести с такими людьми знакомство никогда не будет лишним. К тому же это шанс привлечь в свою фракцию талантливых одиночек без влиятельного покровительства. Благодаря подобным связям кадеты из простых семей находят группы, в которых смогут заявить о себе. — Итак, и последнее объявление! Профессор Лиана хлопнула в ладоши, привлекая внимание. Кадеты тут же подобрались и выпрямились. — Во втором семестре нас ждёт традиционное для Сиёлама мероприятие. Речь о системе менторства, где старшие и младшие курсы направляют друг друга, вместе раскрывая скрытый потенциал! Менторство. В каком-то смысле это было важнейшее событие предстоящего полугодия. — Система менторства охватывает первый и второй курсы; вы вольны сами выбирать себе партнёра! Разумеется, от предложения можно и отказаться! Этого момента я и ждал. Ли Джиён, которой явно было что сказать по поводу Се Юль, училась на втором курсе, так что я планировал подать заявку именно к ней. — Повторюсь, заявки принимаются на этой неделе! И запись на курсы, и поиск ментора... Ох, ну и хлопотная же выдастся неделька! Профессор Лиана картинно вздохнула и запричитала, а некоторые кадеты в ответ понимающе закивали. И правда, неделя обещала быть крайне насыщенной. Регистрация на лекции, поиск ментора... А тем, кто метит в клубы, придётся успевать и там. Первая неделя второго семестра, обещавшая стать куда свободнее, по иронии судьбы оказалась даже более загруженной, чем в первом. ◆ ◆ ◆ Я всё ещё не завершил регистрацию на курсы, так что всё моё утро оказалось совершенно свободным. Благодаря этому мне удалось разойтись с остальными. Будь то Хон Ёнхва или Элия... все они переживали, не рухну ли я снова в обморок, как это случилось позавчера, но мне едва удалось от них ускользнуть. Было немного совестно, но и у меня дел накопилось невпроворот. Если говорить точнее, я намеревался испробовать способ вернуть это тело в прежнее состояние. — Тилинь! С этими мыслями я отправил сообщение со своих смарт-часов. Дождавшись уведомления об успешной отправке, я удовлетворённо кивнул и погасил голограмму. Не теряя ни секунды, я отправил Ли Джиён запрос на наставничество. Чем раньше отправлю, тем скорее она его заметит. «Хорошо бы всё получилось...» Внезапно меня кольнуло беспокойство. Пусть прежде в Китае между нами и завязалось некое подобие знакомства... не факт, что этого хватит для выполнения просьбы, поэтому я хотел упрочить нашу связь через наставничество. Однако примет ли Ли Джиён мой запрос — это уже совсем другой вопрос. В случае отказа... что ж, придётся искать иные пути. — Тилинь! «А?» Стоило мне тяжело вздохнуть и вызвать список лекций для регистрации на курсы... ...как раздался сигнал, и перед глазами всплыла голограмма. [Неизвестный номер: Ли Джиён] ▶ Ли Джиён: Младший сокурсник Ли Ха Юль. ▶ Ли Джиён: Если у вас найдётся время, мы могли бы встретиться? Я недоумённо моргнул. Это был ответ от Ли Джиён. «И минуты не прошло...» Она что, прямо сейчас проверяла сообщения? Но даже для этого ответ пришёл слишком уж быстро. Озадаченно склонив голову набок, я отправил подтверждение. ◆ ◆ ◆ — Проходи, младший... [?] Облик Ли Джиён, представшей передо мной в кафе, по-настоящему шокировал. Спутанные волосы, залегшие под глазами тени, точь-в-точь как у панды, и мертвенная бледность — она походила на больную, которую стоило немедленно уложить в постель. Одного взгляда хватало, чтобы понять: она была не в порядке. «...Что это с ней?» Почему Ли Джиён снова выглядит так жалко... Я совершенно не понимал, в чем дело. ---------- Том 1 Глава 168 — ...... — ...... Воцарилось молчание. Это не было приятным затишьем; тишина казалась неловкой и гнетущей. Только что я, сам того не замечая, моргнул глазами, которых даже не видел. В последнее время я уже привык открывать и закрывать их, хотя держать веки сомкнутыми всё ещё было удобнее. Настолько шокирующим был нынешний вид Ли Джиён. Растрёпанные каштановые волосы, напоминающие птичье гнездо. Темные круги под глазами, как у панды, и мертвенно-бледная кожа — казалось, она вот-вот испустит дух. Спроси хоть десятерых, и каждый ответит: она выглядит так, будто сейчас упадет в обморок... Сидящая напротив Ли Джиён, по непонятной причине, робко ловила мой взгляд, словно совершила передо мной тяжкий грех. Для меня такая реакция была крайне обескураживающей. В конце концов, мы виделись лишь однажды в Китае... и то мельком в той критической ситуации. Что она могла сделать не так? Даже если покопаться в памяти, причин для взаимных обид не было. Мы оба действовали хладнокровно и рационально, исходя из обстоятельств. — Ваше тело... Плотно сомкнутые губы Ли Джиён разомкнулись. Она запнулась, словно ей было трудно подобрать слова, но всё же с трудом продолжила. — Ваше тело, вы в порядке... Нет, простите. Я не это хотела сказать... Она осеклась на полуслове. Пробормотав что-то себе под нос, она вдруг испуганно замахала руками. [Со мной всё в порядке.] [А.] [Кстати говоря, ваши раны уже зажили?] [Я рад... что вы... не пострадали.] Мне казалось, это подходящая тема для разговора, но лицо Ли Джиён мгновенно омрачилось. Если до этого оно напоминало затянутое тучами серое небо, то теперь превратилось в грозовой фронт с бушующими молниями. «Ой». Неужели я сказал что-то не то? Стоило мне подумать об ошибке, как Ли Джиён, запинаясь, заговорила. — ...Мне правда очень жаль. [Что?] Так внезапно? Когда я отреагировал с недоумением, Ли Джиён подняла взгляд, который до этого виновато прятала, уставившись в пол. Её темно-зеленые глаза сфокусировались на мне, а затем мелко задрожали, словно при землетрясении. ...Мой вид? «Ах». Я невольно качнул ногой. Мои ставшие короткими ноги не доставали до пола. Если подумать, я сильно отличался от того образа, который Ли Джиён видела в последний раз. Тогда мои волосы были странной смеси черного и белого, словно у линяющего зверя, а теперь они стали абсолютно белоснежными. К тому же моё тело внезапно помолодело. Я и сам сейчас находился далеко не в нормальном состоянии. — Тогда, в тот раз... я бросила вас и сбежала одна. Повернулась спиной, чтобы спасти собственную шкуру... я просто струсила... Ли Джиён продолжала бессвязно бормотать. Её речь была путаной, а голос жалко дрожал. Похоже, Ли Джиён терзала вина за то, что она оставила меня в Китае. — Я не должна была бежать... Мы должны были умереть вместе... Но я... Из-за меня вы... Неужели её нынешний изможденный вид — результат этих душевных мук? Ли Джиён, не зная куда себя деть, осыпала меня упреками в свой адрес и извинениями. Глядя на неё, я вдруг вспомнил информацию из оригинала. Ли Джиён. Старшая дочь среди двоих сыновей и одной дочери Ли Джи А, одиннадцатой главы Тэсан. Официальная наследница клана Тэсан и та, в ком пробудился Тэсан. Будущая глава клана Тэсан, который и без того производит огромное количество сырья для искусственных эликсиров. С самого детства она в избытке поглощала эликсиры и получала первоклассное раннее образование, основанное на знаниях, накопленных за всю историю клана. Благодаря выдающемуся таланту её мастерство росло не по дням, а по часам, что позволило ей с триумфом поступить в Сиёлам лучшей на курсе. Будущая звезда, чья кривая роста и сейчас продолжает стремительно ползти вверх. Происхождение, в котором не к чему придраться. Даже если выстроить всех людей мира в один ряд, она по праву займет место на самой вершине как обладательница «бриллиантовой ложки». — Простите... Простите меня... Из-за меня... Вопреки такому происхождению, Ли Джиён не отличалась душевным здоровьем, а её главной чертой был комплекс неполноценности. В оригинале при повышении уровня симпатии с ней её психологическое состояние всегда описывалось как «сильная снаружи, слабая внутри», «самобичевание», «комплекс неполноценности» и «ревность». Учитывая, что одной из особенностей пробужденных Тэсан была эмоциональная умеренность, она представляла собой крайне необычный тип. В каком-то смысле это казалось нелепым, но, если принять во внимание окружение Ли Джиён, всё становилось вполне объяснимым. К тому же этот недостаток не был непреодолимым. Стоило лишь разобраться с её уязвленным самолюбием, как Ли Джиён превращалась в по-настоящему надежного и преданного товарища. Так было и в первом прохождении оригинала. В первом прохождении, когда я исследовал всевозможные побочные истории, я наладил с Ли Джиён тесную связь и добился очень высокого уровня симпатии. Благодаря этому Ли Джиён оставалась рядом до самой смерти протагониста первого круга, будучи одним из товарищей, защищавших его. [Всё в порядке.] [Правда, всё хорошо...] Вот только у меня не было таланта излечивать чужие комплексы... Ли Джиён сейчас настолько погрязла в вине, что, казалось, само пространство вокруг неё окрасилось в мрачные тона. Хорошо, что мы в отдельной комнате на верхнем этаже кафе; случись такое на первом этаже у всех на виду, поползли бы неприятные слухи... [Я бы хотел, чтобы вы так не терзались.] [Я и сейчас не жалею о сделанном тогда выборе.] [Разве благодаря вам, старшая Ли Джиён, не спаслось множество людей?] [Да и я сам оказался в долгу перед вами.] Я старался подбирать слова как можно убедительнее, утешая Ли Джиён. Возможно, это было грубо с моей стороны, но состояние Ли Джиён казалось весьма опасным... [В итоге я выжил, и вы, старшая, тоже в безопасности...] [И насчет моего нынешнего вида не беспокойтесь.] [Скоро я вернусь в прежнее состояние.] Видимо, мои старания не прошли даром. В глазах Ли Джиён, до этого напоминавших глаза дохлой рыбы, постепенно начал разгораться живой блеск. «...Тяжело-то как...» Я подавил в себе вздох облегчения. Для меня, не отличающегося красноречием, это было настоящим испытанием... ◆ ◆ ◆ Спустя некоторое время. Ли Джиён, наконец-то совладав с чувствами, цедила через трубочку свой кофе. Судя по слегка покрасневшему лицу, она осознала, насколько неприглядно вела себя только что. Я слегка приоткрыл ожерелье, которое до этого придерживал. [...Это.] [Вы сами-то в порядке, старшая?] «Ой...» Ожерелье откровения щелкнуло. Только когда прозвучал этот сухой голос, я понял, насколько странным был мой вопрос. Я спрашивал, в порядке ли она, хотя даже при беглом взгляде было ясно: Ли Джиён абсолютно не в порядке... — Ах... Спасибо, спасибо за заботу. Но я в норме. Раны давно затянулись... Просто я в последнее время немного плохо сплю... А-ха-ха... Ли Джиён натянуто улыбнулась, приподняв уголки губ. — Ваша Сенсорика просто поразительна. Обычно она не бывает настолько точной... Улыбка, призванная успокоить собеседника, в сочетании с болезненным цветом лица лишь подчеркивала её изможденный вид. Сама она, казалось, этого не замечала и продолжала усердно тянуть кофе через соломинку. «Если не можешь уснуть, зачем тогда пьешь кофе?..» Глядя на это, я с трудом удержал лицо, чтобы не скривиться от недоумения. На столе перед ней уже выстроилась целая гора пустых пластиковых стаканчиков. Тело сверхчеловека, да еще и пробужденной Тэсан — конечно, эффект может отличаться, но даже с учетом этого слово «вливать» подходило здесь как нельзя лучше. Уж точно это было не то количество, которое стоит употреблять человеку, страдающему от бессонницы... Однако, учитывая атмосферу, я проглотил вертевшийся на языке вопрос и тоже потянул напиток через соломинку. Рот наполнился холодной жидкостью. Это был не кофе, а апельсиновый сок. Мне хотелось спросить, почему мне не дали кофе, но я снова промолчал. Вместо этого я перешел к делу. [Вы видели моё письмо с заявкой?] [Я отправил его совсем недавно...] — Ах! Да-да, я видела. Собственно, поэтому я и предложила встретиться... Голос Ли Джиён затих. Я склонил голову, озадаченный такой странной реакцией. [У вас уже есть кто-то на примете?] — Нет, я тоже думала о вас, младший Ли Ха Юль. От этих слов моё лицо на мгновение просветлело. Я переживал, что она может отказать, но Ли Джиён и сама собиралась выбрать меня. — Но я немного беспокоюсь... [А? О чем именно?] — Ну... Честно говоря, мне кажется, мне нечему вас учить... Ли Джиён забегала глазами и украдкой отпила кофе. — Судя по тому, что я видела в Китае, вы, честно говоря, кажетесь гораздо сильнее меня... «Хм...» Я неопределенно хмыкнул. Сильнее её... Направлений может быть много, но, откровенно говоря, в плане чистого боя я вряд ли проиграю. И это не высокомерие, а вполне трезвая оценка. Пока моим базовым навыкам не хватало прочности, это не бросалось в глаза, но теперь, когда база достигла определенного уровня, разнообразие моих средств начало приносить плоды. Уникальная способность Мастер на все руки и Сродство с маной. Манипуляция маной, Ганчесуль, Ганги, боевые искусства, Магия, Магия духов и прочее, в чем я совершенствовался... Расширенные способности технического типа, скопированные с помощью Тысячи перемен, и различные особые стихийные уникальные способности, полученные через Синхронизацию... Полномочие наблюдения и Полномочие пространства... Бонус к выносливости от Доказательства защиты на левой руке и Полномочие защиты. Применение Небесного оперения, чья эффективность стала просто невероятной... У меня слишком много козырей. Мне легко играть на слабостях противника, и у меня полно способов свести его атаки на нет. Даже в битве с Двуглавым ядовитым драконом, если бы я вовремя не задействовал уникальную способность сопротивления яду, я бы просто отбросил коньки. Хотя обучение не ограничивается одной лишь силой, в Сиёламе, где большинство стремится стать героями, именно она в конечном итоге становится главным предметом. Неудивительно, что Ли Джиён, видевшая мельком мой бой с Двуглавым ядовитым драконом, пришла к таким выводам. [Спасибо за похвалу, но не стоит так говорить.] [Мне еще столькому нужно у вас научиться.] — ...Правда? Например? [Их так много, что трудно перечислить.] [Но если выделить что-то одно... я бы хотел на себе испытать вашу уникальную способность.] — Тэсан... Понимаю... Кое-как я выдавил из себя ответ. Ли Джиён кивнула, вроде бы соглашаясь, но на словах о желании испытать Тэсан она внезапно вздрогнула. «?» Ли Джиён, словно о чем-то задумавшись, робко спросила, поглядывая на меня: — Тэсан... Вы ведь уже сталкивались с ним раньше? Как он вам? [Да.] [Это была потрясающая уникальная способность.] [Благодаря вашей помощи тогда я смог сохранить силы.] И это не пустые слова. В то время я пытался оторваться от Двуглавого ядовитого дракона и готовился к Спиритизации, и именно Ли Джиён выиграла для меня время. Не будь её рядом... процесс подготовки стал бы куда сложнее. [Я вам очень благодарен.] — Нет, что вы... Это я должна благодарить вас тысячу, десять тысяч раз... [Я тоже во многом вам обязан.] [Вы видели это?] [Ту яму, где погиб Двуглавый ядовитый дракон.] — Да... Я была там лично... [Всё получилось благодаря вашему быстрому решению.] [Если бы поблизости были люди, самоуничтожение было бы невозмож—] — Ч-что вы сказали? Самоуничтожение... Самоуничтожение?! Глаза внимательно слушавшей Ли Джиён широко распахнулись. «Ой». От этой реакции, полной ужаса, мои мысли на мгновение замерли. Если подумать, я выбрал не самое удачное слово. Самоуничтожение. Не то чтобы у меня не было таких мыслей... Точнее, настрой был именно такой, но умирать я вовсе не собирался... Заклинивший мозг лихорадочно пытался исправить ситуацию. [...Нет? Какое еще самоуничтожение? О чем вы...] — Са... самоуничтожение... Исправить ситуацию не удалось. Рот Ли Джиён приоткрылся. В вырвавшемся вздохе отчетливо слышались липкое отчаяние и вина. Блеск, едва вернувшийся в её глаза, снова сменился беспросветной тьмой. «Блядь». [Блядь.] Ожерелье откровения щелкнуло. ---------- Эксперимент (1) Разговор с Ли Джиён, к счастью, завершился благополучно. Хотя из-за моей оговорки (?) атмосфера едва не скатилась в бездну, мне как-то удалось всё уладить и довести беседу до конца. В итоге всё закончилось хорошо. С главным вопросом — выбором ментора — тоже не возникло проблем: мы указали друг на друга. И что важнее всего... — Вы очень выручили меня в Китае. Я обязательно отплачу за это. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, обращайтесь в любое время. «О». «Приходи за помощью, когда потребуется». Учитывая, что это сказала Джиён, наследница Тэсана, её слова отнюдь не были пустым звуком. В этот момент я невольно сжал кулаки под столом. Ведь основной целью сближения с Джиён была именно такая поддержка. Я планировал постепенно укреплять связь во время менторства и просить о помощи только после того, как мы достаточно сблизимся, но услышал это уже сейчас. Сказать ли, что это удача в несчастье — то, что те ужасные события в Китае обернулись таким образом? Беда была слишком велика, но я решил мыслить позитивно. Разумеется, услышав это, я не собирался отменять менторство или прекращать общение. Даже если не брать в расчет дело Се Юль, я многое могу почерпнуть из взаимодействия с Джиён. Например, собирать информацию о Тэсане, ведя наблюдение в реальном времени. Будет ещё лучше, если во время занятий Джиён сама продемонстрирует применение Тэсана. Сбор данных о Тэсане крайне важен. Оставим в стороне тот факт, что Тэсан — выдающаяся уникальная способность; похоже, именно в ней кроется ключ к восстановлению моего тела. Допив остатки апельсинового сока, я вежливо поклонился. [Спасибо за напиток.] [Бесвкусныайа-а-а-а-блять.] — Ой... П-простите. [Нет.] [Да что же с этим в последнее время такое...] [Простите.] — Да, да... Хорошо, извините... [То, что я сказал раньше, тоже было чистой случайностью.] [Это были лишние мысли, которые артефакт выдал по ошибке, пока я думал о другом...] [Это ни в коем случае не было самоликвидацией...] — Да... Простите... ...Джиён была сломлена. Глядя на то, как она, побледнев ещё сильнее, чем при встрече, без конца кланяется, я почувствовал головную боль... В оригинале у Джиён тоже были психологические травмы, но не до такой степени. Несмотря на чувство неполноценности и ревность, Джиён была честным и прямым человеком, который умел признавать свои слабости и двигаться дальше. К тому же, ведя за собой людей, она всегда была в авангарде, принимая на себя удары — надежный и зрелый лидер... [Благодарю вас.] [Увидимся на следующем занятии с ментором.] — Да, берегите себя по пути... Только после того, как я несколько раз повторил, что всё в порядке и это была ошибка, мне наконец удалось распрощаться с Джиён. ◆ ◆ ◆ В детском теле было много неудобств. Можно перечислять их бесконечно, но сейчас самым ощутимым было то, что мои ноги стали короткими. Ноги укоротились. Соответственно, шаг стал меньше, и передвигаться повсюду стало утомительно. Не зря Хон Ёнхва и Элия настаивали на том, чтобы носить меня на руках. Конечно, это всё же тело сверхчеловека, и я мог бы просто побежать, но даже с учётом этого я стал медленнее, чем раньше. Да и выглядел я странно. — ...Послушай, малыш? Может быть... [Я Ли Ха Юль из класса Ипчхун первого курса.] [Моё тело приняло такой вид в силу определённых обстоятельств.] — А-а... П-прошу прощения. [Спасибо за беспокойство.] Из-за этого по пути к цели меня несколько раз окликали. Прохожий, что остановил меня... Судя по красному галстуку, второкурсник? Я ответил, поправляя форму курсанта, подогнанную под мой размер. Я понимал, что он хотел помочь, но моё лицо невольно приняло недовольное выражение. Второкурсник смутился, извинился и поспешно ретировался. "......" — У-у-унг Пространство позади меня слегка разошлось, и оттуда один за другим выпорхнули несколько Духов ветра. «Перенесите меня». Ф-у-унг... Замерцали зеленые огоньки. Вскоре они закружились вокруг, окутывая моё тело. Ноги оторвались от земли. Подхваченный ветром, я плавно взмыл в воздух. Взгляды окружающих стали ещё более странными, но это было лучше, чем перебирать короткими ножками. — Хи-хи-хи ? Внезапно зеленые огоньки мигнули, и я почувствовал, как они прыснули со смеху. «...Вы же не надо мной смеетесь, верно?» Огоньки больше не мигали. ◆ ◆ ◆ Территория, которую курсанты и персонал обычно используют в Сиёламе, составляет лишь около 30%. На остальных 70% площади расположены подземелья, вольеры для монстров, плантации лекарственных трав и сырья, а также пустующие участки. Опасные зоны вроде вольеров для монстров требуют разрешения, но на пустующие земли курсанты могут заходить свободно. Такие участки называют Свободной зоной... и, вопреки ожиданиям, желающих посетить их немало. Поскольку там просторно и малолюдно, это идеальное место для проведения различных экспериментов. Я и сам часто здесь бывал. Недавно, осознав принцип Синхронизации, я бродил неподалеку, пробуя её в действии. «...Следов нет». Я притопнул ногой. Свежая трава примялась. Это было то самое место, где я применил Адское Пламя; опасаясь, что кто-то заметит следы, я стер их перед уходом. Проверив всё еще раз, я убедился, что следы уничтожены подчистую. Говорят, что остаточные следы, которые являются лишь осколками, а не самим моментом активации, трудно обнаружить, но береженого бог бережет. Если Адское Пламя теперь и раскроется, ничего страшного, но вот если узнают о Чангэ или Тэсане — с последствиями будет трудно совладать. Ошибка может привести к повторению того хаоса из третьего цикла... «Ни людей, ни магии...» Я тщательно осмотрел окрестности, используя Наблюдение. Даже на максимальном радиусе не было ни души, как и следов следящих заклинаний. Я также разослал духов во все стороны для непосредственного поиска. Убедившись в безопасности, я тяжело опустился на траву. Я находился на равнине, поросшей травой; из-за отсутствия препятствий вроде деревьев здесь дул приятный ветерок. «Что ж, проверим Тэсан». Тэсан. Уникальная способность, активация которой вызывает взрывной рост физических характеристик и дает Власть над землей. При дальнейшем развитии она позволяет управлять жизненной силой и призраками. К тому же, это способность, которая, возможно, вернет моё тело в норму. В начале второго семестра запланировано второе восхождение в Башню. До этого времени я хотел бы вернуть себе прежний облик. Дел невпроворот, но первым делом нужно что-то решить с телом. Я очистил разум и сосредоточился. ◆ ◆ ◆ Кабинет Венус находится на верхнем этаже Центрального административного корпуса Сиёлама. Поэтому посетителей там бывает крайне мало. Те немногие, кто приходят, обычно делают это для личного доклада по крайне важным вопросам. Благодаря этому в кабинете Венус всегда царит тишина. Не только отсутствие звуков, но и сама атмосфера была настолько безмятежной, что успокаивала душу и тело. — ...... Сейчас всё было иначе. Кожу покалывало. Непрерывно исходящая аура вытесняла тишину, раз за разом задевая Венус. Это нельзя было назвать жаждой убийства, но в ней сквозило недовольство и раздражение, что мешало сосредоточиться. — ...Я полагала, что вы когда-нибудь заглянете, но ваш визит оказался несколько раньше, чем я ожидала. В конце концов Венус, словно признавая поражение, отложила документы. Она перевела взгляд на женщину, сидевшую на диване для гостей. Золотистые глаза, в которых вспыхивал леденящий блеск. Это была Атра Клайд, излучающая острую, как лезвие, ауру. Атра, до этого хранившая молчание, словно при обете тишины, разомкнула губы. — Ожидала, значит... Хочешь сказать, тебе известно, по какому делу я пришла? — Нет, если быть точной, я предвидела, что вы придете по поводу курсанта Ли Ха Юля, но конкретная причина мне неясна. — Судя по твоему лицу, ты прекрасно понимаешь, зачем я здесь. — Это лишь предположение, а не уверенность. Венус отрицательно покачала головой. — У меня нет уникальных способностей к чтению мыслей. Впрочем, на героя Клайд вряд ли подействовала бы любая посредственная ментальная магия... — Я не мастер вести беседы. Внезапно Атра заговорила. — Характер у меня скверный, дружелюбием не отличаюсь, так что, как и прежде, перейду сразу к делу. Атра слегка кивнула. — Курсант Ли Ха Юль... Расскажи мне всё, что тебе о нём известно. Разговор на мгновение прервался. Давление Атры утихло, но в кабинете всё еще висла неловкая тишина. Венус моргнула. Её бесстрастные и скучающие фиолетовые глаза уставились на Атру. — ...Похоже, вы начали глубоко дорожить курсантом Ли Ха Юлем. — Если бы не дорожила, не пришла бы расспрашивать. Атра ответила, слегка склонив голову набок. На самом деле, раньше Атра и не помышляла о том, чтобы выведывать что-то о Ха Юле. Она не собиралась сближаться с ним. Её план состоял лишь в том, чтобы натаскать его до уровня, при котором он не умрет где-нибудь нелепой смертью. Это было всё. Она собиралась просто дать ему силу и игнорировать, не вмешиваясь и не проявляя заботы. Теперь это стало невозможным. Атра оказалась не так устойчива к привязанностям, как думала о себе сама, а Ли Ха Юль стал для неё важнее, чем можно было вообразить. Теперь она не могла просто закрыть на него глаза. Если бы Ха Юль внезапно погиб в каком-нибудь безвестном месте... это не закончилось бы простым осадком на душе, как раньше. Разве она уже не испытала это? То паршивое чувство, словно тебя сбросили в бездну и впечатали в самую преисподнюю... Именно поэтому она пришла к вице-ректору. К ректору доступа не было, но встретиться с её заместителем было вполне реально. Она не могла расспросить самого Ли Ха Юля. Всего несколько дней назад она своими глазами видела, как Ха Юль, пытавшийся раскрыть тайну, забился в конвульсиях, харкая кровью. Из-за этого Атра сейчас пребывала далеко не в самом спокойном состоянии. Она боялась спрашивать Ха Юля. Но те, кто нашли его и привели сюда... те, кто нацепили на него ярлык «особого набора», должны же что-то знать. Она пришла за ответами, но до сих пор их не получила. — На этот вопрос так трудно ответить? Венус не отвечала. Она лишь пристально смотрела на Атру, словно что-то взвешивая. От затянувшегося молчания взгляд Атры стал острым. Её незримая аура начала разрастаться. Это было неприкрытое намерение получить ответ любой ценой. Поведение было крайне грубым и агрессивным, но Атра не собиралась отступать. Увидев состояние Ха Юля, скованного то ли ограничением, то ли проклятием, она была обязана получить хотя бы минимум объяснений. Увидев решимость в глазах Атры, Венус наконец заговорила. — Я могу дать вам ответ, но боюсь, его будет недостаточно, чтобы развеять ваши сомнения. Атра нахмурилась. — Что это значит? — В буквальном смысле: у меня нет знаний, способных разрешить все ваши вопросы. Иными словами, мне и самой известно немногое. Венус покачала головой. — Я сделала лишь несколько вещей. Всего лишь выслушала волю господина ректора и действовала в соответствии с ней. — И что же ты сделала? — Во-первых, я задолго до этого начала базовую подготовку к приему абитуриента по особому набору, который должен был когда-нибудь появиться. Она слышала об этом впервые. Насколько знала Атра, кроме Ли Ха Юля, никто не поступал по особому набору, и даже слухов о подобном не ходило. К тому же, если из уст вице-ректора звучит фраза «задолго до этого», речь явно идет не о паре лет. Значит, уже тогда велась подготовка к тому, чтобы привести Ха Юля... абитуриента по особому набору? Атра скрестила руки на груди и приготовилась слушать дальше. — Во-вторых, в начале этого года я нашла оболочку курсанта Ли Ха Юля и передала ему право на зачисление по особому набору. — ...Оболочку? — В самом прямом смысле. Говоря прямо, курсант Ли Ха Юль, которого я встретила тогда, был пустой оболочкой. Атра поморщилась и склонила голову. Оболочка... Это слово не несло в себе ничего хорошего. По крайней мере, применять его к человеку было крайне неуместно. — «Пустой внутри»... Это звучит неприятно и непонятно. — Мне трудно это объяснить. Мало того, что я сама не до конца во всём разобралась, так ещё и мои обязательства перед ректором не позволяют мне говорить лишнего. Но если попытаться... В ответ на возражение Атры Венус замолчала. Это не был отказ отвечать; скорее, она подбирала слова, поэтому Атра терпеливо ждала. — На тот момент курсант Ли Ха Юль не был нормальным человеком. — В каком смысле? — Он просто безучастно ждал приказов, а получив их — действовал. Если приказ нельзя было выполнить, он давал сбой, а после выполнения — снова замирал в ожидании следующих указаний... Это было подобие машины. В её словах не было ни капли пренебрежения. Венус оценивала тогдашнего Ха Юля как «оболочку» с чисто объективной точки зрения. Однако при следующей встрече Ха Юль переступил порог Сиёлама уже как нормальный человек. — ...Всё, что было после, вам уже известно, герой Клайд. Хотя он выглядел напуганным и нестабильным, словно вот-вот сломается, он определенно был нормальным человеком, способным самостоятельно мыслить, судить и действовать. — Я не знаю, какие меры были приняты в отношении курсанта Ли Ха Юля, а если бы и знала, моё положение не позволяет мне говорить больше этого. Прошу вас отнестись к этому с пониманием. С этими словами Венус умолкла. ◆ ◆ ◆ Диван, поддерживающий спину, был очень мягким, а в комнате витал тонкий цветочный аромат, успокаивающий чувства. Однако выражение лица Атры оставалось суровым. С застывшим лицом она скрестила ноги. «...Голова раскалывается». Полученная информация была настолько нелепой и чуждой, что вызывала мигрень. Атра коснулась лба и взглянула на собеседницу. Сидящая напротив вице-ректор Венус со своим привычным бесстрастным лицом ухаживала за цветами в горшке. В противовес её безразличному виду, движения рук, касавшихся цветов, были исполнены величайшей осторожности. Она касалась их так, словно это были драгоценные произведения искусства. Атра негромко заговорила: — Не знала, что садоводство — твоё хобби. — Это не совсем хобби. Венус ответила, продолжая спокойно осматривать цветы. Она мельком взглянула на озадаченную Атру и нежно погладила стебель. — Просто кое-кто за ними не следит, вот мне и приходится заниматься ими против воли. — Для человека, делающего это по принуждению, твои руки на редкость ласковы. — В процессе ухода я прониклась к ним симпатией. Если у вас появится свободное время, герой Клайд, рекомендую и вам попробовать что-нибудь вырастить. — Если будет время, попробую. Атра покачала головой и поднялась с места. — Я пойду. Твои ответы... хоть и не принесли удовлетворения, я их выслушала. — Да, доброго пути. Щелк — К слову, этот цветок называется Агапантус, или Agapanthus. Венус добавила это вслед Атре, которая уже открывала дверь. — Он встречается нечасто, но очень живуч, так что отлично подходит для новичков. Если надумаете заняться цветами, присмотритесь к нему. — Буду иметь в виду. Дверь с грохотом захлопнулась. В кабинете вновь воцарилась тишина. Венус некоторое время смотрела на дверь, а затем снова перевела взгляд на цветы... Агапантус с его характерными фиолетовыми лепестками. Венус безучастно погладила цветок. *На Бусти залил главы(не до конца), ссылка в комментах ---------- Эксперимент (2) Я сосредоточился и привел ману в движение. Мана хлынула потоком. Словно только этого и дожидаясь, вырвавшаяся из ядра энергия за доли секунды совершила полный круг по цепям. Над моим телом заструилось марево маны. Её аура стала вдвое отчетливее и мощнее, чем прежде. Эффект от Озера маны оказался чертовски приятным. Хотя сама поездка в Китай и оставила послевкусие полного провала, если судить по добыче — взять хотя бы то же Доказательство защиты, — улов вышел знатным. Тем временем я с неоднозначным выражением лица продолжал манипулировать маной. «Цвет изменился». Раньше мана по цвету была близка к небесно-голубому, но теперь всё стало иначе. Белый. Словно подстраиваясь под цвет волос, мана тоже окрасилась в белый. Ощущение было странным, но ничего плохого в этом не было. Смена цвета — лишь побочный эффект. Куда важнее была чистота маны. Один раз — во время купания в Озере маны, второй — когда я получил по башке от Двуглавого ядовитого дракона и моё тело помолодело. Моя мана претерпела изменения дважды. На самом деле, это было даже не изменение, а резкий скачок чистоты. И масштаб этого скачка впечатлял. Раньше моя мана и так была невероятно прозрачной и чистой, но по сравнению с нынешней она кажется едва ли не мутной жижей. Если подумать, мана начала вести себя странно ещё при первом погружении в Озеро маны — видимо, это и было предвестием смены цвета. «...Всё белое. Неужели седина?» Как бы то ни было, что хорошо — то хорошо. Настолько невероятной стала чистота моей маны. Поддавшись внезапному любопытству, я сотворил магию. — Вспых! На кончике пальца сформировался Огненный шар. «О... это еще что». Я невольно моргнул. Обычно Огненный шар размером от силы с кулак, но этот был величиной с меня самого. Я с силой сжал его, спрессовав до привычного размера. Объем уменьшился, а плотность возросла. Его мощь стала еще внушительнее. Я щелкнул пальцами. Фьють — Огненный шар, оставляя за собой красный хвост, врезался в землю чуть поодаль. — К-БА-А-АХ! «Уоу...» Поднялся яростный вихрь. Прежде чем меня успело задеть, Небесное оперение широко распахнулось, закрывая от ветра. Вырванные клочья травы взметнулись в воздух. Ветер утих. Небесное оперение вернулось в исходное положение, и я осмотрел место попадания Огненного шара. Там творился сущий хаос. В земле зияла воронка, в которой можно было бы похоронить десяток меня, а внутри весело потрескивало пламя. Траву вокруг эпицентра выдрало с корнем, обнажив бурую плоть земли. «О-о...» Сила поразительная. Огненный шар — магия низшего круга, но по мощи он легко дает прикурить любому среднему заклинанию. «А если я еще и Магическую формулу подправлю, да получу усиление от Полномочия пространства...?» Станет еще круче. Перед глазами мгновенно нарисовалось радужное будущее. Я могу выпускать десятки таких шаров в секунду. И их можно комбинировать с другими стихийными или Магическими пулями. О нехватке маны можно не беспокоиться. Благодаря Сродству с маной я могу щедро черпать её из окружающего пространства. Если я подтяну свои магические навыки, всё станет еще масштабнее. «Решено, в этом семестре вкладываюсь в магию». Перспективы магического пути так и сияли. Честно говоря, в прошлый раз я слишком зациклился на физических показателях и боевых техниках. Ради баланса будет правильно уделить внимание магии. К тому же во втором семестре я попробую заняться Изготовлением снаряжения... и планирую через Тэсан немного прикоснуться к некромантии. В Китае я собрал предостаточно сведений об искусстве некромантии. Учитывая их источник, на душе паршиво, но информацию нужно переработать и пустить в дело. Когда я немного освоюсь в некромантии, есть один призрак, которого я хотел бы пробудить. Это был побочный продукт, решение по которому я всё откладывал, но раз уж так вышло — использую его сам. Если не хватит мастерства сделать из него призрака... ну, пойдет как материал для создания снаряжения. «...Дел невпроворот». Второй семестр надо провести тихо. В первом я, честно говоря, слишком много выпендривался для своего слабого уровня. Конечно, я буду вмешиваться в события, которые могут рвануть, если их не предотвратить сейчас же, но всё же... Тяжело вздохнув, я расширил свою уникальную способность. Уникальная способность Тэсан. Сила одной из Трех Великих Семей — семьи Тэсан. Раньше я лишь наблюдал информацию о Тэсане, когда он еще даже не был активирован, но в Китае я собрал достаточно данных о Тэсане, который пробудила Ли Джиён. «Синхронизация, Тэсан». Я имитирую полученную информацию и применяю её к себе. Опираясь на Сродство с маной, я постепенно меняю структуру своей энергии, начиная с мельчайших единиц, словно заменяю детали в механизме. Процесс идет гладко, как никогда прежде. После посещения Озера маны управлять маной стало на порядок легче. — У-у-унг... Чувства обострились. Появилось ощущение единства с землей под ногами, словно она стала продолжением моих рук. Странное чувство, будто вся твердь земная уместилась у меня в ладони. «...Фух...» Колебания маны утихли. Немного привыкнув к новым ощущениям, я бегло проверил состояние тела. Всё в норме. Никаких признаков того, что внутренности сейчас превратятся в кашу, или что магические цепи вот-вот лопнут от перегрузки. Я опасался, что из-за принудительного использования Триады могут возникнуть проблемы, но, к счастью, ничего подобного не наблюдалось. Изменилась природа маны... и появилось чувство странного спокойствия. Нет того жара и бури эмоций, как при Адском Пламени. Нет и леденящего холода, убивающего все чувства, как при Чангэ. Это была некая золотая середина. Если говорить мягко — умеренность, если грубо — ощущение безразличия, граничащее с угрюмостью. «Побочный эффект Тэсана — эмоциональная нейтральность...? Пока не очень понятно». На самом деле, Тэсан сложно назвать побочным эффектом в полном смысле слова. Раз уж его черта — срединный путь, здесь не бывает таких срывов, как с Адским Пламенем или Чангэ. Напротив, способность сохранять должное хладнокровие в бою — это скорее преимущество. Конечно, даже таким даром, как Тэсан, нельзя злоупотреблять бездумно, игнорируя последствия, иначе тело может окаменеть и буквально рассыпаться прахом... Уникальные способности Трех Великих Семей требуют не только мастерства в использовании, но и умения справляться с их отдачей. Тяжело вздохнув, я начал манипулировать землей. Грохот... Земля прямо передо мной вздыбилась. Огромная куча грунта, в десять раз превышающая мой рост, мгновенно взметнулась вверх. В этой массе земли виднелись и обломки камней. «...Вот так?» Я приложил еще одно усилие. Земля зашевелилась и начала принимать округлую форму. Затем из неё вытянулись пять отростков. Это была рука, сотворенная из почвы. «Камень, ножницы, бумага». Гр-р-р... Все пальцы сжались, затем выпрямились лишь некоторые. В конце концов рука полностью раскрылась и приветливо качнулась из стороны в сторону. «Работает нормально». Никаких задержек. Базовая способность Тэсана — Власть над землей. Если влить больше маны, можно контролировать огромные территории или создавать почву и камни из ничего. «И усиление тела тоже действует». Я вытянул из земли камень и сжал его в кулаке. Стоило приложить усилие, как камень смялся, словно мягкий творог. При активации Тэсана базовые физические способности значительно возрастают. Усиление тела. В этом Тэсан пересекается с Адским Пламенем. Но есть и различия. Усиление Адского Пламени дает высокий мгновенный взрывной потенциал, в то время как Тэсан обеспечивает стабильный прирост выносливости, прочности и силы. Проще говоря, Адское Пламя сильно в коротких и резких атаках, а Тэсан — в затяжном силовом противостоянии. На деле, в долгом бою Тэсан имеет преимущество. Если сравнивать с Чангэ, то энергия воды Чангэ позволяет мгновенно направлять исцеление как на себя, так и вовне, тогда как Тэсан требует мастерства для внешнего воздействия. Зато Почва и камень, которыми управляет Тэсан, тверже льда Чангэ. В плане защиты Тэсан стоит на ступень выше. «Хм...» Власть над землей и усиление тела. Всё проверено. Осталось кое-что еще. Собственно, это и было главной целью. Я глубоко вдохнул, концентрируясь на новом чувстве. «......» Ощущение, обращенное к земле. В этом единстве, где почва стала моими руками и ногами, я почувствовал изобилие жизненной силы. Бесчисленные пласты земли, копошащиеся в них насекомые, песок, камни, трава и её корни. Редкие кустарники и деревья вдалеке. Где-то больше, где-то меньше, но всё вокруг было пропитано жизненной силой, подтверждая свое право на существование. Восприятие жизненной силы и управление ею. Именно отсюда берут начало самоисцеление и искусство некромантии. Разумеется, количество жизненной силы везде разное. Например, в увядающем листе неподалеку её было совсем мало. Словно пересыхающий родник, его жизненная сила стремилась к нулю, уходя в небытие. «Блять...» У меня было то же самое. Сердце на мгновение пропустило удар. Тепло тела, казавшееся вполне нормальным, вмиг улетучилось. Ветер, бьющий в похолодевшую кожу, стал острым, как бритва. Земля, полная жизни. И я, сидящий на ней... мне катастрофически не хватало этой самой жизненной силы. Этот контраст был по-настоящему жутким. Если мерить пропорциями, я был почти как тот увядающий лист. На грани полного истощения. А что, если она закончится? Что случится, когда сосуд опустеет и жизненная сила иссякнет окончательно? «Смерть». Предсказать финал было несложно. Как я видел конец того листа, так я видел и конец своей жизни. Проклятие недолговечности. Мною овладел страх. И большая часть этого ужаса исходила от неизвестности — от непонимания того, в какой именно момент я могу просто упасть замертво. Тьма рассеялась, и неизвестность обрела форму. Я начал видеть свою смерть воочию. «Не сдохну». Я стиснул зубы. Я пробудил чувства. Я осторожно коснулся жизненной силы земли, которую ощущал. Чуждое ощущение. Было непривычно, словно у меня в теле вырос новый орган. «Похоже на ману. Я могу этим управлять». Это было не невозможно. Принцип был схож с тем, как я когда-то начинал осваивать ману. Я простер свою волю и ухватился за жизненную силу земли. Управлять ею трудно. Слишком огромная глыба для нынешнего меня. Я отделил лишь крошечную часть. Стало легче. Словно таща кого-то за волосы, я потянул жизненную силу вверх. И направил её в свое тело. В пустой сосуд по капле начала вливаться жизнь. Прямо перед тем, как обрушить Триаду на Двуглавого ядовитого дракона, я осознал нехватку жизненной силы в себе. Сразу после этого я получил тяжелейшие раны и потерял сознание, а когда очнулся — уже помолодел. Я предположил, что причиной омоложения стал именно дефицит жизненной силы. Тело должно быть наполнено ею до краев, но мне её не хватало для поддержания прежней формы. Поэтому тело уменьшилось, подстраиваясь под скудный запас энергии. Возможно, это лишь догадка, но вероятность была высока. Поэтому я и задумал восполнить запасы через Тэсан. «Тц...» Всё шло не так гладко. Жизненная сила отторгалась с такой реакцией, будто я пытался вставить несовместимый штекер. Видя, с каким упорством она выталкивается, я понял, что легко не будет. Тяжело вздохнув, я снова привел жизненную силу в движение. «...Я не умру». Во мне всколыхнулось упрямство. Я насильно раздул свои подавленные эмоции. «Не умру». Раньше... когда у меня не было ни единой связи с миром и я гнил в одиночестве в четырех стенах, я и то не собирался помирать просто так. А сейчас — и подавно. Я хочу жить с людьми, которым я дорог. Я не могу позволить себе умереть вот так. Я хочу долго-долго наслаждаться счастливой жизнью. Чтобы прогнать страх, я укрепил свою волю. Сосредоточившись до предела, я продолжил манипулировать жизненной силой. ◆ ◆ ◆ Атра с тяжелым сердцем вышла из Центрального административного корпуса и направилась к тренировочной площадке. Старая площадка, где не было даже нормальных тренажеров. Место, где она всегда встречалась с Ли Ха Юлем для тренировок наедине... пространство, к которому Атра успела по-своему привязаться. Там её уже ждал другой человек. Это была Лиана, которая пришла сюда сразу после утреннего собрания класса Ипчхун и завершения прочих дел. — Оболочка... Вряд ли это была просто метафора. Что бы это могло значить? Выслушав рассказ о разговоре с вице-ректором, Лиана нахмурилась и скрестила руки под грудью. Этот жест выдавал её глубокую озабоченность. Благодаря этому её и без того внушительная грудь стала еще заметнее. «......» Атра, передавшая слова вице-ректора, замолчала и уставилась на эти пышные формы. В самом жесте не было ничего необычного. Атра и сама порой неосознанно так делала. Но почему-то это её раздражало. Несколько дней назад... когда в общежитии Ли Ха Юля собрался народ, и она увидела, как тот доверчиво прильнул к Лиане, эти коровьи стати начали действовать ей на нервы. Если подумать, с того самого момента на душе стало как-то странно. Зрелище кучи разношерстных девиц в доме её ученика было далеко не самым приятным. Впрочем, сейчас ситуация была слишком серьезной, чтобы придираться к подобным вещам или объемам чужой плоти. Атра продолжила: — ...Вице-ректор и сам не знает всех обстоятельств. Нельзя утверждать, что это истина в последней инстанции, но он не из тех, кто станет лгать. — Хм... Если даже вице-ректор не знает, то кто тогда? Ректор? Главы ассоциаций? Но их уже десятки лет никто не видел... Живы ли они вообще? — Ректор наверняка жив, раз его Благословение всё еще действует. Главы, скорее всего, тоже. Но даже если они живы, найти их кажется невыполнимой задачей, а если мертвы — то и подавно ответов не дождешься. — А если расспрашивать самого курсанта Ли Ха Юля... у него может снова случиться припадок, как в прошлый раз. Лиана и Атра замолчали. Проблема была запутанной донельзя. — Как же трудно растить одного ребенка... На этот вздох Лианы Атра невольно кивнула. Мальчик был невероятно милым, но из-за его вечных выходок сердце постоянно было не на месте. — ...! Атра резко обернулась. Лиана, получив доклад от духов чуть позже, тоже повернула голову. Издалека донеслось чье-то присутствие. Знакомая аура Ли Ха Юля. — Хм...? Но что-то было не так. Присутствие Ли Ха Юля само по себе всегда было очень слабым. Со временем эта тенденция лишь усиливалась, и в его нынешнем помолодевшем состоянии даже Атре с Лианой было трудно его засечь. Его аура была настолько эфемерной, что казалось — дунь ветер, и она погаснет, что вызывало у окружающих лишь тревогу. Но теперь это ощущение изменилось. Если судить объективно — в лучшую сторону. Слабое присутствие заметно окрепло. Атра и Лиана испытали странное чувство. Как бы это описать? Словно истощенный ребенок, который долго не мог нормально поесть, вдруг начал поглощать еду с волчьим аппетитом и на глазах округлился. Как бы то ни было, это не вызывало негатива. Вскоре Ли Ха Юль показался в поле зрения. — И-и... — ...!? Ли Ха Юль выглядел крайне подавленным. Почему-то он приближался, паря в воздухе в потоках ветра, и скорость была довольно высокой, так что он оказался рядом в мгновение ока. Благодаря этому его заплаканное лицо было видно как на ладони. Сердце у обеих екнуло. Что еще стряслось с этим проблемным «Золотым ребенком»? Встревоженные, они обе шагнули вперед, протягивая руки. Они обе хотели подхватить его и прижать к себе, чтобы утешить. — Тук. — А? — Э? Их заблокировали. Они наткнулись на что-то посередине. От отдачи обе отступили на несколько шагов. Атра повернула голову. Она увидела Лиану, хлопающую зелеными глазами. Лиана тоже повернула голову. Перед ней была Атра, хлопающая золотистыми глазами. Обе замерли в неловких позах. С распростертыми объятиями, подавшись вперед, чтобы обнять кого-то... но отброшенные назад столкновением. «......» «......» В воздухе повисла странная атмосфера. ---------- Должно быть, приятно иметь столько... мамочек? (1) Говоря о результате — сегодня я потерпел неудачу. Я из кожи вон лез несколько часов, вцепившись в задачу мертвой хваткой, но ощутимых успехов не добился. «Хотеть всего и сразу с первой же попытки... это, должно быть, жадность». Паря в воздухе с помощью Духа ветра, я прокручивал в голове свою неудачу. «Жизненная сила... ею так трудно управлять. Неужели и остальным так же тяжело? Или благодаря Сродству с маной мне это дается легче, чем другим?» Сродство с маной. Глядя на то, как легко я обращаюсь не только с обычной маной, но и с силами других атрибутов, кажется, что и жизненная сила мне подвластна. Жизненная сила — штука туманная, и управляться с ней чертовски сложно. Людей, способных осознать и подчинить её, изначально крайне мало. Даже некроманты редко когда могут воспринимать жизненную силу и манипулировать ею. Это Тэсан странный — он обеспечивает и восприятие, и манипуляцию столь сложной энергией, и самовосстановление через неё, и даже некромантию. «И всё же, если продолжать, должно получиться...» Управлять ею тяжко, но не невозможно. К тому же, когда я кое-как втискиваю в себя жизненную силу, кажется, происходят небольшие изменения. Входящий поток жизненной силы не больше просяного зернышка, да и тот, едва попав внутрь, тут же вырывается наружу бурным ручьем. Но в эти мгновения я ощутил странное чувство. Словно конечности кто-то берет и вытягивает — то самое ощущение, которое бывает, когда растешь. Если подумать об этом, метод кажется верным. По логике вещей, я должен был построить двухэтажное здание из ресурса под названием «жизненная сила», но из-за нехватки сырья результат просто уменьшился в масштабе. Кажется, жизненная сила напрямую связана и с вопросом продолжительности моей жизни. Так или иначе, если я смогу постоянно наполнять свое тело жизненной силой, то сумею решить множество проблем. Конечно, это не фундаментальное решение, а лишь попытка наполнить водой бездонную бочку, но я обязан попробовать хотя бы это. «Нужно разобраться с этим до Башни Роста». Вход в Башню уже скоро. Темой первого восхождения станет выживание. Смысл в том, чтобы бросить курсантов на первый этаж Башни и заставить их сражаться друг с другом как бог на душу положит. Если всё пойдет так же, как в оригинале, темой второго восхождения будет Созерцание. Созерцание. В общих чертах это означает взор в саму суть объекта; в тот момент, когда курсанты входят в Башню Роста, каждый из них сталкивается со своим «Я». И с этим отраженным «Я» им предстоит сойтись в поединке один на один, словно в типичном клише из комиксов или игр. Одержать победу над собственным отражением — вот задача этого восхождения. «Если я войду в таком виде... то и отражение будет таким же?..» Лицо невольно скривилось. Стоило представить это, как зрелище показалось донельзя нелепым. Даже если использовать разные средства, по сути это будет битва двух коротконогих сопляков, беспорядочно машущих конечностями... Этого я хотел бы избежать. Дел невпроворот, но всё же стоит сосредоточиться на возвращении этого тела в прежнее состояние. Я перемещался верхом на Духе ветра. Не взлетая слишком высоко, я быстро двигался, покачиваясь в паре метров над землей. — ...Это еще что такое? — Как же жалко ты пытаешься сменить тему. Там и правда что-то ес... Да что это вообще? На мой диковинный вид градом посыпались взгляды. На самом деле в том, что кто-то летает, нет ничего экзотического. Если достаточно овладеть Магией, полет становится возможен. Порой частенько можно встретить людей, которые в спешке проносятся мимо по воздуху. Но мой случай был иным. И дело не в самолюбовании, а в том, что из-за крайне необычной внешности я идеально подходил для привлечения внимания. Волосы, ставшие белыми, словно снег. Лазурное крылатое одеяние, что развевалось за спиной, подобно стягу. И при этом — крошечное, совсем ма-аленькое тело в форме курсанта... Всё это вместе взятое заставляло прохожих пялиться на меня в упор. С облегчением отметив, что Протез хотя бы скрыт нарукавником и не так бросается в глаза, я доверился ветру. Моя цель — старая тренировочная площадка. Там меня должны ждать наставница и профессор Лиана. Хоть я еще и не записался на курсы и у меня образовалось окно в расписании, обучение под началом наставницы и профессора Лианы всё равно остается прежним. К тому же они обещали дать совет по поводу записи на занятия, так что сегодня я планирую обсудить и это. — ...... — ...... «?» На старой тренировочной площадке, куда я прибыл, витало странное напряжение. Наставница и профессор Лиана застыли в каких-то неловких позах, пристально вглядываясь друг в друга. Эмоции в их глазах были поистине сложными. Их взгляды сталкивались на полпути, и казалось, будто незримое давление заставляет их отталкиваться друг от друга. Ожерелье щелкнуло. От этого бесстрастного голоса странная психологическая дуэль двоих прекратилась. Вскоре оба взора обратились ко мне. — А-а... Да, ты быстро. Первой заговорила наставница. Прокашлявшись, наставница обратилась ко мне ласковым тоном. Её застывшее лицо расслабилось, а приподнятые уголки глаз мягко изогнулись. Тревога, начавшая было шевелиться в глубине моей души, снова утихла. Моё «духовное такси», замершее из-за странной атмосферы, снова тронулось. — Но выглядишь ты неважно. Что ты опять натворил... нет. Наставница внезапно умолкла. Она нахмурилась, словно от головной боли, и подавила готовый сорваться вздох. — Боюсь даже спрашивать, вдруг опять что-нибудь рванет. Под взглядом, которым смотрят на проблемного ребенка, я невольно сжался. Мне хотелось возразить, но из-за уколов совести я не посмел и слова сказать. — Ну, не надо так съеживаться. Увидев меня таким, лицо наставницы смягчилось, и она протянула руку. Я прекрасно знал, что она собирается сделать. Небесное оперение плавно заколыхалось. Поймав поток ветра, я уже готов был прыгнуть в её объя... — И зачем вы так отчитываете ребенка? От другого голоса, вклинившегося в разговор, я резко замер. Наставница скривилась и искоса глянула в сторону. Обладательница голоса, профессор Лиана, бросила на наставницу ответный взгляд, мол, та говорит лишнее, а затем посмотрела на меня. Её зеленые глаза ласково сощурились, а на лице расцвела улыбка. И в этот момент. Внезапно всё вокруг профессора Лианы словно озарилось светом. Следом она развела руки, широко подставляя свою пышную грудь. Улыбка, сочащаяся добротой, в сочетании с этим жестом создавали образ милосердной женщины, готовой принять любые капризы... Казалось, стоит сейчас уткнуться лицом в её грудь и захныкать, как она похлопает по спине и утешит... «...?» Эта мысль вызвала у меня странное чувство. Уткнуться лицом в грудь и хныкать. Неужели я с профессором Лианой когда-нибудь... Делал такое... или нет? Воспоминания путались. Вроде бы было... а вроде и нет... Что это? [Привычность] [Близость] [Влечение] [Нравится] Несколько эмоций смешались, словно тесто, но это не было неприятно. [Мягкость] Скорее, даже очень тоскливо... — Ученик?.. В ушах раздался голос наставницы. От звука её голоса, жалобно дрожащего и пропитанного неверием, я резко замер. Я повернул голову, гадая, что случилось. ...Я замер? «А?» Только тогда я почувствовал неладное. Мое положение изменилось. Я, сам того не заметив, направлялся не к наставнице, а к профессору Лиане. Словно так и должно быть, я летел прямо в раскрытые объятия профессора Лианы. [Сомнение] [Привычность] В моих действиях не было ни тени колебания. Будто это было в порядке вещей, будто там и было мое место... «Ой?» Я в замешательстве наклонил голову. Даже осознав это, я не чувствовал отторжения. По-прежнему хотелось оказаться в её объятиях — от них веяло таким теплом, что тянуло в сон. И тут. — А...! Магия духов!.. Наставница внезапно широко раскрыла глаза и, ахнув, пробормотала. «А-а...» От этого бормотания путаница в голове улеглась. Сродство к духам. Уникальная способность профессора Лианы. Я предполагал, что она влияет и на меня, неужели и сейчас сработал похожий эффект? Тело наставницы мелко задрожало. Сверкая глазами от ярости, она ткнула пальцем в сторону профессора Лианы. — Ах ты... ты, подлая девка!.. — Подлая? Что же я такого сделала, раз вы меня так клеймите? Профессор Лиана округлила глаза. Вокруг неё стало еще светлее. Небесное оперение нежно заколыхалось. От этого зрелища наставницу затрясло еще сильнее. — А как еще назвать твои дешевые трюки, если не подлостью! А ну, немедленно убери свои феромоны! — Феромоны?.. О чем вы? Я ничего не делала. Может, вы это говорите, потому что сами что-то почувствовали?.. Началась перепалка. Наставница сыпала обвинениями, а профессор Лиана умело их парировала. Какая-то знакомая картина. Стоило задуматься, и я вспомнил: я частенько Наблюдал, как Хон Ёнхва и Пэк Арин ведут себя точно так же. Но то — это то, а это — это это. Я поспешно вклинился между ними. Ссора мгновенно прекратилась. Две пары глаз уставились на меня. Вклиниться-то я вклинился и спор прервал, но о том, что делать дальше, не подумал. Беспорядочно замахав руками, я осторожно покосился на них и покачал головой. Ожерелье робко щелкнуло. Может, мне кажется? Но в последнее время, слыша щелчки ожерелья, я, кажется, начинаю угадывать, какая за ними стоит эмоция. — ...... — ...... Спустя мгновение наставница и профессор Лиана переглянулись со странным выражением лиц. После этого, достигнув безмолвного соглашения, они по очереди прижали меня к себе. Это было всё. Время от времени я сцеплял пальцы с наставницей, устраивая «перетягивание маны», или практиковал Магию и Спиритизацию с профессором Лианой, но физическая подготовка в программу не вошла. — Ты в таком теле собрался проводить спарринг? Наставница с недоумением посмотрела на меня и, тиская мою правую ладонь, задала встречный вопрос. — Хотя бы из жалости к противнику, прекратите... Стоявшая рядом профессор Лиана тоже со странным блеском в глазах ущипнула меня за щеку. Её мягкий палец ощутимо надавил на кожу. Ни физических упражнений, ни спаррингов не случилось. Вместо этого, затиснутый в их объятиях и окруженный чрезмерной заботой, я восполнял свои душевные силы. ◆ ◆ ◆ Закончив свою так называемую тренировку, я заглянул в учебный зал неподалеку от территории первого курса. Я арендовал его не один — мы собрались вместе с Хон Ёнхва, Пэк Арин и Элией. Сказали, будем ломать головы и вместе составлять расписание. Поскольку я только что получил советы от наставницы и профессора Лианы, я тоже планирую составить график вместе с ними. Времени в обрез, так что надо поторапливаться. У меня уже есть на примете кое-какие предметы, так что справлюсь быстро. — Не смей подкатывать к моему ребенку, ты, су... кхм! Лиса драная. — Подкатывать? О чем ты вообще? Что я такого сделала, раз ты на меня так бросаешься? Ситуация повторилась. Рычащая Хон Ёнхва и пожимающая плечами Пэк Арин, взывающая к справедливости. Я с кислым видом потягивал холодную воду через трубочку. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Сродство с маной» растет] ... [Жизненная сила незначительно восстанавливается] [Сопротивление внешней чужеродной жизненной силе] [Жизненная сила исторгается] [«Проклятие хрупкой красоты» резонирует] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○ (75 ▷ 76/100) «Симпатия», «Благодарность», «Добрая взрослая», «Мягкость», «Тепло», «Пышность» ... Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (86 ▷ 87/100) «Наставница», «Ожидание», «Чувство безопасности», «Жажда любви» ... [Артефакт «Ожерелье откровения» распознает изменения пользователя] ---------- Должно быть, приятно иметь столько... мамочек? (2) Прогуливаясь по территории Сиёлам, можно наткнуться на самые невероятные постройки. Одни здания возведены специально для изучения лишь одного предмета, в другие же втиснуто всё многообразие инфраструктуры. Поскольку деньги здесь не проблема, в Колыбели выстроили едва ли не все мыслимые объекты. А вопросы обслуживания легко решаются с помощью магии. Вот и сейчас мы пришли к учебному корпусу... зданию, целиком состоящему из залов для занятий. Современное строение: два этажа под землей и пять над ней. Стоило переступить порог, как тело окутала волна прохладного воздуха. Хотя Сиёлам находится посреди Тихого океана, здесь искусственно воссоздана смена времён года — ради лучшей адаптации курсантов. Судя по календарю, сейчас стояла пора летнего зноя. Потому и погода в последние дни была по-настоящему раскалённой. Пусть жара ещё не достигла своего пика, припекало уже довольно ощутимо. — Ах... Какая благодать~ Элия, вошедшая в здание вместе со мной, даже вздрогнула от удовольствия. Мы договорились встретиться вчетвером — Хон Ёнхва, Пэк Арин, Элия и я, — но для начала мы с Элией решили заранее занять комнату. — Наконец-то можно дышать. Ух... Какая прохлада. Элия сладко потянулась, вскинув руки вверх и наслаждаясь свежестью. Её грудь подалась вперёд, натянув ткань формы курсанта. Пышные формы оказались подчёркнуты до предела. [Г-гхы-а-а-а-э-э-э-бе-беп] [Элия-ним, вы плохо переносите жару?] — А? Что это сейчас было? «Г-гхы-а-э-бе-беп»? Элия в недоумении склонила голову набок. Я же лишь замахал руками, делая вид, что ничего не произошло. [Ничего особенного] [Честно-честно] [Пожалуйста, не мучайте меня...] Я поспешил ускользнуть вглубь здания от Элии, которая, не понимая моих слов, принялась игриво тыкать меня пальцем в щеку. За спиной послышалось её приглушённое хихиканье. [Какую комнату выберем?] — Может, на втором этаже, чтобы удобнее было заходить? Хотя в самой комнате и так будет всё необходимое. В просторном лобби вместо администратора величественно возвышался терминал... киоск самообслуживания. Система проста: выбираешь комнату через терминал, скачиваешь виртуальный ключ на смарт-часы и открываешь дверь. — Людей совсем немного. Я думала, будет побольше народу. [Подобных зданий полно, так что все рассредоточены по разным местам] [Многие курсанты собираются в кафе] [А некоторые и вовсе предпочитают осесть в каком-нибудь парке, а не в таких помещениях] Я ответил на вопрос Элии, расшифровав информацию, полученную через Наблюдение. Честно говоря, общественные зоны вроде парков здесь настолько хороши, что можно часами напролёт болтать, сидя за столом под навесом. Если же разговор требует приватности, можно наложить магию тишины или уйти в здание с отдельными кабинетами. — А-а... Понятно, вот оно как... Элия согласно кивнула, но вдруг осеклась и пристально уставилась на меня странным взглядом. — Постой, ты только что проверил это своей способностью к сенсорике? [Ага] [Проверил Сенсорикой] [Радиус действия теперь очень широкий] — У Ха Юля и правда невероятно мощная Сенсорика. Слегка озадаченный её странным взором, я всё же подтвердил её слова кивком. — Объем информации такой, что заменяет зрение, радиус огромный... да ещё и работает постоянно... А как насчёт препятствий? Сигнал не отражается от стен? [Я то расширяю, то сужаю радиус] [А когда сплю, она отключается сама собой] [О проницаемости я как-то не задумывался... всё само собой получается] На самом деле Сенсорика — крайне капризная в использовании способность. Существует несколько её типов. Есть те, у кого просто усиливается зрение, но наиболее ценным считается тип сенсорной сети, как у меня. Проще говоря, это способность ощущать определённую область на основе маны. Конечно, между мной и другими огромная разница. Их информация не столь разнообразна и точна. Для большинства это лишь расширение радиуса Сенсорики маны, позволяющее лишь определять местоположение объектов с большим запасом маны и дающее лишь поверхностную интерпретацию. К тому же это чертовски сложная в управлении способность, показатели которой меняются в зависимости от магического фона окружающей среды. Именно поэтому курсантам в Башне Роста потребовалось столько времени, чтобы найти меня. В условиях хаотичного магического фона и высокой концентрации маны найти цель, забившуюся в расщелину между скал, должно быть, было невероятно трудно. Иногда, проходя мимо лекций по сенсорике, я слышал непрекращающиеся стоны и жалобы курсантов. Будучи обладателем не уникальной способности, а Полномочия, я не мог в полной мере разделить их страдания. «Хм...» Полномочие наблюдения. Пора бы уже начать применять его более изобретательно... Поначалу я владел Наблюдением гораздо лучше, чем Пространством, но в плане прикладного использования Пространство внезапно вырвалось вперёд. У Полномочия пространства масса применений: Подпространство, контроль пространства, возведение пространственных стен, пространственный прыжок на дальние дистанции... и это далеко не всё. А вот для Полномочия наблюдения я пока не придумал ничего особенного. Полномочие защиты? Там я и вовсе пытаюсь хотя бы воссоздать оригинал, не говоря уже о каких-то модификациях. — Хм-м... Пока я, ответив, ненадолго погрузился в свои мысли, взгляд Элии стал ещё более загадочным. Вскоре выражение её лица изменилось. В глазах заплясали озорные и лукавые искорки. От этого зрелища у меня внутри зародилось нехорошее предчувствие. — Проницаемость... Это поразительно. Говорят, развить проницаемость у Сенсорики крайне сложно. [Да...] — А ты можешь видеть сквозь стены или ткань? Даже сквозь защитную магию? [Да, почти через всё могу смотреть] На самом деле, стоило сказать «практически через всё». Случаи, когда Полномочие наблюдения не могло пробиться сквозь преграду, можно пересчитать по пальцам. Во-первых, недра Башен. Башня Роста, которую я наблюдал в Сиёлам, и Башня Пространства в штаб-квартире Ассоциации. Я не смог заглянуть внутрь ни одной из них. Внутреннее пространство подземелий тоже трудно поддаётся наблюдению из-за различных пространственных искажений. Но это не невозможно. Возможно, дело в том, что я одновременно владею и Полномочием пространства. — Ого... Потрясающе! Элия радостно захлопала в ладоши. Её глаза округлились от искреннего удивления, и моё дурное предчувствие, было поднявшее голову, трусливо спряталось. Наверное, ей просто было любопытно узнать о моей способности. Но стоило мне прийти к этому выводу, как вопрос Элии вонзился мне прямо в уши. — Тогда... ты когда-нибудь смотрел сквозь мою одежду? [Да] [Раньше, когда контроль был плохим... ... ...] [Что?] ? Над моей головой словно всплыл вопросительный знак. — Хе-хе. Уголки губ Элии медленно поползли вверх. Озорство и лукавство, ненадолго отлучившиеся, вернулись на свои места с триумфом. «Ах». Это была ловушка. Лицо моё мгновенно стало мертвенно-бледным. ◆ ◆ ◆ Мы шли по коридору, уставленному множеством дверей по обе стороны. Здание было огромным, и коридор казался бесконечным. Пол сиял чистотой, и вряд ли это была работа человеческих рук — скорее всего, постарались роботы-пылесосы или автоматические заклинания уборки. [Элия-а-а-а...] Ожерелье откровения тихонько щелкнуло. В его механическом голосе, обычно бесстрастном, сейчас сквозило отчаяние и чувство горькой несправедливости. Я с понурым видом плелся вслед за Элией. — Хм-хм~♪ Элия никак не реагировала. Она шла, заложив руки за спину и что-то напевая под нос, — со стороны она казалась воплощением жизнерадостности. На её лице играла довольная улыбка, а из груди то и дело вырывался смешок. Но вспоминая её недавние слова... я всерьёз сомневался, так ли уж безобидно её веселье. «У-у-у...» Мне было до безумия обидно. В те времена, когда я ещё не осознал свои Полномочия и владел лишь пространственным восприятием. Тогда эта способность была крайне нестабильной. Сначала из-за ошибок я воспринимал только пространственную информацию через призму Наблюдения, да и потом эта способность не отличалась покладистостью. Она то самопроизвольно отключалась, то внезапно расширяла радиус, то заставляла меня видеть то, чего я видеть совсем не желал. Конечно, были и мои ошибки в контроле. И в процессе этого... ко мне порой поступала весьма нескромная информация. [Это не так-а-а-ак...] [Правда, всё было совсем не так] [Пожалуйста, поверьте мне...] Но клянусь небом, я без малейших колебаний стирал подобные воспоминания. Я тут же отводил взгляд, зарывал информацию глубоко в подсознание и изо всех сил старался о ней не вспоминать... — Хм-м...! Плечи Элии дрогнули, и она резко втянула воздух. Тем временем мы добрались до арендованной комнаты. Элия приложила смарт-часы к считывателю. [Курсант Элия, авторизация пройдена] [Аренда комнаты 2-12 подтверждена] С тихим жужжанием дверь плавно отъехала в сторону, и Элия вошла внутрь. — О, здесь отлично. Впрочем, как и всегда в Сиёлам. Элия была права: обстановка впечатляла. Воздух внутри был свежим и прохладным. В одной стороне стоял чайный сервиз, лежали сладости и закуски, был даже небольшой холодильник. В другой части комнаты вокруг стола расположились огромные диваны, а в самом центре стоял круглый стол со стульями. Элия с размаху плюхнулась на один из диванов и, восхитившись его мягкостью, поглубже зарылась в спинку. [Элия-а-а-а...] — Да-да, что такое? Лучезарно улыбнувшись, Элия обернулась ко мне. Пока я нерешительно парил рядом, она молча и пристально наблюдала за мной. — Ох... Ну чего ты такой грустный? А? Иди-ка сюда. Видя, что я замялся и не знаю, что сказать, Элия с видом «ничего не поделаешь» широко развела руки. Она предлагала мне свои объятия. Почувствовав облегчение и боясь, что она передумает, я пулей влетел в её объятия. Тело утонуло в её мягком тепле. Поникшее было Небесное оперение радостно затрепетало. — Хи-хи, ах... Какой же ты милый. Над моей головой раздался смешок. Элия с нежной улыбкой крепко прижала меня к себе. — Ха Юль, ты и правда видел меня сквозь одежду? [Это была ошибка, простите меня] [Я сразу всё стёр] [После того как научился контролировать силу, я больше никогда так не делал...] [Пожалуйста, поверь...] — Ну что ты, Ха Юлю можно, так что не нужно извиняться. Её руки обхватили меня, полностью погружая в свои объятия. Моё лицо оказалось зажато между мягкими и теплыми изгибами её плоти. Ласковые ладони поочередно поглаживали меня по голове и спине. [Хорошо] [Счастье от поглаживаний...] [Мягко и уютно...] От этого Уюта моё лицо буквально расплылось в блаженной улыбке. Тело и разум окутала приятная истома, а последние крохи усталости бесследно растворились. Снова навалился сон. Хотя я вроде бы совсем недавно выспался, веки снова стали невыносимо тяжелыми... Раньше я ненавидел сон. Даже когда наваливалась дремота, уснуть было мучительно трудно. Мне не нравилось чувство потери контроля — момент, когда сознание гаснет, делал меня беззащитным перед внезапной угрозой, и это пугало. А если и удавалось уснуть с помощью лекарств, то в десяти случаях из десяти мне снились кошмары, так что ложиться в постель совсем не хотелось. Но в последнее время всё изменилось. Точнее, всё было иначе, когда я засыпал рядом с человеком, которому доверял. Тёплое дыхание, мягкие прикосновения и мерный стук сердца близкого человека прямо под ухом. Тревога таяла, сменяясь ощущением покоя и защищённости. Раньше я спал урывками раз в три-четыре дня, теперь же я отдыхал вдоволь каждые сутки. [Я хочу спать...] [Нельзя спать...] [Но так тянет в сон...] — Ёнхва и Арин говорят, что немного задерживаются, так что можешь вздремнуть. Я разбужу тебя, когда они придут. [Я же только что спал...] [Нельзя снова засыпать...] — Всё в порядке. Малыши должны много спать. Ха Юль, твоё тело помолодело, так что нет ничего удивительного в том, что тебе постоянно хочется спать. «Всё в порядке». От этих слов, прошептанных Элией мне на ухо, остатки сознания начали медленно угасать. Если подумать, дневной сон — это не так уж и плохо... Часть моего разделенного сознания и сейчас анализирует магические книги, занимаясь учебой... другая часть следит за состоянием Се Юль... Ёнхва и Арин... они вон там... всё ещё чем-то заняты... Похоже, Элия права, и это затянется... Наверное, основному сознанию можно и поспать... Мысли окончательно спутались. — Точно, можно я спрошу ещё кое-что? Сквозь зыбкую пелену сна до меня донесся голос Элии. [Ага...] [Что именно...?] — Когда ты увидел моё тело... о чем ты подумал? Впечатления...? Когда же это было. Когда пространственное восприятие обрело цвета... примерно тогда? Я начал копаться в туманных воспоминаниях. И вскоре нашел. Это воспоминание было запрятано на самом дне. Чуть выше тех детских воспоминаний, что были замурованы в самом глубоком подвале моей памяти. Как же это было? Я вскрыл этот архив. Ожерелье откровения щелкнуло. [Грудь была просто огромной...] — Фы-ф... С этой мыслью моё сознание окончательно погрузилось во тьму. ---------- Должно быть, приятно иметь столько... мамочек? (3) От внешнего раздражителя сознание медленно всплыло из небытия. Пробуждение не было стремительным. Похоже, экстренного вызова от «Разделения сознания» не поступало. Я продолжаю изучать и обновлять магические гримуары... Да и автоматическое «Наблюдение» за угрозами на случай чрезвычайных ситуаций работает исправно. «Пока что всё это даётся с трудом, голова идёт кругом... Но стоит привыкнуть, и станет легче». Разделение сознания. Опираясь на знания из оригинала, я попробовал провернуть это в прошлый раз, и результат превзошёл ожидания. Хоть во многом мне ещё не хватает навыков, сам факт успеха уже дорогого стоит. Изначально я хотел скопировать «Разделение сознания», существующее как уникальная способность, через «Синхронизацию»... Но, к сожалению, так и не нашёл того, кто ею обладает. Было и много других уникальных способностей, которые я хотел бы заполучить. Однако найти удалось лишь крупицы. Впрочем, неудивительно, ведь я успел лишь мельком осмотреться в Шотландии, некоторых частях Китая да недолго побродить по Сеулу, когда пользовался вратами... «Обладателей уникальных способностей мало. Это нужно учитывать...» Лишь ничтожная доля населения пробуждается как сверхлюди. И только малая часть из них обретает уникальные способности. Большинство таких способностей — физического типа, не отличающиеся особой оригинальностью. Фехтование или владение копьём относятся к базовому техническому типу. Стихийные типы: огонь, Вода, ветер, земля или электричество. Разумеется, их можно постепенно развивать, но это сопряжено с колоссальными трудностями. Поэтому людей с по-настоящему редкими и необычными способностями критически мало. «Большую часть способностей для "Синхронизации" я нашёл именно в Сиёламе». В Сиёламе так много обладателей уникальных способностей, что в них можно запутаться. Стоит лишь активировать «Наблюдение», как выясняется, что ими владеют чуть ли не все курсанты. У некоторых счастливчиков их даже по две. Но стоит выйти за пределы академии, как картина резко меняется. Взять хотя бы тех, кого я встретил, пока рыскал по Китаю. Большинство были обычными людьми, а среди тех немногих сверхлюдей и некромантов, с которыми довелось схлестнуться, уникальные способности встречались редко. Сознание окончательно всплыло на поверхность, и чувства вернулись ко мне. Щеке было мягко и тепло. Я активировал «Наблюдение». В поле зрения появилась Элия. Она сидела на диване, а я лежал, положив голову ей на колени. Натянув желтое одеяло до самого рта, я спал без задних ног, наслаждаясь моментом. — Малыш? Говорят, скоро все придут. Пора просыпаться~ Ласковый голос коснулся слуха. Тонкие пальцы нежно потискали меня за щеку. Похоже, она уже какое-то время пыталась меня разбудить. — Аха-ха. Щекотно, Ха Юль. — Ха-а-ам... Стоило мне потереться щекой о её руку, как раздался приглушённый смех. Затем тёплая ладонь нежно погладила моё лицо. С губ сорвался протяжный зевок. Я зашевелился, пытаясь стряхнуть с себя вязкую дремоту, и приподнялся. Сверху снова донёсся смешок. — Ха Юль, ты сейчас похож на гусеницу. — Я не в том смысле. Это значит, что ты очень милый. — О? Ха Юль, ты боишься насекомых? Элия, усадив меня рядом и продолжая шутливо тискать за щёку, удивлённо округлила глаза. — Во время прошлого рейда в подземелье ты ведь вёл себя совершенно спокойно? Прошлый рейд? А... то, что было в начале семестра. Тогда мы были в лесу, так что насекомых там было пруд пруди, деваться некуда. — Ах... кхм. Зря я об этом завела разговор. Прости. Так мы и сидели какое-то время, откинувшись на спинку дивана. Когда сонливость окончательно улетучилась и сознание прояснилось, со стороны двери раздался сигнал оповещения. Сквозь открывшуюся дверь, плавно ушедшую в стену, до моего носа долетел знакомый аромат. Моё «Небесное оперение» радостно затрепетало. Вскоре вошли Хон Ёнхва и Пэк Арин. Слегка приоткрыв глаза, я увидел Ёнхва, которая, насупившись, недовольно сводила брови к переносице. Наши взгляды встретились. Я сосредоточился и заговорил. — Ёнхва. Голос не дрогнул. Глаза Хон Ёнхва радостно блеснули, она подскочила ко мне и крепко обняла. — Ха Юль. Всё хорошо? Закончил дела, о которых говорил утром? — Да-а. Не беспокойся. Моё лицо уткнулось в её грудь, пахнущую сладковатым ароматом кожи. Я с удовольствием потерся о неё, не скрывая радости. — Кхм, ну... хорошо, если всё в порядке. — А меня что, за человека-невидимку держат? Стоявшая позади Пэк Арин, недоуменно ворча, решительно подошла ближе. Её голубые глаза пристально смотрели на меня. Я попытался поймать её взгляд, но видел лишь густую серую дымку. — И правда, ничего не видит. И даже заговорить со мной не может? Что же это за эффект такой. Убедившись, что мой взгляд не сфокусирован, Арин озадаченно склонила голову. «......» Если я ляпну, что это проклятие... то, чего доброго, снова окажусь на грани жизни и смерти, как в прошлый раз. Я покрепче затянул настройки «Ожерелья откровения», чтобы оно снова не начало действовать по своему усмотрению. — ...Ну, у каждого есть парочка секретов, о которых не стоит болтать. Верно? Пожав плечами, Пэк Арин обратилась ко мне, всё еще прижатому к груди Ёнхва, словно ища подтверждения своим словам. Я нехотя кивнул. ◆ ◆ ◆ Мы уселись за круглый стол в центре комнаты. Меня, не спрашивая, усадили рядом с Хон Ёнхва. С другой стороны от меня села Элия, а напротив — Пэк Арин. — Я что, изгой? Я подам жалобу администрации Сиёлама. Так и знайте. — Не неси чепухи... С помощью «Наблюдения» я примерно представлял причину, но не вникал в детали. На мой вопрос первой ответила Ёнхва. — Я была на «Общей боевой логике» и «Практическом фехтовании: Продвинутый уровень». Пока было только введение, но, кажется, там есть чему поучиться. «Общая боевая логика» и «Практическое фехтование: Продвинутый уровень»... Вполне подходящие предметы для Ёнхва, специализирующейся на ближнем бое. К слову, «Общая боевая логика» была весьма популярна в оригинале. Для мастерства владения оружием нужно изучать фехтование или копье, но для общего навыка мордобоя «Общая боевая логика» была самой эффективной. Если память мне не изменяет, преподаватель по этому предмету когда-то был знаменит на фронтах Магических земель. Он даже прошел аттестацию на высший ранг, но, кажется, ушел в отставку из-за травмы. Его заслуги вполне позволяли считать его почетным героем высшего ранга. Во время 2-й итерации я и сам не вылезал с лекций по «Общей боевой логике». Уникальной способностью, с которой я начал 2-ю итерацию, была «Боевая адаптивность». Как и следовало из названия, она давала универсальные бонусы в бою, поэтому польза от «Общей боевой логики» была максимальной. — А я была на «Углубленной магической механике». Ох... там всё настолько сложно, что голова до сих пор раскалывается. Арин ответила, мотая головой, будто пытаясь прогнать неприятные воспоминания. Хоть она тоже специализировалась на бою, её таланты были столь многогранны, что она посещала самые разные курсы. «Углубленная магическая механика». Предмет, в котором магические формулы разбирают по винтику, анализируют, интерпретируют и пересобирают заново. Курс настолько тяжелый, что если сунуться туда без должной подготовки, прогресс будет ничтожным, а время — потраченным впустую. — Да, я посетила только «Исцеление способностями (II)». Элия была курсантом вспомогательной специализации... и ходила на лекции для тех, чьи уникальные способности связаны с исцелением. «Хм...» Похоже, все уже заранее составили свои расписания. Впрочем, список доступных дисциплин известен заранее, так что спланировать всё можно было ещё в первом семестре или хотя бы во время каникул. ...Я и сам собирался заняться этим на каникулах, пока проводил время с Се Юль, но планы пошли прахом. Кто же знал, что Двуглавый ядовитый дракон воскреснет, я получу по шапке и окажусь в таком плачевном состоянии. — Ха Юль, тебе тоже нужно определиться на этой неделе. Уже думал об этом? — Точно. Ха Юль-сси, ты же поступил на особых условиях, так что выбор предметов у тебя огромный. Потом можно будет что-то поменять, но к первому выбору стоит подойти серьезно. Стоило мне ответить Элии, как все взгляды тут же скрестились на мне. — И что же это? Уже выбрал? Сгорая от любопытства, спросила Ёнхва. Попав в Башню Знаний, я смогу основательно взяться за изучение магии. Однако для этого нужна база. До тех пор я планирую подтянуть свой магический уровень своими силами. — Ма... Магия? Лицо Ёнхва, только что сиявшее от предвкушения, мгновенно скисло. — Магия — это хорошо. А вот Арин, напротив, просияла и даже хлопнула в ладоши. — Есть какие-то конкретные пожелания? — «Конструирование цепей» обязательно нужно брать. Оно лежит в основе любого заклинания. «Развертывание и инверсия» тоже важны. Кроме того, я бы посоветовала... Для начала сосредоточусь на магии. А в качестве дополнительных предметов займусь «Изготовлением»... — «Приручение монстров и противодействие»? Ха Юль, ты и это хочешь изучать? Элия, просматривая мой список, в недоумении склонила голову. Приручение монстров. Это не тот предмет, который отнимает много сил. Скорее факультатив, на который уходит всего пара часов в неделю. Там можно вживую увидеть разных монстров и научиться основам приручения — тому, что обычно называют «теймингом». Предмет не самый популярный, но он может пригодиться в некромантии... Да и в будущем лишним не будет, так что стоит попробовать. Домашних заданий там почти нет, так что нагрузка будет минимальной. «Кажется, там даже единорогов показывают?» Единорог. Высокоранговый монстр примерно 4-го ранга по стандартной классификации. В Сиёламе их всего несколько штук, это большая редкость. После того как я когда-то разнес в щепки рог байкорна, мне не давала покоя мысль о единорогах. Неужели и единороги будут меня ненавидеть? Честно говоря, уверенности в том, что я им понравлюсь, у меня не было... — Тогда я тоже запишусь. — И я тоже~ Элия и Пэк Арин тут же начали менять свои расписания. Я опешил от такой оперативности. — Всё в порядке. У нас полно свободного времени. — Я... я тоже запишусь. Хон Ёнхва тоже поспешно внесла изменения. — Ты? Да ты их не приручишь, а истреб... Ай! — Молчать. Какое-то время мы приводили в порядок списки предметов. Я уже получил рекомендации от профессора Лианы. Обсуждение с остальными помогло, и дело пошло гораздо быстрее. К тому же многие советы Арин совпали с тем, что я и сам планировал выбрать. Были и такие подсказки, о которых я даже не задумывался. Благодаря этому я смог подкорректировать свои планы на ходу. — Тюк... Я почувствовал прикосновение к щеке. Виновницей оказалась Хон Ёнхва. С обиженным видом она легонько тыкала пальцем мне в щёку. — Ёнхва? Когда я вопросительно склонил голову, она, замявшись, робко спросила: — ...Может, мне тоже попробовать поучить магию за компанию? — А ты потянешь? Сидящая напротив Арин с сомнением посмотрела на неё. — В прошлый раз ты порвала учебник по введению в магию уже через два часа после того, как... — А-а-а! Заткнись! Ёнхва завопила во всю глотку. От этого внезапного крика прямо над ухом я невольно вздрогнул. — Ой! Прости, Ха Юль...! В ушах звенело... ◆ ◆ ◆ — Фух... Кажется, закончили. Элия, сидевшая рядом, устало размяла плечи. Как она и сказала, с расписанием мы в целом разобрались. Осталось только всё перепроверить, но это дело пяти минут. — Может, перекусим? Там вон сколько всего припасено. — Да, я уже видела. Там и печенья полно, и в холодильнике куча разных напитков. — Ха Юль, тебе что принести? — Поняла~ Ёнхва и Элия направились к столу со снеками. — Ах, точно. Ха Юль-сси, не хочешь вот это попробовать? В этот момент Пэк Арин, словно вспомнив о чем-то, хлопнула в ладоши. Она принялась рыться в сумке-подпространстве, висевшей у неё на поясе. Вскоре её белая рука извлекла оттуда черный полиэтиленовый пакет. Пакет был довольно внушительных размеров. Картина до боли знакомая. Будто подтверждая мои догадки, Арин вытащила содержимое из пакета. Вскоре на столе разложили угощение. Длинные, белоснежные, с глянцевым блеском... — Это что? Гараэтток? Это были рисовые брусочки гараэтток. Благодаря тому, что они хранились в подпространстве, они не зачерствели и оставались мягкими. Когда Ёнхва, нагруженная сладостями, с любопытством спросила об этом, Арин назидательно покачала пальцем. — Тут не только они. Смотри внимательнее. И действительно, на столе красовались не только гараэтток, но и самые разные виды рисовых хлебцев тток. — О! Я это пробовала. Это ведь сонпён? Элия, принесшая напитки, указала на разноцветные круглые хлебцы: белые, розовые и желтые. — Да-да, они самые. Но где ты их пробовала? В Британии они вряд ли популярны. Арин с недоумением посмотрела на неё. Хотя после Великого катаклизма культуры сильно перемешались, многие региональные особенности всё же сохранились. Элия родом из Британии... из Шотландии? Вряд ли там часто едят сонпён. — Я пробовала их еще до поступления в Сиёлам. Элия начала спокойно объяснять. — Я как-то по ошибке прошла через врата и оказалась в Сеуле. Пока ждала следующие врата, гуляла по городу и попробовала сонпён. — Да, точно. Тогда-то я их впервые и отведала. Там рядом было столько улочек с едой. «А-а...» Я понимающе кивнул. Если подумать, Элия из Британии, но встретились мы именно в Сеуле. В Британии тоже есть терминалы врат, так что она могла отправиться в Сиёлам напрямую, не заезжая в Сеул. Арин, выслушав Элию, в замешательстве наклонила голову. — Ошибка...? Разве можно пройти через врата по ошибке? — Говорят, в диспетчерской что-то напутали. Помните, в марте этого года было много сбоев при перемещении? — А-а... тогда? Да, шуму было много. Столько лет без единого происшествия, а тут посыпалось одно за другим. — Ну, у меня было время, да и компенсацию выплатили щедрую, так что я не в обиде. И вообще... Элия потянулась ко мне. Её длинные белые пальцы нежно поправили мои волосы. — Если бы не та ошибка, я бы не встретила Ха Юля. Для кого-то это был несчастный случай, а для меня — огромная удача. Она лучезарно улыбнулась. Глядя на её искренне счастливое лицо, я и сам невольно расплылся в улыбке. И я не кривил душой. Я действительно считаю нашу встречу в тот день настоящим везением. В каком-то смысле это было похоже на судьбоносную встречу. В то время я был настолько подавлен и зажат, что шарахался от любой помощи со стороны. И именно в такой момент я встретил Элию с её «Сродством к духам» и принял её помощь. Её бескорыстная доброта стала тем самым толчком, который помог моей израненной душе начать исцеляться. — Кхм-кхм... С чего это ты вдруг притащила столько ттока? — А? Ха Юль-сси ведь любит тток. — Что? Ёнхва удивленно моргнула. — Ты что, даже этого не знала? Арин, хихикнув, взяла один брусочек гараэтток. — Ну-ка, отведай. Она протянула его мне. По составу это был тот же гараэтток, что я ел в прошлый раз. Я послушно открыл рот и откусил кусочек. Хлебец легко поддался, и я принялся усердно жевать мягкое, тягучее тесто. — ...... — ......? Заметив внезапную тишину рядом, я повернул голову и увидел Ёнхва, которая выглядела так, будто её только что ударило громом. ◆ ◆ ◆ — А? Почему нет? — А что не так? Обе озадаченно склонили головы. Их искреннее непонимание сбило меня с толку. — Друзья? А-а... Ёнхва понимающе протянула. Ну, например, Син Се Юль, чьё имя я постоянно путал с Се Юль... и другие их знакомые. Они ведь выходцы из влиятельных семей и дружат с Ёнхва и Арин с самого детства. В оригинале... да и в начале первого семестра они точно всегда были вместе. Но в последнее время я их почти не вижу. Услышав мой вопрос, Ёнхва и Арин переглянулись. Спустя мгновение они ответили в один голос: — ...Да не особо. — Всё нормально. Хоть это и казалось странным, но раз они сами так говорят... Я решил не забивать себе голову и вернулся к проверке выбранных предметов. ◆ ◆ ◆ [Групповой чат: Команда Хон-Бэк (6)] ▶ Син Се Юль: Эй. ▶ Син Се Юль: Куда делась эта Хон? ▶ Син Се Юль: Только что же тут была. ▶ Ян Юнха: Судя по тому, как она стартанула, пошла к Ли Ха Юлю. ▶ Син Се Юль: Да ладно, это уже перебор. ▶ Син Се Юль: Эта стерва даже списком предметов не поделилась. ▶ Ян Юнха: Тебя в этом году первый раз кинули, что ли? ▶ Син Се Юль: Ты что, гений? ... ▶ Син Се Юль: А Пэк куда смылась? ▶ Син Се Юль: Блин, она ведь тоже ничего не скинула. ▶ Ли Сиын: Я видела. ▶ Син Се Юль: Где? ▶ Ли Сиын: Улетела вслед за Хон. ▶ Син Се Юль: Нас что, и Пэк кинула? ▶ Ян Юнха: Реально, команда Хон-Бэк без Хон и Бэк. [Групповой чат: Комната без Хон и Бэк (4)] ▶ Син Се Юль: Пэк тоже та еще сучка. ▶ Син Се Юль: И на том турнире тоже... ▶ Син Се Юль: Она что, реально подкатывает к тому, на кого Хон уже глаз положила? ▶ Син Се Юль: Бля, так и до войны недалеко. ▶ Ли Сиын: Война — это тебе не хуй собачий. ▶ Ли Сиын: Скажи еще, что Тэсан впишется и начнется междоусобица Трех Великих Семей. ▶ Ян Юнха: Се Юль, ну какая война из-за одного парня? ▶ Син Се Юль: Ты что, не знаешь, что в жизни и не такое бывает? ▶ Син Се Юль: Слыхала про «красоту, губящую города»? ▶ Син Се Юль: Да если посмотреть, как изменился Ли Ха Юль, за него реально воевать можно. ▶ Ли Сиын: Насчет войны не знаю. ▶ Ли Сиын: Но если кто-то сольет эту переписку, тебя первой прирежут. ▶ Син Се Юль: Сдохну я — сдохнешь и ты, сука. ... ◆ ◆ ◆ ---------- Гарантировано единорогом (1) — Значит, ты... лю-любишь тток... Дорога из учебного класса обратно в общежитие. Хон Ёнхва, шагая по залитой закатным светом тропе, рассеянно пробормотала эти слова. Та картина, что она только что видела в учебном классе... Пэк Арин, с невозмутимым видом протягивающая Ли Ха Юль тток, и сам Ли Ха Юль, принимающий и съедающий угощение так естественно, будто это было в порядке вещей... Шок от этого неожиданного зрелища до сих пор не утихал. [?] Услышав бормотание Хон Ёнхва, Ли Ха Юль вопросительно наклонил голову. В последнее время... после того как он попробовал тток, которым его угостила Пэк Арин после турнира, ему пришлась по душе их текстура, и он стал иногда их перекусывать. Раньше он и не думал искать что-то вкусненькое, но стоило ему начать жевать и посасывать эту тягучую массу, как на душе становилось спокойнее. Он пробовал жевать жвачку... но её нельзя проглатывать, так что не зашло. Поэтому он лишь изредка покупал тток. Ли Ха Юль, летевший рядом, плавно приблизился к Хон Ёнхва. Он вытянул шею и прижался губами к её уху. Внезапно её окутал сладковатый медовый аромат. Следом за ним уха коснулось горячее дыхание, от которого закружилась голова. — С недавних пор... я ем их... понемногу... — А, а-ах... вот как... От осторожного, тихого голоса, раздавшегося у самого уха, тело Хон Ёнхва пробила дрожь. Спустя мгновение Ли Ха Юль отстранился. Запах его тела и тепло дыхания тоже отдалились. Хон Ёнхва с легким чувством сожаления украдкой повернула голову. Ли Ха Юль всё ещё парил в воздухе. В глазах Хон Ёнхва отразился зеленый ветер, поддерживающий его тело. Это был образ, воспринимаемый скорее через Сенсорику маны, чем обычным зрением. Это был полет с помощью Магии духов, а не обычной магии. Хон Ёнхва не была талантлива ни в том, ни в другом, но могла распознать технику. «Эх...» В глубине души ей хотелось подхватить его на руки и нести самой, но она не могла заставить Ли Ха Юль, который твердо решил тренироваться летать даже на улице. ...Конечно, зная характер Ли Ха Юль, он бы покорно дался в руки, даже если бы она сделала это силой, но совершать такие властные поступки было нельзя. — А-а... Значит, после того как Арин угостила тебя...? Лицо Хон Ёнхва, выслушавшей объяснения, скривилось. Смерив парящего Ли Ха Юль сложным взглядом, Хон Ёнхва повернулась и посмотрела на Пэк Арин. — М? Пэк Арин озадаченно наклонила голову и указала на себя пальцем. При виде этого невинного... точнее, притворного и омерзительного вида, лицо Хон Ёнхва исказилось от гнева. Пэк Арин моргнула. — Что за мина? Если будете так внезапно на меня пялиться, моё слабое сердце может и не выдержать, понимаете? — Тц... Хон Ёнхва демонстративно цокнула языком. Сама манера речи собеседницы была явно нацелена на то, чтобы позлить. Пэк Арин широко раскрыла глаза, словно была несказанно шокирована, и прикрыла рот обеими руками. — Ч-ч-что-о? Человек, который даже не в курсе вкусовых предпочтений Ха Юль-сси, смеет цокать на меня... А-а-а! Убери кулак. Ха Юль-сси же прямо рядом, а? — Су-ка... Кулак, готовый рассечь воздух, замер. Рука Хон Ёнхва мелко дрожала, не в силах сдержать ярость. Мысленно повторяя про себя иероглиф «терпение», Хон Ёнхва медленно опустила руку. Затем она на всякий случай мельком взглянула на Ли Ха Юль, проверяя его реакцию. «Вот же...» ...Ли Ха Юль тем временем вовсю миловался с Элией. Вид того, как он с блаженным лицом парит подле Элии, заставил и без того встревоженное сердце Хон Ёнхва сжаться. «Элия Слейд». Сокурсница из того же класса Ипчхун, с которой она познакомилась и подружилась в начале семестра. У них были схожие черты характера, поэтому в начале учебы они неплохо ладили. Она была жизнерадостной, обладала невероятной общительностью и имела широкие связи. И талант у неё был выдающийся. Её уникальная способность относилась к редкому типу исцеления, сочетающему в себе регенерацию и лечение. Позже выяснилось, что она также обладает превосходным Сродством к духам, так что будущее у этого таланта было блестящим. Таково было общее впечатление о ней. «...Слишком близко...» Но в какой-то момент она внезапно оказалась очень близка с Ли Ха Юль. Она была знала, что Ли Ха Юль когда-то получил от неё небольшую помощь и у них завязалось знакомство, но сейчас, даже на первый взгляд, это было не просто «небольшое знакомство»... К тому моменту, когда Хон Ёнхва это заметила, Элия уже успела завоевать симпатию Ли Се Юль, которую Ли Ха Юль любил и оберегал как собственное дитя. Она буквально поселилась в их общежитии и вовсю строила из себя мамочку. При этом Ли Се Юль, хоть и притворялась недовольной, без всякого сопротивления принимала заботу Элии, а Ли Ха Юль тоже купался в этом внимании... Пословица о том, что тихая кошка первой на печку запрыгнет — чистая правда. «Я... я ведь ещё ни разу не обнимала Се Юль...!» Ли Се Юль, которая почему-то выказывала неприязнь только к ней и рычала, словно настороженный щенок. Ли Ха Юль, который на словах называл её просто Фейри, о которой нужно заботиться, но на деле любил и дорожил Ли Се Юль как родным ребенком... Из-за этого сложилась сложная ситуация: стоило неосторожно вмешаться, и её могли возненавидеть оба — и Ли Ха Юль, и Ли Се Юль. Хон Ёнхва, мягко говоря, не отличалась высокой общительностью. Она была неумела в человеческих отношениях, а поскольку это была её первая любовь, она совершенно не знала, как реагировать. Она получала советы от своей матери, Чхве Джиён, но выкладывать ей всё до мельчайших подробностей было как-то неловко. «Тц...» Но больше всего взгляд притягивало именно это. Хон Ёнхва слегка опустила глаза, рассматривая грудь Элии. Пышные формы. Огромные куски плоти, которые так отчетливо выделялись из-за того, что рубашка, казалось, вот-вот лопнет по швам. Взгляд Хон Ёнхва помрачнел. Наверняка она соблазнила истосковавшегося по материнской любви Ли Ха Юль этими своими необъятными, как у коровы, дойками... «Мои ведь тоже отнюдь не маленькие...» Хон Ёнхва украдкой взглянула на свои формы. Она увидела свою грудь, тоже пышно вздымавшуюся под одеждой. Крупные, округлые холмы плоти. Бесполезные куски жира, которые раньше она хотела бы убрать, потому что они только мешали при движении. Но в последнее время она была рада, что они у неё есть... Она прикинула в уме размеры своих и Элии. Мозг Хон Ёнхва лихорадочно заработал. Вскоре пришел результат. Элия > Хон Ёнхва «Блядь». Внезапно вырвалось ругательство. Глупые мысли. Сама сравнила, сама расстроилась... Что за идиотизм. Ощутив приступ стыда за саму себя, Хон Ёнхва нахмурилась и отвела взгляд. — Почему лицо такое кислое? Случилось чего? Если есть проблемы, я всегда готова выслушать! Консультационный центр работает 24 часа в сутки! Пиши в личку! — ...... Пока она пребывала в раздумьях, Пэк Арин, заметившая странное состояние Хон Ёнхва, плавно подошла ближе. Пока Хон Ёнхва ошарашенно слушала шутливую болтовню Пэк Арин, её взгляд невольно упал на грудь собеседницы. Запущенный в голове вычислительный процесс выдал результат. Элия ≥ Пэк Арин > Хон Ёнхва Она была почти такой же внушительной, как у Элии. Такие же необъятные дойки. «......» Пэк Арин слева, Элия справа. Бесстыжая профессорша-садистка, которая сначала избила ребенка до полусмерти, а теперь трясется над ним, и профессор Лиана, чей взгляд на Ли Ха Юль в последнее время стал каким-то странным... Вокруг сплошные сложности, и если ввязаться в открытое противостояние, можно навлечь на себя гнев Ли Ха Юль. — Эх-х... Хон Ёнхва тяжело вздохнула и крепко сжала щеки Ли Ха Юль. Она принялась бесцеремонно тискать его теплое и мягкое, словно рисовый пирожок, лицо. — Бу-у-у... Ли Ха Юль издал странный звук и послушно подставил щеки. ◆ ◆ ◆ С расписанием занятий я более-менее разобрался. Основным предметом выбрал Магию. Раз или два в неделю записался на дополнительные дисциплины вроде ремесла или укрощения монстров. Боевые дисциплины почти не брал. У меня ведь есть наставления учителя. К слову, учитель тоже меня оценивает и выставляет баллы. Заглянул в табель за первый семестр — там почти по всем пунктам высший балл. Когда я осторожно поинтересовался, не поблажка ли это, она отрезала, что оценка была беспристрастной. Не знаю, что у неё на уме, но раз так говорит — тем лучше. И сегодня мой день начался спозаранку. «Спать хочется...» Я широко зевнул, едва сдерживаясь. Сколько бы я ни спал, эта проклятая сонливость никак не проходила. Раньше такого не было... «Разделение сознания... работает как надо. Отлично». Возможно, само слово «разделение» здесь не совсем уместно. Я просто разграничил сознание и поручил каждой части свою задачу. По сути, обычная многозадачность. Первый поток сознания занят круглосуточным и всесторонним точным Наблюдением на случай любой возможной угрозы. Разумеется, если я буду впитывать абсолютно всё, то попросту сойду с ума, поэтому отслеживаю только то, что может представлять опасность. Конечно, мы в Сиёламе, и подобных угроз здесь быть не должно... Но именно потому, что это место безопасно, я могу спокойно тренироваться. Второй поток вовсю поглощает и анализирует знания, изучая книги по Магии как в общежитии, так и в далекой библиотеке. Я чувствовал, что возможности учиться, борясь со сном, на исходе, поэтому совместил Наблюдение и учебу с помощью Разделения сознания. Помимо этого, запущены еще несколько мелких потоков Разделения сознания. Из-за этого ресурсы... то есть ментальная энергия, тают на глазах. Собственно, не исключено, что именно в этом причина моей вечной сонливости в последнее время... К ней добавилась и головная боль. Боль была сопоставима с той, что я испытывал в начале семестра под гнетом ответственности и стресса... нет, сейчас было даже хуже. Однако мой Рост позволил мне стойко выдержать и это. К тому же в последнее время я постоянно нахожусь в чьих-то объятиях, что прекрасно снимает стресс, так что всё в порядке. Я пошевелился и высвободил лицо, уткнувшееся в чужую грудь. Стоило мне отстраниться, как дурманящий аромат женского тела, заполнявший всё моё естество, стал слабеть. Пока я предавался легкому сожалению, спящая Хон Ёнхва едва заметно нахмурилась. Её руки тут же задвигались в попытке поймать и вернуть меня на место. Мотнув головой, я увидел перед собой глубокую ложбинку между пышными грудями. Именно здесь аромат кожи был самым густым. И сейчас оттуда едва ощутимо исходило сладкое, манящее тепло. Стоило поддаться этим рукам — и я бы снова утонул в мягком тепле её груди, вдыхая молочный аромат и погружаясь в Счастье безмятежного сна... Но, к сожалению, дел было невпроворот. Скрепя сердце, я заставил себя отстраниться. Позади были и остальные. К моей спине плотно прижалась Се Юль, которую, в свою очередь, обнимала спящая Элия. Мы лежали в таком порядке: Хон Ёнхва, я, Се Юль и Элия. Это было своего рода компромиссное соглашение. Благо кровать была огромной, и места хватало всем. Присев на край постели, я коснулся смарт-часов. Тотчас всплыла голограмма с моим расписанием. [Сегодняшние уведомления] [▶10:00 — Вводная лекция по дисциплине «Укрощение монстров и противодействие им»] [Текущее время: 07:30] Сегодня день лекции по укрощению монстров. Я начал потихоньку сползать с кровати... — Папа, ты куда... [Кх!] Чья-то рука сзади вцепилась мне в волосы. Виновницей оказалась Се Юль. Не открывая глаз и пребывая в полудреме, она капризно потянула меня на себя. [Ай, больно!] [Се Юль...] [Нельзя тянуть других за волосы...] Сила у неё была просто недюжинная. Непонятно откуда взявшаяся мощь в этих цепких руках бесцеремонно швырнула меня обратно на кровать. Конечно, её сила не шла ни в какое сравнение с моей, но совесть не позволяла мне сопротивляться Се Юль... Выскользнув из объятий Элии, Се Юль завозилась и навалилась на меня сверху, словно я был подушкой. — Поспи еще со мной... Не уходи... Её руки и ноги обвили меня, словно крепкие путы. [Гя-а-а...] В тот же миг я испытал настоящий шок. Я оказался в объятиях Се Юль. Не я её обнимал, а она меня. Се Юль прижала меня к себе... «Боже мой...» Глядя на Се Юль, которая стала настолько больше меня, что это уже невозможно было отрицать, я почувствовал, как в моей душе что-то надломилось... Капля умиления от того, как быстро растут дети. И целый ушат отчаяния от осознания того, что меня уже перегнали... Нужно как можно скорее восстановить своё тело. Моя решимость вспыхнула с новой силой... [А-а-а...] [Кусаться нельзя...] ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●●○○(80▶81/100) 「Симпатия」 「Благодарность」 「Цыпленок」 「Сожаление」 「Вина」 ... Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●○○○○(68▶69/100) 「Симпатия」 「Сомнение」 「Замешательство」 ---------- Гарантировано единорогом (2) Лишь спустя некоторое время мне удалось выбраться из постели. Благодаря тому, что я поставил будильник с запасом, проблем не возникло. Я изначально закладываю лишнее время, держа в уме подобные мелочи. Но причина моего потрясения крылась вовсе не в этом. «М-меня догнали...» Данные, полученные через Наблюдение, были слишком точными, чтобы их игнорировать... Но я изо всех сил старался закрывать на них глаза. Однако когда Се Юль придавила меня всем телом, делать вид, что ничего не происходит, стало невозможно. Я и представить не мог, что Се Юль станет крупнее меня. В голове загудело, словно от удара тупым предметом. В эту реальность верилось с трудом. Пусть я и мог оправдаться тем, что моё собственное тело сейчас в странном состоянии... шок всё равно не проходил. К тому же я не ожидал, что ребёнок, считающий меня родителем, вцепится мне в волосы и будет таскать за собой, прежде чем отшвырнуть. Сначала натерпелся от тех, кто звался родителями, а теперь дождался подобного и от собственного дитя... Разумеется, в случае с Се Юль всё было иначе. Она сделала это неосознанно, пребывая в полудрёме, так что я не обиделся и не расстроился. [Се Юль.] [Нельзя вот так бесцеремонно тянуть других за волосы.] Вместо этого я сделал ей замечание, наказав впредь так не поступать. Я не был строг. Боясь, что она испугается и этот страх глубоко врежется ей в память, я увещевал её мягко, шепча на самое ушко... создавая уютную обстановку. Были и опасения: не пропустит ли она мои слова мимо ушей из-за того, что я слишком с ней нянчусь... Конечно, Се Юль — чудесный ребёнок, но всякое бывает. — Простите... Я больше так не буду... Мои тревоги оказались напрасными. Осознав свою вину, Се Юль поникла и принялась просить прощения. Она так расстроилась, что даже её крылышки бессильно повисли. Глядя на Се Юль, в чьих глазах заблестела слезы, и на то, как искренне она раскаивалась, я почувствовал, как сердце сжимается от нежности. «Се Юль такая добрая...» Я верил в неё, но всё же переживал: а вдруг она начнёт капризничать? Хоть я и прилежно читал книги по воспитанию, у меня совершенно не было уверенности в том, что я справлюсь с дисциплиной маленького ребёнка. Да и вообще, стоило ли воспитывать дитя Фейри, прикладывая к нему человеческие мерки? Но её достойное поведение — то, как она сразу признала вину и извинилась — развеяло все мои опасения! Поражала не только её чёткая, внятная речь, но и сама готовность осознать проступок и попросить прощения...! Плечи мои мелко задрожали от переполнившего сердце восторга. [Всё хорошо, Се Юль, ты ведь сделала это не нарочно.] [Главное — не повторять подобных ошибок.] [Ты сразу извинилась, ты очень умница.] Не в силах сдержать чувств, я крепко прижал Се Юль к себе. После строгого внушения всегда должно следовать утешение. Уж не знаю, насколько «строгим» оно вышло, но раз Се Юль всё поняла и извинилась, она заслужила награду. С этой мыслью я обнял её... — Хвать... Я явственно ощутил то особенное тепло, что исходит лишь от маленьких детей. Се Юль, мгновенно позабыв о печали, расцвела в улыбке, словно подсолнух, и всем телом прильнула ко мне. ...То есть, это я её обня... обнял... — Угу... Спасибо. Я люблю тебя, папа... Её руки обвили мою спину, и мягкая, тёплая щека Се Юль прижалась к моей. Вот только прижималась она сверху вниз. «......» ...Это меня... обняли... На душе стало невыносимо горько. Руки сами собой опустились. Не замечая моего смятения, Се Юль лишь лучезарно улыбалась и продолжала ластиться ко мне. Её крылья, до этого уныло висевшие, теперь ярко засияли и затрепетали, переплетаясь с Небесным оперением, парящим у меня за спиной. Моё Небесное оперение бессильно поникло... Наскоро перекусив, я покинул общежитие. — Ступайте со спокойной душой. Я приложу все силы, чтобы должным образом позаботиться о юной леди. Пока я обувался в прихожей, Эриэль вышла меня проводить. Облачённая в современную, упрощённую версию формы горничной, Эриэль с привычным бесстрастным лицом уверенно постучала себя кулаком по груди. Эриэль Трайден. Она — телохранительница и личная служанка Хон Ёнхва, но сейчас по её распоряжению Эриэль присматривает за Ли Се Юль, пока я занят учёбой. [Простите, что доставляю столько хлопот.] [Пожалуйста, позаботьтесь о ней.] — Слушаюсь. Положитесь на меня, молодой господин. На первый взгляд она кажется весьма эксцентричной особой, но в прошлом она была прославленным охотником высшего ранга, так что за безопасность можно не переживать. Разумеется, едва заметив, что с Се Юль что-то не так, я тут же совершу пространственный прыжок и явлюсь к ней. [Се Юль.] — Да-а... Рядом с Эриэль, твердо стоя на обеих ногах, замерла Се Юль. Теперь она уже вовсю болтала и бегала, но сейчас лишь надула губы, отвечая мне. Даже мимолетного взгляда хватало, чтобы понять: малышка не на шутку обижена. — Мне будет одиноко... Возвращайтесь поскорее. «Кха...» С этих капризно выпяченных губ сорвались слова, бьющие наотмашь по моей Вине. Казалось, я вот-вот просто рассыплюсь на части... ◆ ◆ ◆ Большинство занятий обычно проходят в самом центре Сиёлам, но на этот раз лекция должна была состояться на окраине. Окраины Сиёлам — это в основном пустое Пространство, подземелья и загоны для монстров. Поскольку предмет «Укрощение монстров и противодействие им» подразумевал работу с живыми существами, нам пришлось отправиться на периферию. Пусть это и глушь вдали от центра, выяснилось, что даже сюда ходят автобусы. Благодаря этому я только что с комфортом прибыл на место на беспилотнике. Автобус затормозил, и из него хлынул поток пассажиров. Смешавшись с толпой, я тоже вышел наружу. «Ого, сколько курсантов из других классов». Проведенное Наблюдение за липнущими со всех сторон взглядами показало, что здесь собрались представители самых разных групп. Я кивнул, изучая лица курсантов не из своего класса Ипчхун, а из других потоков. Если мои одноклассники из Ипчхун к моему виду уже худо-бедно привыкли, то для остальных я всё еще оставался зрелищем весьма диковинным. Так что подобные... странные взгляды вполне объяснимы. Со второго семестра таких точек соприкосновения между классами станет гораздо больше. Но необычным было не только это. «Тут и старшекурсники есть». На форме курсанта первого года обучения элементы отделки обычно зеленые. Самый заметный из них — галстук. Однако порой в толпе в ходе Наблюдения мелькали и красные галстуки — отличительный знак второго курса, принадлежащего к «летнему» потоку. Со второкурсниками мы пересекаемся крайне редко. Хотя многие из них наверняка уже видели меня, когда я бродил по территории, нашлись и те, кто столкнулся со мной впервые. «Укрощение монстров и противодействие им» — этот предмет могли посещать и студенты других курсов. Хотя доступ к некоторым дисциплинам ограничивался годом обучения, существовали и те, на которые подобные рамки не распространялись. «Если повезёт, я смогу столкнуться с Ли Джиён-сонбэ». Разумеется, для этого требовалась недюжинная удача. Проще было сразу настроиться на то, что мы не пересечёмся. — Это и есть тот самый зачисленный на особых условиях?.. Правда он? — Он совсем не такой, каким я его себе представляла. Совсем ещё ребёнок... — Он пришёл на укрощение монстров? — Может, хочет изучить методы противодействия. — И правда ходит с закрытыми глазами... Неужели с помощью «Сенсорики» можно всё это чувствовать? Перешёптывания были слышны слишком отчётливо. В ушах начало нестерпимо зудеть. Только я поднял руку, чтобы почесаться, как чьи-то белоснежные пальцы легонько коснулись моего уха. — А вы пользуетесь бешеной популярностью. Только послушайте, как вокруг шушукаются. Это была Пэк Арин, присоединившаяся к нам по пути. Пэк Арин, тихонько хихикая, принялась ласково почёсывать меня за ухом. [Ну не издева-а-айтесь...] Она попала в самую точку. От прохладных прикосновений, безошибочно нашедших зудящее место, по телу пробежала приятная дрожь. — Ты что творишь? Не смей приставать к Ха Юлю! — Да не пристаю я, просто чешу там, где у него зудит... — А ну отойди! Я сама это сделаю! — Ох уж эта твоя ревность на пустом месте... Ай! Я против насилия! ◆ ◆ ◆ Войдя в здание, мы отыскали нужную аудиторию, указанную в объявлении. Зал находился на пятом этаже. Его планировка практически не отличалась от тех аудиторий, в которых я бывал обычно. Несколько кадетов уже были на месте. Оглядевшись, я выбрал свободный ряд, где мы могли бы разместиться всей компанией. ...Из-за того, что высота сиденья мне не подходила, я подложил под себя «Небесное оперение», используя его в качестве подушки. Оно было таким мягким и пушистым, что сидеть на нём было одно удовольствие. Стоило мне устроиться, как Хон Ёнхва тут же подскочила и села слева от меня, а Элия заняла место справа. Пэк Арин растерянно моргнула. Она на мгновение задумалась, а затем легонько постучала Хон Ёнхва по плечу. — ...Ёнхва-ним, в этот раз я тоже хочу сесть рядом с Ха Юлем. — Прекрати нести чепуху. Даже не надейся, садись рядом со мной. — Это что, дискриминация наяву? Элия... не могли бы вы поменяться со мной местами? — Аха-ха. Нельзя. — Какая категоричность... Хон, это тебе ещё аукнется кармой. Запомни мои слова. — Какая ещё к чёрту карма. Просто сожгу её — и дело с концом~ Хон Ёнхва фыркнула. Имея за плечами опыт прохождения Испытания Адского Пламени, она самоуверенно пожала плечами. Пэк Арин, ворча, опустилась на своё место. Пока они коротали время за болтовнёй, дверь аудитории распахнулась, и вошёл профессор. — Ох, прошу прощения за опоздание. Я профессор Алида Бали, веду дисциплину «Укрощение монстров и противодействие им». Это была женщина с коротким каре и в круглых очках. Особого давления от неё не наблюдалось. Запасы маны в теле невелики, да и физически она не казалась развитой. Похоже, из тех профессоров, что больше тяготеют к исследованиям. Женщина в белом халате... Стоило профессору Алиде встать за кафедру, как она вежливо поклонилась. — Простите за беспокойство, но прошу всех выйти на улицу. Вводная лекция пройдёт на открытом воздухе. — Скрежет Сбитые с толку курсанты начали подниматься со своих мест. Глядя на то, как курсанты под руководством профессора слаженно выходят за дверь, Пэк Арин посмотрела на Хон Ёнхва. Пэк Арин спросила, едва сдерживая усмешку: — ...А вот и карма. Сжигать будете? — Зат... кнись. Ничего это не меняет. Группа тоже поднялась со своих мест. Я, ничуть не смутившись, поднял своё тело в воздух с помощью ветра. Эту дисциплину я уже изучал в оригинале. Даже если всё пойдёт иначе, я уже Наблюдал за суматошными приготовлениями снаружи. «Неужели собираются показать какой-то особенный экземпляр?» Эта лекция — лишь вводная часть, а не полноценное занятие. Поскольку здесь курсанты, потерявшие интерес, могут начать один за другим уходить, им наверняка покажут нечто особенное, способное разжечь любопытство. В оригинале монстр, которого демонстрировали, каждый раз менялся... Я слегка обострил восприятие и проанализировал ману, доносившуюся издалека. Хотя с помощью Наблюдения всё и так было ясно, столь необычную ману можно было почувствовать даже на расстоянии. «Было бы здорово, если бы показали единорога». Белоснежная и чистая энергия, что отчетливо ощущалась даже издалека. Я отчетливо ощутил ману единорога, буквально бьющую через край. В глубине души я надеялся, что профессор всё же покажет его мне. После того как в прошлый раз я разнёс рог байкорна, мне пришла мысль: раз уж природа их маны схожа, не окажутся ли они совместимы?.. С помощью Наблюдения я собрал уже достаточно данных, но личная встреча лицом к лицу могла дать совсем иные ощущения. Разумеется, о тактильном контакте не могло быть и речи — этот монстр крайне враждебно относится к любым прикосновениям извне. Стоит неосторожно потянуться к нему — и рискуешь быть насаженным на рог, который немногим уступает копью. Впрочем, мне было бы достаточно и того, чтобы применить Сенсорику, находясь в непосредственной близости. Слегка паря в воздухе, я последовал за профессором на улицу. — У-у-у-ум!.. «?» И в этот миг... Энергия белоснежного единорога вдалеке содрогнулась, словно от мощного землетрясения. Я невольно вздрогнул от этого резонанса, в котором слышались едва ли не истошные вопли ужаса. «Что это с ним? Я ведь ещё ничего не сделал». Озадаченный столь внезапной и странной реакцией, я лишь недоуменно склонил голову. ---------- Гарантировано единорогом (3) Я вышел вслед за профессором Алида. За ней стройными рядами последовали и остальные студенты. Я тоже последовал за профессором, мерно покачиваясь в воздухе на потоках ветра. — Хоть я и сказала «снаружи», на самом деле и внутри есть на что посмотреть, — заговорила Алида, идя впереди. Похоже, она решила совместить путь с объяснениями, чтобы мы не заскучали до прибытия на место. — Это исследовательский центр монстров, построенный внутри Сиёлама. Для беспрепятственного получения данных и образцов здесь также ведётся их разведение... И вот вам первый вопрос. Профессор, чьи шаги чётко отстукивали ритм, внезапно подняла вверх указательный палец. — Сколько лет назад произошёл Великий катаклизм? — Ровно двести лет назад! Ответ прозвучал мгновенно. Профессор улыбнулась и качнула пальцем. — Быстрый и верный ответ, отлично. Как имя студента? — Группа Чхонмён, Белла Алетова! — Я запомню, начислю вам балл. Может, это слишком старомодный метод? Простите. Но, как оказалось, это самый надёжный способ побудить вас отвечать. Профессор Алида смущённо усмехнулась и продолжила: — Итак, вернёмся к вопросу. Великий катаклизм — это Цепной прорыв подземелий, произошедший в планетарном масштабе двести лет назад. Великий катаклизм. Стоит открыть любой учебник истории, как наткнёшься на этот термин. Это главная причина того, что мир превратился в то, что мы имеем сейчас. От следующей фразы — «Цепной прорыв подземелий» — моё лицо невольно перекосило. Прорывы, через которые я прошёл: Шихаллион и два случая в Китае. В Шихаллионе Аэрус едва не забил меня до смерти, как собаку, а в Китае я чуть не отправился на тот свет из-за яда Двуглавого ядовитого дракона. Ни одно из этих воспоминаний не было приятным. Особенно случай с драконом — это произошло совсем недавно, так что на душе было паршиво. Но, не обращая внимания на моё настроение, профессор продолжала объяснение: — В исторических хрониках это обычно описывается так. Вместе с Великим катаклизмом по всему миру начали появляться подземелья, и человечество страдало от монстров, хлынувших из них во время прорывов... — ...вот так. Это не ложь, но, строго говоря, и не совсем точная формулировка. Студент Белла Алетова, вы знаете почему? — Э-э... Не знаю! Студентка, мгновение повращав глазами, ответила с заметным сомнением. Видя, как поубавилось её рвение, профессор Алида хихикнула и пояснила: — В официальных исторических источниках первые монстры были зафиксированы ещё до Великого катаклизма. — Что? — Если быть точной, это были животные и растения, превратившиеся в монстров под воздействием маны. Глаза многих студентов широко распахнулись. Профессор Алида, довольная столь явным восхищением, удовлетворённо кивнула. — Первым зафиксированным монстром была мышь, испускающая электричество, вторым — горилла, манипулирующая землёй и облачающаяся в неё, словно в доспехи. Вероятно, мышь пробудила уникальную способность уровня «Извержение молнии», а горилла — нечто вроде «Манипуляции землей». — Собака, извергающая пламя из пасти, кошка, запускающая когтями ветряные лезвия... Говорят, для людей того времени эти существа были за гранью понимания. Чудовища, монстры, магические твари... Названия, которые начали давать им в тогдашних влиятельных государствах, в итоге свелись к одному — монстры. — Короче говоря, мана существовала ещё до Великого катаклизма, и под её влиянием некоторые представители флоры и фауны превращались в монстров. В научных кругах такие виды называют протовидами. На этом моменте профессор Алида замолчала и оглянулась на следующих за ней студентов. Кто-то слушал её с округлившимися от удивления глазами, будто узнал нечто невероятное, а кто-то сохранял невозмутимый вид, словно уже знал об этом. Хон Ёнхва и Пэк Арин были совершенно спокойны. Видимо, им рассказывали об этом во время обучения в качестве преемниц. Элия, похоже, не знала и выглядела заинтригованной, но приняла информацию просто как факт. Профессор Алида, изучая реакцию студентов, перевела взгляд на меня. Заметив моё безразличное лицо, она разочарованно причмокнула и снова отвернулась вперёд. — Что-то я затянула со скучной теорией. К чему я всё это веду... Топ. Шаги профессора Алида замерли. Она на мгновение огляделась, а затем повернулась к студентам. В воцарившейся тишине профессор с предельно серьезным лицом озвучила вывод: — Изучение монстров в каком-то смысле — занятие абсолютно бессмысленное. — Что? У одного из студентов вырвался озадаченный возглас. Слишком уж внезапным был этот вывод. — А-ха-ха. Слишком неожиданно? Позвольте пояснить. Словно ожидая такой реакции, профессор пожала плечами и указала на то, что нас окружало. Взоры студентов обратились туда, куда указывал её палец... к стеклянным стенам. Сами того не заметив, мы спустились на подземный ярус. Подземелье представляло собой длинную решётчатую структуру, где за стеклянными перегородками в каждом блоке содержались монстры самых разных видов. — Видов монстров великое множество, и меняются они по самым разным причинам. Кто-то рождается мутантом, у кого-то строение тела меняется под влиянием подземелья, у кого-то структура варьируется из-за уникальной способности, а у кого-то она меняется в процессе роста... Мутации, поддержка подземелья, уникальные способности, физический рост... — В общем, из-за всех этих факторов данные, которые исследователи собирали годами, в критический момент могут оказаться бесполезными. Но! Несмотря на это, я и другие учёные продолжаем упорно изучать монстров даже в этот самый момент, надеясь узнать хоть что-то новое. Хлоп! Приунывшая было профессор вдруг воодушевилась и хлопнула в ладоши. — Курс «Укрощение монстров и противодействие им» создан для того, чтобы изучать эту накопленную информацию и практиковаться непосредственно на монстрах. А заодно и обучиться методам их содержания. — Можно задать вопрос? — Да, конечно. Как ваше имя? — Группа Усу... ... — ... ... Краткое вступление закончилось. Студенты, заинтересовавшись лекцией, начали засыпать её вопросами. Профессор, явно довольная этим, добросовестно на них отвечала. Но Хон Ёнхва, похоже, это не особо интересовало. Она внимательно выслушала объяснения, но, видимо, не считала нужным что-то уточнять. — Хы-а-ам... В конце концов она тихонько зевнула. Понимая, что делать это в открытую неприлично, она отвернула голову и прикрыла рот рукой. Хон Ёнхва повернулась и встретилась со мной взглядом. Поскольку я летел, мои глаза были открыты и я смотрел прямо на неё. — ...... Её красивые, словно драгоценные камни, глаза широко распахнулись. Вскоре уголки её глаз затрепетали, а мочки ушей и щёки начали наливаться жаром. Я парил на ветру, так что мы находились на одном уровне. Благодаря этому я отчётливо видел все изменения в Хон Ёнхва. — Ой, это... Голос Хон Ёнхва жалко дрогнул. В её реакции смешались растерянность и крайнее смущение. Глядя на неё, я склонил голову набок и слегка подался вперёд. Чмок Раздался смущающий звук. Губ коснулось нечто мягкое. Я ощутил явственное, живое тепло. Благоухание её тела стало сильнее. Я отстранился после этого короткого соприкосновения. Счастливое чувство угасло, сменившись лёгким сожалением. В то же время я ощутил щекочущий стыд где-то в районе солнечного сплетения. Казалось, моё тело тоже начало странно нагреваться. Как бы то ни было, это приятное чувство. Ощущая необъяснимую досаду, я облизнул губы и посмотрел на Хон Ёнхва. — ...... Хон Ёнхва застыла как каменное изваяние с глупо приоткрытым ртом. — Хи-хи. Этот вид был настолько забавным, что я невольно расплылся в улыбке. Прикрыв рот рукой, я тихонько захихикал. — ...