Был второй день второго месяца по лунному календарю — благоприятный день для дороги.

Дождь лил без остановки. Ударяясь о землю, он поднимал свежий запах сырой почвы; падая в озёра, разгонял по воде дрожащие круги; попадая на головы прохожим, заставлял их тихо ругаться себе под нос.

— Кто сказал, что сегодня благоприятный день для дороги? Я только за порог вышел, и сразу ливануло, — проворчал Лу Ян, жалея, что заранее не приготовил соломенный плащ[1].

Лу Ян впервые отправился в дальний путь. Дождь застал его врасплох и вымочил с головы до ног. Казалось, сама земля решила жестоко над ним подшутить. На каждом шагу ему приходилось вытаскивать из раскисшей грязи облепленные тиной башмаки.

И тут внимание Лу Яна привлёк донёсшийся сзади цокот копыт. Он обернулся и увидел приближающуюся конную повозку. Возницы не было, но старый конь, казалось, сам знал дорогу.

«Какой удивительный конь», — восхитился Лу Ян. Несколько змеиных чешуек на лбу старого коня показывали, что это демонический зверь необычной породы.

Сколько мог стоить такой конь, Лу Ян не представлял, но точно знал одно: ему он был не по карману.

— Эй, брат, решил прогуляться под дождём? Утончённо, ничего не скажешь, — с лёгкой насмешкой окликнул его мужчина из повозки. — Не хочешь присесть внутрь?

Лу Ян принял своевременное приглашение, ещё раз вытащил ноги из грязи и забрался под спасительную крышу повозки.

— Простите за беспокойство, меня зовут Лу Ян. — Он осторожно нашёл место, где можно сесть, опасаясь испачкать внутренность повозки дождевой водой и налипшей грязью.

— А меня Мэн Цзинчжоу. — По голосу мужчины сразу было понятно: нрав у него лёгкий и открытый, он мог разговориться с кем угодно.

— Брат Лу, ты тоже пришёл участвовать в отборочных испытаниях Секты Ищущих Дао?

— Попробовать удачу.

Мэн Цзинчжоу громко рассмеялся.

— Брат Лу, можно и честнее. Если бы ты и правда просто пробовал удачу, не стал бы брести туда под таким дождём.

Лу Ян смущённо признал:

— А кто не хочет попасть в Секту Ищущих Дао?

Секта Ищущих Дао была одной из Пяти великих бессмертных сект Центрального континента и славилась бесчисленными могучими культиваторами. Сегодня Секта Ищущих Дао набирала учеников, а Лу Ян и Мэн Цзинчжоу были лишь двоими из множества честолюбивых кандидатов, стекшихся к месту отбора в надежде быть принятыми.

Лу Ян перенёсся в Центральный континент из другого мира, а его родители в этом мире рано умерли. Только благодаря крохам оставшегося наследства и помощи соседей он сумел кое-как выжить.

За десять лет, проведённых в маленьком городке, он слышал от сказителя истории о бессмертных, что с мечами возносились к небесам, о чудовищных наводнениях, которые вызывали речные демоны, разворачиваясь за пятьсот ли отсюда, и о учениках бессмертных сект, что уничтожали демонов и бесов, поддерживая справедливость летающими мечами. А ещё он своими глазами видел, как растрёпанные даосы-мошенники взмывали в небо и сбегали из тюрьмы — только затем, чтобы их снова ловили чиновники, тоже умевшие летать.

Тогда Лу Ян понял: это уже не знакомый ему мир и не какая-нибудь историческая династия из его памяти. Это был мир, где люди могли культивировать, а отдельные личности — накапливать невероятную силу.

Раз он хотел искать Дао и овладеть бессмертными искусствами долголетия, Секта Ищущих Дао была для него первым выбором.

Причина была одна: Секта Ищущих Дао была единственной сектой поблизости.

Раз Секта Ищущих Дао стоит здесь, другие культиваторы не станут вредить сами себе и основывать секту рядом.

Из разговора с Мэн Цзинчжоу Лу Ян узнал, что тот происходил из древнего клана культиваторов и разбирался в культивации куда лучше.

— Ученики, которых ищет Секта Ищущих Дао, — это смертные не старше шестнадцати лет. У большинства других сект требования похожие.

— Путь культивации не только полон препятствий, он ещё и труден и бесконечен. Между каждой стадией — от Тренировки ци, Закладки фундамента, Золотого ядра, Зарождающейся души, Божественного преображения, Очистки пустоты, Слияния и до Преодоления бедствия — лежит водораздел, который останавливает бесчисленное множество людей. Двигается дальше один из десяти, потом один из двадцати, а в итоге, может, лишь один из сотни способен хоть сколько-нибудь продвинуться.

— На достижения в культивации влияет многое: удача, мудрость, тип духовного корня. Хотя Секта Ищущих Дао не предъявляет слишком высоких требований к духовному корню, совсем уж никудышный они принимать не захотят. Кстати, брат Лу, ты знаешь, какой у тебя духовный корень?