Кх, ха-а... Хон Ёнхва вдруг издала мучительный стон и крепко зажмурилась. Испугавшись её внезапно участившегося дыхания, я тут же подлетел к ней. — Ёнхва... тебе больно? Я схватил её за руку и, потряхивая, заглянул в лицо. Как только я приготовился активировать «Синхронизацию», зажмуренные глаза Хон Ёнхва приоткрылись. Её красные глаза затуманенным взором посмотрели на меня сверху вниз. — Тяжело-то как... — Что? Вспых! Пламя внутри Хон Ёнхва колыхнулось. В последнее время оно вело себя смирно, но теперь снова начало вязко разгораться, заставив меня в недоумении склонить голову. — Ёнхва-Ёнхва? Ты чего это вдруг... О-о-ой, чёрт, погоди-ка. Пэк Арин, наблюдавшая за нами со странным выражением лица, вдруг в ужасе вскрикнула и протянула руку. Прижав ладонь к спине Хон Ёнхва, она направила в неё мощный поток энергии Чангэ. Ш-ш-ш... На вязко колышущуюся Гэпхву обрушились воды Чангэ. Несмотря на то, что Гэпхва всё ещё вязко пылала, под натиском Чангэ она начала постепенно возвращаться к своему обычному состоянию. Моргая от неожиданности, я украдкой огляделся, используя «Наблюдение». Из-за небольшого переполоха внимание окружающих начало переключаться на нас. Профессор тоже смотрела в нашу сторону. — Ах, как же одиноко... Профессор Алида в своих круглых очках застыла с непередаваемым выражением лица. ◆ ◆ ◆ Когда суматоха улеглась, лекция продолжилась. — Гр-р-р... Некая масса зашевелилась. До ушей донёсся странный звук. Вскоре из этой массы высунулось что-то продолговатое. Грубая серая кожа показалась из чёрного комка. Ноги, появившиеся со всех сторон, упёрлись в землю, а шея, вытянувшаяся спереди, удлинилась. — Черепаха? — пробормотал один из студентов. Словно в ответ на его слова, веки существа приоткрылись, и сверкнул желтый свет глаз. — Верно. Это черножелезная черепаха, принадлежащая к стандартному шестому рангу. Профессор Алида кивнула и легонько постучала по стеклу. — Гр-р-а-а... Пасть черножелезной черепахи медленно раскрылась, издав тяжёлый стон. Панцирь блеснул в лучах ламп. Глубокий чёрный цвет, отливающий глянцем, и панцирь, похожий на грубую гору шипов, внушали невольный трепет. — Итак, как я уже сказала, это существо — черножелезная черепаха. Всех подобных особей мы называем так же. Черножелезная черепаха. Я почувствовал странную ностальгию. В оригинале мне доводилось истреблять их в огромных количествах. — А называют её так потому, что этот грубый панцирь состоит из черножелезной руды. Черножелезо (黑鐵). Один из видов руды, содержащей ману, обнаруженный после Великого катаклизма. Своё название она получила из-за сходства с железом, окрашенным в глубокий чёрный цвет. — Благодаря высокому содержанию черножелеза, эта черепаха словно таскает на спине неприступную крепость. Черножелезо в основном используется для изготовления снаряжения. Этот материал не слишком сложен в обработке: достаточно расплавить, отковать и закалить — и получится вполне сносная экипировка. Оно не становится неразрушимым, но обладает приличной прочностью и хорошо проводит ману. К тому же черножелезо сравнительно легко достать. Популяция черножелезных черепах немаленькая. По всему миру подземелья, где они обитают, функционируют в формате официальных ферм подземелий. Также черножелезо добывают в шахтах. Благодаря стабильным поставкам его легко купить. Проще говоря, это бюджетный материал. В меру прочный и податливый мане. Цена не кусается, так что можно наделать кучу мечей и держать их про запас на всякий случай. В частности, моя 2-я итерация, владевшая всеми видами оружия, лично обрабатывала черножелезо для создания экипировки. 2-я итерация была персонажем, заточенным под экстремальный ближний бой. Считалось, что он владеет любым оружием, доступным человеку, но снабдить каждый такой клинок мощным артефактом было невозможно. Поэтому он шёл на компромисс: собственноручно ковал и заготавливал арсенал из черножелеза. — Кто-нибудь хочет попробовать сразиться с ней лично? Закончив краткое описание, профессор внезапно обратилась к нам. — Что? А так можно? А если мы случайно убьём её... — У нас много черножелезных черепах, так что всё в порядке. Это не какой-то уникальный экземпляр, так что даже если вы её прикончите — не беда. На внезапное предложение поколотить исследовательский объект один из студентов отреагировал с сомнением, но профессор ответила беспечно. — Действительно важные образцы находятся под строжайшей охраной, так что не переживайте. После слов профессора некоторые студенты погрузились в раздумья. Раз сам куратор говорит, что всё в порядке, и безопасность гарантирована — предложение заманчивое. [ Я хочу попробовать лично. ] — Да-да, хорошо. Имя студента... [ Ли Ха Юль. ] — О-ох... Да, студент Ли Ха Юль. Подойдите сюда. Я тоже этого хотел. Хоть я и истребил уйму черножелезных черепах в оригинале, лично я этого ещё не делал. Судя по описанию, это среднестатистическая особь, так что будет удобно сравнить её с данными из оригинала. Я уверенно поднял руку и вызвался. Почему-то голос профессора в конце дрогнул, но разрешение было получено. Услышав бесстрастный голос «Ожерелья откровения», студенты уставились на меня. Их взгляды были весьма странными. В них читались тревога и беспокойство. Это было даже обидно. Да, я вернулся в таком виде, но разве я не сверхчеловек, убивший Двуглавого ядовитого дракона? Пусть он и походил больше на ящерицу, но это всё равно был представитель драконьего рода с колоссальными габаритами. Пусть я и стал призраком и ослаб, пусть я в нестабильном состоянии и чертовски слаб... Но я всё ещё монстр высокого ранга. И что это за взгляды? Почему они смотрят на меня так, будто боятся, что монстр сожрёт маленького ребёнка... Надув губы, я провёл наблюдение за своим состоянием. Короткие ручки и ножки, белоснежная и гладкая кожа, не знавшая тягот жизни, крошечное тело, которому самое место в объятиях опекуна... ...Вид и правда вызывал беспокойство, но, учитывая реальную силу, я не заслуживал такой жалости. — Ха Юль, ты правда сам хочешь? — Вы уверены? В вашем-то состоянии... — Может, лучше сделаете это чуть позже? [ Не волнуйтесь. ] [ Я точно не поранюсь. ] — Ты и тогда так говорил, а в каком виде вернулся? [ Простите... ] Даже Хон Ёнхва, Пэк Арин и Элия, которые должны были знать мой уровень, выказали беспокойство... Но моё желание испытать всё лично было искренним, поэтому я гордо вышел вперёд. Профессор пошарила в карманах и достала браслет. Пронаблюдав за ним, я понял, что это артефакт с функцией защиты. Профессор подошла ко мне размашистым шагом. Видимо, собиралась надеть его на меня. — Так, это защитный артефакт. Он не спадёт, так что не волнуй... тесь... Когда рукав левой руки и наруч задрались, серебристый протез показал своё лицо. Глаза профессора мелко задрожали. — Сь... приступайте к практике. Профессор невозмутимо застегнула браслет и опустила рукав. Я озадаченно кивнул. ◆ ◆ ◆ З-з-з... В центре огромной стеклянной стены открылся небольшой проход. Стоило мне войти, как он тут же закрылся. — Гр-р-р... Заметив чужака, вторгшегося в его владения, черножелезная черепаха оскалилась. На её клыках, настолько огромных и свирепых, что даже кабан бы позавидовал, задрожало марево. Говорят, у черепах невероятная сила челюстей. Если такая тяпнет — обычного человека пополам перекусит. «Полномочие наблюдения». Активировав его, я начал детально изучать черножелезную черепаху. Мана, текущая по коже, панцирь с вкраплениями черножелеза, жилы мышц, скелет причудливой формы, на удивление крупный мозг, внутренности, в которых отсутствовали некоторые жизненно важные органы. Сосуды с кровью и ветви магических цепей с маной, расположение и сила магического кристалла, выполняющего роль ядра... Потоки информации хлынули в сознание. Это не было непосильной ношей. Я принял их и начал планомерно расшифровывать. Анализ завершён. Хоть это и не было в тягость, от столь детального использования полномочия в голове немного запульсировало. Тряхнув головой, я пробудил ману. Из ядра хлынул поток энергии. Пройдя круг по цепям, мана вырвалась наружу. Белоснежная энергия на мгновение вспыхнула, подобно львиной гриве. За стеклом послышались восхищённые возгласы. Среди них были и Хон Ёнхва, Пэк Арин и Элия, которые только что за меня переживали. От этого я невольно почувствовал гордость. Самоуверенность — кратчайший путь к смерти, но ощущение было приятным. Сдерживая рвущуюся наружу улыбку, я начал манипулировать маной... — У-у-у-у-унг...! «?» Тело внезапно вздрогнуло. Это было не «Наблюдение», а «Сенсорика маны» — вдалеке вспыхнула неприкрытая, мощная аура. «Что это с ним?» Пусть и слабее моей, но белоснежная, чистая энергия начала яростно пульсировать. Это было присутствие Единорога, ощущаемое издалека. И оно внезапно начало раздуваться с безумной силой. — Ба-бах! До ушей донёсся едва уловимый звук. Звук чего-то разрушающегося. — ...! ... Сбежал... ! В ту сто... ...! — Что-что? Кто идёт? От профессора тоже донеслись обрывки фраз. Я уловил слабый сигнал из коммуникатора на её смарт-часах. «Побег, идёт сюда, белоснежная энергия?» Аура стремительно приближалась. Нет, расстояние сокращалось с невероятной скоростью. Слабое присутствие раздулось до колоссальных масштабов. — Ква-а-анг! Грянул взрыв. И не где-то вдалеке. Прямо в потолке над нами зияла огромная дыра. Исследовательский корпус окрасился в красный. Заревела сирена, вызывая инстинктивное отторжение. В это короткое мгновение из дыры в потолке внезапно рухнуло нечто белоснежное. Звука приземления не последовало. Приземлившись в на удивление изящной позе, оно... Единорог посмотрел в мою сторону. «О-о...» Я на миг забыл о ситуации и замер в восхищении. Внешне — лошадь. Но он был в два, а то и в три раза крупнее обычного скакуна. Белоснежная шкура, которой идеально подходило определение «чистейшая». Длинные ноги стройно упирались в землю, а на шее эффектно развевалась пышная грива. Но главным отличием Единорога был его рог. Настолько огромный, что на него можно было бы нанизать с десяток таких, как я, и нести не замечая веса. «Похоже». К тому же природа его маны была невероятно чистой. Примерно такой же, как у меня в начале семестра. На ум сразу пришли слова «непорочность» и «чистота». Почувствовав ману другого существа, я сразу понял, почему профессор Лиана использовала именно эти эпитеты. В этот момент Единорог сделал шаг. Его длинные ноги бесшумно приближались. Я замер, склонив голову набок. Враждебности не было. Напротив, в этих кротких глазах читались непонятная симпатия и дружелюбие. Подойдя ближе, Единорог внезапно вытянул морду. За этим мистическим зрелищем, забыв о тревоге, завороженно наблюдали даже те, кто только что суетился из-за ЧП. Я тоже инстинктивно протянул руку. И тут... — Фр-р-ру [ Э? ] Единорог схватил меня зубами за загривок. Больно не было. Меня подняли с предельной осторожностью, словно какую-то великую ценность. Почему-то из тела разом ушли все силы. Со стороны это выглядело так, будто кошка переносит своего котёнка. Единорог, словно ему здесь больше нечего было делать, без колебаний прыгнул в дыру в потолке. «?» Над моей головой мысленно всплыл вопросительный знак. ---------- В тот миг внезапно появился единорог (1) Раздался внезапный оглушительный взрыв, и завыли сирены экстренной тревоги. Озаренный вспышками аварийных огней, подвал исследовательского корпуса окрасился в багровые тона, а атмосфера в нем мгновенно стала зловещей. Исследователи в панике пытались разобраться в ситуации, охранники спешили на перехват, а кадеты с холодным спокойствием обнажали оружие, готовясь к бою. Все, кто только что лихорадочно оценивал обстановку, вмиг замерли. Их взгляды устремились в одну точку. Зрелище было поистине мистическим. По ту сторону стеклянной стены, где томились монстры, прямо из зияющей дыры в потолке грациозно опустился белоснежный конь. Ослепительная белизна, приковывавшая взоры даже в этом залитом красным пространстве. Массивное тело, рядом с которым взрослый мужчина казался ребенком. И длинный рог, величественно и гордо венчающий середину лба. — Единорог? Пробормотала профессор Алида. Она даже не поправила сползшие очки, завороженно глядя на существо. Работая в этом институте, она получала отчеты о содержании монстров. Среди них была информация и о единорогах. В Сиёламе действительно выращивали единорогов. Когда Сиёлам только был основан, еще в годы активной деятельности ректора. Ректор привез единорогов и выделил им место на пустующих землях академии. Те угодья превратились в их естественную среду обитания. Настоящий рай для единорогов: травы и листва, напитавшиеся жизненной силой благодаря Благословению роста, и кристально чистые озерные воды. Отношение к ним в корне отличалось от того, как обращались с низкоранговыми монстрами, запертыми в изоляторах ради экспериментов и образцов. И неудивительно, ведь единороги — существа крайне редкие. Обычно их относят к высшим мифическим видам. Из-за их малочисленности их трудно встретить даже в высокоуровневых подземельях или Магических землях. — Но почему единорог здесь?.. Это и вызывало недоумение. Для них отведена отдельная зона. Ни кадеты, ни даже сотрудники не могут туда попасть без специального разрешения. Это место практически изолировано от внешнего вмешательства, за исключением редких визитов персонала для сбора образцов или записи данных. Там единороги мирно живут своей общиной. У них нет ни малейшей причины покидать свой дом. И все же он здесь. Проделав огромный путь, он пробил дыру в полу и изящно приземлился перед Ли Ха Юль. «Перед кадетом Ли Ха Юль?» Взоры присутствующих метались между единорогом и Ли Ха Юль. В багровом мареве помещения лишь пятачок вокруг них сиял белизной. Виной тому был поток яркого света из пролома в потолке и тот факт, что оба существа сами по себе были воплощением чистого белого цвета. Единорог был тем, кого называют белоснежным скакуном. Его шкура была белой, и грива, благородно спадающая на загривок, тоже сияла белизной. Ли Ха Юль выглядел так же. Его волосы были чистыми, как снег, а белая мана, колышущаяся над телом, струилась, словно призрачная грива. Более того, их ауры — чистые и непорочные — были удивительно схожи. — Ого... Один из кадетов невольно разинул рот. Несмотря на вой сирен и всполохи тревожных огней, он не мог сдержать восхищения. Белоснежный, прекрасный... Хрупкий ребенок и величественный единорог, возвышающийся над ним. Эта сцена напоминала ожившую картину. Все замерли, созерцая это таинственное зрелище. Хон Ёнхва, которая собиралась разнести стеклянную стену в щепки и броситься к Ли Ха Юль сразу после взрыва, тоже застыла. В любой другой ситуации она бы плевать хотела на то, единорог это или кто-то еще — она бы просто размазала любого монстра, посмевшего приблизиться к Ли Ха Юль. Однако атмосфера между ними была настолько мистической, что даже Хон Ёнхва на мгновение остановилась, наблюдая за происходящим. Наконец, два существа, приковавшие к себе все взгляды, пришли в движение. Единорог, мерно переставляя длинные ноги, направился к Ли Ха Юль. Видя приближающегося белого коня, Ли Ха Юль осторожно протянул руку. Все затаили дыхание в предвкушении и восторге, словно перед ними разворачивалась сцена из сказки. И вот... — Фр-р-ру. [А?] Единорог внезапно схватил Ли Ха Юль зубами за загривок. Ли Ха Юль, только что осторожно тянувший руку, замер. Белая мана, колыхавшаяся над его телом, рассыпалась искрами. Его тело внезапно вздрогнуло и тут же бессильно обмякло. Единорог поднял Ли Ха Юль, делая это крайне осторожно, будто держал величайшую ценность. Схватив Ли Ха Юль так, как кошка переносит котенка, единорог вдруг повернул голову и окинул взглядом тех, кто на него смотрел. Атмосфера мгновенно переменилась. Глаза, что сияли перед Ли Ха Юль, вмиг стали равнодушными. Скучающим взглядом окинув окрестности, единорог без колебаний прыгнул в дыру в потолке. Его вид говорил о том, что здесь ему больше делать нечего. Люди, только что погруженные в сказочное видение, лишь бестолково хлопали глазами. — ...Что это еще за конская морда недоделанная? Хон Ёнхва, у которой внезапно похитили возлюбленного, наконец-то вышла из оцепенения, и ее лицо исказилось от ярости. Она крепко сжала кулаки. Мана сконцентрировалась, и в ту же секунду вспыхнуло зловещее пламя. Она отвела руку назад. Пылающий огонь сдетонировал. Кулак со свистом вылетел вперед. Красная полоса прочертила воздух и врезалась в стеклянную стену. — Ка-бум! Раздался грохот, мгновенно заглушивший вой сирен. Кр-рах! Стеклянная стена, специально укрепленная для сдерживания монстров, разлетелась вдребезги от одного удара. Не теряя ни секунды, Хон Ёнхва бросилась в погоню за единорогом, прыгнув в залитую светом дыру в потолке. Выбравшись наружу, она оказалась на зеленой лужайке. Совсем рядом виднелся тот самый исследовательский корпус, в который она вошла ранее. Хон Ёнхва повернула голову, следуя за ощущением чужого присутствия. Видно было плохо. Только усилив зрение маной, она смогла различить белую точку, исчезающую за горизонтом. Вспышка! Гэпхва разлилось по всему ее телу. Сгорающая мана, влитая в мышцы, многократно усилила ее физические способности. Она с силой оттолкнулась от земли, посылая тело вперед. Яростно нахмурившись, она рванула с места. Но расстояние не сокращалось. Напротив, цель отдалялась. Единорог. Типичный представитель мифических существ. Соответственно, его ранг высок, а физические данные превосходны. Дистанция? Дальше, чем казалось, но не критично. Цель все еще в пределах досягаемости Гэпхва. Если она начнет палить без разбору, то обязательно зацепит эту кобылью голову. Но тогда в опасности окажется Ли Ха Юль. Хон Ёнхва была уверена в своем контроле над Гэпхва, но не могла гарантировать, что в процессе Ли Ха Юль не получит ни малейшей царапины. «Расширенная способность». Вшух!.. Пламя, на миг яростно взметнувшееся вверх, резко сжалось. «Эволюция». Хлыщ... Сжатый огонь впитался в тело Хон Ёнхва. Искры Гэпхва снаружи угасли. Вместо этого внутри нее Гэпхва вспыхнуло с неистовой силой. Энергия, не выпущенная наружу, начала сгорать внутри организма. — Ба-бах! Земля под ее ногами буквально взорвалась. Над растрескавшейся почвой промелькнул стремительный силуэт Хон Ёнхва. Чудовищное ускорение. Тело, усиленное до невообразимых пределов, с силой отталкивалось от Земли. «Прибью эту скотину». Единорог — ценное мифическое существо. Их редко встретишь в подземельях или Магических землях, а поймать и доставить живым невероятно сложно. К тому же о них сложилось весьма благоприятное мнение. Они презирают нечистоту и хаос, из-за чего нередко пронзают и убивают других монстров. Считается, что они кротки с теми, чьи тело и душа чисты. Ей было плевать. Каким бы редким и дорогим оно ни было, Хон Ёнхва не собиралась спускать с рук то, что эта тварь посмела утащить Ли Ха Юль. Эмоции закипали внутри. Впитавшее их Гэпхва разгоралось все неистовее. Почувствовав эту жуткую ауру, единорог обернулся. Разрыв между ними и пламенем начал стремительно сокращаться. Огонь снаружи поутих, но на смену ему пришла во много раз более мощная и свирепая мощь. Единорог в ужасе припустил еще быстрее. . . . Она упустила его в самый последний момент. — А-а-а! Твою мать! Издав истошный крик, Хон Ёнхва вцепилась себе в волосы. Всего мгновение. Она почти настигла его. Усиленное тело позволило ей за считанные секунды преодолеть огромное расстояние и оказаться прямо за спиной зверя. Она уже протянула руку. План был прост: схватить коня, остановить и, хорошенько вломив ему, вернуть Ли Ха Юль. Но прямо перед этим Пространство перед единорогом треснуло. Оно разошлось в стороны, открывая ослепительно белую пустоту, в которую единорог и сиганул. Пальцы Хон Ёнхва лишь мазнули по хвосту. Коснувшиеся ее руки волоски исчезли, и Пространство захлопнулось. Прямо перед ее носом. — А-а-а! Внутри все клокотало. Нерастраченные эмоции горели неполным сгоранием. В груди было тесно, хотелось немедленно что-нибудь разрушить. — Ого... Ты не на шутку разозлилась? Подоспевшая чуть позже Пэк Арин застала Хон Ёнхва, которая рычала, словно разъяренный пес. Хон Ёнхва обернулась. От ее жуткого взгляда, в котором кипела невыплеснутая ярость, Пэк Арин лишь пожала плечами. — Тише, тише... Успокойся. Кажется, ты слишком завелась. — А как мне не заводиться? Какая-то бешеная кобыла утащила моего ребенка! — Твоего... ребенка?.. Эм... В любом случае, остынь и подумай. Ха Юль-сси не из тех, кто проиграет какому-то единорогу. Пэк Арин, скрыв неловкость на лице, продолжила: — Его физические показатели, может, и ослабли, но остальные таланты никуда не делись, верно? У него есть Магия. Да он может выпустить целую ораву призраков и превратить все вокруг в руины. В крайнем случае, он мог бы просто выплеснуть Гэпхва и испепелить этого единорога к чертям. — Фу-ух... Я и сама это знаю. Хон Ёнхва прекрасно понимала доводы Пэк Арин. Хоть Ли Ха Юль и был призраком, он оставался могучим сверхчеловеком, сразившим Двуглавого ядовитого дракона. Теперь он стал настолько силен, что даже Хон Ёнхва не могла с уверенностью предсказать исход их боя в полную силу. И все же она бросилась в погоню, потому что это была ситуация, в которой нельзя просто стоять и смотреть. К тому же... — Тогда почему Ха Юль так беспомощно обмяк? Она видела, как Ли Ха Юль бессильно повис, когда его схватили за загривок. В голове мелькнула мысль: «Неужели он не успел среагировать?» — Даже с учетом этого, если бы хозяину грозила опасность, духи бы уже высыпали наружу. А то, что он обмяк... возможно, это как с котятами?.. — При чем тут вообще кошки? На лице Хон Ёнхва отразилось крайнее недоумение. Существует феномен: если взять котенка за шкирку, он замирает или успокаивается. Хон Ёнхва об этом знала. А Ли Ха Юль? Стоило единорогу вцепиться ему в загривок, как он вздрогнул и тут же обмяк. Это было мило. «...А ведь и правда похоже?» Возможно, это весьма полезный совет. Надо будет как-нибудь воспользоваться. Хон Ёнхва кашлянула, прочищая горло, и активировала голограмму на своих смарт-часах. Появилась карта, в углу которой пульсировала красная точка. — Это что? С любопытством заглядывая в экран, спросила Пэк Арин. — Местоположение Ха Юль. Хон Ёнхва отвела с совершенно невозмутимым видом, сверяясь с картой. Пэк Арин моргнула. — ...Ты что, поставила на него жучок? — Я установила приложение для обмена геопозицией на смарт-часы Ха Юль. — Э-э... А согласие ты получила? — Если попрошу — он разрешит. — Значит, не получила... — Ха Юль обязательно согласится. Нагло отрезала Хон Ёнхва и зашагала в сторону, где мигала красная точка. ◆ ◆ ◆ В последнее время я все чаще думаю о том, насколько же извилист мой жизненный путь. Чего я только не натерпелся. В большинстве случаев я сам совал голову в петлю, но иногда случались события, в которые я попадал совершенно невольно. Честно говоря, мне кажется, что я просто притягиваю неудачи. Разве моя жизнь не была тяжелой с самого детства? И даже после того, как я попал в этот мир, мне пришлось пройти через множество испытаний. Конечно, случались и моменты невероятного везения, будто на меня снизошла небесная благодать, но бед, кажется, было все же больше. На этом моменте я решил еще раз обдумать нынешнюю ситуацию. Можно ли сказать, что сейчас я стал жертвой злого рока? — Фр-р-ру? [Щекотно.] ...Спорный вопрос. Тяжело вздохнув, я погладил единорога, который терся головой о мое плечо. Хоть это и был всего лишь конь, он подрагивал уголками глаз, будто улыбаясь, и настойчиво тыкался в меня мордой. При этом кончик его рога время от времени невзначай покалывал мое тело. Больно не было. С двусмысленным выражением лица я погладил рог. Это был не тот единорог, что притащил меня сюда в зубах. Рог этого единорога, льнущего ко мне, был не величественным, а скорее крошечным — не больше моего кулака. Это был еще не повзрослевший жеребенок. Кожу немного покалывало. Я слегка активировал Наблюдение. Осмотрел единорогов, что обступили меня и пристально наблюдали. Место, похожее на гнездо, свитое из листьев и веток на манер постели. Оказавшись там вместе с жеребенком, я стал центром всеобщего внимания табуна. Их глаза сияли. В них читались непонятно откуда взявшиеся симпатия, Добрая воля и безграничное любопытство. Я с некоторым сомнением оглядел то, что находилось прямо передо мной. Передо мной высилась гора фруктов Вэнь. Это были подношения, которые единороги принесли мне в зубах. «Чего только в жизни не случается». Меня схватил единорог и похитил, притащив в свое подобие гнезда. Глубоко вздохнув, я коснулся голограммы. Отправив знакомым сообщение, чтобы они не волновались, я взял один фрукт и откусил кусочек. — Ам-ням-ням... Текстура оказалась приятной. К тому же фрукт был освежающим. С озадаченным видом я продолжал жевать. Наблюдение подсказало мне, что единороги почему-то выглядят весьма довольными. ◆ ◆ ◆ [Ктооо-нибудь посещал лекции по Общей боевой логике?][11] [Ищу младшекурсника, чтобы вместе пообедать в столовой][0] [Копье > Меч. Возражения принимаются только в формате дуэли][32] [Кто-то вырезал всех зеленых демонов в подземелье леса 3-23][6] [Ищу владельца планшета, оставленного в кафе на холодном побережье торгового района][16] ... [В ТОПЕ!][Во время лекции по противодействию и дрессировке монстров ворвался единорог, схватил студента-льготника и скрылся] [563] ---------- В тот миг внезапно появился единорог (2) [В топе!] [Во время лекции по укрощению монстров ворвался единорог, схватил зубами студента-льготника и сбежал] [563] [Автор: Красное лето 1] ... Резюме. Прямо посреди практики с потолка внезапно рухнул единорог, пробив дыру. После недолгого зрительного контакта со студентом-льготником единорог схватил его зубами и дал дёру. Наследники Адского Пламени и Чангэ в ужасе бросились в погоню за единорогом. ... — Красное лето 2: ? └ Красное лето 2: Сумасшедший. — Голубая весна 1: Сонбэ-ним, придите в себя. — Оранжевая осень 1: Уже период аттестации? Мне тоже тяжко. Держись. └ Красное лето 3: Сонбэ-ним, сейчас только первая неделя второго семестра... └ Оранжевая осень 1: Что-о-о? Не может бытьмнетакплохоитяжелокакаякчёртуперваянеделяэтобредкакойто └ Оранжевая осень 2: Ого, ну и перевод, лол. — Красное лето 3: Автор ходит по очень тонкому льду. └ Красное лето 1 (Автор): Да реально же, спросите кого угодно, тут куча свидетелей была. └ Красное лето 3: Фраза про то, что единорог его «схватил зубами», звучит как-то... сомнительно. └ Оранжевая осень 3: Ого. └ Красное лето 4: Руки прочь от голограммы! — Красное лето 5: Сонхён, не пиши ерунду, иди тренируйся. └ Красное лето 6: Это не я, сукин ты сын. └ Красное лето 5: О, и правда здесь. └ Красное лето 5: Я сказал, не строчи тупые комменты, а тренируйся. └ Красное лето 6: Ты больной, что ли? — Красное лето 7: Это правда? └ Синяя зима 1: Я единорог, и это чистая правда. └ Голубая весна 2: Сонбэ-ним, разве у выпускного курса нет дел поважнее? └ Синяя зима 1: Теперь даже в пабликах меня попрекают тем, что я бездельничаю. «Уже разлетелось...» Я с кислым мином листал голограмму. Стоило заглянуть на «Свободную доску», как передо мной посыпались посты, посвящённые моей персоне. В Сиёламе тоже есть своё закрытое сообщество. Оно реализовано в виде приложения для смарт-часов; я получил свои в Сиёламе, и приложение там уже было установлено. Я нечасто им пользовался. Тогда... то есть в то время, когда только поступил. Тогда вовсю муссировались сомнения по поводу моего зачисления на особых условиях, так что моё имя — хоть и без прямого упоминания, но всплывало постоянно. Постов было так много, что мне стало страшно их читать, и с тех пор я просто забыл о существовании этого приложения. Но вдруг вспомнил о нём и зашёл проверить — как оказалось, слухи о единороге уже успели разлететься. «Единорог, значит...» Единороги... Пожалуй, среди всех известных миру фантастических существ они, наравне с драконами, пользуются наибольшей славой. И в то же время встретить их вживую невероятно трудно. «Эх...» Я тяжело вздохнул и поднялся со своего места. — Пр-ру? Малыш-единорог, прикорнувший рядом, посмотрел на меня снизу вверх, словно спрашивая: «Ты куда?» Другой единорог, отдыхавший неподалёку... тот самый, что принёс меня сюда, тоже обернулся. И не только он. Единороги, что лежали на траве или грациозно прогуливались поблизости, разом уставились в мою сторону. «...А их тут немало». Когда они сбиваются в табуны по несколько десятков голов, это не так ощущается, но вообще-то во внешнем мире встреча даже с одним считается великой удачей — настолько это редкие создания... Я осторожно выбрался из своей колыбели. Хоть она и была наспех сплетена из травы и веток, лежать в ней оказалось на удивление удобно. — Пр-р-ру... Малыш-единорог прикусил мой рукав и принялся тянуть на себя. Делать нечего, я провёл рукой по воздуху: Пространство разошлось в стороны, и оттуда, подобно потокам Воды, хлынули Пятицветные духи. [Поиграйте с ним.] Я решил, что местная природа им отлично подойдёт, и выпустил духов. Самосознание у них слабое, но они любят природу, поэтому я частенько даю им волю. Малыш-единорог в мгновение ока оказался погребён под ворохом разноцветных огоньков. Похоже, ему понравилось: он довольно фыркнул и принялся играть, ластясь к духам. Оставив малыша, я принялся осматриваться. Заповедник единорогов... Следов пребывания человека здесь и впрямь было крайне мало. Те, что виднелись на земле, говорили о том, что люди заглядывают сюда от силы раз в месяц-два, да и то ненадолго и малым числом. На самом деле, бродить по окрестностям нужды не было. С помощью [Наблюдение] я прочесывал [Заповедник единорогов] вдоль и поперек. Однако я медленно шел по округе, решив совместить прогулку с циркуляцией маны. Пока я ковылял на своих коротеньких ножках, несколько единорогов поблизости начали крадучись следовать за мной. — Фр-р-ру... Я остановился. Единороги, шедшие позади, тоже замерли. Я сосредоточился. В мыслях возник образ, будто я перехватываю нити чужой воли, настойчиво стучавшиеся в мою голову. Мне передались эмоции и мысли единорогов. Это были сложные и неясные сгустки абстрактных помыслов, но благодаря [Настройка] они постепенно интерпретировались. Тревога и беспокойство... Ты куда... А вдруг поранишься... «С ума сойти». Я скептически склонил голову набок. Дожили, теперь даже от лош... от единорога такой взгляд получить. — Фр-р-ру... [А] [Не толкайтесь...] В конце концов, они и вовсе принялись понемногу подталкивать меня головами в спину, направляя к гнезду. Я пытался сопротивляться этой нелепости, но, не сумев совладать с их численным напором, в итоге был оттеснен к самому гнезду. В итоге спустя десять минут я вернулся в гнездо. «......» — Фр-р-ру Жеребенок единорога, окруженный Духами, приветственно заржал. . . . [У-у-уэ-э-э-э] [Щекотно] Внезапно поясница вздрогнула. По вытянутым ногам пробежала волна щекотки. А всё потому, что жеребенок единорога бесцеремонно положил голову мне на ноги и принялся о них тереться. [Тяжело] Я протянул руку и легонько постучал единорога по голове. — Фр-ру [Говорю же, щекотно...] Хоть он еще и кроха, но всё же единорог. А я сейчас человек... с отнюдь не нормальным телосложением. Из-за этого мои ноги оказались полностью придавлены. Боли я не чувствовал, но было немного тесно. Стоило мне пощекотать его по голове, намекая, что пора бы и честь знать, как единорог шумно выдохнул и недовольно мотнул головой. На моем лице застыло странное выражение. Символизм единорогов общеизвестен. Непорочность, чистота, целомудрие. И словно в подтверждение этому, сама энергия, исходящая от единорога, настолько прозрачна и чиста, что в ней едва ли можно найти хоть каплю примесей. К тому же, то ли благодаря какой-то уникальной способности, то ли еще чему, это удивительное существо умеет оценивать других по своему усмотрению и определять свое отношение к ним. И критерием для этой оценки, разумеется, служит тот самый символизм единорога. «Непорочность, чистота и... целомудрие?» Мое лицо приняло еще более скептическое выражение. Целомудрие... У этого понятия много граней, но в привычном понимании оно затрагивает довольно деликатные, если не сказать интимные стороны. Но применимо ли это ко мне? Насколько я знаю, единороги предпочитают женщин. Или я что-то путаю? «Даже не знаю...» Покачав головой, я вернулся к прерванному занятию. Я уже разослал знакомым сообщения, чтобы они не волновались. Что касается лекции... Надеюсь, её зачтут. Честно говоря, после такого происшествия я намерен решительно протестовать, если мне поставят прогул. А потому я не стал спешить с побегом и решил еще немного посидеть на месте. В каком-то смысле это была удача. Ведь не каждый день выпадает шанс применить Сенсорику к единорогу с такого близкого расстояния, даже не прибегая к Полномочию наблюдения. . . . Прошло немного времени. Обострив чувства, я детально задействовал Сенсорику, изучая ауру единорога, и с помощью Полномочия наблюдения досконально собрал о нем всю информацию. Одновременно с этим я запустил Синхронизацию... задействовав Тэсан, я начал вытягивать жизненную силу из окружения и впитывать её в себя. Тело затрепетало. Пустота внутри сменилась тягостным ощущением переполненности. Казалось, чьи-то руки вцепились в мои конечности и с силой растягивают их. «Кажется, вот-вот получится...» Еще немного, и я совершу рывок... но я никак не мог преодолеть невидимый барьер, чтобы продвинуться дальше. Управление жизненной силой через Тэсан. Похоже, мои упорные тренировки в одиночестве начали приносить плоды, и я постепенно замечал перемены... но ощутимого результата всё ещё не было. Я украдкой наблюдал за тем, как тренируется Ли Джиён, пытаясь собрать хоть какие-то крупицы информации, однако этого явно не хватало. «Может, всё-таки стоит попросить её напрямую, чтобы она показала, как управляет жизненной силой?» График уже был составлен. Со следующей недели должны были начаться мои занятия с Ли Джиён в качестве наставницы. Скорее всего, мы будем видеться раз в неделю... в лучшем случае — дважды. По крайней мере, так планировалось. Можно было бы встречаться и чаще, если согласовать наши мнения, но после каждой встречи приходилось писать отчёт, так что одного раза было вполне достаточно. «Если я скажу, что мне любопытно, она наверняка покажет». В конце концов, мы теперь наставник и ученик. Если я попрошу её об этом, сославшись на любопытство, она не откажет в демонстрации. К тому же, разве я не числюсь официально в реестре клана Адского Пламени? Клан Адского Пламени и клан Тэсан входят в число Трех Великих Семей и всегда тесно сотрудничали друг с другом. Даже когда я в прошлый раз посещал клан Адского Пламени, там было несколько человек, явно принадлежавших к Тэсан. Они знают друг о друге практически всё, так что скрывать им особо нечего. Я ведь не прошу демонстрировать какую-то особую Расширенную способность, так что в такой малости она мне вряд ли откажет. Мыслей было невпроворот. Наблюдение, Сенсорика маны, Тэсан в активном состоянии через Синхронизацию и управление жизненной силой. От всех этих сложных раздумий голова впервые за долгое время начала неприятно пульсировать. В последнее время я постоянно был в чьих-то объятиях, и головные боли почти не беспокоили, но стоило мне остаться одному, как мигрень вернулась. Пока я массировал переносицу, меня вдруг посетило странное чувство. Я осознал, что маленький единорог, который до этого вовсю ластился ко мне, внезапно притих. Я слегка активировал Наблюдение. Оказалось, малыш уже вовсю спал, устроив голову на моих коленях. То-то я перестал чувствовать движение. Он крепко зажмурился и мирно сопел, дыша глубоко и ровно. Вот уж воистину — жизнь у коня была просто сказочная. На моем лице отразилось крайнее недоумение. Я инстинктивно протянул руку и легонько потыкал пальцем в его рог. Никакой реакции. Несмотря на то что я трогал его драгоценный рог, маленький единорог даже ухом не повел, продолжая безмятежно пребывать в царстве снов. Рог для единорога — часть тела исключительной важности. Он не отпадает до самой смерти, настолько он прочен и глубоко укоренен. Существо этой породы в обычной ситуации тут же боднуло бы любого, кто посмел бы прикоснуться к его рогу... С чего бы ему так сильно мне доверять? С озадаченным видом я продолжал легонько постукивать по его рогу. Символом единорога, что бы ни говорили, является этот рог. Иными словами, рог единорога — это часть тела, олицетворяющая его уникальность. «У Двуглавого ядовитого дракона это были головы». Тот самый Двуглавый ядовитый дракон, которого я убил недавно. У него отсутствовала одна из голов, заключавшая в себе уникальность болезни. Из-за этого он не мог использовать способности, связанные с недугами. Стань он призраком с обеими головами... наверняка остался бы монстром третьего ранга, как и при жизни. «Уникальность...» Особенность, выделяющая особь среди прочих. То, что проявилось наиболее ярко и воплотилось в конкретном умении. То есть — уникальная способность. Внезапно мной овладело любопытство. Я осторожно протянул руку и коснулся рога маленького единорога. Ограничив область Наблюдения одним лишь рогом, я начал впитывать бесчисленные потоки плотных данных. Обострив чувства до предела, я принялся расшифровывать энергию, исходящую от ладони. Сбор данных продолжался. Я щедро задействовал Наблюдение и Сродство с маной. В голове возникла тупая боль — объем информации, хлынувшей в сознание, мгновенно превысил все пределы. Я начал проводить Настройку. Отсеивал лишнее, извлекал необходимое. Сопоставлял крупицы нужных сведений, превращая их в полезные знания. Постепенно записи накапливались. Это были записи Первоисточника. Синхронизация — это процесс изменения этих данных под себя с последующим их копированием. Любопытно. Смогу ли я скопировать функции этого рога, являющегося частью чужого тела? «Синхронизация...» — Хрусть! «...?!» Раздался странный звук. И донесся он вовсе не издалека. Совсем рядом... Источником звука был я сам. — Хруст-хруст!.. Звуки следовали один за другим. Нахлынуло странное чувство. Жуткое ощущение того, как растут кости и натягивается кожа. Внутри тела прошла отчетливая вибрация. — Фр-р-ру?! Маленький единорог, спавший у меня на коленях, внезапно распахнул глаза и уставился на меня. Остальные единороги тоже резко повернули головы в мою сторону и уставились на меня... нет, они пристально сверлили взглядом мой лоб. «...Лоб?» Я направил Наблюдение внутрь собственного тела. Там, под кожей лба, что-то настойчиво пыталось пробиться наружу. [?] Над моей головой всплыло бесчисленное множество вопросительных знаков. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Сродство с маной» демонстрирует Рост] [Уникальная способность «Сродство с маной» переходит в активное состояние] [Расширенная способность «Синхронизация» переходит в активное состояние] ... [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Встреча с единорогом» выполнен] [Квест «Сближение с единорогом» выполнен] [Квест «Укрощение единорога» выполнен] [Вы получаете очки] ... [Владыка Башни Настройки довольно сверкает глазами] [Владыка Башни Роста бросает на него предостерегающий взгляд, призывая к тишине] [Владыка Башни Настройки отводит взгляд] ... [Система коррекции игрока: Показатели] ▶ Состояние образа ... «Чистота» «Непорочность» «Целомудрие» ... ▶ Титул ... «Дитя, похищенное единорогом» ---------- В тот миг внезапно появился единорог (3) Чего только не довелось пережить Хон Ёнхва. И виной всему в большинстве случаев становился этот «золотой ребёнок», Ли Ха Юль. Не раз и не два он вдребезги разбивал её сердце. Стоило ей по крупицам собрать себя воедино, как следовала новая череда происшествий, вновь наносивших сокрушительный удар... Хоть он и причинил ей немало страданий, это стало для неё поводом для духовного роста. Если точнее — в плане терпения. Если раньше она, не в силах сдержаться, сразу пускала в ход кулаки, то теперь могла подавить этот импульс пять раз кряду, прежде чем сорваться. Убедившись, что Ли Ха Юль в безопасности, она не бросилась тут же громить заповедник этих конеголовых. Она проявила выдержку и спокойно доложила о ситуации. Лишь получив разрешение, Хон Ёнхва ступила на территорию заповедника единорогов. — Ничего особенного не вижу. Просто разграничили территорию? — Точных цифр не назову, но концентрация маны здесь высокая. Видимо, просто поддерживают среду и позволяют им жить на вольном выпасе. Элия и Пэк Арин пошли вместе с ней. Поскольку они были рядом в момент происшествия, разрешение получили на всех. Заповедник, куда они вошли под присмотром смотрителя, был окружён барьером, отделяющим его от внешнего мира. По ту сторону барьера расстилались луга, покрытые сочной зелёной травой, уходящей за самый горизонт. В основном это была ровная равнина, но кое-где виднелись гряды пологих холмов. — И смотритель даже не пошёл с нами? Не боится, что мы тут натворим дел? Пэк Арин, поглаживая подбородок, склонила голову набок, пока они шли к точке, отмеченной на голограмме. — Раз администрация дала добро, может, поэтому нас просто отпустили? — Даже с разрешением обычно приставляют сопровождающего. У нас, по крайней мере, так. Даже без злого умысла можно что-нибудь натворить... Да и это всё-таки монстры, так что в целях безопасности сопровождение — норма. — В семье Арин тоже выращивают монстров? — Да-да. Территории у нас огромные и труднопроходимые, так что многих приручаем для перевозки грузов. Я и сама на них часто ездила. Клан Чангэ действительно разводит монстров. Многие содержатся для исследований, но большинство особей предназначено для транспортировки. Внутри подземелий и Магических земель условия настолько суровы, что даже военная техника там малополезна. Для монстров хаотичные волны маны не помеха, и если их ранг достаточно высок, они с лёгкостью обходят любые транспортные средства, обладая при этом завидной выносливостью. К тому же владения клана необъятны, а ландшафт суров, так что мобильные средства передвижения там жизненно необходимы. — О-о... Я бы тоже хотела попробовать прокатиться! — Как-нибудь заходите в гости вместе с Ха Юлем. Подарю вам парочку. Только учтите, что у нас там довольно холодно. За разговорами они прошли какое-то расстояние, и вскоре вдали показалось несколько единорогов. Те поглядывали в их сторону настороженно, но с явным любопытством — похоже, бросаться в атаку они не собирались. — Тц... Вели бы себя так и раньше. Хон Ёнхва смотрела на них с явным недовольством. Она демонстративно цокнула языком и покачала головой. Сидели бы смирно в своём заповеднике, так нет же — приспичило им сбежать, цапнуть человека и дать дёру. Какого чёрта? Она сдерживалась лишь потому, что Ли Ха Юль вроде как не пострадал. Появись на нём хоть одна царапина — она бы уже выхватила оружие. — А может, они обознались? — В смысле? На ворчание Хон Ёнхва идущая рядом Пэк Арин негромко ответила: — Я про Ха Юля. Если судить по свойствам его маны, он почище любого единорога будет. Вот они и могли принять его за своего детёныша. — Да какое там «обознались»? Даже эти конеголовые не могли... Хотя... а вдруг? Хон Ёнхва в замешательстве склонила голову. Мана Ли Ха Юля в последнее время изменилась. Её цвет стал ослепительно белым, а чистота возросла многократно. Честно говоря, трудно было разобрать: мана это или сгусток первозданной Непорочности. Как раз то, от чего единороги без ума. Вполне логично, если они приняли его за сородича. Ну, или как минимум за существо одного с ними порядка. — ...Возможно? — Аура у него Чистая, душа Непорочная. Да и тело юное, Целомудренное — неудивительно, что единороги потеряли голову и утащили его. — Ну, в общем-то да... Стоп, блядь, что значит «Целомудренное»? Хон Ёнхва, озадаченно кивавшая до этого, резко вскинула голову. Пэк Арин удивлённо на неё посмотрела. — Ты чего взвилась? Опять-то что не так? — Откуда тебе знать, было у него что-то или нет, сука? — А? Ну, тело, вмещающее столь Непорочную ману, просто обязано быть Целомудренным. — ...А? — О чём это ты вообще подумала? Неужели... о том самом? На губах Пэк Арин заиграла ехидная ухмылка. Заметив в её взгляде смесь насмешки, озорства и торжества («попалась!»), Хон Ёнхва осознала свою оплошность и попятилась. Но Пэк Арин успела съязвить первой: — Какая пошлость... Совсем стыд потеряла. — Кха... Пострадавшая от морального удара Хон Ёнхва кое-как пришла в себя и продолжила путь. Заповедник единорогов был довольно обширным. Спустя некоторое время стали попадаться похожие на лежбища гнёзда. А вскоре вдали показался сбившийся в кучу табун единорогов. — Ва-а... Сколько же их там. — И правда, целое стадо. Кажется, в Сиёламе единорогов больше, чем во всём остальном мире. — Он там. Пробормотала Хон Ёнхва, глядя на голограмму. Красная точка была совсем рядом. Ли Ха Юль находился где-то там, среди единорогов. «Эх...» Внезапное похищение единорогом. Очередное происшествие, от которого сердце уходит в пятки, но вины Ли Ха Юля в этом... скорее всего, нет. Наверное. — Фр-р-ру! В этот момент. Со стороны табуна донеслось ржание, и что-то белоснежное взмыло в воздух. — Что это? Хон Ёнхва, подавив замешательство, потянулась к поясу. Она коснулась рукояти меча в кошеле подпространства, висевшем на ремне, но в тот же миг замерла. Её взгляд чётко сфокусировался на белом объекте. Это был единорог. Но совсем крошечный. Взрослые особи раза в три-четыре крупнее обычных лошадей, этот же был размером с пони. Да и рог у него был коротким и тупым по сравнению с рогами сородичей, способными пронзить десяток человек разом. Видимо, ещё детёныш. Увидев Ли Ха Юля, прильнувшего к спине этого жеребёнка, она невольно застыла. — ...Что за чертовщина... Ошарашенно прошептала Хон Ёнхва. Пэк Арин и Элия тоже во все глаза уставились на это зрелище. Покрытый сочной зеленью холм. Резво скачущий по нему жеребёнок... и вцепившийся в него Ли Ха Юль... У него не было ни седла, ни какой-либо упряжи, но он умудрялся держаться на удивление крепко. После пары прыжков единорога расстояние быстро сократилось. В какой-то момент жеребёнок перестал скакать и, мерно цокая копытами, направился к ним. Хон Ёнхва из последних сил удерживала ускользающее самообладание. Картина казалась нереальной, но Ли Ха Юль с поистине величественным видом приближался верхом на единороге. — ...Смотрю, тебе весело. Хм... у меня много вопросов, но давай сначала вернёмся и... Хон Ёнхва старалась говорить спокойно. — ...пого... во... рим...? Но, взглянув на Ли Ха Юля, она осеклась. Хон Ёнхва моргнула. Она усомнилась в собственном зрении. Всё было в порядке. Может, ментальное воздействие? Она всколыхнула своё Адское Пламя, выжигая из тела всё нечистое. Никакого воздействия не было. Завершив проверку, она открыла крепко зажмуренные глаза. Ли Ха Юль буквально светился. Вокруг него разливалась живая, яркая энергия, подобная сиянию восходящего солнца. И источником этого света был... рог, выросший прямо у него на лбу. «Это ещё что за хрень, блядь». Сознание Хон Ёнхва на миг помутилось. — Ёнхва! Голос, полный счастья и радости. Голос, принадлежащий Ли Ха Юлю. Это было непривычно. Хоть она и знала его голос не так давно, но никогда прежде не слышала его таким бодрым и живым. Вскоре Ли Ха Юль лучезарно улыбнулся и замахал рукой. Его серые глаза были широко распахнуты. — Ёнхва! Прелестный, милый облик, искреннее и оживлённое поведение, совсем как у ребёнка его лет... — Кха-а. Для Хон Ёнхва это зрелище оказалось слишком сильным потрясением. Она схватилась за грудь и согнулась пополам. ◆ ◆ ◆ Ему просто было хорошо. Иного объяснения не нашлось бы. Ли Ха Юль попытался провести Синхронизацию, основываясь на информации о роге единорога, и на его лбу вырос рог. Он этого не планировал. Он хотел скопировать функции, а не сам орган. Но рог вырос. Что-то с хрустом пробилось сквозь кожу на лбу. В тот миг вместе с появлением физического органа активировалась и одна из его способностей. Непорочность. Переход к простому и чистому образу мыслей, свободному от корысти и злобы. Прежде чем он успел это осознать, дремавшая внутри него Непорочность вырвалась наружу и поглотила разум. У Ли Ха Юля не было шанса сопротивляться. Ведь эта чистота изначально была его истинной природой. Он родился с таким характером. Однако несчастная жизнь насильно подавила его натуру. Ради выживания ему пришлось выстроить защитный слой из пессимизма и критического мышления. Но благодаря силе рога его истинная сущность пробудилась. [Счастье!] [Плыву по облакам] [Радость!] [Облегчение] [Рад видеть!] [Добро пожаловать!] Ли Ха Юль впал в состояние ребёнка, не знающего никаких фильтров. Ожерелье откровения беспрестанно щелкало, обнажая сокровенные мысли своего владельца. Это был парад по-детски наивных и очаровательных слов. К тому же он улыбался так беззаботно и чисто, кувыркаясь и играя в траве с жеребёнком... Зрелище было явно странным. И в то же время... невероятно трогательным и милым. Хон Ёнхва не выдержала и пала духом, так что на ногах остались лишь двое. — Ха Юль? Иди-ка сюда. Элия, стерев с лица странное выражение, позвала мальчика. Уши Ли Ха Юля дернулись. Он как раз тискал и щекотал жеребёнка, но тут же вскинул голову. И без малейших раздумий, весело топоча, подбежал к Элии. Хоть он снова зажмурился, но послушно подставил лицо, и Элия присела перед ним на корточки. Она протянула руку и погладила его по щеке. Ли Ха Юль принял её ласку без малейшего сопротивления. Напротив, он, довольно урча, сам прижался щекой к её ладони. [Приятно] [Счастлив] [Гладь ещё] [Тискай ещё] [Тепло] [Мягко] Ожерелье продолжало щелкать, без всякой цензуры выдавая его радостные мысли. От такой очаровательной реакции глаза Элии нежно сощурились. — Малыш, чему ты так радуешься? [Просто хорошо!] Ли Ха Юль ответил с лучезарной улыбкой. [Настроение супер] [Элия тоже нравится!] Выпалив всё это, Ли Ха Юль прыгнул прямо в объятия Элии. Элия, поймав внезапно влетевшего в неё мальчика, широко раскрыла глаза. Вскоре она почувствовала тепло и щекотку. Посмотрев вниз, она увидела Ли Ха Юля, который уткнулся лицом ей в грудь и увлечённо тёрся о неё. Рог на его лбу то и дело тыкался ей в грудь. Хоть он и был тупым и крошечным, это всё же был рог. Однако, на удивление, боли она совсем не чувствовала. — Ох... Она не понимала причин, но ей было безумно приятно, что ребёнок, который обычно так стеснялся, теперь с таким рвением льнул к ней. Выражение лица Элии смягчилось. С видом, полным материнской нежности, она крепко прижала к себе Ли Ха Юля, продолжавшего прятать лицо у неё на груди. [И-и-инь] — Ах, прости. Тебе больно? [Щекотно] [Покалывает приятно] Когда она коснулась его рога, он шутливо зашипел и ещё яростнее заерзал лицом по её груди. [Грудь?] [Мягкая] [Горячая] В этот момент. Ли Ха Юль вдруг наклонил голову и принялся ладошками ритмично мять верхнюю часть груди Элии. — Хе-хе. Щекотно. Элия, хихикая, заерзала. Его мягкие волосы кололи кожу, а горячее дыхание обжигало ложбинку между грудей. [Грудь огромная] [Как у коровы] Как у коровы. С одной стороны, слова звучали двусмысленно, но Элия, не обращая на это внимания, лишь погладила Ли Ха Юля по спине. От него не исходило ни капли похоти. Лишь чистая, младенческая реакция. Простое умозаключение: раз грудь большая, значит, как у коровы. Элия нежно улыбнулась и накрыла своей ладонью руку Ли Ха Юля, продолжавшего мять её груди. С озорным видом она легонько постучала по тыльной стороне его кисти. — Но ведь у коровы есть молоко? А у меня его пока нет. Я всё равно корова? [Нет молока?] [Тогда не корова...] [Люблю молоко] [Вкусное!] [Но сейчас невкусно...] — А-а? Уже невкусно? Так нельзя... Я ведь собираюсь в будущем тебя им вдоволь поить, так что не вздумай потом оставлять... Пробормотала Элия, в притворном замешательстве тиская Ли Ха Юля за щеки. — ...Звучит как-то странно. Слушавшая всё это Пэк Арин покачала головой и похлопала Элию по плечу. — Элия, Элия. Я тоже хочу обнять Ха Юля. — Ха Юля? Элия моргнула и перевела взгляд с Пэк Арин на Ли Ха Юля. — Хм-м... Немного подумав, Элия осторожно отстранила Ли Ха Юля от себя. [И-и-ик] [Не хочу уходить!] Ли Ха Юль отчаянно сопротивлялся. Он даже вцепился ей в груди, не желая отпускать, но после недолгой возни Элия подхватила его под мышки и подняла в воздух. [Пу-у...] Повиснув в воздухе, Ли Ха Юль набрал в рот воздуха и надул щеки. От этого демонстративного проявления обиды уголки губ Элии дрогнули. Ей безумно захотелось укусить эти надутые щечки. — Ха Юль? [?] Выражавший недовольство Ли Ха Юль повернул голову на звук своего имени. В радиусе действия всё ещё активного Наблюдения он почувствовал Пэк Арин, на лице которой застыла загадочная улыбка. — Иди ко мне? Пэк Арин широко развела руки. Её пышная грудь подалась вперёд. Весь её вид говорил о готовности принять его в объятия. Ли Ха Юль, который так охотно льнул к Элии, замер на месте. [Холодно] [Прохладно] [Стужа] — Хм? От неё веяло ощутимым холодом. И Наблюдение, и Сенсорика маны давали одно и то же ощущение. Казалось, стоит подойти ближе, и он тут же превратится в ледышку. Это вызвало своего рода отторжение. Он ненавидел холод. Терпеть не мог, когда температура тела падает. Ему нравилось тепло человеческого тела. Он чувствовал неприязнь к энергии холода Пэк Арин. Он боялся Пэк Арин, которая в оригинале пронзила Игрока. Но была ли ему неприятна нынешняя Пэк Арин? Разум Ли Ха Юля, погружённый в состояние Непорочности, заработал. Он прокрутил в голове воспоминания с момента прибытия в Сиёлам. Одно за другим всплывали события, когда Пэк Арин помогала ему. Их было великое множество. — У-у-унг... Рог запульсировал. От него исходила мелкая дрожь, активируя уникальную способность. Рог единорога инстинктивно распознаёт истинную натуру собеседника и выносит собственное суждение. — ...... Поколебавшись мгновение, Ли Ха Юль двинулся с места. Он мягко подошёл и нырнул в объятия Пэк Арин. Прохладная, но пышная плоть прижалась к его лицу. С неоднозначным выражением лица Ли Ха Юль уткнулся в эту плоть. — О? Пэк Арин, ожидавшая его решения, удивлённо воскликнула. Видимо, теперь они доросли хотя бы до объятий. Лучезарно улыбнувшись, Пэк Арин положила руку на голову Ли Ха Юля. ◆ ◆ ◆ [У Арин тоже нет молока?] — Позже, наверное, появится. ◆ ◆ ◆ — ...Младший, у вас что-то случилось? Ли Джиён, на лице которой читалось явное замешательство, спросила, вглядываясь в моё лицо, и я отчаянно затряс головой. [Нет] [Всё в порядке] [Ничего не случилось] [Ничего] [Правда] — А, да... Хорошо. Видя такой яростный отпор, Ли Джиён неуверенно кивнула. По её лицу было ясно, что она не верит ни единому слову, но я насильно сменил тему разговора. Что случилось? Я коснулся лба. Ничего. Ни следа. У меня отродясь не было рогов. У людей... да и у фейри не бывает такого органа, как рог. А значит, ничего и не было. — Ха Юль? Хорошо спалось? Вот, выпей стакан молока. Ничего не должно было быть... — Это? Самое лучшее молоко. Я дам его тебе вместе с ттоком, так что съешь всё с аппетитом на обед, хорошо? Эти воспоминания не могут быть правдой... — ...Ха Юль, так нельзя вести себя с другими. Так что немного потерпи. Хорошо? Я понурил голову, побледнев как мертвец. Как же я себя ненавидел. — Хлюп... Я откупорил бутылку и сделал глоток. Белоснежная жидкость тонкой струйкой потекла в рот. Она была тёплой. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Показатели] ▶Психологическое состояние 「Отрицание」 「Самоуничижение」 「Отчаяние」 「Желание」 「Импульс」 「Страх」 ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●●○○ (81 ▷ 82/100) 「Симпатия」 「Благодарность」 「Корова?」 「Цыплёнок」 「Сожаление」 「Вина」 Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●●○○○ (69/100) 「Энергия холода」 「Симпатия」 「Вопрос」 「Смятение」 「Корова?」 「Вина」 ---------- Дети действительно быстро растут (1) Настал день менторства, о котором мы договорились с Ли Джиён в прошлый раз. Местом встречи выбрали обычное кафе. Раньше я не понимал, почему люди так стремятся встречаться именно в кафе, но стоило самому назначить встречу, как выяснилось — нет места более подходящего. Летом там прохладно, зимой — тепло. Есть где присесть, а если проголодался или захотел пить, можно сразу заказать еду или напитки. Найти кафе тоже не составляло труда, так что встретиться там, чтобы потом отправиться по делам, было удобнее всего. — Дзинь-дзинь. Стоило открыть дверь и войти, как на меня хлынул поток холодного воздуха. Погода стояла уже по-летнему жаркая, поэтому кондиционеры везде работали на полную мощь. Снаружи и впрямь было душновато. Наслаждаясь прохладой, я зашагал вглубь зала под перекрёстными взглядами посетителей. Ли Джиён заняла место на первом этаже у окна, куда заглядывало солнце. Если бы мы планировали долгую беседу, стоило бы заказать отдельный кабинет, но поскольку мы собирались сразу уходить, то с комфортом устроились на первом этаже. Я запрыгнул на стул напротив Ли Джиён. Она, подперев подбородок рукой и разглядывая пейзаж за окном, повернула голову. Её зелёные глаза уставились на меня. — Вы рано. Доброе утро, младший. Ли Джиён широко распахнула глаза. Она выглядела слегка растерянной, но затем едва заметно помахала рукой. [Да] [Здравствуйте, старшая] Я вежливо кивнул и с помощью «Наблюдения» осмотрел Ли Джиён. В этот раз цвет её лица был куда лучше. По крайней мере, она уже не выглядела как живой мертвец, каким была при нашей прошлой встрече. Сейчас её можно было принять разве что за просто уставшего человека. Похоже, ей удалось в какой-то мере отбросить чувство вины передо мной, и её поведение стало вполне обычным. Конечно, при детальном наблюдении можно было заметить, как она странно косится на меня или вздрагивает, но это было в пределах допустимого. Для меня, напрочь лишённого общительности, способной расшевелить пребывающую в унынии Ли Джиён, это было только в радость. — Младший, у вас что-то случилось? Вы неважно выглядите... Пока я, изучая цвет лица Ли Джиён, мысленно кивал своим мыслям, она сама, явно обеспокоенная, задала встречный вопрос. Случилось ли что-то? Достаточно было услышать шепотки о «единороге», доносящиеся со всех сторон, чтобы понять — со мной определённо что-то произошло. Однако Ли Джиён, скорее всего, спрашивала о другом... почему моя кожа сияет, словно молоко, и в то же время на лице лежит какая-то мрачная тень. Почему же... Уголки моих губ дрогнули. На лбу само по себе возникло странное ощущение. «Синхронизация», воплотившаяся в неожиданном направлении из-за того, что я коснулся её из любопытства. Попытка исправить всё слишком поздно, когда нечто, вырвавшееся изнутри, уже поглотило разум. Воспоминания, которые я так старался похоронить... нет, это заблуждение вновь подняло голову. Перед глазами пронеслась панорама образов. Как я с глупой улыбкой лип к людям, капризничал и вредничал, словно ребёнок, требовательно хватался за чужую одежду, прижавшись к груди, и искал какую-то чёртову корову... Невероятно невоспитанное, сопливое поведение... И эти похабные речи... И те двусмысленные взгляды окружающих, пристально наблюдавших за мной... Меня посетило непреодолимое желание залезть в петлю. ◆ ◆ ◆ [Нет] [Всё в порядке] [Ничего не случилось] [Ничего] [Просто ничего] [Честно] — А, да... Поняла. Увидев моё яростное отрицание и то, как моё лицо меняет цвета, словно светофор, Ли Джиён с сомнением кивнула. Словно разгадав мои мысли, она не стала развивать эту тему. Я был крайне доволен. С самого утра меня нещадно дразнили. Я ни за что не хотел ворошить эти воспоминания... Мрачно ворча про себя, я достал термос, принесённый из дома, открутил крышку и припал к нему губами. Белоснежное молоко наполнило рот. Должно быть, из-за того, что оно было прохладным, оно легко проскользнуло в горло. ◆ ◆ ◆ Стихийный подход Сиёлама к обучению проявился и в системе менторства. Начиная с подбора пар между старшими и младшими курсами — всё это возлагалось на самих курсантов. Академия даже не выступала посредником. Поэтому курсанты сами создавали сообщества или группы для поиска партнёров. Из-за этого в этот период первокурсники и второкурсники суетливо сновали повсюду, выискивая себе менторов или менти. Вот почему в кафе было так многолюдно. Те, кто нашёл пару, обсуждали графики или уже вовсю занимались, как мы, а те, кому не повезло, всё ещё продолжали свои поиски. Первокурсники искали выдающихся старших, которые могли бы многому научить и дать ценные знания. Второкурсники искали послушных младших, обучение которых принесло бы пользу и им самим. Так они и бродили, присматриваясь друг к другу и подавая заявки. Если обе стороны принимали предложение, они официально регистрировались как ментор и ученик. Никаких строго установленных правил обучения не существовало. Не было и условий по предметам изучения. Хочешь изучать боевые искусства — изучай их, хочешь магию — пожалуйста. Призыв, металлургия, алхимия и любые другие навыки тоже подходили. Нужно было просто изучать то, что обе стороны хотели преподавать и осваивать. Главное — вовремя составлять и сдавать отчёты о процессе и результатах, и тогда за это щедро начисляли баллы. В каком-то смысле это была отличная система, где баллы давали чуть ли не за одну посещаемость. — Вы хотите изучать Тэсан? Я хотел изучать Тэсан. Тэсан — это ключевая способность, которая поможет мне укрепить тело и продлить жизнь. Среди моих знакомых Ли Джиён — единственная, кто пробудил Тэсан, и она же лучше всех им владеет. Иметь такого человека в качестве ментора и не изучать Тэсан было бы верхом глупости. — Тэсан, значит... Услышав мою просьбу, Ли Джиён задумчиво промычала. [Это будет неуместно?] [Я не претендую на секреты семьи] [Мне просто любопытно, как Тэсан функционирует в своей основе] Тэсан — это уникальная способность, передающаяся от основателя рода. За долгие годы исследования этой способности накопилось множество материалов. Благодаря этому потомкам стало легче осваивать её и практиковаться, но из-за утечки информации стали известны и способы противодействия, и слабые места. Конечно, уникальные способности Трёх Великих Семей настолько мошеннические, что даже зная их слабости, ты всё равно получишь по лицу... Но всё же утечка информации вряд ли кого-то радует. — Нет-нет. Это не проблема. Просто... Ли Джиён покачала головой, отрицая свои сомнения, и мельком взглянула на меня сверху вниз. Её взгляд, устремлённый на меня, был крайне сложным. Он напоминал водоворот, в котором кружились самые разные чувства и мысли. — ...Хорошо. Я согласна. В конце концов, основы управления — это общедоступная информация. [Правда?] [Благодарю вас] Я просиял и выразил свою благодарность. Поскольку управление жизненной силой в любом случае входит в базовые принципы, я решил попросить её продемонстрировать именно это. Увидев, как изменилось моё лицо, Ли Джиён вздрогнула и, подняв один палец, добавила: — Взамен вы тоже покажете мне своё Адское Пламя. [Да] [Хорошо] Это было ожидаемое требование. Тэсан и Адское Пламя — равнозначные уникальные способности Трёх Великих Семей, так что взаимная демонстрация в рамках обмена опытом принесёт пользу обоим. ◆ ◆ ◆ Куй железо, пока горячо. Раз план был намечен, мы с Ли Джиён арендовали ближайшую тренировочную зону. — Младший, что вы знаете о Тэсане? Ли Джиён спросила это, лениво постукивая носком сапога по земляному полу. Мы пришли на открытую тренировочную площадку для наглядной демонстрации Тэсана. Конечно, для способностей уровня Тэсана закрытое помещение не было бы помехой, но существовал риск разрушить здание, поэтому мы вышли на улицу. [Мне рассказывали об основах] — Тогда для начала я покажу вам демонстрацию и дам пояснения. С этими словами мана Ли Джиён пришла в движение. Ядро, расположенное в районе сердца, запульсировало. С каждым пульсом из ядра вырывалась мана со свойством, которое следовало бы назвать энергией земли. Уникальность, заложенная в Ли Джиён, начала стремительно раздуваться. Вырвавшаяся энергия земли образовала горный хребет, тянущийся до самого горизонта, — высокую и величественную гору, чьи пики, казалось, пронзали облака в небесах. — Фух... Для начала, на стадии запуска, примерно так? Вы чувствуете это своей способностью к сенсорике? Тяжело выдохнув, Ли Джиён мельком взглянула на меня. [Да] [Прекрасно чувствую] Я кивнул. Ещё до начала запуска я вовсю изучал Ли Джиён с помощью «Полномочия наблюдения». К тому же я максимально обострил свои чувства, проецируя их на неё. Благодаря этому я смог в мельчайших деталях ощутить процесс запуска Тэсана. — Тэсан можно разделить на три основные способности, — начала объяснение Ли Джиён. — Усиление физических способностей, власть над землёй и манипуляция жизненной силой. Во-первых, усиление физических способностей... Оно слишком распространено, нужно ли его объяснять? Если сравнивать, то по своей природе оно отличается от Адского Пламени. Ли Джиён шевельнула пальцем. Тотчас из земли у её ног выскочил камень размером с кулак. Она подхватила его и сжала. — Физическое усиление Тэсана специализируется на защите и выносливости. Большинство атак не оставят на теле даже царапины, а если рана и появится, она быстро затянется благодаря естественной регенерации. Расход маны крайне мал, так что эффект можно поддерживать очень долго. Хрусть... Её пальцы впились в камень, словно сминая кусок тофу. — Адское Пламя сильно своей мгновенной мощью. В плане разового импульсного удара Адское Пламя впереди... Ах, впрочем, не мне объяснять это владельцу Адского Пламени. [Я внимательно слушаю] — Рада это слышать, — Ли Джиён неловко пожала плечами. — Следующее — управление землёй. Грохот... Прямо рядом с ней из земли вырос ком грязи. Колыхаясь, словно слайм, он постепенно начал обретать форму. Коротко завязанные сзади волосы, овальное лицо и извилистые линии тела под ним. Это была земляная фигура, принявшая облик Ли Джиён. — Примерно такая способность. Стихийная сила, позволяющая подчинять и контролировать то, что заложено в земле. Ли Джиён похлопала по плечу земляную статую, имитирующую её саму. Статуя, на которой была воссоздана даже одежда, не передавала цвета, но при внешнем осмотре детали почти полностью совпадали с оригиналом. — Как и подобает стихийной способности, возможно и созидание. Она небрежно отбросила раздавленный камень и подняла одну руку. Мана сконцентрировалась в её ладони и превратилась в мелкий песок. Когда она сжала кулак, песок посыпался сквозь пальцы. — Конечно, в большинстве случаев это не навсегда, да и эффективность так себе. Особенно при масштабном использовании лучше брать готовую землю из-под ног. Власть над землёй. Символическая способность, которая первой приходит на ум при упоминании Тэсана. — И последнее — манипуляция жизненной силой... И вот, наконец, прозвучал тот раздел, который я ждал. Я сосредоточился ещё сильнее, внимая объяснениям Ли Джиён. Заметив мою реакцию, она мельком взглянула на меня. — Тут мне трудно что-то объяснить. Не потому, что я не хочу рассказывать, а потому, что нет подходящего способа для объяснения... [Не беспокойтесь, я так не думаю] — Да... спасибо, — ответила Ли Джиён с каким-то обременённым, но в то же время загадочным выражением лица. — На самом деле, некромантия тоже опирается на манипуляцию жизненной силой. Это концепция распознавания жизненной силы и управления призраками через посредничество земли... Хм... Ли Джиён погрузилась в раздумья, издав тихий стон. Хотя она и сказала, что ей трудно, было видно, что она старается объяснить как можно проще. «Она очень старательно учит». То ли она сама по себе такой добрый человек, но она из кожи вон лезла, чтобы подробно разъяснить то, что можно было бы пропустить. До сих пор её объяснения были очень точными и понятными. К тому же она поведала о важных нюансах, которые вовсе не обязана была раскрывать, так что я накопил приличный багаж знаний, который пригодится мне при использовании Тэсана. И всё же я всё ещё был неопытен в обращении с ним. Адское Пламя я скопировал первым, изучил множество материалов в клане Адского Пламени и под их руководством научился мастерски им владеть. О Чангэ у меня не так много знаний, но я опираюсь на опыт, полученный во время тренировок с Пэк Арин, и на советы, которые она время от времени подбрасывает. Если я продолжу собирать информацию о Тэсане от Ли Джиён, то когда-нибудь смогу мастерски овладеть и им. — Младший, есть один способ... [Какой?] — Хм... Ли Джиён замялась. Казалось, её мучает совесть, но, мельком взглянув на меня, она произнесла: — Это... метод, при котором мы беремся за руки, и я вливаю в вас ману и жизненную силу. В моей семье учили именно так. Жизненную силу трудно понять из любых объяснений, пока не почувствуешь её сам. «Это точно». Я и сам мало что знал о жизненной энергии, пока не распознал её с помощью Тэсана. Я смутно ощущал, как из тела исчезает что-то важное... но не знал, что это и есть жизненная сила. — Конечно, это немного опасно... [Прошу] Я кивнул и протянул руку. Разумеется, сейчас я уже распознаю жизненную силу. Но говорить об этом прямо было бы неловко, поэтому я последовал совету Ли Джиён. Заодно я планировал понаблюдать за тем, как она управляет жизненной силой. — Э-э... [?] Ли Джиён в растерянности захлопала глазами. Я мельком взглянул на свою руку. Это была нормальная рука, а не протез. В чём же дело? Она смотрела на мою протянутую ладонь с таким видом, будто оказалась в крайне затруднительном положении. Спустя мгновение Ли Джиён, словно решившись на что-то, с суровым лицом заговорила: — ...Младший, нельзя так легко протягивать руку другим людям. Меня внезапно отчитали. [Что за нелепица] Я был в полнейшем недоумении. Сама же попросила. — Позволять чужой мане вмешиваться в своё тело — это очень опасно. Должно быть, это отразилось на моем лице. Ли Джиён замялась, но всё же продолжила: — Если принятая мана вдруг взорвется внутри, ваши цепи и ядро могут превратиться в кашу. В лучшем случае останетесь калекой, в худшем — мгновенная смерть. [Вы собираетесь меня убить?] — Нет? Я никогда так не поступлю, но вдруг кто-то другой... [Я верю вам, старшая] Её размеренная речь оборвалась. Ли Джиён ошарашенно моргнула. По её лицу было видно, что она не ожидала услышать такие слова. — ...Почему вы мне верите? Мы ведь знакомы совсем недолго. [Мы ведь вместе сражались в Китае] [Вы хороший человек] На самом деле причина была не только в этом. Я и впрямь считал встреченную мной Ли Джиён хорошим человеком, но знания из оригинала тоже служили доказательством. Конечно, всегда есть вероятность, что кто-то, подобно Пэк Арин, ударит в спину в самый ответственный момент. И на случай такого предательства я тоже подготовился. К тому же, пусть это и звучит самонадеянно, даже если Ли Джиён попытается внедрить ману в моё тело и что-то провернуть, я смогу мгновенно это подавить. Обладая «Сродством с маной», я могу подавлять противника за счет превосходства в базовом контроле маны. Я уже достиг того уровня, когда мог показывать зубы в спаррингах с Учителем. Конечно, когда Учитель доставал «Белую ночь» и начинал действовать всерьез, меня быстро втаптывали в грязь. Так или иначе, крупица этой уверенности, немного знаний из оригинала и несколько капель понимания характера Ли Джиён, полученного при личном общении... Примерно такой коктейль я передал через ожерелье. — Э-э... Кхм! Спасибо... что верите мне. Ли Джиён, не переставая моргать, вдруг вздрогнула. Сразу после этого она, словно проверяя мою реакцию, неловко кашлянула и осторожно протянула руку. — Тогда... возьмемся за руки? Я введу внешнюю жизненную силу и пущу её по кругу. Постарайтесь обострить чувства и ощутить её. [Да] Я взял Ли Джиён за руку. Честно говоря, из-за разницы в размерах правильнее было бы сказать, что это она взяла меня за руку. Вскоре я почувствовал, как в моё тело проникает жизненная сила. ◆ ◆ ◆ Ли Джиён приоткрыла глаза. В черную пустоту ворвался свет. Вскоре перед ней предстал белокожий маленький ребенок. Это был Ли Ха Юль, который, держа её за руку, старался распознать жизненную силу. Он не шевелился. Можно было ожидать хотя бы малейшей дрожи, но он замер неподвижно, словно изваяние, лишь его грудь мерно вздымалась и опускалась при дыхании. Процесс распознавания жизненной силы... Честно говоря, затея была почти безнадежной. Почти никогда не случается так, чтобы человек распознал жизненную силу только потому, что её и ману насильно впихивают в его тело для стимуляции. Если бы это работало, она бы уже обучила этому всех подряд. Изначально этот метод применялся в семье Тэсан для тех, кто уже пробудил эту способность. Поскольку у владельцев Тэсана распознавание жизненной силы идет в «базовой комплектации», после некоторой стимуляции они быстро начинают её чувствовать. Для всех остальных это, по сути, бесполезная трата времени. — На месте взрыва, где был уничтожен Двуглавый ядовитый дракон, обнаружены следы Тэсана. Это свидетельство Ли Сона, который был туда направлен. Учитывая его способности, это вряд ли бред. Для всех остальных это пустая затея. — Тот исключительный первокурсник... Ли Ха Юль. Это он устроил тот взрыв. Понимаешь, что это значит? Но для владельца Тэсана... для новичка, который только-только пробудил силу, это будет полезно. Ли Джиён странным взглядом смотрела на Ли Ха Юля. — [Я верю вам, старшая] «......» Глаза Ли Джиён, смотрящие на Ли Ха Юля, наполнились чувством вины. Она чувствовала себя грешницей из-за того, что невольно обращала внимание на то, какая у Ли Ха Юля белая и мягкая рука... «Нет, сначала жизненная сила...» Ли Джиён тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Вина виной, но сначала нужно понемногу вливать жизненную силу, чтобы стимулировать его чувства. Если он и впрямь обладает Тэсаном, то результат может появиться. Чтобы влить жизненную силу, нужно сначала распо... знать... его собственную... ... ...? «Что это... такое?» Рот Ли Джиён невольно приоткрылся. Информация, поступающая через соприкосновение рук, была странной. Чтобы влить жизненную силу в Ли Ха Юля, она попыталась ощутить его собственную. Жизненную силу другого человека не так-то просто распознать и вмешаться в неё. Поэтому потребовалось время, и только сейчас она смогла заглянуть внутрь. «Её нет». Нет. Совсем. Внутри пустота. Первозданная энергия, которой должно обладать живое существо, иссохла. Нет, есть более точное выражение. Жизненная сила истощена настолько, что едва виднелось дно. Словно он мог испустить дух в любую секунду... «......» Лицо Ли Джиён стало мертвенно-бледным. ---------- Дети действительно быстро растут (2) «Так вот как это работает на самом деле. Немного отличается от маны». Я максимально обострил свои Полномочия и чувства, наблюдая за Ли Джиён. Моё внимание было сосредоточено на манипуляциях жизненной силой. Я накапливал данные. Тщательно Наблюдал и фиксировал каждую деталь, не давая ни единому нюансу ускользнуть. Жизненная сила, которой управляла Ли Джиён, текла удивительно плавно. Она вытягивала жизненную силу из земли и пускала её по кругу внутри тела. В процессе этого естественным образом активировались физические способности и регенерация. И без того чудовищные физические данные и восстановительные силы Ли Джиён, обусловленные техникой Тэсан, становились ещё мощнее. Напитавшись жизненной силой, активировав тело, облачившись в доспех Тэсан и Ганги, Ли Джиён в бою превращалась в авангард, истинно достойный звания «неприступной крепости». Она не зря выжила в схватке с тем Двуглавым ядовитым драконом (призраком), сдерживая его и принимая удары на себя. Даже в оригинале невозможно было найти танка, равного Ли Джиён. «Хорошо, что я попросил её о помощи. Если бы пытался разобраться сам, не успел бы до входа в Башню». Я мысленно восхитился. Говорят, манипуляция жизненной силой — самая сложная часть техник Тэсан, но Ли Джиён управлялась с ней на удивление искусно. Даже на мой взгляд, такого уровня невозможно достичь без выдающегося таланта и колоссального опыта. То же касалось и базового применения Тэсан, которое я наблюдал мгновением ранее. Она управляла землёй так же свободно, как собственными руками и ногами. Множество призраков, поднятых из почвы, двигались быстро и точно, беспрекословно подчиняясь её командам. И даже в разгар столь сложного процесса сама Ли Джиён могла без малейших проблем продолжать бой. Блестящий талант и титанический труд. Без любого из этих компонентов невозможно было бы достичь такого мастерства. Это искусство разительно контрастировало с её образом вечно принижающей себя тихони. «Хотя, учитывая обстоятельства, её можно понять...» Хоть это и была информация из оригинала, причины низкой самооценки Ли Джиён казались вполне логичными. Двое её младших, с которыми она была близка, считались обладателями беспрецедентного таланта — их называли не иначе как «воплощениями основателя». Ли Джиён до их уровня не дотягивала. Талант у неё, несомненно, был, но если судить лишь по врождённым задаткам, она не шла с ними ни в какое сравнение. Если быть точным, в семье Тэсан титул «воплощение основателя» носила вовсе не Ли Джиён. «Кажется, на данный момент сильнейшим среди глав семей был именно глава Тэсан?» Ли Джи А, одиннадцатая глава семьи Тэсан. И, по совместительству, родная мать Ли Джиён. Объектом восторженных похвал и тем самым «воплощением основателя» была её мать, а не она сама. Близкие младшие-гении и холодная, бесчувственная мать. Оказавшись в таком окружении, Ли Джиён вполне могла начать принижать собственные способности. Ведь подобные оценки всегда относительны. Сколько бы окружающие её ни хвалили, сама она этого не чувствовала. «Как бы то ни было, до входа в Башню я успею что-нибудь предпринять». С каждым новым фрагментом знаний о манипуляции жизненной силой в глубине моего сознания словно вспыхивала лампочка. Огромный массив накопленных данных связывался воедино, порождая новые выводы. Скоро смутные догадки постепенно переросли в твёрдую уверенность. «Тело можно вернуть в норму». Я был в этом уверен. Возможно, будет непросто, но этот путь — верный. «Наконец-то...» Я смогу избавиться от этого нелепого туловища. Короткие ручки-ножки, крошечное тельце... неудобств было хоть отбавля. А главное — как же странно ко мне относились окружающие! Элия твердила, что вместе с телом помолодел и мой разум, и хотя такое отношение было мне не то чтобы неприятно... скорее даже, я чувствовал себя Счастливым... но всё же это было как-то неправильно. В любом случае, я смогу восстановить тело. Именно в этот миг радостных раздумий всё и случилось. [?] Меня дёрнули за руку. Грубая сила резко потащила моё тело вперёд. Виновницей была Ли Джиён, всё это время державшая меня за руку. Я беспомощно последовал за её рывком. Она порывисто притянула меня к себе и внезапно крепко обняла. Я почувствовал щекой мягкую ворсистую ткань её одежды, а сквозь неё — нежность и Тепло её кожи. Силы покинули моё тело... Нет, нельзя же так расслабляться. Едва не обмякнув по привычке, я вовремя опомнился и задёргался. [Недоумение] [Испуг] [Растерянность] [Нет, чт... что это] [Что вы делаете?] Спросил я в полном замешательстве. Сначала я хотел немедленно вырваться, но лицо Ли Джиён выглядело пугающе. Она то бледнела как полотно, то становилась мрачнее тучи. Лицо её шло пятнами — то желтушными, как у больного, то синюшными. Она выглядела как человек, стоящий на пороге смерти. — По... подожди. Подожди секунду... одну секунду... Ли Джиён запиналась. Ей было трудно говорить, слова прерывались, она словно умоляла о чём-то, но её действия не ждали моего ответа. Она обхватила меня обеими руками. Одной рукой зажала талию, другой прижала мою голову, буквально зарывая меня в своих объятиях. Жар от её тела усилился. Мы были на улице, кондиционеров здесь нет, и от такой тесноты температура, казалось, подскочила до предела. «Что за чертовщина». Ситуация была внезапной и... крайне неловкой. Пока я раздумывал, не стоит ли мне вырваться силой, жизненная сила в земле под нами яростно всколыхнулась. Причиной снова была Ли Джиён. Жизненная сила буквально выжималась из почвы и бурным потоком устремлялась вверх по ногам стоящей на ней Ли Джиён. Земля вокруг, лишившись энергии, пошла трещинами, словно в лютую засуху. Трава, пустившая здесь корни, пожелтела и поникла. Ли Джиён не обращала на это внимания. Словно не видя ничего вокруг, она лихорадочно собирала жизненную силу, прогоняла её через себя и медленно переливала в меня, прижатого к её груди. Несмотря на явную спешку, она действовала предельно осторожно, направляя поток энергии. Некоторое время этот процесс повторялся. Ли Джиён вытягивала жизненную силу и вливала её в меня. Поняв, что её действия не несут угрозы, я замер и стал ждать. — Х-а-а... Вскоре вливание прекратилось. Ли Джиён с шумом выдохнула застоявшийся в лёгких воздух. Словно лишившись сил, она опустилась на землю, тяжело и часто дыша. Капля холодного пота сорвалась с кончика её волос, а грудь высоко вздымалась и опадала в такт судорожным вдохам. [...Что это сейчас было?] — Хяк?! Мне, зажатому в её объятиях, было крайне неудобно. К тому же её дыхание, щекочущее макушку, раздражало. Когда я, не выдержав, тихо задал вопрос, Ли Джиён вздрогнула и замерла. Хвать... Хватка её рук стала ещё крепче. Когда я постучал её по боку, намекая на слишком сильные объятия, она наконец посмотрела на меня сверху вниз. Её зелёные глаза моргнули. Затуманенный взгляд вновь обрёл ясность. — Ах... Ли Джиён тупо уставилась на меня. Затем её взгляд принялся лихорадочно ощупывать каждый сантиметр моего тела. Настолько тщательный осмотр, будто она искала признаки повреждений. Лишь спустя долгое время она облегчённо и глубоко вздохнула. Совершенно непонятная реакция. [Я спрашиваю, что случилось] — Хяк! Видя, что она снова молчит, я ткнул её указательным пальцем в бок. Ли Джиён втянула плечи и взвизгнула. Вообще-то, это мне хотелось кричать. Хотя за такое меня бы тут же покарало Проклятие безмолвия. Тычок в бок сработал безотказно. Ли Джиён, витавшая где-то в своих мыслях, наконец-то обратила на меня внимание. [Объяснитесь] На мой краткий вопрос её веки мелко задрожали. — А, а? Это... а! Да, точно! Всё из-за вливания жизненной силы! [Что?] Ли Джиён, до этого бегавшая глазами и тянувшая с ответом, вдруг выпалила это с восклицанием. [Вливание жизненной силы?] — Да, да! Как я уже объясняла, для того чтобы тянуть или передавать жизненную силу, необходим физический контакт. А при обмене энергией между людьми площадь соприкосновения тел должна быть как можно больше! [Вы же только что говорили, что достаточно держаться за руки?] — Э-э... я тут прикинула и решила, что этого будет недостаточно... [Тогда зачем было так внезапно меня хватать?] — Э-это... Глядя на то, как Ли Джиён нелепо оправдывается, вращая глазами, я мысленно недоумевал. «Что же это всё-таки было?» Она явно что-то скрывала, но я не мог понять, что именно. Злого умысла я не чувствовал, скорее наоборот — она искренне хотела помочь... Для начала я просто кивнул. [Хорошо] [Но впредь, пожалуйста, предупреждайте заранее] [Я очень испугался от такой внезапности] — Да, да... Прости, что напугала... Ли Джиён извинилась, понурив взгляд, словно провинившийся щенок. А затем тихонько выдохнула с облегчением. Хотя от моего Наблюдения ей всё равно было не скрыться. [...И всё же, не могли бы вы меня отпустить...] — Ах!.. Прости!.. Наконец-то я освободился из этого неловкого положения. Ли Джиён выпустила меня из объятий и осторожно поставила на землю. Мои ноги коснулись пола. Я развеял Синхронизацию: Белая ночь и десятки заклинаний Атакующей магии, которые держал в полной готовности к удару. ◆ ◆ ◆ «Телу стало легче». Расставшись с Ли Джиён, я арендовал ещё один охраняемый тренировочный зал. Я легонько постучал носком ботинка по полу. Возможно, из-за того, что Ли Джиён влила в меня дополнительную жизненную силу, я чувствовал себя комфортно. «Значит, стимуляция через вливание — это когда в тебя впихивают огромный объём энергии, чтобы тело её осознало? Грубоватый метод». С двусмысленным выражением лица я погладил своё предплечье. В животе было чувство тяжести, словно я переел. Похоже, я поглотил слишком много жизненной силы. «И всё же... что это было тогда?» Вопрос оставался открытым. Для того чтобы просто «забыться в концентрации», как оправдывалась Ли Джиён, её действия были слишком порывистыми и какими-то отчаянными. Я наклонил голову набок. Опасаясь, что моё Проклятие недолговечности может быть обнаружено, я заранее прилично запасся жизненной силой. Ли Джиён не из тех, кто болтает лишнее, но мне не хотелось усложнять ей жизнь, рассказывая о проклятии. К тому же, боясь внезапно упасть замертво, я и так стараюсь держать уровень энергии на высоком уровне. Хоть это и напоминало попытку наполнить бездонную бочку, я продолжал через силу вливать в себя энергию, понимая: стоит ей иссякнуть, и я умру. «Для начала...» Я тряхнул головой и уселся на пол. В этот раз я попробую по-настоящему. Глубоко выдохнув, я сосредоточился и привёл Тэсан в действие. Я вдоволь насмотрелся на «наглядное пособие». В голове уже созрела одна идея. Я приступил к её реализации. «Синхронизация: Тэсан». Для начала я активировал Тэсан и начал жадно вытягивать жизненную силу из земли. Энергия потекла в моё тело, соприкасающееся с полом. Дальше начиналось самое важное. Вместо того чтобы просто наполнять дырявую бочку, я начал... обмазывать её стенки изнутри, укрепляя сам сосуд и увеличивая его объём. Внутри тела раздался жуткий скрежет. Кости смещались, мышечные волокна удлинялись. Я чувствовал, как мои конечности с силой растягиваются. — П-ш-ш-ш... От тела повалил густой пар. ◆ ◆ ◆ В голове замершей на земле Ли Джиён медленно складывались воедино слова и поступки Ли Ха Юля. — С телом всё в порядке. — Кстати, смотрю, ваши раны уже затянулись? Ли Ха Юль, ставший ребёнком вопреки своим заявлениям о том, что он в норме. — Если бы рядом были люди, самоподрыв был бы невозможен... Слова о самоподрыве, которые выдал артефакт, проявляющий образы. — В эпицентре взрыва, где исчез Двуглавый ядовитый дракон, были обнаружены следы Тэсан. Удар такой мощи, что стёр Двуглавого ядовитого дракона с лица земли. Уникальная способность Тэсан, позволяющая манипулировать жизненной силой... «Ах». Аномалия тела, самоподрыв, иссякшая жизненная сила, уникальная способность Тэсан... Логическая цепочка замкнулась. Пусть это были лишь догадки, в данной ситуации они казались самыми верными. Она не знала, что именно он задействовал и действительно ли активировал Адское Пламя одновременно с Тэсан. Ли Ха Юль подорвал себя вместе с Двуглавым ядовитым драконом. По счастливой случайности Ли Ха Юль выжил, но ценой этого стало истощение жизненной силы, превратившее его в живого мертвеца с сочтёнными днями. «......» Ли Джиён задала себе вопрос. Почему Ли Ха Юль пошёл на самоподрыв? Двуглавый ядовитый дракон был силён, пусть и ослаблен. Обычными средствами его было не одолеть. Но почему именно самоподрыв? Неужели Ли Ха Юль решил, что не продержится до прихода подмоги? Движимый чувством ответственности, он встал на пути дракона, но, возможно, понял, что не сможет выиграть достаточно времени. Тогда почему он не стал сражаться вместе с Ли Джиён, а преградил путь врагу в одиночку?.. «...Потому что вдвоём нам было бы не выстоять?..» Потому что Ли Джиён была бесполезна. Потому что она была обузой, на которую нельзя положиться. И всё же, желая спасти её, он отослал её подальше, а сам в одиночку сдерживал дракона, пока силы не иссякли, и тогда он взорвал себя. Он чудом уцелел, но его тело изменилось, а жизнь оказалась на волоске. Оставив позади струсившую и сбежавшую Ли Джиён, один... — У-ух... Внезапно её захлестнул приступ тошноты. Ли Джиён согнулась пополам, зажимая рот рукой. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●●●○○○○○○ (40 ▷ 46/100) «Наследница Тэсан», «Хороший человек», «Тихоня?», «Вопрос». ---------- Дети действительно быстро растут (3) Через активированный Тэсан мои чувства слились с поверхностью земли. Глина, камни и руда под ногами, деревья и травы, пустившие корни в почву, — всё это ощущалось так ясно, словно оказалось в моей горсти. Вместе с этим я осознал и сокрытую в них жизненную силу. «Хм...» Осознание жизненной силы и вмешательство в неё через Тэсан ограничивалось лишь «мной» и «землёй». На иные элементы влиять было трудно. Вероятно, именно это имела в виду Ли Джиён, когда говорила, что манипуляция жизненной силой — это подкатегория управления землей. Вне почвы жизненная сила почти не прощупывалась, а манипуляции становились возможны только после установления полного господства над территорией. «В оригинале Ли Джиён и глава рода Тэсан могли воздействовать и на внешние объекты. Этот недостаток можно преодолеть по мере роста мастерства». Я начал понемногу брать жизненную силу под контроль, притягивая её к себе. Энергия окрестных земель потекла в моё тело. Плоть обдало жаром. Всё естество опалило так, будто меня живьем бросили в чан с бурлящим кипятком. Казалось, от кожи вот-вот повалит пар. «Ещё немного...» Жизненная сила, энергия жизни, эссенция, прана... неважно, как это называть. Сила, которой по праву должно обладать любое живое существо, медленно просачивалась внутрь. Моё тело и без того было переполнено жизненной силой. Я и сам запас её впрок, да ещё и Ли Джиён внезапно влила в меня огромную порцию. Организм содрогнулся, словно взывая о пощаде. Возникло чувство отторжения, похожее на тошноту, будто тело пыталось извергнуть излишки поглощенного. Я терпел. Удерживал ускользающую жизненную силу и заталкивал её обратно. Не отвергал прибывающую энергию, а впихивал её в себя силой. — Хр-р-р-р... В какой-то момент жизненная сила, до краев наполнявшая меня и грозившая разорвать на куски, начала стремительно истощаться. Одновременно с этим пришла боль. Внутри тела раздался жуткий скрежет и хруст. Скелет заскрипел. Кости искривлялись и удлинялись. Пучки мышц, обволакивающие их, рвались и срастались вновь и вновь. «Ох... А это больнее, чем я думал». Я поморщился. Я предполагал, что будет больно, но реальность оказалась куда неприятнее. Пришлось предельно сосредоточиться, закаляя волю, чтобы вытерпеть эти муки. Тело менялось. Потерявшая направление жизненная сила впитывалась в сосуд, предназначенный для её хранения. Сосуд, ставший тесным из-за нехватки ресурсов, начал стремительно расширяться. Недоразвитый скелет, мышцы и органы начали ускоренно расти. Боль становилась всё невыносимее. Крепко зажмурившись, я просто ждал, пока утечёт время. Сколько же его прошло? — Фу-у-у... Внезапно дышать стало легко. Я сделал осознанный выдох и вдох. Боли больше не было. Напротив, вместо страданий меня наполнило чувство невероятной свежести. Воздух в легких казался почти сладким. «Получилось». [Радость] [Восторг] На губах заиграла невольная улыбка. Мой облик, отраженный в Наблюдении, разительно отличался от прежнего. Общее впечатление... белоснежные волосы и черты лица остались теми же, но я выглядел заметно повзрослевшим. Я помассировал и похлопал себя по предплечьям. Руки и ноги стали гораздо длиннее, а рост увеличился. Я внимательно осмотрел себя, опасаясь каких-либо отклонений. Всё было в порядке. Ни одна часть тела не выросла как-то странно. Ранее я уже прошел через нечто, похожее на Перерождение костей и плоти. И хотя из-за омоложения я не мог измерить физические показатели, я подтвердил, что качество маны, состояние магических цепей и ядра стали на порядок лучше. Теперь, когда тело вернулось в норму, можно будет замерить физическую силу во время тренировок. И, конечно, в процессе оптимизации тела я должен был стать выше. Насколько же я вырос? Сияя от счастья, я принялся изучать информацию. ◆ ◆ ◆ [Блядь] Ладно, главное — я вернулся в прежнее состояние. Будем думать о хорошем. Скривившись, я с досадой хлопнул ладонью по земле. ◆ ◆ ◆ Я привел территорию в порядок: засыпал истощенную, иссушенную землю и поднял на поверхность свежую почву, тщательно всё перемешав. Покинув внешнюю тренировочную зону, я вошел в торговый сектор. Сверился с часами. Для обеда уже поздно. Скоро начнется занятие с наставницей, так что нормально поесть не успею. Я запустил руку под одежду и достал из подпространства горсть калорийных батончиков. «Давно я их не ел». Тот самый продукт, который выручал меня в начале семестра. Даже в Китае я частенько набивал ими желудок, а после возвращения только и делал, что поглощал безвкусную, но полезную еду и каши. Поскольку время поджимало, я на ходу вскрыл упаковку, запихнул батончик в рот и направился к тренировочной площадке. Я шел уверенно, твердо опираясь на обе ноги. Доверяться Духу и парить в воздухе было очень удобно, но мне хотелось прочувствовать свое вернувшееся в норму тело. Моя фигура привлекала взгляды. Впрочем, это было ожидаемо. Всего пару дней назад... или даже несколько часов назад я был крошечным ребенком, а теперь предстал перед всеми резко повзрослевшим. Посмотрите на эти взгляды. Это больше не были взоры, обращенные на малыша. И не те взгляды, полные жалости к брошенному на улице потеряшке! Люди просто ошарашенно и с любопытством провожали меня глазами. «Хе-хе...» Я расправил плечи. Теперь со мной не будут обращаться как с ребенком. Я шел гордой, уверенной походкой. Словно отражая моё настроение, Небесное оперение трепетало, жадно впитывая солнечные лучи. ◆ ◆ ◆ Атра ошеломленно моргала, во все глаза глядя на стоящего перед ней Ли Ха Юль. [Та-да!] Только что прибывший Ли Ха Юль лучезарно улыбнулся и вскинул руки вверх. В этом хвастливом жесте он был похож на маленькую белоснежную птицу, широко расправившую крылья. А когда за его спиной мягко засияло и затрепетало крылатое одеяние, сцена стала напоминать явление небесной девы из сказки. Он разительно отличался от того Ли Ха Юль, которого она видела сегодня утром. Он остался таким же милым и очаровательным, но из ребенка превратился в юношу. Белоснежные волосы и аура маны были прежними, но возраст сменился. Если точнее, он вернулся к своему истинному телосложению. Значит, его утренняя просьба о понимании из-за возможного опоздания была ради этого? Атра молча пыталась осознать ситуацию. Видимо, её реакция показалась ему недостаточно восторженной, потому что Ли Ха Юль вдруг надул щеки и замахал крыльями... то есть руками. [Полное воскрешение!] [Я больше не ребенок!] Ожерелье щелкнуло, воспроизводя голос. Возможно, Атре лишь показалось, но в обычно бесстрастном тоне прозвучали нотки необъяснимой радости и предвкушения. [Я же говорил] [Что скоро вернусь в норму] Ах... Они провели вместе уже немало времени. И чем больше Ли Ха Юль капризничал и проявлял нежность, тем проще ей становилось читать его мысли. Судя по всему, сейчас он ворчал из-за того, что она не поверила его прошлым словам о скором возвращении. И правда, Атра тогда отнеслась к его заявлению скептически. Омоложение есть омоложение, как именно он собирался «вернуться»?.. — Да. Я была неправа. Атра невольно усмехнулась. То, как он копил в себе это недовольство, а стоило телу восстановиться, тут же примчался высказать свои обиды, было до крайности мило. Поддавшись порыву, она крепко обняла стоящего перед ней Ли Ха Юль. Хоть он и хорохорился, что вырос, его всё ещё миниатюрная фигурка целиком утонула в объятиях Атры. — Прости, что не поверила словам своего ученика. [Хе-хе] Ли Ха Юль, подрагивая уголками губ, уткнулся лицом ей в грудь. Когда она начала ласково гладить его по голове и спине, последние капли его напускной обиды бесследно растаяли. — ...... Атра осторожно прислушалась к ощущениям Ли Ха Юль. Как ни крути, наступило лето. Солнце палило нещадно, воздух стал душным, и пот выступал на коже, даже если просто стоять на месте. Разумеется, сверхлюди тоже чувствуют жару. Даже тот, кто способен невредимым выйти из пламени, под палящим солнцем ощущает «зной». Атра, будучи героем высшего ранга, тоже чувствовала жару и потела. Особенно это касалось тех излишне пышных форм, которые она не раз порывалась уменьшить, — там температура тела всегда была выше, и кожа становилась влажной. Естественно, это создавало определенные неудобства. Раньше... ей было на это плевать, но с тех пор как она связалась с Ли Ха Юль, она стала тщательно следить за собой. Она бросила на него обеспокоенный взгляд. ...Ли Ха Юль, казалось, ни о чем таком не думал. Даже когда он утыкался лицом в ложбинку между её грудей, на его лице не было и тени неприязни — напротив, он прижимался к ней еще сильнее, будто наслаждаясь. «Кхм-кхм...» Тайком выдохнув с облегчением, Атра вдруг уловила нежный сладковатый аромат, исходящий снизу. Её взгляд затуманился. Запах шел от Ли Ха Юль, прильнувшего к ней. От этого аромата его тела, который почему-то становился всё притягательнее, в голове на мгновение помутилось. — ...Хм. Она тряхнула головой, прогоняя наваждение. Атра негромко кашлянула, развеивая внезапно вспыхнувшее темное желание. Сразу после этого она ласково погладила Ли Ха Юль по голове, поправляя его немного растрепавшиеся волосы. [Хе-хе] Ли Ха Юль, чья улыбка в последнее время стала сиять ярче солнца, довольно подставил голову под её руку. Несмотря на громогласные заявления о том, что он больше не ребенок, его манеры избалованного любимчика вызывали у неё добрую усмешку. К тому же, всего несколько дней назад, когда он явился с рогом на лбу, он выглядел как само воплощение Непорочности. — [Цербер?] — Ч-что? Какой еще Цербер? «Кхе-кхе». Вспомнив тот случай, она подавила смешок. Образ перепуганной и кричащей Лианы до сих пор стоял у неё перед глазами. Этого воспоминания хватит на несколько лет вперед, чтобы осадить эту девицу, когда та решит напиться и начать дебоширить. — Раз тело пришло в норму, то и с Вхождением в Башню проблем не возникнет. [Да!] [Только закончу тренировки по адаптации, и всё будет в ажуре!] — До Башни осталось около двух недель, так что постарайся за это время не просто привыкнуть к телу, но и отточить мастерство. [Ла-адно] При упоминании Башни Ли Ха Юль решительно кивнул. В Китае он остро ощутил предел своих сил, поэтому в этот раз он должен выжать из Башни максимум для своего Роста. «Тема — Созерцание... К счастью, не придется сражаться с другими коротконожками». Учитель и ученик еще какое-то время стояли, обнявшись и чувствуя тепло друг друга. Несмотря на то что тело Ли Ха Юль вернулось в норму, этот ритуал остался неизменным. ◆ ◆ ◆ Завершив дела, я вернулся в общежитие. Я вошел в здание, шагая по полу, залитому лучами заходящего солнца. У остальных занятия еще продолжались, а я планировал тренироваться у себя. Поднявшись на лифте, я вышел на своем этаже. Сразу после этого я перестал скрывать свое присутствие и твердо зашагал по коридору. — ...? ...! ...! Я почувствовал чужое присутствие. Уловив суматошную, но полную радости реакцию за дверью, я подавил рвущийся наружу смешок. Остановившись перед дверью своей комнаты, я почувствовал, как присутствующий внутри затаил дыхание. В конце концов, не сдержав улыбки, я приложил смарт-часы к считывателю. [Курсант Ли Ха Юль, авторизация пройдена] Дзынь! — под звук сигнала дверь плавно скользнула в стену. — Папа! В ту же секунду из-за двери на меня бросилось нечто белоснежное. Как я и ожидал, я ловко подхватил прыгнувшую на меня малышку. Пятицветные крылья лихорадочно затрепетали. Она подняла лицо, которое до этого прятала у меня на груди. В её широко распахнутых чистых глазках градом посыпались знаки вопроса. — ...Папа стал большим! [Я просто вернулся в прежний вид] Нападавшей была Се Юль. В её глазах смешались радость, восторг... и крайнее замешательство. Се Юль снова изо всех сил уткнулась лицом мне в грудь. От такого бурного приветствия на лице сама собой расцвела улыбка. — С возвращением, молодой господин. Пока мы обменивались приветствиями с Се Юль, из глубины комнаты грациозно вышла Эриэль в современном костюме горничной. — ...Вы и вправду очень быстро выросли. [Благодарю за сегодня, госпожа Эриэль] — Я лишь исполняла свой долг. Увидев меня, Эриэль, что бывало редко, удивленно округлила глаза. Однако она быстро вернула себе бесстрастное выражение лица и слегка поклонилась. Настоящий профессионал. В официальных вопросах на неё всегда можно положиться. Еще раз поблагодарив её, я похлопал Се Юль по спине. [Се Юль] [Ты хорошо слушалась госпожу Эриэль?] — Да! И кушала хорошо. И зубки чистила, и училась прилежно! [Всё-всё сделала?] [Какая молодец! Умница!] Пока я поправлял её волосы, растрепавшиеся во время прыжка, приунывшая было Се Юль мгновенно преобразилась и, словно щегол, принялась щебетать о своих успехах за день. Конечно, я мог бы узнать всё это, просто просмотрев записи Наблюдения, но разве не в этом процессе общения и кроется самое важное? — А еще...! [О...] [Должно быть, это было очень трудно! И как же Се Юль...] Как говорится, доброе слово и кошке приятно. А ребенку и подавно нужно много похвалы... так меня учили. Держа Се Юль на руках, я прошел вглубь комнаты. Я не забывал внимательно выслушивать каждое её слово и осыпать её щедрой похвалой. «...Эм...» Но внутри я обливался холодным потом, анализируя состояние Се Юль. Ноги, на которых она теперь могла без проблем бегать и прыгать... Речь, ставшая удивительно плавной, без малейших дефектов, и словарный запас, растущий в геометрической прогрессии... «Она растет слишком быстро...» Наблюдая за стремительным развитием Се Юль, я чувствовал, как по спине пробегает холодок. Я еще почти ничего не успел для неё сделать, а она уже так повзрослела... «Надо успеть подарить ей побольше детских воспоминаний...» Фейри и так славятся своим коротким детством. Есть чувства и Счастье, которые можно познать только будучи ребенком, и такая скорость роста меня пугала. — Хи-хи. Не замечая моих терзаний, Се Юль просто счастливо смеялась, наслаждаясь моментом. Её широко распахнутые пятицветные крылья тесно переплелись с моим лазурным оперением. ◆ ◆ ◆ [｢Проклятие хрупкой красоты｣ проводит восстановление тела] [Затрачивается жизненная сила] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○ (87 ▷ 88 / 100) ｢Наставница｣ ｢Ожидание｣ ｢Чувство стабильности｣ ｢Жажда любви｣ ---------- Дети действительно быстро растут (4) Проведя немного времени с Се Юль, я взял сменную одежду с бельём и направился в ванную. Интерьер роскошной ванной комнаты уже стал для меня привычным — она выглядела точь-в-точь как в дорогих отелях, где за ночь приходится выкладывать кругленькую сумму. На белом гладком полу лежал коричневый ковёр, а одну из стен украшало длинное зеркало. Под ним располагалась безупречно чистая раковина и полка, на которой были аккуратно расставлены косметика и банные халаты. Положив чистую одежду на полку, я разделся. Поскольку тело вернулось в норму, я возобновил физические тренировки с учителем. На самом деле, сегодняшнее занятие больше напоминало реабилитацию и не было слишком изнурительным, но из-за того, что я давно не двигался так активно, в теле всё же ощущалась некоторая скованность. Из-за того, что мне пришлось изрядно поваляться по земле, повседневная одежда превратилась в сущий хлам. Конечно, сама ткань обладала функциями восстановления и чистоты, да и я применил магию очищения, но такой одежды у меня было навалом, так что я без тени сомнения забросил её в корзину для белья. Сразу после этого я зашёл в стеклянную кабину и осторожно повернул рычаг. — Ш-ш-ш-ша-а-а... Из закреплённой на потолке лейки тропического душа хлынула тёплая вода. [Беспокойство] [Опасение] [Травма] Не расслабляясь, я протянул кончики пальцев, чтобы проверить состояние Воды. Температура была в самый раз. Лишь тогда я шагнул под поток, подставив под него макушку. — П-ф-ф-фу-у... Волосы мгновенно намокли, и струи Воды потекли по телу, а вскоре пространство за стеклянной перегородкой заполнилось густым паром. Стоя в этом тумане под тёплыми струями, я чувствовал, как накопившаяся за день усталость понемногу начинает отступать. ...Хотя даже сейчас в одном из уголков Разделения сознания усталость продолжала копиться... Как бы то ни было, я не мог вечно стоять под Водой, поэтому выдавил на ладонь порцию шампуня. Намылив голову имеющимся здесь шампунем, я густо покрыл всё тело пеной от геля для душа. — У-у-у-унг... Настало время смывать всё Водой, и в этот момент рядом со мной с тихим хлопком возникло голубое сияние. Это был Дух воды. Его тело на мгновение мигнуло, и Вода, до этого лившаяся из душа ровным столбом, начала двигаться сама по себе, тщательно омывая каждый мой сантиметр. «О...» Как же удобно. Не успел я даже спросить, зачем он появился, как последовала столь своевременная помощь, и я, не проронив ни слова, просто доверился ему. Благодаря этому смыть пену удалось в мгновение ока. В ванной комнате была установлена огромная купель и имелись разнообразные средства для купания, но сейчас мне было не до этого, так что я прошёл мимо. Позже стоит попробовать искупаться здесь вместе с Се Юль. Понравится ли ей, если я пущу в воду жёлтую уточку и мы примем ванну вдвоём? Отложив водные процедуры до лучших времён, я вышел из-за перегородки. Я ласково погладил Духа воды, который ластился ко мне, словно спрашивая: «Ну как, я молодец?», и взял длинное полотенце. В тот же миг, как и прежде, передо мной с тихим «пёнг» возникли светящиеся искорки. Салатовый и алый... Духи ветра и огня. Затаив дыхание, я замер в ожидании. Словно отвечая на мои чаяния, в меру сильный поток ветра и нежное тепло окутали моё тело и волосы. [Блаженство...] Я тихонько отложил полотенце, которое только что взял в руки. Теперь мне стало понятно, почему профессор Лиана советовала быть осторожнее с духами в повседневной жизни. Когда тебя моют, сушат и согревают, пока ты просто стоишь на месте, всякое желание шевелиться самому пропадает. Интересно, профессор Лиана испытывала то же самое? Теперь ясно, почему в её комнате царил такой беспорядок... Казалось, так недолго и вовсе превратиться в ни на что не годного лентяя. Утешив приунывших духов других стихий, которым не нашлось работы, я снова взял полотенце. . . . — Молодой господин, ужин приготовлю я. Стоило мне выйти после душа и начать копаться на кухне, как Эриэль, стоявшая рядом с Се Юль, поспешно подбежала ко мне. [А, спасибо за предложение.] [Но в этот раз я бы хотел приготовить всё сам.] — Вы... будете готовить?.. [Да.] [Я кое-что умею.] Эриэль удивлённо моргнула. В её взгляде не было прямого недоверия, скорее — лёгкое беспокойство от того, что я собрался встать у плиты. [Не могли бы вы присмотреть за мной и подсказать, если я буду делать что-то не так?] [Я слышал, что Ёнхва и госпожа Элия скоро придут, поэтому хочу приготовить всё заранее.] — Вот оно что... Хорошо, я поняла. Лишь когда я попросил о помощи, Эриэль наконец кивнула. Её глаза заблестели, и она с готовностью вызвалась ассистировать. Эриэль присматривала за Хон Ёнхва уже более десяти лет. Наверное, она думала, что даже если я всё испорчу, то сама, обладая недюжинным кулинарным талантом, легко всё исправит. Я и сам попросил её о помощи, полагаясь на этот опыт. Как бы то ни было, озвучив просьбу, я аккуратно разложил ингредиенты и кухонную утварь. Меню было незамысловатым. Всего лишь жареный рис с беконом, паста в сливочном соусе... простой суп да бейглы — вот и всё. Могло показаться, что блюд многовато, но, если считать Се Юль, нас было примерно четверо с половиной, и четверо из них — сверхлюди. Иными словами, ели они куда больше обычных людей. Даже Элия, будучи магом поддержки, с легкостью расправлялась с целой порцией риса. Я даже опасался, что еды может не хватить, а потому вознамерился готовить с запасом. Времени оставалось в обрез. Еще раз тщательно вымыв руки, я принялся за дело. — …? Над головой стоящей рядом Эриэль словно вспыхнул немой вопрос. Её взгляд застыл на «Небесном оперении», что множеством ветвей расходилось за моей спиной. Под этим ошеломленным взором, словно созерцающим нечто из ряда вон выходящее, я привел «Небесное оперение» в движение. Разделившиеся отростки потянулись к утвари и продуктам, ловко их подхватывая. Процесс готовки пошел споро. Умело орудуя, ветви «Небесного оперения» мыли и чистили овощи. Пока одни отростки ставили кастрюли на огонь, другой, дождавшись закипания воды, засыпал пасту. Еще одна ветвь смазала маслом раскаленную сковороду и принялась обжаривать нарезанные овощи. Ингредиенты для жареного риса, а также лук и шампиньоны для супа дошли до нужной кондиции. В стороне вовсю кипела работа над бейглами: их разрезали, щедро наполняли начинкой и накрывали верхушками. К действу присоединились и Духи, отчего кухня наполнилась яркими красками и стала еще оживленнее. Зрелище и впрямь вышло захватывающим — даже Се Юль подошла поближе и, сияя глазами, вовсю наблюдала за происходящим. — Угу! Мягко предостерегши Се Юль, которая так и норовила прильнуть ко мне в разгар готовки, я продолжил работу. Все эти действия совершались на основе точных расчетов и выверенных дозировок, полученных благодаря «Наблюдению». Знания, почерпнутые из глубин библиотеки и случайно подсмотренных кулинарных приемов с помощью «Наблюдения», вкупе с мастерством навыка «Мастер на все руки», давали вполне достойный результат. Честно говоря, я всегда считал: если строго следовать рецепту, то в большинстве случаев получится нечто вполне съедобное. Опираясь на эту уверенность, он с помощью Наблюдения с предельной точностью рассчитал всё: от интенсивности пламени и дозировки специй до времени томления и варки. — ...Вам не нужна помощь? Стоявшая подле него Эриэль задала вопрос с явным сомнением в голосе. Этот неловкий смешок сорвался с его губ из-за столь неприкрытого проявления чувств, совсем не свойственного Эриэль. . . . — Ого... Что это всё такое? Вся компания вернулась в общежитие как раз вовремя. И хотя Ха Юль специально подгадывал момент, начиная готовить, ему определённо сопутствовала удача. Едва взглянув на стол, Хон Ёнхва в изумлении раскрыла рот. Её взгляд лихорадочно метался от одного блюда к другому, а с губ срывались восторженные вздохи. [Ну как вам?] Глядя на её столь красноречивую реакцию, он невольно расплылся в довольной улыбке. Стоило ему подойти поближе, как Хон Ёнхва резко обернулась и посмотрела на него, принявшись разглядывать повязанный поверх одежды фартук. — ...Ха Юль, это всё ты приготовил? — Да. Я порывалась подсобить, но, признаться, от меня не было никакого толку. В голосе Эриэль, произнёсшей это, прозвучала едва скрываемая досада. Пока в голове крутилась мысль о том, что Эриэль с недавних пор стала куда эмоциональнее, глаза Хон Ёнхва наполнились искренним восторгом. Это читалось в её взгляде предельно ясно. В воздухе разлился такой уютный аромат, что даже пульсирующая головная боль начала понемногу отступать. [Хе-хе] Преисполнившись чувства достижения, я гордо расправил плечи. Ты и вправду вернулся? Какое облегчение... Да, сейчас тоже хорошо. Твой детский облик был очарователен, но... из-за него меня слишком сильно мучила вина. Давай сегодня спать вместе. Ещё в прихожей Хон Ёнхва, испытав огромное облегчение от того, что я принял прежний вид, даже крепко обняла меня. Немного жаль, конечно, но и в нынешнем облике вы само очарование! Элия тоже поздравила меня, не скупясь на довольно лестные слова. — О? Вы даже бейглы испекли? [Да] [Слышал, что в Англии тоже едят бейглы, так что нашёл рецепт и решил попробовать приготовить] — Ого! Я их просто обожаю, всегда ела их, когда там бывала! Вошедшая следом Элия радостно захлопала в ладоши, не скрывая своего восторга. Было приятно видеть её предвкушение, хотя она ещё даже не притронулась к еде. [Хе-хе-хе] От бесконечных похвал и восхищения уголки моих губ невольно расплылись в улыбке. — Вы и вправду вернулись в прежнее состояние? Поздравляю! В разговор вмешался ещё один голос. Пэк Арин, вошедшая в комнату и покачивая своими волосами цвета Воды, удивлённо округлила глаза. [Да, я только что всё приготовил] [Но почему вы здесь, Пэк Арин?] Я озадаченно наклонил голову. Лишь сейчас я задал вопрос, который не давал мне покоя ещё с того момента, как я применил Наблюдение, гадая, когда она прибудет. — Ох! Ха Юль-сси, ваши слова звучат так холодно... Разве мы не в тех отношениях, когда можно просто зайти в гости? На мой вопрос Пэк Арин ответила с напускным драматизмом. Издав притворный всхлип, она даже потерла уголки глаз, имитируя смахивание слёз. Моё лицо непроизвольно скривилось. — А-ха-ха! Ну и лицо... Ладно, я поняла. Больше не буду шутить. Не будет ли слишком нагло с моей стороны напроситься на обед? Пэк Арин, внезапно перестав хихикать, задала вопрос. Услышав его, я на мгновение применил Наблюдение к обеденному столу. Порции я намеренно сделал внушительными. Даже если Пэк Арин присоединится, еды меньше не станет. [Еды достаточно] [Давайте поедим вместе] — Спасибо! Позже я обязательно отплачу вам тем же! Пэк Арин лучезарно улыбнулась и взяла меня за руку. Разумеется, даже если бы еды не хватало, я бы всё равно предложил ей поесть вместе, урезав свою долю или приготовив что-нибудь ещё. В конце концов, Пэк Арин мне во многом помогала. К тому же, всего пару дней назад... — [У Арин тоже молоко не идёт?] — Позже пойдёт... [Кх-х-х...] От внезапно всплывшего в памяти воспоминания я схватился за голову и согнулся. Окружающие вздрогнули и тут же обступили меня. Все они были участниками того позорного случая. [Стыд] [Яростное раскаяние] От их суетливой реакции на сердце становилось ещё тяжелее... . . . За ужином царила тёплая, уютная атмосфера. Из телевизора в гостиной доносились голоса какого-то старого развлекательного шоу, а над столом не смолкал мелодичный перестук столовых приборов. Бросив беглый взгляд на присутствующих, я смог примерно понять их вкусовые предпочтения. Хон Ёнхва отдала предпочтение жареному рису. Несмотря на то что это был простой рис с овощами, беконом и специями, она ела его с явным аппетитом. Неужели жареный рис, в котором Дух огня помог с Настройкой пламени, и впрямь получается особенным? Мне стало любопытно, но, к сожалению, сам я попробовать его не мог. Элия же, напротив, в основном тянулась к бейглам. Бейглы я приготовил двух видов. Первый — разрезанная вдоль булочка, щедро смазанная сливочным сыром, с ломтиками свежего лосося и томатами. Второй — с солониной из говядины, приправленной горчицей... Итого два варианта. Кажется, тот, что с говядиной, называют лондонским стилем? На всякий случай я приготовил и с лососем, и, к счастью, она с удовольствием уплетала оба. На самом деле здесь и готовить-то особо было нечего — я лишь слегка подправил вкус приправ и сыра. Говорят, в Англии часто едят именно так, и, судя по всему, Элии, приехавшей оттуда, это пришлось по вкусу. А Пэк Арин и Эриэль... похоже, предпочли пасту в сливочном соусе. В сливочной пасте тоже не было ничего необычного: приготовил по классическому рецепту, просто не пожалел бекона. Эриэль поначалу отказывалась, говоря, что поест позже отдельно, но я попросил её присоединиться, и в итоге мы все оказались за одним столом. — Ого, чертовски вкусно... — И правда. Намного вкуснее тех, что я покупала в Лондоне! [Хе-хе-хе] Глядя на то, с каким аппетитом все едят, я почувствовал, как остатки тревоги в груди окончательно смыло волной облегчения. Пусть я и был уверен, что благодаря Полномочию наблюдения провала не случится, а эффект Мастера на все руки сделает еду ещё вкуснее... я всё равно не мог знать наверняка, понравится ли она людям. Но теперь от беспокойства не осталось и следа. С ощущением небывалой лёгкости я тоже расплылся в улыбке и принялся машинально работать приборами. — Значит, господин Ха Юль, вы теперь тоже готовитесь к входу в Башню? Это случилось в самый разгар трапезы. Пэк Арин, которая со странным выражением лица наблюдала за тем, как я усердно поглощаю еду, внезапно заговорила о входе в Башню. [Да, я уже получил все сведения.] [Но сперва хочу привыкнуть к телу, которое наконец пришло в норму.] Вместо рта, усердно пережёвывающего рис, ответило ожерелье. — Уже пора в Башню? Кажется, со следующей недели? — Ага. Как и в первом семестре, пять дней, с понедельника по пятницу. Настало время входа в Башню. Из-за этого профессор Лиана и наставник были так заняты, что не смогли выкроить время для ужина, хотя я и приглашал их. В памяти до сих пор живо стоял образ наставника, сокрушавшегося так, словно он вот-вот прольёт кровавые слёзы, и профессора Лианы, выглядевшей крайне разочарованной. Я бросил беглый взгляд на содержимое холодильника, задействовав Наблюдение. «Ингредиентов вдоволь». К счастью, продуктов было достаточно. Нужно будет приготовить побольше и передать им в следующий раз. Кстати говоря, в начале семестра профессор Лиана угощала меня сэндвичами. Можно считать это своего рода ответным жестом. — Созерцание... Это ведь была битва с собственным воплощением? Значит, в этот раз не придётся убегать от других курсантов, как прежде. — Зато возникнет немало других трудностей, так что и готовиться нужно основательно. — Но вот что странно: чем тщательнее готовишься, тем сложнее становится Испытание. Судя по обрывкам разговоров, каждый вовсю готовился к восхождению в Башню. Я и сам не сидел сложа руки. От этого голова немного гудела, но где ещё выпадет шанс тренироваться даже во время еды или сна? [Се Юль? А-ам...] — Ам... — ...... Пока я обедал, присматривая за Се Юль, Хон Ёнхва украдкой косилась в нашу сторону. Она перевела взгляд со своей порции супа на Се Юль, а затем, зачерпнув немного ложкой, медленно поднесла её к губам девочки. Выглядело это крайне неуклюже. Се Юль нахмурилась и плотно сжала губы. Как бы Хон Ёнхва ни старалась завоевать её расположение, невидимая стена, которую Се Юль по непонятной причине воздвигла перед ней, оставалась непоколебимой. Глядя на это, я подавил невольно вырвавшийся вздох. Она была слишком далека от той, кто в будущем должна стать её... м-матерью. И это при том, что к Элии или профессору Лиане она тянулась вполне охотно... Сегодняшние раздумья стали ещё тяжелее. Стараясь не обращать внимания на головную боль, я подул на суп и принялся кормить Се Юль. ◆ ◆ ◆ Сокрушительное поражение от рук Ли Ха Юля на турнире. Мало того что его разгромили в пух и прах, не позволив даже коснуться противника, так еще и этот шокирующий опыт — когда его расширенную способность, ради которой он лез из кожи вон, мгновенно разгадали и скопировали. Сказать по правде, было бы ложью заявить, что он не чувствовал опустошения. Начиная с однокурсников, которые еще недавно подшучивали над его поражением в начале семестра, а теперь искренне за него переживали. Даже если взять ту колючую Атиллу, что проявляла заботу, притворяясь равнодушной, — было ясно, что окружающие всерьез обеспокоены тем, насколько глубоко Эйден пал духом. Но Эйден быстро пришел в себя. Разве он с самого начала не признал, что потенциал студента, поступившего по особым льготам, находится на совершенно ином уровне? По правде говоря, отчаиваться сейчас было уже как-то поздновато. Шок и досада имели место, но, если подумать, они с самого начала не стояли на одной чаше весов. На самом деле та дуэль в начале семестра была единственным моментом, когда у Эйдена был хоть какой-то шанс на победу. Теперь, когда о противнике в шутку отзывались как о мудреце, пропасть между ним и Ли Ха Юлем стала слишком велика. Благодаря такому настрою Эйден, вместо того чтобы бессильно пыхтеть от злости из-за разницы в таланте, смог уже на следующий день после поражения в турнире безмолвно вернуться в тренировочный зал. И вот, ближе к концу каникул, Эйден заметил нечто странное. — Ба-бах! — Гр-р-рах! Тренировочный комплекс, который он посещал постоянно. Проходя по первому этажу сразу после тренировки с холодным полотенцем на шее, Эйден озадаченно склонил голову, услышав доносящийся грохот. — Что это еще такое? Он подошел к двери, из-за которой доносился шум, и заглянул в окошко, расположенное чуть выше уровня головы. Однако из-за системы безопасности разглядеть что-либо внутри было невозможно. Лишь приглушенные отзвуки взрывов просачивались наружу. В этом не было ничего необычного: в тренировочном комплексе шум во время занятий — дело привычное. Особенно это касалось атакующей магии — она всегда шумная, так что звуки вполне могли доноситься, пусть и едва различимые. — Гр-р-рух! — ...И долго это будет продолжаться? Но одна странность все же была. Свет в этом тренировочном зале зажегся еще в конце каникул. Приходя рано утром, Эйден просто шел мимо, думая: «О, кто-то уже занимается...» А когда поздней ночью он устало плелся прочь, то лишь тихо восхищался упорством незнакомца, видя, что свет в зале все еще горит, и проходил мимо. На следующее утро свет продолжал гореть. И ночью, когда солнце уже давно село, он все еще не гас. ...Даже когда день сменялся ночью и он возвращался на рассвете, свет там по-прежнему горел. Из любопытства он какое-то время наблюдал за этим местом, но никто туда не входил и не выходил. Словно кто-то арендовал помещение целиком и заперся внутри — свет горел постоянно. На этом он и успокоился. В конце концов, сейчас каникулы, и вполне возможно, что кто-то решил уединиться для тренировок, подобных затворничеству. Он лишь восхищался подобным упорством и давал себе обещание стараться не меньше. — Ба-бах! Снова послышался приглушённый грохот. Доносился он не спереди. Эйден с недоумением повернул голову. В тренировочном зале напротив тоже горел свет, и оттуда слышались негромкие взрывы. — Бу-у-ум! И в соседнем тоже. — Хрусть! И в том, что впереди... Странных комнат, куда никто не входил, но где всегда горел свет и слышался едва уловимый шум, внезапно стало уже шесть. Он решительно ничего не понимал. И в самом деле, в последнее время в сообществе то и дело всплывали рассказы о странных явлениях. То в пустой библиотеке внезапно сама по себе упадет книга, то неподвижно лежащее оружие начнет самовольно лязгать... Подозревая системную ошибку, он обратился в администрацию Сиёлам, но получил лишь ответ, что всё работает в штатном режиме. — ...Понятия не имею. Эйден бросил попытки во всём этом разобраться. Возможно, сразу шесть кадетов решили тренироваться в затворничестве в соседних залах. Не призраки же это... Вряд ли монстры в форме духовного тела пробрались сюда, чтобы тренироваться... Эйден потащил своё измотанное тело обратно в общежитие. ---------- Том 1 Глава 184 Время шло, и настал первый день входа в Башню во втором семестре. Будь то курсанты, жители, персонал или профессора — дел по горло было у каждого. Если раньше суета была вызвана подготовкой, то сегодня в Сиёламе всё кипело из-за предстоящего входа в Башню. — Что происходит? Почему второкурсники тоже собираются на площади? Хон Ёнхва, которая вчера заснула, крепко обнимая меня, огляделась по сторонам и задала этот вопрос. Как она и заметила, среди курсантов, спешащих к площади, было немало второкурсников. — Видимо, раз в этот раз не состязания, первый и второй курсы заходят одновременно. А на следующей неделе — третий и четвёртый. — А, вот оно... как. Ответила Пэк Арин, шедшая вместе с нами. Хон Ёнхва, до этого безмятежно кивавшая, внезапно нахмурилась и метнула в сторону Пэк Арин косой взгляд. С того самого дня... то есть с тех пор, как я угостил Пэк Арин ужином. Она стала заглядывать ко мне всё чаще, чтобы перекусить. Не знаю, в чём причина. Может, ей просто хотелось поесть в компании Хон Ёнхва. У меня тоже не было повода её выпроваживать, так что я без лишних слов готовил и на её долю. Вчера всё повторилось. Она незаметно пришла, уселась за стол, и мы как ни в чём не бывало поужинали вместе. Вот только, наевшись, она не поспешила домой, а решила остаться. Пэк Арин стойко выдержала недовольные взгляды Хон Ёнхва, явно вопрошавшие, когда же гостья соизволит уйти. А затем, ловко и непринужденно, она заняла одну из комнат и провела у нас весь день. Благодаря этому нам не пришлось договариваться о встрече — мы все вместе вышли прямиком из общежития. «...Надеюсь, странных слухов не поползёт?» Я почесал щеку, вспомнив взгляды, которыми нас провожали в вестибюле первого этажа. Когда я вышел в сопровождении Хон Ёнхва, Пэк Арин и Элии, те двусмысленные взоры врезались мне в память. Конечно, ничего предосудительного я не совершал, но для слухов истина никогда не имела значения. Впрочем, особо я не беспокоился. Стоит кому-то распустить язык, и в почтовый ящик их родного поместья прилетит письмо, скреплённое печатями Адского Пламени и Чангэ. Так что я со спокойной душой сел в автобус. . . . Центральная площадь Сиёлама спустя долгое время вновь кишела людьми. Неужели прошло почти полгода с последнего сбора? Время летит стремительно: с момента входа в Башню в первом семестре его утекло уже немало. Смешанные чувства теснились в груди, когда я ступил на центральную площадь. И там, в самом сердце площади, я обратил Наблюдение на возвышающуюся башню цвета слоновой кости. Исполинское строение, что и сейчас в реальном времени источало Благословение роста, способствуя моему стремительному развитию, и вскоре должно было ниспослать Испытание, чтобы вновь помочь мне в Росте... «......» На мгновение я отвел Наблюдение. Полномочие наблюдения стало куда привычнее, чем раньше. Теперь, если приложить усилия, возможно, удастся заглянуть в самую суть. ...Но я не стал усердствовать. В памяти всё еще свежо воспоминание о том, как я харкал кровью и терял сознание, пытаясь выведать одну-единственную тайну. Не хотелось навлечь на себя катастрофу и лишиться шанса на вход в Башню из-за глупого бахвальства. «После этого входа в Башню стоит подать заявку на консультацию к вице-ректору». Атмосфера была такой же суматошной, как и в первом семестре. Кадеты прибывали толпами, распределяясь по классам под руководством профессоров. Поскольку здесь собирались и второкурсники, народу было куда больше, чем в прошлый раз. «Ли Джиён-сонбэ... тоже здесь». Она стояла в окружении кадетов, которые, судя по всему, были её друзьями. Похоже, она пользовалась немалым авторитетом — вокруг неё постоянно крутились другие кадеты, и моим Наблюдением была замечена Ли Джиён, шутливо подбадривающая разволновавшуюся подругу. По сравнению с тем жалким, забитым состоянием, в котором она пребывала прежде, сейчас она казалась совершенно другим человеком. Я никак не мог взять в толк, почему такая личность передо мной вела себя столь робко. Как бы то ни было, мы направились прямиком к классу Ипчхун, которым руководила профессор Лиана. Благодаря уже имевшемуся опыту, студенты дисциплинированно собирались, даже несмотря на отсутствие над головой профессора Лианы гигантской голограммы. — Ли Ха Юль-сси! Давно не виделись! [Я тоже рад встрече, Джулия-ним] Стоило мне примкнуть к толпе класса Ипчхун, как на меня посыпались приветствия и расспросы о здоровье от тех, кто прибыл раньше. Большая часть истории в моём мессенджере состояла из сообщений с вопросами о самочувствии. Было в этом нечто странное, будто такая забота лишь подтверждала мою репутацию ходячей катастрофы, однако отвечать каждому на присланные сообщения было делом утомительным. Впрочем, это ведь означало, что я заработал неплохую репутацию. Хотя большинство, скорее всего, просто искало повод наладить связи. — Какое облегчение, что в этот вход в Башню нет конкуренции. Как подумаю, что пришлось бы соревноваться с Ли Ха Юлем... Ох. — Конкуренция? По-моему, он уже не того уровня, чтобы с ним вообще можно было тягаться... — Я именно это и имела в виду. Одним из тех, кто с облегчением вздохнул, был Лорейн — кадет, выбравший вспомогательную специализацию. Это был парень с необычными светло-фиолетовыми волосами... кадет, с которым я столкнулся во время входа в Башню в первом семестре. Как же его... Тот самый, что при первой нашей встрече пытался навалиться на меня гурьбой, используя тактику «трое против одного», но в итоге остался с разрубленной головой. Недолго поболтав с кадетами класса Ипчхун, я направился к профессору Лиане. Профессор Лиана выглядела расслабленной — кадеты теперь и сами прекрасно знали, что делать, — а рядом с ней, молча скрестив руки на груди, стояла мой учитель. Стоило мне подойти, как и профессор Лиана, и учитель тепло поприветствовали меня. — Ах, точно. [М-м? А? Ы-ы-ы...] И тут профессор Лиана, только что с улыбкой гладившая меня по голове, внезапно прищурилась и без лишних слов ухватила меня за нос, принимаясь его тискать. [За что-о?..] Больно не было, но вопрос оставался. Когда я в недоумении спросил, в чем дело, профессор Лиана, усмехнувшись, ответила: — Это наказание за то, что в прошлый раз насмехался над профессором. [Чего...] Наказание за насмешки над профессором? Да я ведь ничего не... ...совсем ничего... О... А ведь было дело. Если подумать, таких моментов набралось даже слишком много. В конце концов, карма меня настигла. Пришлось безропотно отдать свой нос на растерзание. — Пройдите испытание достойно. — Уверен, ты и так справишься, но постарайся научиться чему-то новому. К сожалению, время входа поджимало, так что долго поболтать не удалось. Насладившись напоследок ласковым поглаживанием по волосам — и куда только делось недавнее желание помучить мой нос? — я вернулся на свое место. — ...Хм. [Э-э-э...] Не успел я опомниться, как мои щеки оказались в руках Хон Ёнхва, которая за это короткое время успела почему-то надуться. На этот раз мне пришлось терпеть тисканье щек по совершенно непонятной причине. . . . Эти несправедливые посягательства прекратились лишь тогда, когда на трибуну поднялся профессор, чтобы объявить инструкции. — Сейчас я оглашу инструкции, касающиеся входа в Башню в этом втором семестре. Ответственным за объявление был тот же человек, что и в первом семестре — куратор класса Когу, профессор Альберт Каниазель. Видимо, как самому старшему и опытному, ему и поручали руководство подобными мероприятиями. — Тема нынешнего входа — Созерцание. Ваша цель — вступить в схватку с собственным воплощением внутри Башни и одержать над ним верх. Победить самого себя... задача не из легких. Даже когда речь идет о простой внутренней борьбе в рамках психологии, это требует огромных усилий. А здесь предстояло сразиться с куклой, в которой в полной мере воплощены твое тело, способности и техники — такое по определению не может быть простым. — При этом сила воплощенного противника фиксируется на момент вашего входа в Башню Роста. Но было и утешение. Двойник, созданный Башней, обладал лишь той мощью, что была у оригинала в миг входа. Любой Рост, достигнутый уже внутри, на нем не отражался. Иными словами, если удастся вырасти над собой внутри Башни, победа над собственным воплощением станет вполне возможной. К тому же, внутри Башни действие Благословения роста усиливается, так что в конечном итоге, если продолжать попытки, растущий оригинал неизбежно возьмет верх. Если разложить всё по полочкам, условия не казались запредельно сложными. — Испытание продлится пять дней. Кадеты, одолевшие себя, на оставшееся время будут переведены в отдельные тренировочные залы или же, по личному запросу, смогут провести тренировочные бои с другими воплощенными противниками. Если после этого останется время, можно будет посвятить его тренировкам, чтобы выжать максимум из усиленного Благословения, или же сразиться с иными противниками. «Если у меня останется время, обязательно воспользуюсь этой возможностью». Пусть условия и не выглядели невыполнимыми, легкой прогулки никто не обещал. Множество кадетов проходят испытание буквально в последние минуты. Я и сам мог либо едва успеть, либо и вовсе вылететь, так и не справившись. Хотя, учитывая, что на меня Благословение роста действует куда сильнее, чем на остальных, я, скорее всего, справлюсь. — На этом разъяснения закончены. Пусть каждый из вас взглянет на себя со стороны, осознает свои сильные и слабые стороны и сделает шаг вперед. Итак, начинаем вход, первыми идет класс Ипчхун. Завершив краткий инструктаж, профессор класса Когу без промедления скомандовал начинать. В основании Башни Роста виднелся арочный проход. В этот проем, заполненный колышущейся тьмой, нескончаемым потоком и в строгом порядке заходили кадеты. В первом семестре заходили с временными интервалами, чтобы избежать мгновенных столкновений сразу после входа. Однако в этот раз для каждого выделялось отдельное Пространство, поэтому задержки были не нужны. К тому же, если в прошлый раз первыми шли ученики Когу, то теперь право возглавить шествие досталось классу Ипчхун. — Ха Юль, удачи тебе. — Давайте встретимся снова, став намного сильнее! — Если пройду раньше, увидимся в тренировочном зале! [Да, я тоже буду за вас болеть!] Благодаря этому мне не пришлось долго ждать, и вскоре я уже стоял перед Башней Роста. Я широко улыбнулся и энергично замахал рукой в ответ на сыпавшиеся со всех сторон пожелания удачи. А затем, чтобы не задерживать идущих следом, решительно шагнул в проход. Это было второе вхождение в Башню. . . . Затуманенное сознание внезапно прояснилось. Притупившиеся на мгновение чувства резко обострились. Сухой ветер ударил в тело. Звук хлопающей одежды ворвался в уши. Я немедленно проверил своё состояние. «С телом всё в порядке. Ядро и магические цепи в норме. Вошёл без сбоев». Ощущалось характерное чувство чужеродности, но не настолько, чтобы вызывать дискомфорт. Я крепко сжал правую руку. Как и ожидалось, проблем нет. Протез на левой руке был цел, и Небесное оперение тоже последовало за мной. Если бы это было вхождение в Башню в первом семестре, его бы конфисковали, но в этот раз, поскольку это не соревнование, никаких ограничений не было. В конце концов, если оригинал приносит артефакт, его копия воплощается вместе с ним. Воздух был спёртым. Почувствовав, как пересыхают губы, я постучал носком сапога по земле — под ногами ощущалась твёрдая поверхность, а не трава или кустарник. «Полномочие в активное состояние. Наблюдение». Я снова перевёл в активное состояние Полномочие, которое ненадолго отключил. В голове на мгновение пронзительно отозвалось. Возникло чувство, будто я что-то подпираю. Сила противодействия. Это Пространство, сдавливающее радиус Наблюдения. Во время прошлого вхождения в Башню я не смог с этим совладать, из-за чего моё пространственное восприятие было полностью подавлено, и мне пришлось действовать едва ли не вслепую. Но сейчас, разумеется, всё иначе. Наблюдение, мгновенно сбросившее давление, развернулось. Информация об окрестностях хлынула потоком, и карта, на миг окрасившаяся в чёрный, обновилась. Я стоял посреди пустоши. Тёмно-коричневый горизонт, где почти не сыскать зелени. Повсюду Наблюдение фиксировало растрескавшуюся землю — влага здесь давно испарилась. «Это базовый ландшафт? Слышал, что для каждого кадета он свой...» Я задумчиво потёр подбородок. Место не отличалось изобилием жизненной силы. Конечно, если выжать её из Земли, что-то да получится, но это явно не то количество, которое можно поглотить посреди густых лесов. Иными словами, это не то Пространство, где Дух может разгуляться в полной мере. Для Духа земли условия подходящие. Судя по тому, что дует приличный ветер, для Духа ветра обстановка тоже неплохая. Однако для остальных Духов это место не слишком дружелюбно. «Хм...» Задержавшись на месте, я закончил приготовления. Обильно расставил Магию на случай внезапного нападения и задействовал базовый Гангчесуль. Пусть это место и не подходило для духов, я всё же выпустил их в большом количестве ради сдерживания противника. Тем временем я размышлял о том, как противостоять «мне», который вот-вот должен был появиться. «Для начала...» Проявленные уникальные способности — Мастер на все руки и Сродство с маной. Основанные на них Ганчесуль и техники Ганги. Различные боевые искусства и владение оружием, отточенные до мастерства. Бесчисленное множество заклинаний магии, сохранённых путём беспорядочного наблюдения за магическими книгами. Изученная на скорую руку некромантия. Магия духов, позволяющая свободно управлять сотнями духов пяти стихий и, если потребуется, прибегать к спиритизации. Техники, воплощаемые расширенной способностью Тысяча перемен, и уникальные способности, доступные через Синхронизацию... Гэпхва, Чангэ, Тэсан, Белая ночь, Призрачный сон, Шипы, Усиление тела, Укрепление, Радиус, Накопление силы и прочее. Способность реагировать без слепых зон и безупречная точность движений благодаря Полномочию наблюдения. Разнообразные инструменты, припрятанные в подпространстве, созданном с помощью Полномочия пространства, пространственные стены и прочие способы применения. Бонус к прочности от экипированного Доказательства защиты и Полномочие защиты, блокирующее большинство атак... «Как же хлопотно...» Я нахмурился. Противостоять такому врагу будет непросто. Слишком много вариантов действий. Стоит мне подготовить одну контрмеру, как он тут же выкинет что-нибудь другое. Контрмеры против всех возможных ходов? Таких не существует. Единственный способ пресечь столь разнообразные приемы — это задавить противника подавляющей мощью прежде, чем он успеет что-либо предпринять. Или же полностью перекрыть источник маны. А, тогда в ход пойдет Тысяча перемен, имитирующая техники, расходующие лишь силу сердца. Да и вообще, воплотятся ли здесь Полномочия? Полномочие защиты, скорее всего, сработает, но насчёт Пространства и Наблюдения я не уверен. «...Для начала стоит просто столкнуться с ним в лоб». Сколько ни размышляй, лучшего ответа не найти. Разве не бывает так, что все кабинетные теории в пух и прах рассыпаются на практике? Сначала испытаю всё на собственной шкуре, а о способах противодействия подумаю потом. В конце концов, разве не для этого существует функция воскрешения? В этот момент на самом краю расширяющейся области наблюдения мелькнуло живое существо. «Появился...?» В тот миг, когда я уже собирался нанести ответный удар, моё тело внезапно застыло. Информация, ворвавшаяся в сознание... Я внимательно изучил её. Он был очень высок. Рост почти под два метра, и, вопреки неопрятному виду, мускулатура была крепкой и сбитой. Мужчина был облачён в доспехи, которые мало чем отличались от груды металлолома. Шлем, судя по всему, слетел уже давно — голова была ничем не защищена. Доспехи, облегавшие тело, превратились в жалкое месиво, которое едва ли можно было назвать иначе как грудой обломков. Чёрное чёрное боевое одеяние, надетое под броню, было уродливо истрепано и разодрано в клочья. Обе его руки были туго перемотаны багровыми бинтами. В одной руке он сжимал меч, и вид оружия, кончик которого волочился по земле, был не менее плачевным. Лишённый блеска чёрный клинок, весь в зазубринах и выбоинах, походил на кусок ржавого лома. Состояние было настолько безнадёжным, что вряд ли за него дали бы хоть грош даже в лавке старьёвщика. «...» Поток мыслей, до этого лившийся беспрепятственно, вдруг наткнулся на преграду. Сейчас я пытаюсь... сопоставить факты, но не уверен, что мои выводы верны. Доспехи, от которых остались одни осколки... Броня Усмиряющего Железа. Артефакт высшего ранга. Его защита не была выдающейся, зато он обладал отличным свойством восстановления и мог выдержать как минимум один сокрушительный удар. Чёрное чёрное боевое одеяние, которое не годилось даже на тряпки... Одеяние Чёрного Ветра. Артефакт высшего ранга. Он давал бонус к характеристике ловкости, а встроенные функции накопления и высвобождения маны были весьма полезны. Багровые бинты... Кровавые Оковы. Артефакт выше среднего ранга. Впитывая кровь, они останавливали кровотечение и нейтрализовали негативные эффекты, а их длина увеличивалась пропорционально поглощённой жидкости. Меч, что волочился по земле... Обычный серийный клинок из чёрного железа, в котором не было ничего особенного. Своеобразный облик и весьма специфичное сочетание снаряжения. И всё же этот набор экипировки казался мне до боли знакомым. «Подожди... Неужели...» Мужчина, чья голова до этого была низко опущена, медленно поднял взгляд. Лицо незнакомца было сплошь испещрено самыми разными шрамами. В тот же миг у меня перехватило дыхание. Черты лица были иными, и всё же... это лицо было мне слишком хорошо знакомо. «Моё лицо?» Оно было почти точь-в-точь таким же, как у меня — того, за кем я вёл Наблюдение каждое мгновение. В это мгновение остекленевшие, мёртвые зрачки мужчины резко сузились. В его чёрных, точно бездонная бездна, глазах отразился мой силуэт, замерший в отдалении. В голове взвыл сигнал — то ли интуиция, то ли инстинкт самосохранения. Я среагировал мгновенно. В ту же секунду мужчина едва заметно шевельнул мечом. Лезвие, качнувшееся с видимым безразличием, на миг расплылось, словно окутанное туманом. «Ах ты, су...» Ругательство оборвалось на полуслове. — Вжих! Сигнал опасности затих. Расширенная способность Искусства Всеохватного Боя Жатва: Рассечение стремительного белого крыла И лишь мгновением позже отсечённая голова взмыла в небо. ◆ ◆ ◆ [Полномочие «Рост» переходит в активное состояние] [Запускается Испытание Роста] [Полномочие «Знание» переходит в активное состояние] [Полномочие «Наблюдение» переходит в активное состояние] [Просмотр встроенной записи Наблюдения Башни Знаний: «2-я»] [Полномочие «Настройка» переходит в активное состояние] [Установление связи между Башней Знаний и Башней Роста] [Полномочие «Пространство» переходит в активное состояние] [Доступ к встроенной записи Наблюдения Башни Знаний: «2-я»] ... [Воплощение зафиксированной сущности] [Неполное воплощение] [Вторая итерация] [Асура, ищущий битвы] ---------- Второе воплощение (1) [ HP достигли 0. ] [ Игрок погибает. ] [ Плохая концовка 4 — Смерть в «Сердце Магических земель». ] [ Идет расчет данных. ] [ Итерация: 2-я ] [ Выбранная настройка: Боевая адаптивность ] [ Системный титул: Асура, ищущий битвы ] [ Причина смерти: Альфа-особь 2-го ранга, монстр «Каэропт» ] — А-а-а-а-а-а!.. Я никак не хотел принимать эту реальность. Руки и ноги мелко дрожали, а вместе с ними плыл и взгляд — буквы на мониторе расплывались. Я беспорядочно замахал руками, не зная, куда деть эти эмоции, и вцепился себе в волосы. — Ой, больно... Тут же отпустил. Видимо, сжал слишком сильно — в глазах на миг выступили слезы. Потирая макушку ладонью, я уставился в экран. Монитор всё так же бесстрастно сообщал о бесславном конце 2-й итерации. Я невольно надул губы. Вторая итерация «Сейвера». Прохождение, выстроенное на опыте и ошибках первой попытки. После того как первая итерация, пройденная на чистом энтузиазме, с треском провалилась, во второй я без лишних слов выбрал уникальную способность при настройке персонажа. Уникальная способность «Боевая адаптивность». Тип: технический тип. Эффект: повышение обучаемости боевым действиям и их корректировка. Предельно просто, но зато невероятно эффективно в использовании. Нужно было просто пахать как проклятый. Стоило взять в руки меч — росло мастерство фехтования, а вместе с ним и навыки владения любым другим оружием. Поскольку это умение было заточено под сражения, общий боевой уровень тоже неуклонно повышался. Короче говоря, «Боевая адаптивность» — это уникальная способность, созданная исключительно для войны. Благодаря ей, в отличие от первой итерации, я смог показать себя уже на ранних этапах. Хотя при входе в Башню в первом семестре я всё равно облажался по полной. Хон Ёнхва... эта сумасшедшая, ну за что она так изводила игрока? Я никак не мог понять, почему ей так не терпелось докопаться до мирно стоящего персонажа. А вот Пэк Арин совсем другое дело. Даже когда репутация была на дне, она первой подходила и заводила разговор; стоило нуждаться в помощи — тут же протягивала руку. Она была тем добрым человеком, что утешал меня, когда в первой итерации психика героя начала сдавать. К тому же, она была невероятно талантлива во всём, и я даже не сосчитаю, сколько раз она выручала меня в первый раз. Да и на иллюстрациях она просто божественна. Конечно, Хон Ёнхва тоже была в группе и помогала, но... — Эх... Кхм, кха-кха! Мысли ушли куда-то не туда. Я зашелся в кашле. Затем, покачав головой, я взялся за мышь. «Вторая итерация тоже провалена...» Как ни крути, в итоге вторая итерация тоже закончилась смертью. Самое обидное, что этот персонаж, будучи на голову сильнее первого, погиб, так и не добравшись до Хозяина Башни. Причина: окружение альфа-монстром 2-го ранга и его ордой, несколько дней линчевания и смерть... «Твою мать». Альфа-монстр 2-го ранга был бесспорно силен. Из-за плохой совместимости мои атаки почти не наносили урона, но это не значило, что я должен был так бесславно сдохнуть. Но из-за очевидной слабости всё пошло по пизде. «Слишком большой упор на дуэли». «Боевая адаптивность», эволюционировавшая в «Искусство Всеохватного Боя». И сотни производных расширенных способностей технического типа. В схватке один на один это давало колоссальное преимущество. Я мог в один миг размазать любого выскочку с ярлыком героя высшего ранга. Но у меня не было способностей против гигантов или целых армий. Не хватало огневой мощи, чтобы эффективно прорываться сквозь огромных чудовищ и их полчища. Короче говоря, лимит был очевиден. К тому же, я слишком сосредоточился на развитии техник — и собственные характеристики персонажа выросли не так уж сильно. В итоге вторая итерация оказалась провальной попыткой с четко очерченным потолком. Конечно, она не была бесполезной. Знания второй итерации перейдут в третью. — Ц-ц-ц. Захотелось пить. Принесу чего-нибудь попить и сразу засяду за настройки третьей итерации. Цокая языком, я тронул джойстик на подлокотнике инвалидного кресла. . . . Прошлое пронеслось перед глазами, словно в калейдоскопе. Воспоминание о том, как я сетовал на ограниченность второй итерации. В то время я был в довольно нестабильном состоянии. Одну ногу я уже «пожертвовал», какой-то там журналист Вэнь и прочие без конца ошивались у моего жилья, донимая расспросами; кое-как переехал, но заняться было особо нечем. В те дни скитаний я, словно одержимый, наткнулся на игру под названием «Сейвер». Она пришлась мне по вкусу, и я погрузился в неё с головой, чтобы забыться. — Кх... А теперь я едва не сдох от рук той самой второй итерации. Внезапное жжение в затылке вернуло мое ускользающее сознание. И первым, что я осознал, была... боль в шее. «Почему мне больно?..» В Башне Роста болевые ощущения ограничены. Даже если тебя проткнут мечом или отрубят конечность, всё закончится лишь легким покалыванием. Но сейчас всё было иначе. Холодная острота клинка, рассекающая кожу, мышцы и вгрызающаяся в шейные позвонки. Жгучее чувство на месте среза... Всё было точь-в-точь как в реальности. Всплыли события мгновением ранее. Взрывное расширение сущности. И одновременно возникший в голове образ — я с отрубленной головой. Белоснежный росчерк атаки, летящий на сверхзвуковой скорости. В последний миг я успел дернуться, и удар лишь скользнул по шее. Итог — наполовину перерубленная, безвольно повисшая шея. Из раны, оставленной столь пугающе чистым срезом, хлынул поток крови. Хлыщ! Алая кровь залила сухую землю пустоши. Почва, изголодавшаяся по влаге, жадно впитывала её в себя. — Кх-х-х-х!.. На губах выступила кровавая пена. Морщась от боли, я обмотал шею «Небесным оперением». Кое-как соединив края раны, я через «Синхронизацию» скопировал «Мелодию исцеления» Элия, чтобы оказать себе первую помощь. Белоснежное сияние опустилось на шею. Не думая о последствиях, я на пределе выкрутил регенерацию. «Мать твою!..» Если бы я замешкался хоть на долю секунды, если бы не установленный барьер, если бы не бонус к прочности от «Доказательства защиты»... Малейшее отклонение — и я был бы мертв. Прервавшийся было сигнал жизни восстановился. И тут же, словно опомнившись, истошно завыла интуиция, предупреждая об опасности. Сознание наполнилось хаосом. Слишком много было странностей и вопросов. Враг не собирался ждать, пока я приду в себя. Фигура мужчины, стоявшего вдали... силуэт второй итерации размылся. Движения, сбивающие даже данные «Наблюдения», — вероятно, это была расширенная способность технического типа. Однако полностью уйти от моего взора ему не удалось. Я всё еще видел его перемещения. А значит, мог ответить. Вычислив точку появления второй итерации, я нанес удар левой рукой, окутанной Ганги. В то же мгновение вторая итерация, возникшая словно призрак, выставила меч навстречу. Клинок окутало Ганги. Кроваво-красная энергия прочертила в воздухе дугу. — Кр-р-р-р-р! Удары обрушились на левое предплечье. Десятки мгновенных всполохов в клочья разорвали рукав и нарукавник. Урона я не получил. Под лохмотьями ткани скрывалась не израненная плоть, а грубый на вид белоснежный протез. Артефакт высшего класса, специально заточенный под прочность. Даже второй итерации не под силу разрушить его так просто. Иными словами, левую руку можно было использовать как полноценный щит. Левая рука — для защиты. Плотный слой Ганги перехватывает атаки еще до того, как они достигнут цели. Правая рука — для нападения. Я выхватил из подпространства заранее припасенное копье. И перешел в атаку... Но атаковать не получалось. Какое там нападение — мне приходилось уходить в глухую оборону просто ради того, чтобы выжить. Я двигался без остановки. Те удары, что мог — избегал, остальные отбивал, перенаправлял и блокировал левой рукой. Если враг прорывался и сквозь это, в ход шло копье в правой руке. Когда я чувствовал, что вот-вот сдам позиции, то обрушивал на него шквал магических снарядов духов и атакующую магию, выигрывая драгоценные секунды. Несмотря на все усилия, мое тело покрывалось новыми ранами. Я четко видел его движения, но их было невероятно трудно расшифровать. А даже если получалось — реакция запаздывала. Вторая итерация всегда была на шаг впереди. Его угольно-черные глаза не замирали ни на секунду. Они были широко распахнуты, впитывая мир, окружение и каждое мое микродвижение. Хотя он смотрел на мир всего парой глаз, казалось, будто он видит гораздо больше, чем я. Отточенная база, глубокое умение реагировать, боевая логика, управляющая мыслями, и интуиция, срабатывающая быстрее разума. Я проигрывал ему почти во всем, что касалось боя. «Вот же блядь». Смертоносный росчерк клинка внезапно изогнулся по немыслимой траектории. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Змеиный хвост, преодолевающий острую стену В ужасе от этой аномалии я выгнул тело. Удар, хлестнувший словно бич, метил в шею. Я отбил его древком копья, забыв о нападении. Но атака не прекратилась. Используя силу отдачи, клинок резко сменил направление, обходя мою защиту. В одно мгновение на меня обрушилось двадцать четыре изогнутых удара. От восемнадцати я уклонился, пять — парировал. Последний слегка задел плечо. Брызнула кровь. Обжигающая боль заставила меня отступить, волоча ноги по земле. Прежде чем рана успела разойтись, я стянул её «Небесным оперением», чтобы остановить кровь, и приготовился к ответу... — Ба-бах! Прежде чем я успел атаковать, на меня обрушился новый удар. Мощный выпад обеими руками, вцепившимися в рукоять. Скорость не казалась запредельной, но уклониться было почему-то невозможно. Я спешно выставил левую руку. Тело снова отбросило назад. Удар не был сокрушительным, но левая рука мелко задрожала, а пальцы начали непроизвольно дергаться. Ганги выдержало. Однако от точки удара по левой руке начала расходиться странная вибрация, словно рассеивание, охватывающее всё тело. «Ах ты ж, сука...» Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Резонирующий удар Бум-бум-бум! Вибрация сдетонировала. От внутреннего резонансного взрыва меня ощутимо повело. Изо рта выплеснулась кровавая пена, а из ран хлынули новые струи. — Кх-х-х-х!.. За этот короткий миг он всадил в меня одну расширенную способность за другой. «Дело дрянь...» В этот момент клинок в руках второй итерации с треском рассыпался. Натиск на мгновение стих. Пользуясь паузой, вторая итерация отбросила обломки меча и протянула руку в пустоту. Пространство пошло рябью. Подпространство... нет, структура иная. «Инвентарь!» Та самая привилегия игрока, которая мне недоступна! Какого черта этот ублюдок ею пользуется?! Я не дам ему вооружиться. Превозмогая боль, я активировал «Полномочие пространства». Вокруг меня разошлась волна. «Господство над пространством, сфера контроля, подавление вмешательства». Вторая итерация, собиравшаяся запустить руку в разлом, резко отдернула её. Хрусть! Подпространство захлопнулось на мгновение позже. Еще бы чуть-чуть, и я оторвал бы ему кисть. Сглотнув досаду, я сделал резкий выпад. Напитав тело маной, я применил «Ганчесуль». Бум! Оттолкнувшись ногой, глубоко ушедшей в землю, я рванул вперед. Крепко сжав древко, я нанес размашистый удар. Острие копья прочертило полумесяц. Вторая итерация невозмутимо вытянула руку навстречу оружию. «Полномочие наблюдения» считало предзнаменование. Сущность второй итерации начала расширяться. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Плывущие облака... Снова расширенная способность. Анализирую. Не атакующая. Защитное искусство? Я до хруста сжал древко. Плевать, я тоже могу расшириться. Данных предостаточно. Пусть я не владею этим в совершенстве, но для воссоздания этого хватит. Остальное скорректируют накопленные базовые характеристики. Вторая итерация впервые проявила эмоции. Его глаза слегка расширились, и он резко отдернул руку. Расширенная способность «Мастера на все руки» Тысяча перемен — Змеиный хвост, преодолевающий острую стену Наконечник копья, описав невероятную траекторию, пробил защиту и устремился к горлу второй итерации. ---------- Второе воплощение (2) Техника, которую я вижу впервые. Но нет ничего, что я не смог бы скопировать. Универсальность, уникальная способность технического типа — Мастер на все руки. Расширенная способность, специализирующаяся на подражании — Тысяча перемен. Одного этого достаточно для копирования, но Полномочие наблюдения дает мне настоящие крылья. С того самого мгновения, как я столкнулся со 2-й итерацией, я ни на секунду не прекращал сбор данных о нем. Направление движения зрачков, разворот лодыжек, смещение центра тяжести при шаге, движение плеч, вращение запястий и малейшее подергивание пальцев. Я извлекаю любую информацию — от анализа мышечных пучков внутри тела до скручивания скелета — и предугадываю следующее движение, чтобы ответить на него. И все же нелепо, что при всем этом меня вчистую втаптывают в грязь... Короче говоря, информации, необходимой для реализации расширенной способности, у меня более чем достаточно. Расширенная способность «Мастера на все руки» Тысяча перемен — Змеиный хвост, преодолевающий острую стену Наконечник копья прочертил странную траекторию. Копье, летевшее по прямой, вдруг совершило резкий выпад, подобно змее, скользящей по земле. Движение, в лоб отрицающее законы физики. Но прежде чем острие успело пронзить шею 2-й итерации, он безвольно перехватил его рукой. Похоже, мне все еще не под силу тягаться с Первоисточником. — К-ка-га-га-гак! Белая и красная Ганги яростно вгрызались друг в друга. От их столкновения земля под ногами превратилась в месиво, а сам воздух оказался изрезан в клочья. Хрусть! Равновесие сил Ганги рухнуло. Ладонь 2-й итерации разорвало. Белая Ганги оттеснила красную. «По мощи Ганги я сверху». 2-я итерация — это не та итерация, что обладает высокими характеристиками. Даже с Благословением роста он не сравнится с теми версиями меня, что поднимали статы, используя всевозможные уловки и секретные методы. То есть и его физические способности, и количество, и качество маны — всё это ниже моего уровня. Особенно сейчас, когда мой рост идет так гладко. Но прежде всего, сами статы 2-й итерации кажутся странными. Несмотря на поражение, он мог противостоять 2-му рангу, а сейчас он на равных сражается со мной. 2-я итерация вывернул запястье, пропуская атаку мимо. Стоило мне последовать за ним, как его руки задвигались подобно молнии, оставляя за собой остаточные образы. — Хвать! Продемонстрировав невероятную ловкость рук, 2-я итерация легко пробил мою защиту и вцепился в левое запястье. Он рванул захваченную руку на себя. Мое тело взмыло в воздух под действием неведомой силы. 2-я итерация тут же вытянул вторую руку и резко развернул корпус. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Разрыв мышц и костей в бурном потоке (激流 筋骨拔抽) — Тр-р-р-рык! Тело начало скручиваться, начиная с захваченной левой руки. Если так пойдет и дальше, меня перекрутит, словно жгут, и вырвет кости. Хвать! В мгновение ока пальцы 2-й итерации сжали пустоту. Изначально удерживаемое Доказательство защиты дезинтегрировалось. Белоснежный корпус растаял в ореоле света, а оставшиеся в воздухе золотистые магические цепи втянулись обратно в плечо, словно при перемотке. Я ловлю момент, когда его движения на миг сбились. Используя инерцию вращения, приданную моему телу, я наотмашь взмахнул зажатым в руке копьем. 2-я итерация без малейших раздумий отпрянул. Ну еще бы, зачем ему подставляться под удар, если можно уклониться. «Полномочие, активное состояние, Пространство». У-у-унг! Фигура 2-й итерации резко замерла. А затем его притянуло ко мне, словно два разноименных полюса магнита. С силой рассекая воздух, древко копья обрушилось на его предплечье. Расширенная способность «Мастера на все руки» Тысяча перемен — Резонирующий удар Бум! Раздалась мощная вибрация. Собрав весь этот резонанс воедино, я втиснул его внутрь 2-й итерации. Его рука пошла буграми и вздулась. Даже в такой ситуации он и бровью не повел, хотя всё его тело содрогнулось. Прямо перед детонацией резонанса 2-я итерация с силой топнул ногой. Хрусть! Земля под ним провалилась. Сбросив ударную волну в рассыпающуюся прахом почву, 2-я итерация молниеносно вскинул ногу. — Бах! «А-ах...» В голове мгновенно помутилось. Разнеся копье в щепки, его подъем стопы с сокрушительной силой впечатался мне прямо в челюсть. «Твою мать, это тоже расширенная способность...» Я из последних сил вцепился в ускользающее сознание. Выровнял летящее кувырком тело, вновь призвал убранное Доказательство защиты и извернулся в воздухе. «Магия среднего круга, Ветряная птица (風㕚)». Позади меня активировалось заклинание. Собранный из окружающего пространства ветер превратился в бесчисленные острые лезвия, которые веером вырвались вперед. Ожидающий приказа Дух тут же отозвался на атаку. Дух ветра увеличил мощь воздушных разрезов и направил их точно в цель. «Магический разрез». Параллельное чтение. Основываясь на данных Наблюдения, я вплел разрезы, созданные из чистой маны, точно в промежутки между потоками ветра. Преследовавший меня по пятам 2-я итерация тут же среагировал на оба вида атак. От Магических разрезов, которыми трудно управлять после выстрела, он по большей части просто уклонялся. А Ветряные птицы, которые слабее по силе, но обладают функцией самонаведения, он отбивал руками, окутанными Ганги. Ганги в его изящных руках колыхалась подобно волнам. Поглощенные этим приливом разрезы причудливо искажались и сталкивались друг с другом. Урона нет. Зато я заставил его потратить время на лишний вдох. Следя за приближающимся 2-й итерацией, который прорывался сквозь град разрезов и препятствия на земле, я хлопнул в ладоши. Густая мана хлынула наружу, растягиваясь между ладонями. «Синхронизация, Гэпхва». — Вспых! В моих руках расцвела упрощенная версия Гэпхва. Эмоции всколыхнулись. Нахлынули тревога и сомнения. Взяв их под контроль, я использовал их как топливо для Гэпхва. Я придал пламени форму копья и крепко сжал его. Дух огня нырнул прямо в древко. Пламя взметнулось с неистовой силой. Обычно даже Дух получил бы урон и развеялся, но с помощью тонкого манипулирования я заставил пламя распознать его как союзника. Я извернулся в воздухе. Оттолкнувшись от пустоты, словно от тверди, я сжал и резко развернул всё тело, с силой метнув копье. Идеально исполненный бросок. Яростный огонь прочертил небо. Земля окрасилась алым, будто от падения метеора. Одновременно с этим я привел в движение Духов молнии и земли. Грох! В чистом небе прогремел гром. Дух молнии, заранее поглотивший ману и поднявшийся ввысь, обрушил вниз десятки молний. Дух земли, затаившийся в почве, тоже начал действовать. Поверхность земли пошла буграми, выбивая противника из равновесия, а снизу вверх начали стремительно вырастать острые сталагмиты. Несущаяся Гэпхва. Вздымающаяся Земля и бьющие сверху молнии. Каким бы сильным ни был 2-я итерация, он не мог это игнорировать и остановился. Даже когда земля под ногами безумно затряслась и из нее вырвались Шипы, он сохранял спокойствие и просто подпрыгнул на месте. Затем он широко раскрыл ладонь, и Ганги в ней сжалась, приняв продолговатую форму. Крепко сжав выкованный из Ганги меч, он начал с неистовой скоростью наносить удары во все стороны. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Небесный меч трех начал (三才天劍) Хаотичные уколы в пустоте (凌空亂刺) Каждый раз, когда меч рассекал воздух, там оставался след. Сверху, снизу, слева, справа — повсюду запеклись багровые шрамы, словно из ран хлынула кровь. Меч из Ганги, движимый невероятной скоростью, заполнил всё пространство вокруг 2-й итерации сетью разрезов. Копье Гэпхва, снопы молний и бесчисленные каменные пики разбились об этот барьер из клинков. — Ква-а-а-анг! Гром прокатился по земле. Сопровождаемая мощным взрывом, Гэпхва прошла через Рассеивание и поглотила всё вокруг, включая меч-барьер. Температура в округе резко подскочила. Плотные ряды каменных пиков безвольно оплавились, а мои изорванные одежды затрепетали под порывами шквального ветра, который всасывало в себя пламя. Вскоре Гэпхва утихла. Среди углей, всё еще тлеющих на земле, 2-я итерация приземлился, выглядя совершенно невредимым. “......” “......” На мгновение воцарилась тишина. Пока слышался лишь треск догорающих искр Гэпхва, 2-я итерация пристально смотрел на меня. Темные зрачки, похожие на глаза дохлой рыбы. Как и мои собственные — неприятный, вызывающий отвращение взгляд. 2-я итерация — определенно игровой персонаж, которого я сам создал, продумав все настройки и отыграв им. Но почему-то это загадочное существо сейчас стоит передо мной и размахивает оружием. 2-я итерация прямо перед глазами. Столкнувшись с ним лицом к лицу, я не мог не прийти к одному предположению. 2-я итерация есть. Значит, могут быть и другие. 1-я, 3-я, 4-я, 5-я... 9-я итерация, которая бродила повсюду, вырезая и пожирая людей. 10-я итерация, которая обыденно совершала массовые убийства, чтобы восполнить запасы крови. 11-я итерация, которая ни во что не ставила человеческие жизни и грабила любые фракции и организации ради прокачки. 12-я итерация, которая и вовсе основала колонию для поставки жертвоприношений... «...Об этом подумаю позже». Пустые мысли. По крайней мере, сейчас это не то, о чем стоит беспокоиться. Похороним лишние раздумья, я нахмурился и проанализировал ход боя. Недолго длился этот обмен ударами. Плотность боя была высокой, но на деле прошло совсем мало времени. Если говорить о результате — меня раскатали в блин. Мои повреждения серьезно накопились, в то время как у противника нет никакого значимого урона. Зря я выпендривался с этой впервые скопированной техникой? Только огреб в ответ, не получив никакой выгоды. Хотя я еще не использовал Синхронизацию на полную, в процессе пробития защиты 2-й итерации мой собственный урон тоже будет расти как снежный ком. Изначально разница в базовых навыках просто подавляющая. Даже если выражаться мягко, я держусь за жизнь на честном слове. В коротком бою я в крайне невыгодном положении. Согласно информации из оригинала, 2-я итерация — еще более «стеклянный», чем я. Стоит мне хоть раз приложить его Гэпхва как следует — и я победил. На самом деле, 2-я итерация только что потратил немало сил, чтобы среагировать на Гэпхва. Но 2-я итерация к тому же и «стеклянная пушка». Если я словлю его мощную расширенную способность... вроде той, которой он вжарил по мне в самом начале, и мое тело разорвет на части — я точно так же сдохну. Прорваться сквозь все эти расширенные способности, преодолеть его мастерство и нанести точный удар — задача не из легких. «Будет ли мне выгоден затяжной бой?» Но если бой затянется, шансы на победу возрастут. Судя по оригиналу и результатам Наблюдения, у 2-й итерации слабы и выносливость, и мана. Его физические показатели крайне низки по сравнению с техникой, то же самое касается и маны. Да что там говорить, Ганги 2-й итерации, который находится на пике своего развития, уступает моей Ганги — первокурсника Сиёлама. Физические способности примерно на одном уровне. Мои раны, которые я с трудом запечатал, постепенно вскрываются, но я могу регенерировать. Стоит мне активировать хотя бы что-то одно — Гэпхва, Тэсан или Усиление тела, — и я превзойду его по физическим статам. 2-я итерация сдерживал расход маны. Он не окутывал всё тело Ганги без нужды. Он экономит ману, включая и выключая её на конечностях ровно в те моменты, когда это необходимо. «У 2-й итерации нет ресурсов для затяжного боя». В оригинале было так же. 2-й итерации не хватало характеристик, поэтому требовался филигранный контроль. В конце концов, разве финал 2-й итерации не наступил после того, как он истощил силы в битве на изнурение против толпы врагов? В отличие от него, я вполне могу позволить себе долгую битву. Мой объем маны огромен. Запас маны внушителен. К тому же я могу черпать ману из окружения и восполнять её сколько угодно. Я могу параллельно использовать Спиритизацию и обрушивать с неба беспорядочную бомбардировку. Выносливости тоже хватает. В крайнем случае можно просто совместить Тэсан и Чангэ через Синхронизацию. И самое главное — у меня есть Полномочие наблюдения, Мастер на все руки и Сродство с маной. Чем больше времени проходит, тем больше данных о 2-й итерации я собираю и тем быстрее расту. Затяжной бой мне на руку. “......” Понял ли это и 2-я итерация? Он начал действовать. Сердце 2-й итерации бешено заколотилось. Бум! Вибрация донеслась даже сюда, несмотря на расстояние. Интервалы между ударами сократились. Сердце бьется как сумасшедшее, принудительно активируя все системы организма. Хр-р-р... Мышцы внутри тела начали раздуваться. Из крепко сжатых кулаков донесся зловещий хруст. И без того мускулистая фигура 2-й итерации значительно увеличилась в размерах. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Путь Асуры (修羅道) Расширенная способность типа «самобафф». Эффект — усиление физических способностей. Сразу после этого он широко развел руки в стороны. Похоже на жест просветления, капитуляции... или отказа от борьбы. Но я никак не мог заставить себя так подумать. — Гу-гу-гунг... От 2-й итерации начала исходить бесплотная аура. Его уникальность стремительно расширяется. Она вздымается вверх, не выказывая признаков затухания. И в конце концов бесплотная аура обрела форму и цвет. В его руках вспыхнула Ганги, превращаясь в оружие. В одной руке он сжал меч, в другой — длинный меч. И. Пара рук, появившаяся из плеч подобно миражу, схватила топор на длинной рукояти и молот. Пара рук, возникшая из поясницы, вцепилась в копье и большую косу. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Одно лицо, шесть рук (一面六臂) Одно лицо. Шесть рук. Подобно легендарному Асуре, явились три пары рук. Даже сейчас 2-я итерация, чей взгляд источал мрачный, бездонный свет, сверлил меня глазами, сжимая оружие, созданное из Ганги. Глядя на это зрелище, я лишь хлопал губами, словно золотая рыбка, а затем, развернув Полномочия пространства и защиты, исказил лицо в гримасе. [Тебе уже лет тридцать должно быть, урод, а ты всё над студентом издеваешься!] Сразу после этого. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Пора середины лета: Разрез заходящего солнца и лазурной луны (仲夏節季 落日靑狘絶) Клинок смиренных небес: Сокрушительные когти взмывающего дракона (卑天刀 乘龍搔碎) Сокрушительный удар: Дробление черепа (覇擊) Резонирующий удар Змеиный хвост, преодолевающий острую стену Окружность: Жатва шейных позвонков (圍徑 頸椎收穫) Шесть расширенных способностей обрушились на меня разом. . . . Блядь, как больно. Сколько раз я уже сдох? ◆ ◆ ◆ [｢Благословение роста｣ помогает вашему росту] [｢Благословение роста (особое)｣ помогает вашему росту] [｢Благословение роста (вход в Башню)｣ помогает вашему росту] ... [｢Проклятие хрупкой красоты｣ помогает вашему росту] [｢Проклятие одиночества｣ помогает вашему росту] [｢Проклятие безмолвия｣ помогает вашему росту] ... [Уникальная способность ｢Мастер на все руки｣ стремительно растет] [Уникальная способность ｢Сродство с маной｣ растет] ... [Владыка Башни Настройки выражает сомнение, правильно ли это] [Владыка Башни Знаний опускает взгляд] [Владыка Башни Роста уныло кивает] ---------- Второе воплощение (3) — У... у-ух!.. Глаза плотно сомкнуты. Благодаря этому чернота перед взором внезапно расцвела пестрыми красками. Радости это не приносило. На самом деле я ничего не видел — просто рассудок начал давать сбои, и в мозгу всплывали галлюцинации. Я только что умер. Череда ударов отсекла запястья и разрубила поясницу. Бесчисленные, непрерывные взмахи искромсали всё тело на куски. Рухнувший с небес топор расколол череп, а сокрушительный удар молота превратил грудную клетку в месиво. Извивающееся змеёй остриё копья вонзилось прямо в сердце, а лезвие огромной косы снесло голову. «Наблюдение» предсказало этот исход, но плоть не успела среагировать. Чудовищные ощущения изнасиловали разум. Странное чувство того, как жизнь в одно мгновение обрывается и тут же связывается вновь, вывернуло мозг наизнанку. Но я не умер. Я пришёл в себя. Я валялся на той самой пустоши, где впервые ступил в Башню Роста, и судорожно хватал ртом воздух. «Гх-х...» Вскоре в радиусе действия «Наблюдения» возникло присутствие. 2-я итерация. Он медленно, размеренно шагал в мою сторону. Открывается инвентарь. Из колыхнувшегося пространства он извлекает иссиня-чёрное железное копьё. Сжимая древко, 2-я итерация неумолимо приближается. Я поспешно вскакиваю на ноги. Ощущение такое, будто мозги и внутренности перемешали в кашу, но тело уже привычно изготовилось к бою. «Нельзя умирать слишком часто». В лобовом столкновении шансов нет. С самого начала его мастерство было подавляющим. Даже не упоминая расширенные способности, я проигрываю. Сближение само по себе выгодно 2-й итерации. Нельзя бездумно бросаться на рожон и дохнуть. Каждая смерть стремительно истощает ментальную силу, выжигая волю. В тот момент, когда воля иссякнет окончательно, случится катастрофа — Полномочие просто отключится. «Нужно разорвать дистанцию». Тогда он наверняка достанет лук и засыплет меня градом стрел из расширенных способностей стрельбы, но, сочетая «Тэсан» и «Спиритизацию», я смогу продержаться. А затем, потянув время... ... Я внезапно оборвал свои мысли. Тело, собиравшееся отступить, застыло. Нахлынуло недоумение. Потянуть время — и что дальше? Ради получения информации? У меня есть Полномочие наблюдения, но самый быстрый и точный способ добыть сведения и в реальном времени впитать чужое мастерство — это прямое столкновение. «...Это же Башня Роста». Пространство, созданное для развития. Здесь важны не выживание или победа. Даже если в итоге я проиграю, главное — вернуться отсюда, став сильнее. Здесь невозможно умереть по-настоящему. Тело, превращённое в ошметки мяса, восстанавливается, а разум, хоть и терзаемый болью, остаётся в сохранности. «Благословение роста» усиливается. Я чувствую это прямо сейчас. Физическая оболочка бурлит, развиваясь в реальном времени, а навыки растут с невероятной скоростью. Я не собираюсь этого делать, но стоит мне изъявить желание сдаться — и я тут же вернусь в реальность. Время, которое можно провести в этом удобном и абсурдном месте, ограничено максимум пятью днями. Слишком короткий срок. Так какого чёрта я, поддавшись страху, пытаюсь увеличить дистанцию и трачу время на «безопасное» выживание? Это даже не заслуживает обсуждения. «...Активное состояние Полномочия, Пространство». Стиснув зубы, я открыл Подпространство. Из множества хранящихся там видов оружия я выхватил копьё. Похожее на то, что было в руках у 2-й итерации. В честном бою мне не победить. Его техника изначально на голову выше моей. Я явно уступаю, даже не беря в расчёт расширенные способности. Навязывать ближний бой — самоубийство. Но вместо этого я продемонстрирую ещё более стремительный рост. Тело и голова будут раскалываться от боли. Не знаю почему, но ощущения здесь воплощены настолько реально, что будет чертовски больно. Мной овладел страх. Сколько бы времени ни прошло, натура не меняется: я до смерти боюсь даже укола иголки, до слёз в глазах. Сейчас я мог бы отступить, прикрываясь этим оправданием, но в будущем такой возможности не будет. Наступит по-настоящему важный момент. Когда нельзя будет отступить. Когда будет непозволительно упасть. Ситуация, в которой погибнет не просто никчёмный я, а пострадают люди, что дороже мне самой жизни. Чтобы преодолеть такой момент... я должен расти сейчас. Крепко сжав копьё, я двинулся навстречу 2-й итерации. ◆ ◆ ◆ Пространство, в котором оказалась Пэк Арин после входа в Башню Роста, представляло собой заснеженную равнину, укрытую толстым слоем белого пуха. Река, которой полагалось неспешно течь, скована льдом, а на голых ветвях деревьев вместо зелёных листьев висели белоснежные ледяные цветы. Пэк Арин плавно подняла руку. Вскоре на её тыльную сторону ладони опустилась крохотная снежинка. Несмотря на то что это был лишь редкий снежок, а не обильный снегопад, она приземлилась точно на кожу. Снег не был холодным. Снежинка, прилипшая к руке, не таяла от тепла её тела. Впрочем, у неё не было причин таять, ведь температура тела Арин была почти такой же. «Чангэ» Пэк Арин была из тех способностей, что специализировались на энергии холода. Хотя она управляла энергией воды на высоком уровне, её истинный талант был сосредоточен именно на холоде. Поэтому её организм обладал конституцией, способной легко вмещать в себя стужу. По её магическим цепям струился ледяной поток, и даже алая кровь в венах казалась почти остывшей. Кости, мышцы, кожа — всё было прохладным, лишённым и капли тепла. Это застывшее тело обладало притупленными чувствами. «Холодно». И всё же Пэк Арин почувствовала холод от снега. Несмотря на то что температура снежинки была близка к её собственной... или даже выше, она ощутила холод. На самом деле, дело было не только в снеге. Мана внутри, кровь... она просто воспринимала собственное тело как нечто ледяное. Это было крайне неприятно. Возникало физиологическое отторжение. Ей осточертела эта плоть, которая не желала оттаивать, сколько бы её ни палили огнём. Пэк Арин стряхнула снег и повернула голову. Окружающая обстановка заметно изменилась с момента её появления. Белоснежный покров на земле давно разметало в стороны. Взору открылась бесплодная почва, изрытая и превращённая в месиво последствиями битвы. — Ты что, говорить не умеешь? Она слегка повернула голову и обратилась к существу, впечатанному в дно огромного кратера. Тело существа покрылось белым инеем, а срезы оторванных конечностей заледенели, не выпустив ни капли крови. Это была копия Пэк Арин, созданная Башней Роста. — Неужели диалог невозможен? Это функциональный дефект или нас намеренно заблокировали?.. Копия была неспособна к общению. Она пыталась заговорить с ней, но та лишь бросалась в атаку, преисполненная жажды убийства к претенденту. — Впрочем, если бы с копией можно было поболтать, это само по себе было бы жутковато. Вести беседы с тем, кого тебе всё равно придётся избить и прикончить... Ощущение было бы не из приятных. Пэк Арин задумчиво кивнула самой себе. К тому же она только что подавила свою копию. Конечно, сама Арин тоже не выглядела безупречно. Волосы растрепаны, на теле виднелись раны, но боли она не чувствовала. Да и до того плачевного состояния, в котором пребывал двойник, ей было далеко. «Прошло примерно четыре дня?.. Тяжеловато». Впервые она одолела копию ещё в первый день. В конце концов, их способности и навыки идентичны, так что при прямом столкновении шансы на победу — пятьдесят на пятьдесят. Однако на то, чтобы научиться подавлять её так легко, как сейчас, ушло четыре дня. «Ёнхва справилась быстрее меня? Она та ещё задира, так что, возможно, прикончила свою копию сразу и уже сражается с какими-нибудь призванными монстрами». Иными словами, всего за несколько дней Пэк Арин выросла настолько, что могла без труда одолеть саму себя образца момента входа в Башню. «Башня — это действительно читерство...» И «Благословение роста», и эффект входа в Башню. Всё это были запредельно мощные бонусы. Должно быть, именно поэтому юные сверхлюди и их опекуны не смеют и слова сказать против Сиёлам, буквально ползая перед ними на коленях. «Хотелось бы заходить сюда каждую неделю». Тогда, наверное, можно было бы достичь высшего ранга меньше чем за полгода. Хотя в реальности это, конечно, невозможно... — Тр-р-реск... Пока Пэк Арин восстанавливала силы, и физические, и душевные. Копия, как и прежде, уставилась на неё безжизненными глазами и дернулась. Это была попытка сопротивления, но ледяные колья, глубоко вонзившиеся в разные части тела, пресекли её на корню. Колья были щедро пропитаны проклятиями подавления и ослабления ран. Двигаться, когда в тебя вбито столько штук, было нереально. Более того, ядро и магические цепи были разрушены, а остатков маны не хватало даже на слабую контратаку. «......» Пэк Арин пристально смотрела на копию сверху вниз. То, как она извивалась на земле с оторванными конечностями, напоминало копошение насекомого. Внешне копия была точной копией Арин. Глаза цвета чистого моря и длинные, мягкие волосы. Изгибы пышного тела, черты лица, а также структура цепей, ядра и свойства маны — всё было идентичным. Но они были разными. Копия не улыбалась. Её взгляд был лишён эмоций, а уголки губ не изгибались. Только из-за этого впечатление, которое Пэк Арин производила на окружающих, менялось на 180 градусов. Если её обычный образ напоминал бескрайнее лазурное море и был мягким, то сейчас это было похоже на застывший, безмолвный ледник. — Тц. Ей было противно всё: и это холодное, неповоротливое тело, и этот мрачный облик, который становился таким, стоило ей перестать глупо улыбаться. Она прилагала все усилия, чтобы преодолеть это, но значительного прогресса не было. Крохотная надежда, которую она возлагала на Хон Ёнхва, была пределом. Однако в последнее время наметились большие перспективы. Пэк Арин лучезарно улыбнулась и подпрыгнула. Она подошла к копии, распластавшейся на дне кратера. Бросив взгляд на не желающего сдаваться двойника, она покрепче перехватила созданное из «Чангэ» ледяное копьё. Сверкающее остриё нацелилось на копию. — Что ж... теперь и мне стоит призвать каких-нибудь монстров. — Хрусть! Обрушившееся лезвие копья пробило грудь копии насквозь. ◆ ◆ ◆ — Хрусть! В мгновение ока сверкнувшее копьё пронзило мою грудь. Я почувствовал ледяную остроту, вгрызающуюся в плоть. Кха-ак! Я из последних сил вцепился в древко, которое стремилось уйти ещё глубже. Дрожащее остриё скрежетало по ребрам. Завязалась короткая борьба сил. Если останусь в таком положении, меня просто насадят на вертел. Ли Ха Юль ударил кулаком по древку. Расширенная способность «Мастера на все руки» «Тысяча перемен» — Сокрушение гранёного железного шеста Хрусть! Древко из чёрного железа переломилось, словно сухая соломинка. 2-я итерация без сожаления отбросил обломок и пустил в ход обе руки. Ко мне метнулись ладони, окутанные алой Ганги. Я уже не раз сталкивался с этим. Бывало, я умирал от того, что мне выкручивали суставы, стоило ему схватить меня; бывало, пропускал серию ударов, и моё сердце вместе с головой просто взрывались. Ли Ха Юль тоже вытянул руки навстречу. Па-па-пак! Руки сплелись в бешеном танце, оставляя белые и красные остаточные шлейфы. Глаза 2-й итерации впились в Ли Ха Юля. Ладонь, выстрелившая подобно молнии. Стоит ей вцепиться — и она вывернет конечность. Реагирую. Локоть Ли Ха Юля, отозвавшись на сверхскорости, обрушился на предплечье врага. Отбив атаку, Ли Ха Юль сам перешёл в наступление. Его движения отличались от манеры 2-й итерации. Движение, в котором очертания объекта размывались, словно в порыве тумана, метило в горло противника. «Расширенная способность». Уклонение. Уловив образ, он сместил траекторию. В ту же секунду глаза 2-й итерации отыскали крохотную брешь. Бам! Короткий, резкий шаг (진각), чтобы придать телу инерцию. Разворот корпуса, плечо вперёд. Расширенная способность «Искусства Всеохватного Боя» Сокрушение горы копытным шагом Таран корпусом, входящий в расширенную способность. Массивное тело 2-й итерации врезалось в Ли Ха Юля. — Бу-ум! Вспыхнула мощная ударная волна. Пласт земли вокруг вздыбился. Колоссальный импульс хлынул внутрь тела. Ли Ха Юль хладнокровно впечатал стопу в землю. — Крак! Поверхность под ногами мгновенно обрушилась. Груды земли, принявшие на себя удар, превратились в пыль и исчезли. Ли Ха Юль, умело перенаправивший энергию удара, раскрыл ладонь. Ганги закрутилась вокруг локтя яростным вихрем. Воплощая ранее изученную «Ладонь водоворота мутной воды» через Ганги вместо энергии воды, он нанёс удар. — Ква-р-р-р-р! Белоснежный смерч расширился. В направлении удара вырвался водоворот Ганги, сметая всё на своём пути. За миг до того, как вихрь разросся, 2-я итерация выскользнул из зоны поражения и, разорвав дистанцию, легко приземлился. Безумно несущийся поток постепенно утих. Хотя пыль застилала всё вокруг, глаза 2-й итерации безошибочно фиксировали Ли Ха Юля. Стряхнув остатки вихря с руки, Ли Ха Юль развернулся. «......» Наблюдая за этим, 2-я итерация анализировал прошедшую схватку. Ли Ха Юль в тот момент, когда только вошёл в Башню Роста. Он был талантлив, его навыки были неплохи, но его можно было подавить. И когда он проявлял свои таланты, и когда упорствовал в ближнем бою — подавить его было несложно. А сейчас... «Его не так-то просто сломить». Даже прилагая значительные усилия, добиться победы трудно. Напротив, теперь он сам переходит в контратаки. Прошло всего несколько дней, а мастерство Ли Ха Юля взлетело до небес. Пусть это и было целью, но даже с учётом «Благословения роста» 2-я итерация был поражён такой скоростью развития. «Значит, оригинал действительно иной». К тому же, как ни глупо, он почувствовал легкое опустошение. Скрывая горечь, 2-я итерация двинулся навстречу бросившемуся в атаку Ли Ха Юлю. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Мастер на все руки» стремительно развивается] ---------- Том 1 Глава 188 Пока идёт график входа в Башню, ответственные профессора соответствующих курсов собираются в одном месте. Это делалось как для обсуждения процесса прохождения, так и для немедленного реагирования на возможные чрезвычайные ситуации. Темой входа в Башню в этом втором семестре было Созерцание. Суть проста. Битва с собственной копией. После победы над собой курсант может по собственному желанию призвать иное существо, но в основе своей это смертельная схватка с двойником. Из-за этого критерии оценки не столь разнообразны и строги, как во время первого семестра. С самого начала... — Раз так, может, стоило их просто отпустить? Нам ведь даже трансляцию в реальном времени не показывают... В безмолвном пространстве эхом раздался голос. Это говорила Ли Суён, ответственный профессор класса Усу. При виде того, как она подпирает подбородок и скучающе бормочет, некоторые профессора мысленно кивнули. В отличие от прошлого раза, количество голограмм, проецируемых над столом, было ничтожно малым. Да и те не были видео в реальном времени, а представляли собой лишь таблицы с простыми формулами и графиками. По какой-то причине в этот раз трансляция видео не велась. Поэтому собравшиеся здесь профессора первого курса занимались каждый своими делами. Помощник профессора, стоявший рядом с Ли Суён, ответил с горькой усмешкой: — Мало ли, вдруг случится чрезвычайная ситуация. — Хотя до сих пор их ни разу не было. Может, я и беспечна в плане безопасности, но честно, какой инцидент тут может произойти? Максимум — потасовка между курсантами? — А-ха-ха... Оборона Сиёлам пользуется дурной славой из-за своей неприступности. Было предпринято бесчисленное множество попыток, но ни разу не было допущено даже малейшего проникновения. Слово «неприступная» подходит здесь как нельзя лучше. Ли Суён было трудно представить, что в таком месте, как Сиёлам, могут возникнуть проблемы. Тем не менее, правила есть правила, поэтому она оставалась на своем месте. Так или иначе, раз уж профессора первого курса собрались вместе, было проведено несколько совещаний. — Программа Фестиваля Рождения в этом году будет такой же, как в прошлом? — По словам вице-ректора, в этом году всё пройдет еще более масштабно. — Правда? Прошлый год и так был грандиозным и веселым. Особенно обход рядов с лавками, которые открыли курсанты... Ах, точно, я же теперь ответственная за курс... Основной темой обсуждения стал Фестиваль Рождения. Фестиваль Рождения — это праздник, проводимый в Сиёлам в конце года. Эта традиция зародилась еще в самом начале существования Сиёлам, и ее смысл заключается в праздновании будущего детей, покидающих Колыбель и выходящих в большой мир. С тех пор многое в процессе и программе изменилось, но суть праздника — есть, веселиться и играть — осталась неизменной. Поэтому и программа из года в год примерно одинаковая. В конце концов, это расписание создано для удовольствия участников. Проводятся развлекательные конкурсы, состязания, выставляются на показ диковинные магические артефакты. И, как на любом фестивале, открываются лавки, где продают вкусную еду, напитки и алкоголь. Свои точки открывают как предприниматели из торгового сектора, так и сами курсанты, организуясь в группы. Ли Суён просияла, вспомнив, как весело она гуляла и выпивала в прошлом году. Однако вскоре она вспомнила, что в этот раз стала ответственным профессором первого курса и вовлечена в подготовку, отчего ее лицо мгновенно помрачнело. Не то чтобы профессора не могли наслаждаться праздником, но повеселиться так же беззаботно, как в прошлом году, уже не получится... — ...... — ...... Пока шло обсуждение, двое человек совершенно не вписывались в разговор о Фестивале Рождения. Лиана и Атра. Лиана, хлопая глазами, внимательно прислушивалась к беседе, а Атра сидела с плотно закрытыми глазами. То есть, они не проронили ни слова. Если точнее, они просто не могли вклиниться. — ...Профессор Атра, у вас что, совсем нет предложений? Лиана, стрельнув глазами в сторону, прошептала сидевшей рядом Атре. Та открыла глаза и покосилась на Лиану. Атра изначально не была выпускницей Сиёлам. Она училась в Британской академии. Не то чтобы там не было праздников, но в те времена Атра, одержимая тренировками, была настоящей фанаткой, вечно торчавшей в тренировочном зале. — Нет. Нужно хоть что-то знать, чтобы вставлять свои пять копеек. К тому же, разве не у тебя должны быть идеи? Ты ведь сама через это проходила. — ...У меня? Да у меня тоже-е... нет никаких мыслей. Лиана уклонилась от ответа, протянув окончание фразы. Она — выпускница Сиёлам. Опытный человек, переживший четыре Фестиваля Рождения с первого по четвертый курс. Однако Лиана не любила праздники. Пока другие открывали лавки и с удовольствием участвовали в состязаниях, Лиана зарывалась в книги в библиотеке или играла с духами в безлюдных пустых зонах. В то время было много желающих повеселиться с Лианой, неизменно занимавшей место лучшей ученицы, но она никогда не отвечала им взаимностью. Лиана тех времен, еще не познавшая горечи Магических земель, была обладательницей... странного характера, который трудно описать словами. Обе они были далеки от понятия «фестиваль». К тому же, видео входа Ли Ха Юля в Башню не транслировалось, так что время для них во многих смыслах тянулось впустую. У Лианы хотя бы были дела как у ответственной за класс Ипчхун, Атре же и вовсе было нечем заняться. Поэтому Лиана методично разгребала дела, а Атра коротала время, размышляя о графике тренировок Ли Ха Юля. — Тр-р-р... — ...Ой? Над столом вспыхнула голограмма. На экране было видно, как по входу в Башню пошла рябь и он начал медленно открываться. Все, кто увидел экран, широко раскрыли глаза. Шел послеобеденный период четвертого дня; до завершения испытания оставалось еще около суток. — Кто это выходит? Погодите, сейчас открою записи... Несколько профессоров суетливо защелкали голограммой. — ...Курсант Ли Ха Юль? Кто-то в недоумении произнес его имя. Еще до того, как фраза была закончена, Атра и Лиана вскочили со своих мест. На экране Ли Ха Юль, словно выплюнутый входом в Башню, опасно покачнулся. У обеих женщин сердце ушло в пятки. Что этот Золотой ребёнок-неженка опять, опять, опять натворил, раз покинул Башню досрочно? Почему он снова едва держится на ногах? Подавляя невольно возникающие тревожные мысли, они стрелой вылетели наружу и бросились к входу в Башню. — ...!? Выбежавшая в ужасе Атра внезапно замерла. Инстинктивно она резко затормозила, с силой упершись ногами в землю, сдерживая рвущееся вперед тело. Сердце велело немедленно подбежать к Ли Ха Юлю и спросить, всё ли с ним в порядке. — ...Что это... Волоски на коже встали дыбом. Инстинкт предупреждал, что приближаться нельзя. Весь накопленный опыт кричал об опасности, сковывая движения. Аура Ли Ха Юля изменилась. Его присутствие, обычно крайне слабое и нестабильное, претерпело резкую метаморфозу. Казалось, его аура материализовалась в лезвия, готовые в буквальном смысле искромсать всё вокруг. На затылке, словно галлюцинация, ощутилось холодное прикосновение острого оружия. Это была настолько зловещая мощь, что даже Атра оцепенела. Против воли по ее щеке скатилась капля холодного пота. — Боже мой. — ...Что же, черт возьми, произошло в Башне? Лиана и другие профессора, выбежавшие следом, тоже застыли перед этой запредельно мрачной аурой. Завязалось странное противостояние. В тот момент, когда кто-то с трудом сглотнул слюну. [Учи... тель?] [Профессор... Лиана?] Кулон на шее Ли Ха Юля щелкнул. Раздался прерывающийся голос, словно пробивающийся сквозь помехи. В тот же миг зловещая аура утихла. Лицо Ли Ха Юля, казавшееся пугающе холодным, постепенно смягчилось, возвращаясь к прежнему мягкому выражению. Не обращая внимания на замешательство окружающих, Ли Ха Юль побрел вперед тяжелыми шагами. Некоторые люди так и остались стоять в напряжении. Они никак не могли расслабиться после той недавней кровожадной ауры. Ли Ха Юль не обращал на них ни малейшего внимания. Он шел прямиком к своей цели. И, подойдя, уткнулся лицом в грудь Атре, которая была ближе всех. — ...? Атра, всё еще пребывавшая в оцепенении, захлопала глазами. Ли Ха Юль прижался к ней. Тело среагировало рефлекторно. Она раскрыла объятия и без колебаний прижала его к себе. Естественным движением она обхватила его за талию, привлекая ближе, а другую руку положила ему на голову, осторожно поглаживая и прижимая к себе. Повинуясь этому жесту, Ли Ха Юль еще сильнее зарылся в ее объятия. Держать Ли Ха Юля в руках было делом привычным. С этой мыслью она принялась утешать прильнувшего к ней и капризничающего Ли Ха Юля. — Что же на этот раз случилось... Лиана, подошедшая сбоку, вела себя так же. Не понимая причин, она поспешила успокоить внезапно ставшего странным ребенка и сосредоточилась на заботе, поглаживая Ли Ха Юля по голове и спине. . . . — ...Отрадно видеть столь крепкую связь между учителем и учеником, но не могли бы вы сначала прояснить ситуацию? — А? — Ой? — Нехорошо вмешиваться в личные дела, но... не кажется ли вам, что для столь открытого пространства такие тесные контакты излишни?.. Сцена затянулась. Лишь когда профессор Альберот, не выдержав ожидания, вмешался, обе женщины пришли в себя. Резко подняв головы и оглядевшись, они наткнулись на множество крайне странных взглядов, направленных в их сторону. — О боже... Среди них было немало и любопытных взоров. Ли Суён, в частности, округлила глаза и, прикрыв рот рукой, издала восхищенный возглас. ◆ ◆ ◆ В мир, еще недавно наполненный грозным грохотом, незаметно опустилась тишина. Пустошь, где и раньше было трудно найти хоть травинку, давно превратилась в бесполезную груду мусора. Глубокие воронки, следы взрывов и трещины... Всё это было последствием тысяч столкновений оружия и бесчисленных ударов Расширенных способностей. Присевший на кучу земли, вывороченную ударной волной, 2-я итерация отрешенно огляделся и вдруг коснулся своего плеча. Отозвалась боль. Рана тянулась от правого плеча до левого бедра. Для 2-й итерации в этом не было ничего нового. За свою жизнь он получил слишком много ранений. Некоторые оставили последствия, другие зажили, сохранив функциональность, но оставив после себя отвратительные шрамы. Прямо сейчас даже крепкий взрослый мужчина мог бы упасть в обморок, столкнувшись лицом к лицу с его уродливым обликом. — Ха... Однако сейчас 2-я итерация испытывал по поводу этой раны смешанные чувства. Как бы сильно 2-я итерация ни занижал свои физические показатели до равного уровня... Эту рану нанес не кто иной, как «настоящий». Причем нанес увечье, которое в обычных условиях нанести бы никогда не смог. Эта рана стала условием успешного прохождения Испытания, и «настоящий» только что покинул это место. К тому же, его ментальные силы были на исходе, так что 2-я итерация и сам собирался сделать перерыв. «...Ха-ха...» Проводя пальцами по ране, 2-я итерация не мог не ощутить разницу между фальшивкой и оригиналом. То, что он сам осваивал и оттачивал долгое время, барахтаясь в лужах крови, «настоящий» пусть и неумело, но перенял всего за несколько дней. Поистине подавляющий разрыв. Чем больше он это осознавал, тем сильнее его разбирал горький смех. К тому же, уместно ли вообще выражение «при жизни»? Ведь фальшивка никогда не была настоящей. — Вижу, ты легок на подъем. Пробормотал 2-я итерация, отрешенно поглаживая рану. Звука не было. Ни вибраций, ни колебаний маны. Однако чувства 2-й итерации, его Искусство Всеохватного Боя, уловили изменения. Впрочем, собеседник и не пытался намеренно скрыть свое присутствие. Почувствовав чье-то присутствие прямо за спиной, 2-я итерация, не оборачиваясь, продолжил: — С ума сойти можно. Когда я, блядь, из кожи вон лез в поисках, тебя и след простыл, а стоило стать дохлым призраком, как ты тут же явился? Ответа не последовало. Собеседник лишь хранил молчание. — Раз уж показался, чего язык в жопу засунул? Может, тогда обратно залезть хочешь? Или пришел посмеяться над моим жалким видом? 『Г...!? Не...!』 На сухой вопрос 2-й итерации ответил странный звук. Как бы это назвать? Похоже на попытку услышать звуки снаружи, находясь глубоко под водой с заложенными ушами. Разумеется, качество звука было искажено до неузнаваемости. Разобрать что-либо было невозможно. — Да в пизду всё... Буду просто сокрушаться в одиночестве. 2-я итерация почесал ухо и покачал головой. — Ваш нынешний метод... я понимаю. Лучше перетерпеть боль сейчас и стать счастливым потом, чем позже с позором всё потерять и сдохнуть. 2-я итерация лично избивал «настоящего». Он давно заметил, что у Ли Ха Юля реализовано чувство боли. Но это его не остановило. Эта возможность была слишком ценной, чтобы прерываться из-за такой мелочи. Тот, кто стоял сзади, склонив голову, наверняка думал так же. На деле Ли Ха Юль вернулся с результатами, которые не просто были достаточными, а превосходили все самые смелые ожидания. Он всё еще неопытен, но с таким багажом сам во всём разберется. Невероятное существо. Кроме того, выбор Хозяев Башни тоже можно пон... по... пон... 2-я итерация внезапно замолчал. Вместо слов в его сознании промелькнули воспоминания. Жизнь, которую можно назвать долгой, а можно — короткой. Жизнь, казавшаяся то насыщенной, то пустой. Жизнь, бывшая лишь существованием пустой оболочки-фальшивки. — ...Я понимаю. С вашей точки зрения, учитывая моё ничтожество, это был лучший, самый эффективный и верный выбор. Присутствие позади него по-прежнему хранило молчание. — Но как бы я ни понимал, я вас ненавижу. Хрусть... Он сжал кулаки. На покрытой шрамами тыльной стороне ладони вздулись толстые вены. — Я понимаю, что намерения были благими, что вы не хотели причинять мне такую боль, и что это был лучший ход. Но... я не могу вас полюбить. Рождение, рост, колыбель, горечь, жажда, чувство утраты, бессилие, отчаяние, спешка, смерть... 2-я итерация, Ли Ха Юль, вспоминал свою жизнь. Она была полна невзгод и никчемна. Он ничего не добился. Его талантов катастрофически не хватало для исполнения желаний. Несмотря на то, что он из кожи вон лез, надрывался, ползал и по-уродски цеплялся за жизнь, этого оказалось мало, и в итоге он жалко погиб. Но даже эта грязная жизнь не принадлежала «настоящему». Она была лишь одной из вероятностей, случайно подсмотренной ветвью судьбы. От этого осознания на душе становилось невыносимо гадко. Казалось, будто вся жизнь, через которую он продирался с таким трудом, была перечеркнута. Нет, она и была перечеркнута. Моя жизнь не была настоящей. 『......』 Ответа не последовало. То ли собеседник не мог говорить, то ли мог, но не смел из-за отсутствия совести — он лишь безмолвно принимал обвинения, склонив голову. Заметив это, 2-я итерация тяжело вздохнул и произнес: — ...И всё же, я не желаю вам кары до самой смерти. Вы мне глубоко противны, но ваш поступок не был ошибкой. Если этот план увенчается успехом, мир не погибнет, а настоящий Ли Ха Юль в итоге проживет ту самую счастливую жизнь, о которой так мечтал. Присутствие за спиной сильно дрогнуло. Неужели оно не ожидало услышать такие слова? — Так что помогайте как следует. У вас ведь всё равно нет пути назад. 2-я итерация... Ли Ха Юль не был тем, кто желает другим таких же страданий, какие выпали на его долю. — Хотя бы «настоящий» должен быть счастлив. Долгий разговор оборвался. Тело Ли Ха Юля, закончившего свою речь, начало распадаться на частицы света. ◆ ◆ ◆ Тем временем в общем тренировочном зале внутри Башни Роста. — Ёнхва, мы можем немного поговорить о Ха Юле? — ...О Ха Юле? При этих словах Элии, хлопнувшей в ладоши, лицо Хон Ёнхва стало недовольным. *На Бусти закинул продолжение до 300+- главы, ссылка в комментах ---------- Том 1 Глава 189 Яростная потасовка со 2-й итерацией подошла к концу. Пришлось мне несладко. Тело до сих пор ноет. Меня резали, кололи, избивали, кромсали и рвали на части... Тяжёлое было время. Особенно туго пришлось в середине, когда истощились душевные силы и Полномочия отключились. С отключением Полномочия пространства стало трудно доставать оружие из подпространства, да и управление силами притяжения и отталкивания заблокировалось. К тому же я не смог запечатать инвентарь 2-й итерации, и тот помыкал мной как хотел, извлекая оттуда невообразимое множество всякого оружия. Я и сам носил с собой немало снаряжения, но из инвентаря 2-й итерации вылетало такое, что диву даёшься. Он то кромсал меня, играя с дистанцией и держа в руках кривые мечи разной длины, то осыпал градом ударов со всех сторон чем-то вроде кистеня. Кроме того, были когти... керамбиты, мечи-плети, длинные копья с множеством лезвий, похожие на ветви деревьев, булавы... Тренируясь с наставницей, я перепробовал много оружия, но количество снаряжения, которым владел 2-я итерация, выводило мастерство на совершенно иное измерение. Даже если ограбить огромную кузницу или музей вооружения, вещей там окажется меньше. Вслед за этим отключилось и Наблюдение, ограничив сбор информации. С того момента отвечать на выпады 2-й итерации стало куда труднее. Пришлось полагаться на эхолокацию, которую я упорно тренировал как раз на такой случай. Она уступала Наблюдению, но позволяла двигаться достаточно уверенно для ведения боя. Конечно, без Наблюдения меня всё равно превратили в кровавое месиво. [Погладьте меня ещё...] Словом, я вымотался до предела. Потому я жаждал душевного Счастья. Придя к такому простому выводу, я вовсю капризничал перед наставницей в режиме реального времени. — Надо же... Ни дня без происшествий. [Э-хе-хе...] — Это не похвала... Озадаченно пробормотала наставница. Обидно слышать. Я ведь не нарочно влипаю в истории, просто окружающие вечно не дают мне покоя. С этой обидой в сердце я замотал головой. Волосы и кожа то и дело тёрлись о мягкую плоть. Благодаря мерному стуку сердца наставницы натянутое до предела напряжение начало медленно отпускать. Поёрзав немного, я окончательно успокоился и обмяк. — Хм-м... Наставница горько усмехнулась, но всё же, словно сдавшись, погладила меня по голове. [Как хорошо...] С глуповатой улыбкой на лице я ещё отчаяннее прильнул к ней. Сам не заметил, как оказался в её доме — мы лежали в постели бок о бок, восстанавливая силы. Когда я только вышел из Башни Роста, соображал туго, но обрывки разговоров в памяти сохранились. Судя по всему, шёл четвёртый день с момента входа в Башню. Все были в замешательстве от того, что я выскочил на день раньше. Заметив моё скверное состояние, наставница, наплевав на дела, забрала меня домой. Раз уж я покинул Башню, хотелось сразу навестить Се Юль... но я был в непотребном виде. Я ведь её опекун, хотелось выглядеть надёжным и статным. ...Впрочем, кажется, с этим я уже опоздал. Я и так на глазах у Се Юль не раз представал в жалком свете. Хоть я и опекун, возникали опасения, не втоптан ли мой авторитет в грязь. Конечно, добрая Се Юль по-прежнему меня слушается, но всё же... ...Так или иначе, сейчас я лежал рядом с наставницей, восстанавливая душевные силы. — Я сама присмотрю за Ха Юлем, а ты оставайся. — Что? Почему я? Я тоже хочу... — Ты ведь отвечаешь за класс Ипчхун. Полно кадетов ещё не вышли, как может куратор бросить всё на полпути? — ...Ну почему именно в такие моменты вы приводите столь разумные доводы... Наставница отвечает за студентов, поступивших по особым льготам. А рядом с кураторами первого курса она оказалась потому, что я первокурсник. То есть, как только я покинул Башню, у наставницы не осталось причин там задерживаться. В отличие от неё, профессор Лиана — полноправный куратор класса Ипчхун. Она не могла бросить остальных кадетов только из-за моего появления. Поэтому Лиана осталась на месте с крайне недовольным видом. «Меня что, экстренно эвакуировали?..» В Башне Роста предусмотрены базовые защитные механизмы. Главный из них — принудительный выброс кадета, если его жизни угрожает опасность. К тому же, заботясь о психике учеников, система сводит болевые ощущения к минимуму... «Твою мать. Со мной-то всё было иначе». Лицо исказилось от внезапно всплывших воспоминаний. До сих пор живо помню то оцепенение, когда мне впервые перерезали горло. Почему 2-я итерация там? Почему игровой персонаж ожил и двигается? А, мне шею вскрыли. Но почему так больно? Чертовски больно... Тогда ситуация была критической, и я не задумывался, но сейчас, в спокойной обстановке, всё это казалось сущим абсурдом. «Надо во всём разобраться». Если ректор отсутствует, я пойду к вице-ректору и спрошу, что это, чёрт возьми, было. И прежде всего — что это вообще такое? 2-я итерация. Никнейм, который я ему дал — Тугви. Официальный системный титул — пафосное «Асура, ищущий битвы». Тот, с кем я сражался — определённо 2-я итерация. Сомнений быть не может. Артефакты, техники, а главное — связка расширенных способностей 2-й итерации: Путь Асуры и Одно лицо, шесть рук... Все детали указывали на него. «Что же это за чертовщина?» Я встретил не просто игрового персонажа — герой, которого я сам создал и которым управлял, кромсал меня на куски прямо перед моими глазами. Голова шла кругом. Движения, которые можно назвать искусством, мастерство владения оружием, боевые навыки и тактическая игра, подавившая даже моё Полномочие наблюдения. Умелое использование разницы в физических возможностях при активации и отмене Гангче, мастерское владение рваным ритмом ускорения и замедления. Разнообразное применение Ганги, которое не ограничивалось простым окутыванием тела или оружия. Это были не просто заложенные в программу приёмы, в них чувствовался густой, накопленный годами опыт, который трудно даже вообразить. Сложно было представить такое у персонажа, которого я создал просто ради забавы... И что важнее всего... — Прости, что мучил тебя. Ты хорошо потрудился. Голос, вонзившийся в уши перед самым выходом из Башни... когда я валялся в полном бессилии. Жуткий, скрежещущий, словно металл о металл, но пропитанный сложной гаммой чувств — он до сих пор звучит в голове как живой. «.......» Голова раскалывалась. Боль пронзала череп. — Ну и чем ты опять так недоволен, что так хмуришься? Заметив, как я насупился, наставница мягко нажала пальцем на переносицу, разглаживая морщинку. — Испортишь такое красивое лицо. Не ходи с таким видом. [Э-э-э...] [Прохладно] [Наслаждение] [Массаж] Межбровье само собой разгладилось. Наставница тихо рассмеялась и принялась разминать моё лицо, расслабляя мышцы. Я заёрзал от удовольствия, и ожерелье издало негромкий, глухой щелчок. «Звук какой-то другой... Да ладно. Функции в норме». Я почувствовал некое несоответствие в этом звуке, но отложил мысли об этом вместе с раздумьями о 2-й итерации. [Я очень старался] [Требуется награда] [А потому требую поглаживаний] — ...Я могу гладить тебя сколько угодно и без всяких причин. Но мне бы очень хотелось услышать, через что пришлось пройти моему ученику. Расскажешь? Спустя некоторое время. Решив, что мне стало значительно лучше, наставница спросила меня об этом мягким голосом. «Что же произошло в Башне...» Я на мгновение погрузился в раздумья. Разумеется, объяснить я ничего не мог. Просто потому, что сам не понимал сути происходящего... Я не знал ровным счётом ни черта. А может, это было лишь оправданием. На самом деле я просто боялся, что если вывалю всё как есть, она может меня возненавидеть. «М-м...» Я украдкой проверил своё состояние. Душевные силы изрядно восстановились. В обычных условиях я бы ещё несколько дней ходил почти слепым, но, видимо, под влиянием Башни Роста теперь мог использовать Наблюдение. [Я покажу вам лично] В конце концов, после недолгих колебаний я решил продемонстрировать плоды своего восхождения. ◆ ◆ ◆ Атра сложным взглядом смотрела на Ли Ха Юля, стоявшего напротив. «Покажет лично... Чего же он там добился?» Когда она осторожно спросила его об успехах, боясь, как бы он не свалился, харкая кровью, тот внезапно предложил пойти на тренировочную площадку. Разумеется, поначалу она пыталась его отговорить. С чего бы ей радоваться предложению о спарринге от ребёнка, который ещё недавно едва стоял на ногах? Но после настойчивых уговоров Ли Ха Юля... и его заверений, что теперь всё в порядке, они всё же оказались на тренировочной площадке. Его тело и впрямь выглядело целым и невредимым, а разум... неужели он восстановился за столь короткий срок? Обычно в такие моменты он бы весь день льнул к ней и капризничал. Возможно, благодаря Башне Роста восстановление психики тоже ускорилось. Атра почувствовала облегчение и... странную толику разочарования. [Тогда я начинаю] — Хорошо. Вскоре Ли Ха Юль подал сигнал. «Что бы там ни было, нужно проверить». Атра отбросила лишние мысли и максимально сосредоточилась. Она не собиралась относиться к этому легкомысленно. Она прекрасно знала способности Ли Ха Юля, который каждое мгновение демонстрировал Рост, для которого слово «взрывной» было слишком слабым. На данный момент Ли Ха Юль мог превзойти даже высокоранговых героев. Даже если будет использовать лишь Гангче и Ганги. Магия, Магия духов, копирование тех невероятных уникальных способностей... Арсенал Ли Ха Юля был неисчерпаем. В конце концов, Ли Ха Юль — герой, сумевший одолеть Двуглавого ядовитого дракона, чей ранг опустился примерно до 4-го уровня. 4-й уровень. Это ранг, который в подземельях второго ранга приписывают лишь альфа-особям. Только герои высшего ранга могут справиться с таким в одиночку, да и то при множестве переменных они рискуют жизнью. Пусть у Двуглавого ядовитого дракона и были обстоятельства, приведшие к ослаблению... но 4-й уровень... этот ребёнок прикончил тварь, которая изначально была на 3-м уровне. Конечно, сейчас это был лишь лёгкий спарринг. В такой ситуации было затруднительно активно использовать весь спектр приёмов. Учитывая это, Атра приняла стойку, и... — Так. Ли Ха Юль, появившийся словно призрак, перехватил её запястье. «...!?» Глаза Атры расширились от потрясения. Силуэт Ли Ха Юля расплылся, словно окутанный туманом, и он внезапно оказался подле неё. Она среагировала. Рефлекторно подавшись назад, она с силой вытянула руку. Гангче, проявившееся само собой, мгновенно активировало тело. Но вытянутая рука была бессильно перехвачена. Его движения, скрывающие истинную форму, словно окутанные густыми грозовыми тучами, обрушились на неё. Хвать! Ладонь, вырвавшаяся из этих туч подобно молнии, крепко сжала запястье Атры. «Это же...!?» Невероятные движения, с лёгкостью попирающие законы физики. Действия, в которых при одном лишь взгляде на них передавался отчётливый образ. «Расширенная способность...!» Расширенная способность технического типа. И он не просто применял её — он владел ею виртуозно. Мастерство было таким, что на мгновение обмануло даже чувства Атры. Истинная ценность технического типа раскрывается именно в расширенных способностях. Особенно в ближнем бою такие способности чертовски хлопотны. Атра и сама пробудила уникальную способность технического типа. И достигла немалых высот в расширенных способностях. «Поздно...» Но сейчас использовать их было уже поздно. Она замялась. Это была расширенная способность, о которой они не договаривались заранее. Она не была уверена, что сможет правильно рассчитать силу. За время этого промедления её тело развернуло. Мир перед глазами перевернулся. Бах! В следующий миг краем глаза она увидела небо, поглощаемое закатом. «......» Поднявшаяся пыль медленно оседала. Ускоренное мышление постепенно возвращалось к нормальной скорости восприятия. Казалось, она пребывала в шоке и раздумьях целую вечность, но прошла лишь доля секунды. [Ну как вам?] Раздался щелчок. Атра ошеломлённо шевельнула губами. Не с краю, а в самом центре... всё её поле зрения заполняло лицо Ли Ха Юля. Ли Ха Юль в мгновение ока повалил Атру на землю и оседлал её сверху. На его губах играла гордая улыбка, а щёки раскраснелись от Чувства достижения. Даже в бесстрастном голосе ожерелья, казалось, сквозила гордость. Больно не было. Тело Атры было слишком закалённым, чтобы пострадать от такого удара. — ...О-ох... Но разум её страдал. Точнее, она была крайне сбита с толку... и потрясена. «Только что... нет, прямо сейчас». Она начала спарринг с учеником, потеряла бдительность и оказалась повержена на лопатки. Вот и всё. [Я ведь сильно вырос, правда?] — ...А, да... В ушах Атры, всё ещё пребывающей в прострации, прозвучал голос ожерелья. Внезапно затуманенный разум прояснился. Атра моргнула и внезапно осознала своё положение. Обе её руки были перехвачены за запястья и заломлены над головой, а Ли Ха Юль, взобравшись на неё, придавливал её всем телом. [Ну как вам!] [Пусть вы и поддались, но я победил!] Ли Ха Юль лучезарно улыбнулся. Затем, не в силах сдержать Чувство достижения, он начал слегка покачиваться всем телом. — Хи-ик!.. Атра резко вздрогнула от ощущения трения в области груди. Чтобы удержать её руки, Ли Ха Юль уселся довольно высоко. Из-за этого его... лобковая кость Ли Ха Юля то и дело упиралась в весьма деликатное место. Поза со всех сторон была донельзя двусмысленной. От неведомого доселе томительного ощущения из её уст вырвался какой-то нелепый звук. Не веря, что сама издала такой звук, Атра широко распахнула глаза и попыталась закрыть рот рукой... — Кху-ук... Не вышло. Обе руки Атры всё ещё были крепко зажаты Ли Ха Юлем. — А, э-э... нет, постой... Лицо Атры вспыхнуло ярко-алым даже в лучах заката. Зрачки её дрожали, словно при землетрясении. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Показатели] ▶Психологическое состояние ｢Чувство достижения｣ : Радость от свершения задуманного ｢Ожидание｣ : Предвкушение похвалы ｢Возбуждение｣ : Эмоции бьют через край ... ｢?ин｣ : бесчи^ @?рост ---------- Прогулка (1) График входа в Башню благополучно завершился, и наступили выходные. Это был законный отдых, жирно подчеркнутый даже в своде правил. Кадеты Сиёлама тоже люди, а потому в выходные большинство из них отдыхает. Конечно, из-за разных обстоятельств находились и те, кто шел на дополнительные лекции или, подгоняемый волнами заданий, плелся с видом ведомого на убой скота... Но я сегодня наконец-то собирался на прогулку. [Так, Се Юль, ручки вверх!] — Вверх! [Умница.] Послушно откликаясь на сигнал, Се Юль высоко вскинула обе руки. Глядя на ее бьющую через край энергию, я с улыбкой переодел ее в приготовленный наряд. В эти выходные мы решили погулять с Се Юль снаружи. В последнее время я был так занят делами, что почти не проводил с ней времени. Из-за этого каждый раз, когда я возвращался в общежитие, мне приходилось сталкиваться с ее взглядом, буквально сочащимся обидой. Чтобы унять это чувство, безжалостно кромсавшее остатки моей совести, я решил посвятить ей целый выходной. К тому же Се Юль уже заметно подросла, и ее фигурка вполне позволяла подолгу гулять вместе. — Та-да! Се Юль снова победно вскинула руки. Наряд для выхода представлял собой опрятное платье с матросским Кали. Белоснежный цвет идеально сочетался с ее волосами, а отличительной чертой был V-образный вырез спереди, переходящий на плечи и спину в виде прямоугольного лоскута ткани. Я ни черта не смыслю в моде, но такой дизайн часто встречается на флотской униформе. — Та-да-да! Се Юль пристально уставилась мне в лицо своими сияющими глазами. Это был взгляд, неприкрыто выражающий ожидание чего-то. [Аха-ха.] Смех вырвался сам собой. Я не мог сдержаться, да и не собирался. Не подавляя щекочущее чувство в груди, я широко раскрыл объятия и крепко прижал Се Юль к себе. [Боже, Се Юль, тебе так идет!] — Хе-хе. Се Юль залилась звонким, чистым смехом, уютно устроившись в моих руках. За спиной Се Юль, которая терлась головой о мою грудь, пятицветные крылья непрестанно трепетали, словно хвостик щенка. «А эти крылья — штука любопытная». В одежде не было специальных прорезей. Как я выяснил в прошлый раз, крылья Фейри не были чем-то сугубо материальным. Они могли принимать физическую форму, но... сейчас они обладали свойствами, схожими с маной, и лишь призрачно мерцали. Благодаря этому они могли трепетать, не повреждая ткань. Это не могло не радовать. Одежду с дырками для крыльев пришлось бы перешивать, а так — одно удовольствие. Я тоже оделся. Черная хлопковая футболка, брюки... сверху накинул что-то из верхней одежды... [Се Юль, ты всё необходимое взяла?] — Да-да-да-да! Се Юль уверенно закивала, легонько постукивая себя кулачком в грудь. [Молодец.] Когда мы вышли к прихожей, она от избытка чувств и предвкушения принялась нетерпеливо притопывать ножками — это выглядело донельзя мило. «Надо было выбраться куда-нибудь пораньше...» Я невольно горько усмехнулся про себя. Если подумать... кажется, я только и делал, что сыпал оправданиями и отговорками, мол, времени совсем нет. А ведь если бы я постарался чуть больше, то наверняка нашел бы возможность провести время с Се Юль. [Ой-ой, сейчас же вся прическа растреплется.] Я аккуратно пригладил выбившиеся пряди и легонько надел на нее белую шляпку с полями. Это была такая же белоснежная шляпа с широкими полями, украшенная небесно-голубой лентой, которая подчеркивала ее нежный и чистый образ. [М-м.] И всё же ей очень идет. Се Юль, облаченная во всё белое с головы до пят, и впрямь заслуживала звания Фейри. [Ну что, тогда идем?] Я взял Се Юль за руку, и мы вышли за порог. . . . Честно говоря, хоть я и пообещал погулять с ней, уверенности в том, что смогу стать хорошим проводником, у меня не было. Как бы стремительно она ни росла, Се Юль всё еще оставалась ребенком в теле взрослой, а ее так называемый опекун был заядлым затворником, чьи вылазки в свет можно было пересчитать по пальцам... Проще говоря, мне не хватало сноровки, чтобы вести ее за собой. К счастью, подоспело подкрепление. В центре торгового сектора возвышался изящный десятиуровневый фонтан, выложенный из белоснежного кирпича. Неподалёку, прислонившись к стене здания и не отрывая взгляда от голограммы, в поле Наблюдения попала Пэк Арин. Раз уж я выбрался прогуляться с Се Юль, заодно планировал прикупить и материалы, необходимые для создания снаряжения. В этом деле я как раз собирался просить помощи у Пэк Арин. Когда я сообщил ей, что сегодня пойду за припасами, она сама вызвалась составить компанию. Раз уж мы с Се Юль выбрались в город, было бы славно собрать и остальных, но... все оказались заняты. Хон Ёнхва и Элия сказали, что у них есть свои дела. Профессор Лиана наверняка сейчас изнывает, погребённая под горой записей о входе в Башню... А наставница... «......» С того самого раза она почему-то меня избегает. Я не стал вешаться на неё с плаксивыми расспросами, почему она от меня бегает. Просто азарт поутих, и я осознал, какую неловкость натворил... Честно говоря, я даже обрадовался, что всё ограничилось лишь натянутостью в отношениях. Хотя меня до безумия пугала мысль, что эта неловкость останется навсегда, я держал себя в руках — и из веры в наставницу, и потому, что не мог показывать подобное при Се Юль. Так или иначе, именно поэтому я решил заручиться помощью Пэк Арин для прогулки с Се Юль и закупки материалов. [Госпожа Пэк Арин] Я подошёл к ней, активно размахивая рукой. Пэк Арин, до этого сосредоточенно смотревшая на голограмму, обернулась в мою сторону. — ? [Простите за опоздание] — ...А, это вы, Ха Юль. Пришли? Она захлопала глазами, переводя взгляд с меня на Се Юль, которая шла следом, крепко держа меня за руку. Ненадолго склонив голову набок, Пэк Арин вдруг издала негромкий возглас и только тогда ответила со странным выражением лица. Глядя на неё, я теперь и сам в недоумении наклонил голову. [Что-то не так? Возникли какие-то проблемы...] — Нет, не то чтобы проблемы. Пэк Арин пожала плечами и приподняла одну руку. На её тонком указательном пальце красовалось кольцо, которого раньше не было. Серебряная оправа с сияющим зелёным камнем. — На мне ведь надето кольцо искажения восприятия, и я просто немного растерялась, когда меня внезапно узнали. «Ах.» На камне была выгравирована Магия искажения восприятия. Причём она находилась в активном состоянии даже в это самое мгновение. Только тогда я понял, почему Пэк Арин так отреагировала. Мы ещё даже не внесли друг друга в списки исключений, так что моё мгновенное появление, должно быть, застало её врасплох. — И это вы тоже обнаружили с помощью сенсорики? Стерев с лица странное выражение, Пэк Арин спросила, а её глаза при этом азартно блеснули. [Да, всё благодаря сенсорике.] — Ого... Насколько же тонкой должна быть сенсорика, чтобы пробиться сквозь магию искажения восприятия? [Аха-ха...] Пэк Арин тихо ахнула. Её широко распахнутые глаза говорили о том, что она не притворяется — её изумление было искренним. Я неловко усмехнулся и почесал затылок. «Оплошал. В следующий раз нужно быть осторожнее». Полномочие наблюдения пронзает магию искажения восприятия, позволяя видеть истинную суть вещей. Так было и во времена пространственного восприятия, и я слишком привык к подобному потоку информации. Впрочем, мне даже не нужно было задействовать Наблюдение — её можно было распознать по одной лишь сенсорике маны. — Значит, вы и мой наряд прекрасно видите. Пока я предавался внутреннему самобичеванию, Пэк Арин, лукаво приподняв уголки губ, отстранилась от стены и, расправив плечи, задала свой вопрос. Услышав это, я вновь окинул её взглядом, используя Наблюдение. Пэк Арин была одета в простую повседневную одежду. Обычные спортивные штаны — чёрные, с белыми полосками по бокам. Поверх чёрной майки была наброшена ветровка, застёгнутая наглухо до самого подбородка. Маску она спустила к самому подбородку, а на голову глубоко нахлобучила бейсболку. Необычно было то, что сегодня она с ног до головы облачилась во всё чёрное. — Ну как? Выглядит простовато, но я подобрала всё по цвету и бренду, разве не неплохо? [Да.] [Вам очень идёт.] Несмотря на заурядность наряда, её фигура была настолько безупречной, что создавалась иллюзия, будто на ней дорогая брендовая вещь. В конце концов, Пэк Арин была такой красавицей, что на её фоне даже знаменитые актрисы и модели выглядели бы серыми мышками. Говорят, что завершает образ лицо, и, честно говоря, с внешностью и фигурой Пэк Арин даже в лохмотьях она казалась бы иконой стиля. К тому же, как она и сказала, благодаря выдержанному стилю наряд вовсе не казался безвкусным или небрежным. — Хе-хе, спасибо. Видимо, ответ её удовлетворил, и Пэк Арин тихонько рассмеялась. — Тяг... тяг... «......» [М-м? Се Юль? Что случилось?] В этот момент это и произошло. Се Юль принялась настойчиво тянуть меня за правый рукав. В довершение всего она обиженно надула щечки. Сбитый с толку столь явным проявлением недовольства, я попытался её успокоить. — Это ведь Се Юль? Я ещё не внесла её в список исключений, поэтому она кажется мне кем-то другим. [А, одну минуту.] Мы с Се Юль тоже носили магические артефакты искажения восприятия. У меня он был в форме ожерелья, а у Се Юль — в виде браслета. Магия искажения восприятия сама по себе считается заклинанием высокого уровня, но если приложить чуть больше усилий, в неё можно добавить множество дополнительных опций. Регистрация исключений — одна из таких функций, позволяющая вывести конкретного человека из-под действия искажения. Спустя мгновение я закончил с настройками. Под взором Полномочия наблюдения силовое поле, тонкой пеленой окутывавшее наши фигуры, изменилось. — Ого, Се Юль тоже сегодня при параде. Аха-ха, посмотрите, какая огромная шляпа. Похоже, только теперь Пэк Арин смогла разглядеть истинный облик девочки. Она присела, чтобы оказаться на одном уровне с Се Юль. — Привет. Ты помнишь, как мы виделись в прошлый раз? Я ещё угостила тебя конфеткой. — ...Да, помню. — О, славно. Вкусная была конфета? — ...Нет, не очень. — Ой. Се Юль ответила четко, хотя в её голосе смешались неловкость, настороженность и некая неопределенность, а затем, словно цикада, крепко прильнула к моей ноге. Боже, какая же она милашка. Стоило мне невольно протянуть руку и погладить её по голове поверх шляпы, как напряженное личико Се Юль тут же расплылось в довольной улыбке. — Аха-ха. Всё ещё стесняешься? Усмехнувшись при виде такой реакции, Пэк Арин выпрямилась. Её согнутые в коленях ноги распрямились, и высокая стройная фигура внезапно выросла прямо передо мной. Я невольно вздрогнул, когда прямо перед моим лицом внезапно мелькнуло её тело. — И чего это вы, Ха Юль, так пугаетесь? [Что?] [Я не испугался.] — Тук. — Хм-м... На этот раз я сделаю вид, что ничего не заметила. Ну что, пойдем? [Да, давайте.] Договорив, Пэк Арин кивнула и, как ни в чем не бывало, протянула руку, беря меня за левую. Слева — «Доказательство защиты»... та самая сторона с жестким протезом. Пусть на нем и надет нарукавник, прикосновение вряд ли можно назвать приятным, однако Пэк Арин, словно не замечая этого, вела меня за собой с самым обыденным видом. — Утро еще раннее, вы уже успели позавтракать? [Нет, только Се Юль немного покормил и вышел] — Я как раз тоже еще не ела. Тогда давайте сначала покажем Се Юль окрестности, а потом и сами перекусим. Ах, вы помните ту лавку с ттоком, о которой я говорила в прошлый раз? [Лавка с ттоком?..] [А, да, припоминаю] — Вот-вот, тогда она, к сожалению, была закрыта, но на днях снова открылась. Может, заглянем туда? [Я только за] Слева — Пэк Арин, справа — Се Юль... Когда мы вот так стояли в ряд, наше трио выглядело весьма своеобразно. Самая высокая, Пэк Арин — в черных одеждах и с лазурными волосами. Между ними я — тоже в черном, но с белоснежными волосами. И самая крохотная, Се Юль — в белом наряде и с такими же белыми волосами. Глядя на то, как наш рост плавно убывает слева направо, я невольно усмехнулся. — ...... — Сжать... Се Юль, которая почему-то снова надулась, крепко сжала мою ладонь. ---------- Прогулка (2) Первая в моей жизни лавка тток, которую я посетил, оказалась заведением в стиле ханок. Деревянный каркас, стены, отделанные белоснежной бумагой ханчжи, и крыши, изящно крытые бирюзовой черепицей — всё вокруг было застроено подобными традиционными домами. К моему удивлению, здесь можно было арендовать целый такой дом целиком. Опешив от подобного абсурда, я попытался оттащить Пэк Арин за руку, но она, заявив, что раз уж мы пришли, надо заходить, потащила меня внутрь. По словам улыбнувшейся моему замешательству официантки, это был довольно известный бренд. Если подумать, моё удивление было запоздалым. Раз уж они не просто открылись на территории Сиёлам, но и получили такой огромный участок, это явно было знаменитое место. «Надо же, даже у лавок тток бывают бренды». Я снова ощутил легкое удивление. Возможно, это старомодно, но в моём представлении лавка тток всегда была чем-то вроде простой мельницы. — Интерьер тоже весьма недурен. Пэк Арин, внимательно изучившая фасад и внутреннее убранство по пути в отдельную комнату, удовлетворенно кивнула. — Материал пола хороший, можно было бы сесть и голыми ягодицами… но, конечно, с подушкой лучше, так что воспользуюсь ею. С этими словами Пэк Арин придвинула к себе роскошную фиолетовую подушку, которую до этого отложила в сторону, и устроила на ней свои бёдра. — Всё-таки, какими бы большими ни были ягодицы, на мягкой подушке сидеть удобнее, чем на голом полу. [Да] [А?] [Что вы имеете в виду?] Усаживая Се Юль на подушку, я ответил рефлекторно, но тут же почувствовал какую-то странность. — А? Я про ягодицы, про ягодицы. Пэк Арин склонила голову набок, словно не понимая моей реакции. И даже легонько похлопала ладонями по своим бёдрам. — Особенно во время рейдов в подземелья или экспедиций. Одно дело, когда всё подготовлено и разбит нормальный лагерь, но во время разведки или карательных походов часто приходится сидеть, лежать и спать на твердой земле. [Да, это так.] — В такие моменты я каждый раз радуюсь, что у меня большие ягодицы. Другие жалуются, что копчик ноет, а у меня жировая прослойка отлично заменяет подушку, так что вполне терпимо. Пэк Арин объясняла это, легонько покачивая пальцем. Могло показаться, что как наследница Чангэ она росла в тепличных условиях, но на самом деле Пэк Арин с малых лет привыкла ходить в экспедиции вместе со старейшинами клана. Так что наличие подобного опыта было, в общем-то, естественным. — Хотя, конечно, по сравнению с мягкой подушкой это всё равно неудобно. Услышав ворчание, которым она закончила фразу, я невольно применил Наблюдение к её нижней части тела. Тонкая, как у муравья, талия и, в противовес ей, широкие бедра. Даже без глубокого сканирования, сквозь ткань спортивного костюма чувствовались пышные, налитые плотью ягодицы. [Э-э… пожалуй, вы правы…] Определенно, сидеть на земле ей было совсем не больно. — Правда ведь? Пэк Арин хитро ухмыльнулась. Хоть её слова и прозвучали как-то двусмысленно, из-за чего я и переспросил, но, подумав еще раз, я решил, что в этом высказывании нет ничего предосудительного. Я сдержанно кивнул и сел на свою подушку. Вскоре подали горячие тток, изящно разложенные по нескольким тарелкам. «Как много видов…» Я был немного озадачен разнообразием тток, которых оказалось гораздо больше, чем я ожидал. Дутоптток, мангёнтток, мессактток… здесь было множество видов с самыми разными названиями. Сотрудница даже объяснила, из какого региона пришел каждый вид и из каких ингредиентов он приготовлен. — Ну что, приступим? [Да, приятного аппетита] Видов было так много, что глаза разбегались, не зная, с чего начать, но для меня, чьи вкус и обоняние были ни к черту, это не было проблемой. В конце концов, значение имела только текстура. Для начала я выбрал несколько видов тток на тарелку и разрезал их ножницами на маленькие кусочки. Это были кусочки для Се Юль. В моём представлении она всё ещё была младенцем, которого нужно кормить из бутылочки, но на самом деле она была ребёнком, который уже вовсю орудовал палочками и вовсю жевал мясо. Некоторое время Се Юль пристально смотрела на тток в тарелке, а затем начала действовать. Её выбор пал на тток из сладкого картофеля. — Ам. Рот плотно закрылся. После того как Се Юль немного пожевала, её глаза широко распахнулись. [Ну как? Вкусно?] — …Да, вкусно. Моргнув, Се Юль проглотила тток и ответила. Видимо, раз ей понравились те закуски из сладкого картофеля, что я готовил раньше, то и этот тток пришелся ей по вкусу. Вообще, Се Юль почти не капризничала в еде. Она хорошо ела мясо, не отказывалась от фруктов и овощей. Было лишь одно исключение. Продукты, связанные с яйцами… то есть сами яйца. Когда она только начинала пробовать прикорм, я попытался дать ей немного вареного яичного желтка. — А-а-а-а-анг! — [С-Се Юль…?] — Не хочу яйцо! Не буду есть, а-а-а-а! Тогда я стал свидетелем самой грандиозной истерики в её жизни. Та самая Се Юль, которая была настолько кроткой и доброй, что ангелы могли бы позавидовать… я был глубоко потрясен, видя, как она валяется на полу, дрыгая руками и ногами в знак протеста. Я не мог понять, почему ребенок, который без проблем ест любые овощи, впадает в такой транс при виде обычного яйца. Думая, что ей, возможно, не нравятся именно куриные яйца, я как-то подсунул ей перепелиное, но и от него её чуть не хватило кондрашка. При этом куриное мясо она очень даже любила… Это была какая-то необъяснимая идеология ненависти к яйцам. Неужели она забыла, что сама, подобно героям легенд об основании государств, родилась из яйца? — Но всё равно… [М?] — Всё равно папина еда намного вкуснее. Пока я предавался воспоминаниям, Се Юль, прилежно пережевывавшая тток, вдруг подняла на меня взгляд и произнесла это. [А-ха-ха] [Я так рад, что ты это сказала, Се Юль!] Эти слова тронули меня до глубины души. На самом деле было неважно, действительно ли Се Юль считает мою еду вкуснее. Важна была сама доброта её сердца, побудившая её сказать такие слова. [И кто это научил тебя говорить такие чудесные вещи? А?] — Хи-хи! Папа научил! Я широко раскрыл объятия и крепко обнял Се Юль, сидевшую рядом. Она заливисто рассмеялась и потерлась щекой о мою щеку. . . . Утолив голод, мы отправились бродить по торговому сектору. Мы направлялись к магазинам материалов, что было главной целью нашей вылазки, и заодно я хотел показать мир Се Юль, которая до сих пор крепко держала меня за руку. Я тоже осматривался по сторонам, не выключая Наблюдение. [Сегодня на улице на удивление много курсантов] Ожерелье отобразило моё внезапное наблюдение. В том, что в торговом секторе много людей, не было ничего странного, но необычным было то, что сегодня среди посетителей был крайне высокий процент курсантов. — Вчера ведь как раз закончился вход в Башню. Все высыпали на улицу, чтобы снять стресс. [А] Выслушав объяснение Пэк Арин и проанализировав данные Наблюдения, я понял, что больше всего здесь было первокурсников и второкурсников. Я-то освободился еще в четверг и не придал этому значения, но остальные покинули Башню только в пятницу вечером. Крупное мероприятие завершилось, и они наверняка вырвались погулять и развлечься с друзьями. Кстати говоря, Хон Ёнхва и Элия, у которых тоже были какие-то дела, возможно, сейчас тоже развлекались со своими друзьями. […Пэк Арин-ним, вам точно нормально ходить со мной?] — А? С чего вдруг такой вопрос? [Вы ведь не можете отдохнуть или погулять с друзьями, потому что помогаете мне…] Пока другие курсанты так беззаботно веселились, Пэк Арин тратила время, таскаясь повсюду со мной и Се Юль. — Пфф, да я и сейчас отлично отдыхаю и развлекаюсь, разве нет? [Правда?] — Мы вместе поели, сейчас вот гуляем, держась за руки… это и есть отдых и развлечение. Когда я озвучил свои мысли, Пэк Арин пожала плечами, словно не понимая, в чем проблема, и покачала нашей сцепленной рукой. [Оу… эм…] [Спасибо, что сказали так] — Да за что спасибо, я ведь и сама получаю удовольствие. Глядя на лучезарно улыбающуюся Пэк Арин, я слегка отвернулся. В груди возникло какое-то щекочущее чувство. [Ладно… для начала пойдем купим материалы] Помассировав ручку Се Юль, которая увлеченно теребила твердые пальцы моего Протеза, я зашагал вперед к нашей цели. Я проигнорировал смешок Пэк Арин, раздавшийся у меня за спиной. . . . В торговом секторе полно развлекательных заведений, но также много и лавок, торгующих материалами для алхимии, Металлургии и прочего ремесла. Раньше я никогда не заходил в подобные места, но сегодня настал тот день. [Хм…] Я задумчиво потер подбородок, сканируя товары на ближайших полках. Я находился на втором этаже, где были собраны материалы для Металлургии. Поэтому большую часть ассортимента составляли слитки. Там были и инструменты, включая молоты, и всевозможные реактивы, используемые в качестве катализаторов. — Тут есть всё необходимое. Сказала стоявшая рядом Пэк Арин, оглядывая товары. Как она и сказала, выбор был исчерпывающим. И к качеству претензий не было. Как и подобает магазину, сертифицированному Сиёлам, здесь не было места подделкам или браку. Се Юль, всё так же крепко сжимавшая мою руку, с любопытством заглядывала во все углы. Слитки я пока пропустил. Основные материалы у меня уже были, к тому же я мог получать их из других источников. Мне нужны были вспомогательные материалы, в том числе реактивы. Когда я подошел к соответствующим стеллажам, сотрудник, следовавший за нами от самого входа, молча двинулся следом. Разнообразные ингредиенты занимали почти целую стену. Там были и травы в первозданном виде, и мелко смолотые сверкающие порошки, и жидкости, разлитые по крошечным стеклянным флаконам. Я посмотрел на ценники. Всего лишь один флакончик реактива размером с палец. И при этом цена начиналась с семерки, за которой следовала вереница нулей… Даже сейчас, когда я привык к местным ценам, а мой счет изрядно пополнился благодаря наградам и заработкам, от таких сумм невольно становилось не по себе. И таких товаров здесь было столько, что ими была заставлена вся стена. Я недолго прикидывал в уме. Работа, которую мне предстоит сделать, необходимые материалы, дополнительные компоненты, о которых я раздумывал… [Извините, уважаемый сотрудник?] Я закончил расчеты и подозвал стоявшего сзади клерка. — Да, вам что-то подсказать? Сотрудник ответил дежурной профессиональной улыбкой. «Никогда не думал, что мне доведется сделать это в реальности». Я неловко улыбнулся и указал рукой на левый край стеллажа. [Начиная отсюда…] Затем я плавно провел рукой до самого правого края. [И досюда — дайте мне всё] — Простите? Над головой сотрудника словно вспыхнул вопросительный знак. Такая реакция была вполне оправданной. Даже один реактив стоил баснословных денег, и для большинства покупка даже нескольких штук была серьезным ударом по карману. Но просить не охапку, а количество, способное заполнить целую стену этого здания — это было запредельное швыряние деньгами, доступное лишь единицам. Даже для меня, получившего награды от Ассоциации за решение инцидентов с Шихаллионе и в Китае, а также имеющего другие доходы, это была весьма ощутимая сумма. Однако… «В Сиёлам студент, поступивший по особым льготам, практически всемогущ…» Я достал из кармана карту, которую мне недавно вручил вице-ректор. В тот день я приобрел эти товары, воспользовавшись льготой: скидка 30% плюс еще 65% сверху. Кошелек лишь слегка похудел. ---------- Охлаждение (1) [ Баланс: 232 103…… ] «О…» На следующий день. Я уставился на изрядно похудевший банковский счет. Нулей в конце меньше не стало, но вот первая цифра заметно уменьшилась. Все из-за того, что вчера я устроил рейд по лавкам торгового сектора, закупая ингредиенты оптом. Кажется, я обошел мест восемь? По сути, я выгреб все вспомогательные материалы, что были выставлены на продажу в каждом магазине. Свидетелей этой грандиозной закупки было немало, так что в сообществе уже поползли слухи, будто в квартале материалов ошивается какой-то богатей, сорящий деньгами направо и налево. «Хм…» Я задумчиво постучал пальцем по столу, прикидывая остаток средств. Большая часть суммы на моем счету — это награды, полученные от Ассоциации. Одна — за предотвращение магического выброса в Шихаллионе, другая — за уничтожение призрачного Двуглавого ядовитого дракона. Оба инцидента были событиями мирового масштаба, катастрофами, которые не ограничились бы простым переполохом, не окажись ответные меры своевременными. И именно мне удалось подавить обе угрозы на корню. В Шихаллионе я остановил буйство, убив Аэруса — особь альфа-класса, служившую ядром обезумевшего подземелья. В Китае я предотвратил катастрофу, прикончив Двуглавого ядовитого дракона, который мог спровоцировать масштабный призрачный выброс и цепную реакцию подземелий. Благодаря этому выплата оказалась весьма щедрой. Я до сих пор отчетливо помню, как у меня отвисла челюсть, когда я впервые увидел итоговую сумму. Как бы сильно ни различались цены в этом мире и в моем прежнем, я и представить не мог, что когда-нибудь буду распоряжаться такими деньгами. Однако, поскольку в обществе инцидент с Двуглавым ядовитым драконом восприняли как более страшное бедствие, награда за него была значительно выше. Оно и понятно: одно дело — монстр, который едва тянет на пятый ранг альфа-класса, и совсем другое — существо, которое, хоть и ослабло, став призраком, когда-то было альфой третьего ранга, изрыгающей яд и болезни. Разница в уровне колоссальная. Но для меня, видевшего, как в будущем Аэрус взлетит до уровня альфы третьего ранга, они были примерно равны. «Аэрус… Стоит ли считать удачей то, что я встретил его именно тогда…?» Прочие доходы были каплей в море — лишь те крохи, что я выручил, понемногу распродавая побочные продукты монстров, убитых во время моих странствий. В моем подпространстве до сих пор полно нераспроданных останков. Сначала я планировал сбыть их все, но после освоения некромантии решил использовать их в качестве учебных пособий. Я даже забрал обратно те части, что хранились в Ассоциации. «Нет, ну серьезно, даже с такими скидками баланс тает на глазах…» Сиёлам, курсантские льготы: скидка 30%, плюс еще 65% по льготам особого набора. В сумме я закупился с 95-процентной скидкой, и все равно вышло столько… Только я начинаю думать, что привык к местным ценам, как реальность доказывает обратное. С одной стороны, эти материалы нужны мне прямо сейчас, да и в будущем я буду пользоваться ими постоянно, но с другой — купи я их за полную стоимость, точно бы разорился… — Беспокоишься о деньгах? С чего бы это тебе? Пока я размышлял над убывающим балансом, мне на ум внезапно пришла карта, полученная от Хон Ёнхва. На следующий день после банкета в клане Гэпхва. Пока мы с Хон Ёнхва болтали о том о сем, она вдруг с искренним недоумением в глазах спросила, почему это я пекусь о расходах, и решительно всучила мне сверкающую темно-фиолетовую карту… «……» Выслушав объяснения о том, где ее можно использовать и какие бонусы она дает, я с дрожащими руками бережно упрятал ее в Подпространство. С тех пор я ни разу ее не доставал. И неудивительно… Совесть просто не позволяла мне ею воспользоваться. Что я такого сделал, чтобы присосаться к ней, словно паразит? Хон Ёнхва настаивала, чтобы я тратил деньги направо и налево, но я так не мог… «Но Сиёлам — это исключение». Однако скидки Сиёлама — дело другое. Разницу в цене покрывает не магазин, а само учебное заведение. Раньше мне и это было не по душе, поэтому я не злоупотреблял льготами, но эта щепетильность была вырезана из меня вместе с жизнью, когда 2-я итерация кромсал меня на куски. «Черт, выставить такое чудовище на входе в Башню». Они даже восприятие боли оставили включенным. До сих пор зубы сводит от злости. Я уже подал заявку на аудиенцию, чтобы заодно расспросить о Башне Знаний и выразить протест против этой выходки. Владыка Башни Роста или его вице-ректор… они определенно психи. Конечно, я мог сдаться и сбежать в любой момент, да и экстренная эвакуация была предусмотрена… но безумие есть безумие. Скривившись, я поднялся на ноги. . . . Планировка Сиёлама была весьма продуманной. В центре, где возвышалась Башня Роста, располагалась Центральная администрация Сиёлама, прочие органы управления и торговый сектор. Жилые кварталы для курсантов с первого по четвертый курсы расходились от центральной площади вдоль главных проспектов на север, юг, запад и восток. Кроме того, тренировочные площадки и специализированные корпуса не были разбросаны абы как, а группировались в определенных местах. Благодаря этому, если внимательно изучить территорию Сиёлама, можно было заметить уникальные черты каждого района. «Хм…» Сектор производственной специализации, куда я пришел в этот раз… При виде него на ум невольно приходило слово «промзона». Невысокие здания, окна которых либо были зашторены, либо отсутствовали вовсе. Двери в большинстве своем — массивные, грубые железные ворота, да и стены казались невероятно толстыми. Из высоких труб, венчающих крыши, валил густой белый дым. — Похоже на какую-то промзону. Малоэтажная застройка, окон нет, двери — сплошное железо, еще и трубы эти… Рядом со мной прозвучали те же мысли. Это была Пэк Арин, одетая почти так же, как и вчера. Она пришла, чтобы помочь мне в этом деле, и теперь, заложив руки за спину, с любопытством озиралась по сторонам, делясь впечатлениями. Единственным отличием от вчерашнего дня было отсутствие Магического артефакта искажения восприятия. Из-за этого красота Пэк Арин была видна всем, и окружающие невольно засматривались на нее. — Кажется, смотрят не на меня, а на вас, Ха Юль. …Пожалуй, так оно и было. На самом деле, если говорить о броской внешности, я производил куда более необычное впечатление, чем Пэк Арин. Бегло оглядевшись, я заметил, что многие прохожие оборачиваются и украдкой поглядывают в нашу сторону. «Да тут полно тех, кто просто застыл и пялится…» Это были курсанты производственной специализации. С ребятами этого направления я раньше почти не пересекался. Оно и понятно: я в основном обучался боевым дисциплинам, так что и круг общения был соответствующий. А сейчас я налегаю на лекции по магии. Все они были одеты в одинаковые рабочие фартуки с карманами для инструментов. Видимо, только что закончив работу, они выглядели измотанными и насквозь промокшими от пота. Лица были перепачканы пылью и черными пятнами сажи. Типичный облик трудяги, какой только можно вообразить. — Ну, и что теперь будем делать, господин кузнец? Пока мы шли, Пэк Арин, весело поддразнивая меня, задала вопрос. Хоть она и говорила, что взгляды прикованы ко мне, на нее саму смотрели не меньше, но ее это, казалось, ничуть не беспокоило. [Хм… Для начала возьмем материалы, а потом снимем мастерскую.] Процесс получения основных ингредиентов и аренды мастерской прошел на удивление гладко. Все-таки это район производственников. Лавок и складов, торгующих всевозможными материалами, здесь было в избытке. Мы зашли не в частную лавочку, а на склад, находящийся под прямым управлением главного управления Сиёлама. Сиёлам предоставляет курсантам множество льгот. В том числе снабжает будущих мастеров материалами и инструментами. Там я набрал столько черного железа и прочих ресурсов, сколько мне было нужно. После этого оставалось лишь выбрать одну из многочисленных пустующих мастерских и арендовать ее на месте. — Студентам особого набора выдают элитные материалы без лишних вопросов… Льготы и впрямь серьезные. Пэк Арин негромко рассмеялась. Видимо, она имела в виду то, как щедро я зачерпнул припасы на складе. [Да.] [Я и сам только недавно об этом узнал.] Обычно для получения инструментов или материалов от Сиёлама нужно заполнить кучу бумаг. Что именно я хочу создать, почему мне нужны именно эти материалы, как я собираюсь их обрабатывать и в каком количестве… Своего рода план проекта. Смысл в том, что ресурсы выдают только тем курсантам, кто использует их бережливо и по назначению, чтобы никто не переводил добро почем зря. К слову, я этот этап благополучно миновал. Стоило мне подтвердить статус студента особого набора, как сотрудник склада сам заполнил за меня все бумаги, позволив набрать любые материалы в любом количестве. …Мне до сих пор вспоминается взгляд того курсанта, который ошарашенно наблюдал за мной. Сам он сидел и корпел над исписанными листами отчета. А я просто прошел верификацию, зашел на склад и вышел оттуда с горой материалов и снаряжения… Короче говоря, особый набор — это мощь. Поддержка просто колоссальная. Скоро еще и стипендия придет, так что вчерашние траты быстро компенсируются, верно? Я довольно улыбнулся. Но то, что выкинул 2-я итерация, я не прощу. Конечно, если подумать о моем росте, я даже немного благодарен, но все равно… ректор — козел… . . . Воздух в подземной мастерской был тяжелым и душным. Огромный горн у одной из стен уже стоял на прогреве. Оранжевое сияние, исходящее от него, разгоняло полумрак, придавая помещению своеобразный уют. Возле горна были подготовлены основные инструменты, включая массивную наковальню. Похоже, все необходимое здесь было в наличии. [Вам не слишком жарко?] Хоть горн только разогревался, мы стояли совсем рядом. Я заволновался, не будет ли ей неуютно. Раскладывая принесенные инструменты, я обратился к Пэк Арин, которая вошла в мастерскую следом за мной. — А? Мне? Пэк Арин, подпиравшая подбородок рукой и наблюдавшая за мной, склонила голову, будто услышала нечто странное. Она пару раз моргнула, а затем внезапно протянула руку и схватила меня за щеку. [Что за… кх!] [Прохлааадно…] Ее мягкая ладонь полностью накрыла мою щеку. Я уже хотел спросить, что она творит, как вдруг по телу пробежала дрожь от разливающейся по коже живительной прохлады. Пэк Арин, хихикая, принялась легонько тискать мою щеку. Обычно ее холод был мне неприятен, но сейчас, в жаре от горна, это было невероятно блаженно… Я почувствовал, как буквально таю. — Благодаря Чангэ для меня это не проблема. Ты ведь именно поэтому меня и позвал, разве нет? [Да… Я на мгновение об этом забыл.] Тело Пэк Арин, пробудившей Чангэ, специализируется на энергии холода и воды. Если подумать, такой жар она легко может развеять с помощью своей силы. В конце концов, именно ради этого я ее и просил о помощи. Смущенно улыбнувшись, я осторожно высвободил щеку из ее ладони. — Значит, сегодня ты собираешься ковать снаряжение? [Ага.] Я кивнул, стойко терпя ее пальцы, которые продолжали игриво тыкать меня в щеку, словно упрекая в забывчивости. Конечной целью на сегодня было изготовление экипировки. «Снаряжение из черного железа». Я планировал создать различные виды вооружения из черного железа, которое славится отличным соотношением цены и качества. В оригинале, когда иного выхода не оставалось, герой всегда ковал себе запас вещей именно из этого металла. Я и раньше собирался изготовить или раздобыть такое снаряжение. Но после встречи со 2-й итерацией на входе в Башню это намерение лишь укрепилось. К тому же экипировка 2-й итерации была сработана им самим на уровне истинного мастера. Я досконально изучил ее с помощью Наблюдения и накопил достаточно данных, так что теперь, кажется, смогу выковать вещи еще более высокого качества. «Нужно будет и Магические артефакты попробовать сделать». Мои навыки Манипуляции маной и владения магией заметно выросли по сравнению с началом семестра. В этот раз я хочу сам изготовить украшения и нанести на них магические формулы. Конечно, с артефактами это скорее проба пера, так что особых надежд я не питаю. Но если результат окажется достойным… Себе оставлять не буду, раздарю знакомым. «Хм». Закончив с размышлениями, я плавно высвободил ману. Весь предстоящий процесс — это, прежде всего, работа с металлом. К слову, Металлургии я обучался в клане Гэпхва. То есть я освоил обработку металла через использование Гэпхва. — Значит, моя задача… Настройкой Чангэ сдерживать твою Гэпхва, так? [Да.] Вот почему мне понадобилась помощь Пэк Арин. Хоть я и достаточно практиковался в управлении Гэпхва в самом клане, всегда оставался риск магического выброса. К тому же, если я почувствую, что перегибаю палку, помощь Чангэ будет кстати. Разумеется, я и сам мог бы активировать Чангэ, но мне хотелось ощутить ее в исполнении Пэк Арин и заодно поучиться у нее. [Вы могли бы прийти и попозже…] — Ой, да ладно тебе. Делать мне все равно нечего, а так хоть посмотрю, как ты работаешь, может, чему и научусь. Честно говоря, я не ожидал, что она увяжется за мной с самого начала. Я спросил об этом, опасаясь, что она зря тратит время, но Пэк Арин, устроившись на стуле в углу, лишь лучезарно улыбнулась в ответ. […Тогда полагаюсь на вас.] Я вежливо поклонился. — Не волнуйся, если станет опасно, я тебя подстрахую. В ответ на мои слова Пэк Арин хлопнула в ладоши и мягко улыбнулась. Успокоенный, я опустился на рабочий табурет. По телу начал струиться пот. Я засучил рукава и снял наручи с правой руки. На бледной коже, к которой я все еще никак не мог привыкнуть, выступили бисеринки пота. С каким-то странным чувством я пошевелил пальцами правой руки и впервые за долгое время пробудил Гэпхва. — Фш-ш-ш-шух…! «А?» Гэпхва вспыхнула. Пламя Гэпхва яростно взметнулось, словно готовясь к Рассеиванию, а затем резко сжалось. Недоуменно склонив голову, я взмахнул правой рукой, объятой огнем. «…Кажется, мощь стала выше, чем раньше…?» Гэпхва затрепетала, переливаясь. ◆ ◆ ◆ [Активируется уникальная способность «Сродство с маной».] [Активируется Расширенная способность «Синхронизация: Гэпхва».] … [Система коррекции игрока: Показатели] ▶психологическое состояние «Испытание Гэпхва (?)» ---------- Охлаждение (2) — Фьюить! Горн уже стоял на разогреве. Заслонка, скрывающая пламя, глухо дребезжала. Внутреннее пространство мастерской мага то окрашивалось в оранжевые тона, отбрасывая длинные тени, то снова погружалось в полумрак. «Уголь, порошок из измельченных магических камней… и реагенты?» Я провел Наблюдение за внутренностями горна. Внутри лежало множество охваченных пламенем углей. Тонко размолотая пыль магических камней и реагенты, равномерно перемешанные с углем, задавали пламени нужные свойства. Судя по тому, что предварительный разогрев уже был выполнен, это и была базовая настройка. «Что ж». Присев на стоящий рядом стул, я открыл заслонку. — Вшух! Стоило убрать преграду, как наружу вырвался яростный горячий поток воздуха. Волосы и полы одежды затрепетали, а раскаленный воздух начал просачиваться под ворот. Но жара я не почувствовал. Я и так активировал Адское Пламя. От подобного огня мне не могло стать жарко. Разве что кожа слегка раскраснелась, да выкатилось пара капель пота. Но это было не более чем естественной физиологической реакцией. «А Пэк Арин…» Глядя на мастерскую мага, раскалившуюся до оранжевого свечения, я украдкой направил Наблюдение на Пэк Арин. Хоть она и говорила, что всё в порядке, я решил проверить, не страдает ли она от жара… и увидел, что она сидит в непринужденной позе, закинув ногу на ногу. Несмотря на то, что в мастерской мага стояло пекло, на ней не было ни капли пота. Присмотревшись внимательнее, я ощутил, что всё тело Пэк Арин пропитано энергией холода. Похоже, она задействовала ману активнее обычного, чтобы блокировать зной. «Действительно, беспокоиться не о чем». Вновь успокоившись, я напоследок проверил состояние Адского Пламени. Недавно мне показалось, что его мощность странно изменилась, но стоило начать контроль, как всё вернулось в норму. Даже при тщательном Наблюдении я не выявил никаких отклонений. Хоть оно и бушевало сильнее обычного, Адское Пламя — та еще стервозная способность. Я протянул руку к горну. Вскоре колышущиеся языки огня поглотили мою кисть. Обычный человек в ужасе отпрянул бы назад, но я, не обращая внимания, ласково коснулся пламени. — Фьюить! Адское Пламя, пылавшее на моей правой руке, перекинулось в горн. Используя в качестве топлива уголь, магические камни, реагенты и даже старый огонь, оно значительно раздулось в размерах. «Усмирить эмоции, сосредоточиться…» Учитывая мощь Адского Пламени, я мог бы в мгновение ока испепелить не только этот горн, но и всю мастерскую мага. Поэтому я должен был провести Настройку Адского Пламени. Я провожу Настройку так, чтобы не сжечь горн. Сдерживаю его, придавливаю, чтобы искры не разлетались куда не следует. Держу в узде и свой разум. Я подавлял сознание, которое под влиянием нарастающих эмоций теряло терпение и выдержку, становясь импульсивным. В клане Адского Пламени больше всего внимания уделяли именно контролю над чувствами. Я впитал в себя почти двухсотлетний опыт в формате интенсивного курса. В этом не было ничего сложного. Адское Пламя, лишившись своей свирепости, медленно прилипло к стенкам горна. Сохраняя контроль, я убрал руку. Некоторое время я следил за состоянием Адского Пламени. Огонь поднимался послушно, словно присмиревший щенок. Никаких признаков того, что он сожрет горн. «Готово». На этом подготовка завершена. Кивнув самому себе, я взял заранее приготовленный слиток чёрного железа. Прямо рукой я засунул слиток в горн. В конце концов, это моё Адское Пламя, да и обычный огонь я могу выдержать голым телом. Ш-ш-ш… Адское Пламя, прилипшее к горну, зашевелилось. Колышущиеся языки пламени начали бить по слитку чёрного железа. Черный металл постепенно раскалялся. Я регулировал мощность, чтобы Адское Пламя не просто расплавило, а не дай бог не испепелило чёрное железо. Когда слиток стал податливым, я вытащил его. Раскаленный добела, сияющий металл. Положив его на наковальню, я взял молот. — Канг! Я нанес удар. Молот опустился на слиток. Вместе с чистым, звонким гулом металла во все стороны брызнули искры. — Кааанг! Я наносил удары один за другим. Менял форму слитка. Непрестанно ударяя по мягкому металлу, я вытягивал его. Я намеренно сидел прямо перед горном, намеренно сам сжимал молот и наносил удары. Пройдя через Катаклизм и эпоху хаоса, многие технологии были утрачены. Изобретения, в которых воплощались эти технологии, были уничтожены, а таланты, создававшие их, погибли. Исчезли и записи, оставленные этими мастерами. В этом мире, где пустоту заполнили Магия и Башня, механические устройства, разумеется, тоже существуют. — Канг! Даже сейчас рядом со мной, помимо грубых инструментов вроде наковальни и молота, находилось множество других приспособлений. Пневматический молот, который сам кует зафиксированный металл, шлифовальный станок, обтачивающий поверхности… Множество вспомогательных устройств, работающих на мане. «В конце концов, большая часть массового вооружения — это заводское производство». На рынке обращаются в основном два вида массового оружия. Первый — это изделия ручной работы, выставленные начинающими кузнецами, которые еще не набрались опыта и хотят хотя бы окупить материалы. Второй — заводское оружие, которое ровными рядами штампуют магические механические устройства. Каким бы сверхчеловеком ты ни был, ты не можешь ковать оружие без отдыха. Однако оружие, которое штампуется на заводах 24 часа в сутки, и сейчас поставляется на рынок в огромных количествах и по сравнительно низким ценам. Короче говоря, это товары с оптимальным соотношением цены и качества. Сверхлюди, не имеющие достаточных средств или поддержки, охотно пользуются таким заводским ширпотребом. Это не те вещи, которые придут в негодность после пары использований, да и вообще, большая часть вооружения — это расходный материал. Если использовать продукцию крупных брендов, цена и качество будут приемлемыми, так что даже в случае поломки их можно заменить без особого ущерба для кошелька. По этой причине рынок массового оружия почти полностью захвачен заводским производством. — Кааанг! Кааанг! Однако, напротив, высококлассные изделия почти в полном объеме являются ручной работой. И дело не в том, что высоко ценится сам факт ручного труда, а в том, что характеристики ручных изделий на порядок выше. — Канг! Молот опускается. — Канг! Мана, окутывающая поверхность молота, бьет по слитку. В металл, постепенно меняющий форму, вплавляется мана. Закончив с одним, я взял новый слиток. Окунул его в катализатор и, засунув в горн, наполнил Адским Пламенем. Положив раскаленный слиток на наковальню и полив его реагентом, я продолжил работу молотом. — Канг! Канг! Канг! Мана смешивается со слитком. Адское Пламя просачивается внутрь, добавляются катализаторы и реагенты. И… Канг! В каждый удар молота я вкладываю влияние своей собственной уникальности. «Надо же…» В этом мире эта самая уникальность чертовски важна. Стоит лишь одной из бесчисленных граней уникальности проявиться должным образом, как можно обрести способности, выходящие за рамки здравого смысла. В произведениях, которые создает такое уникальное существо, прикладывая усилия, рождается нечто особенное. Сначала стань знаменитым, и тогда, что бы ты ни сделал, люди будут аплодировать. Это было похоже на ту поговорку. Оставив в стороне наличие навыков, результат работы обычного человека и человека уникального — это совершенно разные вещи. Таков здравый смысл этого мира. — Канг… Я перестал ковать. Пошевелил затекшими пальцами. Прошло немало времени. На наковальне уже лежал один иссиня-черный меч. Грубый внешний вид, лишенный каких-либо отличительных черт. Меч, целиком выкованный из чёрного железа — от рукояти до самого острия. Я осмотрел творение, на которое ушло несколько слитков, уйма реагентов и катализаторов. «Хм…» На моем лице появилось странное выражение. К качеству претензий нет. Можно было сделать и лучше, но минимальный порог пройден. Для дела сойдет, так что можно убрать в Подпространство и доставать по мере необходимости. Но, хотя я этого и не планировал, меч по виду почти не отличался от того, что держала в руках 2-я итерация. «…Хотя нет, это же естественно». Ощутив мимолетное замешательство, я тут же передумал — ничего странного в этом не было. В таком грубом дизайне и так нет ничего уникального, к тому же я ковал его, подсознательно стремясь воссоздать меч 2-й итерации, так что сходство закономерно. — О-о-о… Пока я предавался этим мыслям, ко мне внезапно приблизились. — Вау, это еще что. Как вы умудрились сделать такое за столь короткое время? Это была Пэк Арин, сидевшая до этого позади. Подойдя легкой походкой, она присела рядом со мной на корточки. Ее сияющие голубые глаза рассматривали только что выкованный Меч из чёрного железа. [Хе-хе] В ответ на такую реакцию я слегка расправил плечи. Меня наполнила гордость от того, что я создал нечто стоящее. Смешавшись с эмоциональным подъемом от Адского Пламени, это создавало весьма приятное, пушистое чувство. И тут… — С таким качеством это уже технический тип… Ха Юль, вы всё-таки не просто технический тип, а универсальный— К моему уху, пышущему жаром от яростных ударов молота прямо перед горном, прикоснулось ледяное дыхание Пэк Арин. [Хы-а-а-а-гх-к…!] — Хек-гхык! Кхе! Кхе-кхе! — Ха Юль?! От пронзившего конечности оцепенения я забился в конвульсиях и подскочил, словно пружина. . . . Я вволю настучался по слиткам чёрного железа, наклепав целую гору снаряжения. Наштамповал кучу мечей разных видов, копий, шестов, щитов, молотов, палиц, топоров… Кроме того, сделал и экзотическое оружие, которым владела 2-я итерация, вроде метеоритного молота или веревочного копья. Я опасался, что на создание одного предмета уйдет много времени, но всё оказалось проще, чем я думал, и дело пошло быстро. С вооружением покончено. «Теперь следующее…» — Ха Юль-ни-и-им~ Ну простите меня, хватит дуться~ Стоило мне собраться перейти к следующему этапу, как сзади раздался вкрадчивый голос, и я невольно надул губы. Как и следовало из тона, Пэк Арин с озорной ухмылкой на лице продолжала тыкать меня пальцем в плечо. [Я не дуюсь] — Я не думала, что вы так испугаетесь. Вы же говорили, что постоянно используете Сенсорику, вот я и решила, что вы заметите. Это была моя оплошность, приношу извинения. [Нет] [Это была моя ошибка, вам не за что извиняться] [И вообще, я сказал, что не дуюсь] Дуюсь? Я? Что за вздор. С чего бы мне обижаться? Конечно, из-за Пэк Арин я знатно струхнул, подпрыгнул и издал истошный вопль, из-за чего даже впервые за долгое время словил Проклятие безмолвия… но я не дулся. И почему она вечно выставляет меня каким-то мелочным парнем, который дуется из-за пустяков? — Хм-м… Когда я в очередной раз возразил, Пэк Арин издала двусмысленный звук. Что это еще за подозрительная реакция? — Тогда давайте сделаем так? […Как?] — Раз мы оба в чем-то виноваты, давайте просто зачтем наши ошибки друг другу и сделаем вид, что ничего не было. [?] Зачтем ошибки? Когда я с подозрением наклонил голову, Пэк Арин, усмехнувшись, указала на себя. Если точнее, на свою грудь, скрытую ветровкой. — Ну, когда Ха Юль пришел ко мне с рогами на лбу. Вы тогда лапали мою грудь и— [Гя-а-а-а-к!] Ожерелье откровения жалобно скрипнуло. Всплыло воспоминание, о котором я меньше всего хотел бы вспоминать. Вскочив так, будто собирался пробить головой потолок, я бросился к Пэк Арин. [Ладно! Ладно!] [Я был неправ…!] [Так что прекратите!] — Да-да, принимается. Мы прощаем друг друга~ …Наконец-то я получил прощение от той, кому в прошлый раз доставил столько хлопот. . . . — Собираетесь делать Магический артефакт? [Да-а…] После того как Пэк Арин провела мне уход Чангэ, я ответил с поникшими плечами. После оружия из чёрного железа настала очередь украшений… то есть Магических артефактов. Магический артефакт — это, проще говоря, инструмент, на который нанесена Магическая формула. Грубо говоря, если нанести на булыжник формулу Ударной волны, он тут же станет Магическим артефактом. Хотя, разумеется, это не будет полноценным артефактом. Мало того что наносить формулу на хрупкую и податливую основу сложнее, так еще и после пары использований такая основа разлетится вдребезги. Поэтому для основы нужно использовать материалы, способные выдержать работу формулы… короче говоря, дорогие и прочные. Но даже это не делает их вечными. Даже если основа прочна, Магическая формула со временем изнашивается. К тому же, поскольку формула нанесена насильно, она легко разрушается от внешних воздействий. Поэтому на оружие формулы наносят редко. В это вкладывается столько сил, времени и денег, а стоит пару раз столкнуться в бою — и формула слетает. Даже если создать Магический артефакт, для его долгой службы требуется постоянное обслуживание, но как бы тщательно ты ни ухаживал за ним, рано или поздно наступит предел его жизни. «Поэтому настоящие артефакты ценятся так высоко». Артефакты вечны. В них Магическая формула не нанесена насильно, она является их врожденной уникальностью. Эффект не исчезает от столкновений, и даже если артефакт будет разрушен, остается возможность его восстановления. «Искусственный артефакт… У меня есть Сродство с маной, смогу ли я создать такой позже?» Я не думал, что справлюсь прямо сейчас. Но шансы высоки. Раз уж я закончил с Мечами из чёрного железа, попробую попрактиковаться в оставшееся время. «Формула… Пусть будет обычный защитный барьер». Обычно изготовление основы и гравировка формулы в Магическом артефакте происходят раздельно. Но в этот раз я решил попробовать сделать это одновременно. Вш-ш-ш! Небесное оперение раскрылось. Словно павлин, распускающий хвост, кончики бесчисленных разделенных перьев Небесного оперения заострились, превратившись в Шипы. Я вытянул ману и передал ее Небесному оперению. Вскоре на острых концах сконцентрировалась энергия. …Выглядело это как какое-то щупальцевое чудовище, но так было эффективнее. — Этот артефакт, чем больше на него смотрю, тем удивительнее он кажется. Вы сказали, это Небесное одеяние? Слышала, по регистрации оно среднего или высшего ранга… но сейчас выглядит как минимум на высший уровень. [У нас с ним отличная совместимость] Коротко ответив восхищенной Пэк Арин, я снова сосредоточился. До этого я немного разволновался из-за побочного эффекта Адского Пламени, но благодаря помощи Чангэ мне удалось успокоиться. Всё же времени прошло порядочно, сделаю парочку и пойдем назад. С этой мыслью я взял серебряный слиток для основы. У меня были и золотые слитки, но тратить их на тренировку было жалко, так что я выбрал более дешевое серебро. «Для начала — кольцо…» Я пустил Адское Пламя через правую руку. — Фш-ш-ш-ш-ш-ш! Погруженное во тьму зрение окрасилось в багровый. Внезапно сознание провалилось куда-то вглубь. . . . Я осознал необъяснимую сцену. — Твою мать, да что опять такое! Ты совсем сумасшедший? С чего ты опять начал беситься?! Ли Джиён, колотя себя в грудь от негодования, высказывала свое недовольство. И… — Вы что, не знали, что я биполярник, когда шли за мной? Если бесит — просто валите на все четыре стороны. Я увидел мужчину с похожими на мои чертами лица, который с дерзким видом отмахивался от нее, прогоняя прочь. ---------- Охлаждение (3) Работа по ковке основы молотом и одновременному вырезанию магических формул острым Небесным оперением. Всё шло гладко. Требовалась предельная концентрация, но ошибок допущено не было. Получившееся кольцо по цвету и фактуре напоминало фарфор, в чём крылось своё изящество. Я кивнул, видя, что нужные характеристики закрепились как надо, и в этот момент... «Что за херня, блядь». Гэпхва повела себя странно. — Вспых! Внезапно Гэпхва раздулась. Словно при взрыве, она в мгновение ока увеличилась в размерах и забурлила. Я перехватил Гэпхву, собиравшуюся Рассеиванием разойтись во все стороны. С трудом удалось удержать её и предотвратить превращение округи в пепелище. Опасаясь, что пламя заденет Пэк Арин, я развернулся в противоположную сторону, вскочил и вцепился в правую руку. Лицо исказилось от этой аномалии. Эта ебучая способность внезапно взбесилась. Во время ковки она сидела смирно, как послушный щенок, а теперь вдруг пытается перегрызть всё вокруг, словно бешеная псина. «...Нет, она не пытается сжечь всё снаружи?» Я почувствовал странное несоответствие. Хоть я и схватил пламя, пытавшееся вырваться наружу, на самом деле оно не было таким уж угрожающим для окружения. Огонь полыхал, и температура в мастерской мага резко подскочила. Пламя было настолько сильным, что пот катился по коже градом. Однако, даже если бы я не удерживал Гэпхву, она вряд ли нанесла бы серьёзный ущерб внешнему миру. — Вспых! Вместо этого... семя Гэпхвы, зародившееся внутри тела, начало разрастаться. Огонь перекинулся на эмоции. «Гх-х-х...!» Бум! Сердце гулко забилось. Я съёжился от вибрации, отдававшейся в костях. В голове в одно мгновение всё помутилось, будто застлало дымом и гарью. Сознание поплыло. Гэпхва вцепилась в чувства. Эмоции накаляются. В этом нет ничего странного. Это главный побочный эффект Гэпхвы. Гэпхва может использовать многое в качестве дров, но лучше всего она пожирает эмоции владельца. Чтобы раздуть пламя ещё сильнее, Гэпхва подстегивает чувства того, кто её проявил. Складывая их, как поленья, она создаёт ещё большую мощь. Я много раз проходил через это и терпел. Этот побочный эффект никогда не наносил мне серьёзного вреда. Когда она впервые проявилась в Башне Роста, у меня лишь ненадолго возникли негативные мысли, а после я использовал её, успешно проводя Настройку. «Это...» Но сейчас всё было иначе. Пламя слишком яростное. Накал эмоций зашкаливает. Огонь никак не желает гаснуть. И... — А-а-а-ах...! В голове начали прокручиваться видения. Золотые волосы, голубые глаза. Обычному западному мужчине разрывают горло. Монстр, вцепившийся в шею человека... Краснолистный пёс с хрустом пережёвывал плоть. Крик оборвался. Кровь хлынула фонтаном, а затем глаза мужчины, налитые кровью, закатились. Его обмякшее тело рухнуло в лужу собственной крови. Я не знаю, кто это. Нет, если быть точным, я Наблюдал это раньше. Человек, которого я не успел спасти в Шихаллионе буквально на мгновение. Моё лицо в этом видении было ужасающе искажено. В те времена, когда мои волосы ещё были чёрными, а мана — синей. Я, стиснув зубы, бросился на Краснолистного пса. Кулак обрушился вниз. Грох! Кулак, окутанный Ганги, размозжил голову твари. Туша Краснолистного пса с раздробленным черепом повалилась на труп мужчины. Я убил виновника. Но убитого человека было не вернуть. В тот момент в пространственное восприятие Ли Ха Юля эта сцена впечаталась со всей жестокостью. С Шихаллиона и до сегодняшнего дня. Многих я спас. Были те, чьи жизни я вырвал из лап смерти, успев в последний миг. Но было и много тех, кого спасти не удалось. Перед глазами проносились лица людей, которых я мог бы спасти, окажись я на шаг быстрее, на секунду раньше. Люди, погибшие из-за меня. Те, кто остался бы жив, если бы я не выпендривался в Китае не по чину. Люди, умиравшие под предлогом того, что я предотвращаю в разы больший ущерб в будущем... «...Ух...» Дыхание перехватило. Лёгкие и сердце в миг окаменели. Вина, запрятанная на самом дне души, внезапно всплыла. Этот увесистый ком Вины поднялся на поверхность, и Гэпхва, учуяв отличную наживку, вцепилась в него. Словно нащупав слабое место, Гэпхва вспыхнула с новой силой. Ещё больше видений всплывало и становилось дровами. Подобная Вина придавила меня своим весом. В обычное время я бы задавил её какой-нибудь жалкой самооправдательной ложью, но разум, захлестнутый эмоциями, едва справлялся. «А это ещё что...» Среди прочего затесались и непонятные видения, что ещё сильнее сбивало с толку. Чьё-то лицо, похожее на моё, но это был не я... Вспых...! Пламя становилось всё яростнее. Тело внезапно сильно вздрогнуло. «Нет, прежде всего нужно разобраться с Гэпхвой...» Напор Гэпхвы расширялся, не зная преград, и в теле слой за слоем скапливался жар. Эмоции раздуваются, вытесняя разум. Градус жара неуклонно растёт. Кажется, если так пойдёт и дальше, тело просто взорвётся. Взорвусь я или сгорю — в любом случае конец будет не из приятных. Если позволить Гэпхве и дальше бесчинствовать, я точно сдохну. Разум, помутневший от цунами эмоций, осознал смертельную угрозу. И тогда, чтобы преодолеть проблему, я задействовал доступные средства. «Синхронизация, Чангэ». — Пш-ш-ш...! В пламя плеснули водой и льдом. Спешно скопированная Чангэ начала стремительно теснить Гэпхву. В тело, где бушевал жар, хлынули энергия воды и энергия холода, нейтрализуя друг друга. Вспых! Гэпхва, на миг замешкавшись, принялась пожирать Чангэ. «Недостаточно». Моей собственной Чангэ было мало, чтобы успокоить Гэпхву, которая неслась в безумном порыве, пожирая эмоции. — Ну почему именно сейчас Испытание... К тому моменту, как я это осознал, Чангэ хлынула извне. Это была Пэк Арин, о которой я до этого момента совершенно забыл. Окутав себя энергией холода, она прорвалась сквозь пламя и положила руку на мою спину. Затем, сложив магический жест другой рукой, она заставила прохладную энергию Чангэ затопить моё тело. Чангэ Пэк Арин, хлынувшая настоящим потоком, соединилась с той Чангэ, что проявил я. Под напором, сравнимым с мощью целого океана, даже Гэпхва потеряла силу и начала постепенно затихать. — Ф-ф-фух... В итоге Гэпхва, бушевавшая снаружи, угасла. Последняя искра, дрожавшая на плече, погасла, и пламя Гэпхвы окончательно исчезло. В тот же миг силы покинули меня. Тело покачнулось и завалилось вбок, словно кукла с перерезанными нитями. Дыхание сбилось. Было трудно прийти в себя. Пэк Арин что-то говорила, но её голос доносился как будто из-под толщи воды. Я начал оседать. Пол становился всё ближе... — Хвать. — Ох, ну и переполох же... Вы в порядке? Я не коснулся пола. Пока я падал. Пэк Арин, стоявшая рядом, хоть и вздыхала, мягко подхватила меня, лишившегося сил. — Х-ха... кх... Дыхание тяжёлое. «Горячо...» Тело горит. Пожар потушен, но жар, скопившийся внутри, никуда не делся. От разгорячённой кожи, казалось, вот-вот повалит пар. «Жарко...» Жарко. Тепло — это хорошо, но когда оно переходит определённый предел, оно становится обжигающим. Это лучше, чем холод, но жару я тоже недолюбливаю. «Что-нибудь прохладное...» — Всё закончилось, теперь всё хорошо. Дышите глубже и медленнее... Пока я тяжело дышал, я почувствовал, как чья-то рука похлопывает меня по спине. Характерная для Пэк Арин прохлада... «Нет...» Сияющая Прохлада разлилась по спине. С каждым движением руки моя пылающая кожа медленно остывала. Даже не запуская Наблюдение, я чувствовал, как от Пэк Арин исходит волна свежести. Я хотел избавиться от этого жара. Худшее осталось позади, но остатки тепла и взвинченные эмоции подтолкнули меня к действию. — Да-да, вот так, молодец. Теперь просто восстановите дыха... ой... Я обхватил её тонкую талию руками и прижался всем телом. Пышная мягкость нежно приняла меня. В тот же миг меня окутала Прохлада, вытягивающая жар. «Х-а-а-а...» [Прохладно-о...] Тело само собой задрожало, а рот приоткрылся. Накопленный жар начал отступать. Словно после долгого бега под палящим солнцем я окунулся в ледяную воду... — А-ха-ха, опять капризничаете? Пэк Арин негромко рассмеялась. Одной рукой она продолжала поглаживать меня по спине, а другой резко потянула вниз молнию моей ветровки. — Вж-жик... Ветровка разошлась в стороны, обнажая чёрную майку. — Ой, наш Ха Юль, испугался из-за Испытания? Пэк Арин, чей голос стал странно ласковым, прижала мою голову к своей ложбинке между грудей. Там было мягко и прохладно. Вспых... Гэпхва ещё теплилась, словно угольки. Гэпхва, которую уже вытеснила внутренняя Чангэ, начала жадно впитывать энергию холода Пэк Арин в месте соприкосновения тел. — Пш-ш-ш... Лёд начал таять. «...А?» Внезапно рука Пэк Арин замерла. Из её уст вырвался редкий для неё озадаченный звук. ◆ ◆ ◆ В представлении Пэк Арин Ли Ха Юль был человеком-ежом. По натуре он был крайне боязлив и подозрителен. Если кто-то внезапно приближался к нему, он не радовался, а пугался и выставлял свои Шипы. В нём не было агрессии, он не нападал первым, но если кто-то пытался причинить ему вред, он бросался в атаку без раздумий. Если другие не приближались к нему, он и сам не делал шага навстречу. Просто сидел тихонько в углу, озираясь по сторонам. [Прохладно-о-о...] Таким был Ли Ха Юль, с которым она ещё не сблизилась. Пэк Арин со странным выражением лица посмотрела на Ли Ха Юля, уткнувшегося в её грудь. Видимо, поза его полностью устраивала, потому что он продолжал настойчиво зарываться лицом в ложбинку, видневшуюся в вырезе майки. Ли Ха Юль, с которым она подружилась... стал, грубо говоря, совсем другим человеком. Ёж, полный страха и настороженности, превратился в ласкового щенка. Стоило подойти, как он вздрагивал от неожиданности, но в душе, хоть и делал вид, что ему всё равно, радовался и крутился рядом. Агрессия исчезла почти полностью, и если близкий человек причинял ему боль, он не колол его своими Шипами, а просто уходил в себя, зарываясь в воображаемую нору. Пэк Арин приложила немало усилий, чтобы сблизиться с Ли Ха Юлем. Так было и при первой встрече, а когда она увидела его Гэпхву, сопоставимую с силой Хон Ёнхва, её желание укрепить их связь стало ещё сильнее. Осознав тот беспрецедентный факт, что он одновременно владеет и Гэпхвой, и Чангэ, она захотела стать для него тем, ради кого он выполнит любую просьбу. Всё потому, что она верила: именно Ли Ха Юль сможет исполнить её заветное желание. И вот теперь... — ...А-ха-ха! Пэк Арин почувствовала надежду. Это была не просто гипотетическая возможность, а вполне достижимая цель. Смех непроизвольно сорвался с её губ. Ритм сердца сбился. Похоже, незваный гость в её душе был недоволен. Ну и плевать. — Вдох... — Ик. Пэк Арин внезапно наклонилась и зарылась носом в волосы Ли Ха Юля. Когда она глубоко вдохнула, он вздрогнул всем телом. Её это не остановило. Напротив, она крепче прижала его к себе, заключая в объятия. Тепло. Она чувствовала его Тепло. Ощущение влажной кожи, мягкость белоснежных волос, щекочущих лицо. Она продолжала вдыхать. Она чувствовала его запах. Ли Ха Юль только что обливался потом из-за Гэпхвы. Но вместо неприятного запаха аромат его тела стал только гуще и притягательнее. Из-за этого Пэк Арин на мгновение даже показалось, будто она сама пропиталась мёдом. Даже Пэк Арин, чьи чувства были притуплены чёртовым проклятием, ощущала это. Проклятие ослабло. Пусть сейчас это была лишь капля... но Гэпхва Ли Ха Юля могла влиять на проклятие. Если это Гэпхва, постигшая Чангэ... тогда это возможно. — Фух... Вскоре чувства снова начали притупляться. Она отстранилась. [Э-э...] Над головой Ли Ха Юля возник воображаемый вопросительный знак. Похоже, её внезапное поведение его ошарашило. И всё же то, как он беззащитно наклонил голову, даже не пытаясь сопротивляться, снова вызвало у неё улыбку. — Пэк Ха Юль-сси. [Да?] — Я видела. [Что именно?] Он снова Непорочно склонил голову набок. Он правда не помнит? Может, из-за критической ситуации всё вылетело из головы. Пэк Арин наклонилась ещё ниже и прошептала ему на ухо: — То, как Ха Юль-сси использовал Чангэ. Тело Ли Ха Юля, до этого расслабленно склонившего голову, мгновенно одеревенело. В его сознании воспоминания о недавнем посыпались. Словно замороженная рыба, Ли Ха Юль со скрипом повернул голову. [... ...] [...?] [...Что? А?] [А-а?] [Блядь?] — А-ха-ха, посмотрите на реакцию. Пэк Арин снова хихикнула и опустила руку. — Наш Пэк Ха Юль-сси, выполните одну мою просьбу? Она погладила его по заднице. Всё это время Ли Ха Юль пребывал в полном ступоре, не в силах даже пошевелиться. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●●○○○ (69 ▷ 74/100) «Энергия холода», «Прохлада», «Симпатия», «Вопрос», «Замешательство», «Корова?», «Вина» ---------- Страдания Хон Ёнхвы (1) Ли Ха Юль стал частью клана Адского Пламени. Эта весть разнеслась по миру после недавнего торжественного приема клана Адского Пламени. Члены семьи, как из главной ветви, так и из побочных, собрались в родном поместье, чтобы воочию убедиться в этом. Все присутствующие видели, как в руках Ли Ха Юля вспыхнуло Адское Пламя — пламя, распускающееся подобно алому бутону. На этом доказательства были исчерпаны. Среди собравшихся не нашлось ни одного глупца, который посмел бы усомниться, увидев воочию пробужденную Гэпхва. Даже если бы банкет завершился прямо тогда, вскоре весь мир узнал бы, что Ли Ха Юль перешел в активное состояние Адского Пламени. Однако на этом новости не закончились. — Говорят, мощь Адского Пламени Ли Ха Юля сравнима с силой самой Хон Ёнхва, чье могущество не знает прецедентов. — Поговаривают, Меч Сигнального Огня, хранивший пустотную прозрачность со дня кончины основателя, вновь обрел утраченные краски, стоило юноше поднять его для ритуала. — А уж внешность Ли Ха Юля столь ослепительна, что способна сокрушать царства. Говорят, даже эта бешеная сука Хон Ёнхва превратилась в кроткую овечку и теперь не отходит от него ни на шаг, оберегая и лаская... Слухи, просочившиеся наружу, были настолько шокирующими и громкими, что осведомителям различных фракций пришлось трудиться ночи напролет, пытаясь проверить их достоверность и разгадать скрытые мотивы. Так или иначе, в итоге до общества дошли следующие сведения. Ли Ха Юль — тот, кто пробудил Адское Пламя, и его связывают крайне близкие, нежные узы с будущей главой клана, Хон Ёнхва. Благодаря этому в народе за ним закрепился образ «драгоценного зятя» клана Адского Пламени, которого Хон Ёнхва всячески опекает и лелеет. Поток предложений о встречах, заваливавших почтовый ящик Ли Ха Юля, резко иссяк. Он — избранник преемницы клана Адского Пламени. Страх перед возможной местью за открытое кокетство заставлял многих держать дистанцию. В самом Сиёламе число курсанток, подходивших к Ли Ха Юлю с явными намерениями, тоже поубавилось. Те, кто не желал провоцировать конфликт с кланом Адского Пламени, предпочли благоразумно отступить. — Хм-хм-хм~ Впрочем, нашлась особа, обладавшая достаточной дерзостью, чтобы в открытую заигрывать с «зятем» великого клана. Услышав доносившееся подле мурлыканье, Хон Ёнхва искоса взглянула в ту сторону. Золотистые волосы, мягко спадающие до самой талии, и распахнутые, кроткие глаза. Это была Элия, чье невинное лицо резко контрастировало с почти вызывающе чувственной фигурой, приковывавшей взгляды всех мужчин. Глядя на то, как девушка довольно напевает, Хон Ёнхва вспомнила их разговоры — и те, что происходили в Башне Роста, и те, что случились за её пределами. «...» Для обычных людей это было бы немыслимо, но в кругах сверхлюдей многоженство порой случалось. Напротив, оно встречалось довольно часто. Разве среди правящих фракций, создающих собственные зоны влияния, не процветали политические браки? К примеру, нынешняя глава Тэсана взяла себе двоих мужей, а глава Чангэ — двух жен. Глава рода Адского Пламени... Отец Хон Ёнхва ограничился одной супругой, но среди его предшественников хватало и тех, кто связывал себя узами брака не единожды. — У-ух... На душе было неспокойно. «И ведь не поколотишь её...» В Хон Ёнхва внезапно вскипел яростный порыв, но она тут же заставила его утихнуть. С Элией её связывала крепкая дружба. Та с самого начала семестра крутилась рядом, вечно о чём-то щебеча, и они так сошлись характерами, что теперь их смело можно было назвать близкими подругами. Ей совсем не хотелось бездумно избивать подругу, превращая ту в кровавый тток. К тому же Ли Ха Юль очень дорожил Элией. Кажется, он говорил, что именно Элия была первой, кого он встретил и кто протянул ему руку помощи? Должно быть, поэтому Ли Ха Юль так сильно ей открылся. Какова бы ни была причина, что случится, если Хон Ёнхва сорвётся и изобьёт Элию как собаку, превратив её в кровавый тток? Она даже представить не могла, как в такой момент отреагирует Ли Ха Юль. ...Нет, если быть точнее, она просто не хотела этого воображать. Белоснежный, очаровательный ребёнок, которого теперь не грех было назвать сошедшим с небес небожителем... или всё же небожительницей? Если эти прекрасные глаза, в которых сейчас отражается лишь Хон Ёнхва, вдруг наполнятся отвращением и враждебностью... Стоило ей представить, как он горько плачет, содрогаясь от печали, как у неё тут же закружилась голова. Вдобавок даже Ли Се Юль, которая хоть и притворялась равнодушной, но тоже открыла сердце Элии, прониклась бы к Хон Ёнхва ещё большим неприятием и враждой... Хон Ёнхва не хотела, чтобы Ли Ха Юль её ненавидел, и уж тем более не желала ему страданий. «Ар-рх...» Ситуация была поистине скверной. Со всяким сбродом, с которым Ли Ха Юль не был знаком и не водил дружбы, она могла разобраться сама, пресекая любые их грязные уловки. Но те, с кем Ли Ха Юль уже успел сблизиться... Элию или её наставницу, ту странную профессоршу... и Пэк Арин она не могла просто так отвадить. Да и в принципе вмешиваться в чужие отношения было делом неблагородным. Хон Ёнхва побрела обратно в общежитие. Но не в своё собственное, а в то, где жил Ли Ха Юль. Осознав, что рыжая вороватая кошка, живущая по соседству, тихой сапой обосновалась в общежитии Ли Ха Юля, Хон Ёнхва и сама перебралась к нему. В душе её теплилась крохотная тревога. Страх и беспокойство грызли изнутри: а что, если... если он примет Элию, а Хон Ёнхва выставит за дверь? К счастью, эти опасения оказались напрасными. Ли Ха Юль не стал её прогонять. Напротив, он, хоть и пытался это скрыть, выглядел довольным и то и дело крутился рядом, участливо спрашивая, не нужно ли ей чего для удобства. Благодаря этому Хон Ёнхва смогла благополучно обосноваться в общежитии Ли Ха Юля. — [Курсант Хон Ёнхва, личность подтверждена.] Она открыла дверь с помощью кода аутентификации, полученного от Ли Ха Юля. Вскоре дверь бесшумно скользнула в сторону, и лицо Хон Ёнхва, собиравшейся войти, внезапно застыло. — М-м? Заметив неладное, Элия тоже остановилась. На мгновение склонив голову, она издала негромкий возглас: «А-а...» Только тогда Элия почувствовала чьё-то присутствие внутри общежития. Их было двое. Одно присутствие принадлежало Ли Ха Юлю и было ей до боли знакомо. Раньше его аура была слишком слабой, и уловить её было трудно, но в последнее время она стала настолько отчётливой, будто он досыта наелся. Но было и второе... веющее холодом. Хон Ёнхва мельком взглянула на пол. В прихожей стояли две пары обуви. — ....... С каменным лицом Хон Ёнхва вошла в общежитие. Растерянно моргая, Элия последовала за ней. За раздвижной дверью, отделявшей прихожую от гостиной, горел свет. Сквозь матовое стекло виднелись силуэты. Подняв дрожащую руку, она коснулась двери и медленно, стараясь сохранять спокойствие, отодвинула её. Перед глазами предстала залитая светом гостиная. И... — Аха-ха, щекотно. Я никуда не уйду, так что не надо, хорошо? Всё в порядке~ [Да...] На диване сидела Пэк Арин, а в её объятиях, тесно прижавшись животом к животу, примостился Ли Ха Юль. — ...... — Х-ы-ы-ы... Состояние Ли Ха Юля казалось каким-то странным. Он почему-то весь взмок от пота. Его волосы слиплись и намокли, а капли, скатывавшиеся по щекам, исчезали в ложбинке между грудей Пэк Арин. Сквозь приоткрытый в тяжёлом дыхании рот виднелся нежно-розовый язык. От него исходил аромат тела и дыхание, пропитанное приторно-сладким, дурманящим запахом. — Ну же... Пэк Арин ласково улыбнулась и погладила его по голове, отчего Ли Ха Юль ещё ниже опустил лицо. Она была в чёрной майке без рукавов, и её глубокое декольте, казалось, целиком поглотило лицо Ли Ха Юля. Он прижимался переносицей к её прохладной коже, пытаясь унять жар в её ледяных объятиях. — У-ху-ху, какой милашка... Пэк Арин, словно поощряя его, прижала голову Ли Ха Юля к своей груди. Затем она, лучезарно улыбаясь, подняла взгляд. И встретилась глазами с Хон Ёнхва. — О, ты уже пришла? Видя, как Хон Ёнхва застыла, словно вот-вот рассыплется в прах, Пэк Арин с невозмутимым видом помахала ей левой рукой. . . . Прошло немного времени. — Значит... Оставив позади разгромленную гостиную, Хон Ёнхва села за кухонный стол и заговорила. Её губы, до этого плотно сомкнутые в суровом молчании, разомкнулись, и наружу вырвался голос, в котором кипели подавленные эмоции. — ...Надо же было такому случиться, что именно сейчас Гэпхва Ха Юля спровоцировала Испытание, и ты помогала ему успокоиться... — Угу-угу. Я же говорю. Сидящая напротив Пэк Арин закивала, поправляя свои растрепанные волосы. Испытание Гэпхва. Хон Ёнхва и сама однажды через это прошла. Тяжелейший побочный эффект, возникающий при трансформации Гэпхва. Виды Испытаний бывают разными, но первое, что обрушивается на человека, почти всегда одинаково. Оно вытаскивает наружу воспоминания того, кто находится в активном состоянии, провоцируя эмоциональную бурю. От мелких повседневных пустяков до судьбоносных событий всей жизни... Извлеченные чувства вскоре достигают своего пика, и человек полностью теряет самообладание. Если не удастся преодолеть это должным образом, жуткий побочный эффект превратит самого носителя в дрова для костра, ведя к полному уничтожению. Хон Ёнхва мучилась несколько дней, пытаясь справиться в одиночку, и смогла победить лишь после того, как получила в подарок от Ли Ха Юля шарф. — Ха Юль-сси ведь совсем недавно вошел в активное состояние Гэпхва, верно? А побочки оказались просто зверскими. Вот и пришлось мне, скрепя сердце, вот так прилипнуть к нему и обеспечивать «интенсивную терапию». Ох, в Мастерской мага до этого было действительно опасно. А значит... можно понять, почему Ли Ха Юль пребывает в таком разобранном состоянии. — Следовательно, я планирую какое-то время пожить у вас. Прошу любить и жаловать~ — Ёнхва, простите меня... — Нет, Ха Юль, в чем твоя вина? Не извиняйся. Пэк Арин, машущая рукой в знак будущего сожительства, и Ли Ха Юль, прильнувший к её груди и бормочущий извинения. Конечно, в глубине души ей хотелось немедленно врезать Пэк Арин и разнять их, но... — П-ш-ш... Пэк Арин и вправду сдерживала жар и эмоциональный пик, грозившие переполнить тело Ли Ха Юля, так что рука у Ёнхва не поднималась. Конечно, Хон Ёнхва тоже могла бы помочь, выполняя Настройку Гэпхва... но ей не сравниться с Чангэ. Хон Ёнхва сама прошла через Испытание. Она знала, как мучительно выносить это без посторонней помощи. Если даже Хон Ёнхва, чья жизнь была относительно спокойной, так страдала, то какие же воспоминания терзают Ли Ха Юля, чья судьба с самого детства была полна невзгод? — Ха-а... В конечном счете, разлучить их сейчас означало бы лишь продлить мучения Ли Ха Юля. К тому же в худшем случае его могла ждать смерть, и она не могла подвергать Ли Ха Юля такой опасности лишь из-за ревности, от которой нутро сворачивало узлом. Хон Ёнхва глубоко вздохнула. Это был знак молчаливого согласия. — Ох... посмотри, какой он вялый. Ха Юль, сможешь поесть каши? — Даже если не хочет, нужно накормить. Испытание продлится как минимум несколько дней, так что желудок должен быть полным. В доме некстати прибавилось жильцов. . . . — Ах, точно. Ха Юль-сси подарил мне кольцо. — Ах ты ж, сука ебаная. ◆ ◆ ◆ [Владыка Башни Настройки склоняет голову набок] [М!жет л# *! Хон Ён@ т@к изм%н#ться?] [Владыка Башни Знаний пожимает плечами] [Владыка Башни Роста выражает обеспокоенность] [Скоро р#бенок во@дет в Б@шню Зн#ний. Готовь%тесь] [Владыка Башни Знаний кивает] ---------- Страдания Хон Ёнхвы (2) — Эй, ты чего так много загребаешь? Ешь поскромнее. — А? Послушайте, госпожа Хон, я же только второй кусочек ем...? В последнее время за завтраком стало довольно шумно. Всему виной новый постоялец, поселившийся в общежитии. Я механически запихивал в рот безвкусное мясо, прислушиваясь к разговору. — Аж два съела? Дофига ты ешь. Хватит с тебя. — Нет, ну это уже слишком. Кому этих двух кусочков хватит — коту наплакал? Даже обычный человек этим не наестся! Мы же оба сверхлюди, давайте без этого. Хон Ёнхва, которая ела и косилась в сторону, и Пэк Арин, замершая с палочками в руках от нелепости придирок из-за каких-то двух кусочков мяса. Их перепалка, начавшаяся с односторонних придирок Хон Ёнхва, странным образом напоминала фоновую музыку. Может, потому что все понимали — они спорят не всерьез, остальные, включая меня, не обращали на них внимания и продолжали завтракать. Се Юль, видимо, еще не до конца проснулась и клевала носом, а мы с Элией сидели по бокам от нее, присматривая за девочкой и одновременно подкрепляясь. Напротив сидели и завтракали Хон Ёнхва, Пэк Арин и Эриэль. — Прошу прощения за дерзость, госпожа... но выглядите вы сейчас весьма жалко. В разгар перепалки Эриэль, до этого тихо ковырявшаяся в тарелке, внезапно поддела Хон Ёнхва. Поначалу она отказывалась, спрашивая, как она может сидеть за одним столом с господами, но в последнее время без лишних слов присоединялась к общей трапезе. — Блин, если просишь прощения за дерзость, то и помалкивай! И вообще, разве ты не должна быть на моей стороне? Хон Ёнхва вспыхнула и повысила голос. — Я? — Что за реакция...? Я же твой работодатель! — Мой наниматель, строго говоря, глава семьи Хон Джинсон. К тому же я, Эриэль, из тех работников, что могут указать на ошибки, даже если передо мной хозяин. — Вот именно! Говорят, даже собаку не трогают, пока она ест, а ты и за столом умудряешься донимать? Ситуация на поле боя изменилась. Хон Ёнхва, которая только что в одиночку задирала Пэк Арин, внезапно оказалась под двойным натиском Эриэль и Пэк Арин. Интересно, за что Эриэль так её недолюбливает? Казалось, она ни на секунду не сомневалась, прежде чем уколоть Хон Ёнхва. — Да ну вас. В итоге Хон Ёнхва окончательно обиделась. Сильно нахмурившись, она зачерпнула целую гору чею-поккым и набила ею рот. Хон Ёнхва предпочитает мясные блюда, поэтому они каждый день появляются на столе. Видя, как сильно ей нравится чею-поккым, я часто подаю это блюдо, приготовленное специально под её вкус. Наблюдая за ней, я заметил, что миска Хон Ёнхва почти опустела. — Ёнхва? Дай мне свою миску. — А? Ой, держи. Хон Ёнхва, ворчавшая с зажатыми во рту палочками, захлопала глазами, глядя на протянутую к ней ладонь. Вскоре она издала негромкое «а-а» и робко протянула пиалу. Я взял её, плотно наполнил дымящимся белым рисом и вернул обратно. — Вот, пожалуйста. Риса ещё много, так что скажите, если понадобится добавка. Сверхлюди едят за двоих, да и мой собственный аппетит в последнее время заметно вырос. За этим столом собралось четверо сверхлюдей, одна фейри и ещё одна фейри (предположительно). Продуктов на одну трапезу уходит прорва, поэтому я стараюсь готовить рис с запасом. — Ха Юль…! Кроме тебя, у меня никого нет..! Глаза Хон Ёнхва, принявшей миску, подозрительно заблестели. Её облик отчетливо проступал сквозь пелену густого тумана. Рассыпавшиеся по плечам алые волосы и сияющие, пленительные глаза сегодня казались ещё прекраснее, чем обычно. — Хи-хи. На губах сама собой заиграла улыбка. Фьюх… Возможно, из-за того, что внутри меня в реальном времени полыхала Гэпхва, радость ощущалась острее. . . . Из-за Испытания Гэпхвы мне пришлось пропустить почти все лекции. Я пытался возражать, уверяя, что справлюсь с нагрузкой, но меня тут же «подавили», буквально затискав в объятиях. Мне изрядно намяли щеки, отчитывая за то, что в таком состоянии я вообще вздумал куда-то шляться в одиночку. Проблема заключалась в том, что занятия пропустил не только я. Я неловко огляделся. Шёл одиннадцатый час утра. Время, когда лекции должны быть в самом разгаре, однако Хон Ёнхва и Пэк Арин всё ещё оставались рядом со мной. — Нет, это было необходимо. Кто знает, когда Гэпхва выйдет из-под контроля? Если она внезапно рванёт, пока ты один, будет уже не до шуток. — А ну-ка, цыц! — Ёнхва… В итоге мне пришлось смириться с режимом усиленной опеки. Разумеется, это не означало, что мы будем просто бездумно подавлять Гэпхву, вливая в меня Чангэ. Хоть это и называлось испытанием, по сути, происходящее было лишь следствием фундаментальной трансформации Гэпхвы. В конце концов, дело было не в простом подавлении — требовалось принять эту силу и адаптироваться к ней. Поэтому в такие моменты мне приходилось в одиночку усмирять Гэпхва через медитацию, держа подле себя Хон Ёнхва и Пэк Арин в качестве своеобразных «огнетушителей». — Не сдерживайтесь слишком сильно. Если просто подавлять желания, они могут вырваться в самом неподходящем месте... Вот так, да-да, именно так~ ...Пусть порой я и выставлял себя в неловком свете, так или иначе, мне постепенно удавалось обуздать Гэпхва. Оставался лишь один вопрос: почему Гэпхва всё ещё теплилось внутри, хотя Синхронизация была отключена? Обычно в момент прекращения Синхронизации вся преобразованная энергия должна была вновь обратиться в мою первозданную ману. Однако сейчас Гэпхва почему-то и не думало исчезать. «Нужно будет разобраться с этим, когда Испытание подойдёт к концу...» ◆ ◆ ◆ После того как Ли Ха Юль научился усмирять Гэпхва во время медитации, начались тренировки по контролю этой силы в бою через тренировочные поединки. Хруст... Хон Ёнхва мертвой хваткой вцепилась в рукоять меча. Мощная хватка сжала эфес, и влитая в клинок мана сгустилась, преобразуясь в Ганги. Алое, словно всполохи пожара, Ганги начало стремительно разрастаться. Она занесла меч над головой. Её тело, в котором Ганчесуль перешло в активное состояние, изогнулось в прыжке подобно натянутому луку, а затем резко распрямилось, вкладывая всю мощь инерции в сокрушительный нисходящий удар. Разрез, усиленный Ганчесуль и техниками Ганги. В сочетании с физической мощью Хон Ёнхва даже тренировочный меч, лишенный заточки и мало чем отличающийся от дубины, мог с легкостью обрушить целое здание. — Ха-ап!.. Разрезая воздух, яростный удар обрушился прямо на древко копья. — Гу-у-ум!.. Грохот, что должен был возвестить о перерубленном древке и развороченной земле... Но ожидаемого звука не последовало. Вместо взрывного рокота, дробящего почву, до ушей Хон Ёнхва донесся лишь протяжный, вибрирующий гул. Копье выдержало натиск. Оно не сломалось и не было разрублено. Словно батут, принимающий на себя тяжелый груз, оно прогнулось, а затем с мощной отдачей отбросило руки противницы прочь. — Ба-бах! — Кх!.. Меч отбросило назад. Тело Хон Ёнхва взмыло в воздух, и только тогда порыв яростного ветра растрепал её алые волосы. Хон Ёнхва поспешно вытянула руку. Прежде чем острие копья успело настигнуть её, она выпустила из ладони поток маны. Грохот! Выплеснутая без тени экономии красная мана оттолкнула противника и придала ускорение самой Хон Ёнхва. Благодаря огненной природе её маны, тело легко скользнуло назад. Но стоило Хон Ёнхва, разорвав дистанцию, коснуться земли, как копье вновь устремилось к ней. Противник несся вперед, едва касаясь земли, не давая ей ни секунды передышки. Глядя на Ли Ха Юля, который делал выпад копьем, сверкая белоснежными волосами, Хон Ёнхва приняла бой. Она уже успела восстановить равновесие. Крепко сжав меч, она полоснула им перед собой. Рука, до предела напитанная Гангче, двигалась столь стремительно, что оставляла после себя лишь призрачные тени. И в тот же миг пространство перед ней прорезали бесчисленные алые всполохи. Шквал сокрушительных ударов, не ведающий ни правды, ни вымысла. В это неистовое буйство, способное в мгновение ока превратить в кровавое месиво любого высокоуровневого монстра, внезапно вклинилась ослепительно белая Ганги. Подобно юркому вьюну, мутящему воду в пруду, она коварно просочилась сквозь град ударов, разрывая и рассеивая их строй. Лязг! Удары обрушились на ни в чем не повинную землю. Сквозь взметнувшееся облако пыли и рокот взрыва внезапно возник Ли Ха Юль. Дистанция сократилась. Меч и копье устремились навстречу друг другу. Копье должно было коснуться цели первым. Хон Ёнхва нацелилась не на самого Ли Ха Юля, а на перехват его выпада. — Дзынь-дзынь-дзынь! Оружие сплелось в бешеном танце. Ганги разных цветов скрежетали, яростно вытесняя друг друга. «Нет...» Алое пламя отступает. Ее Ганги тает на глазах. Сквозь просветы в защите просачивается острие копья. Стиль Хон Ёнхва часто сравнивали с несокрушимой «Силой». Вкладывая всю мощь в безупречную базу, она прямолинейно подавляла противника. Эту честную траекторию дополняли ее опыт и интуиция, а Гэпхва доводила убойную силу до предела. Однако ее мощные выпады отбивали еще на подлете, а обманные маневры разгадывали и с легкостью пресекали. Искусство владения копьем, что демонстрировал Ли Ха Юль... если подбирать слова, было воплощением «Мягкости». Гибкое, словно текучая Вода, древко ловило сокрушительные удары и уводило их мощь в пустоту. Но была в нем и «Призрачность». Копье, чей облик расплывался, точно в густом тумане, не позволяло предугадать следующий шаг. А следом... Грохнуло! В тумане сверкнула молния. Копье, подобно электрическому разряду, пронзило брешь в ее сознании и ринулось вперед. — Тюк. Острие копья, с легкостью отведя в сторону поспешно выставленный клинок, в конечном счете мягко коснулось ее солнечного сплетения. Лицо Хон Ёнхва застыло в оцепенении. И хотя она была облачена в доспех из Ганги, даже без него на ее теле не осталось бы ни царапины. Этот выпад был исполнен такой нежности, словно противник больше всего на свете боялся причинить ей боль. Пока Хон Ёнхва невольно содрогалась, Ли Ха Юль легким прыжком разорвал дистанцию. «Который это уже раз?» Сцена повторялась снова и снова. Столкновение — и вот уже копье касается ее плоти, а Ли Ха Юль мгновенно отступает... — Хоп!.. В бой ввязалась Пэк Арин. Та самая Пэк Арин, которую недавним мощным ударом отбросило прочь, наконец вернулась в строй. Сжимая в руках такое же тупое тренировочное копье, она бросилась на Ли Ха Юля. Ли Ха Юль, так же крепко сжимавший копье, перешел к ответным действиям. — Тык. — Ах. Картина была схожей. Пэк Арин, как и Хон Ёнхва, обменивалась с Ли Ха Юлем ударами, пока острие его копья не принялось раз за разом легонько тыкать в неё и тут же отстраняться. — Эй! Пэк Арин не сдавалась и продолжала преследовать Ли Ха Юля. Её поднятую левую руку окутал вихрь. Хрусть! На лазурной Ганги, свернувшейся кольцами, выступил иней. Ладонь Сокрушающего Душу Вихря. В тот миг, когда Пэк Арин нанесла удар, Ли Ха Юль выставил ладонь навстречу. Его правую руку точно так же окутал вихрь, сотканный из белоснежной Ганги. Ладони сошлись в одной точке. Гро-о-ох! Следом, подобно прорвавшей плотину воде, хлынули и смешались два враждебных потока. В это мгновение Пэк Арин переплела свои пальцы с пальцами Ли Ха Юля. Пока вихри бешено кружились, она выпустила из другой руки копье и окутала её Ганги. Хрусть! Окутав руку Ганги, напитанной энергией холода, она нанесла удар «рукой-копьем»... — Тык. — Ой. Ли Ха Юль, высвободив пальцы, вывернул кисть. Ветер вокруг его руки исказился, и вихрь рассыпался. Колющий удар пришёлся Ли Ха Юлю прямо в плечо. Скреж-ж-жет! Ощущение металла, а не плоти или Ганги. Ударом «руки-копья» не удалось оставить и царапины на артефакте высшего ранга. За то время, что она потратила впустую, его кулак, проскользнув в брешь в её защите, легонько ткнул её в грудь. Очередной удар, который она фактически пропустила. Пэк Арин растерянно моргнула. А затем, прикрыв грудь обеими руками, возмущённо вскрикнула: — ...Почему вы всё время целитесь в грудь? Это же сексуальное домогательство! [Что-о?!] [Нет же!] [Всё совсем не так...!] Впервые с начала поединка ледяное самообладание Ли Ха Юля дрогнуло. Его суровое лицо исказилось, и он принялся отчаянно махать руками, словно пингвин крыльями, всем своим видом выражая яростный протест. — Сейчас! Не упуская момента, Пэк Арин резко выставила копье вперед. Стоявшая рядом Хон Ёнхва, поддавшись общему порыву, тоже перешла в атаку. [И-и-ик!] [Как подло-о-о...!] Впрочем, цели их удары так и не достигли. . . . — Ох... Давайте немного передохнём. Дзынь! Пэк Арин бессильно плюхнулась прямо там, где стояла. Небрежно отбросив в сторону затупившееся копьё, она опустилась на зелёную траву и тяжело, изнурённо вздохнула. — ...Пфу-ху-ху... Глядя на неё, Ли Ха Юль тоже глубоко и шумно выдохнул. Должно быть, из-за резких движений Гэпхва заволновалась. Вновь и вновь всплывали странные образы, а вместе с ними на поверхность поднимались неприятные воспоминания, которые он так старательно пытался похоронить в глубине души. Тело пропиталось потом и стало влажным. Из-за скопившегося внутри жара пот выступал слишком легко. И хотя окружающие твердили смущающие вещи — мол, от него, наоборот, исходит лишь приятный аромат, — он ничего не мог с собой поделать и продолжал из-за этого переживать. Чтобы хоть немного выпустить жар, он глубоко вдохнул, выдохнул и тяжело опустился на землю. — ... Хон Ёнхва тоже расслабилась. Опершись на меч, воткнутый в землю рукоятью вниз, она отрешённо моргала. Пройдя через Башню Роста, курсанты добились колоссальных успехов. Они и в обычное время стремительно развивались под действием Благословения роста, но внутри Башни этот эффект усиливался многократно. Без лишнего преувеличения, в стенах Башни даже простое дыхание вызывало ощутимые изменения в организме. И в таком месте они пять дней напролёт изнуряли себя, работая на пределе возможностей и не выпуская из рук оружия. В подобной обстановке невозможно было не расти, даже если бы возникло такое желание. Особенно значимый рывок они совершили благодаря «Созерцанию» во время этого входа в Башню. Схватка с самим собой, воплощённым в отдельную сущность, стала бесценным опытом, превзошедшим все ожидания. Чтобы понять свои сильные и слабые стороны, люди часто прибегают к советам со стороны или пытаются оценить себя непредвзято. Нынешнее же Созерцание позволило воочию и в полной мере ощутить свой истинный, объективный уровень. Говорят, одно действие важнее тысячи слов. Похожим образом вещи, которые оставались незамеченными, сколько бы на них ни указывали извне, теперь одна за другой открывались взору. Собственные достоинства: в каких ситуациях они раскрываются ярче всего и в чём их исключительность. Она осознала, какие именно её черты заставляют противника нервничать и создают ему больше всего проблем. Собственные недостатки: при каких обстоятельствах они становятся наиболее уязвимыми, и какие бреши врагу легче всего использовать для нанесения смертельного удара. В каком-то смысле это было время самопознания... время Созерцания в самом прямом смысле этого слова. За этот вход в Башню Хон Ёнхва тоже многому научилась. Физические показатели и мана значительно возросли, а в плане мастерства она, без ложной скромности, совершила колоссальный скачок. Странное покалывание где-то на задворках сознания подсказывало: скоро её уникальная способность технического типа тоже перейдёт в активное состояние. Дойдя в своих мыслях до этого момента, Хон Ёнхва вновь прокрутила в голове недавнюю битву. Скажем прямо... нас разнесли в пух и прах. То, что она не использовала Гэпхва, не могло служить оправданием. Нынешний спарринг был ближним боем, в котором дозволялось использовать лишь Ганчесуль и Ганги. Ли Ха Юль находился в точно таких же условиях. И даже несмотря на совместную атаку с Пэк Арин, всё закончилось именно так. Их просто подавили чистым мастерством. В глубине души она гордилась тем, как сильно выросла в Башне Роста, но, столкнувшись с потенциалом Ли Ха Юля, окончательно пала духом. «...Да как же так...» Студент, поступивший по особым льготам. Первый кадет с безграничным потенциалом, избранный Владыкой Башни Роста. Она словно заново осознала истинный вес его репутации. «А значит, нужно стараться ещё больше». Хон Ёнхва решительно прищурилась. Хоть её и подавили, она не собиралась сдаваться. На это попросту не было времени. Чтобы в будущем защитить Ли Ха Юля, который вечно ввязывается в неприятности и возвращается едва живым, Хон Ёнхва обязана стать сильнее. — ? В тот самый момент, когда она, полная решимости, сделала глубокий вдох. Она кожей почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Обладателем этого взгляда был Ли Ха Юль, сидевший прямо на траве. Его глаза, до этого закрытые, теперь были распахнуты. Хон Ёнхва моргнула и проследила за направлением его взора. Впрочем, в этом даже не было нужды. Она физически ощущала этот липкий, обжигающий взгляд. Разинув рот, Ли Ха Юль заворожённо подсматривал... нет, в открытую пялился на грудь Хон Ёнхва. «......» Хон Ёнхва окинула себя взглядом. Из-за майки без рукавов ложбинка между грудей была как на ладони. От разгорячённой после тренировки кожи поднимался едва заметный пар, а капля пота, скатившись по шее, скользнула прямо в ложбинку... Весьма непристойное зрелище. Она слегка шевельнулась. Взгляд Ли Ха Юля, не таясь, последовал за её движением. «Хе-хе». На губах Хон Ёнхва заиграла улыбка. «Милашка...» Его взгляд был слишком откровенным. Казалось, он и не думал его скрывать. Похоже, он даже не осознавал, что Хон Ёнхва поймала его взгляд. Обычно Ли Ха Юль чувствовал себя неловко с открытыми глазами. Возможно, он и сам не понимал, что сейчас смотрит на неё. «Это из-за Адского Пламени?» Его взор снова стал обжигающим. Испытание Адского Пламени то и дело будоражило чувства Ли Ха Юля, и в такой непристойной обстановке его возбуждение было вполне объяснимым. Хон Ёнхва, расплывшись в ухмылке, поползла по траве к Ли Ха Юлю. Насколько же он был сосредоточен, если не заметил её, даже когда она подобралась к нему вплотную. В нос ударил сладковатый аромат. Запах тела Ли Ха Юля, ставшего таким же влажным от пота, как и у Хон Ёнхва, заполнил её ноздри. Хон Ёнхва, полная озорства, прикоснулась губами к его лбу, оказавшемуся прямо перед ней. — Чмок. Их кожа встретилась в нежнейшем, влажном касании. Его пустые, распахнутые глаза наконец сфокусировались. Он несколько раз моргнул, и его зрачки расширились, словно к нему только что вернулось сознание. — ...Ик? Издав тонкий писк, он прикрыл лоб обеими ладонями. Это выглядело невероятно мило. Хон Ёнхва, чьи глаза сузились в ласковой улыбке, снова поцеловала тыльную сторону его ладони. — Чмок. — Ой... Сквозь плотно сжатые губы Ли Ха Юля вырвался невнятный, сдавленный звук. Он явно не знал, куда деться от Стыда. Его кожа была довольно горячей — с тех пор как она в последний раз остужала его пыл, прошло немало времени. «Сделаю это и помогу ему остыть», — решила она. — Ха Юль? В этот раз она не стала тянуться к нему сама, а лишь легонько постучала пальцем по его губам. Ли Ха Юль, к которому понемногу возвращался рассудок, тяжело сглотнул. Голова шла кругом. Жар накопился, затуманивая разум. Зрачки лихорадочно бегали. Вспышка! Адское Пламя разгорелось с новой силой. Чувства вспыхнули ярче, желание захлестнуло его. «Ах, Ёнхва такая красивая, хочется ласки... Губы? Поцелуй?» Обрывки мыслей сложились в единое целое. Решение было принято. Он заторможенно вытянул губы... — Хвать. В этот момент чья-то рука коснулась его спины. — Ох, Адское Пламя уже так разбушевалось... — Хе-ек? В разгорячённое тело просочилась энергия холода. Благодаря хлынувшей силе Чангэ к нему частично вернулось самообладание. — Эй! Ты, сукин сы...! Какого хера ты творишь?! — Что? С чего вдруг... Я ведь просто усмиряю Адское Пламя Ха Юля, разве нет? — В том-то и дело! Какого чёрта ты мешаешь именно сейчас?! — Мешаю? Да я и не думал~ — А-а-а-а! Хон Ёнхва истошно закричала. . . . — Хи-и-ик!.. Ли Джиён, издав сдавленный, прерывистый возглас, влетела в комнату. Не успел я и глазом моргнуть, как она подхватила меня и бесцеремонно уткнула лицом в свою пышную грудь. — ...Вы что, все разом рассудок потеряли? Хон Ёнхва, наблюдавшая за этой сценой, медленно потянула меч из ножен. ---------- Страдания Хон Ёнхвы (3) Хотя я пропустил большинство лекций из-за слабости, вызванной Испытанием Адского Пламени, от менторства с Ли Джиён отказываться не стал. К счастью, лекций с групповыми проектами сейчас не было, так что пропустить их оказалось несложно. Проблему с посещаемостью решили как больничный, а отставание по программе можно было восполнить сдачей заданий. Придется разгребать накопившееся за раз, что наверняка вымотает, но я благодарен уже за то, что баллы не снизят. Однако в случае с менторством пострадал бы не только я, но и Ли Джиён. С хвостами по учебе я бы и сам как-нибудь справился, а вот у Ли Джиён из-за меня сбился бы весь график. Конечно, пара-тройка переносов — не трагедия. Расписание редко соблюдается поминутно, и задержки случаются сплошь и рядом. Но я не прикован к постели и времени это много не займет, так что решил не отменять встречу. Вместо этого меня вызвались сопровождать Хон Ёнхва и Пэк Арин, только что закончившие со мной спарринг. Мол, Адское Пламя может взбрыкнуть в любой момент и стать опасным. Разрешение у Ли Джиён я получил. Спросил в сообщении, и она согласилась, сказав, что и сама не прочь увидеться с ними спустя долгое время. — Ты говорил, что учишься некромантии у сестрицы Джиён? Мы неспешно брели к месту встречи. Хон Ёнхва, наслаждавшаяся легким ветерком, вдруг повернулась ко мне с вопросом. — Да, Тэсан ведь… славится некромантией. Мне как раз хотелось научиться, вот и попросил сонбэ. Я кивнул и поднял руку. Вскоре над ладонью вспыхнул призрак, похожий на блуждающий огонек. Это был дух, извлеченный из какого-то мелкого монстра — бесцветное марево, колышущееся в воздухе. Толку от него было мало. Можно вселить его в труп, но на выдающиеся результаты рассчитывать не стоит. Даже на роль «мясного щита» он тянул с трудом. «Если совсем не пригодится, пущу на растопку для Адского Пламени». Адское Пламя, точно деревенский пес, сжирает всё подряд. Можно швырнуть в него охапку таких призраков, чтобы разом поднять мощь пламени. Стоило мне об этом подумать, как призрак на ладони мелко задрожал. — О… Ты уже освоил азы? Наш Хаюль и правда мастер на все руки. Хон Ёнхва наклонилась, разглядывая духа, и восхищенно выдохнула. — Хи-хи. От её реакции уголки моих губ невольно поползли вверх. Похвала от человека, которому ты дорог, — истинная сладость. Даже если бы я вернул вкус и объедался тортами да печеньем, мне вряд ли удалось бы познать такое блаженство. — Менторство только началось, а вы уже управляете призраками? Невероятная скорость обучения. — А я даже с базовой магией не в ладах… Хаюль, сколько же у тебя талантов… Пробормотав это, Хон Ёнхва застегнула молнию на своей тонкой ветровке. Бегунок пополз вверх, скрывая от взора нежную белизну кожи. Густой молочный аромат, доносившийся до этого, мгновенно ослаб, прегражденный тканью... — ... Я резко замолчал. Почувствовав укол досадного разочарования, за которое самому стало стыдно, я поднял взгляд. Мои глаза встретились с её алыми, словно драгоценные камни, зрачками. Она проследила за направлением моего взгляда, на мгновение моргнула, и её глаза лукаво сузились. Хон Ёнхва легонько ущипнула меня за щеку. — Кхм-кхм… Потерпи до ночи. Договорились? — Да-а… — Вот и умница. В последнее время сон перестал быть для меня источником страха. Раньше я страдал от жестокой бессонницы, а если и удавалось забыться, то обязательно мучили кошмары, но теперь, засыпая в чужих объятиях, я не видел никаких ужасов. Наслаждаясь мягкостью, теплом чужого тела и мерным стуком сердца, я закрываю глаза и мгновенно проваливаюсь в глубокий сон, забывая и о кошмарах, и о бессоннице. Я послушно кивнул, предвкушая ночное Счастье. — Чтобы Адское Пламя не рвануло во сне, мне тоже нужно спать рядом, разве нет? — Помолчи. . . . Вскоре мы прибыли к месту встречи — это был природный парк с просторными лужайками. Вдоль прогулочных тропинок пестрели самые разные цветы, радуя глаз. Тени от раскидистых деревьев манили расстелить коврик и устроить пикник — идеальное место. «Общежитие совсем рядом, может, как-нибудь прийти сюда с Се Юль?» Было бы здорово просто захватить ланч-боксы и выбраться подышать свежим воздухом. Проводя беглое Наблюдение за окрестностями, я прошел вглубь парка. Ли Джиён ждала нас на скамье в тени дерева. Подперев подбородок рукой, она сосредоточенно изучала голограмму, и в этом облике чувствовалась какая-то особая атмосфера. Возможно, дело было в её цветовой гамме — природных оттенках зеленого и коричневого. Даже голограмму она настроила на зеленый цвет. Ли Джиён, не отрывавшая взгляда от экрана, подняла голову, почувствовав наше присутствие. Её зеленые глаза моргнули, запечатлев меня и моих спутниц. В ответ я вежливо поклонился. Когда разнеслась весть о том, что я пропускаю занятия из-за Испытания Адского Пламени, на меня посыпался град сообщений с вопросами о здоровье. Среди них было и письмо от Ли Джиён. Я поблагодарил её в ответ, но хотел выразить признательность и лично. К слову, мы, кажется, уже неплохо сблизились. Учитывая должок, который я аннулировал в Китае, может, стоит аккуратно разузнать насчет Фейри? [Спасибо, что беспокоились обо мне] [Со здоровьем, к счастью, всё в поря—] — Хи-и-и-ик?! [—дке…?] Глаза Ли Джиён округлились от неописуемого ужаса. Издав странный вопль, будто её поджарили на раскаленной сковороде, она буквально подскочила на скамье. Пока я стоял, остолбенев от этого зрелища, она, размахивая руками, бросилась ко мне, сцапала и буквально зарыла в своих объятиях. Мое лицо оказалось зажато между пышными грудями. [?] Лицо Хон Ёнхва исказилось. ◆ ◆ ◆ Больше всего на свете мне хотелось завопить во всё горло и грохнуться в обморок. С трудом разлепив веки, я посмотрела на Ли Хаюля, прижатого к моей груди. Сладкий аромат, щекочущий ноздри, ощущение тепла и мягкости его миниатюрного тела. Все пять чувств буквально кричали об этих будоражащих ощущениях. Ли Джиён вновь изучила Ли Хаюля, используя уже открытое шестое чувство. Восприятие жизненной силы через Тэсан. Расширив диапазон, она могла чувствовать жизненную силу других людей, не принадлежащих Земле. Это крайне сложная техника, но Ли Джиён худо-бедно ею владела. С её помощью она снова осмотрела Ли Хаюля. Пустой сосуд. Гнетущая пустота и содержимое, которое даже сейчас, едва заметно, но неумолимо испарялось… «Да как же так!..» Жизненная сила, которой я в прошлый раз заполнила его до краев, была уже на исходе. От этого осознания у Ли Джиён задрожали веки. Она сама едва не слегла на пару дней, так усердно делясь с ним силой, а не прошло и недели, как он снова пуст. Чем он вообще занимается снаружи? Неужели проигрывает свою жизненную силу в азартные игры? От жуткой мысли, что он может внезапно свалиться замертво где-нибудь по дороге, у неё закружилась голова. «Адское Пламя?.. Может, дело в нем?» Пока Ли Джиён пребывала в шоке, ей в голову пришла мысль о состоянии Ли Хаюля. Испытание, пришедшее вместе с изменениями в Адском Пламени. Из-за него он пропустил почти все лекции. Она отчетливо помнила это из их переписки. Адское Пламя… Возможно, причина была именно в нем. Учитывая природу Адского Пламени, это не лишено смысла. Из всех уникальных способностей Трех Великих Семей эта — самая своенравная. Именно она чаще всего убивает своего владельца. Конечно, уверенности не было. Да и вообще, вряд ли кто-то мог с уверенностью судить о нынешнем состоянии Ли Хаюля. Ведь в теле одного человека уживались сразу две уникальные способности Трех Великих Семей. Тэсан и Адское Пламя. Силы, которые за всю историю ни разу не смешивались, пробудились в одном существе. Никто не знает, какие процессы при этом происходят. «Нет, сначала нужно восполнить жизненную силу…» Ли Джиён тряхнула головой. Сейчас не время для глубоких раздумий. Сперва нужно наполнить этот иссякший резервуар. Пусть сейчас у неё самой не хватит сил заполнить его до краев, но хотя бы частично… — Сестрица. И в этот миг. В уши вонзился ледяной зов. От свирепой ауры, способной мгновенно превратить всё в лед, плечи Ли Джиён вздрогнули. Она с трудом подняла голову и встретилась с яростным взглядом, который, вопреки холодному голосу, казалось, готов был испепелить её на месте. — Сестрица, ты сдохнуть захотела? — Хи-ик… — Что это ты творишь? Это была Хон Ёнхва, чьи глаза полыхали алым. В её зрачках бушевал адский огонь. Ли Джиён сглотнула. Обращение «сестрица» и формальная вежливость… сейчас не значили ровным счетом ничего. Эмоции в её голосе и взгляд, обещавший разорвать на тысячи кусков и сжечь дотла, были слишком осязаемы. Кр-р-рык! Услышав скрежет зубов Хон Ёнхва, она почувствовала реальную угрозу своей жизни. Что, если Хон Ёнхва нападет? Сопротивляться-то она будет, но уверенности в победе не было, даже несмотря на лишний год обучения в Сиёламе... — Сестрица Джиён? Что это на вас нашло? С чего вдруг вы позволяете себе обнимать его без спроса… Стоявшая рядом Пэк Арин тоже смотрела далеко не ласково. На первый взгляд её лицо казалось привычно мягким, но Ли Джиён, выросшая бок о бок с Пэк Арин, знала правду. Пэк Арин была чем-то крайне недовольна. И этот недовольный взгляд сейчас был прикован к Ли Джиён. Внезапно в памяти Ли Джиён всплыли обрывки детских воспоминаний. В те времена их уникальные способности еще не пробудились, но характеры уже вовсю проявлялись. Активная, импульсивная натура и детская Непорочность… перемешанная с жестокостью Хон Ёнхва — воспоминания о тех издевательствах были живы… Она пыталась сопротивляться, но Хон Ёнхва лишь смотрела на поверженную Ли Джиён с невинной… и в то же время жестокой улыбкой, а Пэк Арин хихикала рядом… Конечно, это были лишь детские обиды, но чувства, оставшиеся после бесконечных придирок, всё еще были сильны. Они определенно были хорошими назваными сестрами, но и натерпелась она от них немало… Плечи Ли Джиён поникли. Она инстинктивно сжала руки, отчего Ли Хаюль еще глубже зарылся в её объятия. Взгляд Хон Ёнхва стал еще более кровожадным. «…?» Ощутив эту возросшую вдвое ярость… Ли Джиён испытала странное чувство. Она сумела распознать эмоцию в этом испепеляющем взгляде. Гнев и враждебность. И… «Ревность?» Ревность и зависть — это чувства, возникающие, когда завидуешь тому, кто в чем-то лучше тебя. Именно это Ли Джиён всегда чувствовала к Хон Ёнхва. Она завидовала Хон Ёнхва. Ревновала к Пэк Арин. Испытывала зависть даже к матери. Ли Джиён тоже пробудила уникальную способность, но никогда не удостаивалась таких похвал и не оправдывала подобных ожиданий. Её талантов всегда было недостаточно, и как бы она ни притворялась, окружающие постоянно сравнивали её с ними. Но теперь… всё перевернулось с ног на голову. Хон Ёнхва яростно ревновала к Ли Джиён. — ... От этой мысли её захлестнул водоворот сложных чувств. Необъяснимое, странное… ощущение тепла, разливающегося в груди… Тук-тук [Послушайте…] [Может, уже отпустите меня?] — А, а-а, да… Ли Хаюль, почувствовав, что дело пахнет настоящей дракой, поспешно похлопал её по талии. Только тогда Ли Джиён с отрешенным видом выпустила Ли Хаюля из объятий. — Кх…?! Стоило Ли Хаюлю отстраниться, как его тело внезапно содрогнулось. [А?] Ли Хаюль широко распахнул глаза, которые до этого не решался открыть, и поспешно зажал рот обеими руками. Внутри почему-то возникло странное чувство тяжести. За это короткое мгновение его жизненная сила успела немного восполниться. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Хаюль → Ли Джиён ●●●●○○○○○○ (46 ▷ 47/100) 「Наследница Тэсана」 「Хороший человек」 「Тихоня?」 「Сомнение」 ---------- Том 1 Глава 198 Призрак, окутанный мрачной аурой и похожий на прозрачный блуждающий огонёк, неспешно колыхался в пустоте. Некоторое время он кружил поблизости, словно не в силах определиться с направлением, а затем стремительно втянулся в тушу монстра-птицы, лежавшую на траве. — Тюк. Труп вздрогнул. Благодаря бальзамированию тело осталось невредимым, и теперь плоть, в которой жизнь давно угасла, зашевелилась сама собой. Некоторое время труп бился, словно выброшенная на берег рыба, но в конце концов, наперекор законам природы, он твердо встал на обе лапы. — Чирик-чирик! — монстр, издав звонкую трель, взмахнул крыльями и опустился на плечо Ли Ха Юля. Это была некромантия — искусство управления плотью и духом усопших. — Похож на воробья. Это восьмой ранг? [Да, восьмой ранг. Благодаря этому им проще всего управлять с помощью некромантии.] — Даже с учётом этого, результат впечатляет. Прошло ведь всего несколько дней с начала обучения. — Чирик-чирик! — монстр, энергично встряхнув головой, принялся суетливо озираться. Хон Ёнхва, глядя на это существо, столь похожее на живого воробья, осторожно протянула к нему палец. — Хм… Холодный. Хон Ёнхва нахмурилась, поглаживая жесткие перья. Повадками он напоминал живое существо, но у него не было тепла, присущего обычным созданиям. Точно так же, сколько ни прислушивайся, не было слышно ни единого удара сердца. В буквальном смысле — движущийся труп. По крайней мере, внешне он выглядел пристойно, что не вызывало отвращения, но если бы он поднял по-настоящему гнилое, разлагающееся тело, ощущения были бы далеко не из приятных. [Ну как вам?] Ли Ха Юль, слегка склонив голову набок, задал вопрос. — Никаких проблем. Синхронизация прошла настолько гладко, что нет и тени диссонанса… Да и призрак в порядке. Ли Джиён на мгновение оценила состояние призрака. Самый базовый и эффективный способ управления духами — это вложить извлеченного призрака в тело, используя его как трупную марионетку. Возможности призрака, действующего в одиночку, крайне ограничены в плане физического воздействия, а использование одного лишь тела годится разве что для разовых акций вроде взрыва трупа. Поэтому классикой считается наполнение пустой оболочки призраком, превращая её в послушного солдата. Призрак внутри тела… всё в норме. Потерь в процессе слияния с плотью нет. Тело при этом также не пострадало. Управление на удивление чистое. Никаких лишних трат, всё эффективно и стремительно. «…Когда же я сама научилась так ими помыкать?» Ли Джиён с некоторым сомнением покопалась в памяти. Восприятие жизненной силы далось ей сразу, но на манипуляцию жизненной силой в пределах собственного тела ушло несколько дней. Затем расширение восприятия вовне, освоение контроля и, наконец, вступление на путь некромантии… Время, которое ей потребовалось, чтобы достичь такого мастерства… «Эх…» Мысленно прикинув сроки, Ли Джиён вновь ощутила горечь. Кто-то другой, возможно, швырнул бы в неё грязью, назвав это капризами зажравшейся свиньи… но ведь любая оценка относительна. Глядя на это юное дарование с беспрецедентным талантом, она невольно пала духом. В этом мире нет ничего простого, но некромантия — техника особенно сложная в освоении. Большинство некромантов — это те, кто полагается на свои уникальные способности. Случаи, когда кто-то без уникальной способности, с нуля, смог почувствовать жизненную силу и овладеть некромантией, встречаются крайне редко. То есть, некроманты обычно обладают уникальной способностью, включающей в себя некромантию. Таковы были способности тех шарлатанов, которых она видела в Китае, и таков был Тэсан самой Ли Джиён. И Тэсан, которым владел Ли Ха Юль, не был исключением. — …… Ли Ха Юль попросил продемонстрировать Тэсан во время менторских занятий. В этом не было ничего странного. Тэсан — крайне редкая уникальная способность. Встретить обладателя Тэсан в качестве ментора — большая удача, поэтому большинство учеников воспользовались бы шансом увидеть эту силу воочию. Ли Ха Юль знал об этом и, вероятно, планировал втайне подсмотреть методы управления Тэсан под предлогом ознакомления. Однако он не учел одного… Ли Джиён уже получила от своего клана предположение о том, что Ли Ха Юль пробудил Тэсан. — Выясни, действительно ли он пробудил Тэсан, и если да, научи его всем возможным способам управления этой силой. Если он владеет Тэсан… когда-нибудь, в важный момент, он её применит. Более того, Ли Джиён уже получила прямые указания от главы клана Тэсан. Обучить Ли Ха Юля. Получив этот приказ, Ли Джиён без лишних слов демонстрировала Ли Ха Юлю методы управления Тэсан, начиная с самых азов и заканчивая мельчайшими деталями. «…И что мне с этим делать…» Ли Джиён почувствовала приступ головной боли и мысленно вздохнула. После того как она увидела, что жизненная сила Ли Ха Юля упала до нуля, её подозрения окончательно переросли в уверенность. Хотя она ещё не видела прямого проявления способности, то, как мастерски он за столь короткий срок овладел жизненной силой и некромантией, лишь подтверждало её догадку о пробуждении Тэсан. Если подумать, у них даже фамилии одинаковые — Ли. Конечно, стоило бы спросить его самого, что это значит, но она невольно задумалась: не было ли это своего рода предзнаменованием… Разумеется, вопросы оставались. Почему, умея воспринимать жизненную силу и управлять ею, он поддерживает состояние, при котором его собственная энергия находится на дне? Почему он не чувствует подвоха, осознавая, что Ли Джиён вливает в него жизненную силу? Он явно пробудил Тэсан, но почему свойства его маны — не энергия земли? И как ему удается одновременно владеть и Тэсан, и Адским Пламенем? «…Как всё сложно…» Вздохи сами собой срывались с её губ. Если станет известно, что Ли Ха Юль, пробудивший Адское Пламя и принадлежащий к клану Гэпхва, на самом деле владеет ещё и Тэсан… страшно представить, какой поднимется шум. Знает ли клан Гэпхва о том, что он пробудил Тэсан? Или они знали об этом заранее и потому перехватили его первыми? В любом случае, ситуация запутанная. С точки зрения любого клана, вполне естественно желание принять в свои ряды ребенка, пробудившего их уникальную способность. И клан Тэсан здесь не исключение. Как бы активно они ни сотрудничали и как бы часто ни заключались браки между обладателями разных способностей… переход из одной семьи в другую — это совсем другое дело. «Гэпхва и Тэсан…» Проглатывая очередной вздох, Ли Джиён сложным взглядом уставилась на Ли Ха Юля. . . . Пэк Арин тоже было о чём поразмыслить. Поначалу ей было не до посторонних мыслей, так как она присматривала за Адским Пламенем Ли Ха Юля, но вскоре он сам научился усмирять огонь, и у неё появилось немного свободного времени. «Адское Пламя и Чангэ…» Одновременное пробуждение Адского Пламени и Чангэ. С точки зрения здравого смысла это невозможно, но она не привыкла слепо верить догмам. Здравый смысл существует для того, чтобы его нарушать. Пробудил Чангэ, но обычно свойства маны иные? Что ж, в случае с Ли Ха Юлем всё может быть иначе. Важно лишь то, что он пробудил Чангэ вместе с Адским Пламенем. Ли Ха Юль — уникальное существо. И это не просто красивые слова о неповторимости каждой жизни; он был единственным, кто одновременно обладал силой Гэпхва и Чангэ. Единственный, кто способен понять лед Чангэ и взрастить пламя Гэпхва. И единственный пример, показавший ей реальную возможность. Поэтому Пэк Арин отчаянно нуждалась в помощи Ли Ха Юля. Она слегка повернула голову. Хон Ёнхва, прилипнув к Ли Ха Юлю, увлеченному тренировкой некромантии, что-то без умолку щебетала. До сих пор порой не верилось. Она и представить не могла, что у этой бешеной суки может быть такой кроткий взгляд. Казалось, до решающего шага они ещё не дошли, но было очевидно: их отношения куда глубже, чем у Пэк Арин с ним. «Жаль». Пэк Арин внезапно ощутила укол сожаления. Раз уж им суждено было сблизиться, стоило действовать активнее ещё в начале семестра. Ей нужно было сократить дистанцию до того, как это сделала Хон Ёнхва. Если бы она успела… сейчас бы не чувствовала этой странной тревоги. Пэк Арин невольно сжала пальцы. Сейчас он кажется твердым и холодным, но она отчетливо помнила, как лед таял, коснувшись пламени. Она помнила то мимолетное тепло, разгоняющее стужу, — ощущение, которое на краткий миг стало невыносимо живым. Пусть пока это лишь поверхность, она надеялась, что когда-нибудь это пламя достигнет её проклятого сердца. «……» Поэтому Пэк Арин стремилась стать ближе к Ли Ха Юлю. Какую бы помощь она ни попросила. В каком бы виде она ни предстала, даже если не сможет попросить сама или окажется в ситуации, когда просьбы невозможны. Пусть это и бессовестная мысль… даже если она ударит его в спину. Она хотела, чтобы Ли Ха Юль протянул руку и помог ей — настолько они должны стать близки. Только и всего. Ради этого она была готова на всё. Пэк Арин странным взглядом посмотрела на Ли Ха Юля. . . . «…Чего это они так зенки вылупили?» Тем временем Хон Ёнхва, мельком заметив сложные и полные тоски (?) взгляды Ли Джиён и Пэк Арин, едва заметно нахмурилась. За это короткое время её отношение к ним сменилось на «эти девки», а тон мыслей стал кровожадным, но её это не заботило. Когда-то они были близкими подругами, почти сестрами, поэтому она чувствовала себя свободно, да и вели они себя порой так бесцеремонно, что заслуживали подобного отношения. С какого перепуга они лезут обнимать парня как ни в чем не бывало? Это чистой воды сексуальное домогательство, использование того факта, что Ли Ха Юль слишком доверчив к окружающим. Хоть сейчас иди и заявление пиши. Хон Ёнхва не пустила в ход кулаки лишь потому, что знала их натуру, и потому, что сам Ли Ха Юль, забавно размахивая руками, преградил ей путь. Особенно её раздражало поведение Пэк Арин в последнее время. В глубине души ей хотелось хорошенько её вздуть, но… тогда Ли Ха Юль снова расстроится… «Тц». Раздраженно цыкнув, Хон Ёнхва перевела взгляд на Ли Ха Юля. Тот, сосредоточившись, управлял призраками. Стоило его рукам сплести очередную печать, как бесчисленные духи, рассредоточенные вокруг, начинали двигаться в идеальном строю. «Испытание уже на исходе? Затянулось оно что-то». Наверняка сейчас Испытание пробуждало в нём дурные воспоминания и распаляло эмоции, но внешне Ли Ха Юль выглядел вполне нормально. Разве что брови иногда хмурились, да выступал холодный пот, отчего аромат его тела становился гуще. …Конечно, с наступлением ночи, поддавшись атмосфере и сонливости, он становился более капризным и ласковым… но для Хон Ёнхва это было только в радость. Так или иначе, скоро Испытание Адского Пламени закончится. Тогда само пламя претерпит изменения. К слову, в клане Гэпхва Испытание Адского Пламени считается чем-то вроде обряда совершеннолетия. Особенно это касается первого Испытания, поэтому старшие члены клана, получив известие, уже вовсю готовят поздравительные подарки. Если посмотреть со стороны, пробуждению Адского Пламени у Ли Ха Юля родственники радовались даже больше, чем сама Хон Ёнхва. «Подарок…» Когда мысли дошли до этого, в памяти Хон Ёнхва всплыл ярко-красный шарф. Первый подарок, который она получила от Ли Ха Юля. Сейчас погода для него не подходящая, да и она боялась его испортить, поэтому после специальной обработки бережно хранила его в сейфе. «Нужно ведь и мне его отблагодарить…» Хон Ёнхва лихорадочно соображала. Какой подарок ему вручить? Чему Ха Юль действительно обрадуется? Она ломала над этим голову с тех самых пор, как получила его подарок, но никак не могла определиться. «Все-таки лучше всего будет вручить его на Фестиваль Рождения, верно? Подарок в праздничный день запомнится сильнее…» Размышляя о подарке, Хон Ёнхва внезапно вспомнила свои собственные слова, сказанные когда-то. — «Ой, п-прости... Молоко ещё не пришло... Позже я обязательно дам тебе его попробовать...» — …… Хон Ёнхва ошарашенно моргнула и мельком взглянула на свою грудь. Старое высказывание внезапно показалось ей на удивление заманчивым. . . . Той ночью. Глубоко в предрассветный час, когда луна сияла особенно ярко. Я, что случалось крайне редко, проснулся посреди ночи и заворочался. Тут же с обеих сторон я ощутил нечто мягкое. Одно было теплым, другое — прохладным. Это были Хон Ёнхва и Пэк Арин. В памяти всплыли события перед сном. Ближе к вечеру, когда навалилась дремота, Адское Пламя начало буйствовать с новой силой. Терпя это в объятиях Хон Ёнхва и Пэк Арин, я в конце концов провалился в беспамятство прямо между ними. «Что это…» Когда воспоминания улеглись, я нахмурился. Вместо рук, намертво зажатых между телами девушек, я использовал Небесное оперение, чтобы слегка помассировать область солнечного сплетения. Внутри было как-то неспокойно. Если точнее, казалось, будто там всё бурлит. Ощущение было такое, словно внутри разгорается пожар, согревая всё тело. «Да когда же это чертово Испытание закончится…» Сон снова начал одолевать меня. Я тряхнул головой и снова уткнулся лицом в мягкие объятия. — Вшух… Внезапно в ушах раздался звук вспыхнувшего пламени. Вместе с ним пришло странное чувство, будто в солнечном сплетении что-то кристаллизуется. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «?»...] … … [Пробуждается уникальная способность «Адское Пламя»] ---------- Том 1 Глава 199 — Опять ты здесь. Я сидел неподвижно, вглядываясь в небесную высь, когда со спины донесся окликнувший меня голос. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это. Голос, природа маны, едва уловимое присутствие… всё это было мне слишком знакомо. Послышались мерные шаги, и кто-то тяжело опустился на землю рядом со мной. «……» На какое-то время воцарилась тишина. Лишь изредка откуда-то издалека доносился рев монстров, бьющий по барабанным перепонкам. Когда я уже был готов окончательно опустошить сознание, растворившись в этом шуме, я почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. Я украдкой покосился в сторону. Каштановые волосы, наспех собранные в конский хвост. Красивая женщина, чьи травянисто-зеленые глаза были полны нескрываемого напряжения и тревоги. Это была Ли Джиён, наследница Тэсана. — Ну… это… Ее голос звучал совершенно безжизненно. Она явно колебалась, подбирая слова и то и дело поглядывая на мою реакцию. — Что такое? Хотите что-то сказать? — Да нет, просто… хотела узнать, остыл ли ты немного. Как раз когда Адское Пламя внутри утихло, я решил проявить терпение и спокойно подождать, и тогда Ли Джиён, следя за моим выражением лица, решилась на вопрос. Я лишь пожал плечами. — Да, вполне. Эффект Тэсана творит чудеса. Стоило бешеному Адскому Пламени улечься, как Тэсан тут же взял свое. Чувства, что еще мгновение назад полыхали подобно пожару, внезапно угасли, сменившись неожиданным приливом безмятежности. Если бы сейчас пробудился Чангэ… я бы, наверное, просто стал до ужаса хладнокровным. «Настоящий псих с биполяркой, иначе не скажешь». От этой внезапной мысли на губах появилась горькая ухмылка. Адское Пламя, Чангэ и Тэсан. Каждый раз, когда эти три уникальные способности сменяли друг друга или проявлялись одновременно, мне казалось, будто кто-то грубо манипулирует моими эмоциями. То вспышка ярости, заставляющая бросаться на врага подобно бешеному псу, то резкое охлаждение, от которого опускаются руки, то внезапный возврат в норму, за которым следует новое погружение в пучину… Я действительно выглядел как сумасшедший. — …Значит, Тэсан… Пока я пытался отшутиться с горькой миной, лицо Ли Джиён помрачнело. Она на мгновение замялась, но затем, словно набравшись смелости, заговорила. — Давеча я вспылила. В этом не было никакой нужды, но я сорвалась на крик… Это моя вина, прости. От ее недавней нерешительности не осталось и следа — голос звучал твердо. Напряжение и беспокойство никуда не делись, но она больше не отводила взгляд, прямо смотря мне в глаза. Я некоторое время изучал ее лицо, а затем, словно избегая этого контакта, отвернулся и уставился прямо перед собой. — …За что вам извиняться, сонбэ. В конечном счете, это была моя вина. Снова не смог обуздать побочный эффект и сорвался. — Нет. Это не так. Я знала о твоих обстоятельствах и должна была реагировать спокойнее, но не справилась… — Да хватит уже… Цыц, проехали. Будем считать, что мы оба хороши. Какое-то время мы препирались, выясняя, чья вина больше, пока мне вдруг не показалось это совершенно бессмысленным. Двое идиотов, право слово, чем мы вообще занимаемся. — Пфф… Пока я качал головой, поражаясь нашей глупости, сбоку послышался тихий смешок. — И что тут смешного? — Да так, ничего. Стоило мне вскинуть брови и переспросить, как Ли Джиён, прыснув, покачала головой. Я пристально посмотрел на нее, но не стал докапываться и просто сменил тему. — …Ну и ладно. Что там снаружи? Все по-прежнему? — Да… всё так же. Стоило мне спросить о ситуации во внешнем мире, как смех Ли Джиён мгновенно оборвался. Она покачала головой с таким видом, будто постарела лет на десять, и по этому жесту я легко догадался о положении дел. — Ох. Значит, там по-прежнему полный хаос. Я невольно издал тяжелый вздох. То, чего я опасался еще со времен учебы в Сиёламе, в итоге произошло. В месте, кишащем людьми и напичканном приборами наблюдения, я направо и налево использовал свои силы. В результате мир узнал, что я обладаю уникальными способностями Трех Великих Семей… и начался сущий ад. Посторонние фракции стояли на ушах, а уж Три Великие Семьи и вовсе перевернулись вверх дном. Меня передернуло от воспоминаний о том, как я оказался в эпицентре этого безумия, разрываемый на части. Это были мучительные моменты, о которых не хотелось лишний раз вспоминать. В конце концов, не выдержав, я фактически сбежал, обосновавшись на передовой Магических земель. Вряд ли у кого-то хватит духу сунуться за мной в такую глушь. «Фух…» Я не мог с уверенностью сказать, что ни о чем не жалею. Но в одном я был уверен точно: даже если бы я мог вернуться в прошлое, я бы поступил так же. Если бы я не применил силу тогда, все те, кого можно было спасти, погибли бы. Только благодаря тому, что я раскрыл свои способности, они остались живы. Конечно, кто-то может посмеяться над этим, назвав мой поступок бессмысленным. …Возможно, я и сам в глубине души считаю это напрасным. «……» Как бы я ни барахтался, шансы остановить вторжение Башни ничтожно малы, а даже если мы победим, велика вероятность, что всё это окажется тщетным. «Тц…» Я понимал это, но просто стоять в стороне не мог. Будь это абсолютно невыполнимой задачей, я бы смирился. Будь это пустой фантазией, которой никогда не суждено сбыться, сколько бы ты ни бился головой о стену, я бы сдался и опустил руки. Но всё это было прямо перед моими глазами. Там, где я мог видеть, на расстоянии вытянутой руки, были люди, которых можно было спасти, приложив еще немного усилий. Слишком много было таких людей, чтобы я мог просто отвернуться, оправдываясь бессмысленностью борьбы. Поэтому я просто задал себе вопрос. Что, если они не фальшивка? Что, если этот мир не исчезнет бесследно, а продолжит существовать? Если я сейчас закрою на всё глаза, не протяну руку помощи и буду жить тише воды ниже травы. А потом, когда-нибудь, кто-то спросит меня: «Имеешь ли ты право на обиду?»… Я не был уверен, что смогу гордо и без колебаний ответить «да». Вот почему я сражался. Не только ради других, но и ради того, чтобы быть честным перед самим собой. Чтобы в будущем, столкнувшись с несправедливостью, я мог без тени сомнения заявить: я не прожил жизнь, заслуживающую такого обращения. Возможно, это слишком высокая цель для такого, как я. Сил не хватает, а амбиций — хоть отбавляй. В отчаянной попытке достичь цели я жаждал силы, которая мне не по плечу, и в итоге превратился в психически неуравновешенного типа с вечными перепадами настроения. И при всём этом успехов было немного — тех, кого я не сумел спасти, не счесть. — Хубэ, ты опять ушел в себя. — ? — Что такое? Снова Адское Пламя бушует? Чья-то ладонь бесцеремонно ткнула меня в щеку. Я повернул голову, отчего палец погрузился в кожу еще глубже, и увидел обеспокоенное лицо Ли Джиён. — Ничего особенного. — Ага, «ничего». У тебя на лице крупными буквами написано: «я думаю о чем-то грустном». — Говорю же, нет. — Не знаю, о чем ты там переживаешь, но… Я попытался уклониться от тычущего в щеку пальца и поднялся с места, Ли Джиён последовала моему примеру. — Если понадобится помощь — только скажи. Ты ведь мне столько раз помогал, помнишь? Я помогу тебе всем, чем смогу, в любое время. Не волнуйся, хубэ, ты же знаешь — я тоже не пальцем деланная. Произнося это, Ли Джиён выглядела весьма уверенно. В ней трудно было узнать ту женщину, что мгновение назад робко ловила мой взгляд. «……» Удивительный она человек. То кажется такой надежной, то вдруг сжимается в комок… Говорят, люди многогранны, но в Ли Джиён эти крайности проявлялись особенно ярко. Наверное, поэтому она мне и нравилась. Особенно в те моменты, когда она тушевалась — в такие минуты я невольно чувствовал с ней какое-то родство. Может, мы так легко сошлись вначале именно потому, что Ли Джиён, осознав, что я пробудил Тэсан, вела себя странно скованно, и это казалось мне близким? Мое сердце открылось ей на удивление быстро. Поэтому я хотел, чтобы и она выжила. И если у этого мира есть будущее, я хотел бы, чтобы она была счастлива. С непонятным выражением лица я шлепнул по руке, которая задела мои ягодицы. — Я сильнее вас, сонбэ. И не трогайте мой зад. — Что?! Да когда это я его трогала? Я просто пыль стряхнула! Ли Джиён, чью руку я отбил, округлила глаза от возмущения и звонко вскрикнула. — Ох… Ладно, послушай, сможешь уделить мне время позже? Я хочу кое-что сказать. Пошумев немного, Ли Джиён в конце концов угомонилась. Тяжело вздохнув, она снова начала заискивающе заглядывать мне в глаза, задавая свой вопрос. Я склонил голову набок. — Зачем ждать? Говорите сейчас. — Нет. Скажу потом, наедине. Мне нужно подготовиться с духом. — Да к чему там готовиться… Ладно. Загляну еще разок вглубь и тогда встретимся. Хоть я и ответил с долей скепсиса, Ли Джиён почему-то упорно настаивала на том, что разговор должен состояться позже. В итоге я пообещал уделить ей время на обратном пути из Сердца Магических земель. — Но это может занять время. Я собираюсь там всё основательно зачистить. — Хорошо, я буду ждать. Только получив утвердительный ответ, Ли Джиён облегченно и слабо улыбнулась. ◆ ◆ ◆ [ ОЗ достигли 0. ] [ Игрок погибает. ] [ Плохая концовка 4 — Смерть в «Сердце Магических земель». ] [ Подсчет данных. ] [ Цикл: 3-й цикл ] [ Выбранная настройка: Сосуд ] [ Системный титул: Триада ] [ Причина смерти: Саморазрушение из-за конфликта уникальных способностей ] ◆ ◆ ◆ — …Ха Юль? Ха Юль-сси… Сознание, погруженное в глубокую бездну, медленно всплыло на поверхность. Слух, заложенный словно водой, прояснился, и я услышал зовущий меня голос. [Э?] [А?] [Сон…] [Триада] [Бред] [Печаль] Разум окончательно пробудился. Чувства вернулись. Вскоре я ощутил прохладу, исходящую от чего-то мягкого, с чем соприкасалось моё тело. Судя по голосу над головой, меня звала Пэк Арин. [Э-э-э] [Да… Что случилось?] Я ответил сонным, едва разборчивым голосом. Оторвав голову от мягкой плоти, в которую она была плотно вжата, я активировал Наблюдение. Вскоре перед моим внутренним взором предстало лицо Пэк Арин с каким-то странным выражением. Ее голубые глаза смотрели то на меня, то на Ожерелье откровения, то на мои губы… Затем она вытянула салфетку из пачки рядом и принялась вытирать мне рот. — Ы-б-б-б…? Я недоуменно наклонил голову, не понимая, что происходит. С чего бы это вдруг? Пока я пребывал в замешательстве, салфетка быстро намокла. «?» Над моей головой словно повис вопросительный знак. Салфетка, которой она только что промакивала мои губы, теперь прошлась по подбородку. И снова на ней остались мокрые следы. — Ох, всё промокло. С невозмутимым видом вытерев мне лицо, Пэк Арин посмотрела на меня сверху вниз. На моё заспанное и ошарашенное лицо. Прыснув со смеху, Пэк Арин вытянула новую салфетку и принялась вытирать свою грудь, которая была сплошь мокрой. Как раз то самое место, куда я только что был уткнут лицом. «О…» В моей сонной голове все кусочки пазла мгновенно сложились воедино. Рот, который я невольно приоткрыл, пока сознание всплывало из забытья. Мокрые следы на моих губах и на груди Пэк Арин… Осознание пришло мгновенно. Моё лицо тут же расцветило всеми оттенками красного. — Надо же, спали так сладко, что даже слюнки потекли. Видимо, сон был очень крепким? И словно нанося финальный удар, Пэк Арин с озорной улыбкой похлопала меня по заднице… Я невольно спрятал лицо в ладонях. ◆ ◆ ◆ По пути в аудиторию. Ли Джиён, копавшаяся в своей сумке, внезапно нахмурилась. В носу нестерпимо зачесалось. Она пыталась сдержаться, но ничего не вышло. — А-апчхи! Она чихнула так громко, что всё тело содрогнулось, а гул голосов вокруг на мгновение стих. Друзья, болтавшие рядом с ней, округлили глаза. — Ого! Джиён, ты чего? С чего вдруг такой чих? Простудилась? — Если уж обладатель Тэсана подхватил простуду, то мы, простые смертные, уже трупы, не? — Ха-ха! Слышали, как она чихнула? Чертовски мило. — Да нет же, я просто… Для друзей, изнывавших от скуки, это стало отличным поводом для подколок, и они тут же набросились на неё. Ли Джиён, будучи легкой мишенью для шуток, лишь жалобно морщилась под градом их поддразниваний. ---------- Том 1 Глава 200 «А-а-а...» С самого утра я попал в постыдную ситуацию. Я в отчаянии взъерошил волосы, невольно издав приглушенный стон. «Мало того что всю ночь проспал с разинутым ртом, так еще и слюни пускал...» И ведь не на подушку или одеяло, а прямо в объятия Пэк Арин. Это было настолько нелепо и унизительно, что я просто не смел поднять глаз. Ладно бы я спал один — было бы просто неприятно, но я ведь причинил неудобство другому человеку... — Все в порядке. От того, что вы немного пустили слюни, моя грудь не сотрется. Пэк Арин тихо рассмеялась, глядя, как я в замешательстве вожусь на кровати. Она поправила запахнутую одежду, подошла ко мне и сочувственно похлопала по спине. Я слегка отвернулся, стараясь не встречаться с ней взглядом. Хоть сама «жертва» так и сказала, чувство стыда никуда не исчезло. Хон Ёнхва все еще крепко спала. Даже при всей ее любви к сну, она обычно просыпалась от любого шороха, но, похоже, вчерашняя Настройка моего неистово бушующего Адского Пламени вконец ее измотала. «Эх...» Из груди вырвался тяжелый вздох. Спустя некоторое время Хон Ёнхва тоже покинула мир грез. — Похоже, Испытание завершилось. Эти слова Хон Ёнхва произнесла, проверяя мое состояние перед завтраком. И это не был простой осмотр на глаз. Усадив меня к себе, она просунула руку под одежду и начала поглаживать мой живот. Из ее мягкой ладони заструилась мана, тщательно обследуя все мое тело. — Жар окончательно утих. Признаков буйства нет, мана успокоилась. Испытание Адского Пламени подошло к концу. Раз это сказала Хон Ёнхва, чье мастерство владения Адским Пламенем было выше экспертного уровня, значит, так оно и есть. К тому же я и сам чувствовал перемены. Мана, которая еще вчера самопроизвольно превращалась в жар и била по моим эмоциям, теперь мирно дремала. «...» Обычно сверхлюди, пробудившие уникальную способность, способны осознавать собственную уникальность. Говорят, они не чувствуют бесчисленные мелкие крупицы, как я, но могут распознать ту уникальность, что ярко выделилась и стала полноценной «способностью». Со мной было так же. Мне даже не нужно было задействовать Полномочие наблюдения — достаточно было просто сосредоточиться. С самого момента пробуждения я ощущал некое странное чувство. Я с озадаченным видом коснулся своего солнечного сплетения. Бесчисленное множество уникальностей. Две из них выделялись особенно сильно. Вокруг них теснилось множество других, что постепенно разрастались. И рядом с ними я ощутил еще одну ярко выраженную уникальность, которой раньше не было. Она воспринималась как яростно пылающий огонь. «Адское Пламя». Я осознавал его присутствие, но не понимал, как это возможно. «Я ведь не активировал Синхронизацию. Но при этом...» Я чувствую Адское Пламя. Даже без Синхронизации Адское Пламя открыто заявляло о своем существовании. Это не было ошибкой. И мои чувства, и Полномочие наблюдения подтверждали наличие Адского Пламени. Хоть я и не понимал причин, суть произошедшего была ясна. Я перевел Адское Пламя в активное состояние. Это была не имитация через Синхронизацию — Адское Пламя укоренилось во мне. «Как?» На моем лице отразились Смятение и растерянность. Если подумать, само то, что я столкнулся с Испытанием Адского Пламени, уже было странным. 3-я итерация — это время, когда я пробудил Адское Пламя. Тогда я первым делом овладел его половинчатой версией и вовсю использовал в своих одиночных вылазках. Если судить по хронологии той итерации, я пользовался им даже после выпуска из Сиёлама. Я владел им долго. Но никогда не проходил Испытание Адского Пламени. Я решил, что Испытания нет, потому что это была лишь суррогатная, половинчатая сила. Поэтому я был уверен, что и в этот раз Испытания не будет. Ведь изначально я даже не обладал этой «половинкой» — это была лишь временная имитация. Во мне не закрепилось даже подобие уникальности. Я просто на мгновение менял свойства маны на схожие с Адским Пламенем и воплощал его пламя. Тем не менее, я прошел Испытание, и во мне обосновалось истинное Адское Пламя. «Значит ли это, что теперь и мне нужно опасаться Адского Пламени?» Раньше я не особо беспокоился. Мне нужно было лишь временно контролировать эмоции, когда я вызывал пламя, но теперь Адское Пламя может влиять на меня постоянно. «А если во мне укоренятся еще и Чангэ с Тэсаном... Не стану ли я психопатом, чьи эмоции скачут вверх-вниз в мгновение ока?» Внезапно я вспомнил сон, который видел недавно. Как это часто бывает со снами, воспоминание было нечетким, но кое-что всплыло в памяти. Ли Ха Юль, который владел Адским Пламенем, Чангэ и Тэсаном и в итоге погиб в Сердце Магических земель... Воспоминания 3-й итерации. И 2-я итерация, которую я видел в Башне Роста. «...Надеюсь, в Башне Знаний я смогу хоть что-то разузнать». Хотя пока неясно, смогу ли я вообще туда войти. Как бы то ни было, Испытание Адского Пламени завершилось. Благодаря этому эмоции пришли в норму, и непристойные мысли больше не лезли в голову. — Это заняло больше времени, чем я думала. Я полагала, все закончится за пару дней, как у меня... — Жим... Нажим... — Ы-ы... ...Не лезли. Просто от того, что ладонь терлась о мою кожу, я извивался от щекотки. Щекотка — это физиологическая реакция, тут уж ничего не поделаешь. Нить моих раздумий внезапно оборвалась. — Прошло почти десять дней, верно? Наконец-то все закончилось! Хлоп-хлоп — Элия радостно захлопала в ладоши, ее глаза сияли. На губах играла лучезарная улыбка. В гостиной собрались не только мы с Хон Ёнхва. Здесь была и Пэк Арин, спавшая с нами в одной постели, а также Элия и Се Юль, которые отдыхали в другой комнате. — Теперь Адское Пламя больше не будет бушевать? — Ну... в целом да. Но это не значит, что оно стало абсолютно безопасным. Адское Пламя может вспыхнуть в любой момент, не только во время Испытания... — То есть все как обычно? Вот и славно! Значит, теперь Ха Юль и Се Юль снова смогут спать вместе со всеми? — Ну, в общем-то, да... — Се Юль в последнее время было очень одиноко. Правда ведь, Се Юль? — Да, я хочу спать с папой. На вопрос Элии Се Юль ответила четко и уверенно, словно заранее подготовилась. Ее обиженный взгляд буквально впился в меня. Мои плечи невольно сжались. Из-за того, что я был измотан борьбой с Адским Пламенем, я совсем не уделял ей времени. Все те моменты, когда я мог двигаться, я тратил на тренировки, чтобы привыкнуть к пламени. Похоже, за это время у Се Юль накопилось немало претензий. «...» Хон Ёнхва с сомнением переводила взгляд с меня, сидящего у нее в объятиях, на Се Юль, которую обнимала Элия. В ее глазах читалось Смятение: ей явно что-то не нравилось, но в то же время она чувствовала внутренний протест против того, чтобы разлучать отца с ребенком. После этих слов в гостиной воцарилась странная тишина. — Раз Испытание завершилось, значит, и Адское Пламя Хаюля изменилось? [Да, скорее всего.] Сквозь тишину прозвучал беззаботный голос Пэк Арин. Я, до этого лишь беспокойно озиравшийся и пытавшийся уловить настроение (хотя, кроме Хон Ёнхва, никого не видел), с облегчением отозвался на ее слова. Затем я вытянул одну руку вперед. Я решил сменить тему и заодно проверить состояние Адского Пламени. Я знал, что оно укоренилось во мне, но, чтобы понять разницу, нужно было привести его в активное состояние. Мне и самому было любопытно, как оно изменилось. У Хон Ёнхва, кажется, просто выросла мощность? Возможно, и у меня она увеличилась. Но не возросли ли при этом и побочные эффекты? «Активное состояние, Адское Пламя». Вспых! На моей ладони расцвело Адское Пламя. В тот же миг яркий утренний свет отступил, и все вокруг окрасилось в цвета пламени. Огонь встрепенулся. Адское Пламя, до этого лишь тлевшее, взметнулось вверх, словно потягиваясь. — О-о... Сжатие... Руки, обнимавшие меня за талию, напряглись. Это была Хон Ёнхва, которая все еще держала меня. Она невольно приоткрыла рот, издав восхищенный вздох. Реакция остальных была схожей. Широко распахнутые глаза завороженно смотрели на огонь, а с губ срывались возгласы восхищения. — Красиво... Такова была оценка Элии. Наблюдая за пламенем, я в глубине души согласился с ней. То яростно пульсируя, словно извергая жизненную силу, то плавно изгибаясь, будто подчиняясь мировому круговороту, огонь напоминал изысканный танец. Цвет остался красным, но почему-то он казался ярче и теплее. В этом оттенке Тепло подчеркивалось сильнее, чем опасность. Но прежде любых оценок, само пламя было эстетически прекрасным. Именно так его воспринимал мой разум. — Ва-а... как красиво... — ...Ёнхва. Бывает ли так, что оно... так меняется? — А? Ну... случаи качественных изменений бывали, но... о такой необычной метаморфозе я никогда не слышала. Запинаясь, ответила Хон Ёнхва, поддерживая мою руку с пляшущим Адским Пламенем. Похоже, она была слишком заворожена зрелищем. И не только она. Все остальные уже обступили меня, разглядывая Адское Пламя с самого близкого расстояния. «...Почему этот огонь такой красивый?» Я в недоумении наклонил голову. Я ожидал, что просто вырастет мощность, но атмосфера пламени внезапно и радикально изменилась. На вид это было скорее прекрасное пламя для торжественных церемоний, нежели для боя. И все продолжали любоваться им, пока я не погасил Адское Пламя. . . . С завершением Испытания исчезла и прикрепленная ко мне бомба замедленного действия. Разумеется, опасность не испарилась полностью. Ведь если раньше я пользовался Адским Пламенем через Синхронизацию только тогда, когда хотел... а если выражаться прямо — когда мне было выгодно, то теперь мне придется опасаться его побочных эффектов постоянно. Так или иначе, угроза того, что я внезапно взорвусь, миновала. Благодаря этому Хон Ёнхва и Пэк Арин больше не нужно было неотлучно находиться рядом со мной. Почему-то Хон Ёнхва и Пэк Арин выглядели разочарованными, а Элия, напротив, искренне радовалась, что Испытание благополучно завершилось. Как бы то ни было, теперь я мог вернуться к делам. Дел накопилось немало. Для начала нужно разобраться с горой домашних заданий за пропущенные лекции, а также обязательно посещать важные занятия. Но было кое-что поважнее всего остального. — Давно не виделись, кадет Ли Ха Юль. [Да, здравствуйте.] Я снова посетил верхний этаж Центрального административного корпуса. Человек, сидевший напротив за столом... вице-ректор с характерными фиолетовыми глазами и волосами, слегка склонила голову в приветствии. Это была заранее назначенная встреча с вице-ректором. Я ответил на поклон, но на моем лице невольно проступило недовольство. Мне было о чем поговорить, и жалоб накопилось предостаточно. Кроме того, нужно было обсудить вход в Башню Знаний. Позволят ли мне войти? А если нет, то по какой причине? И еще разговор о 2-й итерации, встреченной в Башне Роста. Кто он такой? Почему я чувствовал боль? Зачем мне показали 2-ю итерацию? Есть ли другие итерации? Зачем ректор привела меня сюда? Я сдерживал в себе все эти вопросы, но сейчас был готов вывалить их все сразу... — Для начала, возьмите это. [?] Прежде чем я успел заговорить, вице-ректор внезапно протянула руку в пустоту. Развернулось Подпространство. Я мог бы заблокировать его Полномочием пространства, но решил подождать. Рука вице-ректора, пошарив в подпространстве, вынырнула обратно. В её тонких пальцах были зажаты два ключа. Один был роскошным золотым, другой — изящным серебряным. Вице-ректор протянула оба ключа мне. [Что это?] На мой вопрос вице-ректор ответила так, будто в этом не было ничего особенного: — Это ключи от тайной сокровищницы Сиёлама и Башни Знаний. [Что?] Весь мой боевой настрой на серьезный разговор мгновенно испарился. ---------- Пожалуйста, не бросайте меня(1) У меня было много вопросов. С тех пор как я открыл глаза… нет, с тех пор как я очнулся в этом мире, вопросов, что я таил в себе, становилось лишь больше. И всё же я не пытался встретиться с вице-ректором или ректором, чтобы задать их. Признаться, мной владел страх. Я не до конца понимал собственное положение, равно как и цели другой стороны. А что, если эта встреча обернётся для меня бедой? Поэтому я просто плыл по течению, принимая то, что дают… такие были мысли. Но теперь всё изменилось. Внутри Башни Роста я встретил нечто, похожее на «меня». Тот, кто должен был быть лишь игровым персонажем, безжалостно кромсал меня, учил с горькой миной и приносил извинения с лицом, полным раскаяния. Мне снились сны. Там был человек, который корил себя за недосягаемые идеалы, страдал от непосильной ноши дарованной силы, но всё равно отчаянно желал предотвратить трагедии и несчастья в пределах досягаемости своей руки. Я пришёл, чтобы спросить о нём. «…Ключи?» Я не смог сразу перейти к вопросам. От слов вице-ректора мысли в голове на мгновение замерли. Я растерянно моргнул и уставился на два ключа, протянутых мне. Роскошный золотой ключ и изящный серебряный. Энергия, исходящая от обоих, была необычайной. Дело было не только в материале или отделке — даже обычный человек ощутил бы их уникальную ауру. Сиёлам владеет множеством сокровищ. Артефакты с выдающимися характеристиками. Эликсиры такого качества, что сулят стремительный рост сил. Редчайшие ингредиенты, которые почти невозможно найти на рынке, будь то светлом или черном. Что бы это ни было, такие вещи не купить за деньги; в большинстве случаев даже влиятельные организации тратят годы на поиски и возвращаются ни с чем — сокровища в самом прямом смысле слова. И Сиёлам активно раздаёт эти богатства своим кадетам. Их можно обменять на накопленные баллы или получить в качестве призов на различных мероприятиях. Существует множество систем, созданных специально для того, чтобы эти вещи оказались в руках учеников. Я и сам пользовался этими благами. Разве я не выкачал все баллы при входе в Башню в первом семестре и не заполучил Небесное оперение? Конечно, если не обладать такой уникальной способностью загребать баллы разом, как я, это потребует времени, но способов получить сокровище предостаточно. Место, где подобные реликвии хранятся под строжайшей охраной, и есть тайная сокровищница. Как и подобает названию «Биго», её местоположение держится в секрете… но я его знаю. Я уже бывал там однажды, да и если просто запустить Наблюдение, ноги сами находят путь. Разумеется, защита там на высоте. Для меня, когда я не использую Полномочие, любые попытки заглянуть внутрь или проникнуть сквозь барьеры были абсолютно невозможны. Это место буквально пропитано магическими формулами до такой степени, что это кажется безумием; от одного взгляда на них через Наблюдение начинает раскалываться голова. Золотой ключ, как оказалось, открывает двери в эту самую сокровищницу. То, что мне его вручили, означало передачу прав доступа. Я знаю, где она. У меня есть ключ. Значит, я могу в любой момент явиться в сокровищницу и взять всё, что пожелаю. Я ожидал, что мне что-то дадут, но это… слишком щедро. А серебряный ключ… «Башня Знаний». Уединённая Башня, сокрытая на Парящем острове. Она спрятана настолько искусно, что большинство людей в этом мире даже не подозревают о её существовании. Поэтому в мире широко известно название «Четыре Великие Башни», не считая Башню Знаний. Говорят, даже сверхлюди, занимающие высокие посты и обладающие немалой силой, лишь догадываются о её существовании, но не знают, чем именно она занимается. И вот ключ от такой Башни лежит передо мной. На мгновение на моём лице застыло ошеломлённое выражение. «Я ещё мог ожидать сокровищницу, но это…» На хороший ответ я не рассчитывал. Судя по тому, что они до сих пор ничего не раскрыли, на то были веские причины, и делиться со мной секретами они явно не собирались. Поэтому я думал, что мне просто сунут что-нибудь в руки и спровадят. Но я и представить не мог, что вместо пары безделушек мне отдадут ключи от всей сокровищницы, да ещё и внезапно предложат ключ от Башни Знаний. «Нет, постойте, а ключ вообще существовал?» Я впервые узнал, что такой ключ вообще есть в природе. В оригинальной игре и в сокровищницу, и в Башню Знаний можно было попасть только с помощью пространственной магии сопровождающей нас вице-ректора. Если не через неё, игроку приходилось пробивать путь самому. Именно так я и поступил в одиннадцатом прохождении — ворвался силой. Это и стало причиной, по которой Сиёлам был наполовину разрушен, а Парящий остров обрушен. Тогда я так и не смог полностью одолеть Башню Роста, а в практически разгромленной Башне Знаний не нашёл её Хозяина. А тут, оказывается, существовал отдельный ключ для входа… — Лично я не могу развеять сомнения, которые терзают кадета Ли Ха Юля. Пока я хлопал глазами, поражённый внезапным появлением ключей, вице-ректор, как всегда с бесстрастным лицом, заговорила. Услышав это, я отбросил замешательство и посерьёзнел. [Удовлетворительный ответ?] [Вы хотите сказать, что знаете, о чём я собираюсь спросить?] — Ни ректор, ни я не объяснили вам всех обстоятельств. Уверена, у вас накопилось немало вопросов. [Поэтому я и пришёл сюда — чтобы услышать ответы.] — Как я уже сказала, мне трудно дать вам ответ, который бы вас удовлетворил. [Почему? Почему я не могу услышать правду? Ректор, Владыка Башни Роста… почему они…] — У них обстоятельства, схожие с вашими, кадет Ли Ха Юль. [Схожие обстоятельства?] Схожие со мной? Я уже собирался переспросить, что это значит, как вдруг в памяти всплыло одно воспоминание. Не совсем отчетливое. Когда в моей комнате в общежитии собрались люди, все они внезапно начали расспрашивать о моих прозревших глазах и шрамах на шее. Я, не желая больше множить тайны, попытался рассказать правду, и… Память обрывается. По непонятной причине я едва не погиб. Кровь хлынула из всех отверстий на лице, а тело едва не разлетелось на куски. — Вероятно, вы сейчас думаете о верных вещах. Пока я стоял, словно громом поражённый, вице-ректор пригубила чай из чашки, над которой поднимался легкий пар. Сделав глоток с невозмутимым видом, она продолжила: — В отношении меня и господина ректора приняты подобные же меры. Поэтому мы сталкиваемся с определёнными… затруднениями, когда пытаемся разгласить детали этой истории. [О чём вы…] В голове воцарился хаос. Возникла головная боль, будто кто-то изнутри постукивал по черепу шилом. Я нахмурился и с силой надавил пальцами на виски. [Я не понимаю.] [Разве не вы привели меня сюда?] [Так почему же против вас приняты такие меры…] — Мне не пристало давать ответы. [Нет, подождите, ограничение, наложенное на меня…] — Однако. Голос, перебивший механическую речь ожерелья. Вице-ректор аккуратно поставила чашку. Затем она медленно пододвинула ко мне один из ключей, лежавших на столе. Серебряный ключ… ключ от Башни Знаний. — Здесь обстоятельства несколько мягче. Смею предположить, что там вы сможете найти ответы хотя бы на часть своих вопросов. […Башня Знаний.] Всё снова свелось к ней. Я-то собирался просто заглянуть туда, если впустят, поискать Хозяина Башни, а если не найду — заняться изучением магии. А теперь выясняется, что именно там я смогу приоткрыть завесу тайны. — И это — ключ от сокровищницы, который я передаю вам согласно воле господина ректора. На этот раз вице-ректор пододвинула золотой ключ. — Это не просто право на вход, но и право распоряжаться вещами внутри. Пожалуйста, пользуйтесь сокровищницей так, как сочтёте нужным. В мгновение ока передо мной оказались ключи от тайного хранилища Сиёлама и Башни Знаний. На лицо невольно легла тень смятения. Ключ от сокровищницы Сиёлама, где собраны несметные богатства. Ключ от Башни Знаний, где я смогу не только отточить магическое мастерство и продолжить поиски Хозяина Башни, но и получить ответы на свои сомнения. Выгода превзошла все ожидания. Пусть я не получил ответ прямо сейчас, мне дали ключ к месту, где этот ответ сокрыт, и в придачу — ключ от сокровищницы. Я в замешательстве поджал губы, а затем коротко поклонился. […Благодарю вас.] — Мне неловко принимать благодарность. Я лишь исполнила чужую просьбу и сожалею, что не смогла дать вам исчерпывающего ответа. Вице-ректор лишь ответила на поклон, утверждая, что не заслуживает благодарности. Глядя на неё, я подавил тяжелый вздох, готовый вырваться из груди. Эту женщину, вице-ректора, было чертовски трудно понять. Даже когда я сканировал её с помощью Полномочия наблюдения, мне не удавалось выудить никакой значимой информации. Какой прок от знания её физических параметров? Ровным счётом никакого. Конечно, мы виделись всего-то раза три-четыре, но всё же… [Тогда я, пожалуй, пойду.] Раз дела закончены, я поднялся со стула. Не забыл забрать и ключи. Не стал сразу убирать их в Подпространство, а просто спрятал за пазуху. — Ах, и ещё вот это… [Да?] Только я собрался развернуться, как вице-ректор остановила меня, достав из подпространства что-то ещё. «Что там ещё осталось?» Я посмотрел на то, что она протягивала. Снова ключ. Но в отличие от предыдущих двух, в нём не чувствовалось никакой мистической силы. Разве что выглядел он дорого… и если не считать выгравированных сложных магических формул, ничего особенного в нём не было. [Это…?] — Ключ от особняка. Он находится совсем рядом с общежитием первого курса, где вы сейчас проживаете. […Особняк?] [Зачем он мне…?] Когда я, склонив голову набок, спросил, что это значит, вице-ректор ответила с таким видом, будто в этом нет ничего особенного: — Разве в последнее время вам не стало тесно? Обычные комнаты в общежитии довольно просторны, но для жизни большой компанией в них явно не хватает отдельных помещений. [А? Ну, это так… нет, погодите.] Всё моё тело мгновенно одеревенело. [Откуда вы об этом знаете?] Откуда вам знать, что творится у меня в комнате? Я отпрянул назад. Прижался спиной к стене, демонстрируя настороженность. Я был готов в любой момент сорваться с места и бежать. При виде моей реакции на вечно бесстрастном лице вице-ректора промелькнула тень недоумения. Впрочем, эта эмоция тут же растаяла, и лицо снова приняло привычный маскоподобный вид. — …Рекомендую вам иногда заглядывать в сообщество академии. В основном там пустая болтовня, но порой можно наткнуться на слухи или весьма полезную информацию. «А.» Напряжение, сковавшее тело, тут же сменилось неловкостью. Причина, по которой вице-ректор упомянула сообщество… м-да… понятно… значит, пошли слухи… […Спасибо.] — Да. Я стоял, глупо приоткрыв рот, а затем медленно принял ключ. . . . Так или иначе, с делами было покончено. Пусть я не получил немедленных ответов, приобретений было немало. К тому же, раз мне сказали, что я смогу узнать всё позже, можно считать, что цель достигнута с лихвой. Выйдя из Центрального административного корпуса, где находился кабинет вице-ректора, я сверился со временем. «Скоро обед.» Время близилось к полудню. Бросив беглый взгляд вокруг через Наблюдение, я увидел, что сотрудники администрации тоже потихоньку заканчивают утренние дела. В торговом секторе рестораны вовсю готовились к приёму обеденных посетителей. А сегодня у меня по расписанию занятие с наставницей. «Пойду сразу к ней.» Я с улыбкой ускорил шаг. Вскоре я добрался до старой тренировочной площадки. Солнце стояло в зените, раскаляя землю своими лучами. Наставница, словно прячась от зноя, прислонилась спиной к дереву на краю площадки. [Наставница!] Стоило мне подойти, размахивая рукой, как она, до этого отрешённо смотревшая в небо, вздрогнула от неожиданности. Увидев меня, она ответила на приветствие с какой-то странной натянутостью. При виде этого я подавил в себе тревогу. С недавних пор поведение наставницы странно изменилось. Если быть точным… она начала меня дичиться. Это началось после нашей последней дуэли, когда мне удалось одержать победу внезапной атакой. Причины я не знал. На все мои вопросы она лишь отмахивалась. Но я был уверен: виновата не она, а я. Наверняка я допустил какую-то ошибку… или проявил неучтивость. «В любом случае, нужно извиниться первым.» Я уже давно выжидал удобного момента для извинений, но из-за Испытания Адского Пламени всё время упускал шанс. Поэтому сегодня я обязан был это сделать. «Я и подарок подготовил, может, она хоть немного смягчится…» Я вспомнил о корзинке для пикника, припрятанной в подпространстве. Как-то раз, угощая её ужином, я заметил, что наставнице нравятся сэндвичи. Поэтому сегодня утром я на скорую руку приготовил несколько видов сэндвичей и бережно уложил их в Подпространство. Своего рода подкуп подарком. Если вручить их вместе с извинениями, может, её настроение хоть немного улучшится… такая вот хитрость. Всё-таки она не кричит на меня и не игнорирует полностью, значит, злоба не слишком глубока. С этими мыслями, робко поглядывая на неё, я подошел к наставнице. И тут. — Теперь я… сомневаюсь, нужны ли тебе подобные уроки… «…Что?» Я услышал слова, которые не должен был слышать. Нужна ли ты мне…? Не нужны, что это значит… — Вспых! Внезапно, словно нахлынувшая волна, бездонное отчаяние затопило моё сознание, окрашивая всё в чёрный цвет. ◆ ◆ ◆ — Теперь я… сомневаюсь, нужны ли тебе подобные уроки… Атра заговорила об этом исключительно из соображений эффективности. В их последней дуэли Атра на мгновение оказалась повержена Ли Ха Юлем. Ли Ха Юль, мгновенно сократив дистанцию, перехватил её запястье, повалил на землю и придавил всем телом. Шок, который она испытала в тот момент, невозможно было описать словами. Оправданий можно было найти массу. В поединках с Ли Ха Юлем она всегда ограничивала свои физические возможности. Она не использовала многие техники и полностью блокировала свои уникальные способности. Даже в момент захвата Атра видела множество способов контратаковать. Она могла бы мгновенно нарастить физическую мощь, могла бы выплеснуть ману или Ганги во все стороны. Могла бы активировать Белую ночь или ответить расширенной способностью технического типа. Но она не сделала этого, боясь, что из-за неловкого контроля силы Ли Ха Юль может пострадать. Однако, сколько бы оправданий она ни приводила, Атра проиграла. И это стало возможным не столько из-за её беспечности, сколько из-за того, что мастерство Ли Ха Юля поднялось до такого уровня. «…Скоро он меня догонит.» Ученик превзошёл учителя. Случаи, когда ученик становится сильнее наставника, встречаются сплошь и рядом. Атра никогда не была настолько глупа, чтобы верить, будто она вечно будет сильнее всех. Но она не ожидала, что он настигнет её так быстро… уже в начале второго семестра первого курса. «Теперь я мало чему могу его научить.» Если поискать, конечно, найдётся что-то ещё. Повторяющиеся дуэли определённо приносят пользу. Но что, если потратить это время на изучение других техник? Магия, магия духов, некромантия… у Ли Ха Юля множество талантов. Ей просто пришла в голову мысль, что для него будет эффективнее тратить время на другие дисциплины, чем оттачивать у неё и без того совершенные боевые навыки. Конечно, она не собиралась просто обрывать обучение без предупреждения. И речь шла не о полном прекращении занятий, а о поиске иных путей развития. С этим намерением она и начала разговор, решив узнать мнение Ли Ха Юля. И в тот же миг столкнулась с Ли Ха Юлем, который бросился к ней. Атра широко раскрыла глаза. Рефлекторно она развела руки, принимая его в объятия. — Глухой удар. — Кхм? Удар был довольно сильным. Пошатнувшись, она не удержалась на ногах и опустилась на землю. Бум! Она приземлилась на траву. От неожиданности Атра только хлопала глазами. Она и подумать не могла, что Ли Ха Юль внезапно налетит на неё, протаранит и повалит с ног. — Э-э-эм… Атру пробрала дрожь от щекотки, пробравшейся сквозь замешательство. В ложбинку между грудей ворвалось его частое дыхание. Прерывистые вдохи впитывали её смущающий аромат, а выдохи наполняли теплом её грудь. Снизу доносился едва уловимый медовый запах. Слегка опустив голову, она увидела Ли Ха Юля, который уткнулся лицом в её пышную грудь. — Ученик? Что это с тобой вдруг? Атра, хоть и была в замешательстве, ласково погладила его по плечу и мягко спросила. Ответа от Ли Ха Юля не последовало. — Хвать…! Вместо этого он лишь сильнее прижал её к себе руками, обхватившими талию. Их тела плотно прижались друг к другу, не оставляя ни сантиметра свободного пространства. От ощущения соприкосновения их животов лицо Атры вспыхнуло. — У-ученик…? Что с ним такое? Опять? Опять что-то случилось? Внезапно вспыхнувшая тревога и беспокойство начали расти. — Ученик, тебе плохо? Дай мне посмотреть на твоё лицо… — Скре-е-е-ет… [Простите меня] В тот момент, когда Атра попыталась заглянуть Ли Ха Юлю в лицо, раздался шум. Неприятный звук, похожий на скрежет металла о металл, вытеснил все остальные звуки вокруг. Атра замерла. «Это сейчас…?» — Скри-и-и-ип… [Я, я во всём виноват. Пожалуйста, простите меня] Странное чувство неправильности. Только тогда Атра поняла: что-то не так. Её тело мелко дрожало. Нет, дрожала не Атра. Дрожал Ли Ха Юль, прильнувший к ней. Его плечи вздрагивали. Атра застыла, услышав звуки, похожие на сдавленные всхлипы… будто он, охваченный ужасом, из последних сил сдерживал рыдания. — О чём ты говоришь? В чём ты можешь быть виноват… — Скре-е-е-е-ет…! [Нет! Это всё моя вина! По-этому, пожалуйста, не бросайте меня] Крепче… руки, обхватившие её талию, сжались ещё сильнее. Пальцы, дрожащие от напряжения, отчаянно вцепились в Атру, будто в последнюю надежду. — Крии-и-и-ик…! Ожерелье откровения исторгало истошные вопли. [Я всё исправлю, ведь это моя вина!] [Пожалуйстанебросайтеменя!] [Янехочурасставаться] [ЯнемогубезНаставницы] [Проститеменяяво всемвиноват] [Пожалуйстаяисправлючтоугодно] [Ясделаювсёчтоугоднотольконебросайтеменя…!] Вместе с неприятным скрежетом пространство заполнили отчаянные мольбы, в которых больше не было и следа бесстрастности. Лицо Атры застыло, став тверже камня. ◆ ◆ ◆ [[image:/storage/reader-images/a7acf5afa9d9f6755f828bdf80d4c25eaa223d09.webp]] ---------- Ты всё ещё боишься?(1) — Дитя, куда же я уйду?.. Б-брошу тебя?.. «Я уйду? Брошу этого ребёнка? Я?» Это было просто немыслимо. Если только Атра не сошла с ума, подобное не могло случиться и в одном случае из десяти тысяч, а Атра сейчас была в здравом уме. Если бы кто-то посмел предложить ей такое, Атра забила бы его до смерти на месте. Слова, сказанные Ли Ха Юлю, были нужны лишь для того, чтобы Атра могла научить его большему. Она всего лишь хотела узнать мнение Ли Ха Юля. Как он умудрился так всё исказить, но Ли Ха Юль, впав в настоящую истерику, мертвой хваткой вцепился в Атру. «Наступила на мину...» Причина была неясна, но она явно задела болезненный триггер в душе Ли Ха Юля. Едва осознав это, Атра подхватила Ли Ха Юля на руки и отнесла в свои покои; интуиция подсказывала, что так просто он не успокоится. И действительно, даже спустя время Ли Ха Юль всё ещё не мог прийти в себя, пребывая в состоянии дикого ужаса. — Хнык... Почувствовав, как по спине катится холодный пот, Атра посмотрела на того, кто прильнул к её груди. Белоснежные волосы без единого изъяна и миниатюрное тело, так идеально устроившееся в её объятиях. Тепло, исходящее от прижатой к ней кожи, и сладкий аромат, заполняющий всё вокруг. Это был Ли Ха Юль — он бросился к Атре, словно в попытке сбить с ног, и отчаянно зарылся в её объятия. В этом не было ничего странного. Ведь Ли Ха Юль, который обожал обниматься, после каждой тренировки неизменно льнул к Атре. Да и разве не он постоянно крутился поблизости, робко поглядывая на неё, даже когда занятия заканчивались? Стоило Атре уловить этот настрой и разомкнуть руки, как Ли Ха Юль с сияющей, словно восходящее солнце, улыбкой бросался в её объятия. [Простите...] Но сейчас он был совсем другим. Он не улыбался. Его лицо скрылось в мягкой плоти, и Атра не могла его видеть. Однако это гнетущее, словно гниль, предчувствие и всхлипы, доносящиеся из ложбинки между грудей... ...и дрожь тела, охваченного первобытным страхом, ясно говорили о том, что Ли Ха Юль сейчас не до улыбок. [Я виноват...] Сжать... Пальцы, обхватившие её талию, напряглись. Он прижимался к ней всем телом, не оставляя ни малейшего зазора, прятал лицо в её груди, цепляясь за неё с отчаянием утопающего. Он походил на брошенного у дороги щенка под проливным дождём; даже волосы его, казалось, выцвели и безжизненно поникли. От этого душераздирающего, полного тоски зрелища лицо Атра омрачилось. «Да почему оно опять так изменилось?..» Атра печально опустила взгляд и осмотрела крылатое одеяние, плотно обвивавшее её. Прежняя лазурь ясного неба бесследно исчезла — теперь крылатое одеяние стало тусклым и серым, точно затянутый грозовыми тучами небосвод. Оно сковало Атра и Ли Ха Юль, впиваясь в плоть с такой силой, что крылатое одеяние буквально сплело их воедино; как бы она ни пыталась потянуть за него, путы не поддавались. В каждом этом жесте сквозило отчаянное намерение никогда не отпускать её. Он вёл себя так, словно был уверен: Атра вот-вот безжалостно бросит его и исчезнет навсегда. Подобное поведение ставило Атра в крайне затруднительное положение. [Простите меня, учитель!! Простите! Это я во всём виноват!..] — Нет-нет-нет! Я не пытаюсь освободиться... Нет, это мне жаль... — П-по... Кх-х! Ик... Кха... Гх-х... — А-а-а! Хватит! Не гово... Не говори ничего!.. От того, что Атра потянула за крылатое одеяние, Ли Ха Юль забился в конвульсиях, судорожно хватая ртом воздух, словно вот-вот захлебнётся кровью. Атра лишь хотела понять, почему всё так изменилось, и потому коснулась одеяния, но Ли Ха Юль, по всей видимости, расценил это как попытку вырваться из его объятий. Скре-е-ежет…! Скрежет, извергаемый ожерельем, усилился. Вслед за ним раздался голос, до краев наполненный отчаянием, и Атра, тоже придя в ужас, крепко прижала Ли Ха Юля к себе. . . . Так они провели какое-то время, и пока он полностью утопал в этих объятиях, состояние Ли Ха Юля постепенно начало улучшаться. [Простите...] Окончательно он так и не восстановился. Голос стал тише, но в нем, негромко раздавшемся, по-прежнему чувствовались пропитавшие его отчаяние и страх. — Куда же твой наставник денется? Я всегда… во веки веков буду подле тебя. Опершись спиной о изголовье кровати, Атра раскрыла объятия, принимая в них Ли Ха Юля. Она подалась вперёд, чтобы Ли Ха Юлю было удобнее прижаться к её груди, и её руки раз за разом ласково баюкали Ли Ха Юля. Поглаживая мягкие, словно шёлк, волосы, она распутывала сбившиеся пряди, а затем, ведя ладонью от шеи к пояснице, мерно похлопывала в такт биению сердца. Под этими нежными прикосновениями, в которых сквозил весь накопленный опыт, чувства Ли Ха Юля, до этого бившиеся в лихорадочной дрожи, наконец начали стихать. [Пожалуйста, не бросайте меня…] «Надо же». Однако застарелый страх и не думал отступать. Сколько бы она ни уговаривала и ни утешала его, он лишь по-птичьи твердил одно и то же, моля о прощении и заклиная не бросать его. — Что же ты такого совершил? Ты ни в чём не виноват. Это я во всём виновата. Прости, что сказала слова, которые можно было истолковать превратно... Ли Ха Юль яростно замотал головой. Он отчаянно отвергал извинения Атры, настаивая на собственной вине. Вина Атры? Такого просто не могло быть. Ведь если виноват Учитель... то что ему тогда делать? Чужую волю не перекроишь по своему желанию. Если Атра... если Учитель разлюбила его по простой прихоти? Если он стал ей противен безо всякой на то причины... тогда Ли Ха Юль окажется совершенно бессилен. А значит, это непременно должна быть его вина. Если всё случилось из-за того, что Ли Ха Юль был никчёмен или совершил оплошность, он мог бы измениться, начать действовать и всё исправить. Он мог бы перемениться и всё исправить. Но если проблема не в нём, а вовне... что тогда, чёрт возьми, ему остаётся делать?.. — Хм... Атра не понимала всех этих тонкостей его душевных терзаний. Но она догадывалась, что в их узах доверия появилась трещина. Проще говоря, Ли Ха Юль перестал ей доверять. Весь этот инцидент произошёл из-за того, что он утратил веру в то, что Атра его не бросит. А значит, доверие нужно выстраивать заново... Как же ей поступить? Как заставить его поверить? «...Вера?» Атра, погружённая в раздумья, внезапно прищурилась. Ей вспомнились слова той алой дряни, что кичилась своим Адским Пламенем. Она болтала о том, как украла поцелуй у её ученика, словно рыцарь, хвастающийся своими подвигами. Память сохранила всё до мельчайших подробностей, ведь тогда Атра слушала её, едва сдерживая бушующее внутри пламя ярости. О том, что стоило Хон Ёнхва впиться в его губы, как Ли Ха Юль прозрел и вновь обрёл голос. «......» Она на мгновение задумалась, лихорадочно соображая. Состояние Ли Ха Юля, похожее на проклятие. Побочные эффекты. Исцеление, совершённое Хон Ёнхва, и само доказательство этого феномена. Учитель и ученик, возраст, реакция Ли Ха Юля... ...По правде говоря, Атра чувствовала обиду. Нет, бросить ученика? Неужели Ли Ха Юль и впрямь считает, что Атра способна на такое? Я так его берегла и любила, а он терзается какими-то нелепыми, даже для бреда, страхами... Чем больше она об этом думала, тем сильнее в ней разгоралось чувство досады. Атра перешла к действию. — Сама мысль о том, чтобы бросить тебя, нелепа. Кто и кого здесь собрался бросать?.. Она осторожно взяла Ли Ха Юля за голову и медленно отстранила его от своей груди, в которую тот уткнулся. — Вот так, хороший мой... Успокаивая и баюкая дрожащего Ли Ха Юля, в чьей душе это движение лишь раздуло искру тревоги, она подняла его лицо — и перед ней предстало жалкое зрелище. Промокшая от холодного пота чёлка прилипла ко лбу, дыхание было прерывистым и тяжёлым. Кожа вокруг его полуприкрытых, расфокусированных глаз была окрашена багряной Водой, а крупные, как горошины, слёзы всё ещё катились по щекам. Даже в таком разбитом состоянии его внешность оставалась до невозможного прекрасной. Напротив, эта хрупкость и отчаяние лишь разжигали в сердце пламя порочного желания. Это лишь подстегнуло решимость Атры. Рука Атры пришла в движение. Одной ладонью она обхватила затылок Ли Ха Юля, заставляя его запрокинуть голову, а другой мягко коснулась его щеки. И склонилась к нему. [А?.. Э?.. О?.. А?..] Тело Ли Ха Юля вздрогнуло. В его сознании, пылавшем в огне Гэпхва и поглощённом ужасом, промелькнул проблеск осознания. На лицо легла тень. Лицо учителя... оно всё ближе к моему. Расстояние сокращается. Ли Ха Юль забился в её руках. [Н-нет...] Нельзя... Целоваться можно только с тем, на ком собираешься жениться... Его голос оборвался на полуслове. Сопротивление прекратилось. Вспыхнул страх: если он отвергнет её, учитель возненавидит его ещё сильнее. Атра, его учитель. Взрослый человек и покровительница, которая заботилась о нём. Он не хотел быть брошенным таким человеком. Не хотел, чтобы она его ненавидела. Он должен был оттолкнуть её... но так и не смог. В конце концов, единственным сопротивлением, на которое оказался способен Ли Ха Юль, было лишь крепко зажмурить глаза, словно он по-глупому пытался сбежать от реальности. — Чмок... «……!» Но и те пришлось распахнуть. Их лица сблизились. Кончики носов соприкоснулись, а дыхание смешалось в едином порыве. Влажные и мягкие губы прижались к его губам. — Тук! В тот же миг сердце Ли Ха Юль гулко отозвалось в груди. Это не было обычным биением. Ощущение, которое он уже испытывал однажды. Словно по Воде пошли волны, странное чувство разлилось по всему телу. И Атра, чьи глаза оставались открытыми, смогла это увидеть. Как в его темно-серых глазах затеплился свет, а расфокусированные зрачки наконец обрели цель. В затуманенном взоре Ли Ха Юль отчетливо отразился силуэт Атры. Он по-настоящему прозрел. От этого порочного зрелища рассудок Атры захлестнул головокружительный восторг. — Чмок... Спустя мгновение она отстранилась. — Ох, э?.. А... Рот Ли Ха Юль глупо приоткрылся. И хотя их языки не сплетались, между их губами протянулась нить влаги — то ли слюны, то ли пота. Это непристойное зрелище... предстало прямо перед его глазами. Нить оборвалась, капля упала на губу и, пока он пребывал в оцепенении, медленно затекла в рот. — Х-хык!.. Ли Ха Юль вздрогнул. Жидкость, скользнувшая по зубам и коснувшаяся языка... была слишком сладкой. Его тело забилось в конвульсиях, словно от удара током. В тот же миг мрачное, точно затянутое грозовыми тучами Небесное оперение расправилось и вновь обрело утраченную лазурь. — Ну как? Всё еще тревожно? Спросила Атра, глядя сверху вниз на раскрасневшегося, запинающегося, словно сломанная кукла, Ли Ха Юль. Ответа не последовало. Атра ласково прищурилась. Она ещё не до конца утолила свою обиду. — Понятно, значит, всё ещё тревожно. Не бойся. Я буду показывать тебе свои чувства, пока вся твоя тревога не исчезнет. — О, а?.. Нет... М-м, чмок... м-м... Попытка возразить была пресечена на корню. Словно решив не останавливаться, пока он не насытится, она вновь и вновь прижималась к нему влажными, благоухающими губами. Руки, обвившие его талию, властно притянули его ближе, а ладонь, сжимавшая затылок, не давала Ли Ха Юль отстраниться, вынуждая отвечать на поцелуй. — Чмок, чмок... В этом напоре Ли Ха Юль, вопреки всему, ощутил покой. Наставница не ненавидит меня. Она не собирается меня бросать, она дорожит мной. Напротив, она так открыто проявляет свою привязанность... свою любовь. Тревога отступила. Вместо неё в груди поселилось неописуемое Счастье. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ●●●●●●●●○○(87/100) ｢Наставница｣ ｢Ожидание｣ ｢Стабильность｣ ｢Жажда ласки｣ ▼ Драматические изменения ▼ Ли Ха Юль → Атра Клайд ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡(87▷90/100) ｢Привязанность｣ ｢Наставница｣ ｢Ожидание｣ ｢Стабильность｣ ｢Жажда ласки｣ ｢Тревога｣ … [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Дополнительный Квест ｢Атра Клайд｣ выполнен] [Начислено огромное количество очков] … [Частично выполнены условия снятия ｢Проклятия безмолвия｣] [｢Проклятие безмолвия｣ ослабевает при условии (Атра Клайд)] ... [Частично выполнены условия снятия ｢Проклятия одиночества｣] [｢Проклятие одиночества｣ ослабевает при условии (Атра Клайд)] ---------- Так ли это?(1) В голове пустота. Мысли не желали связываться воедино, обрываясь на полуслове. Казалось, под черепной коробкой заклубился туман. Плотная дымка застилала разум, подтачивая остатки рассудка. Туман заполнил не только мысли, но и застилал глаза. В узкой щелке приоткрытых век колыхалось белесое марево. Быть может, этот туман — проклятие Печати чувств? Сквозь него ничего не разобрать, но там наверняка лишь бездонная, как космос, чернота. Туман, что преследовал его с того самого мига, как он впервые ступил на эту землю. Завеса разошлась. В тусклый серый мир ворвалось ослепительное золото. Золото волос и глаз, подобное лучам восходящего солнца, белоснежная и гладкая, словно нефрит, кожа… Лицо Мастера. Прекрасный лик, за которым он всегда вел Наблюдение, внезапно возник перед глазами, и вскоре их лица сблизились. Кончики носов соприкоснулись, губы встретились. — Мгм, чмок… Сперва он ощутил влажную мягкость, а следом — тепло чужого тела, что просачивалось внутрь, точно одежда, намокающая под моросящим дождем. — Чмок… Ах, ха-а… Это прикосновение повторялось уже много раз. Снова и снова она склонялась к нему, и ее губы касались его собственных. Накопленное тепло достигло головы, окончательно затуманивая рассудок. Но не только это лишало его воли. Лицо, открывшееся взору, оказалось прекраснее любых ощущений, а аромат ее тела, щекотавший ноздри, был невыносимо сладок. Ощущение мягкой плоти, прижимающейся к нему, было настолько упоительным, что хотелось немедленно зарыться в нее лицом и сжать в ладонях, сминая. Это желание вспыхнуло с новой силой. Эмоции раздувались, пожирая всё вокруг, словно сухие дрова. В ушах… нет, во всем теле с ревом взметнулось пламя. Чувства переполняли его. Это не было чем-то новым — лишь старые желания разрослись до невероятных масштабов. В голове помутилось… Казалось, и без того юный разум стремительно деградирует. Эмоции посягали на место угасающего рассудка. Мысли путались, а тело, готовое двигаться само по себе, жаждало выплеснуть непристойное вожделение. — По-подождите… [Нравится] Он не перешел к действию. Последняя искра разума отчаянно удерживала его. Он зажмурил с трудом открытые глаза и отвернул голову. Чмок… От прикосновения к щеке уголок его рта мелко задрожал. Тепло мгновенно разлилось по лицу, вызывая негу. — Что такое? Пока он изо всех сил сдерживался, ласковая рука погладила его по щеке. Осторожно приоткрыв веки, он увидел Мастера, которая, склонив голову, пристально смотрела на него. Ее щеки и шея тоже раскраснелись от жара. Сбивчивое дыхание ощущалось у самого носа, а из глаз, словно мед, сочилась любовь. — Ах, ха-а… Не… нельзя… [Нравится] Он с трудом выдавил слова, пытаясь унять одышку. Мастер, моргнув, тихо рассмеялась. От этой улыбки его сердце пропустило удар. — Я и раньше об этом думала, но голос у тебя чудесный. Будто музыкальный инструмент звучит. Как человек может издавать такие звуки? — Хе-а… а-ах?.. — А глаза? Просто преступление — вечно держать их закрытыми. Мастер коснулась его губ пальцем и принялась поглаживать их, словно драгоценный фарфор. Он растерянно моргнул от внезапной лести. Тогда ее палец скользнул к его глазам. Стоило ему рефлекторно зажмуриться, как бережная рука погладила веки. — С чего вдруг… К чему это смущающее славословие? Слова не находили отклика. Он слышал, как снаружи судачили о его внешности, но… честно говоря, сам он этого не понимал. Однако похвала из уст Мастера заставила его сердце воспарить. Он заерзал от неожиданных комплиментов. И в этот миг, словно подгадав момент, Мастер снова склонилась к нему. — Хе! Н-нельзя… [Нравится] Вздрогнув, он попытался увернуться. Чмок… Уйти полностью не удалось, и на этот раз ее губы коснулись уголка его рта. — Нельзя целоваться… [Нравится] Он покачал головой, выражая протест. Взгляд, сочащийся любовью. Череда поцелуев… Это было прямое и недвусмысленное выражение чувств. Желание шептало поддаться и принять эту ласку, но так было нельзя. Как бы ни мутился разум, как бы ни хотелось отдаться во власть вожделения — это неправильно. …Пусть они уже не раз коснулись друг друга губами, всё равно нельзя… Когда он решительно обозначил свою позицию, Мастер озадаченно склонила голову. — Почему нельзя? — …Что? [Что?] «Почему»? Он ошеломленно моргнул. Спрашивать, почему нельзя целоваться… От такого вопроса его мысли замерли. Он никогда не задумывался над этим. Ведь ответ очевиден. Нельзя целоваться с кем попало. Разве не само собой разумеется, что целоваться могут только… супруги? Неужели он должен приводить доказательства и объяснять, «почему»? — Целоваться… должны только муж с женой… [Ёнхва] — …Если мой ученик так считает, ничего не поделаешь. Но разве в мире не существует множества разных взглядов? В некоторых краях это считается обычным приветствием. — Я… я знаю об этом, но… Он замялся, не зная, что ответить Мастеру. Конечно, он знал. Он знал, что целоваться должны только супруги, как в детских сказках, и что дети не появляются по мановению волшебной палочки от простого прикосновения рук. В детстве он свято верил сказкам, но не теперь. Хоть он и нечасто посещал школу, в вопросах полового воспитания просветился самостоятельно. Работая в круглосуточном магазине, он поначалу не понимал, зачем люди каждое утро скупают какие-то резиновые свертки. Заинтересовавшись, он разузнал подробности… и осознал реальность. Благодаря этому он был в курсе того, как появляются дети. Но детские убеждения никуда не делись. Конечно, в его детстве почти не оставалось места для наивности… но осознание суровой реальности не стерло те крупицы чистоты. Ему было стыдно признаваться в таких поверхностных и, как он сам считал, глупых мыслях. — Тебе неприятно? Пока он колебался, этот резкий вопрос заставил его оцепенеть. Неприятно?.. Влажное прикосновение к губам, сладкий аромат и руки, полные нежности. Чувство восполняемой пустоты внутри… — Мне… не неприятно… Но всё равно… [Нравится] — Или мои действия вызывают у тебя отвращение? — Нет…! [Нет!] Он испуганно замотал головой. От непривычно громкого крика засаднило в горле. Но куда страшнее было то, что Мастер может его неправильно понять. Боясь, что она возненавидит его, он поспешил всё отрицать и крепче сжал руки, которыми обнимал ее. Напряженное Небесное оперение снова зашевелилось, окутывая их тела. — Нет, нет… это не так… Мастер, вы мне нравитесь… Мне совсем не неприятно. [Мастер нравится] — Тогда в чем же проблема? — Ну… Мастер поудобнее перехватила его и принялась похлопывать по ягодицам, словно успокаивая ребенка. Он не умел объяснять сложные вещи. Забегав глазами, он отвел взгляд от пристально смотрящей на него женщины и пробормотал: — Но… я ведь собираюсь жениться на Ёнхва… Поэтому с другими нельзя… [Ёнхва нравится…] В конце концов, в этом и крылась причина. На самом деле, долгие объяснения были ни к чему. Если у тебя есть кто-то, с кем ты в отношениях, нельзя позволять подобное с другими. С точки зрения морали и этики это было естественно. Конечно, Хон Ёнхва еще не предлагала ему встречаться, но… — Об этом не беспокойся. — Что? Как это — не беспокоиться… — Дитя, ты мне веришь? Мастер внезапно выпрямилась. Склонив голову, она поймала его взгляд своим, тягучим и глубоким. — А? Да… да, верю… [Верю] Он невольно кивнул. Мастер… его покровительница, которая так дорожит им. Кому еще верить, если не ей? Услышав подтверждение, Мастер удовлетворенно улыбнулась и снова похлопала его по ягодицам. — Тогда всё в порядке. Она наверняка уже поняла твой характер, да и останавливаться слишком поздно. — …? — С этой Хон Ёнхва я поговорю сама. Ничего страшного не случится, так что не волнуйся. Он не понял, что она имеет в виду. Но слова о том, что всё в порядке, прозвучали четко. Хоть он и пытался всё отрицать, голова по-прежнему кружилась. Рассудок отказывал, а тело горело… — Вспых… От слов покровительницы о том, что всё хорошо, напряжение, которое он из последних сил удерживал, окончательно спало. — Всё… хорошо? — Да, всё хорошо. Тебе не нужно менять свои убеждения прямо сейчас. У нас есть время, так что можешь менять их постепенно. На его невнятное бормотание она ответила ласковым поглаживанием по голове. Мастер шевельнулась. Рука, гладившая его, обхватила голову и заставила ее запрокинуться. Лица снова сблизились. Он и сейчас ничего не понимал. У него не было ни знаний, ни опыта… В прежнем мире единственным близким существом для него был Цветочек, друг из интернета. С другой стороны, Мастер была старше и была героем, сражавшимся в Магических землях. Уж она-то должна знать такие вещи лучше него. К тому же, Мастер никогда бы намеренно не сделала и не сказала ничего, что могло бы ему навредить… — Чмок, чмок… На этот раз у него не осталось сил сопротивляться. Он безучастно позволил их губам встретиться. ◆ ◆ ◆ Ли Ха Юль был для близких милым и очаровательным ребенком… тем, кто без оглядки бросается в объятия и любит капризничать. Но для тех, кто находился чуть дальше… для простых знакомых, он казался человеком довольно сухим и отстраненным. Из-за странной настороженности сблизиться с ним было непросто. Ли Ха Юль никогда не нападал первым, но, подобно ежу, всегда держал иголки наготове. Попытаешься подойти напролом — непременно уколешься о его Шипы. Но стоило лишь немного убрать эти иглы, как сближение происходило мгновенно. Как только он отбрасывал настороженность и видел проявление любви, его защита рушилась на глазах. Точнее говоря, стоило преодолеть один подъем, как дальше всё шло по наклонной. Виной ли тому врожденный характер или несчастное детство? Ли Ха Юль был ребенком, который не просто жаждал любви, а буквально умирал от эмоционального голода. Крайняя степень нехватки любви. Вероятно, поэтому Ли Ха Юль так легко открывал сердце тем, кто дарил ему нежность… особенно тем, кто восполнял его потребность в материнской любви. — …… От бесконечных поцелуев и изливающейся на него ласки Ли Ха Юль окончательно обмяк в ее объятиях. Сейчас он, восстанавливая дыхание, смирно лежал на груди у Атры. То, как он пал перед ней, не сумев оказать достойного сопротивления даже при ее напоре, было невероятно мило… но в то же время вызывало тревогу. Его воля перед теми, к кому он привязался, была ничтожно слаба. Это значило, что не только Атра, но и любой другой человек, которому Ли Ха Юль откроет сердце, сможет навязать ему свою волю. Столкнувшись с давлением, он, скорее всего, лишь растерянно пробормочет что-то невнятное и в итоге согласится, выполняя чужую просьбу вопреки себе. Сама Атра не собиралась этим злоупотреблять(?), но никто не мог гарантировать, что в будущем не найдутся те, кто захочет воспользоваться этой чертой Ли Ха Юль в своих корыстных целях. Конечно, вряд ли Ли Ха Юль не заметит чужую гнильцу, но если вдруг случится беда и он откроет душу не тому человеку… последствия будет трудно исправить. Зная об этом, все его приближенные заключили негласное соглашение: отгонять любых назойливых мух, подбирающихся к нему с дурными намерениями. Сейчас Атра осознала эту опасность еще острее. Нужно было присматривать за ним еще внимательнее. С этими мыслями она ласково похлопала по ягодицам Ли Ха Юль, который, уткнувшись лицом ей в грудь, сонно сопел и ластился к ней. — Дитя? Хочешь спать? — …Я не дитя. [Похлопывания нравятся] Два противоречивых ответа. Атра тихо рассмеялась. Неужели он так увлечен своими чувствами, что даже не замечает этого раздвоения? Какое очаровательное зрелище. Атра, нежно сощурившись, продолжала похлопывать его по заду. — …… Ли Ха Юль был этим весьма недоволен. Конечно, эти похлопывания были приятны. Они дарили уют и чувство безопасности… но его задевало то, что Атра обращается с ним как с маленьким ребенком. В обычное время он бы не обратил на это внимания, но сейчас, подстегиваемый Адским Пламенем и с рассудком, размякшим от ласки… В итоге его руки задвигались сами собой, повинуясь инстинктам. Руки, крепко обнимавшие ее, скользнули вниз. Они медленно поползли по пояснице. Ладони ощутили мягкость. Изгибы ее тела отчетливо угадывались даже сквозь одежду. Когда руки достигли цели, Ли Ха Юль без колебаний крепко сжал в ладонях ее пышные ягодицы. — Хвать…! Непривычное ощущение, отличное от мягкости груди, заполнило его ладони. Он сжал их так сильно, что податливая плоть, не поместившаяся в руках, буквально вырывалась из-под пальцев. — Хи-ах…! Для Атры, которая до этого лишь умилялась Ли Ха Юль, это стало полной неожиданностью. Резкое, незнакомое доселе чувство прошило ее позвоночник. Голова Атры невольно запрокинулась, и с ее губ сорвался сдавленный вскрик. ---------- Не хочешь ненадолго раздеться?(1) «Хм…» Наставница задумчиво погладила подбородок, издав неясный звук. Её слегка прищуренный взгляд скользнул по всему моему телу. Осмотрев меня с ног до головы, она протянула руку. — Шорох-шорох Её ладони коснулись меня, скользя то тут, то там. Она вновь запахнула полы моего одеяния и поправила каждую складку, возвращая одежде надлежащий вид. Тонкие пальцы нежно привели в порядок растрепавшиеся волосы. Было видно, с каким тщанием она предаётся этому занятию. Трудно поверить, что эти ласковые руки способны в мгновение ока смять глыбу из особого сплава. Словно и не было того времени, когда оно окрасилось в унылый серый — теперь вернувшее свой прежний облик Небесное оперение вовсю трепетало. — Хм. Звук был почти таким же, как и прежде, но эмоция в нём таилась иная. Наставница с необъяснимой гордостью во взгляде вновь окинула меня взором. В отличие от недавнего беспорядка, сейчас я выглядел весьма опрятно. Однако, словно не удовлетворившись результатом, она принялась поправлять мой наряд ещё более кропотливо. «……» Позволяя ей делать всё, что вздумается, я лишь беспокойно вращал глазами. Но сколько ни озирайся — кругом один туман. На периферии зрения была лишь унылая серость, отчего присутствие манящей плоти прямо перед лицом ощущалось слишком остро. Пока она со всем усердием приводила в порядок мой вид, её собственное одеяние так и осталось распахнутым после моих капризов. Благодаря этому взору открылась её соблазнительно округлая, налитая здоровым румянцем кожа. Я хотел бы отвести глаза, но из-за того, что Наставница сама хлопотала надо мной, её тело покачивалось у самого моего носа, и не смотреть было невозможно. — Вдох-вдох… Стоило в ответ на это зажмуриться, как обострилось обоняние, которое я тщетно пытался притупить. Запах, бесцеремонно заполнивший всё нутро, исходил от плоти прямо перед моим лицом. Это был аромат тёплого молока. Насыщенный и сладковатый, он щекотал кончик носа. Я невольно задался вопросом. Почему от груди Хон Ёнхва и Наставницы пахнет молоком? Другие части тела просто приятно пахли кожей, но именно от груди веяло этим молочным духом. …Впрочем, в этом нет ничего странного. Если вспомнить о предназначении женских грудей, это, пожалуй, даже естественно… — Глоток Рот непроизвольно наполнился слюной. В прошлой жизни я часто пил молоко. Не будет преувеличением сказать, что оно было моим основным рационом. Я с самого начала обожал молочные продукты, так что в холодильнике всегда стоял приличный запас молока и йогуртов. Когда нападал голод, я открывал их один за другим, а порой и вовсе обходился тем, что грел молоко в микроволновке и неспешно потягивал его вместо полноценного обеда. Это было одной из моих маленьких радостей. Цены на молоко там были просто заоблачными... Сколько раз я приходил в ужас, видя, что оно стоит как минимум в два с половиной раза дороже, чем в соседней стране? Хорошо хоть к фруктам я был равнодушен. Как бы то ни было, в этом мире моё обоняние и так стало ни к чёрту. И когда в нос ударил такой дурманящий аромат... я просто не мог не сосредоточить всё внимание на этой манящей плоти. «И-их... Синхронизация, Чангэ». — П-ш-ш-ш... Я усмирил порыв с помощью Чангэ. Совсем недавно мой разум настолько поплыл, что я соображал с трудом. Наставница знает, что я владею Чангэ, так что можно использовать технику открыто. — М? И вот, пока я занимался самооправданием перед непонятно кем и пытался остудить чувства, Наставница внезапно схватила меня за плечи и крепко притянула к себе. Моё лицо само собой уткнулось в плоть, маячившую перед глазами. Поток Чангэ резко оборвался. Я прижался к мягкой коже, вдыхая густой, ставший ещё сильнее аромат тела. В голове на мгновение пронзительно зазвенело. — Наставница? Я вскинул голову и увидел Наставницу, которая смотрела на меня со странным выражением лица. Её руки скользнули с моих плеч вниз. Пройдя вдоль позвоночника, ладонь опустилась ниже поясницы и мягко легла на ягодицы. От этого движения я вздрогнул. Слишком знакомый жест... и путь. Пальцы невольно сжались в кулаки, а в памяти всплыло то бесстыдное ощущение податливой плоти в моих ладонях. — Того, что тревожит моё дитя, никогда не случится. Её рука опустилась ещё ниже и принялась легонько похлопывать меня по заду. — Твоя наставница обещает. У нас не будет ссор, и причин для тревоги тоже не останется. Так что не беспокойся. Ладонь похлопывала ритмично, в такт биению сердца. Эти убаюкивающие, ласковые движения постепенно вымывали из души скопившуюся тревогу. Лицо Наставницы оставалось спокойным. В её голосе не было пафоса — она говорила просто и буднично, как о чём-то само собой разумеющемся, убеждая меня не волноваться. Глядя на неё, я не мог не поверить. Моё лицо, хоть я и пытался это скрыть, заметно расслабилось. Страх, который не проходил, сколько бы я ни убеждал себя сам, бесследно исчез после пары её фраз. Когда мой опекун говорит с такой уверенностью, меня охватывает необъяснимое чувство защищённости. Наставница тепло улыбнулась, видя мою реакцию, и убрала волосы с моего лба. Она склонилась и нежно прикоснулась губами к открытому лбу — чмок. — Хы-ы. От этого проявления любви, окончательно вырвавшего с корнем остатки тревоги, моё лицо буквально расплылось в блаженной улыбке. Учитель, тихо усмехнувшись, притянул меня к себе, еще крепче обхватив за талию. Только тогда и я обвил его руками, которые до этого беспомощно барахтались, и крепко прижался к нему. Счастье. — Я чувствую Счастье... [Счастье...] Опекун, который просто дорожит мной и осыпает любовью. От одного его присутствия на душе становилось невероятно спокойно. — Хе-хе... — Хвать... — Хе, хи-ик!.. И как раз в тот момент, когда я окончательно расслабился, рука, до этого ласково похлопывавшая меня по ягодицам, вдруг властно и грубо их сжала. Сквозь пелену безмятежного уюта пронзительно вспыхнуло острое, будоражащее чувство. — Как бы ты ни был встревожен, так бесстыдно лапать задницу своего учителя... и так долго её тискать... Фух. Пока я дрожал всем телом, словно от удара током, у самого уха коснулось горячее дыхание. Какое-то время мою задницу бесстыдно тискали. Это была карма. . . . На второй семестр я в основном записался на курсы по направлению Магия. Среди них изредка попадались общеобразовательные предметы вроде «Разведения монстров», на которое я записывался в прошлый раз, но большая часть относилась к Магии. С самого начала я планировал во втором семестре сосредоточиться на совершенствовании навыков Магии. Посещение Башни Знаний тоже изначально входило в план по развитию Магии. И хотя теперь главной целью стало выведывание различных тайн... в оригинале вход в Башню Знаний позволял значительно усилить магические способности. Скоро я войду в Башню Знаний. Но прежде нужно завершить кое-какие приготовления. В оригинале, однажды войдя в Башню Знаний, вернуться в Сиёлам было невозможно. Войти можно лишь раз, и как только выходишь — на этом всё. Иными словами, нужно выжать из этого похода максимум, прежде чем уйти. Конечно, это лишь сюжет оригинала. У меня есть Полномочие пространства, так что, скорее всего, я смогу перемещаться туда и обратно... но на всякий случай стоит подготовиться. «А ещё нужно переехать». Ключ от дома, полученный от вице-ректора. Раз этот вице-ректор сказала, что места там предостаточно, значит, жильё будет куда масштабнее нынешнего общежития. Как раз вовремя, ведь я и сам начал чувствовать, что в нынешнем общежитии мне уже тесновато. Сколько же человек теперь ютится в моем общежитии? «Я, Се Юль, Элия, Хон Ёнхва, Пэк Арин…» Выходит пятеро. Эриэль, прислуживающая Хон Ёнхва, свои постельные принадлежности не приносила, но завтракаем и ужинаем мы все вместе. Если считать так, то наберется шестеро. Разумеется, места вполне хватает. Сиёлам не жалеет денег на оснащение, так что даже вшестером здесь не чувствуешь тесноты. Но вот комнат маловато. Даже если считать кладовую, которую я приспособил под мастерскую, их всего четыре. Я уже подумывал, что пора что-то предпринимать и искать другое общежитие, так что забота вице-ректора пришлась как нельзя кстати. …И все же, какими путями до неё дошли эти странные слухи, раз она решила так подсобить?.. При этой мысли ноги едва не подкосились, но я вовремя взял себя в руки и зашагал дальше. — Вж-ж-жух. 12-й магический учебный корпус, четвертый этаж, аудитория 413. Именно здесь проходили занятия по дисциплине «Создание мастерских: практический курс». С понятием «Мастерская мага» я ознакомился еще в начале семестра и знал, что при помощи Полномочия пространства можно добиться схожего эффекта. Я и сам не раз создавал некое подобие мастерской, используя силу Полномочия. Однако настоящую Мастерскую мага я еще ни разу не возводил. На этот курс я записался именно ради этого навыка — в деле совершенствования магического мастерства без такого элемента, как Мастерская мага, не обойтись. Аудитория не была похожа на привычный лекционный зал с рядами кресел, уходящими вверх. Она оказалась в несколько раз просторнее обычных помещений: на ровном полу через равные промежутки стояли массивные прямоугольные столы. Оснащенные системами поддержки магических формул и прочими функциями, эти столы выглядели куда внушительнее обычной мебели. — … — … — … Стоило мне распахнуть дверь и войти, как гул голосов в помещении мгновенно стих. И, как и следовало ожидать, все взгляды тут же устремились на меня. Словно подчеркивая специфику предмета, большинство курсантов поверх формы курсанта или тренировочных костюмов накинули мантии. Основную массу составляли первокурсники, хотя попадались и ученики второго и третьего годов. Ответив на прикованное ко мне внимание коротким кивком, я невозмутимо прошел сквозь толпу и занял свободное место. Как только я разложил вещи, в аудитории снова зазвучала речь. Хотя курсанты всех курсов то и дело бросали в мою сторону настороженные взгляды, было заметно, что между собой многие из них общаются довольно тесно. Кажется, по сюжету все магические семьи так или иначе связаны друг с другом? Многие из этих родов ведут свою историю еще со времен Великого Катаклизма. К тому же магия подразумевает постоянный научный обмен, поэтому магические кланы опутаны сетью взаимных связей, словно паутиной. Среди главных героев тоже были выходцы из весьма влиятельных магических семей… — Вж-ж-ж В этот миг задняя дверь распахнулась, и вошедшим оказался человек, которого я прекрасно знал... Пэк Арин, ставшая мне за последнее время довольно близкой. Она на мгновение окинула взглядом помещение и, заприметив меня, решительно зашагала в мою сторону. — Здравствуйте, как пообедали...? Топ. Шаги смолкли. Пэк Арин, часто моргая, уставилась на меня в упор. [Что случилось?] Озадаченный такой странной реакцией, я склонил голову набок. Со всех сторон на нас уже летели любопытные и недоуменные взгляды. — Хм-м...? Ничуть не заботясь о чужом внимании, Пэк Арин, до этого тоже склонившая голову, внезапно подошла ко мне вплотную. — Ха Юль, пройдемте со мной на пару слов. [Что? Так внезапно?] С этими словами она осторожно ухватила меня за рукав и заставила подняться. Я в замешательстве повел плечом, но Пэк Арин лишь настойчиво потянула за ткань, вынуждая следовать за ней. Делать было нечего, и я покорно поплелся за ней. — Вж-ж-ж... Ди-ри-ринь! Покинув аудиторию, Пэк Арин направилась прямиком в ближайшую комнату отдыха. [Установлен режим временной блокировки] В комнате никого не было. Тщательно всё проверив, Пэк Арин заперла дверь даже на замок. [В чем дело?] К этому моменту моё любопытство разыгралось не на шутку. Какое же у неё ко мне дело, раз она зашла так далеко? — Ха Юль. [Да] Стоило мне спросить, слегка помахивая зажатым в её руке рукавом, как Пэк Арин вытянула указательный палец и крепко надавила мне на живот. — Не могли бы вы ненадолго снять одежду? [Да] [Что?] [?] О чем это она вдруг... Над моей головой один за другим всплыли знаки вопроса. ◆ ◆ ◆ ... [Уникальная способность «Мастер на все руки» совершает Рост] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Атра Клайд ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡(90 ▷ 91/100) «Привязанность» «Наставница» «Ожидание» «Чувство защищенности» «Жажда любви» «Тревога» ---------- Мастерская мага (1) В комнате отдыха повисла неловкая тишина. «Снять... что?» Я рефлекторно завращал глазами. Услышанное прозвучало донельзя двусмысленно. Да и обстановка, честно говоря, была весьма специфической. Запертая при входе дверь, Пэк Арин, скидывающая легкую накидку, и ее слова о том, что мне тоже стоит раздеться… «Нет, ну не может же быть». Из-за ситуации в голову лезли всякие странные мысли, но я тут же постарался взять себя в руки. Будь на ее месте кто-то другой — еще ладно, но Пэк Арин не из тех, кто станет нести подобное без причины… «Или всё-таки из тех?» Я склонил голову набок. Пэк Арин была личностью во многих смыслах загадочной. На первый взгляд — всегда жизнерадостная и общительная, но разве не она порой демонстрировала поистине ледяную жестокость? Люди редко бывают плоскими персонажами, но в ней этот контраст проявлялся особенно ярко. В последнее время она была со мной так добра, что я начал забывать: в оригинале на ее счету числилась даже смерть Игрока, которому она хладнокровно вонзила нож в спину. Как только эта мысль оформилась в голове, я невольно отступил на шаг. — Ха Юль? Идите сюда. Скоро лекция начнется, у нас мало времени. Пэк Арин, только что снявшая верхнюю одежду, вопросительно наклонила голову и поманила меня рукой. Без накидки пышные изгибы ее груди, едва сдерживаемые тонкой тканью, стали еще заметнее. Она устроилась посередине длинного дивана, сложив вещи с одной стороны, и нетерпеливо похлопала по сиденью рядом с собой. [Эм… а зачем мне раздеваться?..] — А? Ой, неужели я как-то не так выразилась? [Да.] Когда я, замявшись, задал вопрос, Пэк Арин издала понимающий возглас. А затем на ее губах заиграла лукавая, даже немного ехидная усмешка. — Не переживайте, у меня нет никаких пошлых намерений. Просто я почувствовала от вас энергию Чангэ. [Чангэ?] — Да. Похоже, перед приходом сюда вы использовали эту технику? Использовал. Перед тем как явиться в академию, я с помощью Чангэ усмирял бушующее Адское Пламя. [Как вы это поняли?] Меня поразило совсем другое. Она не видела саму активацию, как в прошлый раз, а распознала лишь остаточный след. Причем я, обладая Сродством с маной, тщательно стер все улики. Даже профессиональный сенсорик ничего бы не заметил. [У вас тоже есть способности к Сенсорике?] — Нет. Просто ощутила через обычную Сенсорику маны. [Но как это возможно с помощью обычной Сенсорики…] — Я и сама не очень понимаю… Ах, точно. Пока я пребывал в недоумении, Пэк Арин, тоже поначалу задумавшаяся, вдруг хлопнула в ладоши. — С другими такого не было, но ваше Чангэ я чувствую на удивление отчетливо. [Мое Чангэ?] — Угу, может, дело в каком-то чувстве родства? Стоит присмотреться повнимательнее, и я вижу его как на ладони. «Родство… Синхронизация?» Я изо всех сил старался сохранить бесстрастное выражение лица. Это было лишь предположение, но причина внезапно прояснилась. Чангэ, которым я пользуюсь — это имитация через Синхронизацию. Если Адское Пламя пустило во мне корни и стало моей уникальной чертой, то Чангэ остается лишь временным подражанием. А подражать — значит копировать оригинал. Мое воплощение Чангэ было создано на основе магии Пэк Арин. «Неужели оригинал способен лучше чувствовать свою копию?..» Непредвиденная проблема. Это лишь догадка, но она кажется верной. В конце концов, создатель всегда узнает черты своего творения в подделке. — Давайте я помогу вам скрыть следы. Хоть они и едва заметны, но если снаружи кто-нибудь их почует, может подняться ненужный шум. [Я и сам могу их скрыть.] — Ага, и поэтому вы разбрасываетесь ими направо и налево? Живо идите сюда. Скоро занятия, я сделаю всё по-быстрому. [Но…] — А ну-ка… «Пэк Ха Юль» опять собирается капризничать? Будь хорошим мальчиком. [Моя фамилия не Пэк…] Мы еще какое-то время препирались. В итоге, поддавшись аргументу о скором начале лекции и мягкому шантажу упоминанием «Пэк Ха Юля», я нехотя придвинулся к ней. Усадив меня рядом, Пэк Арин лучезарно улыбнулась и, ухватив край моей рубашки, бесцеремонно задрала ее вверх. Затем она прижала ладонь к моему животу. Прохладная и мягкая кожа накрыла пупок, принявшись мерно растирать его. — Мх… Я невольно вздрогнул. Мана Пэк Арин, проникнув в мое тело, начала мягко воздействовать на энергию Чангэ, упорядочивая и усмиряя ее. [Обязательно класть руку именно на живот?] — В области груди и живота лучшая проводимость. Так проще вливать ману и манипулировать ею. Разве Ёнхва тебе этого не объясняла? [Объясняла, но… мне щекотно…] — Потерпи немного, скоро закончим. Хорошо, Пэк Ха Юль? [Я не Пэк…] [Ах!] [Не… не давите так сильно…] — Ой, больно? Хм… может, дать тебе что-нибудь в руки подержать? — Эй! — Не подсовывай мне это! . . . — Вж-ж-ж. Стоило нам с Пэк Арин войти в аудиторию, как на нас обрушился шквал любопытных взглядов. Настроение в классе изменилось. Если раньше преобладала неловкость, то теперь во взглядах, мечущихся между мной и Пэк Арин, читалось нескрываемое любопытство. — Слышали, чем они там занимались? — Без понятия, Дирия видела, как они зашли в комнату отдыха. Еще и дверь заперли… — Ого. Я молча сел на свое место, а вокруг продолжали роиться слухи. Тихие голоса, к которым так и просилось описание «шушуканье». Даже для сверхлюдей этот шепот был бы неразличим, если не приставить ухо вплотную. Но я слышал всё прекрасно. Да и не обязательно было слышать — Наблюдение позволяло мне читать по губам. «Вот так рождаются сплетни…» Я невольно поморщился. Видимо, именно так слухи и расползаются — по крупицам. Конечно, поскольку в истории были замешаны такие фигуры, как Хон Ёнхва или Пэк Арин, никто не осмелится болтать лишнего в открытую. Никому не хочется получить письмо с текстом: «Мы из такого-то клана, если жить не надоело — явись с повинной немедленно». Но само осознание того, что я стал эпицентром сплетен, вызывало странное чувство. Впрочем, не идти же мне к ним с требованием заткнуться. Сохраняя невозмутимый вид, я принялся скачивать учебные материалы. . . . — Сегодня у нас первая лекция по курсу «Создание мастерских: практический курс». По ряду причин мы начинаем позже остальных дисциплин, но я планирую вести занятия так, чтобы мы не выбились из графика, так что не беспокойтесь. Курс «Создание мастерских: практический курс». Как и следовало из названия, темой занятий была мастерская мага. — Вы наверняка уже ознакомились с описанием курса, но я представлюсь еще раз. Меня зовут Фридрих Герман. До выхода в отставку я был героем высшего ранга и сражался на передовой африканских Магических земель. И хотя сейчас я на покое, я встал за эту кафедру, чтобы передать вам накопленные знания и опыт. Профессор, стоявший перед нами, был мужчиной суровой наружности. Жесткое, по-военному прямолинейное выражение лица, такая же манера речи и мускулистое телосложение, которое не могла скрыть даже широкая мантия. Несмотря на то, что он старался сдерживать свою ауру, мое Наблюдение подсказывало: его боевое прошлое на передовой — чистая правда. — Данный предмет ориентирован на практику. Оценивание будет проводиться соответствующим образом. Теоретических курсов у вас и так предостаточно, поэтому я сосредоточусь на обучении методам строительства и тактике использования мастерских в реальном бою. О мастерских мага нам рассказывали еще в первом семестре на «Начальной теории магии (I)», но там упор делался на теорию. Поскольку это был базовый ознакомительный курс, практических занятий было крайне мало. Эта же лекция, напротив, ставила практику во главу угла. Именно поэтому ее вел не ученый-теоретик, а закаленный в боях ветеран. «В Башне Знаний наверняка полно информации о мастерских… но лучше сначала освоить базу здесь». Для любого мага мастерская — это незаменимый инструмент. Однако, несмотря на это, я никогда не занимался созданием серьезных структур. В начале первого семестра мне не хватало навыков даже для простейшего фундамента. А когда мастерства стало достаточно… вечно что-то мешало. Да и зачем тратить время и силы на посредственную мастерскую, когда с помощью Полномочия пространства можно добиться тех же эффектов? Даже если я создам ее, мощь будет ниже, чем от прямого удара Адским Пламенем или Белой ночью, а в скорости и экономичности она проиграет Магии духов… И главное — мне просто негде было ее применять. До сих пор мне не доводилось оказываться в ситуациях, требующих глухой обороны в мастерской. Но это не значит, что так будет всегда. Раз уж я решил изучать магию, было бы глупо игнорировать искусство создания мастерских. — Итак, начнем занятие. С этими словами профессор обвел взглядом студентов. Заметив мои закрытые глаза, он на мгновение запнулся, но, видимо, слухи о том, что я прекрасно ориентируюсь в пространстве, уже дошли и до него, поэтому замечаний делать не стал. В начале семестра меня то и дело вызывали преподаватели, беспокоясь о моем состоянии… Теперь же подобные вопросы прекратились. Даже как-то непривычно. — У-у-унг… Столы перед студентами пришли в движение. В них потекла мана, активируя выгравированные магические формулы. Вскоре над поверхностью каждого стола вспыхнула голограмма. Это была не плоская доска с текстом, а полупрозрачный куб. — На этом занятии мы разберем создание простейшего фундамента мастерской. Данная голограмма — вспомогательное устройство, облегчающее процесс. Учтите, что эта функция доступна только на начальных этапах, пока вы не набьете руку. Так началась лекция. В полном соответствии с обещанием «практического курса», мы перешли к делу одновременно с теорией. Я мельком огляделся: все вокруг увлеченно размахивали руками внутри голограмм. На кончиках их пальцев светилась мана. Движение за движением — и пространство заполнялось магическими формулами. «Хм…» Магия активируется путем вливания маны в магическую формулу. Разные формулы порождают разные эффекты, и чем выше уровень заклинания, тем причудливее и сложнее становится его структура. Мастерская же — это искусство сборки подобных формул в единый пазл. Причем речь идет не о паре деталей, а о сотнях, которые нужно гармонично соединить между собой. И нельзя просто набросать их как попало. Сотни формул должны идеально подогнаться друг к другу. Иначе… — Хрусть. — Черт… Всё рухнет. Голограмма одного из студентов окрасилась красным. Раздался резкий скрежет, и кропотливо выстроенная структура рассыпалась в прах. Лицо парня исказилось от досады. Это был первокурсник, который завалил постройку уже в который раз. На самом деле, большинство первокурсников были в похожем положении. Больше половины из них буксовали уже на этапе фундамента, не в силах скрыть разочарование. На их фоне студенты второго курса и старше выглядели увереннее, проектируя свои мастерские со знанием дела. — Вы неверно выставили ось фундамента. При таком расположении возникнет конфликт с защитными формулами, и в критической ситуации мастерская просто схлопнется. — Да, спасибо. — Положение оси зависит от выбранной области влияния… Профессор указывал студентам на ошибки и подсказывал пути решения. Обучив тех, кто совсем не справлялся, он направился к моей парте. — Хм… Топ-топ. Подойдя ближе, профессор с серьезным видом принялся изучать мою голограмму. Спустя мгновение в его глазах промелькнуло удивление. — Ось, периметр, настройка и защитные формулы — всё работает безупречно. Настройки контратаки тоже выставлены грамотно. Отличная работа. [Благодарю.] На похвалу профессора я лишь сдержанно кивнул. Как-никак, я обладатель Сродства с маной. Было бы странно, если бы я не справился. Хотя, конечно, моей нынешней магии всё еще недостаточно, чтобы нанести существенный урон Двуглавому ядовитому дракону или моей версии из 2-й итерации… Спустя некоторое время всем студентам так или иначе удалось собрать упрощенную модель мастерской. У кого-то она была кривой и косой, но, по крайней мере, функционировала. — Теперь проведем испытание эффективности. Разбейтесь на пары: один будет атаковать, другой — защищаться. После этих слов студенты начали оглядываться в поисках напарников. На меня тоже устремилось немало взглядов — в основном от тех, кто хотел завязать полезное знакомство. Большинство, впрочем, выбирали себе в пару друзей или знакомых. Были и те, кто растерянно озирался по сторонам. Видимо, из тех, кто еще не успел обзавестись связями среди сокурсников. — Тц… Мой сосед по парте был как раз из таких. Он явно не мог найти себе пару. Аккуратно зачесанные назад волосы. Суровое лицо, словно высеченное из камня. Я мельком взглянул на его именной значок. Первокурсник, как и я — зеленый цвет. «Байзе Дитрих». Это имя было мне знакомо. И не потому, что я прочитал его сейчас, а потому, что помнил его по оригиналу. Как-никак, один из ключевых персонажей. Пусть он и не дотягивал до уровня Хон Ёнхва или Пэк Арин, но обладал потенциалом стать великим магом в будущем. Тот, чья судьба в 5-й итерации была тесно переплетена с «Невежественным обратным путем магии». Будущий «Мудрый Маг», признанный Магическим Советом. Отодвинув стул, я поднялся. Подойдя к нему, я слегка коснулся его плеча. [Послушайте, не хотите поработать в паре?] — …А? Со… со мной? Байзе уставился на меня с совершенно ошарашенным видом. — Хрусть. В тот же миг в аудитории воцарилась мертвая тишина. Не понимая, в чем дело, я огляделся: все, кто до этого лишь украдкой подсматривал, теперь в открытую пялились на нас. — Ох. Раздался странный звук. Пэк Арин, плавно подошедшая ко мне, округлила глаза и прикрыла рот обеими ладонями. — Неужели я тебе уже наскучила, и ты решил меня бросить? [Гя-а-а-а!] — Ай, ай-ай! Не бейте меня! Это же домашнее насилие! Я достал из подпространства посох и принялся в шутку гонять Пэк Арин, которая лишь весело хихикала, уворачиваясь от ударов. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Сродство с маной» растет] ... [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●●○○○ (74 ▷ 75/100) «Холод», «Прохлада», «Симпатия», «Вопрос», «Замешательство», «Буренка?», «Озорство» ---------- Мастерская мага (2) Сменили обстановку. Просторное помещение, обустроенное в подвале того же здания. Пол, стены и потолок — ослепительно белые. Судя по Наблюдению за материалами, это пространство спроектировано специально для сопротивления магии. Если предыдущая аудитория была своего рода конструкторским бюро, то это место — лаборатория для испытаний. Магия ниже среднего уровня не способна причинить ей вреда, а любые повреждения устраняются системой самовосстановления. — Вскоре мы приступим к эксперименту, чтобы проверить работоспособность ваших Мастерских. В критериях оценки упор будет сделан не на силу атаки или защиты, а на стабильность поддержания структуры. Профессор, приведший кадетов в подземелье, хлопнул в ладоши и продолжил: — Повлияет ли этот эксперимент на итоговые оценки? — Поскольку это первый тест, в табель он не пойдет. Однако, в зависимости от достижений, вы можете получить бонусные баллы или положительный отзыв о прилежании, так что советую постараться. Профессор ответил кадету так, словно только и ждал этого вопроса, и обвел взглядом присутствующих. — Места здесь предостаточно, так что держите дистанцию. За отведенное время вы должны развернуть Мастерскую согласно проекту, составленному в аудитории. Если возникнут вопросы — подходите. Итак, начали. С коротким объявлением о начале кадеты разбились по парам и разошлись в разные стороны. Как и говорил профессор, зал был настолько огромен, что расстояние между учениками оставалось приличным. По крайней мере, можно не опасаться получить шальным заклинанием из-за чужой ошибки. — Фундамент слишком перегружен... Не слишком ли много мелких формул ты туда впихнул? — Если не заложить такую базу, остальные цепи рухнут. Нагрузка великовата, но я справлюсь. А если начнет разваливаться — сразу подправлю, не переживай. — Это еще что? Почему нет ни одного атакующего заклинания? Забыл? — Таков оригинал. Лучшая атака — это защита... Я ставлю всё на оборону. — Псих. Вокруг быстро стало шумно. Кадеты спешно разворачивали свои Мастерские, указывая друг другу на ошибки и делясь сомнениями; атмосфера была довольно дружелюбной. Беглый взгляд показал, что многие здесь уже были в хороших отношениях. «У магических фракций особенно много связей». Магия — это искусство, которое легко передать в виде знаний. Боевые искусства и другие навыки тоже можно задокументировать, но они не имеют такой интуитивно понятной формы, как магические формулы. Даже если заклинатель умрет, формула останется и будет передана дальше. Результат может меняться в зависимости от пользователя, но первоначальная форма сохраняется. Накопленные знания становятся ценным активом для потомков. Поэтому кланы и организации, веками копившие магический опыт, часто обмениваются знаниями, не раскрывая при этом своих сокровенных техник. Они делятся общими сведениями и налаживают связи. В процессе полезно свести детей, которым в будущем предстоит возглавить эти силы. Чем меньше врагов и больше союзников, тем лучше. Это правило применимо и ко мне. Каким бы огромным ни стал разрыв между нами в будущем, завести знакомства сейчас лишним не будет. «Хм...» Недолго понаблюдав за окружением, я вернул взгляд к своему партнеру. — Да, дистанция подходящая, будет в самый раз. Тук-тук. Байзе Дитрих постучал посохом по полу и кивнул. ... Разговор оборвался. Посреди довольно оживленного подвала вокруг нас повисла неловкая тишина. Он со смущенным видом забегал глазами, а я в растерянности приоткрыл и тут же закрыл рот. «Ах! Точно, приветствие». Если подумать, мы спустились сюда сразу после того, как разбились на пары, и времени представиться не было. Обозначив свое присутствие, я медленно протянул ему руку. — А, да, взаимно. Я Байзе Дитрих, магическая специализация, класс Кёнчхип. Я протянул правую руку, кожа на которой уже восстановилась, но поверх всё еще был надет нарукавник, напоминающий носок. Всё-таки протягивать протез было бы не слишком вежливо. — По фамилии меня часто путают с другими, так что буду признателен, если станете называть меня просто Байзе. Байзе Дитрих... Байзе мягко улыбнулся и пожал мою руку. Встряхнув её пару-тройку раз, мы разошлись. ... Снова тишина. Байзе, казалось, неуверенно поглядывал на меня, прежде чем вернуться к установке Мастерской. «...И что теперь?» Налаживать связи полезно. Головой я это понимаю. В оригинале он тоже помогал. Чем больше союзников, тем лучше... Но как их заводить? Слишком поздно я осознал, что... совершенно не умею заводить друзей... Конечно, у меня есть знания оригинала. Пусть они и не во всем точны, но опора на них должна помочь сблизиться. В крайнем случае можно предсказать ситуацию, в которой он окажется, помочь ему и тем самым завоевать доверие. Но с Байзе Дитрихом такой номер не проходил. Второй сын семьи Дитрих, прославленного магического рода. У него нет причин страдать от бедности или низкого статуса. Отношения в семье тоже были гладкими. Глава семьи и его супруга в оригинале не были плохими людьми. Старший брат Байзе — гений, одаренный и в магии, и в ратном деле, к тому же обладающий неплохим характером. Он должен унаследовать титул, и, насколько я знаю, Байзе это вполне устраивает. Таланта ему хватило, чтобы поступить в Сиёлам, а поддержки от семьи он получал ровно столько, сколько требовалось. Он не жаждал места главы, поэтому не конфликтовал с братом и купался в родительской любви. Земли клана находились в спокойном месте, так что детство его было мирным. Конечно, позже Башня вторгнется и разрушит его родину... но до тех пор это тихий край. Словом, сейчас он был человеком, которому практически нечего желать. «...» Когда мои мысли дошли до этого момента, я вспомнил, как Байзе сблизился с героем в пятом прохождении. Ничего особенного не произошло. Тогда я не искал встречи с Байзе специально. Мы просто случайно пересеклись во время группового задания в Сиёламе, и как-то так вышло, что направление развития пятого прохождения совпало с его интересами. Тук, тук... Я постучал тростью по полу. Я извлек ману из ядра и направил её вовне. Магическая формула начала плавно выстраиваться прямо у меня под ногами. Мне не нужно было тратить время на сверку с чертежами, как это делали некоторые кадеты. Я уже продумал всё от начала до конца: как именно должна разворачиваться структура. Вычисления завершены. Оставалось лишь приступить к манипуляции маной. А это то, в чем я был по-настоящему хорош. — Это... Глаза Байзе, занятого своей Мастерской, дрогнули. Он резко повернул голову и впился взглядом в формулу, которую я возводил. Обычно я добавлял скрывающие чары, чтобы избежать лишнего внимания, но в эту простую Мастерскую вплетать их не стал. Благодаря этому Байзе мог беспрепятственно наблюдать за моей работой. В его глазах, прикованных к моим плетениям, вспыхнул странный блеск. «Всё как в оригинале, какое облегчение». Байзе вырос в слишком тепличных условиях, чтобы испытывать нужду, но своего рода «голод» у него всё же имелся. Любопытство и жажда магических знаний. Дефицит, знакомый большинству истинных магов. Считается, что для того, чтобы стать настоящим чародеем, помимо таланта, необходима воля, граничащая с безумием. Байзе, обладавший потенциалом получить титул мага, признанный Магическим Советом, не был исключением. Даже в кругу семьи он больше стремился к изучению магии, чем к власти. — Магический разрез... Это ведь модифицированная формула, а не оригинал? — Причем вы пожертвовали стабильностью ради экстремального усиления мощи. — И здесь нет самонаведения? В таком случае вам придется контролировать каждый нюанс вручную, а попасть по цели будет почти невозможно... — Но как?.. — Ах, Сенсорика... Взгляд Байзе, который до этого пытался скрыть свою неловкость, мгновенно преобразился. С горящим от любопытства взором он осторожно подошел ближе. Он кружил вокруг моей строящейся Мастерской, так и сыпля вопросами. — Эта формула полна изъянов. Байзе с серьезным видом изучал плетение. Формула, полная изъянов... Он прав. Магический разрез, который я использовал, был адаптирован специально под меня. Я полюбил его еще в начале семестра, когда мои навыки оставляли желать лучшего, и с тех пор постоянно дорабатывал. Я до предела взвинтил мощь. Взамен пришлось отбросить стабильность, из-за чего заклинание могло ударить по самому пользователю. Но это не проблема. Я всё контролирую. Самонаведения нет. Оно потребляло слишком много ресурсов, так что я выкинул его, чтобы еще больше поднять выходную мощность. Точность упала на дно, но благодаря Полномочию наблюдения я мог гарантировать попадание в цель. Имея Полномочие наблюдения и Сродство с маной, я мог себе это позволить. Эта формула изначально создавалась с расчетом только на меня, так что для любого другого она была бы грудой ошибок. — Но... она работает. Нет, она функционирует даже лучше, чем первоисточник. Байзе любил магию и хотел познать её всю, но и у него были свои предпочтения. Как и у других магов. У каждого свои вкусы и предрасположенности. Кто-то специализировался на чистой манипуляции маной. Кто-то — на стихиях. Были те, кто углублялся в барьеры, фамильяров, ловушки, комбинированные атаки, проклятия, защиту, поддержку... Направлений было великое множество. Байзе выделялся даже среди магов с широким кругом интересов — его вкусы были весьма специфичны. У него был талант к «праведному пути» магии. Этот дар в пятом прохождении принес ему звучный титул — Мудрый Маг. — Поразительно... Не верится, что это действительно работает. В то же время его манила «еретическая» магия — дефектная, извращенная в самой своей основе, словно лишенная важной детали. Именно поэтому в пятом прохождении мы стали близки. Прохождение, где герой, изучив магию, использовал собственные магические цепи как формулы, из-за чего не мог творить обычные заклинания. Прохождение, где он, будучи магом-артиллеристом, врывался в гущу врагов и крушил их голыми руками. Прохождение, где даже самые либеральные маги называли его безумцем, и он получил клеймо психопата. Пятое прохождение, «Невежественный обратный путь магии»... Системный титул — Глупый Полководец Обратного Пути. Титул, ставший полной противоположностью Мудрому Магу. — Э... А? Ох, п-простите. Я сказал лишнего... Я с мягкой улыбкой шагнул к Байзе. Он, завороженно изучавший мою формулу, при моем приближении вздрогнул, словно его окатили ледяной водой, и отпрянул назад. «?» Мысленно недоумевая от такой реакции, я продолжил использовать Ожерелье откровения. Скоро мне предстоит войти в Башню Знаний, и хотя Байзе еще не достиг своего пика, учитывая его талант, я мог бы получить от него дельный совет. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Байзе Дитрих ●●●○○○○○○○ (35/100) «Обычная» ---------- Это ошибка.(1) Пусть и не самый юный... но Байзе Дитрих получил титул мага в довольно молодом возрасте. В сравнении с другими магами разница в возрасте была сопоставима с разницей между дедушкой и внуками. Настолько выдающимся был талант Байзе Дитрих к магии. — Каким образом вы умудрились так запутать магическую формулу? Над головой Байзе Дитрих, когда он принялся пристальнее изучать мою магическую формулу, словно возник знак вопроса. С лицом, полным замешательства и недоумения, он всматривался в развернутую мной магическую формулу. Несколько раз проверив её, он продолжал озадаченно моргать. «Хм...» Как ни странно, общий уровень магии Байзе Дитрих был... ниже моего. Он не мог расшифровать даже часть составленной мной магической формулы. «Впрочем, у меня и Сродство с маной есть, да и Наблюдением я пользовался нещадно...» Мои магические навыки тоже заметно росли. Синергия между Сродством с маной и Полномочием наблюдения была просто великолепной. Хотя я еще не достиг желаемого уровня, среди кадетов я уже заметно выделялся. К тому же, Байзе Дитрих еще не успел в полной мере осуществить Расцвет своего таланта. — Всё так запутано, что даже привести её в активное состояние будет непросто... К тому же, из-за крайне низкой стабильности велик риск ошибки в процессе активации. В лучшем случае магия просто не сработает, в худшем — случится обратный поток маны. И вы этим вот так запросто разбрасывались? Весьма неоднозначная оценка. Хоть слова и были облечены в вежливую форму, по сути это означало, что магия — полнейший мусор, непригодный к использованию. И ведь не скажешь, что он неправ. Магия и впрямь была чертовски опасной. На самом деле, когда я сражался против Аэруса, я едва не лишился руки из-за плохой настройки разреза. «...Но у меня не было иного выбора, кроме как вносить правки...» Я не жалел о том, что изучал магию. Благодаря знанию самых разных заклинаний жизнь во многом стала проще. Я часто применял их в быту, на привалах и, конечно, в бою. Однако против по-настоящему сильных врагов обычная магия оказывалась бесполезной. Первопричиной, конечно, был недостаток моего мастерства, но была и другая — враги были слишком сильны для моего уровня. Обычные заклинания не помогали, поэтому мне не оставалось ничего другого, кроме как до предела задирать мощность. [Да, вполне успешно пользовался.] — Как же?.. [Ну...] [Просто хорошо манипулировал маной?] На лице Байзе Дитрих отразилось крайнее изумление. Подавляя внутреннюю неловкость, я выдержал его взгляд, которым обычно смотрят на сумасшедших. «Меньше всего я хотел бы, чтобы именно этот человек так на меня смотрел...» В пятой итерации я изначально планировал пойти по пути классического мага. В качестве стартовой уникальной способности я выбрал Манипуляцию маной, да и скрытые части, и направление развития подбирал соответствующие. Скрытая часть, полученная из Яйца Истока при входе в Башню в первом семестре, тоже оказалась весьма кстати. Расходуемый артефакт Порядок обращения. Его ранг был высшим, как и у Доказательства защиты, что на мне надето; это редкое сокровище, которое любая фракция сочла бы важнейшим стратегическим ресурсом. Его эффект — изменение магических цепей внутри тела. Разумеется, поскольку тело человеческое, существуют физические ограничения, но излишне даже говорить о том, насколько безумно полезен этот эффект для мага. «Перерождение костей и плоти из романов о боевых искусствах? Или очищение костного мозга? Что-то в этом роде, верно?» Для любого сверхчеловека это важно, но для мага магические цепи — орган столь же жизненно необходимый, как и само сердце. Сколько бы чистой и обильной маны ни хранилось в ядре, если магические цепи, играющие роль трубопровода, никуда не годятся, по ним будет течь лишь жалкая струйка. Каким бы талантом к магии ты ни обладал, если магические цепи слабы, круг доступных для активации заклинаний будет ограничен. Поэтому отпрысков из знатных семей с детства пичкают редкими эликсирами и приглашают опытных магов, чтобы те привели в порядок едва начавшие формироваться магические цепи. С малых лет в развитие их ядер и магических цепей вкладываются огромные средства и усилия. И даже при этом результат часто оставляет желать лучшего. Можно ли в таком случае переоценить значимость Порядка обращения? Для пятой итерации, где я выбрал путь мага, это был поистине бесценный артефакт. Я планировал еще немного поднять свой уровень, а затем обратиться за помощью к некоторым персонажам-магам, чтобы те помогли мне капитально перестроить магические цепи. Я определенно собирался следовать пути классического мага. И план у меня был. «Если бы не Байзе Дитрих...» Всё шло именно так... пока Байзе Дитрих не подкинул мне одну странную идейку, из-за которой все планы полетели к чертям. Что? Мол, если научиться свободно манипулировать магическими цепями, то их самих можно использовать в качестве магической формулы? И тогда одним простым движением, всего лишь одним ударом кулака, можно будет обрушивать каскады заклинаний на сверхвысокой скорости? Что станет возможным не только Ганчесуль, но и Выброс маны на колоссальной мощности, а если использовать отдачу, то эффективность Ганчесуль возрастет в геометрической прогрессии, позволяя сражаться в ближнем бою на высшем уровне? Ну и как перед таким устоять? И вот теперь человек, который сам же и подбил меня на эту авантюру в пятой итерации, смотрит на меня с таким выражением лица. Просто поразительно. [...В любом случае.] [Как мне еще сильнее увеличить мощность?] Скрывая неловкость, спросил я. Байзе Дитрих замялся, явно не решаясь продолжать. — Повышать мощность еще сильнее... это безумно опасно. Риск и так запредельный. [Я не собираюсь применять это прямо сейчас.] [Просто хочу знать в теории, вдруг когда-нибудь пригодится.] [Учеба ведь для того и нужна, верно?] — Что ж, это правда. Поколебавшись, Байзе Дитрих кивнул, принимая мои доводы. И зачем было так мяться, если он так легко согласился? Странный человек. Я снова покачал головой, успокаивая Байзе Дитрих. [Всё в порядке.] [Я не умру.] Я уже пробовал нечто подобное на себе, и, как видишь, живой. . . . Время вышло, и профессор Фридрих, не теряя ни минуты, приступил к тестированию. Тест был простым. Сначала профессор Фридрих оценивал, насколько грамотно выстроена и стабильна Мастерская мага, а затем кадеты в парах проверяли её эффективность, поочередно атакуя и обороняясь. — Итак, начинаем проверку по порядку. Кадет Ханна Браун, кадет Найэль Гарсия. — Есть. — Да! — Сначала проверим стабильность, затем оценим навыки атаки и защиты. Прошу, активируйте свои Мастерские мага. Двое кадетов, стоя друг напротив друга, активировали свои Мастерские мага. — У-у-унг! Вокруг кадетов взметнулась мана. Она преобразовывалась в магические формулы, которые, подобно кусочкам пазла, складывались воедино, занимая пространство. — Стабильность подтверждена. Первой атакует кадет Ханна Браун. — Ха! Названная кадет тут же вытянула руку. — ... — Фш-ш-шух! Короткое заклинание — и перед её рукой возник алый огненный шар. Процедура была стандартной, но благодаря поддержке Мастерской мага выпущенный Огненный шар обладал куда большей мощью, чем обычно. В следующий миг снаряд сорвался с места. — Ба-бах! Стремительно летевший Огненный шар врезался в возникший в воздухе барьер и взорвался. По барьеру пошла рябь. Раздался грохот, и повалил густой черный дым. Профессор Фридрих, не поведший и бровью, безучастно кивнул. — Кадет Ханна Браун, стабильность и атака на достойном уровне. Однако в структуре магической формулы видны бреши. Подобные изъяны дают противнику возможность применить контрзаклинание прямо во время вашей атаки, так что учтите это при создании следующей Мастерской мага. — Есть! Благодарю! — Теперь атаковать будет кадет Найэль Гарсия. — Тр-р-рах! — ...Кадет Найэль Гарсия. Защита весьма впечатляет. Вы возвели её на совесть. Однако отсутствие средств для контратаки — серьезная слабость для Мастерской мага. Надеюсь, в будущем вы это исправите. — Да! Я исправлюсь! Оценка не занимала много времени. Кадеты в парах развертывали свои Мастерские мага и обменивались атакующими и защитными заклинаниями. Профессор бросал на них взгляд и выносил вердикт. Со стороны это могло показаться небрежным, но то, как он с одного взгляда подмечал все недостатки Мастерской мага, не оставляло сомнений — перед нами настоящий ветеран. Большинство кадетов получили немало замечаний. Впрочем, для первой лекции это было неизбежно. Понимая это, ни кадеты, ни сам профессор не придавали критике негативного окраса. Все присутствующие здесь попали в Сиёлам благодаря своему таланту. Такая уверенность в том, что замечания помогут им стать лучше, и определяла их настрой. — Кадет Пэк Арин... Стабильность, поддержка, атака и защита — всё на высшем уровне. Я особенно впечатлен тем, как вы умело вплели ману Чангэ в барьер своей Мастерской мага. — Да, благодарю вас. Некоторых кадетов хвалили без всяких замечаний. И Пэк Арин была одной из них. Мастерская мага, которую продемонстрировала Пэк Арин, и впрямь была великолепна. Похоже, она уже обладала нужными знаниями, так как выстроила её мастерски и без единого изъяна. Её Мастерская мага безупречно отразила вражеский выпад, а последовавшая контратака заставила Мастерскую мага её противницы покрыться трещинами льда и практически полностью выйти из строя. — V! Утешив приунывшую соперницу, Пэк Арин внезапно повернулась в мою сторону и показала победный жест. Сжатый кулак с выставленными указательным и средним пальцами. Это напомнило мне о том довольно неловком моменте, когда я сам сделал так перед Хон Ёнхва... «...» Казалось, её ничуть не заботят взгляды окружающих. Ощущая на себе всё это странное внимание, я подавил неловкость и пару раз хлопнул в ладоши. — Кадет Ли Ха Юль, кадет Байзе Дитрих. [Да.] — Есть. — Прошу, активируйте ваши Мастерские мага. Настал наш с Байзе Дитрих черед. Мы кивнули и активировали свои Мастерские мага. — У-у-унг! Мана, мгновенно вырвавшаяся наружу, заполнила пространство вокруг. Она с огромной скоростью сплеталась в магические формулы. В воздухе возникли заклинания, идеально подогнанные друг к другу, словно детали конструктора. — Хм. Профессор Фридрих издал озадаченный звук. Его серьезный взгляд вмиг просканировал мою развернутую Мастерскую мага. — ...Активация прошла быстро, к самой Мастерской мага претензий нет. Превосходно. [Благодарю.] Оценка была краткой, но и замечаний не последовало. Похоже, я всё выстроил в точности так, как нас учили. Я почувствовал облегчение, но особой радости не испытал. Просто следовать инструкции. Благодаря Полномочию наблюдения это было элементарно. — Стабильность подтверждена. Первым атакует кадет Ли Ха Юль. Профессор, оценив также Мастерскую мага Байзе Дитрих, отдал команду. Право первого хода было за мной. — ...Прошу, не стесняйтесь. Байзе Дитрих, стоящий напротив на небольшом расстоянии, тяжело сглотнул. Он выглядел крайне напряженным. Его можно было понять. Байзе Дитрих только что изучал мои магические формулы и давал советы. Ощутив состояние моей маны и формул, он наверняка догадывался о мощи заклинаний. Я чувствовал на себе взгляд профессора Фридриха. Но смотрел не только он. Пэк Арин, уже прошедшие тест кадеты и те, кто еще ждал своей очереди, — все взоры были прикованы к нам. Под этим перекрестным огнем взглядов я начал готовить магию. Я готовил обычный Магический разрез. Разумеется, не Первоисточник, а мою собственную модифицированную версию. «Хм...» Внезапно мне вспомнился совет, который только что дал Байзе Дитрих. Хоть общий магический уровень Байзе Дитрих и был ниже моего, я кое-что почерпнул для себя. Как говорится, талант в мешке не утаишь — выдающийся человек проявит себя, где бы он ни находился. Он уже начал проявлять способности даже в еретической магии, где основы и здравый смысл летят к чертям. Если мы продолжим общаться и я буду прислушиваться к его советам, это наверняка принесет огромную пользу. «Превращение магических цепей в магическую формулу...» Магические цепи и формулы. И то, и другое, в конечном счете, лишь каркас для течения маны. Если суметь правильно это использовать, цепи вполне можно превратить в саму формулу. Оказалось, не я один до этого додумался и пытался воплотить. Но все, кто пробовал, в итоге лишь качали головами, называя это безумием. Всё потому, что это невозможно контролировать. По цепям мана течет постоянно, и контролировать процесс её полного преобразования в магию практически нереально. К тому же, даже если бы манипуляция была возможна, действовать такими окольными и сложными путями в сотни раз менее эффективно, чем просто активировать магию классическим способом. «Хм-м-м...» Манипуляция маной. Для меня, обладающего Сродством с маной, это было так же просто, как дышать. Сродство с маной — это уникальная способность, делающая невозможное для других возможным. Я привел ману в движение. Вытянул правую руку, словно прицеливаясь. Мана потекла по магическим цепям к кончикам пальцев. ...Но я не стал выпускать её наружу. Маленький эксперимент. Когда еще представится такой шанс? В конце концов, подобные вопросы нужно проверять на собственной шкуре, бросаясь в омут с головой. — Кр-р-р-рык! Ощутив, как скручиваются магические цепи, я щелкнул пальцами. «Магический разрез». — Вжик! «Мгх?!» Порыв яростно рассеченного воздуха ударил по коже. Тело пробрала дрожь от звука столь острого, что от него по коже побежали мурашки. — Вс-с-сах! Разрез вырвался на волю. Белоснежный серп в форме полумесяца был настолько огромен, что его края, казалось, впивались одновременно и в потолок, и в пол. — А-а-а! Мастерская мага Байзе Дитрих не смогла сдержать разрез ни на секунду. Её просто разорвало в клочья, и Байзе Дитрих, словно предвидя это, без малейших колебаний отпрыгнул в сторону. Рефлекторно я задействовал даже Полномочие пространства, чтобы оттащить Байзе Дитрих подальше. Разрез, не замедляясь, врезался в стену. Хрясь! Стена, защищенная магией, разошлась, словно мягкий тофу. Сначала донесся звук разрезаемой плоти камня, а затем серп ушел глубоко внутрь. «...» Разрез исчез, оставив после себя глубокие борозды на полу и потолке. Сквозь прореху в стене виднелись изувеченные внутренние коммуникации. Я лишь ошеломленно хлопал глазами. — Плеск! В ушах отозвался звук разбрызгиваемой жидкости. Со всех сторон на меня уставились полные ужаса глаза. [Больно.] И дурное предчувствие... нет, сама боль. Сглотнув, я применил Наблюдение к своей правой руке. Болтающаяся... именно так она и выглядела, моя правая рука, расколотая на «две части». От промежутка между средним и безымянным пальцами до самого локтя она была аккуратно рассечена надвое. Срезы костей и мышц были отчетливо видны даже невооруженным глазом. Кровь, бившая фонтаном, образовала на полу багровую лужу, в которую, пропитавшись влагой, упал ошметок разорванного рукава... — !!! Окружающие, наконец придя в себя, подняли невообразимый шум. Пэк Арин, подлетев ко мне, тут же начала вливать энергию воды Чангэ в мою правую руку. «Ы-ы-ы...» В этот момент я дрожал не от боли, а от всепоглощающего страха. Развороченная рука. Это больно. Но физическая боль почти не ощущалась. Куда сильнее меня пугал гнев близких, который обрушится на меня, стоит им только узнать об этом... ◆ ◆ ◆ [] [] ---------- Наш несносный Золотой ребёнок(1) Атра вскинула взор. Она увидела пламя. Огонь, полыхавший довольно далеко, в мгновение ока обрушился на неё. — Ба-бах! Мощный удар, пробивший защиту, сотряс всё тело. Спокойно гася инерцию, Атра развела руки. Из самого пекла вырвались конечности. Посыпались атаки. В ход пошли кулаки, локти, таранные удары плечами. Ноги тоже не знали покоя. Конечности двигались в едином ритме, обрушивая на противника шквал неистовых и свободных атак. Каждый выпад, сдобренный Адским Пламенем, нёс в себе колоссальную мощь. Сила была такова, что даже доспехи не смогли бы выдержать её, будучи смятыми, сломанными и разорванными в клочья первым же ударом. Атра упрямо блокировала и отводила эти атаки в сторону. Рука, объятая пламенем, — отбита. Удар, летящий снизу вверх, — заблокирован. Бум! От столкновения с предплечьем тело подбросило в воздух. Атаки были тяжелыми. Нахмурившись, Атра вытянула руку. Грохот! Хон Ёнхва, грубо отбив выпад Атры кулаком, вскинула колено. Атра выставила ладонь, гася этот удар. Бах! Тело подлетело ещё выше. Тем временем Хон Ёнхва крутанулась вокруг своей оси. Огонь завертелся огненной мельницей. Из этого вихря вылетел кулак, обрушившийся на врага словно тяжелая палица. — Хрясь! Получив удар в воздухе, Атра отлетела далеко назад. Опаленные кончики её волос дико развевались, когда она уверенно приземлилась на ноги и уставилась прямо перед собой. — Вспых! Окутанная вязким, липким пламенем, Хон Ёнхва рванулась вперед. Вид этого Адского Пламени казался на удивление спокойным, а не яростным. Лицо Хон Ёнхва, объятой этим огнем, тоже хранило неподвижность. Однако её аура была полной противоположностью — пугающей и смертоносной. Сквозь маску спокойствия прорывались яростные эмоции. Именно они заставляли Адское Пламя разгораться с новой силой. «Расширенная способность Адского Пламени: Эволюция». Атра уже сталкивалась с этим в прошлом, в годы своей активной службы. Нынешний глава клана Адского Пламени, Хон Джинсон. Она видела его пламя на передовой. Тот огонь был настолько свирепым, что название «Адское Пламя» казалось единственно верным. Даже высокоранговые монстры, охваченные этим пламенем, катались по земле, издавая вопли, от которых содрогался мир. Даже чудовища третьего ранга, штурмовавшие фронт, считали это пламя угрозой, которую нельзя игнорировать. Встречалась она с этим и вне поля боя. Имени она не помнила. Это был отступник, которого клан Адского Пламени объявил своим позором, изгнал и приговорил к смерти на месте. Его огонь был настолько опасен, что, даже забыв имя, Атра навсегда запомнила его пламя. Досадное воспоминание. Она могла бы прикончить его, но из-за чужого вмешательства упустила. Тот тип обладал уникальной способностью выпускать лезвия из собственного тела. Звучит нелепо, но он был достаточно умел, чтобы ускользнуть. Адское Пламя тех, кто достиг в нём вершин мастерства. Образ Хон Ёнхва, стоящей перед ней, во многом перекликался с ними. Та-дах! Оттолкнувшись от земли, Хон Ёнхва развернулась. Скрутив корпус, она отвела одну ногу назад. Внутри её тела взревело Адское Пламя. Расширенная способность: Эволюция. Физические возможности возросли до небывалых высот. Вобрав в себя всё неистовство огня, она отвела руку назад, концентрируя мощь. Резко развернув корпус в обратную сторону, она нанесла размашистый удар ногой. Гр-р-рах! В ударе, разрывающем воздух, чувствовалась особая аура. Яркое проявление индивидуальности в этом мире. Похоже, начала проявляться Расширенная способность технического типа. Однако замах был слишком широк. Если попадет — удар будет сокрушительным, но увернуться от него не составляло труда. Окна для контратаки тоже были налицо. Атра могла бы прямо сейчас воспользоваться брешью и нанести мощный ответный удар. Хон Ёнхва сама прекрасно знала об этой слабости. В настоящем бою она вряд ли решилась бы на столь размашистую атаку. И всё же она это сделала. — Хм…! Потому что этот удар наносился с расчетом на то, что он достигнет цели. Как и ожидалось, Атра не стала ни уклоняться, ни контратаковать. Она просто осталась на месте, уйдя в глухую оборону. Будь это обычный спарринг, она бы уже сбила её с ног встречным ударом, но сейчас цель была иной. Нельзя же избивать человека, чью ярость ты вызвалась принять на себя. — Сдохни-и-и-и! Вместе с криком, в котором выплеснулось всё накопившееся внутри, траектория атаки пересеклась с выставленным блоком. — Ка-бум! Раздался оглушительный грохот, будто на землю рухнул объятый пламенем метеорит. Сквозь скрещенные руки прошло недоброе «хрусть», и напряженные конечности дрогнули под напором. Хрясь! Удар, проломивший защиту, пришелся прямо в лицо. Голова Атры резко мотнулась в сторону. Грохот! Земля под ними, покрытая густой сетью трещин-паутинок, внезапно просела. Пол тренировочного зала, построенного с расчетом на сражения сверхлюдей, жалко обвалился, словно песочный замок. Фигуры обеих скрылись в облаке пыли. — Пфу-у… Спустя мгновение Атра медленно поднялась среди пыльной завесы. Разминая затекшую шею, она тяжело выдохнула. Её тело было покрыто слоем пыли, а в горле неприятно першило. Атра резко нахмурилась. Но вовсе не из-за пыли. Шея онемела. Проведя рукой по губам, она увидела на пальцах ярко-алую кровь. Взглянув на руки, которыми блокировала удар, она увидела, что предплечья, как и ожидалось, заметно распухли. Даже с учетом того, что она не использовала Ганги, атака была невероятно мощной. Даже столкновение с рядовым монстром не приносило таких повреждений. — Ну что, полегчало? Вытерев остатки крови, Атра посмотрела прямо перед собой. Хон Ёнхва, выпустившая Адское Пламя наружу, чтобы сжечь осевшую пыль, раздраженно зыркнула на неё. — А сама как думаешь, сука? — Я так и думала. Несмотря на грубую брань и полное отсутствие почтения в голосе, Атра лишь безразлично пожала плечами. От этой невозмутимости Хон Ёнхва скривилась ещё сильнее. Короткий спарринг… нет, скорее сеанс выплеска ярости подошел к концу. — Похоже, на моем ученике действительно лежит проклятие. И условие его снятия, как и ожидалось, — поцелуй. Внезапная и тревожная встреча. Место — безлюдный тренировочный зал. Слова, брошенные без лишних предисловий, подтвердили то, о чем Хон Ёнхва и сама догадывалась. Ли Ха Юль по природе своей был крайне осторожен. Его внутренние границы были высоки и прочны; тех, кто не смог их преодолеть, он сторонился. По доброте душевной он вежлив и приветлив даже с чужаками, но стоит кому-то проявить неуважение, как он тут же теряет интерес и начинает просто игнорировать наглеца. Однако с теми, кто однажды переступил этот порог, всё иначе. Как бы они туда ни попали, выставить их обратно он уже не может. Сверхлюди сами по себе существа со странными взглядами и причудливыми характерами. В мире, где индивидуальность — залог силы, их мировоззрение становится ещё более специфическим и четким. Эти «границы» и были частью уникального мира Ли Ха Юля. А такие вещи изменить крайне сложно. Хон Ёнхва поняла это слишком поздно. Когда до неё дошло, внутри его границ уже успели обосноваться несколько человек. А узнав о той неведомой чертовщине, что нависла над Ли Ха Юлем, она и вовсе не могла остаться в стороне. — Вот как? Ну тогда просто сдохни. Проблема была ожидаемой. Поэтому первым делом она просто врезала ей. Атра без лишних слов приняла этот удар, нанесенный без малейших колебаний. Так она какое-то время выплескивала свой гнев. — Блядь, ну и дубовая же ты. Словно кусок железа. Её лицо всё ещё искажала гримаса недовольства. Бил-то один, а больно, кажется, обоим. Конечно, вид разбитой губы, по которой струилась кровь — а метила она именно туда, — немного унял её ярость, но лишь самую малость. Сколько бы она ни колотила эту бабу, облегчение не приходило. — Тело воина должно быть крепким. Тем более у сверхчеловека, привыкшего к рукопашным схваткам, оно не может быть мягким. «Сука крашеная». Пока Хон Ёнхва жаловалась, потирая ноющее запястье, Атра снова лишь пожала плечами. Этот невозмутимый ответ снова подлил масла в огонь. Прищурившись, Хон Ёнхва на мгновение задумалась. Вскоре её губы тронула ехидная ухмылка — в голову пришла одна мысль. — Значит, всё тело такое твердое? И сиськи твои тоже небось как железные листы? После ругани последовало пошлое хамство, от которого Атра нахмурилась. — …Наследница клана Адского Пламени, а манеры — сущая низость. Тебе никто никогда не делал замечаний по поводу твоего языка? — А что такого? Я правду говорю. Вот у меня они мягкие. Ха Юлю это очень нравится. А твой «железный» прием он, наверное, терпеть не может? — …… Лицо Атры исказилось. Её губы на мгновение дрогнули, но в итоге она ничего не ответила и просто резко отвернулась, избегая взгляда. Наконец-то она добилась хоть какой-то реакции. Хон Ёнхва хихикнула, чувствуя, что на душе стало чуточку легче. — Динь-дон! — А? Внезапно до ушей Хон Ёнхва донесся звук уведомления. Знакомый сигнал, установленный на её смарт-часах. Звук шел из-под груды обломков неподалеку. Перед боем она предусмотрительно сняла их и положила на пол, но когда тот провалился, часы, видимо, улетели вниз вместе с ним. Она быстро разгребла завалы. Благодаря непрекращающимся сигналам часы нашлись быстро. Смахнув пыль и застегнув их на запястье, она увидела всплывшую перед глазами голограмму. С безучастным видом Хон Ёнхва принялась читать сообщение. … — Ах ты… — Хрусть! Её спокойное лицо исказилось. В кулаке, сжатом до белизны костяшек, раздался жуткий треск. — Ах ты, ах ты…! Всё её тело задрожало. Адское Пламя, которое она только что усмирила, снова вскипело. — Этот Золотой ребёнок совсем уже… А-а-а-а-ах!!! — Ох, беда… Гр-р-рах! Адское Пламя вырвалось наружу. Пораженная Атра поспешила сдержать бушующее пламя. ◆ ◆ ◆ Зал суда по своей природе — место холодное и торжественное. Пространство, где устанавливается истина о виновности подсудимого и, в случае подтверждения вины, определяется суровость наказания. Место, пропитанное мольбами: преступника — о том, чтобы грех не раскрылся, и жертвы — о том, чтобы виновный понес кару в полной мере. Разве может в таком месте царить дружелюбная атмосфера? Мне уже доводилось бывать в суде. После того как я, словно мотылек, врезался в машину и лишился одной из четырех конечностей, мне пришлось явиться в суд по этому делу. Суд, в который я въехал на скрипучей инвалидной коляске под вспышки камер облепивших меня, словно шакалы, людей, встретил меня именно такой обстановкой. И хотя я почти не раскрывал рта, а адвокаты и прокуроры сами со всем разобрались, та специфическая гнетущая атмосфера до сих пор жива в моей памяти. Тревога, напряжение, страх, отчаяние, ужас… Вязкие, отнюдь не радостные чувства плотно окутывали всё вокруг. [Тревога] [Напряжение] [Боязнь] [Ужас] [Уныние] Сейчас я снова ощущаю нечто подобное. Рану на правой руке, к счастью, удалось обработать. Рука была практически разрублена надвое. Пока я в растерянности пытался что-то предпринять, примчавшаяся Пэк Арин среагировала мгновенно. Она аккуратно совместила края раны, зафиксировала их энергией холода, а затем направила внутрь энергию воды для исцеления… Я даже невольно восхитился её точностью и скоростью, за что тут же получил нагоняй: мол, не время сейчас для восторгов… Так или иначе, вскоре меня осмотрел штатный целитель, завершил лечение и плотно обмотал руку качественными бинтами. К счастью, срез был ровным, а первая помощь Пэк Арин — безупречной, так что осложнений не возникло. Но на этом дело не закончилось. Меня, словно конвоируемого преступника, притащили в общежитие, где я тут же оказался в кольце людей, сбежавшихся на шум. Гостиная моей комнаты… теперь она стала залом суда и эшафотом в одном флаконе. Я, смиренно стоящий на коленях в самом центре, был подсудимым, а впившиеся в меня взгляды принадлежали судьям… Хон Ёнхва, Пэк Арин, Элия, Се Юль, Мастер, профессор Лиана… Когда они все успели собраться?.. — Ха Юль, почему ты совсем себя не бережешь? А? Наконец Хон Ёнхва, молча взиравшая на меня сверху вниз, заговорила от лица всех присутствующих. Я осторожно поднял глаза. Но стоило мне увидеть, как она сверкнула глазами, будто спрашивая: «И тебе хватает наглости смотреть мне в лицо?», как я, издав жалкий писк, тут же уткнулся взглядом в пол. — Я… я… берег… — Берег? И поэтому едва не лишился руки? Ты что, робот? Думаешь, конечности можно просто отстегивать и пристегивать обратно? — Н-нет… — Что? Не берег? То есть ты признаешь, что намеренно обращаешься со своим телом как с мусором? — Простите… Под этим градом недобрых взглядов я невольно сжался в комок. Разгневанные Хон Ёнхва и Мастер, чьи взоры метали молнии. Пэк Арин и профессор Лиана, тяжело вздыхающие от нелепости ситуации. Элия с заплаканными глазами и Се Юль, которая до сих пор всхлипывала… «Ох…» Их взгляды и эмоции кололи меня, словно острые иглы. Особенно больно было смотреть на Се Юль. Какой из меня опекун, если я только и делаю, что заставляю ребенка плакать? Нынешняя ситуация была куда мучительнее когтей Аэруса или яда Двуглавого ядовитого дракона… — Эх-х… Хон Ёнхва, наблюдавшая за моими страданиями, вдруг тяжело вздохнула и присела рядом на корточки. Когда я несмело поднял голову, она поймала мой взгляд и произнесла: — Может, мне тоже в порядке эксперимента отрубить себе руку? Тогда ты, Ха Юль, поймешь, что я сейчас чувствую? — Н-нет, нельзя! — Бум! От этих слов у меня помутилось в голове. Я попытался поставить себя на её место. От одной этой мысли череп готов был расколоться. Плевать на мою руку — пусть её режут, рвут или кромсают сколько угодно. Я стерплю любую боль. Но с другими такого происходить не должно. Никогда. Дальнейшее я помню смутно. — Простите меня… Я просто рыдал навзрыд, обливаясь слезами и вцепившись в Хон Ёнхва… ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Показатели] … ▶ Титул «Золотой ребёнок» … ---------- Переезд (1) Сначала я просто хотела его немного проучить. И ведь правда, он совершенно не бережёт себя. В прошлый раз мы встретились под предлогом совместной тренировки, и то, что я увидела со стороны, было просто возмутительно. Он истязает собственное тело так, будто оно сделано из обычной глины. Он обращается с собой с какой-то дикой жестокостью, словно любые раны заживут сами собой, а оторванные части тела непременно отрастут заново. Он даже не спит. Если Хон Ёнхва или кто-то другой не прижмёт его к себе и не заставит уснуть, он может не смыкать глаз по несколько дней. И хотя окружающие в ужасе распекали его за это, он лишь виновато опускал глаза, но привычек своих не менял. Этот послушный ребёнок, который обычно соглашается со всем, что ему говорят, в таких вещах проявляет поразительное упрямство. Было совершенно невозможно понять, почему он так изводит себя — словно за ним кто-то гонится, или он умрёт, если немедленно не сделает всё задуманное. Конечно, у него наверняка есть свои причины, ведь он полон тайн... Но со стороны он кажется пугающе уязвимым. Дошло до того, что Хон Ёнхва и Элия заключили соглашение: как только Ли Ха Юль появляется в общежитии, его нужно хорошенько измотать, а затем поскорее уложить спать вместе с Ли Се Юль. «Я с ним точно с ума сойду...» Кажется, Ли Ха Юль ошибочно принимает своё тело за какой-то механизм, в котором можно просто заменить детали или вовсе поставить новые. Впрочем, глядя на протез на его руке, понимаешь, что он, вероятно, именно так и думает. Честно говоря, Хон Ёнхва хотелось сорвать этот протез немедленно. И не только ей — так думало большинство окружающих. Ей претило видеть холодный, твёрдый протез там, где должна была быть нежная белая кожа. Ей хотелось прямо сейчас отбросить этот протез, напоить Ли Ха Юля эликсирами и заставить его руку регенерировать... Артефакт высшего класса? Редчайшая вещь, соединённая с чувствами и магическими цепями? Сокровище со встроенной уникальной способностью? Красивый внешний вид? ...И что с того? Хон Ёнхва хотела касаться живой плоти Ли Ха Юля, а не какого-то там артефакта... Она терпела. Как только она увидела протез, то сразу попыталась его снять, но из-за яростного сопротивления Ли Ха Юля эта затея провалилась. У неё даже возникал соблазн прижать его к кровати на несколько дней, довести до беспамятства и снять эту штуку силой... но она с трудом сдержалась. И сейчас её сердце сжималось каждый раз, когда она видела этот протез. Ей было больно, когда вместо мягкой ладони она касалась холодного металла. С каждым днём шансы на восстановление руки таяли. И пока она подавляла в себе это недовольство, он явился с разрубленной второй рукой прямо после обычной лекции? Его рука раскололась вдоль, пока он в одиночку экспериментировал с магией? Меня уже просто трясло от одной этой мысли, но если Ли Ха Юль снова где-то раздобудет протез и предъявит его как свою новую правую руку... Хон Ёнхва, пожалуй, упадет в обморок прямо на месте. — Может, мне тоже ради эксперимента отрубить себе руку? Интересно, поймёт ли тогда Ха Юль, что я чувствую? Поэтому она решила его немного проучить. Чтобы он осознал, как скверно обращаться со своим телом словно с глиной, она сказала несколько колких слов. Она предложила ему поставить себя на её место: каково было бы ему, если бы Хон Ёнхва лишилась руки и ходила с болтающимся протезом? Разве его сердце не обливалось бы кровью?.. — Простите меня!.. Ёнхва, тебе нельзя... нельзя, чтобы тебе было больно!.. Но стоило ей это произнести, как атмосфера вокруг Ли Ха Юля резко изменилась. И без того выглядевший как промокший под дождём щенок, Ли Ха Юль после слов Хон Ёнхва вцепился в неё с отчаянной силой. — Я... я во всём виноват... Кхе, кхе! Хнык... Пожалуйста, не говорите так, прошу вас... — Да я же не всерьёз собралась её отрывать, постой! Ладно! Я зря это сказала! Т-тише, не плачь... Он выглядел настолько напуганным, будто и впрямь поверил, что Хон Ёнхва готова сию же секунду лишить себя руки. Ребёнок, который лишь виновато понурился после того, как ему разрубило руку, теперь рыдал навзрыд и не отпускал её. Видя это, даже те, кто до этого молча соглашался, что на этот раз его действительно нужно отругать, поспешно подбежали к нему, принявшись утешать и успокаивать. — Пожалуйста, пусть вам не будет больно... Это я виноват... — Хорошо, прости, что наговорила глупостей. Я никогда так не сделаю. Ну же, успокойся, ладно? Пока Хон Ёнхва вовсю утешала Ли Ха Юля, она внезапно почувствовала на себе чей-то взгляд. — Ха Юль? Ёнхва ведь это не всерьёз... Наверное? Да... Скорее всего. — На этот раз Ёнхва была слишком сурова. Зачем ты вообще такое ему говоришь? — Курсант Хон Ёнхва... Ваши слова были слишком жестокими. — Грубые речи в итоге привели к беде. Слегка подняв голову, она встретилась взглядами с женщинами, которые, помогая успокаивать Ли Ха Юля, смотрели на неё крайне неодобрительно. «Да что за бред, сами же молчали, а теперь на меня наезжаете?» В ответ на их укоризненные взгляды она сердито вскинула брови. Ведь они сами заранее договорились, что в этот раз его нужно проучить по-настоящему, так с чего вдруг они теперь так на неё смотрят? Похоже, несмотря на общий сговор, они решили свалить всю вину на Хон Ёнхва, чтобы сохранить собственную репутацию в его глазах. — Не обижайте папу! — ...Кхм. Хон Ёнхва, обводившая всех яростным взором, поспешно отвела глаза, наткнувшись на колючий взгляд Ли Се Юль, которая похлопывала Ли Ха Юля по спине. Ощущая странное чувство от того, что отец и дочь словно поменялись ролями, она не могла позволить себе ещё больше испортить отношения со своей... приёмной дочерью? — ...В любом случае, прости за те злые слова, Ха Юль. Но пойми, мне так же больно каждый раз, когда ты ранишься, как тебе было больно сейчас... Как бы то ни было, ситуацию нужно было исправлять. Она крепко обняла Ли Ха Юля, который уже почти перестал плакать, и потёрлась щекой о его белоснежные волосы. — Да... Простите. — Вот и славно. Я тоже виновата. Так что и ты, Ха Юль, впредь не относись к своему телу так беспечно, хотя бы ради других. — Хорошо... Хнык, я буду осторожен... — Вот умница. Глядя на шмыгающего носом Ли Ха Юля, который послушно отвечал ей после долгого плача, Хон Ёнхва нежно улыбнулась. Затем она с любовью запечатлела поцелуй на его волосах, источающих сладкий аромат. ...... — Хм. Она не обращала внимания на многочисленные колючие взгляды. И что они ей сделают? — Шмыг... Ёнхва, давай переедем. — Да-да, переедем... Переедем?! Проявления нежности Хон Ёнхва продолжались ровно до этого внезапного заявления. Перед Хон Ёнхва, которая лишь растерянно моргала, Ли Ха Юль легонько помахал ключом, вынутым из-за пазухи. ◆ ◆ ◆ Переезд — дело само по себе крайне хлопотное. Это смена жилья, одного из трёх столпов человеческого существования. Ошибка в выборе может обернуться годами мучений, поэтому такое решение требует предельной осторожности. И среди всей этой суеты сбор вещей считается самым изматывающим этапом. Вещей в обжитом доме всегда накапливается невероятно много. Их нужно рассортировать, упаковать то, что забираешь с собой, и отдельно собрать то, что пойдёт на выброс. К тому же с тяжёлой громоздкой мебелью и хрупкими ценностями нужно обращаться с особой осторожностью. А когда к этому добавляются горы коробок с разной мелочёвкой, на их перевозку уходит уйма сил. У меня тоже не было приятных воспоминаний о переездах. «Тогда мне пришлось несладко...» После того как моё имя попало в новости из-за того, что меня сбила машина. Мне до смерти надоели люди, которые из чистого любопытства вваливались в мой крошечный гошивон. Мне и самому было тошно, а каково приходилось соседям? Из-за того, что один жилец попал в новости, в их доме несколько дней роились толпы людей. И больше, чем собственное раздражение, меня сводила с ума мысль о том, что я причиняю неудобства другим. В итоге мне пришлось переезжать, чтобы скрыться от всего этого... Но готовиться к переезду без одной ноги было невероятно, просто невыносимо тяжело. Но всё это осталось в прошлом мире. То были проблемы слабого и безногого Ли Ха Юля. У нынешнего Ли Ха Юля, способного с лёгкостью швырять автомобили и владеющего множеством талантов, дела обстоят совсем иначе. — Г-у-у-у-ум... В воздухе разверзлась дыра. С её появлением возникла странная вибрация, и потоки воздуха вокруг изменились. Дыра послушно следовала за лёгким движением руки. Не только воздух, но и горы вещей, оказавшиеся на её пути, бесследно исчезали в этом провале. Вскоре там, где прошла дыра, остался лишь идеально чистый пол. Ещё несколько взмахов — и дыра, перемещаясь по всему общежитию, проворно поглощала пожитки. Мебель с одеждой и утварью исчезала целиком, забирая с собой и всё, что лежало отдельно. Остальную мелочёвку я подхватывал Небесным оперением и аккуратно отправлял в провал. На вид это была лишь тонкая, летящая ткань, но стоило приложить силу, и этот артефакт мог рассечь кусок металла словно кусок тофу. Весь процесс проходил быстро и чисто, без лишнего шума и единой пылинки. Подготовка к переезду? С Полномочием пространства это не проблема. Ведь все вещи можно просто запихнуть в Подпространство. Никаких поломок, никакой усталости, всё мгновенно. «Полномочие пространства — это дар божий, а Подпространство — вещь незаменимая...» Вот она, истинная сила Полномочия. На лице сама собой появилась довольная улыбка. — Использовать магию пространства с такой точностью... Поразительно! Пока я планомерно скармливал вещи подпространству, стоящая позади Пэк Арин широко распахнула глаза. Её голубые очи заворожённо следили за дырой — Подпространством, поглощающим багаж. — Она прямо перед носом, но я даже не чувствую магической формулы. — Вот именно. К тому же туда помещается всё: и кровати, и холодильники, и шкафы... Даже самые крупные вещи. — Размеры меняются свободно, вместимость невероятная... Людей, способных так управлять магией пространства, можно пересчитать по пальцам... «......» Я старался сохранять невозмутимый вид, слушая восторженные возгласы Пэк Арин и Элии, которые крутились вокруг подпространства. Не чувствуете магическую формулу? Вместимость и размеры кажутся немыслимыми? «Это потому, что это не магия, а Полномочие...» Полномочие пространства. Чем больше я к нему привыкаю, тем шире становятся мои возможности. Сначала было лишь восприятие пространства, затем Подпространство, установление контроля, возведение пространственных барьеров и изоляция, использование сил притяжения и отталкивания... Как ни крути, диапазон и глубина воздействия здесь несопоставимы с обычной магией. Конечно, в отличие от магии, это не моя собственная сила, и если Полномочие отнимут, я стану беспомощным... «...Или нет?» Я склонил голову, охваченный внезапной мыслью. Теперь использование Полномочия в его базовом активном состоянии стало для меня естественным, как дыхание. Я привык к ощущениям, освоил методы. Неужели это нельзя скопировать? Хотя это способность другого существа, строго говоря, её можно считать уникальной способностью Башни. А раз так, разве я не могу её скопировать?.. — Ты говорил, что учился магии пространства у вице-ректора? [А, да.] [Вице-ректор обучала меня отдельно.] Я озвучил заранее заготовленную ложь в ответ на вопрос Хон Ёнхва, прервавший мои раздумья. Эту же отговорку я использовал раньше перед Ли Джиён. Полномочие пространства и магия пространства. Поскольку другие не видят разницы, это идеальное оправдание. — ...Встречались отдельно? [Да, да... А что такое?] — ...Нет, ничего. Выражение лица Хон Ёнхва стало каким-то странным. Когда я вопросительно наклонил голову, она лишь покачала ею, уверяя, что всё в порядке. [Вещи госпожи Пэк Арин оставить отдельно?] К слову, теперь Пэк Арин больше не нужно жить со мной. Моё Адское Пламя стабилизировалось, а значит, Пэк Арин тоже вернётся к себе. Когда я спросил об этом, ощущая странную грусть, она склонила голову набок. — О, неужели места не хватает? [Нет, дело не во вместимости. Просто мне показалось неловким забирать ваши вещи без спроса...] — Тогда забирайте и мои. Всё равно комнату нужно освобождать, не оставлять же мои вещи там в одиночестве, да и забирать их потом отдельно будет хлопотно. [Вы уверены?] — Да-да, всё в порядке. Я потом сама с ними разберусь. Да и какие могут быть проблемы? Пэк Арин лучезарно улыбнулась. Я кивнул и отправил вещи из её комнаты (?) в Подпространство. — И про нижнее бельё не забудьте. Смотрите не растеряйте по дороге. [?!] — Кончай нести чушь и вали!.. Уходи уже! Выкрикнув это, Хон Ёнхва выставила Пэк Арин за дверь. — Ой, как грубо толкаешься... Потирая спину, Пэк Арин обиженно надула губы и проворчала. — Ах, и ещё. Обуваясь в прихожей, она внезапно обернулась ко мне с загадочной улыбкой. — Тогда до завтра? [...?] [Да, до завтра.] Завтра будний день, так что мы наверняка увидимся на лекциях. Предстоит переезд, так что день обещает быть насыщенным. С этой мыслью я кивнул. ---------- Переезд (2) Сборы, которые в обычных обстоятельствах растянулись бы на несколько дней, благодаря Полномочию пространства завершились меньше чем за час. В прежнем мире переезды давались с трудом, даже когда и вещей-то толком не было. На этот раз пожитков набралось немало, но благодаря подпространству тело совсем не устало. [Смятение] [Сожаление] Однако на душе было странно тяжело. С выражением глубокого смятения на лице он шевельнул пальцем. Повинуясь жесту, пространственные прорехи пришли в движение, и вещи одна за другой начали исчезать. Исчезла и стандартная мебель, стоявшая в общежитии с самого начала. Это не вызвало особых чувств. В начале семестра он почти не заглядывал в общежитие. Куда чаще случалось уснуть, уткнувшись лицом в библиотечный стол или повалившись прямо на пол в тренировочном зале. Мебель принадлежала Сиёламу, и он собирался оставить её здесь, но, услышав, что для следующего курса её всё равно заменят, тут же прибрал всё к рукам. Исчезли и вещи, в спешке купленные после того, как из Яйца Истока появилась Се Юль. Пёстрое разнообразие, оживлявшее унылое общежитие, стерлось без следа. С того момента он почти не покидал этих стен. К тому времени открылся удалённый доступ к библиотеке, так что он постоянно учился, не отходя от Се Юль… В груди словно застрял тяжелый камень. Он снова шевельнул рукой. Он убрал подушки, притащенные Элией под предлогом того, что с ними удобно спать в обнимку, и курильницу, которую принесла Хон Ёнхва, не зная, что его обоняние почти атрофировано. Вещи и одежда, которыми в последнее время пользовалась Пэк Арин, и огромное чёрное нижнее бельё… «Гя-а-а-а!..» От хлынувших в голову образов он вздрогнул всем телом. Как оно может быть больше моей головы… нет, блядь, не о том думаю. Гэпхва, хватит… Он невольно воспринял информацию без всяких фильтров. Поспешно тряхнув головой, чтобы согнать жар с лица, он продолжил собирать вещи. Это всё из-за дурацких слов Пэк Арин. В любом случае, виновата именно она. — У-у-у-унг… И вот, последняя вещь. Прореха, поглотившая синюю коробку, с тихим бульканьем сжалась. Напоследок издав странную пространственную вибрацию, отверстие исчезло. [Грусть] Опустевшее общежитие казалось непривычно заброшенным. [Горечь] Пустота там, где раньше что-то стояло, вызывала невыносимое чувство неловкости. [Досада] Прижимаясь стопами к голому полу, обнажившемуся после исчезновения ковра, он смаковал эти странные чувства. Чувства были настолько сложными и запутанными, что я не мог подобрать для них общего названия. Однако Ожерелье откровения сумело облечь мои эмоции в несколько слов. По ощущениям, я только вчера впервые переступил порог общежития. Воспоминания о тех днях до сих пор живы в моей памяти. Стоило мне собраться поиграть, как по телу пробежал озноб; я рано лег спать, а на следующий день очнулся в мире игры... вернее, не открыл глаза, а просто пришел в сознание. В тот же миг от перегрузки Полномочия голова едва не взорвалась, а стоило мне прийти в себя спустя несколько дней, как я чуть не умер от голода и жажды. Кое-как собравшись с мыслями, я осознал, что ослеп и лишился голоса. Что бы я ни ел, всё казалось безвкусным и лишенным запаха. Вдобавок ко всему, моя жизнь, судя по всему, стала подходить к концу. И это в мире игры. В мире, где вот-вот разразятся катастрофы, а позже могут вторгнуться чудовища, именуемые Хозяевами Башни. В такой ситуации я не мог просто покорно влезть в петлю или броситься вниз, поэтому, словно ища спасения, я пришел в Сиёлам... И... — Время летит так быстро. Кажется, будто мы только вчера здесь поселились... Пока я предавался воспоминаниям, Элия, стоявшая позади, тихо пробормотала эти слова. Элия, молча наблюдавшая за тем, как исчезают вещи, подошла ближе и мягко опустила ладонь мне на плечо. Пристроив подбородок на моей макушке, она не стала скрывать своего явного сожаления. Я замялся, не решаясь заговорить, а затем осторожно накрыл своей рукой ладонь Элии и спросил: […Элия, вы уверены, что переезд вместе со мной не доставит вам неудобств?] — Ох! Хотите сказать, раз Се Юль уже подросла, я вам больше не нужна? [Нет!] [Я совсем не это имел в виду!] [Просто я боялся, что стану для вас обузой и создам слишком много лишних хлопот…] — Да бросьте, я же просто шучу. Кому, как не мне, знать, что Ха Юль не из таких людей. — В-ж-ж-жух… На ехидный ответ Элии я лишь обиженно надула губы. И надо же было превратить мои искренние опасения в очередной повод для шуток… В последнее время окружающие словно только и ждут случая, чтобы меня подразнить. Внутри внезапно вскипела досада. Я извернулась, пытаясь сбросить с плеча её руку. — А-а-а-а, ну прости, что я так вредно тебя дразнила. Элия, капризно растягивая слова, на удивление опытным движением развернула меня к себе и крепко прижала к груди. Лицо глубоко утонуло в массивной плоти. Аромат тела не ощущался, однако тепло, запертое в этих объятиях, явственно передавалось. Пристроив подбородок на моей макушке, он принялся легонько похлопывать меня по спине, словно успокаивая капризное дитя. [И-и-их…] От этого мягкого и ласкового Тепла моё раздражение, уже готовое сорваться с губ, вмиг улетучилось. Мне хотелось и дальше ворчать, но в то же время — совсем нет. Хотелось просто прильнуть к нему и позволить себе побыть маленьким, купаясь в его заботе. Именно к профессору Лиане или Элии у меня возникали подобные порывы. Быть может, всё дело в Сродстве к духам, но казалось, какую бы каверзную шутку я ни загадал, они лишь ласково улыбнутся и раскроют свои объятия. — У-у-у... Побарахтавшись немного руками, я обхватил Элию за талию, прижимаясь к ней. — Ха Юль так мило отреагировал, что я не удержалась и подшутила над тобой. Прости меня, пожалуйста. — Спасибо, что принял мои извинения. Тихонько хихикнув, Элия склонила голову и потерлась щекой о мои волосы. — Тебе ведь тоже очень грустно, Ха Юль? Мы ведь накопили здесь столько общих воспоминаний. — Да, воспоминания. Пусть это время и не было долгим... но для меня оно было наполнено радостью. Услышав от Элии слово «воспоминания», я растерянно моргнул. Внезапно я осознал причину того странного чувства дискомфорта. Если подумать, та щемящая боль, что сдавливала грудь, бесследно исчезла. Вместо неё я почувствовал, как от столь явного проявления любви в глубине души разливается приятное тепло. «Неужели из-за этого?..» Я украдкой применил Наблюдение на Элию. Она смотрела на меня сверху вниз, и на её губах играла улыбка — казалось, что-то её искренне забавляло. Глядя на эту исполненную нежности улыбку, мои сомнения окончательно сменились уверенностью. Должно быть, заметив моё смятение, она нарочно поддразнила меня, чтобы поднять настроение. «...» Выходит, я вел себя как капризный ребенок, даже получая такую заботу... От Стыда к лицу мгновенно прилила кровь. И в то же мгновение сердце переполнило щемящее чувство уюта. Небесное оперение едва заметно затрепетало. По телу пробежала щекотка. Я что-то невнятно пробормотал и, покрепче обхватив её за талию, зарылся лицом глубоко в её пышную грудь. — Щёлк! — Ох... Услышав голос, исходящий от ожерелья, Элия удивленно округлила глаза. — Хе-хе, какой милашка. Она не стала больше ничего говорить. Лишь раскрыла объятия и нежно прижала меня к себе, даря тепло и заботу. — Значит, когда лекции закончатся, мне нужно поехать по этому адресу? [Да, закончим с занятиями и отправимся вместе.] — Ладно-ладно, тогда после лекций пойдём вместе с Ёнхва и Се Юль. Какое-то время я таял в уютных объятиях Элии, позволяя неловкости улетучиться. [Чувство защищённости] — Щёлк! [?Ма] — А? «Вопросительный знак», «Ма»... что это значит? […?] [Кто знает?] Внезапно Ожерелье откровения издало странный звук. В последнее время состояние Ожерелья откровения оставляло желать лучшего. Даже при Наблюдении никаких внешних или внутренних проблем не обнаруживалось, однако я не мог отделаться от странного чувства неправильности. Не то чтобы оно сломалось… скорее казалось, будто его функции претерпевают какие-то изменения. Мы с Элией синхронно наклонили головы в недоумении. . . . Сначала я, Элия и Хон Ёнхва, у которых лекции закончились раньше всех, отправились к нашему новому пристанищу. К слову, Пэк Арин, учитель и профессор Лиана тоже обещали заглянуть, чтобы помочь с переездом. Благодаря подпространству с вещами мы разберемся быстро, так что их визит будет скорее празднованием новоселья, чем реальной помощью. Поэтому я заранее запасся продуктами. Нужно было поскорее закончить с вещами и приниматься за готовку. — О-о-ох… Реакция Элии, когда мы добрались до нового места, была весьма бурной. Она замерла с приоткрытым ртом, и невольный вздох восхищения сорвался с её губ. В её широко распахнутых жёлтых глазах отразилась часть нашего нового дома. Се Юль, пригревшаяся в руках Элии, была поражена не меньше. Куда только девалось её вечно недовольное личико — она с таким любопытством озиралась по сторонам, что выглядела невероятно мило. — Это… особняк? — По-моему, «замок» здесь подошло бы куда больше, чем «особняк»… Пробормотала стоявшая рядом Хон Ёнхва с ошеломлённым видом. Хон Ёнхва не застыла с разинутым от изумления ртом, но и она не смогла скрыть своего удивления. — Погоди, неужели тебе отдали всё это здание целиком? [Да, похоже на то.] Я, вышедший их встречать, и сам сохранял довольно озадаченный вид. Впрочем, я был в чуть лучшем положении, чем остальные. Всё потому, что, получив ключи и адрес, я ещё несколько дней назад применил здесь Наблюдение. И хотя в самый первый раз я был по-настоящему шокирован, реальность происходящего до сих пор не укладывалась в голове. Тяжело вздохнув, я окинул Наблюдением возвышающуюся передо мной обитель. Ограда, увитая зелёным плющом, хранила в себе одновременно и величие прожитых лет, и изысканное благородство старины. На входе красовались массивные ворота, какие обычно венчают лишь самые роскошные поместья, а на обширной территории, окружающей особняк, раскинулся сад, ухоженный с изяществом истинного произведения искусства. В самом центре этого участка возвышался огромный П-образный особняк, для описания которого слова «великолепный» было явно недостаточно. Нет, масштаб был таков, что к нему впору было раз за разом добавлять приставку «супер», и всё равно этого казалось бы мало. Судя по качеству материалов, затраченных на постройку, а также по уровню и количеству наложенной Магии, это здание, как и сказала Хон Ёнхва, больше походило на замок, нежели на жилой дом. Его величественный облик мог бы смутить даже монарха процветающей державы, реши он избрать это место своей резиденцией. Этот роскошный особняк, по правде говоря, был довольно известным местом в Сиёламе. Центральный район Сиёлама, где сосредоточено большинство административных учреждений. Несмотря на то, что это колоссальное имение занимало здесь огромную площадь, о нём ходила слава как о здании, в которое никогда не заходил ни один человек. Но поразило меня не только это. «…Внутреннее пространство не поддаётся Наблюдению?» Наблюдение работало плохо. Снаружи всё было в порядке, но стоило попытаться проникнуть вглубь, как связь мгновенно обрывалась. Виной тому была Магия, которой был пропитан особняк. «Впрочем, Магия ли это?» Я склонил голову набок. Для Магии её состояние было слишком странным. Как бы это выразиться… Магическая формула была нечёткой? Если обычная Магия проецирует волю через Магическую формулу, то здесь воля словно растворилась в самом пространстве, подобно краскам на картине. — О-о-о… Пока Элия и Се Юль пребывали в глубоком оцепенении, Хон Ёнхва украдкой бросила на меня взгляд. В её глазах читались крайнее недоумение и растерянность. — Это ведь… особняк, принадлежащий ректору? […Кто знает?] Я лишь неопределённо качнул головой. Это место действительно было известно как резиденция, где в прошлом проживал ректор. Кроме того, это место вызывало подозрения: не здесь ли скрывается исчезнувший Владыка Башни Роста? И теперь это дом, в котором я буду жить. Оставив позади застывшую в оцепенении троицу, я направился к главным воротам. В воротах тоже чувствовалась неведомая Магия... словно в них растворилась чья-то воля. Попытайся кто-нибудь проломить их силой, и он столкнулся бы с мощным противодействием. «Если есть ключ, они ведь откроются?» Первым делом я достал ключ из подпространства… — У-у-у-унг…! Ключ, извлечённый из Апространства, издал странную вибрацию. — Щёлк! Следом со стороны ворот донёсся какой-то механический звук, и они безвольно распахнулись в обе стороны. [Э?] Глядя на то, как ворота, ещё мгновение назад запертые наглухо, вдруг гостеприимно распахнулись, все застыли с ошеломлёнными лицами. […Для начала давайте войдём.] — А… да, пошли. Ситуация была нелепой, но и стоять столбом вечно тоже не стоило. Раз уж ключ был у меня, я первым переступил порог главных ворот. — У-у-унг! Ключ снова завибрировал. В тот же миг я ощутил некую связь, возникшую между нами. И затем. — У-у-у-унг…! «Что это?» Ожерелье откровения тоже отозвалось дрожью. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Первопроходство] [Квест «Посещение глубин Колыбели» выполнен] [Вы получаете очки] … [Артефакт «Ожерелье откровения» реагирует] … [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Элия Слейд ●●●●●●●●○○(82▷83/100) «Симпатия» «Благодарность» «Дойная корова?» «Цыплёнок» «Сожаление» ---------- Переезд (3) Гостей, только что миновавших главные ворота, встретило истинное цветочное великолепие, раскинувшееся по обе стороны дороги, ведущей к особняку. — О-о-ох... Элия, которая с самого начала не могла закрыть рот от изумления, заворожённо замерла. Она опустила Се Юль на землю и, взяв её за руку, присела на корточки у края тропы, чтобы получше рассмотреть цветы. — Какая красота... Здесь были собраны самые разные виды и оттенки. Несмотря на то, что они принадлежали разным сезонам и регионам... все они причудливо цвели в одном месте, бок о бок, в полной гармонии. Этот пейзаж казался ожившей фантазией, словно кто-то вырезал кусок сказочного мира и перенёс его сюда, заставляя невольно вздыхать от восхищения. Перед ней в идеальном согласии распускались самые разные цветы. Элия переводила взгляд с одного бутона на другой и озадаченно склонила голову. На её лице читалось сомнение, будто она пыталась что-то вспомнить. — Эти белые цветы — эдельвейсы? А те красные рядом... — Гибискус. — Ах, точно! Гибискус! Именно так они и назывались! — А те фиолетовые по соседству... Агапантус? Тут собраны почти все виды. Элия, мучительно пытавшаяся подобрать названия, радостно захлопала в ладоши, услышав подсказку. — А? Но тут же, почувствовав неладное, она обернулась. Она посмотрела на того, кто ответил ей... нет, на Фейри Се Юль. — ...Се Юль, ты даже такие цветы знаешь? — В книгах видела. Се Юль ответила с каким-то загадочным выражением лица. Пока она с любопытством оглядывалась по сторонам, за её спиной плавно колыхалось широко расправленное пятицветное Небесное оперение. — Ого, наша Се Юль такая умница! — Хи-хи. Се Юль издала странный смешок и самодовольно задрала нос, а Элия лучезарно улыбнулась, погладив её по голове. Обе были одеты в светлые платья похожего фасона, и всё это на фоне прекрасного цветочного ковра. Эта мирная сцена, которую немедленно хотелось запечатлеть на снимке, делала Элию и Се Юль похожими на любящих мать и дочь. — Ха Юль, что-то не так? Хон Ёнхва, которая с явным недовольством наблюдала за этой идиллией, подошла ко мне, пока я стоял как вкопанный. — Нет... всё в порядке. Просто голова немного закружилась. Видимо, мой отрешённый вид показался ей странным. Стоило мне покачать головой в ответ, как Хон Ёнхва резко сократила дистанцию, схватила меня за плечо и притянула к себе. Я естественным образом прислонился к ней. — Хм... Если где-то болит, сразу говори. Я ведь уже предупреждала, да? Не смей терпеть и мучиться в одиночку. — Да, я буду иметь это в виду. — Вот и умница. Похоже, мой ответ её удовлетворил. Недавнее недовольство на лице Хон Ёнхва бесследно исчезло, и она с мягкой улыбкой принялась поглаживать меня по плечу. «...Это место...» Прислонившись к ней и наслаждаясь лаской, я анализировал то странное, чужеродное чувство, которое с самого начала настойчиво стучалось в моё сознание. «Что это за пространство?» Магия, наполняющая не только особняк, но и всю прилегающую территорию, была крайне необычной. Обычная магия сродни вычислениям. Стоит разобрать Магическую формулу, и можно понять, какой эффект она производит. Но здесь всё было иначе. Здесь не было формул для анализа. Мана не сплеталась в сложные структуры для проекции воли — сама воля, подобно краскам на картине, просто растворилась в пространстве. Даже в цветах, пышно цветущих в этом парке, чувствовалась запечатлённая воля. Расцветайте, явите миру свою истинную красоту, раскрывайте бутоны, впитывайте жизненную силу... Словно повинуясь этому зову, цветы пребывали в состоянии своего наивысшего расцвета, буквально сочась накопленной жизненной силой. То же самое касалось и барьера, который окружал поместье, концентрируясь вдоль главных ворот и ограды. Это была воля, отсекающая посторонние взгляды и любое вторжение. Она была настолько мощной, что даже моё Полномочие наблюдения не могло с лёгкостью проникнуть внутрь. В самом здании особняка эта воля ощущалась ещё сильнее, из-за чего заглянуть в его внутренние помещения было и вовсе невозможно. «Ключ?» Но сейчас я мог вести Наблюдение. Я коснулся ключа, который всё ещё сжимал в руке. От него, ещё мгновение назад мелко вибрировавшего, я почувствовал некую установившуюся связь. В тот же миг Шипы, выставленные так, словно они не намерены были пропускать никого извне, мгновенно опустились, и крепко запертая печать распахнулась. Но на этом всё не закончилось. Воля, запечатлённая здесь, отозвалась мне. Ноющая головная боль, которую я уже привык игнорировать, утихла, а тело, ломившее после изнурительных тренировок, начало постепенно восстанавливаться. Земля, цветы, трава и деревья... всё живое было наполнено жизненной силой, а чистота и качество маны здесь были невероятно высоки. Дышать стало легко. Как только усталость и боль отступили, моё состояние само собой улучшилось. Небесное оперение затрепетало, словно рыба, попавшая в родную стихию. Мне стало настолько хорошо, что на мгновение возникла иллюзия, будто это место создано специально для меня. — Вдох... — Ик. Когда я глубоко вдохнул, вместо чистого воздуха мои лёгкие наполнил нежный аромат тела Хон Ёнхва. «Ах, я же на неё опирался». На мгновение я совсем об этом забыл. — Кхм... С-чего это ты вдруг? Хон Ёнхва, чей запах я внезапно вдохнул, вздрогнула всем телом, а затем украдкой подалась грудью вперёд. . . . Закончив краткий осмотр парка, мы вошли в особняк. Какое-то время мы бродили по нему, тщательно изучая каждый уголок. Обычно к дому не применяют слово «бродить», но этот особняк был настолько огромен, что даже такого описания казалось недостаточно. — Ого... Кажется, они просто впихнули сюда всё, что только пришло в голову, нет? Хон Ёнхва, осматривавшая дом вместе со мной, произнесла это с ошеломлённым видом. Если поначалу она просто отмечала его размеры, то теперь, видя, сколько помещений ещё осталось неисследованными, она не скрывала своего изумления. — Футбольное поле, баскетбольная площадка, теннисный корт, кинотеатр, тренировочный зал, лаборатория алхимии, комната магических измерений... Чего тут только нет. — Аха-ха... Он и правда великоват. Чтобы осмотреть всё, понадобится несколько дней. — Это не просто «великоват», это нечто за гранью. — Он просто огромный... Даже Се Юль, которая обычно во всём противоречила Хон Ёнхва, на этот раз была с ней солидарна. Я лишь неловко улыбнулся. Особняк представлял собой здание с тремя надземными и двумя подземными этажами. По форме он напоминал букву «П» и делился на центральное здание, где мы сейчас находились, а также Западное и Восточное крылья. Центральная часть выполняла роль своего рода Главного корпуса, где были сосредоточены все необходимые для жизни удобства. К слову, в любую комнату можно было зайти и начать жить прямо сейчас — никаких проблем. В этих бесчисленных комнатах уже стояла мебель, было всё оборудование, а чистота была идеальной. Я прилег на одну из кроватей — она оказалась невероятно роскошной. Качество было на порядок выше, чем в общежитии. Я просто на миг прилег, но у меня буквально челюсть отвисла от комфорта. Западное крыло было до отказа забито развлекательными объектами: футбольное поле, баскетбольная и теннисная площадки, кинотеатр и прочее. В Восточном крыле располагались залы для боевых искусств и магии, а также помещения для занятий алхимией и Металлургией. Всё оборудование поддерживалось в идеальном состоянии благодаря той самой необычной магии. Благодаря ей всё функционировало безупречно. — Но это здание — ещё не всё, сзади ведь есть что-то ещё? Когда мы туда пойдём? Удивительно, но на этом поместье не заканчивалось. На некотором расстоянии от особняка располагалось ещё несколько Флигелей. Конечно, они не могли сравниться масштабами с основным зданием, но по моим меркам они всё равно были колоссальными. Честно говоря, мне кажется, здесь можно было бы с комфортом разместить всех курсантов Сиёлам. Кроме того, на этой огромной территории был парк, ботанический сад и даже некое подобие плантации для выращивания лечебных трав. Территория была настолько обширной, что у нас просто не хватило сил обойти всё. Поэтому для начала я просто выпустил Духов, предпочитающих природную среду. Словно почувствовав избыток жизненной силы и маны в этом пространстве, Духи засияли и разлетелись во все стороны. — С чего бы ей отдавать такое место вот так запросто... — И не говорите... В лобби на первом этаже Главного корпуса я согласно кивнул на ворчание Хон Ёнхва, которая опустилась на один из многочисленных диванов. Она невозмутимо вручила мне ключ, сказав: «Это ключ от особняка», поэтому я представлял себе особняк примерно такого же масштаба, как тот, где живёт Пэк Арин. Я решил, что и этого будет более чем достаточно, но никак не ожидал, что получу настолько невероятный объект недвижимости... [Впрочем, нет нужды осматривать всё в один день.] Это место было слишком просторным, чтобы изучить его за сутки. [Может, выгрузить все вещи здесь?] [Я мог бы и дальше держать их при себе, но ведь теперь их нужно разнести по комнатам.] Как бы то ни было, ключ уже был у меня. Можно было бы вернуть его, сославшись на то, что это слишком обременяет, но... пока что у меня не было таких мыслей. — Ах, теперь нужно выбрать комнаты. За осмотром я совсем об этом забыла. Услышав восклицание Элии, я открыл Подпространство. Распахнулся огромный провал. Вещи, выпадающие из него, я подхватывал Небесным оперением и аккуратно опускал на пол. — Ха Юль, а какую комнату займёшь ты? Пока я выгружал багаж, Хон Ёнхва подошла ко мне и спросила вкрадчивым голосом. — Я... ещё не решил. Но постараюсь выбрать ту, что рядом с Се Юль. — А, рядом с Се Юль... Хм? Ты куда? Я выгрузил всё. Ещё раз проверив, не забыл ли чего, я поднялся, и Хон Ёнхва вопросительно склонила голову. — Ёнхва, Элия-ним, вы пока отдохните. А я пойду готовить еду. — Точно, ты же говорил про новоселье. А кто придёт? — Э-э... Учитель, профессор Лиана. А ещё Пэк Арин-ним и старшая Ли Джиён... — Ли Джиён? Ты и сестрицу Джиён пригласил? — Ах, да. — ...Вот как? Хон Ёнхва, перебившая меня на полуслове, сделала какое-то неопределённое лицо. — Что-то не так? — Э-э... Да нет, ничего. — ? В любом случае, дел у меня было невпроворот. Как раз завтра выходные, так что я планировал устроить новоселье, совмещённое с ужином. Поэтому я собирался приготовить много еды. Кухня здесь уже была полностью укомплектована, так что можно было сразу приступать к готовке. Но перед тем как начать, мне нужно было заглянуть ещё в одно место. . . . В Восточном крыле особняка, в самом его углу, находилась плотно запертая комната. Снаружи она ничем не выделялась. Как и другие двери, эта была сделана из тёмно-коричневого дерева, хранившего на себе печать времени. «Защита здесь очень мощная». Я не мог заглянуть внутрь. Даже теперь, когда я был связан с домом через ключ, Наблюдение не позволяло рассмотреть, что там. В то время как остальная воля поместья ослабила бдительность, здесь она сохранялась в полной мере. Это место сразу привлекло моё внимание именно из-за своей исключительной защищённости. Я решил посетить его в тот же миг, как почувствовал. Это было здание, в котором, как считалось, когда-то жил ректор, и до сих пор ходили слухи, не скрывается ли ректор именно здесь. И то, что в таком месте до сих пор поддерживается столь строгая охрана... «Хм...» Недолго постояв перед дверью в раздумьях, я достал ключ и поднёс его к дереву. Вр-р-р... Ключ отозвался вибрацией. — Щёлк. «Так и знал». На двери не было замочной скважины, но стоило ключу приблизиться, как раздался звук отпираемого замка. Как я и думал, этот ключ служил пропуском. Судя по всему, сам ключ и был правом на использование этого особняка. Я потянул за ручку. — Скри-и-ип... Дверь отворилась с протяжным, странным звуком. В тот же миг барьер, окутывавший комнату, плавно рассеялся, открывая взору внутреннее убранство. «...Это?» Комната оказалась своего рода кабинетом-библиотекой. Но она была невероятно обширной. В десятки раз больше, чем казалось снаружи. Похоже, здесь была применена Магия расширения пространства. Стены этого гигантского помещения были до самого верха заставлены книжными полками с неисчислимым множеством томов. И ещё... «Портрет?» Я заметил висящий на стене огромный портрет. ---------- Кабинет (1) Книжные шкафы, тесно заполнившие комнату, и всевозможные книги, плотно забившие каждую полку. По ощущениям, это помещение явно служило библиотекой или рабочим кабинетом. «Пространственное расширение». Изнутри комната оказалась значительно просторнее, чем ощущалось снаружи. Она была настолько огромной, что её вполне можно было принять за отдельное здание. Большая часть этого пространства была заставлена стеллажами, уходящими под самый потолок, отчего возникало чувство, будто я оказался посреди книжного леса. «Старое место». На шкафах, выстроившихся словно грибы после дождя, теснились книги самых разных жанров. Я подошёл к ближайшему стеллажу и слегка коснулся корешка одной из книг. Благодаря чьей-то воле они прекрасно сохранились и не были повреждены, но глубина прожитых лет ощущалась в них со всей отчетливостью. Погладив странно шершавую обложку, я осторожно потянул книгу на себя. — У-у-унг. На комнату была наложена мощная защита, которую я почувствовал ещё у двери, но благодаря ключу книга поддалась мягко и без малейшего сопротивления. На обложке извлечённого тома я обнаружил дату издания: 12-й год Эры Нового Мира. «Двенадцатый год… Самое начало Эпохи Хаоса». Долгий и мучительный период неразберихи, наставший для человечества сразу после Великого Катаклизма, который полностью перевернул основы этого мира. Начало Эпохи Хаоса было настолько ужасным и мрачным временем, что некоторые называли его Эпохой Тьмы. Словно в ответ на угрозу монстров и подземелий, в людях пробудились мана и уникальные способности. Однако в те времена знаний и опыта в этой области практически не существовало. Предки не оставили записей, а те, кто шел впереди, еще не успели проложить путь. Неосвещенные тропы тонули во мраке. Слово «путь» здесь даже не подходило — вокруг была лишь непроглядная тьма и неизвестность. Дорогу тогдашним сверхлюдям приходилось прокладывать лично, выступая как Первопроходец. Из-за этого множество людей сгинуло в пучине неведомого, и многое было утрачено навсегда. Особенно это касалось материалов раннего периода Эпохи Хаоса — большинство из них было уничтожено, и до наших дней дошли лишь обрывки историй, передаваемых из уст в уста. Я принялся просматривать полки. Проводя рукой по обложкам и вовсю используя Наблюдение, я проверял содержимое шкафов. «Хм…» История, магическая наука, философия, психология, литература… Встречались области, знакомые по прежнему миру, но было и множество книг, связанных с реальностью этого места: география подземелий, магические гримуары с анализом монстров. «Многое связано с биологией». Книг по биологии оказалось больше всего. Пока не вникая в содержание, я просто пробежался глазами по названиям на обложках. «Происхождение жизни и эволюция, экология, генетика, рост и развитие растений, поведение животных, глубинная анатомия, физиология, Изнанка естественного отбора, биологическая иммунная система, рост, эволюция… Стоп». Упорядочивая поток поступающей информации, я вдруг замер, не убирая руки с книги. Среди бесчисленных волн данных промелькнуло нечто, особенно сильно зацепившее моё сознание. Я резко прекратил свои действия. Еще раз быстро проанализировав информацию, я направился вглубь комнаты. Стеллаж в самом углу библиотеки. Хотя под воздействием чужой воли шкафы и книги ничуть не пострадали, мое Наблюдение, сфокусированное на предметах, позволило распознать печать времени, впитавшуюся в них. Этот угловой стеллаж был одним из старейших в кабинете. Словно в подтверждение этому, стоявшие на нем книги выглядели заметно потрепанными. «Это…» К тому же, здесь была установлена защита куда более мощная, чем на других шкафах. Настолько сильная, что я сомневался, смогу ли оставить на ней хоть царапину, приложив все свои силы, но перед ключом она безвольно отступила. Я решительно выхватил одну из книг. На зеленой обложке были видны следы частого использования. Края истерлись до блеска, кое-где виднелись мелкие отметины. И это только внешний вид. Я медленно прочитал название. 『План основания Сиёлам (черновик)』 «Рукопись?» План основания. Этой книге не меньше сотни лет. Я принялся проверять остальные книги одну за другой. На полках хранились самые разные рукописи. 『Чертежи Сиёлам — Формирование искусственного острова』 『Чертежи Сиёлам — Планировка территории』 『Чертежи Сиёлам — Комплексная магическая формула』 『Чертежи Сиёлам — Защитная магическая формула (черновик-2)』 『Интерпретация — Боачхонбёк』 От плана основания Сиёлам до целей и процесса создания искусственного острова, застройки территории и подробного описания того, какие магические формулы, где и каким образом были начертаны… «Боже мой, Боачхонбёк — это же…» Бегло просматривая записи, я внутренне содрогнулся, когда дошел до раздела с магическими формулами. Здесь была не только защитная магия, примененная в объектах Сиёлам, но и барьер, опоясывающий весь остров… Включены даже сведения о Боачхонбёк. Барьер Боачхонбёк, который еще ни разу не был пробит. Стена, что стойко держалась, несмотря на череду нападений, начатых Хозяевами Башни. Мощный щит, который с трудом удалось взломать даже в одиннадцатой итерации. И здесь структура этого Боачхонбёк была расписана в мельчайших деталях: элементы, составляющие его ось, их расположение и даже способы нейтрализации. «Нет…» Моих нынешних знаний недостаточно, чтобы полностью осознать всё это, учитывая уровень барьера. От избытка слишком сложной и тяжелой информации голова пошла кругом. Это не была обычная боль, скорее странное чувство распирания в черепе. Я зажмурился и схватился за голову. Но я могу это запомнить. Или просто забрать книгу с собой. — Фу-ух… Сделав глубокий вдох, словно выплескивая смятение, я направился к тому месту, которое до сих пор старательно игнорировал. У стены напротив двери вместо книжных полок стоял массивный деревянный стол. Нагромождение сложных магических артефактов, небрежно разбросанная бумага и книги. Оранжевый свет от магического светильника в форме фонаря заливал столешницу. Я перевел фокус Наблюдения. На стене рядом со стеллажами висел портрет прекрасной женщины. Огромное полотно, словно провозглашающее, кто здесь истинный хозяин. Она непринужденно откинулась на спинку стула, и даже через свободную одежду отчетливо угадывались изгибы её тела. Белые тонкие кисти рук были аккуратно сложены на коленях. Волосы, подобные ниспадающему водопаду чистой воды, и глаза цвета аметиста, которые, казалось, видели меня насквозь, хоть это была всего лишь картина. «……» Особняк, в котором жил ректор. В кабинете этого особняка обнаружились рукописи с подробнейшими записями о Сиёлам. Планы и процесс основания, о которых не знали даже приближенные лица, а также детальная структура всего Сиёлам. И портрет, висящий в таком кабинете. Имя автора, указанное в рукописях. «Нериэль Клайдия». Ректор Сиёлам, Владыка Башни Роста. «Да как же так…» Перед лицом неопровержимых доказательств я со сложным чувством в душе всматривался в портрет. Нериэль Клайдия. Та, кто создала странную систему особого набора и отдала мне место, которое больше сотни лет существовало для всех лишь на картине. И теперь она исчезла в неизвестном направлении, передав мне особняк, в котором жила сама. В кабинете этого особняка она оставила множество рукописей. Оставила свой портрет и сведения о Сиёлам. Оставила даже информацию о барьере Сиёлам. Насколько это опасно? У меня язык не повернется описать. Конечно, были приняты мощные меры защиты, но само существование таких записей несет в себе огромный риск. И при этом она сделала так, чтобы я мог с невероятной легкостью найти эти важнейшие материалы. Имея ключ, можно беспрепятственно войти на территорию и в особняк, зайти в кабинет и взять любую книгу. Это слишком безрассудно. Сиёлам — место, без которого этот мир не может существовать. Как по символическим, так и по сугубо практическим причинам. Один состоявшийся сверхчеловек способен на великие свершения. И Сиёлам, ежегодно выпускающий сотни таких героев, — одна из опор этого мира. И в такой ситуации мне в руки вручают информацию… которую следовало бы хранить под строжайшим секретом? А если бы у меня были дурные намерения? Что, если бы я прямо сейчас отправился к узлам барьера и разрушил их? Даже если бы я просто передал эти сведения кому-то другому, и этот человек использовал бы их во зло, Сиёлам погрузился бы в хаос, с которым трудно совладать. «На чем основывается её вера в меня?» Откуда она знает меня, человека даже не из этого мира, как она узнала о моем приходе, и кто я такой, чтобы сажать меня на это место и оказывать такую поддержку? «Чего ты от меня хочешь?» Чего ты надеешься достичь? Хочешь, чтобы я рос? Но ради какой цели? Знаешь ли ты о том, что произойдет в будущем? Хочешь, чтобы я это предотвратил? «Ты…» Я завороженно изучал портрет. Скрупулезно анализировал каждую деталь. Пусть это была лишь плоская картина, анализ через Наблюдение позволил мне детально вообразить облик человека на холсте. «Похожа…» Она была похожа на вице-ректора. Цвет волос и глаз совпадал. Глубокий фиолетовый, напоминающий аметист, прочно врезался в сознание. Однако общие черты лица были совершенно иными. Если вице-ректор был твердым и холодным, словно кусок железа, то от Владыки Башни Роста, несмотря на её внешнюю бесстрастность, исходило ощущение мягкости и всепрощения. Я только что впервые увидел её облик. И это был не живой человек, а всего лишь портрет, оставленный на холсте. Из глубин памяти всплыл один фрагмент. Я сравнил человека из того воспоминания с женщиной на портрете. Они разные. Цвет волос, их длина, цвет глаз — всё не то. Но черты лица и фигура похожи… «Нет». Почти идентичны. Сходство было настолько сильным, что разница казалась несущественной. Даже аура, едва уловимая в картине, совпадала. Мягкая, но непоколебимая… эманация, запечатленная в сознании, была точь-в-точь как у того человека. Это не было слишком далеким воспоминанием. И не было детальным. Это было воспоминание, которое я не особо хотел ворошить. О том, как я, подобно мотыльку, бросился под колеса машины. «Похожа». Она была похожа на ту, кого я спас, оттолкнув в сторону. В вазе, стоявшей на краю стола, пышно расцвели фиолетовые цветы. ◆ ◆ ◆ [Владыка Башни Роста молчит] ---------- Сладкая Хон Ёнхва(1) Несмотря на смятение в душе, нужно было готовиться к новоселью. Как бы тяжело ни было на сердце, я не мог позволить себе откладывать дела и просто забиться в нору. Устало шаркая, я вышел из кабинета. «…Огромная». Кухня в этом особняке… скорее заслуживала названия «кулинарный цех». И это был не просто какой-то заурядный цех. Она была самой просторной и лучше всего оборудованной из всех, что я когда-либо видел. Сколько же денег ушло на это помещение? Мне было страшно даже пытаться представить ответ. «Состояние… можно пользоваться прямо сейчас». Я задействовал Наблюдение и тщательно всё осмотрел, но придраться было не к чему. «А это что? Для стейков? Бройлер для быстрой обжарки сверху?» Тут было множество диковинных кухонных приборов, которые я видел впервые. Бегло изучив их внутреннюю структуру и магические формулы, я сразу понял, как ими пользоваться. Чистота была безупречной, а разнообразие и качество инструментов превосходили даже те, что я принёс с собой. Так было со всеми удобствами в этом особняке. По моим предположениям, здесь никто не жил несколько десятилетий, однако всё оборудование было не просто современным, а элитным. И состояние, и чистота были на высоте. «…Эх». Я закончил осмотр и прибрал всё вокруг. Подготовив место для готовки, я приступил к делу. — Тук-тук-тук-тук! В мерном ритме овощи и мясо распадались на ровные куски. Но ножа в моих руках не было. Как и всегда, вместо рук работало Небесное оперение — один из лучших выборов в моей жизни. Заточенное, словно лезвия, Небесное оперение разделывало продукты, а другие его перья, приняв иную форму, перекладывали подготовленные ингредиенты в посуду. И кухонной утварью, и продуктами манипулировало именно Небесное оперение. На этой просторной кухне подобная картина выглядела совершенно естественной. На еду, стремительно готовящуюся в ходе бесчисленных одновременных процессов, я накладывал простые чары сохранения, а Небесное оперение бережно переносило её на стол. Одна за другой тарелки и миски занимали свои места. Блюда были самыми разными, и от них валил густой пар, выдавая их свежесть. Вкусовые предпочтения в этом мире — вещь крайне субъективная. Я примерно знал вкусы тех, кто придет на новоселье, но на всякий случай приготовил побольше разного, чтобы угодить всем. «К тому же, все они едят за двоих». Тело сверхчеловека требует огромного количества энергии. Насколько отличается уровень их физических способностей, настолько же велики и затраты калорий. Чтобы восполнить этот запас, нужно много есть. «Гости… Учитель, профессор Лиана, Пэк Арин и… старшекурсница Ли Джиён». Всего восемь человек, включая меня. Шестеро из них — высокоранговые сверхлюди, один — Рыцарь-фей в самом расцвете сил. И я — то ли человек, то ли фейри, непонятный гибрид. Как бы то ни было, даже если стол будет ломиться от яств, этого может оказаться мало. Даже Элия или профессор Лиана, которые особо не утруждают себя физически, легко съедают по нескольку порций. А уж те, чья профессия связана с запредельными нагрузками… Хон Ёнхва, Учитель, Пэк Арин и Джиён едят в разы больше. Глядя на их аппетит, понимаешь, почему у сверхлюдей такие великолепные фигуры. Без такого количества еды они просто не смогли бы поддерживать свои пышные формы и внушительную мышечную массу. Поэтому для сегодняшнего застолья нужно было приготовить гораздо больше. Двух рук не хватало, так что я задействовал и Небесное оперение. Впрочем, мои настоящие руки тоже не бездельничали. Я сложил ладони перед грудью, концентрируя ману. Непорочность белой маны вязко просочилась сквозь пальцы. «Активное состояние, Гэпхва». — Фш-ш-ш-ш…! Стоило мне добавить к мане свою уникальность, как вспыхнуло пламя, используя её в качестве дров. Это была не имитация через Синхронизацию, а моя собственная, уникальная Гэпхва. «Вот так её…» Я аккуратно придал форму Гэпхва, облепившей мои ладони. Изначально Гэпхва трудно использовать для готовки. Её мощь слишком велика — она испепеляет ингредиенты без следа, и совладать с ней крайне непросто. — Хлыщ… Яростно полыхавшее пламя Гэпхва поутихло. Когда я осторожно поднес Гэпхва, зажатую в ладонях, к дну кастрюли, огонь послушно прильнул к металлу. Движения пламени были невероятно мягкими. Могло даже возникнуть обманчивое впечатление, будто птица нежно укрывает крыльями свое яйцо. «Управлять ею стало легче». Я с непонятным чувством наблюдал за Гэпхва. Это пламя не было скопировано через Синхронизацию. Это не была Гэпхва Хон Ёнхва, или членов клана Адского Пламени, или та таинственная Гэпхва, с которой я сталкивался в прошлом. Это не был результат обобщения их сил — это была моя личная Гэпхва, укоренившаяся и расцветшая во мне. Говорят, что уникальная способность, проявляющаяся через наследие, у каждого владельца имеет свои особенности. Моя Гэпхва, изменившаяся после прохождения Испытания, обладала ещё более яркими отличиями. Несмотря на то, что это было пламя, способное играючи испепелить человека, внешне оно выглядело неописуемо прекрасным. В нём была какая-то завораживающая аура, словно оно создано не убивать, а даровать жизнь. Огонь, ставший светлее и приобретший оранжевый оттенок вместо исконного кроваво-красного, мерцал в причудливом танце, отчего моё лицо принимало всё более странное выражение. «Для меня это только в плюс: и мощь выросла, и контроль стал удобнее, но всё же…» Манипулировать Гэпхва стало до смешного просто. Если раньше она была похожа на свирепого пса, готового в любой момент вцепиться в глотку, то теперь это был ласковый щенок, который валится на спину и радостно виляет хвостом. Благодаря этому я мог без труда использовать Гэпхва даже для такой мелочи, как приготовление еды. «Говорили же, что на Гэпхва получается вкуснее?» Ходили слухи, что блюда, приготовленные на этом огне, обладают особым вкусом. Особенно те, где нужен «аромат дымка»… Мясные блюда становятся в разы лучше. С тех пор как Хон Ёнхва, и без того обожающая мясо, пришла от такой еды в неописуемый восторг, я каждый раз готовлю именно на Гэпхва. «Кстати, кажется, я видел фразу о том, что рамен, сваренный на воде Чангэ, тоже вкуснее». Я помнил нечто подобное из оригинала. В первом прохождении? Когда герои ходили в пати по подземельям, в Окне состояния всплывало сообщение, что сытость после рамена на воде Чангэ восстанавливается лучше. «Надо будет как-нибудь попросить Пэк Арин-ним провести дегустацию». — Фш-ш-ш-ш… Именно в тот момент, когда я был поглощен готовкой. Словно напоминая, что даже в самом смирном виде Гэпхва остается собой, пламя всколыхнуло мои чувства и легонько постучалось в двери памяти. Конечно, теперь всё было иначе. Если раньше меня словно за волосы втаскивали в пучину грязных и злобных воспоминаний. То теперь казалось, будто меня мягко уговаривают и ведут за руку, предлагая еще раз взглянуть на что-то светлое. ▶Агапантус: Здравствуйте, «Главный дурак в четырех стенах»-ним? ▶Я: За что вы меня оскорбляете? ▶Агапантус: А? Это действительно было доброе воспоминание. Но сейчас мне совсем не хотелось его ворошить. На мгновение я замер. — Кап-кап-кап-кап… Звук закипающей воды и шкворчащего мяса вернул меня к реальности. В голове внезапно всплыл образ светящегося монитора в темной комнате. ▶Агапантус: Вы хорошо спали прошлой ночью? ▶Я: Да. … ▶Агапантус: Пожалуйста, не пропускайте приемы пищи, хотя бы ради здоровья. ▶Я: Да. … ▶Агапантус: «Набор из 10 упаковок быстрорастворимого жареного риса» — это дешево и вкусно. ▶Агапантус: Если лень готовить, купите хотя бы такое. ▶Я: Спасибо. … ▶Агапантус: И не забывайте проветривать комнату. ▶Агапантус: Если не любите открывать окна, купите хотя бы очиститель воздуха. ▶Я: Спасибо за заботу. … [Контакт изменен: Агапантус ▷ Цветочек] … ▶Цветочек: Ты что, опять не ел? ▶Цветочек: Ну пожалуйста. ▶Цветочек: Позавтракай уже. ▶Цветочек: Ты так реально однажды грохнешься и копыта отбросишь. ▶Я: Я уже сыт. ▶Я: (эмодзи со щенком, который валяется на полу и тяжело дышит) ▶Цветочек: Я ведь вычислю твой адрес, вскрою дверь и приду. ▶Цветочек: Живо разогрей то, что я советовала в прошлый раз. ▶Я: Хнык. ▶Я: Может, мы просто продолжим партию в омок? ▶Цветочек: А ну марш есть! «Цветочек…» Друг из интернета. Человек, который однажды внезапно написал мне и по какой-то причине стал набиваться в друзья. Сначала я относился к этому с подозрением, игнорировал или отвечал односложно… но со временем мы сблизились. «Агапантус». Я слышал, что это вид цветов. Говорят, их бывает от 6 до 10 разновидностей в зависимости от классификации. Большинство расцветает летом. Цветы похожи на воронки, лепестки обычно фиолетовые, но бывают белые или синие. Я как-то пробовал вырастить его у себя на балконе, и это оказалось не так уж сложно. В парке этого поместья их тоже было много. Я не придавал этому значения. Там цвело множество других цветов. Не было причин зацикливаться именно на Агапантусе. В кабинете вице-ректора стоял Агапантус. Он изящно цвел в горшке, и за ним явно хорошо ухаживали. В кабинете особняка, где жил ректор, тоже цвел Агапантус. Благодаря какому-то тонкому магическому воздействию это был живой цветок, полный жизненной силы. И человек на портрете в том кабинете выглядел точь-в-точь как тот, кого я спас, оттолкнув в своем прежнем мире. «……» Мысли спутались в клубок. Несколько слов выстроились в ряд и закружились в голове. Из этих обрывочных данных начали складываться различные гипотезы. И хотя это были лишь ничем не подтвержденные догадки, на душе стало как-то неприятно. «Как глупо…» Даже мне самому эти теории казались идиотскими. Ну и что с того, если та сторона подошла ко мне намеренно? Разве люди не всегда такие? Разве я сам не пытался недавно сблизиться с Байзе, преследуя свои цели? Если гипотеза верна… Цветочек просто поступила так же. Моя обида… это не более чем двойные стандарты. Как только я осознал это, настроение упало еще ниже. Даже полыхавшая Гэпхва уныло приутихла. — И чего ты опять закис? — Хек…! Когда я в прострации заканчивал готовку, чья-то рука внезапно легла мне на талию. ◆ ◆ ◆ — М-м? Хон Ёнхва, бесцельно бродившая по особняку, вдруг замерла на месте. До её носа долетел дразнящий и весьма сильный аромат. Пряный, сладковатый… запах мяса. — А, он же говорил, что будет готовить. Ли Ха Юль предложил устроить ужин в честь новоселья. А потом испарился, бросив на ходу, что нужно приготовить много еды и чтобы она немного подождала. «Кушать хочется…» Раздраженная запахами, Хон Ёнхва внезапно почувствовала острый голод. Прижав руку к заурчавшему животу, она огляделась. И в самом деле, по времени уже давно пора было садиться за стол. «Может, стоило пойти и помочь… Нет, я бы только мешалась». У Хон Ёнхва не было талантов в кулинарии. Её максимум — грубые навыки полевой кухни. Причем это не искусство делать еду вкусной, а умение приготовить нечто такое, что человек в принципе сможет переварить. Ли Ха Юлю, который старался сделать всё идеально, она бы ничем не помогла. Если не считать готовки, Хон Ёнхва могла разве что расставить приборы или почистить овощи, но… — Вж-вж-вж-вж! — «…Это еще что такое?» — «А, артефакт. Так получается гораздо быстрее». Артефакт, который Ли Ха Юль постоянно таскал с собой, справлялся с этим куда лучше. Какое-то крылатое одеяние разделялось, словно щупальца, и брало на себя роли половников, ножей и всего прочего — зрелище было совершенно абсурдным. Она и раньше знала, что его Манипуляция маной выходит за рамки здравого смысла… но чтобы он так управлялся еще и с артефактами… — Ох. В итоге Хон Ёнхва, у которой даже артефакт отобрал возможность помочь, пришлось смиренно удалиться, чтобы не путаться под ногами. Но сейчас она была голодна. Потирая пустой желудок, Хон Ёнхва направилась к источнику запаха. — Фш-ш-ш… — М-м? Добравшись до кухни, она увидела Ли Ха Юля. Огромная кухня, соответствующая статусу особняка, жила своей суетливой жизнью. Артефакт-крылатое одеяние непрерывно двигался, готовя и расставляя блюда. Это было зрелище, за которое другие отдали бы любые деньги, но она на него даже не смотрела. Вместо этого её взгляд приковала спина Ли Ха Юля, от которой веяло какой-то необъяснимой горечью. «……» Она подошла и встала прямо за его спиной. Несмотря на её совершенно не скрытое присутствие, Ли Ха Юль, погруженный в свои мысли, замер, держа руки в воздухе, и готовил исключительно с помощью артефакта. Как раз в этот момент артефакт парил в воздухе чуть поодаль от него. — И чего ты опять закис? — Хек…! — Опаньки. Раз уж он всё равно не был занят делом, она обняла его сзади, отчего он вздрогнул всем телом, будто от испуга. Ли Ха Юль, содрогнувшись, словно от удара током, обернулся и встретился взглядом с Хон Ёнхва. На его лице, которое он пытался сделать невозмутимым, читались странная обида и одиночество. Его фигура в белоснежном фартуке целиком заполнила взор Хон Ёнхва. — Ё-Ёнхва? Погодите… я же готовлю… Пока Хон Ёнхва молчала, Ли Ха Юль виновато опустил уголки глаз. Выключив всё еще работающие кухонные приборы, он легонько похлопал по рукам Хон Ёнхва, обнимавшим его. А затем, словно вспомнив о чем-то, он мягко улыбнулся и произнес: — Я приготовил много мясных блюд, которые ты любишь. Подожди еще немно…?! Ей показалось, что он намеренно её провоцирует. Одной рукой она продолжала обнимать Ли Ха Юля, а другой взяла его за подбородок и слегка приподняла. В следующее мгновение она склонилась и накрыла его губы своими. — М-мпф, м-мпф…! От неожиданности он широко распахнул глаза, но лишь на миг — вскоре Ли Ха Юль уже доверчиво прильнул к Хон Ёнхва. Напротив, словно ему было неудобно, он приподнялся на цыпочки и стал робко отвечать на поцелуй. — Чмок, чмок… Одиночество, незримо витавшее вокруг него, постепенно рассеивалось, и на его лице проступило выражение, тающее от нежности. — Хм. «Пиздец как заводит». Только тогда Хон Ёнхва удовлетворенно усмехнулась и еще крепче сжала его в своих объятиях. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡ (91 ▷ 92/100) 「Любовь」 「Чувство вины」 「Благодарность」 「Теплота」 「Чувство стабильности」 ---------- Испытания Ёнхва обрушиваются дважды(1) Для Ли Ха Юль, в каждое мгновение поддерживающего активное состояние Полномочия наблюдения, слепых зон попросту не существовало. Охват его Наблюдения был колоссален, а точность собираемых данных позволяла различать и сравнивать каждую пору на человеческой коже. Пусть он и не создал столько прикладных техник, сколько позволяло Полномочие пространства, он умел пользоваться этим даром бессознательно, словно самим дыханием. — Уп!.. Ли Ха Юль не заметил приближения Хон Ёнхва. Он не осознавал её присутствия до того самого мига, пока она не подошла вплотную и не положила руку ему на талию, отчего он вздрогнул с нелепым испугом. Странно. На случай, если его основное сознание окажется чем-то поглощено, он всегда держал наготове разделение сознания. Даже если основное сознание пребывало в трансе, та его часть, что была сосредоточена на сенсорике угроз, обязана была почуять приближение постороннего. «Нет... я её заметил...» Нет, не так. Ли Ха Юль в оцепенении попытался восстановить цепочку событий в памяти. Пусть основное сознание и было отвлечено, разделенное сознание зафиксировало приближение Хон Ёнхва. Однако оно не подало сигнала основному. Всё потому, что эта часть разума была сфокусирована исключительно на «сенсорике угроз». А для Ли Ха Юль близость Хон Ёнхва не была угрозой. И дело было не в высокомерной уверенности, что она не способна ему навредить, а в глубоком доверии — этот человек никогда не причинит ему боли. Это чувство не изменилось бы, будь Хон Ёнхва даже при полном вооружении. Даже если бы она обнажила клинок или кралась к нему, наставив острие в спину. Даже в тот миг, когда оружие вонзилось бы в его плоть. Если бы Хон Ёнхва занесла над ним нож, он бы просто решил, что у неё есть на то веская причина. Настолько безграничной была вера Ли Ха Юль. — Чмок... Цепочка сложных раздумий оборвалась. В них бесцеремонно вклинился поцелуй. Рука, обвившая его поясницу, притянула его к пышной груди, а пальцы, вцепившиеся в подбородок, властно вынудили ответить на ласку. Из-за неизбежной разницы в росте ему пришлось приподняться на цыпочках, чтобы дотянуться до её губ. — М-м-м... Несмотря на явный напор, Ли Ха Юль был совсем не против. Напротив, он крепко обнял Хон Ёнхва в ответ. Словно желая большего, он подался навстречу, жадно прижимаясь к ней всем телом. «Хорошо...» [Хорошо] Он кожей ощущал податливость её пышных форм. От этого тепла всё его существо охватил жар. Опьянённый нежным, сладковатым ароматом её кожи, он почувствовал, как мысли заволакивает туман, а сознание становится тягучим и неясным. А когда их губы соприкоснулись в ласке, смешивая дыхание, он и вовсе ощутил, что окончательно теряет рассудок. «Как же я счастлив...» [Счастье] Это чувство было ему по душе. Смятение, горечь, муки и обиды, ещё недавно терзавшие его разум, отступили, и их место заняла всепоглощающая, безграничная нежность. — Вспых... Гэпхва, пламя которой ещё не угасло, осторожно напомнила о себе. Словно прощупывая почву, она мягко подтолкнула его чувства. Ему нравилось это головокружительное ощущение — казалось, разум, и без того затуманенный, впадает в истинную Регрессию. Когда всё, что должно быть сделано, останется позади... Если я справлюсь, то хочу до конца своих дней утопать в этой любви... — Хм... Хон Ёнхва не могла в точности понять всё то Смятение, что творилось в душе Ли Ха Юля. Однако она отчётливо видела, как мрачная тень на его лице постепенно тает под натиском её безграничной ласки. Мальчик, подобный сосуду из чистой Непорочности, постепенно окрашивался в её цвета. Ли Ха Юль, который прежде выпускал Шипы и был полон настороженности, теперь плавился от каждого её прикосновения, сам припадая к её груди... «Ох, блядь...» От порочного чувства, будто она пачкает красками девственно чистый холст, дыхание само собой сбивалось. ...Разумеется, не только эти грязные помыслы двигали ею. Она ещё с самого порога поместья почуяла неладное в его поведении. И точно — стоило оставить его одного, как он, подобно промокшему под дождём щенку, в полном одиночестве принялся за готовку. Хон Ёнхва, никогда не рожавшая, теперь прекрасно понимала то щемящее беспокойство, с каким оставляют дитя у самой кромки Воды. Наверное, каждый, кто знал Ли Ха Юля, хоть раз испытывал нечто подобное. «Хорошо хоть, что в такие моменты его так легко утешить». На самом деле, приободрить поникшего Ли Ха Юля было проще простого. Достаточно просто погладить его по голове, и любая обида тут же улетучивалась. Даже если он, что случалось крайне редко, начинал дуться, стоило лишь обнять его и попросить прощения, как он, делая вид, что сдаётся, прижимался к ней и начинал тихонько жаловаться. А если подставить ему грудь, чтобы он мог устроиться поудобнее, да похлопать по заднице, он и вовсе обмякал, окончательно успокоившись. И после всего этого он ещё надеется, что его не будут считать ребёнком? — Ха Юль. После долгого и тягучего поцелуя. Насладившись вдоволь влажным, теплым и поистине упоительным прикосновением, Хон Ёнхва медленно отстранилась. — Ха-а, ха-а... Ответа не последовало. Сквозь приоткрытый рот виднелся кончик розового языка; он лишь прерывисто и тяжело вдыхал и выдыхал воздух. Аромат вкусной еды давно перестал ощущаться. Вместо него ноздри Хон Ёнхва дразнил медовый запах, исходивший от прижатого к ней тела Ли Ха Юля. — Ха Юль. — Д-да... Ответ раздался лишь после того, как она снова позвала его по имени, похлопывая по спине. На Хон Ёнхва взглянули затуманенные глаза с дрожащими зрачками. Его щёки были прижаты к её груди, отчего слова выходили невнятными и растянутыми. «Боже, ну как человек может быть настолько красивым?..» Хон Ёнхва протянула руку, глядя на него полным нежности и обожания взором. Её большой палец ласково коснулся кожи под глазами. Затем она принялась оглаживать переносицу, щёки, ямочки, мочки ушей, лоб, брови... запечатлевая в памяти каждую черту его лица. «С ума сойти можно...» Внешность Ли Ха Юля заставляла Хон Ёнхва восхищаться им с самой первой встречи, но со временем одного лишь восхищения стало мало. Говорят, среди сверхлюдей много красавцев из-за влияния крепкого тела и маны, но Ли Ха Юль был совсем иного порядка. Даже курсанты Сиёлама, привыкшие видеть вокруг себя привлекательных людей, стоило Ли Ха Юлю появиться, замирали с разинутыми ртами, не в силах отвести взгляд. Сам Ли Ха Юль, казалось, до сих пор не до конца осознавал силу своего очарования. Но пройдись он по главным улицам города, не скрывая лица, хотя бы десять минут — и сразу бы понял, насколько всё серьезно. — Ха Юль, у тебя есть планы на Фестиваль Рождения? — А... Фестиваль... Рождения?.. Пробормотал Ли Ха Юль, заворожённо наслаждаясь прикосновениями к своему лицу. Фестиваль Рождения. Ежегодное мероприятие Сиёлама, проводимое в конце года. В оригинале это событие считалось довольно важным. Строго говоря, Фестиваль Рождения был праздником, поэтому курсантам давали время на отдых. Если в это время успешно справляться с мелкими происшествиями... то есть побочными Квестами, уровень симпатии значительно возрастал. Кроме того, во время Фестиваля Рождения всё равно посещали Башню Роста. Особенность заключалась в том, что в этот раз внутрь заходили все без разделения на курсы... и для студентов, поступивших по особым льготам, было предусмотрено особое событие. Насколько помнил Ли Ха Юль, вход в Башню был запланирован на третий день пятидневного графика. — Давай проведём последний день вместе. И до самого следующего дня. — Последний день?.. — Да, в последний день. Я накормлю тебя... кое-чем вкусненьким. — Вкусненьким?.. Слегка склонив голову, Ли Ха Юль поднял на неё взгляд. Он видел перед собой лицо Хон Ёнхва, взиравшей на него сверху вниз с улыбкой, в которой Стыд мешался с предвкушением. Он слегка склонил голову набок. «Фестиваль Рождения?.. У меня были там какие-то дела?..» Затуманенный разум попытался нащупать обрывки воспоминаний... — Панг! — Хик!.. Ли Ха Юль резко выпрямился. Позвоночник прошила острая, дурманящая дрожь, а следом у самого уха коснулось горячее дыхание. — Отвечай. Ли Ха Юль вздрогнул. Под гнётом этого низкого, требовательного голоса он лишь бессознательно закивал. — Да, да, я сделаю... Сделаю всё, только позволь мне остаться с Ёнхва... Ли Ха Юль соглашался на всё безоговорочно, даже не пытаясь осмыслить сказанное. Было очевидно: его разум и воля окончательно поплыли, оставив его в состоянии полной беспомощности. Они даже не сплетались языками — хватило простого касания губ, чтобы он пришёл в такое состояние. В иное время она бы дождалась осознанного ответа, но сейчас Хон Ёнхва поддалась жадности и силой вытянула согласие из впавшего в беспамятство Ли Ха Юля. — Вот и умница... Хороший мальчик. — Угу... Чмок. Хон Ёнхва удовлетворенно улыбнулась и ласково погладила его по спине. А затем, словно награждая, она вновь склонилась и прильнула к его губам. Тело Ли Ха Юля, одеревеневшее от острого чувства, вновь обмякло в её руках. От этих убаюкивающих похлопываний, какими обычно успокаивают детей, его взгляд окончательно затуманился. — Тук. — Чмок... Чмок-к...?! Его веки, уже начавшие смыкаться, внезапно распахнулись. От влажного и теплого прикосновения, настойчиво стучавшегося в его плотно сжатые губы, он вздрогнул всем телом. Попытку Ли Ха Юля вырваться тут же пресекли сильные руки. Та, что держала его за подбородок, переместилась на затылок, прижимая крепче, а другая всё так же властно тянула за поясницу. — Чмок. Чмок!..?! Тук, тук — ощутив это бесстыдное прикосновение, раз за разом тревожащее его губы, он зажмурился. По правде говоря, подобное случалось не впервые. Стоило ему лечь в постель с Хон Ёнхва, как это порочное ощущение вновь и вновь принималось терзать его рот, словно приказывая разомкнуть губы. До сих пор ему как-то удавалось держаться. Ему казалось, что стоит лишь разомкнуть губы и сплестись языками, как он превратится в окончательного, неисправимого дурака... — Тук-тук. — Гм-м... Но и этому сопротивлению постепенно приходил предел. Какими бы неприступными ни были крепостные ворота, под непрестанным, методичным натиском в них неизбежно образуется брешь. Ли Ха Юль не стал исключением. Когда человек, осыпающий тебя нежностью, ласковыми словами и жестами, столь настойчиво взывает к тебе... Ли Ха Юль, и без того пасующий перед чужим напором, волей-неволей начал сдаваться. — Пфу-у... И вот наконец его губы дрогнули, готовые медленно разомкнуться. «Поддался». Глаза Хон Ёнхва вспыхнули ликующим восторгом. В это мгновение перед ней панорамой пронеслось прошлое: те дни после оплошности в родном поместье, когда ей приходилось подавлять желания и раз за разом взывать к собственному терпению. Дни, полные борьбы с вожделением, которое, казалось, вот-вот вырвется наружу!.. Но теперь этому пришёл конец. Стоит лишь раз разомкнуть губы, и дальше всё произойдёт в мгновение ока — именно так учила её мать, Чхве Джиён. И момент выбран идеально: пусть и полупринудительно, но она уже выбила обещание встретиться на Фестивале Рождения. В тот самый миг, когда разум Хон Ёнхва переполнили надежды и сладкое предвкушение... — Эй! Ха Юль! Я пришла! «Ох». В её ушах прозвучал голос, который никак не должен был раздаться... по крайней мере, не сейчас. Излишне современная система оповещения особняка услужливо донесла до хозяев голос гостьи, стоящей у главных ворот. Взгляд Хон Ёнхва затуманился от крайнего замешательства. — Хе-е-ек!.. Состояние Ли Ха Юля тоже резко переменилось. В его глазах, ещё мгновение назад таявших, словно леденец под палящим солнцем, вновь промелькнул проблеск рассудка. Громко и судорожно вдохнув, он пришёл в себя и решительно оттолкнул Хон Ёнхва за плечи. — А, а, а!.. Гя-а-ак!.. Кхья-а-а!.. Ли Ха Юль, раскрасневшийся, словно спелое яблоко, задергался, словно сломанный механизм, и в панике засучил ногами. — Вжи-и-и-их! Издав странный скрежещущий звук, он сорвался с места, промелькнув мимо, словно стрела. Скорость его была поистине невероятной. Это не было простым рывком — он применил Ганчесуль и Синхронизацию: Спешка, добившись мгновенного ускорения. От поднятого им вихря волосы Хон Ёнхва взметнулись вверх, будто от удара мощного шторма. Когда пряди наконец улеглись, став куда более растрёпанными, чем прежде, её алые глаза застыли в немом оцепенении. — Твою ж мать. С губ, которые она так старательно кривила в притворно-кроткой улыбке, сорвалось леденящее душу ругательство. В этом мире ничего и никогда не идёт по плану. С самого рождения ей было суждено стать наследницей клана Адского Пламени. Хон Ёнхва, драгоценная жемчужина клана Адского Пламени, привыкла ни в чём не знать отказа: она делала что хотела и получала всё, чего желала её душа. Но сегодня она вновь познала суровую истину мироздания. ◆ ◆ ◆ — Ого. Пэк Арин невольно издала восхищённый возглас. Её лазурные глаза запечатлели двоих, вышедших ей навстречу. Ли Ха Юля, который отчаянно обмахивал ладонью своё пылающее лицо, и Хон Ёнхва, чья жажда убийства, направленная на гостью, достигла небывалого накала... Заметив это, Пэк Арин лишь расплылась в лучезарной улыбке. — Похоже, я явилась как раз вовремя! Какое облегчение! Жажда крови в воздухе стала почти осязаемой. Однако Пэк Арин и не думала брать свои слова назад, лишь продолжая вызывающе улыбаться. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Хон Ёнхва ♥♥♥♥♥♥♥♥♥♡(92▷93/100) ｢Привязанность｣ ｢Мягкость｣ ｢Чувство вины｣ ｢Благодарность｣ ｢Теплота｣ ｢Чувство защищённости｣ ｢Нежность｣ ｢Стыд｣ ｢Смущение｣ ---------- Это не развратная вечеринка (1) Первой гостьей на новоселье стала Пэк Арин. Она настойчиво жала на сверхчеловеческий звонок?, установленный на главных воротах; судя по всему, если нажать на него и заговорить, звук раздастся внутри особняка. Я, вылетевший наружу так, словно у меня хвост горел, и Хон Ёнхва, поспешно выбежавшая следом, встретили Пэк Арин. — Кстати, что ты с ним опять сделала? — О чём ты вообще с порога? Что я сделала? Пэк Арин окинула меня взглядом и озадаченно склонила голову набок. Я тоже наклонил голову, сбитый с толку её внезапным вопросом, а Хон Ёнхва ответила с крайне недовольным видом. — У Ха Юля вся одежда в беспорядке. И волосы тоже... Ох. Пэк Арин, тяжело вздохнув, протянула ко мне руку. Под мягкими жестами Пэк Арин одежда послушно разглаживалась. Помятый и перекошенный наряд вновь обретал подобающий вид. — Какая небрежность. Вам стоит следить за своим видом, находитесь вы дома или за его пределами. «А...» Я лишь слегка приоткрыл рот, издав тихий вздох. И впрямь, я так торопился выйти, что совсем забыл привести себя в порядок. К тому же я рванул на огромной скорости, задействовав Гангчесуль и Синхронизацию, так что одежда наверняка окончательно разболталась. Вышел встречать гостя в таком непотребном виде. [Простите.] [Я так спешил...] — Цыц, не вертись. В тот миг, когда я, коря себя за оплошность, в суматохе попытался поправиться, строгий голос над самой головой заставил меня замереть на месте. — Вот так, умница. Заметив, как я замер на полуслове, Пэк Арин нежно улыбнулась и убрала прядь волос с моего лба. — И к чему была такая спешка?.. Не верится, что одежда могла так беспорядочно помяться лишь оттого, что ты резко вскочил... — Кхм... Хон Ёнхва, всем своим видом выказывавшая недовольство поведением Пэк Арин, внезапно притворно кашлянула. — Даже обычно спокойное Гэпхва сейчас так неистово бушует... Интересно, кто же это снаружи так раздул пламя?.. — Что? Ты чего на меня так вылу... смотришь? — Да нет, просто любуюсь лицом подруги. Или у вас совесть нечиста? — Совесть нечиста? С чего бы это? У меня? Что я такого сделала? Под этим колким, испытующим взглядом Хон Ёнхва гневно вскинула брови, а Пэк Арин лишь невинно пожала плечами, словно удивляясь такой бурной реакции. Эти двое препирались как обычно. Пока они обменивались колкостями, Пэк Арин продолжала приводить меня в порядок, и вскоре мой наряд вернулся в надлежащий вид. — Ну вот и всё. Теперь можете шевелиться. Последним штрихом она заправила прядь мне за ухо. Я невольно вздрогнул от мимолетного прохладного прикосновения к мочке, но тут же восхитился результатом: теперь моя одежда и волосы выглядели даже опрятнее, чем до того, как всё растрепалось. — Если снова понадобится прихорашиваться, только скажите. Я с радостью вам помогу. [А.] [Спасибо.] [Благодарю вас.] — Да пустяки, не стоит благодарности. Кстати, как я вам? Я сегодня принарядилась... Ваша Сенсорика позволяет это оценить? Лучезарно улыбнувшись, Пэк Арин выпрямилась, кокетливо подчеркивая изгибы своей фигуры. Одну руку она положила на талию, а другой изящно приподняла поля шляпы. «Хм...» Лишь тогда я внимательно осмотрел наряд Пэк Арин. Белоснежный сарафан и соломенная шляпа с широкими полями, идеально подходящая для защиты от солнца. Платье, не имевшее иных украшений, кроме легких рюшей, создавало образ утонченный и опрятный. Плечи оставались открытыми, если не считать тонких бретелек, а сам сарафан был свободного, летящего кроя. У свободного кроя есть недостаток — он может визуально полнить, однако синяя лента, повязанная под грудью, служила удачным акцентом, исправляя этот изъян. …Правда, из-за этого её и без того пышная грудь бросалась в глаза ещё сильнее... но неважно. В целом, её облик идеально соответствовал изнуряющей летней жаре — казалось, она собралась на загородный пикник. К тому же её небесно-голубые волосы в сочетании с белым платьем придавали ей ореол чистоты и невинности. …Впрочем, эта самая невинность слегка меркла на фоне её выдающихся форм. «Но что-то здесь не так...» Глядя на грудь Пэк Арин, я ощутил странное чувство неправильности. Словно какое-то мимолетное несоответствие свербило в мозгу. Что-то было не так, как раньше. И стоило мне в недоумении склонить голову, собираясь активировать детальное Наблюдение, как... — Только не стоит сканировать Сенсорикой одну лишь мою грудь. [Да.] [Что?!] [С чего вы...] [Да когда я такое делал?!] — Ого. Я просто пошутила, а вы и впрямь вовсю использовали Наблюдение, пялясь на мою грудь? Эти слова, словно острый шип, пронзили мои раздумья, заставив меня испуганно вздрогнуть. Стоило мне перевести фокус Наблюдения, как в поле зрения попала Пэк Арин, прикрывающая ладонью игриво приподнятые уголки губ. Я уже готов был взорваться от негодования, глядя на это, но… — …Ха Юль? [Это недоразумение…] В тот же миг я покорно съёжился под испепеляющим взглядом Хон Ёнхва, которая пристально сверлила меня глазами. . . . Вскоре после прибытия Пэк Арин один за другим стали подтягиваться и остальные гости. Поскольку целью визита было новоселье, перед ужином мы все вместе отправились осматривать дом. — Ого~ Посмотрите только, сколько здесь комнат. Пэк Арин в основном осматривала жилые помещения. Она бесцеремонно распахивала пустующие комнаты в центральной части здания и восхищённо вздыхала, оценивая состояние интерьера. — Тут так просторно и всё в отличном состоянии. Судя по размерам поместья, я ожидала чего-то подобного, но комнат действительно уйма. Кажется, всё поддерживается с помощью Магии... Здесь без проблем поместится куча народу. Верно? [Да.] [Здесь есть ещё и Флигель.] [Думаю, тут смогут разместиться даже несколько сотен человек.] — Вот и я о том же. [?] Я озадаченно склонил голову, заметив на лице Пэк Арин загадочную улыбку. . . . — Тренировочная площадка тоже отлично оборудована. Есть все необходимые функции… С точки зрения оснащения это место просто великолепно. Наставник, будучи истинным сверхчеловеком физического типа, ожидаемо сосредоточила всё внимание на тренировочных залах, расположенных в Восточном крыле. Она не ограничилась простым осмотром, но и лично опробовала снаряды в деле. К счастью, состояние оборудования её, по всей видимости, вполне удовлетворило. Я же пока ничего не испытывал на себе. Свободного времени не было из-за переезда, обустройства библиотеки и готовки, к тому же здесь хватало причудливых приспособлений. Чего стоило одно только устройство гравитационного давления? Судя по описанию, это был тренировочный аппарат, какой можно встретить разве что в комиксах. — Можно мне прийти и воспользоваться им позже? — Да, заходите, когда возникнет необходимость. Я сомневался в её полезности, но, видя такую реакцию наставника с её придирчивыми стандартами, понял: это место действительно стоит того, чтобы им пользоваться. . . . — Ого. Удобства здесь просто потрясающие. Бассейн, аромакомната, сауна... Профессор Лиана положила глаз в основном на Западное крыло. Едва мазнув взглядом по тренировочным залам и плантациям ингредиентов в Восточном крыле, она тут же умчалась в сторону Западного, где было полно развлекательных заведений. — Ва-а-а, это просто чудо какое-то... В итоге профессор Лиана оккупировала роскошное массажное кресло и с комфортом в нём развалилась. […Профессор Лиана, разве человек вашего уровня не может достать подобное без труда?] Др-р-р-р... Профессор Лиана, доверившая своё тело вибрирующему креслу, пожала плечами. — А-а... Я искала-а... но ничего подходящего не нашла... Даже если денег куры не клюют, без предложений на рынке всё это — пустой звук... [А-а, понятно.] И то верно: какой толк от богатства, если никто не продаёт нужную вещь? Да и если найдёшь, не факт, что она придётся по душе. — О-ох, как хорошо-то... Наставник, первым делом осмотревшая тренировочные залы, и профессор Лиана, пулей влетевшая в зону отдыха. Столь разная реакция была вполне объяснима. Хотя наставник и прибыла в Сиёлам в качестве профессора, официально она всё ещё оставалась действующим игроком. Профессор же Лиана ушла на покой из-за травм, полученных во время скитаний по Магическим землям. Неудивительно, что тренировки ей осточертели, и её потянуло к развлечениям. «...Значит, я заставил человека, который едва успел выйти на пенсию, вкалывать в Китае до седьмого пота?» От этой внезапной мысли вина внутри меня слегка приподняла голову. Я вновь осознал, насколько неблагодарным поступком было вызвать уже отошедшую от дел Лиану в Китай и заставлять её страдать. Нужно будет обязательно отплатить ей сторицей за все доставленные неудобства. — Др-р-р-р... ...Я дал себе это обещание, старательно исключая из Наблюдения внушительные объёмы плоти, подрагивающие в такт вибрациям массажного кресла. . . . — Прости, что припозднилась, хубэ. Последней гостьей была Ли Джиён. [О каком опоздании речь?] [До назначенного времени ещё полно времени.] [Для начала проходите.] — Ах, да... спасибо. Хотя Ли Джиён и извинилась за задержку, лучи заката ещё даже не коснулись пола. Нужно учитывать, что летом дни длинные, но всё же это заслуга того, что сегодняшние дела завершились быстро. Во втором семестре курсанты обычно сами выбирают лекции. Многие из них так умело проводят настройку своего расписания, что либо вовсе освобождают один день от занятий, либо оставляют всего пару предметов, чтобы выкроить себе выходной. Говорят, такая тенденция особенно заметна по понедельникам и пятницам. Как раз сегодня была пятница, так что рабочий день у большинства курсантов и профессоров закончился пораньше. — Что ж, тогда я вхожу... Ли Джиён с оттенком неловкости переступила порог особняка. «Хм...» Мы определённо успели в какой-то мере сблизиться, но по сравнению с остальными Ли Джиён всё же не была мне настолько близка. Тем не менее, на новоселье я её пригласил. Отчасти ради того, чтобы укрепить наши отношения, а отчасти потому, что пришло время озвучить одну просьбу. «Пора бы уже попросить.» Теперь мы достаточно знакомы. К тому же я планировал воспользоваться уютной атмосферой праздничного ужина и деликатно прощупать почву насчёт своей просьбы. Учитывая долг, о котором Ли Джиён упоминала в прошлый раз, она, скорее всего, не откажет. ...Честно говоря, мысли довольно меркантильные, но иного выхода не было. Это касалось и меня, и дела Се Юль... Как бы то ни было, все гости наконец собрались. Самое время созвать тех, кто отдыхал в своих комнатах, и приступить к трапезе. «Фух...» С решительным кивком я погрузил руку в Подпространство. — Тук... Пальцы коснулись какого-то предмета. От гладкого и прохладного прикосновения по телу пробежала дрожь. Хотя оно не имело ни вкуса, ни запаха, внутри первым делом поднялось чувство отвращения. Но, собравшись с духом, я осторожно сжал его в ладони. ---------- Это не развратная вечеринка (2) — Ого... Условия просто потрясающие... Жаль, что такое место стояло заброшенным. Ли Джиён тоже обошла особняк кругом. Она тоже была впечатлена увиденным, но её внимание особенно привлекли плантации для выращивания ингредиентов, занимавшие значительную часть территории. Здесь были и декоративные парки, но при ближайшем рассмотрении обнаружилось множество редких цветов и деревьев, а в некоторых местах и вовсе располагались полноценные комплексы для массового выращивания ресурсов. — Это сделано с помощью магии? Не думала, что обычной магией можно добиться таких результатов в культивации... Поделилась впечатлениями Джиён, осмотрев теплицы. Её интересовали не размеры особняка или удобства, а именно магия, позволяющая выращивать столь прихотливые ингредиенты. «Впрочем, неудивительно, ведь семья Тэсан специализируется на массовом производстве ресурсов». Клан Тэсан — это сила, производящая больше всего материалов в мире. Управление землей и манипуляция жизненной силой Тэсан. Умелое использование этих двух способностей позволяет массово производить редчайшие ингредиенты, которые крайне сложно вырастить по отдельности. С помощью управления землей, вероятно, можно притягивать или даже формировать целые рудные жилы. А если добавить к этому манипуляцию жизненной силой для контроля земных жил и воздействия на сами растения, то можно без труда взрастить даже те травы, что дохнут от любого чиха, словно рыбы-луны. Кроме того, это позволяет стабильно производить колоссальные объемы продовольствия даже на клочке земли размером с мышиный хвост. В мире, где огромные территории поглощены подземельями или отравлены, нет иного места, производящего еду в таком избытке, как Тэсан. К тому же они активно привлекают талантливых алхимиков и других специалистов производственного профиля. Ассортимент материалов огромен, а их качество — высочайшее. И работают с ними лучшие мастера своего дела. Ценность эликсиров и прочего, что производит семья Тэсан, невозможно описать даже словом «астрономическая». «Тот эликсир, что дала мне Ёнхва, тоже ведь был от семьи Тэсан?» Между Тремя Великими Семьями подобный обмен — обычное дело. Семья Тэсан богата земными ресурсами, продовольствием и технологиями их переработки. Клан Чангэ обладает избытком трофеев с монстров из Серой зоны и универсальными кадрами — от целителей до бойцов и поддержки, пробудивших Чангэ и другие уникальные способности. Клан Гэпхва славится непревзойденной военной мощью и технологиями изготовления снаряжения. Поскольку эти силы намеренно обосновались в одном небольшом регионе и крепко держатся друг за друга, со стороны их часто воспринимают как единую организацию. К тому же Джиён — будущая наследница семьи Тэсан, так что её интерес к подобным вещам был вполне естественен. «...Если не случится ничего из ряда вон, она станет главой рода...» При нормальном течении обстоятельств она без проблем унаследует титул. Однако этот мир лишь кажется мирным, на деле же здесь то и дело случаются гребаные катастрофы. Даже если не брать в расчет вторжение Хозяев Башни, здесь вечно происходит всякая чертовщина. Взять хотя бы инцидент, который должен произойти на втором курсе. В то время его сочтут просто крупным происшествием, но если оставить всё как есть, позже это обернется дерьмовой катастрофой, за которую придется платить горькую цену. «Эх». И к чему эти мрачные мысли перед едой? Глядя на беззаботную Джиён, присевшую на корточки рассмотреть травы, я невольно ощутил горечь. Подавив это чувство, я продолжил экскурсию. . . . К тому времени, как Ли Джиён, последняя гостья, закончила осмотр особняка, сад начал окрашиваться в оранжевые тона заката. Все уже порядком проголодались. Сверившись со временем, я понял, что настал идеальный момент для ужина. Закончив краткий обход с Джиён, я тут же собрал всех остальных и повел к месту трапезы. — Мы будем есть здесь? — Да... Мы пришли к месту назначения. Хон Ёнхва, шедшая со мной плечом к плечу, недоуменно склонила голову. В этом огромном особняке было несколько столовых. Огромный зал на первом этаже в центре, а также по одной столовой в Западном и Восточном крыльях. Оснащение везде отличное. Всё накрыто, чистота идеальная — можно пользоваться хоть сейчас без всякой подготовки. Пространства много, дышится легко, а кухни расположены совсем рядом, что удобно для подачи свежеприготовленных блюд. Казалось бы, чем просторнее, тем лучше. Однако я решил устроить ужин не в столовой на первом этаже, а в отдельной комнате. Если быть точным, на самом верхнем этаже особняка. Одна из стен здесь была полностью открытой, так что отсюда должен открываться... прекрасный вид. Несмотря на открытость, благодаря магии сюда не залетала всякая мошкара, а температура поддерживалась идеальной — ни холодно, ни жарко. Интерьер, залитый оранжевым светом потолочных ламп, создавал весьма уютную атмосферу. — Нас не так много, а здесь места вполне достаточно, так что... почему бы и нет? — Да нет, я не в упрек. Просто думала, мы будем внизу, в большой столовой. — Эм... Там слишком просторно, так что... Отвечая, я слегка отвел взгляд. Этот выбор был продиктован исключительно моими личными предпочтениями. Ну, знаете, в слишком больших залах порой накатывает чувство отчужденности? Или какой-то гнетущей пустоты. Из-за обилия свободного места возникает ощущение, похожее на одиночество. Нет ничего плохого в просторном месте для еды, но кажется, будто в нем нет души... В общем, мне больше по душе легкая теснота, тепло и живая суета. [Ну] [Для начала, присаживайтесь] [Я сейчас подам еду] С этими словами... то есть, активировав Ожерелье откровения, я приглашающим жестом указал внутрь. По правде говоря, эта комната вовсе не была маленькой. Массивный прямоугольный стол в центре был достаточно велик, чтобы вместить гору блюд. Длинные диваны были удобны для нескольких человек, а одиночные кресла — весьма просторны. Свободного места тоже хватало, так что тесно быть не должно. — ... — ... — ...? Однако все лишь странно поглядывали на меня, не двигаясь с места. И Хон Ёнхва, стоявшая впереди всех из-за того, что прилипла ко мне, и Ли Джиён, собиравшаяся было войти, — все они замерли, почувствовав общую атмосферу. «Что такое?» Подумав, что что-то не так, я внимательно просканировал комнату Наблюдением. Никаких проблем. Магические формулы в порядке... Да и на вид всё должно быть нормально...? — Ёнхва-Ёнхва, не загораживай проход, заходи давай. — Что ты встала в дверях? А ну, посторонись. От донесшихся сзади понуканий уголок губ Хон Ёнхва дернулся. — Ёнхва, что случилось? Заметив её недовольство, я осторожно потянул Хон Ёнхва за рукав. Она скользнула взглядом по рукаву, за который я её тянул. — А, Ха Юль, заходи первым. С такой реакцией, будто над головой зажглась лампочка, она легонько подтолкнула меня в спину. — А? Да я ведь должен всех проводить... — Нет-нет, хозяин дома всегда входит первым. Ну же, давай... Не успел я опомниться, как оказался в комнате. — Папа? — А? О-о, да... Глупо моргая, я поддался настойчивости Се Юль, крепко сжимавшей мою руку, и сел вместе с ней на длинный диван. Хоть Се Юль и ведет себя как взрослая, утверждая, что может есть сама, я всё равно должен приглядывать за ней. Только тогда Хон Ёнхва, словно и не колебалась вовсе, подошла и пристроилась рядом со мной, а вошедшая следом Элия грациозно опустилась возле Се Юль. — Тц. — Аха-ха, какая неприкрытая наглость. Напротив, на другом длинном диване, расположились недовольно цокающая языком учитель и посмеивающаяся над ней профессор Лиана. Пэк Арин и Ли Джиён заняли отдельные кресла по бокам. [?] Я недоуменно наклонил голову, глядя на это внезапное распределение мест... но ладно, неважно. На самом деле я слишком нервничал, чтобы забивать этим голову. Тряхнув головой, я распахнул Подпространство. Протянув нити Небесного оперения вглубь хранилища, я начал доставать одно блюдо за другим. — Ого! Что это всё такое? — Ой, это же ракообразные «Драконий клык»? Их и достать-то трудно, а разделывать еще сложнее... [Разделка была несложной, если следовать инструкции. Да и ингредиенты я нашел быстро] Даже те, кто до этого обменивался странными взглядами, уставились на проход в Подпространство, возникший над центром стола. И вскоре их глаза округлились от вида пиршества, заполнявшего стол. [Я очень старался, когда готовил] [Тут еще много всего, так что, пожалуйста, угощайтесь] Глядя на то, как все сглатывают слюну, я удовлетворенно улыбнулся и хлопнул в ладоши. И это не пустые слова: зная, кто придет на новоселье, я приготовил множество блюд, соответствующих вкусам каждого. Хон Ёнхва любит простые мясные блюда, а учитель и Элия, видимо, привыкнув у себя на родине, предпочитают хлеб и супы. Профессор Лиана любит сэндвичи с богатой начинкой — вроде тех, что она подарила мне в первый раз. С Джиён... мы еще не настолько близки, так что я не смог подготовить что-то особенное. Тем не менее, опираясь на лор оригинала, я постарался по максимуму использовать такие продукты, как картофель, батат и кукуруза, чтобы приготовить нечто вроде гратена. [Хе-хе] [Радость] [Гордость] От непрерывно вспыхивающих радостных эмоций мои плечи невольно расправились. Поскольку это было новоселье, я приложил куда больше усилий, чем обычно. Само собой, я и раньше старался, когда готовил для других. Когда ем один, я обхожусь энергетическими батончиками или просто сваливаю мясо с овощами в одну кучу. [А-а-а, подождите минутку] [Вот, выпейте это тоже] Недолго я наслаждался поварским триумфом. Заметив, что гости уже тянутся к приборам, я поспешно засунул руку в Подпространство. Пошарив там немного, я нащупал предмет. Преодолевая скованность в теле, я вытащил его наружу. — ...А? Это же... — Ой? — А? Сидящая подле меня Хон Ёнхва склонила голову. Остальные тоже. Все на мгновение замерли, а осознав, что именно у меня в руке, вытаращили глаза. — Ха Юль!! Это же алкоголь! Нельзя! — Откуда это в подпространстве?! А ну, живо поставь на место! — Ха Юль? Ну-ка, отдай это мне... Хороший мальчик. [Да что вы...] Такая бурная реакция вызвала у меня... нет, я был просто в крайнем недоумении. Люди, которые и глазом не ведут, когда я держу в руках смертоносное оружие, так переполошились из-за одной бутылки... Впрочем, я их понимал. Большинство присутствующих здесь знали о моих обстоятельствах. — Младший? Может, для начала поставишь бутылку, и мы поговорим... ...Но почему Джиён, которая не в курсе дела, реагирует так же? Не помню, чтобы я ей что-то рассказывал... [В любом случае, я достал это, чтобы вы выпили] [Я взял это из тайной сокровищницы, говорят, вещь очень редкая] — Но Ха Юль, всё равно... Я постарался утихомирить внезапно поднявшийся шум. Хон Ёнхва продолжала смотреть на меня с беспокойством, нервно перебирая пальцами. Предчувствуя, что она вот-вот отберет у меня спиртное, я осторожно поставил бутылку на стол и покачал головой. — Всё в порядке. По правде говоря, то, что я опьянел на праздновании после входа в Башню, само по себе было странно. Как вообще можно опьянеть от одного запаха, даже не пригубив напитка? Конечно, в мире всякое бывает. Существуют люди с самыми разными особенностями организма, и я вполне мог оказаться одним из них. [Правда, всё хорошо] Но, по крайней мере, я так не считал. В прошлой жизни, когда я подрабатывал в круглосуточном магазине, неужели там не было покупателей алкоголя и сигарет? Разве никто не распивал купленное прямо за столиками на улице? Или не заходил внутрь, разя перегаром? Было полно и неадекватных типов, которые несли всякую чушь и выпрашивали номер телефона. Но я никогда от этого не пьянел. Я мог чувствовать отвращение, но мой рассудок никогда не туманился. Конечно, мне было страшно. Спиртное вызывало омерзение, а пьяные люди внушали ужас. Особенно те, кто терял над собой контроль: шатающиеся, с заплетающимся языком и развязным поведением. Они пугали меня настолько, что хотелось убежать без оглядки. [Действительно, всё в порядке.] Мне было страшно лишь потому, что я не знал, чего ожидать от таких людей. [Я не могу вечно бегать от этого. К тому же...] Сейчас... мне уже не было так страшно. Когда я держу бутылку и использую Наблюдение, тело всё еще невольно цепенеет от неприязни, но это уже не тот безумный, парализующий ужас. [Вы все — хорошие люди, так что я спокоен] [Я вам доверяю] Щёлк, щёлк... Ожерелье откровения отозвалось вибрацией. Почему-то в механическом голосе артефакта отчетливо проступили чувства. Даже мне показалось, что в этих словах звучит искренняя, глубокая вера в них. — ... Я на мгновение замолчал. [Эм, кхм-кхм...] ...Похоже, поддавшись моменту, я ляпнул нечто довольно смущающее. Достаточно было просто сказать, что всё в норме, зачем было пускаться в откровения... Сгорая от запоздалого стыда, я низко опустил голову, и в тот же миг почувствовал на себе десятки обжигающе пристальных взглядов. ◆ ◆ ◆ ... [Артефакт «Ожерелье откровения» выражает ваши истинные чувства] ... ---------- Это не развратная вечеринка (3) Ли Ха Юль низко склонил голову, когда до него с опозданием докатилась волна жгучего стыда. Наблюдавшие за ним почувствовали, как в груди разливается тепло, а сердце замирает в каком-то невесомом восторге. О травме, которую нёс в себе Ли Ха Юль, знали почти все. Во время празднования входа в Башню в первом семестре. Многие тогда заметили, как Ли Ха Юль буквально каменел, стоило кому-то предложить ему выпить. Видя это, даже те, кто в шутку протягивал ему бокал, поспешно отступали. Таким он был — Ли Ха Юль. Никто не знал подробностей его прошлого, но было ясно: алкоголь и сигареты вызывали у него глубочайшее отторжение. Тот самый Ли Ха Юль, что однажды, заметив на теле Атры едва уловимый след — нечто, чего обычный человек и не разглядел бы, — лишился чувств от приступа тошноты. [Я принёс это, чтобы все могли угоститься.] [Чтобы вы выпили за едой...] И вот теперь этот самый Ли Ха Юль сам, своими руками, принёс и предложил спиртное. Он слегка покачивал бутылкой, и в его скованных, неловких движениях сквозило явное усилие. Глядя на это, невозможно было не испытать целую гамму противоречивых чувств. С чем бы это сравнить? Пожалуй, с тем щемящим чувством, когда израненный прежним хозяином и вечно рычащий пёс вдруг сам подходит к тебе, чтобы ласково ткнуться носом и попросить внимания. Одно было ясно наверняка: это был жест доверия — настолько сильного, что оно позволило ему перешагнуть через собственный страх перед алкоголем. Разве мог кто-то остаться равнодушным? — О! Да это же из Террагранда! Лиана, которая только что смотрела на него с тем же умилением, внезапно вскрикнула. Взгляд Лианы, чья слава неисправимой пьяницы гремела повсюду, намертво прикипел к этикетке стоявшей на столе бутылки. — ...Ну ты и... Сидевшая рядом Атра поморщилась. Она только начала наслаждаться этой трогательной атмосферой, как сидящая под боком алкашка всё испортила. Пока Атра, насупившись, сверлила её недовольным взглядом, Лиана вовсю суетилась, тыча пальцем в бутылку. — Террагранд! Эту выпивку сейчас на рынке днём с огнём не сыщешь! — Террагранд?.. Разве этот город не пал давным-давно? — Он исчез как минимум сорок лет назад. Его стёрло с лица земли из-за прорыва подземелья второго ранга, а ведь именно там производили алкоголь специально для сверхлюдей. С тех пор запасы иссякли, и найти такую бутылку — почти невыполнимая задача!.. [Оу... вот как?] [Я просто взял её, потому что сказали, что это медовуха.] «Террагранд? Была ли такая фракция?» Ли Ха Юль озадаченно наклонил голову. Он попытался освежить память, но никакой организации под названием Террагранд вспомнить не смог. Какое же вино стоит подать к ужину? Ли Ха Юль, не смысливший в выпивке ровным счетом ничего, после долгих раздумий просто выбрал ту бутылку, где взгляд зацепился за слово «мед». — Неужели... мне и правда можно выпить?.. Ее глаза так и заблестели при виде бутылки, которую она не видела целую вечность, но она все же осторожно покосилась на Ли Ха Юль, спрашивая разрешения. [Да, правда можно.] [Вам, профессор, можно.] Ли Ха Юль мягко улыбнулся и сделал приглашающий жест. Его лицо так сияло, что, казалось, все вокруг озарилось светом. В тот же миг Пространство с треском разверзлось, и показавшееся из разлома крылатое одеяние выставило на стол бокалы — ровно по числу присутствующих. Всего шесть бокалов. Ли Ха Юль и Ли Се Юль остались без своей доли. Се Юль было еще рано, а сам Ли Ха Юль пока не мог в полной мере чувствовать вкус, да и смелости пригубить спиртное в нем еще не проснулось. — О-о-ох!.. Глаза Лианы так и заискрились от предвкушения. Горло то и дело дергалось от невольных глотков, а рот наполнялся слюной. Сверхчеловек по своей природе обладает настолько мощной иммунной системой, что алкоголь его попросту не берет. Поэтому для сверхчеловека варят особое спиртное, которое продается как элитный товар. Лиана же слыла той еще любительницей заложить за воротник. Она могла пить много и почти не пьянела. Настолько сильно она обожала это дело. Не будет преувеличением сказать, что, когда она пила по-настоящему, выпивка лилась вместо воды. Однако последние несколько месяцев Лиана и каплей не могла омочить горло. Да что там! Она даже близко к барам не подходила! И все из-за Ли Ха Юль! Ведь ребенок, которого ей поручили и о котором лично просила вице-ректор, терпеть не мог алкоголь. Этот мальчик, к которому она по непонятной причине прониклась симпатией и привязанностью, выказал явное отвращение, едва учуяв от нее запах перегара. Она тогда сделала вид, что ничего не произошло, но в душе испытала настоящий шок. Зная об этом, она просто не могла заставить себя притрагиваться к бутылке. Вот почему Лиана, чья слава знатной выпивохи гремела даже на фронтах Магических земель, до сего дня со слезами на глазах держалась подальше от спиртного. И вот Лиане, изнывающей от этого вынужденного воздержания, предлагают выпить — и делает это сам виновник ее трезвости, Ли Ха Юль. Неудивительно, что от столь прямого дозволения у Лианы буквально загорелись глаза. [Прошу.] Ли Ха Юль расставил бокалы перед каждым и осторожно взял бутылку. Хотя ему и не доводилось бывать на подобных застольях, он понимал, что именно ему надлежит разливать напитки. Холодное и гладкое стекло бутылки приятно холодило ладонь. Несмотря на то, что на неё была наложена Магия сохранения, а сам материал казался необычным, словно подчёркивая принадлежность к иному миру, это была всего лишь холодная стеклянная бутылка. И всё же само осознание того, что внутри алкоголь, вызывало странное чувство отторжения. — Чпок. Горлышко бутылки было закупорено корковой пробкой. Насколько он знал, для этого требовался специальный инструмент, но физическая сила, которой обладал Ли Ха Юль, в нём совершенно не нуждалась. Стоило ему обхватить пробку и слегка потянуть, как она с мелодичным звуком выскользнула наружу. «Густой...» Звук затих. Запаха он не почувствовал. Но почему-то от резкого чувства неприязни, словно уколовшего кончик носа, он едва не втянул голову в плечи. Голова на мгновение пошла кругом. «Всё в порядке...» Но страх не спешил овладевать им. Здесь были люди, которым он мог доверять. Он верил: они не из тех, кто меняется до неузнаваемости, стоит им опьянеть. Даже если они поддадутся хмелю, он был уверен, что они не станут распускать руки или притеснять его. «Всё хорошо». Стоило напомнить себе об этом, как оцепенение спало. Ссутулившаяся было спина выпрямилась, а бешено колотившееся сердце вернулось к привычному ритму. — Фу-у, фу-у... Сделав глубокий вдох, он собрался с духом. И осторожно наклонил бутылку над протянутыми бокалами... «...Не бокал, а бокалы?» Он внезапно замер. Его глаза, не видевшие до этого никого, кроме двоих, удивлённо моргнули. Оказалось, что перед ним выставлено сразу несколько сосудов. Их было шесть. То есть бокалы протянули абсолютно все, кто собирался пить. Даже Ли Джиён, которой, видимо, стало неловко оставаться в стороне, украдкой подставила свой бокал, что выглядело довольно нелепо. Как бы то ни было, устремлённые на него взгляды светились нескрываемым ожиданием. Словно каждый безмолвно вопрошал: «Ты ведь нальёшь мне первому, верно?» «...» Ли Ха Юль, ловя на себе эти выжидающие взгляды, тайком открыл Подпространство. Нырнувшее внутрь крылатое одеяние вынесло ровно пять одинаковых бутылок спиртного. — А... Кто-то издал ошеломлённый возглас. — Буль-буль... В тот же миг медовуха одновременно потекла в шесть кубков. Время, объём и скорость — всё было абсолютно идентичным. От столь точного расчёта, достигнутого с помощью Полномочия наблюдения, чьё-то лицо исказилось в кислой мине. . . . Как и надеялся Ли Ха Юль, трапеза проходила в весьма уютной и гармоничной атмосфере. Да и вправду, найти хоть какой-то повод для неудобства здесь было трудно. Блюда, расставленные на столе, были настолько разнообразны и вкусны, что вызывали искреннее восхищение. И дело было не только в изобилии и вкусе. — Ой, этот соус... Элия, откусив кусочек бейгла, широко распахнула глаза. Вкус, разлившийся во рту, показался ей до боли знакомым. [Я приготовил это по тому самому рецепту, который вы мне дали, Элия-ним.] Отправив в рот Ли Се Юль мелко нарезанный кусочек мяса, он ответил. [Вы говорили, что на вашей родине это блюдо очень любят...] — Боже... Это даже вкуснее, чем у меня. И простите. Мне стоило поскорее закончить с вещами и помочь вам... [О какой помощи речь?] [Я рад, что вам нравится.] Еда на столе была приготовлена с учётом вкусов каждого из присутствующих. Пусть его вкус и был в совершенно убитом состоянии, у него было Полномочие наблюдения. Он обладал способностью наблюдать за каждым этапом кулинарного процесса вплоть до мельчайших деталей и контролировать его. К тому же, благодаря навыку «Мастер на все руки», чей уровень мастерства вырос до невероятных высот, его кулинарные способности стали выдающимися. Блюда, приготовленные с использованием всех этих талантов, попросту не могли быть невкусными. Более того, он заранее определил едоков. И приготовил блюда специально под каждого из них. И пусть для других эта еда тоже была превосходной, для того, кому она предназначалась, вкус оказывался идеальным. Кроме того, все вина, что как бы невзначай выставил Ли Ха Юль, оказались напитками высшего сорта. Хотя сам Ли Ха Юль лишь набрал того, что выглядело получше да послаще. Каждое из них было редким сокровищем, которое не сыщешь на обычном рынке. Когда изысканные яства и доброе вино так услаждают вкус, разве могут возникнуть хоть какие-то жалобы на трапезу? К тому же, стоило кому-то в чем-то нуждаться, как Ли Ха Юль, обладая поистине сверхъестественным чутьем, тут же оказывался рядом и исполнял любую просьбу. «……» «……» Разумеется, между некоторыми из сидящих за столом так и летели искры. Взять хотя бы... нет, скорее, это касалось лишь отношений Хон Ёнхвой и Атрой. Пусть они и успели вдоволь поколотить друг друга, выплеснув немало накопившихся чувств, отношения их всё ещё оставались натянутыми. Обе лишь старались держать себя в руках, помня о присутствии Ли Ха Юля. «...Что это?» Пока остальные смаковали блюда и наслаждались вкусом редких вин. Ли Джиён, до этого усердно работавшая ложкой, украдкой опустила взгляд. Перед ней стоял гратен в специальной форме. И хотя она уже успела зачерпнуть изрядную порцию, нарушив целостность блюда, оно всё равно выглядело настолько аппетитно, что слюнки текли сами собой. «А ведь... вкусно...» Ли Джиён в некотором замешательстве продолжила есть, и от того, как раскрывался вкус при каждом движении челюстей, уголки её губ невольно подрагивали. Сладость батата и нежный вкус картофеля, утопающие в тягучем расплавленном сыре, сплетались в единую симфонию, обволакивая язык. А лопающиеся на зубах зерна кукурузы, внося приятное разнообразие в мягкую текстуру, придавали блюду особую пикантность. Ингредиенты, вкус... всё было именно так, как любила Ли Джиён. «Откуда он узнал, что я люблю гратен?.. Нет, неужели просто совпадение? Но если верить слухам, он подал каждому именно то, что тот любит...» Разумеется, блюдо было настолько великолепным, что она продолжала есть, словно в трансе. Как ни прискорбно это признавать, но вышло куда вкуснее, чем у шеф-повара в родном поместье... И пусть на душе у неё было неспокойно, вкус блюда безупречно попадал в самую цель, потакая её личным пристрастиям… — Глоть. Более того, даже вино, которое ей то и дело подливали, идеально соответствовало предпочтениям Ли Джиён. Поговаривали, что это медовуха, которую когда-то производил один ныне канувший в лету клан. Напиток оказался нектаром невообразимой сладости. Он мягко ложился на язык, пьянил без тяжести и шел на удивление легко, оставляя после себя чистое, едва уловимое послевкусие, тающее во рту нежной негой. На самом деле Ли Джиён просто обожала мёд. Когда в животе тяжелело, она разбавляла мёд в воде, а в детстве и вовсе тайком пробиралась на семейную пасеку, чтобы вдоволь наесться сладкого лакомства. В оригинальном романе эта деталь не упоминалась. И пусть Ли Ха Юль не делал этого намеренно, сама обстановка за столом, казалось, била точно в цель, потакая вкусам Ли Джиён. Блюда на столе радовали вкусом, а вино приносило истинное удовольствие. И всё же... щекочущий ноздри медовый аромат был слишком соблазнителен — от этого благоухания разум, казалось бы, намертво закалённый техникой Тэсан, вмиг начинал туманиться. И исходил он вовсе не от вина. — Кхм, кхм... Ли Джиён украдкой сглотнула и перевела взгляд туда, откуда веяло этой сладостью. Впрочем, в её действиях не было ничего необычного. Ведь взгляды почти всех присутствующих и так были прикованы к тому же месту. [Се Юль, тебе вкусно?] — Да! Папина еда — самая вкусная на свете! [М-м-м...] [Спасибо...] [А теперь — ещё кусочек.] — А-ам... Виновник всеобщего внимания, Ли Ха Юль, расплылся в глуповатой, но мягкой улыбке. Зрелище редкое даже для последнего времени, когда он стал улыбаться куда чаще. Не замечая, как в душах некоторых присутствующих пробуждается вожделение, Ли Ха Юль продолжал беспечно и пьяно улыбаться. Его гладкое, белое, словно молоко, лицо заметно раскраснелось. Жар добрался и до шеи, по которой медленно скользнула одинокая капля пота. Любому было ясно — он пьян. И пусть он не пригубил ни капли, хмель всё равно ударил в голову. Ли Ха Юль был крайне слаб к спиртному. И сколько бы он сам это ни отрицал, истина оставалась неизменной. Впрочем, его слабость была не совсем обычной. Его странное тело, в котором дух и плоть так и не достигли единства, поддавалось опьянению лишь при определённых условиях. Стоило ему насторожиться, и он, подобно большинству сверхлюдей, с лёгкостью разгонял хмель, становясь устойчивым к выпивке. Но стоило ему полностью ослабить бдительность, как он становился беззащитен перед алкоголем. Настолько, что мог захмелеть от одного лишь витающего в воздухе аромата, даже не пригубив ни капли. [Ой ты мой хороший, Се Юль так хорошо кушает?] [Умница~] Сейчас Ли Ха Юль совершенно расслабился. И хотя из-за этого он хмелел легко, быстро и сильно... он всё же умудрялся сохранять рассудок. Причина была лишь одна. На его коленях сидела Ли Се Юль. Как бы низко он ни ценил себя, он ясно осознавал, что является опекуном Ли Се Юль. А потому он не мог позволить себе выглядеть жалко на глазах у дочери. Именно эта мысль сдерживала подступающий хмель. — Хм. Ли Се Юль тоже это понимала. Она чувствовала направленные на них враждебные и полные похоти взгляды. То были взгляды наглецов, что посмели зариться на её папу. С самого начала трапезы Ли Се Юль ни на миг не отходила от Ли Ха Юля, решив во что бы то ни стало защитить его от этих проходимцев. Какими бы наглецами они ни были, вряд ли они окажутся настолько отбитыми мерзавцами, чтобы наброситься на родителя прямо на глазах у ребёнка. «Ишь чего удумали». Она собиралась сидеть вот так, прижавшись к нему, пока ужин не закончится. «Ой. Ой-ой? Почему глаза...» Ли Се Юль изо всех сил старалась сосредоточиться, но внезапно всё перед глазами поплыло. Взгляд затуманился, словно под водой, а сознание начало медленно ускользать. «А...» Ли Се Юль в замешательстве приоткрыла рот. В последнее время она стала много есть и постоянно проваливаться в сон. Это было побочным эффектом ускоренного Роста. И сейчас произошло то же самое. Живот был полон вкусной еды, которой её заботливо кормил Ли Ха Юль, а вокруг разливалось приятное тепло. Все условия для сна были соблюдены, и непреодолимая дремота начала окутывать её разум. Ли Се Юль попыталась широко раскрыть глаза. Нельзя, ни в коем случае нельзя засыпать. Она должна охранять папу... «А, подождите... только не сейчас...» Она отчаянно цеплялась за остатки сознания, но реальность была неумолима. «И-и-ик...» Как бы она ни старалась, веки тяжелели, а мысли путались. Веки Ли Се Юль медленно смежились. В застилающий взор, где теперь ничего нельзя было разобрать. Ей мельком привиделся Ли Ха Юль, бессильно привалившийся к Хон Ёнхва, и рука наглеца, сползающая ниже её талии. ---------- Это не развратная вечеринка (4) В конце концов Ли Се Юль всё-таки заснула. Я ожидал этого ещё с того момента, как её голова начала мерно клевать носом. Её обмякающее тело, готовое вот-вот соскользнуть, я бережно подхватил «Небесным оперением». — И-и-и... Стоило мне укутать Ли Се Юль в «Небесное оперение», словно в мягкое покрывало, и устроить её у себя на коленях, как она, даже не просыпаясь, неловко зашевелила руками и крепко-крепко обняла Ли Ха Юля. Вдобавок ко всему она уткнулась лицом ему в грудь и принялась ластиться. [Хе-хе-хе] От этой сцены, так напоминающей ластящегося котёнка, лицо Ли Ха Юля невольно расплылось в блаженной улыбке. Прижавшись щекой к макушке Ли Се Юль, он ласково потерся о неё в ответ. Щекотавшие подбородок волосы были невообразимо мягкими. Мерное дыхание и ритмичный стук сердца доносились от их плотно прижатых друг к другу тел. [М-м-м...] [Прости-и...] Наслаждаясь этими прикосновениями, Ли Ха Юль сам того не замечая, словно капризный ребёнок, отправил извинение через ожерелье. Тело странно разгорячилось, а в голове стало легко и туманно. К вину он даже не притрагивался, не ощущая и его аромата, но всё же продолжал сидеть так. Единственным, что он ощущал, был витающий в комнате аромат их тел, но отчего же тогда в голове была такая легкость, словно он парил в облаках?.. [Прошти…] Гэпхва, окроплённая неосознанным хмелем, понуро вспыхнула. Беспричинная Вина и чувство сожаления хлынули через край. Так много всего он не смог сделать для этого чудесного, любимого ребенка. Вместо того, что он с трудом сумел ей дать, в памяти всплывало лишь бесчисленное множество вещей, которые он не смог обеспечить из-за своей никчемности. Ли Ха Юль никогда не называл себя родителем. Он не звал себя Папой, а Ли Се Юль не называл дочерью. Прежде чем вообще решить, кем для него является Ли Се Юль. Всё потому, что ни сознательно, ни подсознательно он не мог считать себя достойным опекуном. Водная среда и настрой опекуна. Трудно растить ребенка в условиях, когда толком ничего не подготовлено. Зная его, я и не помышлял о том, чтобы заводить детей, но... Как это часто бывает, жизнь редко считается с нашими желаниями, и этот случай не стал исключением. [Прости-и...] Даже прикрываясь подобными оправданиями, мне следовало заботиться о ней лучше, но, если судить строго, я совершил слишком много ошибок... — Ох, м-м-м... Внезапно притихшую комнату наполнили влажные от слёз извинения. В прерывистом голосе, срывающемся на всхлипы, чувствовалась глубокая искренность. При виде уснувшей Ли Се Юль даже Хон Ёнхва, чьё лицо до этого сияло радостью, вздрогнула и поспешно убрала руку. — Ой, уснула. Впрочем, в обычное время ей бы уже давно пора было быть в постели. Тем временем. Элия, мягко улыбнувшись, приподнялась со своего места. Она пересела поближе к Ли Ха Юлю, на то самое место, где только что была Ли Се Юль, и протянула руки. — Ну же, Се Юль наверняка нравится, когда её так обнимают, но, чтобы она выспалась, лучше переложить её в кровать, верно? Одной рукой она ласково похлопала Ли Се Юль по спине, а другой нежно коснулась щеки Ли Ха Юля. Эти движения, словно она баюкала сразу двух детей — большого и маленького, — выглядели на редкость привычными. [Угу...] Ли Ха Юль, который и сам уже начал клевать носом, погрузился в раздумья. «Мне тоже стоит уйти?..» Обычно он ложился в постель вместе с Ли Се Юль и засыпал рядом с ней. Однако сейчас обстоятельства этому не благоприятствовали. Ужин понемногу подходил к концу, но гости всё ещё продолжали активно выпивать. Еда уже давно превратилась из основного блюда в простую закуску к спиртному. Ближе к завершению трапезы на столе стали появляться яства, которые лучше всего сочетались с алкоголем. То есть застолье ещё продолжалось, и ему, как хозяину, было неловко покидать гостей первым. Но и оставлять Ли Се Юль одну ему совсем не хотелось... — Хотите, я её уложу? Элия, к его облегчению, сама предложила помощь. [М-м-м...] [Нет] [Всё в порядке] Ли Ха Юль, на миг прикрыв глаза, покачал головой. [Элия, и вам стоит развлечься] — Значит, уложишь Ха Юля и вернёшься? [М-м...] [Нет...] [Я должна продолжать... прислуживать...] — Погоди, «прислуживать» — это звучит как-то... Хон Ёнхва, стоявшая рядом, недовольно пробормотала. И в самом деле, вокруг уже вовсю шло застолье. Все сидели, откинувшись на спинки диванов, а на столе громоздились закуски и бутылки со спиртным. В интерьере, залитом оранжевым светом ламп, ещё недавно витала довольно вязкая атмосфера... а после таких слов воображение и вовсе начало рисовать нечто мрачное... [Угу...] Ли Ха Юль, не слушая её, рассеянно покачал головой и щелкнул пальцами. Вж-жух — воздух раскололся. Это было место, похожее на привычное Подпространство, но всё же иное — пространство, близкое Лиане и Элии, познавшим магию духов. — Пью-пью-пью Словно в ответ на его жест, из разлома посыпались пятицветные пучки света. Духи, хлынувшие наружу, словно водопад из прорванной плотины, тут же один за другим облепили Ли Се Юль. Духи, с которыми заключил контракт Ли Ха Юль, очень любили Ли Се Юль. Возможно, дело было в её принадлежности к расе фейри, но они слушались Ли Се Юль, даже не будучи связанными с ней контрактом. — Духи тоже заметно выросли! Кажется, все они скоро достигнут среднего ранга? Пока все заворожённо наблюдали за Ли Се Юль, утопающей в сиянии духов. Лиана, которая, поглядывая на остальных, прикладывалась к бутылке, оценила состояние духов и восторженно воскликнула. Если поначалу это были лишь низшие духи, движимые одними инстинктами, то теперь у них начало формироваться собственное самосознание. Чувствовалось, что они вот-вот перейдут на средний ранг, где закладываются основы истинного разума. [Да-а...] [И это тоже...] [А ещё возникло дело с призраком, так что я... хотела посоветоваться] — Ах, верно. Ведь духи и призраки плохо совместимы. Духи, являющиеся частью природного цикла. И призраки, которые в некотором роде этот цикл нарушают. Совместимость этих двоих, как ни посмотри, не могла быть хорошей. [В прошлый раз они тоже... испортили труп для призрака, над которым я так старался...] — Ха-ха, есть у них такая наклонность, — усмехнулась она. Если уж разбираться, духи питали к призракам особенно выраженную неприязнь. Когда Лиана была в Китае, выпущенные ею для охраны духи, едва завидев цель, впадали в неистовство и выкашивали всех призраков в округе. Точно так же они втайне уничтожили тело для вселения призрака, которое Ли Ха Юль подготовил с таким трудом. — Насколько мне известно, нет никого... кто владел бы одновременно и некромантией, и магией духов. [Я... хотел с их помощью... получить поддержку...] — Да-да, прецедентов и правда не было. Нужно будет поразмыслить над этим. [Угу...] Ли Ха Юль мотнул головой, словно прогоняя хмель, и небрежно взмахнул рукой. Окружённое духами тело Ли Се Юль плавно взмыло в воздух. Словно пытаясь вернуть утраченное тепло, Ли Се Юль беспомощно повела руками, и духи тут же облепили её ладони. Она издала странный стон, будто хотела сказать: «Кажется, это не то...» Однако духи, не поняв её, вынесли Ли Се Юль из комнаты. — Щёлк. Сами открыв и закрыв за собой дверь, духи бережно уложили Ли Се Юль на кровать в соседней спальне. «М-м-м...» Наблюдая за этим через Полномочие наблюдения, Ли Ха Юль удовлетворённо кивнул. За её безопасность он особо не переживал. Это был Сиёлам, и особняк находился под защитой мощнейших охранных систем. К тому же сотни духов, оберегающих Ли Се Юль, почти достигли среднего ранга. Благодаря подпитке маной Ли Ха Юля, которая была воплощением самой Непорочности, они были куда сильнее обычных духов. Одних их хватило бы, чтобы стереть в порошок целую орду низкоранговых монстров. Вдобавок на Ли Се Юль были защитные заклинания и магические артефакты, которые Ли Ха Юль наложил лично и с величайшей тщательностью. Даже Наблюдение для Сенсорики угроз сейчас работало для неё с более высоким приоритетом, чем для него самого. Стоило Наблюдению засечь хоть малейший признак опасности, как любая угроза была бы мгновенно испепелена шквалом дистанционной магии. — М-м, а?.. И всё же, пока он на всякий случай перепроверял защитные контуры... Чьи-то руки внезапно подхватили Ли Ха Юля под мышки и рывком подняли вверх. Его легкое тело беспомощно взмыло вверх. Беспомощно болтавший ногами Ли Ха Юль, не успев даже оказать сопротивление, был усажен на бёдра Хон Ёнхва. Мякоть плоти под его ягодицами была удивительно мягкой. Она оказалась куда нежнее и податливее роскошного дивана, на котором он сидел до этого момента. Хон Ёнхва некоторое время смотрела сверху вниз на Ли Ха Юля, хлопающего глазами, и взгляд её при этом был полон смешанных чувств. Наконец она тяжело вздохнула. — Ох... Затем, убрав со лба Ли Ха Юля чёлку, она запечатлела на его открывшемся лбу звонкий поцелуй. От поцелуя, пропитанного скорее сладкой нежностью, чем вязкой страстью, глаза Ли Ха Юля изумлённо округлились. — Почему ты так часто вешаешь нос, а? И на кухне недавно тоже... Чмок-чмок-чмок — Осыпая его лоб поцелуями, он крепко прижал Ли Ха Юль к себе и погладил по спине. Пусть Хон Ёнхва и сгорала от вожделения, в ней всё же теплились остатки совести. Она не была той последней дрянью, что станет домогаться Ли Ха Юля, пока ребёнок спит, — особенно когда тот так подавлен, сокрушаясь о своей никчёмности как родителя и опекуна... А потому, на время уняв похоть, она принялась утешать Ли Ха Юля, вкладывая в свои слова лишь искреннюю нежность. — Ха Юль, ты ведь делаешь всё, что в твоих силах, разве не так? Тебе ни к чему так себя корить. — Верно. Ты ведь даже тот магический артефакт для Се Юль мастерил несколько дней кряду... Ну же, тише, хороший мой. Перестанем плакать? — Эта малышка чувствует твою искренность, потому и привязана к тебе так сильно... Видимо, остальные разделяли эти чувства: на миг отбросив тягучую, порочную атмосферу, все наперебой принялись успокаивать Ли Ха Юля. . . . Ли Ха Юль и сам не понял, как оказался в круговороте чужих объятий: каждый из присутствующих за столом спешил подарить ему частичку своего утешения. Прежде чем он успел хоть как-то возразить, его бесцеремонно подхватили и устроили на чьих-то мягких бёдрах. Тёплая ладонь легла на выпрямленную спину, принимаясь ласково её поглаживать. Опустившись чуть ниже, рука стала мерно похлопывать его по ягодицам, словно убаюкивая капризное дитя. Пока он в полузабытьи наслаждался лаской, к нему придвинули пышную грудь, предлагая поудобнее опереться и уткнуться в неё лицом. И когда он зарылся в эту мягкость, чувствуя чужое Тепло и биение сердца, чьи-то пальцы вновь коснулись его головы, нежно перебирая пряди... «Счастье...» Окружённый такой всепоглощающей заботой, вдребезги разбивающей некстати нахлынувшую вину, Ли Ха Юль окончательно расслабился. К тому же боль в магических цепях, которые он окончательно доломал, тайком пытаясь их восстановить, кажется, тоже начала понемногу утихать... — Джиён-онни, ты что это делаешь с самого начала? — А? Ой, а-а... Ну, все так делали, и я сама не заметила, как... Пока Ли Ха Юль спокойно восстанавливал силы и дух, среди остальных то и дело вспыхивали искры раздора. Ли Джиён, которая тайком, как и все остальные, развела руки для объятий, вздрогнула от замечания Хон Ёнхва и поспешно их убрала. При виде этого Хон Ёнхва подозрительно прищурилась. — Что ты... Онни, ты ведешь себя подозрительно. В прошлый раз тоже несла какой-то бред про жизненную силу и внезапно полезла обниматься — это было странно. Тот постыдный метод и правда работает? — Ёнхва, тебе ли об этом говорить? Чтобы передать Тепло Адского Пламени, ты ведь гладила ему жи... — За... Заткнись! Ребенок же услышит эти непотребства. — Так и знала, что этот метод — собачья... чушь собачья. Атра, молча слушавшая их перепалку, презрительно хмыкнула. Она откупорила новую бутылку спиртного и, сделав внушительный глоток прямо из горлышка, ехидно усмехнулась. — Чтобы просто передать тепло тела, нужно задирать одежду и касаться голой кожи... С самого начала это звучало подозрительно. — Ха! Да что ты, посторонняя, понимаешь? Ты хоть раз читала хроники нашего рода? Какая-то дрянь, ничего не смыслящая, смеет перечить наследнице Адского Пламени... Даже сверхчеловек может опьянеть. Поскольку они поглощали дорогой алкоголь для сверхлюдей, хмель ударил в голову, и между ними начали лететь искры. — Ёнхва-а... Учитель... Нельзя ссориться... — А, поняла... Ой-ой-ой! Ну не плачь. Прости меня... — Мы не ссоримся. Просто... возникло небольшое расхождение во мнениях... Все трения прекратились в один миг, стоило Ли Ха Юль лишь шмыгнуть носом. — Пфф... То, как они, только что воинственно вздыбившие шерсть, вмиг поджали хвосты. Наблюдая за этим жалким зрелище, Пэк Арин насмехалась над Хон Ёнхва, а Лиана — над Атрой. — ... Уголки глаз Атры мелко задрожали; она даже зубами не смела скрипнуть, боясь издать хоть звук. — Фу-ух... Затем Атра, словно о чем-то задумавшись, внезапно выставила на стол одну за другой новые бутылки, вынутые из-под него. — Это еще что? Одну из них она пододвинула Хон Ёнхва, сидевшей напротив. Пока Хон Ёнхва недоуменно склоняла голову, глядя на внезапно предложенную выпивку, Атра одарила её весьма вызывающей ухмылкой. — Не уверена в себе? — Что? — Впрочем, сколько там может выпить мелкая... девчонка. Короткий, брошенный без лишних слов вопрос. Однако эта невыносимая усмешка и приподнятые уголки губ говорили сами за себя. По тому, как она вызывающе позвякивала бутылкой, намерения были ясны без слов. — Не уверена, значит? Ха! Откровенная провокация. Насмешка, читавшаяся во взгляде: «Ты же соплячка, пить ни хрена не умеешь...» Хон Ёнхва, невольно фыркнув от возмущения, резко выхватила протянутую бутылку. — Старая карга из Наймана, самоуверенности тебе не занимать... Не пора ли отставить бутылку и подыскать себе трость? — У таких, как ты, только язык и работает. Может, покажешь что-нибудь на деле? Между ними заискрило. От этой внезапной, вспыхнувшей на ровном месте психологической дуэли все присутствующие лишь растерянно захлопали глазами. . . . — Ик... Бум! Хон Ёнхва, уткнувшись лбом в стол, издала предсмертный стон. На краю стола, под ним, возле дивана... повсюду стояло и валялось бесчисленное множество пустых бутылок. — Кха... Бум! Раздался точно такой же звук. Плечи Атра, точно так же впечатавшейся лицом в стол, мелко подрагивали. Вокруг неё валялось не меньше пустых бутылок. Итогом «игры на вылет», затеянной двумя гордячками, стало взаимное уничтожение. — Ох... Лиана, наблюдавшая за этим позорищем с самого начала, лишь сокрушённо покачала головой. Обе заблокировали нейтрализацию алкоголя маной и пили прямо из горла, так что в итоге набрались в стельку. — Эх, малыш? Иди ко мне. Допив свою порцию, Лиана подхватила Ли Ха Юль на руки. Пока Хон Ёнхва и Атра лежали в отключке, Ли Джиён, которую каким-то образом тоже втянули в это состязание, провалилась в глубокий сон, зарывшись в подушки дивана. Пэк Арин и Элия тоже на время куда-то отошли. Остались лишь Лиана да Ли Ха Юль, чей подбородок то и дело падал на грудь. — И никто даже не подумал прибраться... Цокнув языком, Лиана извлекла из-за пазухи небольшой флакон. Это было средство от похмелья, которое она всегда держала при себе. Пусть Лиану и прозвали «стаканом без дна», похмельная усталость не обходила стороной и её. Чтобы возлияния приносили лишь чистое «Счастье», она считала обязательным иметь под рукой это драгоценное снадобье. — Ну же, малыш. Скажи «а-а»... Придерживая Ли Ха Юль в своих объятиях, она осторожно приподняла его подбородок и, слегка надавив на щеки, заставила приоткрыть рот. Ли Ха Юль не притрагивался к спиртному, но выглядел совершенно захмелевшим. — Глоточек за глоточком... Она медленно вливала в него дорогостоящее лекарство. Коснувшись розового языка, жидкость тонкой струйкой потекла прямо в горло. То была теплая забота Лианы, переживавшей, как бы Ли Ха Юль не мучился наутро от головной боли. Эта ласка пробудила в сознании Ли Ха Юль глубоко запрятанную привычку. Лиана, что баюкает его на руках и поит лекарством... Ощущение, которое каждый раз наполняло его ладонь... Неподвижная доселе рука Ли Ха Юль дрогнула и инстинктивно взметнулась вверх. В следующий миг он изо всех сил сжал пышную плоть, едва умещавшуюся в его пятерне. — Хва-а-ать... — Ах..! М-м-м..?! От внезапной пронзительной вспышки наслаждения Лиана выгнулась в пояснице, и её глаза широко распахнулись. «Постойте. Кажется, такое уже было...» ---------- Не домогательство.(1) Лиана когда-то была героиней, которая держала на себе один из фронтов Африканского Магического Рубежа. Проще говоря, она прошла огонь, воду и медные трубы, сумев выжить. Повидав на своем веку немало диковинных вещей, она привыкла встречать любые трудности с холодным спокойствием. — Хва-а-ать... — Ах... м-м, по... подожди... Но сейчас самообладание ей изменило. Разум, которому следовало оставаться трезвым, до краев заполнила вязкая сладостная нега. Из непроизвольно приоткрытых губ раз за разом вырывались постыдные стоны. Лиана плотно сжала рот. Наконец, она осторожно разомкнула веки и опустила взгляд. [Мягко] [Огромное] [Корова?] [Вопрос] [Счастье] Белоснежные ладони, крепко сжимавшие её груди, двигались без остановки. В сравнении с этими пышными формами его руки казались крошечными, изящными и хрупкими, словно выточенными из нефрита. Даже двух таких ладоней не хватило бы, чтобы обхватить всю эту плоть целиком. Однако он, ничуть не смущаясь, с невероятным усердием продолжал мять и тискать податливую плоть. Под его пальцами грудь деформировалась, и волны покалывающего удовольствия, пусть и чуть слабее прежних, продолжали пробегать по телу. — Ах, м-м... Это был далеко не первый раз, когда Ли Ха Юль проявлял интерес к груди Лианы. В Китае... когда Ли Ха Юль стал ребенком и был истощен, он каждый раз успокаивался, играя с её грудью, пока она давала ему лекарство. Даже когда он дрожал от страха перед сном. Стоило ему прильнуть к ней и устроиться на её руке, как он мгновенно затихал и погружался в глубокий сон. То же самое было и тогда, когда у него на лбу внезапно вырос рог единорога. Словно невинное дитя, он лучезарно улыбался и ритмично сжимал её грудь. Называя Лиану коровой или Цербером, он наносил ей удары безжалостными, хоть и лишенными злобы словами... — Ха-а... Но нынешнее возбуждение было куда сильнее, чем тогда. Его руки всё еще были маленькими, но теперь, когда они заметно подросли и уверенно хватали её за соски, ощущения стали острее. Казалось, причина была не только в этом. Лицо её исказилось от ощущения, будто она откликается на его прикосновения на каком-то ином... фундаментальном уровне. — Малыш... курсант? Будь хорошим мальчиком, ладно? Ну же, убери руки... В любом случае, если нега продолжит накапливаться, добром это не кончится. Лиана сдержала дрогнувшие уголки губ и осторожно опустила руку. Ли Ха Юль, полностью поглощенный её грудью, даже не заметил, как она погладила его по волосам. Другой рукой она обхватила его пониже спины, поддерживая за ягодицы, и ласково похлопала. Она никогда не имела детей и не воспитывала их, но почему-то подобные странные навыки у неё только множились... [М-м-м...] [Протест] [Счастье] [Удовлетворение] — Ох... Теперь он начал даже капризничать. В ответ на её попытку остановиться он обиженно захныкал и поглубже зарылся лицом в её грудь. При этом он обвил её спину руками, словно умоляя не отпускать, и жалобно завертел головой. — С чего вдруг ты стал таким капризным... Неужели вспомнил что-то плохое? От его дыхания, скапливающегося в ложбинке между грудей, она невольно поерзала бедрами. Она не была пьяна, но алкоголь уже разогнал кровь, и её тело и без того пылало. А из-за этого непрекращающегося дыхания ей начало казаться, что не только тонкая одежда, но и нижнее белье стали влажными. Судя по жару, исходящему от его прижимающегося тела, и прерывистому дыханию, он всё же был пьян. Неужели хмель затуманил его разум, заставив инстинктивно искать грудь? «...Неужели у него такая привычка — лезть к груди, когда выпьет?» ...Это было проблемой. И дело не только в том, что это аморально — если Ли Ха Юль будет так себя вести, случится катастрофа. Если Ли Ха Юль пойдет бродить по улицам и станет канючить, прося женщин обнять его... найдется ли хоть кто-то, способный ему отказать? Скорее уж выстроится очередь из желающих похитить его и забрать себе... [Не пахнет] [Даже молоком не пахнет...] [Такие огромные] [Вопрос] — ...Это потому, что молока там нет. И вообще, там должен быть хоть какой-то запах...? Пока она в раздумьях прижимала его к себе, прозвучал этот странный вопрос. Уткнувшись лицом в плоть, превосходящую размером его собственную голову, он принюхался и вдруг ни с того ни с сего расстроился. Лиана, смущенная таким вопросом, грустно улыбнулась и погладила его по белоснежным волосам. — Ох... серьезно, ты хоть собираешься брать за меня ответственность? Я ведь тоже женщина... Ну же, для начала убери руки... [Я возьму ответственность...] — Вот и славно, правильное решение. Ответственность... ответственность... Стоп, что?! Лиана лишилась дара речи. Что я сейчас услышала? Не веря своим ушам, Лиана опустила голову. Ли Ха Юль, вынырнувший из её объятий, встретился с ней взглядом. Его раскрасневшееся от жара лицо было покрыто капельками пота, а серые глаза не могли сфокусироваться. Но почему-то ей казалось, что он смотрит прямо на неё. [Я защищу тебя] Щёлк-щёлк... Из его объятий донесся лязг металла. Ожерелье откровения. Его эффект заключался в том, чтобы озвучивать мысли владельца... Окружающие, включая Ли Ха Юля, в последнее время начали замечать, что его функции меняются. Иногда оно щелкало, иногда скрежетало, словно металл о металл... А порой возникала иллюзия, будто в этом голосе слышны настоящие эмоции... [Будь со мной] Это не было иллюзией. Лиана почувствовала эмоции Ли Ха Юля, исходящие от этого голоса... его сердце. Он возьмет за неё ответственность. Перед лицом грядущих бедствий он будет отвечать за Лиану. Он защитит её. Во что бы то ни стало, он убережет Лиану от любых угроз. [Профессор, вы мне нравитесь...] Лиана ему дорога. [Давайте и впредь всегда будем вместе...] А значит, он просит её и дальше оставаться рядом... И хотя слова не были произнесены вслух, эти чувства, полные решимости... ...напрямую и с поразительной точностью вонзились в сознание Лианы. — А... а-а...? Ответственность, защита, привязанность, спутница жизни... Трудно было сказать, что на самом деле творилось в душе Ли Ха Юля. Но для слушателя эти слова звучали так, что их было слишком легко истолковать превратно... вызывая в сердце поистине сложную гамму чувств. И потому Лиана, чье тело и разум окончательно оцепенели, не смогла помешать его рукам, вновь вернувшимся к её груди. ◆ ◆ ◆ Голова раскалывалась. Противная, ноющая боль, словно кто-то вбил в череп маленький гвоздик и медленно на него надавливал. Внутри всё горело и покалывало, будто в мозг залили газировку... «Ах, у-ух...» Ли Джиён болезненно нахмурилась. Из-за довольно сильного похмелья у неё невольно вырвался стон. «Ах, не стоило мне поддаваться общему порыву...» Пьяная дуэль между Хон Ёнхва и профессором Атра. То, как они мгновенно притихли после одного лишь каприза Ли Ха Юля, было настолько забавно, что она тихонько посмеивалась про себя. Но незаметно для самой себя она оказалась втянута в их противостояние. Лиана, остававшаяся бодрой даже после такого количества выпитого, со смешком подняла бутылку. Пэк Арин тоже влезла, заявив, что это весело. Хон Ёнхва и Атра с самого начала были главными соперницами. Оставались только Элия и Ли Джиён. Но Элия не участвовала, так как её руки были заняты — она обнимала Ли Ха Юля. Единственной из трезвых (относительно), кто еще не держал в руках бутылку, оставалась Ли Джиён. Все подняли свои бутылки и покосились на неё. Поддавшись моменту, Ли Джиён тоже в спешке схватила бутылку и была увлечена общим безумием. «Гх...» Она не пила слишком давно, и в этот раз явно перебрала. Следовало последовать примеру Пэк Арин, которая незаметно ускользнула, когда страсти накалились, но из вежливости Ли Джиён не смогла уйти... Теперь, ощущая, как похмелье заполняет голову, она горько об этом сожалела. «Где я... Неужели вырубилась на диване? Шея болит... Хочу в кровать...» Судя по тому, что она видела раньше, в особняке было полно комнат. Их было невероятно много, и все они были полностью обустроены для жизни. Казалось, можно зайти в любую и лечь спать. «Уже поздно, так что сначала посплю... а завтра... встретимся, и я извинюсь...» — А-ах...! — ...?! В этот миг. От сладкого стона, просочившегося в уши, Ли Джиён вздрогнула всем телом. Её затуманенное сознание мгновенно прояснилось от этого возбуждающего звука. — Ах... м-м... по... ах... м-м-м... Стоило ей сдержать порыв вскочить на ноги, как стоны повторились. «Ч-что это...?» Ноющая головная боль утихла. Точнее, она была вытеснена куда более сильным потрясением. В голове Ли Джиён замелькали вопросительные и восклицательные знаки. Стон. Этот голос, полный истомы и наслаждения... был чистым и до боли знакомым. «Профессор Лиана...» Ли Джиён никогда не посещала лекций профессора Лианы. Их первая встреча состоялась благодаря Ли Ха Юлю. Однако она и раньше слышала это имя. Вопреки её формальному статусу героя высокого ранга. На деле она обладала славой редчайшего духолова, способного в одиночку противостоять целым армиям. К тому же — элегантная внешность и неизменная мягкая улыбка на губах. Добрый и теплый характер. И всё это сочеталось с почти агрессивно чувственным телом. Сильный и прекрасный сверхчеловек, которую по праву можно было назвать одной из первых красавиц даже среди ей подобных. — М-м... ах... а-ах... «О... о-о...» Ли Джиён осторожно приподняла веки. Сквозь узкие щелочки глаз она быстро осмотрела комнату. Хон Ёнхва и Атра. Обе вырубились, уткнувшись лицами в стол. Пэк Арин? Она должна была сидеть напротив, но её нигде не было. Элии тоже. Наконец, она перевела взгляд туда, куда старалась не смотреть... к источнику стонов. «Ох...» Ли Джиён судорожно сглотнула. На одном из длинных диванов в комнате. На прямом диване без подлокотников лежала Лиана. Прикрыв лицо одной рукой, она тяжело и прерывисто дышала. — Хвать... — А-ах... «О-ох...» Ли Ха Юль, усевшийся верхом на живот Лианы, вовсю тискал её грудь. Не обращая внимания на шокированную Ли Джиён, Ли Ха Юль продолжал без устали двигать руками. Пышная плоть, сохранявшая свой внушительный объем даже в положении лежа. Под его пальцами она порочно деформировалась прямо сквозь одежду и белье. Он наваливался сверху, всем весом надавливая на неё, словно наслаждаясь этой мягкостью. Подкладывал ладони снизу, приподнимая грудь, будто пытаясь оценить её истинный размер. — Ах... м-м-м... «Боже мой...» Словно позволяя Ли Ха Юлю эти ласки. Она гладила его по голове свободной рукой, а на её лице сквозь пелену экстаза проступала почти материнская улыбка... И... В тот миг, когда Ли Ха Юль, забавлявшийся с её телом, крепко обхватил основание груди и сжал её, словно пытаясь что-то выдавить. — Ах... м-м-м...! А-ах...! Снова раздался тот самый сладкий стон, что так поразил Ли Джиён. Тело Лианы выгнулось. Её согнутые ноги забились в конвульсиях, подталкивая туловище вверх. — О-ох, ха-а... Из-за Ли Ха Юля, сидевшего на её бедрах, нижняя часть тела была прижата, а верхняя — вздымалась, словно подставляя грудь под эти сжимающие пальцы... В этот момент рука, закрывавшая лицо, бессильно соскользнула на диван, обнажая облик Лианы. «...!» На мгновение их взгляды встретились. Вздрогнув, Ли Джиён зажмурилась, но тут же, сообразив, что происходит нечто странное, снова приоткрыла глаза. Глаза Лианы были открыты. Но она не смотрела на неё. Её ярко-зеленые глаза, обычно полные жизни и блеска, теперь изменились. Зрачки мелко дрожали, не в силах сфокусироваться, а радужка затуманилась от переполнявшего её экстаза. Из безвольно приоткрытого рта уже вовсю тянулась тонкая ниточка слюны... «Ох...» Ли Джиён в который раз затаила дыхание перед этим зрелищем — куда более порочным и непристойным, чем она могла себе вообразить. — А-ах... От вязких стонов, льнущих к ушам, кружилась голова. Руки Лианы безвольно раскинулись. Звук того, как он зарывался лицом в её обнаженную пышную грудь и терся о неё, был невыносимо возбуждающим... «Р-разве младший Ли Ха Юль... не был возлюбленным Ёнхва?» Называть его бабником, возможно, было бы неправильно. В этом мире многоженство было в порядке вещей, и среди сверхлюдей многие имели по нескольку жен или мужей. Даже мать Ли Джиён была тому примером. Глава Тэсан, Ли Джи А, взяла двоих мужей, и Ли Джиён была дочерью от первого. «Н-но... Ёнхва ведь станет главой семьи... Глава... Нет, это... Если подумать, Арин тоже... И та младшая, Элия... А та суровая профессор... она вроде его наставница? Но он так смело льнет к ней... О-ох...» Слишком запутанные мысли в сочетании с алкоголем заставили её голову идти кругом. Казалось, череп вот-вот взорвется. Глаза Ли Джиён, хоть и были почти закрыты, буквально вращались от шока... — Вж-жух... — Ой? Как раз в это время вошла Пэк Арин. Только переступив порог, она удивленно моргнула. Она почувствовала густой, пропитанный жаром воздух комнаты и услышала редкие непристойные стоны... ...а затем увидела Ли Ха Юля, который, взобравшись на раскинувшуюся на диване Лиану, вовсю тискал её грудь. — Надо же? Пэк Арин на мгновение замерла, а затем её взгляд стал острым. Она решительно подошла, подхватила Ли Ха Юля под мышки и рывком подняла его. [Вопрос] [Чувство полета] [Протест] [Ощущение...] — И почему это ты трогаешь грудь чужой женщины? [Мягко] [Прохлада] И она вложила в руки брыкающегося Ли Ха Юля свою собственную грудь. [?] Ли Ха Юль, почувствовав неладное, на мгновение озадаченно склонил голову. Но вскоре он инстинктивно сжал плоть, которая не желала полностью умещаться в его ладонях. Плечи Ли Джиён едва заметно дрогнули. ◆ ◆ ◆ Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○ (76 ▷ 78/100) «Симпатия» [Корова?] «Благодарность» «Доброе взрослое» «Мягко» «Тепло» «Пышность» ---------- Чмок-чмок.(1) Подхватив меня на руки, Пэк Арин размашисто зашагала прочь. Она направилась к балкону, примыкающему к залу, где вовсю шло застолье. — Охо, а терраса-то здесь что надо. Пробормотала Пэк Арин, разглядывая через стекло открывшуюся площадку. По сравнению с огромным особняком, терраса выглядела довольно скромно. Не слишком просторная, и стульев на ней не так уж много. Уютное местечко, в самый раз, чтобы с комфортом устроиться паре-тройке человек. Перила были изящно оплетены длинными травами и цветами, а совсем рядом стояли стол и кресла. Пэк Арин рывком распахнула прозрачную, почти невидимую стеклянную дверь и уверенно шагнула наружу. — Фью-ю-ю-у... [У-у-у-у-у] [Ветер] Мир, из которого уже давно ушли последние отблески заката, окрасился в иссиня-черный. За пределами тусклого света небольших светильников, установленных на террасе, царила кромешная тьма. И, что важнее всего, здесь было прохладно. Несмотря на разгар лета, ночной воздух, облепивший кожу, казался невероятно холодным. Мое тело пылало, поэтому я кожей ощущал каждое прикосновение этой ночной свежести. Вздрогнув от резкого перепада температуры, я уткнулся лицом в грудь Пэк Арин, пытаясь укрыться от ветра. [Прохладно...] [Мягко] Здесь тоже было холодно. Её тело так же остужало мою разгоряченную плоть. Горячая кожа прижалась к прохладной. Но так мне нравилось гораздо больше. Казалось, чрезмерно подскочившая температура начала спадать. [Хорошо...] Пэк Арин, коротко усмехнувшись, прошла мимо кресел. И, по-прежнему держа меня на руках, прислонилась своими пышными ягодицами к перилам. [Какая большая задница...] — Пф... Ох, ну и манеры у тебя, когда выпьешь — сплошное бесстыдство. Ну и как? Полегчало? Ты же весь потом взмок. Её рука, покоившаяся на моей голове, взъерошила волосы. И впрямь, волосы стали влажными, а на открытом лбу выступили бисеринки пота. Прохладное тело в сочетании с ветром, дующим издалека, приятно остужало разгоряченную кожу. [Пить хочется...] [Жажда] Несмотря на это, жажда, скребущая горло еще с недавних пор, никуда не делась. — Ой, наш малыш пить захотел? Водички дать? [М-м-м...] [Я уже пил] [Жажда] Я отрицательно покачал головой, когда Пэк Арин, сюсюкая, потрясла перед моим носом бутылкой воды. В какой-то момент... когда алкоголь был откупорен, а тело начало наливаться липким жаром. С того мгновения, как инстинкты стали брать верх над разумом, меня внезапно опалила жажда. Воду я пил и раньше. Сделал несколько глотков из стоявшего рядом стакана, но это не помогло. Даже если бы я осушил целый литр, жажда бы не отступила. В итоге я жадно глотал напитки, оставленные для других. Я не чувствовал вкуса, а сухость в горле оставалась прежней. Эта жажда становилась лишь сильнее, стоило мне уткнуться лицом в грудь профессора Лианы и начать её тискать. Жажда терзала меня. Рот наполнился вязкой слюной. Хотелось что-нибудь выпить, но даже ледяная вода не приносила облегчения. Я и сам не понимал, чего именно хочу. [Томление] [Вопрос] Я и сам не знал, что со мной происходит, и это доводило до исступления. Я хмурился и мотал головой, но причина ускользала. От этого удушающего чувства я начал неспокойно ерзать у неё на руках. — Хм-м... И почему же тебе так пить хочется?.. Пэк Арин с загадочным выражением лица похлопывала меня по спине, словно успокаивая капризного ребенка. Она на мгновение задумалась, а затем вдруг легонько постучала пальцем по моим губам. [А?] — Ха Юль, открой ротик. Внезапная просьба. Ни о чем не думая, я приоткрыл рот, и внутрь тут же скользнул её тонкий палец. [?] Прохладная подушечка коснулась кончика языка. Стало щекотно. Рефлекторно я слегка прикусил палец, оказавшийся во рту. Осторожно коснулся его зубами, и тогда палец проник еще глубже. Я зашевелил языком, и он обвил гладкую кожу. [Что вы делаете?..] — Ну же, пей. Когда я в недоумении слегка наклонил голову, Пэк Арин, мягко улыбнувшись, протолкнула палец еще глубже. — У-ук, г-х-х... Странное ощущение коснулось горла. Рвотных позывов не было, но от непривычного чувства гортань невольно дрогнула. — Плюх... «...?» С кончика её пальца потекла жидкость. Прохладная влага заструилась по корню языка. Судя по движению маны, это была вода, выпущенная с помощью Чангэ. — Чмок... чмок... члюп... Я инстинктивно начал жадно сосать палец, принимая влагу. [Прохлада] Мои глаза округлились, когда жажда, терзавшая меня, начала хоть ненадолго отступать. — Ну как? Так лучше? — Кивок-кивок Я часто закивал и обеими руками вцепился в ладонь Пэк Арин. А затем принялся самозабвенно сосать её палец. — Чмок, члюп!.. — Ой... щекотно. Пэк Арин вздрогнула плечами и, хихикая, пошевелила пальцем во рту. Палец постоянно двигался. Мне и так не хватало влаги, а это только раззадоривало... [М-м-м...] Я вскинул взгляд, прищурившись. Подался вперед и заглотил палец до самого основания. Не пуская в ход зубы, я лишь обвил его языком. — Члюп... Палец перестал двигаться. Теперь я мог спокойно, открыв горло, глотать ровную струю воды. — Ой, как хорошо кушает~ Не спеши. Воды много, так что медленно... Её рука, лежавшая на моей голове, нежно погладила меня. Пэк Арин, окончательно усевшись на перила, придерживала меня за задницу, ласково похлопывая. [Хорошо...] Жажда утихала, а ласковые прикосновения успокаивали. Чувства, которые метались во мне, словно жеребенок с подожженным хвостом, постепенно улеглись. Я перестал ерзать и, смирно прижавшись к ней, продолжал посасывать палец. — Ха Юль, обещание. Спустя какое-то время, пока я был занят поглощением воды. Пока моё разгоряченное тело остывало, а прохладная кожа Пэк Арин наливалась теплом. Она вытащила палец и, пристально глядя на меня сверху вниз, внезапно заговорила об обещании. Слова прозвучали неожиданно, но для меня это был уже вполне знакомый сигнал. Кивнув, я пробудил Адское Пламя. — Вспых... Словно потягиваясь после сна, пламя мгновенно взметнулось вверх. Огонь, уже успевший вдоволь напитаться эмоциями и разрастись, затрепетал. Однако благодаря послушной природе Адского Пламени, управлять им было очень легко. Словно преданный пес, виляющий хвостом, пламя осторожно коснулось Пэк Арин, с которой мы были тесно прижаты друг к другу. Языки огня лизнули её тело. Обычно от такого зрелища следовало бы в ужасе отпрянуть. Но в глазах Пэк Арин промелькнуло предвкушение. — Пш-ш-ш... — Ох... ха-а-а... Адское Пламя, коснувшись её холодного тела, принялось растапливать энергию холода. В конце концов, от её кожи даже начал подниматься легкий пар. — Члюп... Холод постепенно отступал. Бусинки пота скатывались по шее Пэк Арин и собирались в ложбинке между грудей. — Еще... глубже... С трудом переводя дыхание, Пэк Арин прижала меня к себе еще сильнее, поторапливая. Видя её в таком непривычно растрепанном состоянии, я правой рукой, на которой все еще плясало Адское Пламя, крепко сжал её грудь. — Ах... ха-а... Крепко... я до отказа наполнил ладонь её плотью и направил Адское Пламя внутрь тела. — Тудум! Это случилось в тот самый миг. Сердце Пэк Арин, которое обычно почти не билось, совершило мощный толчок. От этого странного удара моя рука, сжимавшая грудь, мелко задрожала. Я прищурился, почувствовав в этом биении некий образ... словно предупреждение или сопротивление. «......» Сила Полномочия осталась прежней. Просто моё умение обращаться с ним возросло. Полномочие наблюдения с самого начала позволяло получать невероятно точную и детальную информацию. И чем больше проходило времени, чем выше становилось моё мастерство. Тем больше я начинал замечать то, чего не видел раньше. Это было из той же серии. Пусть пока это лишь край, кончик хвоста, едва уловимый контур. Но я осознал. Две цепи, что сковывают меня. И... еще кое-что третье. «...Но что это за чувство?» В этот момент. Вдруг... нет, уже какое-то время в моей голове всплывали вопросы. Ощущение от плоти, зажатой в руке, было странным. Оторвав лицо, глубоко зарывшееся в её декольте, я активировал Наблюдение. На Пэк Арин было надето элегантное белоснежное платье. Однако из-за её выдающихся форм на груди оно сидело весьма специфически. «А-а?..» Я почувствовал это странное несоответствие еще тогда, когда мы только вошли в особняк. Если подумать, это действительно странно. Неужели Полномочие наблюдения не может выявить точную причину? Склонив голову набок, я принялся ритмично сжимать её грудь ладонью. [Приятно] Мягкая и пышная. Плоть, которую невозможно было обхватить двумя руками, была нежной. Раньше она была холодной, но теперь, согретая Адским Пламенем, стала теплой, будто свежеприготовленный рисовый пирог. Конечно, в том, что женская грудь мягкая, нет ничего удивительного. Но эта была гораздо податливее, чем обычно. Как бы это сказать... Словно не было никакой преграды... «Нет преграды?» В тот миг, когда эта мысль промелькнула в голове, и я удивленно моргнул. Пэк Арин, заметив перемену в моем настроении, нежно улыбнулась и склонила голову. — Ха Юль... [Щекотка] Прохладное... нет, теперь уже довольно теплое дыхание коснулось моего уха. Словно боясь, что нас кто-то услышит, она заговорила едва слышным шепотом, заполнившим всё моё сознание. — А почему моё нижнее бельё находится у вас? [Бельё?] — Мои вещи, что остались в холле. Там всё на месте, кроме одной-единственной детали — моих трусиков. [Вопрос] [Отрицание] Услышав это внезапное заявление, я в недоумении наклонил голову и потянулся рукой в Подпространство. Как это в вещах нет белья? Этого не может быть. Я ведь разделил Подпространство на зоны и вытащил всё содержимое её сумки целиком. Сама структура не позволяла чему-то потеряться... [?] Кончики моих пальцев, шаривших в пустоте, наткнулись на что-то. Это было не в той зоне, где лежали вещи Пэк Арин, но этой вещи вообще не должно было быть в моем Подпространстве. Я ухватился за неё и резко вытянул наружу. Черная ткань потянулась следом, словно корень из земли. Обильно украшенное кружевом белье... внушительных размеров бюстгальтер. [Вопрос] [Вопрос] [Вопрос] Над моей головой один за другим всплывали вопросительные знаки. «Почему это в моем Подпространстве... Ах.» Я прокрутил воспоминания назад. И понял причину. Когда я рассеянно изучал её багаж через Наблюдение, я наткнулся на эту вещь и, растерявшись, машинально запихнул её в Подпространство. А когда выгружал вещи в особняке, я так увлекся библиотекой, что вытащил всё, кроме этой детали. — Ну правда... я же просила ничего не потерять, а вы решили прибрать это себе... Так что сегодня мне, представьте себе, нечего было надеть под платье. Пэк Арин развела руками, мол, ничего не поделаешь. От этого движения её грудь колыхнулась, и этот ритм был гораздо более свободным, чем обычно. Пока я застыл, осознав всю полноту картины, Пэк Арин лишь лукаво ухмылялась. — Извращенец. — Шлепок! [Ик] Затем она мельком глянула в сторону комнаты и легонько шлепнула меня по заднице. От неожиданности я невольно прикусил палец, который всё еще держал во рту. — Ну всё, на этом закончим. — Члюп... Бе-е... Её палец, слегка дернувшись, медленно выскользнул из моего рта. Мои губы разомкнулись, и язык, последовавший за пальцем, бессильно повис. — Хм... Указательный палец Пэк Арин был влажным и липким от моей слюны. Она мгновение пристально смотрела на него, а затем... — Ам. ...взяла в рот свой собственный палец, перепачканный моей слюной. Её щеки задвигались, пока она посасывала его. — Чмок... Пха-а... Спустя некоторое время она вытащила палец изо рта. Он всё еще блестел от влаги, но теперь Пэк Арин, заметив, что наши соки смешались, довольно улыбнулась. Затем она одной рукой приподняла мои волосы. И, уткнувшись носом, глубоко вдохнула мой запах. — Пэк Ха Юль, я подарю это вам, так что... выделите мне ту комнатку, хорошо? Сказала Пэк Арин, спокойно наслаждаясь моим ароматом, словно вдыхая запах цветов. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Пэк Арин ●●●●●●●○○○ (75 ▷ 77/100) 「Энергия холода」 「Прохлада」 「Симпатия」 「Вопрос」 「Буренка?」 「Озорство」 「Вода」 ---------- Заблуждение? (1) В жизни невозможно обойтись без сожалений. Жизнь — это череда выборов. Таков закон: выбирая одно, с другим, как правило, приходится расставаться. В итоге может оказаться, что существовал вариант и получше. Но тоска по невыбранному пути неизбежно остается в сердце. — Тук-тук-тук-тук… «Блядь». Я отчаянно сожалею. С того самого момента, как рано утром открыл глаза, и даже сейчас, когда пытаюсь сбежать от раскаяния, сосредоточившись на готовке. Вчерашнее не дает мне покоя… «Гр-р...» Это просто немыслимо. Вчера я не пил. Ни глотка, ни единой капли в рот не взял. Конечно, я целовался с Хон Ёнхва, которая была пьяна, но... я не сплетался с ней языками. Но чтобы рассудок так помутился... Это за гранью здравого смысла. «Неужели я и правда опьянел от одного запаха? Я, который даже ароматы толком не различает?..» Точная причина неизвестна. Однако содеянное запечатлелось в памяти, в ладонях и на лице, словно клеймо. — Ш-ш-шух... Тесто в руках то и дело меняет форму. Это заготовка для хлеба, который я пеку к завтраку, чтобы макать в суп. «……» Огромный ком теста, податливо изгибающийся под пальцами. Пока я сжимал, месил и надавливал на него, в памяти то и дело всплывали вчерашние ощущения. Нечто вдвое мягче этого теста, изобилие, которое не могла вместить ладонь. То, к чему стоило лишь прижаться, как боль и страх отступали... — Ха-а-ам... [Ой-ёй!] Пока я завороженно тискал тесто, со стороны лестницы, ведущей наверх, послышались шаги, и я подпрыгнул от неожиданности. Подлетевшее в воздух тесто пришлось ловить на лету. — Ох... Давно я столько не пила, в животе всё бурлит... Хозяйкой шагов оказалась профессор Лиана. Она размашисто спускалась по ступеням, прикрывая рот ладонью. Вскоре её живые, нежно-зеленые глаза сфокусировались на мне. — …… [……] Профессор Лиана, всё еще прикрывая рот, замерла на месте. Я, вцепившийся в тесто, тоже оцепенел. Между нами повисла странная тишина. — Кхм, кхм... Малыш, ты сегодня рано. Спустя мгновение профессор Лиана, чьи щеки слегка порозовели, отвела взгляд. Нарушив неловкое молчание, я поспешно кивнул. [Да, да, да...] К счастью, в её голосе не чувствовалось неприязни. Обращение было немного ворчливым, но в нынешней ситуации я не стал возражать. Профессор Лиана подошла ближе. Я заставил себя не вздрагивать. — Как самочувствие? Ничего не болит, голова не тяжелая?.. [Нет, всё в порядке] Я усиленно закивал, стараясь показать, что со мной всё хорошо. Поднятые руки ныли. Последствия изнурительных тренировок и регулярных нагрузок на тело. К тому же, из-за манипуляций с магическими цепями нервы болели так, словно их разрывали на части. Голова раскалывалась. Раз уж теперь я мог поддерживать Наблюдение на большой площади, я тренировался охватывать еще более обширные территории с предельной точностью. [Я в норме] Всё нормально. Со всем этим можно жить и заниматься делами. Даже если кто-то решит проверить моё тело, влив в него ману, магические цепи снаружи выглядят целыми, так что бояться нечего. — Ну и славно. А у меня вот, видать из-за долгого перерыва, в желудке всё кувырком. [А, подождите немного] [Я сейчас подам вам первой] — Хм... Время уже позднее, может, лучше всем вместе поесть? [А, да] Разговор прервался. Вскоре послышалось лишь бульканье супа, кипящего на слабом огне Адского Пламени. В этой странной паузе я лихорадочно соображал. Пристальный взгляд профессора Лианы буквально жег мне кожу. — Ох. Пока я неловко переминался с ноги на ногу. Профессор Лиана тяжело вздохнула. Когда я вздрогнул от этого звука, она сделала широкий шаг ко мне. Её длинные ноги сократили расстояние между нами. Оказавшись в её тени, я невольно втянул голову в плечи. Подойдя вплотную, профессор Лиана молча посмотрела на меня сверху вниз и вдруг подняла руку. И. — Всё хорошо. Она мягко положила ладонь мне на голову. — Не заставляй моё сердце болеть, глядя на меня, как напроказивший щенок... Всё правда в порядке... От её нежных поглаживаний моё одеревеневшее тело постепенно расслабилось. Наконец, с мягкой улыбкой, профессор Лиана притянула меня к себе и крепко обняла. От этого жеста тревога, терзавшая уголок моей души, бесследно исчезла. Я обхватил её тонкую талию обеими руками и еще глубже зарылся лицом в её податливую грудь. [М-м-м...] — Аха-ха, смотри-ка, сразу начал ластиться. Послышался её приглушенный смех. Мне стало капельку стыдно за то, что я тут же начал капризничать, как она и сказала, но я не спешил отстраняться. — Боже, ты так боялся, что тебя отругают? Всё хорошо, из-за такой ерунды-то... Профессор Лиана лишь посмеивалась, не пытаясь меня оттолкнуть. Она смотрела на меня так, словно видела что-то невероятно милое, гладила по волосам и похлопывала по спине. Какое-то время под аккомпанемент кипящего супа я вволю капризничал, избавляясь от остатков беспокойства. — Кстати говоря, пьяные привычки у тебя весьма... впечатляющие. И тут. Я вздрогнул от её слов, произнесенных так, будто она внезапно об этом вспомнила. Во взгляде, устремленном на мою макушку, появилась новая эмоция. Словно она смотрела на озорного ребенка. — Пьянеешь ты мгновенно. Да еще и без капли алкоголя... Удивительно. А уж привычки твои... м-м? Такие непристойные. [Кх-х...] Я весь съежился. Мне совсем не хотелось развивать эту тему... — Понравилось трогать? Ты ведь лапал и мял их без передышки. [Гх-х-а-а...] — А потом и вовсе повалил меня, придавил всем телом, лицом зарылся, терся, обнюхивал... Сжимал изо всех сил... Ох. [Гя-а-а-а...] Но профессор Лиана, видимо, считала иначе и продолжала смаковать подробности. Голос, шептавший мне на ухо, был ласковым, но вот его содержание — совсем нет. Я заерзал, словно на меня наложили проклятие. Профессор Лиана крепко прижала моё извивающееся тело к себе и прошептала прямо в ухо: — Так что давай впредь воздержимся и от выпивки, и от посиделок? Спустя добрых десять минут она наконец озвучила этот вывод. Поддерживая меня, вконец обмякшего, она нежно погладила меня по спине и продолжила: — В будущем старайся избегать попоек. А если уж придется, бери с собой взрослого... опекуна, вроде меня. […Взрослого] — Такого взрослого, как я. Того, кто остановит нашего малыша прежде, чем он опьянеет, или примет его любым, если это всё же случится. Договорились? Взрослый. Кто-то добрый, как профессор Лиана, и надежная, как Мастер. Человек, способный нести ответственность за себя и за тех, кто рядом. — Ну же, обещай. Прямо перед моим носом появился её мизинец. Я на мгновение замер, приоткрыв рот. Профессор Лиана молча ждала моей реакции. Немного подумав и решив, что нужно делать именно это, я робко протянул свой мизинец в ответ. — Вот умница. Наши мизинцы переплелись. Затем мы согнули их, скрепляя обещание. — Обещал? Впредь быть осторожным с выпивкой. Обещание на мизинцах. Обычай, распространенный во многих культурах. Я делал это впервые в жизни. Хотя в интернете этот жест встречается довольно часто. Сцена с таким обещанием, которую я увидел первой... Это было видео, где мама в шутку берет обещание с ребенка. […Да] — Вот и хорошо, какой послушный мальчик. Профессор Лиана с лучезарной улыбкой похлопала меня по ягодицам. Испытывая странное чувство, я спрятал лицо в её объятиях. […Если вам всё еще нехорошо, может, мне сделать вам медовой воды?] — Нет, не нужно. Покачав головой, профессор Лиана наклонилась и зарылась носом в мои волосы. — Вдох... Выдох... — …Этого достаточно. От её дыхания, запутавшегося в моих волосах, я невольно вздрогнул. . . . К счастью, сегодня были выходные, поэтому я не стал будить тех, кто вчера перебрал с алкоголем и теперь валялся без задних ног. Так что я спокойно заканчивал готовить завтрак. И лишь когда дело стало близиться к обеду, они начали по одному спускаться из своих комнат. Судя по их вялым движениям, все мучились от похмелья. — Ох, моя поясница... — Фу-ух... Хуже всех, похоже, было Хон Ёнхва и Мастеру. Вид у обеих был растрепанный, а движения — настолько дергаными, что становилось не по себе. «…Учитывая, сколько они выпили, это еще легко отделались... верно?» Я скривился. Сколько пустых бутылок я вынес, когда прибирал в комнате после их посиделок? Я выставил всё спиртное, что было, чтобы никому не показалось мало, но не ожидал, что они вылакают всё до капли. Среди них было немало таких крепких напитков, от которых я бы, наверное, вырубился после первой же капли... Я в очередной раз осознал, насколько много могут съесть и выпить сверхлюди. «Они ведь специально подавляли ману, чтобы опьянеть? Если бы не это... Ох». Я невольно покачал головой. — Никто в себя прийти не может~ И тут я вздрогнул от прохладного присутствия, последовавшего за ними. — Доброе утро, Ха Юль. Пэк Арин с сияющей улыбкой помахала мне рукой. У неё не было ни малейших признаков похмелья. Одета она была иначе, чем вчера. Вместо белоснежного платья на ней были черная футболка и шорты. Видимо, достала домашнюю одежду из своих вещей. — Ну правда... я же просила ничего не потерять, а вы решили прибрать это себе... Так что сегодня мне, представьте себе, нечего было надеть под платье. «……» В памяти внезапно всплыли вчерашние слова. А вместе с ними и вещь, до сих пор пылящаяся в Подпространстве. [Да] [Доброе утро] Я кивнул, изо всех сил стараясь сдержать Наблюдение, которое так и норовило заглянуть под её одежду. [Пожалуйста, сначала поешьте] Предвидя их плачевное состояние, я приготовил завтрак, помогающий при похмелье. …Вообще-то я никогда не похмелялся, но поискал информацию о том, какие блюда для этого лучше всего подходят. Несколько видов хлеба для любителей выпечки, томатный суп и пара мясных блюд. А для тех, кто предпочитает рис — ппё-хэджангук. На случай, если и это не понравится, я подготовил кое-что еще. [А, сонбэ, вы хорошо выспались?] В этот момент. Моё Наблюдение зафиксировало Ли Джиён, последней ковылявшую вниз по лестнице. — Ой! А, да-да! Да... я... хорошо... выспалась... [?] Стоило мне поздороваться, как она внезапно вздрогнула и чуть ли не подпрыгнула на месте. Почувствовав на себе взгляды, привлеченные такой бурной реакцией, она съежилась, затравленно огляделась и робко ответила на приветствие. «Что с ней?» Ли Джиён выглядела крайне измотанной. Казалось, она истощена даже морально. Тени под её глазами, которые вроде бы начали светлеть, снова стали гуще. Я в недоумении склонил голову, глядя на её странную душевную опустошенность. — А-а, да... спасибо... Странности в поведении Ли Джиён на этом не закончились. Она вздрагивала каждый раз, когда я приближался. Ковыряясь в мясе из хэджангука. Она тайком оглядывала сидящих за столом, словно мучаясь какими-то раздумьями, а потом вдруг заливалась краской... — Онни, что с тобой? Тебе что-то нужно? — А? Нет, ничего. Она вела себя так странно, что даже Хон Ёнхва не выдержала и спросила, в чем дело. [Ли Джиён-сонбэ] [Мы можем поговорить минутку после еды?] — Д-да... хорошо... Ли Джиён снова вздрогнула от моего обращения. Зажав палочки в зубах, она украдкой взглянула на меня и ответила едва слышным голосом. . . . Покончив с трапезой, я повел Ли Джиён в парк на территории поместья. [Та-да-ам] И высоко поднял Се Юль, которая увязалась за нами. Я держал её под мышки, демонстрируя Ли Джиён. — …… — ……? Ли Джиён недоуменно склонила голову. На её лице читался немой вопрос: «Что это он вдруг?» [Се Юль?] Я и сам был в замешательстве. Я ведь заранее её предупредил, но Се Юль бездействовала. — Хм-м... [Ох, боже...] Се Юль с самого утра была не в духе. Сначала она озадачила меня тем, что сразу после пробуждения принялась обнюхивать меня и тереться всем телом. А после череды таких странностей и вовсе надулась. [Се Юль... Ну будь умницей. Давай сделаем это один разок, и пойдешь отдыхать] — Хм! Пока я баюкал и уговаривал её, она снова упрямо отвернулась. Но, к счастью, она немного смягчилась и всё же сделала то, что я просил. В мгновение ока мана всколыхнулась, и из спины Се Юль, пронзив одежду, вырвались сияющие пятицветные крылья. Те самые радужные крылья — неоспоримое доказательство того, что она Фейри. Ли Джиён, как наследница семьи Тэсан, бывавшая в заповедных зонах, точно должна была их узнать. — Так я и думала... [?] Ли Джиён кивнула с таким видом, будто все её догадки подтвердились. …Это было не удивление, а именно осознание. Скорее даже выражение лица в духе «ну конечно, кто бы сомневался». — А, я уже догадывалась. [Да? И когда же?] — Э-э... С того самого момента вчера, когда Дух зашел к нам перед уходом? И цвет волос, и эта аура, напоминающая Тэсан, казались странными, а уж когда я увидела, как Дух к ней ластится, сомнения почти исчезли. [А-а...] Я кивнул, признавая, что это вполне логично. Семья Тэсан тесно связана с природой, и Ли Джиён наверняка видела Фейри воочию. Информации о Фейри у неё должно быть куда больше, чем у меня. «...Значит ли это, что она догадалась и о моей природе?» — Значит, тебе нужны сведения о Фейри? [Да, всё верно.] Несмотря на легкое подозрение, я подтвердил её слова. [И еще... у меня есть одна просьба] — Просьба? [Да. Се Юль?] — Пу-у... Ли Джиён вопросительно склонила голову. Я погладил Се Юль и велел ей идти в дом. Се Юль, не желая уходить, еще немного потерлась о меня, но после повторной просьбы надула губки и упорхнула к особняку. «Надо будет пойти и утешить её поскорее...» Так в парке остались только я и Ли Джиён. Ли Джиён, явно чувствуя себя неловко наедине со мной, украдкой озиралась по сторонам. Она пыталась это скрыть, но моё Наблюдение видело её насквозь. — ...Конечно. Я выполню любую просьбу спасителя семьи Тэсан. Сделаю всё, что в моих силах. Спустя мгновение. Ли Джиён, словно набравшись решимости, посмотрела мне прямо в глаза. Спаситель Тэсан. Я не стремился к такому титулу, но в моей ситуации это было только на руку. «Фу-ух...» Убедившись, что Се Юль ушла достаточно далеко, я активировал ожерелье. [Если...] Я на мгновение замялся. Во мне боролись сомнения. Я гадал, стоит ли вообще заводить об этом речь. Несмотря на все эти разговоры о «спасителе», в конечном итоге я не планировал связывать себя с Ли Джиён крепкими узами. К тому же, будущее туманно. Это исход, которого я хотел бы избежать любой ценой. Я буду отчаянно бороться, чтобы этого не случилось, но на всякий случай... [Если вдруг я умру... присмотрите за Се Юль?] Впрочем, страховка для того и нужна. Если я, подобно мотыльку, брошусь в пламя и погибну, успев хотя бы отвести от мира угрозу уничтожения. Я хотел, чтобы семья Тэсан, обладающая обширными знаниями о Фейри, позаботилась о Се Юль. С этими мыслями я использовал ожерелье. — ...Кто, вы сказали, умрет? Лицо Ли Джиён окаменело. ◆ ◆ ◆ Ли Ха Юль → Лиана Беллус ●●●●●●●○○○(78▷79/100) «Симпатия» «Благодарность» «Добрая наставница» «Мягкость» «Тепло» «Пышность» ---------- Заблуждение? (2) Событие-катастрофа. В оригинале их называли именно так, но здесь, в реальности, куда уместнее будет простое слово «бедствие». Бедствие — это обычно несчастный случай, произошедший непредвиденно, или же стихийное бедствие. Существуют также понятия «катастрофа», масштаб которой считается меньшим, или «антропогенная авария», вызванная действиями человека. Как бы то ни было, самыми типичными бедствиями в этом мире являются подземелья и монстры. Когда подземелье впадает в неистовство, оно стирает с лица земли и окружающую среду, и людей. Сейчас Обсерватория еще способна улавливать предвестия разломов подземелий. Но в какой-то момент, как и в случае с Шихаллионом, начнут массово происходить неконтролируемые выбросы, предсказать которые невозможно. Стоит лишь одному высокоуровневому монстру разбушеваться всерьез, и человеческие жизни начнут гаснуть, подобно мухам. А если монстры соберутся в целую армию, дело дойдет до формирования карательных корпусов. Но встречаются и такие чудовища, которых трудно одолеть даже целым войском. Даже без учета вторжения Башни, всевозможные бедствия плодятся словно грибы после дождя. В этом нет ничего нового. Всего каких-то сто лет назад мир переживал период хаоса, когда под вопросом стояло выживание целых видов, так что нет ничего странного в том, что подобные времена возвращаются. А если вспомнить о грядущем вторжении Башни, то будущее и вовсе кажется беспросветным. Конечно, все это случится не прямо сейчас. Напротив, в ближайшие несколько лет пребывание в Сиёламе будет вполне безопасным. Инциденты масштаба событий-катастроф из оригинала начнутся только со второго курса. Они продолжатся и на третьем, и на четвертом годах обучения. Игроку вовсе не обязательно было тут же бросаться на их решение. Во внешнем мире и без того хватает могущественных сил. Самый яркий пример — Ассоциация. Стоит случиться беде, как они отправляют исследовательские группы для оценки ситуации, а затем формируют отряды или целые армии для ликвидации угрозы. В случае скрытых или локальных инцидентов, где сложно задействовать большие силы, они посылают отделы внутреннего реагирования или исполнительный комитет, чтобы вырвать проблему с корнем. Существуют и другие фракции, обосновавшиеся в разных уголках мира. Мало кто любит, когда чужаки вмешиваются в дела на их территории. Как правило, они стараются разобраться со всем самостоятельно, не дожидаясь помощи Ассоциации. Даже если случится бедствие и будет нанесен огромный ущерб, они сумеют удержать мир на краю гибели. Даже если из-за масштабного разлома целая страна окажется заперта внутри подземелья. Даже если монстр второго ранга решит устроить истинный хаос. Даже если возникнут новые Магические земли. Игрок, находящийся в Колыбели, пребывает в безопасности. Пока ты в Сиёламе, можно спокойно развиваться в оптимальных условиях, не опасаясь никаких угроз. Проблема начнется после выпуска. Придется столкнуться с миром, ослабленным катастрофами, произошедшими за время учебы. С миром, превратившимся в такой бардак, что даже не знаешь, с какой стороны подступиться и за что хвататься. Поначалу я думал: «Наберусь-ка я сил в Сиёламе, а потом сбегу куда-нибудь в глушь…», но теперь даже это невозможно. А значит, нужно вырывать корни проблем заранее. Разумеется, этот путь сопряжен с опасностями. «Страховка». Страхование имущества — кто же захочет нести убытки? Страхование здоровья — кто пожелает себе болезней и прозябания на больничной койке? [Если я вдруг умру… не могли бы вы присмотреть за Се Юль?] Страхование жизни — много ли найдется тех, кто жаждет смерти? Живое существо крайне редко желает собственного конца. И я не исключение. Я не хочу умирать. Будь на то моя воля, я бы все бросил и просто жил в свое удовольствие. Но люди все равно оформляют страховку. Потому что никто не знает, что принесет завтрашний день, и потому что случаются вещи, которых не избежать, как бы сильно ты этого ни хотел. Страховку берут, чтобы хоть немного подготовиться к подобному. Моя просьба к Ли Джиён преследовала ту же цель. Мы не слишком близки, но именно поэтому я и решил обратиться к ней. Заикнись я об этом перед Хон Ёнхва или учителем… мне бы тут же вырвали Протез и заперли в поместье под замком… Но с Ли Джиён меня не связывали столь глубокие личные узы. А раз уж она прилюдно называла меня своим спасителем, то наверняка выслушает. — Кто это тут собрался умирать? [Замешательство] Поэтому её столь бурная реакция застала меня врасплох. — Умрешь? Помочь, если ты умрешь? Не неси херни. В одно мгновение её аура разительно переменилась. Та неловкость, которую она не могла скрыть, хоть и пыталась смотреть на меня. Те моменты, когда она краснела и отводила взгляд. То робкое поведение, когда она называла меня спасителем и заискивающе заглядывала в глаза. Все это бесследно исчезло. Неловкость мигом испарилась, уступив место бурлящим эмоциям. Её взгляд, прежде блуждавший где-то в стороне, теперь остро и пронзительно впился в меня. — Почему ты вообще допускаешь мысль о смерти, а? Она даже отбросила вежливый тон. От её леденящего… нет, откровенно свирепого тона по моему телу пробежала дрожь. [П-пожалуйста, не ругайтесь...] — А ты думаешь, у меня сейчас есть повод для цензурных слов? Скрежет… До моих ушей донесся звук, с которым Ли Джиён стиснула зубы. В сочетании с её кипящей яростью этот звук казался невероятно зловещим. Я еще сильнее втянул голову в плечи. [П-почему вы так злитесь...] [Я вовсе не... не ставил это условием...] [Это просто… просто на всякий случай, просьба на крайний вариант...] Я отвечал осторожно, опасливо следя за реакцией Ли Джиён. Не то чтобы я совсем не понимал её чувств. Хотя добро и зло — понятия крайне сложные и туманные. В моем понимании Ли Джиён была однозначно добрым человеком. Она сопереживала чужой боли и умела сочувствовать. Тот, кто искренне протянет руку помощи, если близкий человек окажется в беде. Человек, который не пройдет мимо несправедливости и открыто заявит, что это неправильно. И все же, поскольку нас не связывало ничего серьезного, я полагал, что она примет мою просьбу — пусть и с тяжелым сердцем — просто как предосторожность… — На всякий случай… крайний вариант… предосторожность… Ха, если? Тихо пробормотала Ли Джиён. Её голос не стал громче, но этот ледяной тон пугал до чертиков… — Фу-у-у… Наконец, она откинула челку и тяжело вздохнула. Заметив в её движениях — даже без всякого Наблюдения — крайнюю степень досады и гнева, я начал потихоньку пятиться. — Хвать… [Ух] В этот момент её рука резко метнулась вперед и вцепилась в мое запястье. Я вздрогнул от неожиданности. Под действием мощного рывка мое тело беспомощно потянулось следом. Оно и неудивительно, ведь как у обладательницы активного состояния Тэсана, её физическая сила была колоссальной. Конечно, я не был настолько слаб, чтобы меня можно было таскать как куклу. Благодаря бонусу к Росту мой собственный прогресс шел темпами, которые поражали даже меня самого. Я мог бы высвободиться из этой хватки одним рывком. — Иди сюда. Но я не смог. От нынешней Ли Джиён исходила столь мощная аура, что ей было невозможно сопротивляться. Я просто не посмел перечить этому ледяному, приказному тону. Поддавшись её рукам, я оказался в крепких объятиях. Лицо уткнулось в мягкую плоть. Одной рукой она с силой прижала мою голову к своей груди. А другой обхватила за талию, притягивая к себе еще крепче. [М-м-м...] Я беспомощно замахал руками в воздухе, пока она буквально замуровывала меня в своих объятиях. — Кто это тут собрался умирать? Над моей головой раздался шепот Ли Джиён. — Умрешь? Помочь, если ты умрешь? Никогда больше не говори такого. Слова были те же, что и вначале, но эмоции в них звучали иначе. Если в первый раз это была чистая ярость, то теперь в голосе слышалась непоколебимая решимость. [Мгх] Хватка на затылке ослабла. Вместо этого Ли Джиён обхватила мои щеки ладонями. Довольно грубым движением она заставила меня закинуть голову. — Ты ни за что не умрешь. Я не позволю тебе умереть. Все будет хорошо, ты обязательно будешь жить. Я чувствовал её обжигающий взгляд даже сквозь сомкнутые веки. Казалось, эта яростная, неукротимая воля прошивает меня насквозь. — С чего бы тебе… такому доброму ребенку, как ты, умирать? Я не допущу этого. Слышишь? Забудь вообще слово «смерть». «А…» Тэсан. Высокая и величественная гора. Обладатели активного состояния Тэсана обычно отличались непомерной гордостью. Они повелевали Землей, даруя жизнь и подчиняя себе даже призраков. Говорили, что само воздействие их уникальной способности формирует у них самооценку, сравнимую по высоте с горными пиками. Раньше я не замечал в Ли Джиён подобной стати. С самой нашей первой встречи на Озере маны Ли Джиён только и делала, что краснела да отводила глаза. Хотя в битве с Двуглавым ядовитым драконом на нее можно было положиться. Когда же мы снова встретились в Сиёламе, она стала еще больше заискивать передо мной. И в дальнейшем ничего не менялось. Она постоянно следила за моей реакцией и особо не настаивала на своем. Короче говоря, она производила впечатление человека крайне робкого — даже чересчур. — Отвечай мне. Я ни за что не дам тебе умереть, так что и ты не смей сдаваться. Но сейчас все было иначе. В её сияющих глазах читалась твердая воля. А в пальцах, крепко сжимающих мои щеки, чувствовалось непреклонное упрямство. Она вроде бы и заботилась о моем мнении, но при этом напрочь его игнорировала, грубо навязывая свою позицию. Опираясь на свое непоколебимое «я», она вынуждала меня согласиться. [Д-да...] [Я понял...] [Я не умру...] В то же время её слова были полны такой решимости, что невольно внушали доверие и создавали образ человека, на которого можно положиться. Чувствовалось, что с ней все будет в порядке, что ей можно верить, и что она не бросает слов на ветер, а берет на себя полную ответственность… Подавленный этой мощью, я лишь тупо кивнул. ◆ ◆ ◆ Спустя некоторое время. Усадив притихшего Ли Ха Юля к себе на колени на ближайшей скамье, Ли Джиён, как и обычно, принялась вливать в него жизненную силу. Ли Джиён не использовала для этого только собственные резервы. Обычно она черпала жизненную силу из Земли, фильтровала её и затем передавала Ли Ха Юлю. Поэтому для подобных процедур обычно требовалось место, насыщенное энергией. Но сейчас в этом не было нужды. На территории этого поместья дремала поистине колоссальная жизненная сила. Сама земля под ногами. Цветущие деревья и травы. Все вокруг было переполнено жизненной силой сверх всякой меры. «Сколько же здесь энергии. Это не природное явление. Поместье ректора… Неужели ректор специально взрастил всё здесь так, чтобы оно буквально сочилось жизненной силой?» Стоило ей забрать энергию из лепестков, как те вмиг восстанавливались. Запасы в самой почве были настолько огромны, что, сколько ни черпай, дна не видать. Это Пространство не уступало даже духовным жилам в их родном поместье. И раз уж энергии здесь было в избытке, это место идеально подходило для жизни Ли Ха Юля, чей дефицит жизненной силы был просто аномальным. «…Я не дам тебе умереть». Она не особо задумывалась об окружении. Вместо этого Ли Джиён глубоким, задумчивым взглядом смотрела на Ли Ха Юля, уютно устроившегося в её объятиях. Жизненная сила вливалась в него. Она буквально втискивала энергию в пустой Сосуд. …Но та тут же просачивалась наружу. Словно в нем была зияющая дыра, жизненная сила утекала непрерывным потоком. «Я не дам тебе умереть». Ли Ха Юль заговорил о смерти. И хотя позже он оправдывался, мол, это лишь на всякий случай или просто предположение, Ли Джиён ему не поверила. Конечно, в этом мире смерть — обычное дело. Особенно для сверхчеловека, чьим ремеслом стали битвы и убийства, смерть всегда ходит где-то рядом. Для сверхчеловека рассуждения о кончине не всегда являются чем-то из ряда вон выходящим. Однако смерть, о которой говорит ребенок, чья жизненная сила буквально утекает сквозь пальцы, не могла быть пустяком. «Я не дам тебе умереть. Даже если ты окажешься на пороге гибели… я, именно я спасу тебя». Ли Джиён чувствовала груз ответственности. Она не знала истинной причины его состояния, но допускала, что травмы, полученные в битве с Двуглавым ядовитым драконом — той самой, из которой она сбежала, — могли подорвать его здоровье. Если бы тогда Ли Джиён проявила больше стойкости и веры в Ли Ха Юля… — …Ну вот и всё. Передача жизненной силы завершилась. Хоть он и напоминал бездонную бочку, она наполнила его настолько, насколько это было возможно. Услышав голос Ли Джиён, Ли Ха Юль, прятавший лицо у неё на груди, медленно поднял голову. Его щеки слегка порозовели. …И в то же время, возможно из-за предвзятости Ли Джиён, его лицо казалось странно безжизненным. Некоторое время Ли Джиён пристально смотрела на него, а затем принялась привычно похлопывать Ли Ха Юля по спине. Она поглаживала его в районе шеи, а затем вела ладонью вниз. После нескольких таких повторений. — Ох. Тело Ли Ха Юля один раз вздрогнуло. — Кх… кх-ы-ы… Мгновение спустя. Из его приоткрытого рта вырвалась тихая отрыжка. …Лицо Ли Ха Юля обдало жаром смущения. «Какая-то странная картина получается». Ну, знаете. Весь этот процесс чертовски напоминал кормление младенца грудью с последующим ожиданием отрыжки... «Сумасшедшая». Ли Джиён резко тряхнула головой, отгоняя лишние мысли. Кажется, после того шокирующего зрелища, что она видела прошлой ночью, у неё окончательно поехала крыша. То, как он самозабвенно играл с грудью профессора Рааны, в конце концов придавив её и принюхиваясь... То, как он мял грудь Пэк Арин, прикусывая и посасывая её пальцы... И то, как Пэк Арин, встретившись с ней взглядом, расплылась в ехидной ухмылке... «Ох-х…» [?] Лицо внезапно вспыхнуло. Ли Джиён, неловко прокашлявшись, продолжила похлопывать Ли Ха Юля по спине. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●●●○○○○○○ (49/100) «Наследница Тэсана», «Хороший человек», «Трусиха?», «Сомнение» ▽ Изменения ▽ Ли Ха Юль → Ли Джиён ●●●●●●○○○○ (49 ▷ 60/100) «Наследница Тэсана», «Хороший человек», «Напор», «Принуждение» ---------- Убеждение (1) Я размял руки, словно делая растяжку. Двигаться стало легче, чем прежде. Ощущение такое, будто в заржавевший механизм наконец залили масло. «Определенно, тело, наполненное жизненной силой, движется лучше. В конце концов, я ведь тоже живой, так что именно жизненная сила должна давать телу энергию». Это одна из причин, почему физические способности тех, кто вошел в активное состояние Тэсан, столь запредельны. Когда организм до краев переполнен жизненной силой, тело неизбежно переходит в режим повышенной активности. Поэтому тех, кто достиг определенного уровня в активном состоянии Тэсан, крайне трудно убить. Вероятно, на уровне Ли Джиён, даже если голова будет держаться на волоске, стоит лишь приставить её обратно — и тело само собой исцелится. А если сознательно сосредоточиться на лечении, скорость восстановления возрастет в разы. «Хм...» Я со странным чувством потирал плечо. Каждый раз, когда я размышляю о жизненной силе, у меня возникает один и тот же вопрос. Ли Джиён продолжает вливать в меня жизненную силу даже сейчас, когда я уже достиг восприятия жизненной силы. В моё тело, которое и так должно быть переполнено, упрямо втискивается чужая энергия. Пытаясь понять, куда она девается, я провел тщательное Наблюдение, но след обрывался, словно всё поглощало темное Пространство. Это было необъяснимое явление. — Э-э... младший. Позволь мне на секунду. Это случилось внезапно. Ли Джиён протянула руку и обхватила моё правое запястье. — Тебе... не было больно? С искренним беспокойством на лице она осторожно погладила мою руку. Оказалось, она переживала из-за того самого запястья, за которое недавно так сильно меня тянула. Видимо, боялась, что могла поранить. [Да.] [Мне не было больно.] Я покачал головой, давая понять, что волноваться не о чем. Мои физические возможности ничуть не менее запредельны. От такого хватка синяков не останется. — Какое облегчение. Прости, я просто вспылила и повела себя слишком грубо. Мне правда очень жаль. Услышав мой ответ, Ли Джиён мягко улыбнулась, явно чувствуя облегчение. Я тоже на мгновение замялся, а затем кивнул. «…Что-то изменилось?» Она немного отличалась от той робкой Ли Джиён, что была раньше. Как бы это сказать... казалось, передо мной предстала не та забитая Ли Джиён, которую я знал лично, а та, какой она была в оригинале. «В оригинале Ли Джиён... хоть и была робкой, оставалась надежным человеком, на которого можно положиться». Лидер, который с помощью техники Тэсан удерживал авангард группы и заботился даже о психологическом состоянии товарищей. Хотя она и не обладала такой беспрецедентной мощью, как Хон Ёнхва, Пэк Арин или её мать, её способность умело вести группу за счет отточенного до предела мастерства была поразительной. Даже в первом прохождении само присутствие Ли Джиён в отряде значительно снижало психологическую нагрузку на игрока. Персонаж, который в буквальном смысле, подобно горе Тэсан, непоколебимо поддерживал группу. [Хм…] [Может, пойдем внутрь?] — Ах, да. Ли Джиён, некоторое время поглаживавшая моё запястье, развернулась, [?] всё так же крепко сжимая мою руку. Я невольно замер, озадаченный её поведением — словно она не давала ребенку свернуть не туда. — М? Что такое? Ли Джиён обернулась ко мне и вопросительно наклонила голову. Казалось, она искренне не понимала, в чем проблема. [Ох... Нет, ничего.] Ситуация была довольно нелепой, но я лишь неопределенно покачал головой. Ли Джиён моргнула и снова зашагала вперед. И правда, в последнее время окружающие ведут себя со мной удивительно одинаково. От того, что со мной обращаются как с ребенком у кромки воды, на душе становилось крайне скверно. «Конечно, мой ментальный уровень и впрямь как у сопляка, да и не то чтобы мне совсем не нравилась такая забота, но...» Казалось, последние крохи моей гордости рассыпаются в прах... В общем, ощущения смешанные. Так или иначе, ведомый Ли Джиён за руку, я направился к особняку... — Не пора ли всем расходиться по домам? Время обеда давно прошло, да и к лекциям на следующей неделе готовиться нужно. — Э? А я собираюсь жить здесь. — Хера с два, кто тебе разрешил адрес менять? Пожрала — и вымётывайся живо. — Как это кто? Вчера получила разрешение от хозяина этого дома~ Так что я теперь полноправная жительница. А! Наша Ёнхва, наверное, не слышала, потому что наклюкалась и вырубилась? — Что, блядь? [Ох] — У меня нет лекций, так что и готовиться не к чему. Напротив, я должна присматривать за тренировками своего ученика, так что лучше нам быть вместе. — О чём ты вообще несёшь, сумасшедшая? В какие это времена учитель и ученик жили в одном доме? — Я получила разрешение давным-давно. Точно не помню когда... но я отчётливо слышала это из уст своего ученика. «Когда я куплю дом, учитель, вы тоже заезжайте и живите со мной!» — так он сказал. — ...Это... это была обычная вежливость. Ха Юль такой добрый ребёнок, он просто не мог сказать в лицо такой старой карге, чтобы она проваливала. — К тому же тренировочные площадки в поместье великолепны. Если бы они были посредственными, в них не было бы смысла, но такой уровень грех не использовать на полную. — Эта сучка меня вообще не слышит? Выходи на улицу, блядина. [Ох...] — ...Профессор Лиана Беллус? Разве у вас нет лекций, которые вы ведёте? По Магии духов? — А, а-ха-ха... Здесь и правда чудесно... Духам на этой территории будет очень уютно, да и в Восточном крыле как раз есть лаборатория! Сразу видно, что этим местом пользовался сам ректор — всё выполнено на высочайшем уровне! — Эта девка тоже с катушек съехала? — Ну... я вчера тоже получила разрешение. Он сказал: «Нет, не уходите, останьтесь со мной...» [Ох...] — Я с самого начала пришла с разрешения, Ёнхва. — ...Я знаю. Прямо перед тем, как открыть дверь. От доносящихся изнутри голосов моё тело словно окаменело. Пэк Арин... как-то так вышло, что я разрешил. Я был пьян и, когда она, похлопывая меня по заднице и твердя «Пэк Ха Юль», о чём-то спросила, я неосознанно согласился. Учитель... Неужели я так говорил? Я попытался восстановить события в памяти. Вспомнил. Это было довольно старое воспоминание. Когда она сказала, что ей будет очень грустно, если я когда-нибудь покину её объятия и уйду, я, лучезарно улыбаясь, ответил, что тогда мы будем жить вместе. Профессор Лиана... Когда это я такое ляпнул? В голове всплыло то, что я предпочёл бы никогда не вспоминать. Вспомнил. Когда профессор Лиана сказала, что так нельзя и ей пора уходить, я, уткнувшись лицом в её грудь, капризно умолял её остаться... — Младший? Ли Джиён обернулась ко мне и вопросительно склонила голову. — Нет-нет. Сопротивляясь настойчивым рывкам, я замотал головой из стороны в сторону. Кажется, сейчас входить не стоит. Конечно, мне до смерти хочется поскорее вбежать внутрь, увидеть Хон Ёнхва и немного покапризничать, выпрашивая внимание. Но именно сейчас заходить туда явно не следует… — …Ха Юль, я чувствую, что ты стоишь за дверью. Живо заходи. [Хи-ик…] Голос, донёсшийся изнутри. От этого звука, полного мощи, подобной бурлящему вулкану, мои плечи сильно вздрогнули. — Будь умницей, хорошо? Живо. Точно, пока я до краёв наполнялся жизненной силой, моё скрытое присутствие раздулось. К тому же я и не пытался его прятать… Лицо моё мертвенно побледнело. [С-сонбэ-ним…] — А, а? Что? Дрожащими руками я потянул Ли Джиён за рукав и обернулся. Она тоже услышала голос изнутри и теперь смотрела на меня с каким-то виноватым видом. [П-помогите…] Ожерелье откровения тихо щёлкнуло. Раздался едва слышный, но исполненный отчаяния голос. Не знаю, как другие, но та властная и надёжная Ли Джиён, что была мгновение назад, точно смогла бы мне помочь… Ты же называла меня своим спасителем? И вообще-то я не говорил, но, будучи в обличье Безликого, я и того ребёнка спас! Я и сам сначала не догадывался, пока Максвелл по секрету не шепнул мне об этом. Он сказал, что хоть тот ребёнок и не так важен, как Ли Джиён из родного поместья, но всё же достаточно ценен…! Это я его спас…! — Ну-у… Ли Джиён, чьи глаза так и бегали из стороны в сторону, словно отвечая на мою отчаянную мольбу. Тихонько отвернулась. Вот же трусливая предательница. Вскоре дверь резко распахнулась, и протянутая рука, схватив меня за запястье, потянула на себя. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Благосклонность] Ли Ха Юль→Ли Джиён ●●●●●●○○○○(60/100) «Наследник Тэсана», «Хороший человек», «Напор», «Принуждение» ▽Изменения▽ «Наследник Тэсана», «Хороший человек», «Обида» ◆ ◆ ◆ — Так это оно и есть? Руины, где в беспорядке перемешались обломки зданий и туши монстров. Мужчина, поморщившись, принялся разгребать завалы. Он расшвыривал обломки ногами, пока наконец не показался какой-то предмет. Мужчина ухватился за него и с силой выдернул. — С виду обычная соломенная кукла... О, но судя по мане, это артефакт весьма приличного ранга. — ...Да, это оно. Наконец-то нашли. — Твою мать, и сколько же времени мы на это убили? Кажется, мы торчим здесь уже месяца два или три. Стоявший рядом рыжеволосый мужчина ответил ему. В ответ тот тяжело вздохнул и запрокинул голову. Мрачное, серое небо. В вышине не плыло ни облачка. Небо окрасили в серый не тучи — это был его собственный, первозданный цвет. И это была не единственная странность небесного свода. Здесь не было ни солнечного света, что должен заливать землю, ни лунного сияния, озаряющего мир по ночам. Даже обычного ветра почти не чувствовалось, а те редкие порывы, что долетали, были до жути безжизненными. Мир, лишенный законов, по которым должно существовать всё сущее. Это было обособленное Пространство, существующее в отрыве от законов привычного мира. — Пришлось же застрять в такой дыре, что и остальных не притащишь... Зараза. Мужчина сердито зыркнул на небо и, цокнув языком, принялся рассматривать зажатый в руке артефакт. Старая соломенная кукла. Она выглядела как настоящий мусор с явными следами повреждений. Нитки, скреплявшие солому, во многих местах вылезли — казалось, кукла вот-вот развалится и рассыплется по земле. — Так что это за артефакт такой, что сам Бог его ищет? Даже если ранг высокий, толку будет мало, если способности окажутся паршивыми. — Не знаю, говорят, это Сосуд для сошествия. — Сошествие? Бог планирует спуститься в мир с его помощью? — Дебил, у него же есть я. — Тогда что? Хочет пораньше призвать своего командующего легионом? — Ну... подробностей мне не говорили, но слышал, он собирается призвать кого-то другого... Как же там было... Рыжеволосый мужчина закрыл глаза, пытаясь выудить что-то из памяти. И наконец произнес всплывшее в голове название: — Божественный полководец, Разверзающий небеса — Кынган Ёкса? — Разверзающий... кто? — Я сам краем уха слышал, так что не задалбывай вопросами. ---------- Убеждение (2) Жилые комнаты сосредоточены в центральной части поместья. В Западном крыле находятся зоны отдыха, а в Восточном крыле — тренировочные залы. Подвальные этажи под каждым из крыльев также заполнены различными помещениями. А поскольку большую часть первого этажа в центре занимают гостиная, столовая и прочие общие залы, выбирать комнату пришлось между вторым и третьим этажами центрального корпуса. Сперва я хотел занять уединенную комнату в углу второго этажа. Лестница на первый этаж была близко, да и само расположение в стороне мне приглянулось. — Хм… Разве третий этаж не лучше второго? Там есть место, которое выглядит точь-в-точь как хозяйские покои. Кое-кто настаивал, что хозяину дома подобает занимать верхний, третий этаж. — В углу? Но тогда соседняя комната… Хм, не лучше ли тебе поселиться в самом центре? Другие тоже твердили, что владельцу поместья не пристало ютиться на задворках, и всё в таком духе… Хоть они и не говорили прямо, по их реакции было ясно: идея с угловой комнатой им совсем не по душе. Я не совсем понимал причины их недовольства, но в итоге выбрал роскошные покои в центре третьего этажа. Комната в центре третьего этажа оказалась… куда просторнее остальных. Похоже, это и есть то, что обычно называют хозяйской спальней. Стоило мне определиться, как все остальные, вопреки своим недавним сомнениям и перешёптываниям, мигом разобрали комнаты. Слева от меня — комната Се Юль. Разумеется, на деле она всё равно обитает у меня. Её тело стремительно растёт, но, похоже, расставаться с опекуном она пока не желает. Тем не менее, когда-нибудь ей может захотеться личного пространства, поэтому я выделил ей соседнюю комнату. Справа — Хон Ёнхва. Напротив — Элия. И остальные… все как один облепили мою комнату, расселившись вплотную. …Я гадал, есть ли смысл так тесниться в столь огромном особняке, но это казалось по-семейному уютным, так что я не возражал. — Ха Юль, не вздумай уснуть на моей кровати, жди меня. У меня претензий не было. А вот у Хон Ёнхва их, судя по всему, накопилось немало… . . . Хон Ёнхва была в ярости. К такому выводу я пришёл без лишних раздумий, смирно сидя на её кровати. Хон Ёнхва была вне себя от гнева… [Ужас] [Тревога] [Озноб] Тело пробила дрожь при воспоминании о грубой хватке, стиснувшей запястье, и леденящих душу словах, брошенных прямо в ухо. От этого жуткого чувства рука, шарившая по постели, крепко сжала одеяло. Я уже подумывал накрыться им с головой, но решил, что не стоит приводить постель в беспорядок до прихода хозяйки, и отпустил ткань. «Ох...» Я честно пытался умилостивить Хон Ёнхва. То вертелся рядом, пытаясь милоничать... То прикладывал все силы к ужину, готовя всевозможные закуски, которые она любит… То и вовсе кормил её с рук… — Ну же, не дёргайся. Но в итоге ничего не вышло. Хотя уголки её губ подрагивали, а сама она то и дело смущённо извивалась, гнев её так и не остыл. Итогом стала нынешняя ситуация. В результате, вопреки тому, что мне выделили отдельную комнату, я оказался в спальне Хон Ёнхва… — Шурх «…!» Внезапно из-за двери ванной донеслись отчётливые звуки движения. Они прогремели для меня подобно раскатам грома. Сердце забилось им в такт, готовое выпрыгнуть из груди. — Щёлк Дверь ванной распахнулась, и наружу хлынули клубы густого белого пара. Он был белее тумана, застилавшего мой взор, но всё же имел с ним нечто общее — призрачную дымку. Сквозь эту завесу, облачённая в банный халат, явилась Хон Ёнхва. [!] В тот же миг у меня перехватило дыхание. Верхняя часть белоснежного банного халата не была застегнута до конца. Благодаря этому взору открылась глубокая ложбинка между грудей. — …… Когда я медленно поднял свой оцепенелый взгляд, он встретился с глазами Хон Ёнхва. Влажные, раскрасневшиеся щеки и томно прикрытые веки. Она пристально посмотрела на меня, застывшего как статуя, и без лишних слов подошла, решительно опустившись на кровать рядом со мной. Матрас под нами слегка качнулся, и я вздрогнул от ощущения её близости. — Тюк-тюк-тюк Хон Ёнхва принялась вытирать волосы полотенцем, висевшим у неё на шее. Видимо, она уже немного подсушила их в ванной, так как вода не текла ручьями, а её движения были аккуратными, и капли не летели в стороны. Я на мгновение отвел взгляд. Хоть я и старался не смотреть от неловкости, в поле моего зрения всё равно оставалась только Хон Ёнхва. В конце концов, после недолгих колебаний, я протянул руку. «Активное состояние». Фью-ю-ух — из моих ладоней заструился теплый ветерок. Потоки бытовой магии, не требующей сложных вычислений, мягко коснулись влажных волос Хон Ёнхва. — …… На меня скользнул взгляд её алых глаз. От напряжения я с трудом сглотнул слюну. После недолгого зрительного контакта… Хон Ёнхва закрыла глаза и повернулась ко мне затылком. Обрадовавшись такой реакции, я тут же принялся за дело. Одновременно с сушкой я бережно расправлял её волосы обеими руками. Хоть я и не обучался парикмахерскому искусству, сочетание Полномочия наблюдения и Мастера на все руки позволяло справиться почти с чем угодно. [Волосы] [Мягкость] Пряди, скользившие сквозь пальцы, были невероятно нежными. Даже шелк, созданный мастером с величайшим усердием, не шел ни в какое сравнение с этим ощущением. Пока я восхищался этим, Хон Ёнхва, наслаждавшаяся моими прикосновениями с закрытыми глазами, внезапно спросила: — Они мягче, чем грудь? [Нет] — А? Ой, нет… Ох. Я ляпнул это, совершенно не фильтруя слова. — Хе-хе-хе, ну ты даёшь… Я замер, осознав свою оплошность, но, к счастью, Хон Ёнхва лишь тихо прыснула. От звука её смеха, который наконец-то прорвался наружу, мне и самому стало легче. Покачав головой, Хон Ёнхва принялась поправлять свои волосы. Они уже почти высохли. Убедившись в этом, Хон Ёнхва резко развернулась ко мне. От этой внезапности я невольно вздрогнул. Не успел я и глазом моргнуть, как её ладони скользнули мне под мышки и приподняли в воздух. Моё тело, оказавшееся в невесомости, плавно опустилось на её бёдра. [Мягкость] [Тепло] [Жар] В тот же миг всё то, что я так отчаянно пытался игнорировать, лавиной хлынуло в сознание. Ощущение её бёдер, мягко поддерживающих мои ягодицы. Влажная нежность соприкасающейся кожи и согревающее Тепло. Два огромных холма плоти, которые халат был не в силах скрыть, заполнили всё моё поле зрения. Из колышущейся прямо перед моим носом ложбинки, поднимался едва заметный парок. Стоило этому пару коснуться кончика носа, как от его характерного сладковато-пряного аромата мысли окончательно спутались. Рот наполнился слюной, а в горле пересохло от внезапной жажды. [Молоко?] — П-ха-ха… Я вздрогнул, когда этот смех, щекоча, коснулся моего уха. Я и не заметил, как засмотрелся на её грудь. Осторожно подняв взгляд, я увидел Хон Ёнхва, которая вовсю надо мной подтрунивала. — Серьёзно… Даже если бы я и хотела позлиться, ты ведешь себя как настоящий младенец, так что гневаться просто не получается. Хотя, по правде говоря, и злиться-то не на что… Хон Ёнхва, недоуменно качая головой, нежно погладила меня по волосам и спросила: — Тебе ведь не двадцать, правда? Говорят, ты из расы Фейри, может, ты просто скрыл свой возраст, когда пришёл? На самом деле тебе лет десять или одиннадцать, а? [Это не так…] — Это не так… — Что-то не похоже. Судя по твоему поведению, ты форменный грудничок, разве нет? [Это не…] — Ну… это не так… — Ха Юль, тебе ведь нравится такое обращение, когда о тебе заботятся, как о маленьком? М? Мой сладенький, хочешь потом покушать мамму? [Нравится…] — Нет…! Нет…! Правда, это не так… — А ожерелье говорит, что нравится? [Нравится… Ой] — Нет же… Краснея от её дерзких поддразниваний, я лишь отчаянно мотал головой. Я окончательно оборвал связь с ожерельем, которое то и дело выуживало мои сокровенные мысли. — Хи-хи, и что же мне сказать такому малышу? Хон Ёнхва тихо рассмеялась. Сразу после этого она, словно извиняясь, похлопала меня по ягодицам и улеглась на кровать. Затем она подложила руку мне под голову и притянула к себе на грудь. Наши тела переплелись, и я почувствовал, как её живое тепло передаётся мне. — Вдох, ещё вдох… Но важнее всего было то, что мой нос, уткнувшийся в ложбинку, ощутил ставший вдвое гуще молочный аромат. От облегчения, что гнев Хон Ёнхва утих, и от этого дурманящего запаха сознание беспомощно поплыло. Чмок — я почувствовал влажное прикосновение к своему лбу. Вздрогнув всем телом, я зарылся лицом ещё глубже. [Люблю] — Угу… я люблю вас. — Я тоже тебя люблю, правда… Хон Ёнхва, всё так же придерживая мою голову, … ну… не знаю, уместно ли такое сравнение. Она смотрела на меня с почти материнской нежностью, словно любуясь чем-то невообразимо милым. — …Так что, это опасное дело? Пока я самозабвенно наслаждался ароматом и близостью Хон Ёнхва. Она спросила об этом, похлопывая меня свободной рукой по пояснице. Эти слова вывели меня из сонного оцепенения, и я озвучил заранее заготовленный ответ. — Нет, это совсем не опасно. Просто место вроде библиотеки, где нужно сидеть и изучать магию. — И из-за этого ты какое-то время не сможешь выходить? — Да… скорее всего… В оригинале при входе в Башню Знаний всегда действовал запрет на выход в течение определённого срока. Строго говоря, выйти-то было можно, но вот вернуться обратно — уже нет. Существовала вероятность, что здесь всё иначе, но уверенности не было. — Хм, Башня Знаний… И особняк тебе выделили, и магией в Башне обучают — какая щедрая поддержка. Пробормотала Хон Ёнхва, словно поражаясь абсурдности ситуации. Башня Знаний. Это место определённо было слишком значимым, чтобы упоминать о нём вскользь. Хон Ёнхва, продолжая похлопывать меня по спине и подставляя свою грудь, зарылась носом в мои волосы и прошептала: — Поверю тебе. Но только при условии: как и обещал, ты ни в коем случае не должен пострадать, ясно? — Да, я запомню это. — Вот и славно. Ступай. Но если ты нарушишь обещание и вернёшься раненым… сам понимаешь, что будет. — …Да… Вздрогнув от леденящего взгляда, вонзившегося в макушку, я поглубже зарылся лицом в объятия Хон Ёнхва. Я познал Счастье. И ради того, чтобы защитить такое Счастье, я должен вынести как можно больше из Башни Знаний. Вновь закалив свою решимость, моё основное сознание погрузилось в сон. . . . Выходные пролетели, уступив место будням. В особняке, обычно шумном, воцарилась тишина — большинство обитателей разъехалось по делам. — Я, Эриэль, ни на миг не сомневалась, что молодой господин добьётся успеха. Это безмолвие вскоре было нарушено. Причиной тому стала Эриэль: едва вернувшись в поместье, она окинула всё вокруг взглядом и заговорила. — Да, давно не виделись, молодой господин. Эриэль отвесила поклон — мягкий, но выверенный с безупречной точностью. Как и всегда, на ней красовалось некое подобие формы горничной, сидевшее на редкость опрятно. — Верно. Я отчиталась перед вернувшимся главой рода о ходе последней миссии, да и внутри семьи нашлись дела, требующие моего участия. Мы с Эриэль не виделись довольно долго. С тех пор как она ушла, сославшись на иные обязанности, в Сиёламе её след простыл. Я в недоумении склонил голову: странно было видеть телохранителя вдали от подопечной. Эриэль же лишь беззаботно пожала плечами. — Мы ведь в Сиёламе. Сама мысль о том, что здесь кому-то нужна охрана, звучит нелепо. — По правде говоря, звание телохранителя — лишь формальность. На деле же я только и делала, что присматривала за госпожой Хон Ёнхва. Что ж, мой вопрос и впрямь был глупым. Охрана в Сиёлам? Если уж здесь дело дойдет до кровопролития, значит, снаружи всё и вовсе превратилось в нечеловеческие Магические земли. — В таком случае я присмотрю за госпожой Ли Се Юль. [Да, прошу вас.] — Хмф..! […Се Юль, я скоро вернусь, хорошо?] Остальным я тоже уже всё передал. Новость о том, что я собираюсь войти в Башню Знаний, их изрядно удивила, а когда они услышали, что я могу не возвращаться какое-то время, то и вовсе всполошились, но в итоге разрешение я получил. …Пришлось изрядно попотеть, чтобы успокоить обиженную Се Юль. Честно говоря, я и сам был далеко не идеален, так что возразить мне было особо нечего… Как бы то ни было, Эриэль увела Се Юль в особняк. Вид всё ещё дувшейся Се Юль заставил моё сердце сжаться от боли. «Но в этот раз я действительно ничего не могу поделать…» Оправдываясь перед самим собой, я принялся изучать радиус своего Наблюдения. Башня Знаний находится на Парящем острове. Парящий остров. Как и следует из названия, это остров, дрейфующий высоко в небе; можно смело сказать, что его местоположение никому не известно. Настолько тщательно он охраняется, а координаты его держатся в строжайшем секрете. «Вот он где». Я чувствовал Парящий остров уже давно. К тому же я знал, где он находится, благодаря знаниям из оригинала. С того момента, как я осознал своё Полномочие, а дальность и уровень Наблюдения неимоверно возросли, я начал ощущать этот остров. Парящий остров прямо сейчас находится у меня над головой. Он неспешно проплывает в небесах над Сиёлам. «Подумать только, такая махина парит в небе — даже по местным меркам это просто нелепо». Он куда меньше, чем Искусственный остров, на котором расположен Сиёлам, но всё же достаточно велик, чтобы называться островом. Даже при использовании Наблюдения видны лишь общие очертания; внутренняя часть защищена невероятно мощными чарами, не позволяющими заглянуть внутрь. «Вход вон там?» В этой безупречной защите зияет брешь. Точнее, правильнее будет сказать, что она открыта для меня, обладателя ключа. Без этого ключа… не имея права на вход, пришлось бы прорываться сквозь этот чудовищный барьер силой. Учитывая наличие функций контратаки, это было практически невозможно, но в одиннадцатом прохождении я просто сокрушил всё на своём пути и вошёл... В оригинале вице-ректор сопровождает героя. Обычно она доставляет меня с помощью телепортации, но я и сам могу перемещаться, используя Полномочие пространства. Похоже, именно поэтому вице-ректор не стала выходить мне навстречу. «Фух... м?» В тот миг, когда я тяжело вздохнул от охватившего меня напряжения. Повеяло ароматом, который вмиг расслабил моё скованное сознание. Я замер в оцепенении, но лишь на мгновение. Убедившись, что поблизости никого нет, я украдкой принюхался. Благоухание кожи, сладкий и нежный аромат... «Запах Ёнхва...» Это был её запах. Он буквально пропитал всё моё тело. Видимо, из-за того, что мы всю прошлую ночь провели в объятиях, нежась друг с другом, её аромат так сильно въелся в меня. Если подумать, с Наставницей было так же. «Хорошо». Этот запах настолько отчетлив, что кажется, будто Ёнхва всё ещё крепко обнимает меня. Благодаря этому напряжение заметно спало. «Пошли». Башня Знаний. Здесь я не только смогу отточить свою Магию. Это место, где, возможно, удастся раскрыть хотя бы часть моих многочисленных тайн. Подавив тревожный вздох, я привел Полномочие пространства в активное состояние и совершил пространственный прыжок к специально подготовленному входу на Парящий остров. — БА-А-А-А-А-АМ! Огромный кулак голема обрушился прямо на меня. ---------- Парящий остров (1) Осмотрев вход на Парящий остров с помощью Власти наблюдения, я активировал Власть над пространством. Непередаваемый словами гул пространства пробежал волной от макушки до самых кончиков пальцев ног. В тело внезапно ударила тошнота, характерная для Пространственного прыжка, и пальцы ног оторвались от земли. — Кр-р-р-р-чик… В голове отдавался неприятный звук. Это был не внешний шум, вонзающийся в уши, а диссонанс самого пространства, естественно воспринимаемый разумом. Сколько прошло времени? Ноги мягко коснулись поверхности. Я прибыл на Парящий остров, который ещё мгновение назад находился недосягаемо высоко в небесах. И словно только этого и поджидая, прямо сверху на меня обрушился огромный кулак. Впрочем, я предвидел нечто подобное. Не поддаваясь панике, я плавно отскочил в сторону. — БУ-У-У-УМ! Оглушительный грохот заполнил всё вокруг. В ушах зазвенело. Уклоняясь от порывов ветра и тучи пыли, хлеставших по коже, я снова оттолкнулся от земли. Когда широкое облако пыли постепенно осело, показался скрывавшийся за ним нападавший. [Ворота… Нарушитель…] Огромная туша размером с целое здание. Две руки, две ноги — прямоходящее существо. Всё его тело сплошь покрывал массивный белоснежный доспех. «Хм». Выглядел он весьма внушительно. Сам голем внутри был обычным гладким истуканом, но надетая поверху броня придавала ему эффектный вид. Доспех не щеголял излишней пышностью, а скорее подчёркивал суровую, практичную эстетику. [Нарушитель… Нарушитель…] Из-под белоснежного шлема раздался гулкий голос. Клац! Выдернув впечатанный в землю кулак, голем повернул голову в мою сторону. Магическое свечение глаз, пробивающееся сквозь прорези шлема, уставилось прямо на меня. «Голем… Значит, фамильяр». Что он собой представляет, я понял сразу. Големы бывают монстрами, но также их часто создают маги из земли или металла в качестве фамильяров. Назначение у фамильяров самое разное: если у них нет особых способностей, их используют как побегушек, а если крепкие — как этого голема, то для боя. Хотя бывают исключения, для сотворения магии требуется время. И маг, у которого нет авангарда, способного выиграть немного времени и отвлечь внимание врага, нередко делает себе прочного фамильяра и ставит его на переднюю линию. «Створить такого фамильяра крайне сложно, да и по финансам очень затратно, но…» — БУМ! БУМ! БУМ! БУМ! «Ни недостаток навыков, ни расходы Владычицу Башни Знаний явно не волнуют». Земля ощутимо задрожала. Вскоре я лишь пожал плечами под взглядами множества светящихся маной глаз, уставившихся на меня. [Нарушитель… Нарушитель…] [Приказ о сборе, ворота…] [Приказ об устранении, вторжение… вторжение…] Тот, что напал на меня первым, выделялся особенно толстым доспехом, но и остальные сползавшиеся сюда големы были экипированы не хуже. Мечи, копья, дробящее оружие и щиты — всё было подогнано под гигантские габариты големов и выглядело до странности массивным. Сжав всё это в кулаках, сбегавшиеся големы выстроились веером, смыкая вокруг меня кольцо. За моей спиной — обрыв… Пешком отсюда не сбежать. «Хм…» Я задумчиво качнул головой. В оригинала существовало два способа добраться до Башни Знаний… то есть на Парящий остров. Первый — когда во время обучения в Сиёламе тебя отправляет напрямую заместитель ректора. В этом случае игрока доставляли прямо к входу в Башню Знаний, а не к воротам Парящего острова, так что драться с големами не приходилось. И даже если потом выйти наружу и блуждать по острову, големы не трогали игрока, пока тот не нападал первым. Второй способ — просто пробиться силой. Попыток было немало, но реально успешной оказалась лишь 11-я итерация. Игрок разрывал мощнейший барьер, укутывавший Парящий остров, врывался внутрь, крушил всех этих големов без разбора, а потом несколькими днями долбил неприступную Башню Знаний, пока она не рухнет… Ирония в том, что даже после всего этого безумия встретить Владычицу Башни Знаний так и не удавалось… «Неужели даже с ключом я считаюсь нарушителем?» Сперва я подумал именно так, глядя на падающий кулак. Однако… […Проверка полномочий. Приказ об устранении отменён. Назначен приказ: испытание]. Услышав голос, исходивший от голема, который первым замахнулся на меня кулаком, я слегка скорректировал свои мысли. К тому же свирепая аура, исходившая от этой махины, ощутимо поутихла. «Неужели голем решил блефовать?» — промелькнуло сомнение. Но вряд ли фамильяры Владычицы Башни Знаний собирались превратить в лепёшку того, кого сами же и призвали… «Стоп, да ладно? Изменили приказ только сейчас? Значит, тот первый удар был всерьёз, на поражение?!» От этой внезапной мысли я прищурился. Если подумать, в том первом ударе не ощущалось ни капли сдержанности… «Владычица Башни Роста… Даже та загадочная ректорша, гоняя меня по Башне, хоть какие-то предохранители обеспечивала… Неужели Владычица Башни Знаний ещё отбитее?» — БУМ! Едва во мне зародилось это вполне обоснованное подозрение, как голем рванулся с места всей своей тушей. При таких габаритах уже сама его масса представляла огромную угрозу. Сминающий воздух порыв ветра нёсся с жуткой силой. «Быстрый». Голем настиг меня в мгновение ока, неся перед собой шквал. Вопреки массивной туше, двигался он поразительно стремительно. — С-с-свист! Кулак прошёл над самой головой, задев волосы. Та-та-так! Чередой быстрых касаний к земле я разорвал дистанцию. Голем, в отличие от прежнего, не думал останавливаться. Я юрко уворачивался от града тяжеловесных ударов. Власть наблюдения считывала предвестники магии. Грохот! Из стыков доспеха хлынула мана. В строго рассчитанных местах и с точечно подобранной силой выброс маны подталкивал тело голема. Получив этот реактивный импульс, голем мгновенно сократил расстояние и яростно выбросил кулак. Волосы откинуло назад. Наблюдая за кулаком, с треском рвущим воздух, я плавно вытянул навстречу руку. «Магический разрез». — Кр-р-р-каш…! Рванувшийся вперёд кулак натолкнулся на белоснежный разрез. Скрип! Защитная магия, наложенная на доспех, постепенно стиралась в порошок. Соперничество в силе качнулось не в его пользу. Вытянутый кулак шаг за шагом подавался назад. — БАМ! В конце концов кулак голема с треском запрокинулся назад. От этого удара мой разрез тоже рассеялся, исчерпав силу, однако принявший его кулак сам пошёл трещинами. Топ, топ! Отступив на несколько шагов, голем снова занёс кулак. Изначально этот голем — искусственно созданный фамильяр. Он не чувствует ни боли, ни усталости, а потому готов возобновить бой в то же мгновение. Зная это, я, разумеется, не дал ему ни секунды передышки. Сократив дистанцию вслед за подавшимся назад големом, я нырнул ему под защиту. Наполнив ладонь маной, я приложил её к пояснице махины — границе между верхней и нижней частью тела. Прежде чем рука коснулась доспеха, сработало защитное заклинание, вставшее преградой. И тут же я ощутил бурление маны. Сейчас он активирует атакующее заклинание для контратаки. «Магический снаряд». Я сработал быстрее. Высокоскоростное сотворение без заклинаний. В этом, обладая Родством с маной, я чувствовал себя как рыба в воде. Держа руку на защитном барьере, я первым выпустил своё заклинание. «Магический снаряд. Дробь». Мана, сконцентрированная в ладони, распалась на сонм мелких крупиц и выстрелила в упор. — БУ-У-УМ! Защитный барьер, преграждавший мне путь, разорвало в клочья. Дробинки маны одна за другой въелись в доспех. Словно проглотив бомбу, гигантское тело голема ощутимо содрогнулось. — Скри-и-ип, кр-р-р… Сильно зашатавшись, голем издал скрип. Как и подобает фамильяру, он всё ещё пытался продолжить бой, дёргаясь всем телом. Вот только его поясница превратилась в решето с зияющими дырами, сквозь которые было видно насквозь. Продолжать бой он уже явно не мог. «Хм…» Магический разрез и Магический снаряд. С повышением чистоты маны сила обоих этих заклинаний выросла на порядок. А если ещё и перестроить формулу заклинания для чудовищного увеличения урона, то даже такого прочного голема можно мгновенно превратить в кучу металлолома. Разумеется, формула при этом усложнится настолько, что при ошибке мана в каналах хлынет обратно или просто разорвёт всё на куски… Ну так главное — не ошибаться. Слегка встряхнув кистью, я повернулся к голему, рухнувшему на колени. …Даже валялся этот голем эпично. Впрочем, он всё равно превратился в груду лома. Точнее, в очень стильную груду лома. — БУМ! Тот самый «лом» внезапно начал подниматься. Упёршись в землю, он поднял туловище и выпрямил согнутую поясницу. На обозрение выставилась его развороченная талия. — Скри-и-и-иг… …Повреждённый участок начал восстанавливаться. Словно время вспять потекло, разорванный доспех постепенно обретал прежний вид. Вместе с ним восстанавливалось и покалеченное тело голема. «Функция регенерации». В этом не было ничего удивительного. Даже у Небесного оперения, которое сейчас тихо покоилось на мне, имелась функция восстановления. Тут, конечно, был не артефакт, а фамильяр, но оттого починить его было только проще. Восстановление доспеха… тоже не вызывало изумления. Моё внимание привлекло совсем другое. «Магическая формула восстановилась вместе с ним». Вскоре обрётший изначальный вид доспех вспыхнул светом. Клац! Вернувшийся в норму голем занёс оба кулака. — Клац! Клац! Клац! Словно следуя его сигналу, окружавшие меня големы перехватили оружие понадежнее. «Хм…» Постучав пальцем по подбородку и с минуту поколебавшись, я вытянул руку и запустил её в пространственный карман. Големы сильны. Ещё бы, ведь их создала сама Владычица Башни Знаний для защиты Парящего острова. Они априори не могут быть слабыми. Какого-нибудь недосформировавшегося Аэруса из Шихаллиона такой голем выгулял бы на поводке, словно собачонку. Однако текущий я далеко не так слаб, чтобы беспомощно сгинуть от их рук. Даже если их тут не одна сотня выстроится в фаланги — неважно. Свали на них Гэпхва — и оно испепелит их вместе с магическими формулами. А если задействовать весь мой арсенал? Я без труда прорвусь сквозь них. Да впрочем, и этого не требуется. Достаточно сделать Пространственный прыжок к входу в Башню Знаний, который я уже засёк. «Но я пришёл сюда, чтобы тренировать магию». Узнать часть правды. И вместе с тем освоить магию, которая станет опорой в будущем. Пасовать перед магией уже на самом пороге Парящего острова и полагаться на иные козыри — дурной тон. Конечно, моё главное преимущество — это гибкость и разнообразие за счёт всевозможных средств. Однако на этом Парящем острове нужно было сделать упор именно на магию. Я вытащил руку из пространственного кармана. В ней был тёмно-коричневый деревянный посох. Изогнутый на конце, с зажатым в нём синим драгоценным камнем размером с мою голову — классический посох мага. Не артефакт. Самый обычный посох средненького качества, подвернувшийся под руку. «Фо-о-ох…» Положив его плашмя, я аккуратно уселся сверху. Вскоре посох под моей тяжестью плавно взмыл в воздух. Сработало запечатлённое на посохе заклинание полёта. Но в тот же миг от земли исторглось противодействующее заклинание. Попытка помешать мне оторваться от земли. Поскольку эту магию наложила лично Владычица Башни Знаний, с моим уровнем владения магией развеять её было не так-то просто. Сработавшая магия устремилась вверх, чтобы сбить меня обратно на землю. — Взмах! «Куда выперлся?» Заострённый клинок из маны рассек вражеское заклинание. Используя Родство с маной, я сфокусировал исходившую от всего тела ману в подобие лезвия и срезал исключительно чужое заклятие. …И пусть это смахивало скорее на Манипуляцию маной, чем на истинную магию, закроем на это глаза. «Пусть я и не классический маг… но на этот раз попробуем сражаться как они». До сих пор я слишком уж упирал на магию как на вспомогательный инструмент. Не то чтобы это было плохо, но для чистой прокачки магии такой подход вряд ли годился. Глядя на големов, чьё давящее присутствие разрасталось по мере их приближения, я медленно сцепил руки. Заклинание и ручные знаки. Два важнейших этапа при сотворении магии. Проблема была в том, что моё горло находилось в плачевном состоянии, а ранее я и вовсе лишился руки, из-за чего не мог складывать знаки. Сейчас чтение заклинаний всё ещё оставалось фактически заблокированным, но благодаря протезу с подключёнными к нему маноканалами я хотя бы мог складывать ручные знаки. Сплетя пальцы обеих рук, я всколыхнул ману. «Проявление». И сплетённая мана рассыпалась на бессчётное множество нитей. Вслед за этим без разбора типов и категорий хлынул непрерывный ливень разношерстной магии. . . . «До сих пор я слишком полагался на магию как на подспорье. На этот раз сражусь как настоящий маг!» Спустя несколько часов после этого амбициозного заявления: [Испытуемый бежит на юго-запад. Приказ о преследовании]. [Приказ о сбитии… Задержание — приоритет №1]. Я вовсю применял высшую тайну Тридцати шести стратагем из раздела «Стратагемы бегства» — «Бегство — лучшая стратагема». Проще говоря, это было тактическое отступление. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Прогресс исследования] [Квест «Прибытие на Парящий остров» выполнен] [Получены очки] … [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Владычица Башни Роста (?) ●●●○○○○○○○ (30/100) «Сложные чувства», «Замешательство», «Сомнения», «Недопонимание», «Благодарность», «Обида» … Ли Ха Юль → Владычица Башни Знаний (?) ●●●○○○○○○○ (30/100) «Сложные чувства», «Замешательство», «Сомнения», «Недопонимание», «Благодарность», «Обида», «Отбитая?» … [Владычица Башни Роста вздрогнула] [Владычица Башни Знаний вздрогнула] [Владычица Башни Гармонии освистывает] *Так как не знаю пол владык буду считать шо они женщины(ну 2 из них женщины, остальные хз) ---------- Парящий остров (2) — Лязг! Лязг! Лязг! «Ух-х…» Сидя верхом на посохе, я со скривлённым лицом разглядывал землю внизу. На Парящем острове едва ли можно было найти привычную землю или зелёную траву. Изначально этот остров был ещё более рукотворным, чем Сиёлам, поэтому сам его материал отличался от обычного. — Бум! Бум! Бум! На такой поверхности големы кишели так густо, словно проростки в горшке. Горящими глазами из маны они выстраивались в чёткий строй и неистово преследовали меня. «Да сколько их ещё будет?» Когда я впервые столкнулся с ними, то складывал ручные знаки и обрушивал шквал магии, перемалывая артпотоком даже тех, что пытались восстановиться. Но сколько бы я их ни уничтожал, из земли тут же вылезали новые. «Слишком много». Это были не те несколько сотен, что встретили меня вначале: их численность заполнила собой всю землю, от чего я невольно содрогнулся. — Скрип, лязг! Из земли резко выскочила закованная в доспех рука и упёрлась в поверхность. Словно выбираясь из грязи, голем вынырнул наружу и органично влился в строй преследователей. «Материал тот же, что и у земли. Их создают в режиме реального времени». Сколько ни рушь — они продолжают плодиться. Повозившись с ними больше часа, я понял, что так ситуация только зайдёт в тупик, и решил сделать тактический отход. Парящий остров был достаточно обширным. Повсюду, где бы я ни пролетал, дежурившие големы присоединялись к погоне, а из-под земли вылезали всё новые и цеплялись к хвосту. В итоге получилась вот такая масштабная игра в догонялки. — Бум! И в этот момент… Один из отрядов големов одновременно с грохотом топнул и замер. Как по команде, они единым движением занесли руки назад. Хруст…! С активацией магии по оружию в их хватке побежали сложные линии маны. В следующее мгновение они мощно метнули своё оружие вверх. — Вж-ж-жух! Воздух рассекла целая гамма оглушительных свистов. Отследив траектории бесчисленного оружия, взмывающего в небо, я взмахнул рукой. — Г-г-гу-у-ум… Вместе с глухим гулом вырвался луч света. Ударивший по прямой луч сбил летящие в меня снаряды. Не прерывая поток, я смахнул лучом по горизонтали, подрезая големам щиколотки. Грохот! В то же мгновение лишившиеся ног големы покатились по земле. Некоторые из идущих сзади споткнулись об них и упали, но большинство просто проигнорировало помеху и продолжило погоню. Я засек активируемую магию. Мгновенно сложив ручные знаки, я окружил себя десятками слоёв защитных барьеров. — Тр-р-реск! Под свалившимся давлением барьеры с жутким треском смялись. Звук того, как они сминаются и рвутся снаружи, звучал зловеще. «Это ещё что? Магия пространства? Или магия ветра?» Помехи летели не только от големов, но и от самого Парящего острова. Например, подавляющие заклинания, пытавшиеся вбить меня в землю, или прямое атакующее волшебство, нацеленное на меня, как только что. Я быстро сбросил разрушенные барьеры и поставил новые. Отражая атаки, летевшие снизу, я выиграл немного времени. «Хм…» Спустя некоторое время, глядя на разросшуюся орду големов и постоянно атакующий остров, я задумчиво погрузился в мысли. «Она точно поддаётся». Големы, этот Парящий остров… Владычица Башни Знаний явно делает мне уступку. Я изучил формулы, вырезанные на големах. Внимательно осмотрел их тело изнутри, доспехи, материалы, компоненты и нанесённые заклинания, запечатлев всё в памяти. Было и то, чего я не понимал. Встречались высокоуровневые техники, которые на моём уровне разобрать было невозможно. Не всё удалось расшифровать, но назначение некоторых заклинаний я всё же уловил. Одно можно сказать наверняка: сейчас големы задействуют далеко не весь свой потенциал. На их возможности наложены ограничения, мне дают поблажку. И всё же это было странно. Големы, созданные Владычицей Башни Знаний, никак не могли быть столь беспомощными. В оригинале големы, с которыми пришлось сражаться, не были столь слабыми. Конечно, в 11-й итерации они разлетались в пыль целыми группами от одного лёгкого щелчка пальцев. Но странно, что они рвутся на части от моей ныне кое-как выпущенной магии. То же касалось и самого Парящего острова. «Этот Парящий остров — мастерская Владычицы Башни Знаний». Мастерская. Территория, окрашенная в цвета самого мага. В оригинале этот факт остался нераскрытым, но сейчас, изучив остров целиком, я понял. Этот остров состоит из магии. Земля под ногами состоит из металла и камня, но всё это — объекты, материализованные магией Владычицы Башни Знаний. Кроме того, в толще земли без единого зазора вырезаны сложнейшие трёхмерные магические формулы. Это была магия, о масштабах которой на моём уровне трудно было даже догадаться; к ней идеально подходило слово «безумие». И всё это — магия Владычицы Башни Знаний. Владычица сама спроектировала её и выстроила для себя. Так что это место было не чем иным, как её личной мастерской. И то, что я без особых проблем мог использовать здесь свою несовершенную магию, было прямым доказательством того, что Владычица поддаётся. «Ха…» Мастерская размером с целый остров… да ещё и парящая в небе? Я просто изумлялся и качал головой, но те, кто был помешан на магии, от подобного зрелища, пожалуй, упали бы в обморок. Мне даже стало любопытно, как отреагирует Байзе, увлечённый классической магией, если показать ему такое. «Владычица Башни Знаний… а может, она и не такая псих, как я думал?» Конечно, подозрительных моментов хватает, но, похоже, она вовсе не собирается раскатывать меня в блины. Если бы она правда хотела сжить меня со свету, на меня обрушилась бы ковровая бомбардировка магий, а не эти неуклюжие размахивания кулаками. «Направиться сразу к Башне Знаний? Или ещё немного потренироваться…?» Я ненадолго задумался. Поняв, что Владычица Башни Знаний поддаётся, странное ощущение опасности слегка улеглось. «…Ещё немного, и пойду». Решение пришло быстро. Идти в таком состоянии в Башню Знаний было расточительством — я был абсолютно цел. Конечности не были оторваны без возможности восстановления, ядро не отмирало. Да и особого утомления я не чувствовал, так что стоит ещё нагрузить тело и разум. К тому же это тренировка, на которую я отправился в одиночку, оставив Се Юль. Если я не добьюсь ощутимых результатов, мне стыдно будет смотреть ей в глаза. Приняв решение, я спрыгнул с посоха, на котором сидел. — Ф-ф-фу-у-ух…! Опора под бёдрами исчезла, и от головокружительного чувства невесомости защекотало под коленями. Полы одежды и волосы растрепал резкий ветер. Хвать! Я крепко сжал посох обеими руками и занёс его над головой. Посох в моих ладонях задрожал так, будто вот-вот переломится. «Укрепление». Скрип… По посоху побежали линии маны. Тревожная вибрация прекратилась. Я наложил следующие заклинания. «Ударная волна, Разрушительный вал, Рассеивание…» Я наслоил на посох новые магические формулы. Это не была способность расширения. Я просто временно впихнул в него сразу несколько заклинаний. От этого срок службы посоха стремительно сокращался, но меня это не волновало — всё равно скоро выброшу. Моё тело камнем устремилось вниз. Падая прямо в центр выстроившихся подо мной големов, я изо всех сил обрушил посох наземь. — БУ-У-У-УМ! Посох с треском разлетелся на куски, и в тот же миг заклинания сработали. От ударной волны, разошедшейся во все стороны, земля пошла ходуном, словно волны на воде. От мгновенного взрыва в ушах зазвенело. — Г-г-грохот… От мощной волны строй покосился, и големы один за другим повалились на уходящую из-под ног землю. [Исполнить приказ о подавлении] Но даже сквозь хаос ко мне рванул один из них. Облачённый в и без того массивные доспехи, он устремился на меня, выставив вперёд гигантский щит. Ощущая давление, словно на меня надвигается целое здание, я отбросил сломанный посох и медленно вытянул руку. «Фух…» Я предельно обострил концентрацию. Ошибиться нельзя. Я осторожно направил ману. Скрип… Моя вытянутая рука подёргивалась. Каналы скручивались, и казалось, кисть сейчас тоже вывернется и оторвётся. Я начал регулировать процесс. Я тайком тренировал это множество раз. Сперва рука и правда отрывалась, но теперь я мог это контролировать. Каналы, которые трогать нельзя, я оставлял в покое, скручивая силой лишь те, что требовались. Я наглухо перекрыл пути, не давая мане циркулировать. — Гул… Поверхность руки пошла буграми, будто кипящая лава. Белоснежная кожа мгновенно покраснела и раздулась, а затем налилась пурпуром и сжалась. Это была обратная реакция внутри тела. «Кх…» Заблокированная внутри и хлынувшая назад мана бесновалась в руке, не находя выхода. Стиснув зубы, я разом откупорил один из перекрытых каналов. Неистовствовавшая мана мгновенно устремилась в образовавшуюся отдушину. — БУ-У-У-УМ! В ушах резко зазвенело. На мгновение все звуки пропали. Голем, захваченный бушующим потоком маны, вырвавшимся из правой руки, испарился, не оставив даже следа. На этом всё не закончилось: остальные големы, угодившие в безудержный поток, повторили его судьбу. Там, где пронёсся шквал, не осталось абсолютно ничего. Поверхность земли выглядела так, будто из неё выскребли огромный кусок гигантской ложкой. [……] [……] [……] Даже големы, осознав невероятную мощь атаки, уставились на меня слегка дрожащими огоньками глаз. «И в пятой итерации я использовал это так же легко, как дышал…?» Тем временем я покачал головой, разглядывая свою плетью повисшую правую руку. Особой способностью, выбранной в пятой итерации, была «Манипуляция маной». В каком-то смысле простая и ничем не примечательная способность, но после того как она трансформировалась в «Высшую манипуляцию маной», тому воплощению не было равных в управлении маной. «Родство с маной и Манипуляция маной…» Обе дают огромные преимущества в обращении с маной, но вектор у них разный. Если уж сравнивать, «Родство с маной» — способность более высокого порядка, однако и «Манипуляцией маной» пренебрегать не стоит. «Родство с маной» — это всеобъемлющий дар. Он позволяет изменять свойства маны, подчинять себе и перехватывать ману других типов, а также даёт усиление во всех явлениях, вызванных магией. «Манипуляция маной» же, оправдывая своё название, сфокусирована исключительно на контроле. Она не позволяет так же легко впитывать ману или мгновенно захватывать власть над чужим магическим потоком, как «Родство с маной», но зато в обращении с «собственной маной», над которой уже установлен контроль, ей нет равных. Да и опыт прошлых лет несопоставим. Пытаться с лёгкостью повторить безумные трюки пятой итерации — слишком самоуверенно. «Но суть я понял. Буду тренироваться, и навык вырастет». Сперва рука разрывалась надвое. Позже она просто отваливалась при одном лишь высвобождении маны. А сейчас всё ограничивается лишь повреждениями. Если ещё потренироваться, я смогу овладеть этим в совершенстве, и приём станет отличным козырем. «Отлично…» Тем более вокруг полно поддающихся груш для битья. С этими мыслями я исцелял правую руку и удовлетворенно кивал. И тут от замершего в замешательстве строя големов отделился один и с лязгом направился ко мне. «М-м?» Я уже собрался сокрушить приближающегося врага, но его вид показался мне странным. Огоньки в его глазах почему-то мелкой дрожью трепетали. Подойдя ближе, голем внезапно опустился на одно колено и низко склонил голову. [И… испытание окончено] [Пожалуйста, прекратите калечить плоть] [Я провожу вас к башне] «?» Над моей головой словно завис немой вопросительный знак. «Что за чертовщина…» Я невольно хлопал глазами, задействовав Ожерелье Откровения. […Вы же сами первыми начали!] […Я провожу вас] Голем… а точнее, стоящая за ним хозяйка, промолчала и тихо развернулась. «Она реально сумасшедшая». Похоже, Владычица Башни Знаний и впрямь невероятная психопатка. С озадаченным видом долечивая висящую плетью руку, я поплёлся вслед за ним. ◆ ◆ ◆ [Уникальная способность «Родство с маной» развивается] [Владычица Башни Знаний в шоке] [А$ како$% поче…! ] [Владычица Башни Роста освистывает] [Владычица Башни Гармонии освистывает] ---------- Башня Знаний (1) Голем, который ни с того ни с сего напал первым, а потом вдруг объявил, что испытание… завершено, и теперь он будет мне прислуживать. После этого он наглухо замолчал и лишь шагал в одном направлении. — Бум! Бум! Размером он с целое здание, так что каждый его шаг отзывался мощной вибрацией. Ощущая, как тряска поднимается от подошв, я не спеша оглядывал всё вокруг. Раньше я собирал только данные, необходимые для боя, а всё остальное проскакивал мельком. Но теперь, когда сражение окончено, можно со спокойной душой изучить Парящий остров. Внешняя стена, окружающая остров, блокирует как приближение, так и обнаружение. По эффективности она ничем не уступает внешней стене Сиёлама, поэтому её непросто пробить даже Властью наблюдения. «…Хотя называть это „островом“, пожалуй, не совсем корректно?» Парящий остров. Название прямо говорит о том, что это парящий в воздухе остров, но на настоящий остров он совсем не похож. Оставим в стороне то, что он не окружён водой со всех сторон; если условно разделить его на верхнюю и нижнюю части, то его верхняя поверхность состоит из огромного количества особого сплава, от одного анализа которого при помощи наблюдения начинает кружиться голова. Этот материал совпадает с тем, из которого сделаны големы, и именно он вместе с магией служит источником для их создания в режиме реального времени. Нижняя часть тоже далеко не обычная. Сложно сказать, что вообще следует считать «низом» острова, но, по здравому смыслу, основание острова не должно выглядеть как перевёрнутая четырёхгранная пирамида. Нижняя часть острова представляет собой четырёхгранную пирамиду из драгоценных камней. Судя по всему, именно она заставляет остров парить. В этой части сосредоточена особенно высокая концентрация сложных заклинаний, связанных с левитацией. «…Даже жутко становится от того, насколько спокойно я теперь реагирую на подобное астрономическое расточительство». Ведь если прямо сейчас продать любой случайный артефакт из сокровищницы Сиёлама, то полученных денег с лихвой хватит на безбедную жизнь трём поколениям… Кажется, в последнее время моё представление о ценности денег окончательно рухнуло. — Бум! Бум! Шедший впереди голем всё так же сотрясал землю, однако ушам стало намного спокойнее. Глушащий гул от тысяч и десятков тысяч големов больше не бьёт по ушам. Те големы, что ещё недавно яростно преследовали меня, давно рассеялись. Они разошлись во все стороны и встали на страже, выдержав идеальную дистанцию. «Словно доска для го». Этот Парящий остров и впрямь напоминает доску для го. На его поверхности почти не видно ни земли, ни травы — всюду простирается лишь однотипное металлическое покрытие. На этой похожей на гобан металлической глади выстроились настороженные големы, выдерживающие между собой строго одинаковое расстояние. Белоснежные големы походили на белые камни, расставленные по доске. То, как они держали строй и тактическими манёврами зажимали меня, пытающегося уйти по воздуху, тоже напоминало партию в го. «……» Боевая мощь Парящего острова поражала воображение. Пусть многие их функции и были ограничены, но даже с той группировкой големов, что я видел только что, можно было до основания зачистить любое подземелье. И это ещё не всё. Такая армия големов проявит огромную силу на поле боя. Им не нужно пропитание, как людям. Они не требуют ни сна, ни отдыха, не ищут душевных развлечений. Пока у них есть материалы для поддержания тел и постоянная подпитка маной, они способны сражаться бесконечно. При этом каждый отдельный голем обладал внушительной мощью, так что в условиях настоящей войны подобное войско имело бы колоссальную ценность. Оригинал. С первого по двенадцатый цикл. Я ни разу не видел подобной силы. В тех странных воспоминаниях человека, повелевавшего тремя предметами… Ему, не имевшему никакой связи с магией, но всё же пришедшему к Башне Знаний, Владычица Башни Знаний так и не показалась. Не было ни испытаний от големов, ни приветствий. Лишь монотонно повторяющийся голос, твердивший, что доступ в определённые зоны запрещён. «…Эх». Мысли путались. От осознания того, что вскоре я встречусь с Владычицей Башни Знаний, нарастало напряжение, и в голову лезла всякая всячина. Чувствуя, как пересыхает во рту, я пошевелил правой рукой. «Если оставить как есть, сама заживёт». Рука пострадала, когда я скручивал магические каналы. Никакой особой помощи я ей не оказывал. Лишь совмещал сломанные кости, скреплял разорванные мышцы и, осторожно успокоив каналы, подстегивал регенерацию. Но даже от столь простых мер уже появились первые признаки восстановления. Его тело и раньше отличалось необычайными свойствами, а уж с тех пор, как он начал тренировки в этом мире, стало и вовсе аномальным — зато обладало потрясающей регенерацией. «Будь плоть разорвана или отрублена, пришлось бы подражать Мелодии восстановления Элии, чтобы всё заново отрастить… Элия, как же я по тебе скучаю». Благодаря тому, что снаружи всё оставалось целым, хоть изнутри и превратилось в месиво, особое исцеление не требовалось. Завет Наставника гласил: не полагайся на разбросанные вокруг регенерирующие устройства, а развивай собственную способность тела к восстановлению. Искренне уверовав в эти слова и изматывая себя тренировками, он сумел развить регенерацию до нынешнего уровня. «Слова Наставника — и впрямь истина… Скучаю по Наставнику». Кивнув своим мыслям, он достал из подпространства тканевый мешочек. Извлёк из него зелёную пилюлю, положил в рот и разжевал. Хруст-хруст. Раздавив её зубами, он водил языком, словно размазывая густеющую от слюны массу. Ощущая, как немеет кончик языка, я продолжал разминать его. [……?] Голем слегка повернул голову назад. Его сияющие синим глаза переводили взгляд с моего жующего рта на тканевый мешочек в руке и на правую руку, окрасившуюся в фиолетовый цвет. [Могу ли я поинтересоваться, что это такое?] Из-под шлема со скрипом раздался голос. К слову, этот голем — тот самый, с тяжёлой бронёй, который совсем недавно пытался раскатать меня в блин. Подумав, что, вопреки суровому внешнему виду, тон у него весьма вежливый, я пожал плечами. Сглотнув содержимое, я положил в рот следующую пилюлю. [Это яд Чёрной Змеи Скверны.] [Понятно. Хрустеть пилюлями из яда Чёрной Обсидиановой Змеи…] Словно решая, не ослышался ли он, голем издал скрежещущий нестройный звук и в упор уставился на меня. [Хрустеть…?] Подтверждая, что чувствовавшееся ещё с самого начала не было лишь показавшимся, синий магический свет его глаз дрогнул, словно при землетрясении. [По… почему вы это употребляете…?] […?] [Это тренировка устойчивости к ядам.] Я пожал плечами, удивлённый его странной реакцией. Едва я снова отправлял в рот пилюлю, как плечи голема вздрагивали. Когда бандура размером с целое здание ведет себя подобным образом, это выглядело довольно угрожающе, поэтому я слегка отступил. [Тренировка… устойчивости… к ядам? С помощью столь дикарского метода…?] [Метод хоть и дикарский, зато крайне эффективный.] С устойчивостью всегда так. Если тебя постоянно лупят, в какой-то момент порог чувствительности неизбежно возрастает. Точно так же поднимается устойчивость к дробящим ударам, к порезам или к боли. С ядами принцип ровно тот же. Если непрерывно вводить яд в организм, рано или поздно выработается иммунитет. [Яды — это вещества, требующие особых мер предосторожности. Каково же принимать их таким смертельно опасным способом? Даже с учётом эффективности, это чрезмерный риск.] [Всё в порядке.] Я кивнул, отдавая должное беспокойству голема. Он прав: с ядами нужно держать ухо востро. Говорят ведь, что между лекарством и ядом тонкая грань. Даже исцеляющий снадобье препарат, если слегка изменить дозировку или назначение, способно мгновенно отправить человека на тот свет. Вот я и соблюдаю осторожность. [И всё же…] [Я правда принимаю их потому, что всё в порядке.] [После того как я ужасно пострадал от яда Двуглавого Ядовитого Дракона, обычные яды мне теперь хоть бы хны.] Двуглавый Ядовитый Дракон. Пусть тогда из-за нестабильной некромантии его ранг и понизился, жестокость его яда до сих пор заставляла содрогаться. Если бы не возникший тогда эффект, похожий на перерождение плоти и костей… я бы, наверное, и костей своих не собрал, сдохнув на месте. Зато благодаря этому общая устойчивость к ядам взлетела до небес. Нет худа без добра. [……] Голем, собиравшийся высказать очередное опасение, замолк после моей небольшой жалобы. «Хм-ф». Я тихо фыркнул и продолжил разжёвывать пилюлю. . . . Парящий остров был сплошь покрыт магическими узорами. Формулы, которые, вероятнее всего, начертала сама Владычица Башни Знаний, относились к высшей магии — они были настолько сложными и запутанными, что с моим уровнем я едва ли мог их полностью постичь. Однако общее устройство мне удалось разглядеть, благодаря чему я понял, куда они ведут. Большинство заклинательных линий сходились к центру Парящего острова. И все они в итоге тянулись к одному-единственному сооружению. Огромной белой башне. Это была Башня Знаний. [Мы прибыли.] Шедший впереди голем развернулся, отвесил глубокий поклон и отступил в сторону. За его спиной возвышался проём входа, размахом превосходивший самого голема. Оценив пространственные ощущения, исходящие от непроглядно-чёрного зева, я перевёл взгляд и осмотрел башню снаружи. По размерам она почти не уступала Башне Роста. Но вот выглядела совершенно иначе. Если Башня Роста отличалась желтоватым оттенком слоновой кости и видом древнего строения, несущего на себе отпечаток прошедших эпох, то Башня Знаний сияла ослепительной белоснежностью с синеватым отливом. К тому же её поверхность была безупречно гладкой, словно неподвижная гладь воды, а тёмно-синие геометрии линий придавали ей ещё более загадочный вид. «Башня Знаний…» Оказавшись прямо перед ней, я почувствовал, как от волнения выступает холодный пот. Ничего не поделать — сомнения и тревоги всё равно лезли в голову. «Нагонять страх раньше времени бессмысленно». Я резко тряхнул головой, разгоняя дурные мысли. Как ни крути, а войти необходимо. Даже если худшие опасения оправдаются… мне останется лишь преодолеть всё, что бы ни случилось. Если я стану колебаться даже сейчас, находясь в полной безопасности, то и в будущем ничего не сумею добиться. Что бы меня ни ждало, я обязан с этим справиться. С этой решимостью я сделал шаг к входу. А затем шагнул прямо в непроглядную тьму проёма. Сознание погрузилось во мрак. . . «?» Едва сознание, ненадолго потерявшее опору, вернулось на место, моё восприятие распахнулось во все стороны. «Кх…» Оно стремительно расширилось, и в голову нещадно впился колоссальный массив информации. Объём данных был столь огромен, что даже моё привыкшее к боли тело сковала дикая головная боль. Кажется, в прошлый раз в библиотеке поместья мне казалось, будто там собраны все книги мира? Теперь всё иначе. Тогда это было лишь неточным сравнением. Здесь же действительно казалось, будто снесены абсолютно все книги, и этому морю не было конца. Книги заполнили всё. Внутри это место выглядело как самая настоящая башня. Я стоял на первом этаже, а над головой простиралась лишь зияющая высь. Потолок не ощущался вовсе. Словно сломанная карта в игре, башня уходила в бесконечность. И вся внутренняя стена этой бескрайней башни была сплошь уставлена книжными шкафами. А в них плотными рядами стояло несметное множество книг, испещрённых густыми строчками. От лёгких романов и справочников с базовыми сведениями до иллюстрированных альбомов непонятного вида, набросанных от руки записок, дневников и сложных гримуаров с высшими знаниями, разобраться в которых мне было пока не по силам… Запись аномального наблюдения № 1… — Власть — это способность, обладающая особенно тяжёлыми побочными эффектами. Вдруг лба коснулось нечто прохладное. Тонкие пальцы мягко раздвинули волосы и слегка надавили на лоб — и раскалывавшая голову боль мгновенно рассеялась. — Если использовать её с умом, она крайне полезна, однако в нашем мире невозможно всегда поступать разумно. Каждый раз, когда вы обращаетесь к чужим правам, они ложатся на владельца тяжким бременем. «А?» Я широко раскрыл глаза. Головная боль исчезла. Более того, улетучился и яд, циркулировавший в моём теле. Спало напряжение, физически нагружавшее тело ради его развития. Фиолетовый оттенок с кожи сошёл, вернув ей прежнюю белизну. Поглощённый безумным потоком информации, я даже не заметил, как кто-то подошёл. От этого я… даже не испугался, а лишь растерянно захлопал глазами. Я и не заметил, как очутился перед женщиной, сидевшей в кресле. Она была полностью белой. Кожа — гладкая и белая, словно покрытая пудрой, а просторное одеяние — белоснежное, без единого излишнего украшения. Прямые, ровные волосы спускались до самых пышных бёдер. Спадавшие наперёд пряди мягко покоились на пышной груди. Даже её открытые глаза были абсолютно белыми. Она пристально смотрела на меня взором, словно вместившим в себя погребённый под снегом мир. […] Пока я ошеломлённо хлопал глазами, женщина плавно поднялась с кресла. Кресло, такое же изящное, как и она сама, не издало ни единого скрипа. Она встала во весь рост, и на меня упала тень. Осознав, насколько она выше меня, я вздрогнул и отступил на несколько шагов. Женщина, внимательно разглядывавшая меня, мягко прикрыла глаза и чинно сложила руки на животе. — Хоть я и недостойна этого звания, зовусь Владычицей Башни Знаний. Ариэль Сегнис Терновсия приветствует Спасителя. И она глубоко поклонилась, словно перед ней стоял невероятно почитаемый властелин. Её голова склонилась так низко, будто едва не касалась пола, и я снова застыл с полуоткрытым ртом. «?» Я-то готовился к самому худшему. Но настолько изысканный и нижайший приём совершенно сбил меня с толку. Так состоялась моя встреча с Владычицей Башни Знаний. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Освоение] [Задание «Вход в Башню Знаний» выполнено] [Получено большое количество очков] … [Вы встретили «Владычицу Башни Знаний»] [Условия выполнены] … [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Владычица Башни Знаний (?) ●●●○○○○○○○ (30 ▷ 31 / 100) [Сложные чувства] [Смятение] [Сомнение] [Непонимание] [Благодарность] [Обида] [Психопатка?] ---------- Башня Знаний (2) Я лишь хлопал глазами да потирал лоб, но вскоре по приглашению Владычицы Башни Знаний мы сели друг напротив друга за стол. На первом этаже башни не было никакой мебели, кроме стула, на котором она сидела. — Прошу прощения на секунду. Щёлк! Стоило ей щёлкнуть пальцами, как рядом, будто стояли там всегда, возникли стол и стулья. Щёлк! Следом на столе появились изящный кувшин с водой и бокалы. «…Она достала их не из пространственного хранилища?» Внимательно наблюдая за движениями Владычицы Башни, я мысленно ахнул. Она не перенесла готовые вещи из другого места. Тут не было процесса обработки взятых откуда-то материалов. Похоже на магию… но это не фальшивки, которые исчезнут, стоит магии иссякнуть. Это самые настоящие, полноценные предметы. Они были созданы прямо здесь и сейчас. Иными словами, перед моими глазами предстало искусство, пусть и в малом объёме, но близкое к сотворению. — Простите, что принимаю вас в столь скромной обстановке. [Нет, что вы, вовсе нет.] Сотворение. Это чудо, разительно отличающееся от обычного копирования, невольно подавило меня своим величием. Я словно краешком глаза заглянул в бездну её могущества. По какой-то причине меня тревожило и то, что моя Власть работала со сбоями. Смогу ли я сбежать, если потребуется? Оценить шансы не удавалось… Жур-р… Стоило мне опуститься на стул, как кувшин сам собой поднялся в воздух и наполнил бокал водой. Кроме этого, в помещении не раздавалось ни звука. От журчания воды, прорезавшего тишину, у меня постепенно пересохло во рту. Владычица Башни сидела напротив, чинно сложив руки на коленях. Она слегка прикрыла глаза, словно давая мне время справиться с волнением. «Что за?..» Напряжение от этого ничуть не спало. Напротив, странное ощущение нестыковки настойчиво стучало в сознании. Власть наблюдения. Возможно, из-за того, что мы находились внутри башни, управление ею стало странным. С этим ладно, это я могу подстроить. Но вот саму Владычицу Башни нормально наблюдать не получалось. Я вроде бы фокусировался на ней, но информация почему-то утекала, сбрасываясь как ненужный шум. Будто Владычица Башни была лишь обычным фоном, частью природы, и система пролистывала её как нечто несущественное. И пока я пытался впиться в эту странность и сосредоточиться… «!» Владычица Башни внезапно шевельнула рукой, и я вздрогнул. Увидев мою реакцию, Владычица Башни, как раз тянувшаяся к бокалу, тоже вздрогнула. На мгновение повисла неловкая пауза. — Кхм-кхм… Владычица Башни изящно прокашлялась, разгоняя неловкость. Приоткрыв глаза, она сделала небольшой глоток воды. Я следом за ней тоже тихонько сделал глоток. Прохладная вода освежила пересохшее горло, и часть напряжения будто смыло вместе с ней. В этот момент… Владычица Башни Знаний, покосившись куда-то в край своего поля зрения, заговорила: — Башня Знаний накладывает меньше ограничений, чем другие башни. Благодаря этому узы молчания здесь не столь строги, и я могу открыть вам достаточно много. Узы молчания ослаблены. Она может рассказать много фактов. При этих словах мои глаза под прикрытыми веками блеснули от предвкушения. — Но ограничения всё же существуют. Поведать абсолютно всю правду я не в силах, за что и хочу заранее принести Спасителю свои извинения. Задорный блеск в моих глазах тут же угас… Почему-то и сама Владычица Башни, словно считывая моё настроение, едва заметно вжала плечи. … […Могу ли я задать несколько вопросов?] — Да, пока это не нарушает ограничений, я искренне отвечу на всё, что вас интересует. Владычица Башни спокойно кивнула. Вопросы, расспросы… Их было так много, что я даже не знал, с чего начать. Вопросов хватало и из тех, что возникли по дороге сюда, и из тех, что появились уже после прибытия. [Почему вы называете меня Спасителем?] Спаситель. Тот, кто спасает людей из бед и опасностей. [Вы… вы намеренно перенесли меня сюда?] Savior. Английское слово со значением «Спаситель». Название игры, в которую я так любил играть в прежнем мире, с этим самым миром в качестве сеттинга. Белоснежные глаза Владычицы отражали мой застывший облик. Владычица Башни, сидевшая неподвижно, подобно каменной статуе, едва заметно кивнула. — Да, мы намеренно призвали вас, Спаситель, в этот мир. [С какой целью?] — Прежде чем ответить, полагаю, мне стоит объяснить наше положение — так вам будет проще всё понять. Позволите ли вы изложить наши обстоятельства? Я задавал вопрос за вопросом. Но даже на столь колкие расспросы Владычица Башни Знаний отвечала невозмутимо и вежливо. […Да.] [Прошу вас.] — Благодарю за ваше великодушие. Слегка склонив голову, Владычица Башни мельком глянула на Ожерелье Откровения и вновь подняла взгляд. Затем выдохнула, настраиваясь на долгий рассказ. . . . Катаклизм был бедствием и переворотом, о котором в этом мире знал абсолютно каждый. Семьи, возлюбленные, друзья. От неловких родственников, с которыми виделись раз в год, до совершенно незнакомых людей. Бесчисленное множество самых разных людей гибло при самых разных обстоятельствах. Кто-то погибал от лап монстров, превращаясь в чью-то очередную трапезу. Кто-то сгорал в пламени внезапно вырвавшихся из-под контроля подземелий. Кого-то жестоко убивали себе подобные, пользуясь царившим хаосом. Более того, были утеряны неисчислимые реликвии и исторические хроники, замешанные на золоте и крови прежнего человечества. Катаклизм. Наступившая вслед за ним эпоха хаоса стала великим бедствием, не дававшим жившим тогда людям никакой уверенности в завтрашнем дне. — Однако настоящее бедствие тогда даже не началось. Владычица Башни Знаний. Она, отчаянно боровшаяся за жизнь в те времена и продолжавшая свой рассказ, покачала головой. — Я не хочу сказать, будто Катаклизм был пустяком. Из-за него многое исчезло, но и многое появилось вновь. Нынешний мир сотворён из элементов, возникших в процессе Катаклизма, и нельзя отрицать, что это событие не имеет аналогов в истории. Но… Владычица Башни сделала паузу. — …Став Владыками Башен, мы были уверены, что сможем справиться с последствиями Катаклизма. Власти Роста, Пространства, Наблюдения, Гармонии, Знания. Функции башен. А также множество сильных мира сего и фракций, стремительно набиравших силу. Принимая всё это во внимание, они верили, что одолеют Катаклизм. — Поэтому вместо Катаклизма, который так или иначе можно было преодолеть, мы вынуждены были тревожиться из-за надвигавшегося следом, куда более ужасного бедствия. [Куда более ужасного бедствия?] — Вторжения Владыки Башни. Мои плечи дрогнули. Я сжал кулаки. Быстро взглянув на меня, Владычица продолжила: — В тот день, когда каждый из нас взрастил силы и наполнился надеждой наконец управиться с Катаклизмом, Владычица Башни Наблюдения принесла весть, и лицо её было бледнее смерти. Она сообщила, что надвигается сильнейший враг, отбиться от которого нашими силами совершенно невозможно. [Владычица Башни Наблюдения…] — Власть похожа на уникальную способность. Пусть это и внешняя сила, полученная от башни, каждый управляет ею по-своему. Она сосредоточила своё Наблюдение на радиусе охвата и пророчестве. Благодаря этому, объединив усилия с Владыкой Башни Пространства, она смогла заранее узнать о вторжении. Вторжение сил, с которыми их нынешняя мощь не могла совладать. Для них, даже с Катаклизмом ещё толком не справившихся, это будущее казалось беспросветным мраком. — Но мы не могли просто сдать позиции и сложить руки, поэтому изо всех сил пытались найти способ сдержать вторжение. В процессе нам пришлось принять на себя множество ограничений. [Ограничений?..] — Вторжение началось слишком быстро. Ещё до того, как мы стали Владычицами Башен, пока мы барахтались в хаосе Катаклизма, они уже приближались, и мы осознали это слишком поздно. Поэтому, чтобы замедлить их продвижение, мы применили силу, наложив на себя ещё больше ограничений. Нам удалось выиграть время и мы искали выход, однако… Владычица Башни Знаний покачала головой. — Долгое время никакого решения найти не удавалось. Вторгающийся Владыка Башни был слишком силён, а его армия — невероятно могущественна. Даже за то время, что мы выиграли, разница в силах была слишком велика, чтобы подготовить достойный отпор. […Вы ведь все Владыки Башен, неужели разница настолько велика?] — Титул Владыки Башни не определяется исключительно боевой мощью. К слову, Владычица Башни Гармонии, эта глупыш… кхм, простите, её сила на момент вступления в должность Владыки соответствовала лишь уровню средне-высшего героя по современным меркам. [?] В системе рангов Ассоциации «средний» уровень — это своего рода точка отсчёта. Средне-высший — уровень лидера, возглавляющего отряд. Средне-низший — уровень выдающегося участника такой группы. Герой средне-высшего ранга — это уже уровень, обладающий правом командования. [Владычица Башни… средне-высшего ранга?] Честно говоря, в то, что Владычица Башни Гармонии обладала силой всего лишь средне-высшего уровня, верилось с трудом. — Башня — это по сути тот же артефакт. Гораздо более грандиозный и многофункциональный, но… как и артефакты, которые носите вы, Спаситель, она предъявляет требования и при совпадении условий дарует Власть. При этих словах я погладил левую руку. Доказательство Защиты. Условием вроде бы было доброе мировоззрение владельца? До сих пор недоумеваю, как я подошёл, но пока пользуюсь без нареканий. — Если вы не соответствуете условиям, Власть не будет дарована. Вы и сами сталкивались с этим в игре. Даже если покорить неисследованную башню, вроде той, одиннадцатой, не обладая должным талантом и соответствием, стать Владыкой Башни невозможно. Неисследованная башня. Восьмое прохождение не удалось завершить из-за внезапного вмешательства Владыки Башни Лютого Хлада и предательства Пэк Арин. Но на одиннадцатом прохождении я всё-таки поднялся на самую вершину и получил право на желание башни. Благодаря этому желанию я раскрыл ещё больше скрытого потенциала, усилив и без того превосходящие норму физические показатели. — Человек не подошёл под критерии, однако факт остаётся фактом: башня покорена. Поэтому вместо Власти заложенные в ней силы исполняют желание в пределах возможных рамок. [Вот как…] — И, вероятно, то, что Владыка Лютого Хлада помешал вам, было из-за- - - —%#$)*#$)(@ [?] Её речь внезапно оборвалась. Жуткие, сбивчивые звуки было невозможно расшифровать. — На эту часть наложено ограничение… Владычица Башни Знаний слегка нахмурила брови. — Возвращаясь к сути: за оставшееся время мы пытались найти способ предотвратить вторжение. В частности, Владычица Башни Наблюдения изо всех сил прозревала самые разные варианты будущего и готовила решения. И в итоге мы нашли. […Что именно?] Ответ напрашивался сам собой. Но я всё же переспросил на всякий случай. Владычица Башни Знаний на мгновение умолкла. Её белоснежные глаза пристально вглядывались в меня. Сколько бы я ни применял Наблюдение, прочитать мысли в глубине этих загадочных глаз не удавалось. — В одном из регионов мы обнаружили тело Ли Ха Юля. Именно тот ответ, какого я и ожидал. Ли Ха Юль этого мира. Когда моё лицо исказилось от трудноописуемых, сложных чувств… [Что? Тело?..] Я озадаченно наклонил голову, уловив странное слово. Плотское тело. Человеческое тело. Странная формулировка. Если они нашли меня, то так бы и сказали, зачем отдельно называть это «телом»? Увидев недоумение на моём лице, Владычица Башни Знаний понимающе кивнула и добавила: — Если говорить точнее, это было лишь тело, пустая оболочка, лишённая души. [Что?] Я запутался ещё сильнее. Моя голова наклонилась вбок. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Владычица Башни Знаний (?) ●●●○○○○○○○ (31/100) «Сложные чувства», «Замешательство», «Сомнения», «Недопонимание», «Благодарность», «Обида», «Психованная?» ▽Изменения▽ Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●○○○○○○○ (31▷32/100) «Владычица Башни Знаний», «Сложные чувства», «Замешательство», «Сомнения», «Подозрение», «Благодарность», «Психованная?» … … [Владычица Башни Гармонии ошеломлена тем, как та лицемерно скромничает] … … Ли Ха Юль → Владычица Башни Гармонии (?) ●●●○○○○○○○ (30/100) «Средне-высший ранг», «Сложные чувства», «Замешательство», «Сомнения», «Недопонимание», «Благодарность», «Обида» … … [Владычица Башни Гармонии в полном шоке] ◆ ◆ ◆ [[image:/storage/reader-images/7692b07f22c6eb086c2f702415fa86b9f3ac0e95.webp]] ---------- Башня Знаний (3) Дух и плоть часто сравнивают с содержимым и сосудом, вмещающим его. Душа — это истинная суть существа. Тело — всего лишь сосуд, удерживающий её якорь и кукла, позволяющая действовать. Большинство живых существ состоят из духа и тела. Но бывают и исключения. Некромантические духи или призраки, существующие без тела, одной лишь душой. Или же расы вроде духов и фей, чьи тела сотканы из магии. — Если точнее, это тело было не более чем пустой оболочкой, лишённой духа. Однако людям необходимы и дух, и тело. Если ранена душа, страдает и тело. Если умирает тело, исчезает и душа, лишившаяся вместилища. Иными словами, тело без души… это труп, который должен был давно сгнить. — … Раньше от профессора Лианы я слышал: «Ты вообще человек?» А теперь от Владычицы Башни Знаний слышу: «Мы нашли тебя в виде давно умершего трупа»… Чувства на редкость смешанные. Насколько смешанные? На миг моя маска дрогнула, и на лице отразилось замешательство. — …Я вовсе не хотела вас задеть. Лишь констатирую факты… К тому же, это не был труп в полном смысле слова. Заметив выражение моего лица, Владычица Башни Знаний слегка смутилась и поспешно добавила: [Как человеческое тело с пустой душой могло оставаться живым…?] — В том случае ситуация была иной. Дух покинул его, но плоть оставалась живой. Строго говоря, душа существовала… просто в другом мире. [В другом мире?] В мире, «другом» по отношению к этому. Я рефлекторно переспросил, зацепившись за зловещее словосочетание в речи Владычицы Башни Знаний. — Душа этого тела попала… в иной мир. Похожий на наш, но не переживший Великого катаклизма. […Неужели та душа…] Её плавная речь прервалась. Владычица внимательно вгляделась в моё лицо. — …Как вы и думаете. Этой душой были вы, господин Ли Ха Юль. [Что за…] На моём лице помимо воли отобразилось крайнее изумление. [Душа и тело в разных мирах… Что за… Разве такое вообще возможно?] — Мы и сами не смогли установить точную причину. Однако… мы осторожно предполагаем, что дело в конфликте расовых особенностей. [Расовых?] — Спаситель, осознали ли вы свою расовую принадлежность? Раса. При этом слове я невольно сжал губы. […То, что я квази-фея…?] — Если вы ещё не до конца осознали, я бы предпочла пока воздержаться от разъяснений. [Что? На вас наложено какое-то ограничение?] — Отчасти да, но есть и моё личное убеждение. Покачав головой, Владычица Башни Знаний продолжила: — Расовая принадлежность определяет уникальные свойства. К примеру, феи от природы обладают высочайшей сродственностью к магии и стихиям, что считается их расовой особенностью. [Да.] — Вы, Спаситель, всё ещё не осознали свою истинную сущность. Если я принудительно раскрою её вам, это может помешать изменениям, происходящим через осознание. [Хм…] Над моей головой снова закружились знаки вопроса. «Осознание расы? Я ведь уже понял, что я квази-фея? Или я не "квази", а настоящая фея? Есть что-то ещё?» Я пришёл сюда за ответами, но лишь породил новые вопросы. Когда я со смешанными чувствами посмотрел на Владычицу Башни Знаний через «Наблюдение», она виновато опустила голову. «М-да…» На самом деле я не понимаю. Она опускает голову от искреннего раскаяния или просто от того, что не хочет на меня смотреть… Ведь оценка психологического состояния или эмоций через «Наблюдение» — это лишь область гипотез, основанных на анализе. И она вполне может ошибаться. […Что ж, с этим всё понятно.] Чёрт, да ничего мне не понятно. Ограничения, осознание… Как бы то ни было, прояснить всё разом здесь явно не выйдет. — Да, я поняла. Кивнув, Владычица Башни Знаний изящным жестом отпила глоток воды и снова заговорила: — В то время ни у кого из Владычиц башен, включая Владычицу Наблюдения, не было свободного времени. Судя по её объяснениям, найти настоящую душу, которая должна была находиться в теле… то есть меня, оказалось крайне непростой задачей. Приходилось не только устранять последствия Великого катаклизма, но и всеми силами оттягивать вторжение Владыки, готовиться к нему, привыкать к башням… — В таких обстоятельствах проецировать «Наблюдение» в совершенно иной мир ради поиска одной-единственной души — пусть даже этот мир находился близко — было чрезвычайно трудно. Словно предавшись воспоминаниям, Владычица Башни Знаний покачала головой. — В итоге мы прекратили хаотичные наблюдения и отправили в тот мир своего рода терминал. [Терминал?] — …Да. Мы вручили ему измерительный прибор, настроенный исключительно на вашу душу, и отправили терминал на поиски. [Среди тех, кто отправил терминал, была Владычица Башни Роста?] — Владычица Башни Пространства создала временный переход, а терминал отправила только Владычица Башни Роста, выдающаяся в технике воплощения. [Владычица Башни Роста…] Владычица Башни Роста. Портрет, который я увидел через «Наблюдение» в кабинете. Внешность того человека, которого я тогда спас, оттолкнув в сторону. Цветок агапантуса… Игрок, который однажды ни с того ни с сего написал мне в чате… … […Значит, тот терминал всё-таки нашёл меня?] — …Именно так. Мы наконец отыскали вашу душу и искали способ вернуть её в тело. А до тех пор обработали пророческие сведения Владычицы Башни Наблюдения и подали их в форме игры, чтобы опосредованно передать вам знания об этом мире. [Вот как…] — …Если наш подход показался вам неприятным, приношу свои извинения. [Нет, всё в порядке.] Я покачал головой, глядя на Владычицу, которая склонялась так низко, будто собиралась коснуться лбом стола. [Я не в обиде. Просто… на душе как-то сложно и неспокойно.] — Простите нас. [Извиняться правда не за что. Не нужно. К тому же, позже я смогу поговорить об этом с ней лично.] — …Благодарю за вашу милость. [Мы снова отвлеклись. Продолжите?] Приподняв голову, Владычица Башни Знаний кивнула. — Как я и говорила ранее, мы искали вас как способ отразить вторжение и были твёрдо уверены в успехе. [Вы были уверены, что всего лишь один человек сможет остановить его? Что вы во мне увидели?] — Ваш потенциал. [Потенциал?] Всего лишь потенциал? И вы были уверены, что это остановит вторжение, на кону которого стоит судьба всего мира…? — Слово «всего лишь» здесь совершенно не подходит. Я до сих пор помню вскрик Владычицы Башни Наблюдения, когда она узрела ваше тело и осознала всю неизмеримую, колоссальную мощь, скрытую в нём. Говорят, Владычица Башни Наблюдения, буквально плющимая давящей безысходностью, прыгала от радости, сообщив, что нашла выход. — Именно поэтому мы разработали игру так, чтобы игрок мог стать кем угодно. Потенциалу Спасителя нет равных, так что, если пожелаете, вы можете стать кем угодно. [А…] — Этот мир действительно несправедлив. Несправедливый мир. Тихо произнесла Владычица Башни Знаний, на собственном опыте познавшая эту истину за долгие века. — Здесь царит несправедливость, при которой единственная могущественная сущность может с лёгкостью раздавить любое количество тех, кто слабее её. Случаи, когда один монстр высшего ранга уничтожал пару государств, происходят чаще, чем кажется. Маленькие страны гибли с поразительной лёгкостью, а бывшие великие державы, пусть и держались дольше, тоже не становились исключением. — То же самое относится и к Владыке, идущему с вторжением. Они оставались Владыками башен несоизмеримо дольше нас, вторгались во множественные миры и накопили колоссальное могущество. Реальность такова, что силам нескольких менее могущественных существ с этим не совладать. Однако… Взгляд Владычицы Башни Знаний устремился на меня. Её белоснежные глаза, отражавшие мой силуэт, лучились сложными чувствами. — И напротив: если найдётся тот, кто превосходит их силой, и если обеспечить ему надлежащую поддержку, мы вполне сможем отразить нападение. Таков был наш вывод. […Вы посчитали, что я смогу стать сильнее тех Владыка? Лишь взглянув на мой потенциал?] — Да, именно так. [Мне это кажется странным.] [Даже если потенциал есть, раскрыть его — совсем другое дело, не так ли?] — Именно поэтому мы основали Сиёлам. «А?» Учебное заведение, созданное Владычицей Башни Роста. Место, предназначенное исключительно для роста. — Сиёлам — это учреждение, созданное исключительно ради вас, Спаситель. [Ради меня…?] — Для взращивания героев, способных поддержать этот мир. Под этим предлогом каждый год набираются множественные курсанты. Но это лишь побочная цель. Основная же заключается исключительно в вашем росте. Только ради меня… Эти слова прозвучали невероятно далёким эхом. — Сиёлам безопасен. Мы вложили все силы в его защиту, чтобы отразить любые происшествия снаружи и позволить вам сосредоточиться только на росте. Даже если туда вторгнутся воплощение и армия Владыки, он с лёгкостью сдержит их натиск. Хотя у слова «колыбель» есть и переносные значения, изначально это вещь, в которой качают и укладывают младенца. Ребёнок — сокровище, с которым нужно обращаться как с драгоценностью, поэтому колыбель должна быть в абсолютной безопасности. — Кроме того, мы основали Ассоциацию. Организация по поддержанию мира во всём мире, созданная Владычицей Башни Гармонии и Владычицей Башни Пространства. — Под предлогом обеспечения безопасности мира Ассоциация была обустроена так, чтобы самостоятельно устранять угрозы, непосильные для вас в процессе вашего роста. Они связали языки и пространства, чтобы все могли сотрудничать. Ассоциация назначает награду за головы печально известных преступников, выслеживает и уничтожает их. Кроме того, в случае появления монстров высшего ранга она координирует силы соседних фракций для их зачистки и выступает посредником в межфракционных конфликтах, прилагая все усилия для сохранения мира. — Корпус наблюдения и по сей день следит за Демоническими землями, подобными пороховой бочке, а также время от времени выслеживает опаснейшие твари во внутренних землях. Корпус наблюдения, основанный Владычицей Башни Наблюдения. Корпус наблюдения и сегодня отслеживает и прогнозирует прорывы подземелий по всему миру, появление опасных монстров и обстановку в Демонических землях. Благодаря Корпусу наблюдения число жертв, особенно от прорывов подземелий, сократилось в геометрической прогрессии. — Я же, Владычица Башни Знаний, создала этот Парящий остров в небесах над Сиёламом, чтобы со временем раскрыть вам всю правду, помочь в развитии и предотвратить непредвиденные обстоятельства… А также основала Магический совет, дабы распространить магию — эту пока ещё юную и незрелую науку. [Так вот почему Парящий остров и Магический совет… Магический совет?] Заворожённо слушая её объяснения, я неожиданно вздрогнул. Магический совет. Самая авторитетная и могущественная фракция магов в этом мире. Даже я пользуюсь материалами Магического совета, когда хочу изучить магию. Считалось, что основатель Магического совета давным-давно ушёл на покой… — Да. Первый основатель Магического совета — это я. Моё имя и облик были ложными, но я лично руководила его созданием. И сейчас эта самая ушедшая в тень главенствующая личность смиренно склоняет голову передо мной. [Понятно…] Я кивнул с крайне растерянным видом. Голова раскалывается ещё с самого начала. Хотя некоторые вопросы и прояснились, в голове всё равно царит полнейшая путаница. — Всё, что я сказала до сих пор, сводится к одному. В этот момент. Владычица Башни Знаний устремила на меня взгляд. Её белоснежные глаза смотрели на меня с лёгким напряжением и тревогой. — Как видите, мы приняли множество мер ради вас, Спаситель, включая и то, о чём я ещё не успела рассказать. [Да.] [Я глубоко благодарен вам за всё это.] — Поэтому до окончания Сиёлама вам вовсе незачем выходить во внешний мир и подвергать себя опасности. После этих спокойно произнесённых слов моё тело невольно оцепенело. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●○○○○○○○(32/100) [Владычица Башни Знаний] [Замешательство] [Смятение] [Вопросы] [Подозрение] [Благодарность] [Психованная?] ▽Изменения▽ Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●○○○○○○○(32▷33) [Владычица Башни Знаний] [Глава Магического совета] [Замешательство] [Смятение] [Вопросы] [Подозрение] [Благодарность] [Адекватная?] ---------- Башня Знаний (4) — Поэтому до окончания Сиёлама Спасителю нет нужды отправляться во внешний мир и подвергать себя опасности. Знала ли Владычица Башни Знаний, насколько сладостно для меня звучали эти слова? Для человека, который раньше пальцем не шевельнул ради каких-то усилий, безвольного затворника, коротавшего дни в четырёх стенах за играми и видеороликами — это предложение казалось невероятно соблазнительным. Я крепко сжал губы и качнул головой. […Впереди будет ещё немало происшествий. Если я ничего не сделаю, погибнет множество людей.] — Я не стану называть это… неизбежными жертвами. Однако если незрелый Спаситель бросится в опасность и с ним что-то случится, у этого мира просто не останется будущего. Именно ради защиты от подобного и существуют Ассоциация и Корпус наблюдения. [Но ведь я прошёл через всё это не впустую. В Шихаллионе я осознал свою уникальную способность, а в Китае получил Доказательство Защиты.] — Я не отрицаю ваших заслуг, однако вы рано или поздно добились бы этого и в стенах Сиёлама. Что же касается артефактов, то достойные вещи найдутся не только в сокровищницах Сиёлама, но и здесь, в Башне Знаний. [И ещё… не знаю, известно ли вам, но у меня есть проблема с продолжительностью жизни. Если я буду просто сидеть сложа руки, то могу быстро cыграть в ящик…] — Как вы, вероятно, и сами догадываетесь, то проклятие расходует ваше будущее, чтобы удержать вас в настоящем каждый раз, когда жизнь Спасителя оказывается под угрозой. К тому же оно сжигает вашу жизнь и притягивает несчастья, поэтому вам куда выгоднее оставаться в Сиёламе, где проклятие можно сдерживать. При упоминании проклятия моё тело сжалось. Владычица Башни тоже знала о нём. Проклятие ранней смерти. По мере того как я привыкал к Наблюдению и проводил точное внутреннее сканирование, я постепенно разбирался в свойствах проклятия, но… …но о том, что каждый выход во внешний мир сокрушает мою жизнь и притягивает беды, я слышал впервые. Внезапно я ощутил странное противоречие. Ведь они призвали меня в этот мир. Не из какой-то случайной доброй воли, а с вполне определённой целью. И даже отправили мне терминал. И этот терминал, скорее всего… […Разве вы, Владычица Башни, не хотели, чтобы я сражался? Разве не ради этого вы меня сюда призвали?] Пощёлкивая, кулон воспроизвёл мой голос. Из-за тяжело нависших в голосе эмоций я сжал руки на коленях в кулаки. Похожее на маску лицо Владычицы Башни дрогнуло. — …Даже если Спаситель сочтёт мои слова отвратительной софистикой, мне нечего будет возразить. Да, мы — правители, принявшие на себя долг Башен. И мы действительно надеемся, что Спаситель остановит авторов вторжения — Владык Башен. Владычица Башни Знаний склонила голову. — Но мы ни в коем случае не хотим, чтобы ценой этого стала жертва Спасителя. Ваш потенциал превосходит силы трёх Владык Башен, и когда вы достигнете расцвета своего могущества, вы легко сможете отразить это вторжение. Заговорила Владычица Башни Знаний, слегка опустив уголки глаз. Из-за этой мягкой интонации, словно она баюкала и успокаивала ребёнка, соблазн стал ещё сильнее. Владычица Башни сама говорила мне это. Не нужно упрямиться и изо всех сил рваться наружу, подвергая себя опасности. Можно просто спокойно и безопасно расти в колыбели, а в бой вступить лишь тогда, когда всё будет готово. Проглоти эту пилюлю — и вкусишь сладость. [Да… вы правы.] [Если проклятие притягивает беды, мой выход наружу может стать обузой для остальных.] — Я так не считаю. [Даже в Китае… Если бы я не пошёл туда, возможно, Двуглавый ядовитый дракон и не появился бы.] — Это суждение по результату. В деле Двуглавого ядовитого дракона замешана Владычица Башни Некромантии. Вы лишь заранее устранили катастрофу, которая рано или поздно всё равно приняла бы огромные масштабы. […Спасибо за утешение.] На мои самокритичные слова Владычица Башни Знаний возразила без нималейшего колебания, и от этого у меня на губах появилась слабая улыбка. Владычица Башни Знаний внезапно бросила взгляд в угол своего поля зрения и кивнула. Хоть она и казалась человеком сдержанным, чьи эмоции трудно прочесть, в её словах утешения сквозила искренность. [Честно говоря, я жалел о том, что отправился в Шихаллион. Думал: зачем вылез наружу, ничего не получил, только натерпелся страданий, попал в выброс подземелья, из упрямства чуть не погиб…] В Китае я тоже жалел. Казалось, что из-за моего вмешательства Двуглавый ядовитый дракон взбесился, погибли люди, а сам я только калечился. Думал, что я ни на что толком не способен. Сколько раз я раскаивался в Шихаллионе, лёжа в больничной палате? Даже когда я гладил письма, присланные спасёнными мной людьми, оторванная рука отзывалась такой ледяной болью. Я ведь не хотел ни о чём жалеть. И с этой мыслью рвался вперёд. Но всё равно, понимая, насколько это скверные мысли, раз за разом думал: лучше бы я не упрямился, лучше бы сидел ровно… Но… [Тогда там была младшая сестра Элии. Малышка, которая меня утешала. Если бы я туда не пошёл, если бы просто сбежал… сестра Элии погибла бы.] — …Да. [Конечно, Элия, в отличие от меня, очень сильная. Она бы стойко это перенесла и взяла себя в руки… но рана в глубине её сердца осталась бы навсегда. Поэтому тогда я не пожалел.] Какое счастье, что я пошёл туда. Какое облегчение, что не сбежал. Как хорошо, что проявил упрямство… [Если бы я осознал это слишком поздно, увидев Элию, скорбящую о гибели сестры… если бы я жалел о том, что мог бы её спасти, не сбеги я тогда — я бы настолько возненавидел себя, что захотел бы в петлю лезть.] Я не жалел. Я был рад, что Элия не потеряла близкого человека. В тот момент оторванная левая рука больше не болела от холода. Я хочу, чтобы так было и дальше. [Возможно, для Владычицы Башни всё это звучит как глупое упрямство мальчишки… Но я не хочу бежать от того, что мне вполне под силу сделать. чтобы потом не жалеть слишком поздно, я хочу сделать всё, что в моих силах.] С этими словами наступила тишина. В этой беззвучной тишине, где не слышно было даже привычного шума ветра, мне казалось, что я говорил плавно, но в то же время мелькнула мысль: «А не наговорил ли я лишнего, не подумав?» «…Неужели это звучало глупо?» Если вкратце, то выходило, будто я просто заявляю, что мне не нравится колыбель, которую они сотворили с таким трудом, и я собираюсь свалить наружу. Для неё, взвалившей на себя судьбу всего мира, мои слова могли показаться верхом глупости и вызвать только раздражение. Осознав это с опозданием, я осторожно взглянул на неё. — …… Владычица Башни Знаний пристально смотрела на меня. Её белоснежные глаза, в которых ещё недавно бушевали эмоции, теперь снова моргали спокойно. Под этим взглядом я сглотнул слюну, а Владычица Башни медленно закрыла глаза. И затем: — …Что ж, да будет так. [Что?] Она склонила передо мной голову. Никак не ожидал, что она так легко согласится с моими словами. Я озадаченно погладил кулон. […Мне и самому казалось, что это не самое разумное решение…] Честно говоря, конкретного плана у меня пока не было. Я и понятия не имел, что делать с Изнанкой, которая должна была разверзнуться где-то в следующем году. — В конце концов, мы лишь просим Спасителя о помощи, взваливая на вас это бремя. Не справившись с ситуацией своими силами, мы не смеем совершать неблагодарный поступок и навязывать вам свою волю. Владычица Башни Знаний решительно качнула головой. — Мои предыдущие слова были лишь попыткой убедить вас. Если решение Спасителя непоколебимо, я больше не стану настаивать. Однако… Щёлк Владычица Башни Знаний внезапно щёлкнула пальцами. В тот же миг с бесчисленных книжных полок над нашей головой плавно поднялись и спустились вниз несколько книг. — Мы не смеем принуждать вас, но наш долг — стать вашей опорой. Я помогу вам стать сильнее, чтобы, где бы вы ни оказались, вы всегда могли вернуться невредимым. Тук-тук — её изящные пальцы постучали по стопке книг. — Моя специализация — магия. В отличие от Роста, которая специализируется на Магии Слова, но из-за молчания превратилась лишь в недомага, или Гармонии, бывшей средне-высшим вспомогателем мыслеречи, а также Пространства и Наблюдения, скованных тяжёлыми ограничениями, я могу обучить вас магии, которая принесёт вам неоценимую пользу. Стоило ей произнести слово «магия», как на лице Владычицы Башни Знаний проявилась весьма отчётливая уверенность. — Даже затворившись в Башне, я непрестанно совершенствовалась в искусстве магии. Я со всей душой передам вам все знания, накопленные за жизнь. Она с гордостью расправила грудь, подчёркивая свою уверенность. «…А, она правда любит магию». Глядя на неё, я подумал, что она невероятно гордится своими познаниями, но тут же понял: у неё есть на то все основания. Ведь именно она была той самой первой волшебницей, основавшей Магический совет. Если достижения основателя Магического совета на самом деле были заслугами Владычицы Башни Знаний, то такая гордость была вполне обоснованной. […Спасибо, что уступили моему упрямству.] — Как я могу порочить волю Спасителя, называя её упрямством? Я, как та, кто мечтает спастись благодаря вашей доброй воле, сделаю всё возможное. Что же касается остального… Рассказать нужно ещё очень о многом, так что я буду повествовать вам обо всём по ходу обучения магии. [И всё равно спасибо. Это от чистого сердца.] Без шуток, я действительно чувствовал искреннюю благодарность. Честно говоря, во мне всё ещё копошились смутные и обиженные чувства, но я понимал, что они по-своему заботились обо мне. А главное, на них можно было положиться. Предстоящие грядущие катастрофы и происшествия… Давление от мысли, что я обязан всё это остановить, готово было раздавить меня, но осознание того, что Владыки Башен на самом деле помогали мне, значительно облегчило эту тяжесть. [Спасибо.] Улыбка сама собой появилась на моём лице. Напряжение, сковывавшее моё лицо с тех пор, как я прибыл на Парящий остров, постепенно спало. — Кхм, я оказала слишком скудный приём, чтобы заслужить благодарность Спасителя. Владычица Башни Знаний прокашлялась и протянула мне руку, окутанную магией Очищения. Я осторожно сжал её протянутую ладонь. [Владычица Башни… Могу я узнать, как мне к вам обращаться?] — Ах… От моего вопроса Владычица Башни Знаний тихо ахнула, словно совершенно не ожидала ничего подобного. — Как вам будет угодно… Но если вы не против, зовите меня Ариэль. Застыв и невинно моргая, Владычица Башни Знаний неторопливо произнесла это. Наблюдая за её слегка непривычным поведением, я наклонил голову и прикоснулся к кулону. [Да. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне в ближайшее время, Ариэль.] [И меня тоже зовите Ли Ха Юль.] [Слово „Спаситель“ звучит немного смущающе и неловко.] — Хорошо, Ли Ха Юль. Владычица Башни Знаний… Ариэль кивнула. В ответ я тоже решительно кивнул, думая, что вот теперь-то всё начинается по-настоящему. … [А, точно.] [Скажите, когда я переместился в этот мир, то, что на мне оказалось проклятие… это было сделано намеренно?] Дёрг От моего неожиданного вопроса плечи Ариэль сильно вздрогнули. Хоть мы общались совсем недолго, эта реакция была столь несвойственна ей, что выражение моего лица стало странным. — Э-это… мы этого ожидали. [……] — М-можно мне… немного оправдаться? [Да, я внимательно слушаю.] Голос с кулона почему-то стал сухим и холодным. Её тело, только что излучавшее уверенность, мгновенно застыло. И какое-то время продолжались оправдания… то есть объяснения Владычицы Башни Знаний. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●○○○○○ (33 ▷ 51/100) «Владычица Башни Знаний» «Глава Магического совета» «Сложные чувства» «Замешательство» «Вопрос» «Подозрение» «Благодарность» «Нормальная?» … Ли Ха Юль → Владычица Башни Роста (?) ●●●○○○○○○○ (30/100) «Сложные чувства» «Замешательство» «Вопрос» «Некоммуникабельная» «Благодарность» «Обида» ▽Изменения▽ «Слабое чувство предательства?» «Некоммуникабельная» «Сложные чувства» «Замешательство» «Вопрос» «Подозрение» «Благодарность» «Обида» «Неверие» «Недомаг?» … Ли Ха Юль → Владычица Башни Гармонии (?) ●●●○○○○○○○ (30/100) «Средне-высший уровень» «Сложные чувства» «Замешательство» «Вопрос» «Некоммуникабельная» «Благодарность» «Обида» ▽Изменения▽ «Средне-высший уровень» «Вспомогатель» «Сложные чувства» «Замешательство» «Вопрос» «Некоммуникабельная» «Благодарность» «Обида» … [Владычица Башни Роста открывает рот.] [Владычица Башни Гармонии сжимает зубы.] ---------- Склонность к одиночеству (1) Первый этаж Башни Знаний был чрезвычайно просторным. Огромное помещение, где легко поместилось бы несколько футбольных полей, стояло абсолютно пустым, отчего казалось тоскливым и необитаемым. В самом центре стояли стол и стул — за ним обычно сидела госпожа Ариэль. Сейчас рядом появился ещё один стул. Усаживаясь на него, я сидел напротив Владычицы Башни Знаний… госпожи Ариэль, внимая её наставлениям. Одет я был тоже иначе. Учениковскую форму, в которой пришёл изначально, я убрал в пространственный карман, а вместо неё надел белоснежное тканевое одеяние, подготовленное госпожой Ариэль. Присмотревшись, я понял, что оно похоже на её собственный наряд. Оно было длинным, с широкими рукавами, полностью закрывавшими кисти рук, стоит их расправить. Просторный крой отзывался шелестом и взмахами ткани при каждом резком движении. Кому-то такое могло показаться неудобным, но мне приходилось абсолютно по вкусу, так что носил я его с удовольствием. Когда мы сидели друг напротив друга в одинаковых белых одеяниях, казалось, будто нас обоих обсыпали с ног до головы белой мукой. — Есть ли что-то, что вызывает у вас сомнения? Закончив очередную часть объяснений, спросила госпожа Ариэль. […М-м, я не совсем понял момент с преобразованием заклинания.] [Есть ли необходимость связывать прямое вращение с основой? Мне кажется, из-за этого сильно падает мощность.] Есть такое выражение: обучать самому и учить других — абсолютно разные вещи. Первое — это дать понять самому себе, а второе — донести смысл до другого. Конечно, всё индивидуально, но тот, кто отлично учится, далеко не всегда умеет хорошо преподавать. Особенно если то, что ты сам воспринимаешь как данность и легко перескакиваешь, другой человек понять не в силах — именно на этом всё и спотыкается. Владычица Башни Знаний, Ариэль Сегнис Терновсия. Настоящая основательница Магического совета. Героиня, снискавшая легендарную славу как первейший чародей ещё до создания совета. И пусть с тех пор, как она ушла в затворничество, прошло много времени и её слава утихла, она и по сей день остаётся легендой среди магов и великой личностью, чьё имя то и дело встречается на страницах исторических хроник. Каким бы великим магом она ни была, обучение — это совсем иное… — Над этим вопросом я тоже размышляла в прошлом. Пусть это делалось ради стабильности, необходимость идти на компромиссы вызывала у меня недовольство. Сначала я пыталась разветвить структуру, добавив обходное заклинание… …или всё-таки не совсем иное. Словно в точном соответствии с её магическим мастерством, преподавала она невероятно умело. Она указала пальцем на то место, где у меня возникли сомнения, ласково заметив, что сама сталкивалась с тем же, и продолжила объяснение. От вводной части до самого финала каждое слово идеально ложилось в голову. В моментах, требовавших глубокого погружения, она безупречно раскладывала всё по полочкам — от истоков сомнений до раскрытия базовых принципов. Она объясняла всё настолько точно, будто наперёд знала мои мысли, отчего я поневоле задумывался: уж не читает ли она меня насквозь? — В те времена концепции «магии» как таковой ещё не существовало. Не было ни накопленных предками знаний, ни соратников, с кем можно было бы ими поделиться. Поэтому мне приходилось создавать всё с самого нуля и своими руками. Заметив моё замешательство, госпожа Ариэль ответила так, словно в этом не было ничего удивительного. — В процессе я предприняла бесчисленное множество попыток… Почти на любой вопрос я искала ответ лично, проходя через пробные шаги и ошибки. «А…» Уникальная способность, которая просто проявляется сама по себе, и мана, которую человек постигает и использует. В отличие от них, магия — это искусство, структурируемое и проявляемое строго по законам логики и правилам. Разумеется, в то время, когда не было никакой информации, само искусство магии попросту отсутствовало. — Первейшая магия была не созиданием, а подражанием. Госпожа Ариэль подняла руку ладонью кверху. Огонь, рождённый природой. Дождь, гнев небес и вспышки молний. Ветер, точащий скалы. Земля, сотрясающая мир и вздымающаяся кверху… Воплощённые стихийные сферы поднялись над её ладонью, паря, подобно планетам в открытом космосе. — Естественная магия… та, которую сейчас называют стихийной, а также магический разрез, магический снаряд, сотворение оружия — вся магия того времени сводилась к фундаментальным техникам манипуляции, сосредоточенным на чистом выходе, свойствах и контроле маны. Помимо разноцветных стихийных сфер, в воздухе взмыло и несколько сфер чистой маны. Внешне похожие, по ощущениям они обладали совершенно разными свойствами. Одни сферы казались тяжеловесными, другие излучали острую, режущую ауру. — В те дни я тоже жаждала интуитивной и сокрушительной магии, позволяющей легко и просто уничтожать монстров, а не сложных высокоуровневых заклинаний. Да, точно так же, как сейчас вы, Ли Ха Юль. Договорив, госпожа Ариэль развеяла парящие сферы и лёгким движением указательного пальца коснулась своей груди. [«А-а…»] — Магический разрез и магический снаряд. Из базовых манипуляций эти заклинания наиболее доступны, а их убойная сила вполне очевидна. Я и сама часто ими пользовалась. Запустить несколько тысяч таких снарядов наотмашь было весьма эффективно, да и простая базовая структура позволяла легко их модифицировать. [«Да, именно так.] [Соотношение затрат и силы отличное, а сама формула простая, поэтому ими очень удобно вести непрерывный огонь.] [Да и модифицировать их действительно легко…»] — Однако. Внезапно тон госпожи Ариэль стал строгим и непреклонным. Мой кулон, до этого воодушевлённо щёлкавший, моментально замер. Госпожа Ариэль слегка качнула пальцем и пристально посмотрела на меня. — …Я никогда не осмеливалась применять на практике столь крайние и опасные модификации, как вы, Ли Ха Юль. Если точнее, проведя несколько экспериментов, я пришла к выводу, что это непригодные техники, способные погубить своего владельца при малейшей ошибке. [«…Да.»] — Разумеется, степень риска зависит от способностей заклинателя. Врождённый талант Ли Ха Юля несопоставим с моим, поэтому вам под силу с лёгкостью управляться с такой смертоносной магией. Сказав это, госпожа Ариэль на мгновение умолкла. — …Но магические техники, которые вы отрабатываете в последнее время… хотя это даже смущающе называть магией… эта жестокая, уродливая манипуляция маной не поддаётся моему пониманию. «Жестокая и уродливая…» Обозначение было абстрактным, но я сразу понял, о чём идёт речь. Техника, скопированная из пятой жизни. Воплощение магической формулы через каналы маны. — …Произвольно скручивать каналы маны — это уже сумасш… безумно опасное безумие, но использовать это как заклинание? Если разнесёт в клочья кости и плоть — это ещё счастливый исход. Обратный поток маны способен навсегда разрушить каналы и ядро во всём теле. [«Ну, это…»] — В пятой записи наблюдений ваше тело… смогло выдать подобную безумную выходку лишь благодаря тому, что каналы во всём теле были заранее тщательно перестроены с помощью артефакта. И то вам удавалось это едва-едва, на пределе сил. А в конечном счёте контроль был утерян, что привело к самоуничтожению. [«Да-а…»] «Едва-едва, на пределе сил». Из её тихой, наставляющей речи я выхватил слова, произнесённые с особым нажимом, и виновато повесил голову. Вообще-то подобные замечания я слышал с самого первого дня, но сегодня упрёк звучал особенно строго. И причиной тому был я сам. Понурившись, я осторожно погладил правую руку, которая ещё вчера чуть не разлетелась на куски. Взгляд госпожи Ариэль тяжёлым грузом опустился на мою макушку. Этот обеспокоенный взгляд, каким смотрят на нашкодившего ребёнка, заставил меня опустить голову ещё ниже. — …Возможно, мои слова кажутся вам неприятными. И если вы посчитаете эти замечания дерзкими, у меня не найдётся права возразить… [«Нет, я вовсе так не думаю.»] Я отрицательно качнул головой. Отношение к Владыкам Башен у меня до сих пор оставалось смешанным, но я не верил, что эта тревога была фальшивкой. С тех пор как я вошёл в Башню Знаний и начал учиться у госпожи Ариэль, прошло около десяти дней. За это время я узнал предысторию, о которой не услышал в первый день, и исправно постигал магические науки. По сравнению со всей жизнью это крошечный миг. Однако за те дни, что мы провели вместе, я не заметил у госпожи Ариэль ни малейшего намёка на желание использовать меня во зло. …Хотелось бы, чтобы и остальные Владыки Башен оказались такими же. — Что ж, спасибо, что приняли мои слова как заботу. Неожиданно её ладонь мягко коснулась моей щеки и приподняла опущенную голову. — К слову, удалось ли вам поспать прошлой ночью? Вдруг задала вопрос госпожа Ариэль. Её тонкие пальцы бережно провели по моим векам, словно прикасаясь к хрупкому произведению искусства. Я слегка склонил голову набок. [«Нет.»] — А позавчера… Позвольте спросить, спали ли вы вообще хоть раз с тех пор, как вошли в башню? [«Э-э… нет?..»] Мой голос, звучавший до этого беспечно, затих. Взгляд госпожи Ариэль снова превратился во взгляд, обращённый к провинившемуся дитяти. Зажатый за обе щеки, я лишь виновато вращал закрытыми глазами. ◆ ◆ ◆ Внутри башни действуют законы, отличные от внешнего мира. Ярчайший тому пример — концепция пространства. Даже снаружи башня выглядит сооружением невероятных, выходящих за рамки здравого смысла размеров. Однако изнутри, при личном наблюдении, её масштабы превосходили любые представления о «здании». Башня Знаний не была исключением. «Сегодня уже десятый день… Время летит быстро, хотя иногда кажется, что оно тянется…» За прошедшие десять дней я успел неплохо изучить Башню Знаний. Чтобы исследовать её не только Властью наблюдения, но и ощутить собственным чутьём, я обошёл башню пешком. В итоге я понял, что Башня Знаний огромна совсем иначе, чем Башня Роста. Башня Роста разделена на множество ярусов и стен. Там есть гигантские пространства вроде густых доисторических лесов, где кишат монстры, как на первом ярусе. Встречаются и относительно небольшие зоны — вроде унылой пустоши, где я сцепился с воплощением из второго цикла. Все эти пространства обособлены друг от друга, и при исследовании с помощью Власти наблюдения они воспринимались как «отдельные пространственные зоны». Башня Знаний была иной. Она представляла собой единое, колоссальное целое без каких-либо перегородок. Первый этаж был абсолютно пуст. Ничего, кроме стола и стула в центре, где обычно читала госпожа Ариэль. Единственное, что здесь имелось, — длинные коридоры, расходящиеся во все восемь сторон света. По обе стороны коридоров тянулись одинаковые двери. Эти комнаты делились на два основных типа: одни предназначались для жилья, другие служили складами. Здесь не было ни кабинетов, ни читальных залов. Потому что начиная со второго этажа и выше вся башня представляла собой непрерывную библиотеку и читальный зал. У пустого первого этажа отсутствовал потолок. Начиная со второго этажа, открывающегося в бесконечную высь, существовали только книжные шкафы и книги. «М-м…» Внутри Башни Роста усиливается благословение роста. Была ли это изначальная функция или же её отдельно добавила Владычица Башни Роста, я не знал. Однако принцип походил на работу подземелья, которое придаёт сил союзникам и подавляет врагов. В Башне Знаний подобного благословения не водилось. Зато внутри находилось бесчисленное, почти бесконечное множество книг. С двояким чувством я вернул книгу на место и слегка постучал пальцами по обложке. Обычно… подавляющее большинство людей читают книги глазами. Те, у кого проблемы со зрением, распознают шрифт Брайля или слушают аудиозаписи. Я же с помощью Власти наблюдения воспринимал книгу целиком и сразу. Это был невероятно быстрый и эффективный способ по сравнению с чтением глазами, шрифтом Брайля или прослушиванием. Разумеется, считывание и понимание — совершенно разные вещи. Поэтому вместо того чтобы пытаться мгновенно всё осознать, я просто вбивал все данные себе в память, а затем постепенно разбирал и усваивал их. Вот только книги в Башне Знаний не поддавались такому простому считыванию. Со странным чувством я мгновенно вытащил стоявший рядом том. «Глубинная стихийная магия: Магия огня» Обложка выглядела обыкновенно. Скорее современный вид, чем старинный; на ней не видно ни следов времени, ни отпечатков чьих-либо рук. Не то чтобы прямо из типографии, но казалась свежеотпечатанной книгой, к которой ещё никто не прикасался. И на ощупь всё вполне естественно. Погладишь гладкую поверхность, перелистаешь со знакомым шелестом — страницы внутри самые обычные. Но она отличалась. Если настроить Власть наблюдения тоньше, можно было ощутить едва уловимое отличие в её структуре. «Неужели всё это сотворено Властью?..» Эта книга была воплощена Властью знания. Правильнее было бы назвать её сгустком информации и маны. И не только этот том у меня в руках, а вообще все книги, заполнявшие пространство вокруг, были созданы Властью знания. «И их количество продолжает расти прямо сейчас…» Сказал же я, впервые войдя в Башню Знаний, что здесь, кажется, собраны вообще все книги мира. И эти слова отчасти оказались правдой. Собрание Башни Знаний пополнялось без остановки. То ли дело в свойствах самой башни, то ли во Власти, но огромное количество книг, появляющихся во внешнем мире, поступало сюда. «Вот так…» Я положил ладонь на раскрытую страницу и, слегка высвободив ману, направил её внутрь. — З-з-з… Пи-и-и-инг… Вслед за этим в мозг вонзилось чужеродное ощущение, от которого я едва заметно поморщился. В голове всплыли чужие, непривычные воспоминания и картины. Обычный человек от такого дикого чувства наверняка бился бы в судорогах. Но благодаря Власти наблюдения я уже до тошноты привык к поглощению больших объёмов информации. Такой уровень напряжения я мог перенести легко, словно сделать обычный вдох. «Кхм…» Вскоре прилив информации иссяк. Я с неоднозначным выражением лица постучал по обложке. Прямое вливание знаний. Я до сих пор не до конца понимал, как именно устроен этот процесс. Но в любом случае по эффективности передачи информации это неизмеримо превосходило беглое чтение. «Сложно…» Но всё равно сложно. Я почесал затылок и насупился. И дело не столько в том, что я тугодум, сколько в невероятной сложности самой магии. Магия — это наука. Пусть её история короче, чем у других дисциплин, накопленная глубина и познания вовсе не поверхностны. Воздвигнутая на крови, плоти и жертвах, магия — далеко не простая наука. Напротив, по уровню сложности она невероятно запутана. Чем выше уровень магии, тем заметнее эта тенденция, и стоит погрузиться чуть глубже, как начинаются вещи, непостижимые для разума. «Эх…» Конечно, благодаря Родству с маной и Мастеру на все руки, если долго биться, добиться результата можно. Пусть это и звучит как самохвальство, но если вынести за скобки интеллект, то в плане подобных талантов я был действительно хорош. Однако освоить столь колоссальный объём, понять его за мгновение и научиться свободно им пользоваться — вопрос времени. Книги, сотворённые Властью знания, значительно сокращали этот срок, но выкладываться на полную всё равно требовалось от меня самого. Узнав всю правду в Башне Знаний, я почувствовал, как тяжесть на душе сильно уменьшилась. Раньше я притворялся, будто всё в порядке, хотя от давления тело и разум готовы были раздавиться. Но когда я осознал, что Владыки Башен делают всё возможное, чтобы помочь мне, этот гнёт рассеялся. «Нужно стараться ещё сильнее.» Поэтому я закалял свою волю, не позволяя себе расслабляться. Пытаться изо всех сил, когда наступит худший сценарий, будет уже поздно. Действовать нужно прямо сейчас. Пока есть хоть какая-то передышка, нужно выжимать максимум. К тому же время пребывания в Башне Знаний ограничено. И прохлаждаться здесь я себе не позволю. Сон подождёт, пока я не покину Башню Знаний. Месяц? Два? Спать нет никакой необходимости. Я уже давно понял, что моё тело нечеловеческое, а значит, и сон для него не обязателен. Пока держится сознание, я могу бодрствовать сколько угодно. В Сиёламе я засыпал сам собой всякий раз, когда другие сгребали меня в охапку и прижимали к себе, но здесь таких людей нет. «…Скучаю по Ёнхве.» В тот миг, когда я собирался отыскать следующую книгу, в глазах внезапно мелькнула алая книжная обложка. Образ, вызванный этим цветом, заставил меня крепко сжать губы. «…И по Се Юль скучаю. И по наставнице… И по Элии. По всем скучаю.» Всего десять дней. Прошёл столь короткий срок, что его можно сосчитать на пальцах двух рук. Но почему-то глубоко в душе залегла тяжёлая, терзающая тоска. Ведь бывали разлуки и на куда более долгий срок — странно всё это. Я поджал губы и раскрыл книгу. ◆ ◆ ◆ «Когда же он собирается спать…» Владычица Башни Знаний, Ариэль, не могла смотреть на такое поведение Ли Ха Юля с одобрением. Сейчас, когда с момента его входа в башню прошло почти десять дней, взор Ариэль фиксировал крайне необычную ауру, исходившую от Ли Ха Юля. Пусть сейчас, став Владычицей Башни, она и была скована ограничениями, но ещё до этого она являлась героиней, которую называли Первопроходцем. Даже став Владычицей, она ни разу не забросила тренировок. Её собственная сила и статус как «Ариэль Сегнис Терновсия», а не просто как «Владычицы Башни Знаний», невероятно высоки. И когда Ли Ха Юль впервые предстал перед её взором, у неё сложилось о нём множество впечатлений. Кристалл чистоты. Сгусток силы, способный в любой момент раствориться в природе. Существо, несущее на себе проклятия. Дисбаланс, при котором дух и плоть не пребывают в гармонии. И даже став выдающимся воином, он несёт в себе бездонный, кипящий потенциал невиданных масштабов. И ещё… Ребёнок, похожий на щенка, который хоть и проявлял настороженность, но всем сердцем надеялся, что стоящий перед ним человек окажется добрым… Сейчас же его атмосфера заметно изменилась. Кажется, с ним всё в порядке, как вдруг он мрачнеет. Стоит спокойно, но как о чём-то задумается — вокруг него туманом сгущается тёмная аура. То неожиданно понурится, опустив плечи, и обиженно надует губы, словно тоскуя о чём-то. То, обуреваемый дурными мыслями, в мгновение ока исторгает во все стороны кровожадную ауру, готовый всё разнести. Как ни взгляни, он нестабилен и изнуряет себя сверх меры. Хотя она и задала ему вопрос вслух, на самом деле Ариэль с самого первого мгновения его появления в башне знала о каждом его шаге. Ей было известно всё, чем он упрямо занимался эти десять дней, словно капризное дитя. «……» Ариэль опустила взгляд в угол. И бегло осмотрела окно статуса, ставшее доступным для просмотра после того, как Ли Ха Юль вошёл в башню. [Система коррекции игроков: Оценка состояния] ▶ Душевное состояние [Одиночество] [Тоска] [Тревога] [Терзания] [Сомнения] [Отчаянное желание] [Рвение] [Жажда любви] [Страх разлуки] [Жажда сна] [Проклятие одиночества (?)] «Надо же…» Сдержанно изучая графу душевного состояния, Ариэль сдвинула брови, прочитав последнюю строчку. Проклятие одиночества. Одно из двух проклятий, наложенных на Ли Ха Юля теми тварями, вовсю действовало. Проклятие, которое в обычных условиях лишь ограничивало бы его чувства, теперь расшатывало разум Ли Ха Юля, смятенного услышанной правдой. «Ц-ц…» Потенциал — это нераскрытая сила. Живое существо, чем сильнее охвачено отчаянием и стремлением, тем больше потенциала высвобождает, превосходя обычные границы возможностей. Ли Ха Юль не был исключением. Охваченный отчаянным порывом, в моменты крайнего напряжения он взрывал свой небывалый потенциал и стремительно расцветал. «Но…» Однако Ли Ха Юлю нужно иное стремление — иного толка. Он должен жить жизнью человека, а не чудовища. Он должен пребывать в счастье, а не в одиночестве. Нельзя мириться с болью, считая её чем-то привычным. Нельзя подавлять и давить свои чувства, ссылаясь на обстоятельства. И это не просто желание Ариэль и остальных Владычиц Башен. Даже ради эффективности и пользы всё должно быть именно так. Он должен стать не мстителем и не палачом, а спасителем и защитником. «…Если кто-то спросит, вам ли об этом говорить, то да — у нас нет никакого права на такие слова…» Ведь рано или поздно Ли Ха Юлю всё равно суждено было ввергнуть себя в битву, но именно они подтолкнули его к ней прямо сейчас. «Всё-таки нужно уложить его спать.» И всё же оставлять всё в таком виде не годилось. Ариэль твёрдо утвердилась в своём решении и кивнула. Затем её щёки слегка вспыхнули от смущения. Поколебавшись мгновение и поведя пальцами, Ариэль с тихим вздохом приоткрыла ворот своего одеяния. — С-с-с… Одеяние, изначально сшитое так, чтобы его можно было легко распахнуть, поддалось от невесомого движения руки. ---------- Склонность к одиночеству (2) С тех пор как я попал в Башню Знаний, мой распорядок дня превратился в четкую рутину. Около половины дня я проводил с госпожой Ариэль. Я-то думал, что учился прилежно, но с её точки зрения мои базовые знания оставляли желать лучшего, так что она восполняла эти пробелы. Обучала она и тем заклинаниям, к которым я раньше даже прикоснуться не смел — к магии, над которой я раньше бился в одиночку или ломал голову на лекциях, не зная, с какой стороны подступиться. Но под руководством госпожи Ариэль дело пошло легко и быстро, будто корабль под попутным ветром. — База у вас заложена крепкая, поэтому и строить на ней новое даётся легко. На третий день она даже похвалила мою подготовку: — Полагаясь на врождённое сродство, вы могли бы пренебречь основами, но вы заложили действительно прочный фундамент. Превосходно. Вспомнилось, как профессор Лиана обучала меня основам маны и магии. Тогда, не имея ни времени, ни сил, я так поддавался искушению: «Может, пропустить то, что можно понять интуитивно?» Но я пересилил себя и детально, шаг за шагом обо всём разузнал. И это принесло свои плоды. Благодаря этому мне не пришлось возвращаться к самому началу и тратить время на повторение баз. Время пребывания в Башне Знаний и без того было ограничено, так что возможность сэкономить его заставила меня просиять. [Хе-хе…] К тому же приятно было чувствовать, как она снова гладит меня по голове. Особенно после нескольких дней одиночества это прикосновение доставляло невероятное удовольствие. Так я и проводил половину суток — около двенадцати часов — подле госпожи Ариэль. Мы сидели друг напротив друга или бок о бок за столом на первом этаже и учились. Мы отправлялись в тренировочный зал, где я демонстрировал магию перед госпожой Ариэль, а она с помощью восприятия энергией следила за моими действиями. В результате моё мастерство в магии росло настолько стремительно, что даже слова «стремительный прогресс» казались слишком бледными. Уровень моих сил возрастал на глазах день за днём, и с моих губ не сходила счастливая улыбка. Впрочем, если вспомнить, кто именно меня учил, это было вполне естественным. Сама Владычица Башни Знаний отдавала мне половину своего дня и наставляла со всем усердием и искренностью. Даже из откровенного бездаря её личные уроки выбили бы заметный результат. Если бы я, не обделённый талантом, не показывал яркого прогресса, это означало бы только одно: проблемы с моим отношением к делу, и тогда мне следовало бы биться головой о пол до смерти. А оставшуюся половину дня я тренировался в одиночестве. Вторую половину суток госпожа Ариэль сидела за столом на первом этаже, молча зажмурив глаза. Причину она не объясняла, но каждый раз, когда она погружалась в это состояние, воздушные потоки в башне менялись — по-видимому, она управляла делами башни. В это время госпожа Ариэль хотела, чтобы я немного отдыхал и повторял пройденное. Поэтому я тратил часы на повторение. . . . Когда очередное занятие завершилось, я послушно уселся рядом с госпожой Ариэль и принялся мысленно повторять усвоенное за день. Уроки её были настолько хороши, что понимать материал было легко, однако назвать это полным усвоением пока было нельзя. Посему час или два я снова и снова прокручивал в голове её объяснения, адаптируя их под себя. Стоило почувствовать, что материал более-менее уложился, я поднимался на верхние этажи и жадно погружался в книги. В Башне Знаний книги были повсюду. Книг, сотворённых её авторитетом, хватало в любых жанрах, но особенно многообразными и многочисленными были гримуары и труды по магии. От самых азов, которые мне читать уже не требовалось, до сложнейших фолиантов, расшифровать которые моему нынешнему уровню было не под силу. Материалов, которые во внешнем мире достать почти невозможно, здесь было хоть пруд пруди. Откровенно говоря, даже без наставлений госпожи Ариэль, просто просидев тут запершись целый месяц, можно было бы выйти отсюда с весьма солидными достижениями. «Медленно…» Единственной досадой была скорость. Это были не обычные книги, а сгустки информации, сотворённые авторитетом, поэтому с помощью простого наблюдения их нельзя было быстро просмотреть и сохранить. Будь это обычные книги, я бы мгновенно зафиксировал их наблюдением и принялся за многократное повторение. Приходилось вытаскивать книги одна за другой и раскрывать их. Лишь тогда страницы начинали поддаваться чтению — я пробегал по ним наблюдением и сохранял в памяти. Внимательно прочитав фолиант один раз, я вливал ману и впитывал его как чистые данные. Затем сравнивал то, что прочёл сам, с тем, что усвоил через ману. Расхождения возникали неизбежно. Будь то моя правота или точность данных книги, я сопоставлял и анализировал каждую деталь. Повторив этот процесс четыре-пять раз, я брался за следующую книгу. На это уходило немало времени. Впрочем, так и должно быть. Напротив, учитывая совмещение наблюдения и впитывания информации, скорость была невероятно высокой. Однако для меня, привыкшего в Сиёламе читать книги с помощью наблюдения даже во сне, такой темп казался невыносимо медленным. И всё же, желая сохранить хотя бы подобие человеческих привычек, я перелистывал страницы вручную. Но читая с обычной человеческой скоростью, я ощущал почти физический зуд от досады. — Даже с учётом бонуса к росту ваша скорость развития поражает. С тех пор как я очутился в Башне Знаний, темп моего развития был настолько высок, что удивлял даже скупую на эмоции госпожу Ариэль. Одной из причин было то, что путь, которым я шёл, оказался похож на путь, некогда пройденный самой госпожой Ариэль. Суть магии проста: придать мане форму заклинания и выплеснуть это в виде физического явления. А вот то, как именно строится заклинание, зависит от самого чародея. Конечно, есть каноничные формулы, занесённые в архивы Магического совета — эдакий общепринятый стандарт... Но в малом масштабе каждый маг немного подстраивает их под себя. А в масштабе целых кланов и фракций заклинания и вовсе переписываются с нуля, превращаясь в уникальные школы. Иными словами, если погрузиться в магию достаточно глубоко, на ней неизбежно отпечатаются личные черты заклинателя. Если взять в пример меня, то я делал упор на чистоту маны, чтобы интуитивно повышать урон и мощь заклинаний. Из-за этого, вопреки интуитивному результату, само заклинание становилось неизмеримо сложнее. Нагрузка на заклинателя и риск выхода из-под контроля возрастали вдвое... но, поскольку я способен этим манипулировать, проблем не возникало. Подобная магия — интуитивная, сильная, отдающая предпочтение убойной силе в бою, — была до боли знакома госпоже Ариэль, в своё время скитавшейся по миру в эпоху хаоса. Благодаря этому я смог эффективно перенять у госпожи Ариэль ответы на множество вопросов, на поиск которых у меня ушли бы годы проб и ошибок. Я не мог не восхищаться колоссальным объёмом её познаний, копившихся более века — они были на совершенно ином уровне по сравнению с моими жалкими познаниями, не насчитывавшими и года. Я снова осознал, что стоящее предо мной существо — великая личность прошлого, сыгравшая важнейшую роль в истории. Почему-то при этих моих мыслях на лице госпожи Ариэль мельком отразилась досада... Как бы то ни было, в прошлом госпожа Ариэль стремилась к тому же, что и я, так что наши пути во многом пересекались. — Загадывать не стоит, но, возможно, до истечения отведенного времени я успею передать вам моё Персональное заклинание. Персональное заклинание. Подобно тому, как некоторые боевые искусства обретают уникальность и превращаются в уникальные и расширенные способности, магия тоже может признаваться уникальной и переходить в разряд уникальных способностей. Среди магов существует традиция называть тех, кто достиг такой уникальности, не просто магами, а «чародеями». Это почётный титул, прославляющий тех, кто не слепо идёт по чужим стопам, а прокладывает собственный уникальный путь... Как бы то ни было, слов госпожи Ариэль хватило с лихвой, чтобы разжечь во мне невероятный азарт. Персональное заклинание самой Владычицы Башни Знаний! Особенно после того, как она продемонстрировала его прямо у меня перед носом, во мне загорелось страстное желание овладеть им во что бы то ни стало. Поэтому я обязан приложить все силы. Да и сама госпожа Ариэль не была уверена, успею ли я освоить его до ухода. Если из-за собственной нехватки стараний я не смогу овладеть им, и это потом приведёт к роковой ошибке... я никогда себе этого не прощу. Поэтому я старался изо всех сил... но, честно говоря, всё равно оставался недоволен собой. Казалось, будто мои здоровые конечности связаны, до того было душно и тяжело. Вполне естественно, что тратить время на сон казалось глупостью. Стоит мне покинуть это место, и неизвестно, смогу ли я вернуться сюда снова. И разбазаривать драгоценные часы на какой-то там сон, без которого вполне можно обойтись? Поэтому я вовсе отказался от сна и посвятил всё освободившееся время чтению. Свободного времени стало больше, и на душе чуточку отлегло. Вкусовых рецепторов у меня всё равно не было, так что тратить время на еду тоже не требовалось. Я просто доставал из пространственного хранилища протеиновый батончик, за десять секунд пережёвывал его и снова принимался за книги. Отрезая всё лишнее и полностью отдаваясь тренировкам, я чувствовал, как меня охватывает странное ощущение невесомости. Погружение, что ли. Сознание будто сжималось, фокусируясь в одну-единственную точку. На самом деле, отсекая всё остальное и уходя с головой в работу, я, возможно, пытался утихомирить одиночество и спешку, что непрестанно давили на сердце. Я ругал себя за слабость — ведь прошло не так уж много времени, а я уже тоскую, — но, видя, как даже Гэпхва сжалось и поникло, точно вымокший под дождём щенок, отрицать эти чувства было невозможно. «К тому же, если я усну, мне наверняка приснится кошмар». Кошмары. Раньше они снились мне почти каждую ночь, но в последнее время я с ними практически не сталкивался. Но в самый первый день в Башне Знаний, едва присев на кровать, я всё понял. Ах, если я сейчас засну, то обязательно увижу кошмар. Интуиция или просто паранойя. Но дурное предчувствие, волной пробежавшее от мягкого матраса до самого затылка, было до ужаса реальным. Я не хотел видеть кошмары. Хлоп. Передача информации завершилась. Прикрыв на мгновение глаза, чтобы проверить усвоенное, я вернул книгу на место. Затем вытер кровь, струившуюся из носа по губе, и спустился в тренировочный зал. . . . Когда я решал, что теории достаточно, то спускался в зал и экспериментировал с заклинаниями до тех пор, пока не истощал всю ману в теле. Грохот! В тренировочном зале можно было свободно призывать и использовать фамильяров для магов... Големов, которых на Парящем острове пруд пруди. Расставив их словно мишени и апробируя разнообразные заклинания, я быстро опустошал свои запасы. Правда, поскольку маны у меня было невероятно много, на полное её истощение уходило немало времени. Выплеснув очередную лавину заклинаний, я тяжело выдохнул и пошевелил пальцами. Непрерывно работающие каналы маны стонали от усталости, а в опустевшем ядре ощущалась скребущая пустота. Конечно, я мог бы запросто восстановить её поглощением маны, но сдерживал себя, чтобы развивать естественные способности к восстановлению. Будь моя воля, я поочерёдно опробовал бы и техники пятого цикла... но после того как госпожа Ариэль с упрёком и тревогой сделала мне замечание, я сцепил зубы и терпел. В конце концов, доводить их до совершенства прямо сейчас вовсе не обязательно. Достаточно развить Манипуляцию маной, а уже потом взяться за них. Потрясши гудящими руками, я уселся прямо на изрытый заклинаниями пол и погрузился в тихую медитацию. Тело моё не нуждалось во сне, однако разум оставался всё таким же смертным и уязвимым, моля о передышке. Но смывать накопившуюся усталость смутным сном с рисками увидеть кошмары я не хотел, предпочитая перебиваться медитацией и повторением материала. — Проклятий, наложенных на господина Ли Ха Юля, всего три. Два из них наложили те, кто совершил вторжение. А... третье — это проклятие, с которым господин Ли Ха Юль родился. По идее, медитация должна успокаивать мысли и приносить покой. Но то ли из-за моей неопытности, то и дело в голову лезли разрозненные воспоминания. А за ними тянулся шлейф новых тревожных мыслей. Я нахмурился, чувствуя, как эти непрошеные думы смущают разум. Вытерев надгубную ложбинку, я снова попытался сосредоточиться. «А?» Я честно пытался успокоиться. И хотел погрузиться в привычную медитацию, но моё восприятие уловило нечто необычное. Тук... тук... Вскорости до ушей донеслись шаги. Неспешная, лёгкая поступь медленно приближалась. В Башне Знаний иногда прохаживались големы, но издавать столь невесомые звуки они не могли. [Госпожа Ариэль?] Дверь в тренировочный зал отворилась, и вошла госпожа Ариэль. Её белоснежные глаза пристально уставились на меня. «??» В голове возникла вереница вопросительных знаков. Оставим тот факт, что сейчас она должна была заниматься управлением башней. Но почему-то её одежда была слегка растрёпана. Вырез на груди, который обычно был плотно закрыт, сейчас оказался глубоко распахнут. Из-за чего смущающая часть тела предстала во всей своей обнажённой красоте. Она что, так сильно ворочалась? «...Она так долго жила одна, что, возможно, просто не обращает внимания на подобные вещи». Вполне логичная мысль. Чтобы смущаться соблазнительных мест, нужен хотя бы кто-то, кто на них смотрит. А она ведь целые века провела в полном одиночестве. Наверняка стала совершенно равнодушна к таким мелочам. [Эм...] Но теперь-то здесь находился я, так что оставлять всё как есть казалось неловким. И только я собрался намекнуть, что у неё распахнулось платье, — Прошу меня простить, — произнесла госпожа Ариэль. С этими словами она подошла ближе и вдруг, протянув руки, легко подхватила меня на руки. [А?] От неожиданного чувства невесомости я лишь хлопал глазами. Центр первого этажа. Госпожа Ариэль опустилась в своё привычное кресло и усадила меня к себе на бёдра. [Ик?!] Я вздрогнул, почувствовав, как моё тело вжалось в её мягкую плоть. Нежная, пышная грудь коснулась моего лица. [По-подождите!] От такой неожиданности я задёргался. Но все мои попытки вырваться пресеклись ласковым объятием: она крепко обняла меня за поясницу и мягко прижала мою голову. — Я знаю, что отдых для каждого выглядит по-своему, но мне кажется, что вы, господин Ли Ха Юль, сейчас не отдыхаете вовсе. Распахнутая ткань открывала ложбинку пышной груди, которая уютно окутала моё лицо. От забытого за эти десять дней тепла и нежного прикосновения всё моё тело дрогнуло. Застывшее от неожиданности тело постепенно обмякло, тая в мягких, убаюкивающих объятиях. — Настоящая тренировка всегда должна сопровождаться покоем тела и духа. Я бы не стала рекомендовать слепо истязать себя. Глядя, как я постепенно замираю у неё в руках, госпожа Ариэль бережно положила ладонь мне на голову и ласково погладила. Рука, касавшаяся волос, плавно соскользнула к лицу. — ...Проявление. Её изящный палец погладил меня по переносице. И стоит госпоже Ариэль прошептать эти напитанные маной слова, как таинственная энергия, поднявшаяся из недр башни, окутала моё тело. «А?» По телу мгновенно разлилось тепло. Возникло ощущение, будто душевная пустота заполняется, и разум воспарил. ...Шмыг-шмыг? В то же мгновение я невольно повёл носом. Сухая и онемевшая носовая полость уловила слабые, тонкие запахи, отчего я снова вздрогнул. Запах старых книг, который я до этого лишь представлял себе, и аромат свежих страниц. Прохладный, свежий запах, присущий тёмным залам. Смешанный аромат чернил и ярких красителей. И поверх всех этих едва различимых ароматов, глуша их без остатка, прямо у самого носа поднялся сладковатый, густой, манящий запах... — Пожалуйста, уступите моему упрямству хотя бы в этот раз. Насладитесь сном в моих объятиях хоть ненадолго. Рука, гладившая переносицу, опустилась на затылок. — Пусть я немощна и не заслуживаю доверия, но сейчас дерзну пообещать вам абсолютную защиту. Никто в этом мире не осмелится угрожать господину Ли Ха Юлю, пока он находится в моих объятиях. Её ладонь прижала мою голову к её груди, но я и сам опередил её движением — уткнулся носом глубоко между пышных полушарий. Я обнял её за тонкую талию обеими руками и ещё сильнее зарылся лицом в мягкую, роскошную грудь. — Ах... Хф-ф... Я жадно вдохнул, и ещё более густой, сладостный молочный аромат заполнил нос. Вдох... ещё вдох... Я совершенно не понимал, что происходит. Однако я чувствовал, как моё натянутое, словно струна, сознание пьянеет и растворяется в этом густом молочном аромате. Поглаживания успокаивали уставшее тело, а шелестящий над головой голос дарил неведомое чувство покоя и абсолютной надёжности. Одиночество и тяжесть, что так долго давили на сердце, мгновенно сжались и исчезли. На их место пришли сладкий аромат, ласковое тепло и нежное прикосновение. От этих искренних чувств моё сердце окончательно оттаяло. «Хочу спать...» Сознание медленно уходило на дно. Обычно я сопротивлялся этому, но сейчас не стал. Поддавшись непреодолимой тяге ко сну, я лишь глубже зарылся в объятия госпожи Ариэль. И пока её руки ласково баюкали меня, одобряя это движение, я позволил сознанию окончательно угаснуть. Никаких кошмаров не было. ◆ ◆ ◆ [«Владычица Башни Знаний» вмешивается] […@#@$] [«Проклятие одиночества» ослабляется с выполнением условий (Ариэль Сегнис Терновсия, обоняние, временно)] … [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●○○○○○ (51/100) «Владычица Башни Знаний», «Глава Магического совета», «Сложность», «Замешательство», «Сомнения», «Подозрение», «Благодарность», «Обычный человек?» ▽Изменение▽ Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●●●○○○ (51▷70/100) «Владычица Башни Знаний», «Глава Магического совета», «Мо...локо?», «Сложность», «Замешательство», «Сомнения», «Надёжность», «Благодарность» ---------- Склонность к одиночеству (3) Вопреки всему своему упрямству, когда он твердил, что ему жаль тратить время и лучше уж потратить его на тренировки… Едва оказавшись у неё в объятиях, Ли Ха Юль тут же умчался в царство снов. Если точнее, стоило ей лишь ненадолго открыть ему доступ к своему запаху, как он без памяти уткнулся носом ей в грудь и заснул так крепко, что его можно было хоть на руках унести — он бы ничего не заметил. — … Она знала, что эффект будет сильным, но, видя это наяву, испытывала смешанные чувства: это казалось невероятно нелепым, но в то же время милым. Ариэль со странным выражением лица погладила Ли Ха Юля по спине, а затем качнула пальцем. Тут же спинка, подпиравшая её спину, плавно откинулась назад. Она опускала её осторожно, чтобы Ли Ха Юлю было удобнее и чтобы он ненароком не проснулся. Когда спинка опустилась, Ли Ха Юль не просто всем весом прижался к Ариэль, а буквально навалился на неё сверху. [М-м-м?..] От смены позы он ненадолго закопошился, но это длилось лишь мгновение. Напротив, ощутив, насколько так удобнее, Ли Ха Юль сонно пошевелил губами и зарылся ещё глубже к ней в объятия. Затем, потёршись головой, он глубоко вдохнул. — Шмыг-шмыг… — М-м… Ариэль, замершая со странным выражением лица, вздрогнула плечами от дыхания, лёгкими толчками касавшегося самой ложбинки её груди. Во всех отношениях это было непривычное и странное ощущение. Дрожала ли Ариэль от столь странного ощущения или нет, Ли Ха Юль лишь крепче уткнулся лицом ей в грудь, продолжая ластиться. Обхватив Ариэль обеими руками, он слегка покачивался каждый раз, когда её рука замирала, снова выпрашивая ласку. Больше всего он ластился к ней, уткнувшись носом в её грудь и жадно вдыхая запах кожи. Неужели человеческий запах был ему настолько приятен? Он с такой силой вжимался лицом в её тело, что становилось тревожно, как бы он не задохнулся. Стоило ей из опасения, что он задохнётся, слегка приподнять его голову, как он начинал отчаянно мотать головой и капризно скулить. В итоге Ариэль ничего не оставалось, кроме как уступить и прижать Ли Ха Юля к себе. [Пахнет хорошо…] — Кхм, кхм… [Молочко…] «…Я ведь не корова, и молока у меня нет…» Кулон с щёлканьем озвучил часть его сокровенных мыслей. Ариэль тихо покашляла и с осторожной нежностью погладила его по голове, а затем слегка похлопала по спине. Первые в их жизни объятия. Для первых объятий поведение было слишком интимным, он буквально лип к ней. Но Ариэль не находила в этом ничего странного. В этот момент Ариэль перевела взгляд на окно статуса, возникшее в крае её зрения. В углу её взора висело небольшое ярко-синее голографическое окно. [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●●●○○○ (51 ▷ 70/100) «Владычица Башни Знаний» «Глава Магического совета» «Моло... ко?» «Замешательство» «Смятение» «Сомнение» «Подозрение» «Благодарность» Уровень симпатии подскочил сразу на 20 пунктов, достигнув 70. Он взлетел столь невероятно лишь из-за того, что она обняла его и позволила прижаться к себе. …К тому же исчезли и позорное клеймо «Псих», и полная сомнений пометка «Адекватный?». «Фу-ух…» Симпатия, подскочившая так легко и стремительно, навела Ариэль на сложные мысли. Она понимала, что Ли Ха Юль невероятно зависим от ласки и внимания, но, испытав это на себе, ощутила совсем иное. Чтобы симпатия так выросла, хватило всего лишь обнять его и позволить — пусть и прибегнув к хитрой уловке — вдохнуть запах её кожи… «……» …Это лишь означало, насколько сильно он жаждал тепла. Врождённая натура и глубокая эмоциональная депривация, запечатлённая на всём его жизненном пути. Бесцветный, лишённый чувств мир из-за ограничений проклятия и страх перед возможной гибелью в будущем — в таких условиях душевное тепло было для него слаще всего на свете. «Ха-а…» И она, вместе с другими владыками башен, подталкивала к битве ребёнка, который просто жаждал тепла. При этой внезапной мысли лицо Ариэль омрачилось. Оправданий можно найти множество. Даже если бы они не призвали его сюда, Ли Ха Юлю всё равно пришлось бы рано или поздно вступить в бой. Вторгшиеся владыки башен уже уничтожили бесчисленное множество миров, и на этом они не остановятся. Если падёт этот мир, следующей вероятной целью станет родное измерение Ли Ха Юля, находящееся относительно близко. И если бы он начал сражаться только тогда… Оставаясь бестелесной душой, без времени и ресурсов для роста, без чьей-либо поддержки за спиной, принимая на себя всю тяжесть их проклятия, без полномочий, располагая лишь силами мира, где нет ни магии, ни уникальных способностей… Ему пришлось бы сражаться в куда более ужасных условиях. …Однако даже эти оправдания не могли заглушить чувство вины. Сколько бы доводов она ни находила, суть оставалась прежней: именно из-за собственной беспомощности Ариэль толкает этого ребёнка на войну. Ли Ха Юль при их первой встрече явно проявлял настороженность, но в то же время всем своим видом будто молил, чтобы она оказалась хорошим человеком. И то, как в эту самую минуту он прижимался к ней, ластясь с таким видом, словно был счастливее всех на свете, вновь и вновь кололо её совесть. — Ха-а… Владыка башни — это правитель, получающий от башни обязанности и вместе с тем наделённый правом их исполнять. Политику порой приходится смотреть на людей не как на личности, а как на выгоду и сухие цифры. Но сделать это было не так-то просто. Она не была создана для роли правителя. Ариэль сбилась со счёта своим вздохам, тяжело вздохнула ещё раз и крепче прижала Ли Ха Юля к себе. В конечном счёте, пройдя замкнутый круг мысли, Ариэль понимала: единственное, что она может для него сделать — это обучить магии, давать полезные артефакты… …да вот так уступать ему и прижимать к себе, давая возможность спокойно отдохнуть. . . . Привычки Ли Ха Юля во сне нельзя было назвать совсем уж невыносимыми. Он лишь сквозь сон с силой зарывался в её объятия, уткнувшись носом, и жадно вдыхал запах кожи. Поэтому Ариэль лишь периодически вздрагивала да успокаивала и баюкала ластившегося к ней Ли Ха Юля. Несмотря на упрямые заявления, будто сон ему не нужен, Ли Ха Юль легко уснул и проснулся только после восьми часов беспробудного сна. [Ы-ы-э-э-э-э…] Раздавшаяся из кулона трель капризного стона донеслась до её ушей. Почувствовав первые признаки его пробуждения, Ариэль открыла глаза. Удобнее перехватив сонного, слегка капризничающего Ли Ха Юля, она начала тихонько поглаживать его по спине. [Хорошо] [Хорошо?] [Погладь… ещё погладь…] Хотя сознание уже вернулось к нему, отяжелевший от сна Ли Ха Юль всё ещё продолжал ластиться. Он заёрзал от её ласковых прикосновений, уткнулся лицом Ариэль в грудь и потёрся о неё. Сон вообще одолевал Ли Ха Юля без труда, да и по утрам он был совсем беспомощен. Особенно если засыпал, сполна насладившись чужим теплом и запахом, — в такие дни он становился до крайности уязвим и беззащитен. Из-за этой его особенности те, кому приходилось делить с ним постель, обычно просыпались раньше Ли Ха Юля, чтобы насладиться зрелищем того, как он сонный капризничает. […Госпожа Ариэль?] — Да, вы проснулись? Ли Ха Юль окончательно пришёл в себя лишь спустя с лишним десять минут таких капризов. Послушно лежа в её объятиях, пока она поглаживала его по спине, он медленно поднял голову и открыл глаза. Едва видневшиеся серые зрачки замигали. В этих противоречивых глазах, где, казалось, слились воедино зловещее и святое, всё ещё не было фокуса. — Шмыг-шмыг… Немного похлопав ресницами, Ли Ха Юль вновь опустил голову и уткнулся лицом в грудь Ариэль. Погрузившись носом в её ложбинку и несколько раз принюхавшись, словно проверяя что-то, он озадаченно наклонил голову. […Запаха нет] На его лице появилось недоумённое выражение. Только тогда Ариэль поняла, что её небольшая хитрость, применённая к Ли Ха Юлю, развеялась. [Мы что… не целовались?..] От этого наивного вопроса и чуть склонённой головы Ли Ха Юля плечи Ариэль дрогнули. Ведь с точки зрения Ли Ха Юля, у которого внезапно «прорезалось» обоняние, было вполне естественно подумать, будто Ариэль украла у него поцелуй, пока он спал. Ариэль поспешно заотрицала, качая головой: — Нет-нет, что вы! Я лишь ненадолго ослабила проклятие с помощью своей силы. [А-а...] Получив столь быстрое объяснение, Ли Ха Юль не стал сомневаться и понимающе кивнул. Однако сразу после этого он досадливо поджал губы и крепко обнял Ариэль за талию. [Хочу ещё понюхать...] — Кх… Ариэль вздрогнула. Его глаза снова закрылись, но она прекрасно чувствовала исходящее от него желание. Вообще-то даже условное ослабление проклятия — задача крайне сложная. Но в стенах Башни Знаний это сделать относительно легко. А значит, подарить Ли Ха Юлю свои объятия для неё не составляло труда. — В следующий раз… когда снова будете укладываться спать, я опять ослаблю его. Однако если поддаться и снова дать ему прижаться к груди прямо сейчас, он вполне может заявить, что набрался сил, и вовсе отказаться от сна позже. Ариэль разработала план: использовать запах своего тела как приманку для укладывания его спать. Конечно, если Ли Ха Юль всё бросит и затребует обнимашек прямо сейчас, ей ничего не останется, кроме как уступить ему… [Ла-адно…] К счастью, Ли Ха Юль хоть и огорчился, но кротко кивнул. Миссия по укладыванию капризного дитя прошла успешно. . . . В доказательство стремительно взлетевшей симпатии дистанция между Ли Ха Юлем и Ариэль сократилась весьма ощутимо. [Госпожа Ариэль.] [А можно мне погладить головку?] …Нет, «сократилась» — мягко сказано, он буквально лип к ней. Занятие по магии началось только после того, как с Ли Ха Юля окончательно слетел последний сон. По-хорошему, Ли Ха Юль должен был сесть напротив Ариэль за стол. Однако сейчас он восседал прямо у неё на бёдрах. Такая поза установилась по настоянию самого Ли Ха Юля, категорически отказавшегося покидать её объятия. «……» Хотя столь близкая дистанция и смущала Ариэль, внешне она сохраняла невозмутимый вид, будто ей всё равно, и спокойно вела урок. И пусть она периодически вдрагивала от щекотки каждый раз, когда Ли Ха Юль заново устраивался поудобнее, учебе это ничуть не мешало. Когда же занятие подошло к концу, Ариэль откинулась на спинку кресла, чтобы приступить к управлению Башней. Хоть обучать Ли Ха Юля магии она начала совсем недавно, эта обязанность давно стала для неё привычкой. Ощущая от процесса тихое умиротворение, Ариэль прикрыла глаза. А спустя какое-то время приоткрыла один глаз. Взору открылись белоснежные волосы. В самом виде не было ничего странного — волосы самой Ариэль тоже были белыми. Однако ощущение у себя на груди казалось совсем непривычным. Ли Ха Юль всё так же оставался у неё на руках. Он прилег головой ей на грудь и внимательно изучал книгу. Будь это вчера, Ли Ха Юль уже взмыл бы вверх и с головой ушёл в чтение. Но сейчас, видно, её объятия пришлись ему по душе — он лип к ней и не отходил ни на шаг. Он настолько не хотел отцепляться, что даже за книгами не ходил сам, а притягивал их телекинезом. Прошло некоторое время. Ариэль закончила управлять Башней, а Ли Ха Юль завершил повторение и подготовку к следующим занятиям — наступило время сна. Уткнувшись лицом в грудь Ариэль и наслаждаясь запахом её кожи, Ли Ха Юль мгновенно провалился в сон. От того человека, который решительно качал головой и твердил, что сон — это роскошь, не осталось и следа. «……» Если он провёл у неё на руках целый день, значит, её объятия пришлись ему очень по вкусу. Сложно было сказать наверняка, но Ариэль всегда искренне заботилась о нём. К тому же в этом замкнутом пространстве, где не было никого, кроме них двоих, она оставалась единственным человеком, к которому Ли Ха Юль мог тянуться за теплом и на которого мог положиться. Это и дало такой эффект. Ариэль прикрыла глаза, толком не понимая, стоит ли ей этому радоваться. . . . Познания Ли Ха Юля в магии заметно росли. Сказывались и знания бесчисленных магов, накопленные в Башне Знаний, и то, что сама Ариэль учила его со всей душой, находясь рядом… точнее, теперь уже держа его на руках. Так что его стремительный прогресс был вполне естественен. — На этот раз начнём с этой формулы. Я дам вам немного времени, попробуйте провести обратный расчёт. [Хорошо] Решив просто радоваться тому, что Ли Ха Юлю нравится быть у неё на руках, Ариэль задала ему задачу и ненадолго задумалась. «Было бы хорошо передать ему своё Персональное заклинание… Но хватит ли времени?» Персональное заклинание. Как боевые искусства преобразуются в уникальные способности техники и обретают расширенные свойства, так и магия может превращаться в уникальную способность. У самой Ариэль было несколько Персональных заклинаний, но среди них она хотела передать Ли Ха Юлю то, которое создала самым первым. Оно идеально подходило Ли Ха Юлю по своей природе. Благодаря чистой магии выходная мощность значительно возрастёт, а с его способностью к разделению сознания Ли Ха Юль вполне сумеет с ним сладить. К тому же по собственному желанию Ли Ха Юль и впредь будет бросаться вглубь множества битв и сражений. И особенно когда ему придётся иметь дело со скоплениями врагов, Персональное заклинание Ариэль станет для него огромным подспорьем. Однако всё упиралось во время. Поскольку это магическая формула, тесно переплетённая с уникальной сущностью мага, её невозможно активировать простым заучиванием. От построения структуры до завершения её действия — только полностью постигнув всю суть Персонального заклинания, можно воплотить его в жизнь. Поэтому сначала требовалось подтянуть Ли Ха Юля хотя бы до минимального уровня, позволяющего уразуметь такую магию. Но даже подняв его знания, Ариэль нужно будет оставаться рядом… держать его на руках и подробно разъяснять каждый нюанс. Реально ли успеть за какой-то месяц с небольшим? «…Шансов мало. В худшем случае придётся просто передать ему формулу и надеяться, что господин Ли Ха Юль дойдёт до всего сам…» [Я всё решил] — …Что? Ариэль удивлённо замигала. Ли Ха Юль задрал голову, глядя на Ариэль, и слегка покачался из стороны в сторону. Погладив его по животу в знак того, что услышала, Ариэль взялась проверять решение. Задача, которую она дала Ли Ха Юлю, была далеко не из простых. Сложная по глубине и огромная по объёму, на бумаге она с лёгкостью заняла бы не один десяток страниц. Она не сомневалась, что Ли Ха Юль справится, но ведь с момента, как она задала вопрос, прошло всего пару минут?.. Смущённая Ариэль принялась вчитываться в ответ. — …Отличное решение. Ни одной ошибки, и ход мыслей совершенно верный. Она поражённо кивнула. Он решил абсолютно всё. Идеально, без единой помарки. Разумеется, кое-где видна некая шероховатость, но с учётом текущего уровня Ли Ха Юля это решение заслуживало не просто похвалы, а настоящего восхищения. «Что за?..» В глазах Ариэль застыло недоумение, и тут на краю зрения она заметила какое-то лёгкое движение. Шелест-шелест — из стороны в сторону плавно покачивалась синяя лента. Это был небесный шарф, который носил Ли Ха Юль. …И вилял он точь-в-точь как хвост собачонки, выпрашивающей лакомство. [Ожидание] [Погладь] [Жажда] Из кулона один за другим посыпались столь откровенные и чистые порывы, что Ариэль невольно протянула руку и ласково погладила Ли Ха Юля по голове. — …Вы замечательно справились. [Хе-хе…] Ли Ха Юль прижался головой к её ладони и счастливо улыбнулся — да так, что, казалось, всё вокруг озарилось светом. Спустя несколько дней Ли Ха Юль продемонстрировал потрясающую прыть, одолев программу целого месяца всего за какие-то три дня. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●●●○○○ (70▷72/100) «Владычица Башни Знаний» «Глава Магического совета» «Мо?локо» «Замешательство» «Смятение» «Сомнения» «Подозрение» «Благодарность» … [Система коррекции игрока: Измерение] ▷ Душевное состояние «Счастье» «Тепло» «Удовлетворение» «Жажда похвалы» «Чувство достижения» ---------- Магия (1) Говорят, от похвалы даже киты пляшут. Правильная похвала разжигает энтузиазм и дарит невероятное чувство достижения. — Великолепно. И эта истина применима ко мне. Раздался прохладный, спокойный голос госпожи Ариэль, бегло просмотревшей задачу, которую я только что решил. От её похвалы моё лицо просияло. Я изо всех сил сдерживал тело, готовое подпрыгнуть от предвкушения. Зато Небесное оперение, оставленное без присмотра, радостно затрепетало. И моё терпение тут же было вознаграждено. — И построение, и обратный расчёт безупречны. Особенно хочется отметить то, сколько труда вы вложили в защиту от взлома. [Хе-хе...] Спокойно кивнув, госпожа Ариэль с едва заметной улыбкой протянула руку. От её ласкового прикосновения к моим волосам всё тело расслабилось и будто растаяло. Всего пару слов и одно движение руки. Но от этого казалось, будто само моё существование получило признание, и я просто парил на седьмом небе от счастья. По-хорошему, эти чувства я должен был получать от похвалы учителя или профессора Лианы, но после того, как я попал в Башню Знаний, я долгое время был этого лишён. И спустя десять дней снова ощутить такое удовлетворение было невероятно сладко. Несколько дней назад поведение госпожи Ариэль изменилось. Раньше, даже когда я упрямился, она лишь беспокоилась. Будто колебалась, не смея вмешиваться, и смотрела со стороны, словно не имеет на это права. Но теперь всё стало иначе. Стоило мне вознамериться сделать что-то странное, как она тут же прибегала и останавливала меня. Стоило мне сидеть над книгой, тяжело вздыхая, как она тихонько подходила и спрашивала, не нужна ли помощь. Кроме того, она нарочно находила повод и, пусть немного неловко, засыпала меня похвалой. Мало того, утверждая, что мне полезен здоровый сон, она каждую ночь принимала меня в свои объятия. «Как же хорошо...» И в очередной раз я отчётливо осознал: один я теперь жить точно не смогу. Раньше с этим не было проблем. Сидеть безвылазно в четырёх стенах, каждый день есть, развлекаться, пить, ср... то есть, без этого. Иногда ухаживать за комнатными растениями, играть в игры, смотреть видео — такой жизни мне вполне хватало. ...Честно говоря, даже тогда я иногда думал, не выйти ли на улицу, но просто боялся. Однако теперь меня полупринудительно вытащили из угла, я познал мир и ощутил ласку дорогих мне людей. К прежнему себе я уже не вернусь. Доживать остаток дней, запершись в одиночестве, для меня больше не счастье. Чем жить так одиноко, я лучше просто повешусь. Мысль слишком крайняя, но это не шутка. Насколько же важными и незыблемыми стали в моей жизни человеческое тепло и любовь. За те несколько дней, что изменилось поведение госпожи Ариэль, я на себе ощутил, насколько быстрее стал усваивать знания. — Особенно поразил ваш анализ взлома. Я ещё не обучала вас технике «Многоизгибный взлом», но не ожидала, что вы не просто освоите её самостоятельно, но и сумеете применить. [Хи-хи] С каждым словом похвалы во мне разгорался всё больший энтузиазм. Чувствуя, как сердце наполняется умиротворением, я наслаждался лаской госпожи Ариэль. Задачи, над которыми раньше пришлось бы долго биться, теперь решались в мгновение ока благодаря вспышкам озарения. Чем больше знаний о магии я впитывал и постигал, тем глубже становилось моё понимание. В результате мне удалось за какие-то три дня выполнить учебный план, рассчитанный госпожой Ариэль на целый месяц. — Это весьма приятный сюрприз. Теперь мы сможем уделить больше внимания Персональному заклинанию и другим разделам. В день, когда я закончил программу, госпожа Ариэль, окинув взглядом стопки книг вокруг, произнесла эти слова. На её лице довольно отчётливо читались изумление и шок. [Да!] [Я и дальше буду очень стараться!] Я ожидал чего-то подобного, поэтому послушно кивнул. Башня Знаний — не то место, откуда уходят, выполнив лишь минимальную норму. Пока есть возможность учиться, нужно взять отсюда максимум. Так что её словам я мог только искренне радоваться. [Персональное заклинание!..] К тому же мне предстоит обучиться Персональному заклинанию. Магия и Мадо. Разница всего в одно слово, но Персональное заклинание — это магия, достигшая уровня, где признаётся её уникальность. Создав хотя бы одно заклинание, признаваемое Персональным, маг уже может получить официальный титул «Мага-чародея» от Магического совета и купаться в славе и почёте. Даже если оставить в стороне то, насколько Персональное заклинание полезно и могущественно, уже одной его уникальности достаточно, чтобы использовать его как прекрасный ориентир. К тому же то Персональное заклинание, которое я буду учить, принадлежит самой госпоже Ариэль — главе Магического совета и Владычице Башни Знаний. Я прямо-таки почувствовал, как засияли мои закрытые глаза. Сжимая кулаки от предвкушения, я настраивал себя на учёбу. [Что это такое?..] Но вскоре предо мной предстал гримуар, будто написанный на инопланетном языке. — Это списки формул моего Персонального заклинания. Оно состоит из трёх томов, а это первый том, где изложены базовые формулы. Когда я спросил её, мысленно осыпав себя вопросительными знаками, госпожа Ариэль ответила совершенно буднично. Заворожённо хлопая глазами, я перелистнул страницу. Извилистые, похожие на червей знаки; резкие, угловатые символы; гибрид тех и других; знаки, в которых не разглядеть — буквы это или рисунки; странные письмена непонятного формата... Сверху и снизу от них тянулись сложные многогранные составные контуры. Символы объединялись в независимую языковую систему, в каждый символ вкладывался особый смысл, и эти смыслы, переплетаясь, активировали магические эффекты... А бесчисленные пиктограммы, содержавшие цельные понятия, вступали в резонанс, трансформировались в реальном времени, регулируя, защищая и нанося ответные удары между различными магическими системами... [И-и-ик...?] Власть наблюдения скрежетала от напряжения. Мозги, переваривавшие всё это, налились тяжестью. С тех пор как у меня в полной мере проявились «Мастер на все руки» и «Родство с маной», а также осознание «Власти наблюдения», я сталкивался со многими трудностями, и хотя понимать всё было непросто, в глубине души всегда жила уверенность: «Рано или поздно у меня получится». Сейчас тяжело, но когда-нибудь я справлюсь. Пусть сейчас не хватает времени, но стоит приложить достаточно усилий — и я смогу. Это был естественный расчёт, сделанный на уровне инстинктов ещё до того, как вставал вопрос об уверенности в себе, и он всегда себя оправдывал. [???] Но теперь эта уверенность испарилась. Даже попытавшись оценить объём работы: а смогу ли я вообще? Я не мог дать ответа. Небесное оперение, словно вымокшее под дождём, потемнело и бессильно повисло... ◆ ◆ ◆ Пусть с изменением поведения госпожи Ариэль мой рост и ускорился, это не значит, что раньше мои успехи были скромными. Напротив, со стороны мой прогресс выглядел поразительно быстрым и явным. Синергия «Родства с маной» и «Мастера на все руки» в сочетании с огромным объёмом информации, собранным «Властью наблюдения», просто не могли дать иного результата. «К тому же, как она сказала, к наложенному на меня проклятию привязали бонус к росту». Три Владыки башен, идущие вторжением. Они тоже знают о моём существовании. Они осознавали, что я, как и они, явился извне, и предполагали, что те попытаются наложить на меня проклятие, чтобы сдержать. Однако полностью предотвратить наложение проклятия они не могли. Поэтому они пошли на уловку: снизили его пагубность, в определённых местах подавляли его своей силой, а вдобавок, будто используя само проклятие, привязали к его изнанке эффект ускоренного роста. Под сенью этих приготовлений я и перенёсся в этот мир. И наложенных проклятий оказалось два. «...» Предполагалось, что три Владыки башен наложат по одному проклятию, и всего их будет три. Однако если не считать то проклятие, с которым я родился, фактически наложенных проклятий было лишь два. Иными словами, один из Владыка башен не стал накладывать на меня проклятие. Почему? Неизвестно. Не хватило сил или же он замышляет какую-то хитрость? Сколько я ни ломал голову, ответов пока не находил. Уже в поздний час, когда закончились и сегодняшние уроки, и самостоятельные занятия. Внутри башни сгустился сумрак, имитирующий ночь. И в этой темноте, лёжа в объятиях госпожи Ариэль, я поддался неторопливым размышлениям. — Вам неудобно лежать? Прошелестел над самой головой её голос. За внешней сухостью кралась забота. Рука опустилась мне на голову и ласково погладила по волосам. [Нет, мне очень удобно] [Просто кое-о-чём задумался] Я покрутил головой и снова уткнулся лицом в грудь госпожи Ариэль. Погрузившись в её пышную, мягкую грудь, я почувствовал, как рой сложных мыслей постепенно утихает. Стоило сделать глубокий вдох, как всё внутри наполнилось тёплым сладковатым ароматом, и на меня тут же накатила дрёма. ...Но даже сквозь эту дремоту снова начали проступать тревожные мысли. В Персональном заклинании невероятно сложно разобрать формулы. Как и следует из названия «персональное», начиная с этого уровня, формулы перестают подчиняться единым правилам. Это можно сравнить с языком. Если обычная магия — это общепринятый язык, которым пользуются все страны мира, то Персональное заклинание — это язык, созданный человеком для самого себя. Я знал это и вовсе не надеялся, что освоить его будет легко... Но Персональное заклинание госпожи Ариэль, с которым я столкнулся в реальности, оказалось настолько сложным, что превзошло все мои ожидания. Я усомнился, смогу ли вообще его постичь. В какой-то момент от подступившего тупика у меня буквально заклинило мозги. — ...В том, что человек сталкивается с трудностями, нет ничего странного. И в этот момент... Госпожа Ариэль, гладившая меня по голове и смотревшая сверху вниз, тихо заговорила: — За всю жизнь не найдётся человека, не ведавшего преград, и вы, господин Ли Ха Юль, несомненно, тоже сталкивались с ними. Однако ваша нынешняя растерянность... смею предположить, вызвана тем, что вы ощущаете тупик под гнётом давления, которое мы на вас самовольно взвалили. Её слова звучали так, будто она насквозь видела мои переживания, а мудрость в её белоснежных глазах, казалось, проникала в самые сокровенные мысли, отчего я поневоле вздрогнул. — И хоть я не имею права говорить подобного, прошу вас: не переживайте о Персональном заклинании. Поглаживая меня по спине, словно успокаивая, госпожа Ариэль продолжила: — Это Персональное заклинание создала я, и никто не знает его лучше меня. Я буду рядом и стану лично обучать вас, господин Ли Ха Юль. Пусть сейчас вам кажется, что вы в тупике, я с уверенностью утверждаю: с вашим выдающимся восприятием вы обязательно его освоите. — Так что спите спокойно и сегодня. Произнеся это, госпожа Ариэль умолкла. Она просто прикрыла глаза и продолжала тихонько поглаживать меня по талии. От её слов и действий, напоминавших убаюкивание растерявшегося ребёнка, тяжесть, сжимавшая мою голову, начала отступать. Не знаю, насколько это соответствует действительности, но заверения человека, лично создавшего это Персональное заклинание, немного успокоили меня. Благодаря этому я и в ту ночь сладко заснул в мягких и надёжных объятиях госпожи Ариэль. На следующий день. Словно подтверждая уверенность госпожи Ариэль, вчерашний тупик растаял, будто мираж, и я добился весьма ощутимых результатов. И снова получил похвалу от госпожи Ариэль. ◆ ◆ ◆ — Дзинь! Упавший на пол бокал разбился. Хотя он и был стеклянным, на него было наложено базовое заклинание укрепления, однако он разлетелся с поразительной лёгкостью. От осколков, раскиданных по полу, повеяло лютым холодом. Хрусь... По полу мгновенно пополз морозный иней, а содержимое бокала замёрзло раньше, чем успело вытечь. Температура в комнате резко упала. — ... Пэк Арин пристально смотрела на свою руку. Рука неожиданно покрылась инеем и одеревенела. Несмотря на окутавший её мороз, на ней не было даже малейшей дрожи от холода. Рука сохраняла странный отёк, словно промёрзла до самых костей. Создавалось обманчивое впечатление, будто это её собственное тело, но она им больше не владеет. «...Обманчивое?» Ш-ш-ш... Среди медленно утихающего холода, будто после внезапного приступа, Пэк Арин мысленно задала себе этот вопрос. ---------- Магия (2) Леди Ариэль права. Мои таланты — это одно, но ведь прямо рядом со мной сама леди Ариэль. Она — та, кто от начала и до конца разработала и создала это персональное заклинание. Если такой человек разворачивает передо мной расшифровку и готов разжевать каждую мелочь, то от чего мне отчаиваться? Мне нужно лишь аккуратно откладывать её объяснения в памяти и постепенно укладывать в голове. Со следующего дня. Получив поддержку леди Ариэль и воспрянув духом, я с новым рвением погрузился в изучение персонального заклинания. — На этот раз двадцать третья двуходная формула в левом верхнем углу. Она продолжение предыдущей... [Гх-х-х...] Решимости мне было не занимать, но всё получилось далеко не сразу. Разложив на подставке огромный лист с разбором и внимательно слушая объяснения леди Ариэль, я всё равно мало что понимал. Ощущая, будто мне в голову силой запихивают нечто чудовищное, я сомнений не скрывал, пожёвывал губами и бессмысленно крутил в пальцах ручку. «Сложно... Да и вообще, я самого условия задачи понять не могу». Нужен хотя бы минимальный уровень, чтобы освоить персональное заклинание, да? Только сейчас я осознал смысл слов, сказанных леди Ариэль раньше. Всё именно так. Прежде чем искать ответ, нужно сначала понять само условие, а для этого необходимо знать язык, грамматику и письменность. Как решить задачу, если ты даже не понимаешь, в чём она заключается? Все мои прежние занятия лишь подтягивали меня до уровня, на котором я мог хотя бы воспринимать персональное заклинание. К тому же на столе передо мной лежала далеко не «сырая» заклинательная формула. Это была заботливо подготовленная расшифровка: вся заложенная в формулу защита снята, а путаная структура аккуратно упорядочена для лёгкости восприятия. Более того, рядом стояла сама создательница, всё разжёвывала и вкладывала мне в рот, словно кормила из бутылочки. Она не пыталась вывалить всё разом — объясняла лишь треть заклинания, да и ту разбила на множество мелких частей. И если даже в таких условиях мне едва удавалось хоть что-то уловить... То заучить формулу и забить её в память через силу я, может, и смог бы, но вот понять её и сотворить заклинание обычным путём было бы почти невозможно. [Гх-х-х...] Как бы то ни было, хотя бы воспринимать её я уже способен. Теоретически это не было невозможным, к тому же сама создательница под боком подтвердила, что у меня получится. Значит, причин сдаваться нет. «Ещё...» Я насупился. Сначала заучиваю формулу целиком. И заодно запоминаю голос, шепчущий рядом... нет, сверху. Благодаря информационной перегрузке, вызванной Властью наблюдения, моя усиленная память без остатка впечатывала всё в мозг. Затем я сведу всю информацию воедино и попытаюсь её постичь. День за днём я продолжаю накапливать знания. Сравнивая и сопоставляя их, я по крупицам формирую понимание. Понимание постепенно перерастало в осознание сути магии, а осознанная суть возвращалась ко мне повышением уровня магического мастерства. [Леди Ариэль, можно мне ненадолго отлучиться?] — Да, вам вовсе не обязательно просить у меня разрешения. [Спасибо.] Даже сосредоточившись на персональном заклинании, я не забрасывал остальные тренировки. Скрепя сердце я вырывался из уютных, мягких объятий и, арендовав тренировочный зал, истязал своё тело. Разумеется, львиная доля времени уходила на магию, поэтому физические тренировки были короткими, но предельно интенсивными. Пусть и в меньшем объёме, но я уделял внимание и другим разделам магии, а также прочим необходимым знаниям. Башня Знаний в режиме реального времени пополнялась самыми разными книгами. К сожалению, просто пробежаться по ним взглядом с помощью Власти наблюдения и мгновенно всё запомнить было непросто. Поэтому я сканировал лишь названия на обложках, а затем снимал с полок то, что казалось полезным, и заучивал. Сейчас у меня нет времени погружаться в них глубоко, так что я планировал изучить всё получше... когда выберусь наружу. Яркий тому пример — алхимия. Поскольку эта наука тесно связана с магией, книг по алхимии здесь имелось невероятное количество. Алхимики считаются ценнейшими специалистами. В этом мире алхимия — не просто превращение свинца в золото. Это наука об обработке и изменении свойств различных материалов для создания нужных компонентов. Так что её потенциал поистине безграничен. Алхимики обрабатывают магические кристаллы, служащие основным источником энергии в этом мире, и изменяют свойства ингредиентов для искусственных эликсиров. Если для улучшения снаряжения требуется особый материал, без алхимика тоже не обойтись. И одно из важнейших видов оружия, требующее обязательного участия алхимика — это Клинок Сигнального Огня. Его главные ингредиенты — магический кристалл монстра стихии огня 3-го ранга или выше, а также высокочистые драгоценные камни, насыщенные магией до предела. Ни кристаллы, ни камни нельзя использовать в сыром виде. Их нужно обработать с помощью алхимии и прочих ремёсел, а затем вместе с мастером пройти через долгий, кропотливый труд. «...» С неловким видом я погладил себя по голове. В моей голове уже хранился чертёж Клинка Сигнального Огня. В прошлый раз... то есть во время каникул, когда я посетил ежегодный банкет рода Гэпхва. В тот момент, когда я сжал Клинок Сигнального Огня основателя рода и влил туда Гэпхва. Прозрачное лезвие клинка жадно поглотило моё Гэпхва, а взамен выдало всю информацию о себе. Тогда мне достался и чертёж, который до сих пор отчётливо отпечатался в моей памяти. «Хм-м...» Клинок Сигнального Огня — символ, принадлежащий главе рода Гэпхва. Нынешний глава уже владеет им, а вот следующая глава, Хон Ёнхва, пока нет. Да и действующий глава всё ещё в строю, так что Клинок Сигнального Огня для Хон Ёнхва, скорее всего, пока существует только на стадии замысла. «...» ...Я выбросил эти мысли из головы и продолжил искать нужные книги. Точнее, искал не совсем я — леди Ариэль указала мне на конкретные книжные шкафы, куда мне обязательно стоит заглянуть. Должно быть, она пыталась обойти ограничения и передать мне нужную информацию. «О?» И вот, прогуливаясь по лесу книжных шкафов ярусом выше. Я вздрогнул, когда на самом краю зоны наблюдения зацепил название одной книги. Мгновение похлопав глазами, я применил магию и плавно полетел в ту сторону. Умело огибая многочисленные мостки, перекинутые между стеллажами, я поднимался всё выше. И наконец добрался до группы шкафов у самого края на одном из верхних уровней. Сектор записей наблюдений. Пять башен соединены между собой, а в центре располагается Башня Гармонии. А Башня Знаний выполняет среди прочего роль хранилища всевозможных сведений. Из-за объёмов информации и отсутствия проблем с безопасностью всё стекается сюда. Поэтому секретные данные Ассоциации и избыточная информация, собранная Корпусом наблюдения, хранятся здесь в виде книг. На стеллаже передо мной лежали сведения о подземельях. Вытащив одну из книг, я снова перечитал название. «Подземелье NE4-5659... Временное наименование: Светлое Зеркало... Светлое Зеркало? Это же...» Временное название Ассоциации — Светлое Зеркало. Временное наименование подземелья, в котором находится Сфера снятия проклятия. Кончики моих пальцев задрожали, будто меня облили ледяной водой. Я спешно открыл книгу и влил в неё магию, чтобы впитать сведения. В голову хлынул поток данных. «Дата первого обнаружения — три месяца назад... Сравнительно недавно. Обстановка внутри... почти один в один совпадает с описанием из оригинала. Ранг — 1-й... Это оно!» К счастью, его ещё не зачистили. Тот факт, что зачистная группа, попытавшаяся пройти его, перестала выходить на связь, конечно, радовал мало. Но так или иначе, подземелье всё ещё оставалось непокорённым. С подземельем 1-го ранга расправиться не так-то просто. Даже если обновить сведения во внешнем мире, оно наверняка до сих пор не зачищено. Поскольку его не прошли, награда неизвестна. Но если верить информации... которую в оригинале собрала Владычица Башни Наблюдения, наградой в этом подземелье служит артефакт Сфера снятия проклятия. «Нашёл». Тут есть и координаты. Не смутное описание местности, как в оригинале, а точные координаты. Сердце бешено заколотилось в груди. Разумеется, сложности всё ещё остаются. Ранг подземелья — 1-й. Обитающие там монстры в основном достигают 4-го ранга, а если попадётся альфа-особь, то можно столкнуться и с тварью 3-го ранга. Альфы встречаются не так часто, но в худшем случае есть риск сцепиться с монстром 3-го ранга в подземелье, кишащем ловушками. «Нашёл...» Однако главное — я нашёл его местонахождение. Если я вырасту и как следует подготовлюсь, то смогу бросить ему вызов. От этой мысли с души словно упал тяжёлый камень. «Теперь, если только зачистить его...» Я смогу получить Сферу снятия проклятия. И применив её на себе, наконец избавлюсь от проклятия, сокращающего жизнь... — Наш Пэк Ха Юль, выполнишь одну мою просьбу? И тут. От внезапно всплывшего воспоминания моя голова, только что полная светлых надежд, оцепенела. «...» Я долго стоял неподвижно, погрузившись в мучительные раздумья. Я так и не смог разрешить эти сомнения — вплоть до того момента, пока за мной не пришла леди Ариэль. ◆ ◆ ◆ Один из многочисленных талантов Ли Ха Юля — это подражание. Моя магия чиста и способна принять любую форму, а Ассимиляция копирует свойства, атрибуты и уникальную природу магии. Благодаря Мастеру на все руки я могу довести до совершенства практически любой навык, а Бесконечные превращения копируют ветвящиеся пути и уникальность боевых и магических искусств. Суть магии — подражание. Пусть на этапе первопроходцев она и граничит с сотворением нового. Но то, что уже создано, можно скопировать. Я смогу. Раз это не является абсолютной невозможностью, то если я продолжу упорно биться головой, у меня обязательно получится. Мой талант не так уж плох, к тому же сама создательница дала своё одобрение. Это возможно. Если упорно ломиться вперёд, мрак безысходности постепенно рассеется. Именно с такими мыслями Ли Ха Юль продолжал отдаваться тренировкам. Все люди таковы. Никто не может увидеть всё с самого начала. То, что находится далеко, кажется лишь туманным силуэтом, а погружённое во тьму видится не более чем непроглядным чёрным пятном. Чтобы разглядеть это невооружённым глазом, нужно подойти ближе. И вот... — У вас получилось... Ариэль, ненадолго погрузившаяся в свои мысли, бегло осмотрелась вокруг. Частицы магии, свободно парившие в воздухе, постепенно утихали. Едва сотворённое заклинание рассеялось, и белоснежная магия, составлявшая формулу, осыпалась на пол, словно зимняя крупа. В самом центре этого магического марева на полу сидел Ли Ха Юль. С трудом сдерживая тяжёлый вздох, он жадно впитывал рассыпанную вокруг магию. — Я рассчитывала лишь заложить фундамент, чтобы вы смогли освоить заклинание снаружи... Но вы сумели сотворить его прямо здесь. Ваша успешность превзошла все мои ожидания. Разумеется, до совершенства было далеко. Он лишь едва-едва сумел его сотворить. Это не было идеальным проявлением с чётким ядром и уникальностью, каким владела Ариэль. Скорее, ему удалось воссоздать лишь внешнее очертание, контур. Однако даже это являлось поразительным достижением. Он скопировал контур. Этого было достаточно. Внутреннюю суть пока можно было заполнить магией Ариэль, а со временем, по мере роста, Ли Ха Юль заполнит её своей собственной. Теперь всё зависело от него самого. Чем бы он её ни наполнил, Ли Ха Юль безусловно справится и сможет её использовать. — Ли Ха Юль?.. Она подошла ближе, чтобы поздравить его с таким успехом, но лицо Ли Ха Юля совсем не выражало радости. Напротив, на нём отчётливо читалась унылость. Совсем не то выражение, с каким встречают момент успеха после стольких трудов. В этот миг сердце Ариэль оборвалось. Неужели с мальчиком что-то произошло? — Что случилось? Неужели обратный поток магии?.. [Нет...] Едва Ариэль поспешно приблизилась, как он вдруг, капризно всхлипнув, уткнулся ей прямо в грудь. Ариэль растерялась, но всё же принялась успокаивать Ли Ха Юля, который усердно прятал лицо у неё на груди. — У вас что-то болит?.. [Нет...] — Тогда?.. [Скоро...] — Скоро?.. Ах... Она беспокойно проверяла его состояние и спрашивала, нет ли каких-то проблем, пока Ожерелье Откровения снова не издало щелчок. Услышав пропитанный горечью голосок, Ариэль тихо ахнула. Пока они тренировали персональное заклинание, время пролетело незаметно. И естественным образом их отведённый срок подходил к концу. «...» Выражение лица Ариэль стало сложным и противоречивым. ---------- Последняя ночь(1) Успешно применить Персональное заклинание удалось в тот день около полудня. Повторив за утро весь пройденный материал и закончив последнюю отладку, он предпринял попытку в тренировочном зале — и Персональное заклинание сработало безупречно. Но вот магия развеялась. И среди тающих следов маны Ли Ха Юль не мог заставить себя радоваться. Завтра наступит день, когда ему придётся покинуть Башню. От этой мысли сердце словно сжала острая боль, будто его проткнули насквозь. «…» То, что время течёт, вполне естественно. Особенно когда человек глубоко погружён в работу, течение времени ощущается ещё быстрее. Ли Ха Юль, который с самого прихода в Башню Знаний почти не ослаблял концентрации, ощущал это особенно остро. Половину суток он проводил в состоянии предельного сосредоточения, полностью отдаваясь учёбе. Вторую половину снова занимался сам, а в редкие часы отдыха спал в объятиях Ариэль или отвлекался на иные дела. Неудивительно, что время пролетало мгновенно, а надвигающаяся разлука казалась слишком стремительной и жестокой. . . . — По крайней мере сегодня лягте спать пораньше. Уныние Ли Ха Юля было видно невооружённым глазом. Когда Персональное заклинание наконец получилось, сдерживаемое доселе напряжение спало, и до него со всей отчётливостью дошло: разлука уже на пороге. Вокруг него висела такая тяжёлая хандра, словно он повсюду носил с собой грозовое облако. Особенно заметными были перемены в его крылатом одеянии. Этот артефакт, непрерывно связанный со своим хозяином, чутко откликался на душевное состояние Ли Ха Юля. Прежде чистый, сияющий лазурный цвет померк и налился свинцовой синевой, точь-и-точь как грозовая туча. И то, что раньше пышно парило, напоминая лёгкое облако, теперь уныло обвисло и печально волочилось по полу. — Ну же… идите сюда, скорее. Ариэль сперва сомневалась, не стоит ли оставить его наедине с собой, чтобы он совладал с чувствами, но... Но, глядя, как Ли Ха Юль мранеет всё сильнее, она в конце концов просто взяла его на руки. Так в тот день они и отправились отдыхать пораньше. Первый этаж Башни погрузился во мрак необычно рано. Лишь пол едва заметно мерцал мягким, похожим на лунный, светом. Ариэль, как и всегда, откинулась на спинку кресла и осторожно поглаживала по голове Ли Ха Юля, тихо прижавшегося к её груди. — …И сегодня вам не спится? Спустя некоторое время Ариэль еле слышно прошептала ему прямо на ухо. К её запаху он давно привык, и она без колебаний отдавала ему и своё тепло, и свои объятия. В обычные дни он, немного поластившись, уже давно улетел бы в царство снов, но сейчас его сознание оставалось вполне ясным. [Да…] Поворочавшись немного, ответил Ли Ха Юль. От его движений у неё в груди щекотало. Вскоре он поднял лицо, уткнутое до этого глубоко в её одежду, и положил подбородок ей на грудь. Ариэль подняла руку и прикоснулась к его щеке. Она мягко сжала его нежную щеку и ласково погладила. Прикосновение было настолько приятным, что Ли Ха Юль не стал отстраняться. — Вам не спится? Если вам что-то мешает, я всё исправлю. [Мне ничего не мешает…] — Тогда почему же вы не спите? Голос Ариэль звучал ровно, но взгляд, которым она смотрела на него сверху вниз, был полен такой нежности, будто она была готова принять любую его капризную выходку. Ли Ха Юль слегка поджал губы. Ему просто… не хотелось засыпать. Однако он постыдился высказать столь детскую мысль и снова спрятал лицо у неё на груди. «……» Рука, ложившаяся ему на голову, заботливо и мерно гладила его по волосам, успокаивая. Слова не звучали, но в каждом её касании ощущалось понимание — она точно знала, о чём он думает. От этого Ли Ха Юль уткнулся в неё ещё глубже. За каждой встречей неизбежно следует разлука. Он знал эту истину, но на деле не привык ни к встречам, ни к расставаниям. — Хм-м… Ли Ха Юль крепко сжал губы. В его горле отозвался сдавленный, неоформленный в слова звук. Он протянул руки и крепко обнял Ариэль за талию. Хотя руки у него были короткие, талия Ариэль оказалась тонкой, точно осиной, так что Ли Ха Юль сумел обхватить её целиком. И когда он уткнулся лицом в её пышную грудь, находившуюся прямо перед носом, ласковое прикосновение и её тепло окутали его тело. Стоило ему потереться носом о мягкую плоть, как лёгкие наполнил нежный, успокаивающий аромат её тела. «……» Дыхание, колыхавшееся между её грудей, пока он наслаждался её запахом… Крошечное тело, линувшее к ней, цепляющееся за неё в поиске ласки… Пленительный, сладкий аромат его собственного тела, круживший ей голову… Ко всему этому она уже успела привыкнуть. А когда привычное исчезнет, останется лишь одиночество. Ариэль неожиданно перевела взгляд и осмотрелась вокруг. Ничего не изменилось. Пустота кругом, единственные столик под боком и… Один только недавно появившийся стул. То, чего не было долгие годы и что возникло совсем недавно. Его поставили ради Ли Ха Юля, но завтра его придётся убрать. При этой мысли сердце Ариэль тоже вдруг отозвалось внезапной, щемящей болью. Щёлк… Ариэль щелкнула пальцами. Странное эхо прокатилось вокруг, и по креслу, на котором она сидела, пошла световая рябь. Обычное кресло под действием магии превратилось в кресло-качалку. [?] — Всё в порядке. Из-за внезапной перемены Ли Ха Юль высунул голову из её объятий. Ариэль с едва заметной улыбкой похлопала его по спине, успокаивая, и слегка оттолкнулась ногами. Скрип… Её тело отклонилось назад. От этого непривычного ощущения Ли Ха Юль сжал талию Ариэль ещё сильнее. Скрип… Наклонилось вперёд. Только тогда Ли Ха Юль немного ослабил хватку. Снова назад, и снова вперёд. Кресло мерно качалось взад и вперёд. Это ощущение от кресла-качалки, на котором он сидел впервые в жизни… было совсем непривычным. — Ну как вам? Не испытываете ли неудобств? [Э-э… Нет, всё в порядке.] Ли Ха Юль ответил, неловко поджимая губы от непередаваемого ощущения качки. Ариэль показалось, что он выглядит безумно мило. Хотя Ли Ха Юль способен был одним прыжком перемахнуть высокое здание или лететь, рассекая воздух, такой спокойный, мерный ритм покачивающегося кресла казался ему намного чуднее. Спокойно глядя на него сверху вниз, Ариэль тихо заговорила: — Грасия… Владычица Башни Гармонии была весьма болтлива и недержана на язык. Всегда лезла туда, куда не просят, и навлекала на себя беду, хотя могла бы просто пройти мимо. В нашей сфере, где за одно неверное слово легко расстаться с жизнью, то, что она дожила до встречи с нами — настоящее чудо. Из уст Ариэль лился не особо важный рассказ о былом. Лёгкие темы, не подпадающие под ограничения. Однако Ли Ха Юлю, который не хотел спать лишь для того, чтобы побыть с Ариэль еще немного, подобная беседа была только в радость. К тому же тема оказалась весьма любопытной, и он навострил уши. И пока он внимательно слушал, вокруг разносилось множество разных звуков. Потрескивание горящих дров, тихое завывание гуляющего ветерка, далёкий лязг передвигающегося голема… Тук... тук... Но лучше всего, конечно, слышался стук сердца самой Ариэль. Стоило уткнуться лицом между её грудей и приложить ухо к её мягкому телу, как размеренные удары отзывались прямо над ухом. Этот ритмичный стук действовал точь-и-точь как колыбельная. — Могу я спросить у вас кое-что? Интересно, сколько они уже провели так — в этом тепле и шёпоте? Сквозь туман непреодолимо угасающего сознания донёсся осторожный вопрос. — Почему… вы привязались ко мне? [Что…?] Ли Ха Юль высунул голову из её объятий. В его затуманенном сном взгляде читалось недоумение — с чего вдруг такой вопрос? И Ариэль тихо продолжнила: — Разве вы не должны нас ненавидеть? Нам ли вы отдаёте своё тепло? На самом деле Ариэль ждала их первой встречи с Ли Ха Юлем с нетерпением, но в то же время и с глубоким страхом. Хотя Ли Ха Юль не знал всей правды, он наверняка догадывался, кто именно перенёс его в этот мир. И в тот миг, когда Ли Ха Юль ступил в Башню Знаний, Ариэль казалось: не будь в том ничего удивительного, попробуй он даже убить её. Или, как минимум, яви он свою враждебность и отвращение. Она и другие Владычицы Башен силой приволокли Ли Ха Юля в этот мир. Пусть у них и имелись на то оправданные причины, а сами они изо всех сил старались всё предусмотреть и подготовить к его приходу… Сколькими бы оправданиями они ни прикрывались, с точки зрения самого Ли Ха Юля они оставались лишь монстрами, бросившими его в чужой, незнакомый мир. Более того, сила Власти, вручённая Владычицами, подошла ему насколько идеально, что Ли Ха Юль едва не погиб в первые же мгновения своего пребывания здесь. Сколько бы раз они ни пытались оправдаться, прими они всю его ненависть — у них не нашлось бы и слова в свою защиту. [Я вас не ненавижу.] [Я даже… благодарен вам, Владычицы.] И уж точно Ариэль и помыслить не смела, что дождётся от него… благодарности. — Но… почему?.. [Я слышал, как всё устроено. Мой родной мир в любом случае подвергся бы вторжению, так?] — Это так… но всё это лишь в теории. В итоге именно мы вырвали вас и заставили сражаться в нашем мире. [Тогда уж лучше сражаться там, где условия куда лучше, разве нет?] От столь простодушных слов выражение лица Ариэль стало крайне сложным. В сущности, он был абсолютно прав, вот только человеку свойственно поддаваться обидам и видеть всё в мрачном свете. [Я не хочу ненавидеть вас, Ариэль.] Конечно, при желании можно было бы найти немало поводов для ненависти, но Ли Ха Юль считал, что это лишь бессмысленные приторочки. С тем же успехом можно найти и сотни причин любить её. Владычицы Башни Пространства и Башни Наблюдения передали ему свои Власти и вместо него несут бремя обязанностей в Башне. Пусть из-за слишком идеального слияния с Властью он чуть не погиб сразу по прибытии, они просто не могли подобного предугадать. Владычицы Башни Гармонии и Башни Знаний даровали ему Окно статуса. Обычно, как бы ни было заблокировано зрение проклятием, Окно статуса должно ощущаться вопреки всему. Да и Власть наблюдения обязана распознавать Окно статуса, однако проклятие легло настольно безупречно, что полностью заблокировало восприятие Окна. И всё же, даже работая со сбоями, именно Окно статуса оставалось той силой, что в моменты смертельной опасности подталкивала его выжить. Владычица Башни Роста основала Сиёлам, создав для него безопасное место, где можно быстро набрать силу. А то, что он вышел за его пределы и угодил в беду — было уже его личным выбором. Если хорошенько подумать, причин для благодарности было куда больше, чем для ненависти. И еще… [Благодаря тому, что вы привели меня сюда] [Я смог встретить людей, которых любил] В прежнем мире… В его жизни было полно мимолетных, угасающих отношений. Сколько людей проходило мимо, стоит лишь выйти на улицу? Сколько связей обрывалось после двух-трех сказанных фраз? Но у него никогда не было расставаний с теми, с кем установилась настоящая, глубокая связь, кому он искренне верил и на кого полагался. Агапантус, Ккнотними. В те времена, когда он сидел запершись в своей комнате, они познакомились в интернете. Честно говоря, он привязался к ним и во многом опирался на них. Однако в глубине души он был готов к тому, что эта связь в любой момент может оборваться. Разве с интернет-друзьями бывает иначе? Он понимал: если однажды их чувства изменятся, они могут просто перерезать эту нить и исчезнуть, и в этом не будет ничего странного. У него не было никого, с кем бы он встретился вживую, к кому прикоснулся бы телом и связал судьбу. Тогдашний Ли Ха Юль боялся внешнего мира и боялся людей, с которыми там сталкивался. Были и те, кто подходил к нему с улыбкой. Среди них встречались люди с липкой, затаенной злобой, а были и те, кто шел с благими намерениями. Но как бы то ни было, объятый страхом Ли Ха Юль лишь спешил сбежать. Разве могла зародиться связь, когда ты поворачиваешься спиной и спасаешься бегством? Ли Ха Юль всегда был одинок. Если бы его не призвали в другой мир… Если бы у него не появилось причины вынужденно скитаться снаружи и заводить связи… Если бы с самого начала не выпал шанс встретить всех этих людей… Возможно, Ли Ха Юль так и остался бы одинок на всю жизнь. Он мог бы так и умереть в одиночестве, так и не узнав тепло человеческого тела, уютное ощущение от объятий, мягкий запах и стук чужого сердца. [Благодаря вам я счастлив] [И… я смог обрести силу, чтобы защитить это счастье] [Искреннее вам спасибо] Ему хотелось искать причины для благодарности, а не для ненависти. Любить друг друга было намного лучше, чем ненавидеть. Ожерелье Откровения очень точно передало эти чувства. — …… Ариэль больше не задавала вопросов. Вместо этого она плотно сжала губы и лишь молча, ласково гладила Ли Ха Юля по голове. В такой теплой атмосфере и прошла их последняя ночь. ◆ ◆ ◆ — …Когда же вернется Ха Юль? Поздняя ночь. В темной кухне Хон Ёнхва, роясь в холодильнике, доставала еду, которую в изобилии приготовил Ли Ха Юль, и вдруг тихо пробормотала это себе под нос. В последнее время в ее объятиях было так пусто. Она скучала по миниатюрному, благоухающему Ха Юлю, которого было так удобно и приятно крепко обнимать во сне… ◆ ◆ ◆ [Владычица Башни Гармонии визжит, требуя перестать её клеветать] … [Владычица Башни Гармонии шмыгает носом] [Владычица Башни Роста низко клонит голову] ---------- Власть знания(1) Я потянул за воротник и слегка встряхнул его. Помятая за ночь одежда расправилась с легким шелестом. Белоснежное тканевое одеяние, полученное в первый день в Башне Знаний. Благодаря широкому и свободному крою в нем было удобно двигаться, поэтому я с удовольствием носил его до сих пор. Ш-ш-ш… На плечи я накинул белый плащ, переданный мне отдельно. Они словно изначально создавались как единый комплект: вместе одежда выглядела законченной и гармоничной. Наручи я снял. Здесь не перед кем было прятать протез, да и если рука взорвалась, то разве могли уцелеть наручи? — Вам очень идет. Когда я, полностью одевшись, слегка взмахнул рукавами, стоявшая прямо передо мной госпожа Ариэль произнесла эти слова. [Не слишком ли все белое?] — Нисколько. Вы выглядите совершенно естественно. [Хм-м…] Я ответил с неоднозначным выражением лица, продолжая помахивать рукавами. Чувства стиля у меня не было ни на грош, однако всё сложилось с точностью до наоборот по сравнению с прошлым, когда я признавал только черный цвет. Мои черные волосы побелели, а глаза, хоть сейчас и закрыты, стали серыми. И верх, и низ — белые. Накинутый сверху плащ — тоже белый, и даже магия, если не изменять ее цвет намеренно, стала белой… «…Впрочем, какая разница». Не то чтобы я так уж любил черный. Просто предпочитал его за то, что на нем не видно грязи, да и при коротких выходах на улицу он не привлекал внимания. Но теперь мне стали нравиться и другие цвета: красный, желтый, зеленый, синий, белый… Больше не было причин цепляться исключительно за черный. — Рада видеть, что вы справились с чувствами. Мне стало спокойнее. Пока я разглядывал свою одежду, госпожа Ариэль заговорила с мягкой улыбкой. Внезапное воспоминание о вчерашнем позоре заставило меня вспыхнуть от смущения. Даже сейчас это было одновременно счастливым и неловким воспоминанием… […Это всё благодаря вашей помощи, госпожа Ариэль.] [И ваш рассказ о прошлом тоже был очень интересным.] — Я счастлива, что смогла помочь. А ведь когда вы проливали слезы, я не находила себе места от волнения… [Я не плакал!] Щелчок! Ожерелье Откровения подпрыгнуло. Довольно высокий голос разнесся вокруг. [Я не плакал!] — Не плакали?.. Значит, вчера я видела кого-то другого, а не господина Ли Ха Юля? Но отметки под вашими глазами были так ясно… Слова госпожи Ариэль оборвались. Ее белоснежные глаза растерянно захлопали. Зона под глазами, куда был направлен ее взгляд, оказалась скрыта плавно приподнявшимся Небесным оперением. — …К тому же на моей груди все еще отчетливо видны вчерашние следы… [А-а-а-а-а!..] Вытянувшись, Небесное оперение подхватило руку госпожи Ариэль, собиравшуюся распахнуть воротник на груди. Госпожа Ариэль недоуменно склонила голову. — К чему смущаться теперь, когда вы уже так избалованно линули ко мне? Господин Ли Ха Юль, проливать слезы и капризничать, не желая расставаться, — вовсе не стыдно. [Ладно!] [Давайте перейдем к другой теме…] — Хорошо, как пожелаете. Госпожа Ариэль, до этого довольно дразняще наступавшая, легко отступила. На это я надул щеки, демонстрируя свое недовольство. Я понимал, что ее непривычные подшучивания направлены лишь на то, чтобы прогнать мою хандру, но все равно… […В любом случае, огромное вам спасибо.] Однако недовольство растаяло под нахлынувшими мыслями. Я получил в Башне Знаний так много, что тяжело было даже вспомнить все по порядку. Семеня шажками, я подошел и крепко обнял госпожу Ариэль за талию. К сожалению, ее одеяние было закрыто, но я все равно уткнулся лицом в ее грудь. [Спасибо вам огромное.] Сейчас было около полудня. Прошлой ночью я заснул поздно, потому что мы засиделись за разговорами, но все же встал рано утром. Затем ушло немало времени на то, чтобы принять многочисленные подарки, которые вручала госпожа Ариэль. Еще недавно я с легким ужасом наблюдал, как големы без устали таскали узлы и тюки, а от вида вещей, аккуратно заполнявших подпространство, у меня буквально разбегались глаза. — Мне лишь жаль, что я не смогла оказать вам большей помощи. Госпожа Ариэль тоже крепко обняла меня и ласково погладила по голове. Она смотрела на мою макушку с искренним сожалением, будто и впрямь считала свою помощь недостаточной. [М-м-м… Вовсе нет! Вы мне так сильно помогли, я правда очень благодарен.] — …Если так, то и мне становится чуточку спокойнее. Когда я энергично замотал головой, отрицая ее слова, на лице госпожи Ариэль расцвела мягкая улыбка. — К слову, не состоите ли вы в каком-нибудь клубе? И вдруг заговорила о кружках. Я склонил голову набок. [Что?] [Э-э… Нет…?] — Клубная система Сиёлама создавалась главным образом для поддержания ментального здоровья, а не для повышения боевых навыков. Большинство из них предназначены для отдыха и досуга, поэтому, если появится немного свободного времени, советую вам вступить хотя бы в один, чтобы расслабляться. [А… Хорошо.] [Если появится время, я посмотрю.] Клубы Сиёлама. Это одна из систем Сиёлама, введенных в начале второго семестра. Были клубы, открытые непосредственно управлением Сиёлама для набора участников, а были и такие, которые создавали и которыми руководили сами курсанты. Я и сам подумывал вступить в какой-нибудь клуб, но у меня банально не было свободного времени. «…Говорили ведь, что Сиёлам создали из-за меня». Однако теперь, зная всю подноготную, я воспринимал эти слова с особым чувством. Неужели главная цель клубов — ментальное здоровье — потому, что они знали, насколько уязвима моя психика?.. — Внешняя Пустотная зона тоже изобилует различными объектами. По большей части это зоны с ограниченным доступом, но с вашим статусом особых условий вы сможете попасть куда угодно… После этого госпожа Ариэль продолжила давать мне наставления. Поскольку она проектировала Сиёлам вместе с Владычицей Башни Роста, госпожа Ариэль досконально знала устройство Академии. Ее наставления и советы действительно были полезны. «……» Время расставания уже подступало к самому горлу, и я, уткнувшись головой в грудь госпожи Ариэль, послушно внимал ее словам. — …Пожалуй, мне больше нечего добавить. На самом деле господин Ли Ха Юль хоть и казался нерешительным, прекрасно справлялся со всем в одиночку, так что мои слова могут показаться излишней опекой. [Вовсе нет!] — Я рада. Когда наставления подошли к концу, воцарилась тишина. В безмолвии, где не слышно было даже грохота големов, раздавался лишь тихий шорох от ее руки, гладившей мои волосы. — …Пфу-у-у… Насладившись ее лаской, я собрался с духом и тяжело вздохнул. Нельзя же бесконечно оставаться в этих объятиях. Нет, чтобы в будущем я мог вот так же счастливо прижиматься к ней, сейчас нужно было шагнуть назад. Я разжал руки на ее талии и отступил на два-три шага. Уютное тепло объятий, тепло ее тела и стук сердца отдалились. Ощущение, которое я теперь не смогу почувствовать еще долго. От этой мысли в горле встал ком, и я плотно сжал губы. [Потом.] Обычно со сжатыми губами говорить невозможно, но, к счастью, благодаря Ожерелью Признания я мог вести беседу, даже не открывая рта. Я на миг собрался с мыслями, собираясь озвучить их через Ожерелье Откровения. «……» Но произнести их оказалось непросто. [Потом…] И это при том, что еще вчера вечером я так долго мучился над вопросом, что сказать! Стоило наступить решающему моменту, как разум словно потемнел, и мысли запутались. [Потом… давайте встретимся и снаружи.] Поэтому в итоге я выдавил из себя краткую, но прямую фразу. Башни обладают правами и обязанностями. Обязанности — это то, что надлежит исполнять Владыке Башни, а права — полномочия, которыми тот может пользоваться. В норме права и обязанности должны находиться в равновесии примерно пятьдесят на пятьдесят, но пять Владычеств Башен в этом мире несли куда больше обязанностей, чем имели прав. Это привело к множеству ограничений, вылившись в нелепую ситуацию, когда Владыка Башни не может ступить за пределы своей обители… Причина столь тяжкого бремени в конечном счете кроется во внешнем вторжении. Если как следует избавиться от этих тварей, Владыки Башен смогут вернуть себе хотя бы относительную свободу. — …Снаружи. Госпожа Ариэль, ждавшая моих слов, растерянно пробормотала, словно услышала нечто совершенно неожиданное. Увидев ее ошеломленную реакцию, я принялся отмахиваться руками, будто оправдываясь: [Да, снаружи… Ах, конечно, возможно, я еще раньше снова войду в Башню Знаний, но если нет… давайте в следующий раз встретимся снаружи.] Смогу ли я снова войти в Башню Знаний? Сказать трудно. Даже госпожа Ариэль не могла точно предсказать, когда будет снято следующее ограничение. К тому же, даже если ограничение снимется, неизвестно, буду ли я в состоянии войти сюда. Я и сам толком не понимал, что несу. Кажется, я вывалил все слишком сбивчиво и бессвязно, из-за чего запоздало вспыхнул от смущения. Прикрыв лицо Небесным оперением, я отвернулся. — …А-ха-ха, что ж, отдамся на волю вашего милосердия, господин Ли Ха Юль, и буду с нетерпением ждать. Услышав смешок над ухом, я поневоле округлил глаза. Это был тихий, едва различимый даже для моего слуха смех. И смеялся явно не я. Здесь были только я и госпожа Ариэль. [Вы сейчас засмеялись, да?] — Засмеялась?.. Что вы, я вовсе не смеялась. [Да ну, я же только что слышал смех!] — Понятия не имею, о чем вы. [Ы-ы-ык… Я же все прекрасно слышал!..] Когда я резко повернул голову и спросил, госпожа Ариэль лишь шутливо пожала плечами. Видя, как она открещивается, несмотря на то, что я отчетливо все слышал, я надул щеки. — Ой, неужели вы расстроились? [Ничего я не обиделся!] — Вы так мило надули щеки, когда говорите это, что у меня нет никаких причин верить. На этот раз госпожа Ариэль совершенно точно тихо хихикнула. Когда я сердито поджал губы и сдвинул брови, она размашистыми шагами направилась ко мне. Из-за этого я вздрогнул плечами и отступил назад. [З-зачем вы подходите?] — У меня есть для вас последний подарок. Я должна была вручить его раньше, но потребовалось время на настройку. Пожалуйста, возьмите. [Ой.] Пожав плечами, госпожа Ариэль подошла вплотную. И протянула мне посох, который каким-то образом уже держала в руках. — Это посох, которым я пользовалась во времена своей бытности исследователем, — Вершинный Цветок. Его возможности ничуть не уступают современным артефактам, так что используйте его по своему усмотрению. [Вы сами им пользовались?.. Можно ли мне принимать такое…?] — Все в порядке. Ему и самому лучше служить верой и правдой снаружи, чем пылиться в Башне. Если уж совсем станет ненужен, можете даже продать. [Ни за что не продам! Не говорите так… Я буду беречь его.] Ужаснувшись от ее слов, я принял посох. Его древко было близкого к серебристому оттенка, а на вершине располагался синий хрустальный шар. В остальном же это был крайне простой посох, лишенный каких-либо украшений. Возможно, это прозвучит нескромно, но на вид он казался незаконченным, и я в недоумении склонил голову. У-у-у-унг…! Стоило мне обхватить посох обеими руками, как он затрепетал, и благодаря хлынувшей в мою голову информации я понял, почему у него такой вид. «…Это посох или копье?» Я захлопал глазами перед функцией, вызвавшей подобную мысль. У-у-у-у-унг…! «Ты-то чего…» Пока я гладил посох, раздумывая над его сутью, Доказательство Защиты тоже внезапно испустило вибрацию. Из-за этой вибрации, в которой явственно ощущалось недовольство, моя голова сама собой наклонилась вбок. — Ваши слова невероятно сладостны, но все же старайтесь использовать его по назначению. И вдобавок к этому… Внезапно госпожа Ариэль протянула руку. Ее изящные пальцы приподняли мою челку, обнажая лоб. — Молю о том, чтобы это стало хоть малой подспорью на вашем пути, господин Ли Ха Юль. Чмок [Хе-ек?!] Склонившись, она легко коснулась губами моего лба. В тот же миг от прикосновения влажных и мягких губ к моему лбу мое сознание на мгновение отключилось. А затем… Всё стало складываться воедино. Не так, как раньше. Запутанная, хаотичная информация наводила порядок и занимала правильные места. Ощущение было таким, будто разбросанные по полу книги аккуратно расставляли на полках нового книжного шкафа. Мое тело мелкой дрожью отозвалось на это чувство. [Э-э? Ы-ыг, кхек…?] — Это Власть знания. Принимая во внимание прошлый инцидент, я заранее настроила ее под вас. Можете использовать ее, постепенно снимая ограничения по мере необходимости. Сквозь мерцающее сознание до меня донесся шепот госпожи Ариэль. От прежнего сдержанного прощания не осталось и следа. Я снова оказался в объятиях госпожи Ариэль и еще долго дрожал всем телом. ◆ ◆ ◆ [Система коррекции игрока: Симпатия] Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●●●○○○ (72/100) «Владычица Башни Знаний» «Глава Магического совета» «Мо?локо» «Замешательство» «Смятение» «Сомнения» «Подозрительность» «Благодарность» ▽Изменения▽ Ли Ха Юль → Ариэль Сегнис Терновсия ●●●●●●●○○○ (72 ▷ 75/100) «Владычица Башни Знаний» «Глава Магического совета» «Мо?локо» «Покровительница» «Благодарность» «Помощь» … [Настройка системы...] [Система коррекции Спасителя: Уровень освоения] [Создается квест «Ариэль Сегнис Терновсия»] … [Получена часть полномочий «Власть знания»] [Вы назначены владельцем артефакта высшего ранга «Вершинный Цветок(Чонхва)»] … [Владычица Башни Гармонии рявкает, спрашивая, что она вытворяет с ребенком] [Владычица Башни Знаний пожимает плечами] … [Артефакт «Доказательство Защиты» выражает недоумение] [?] [Артефакт «Чонхва» хмурится] [Устаревшая модель…] ----------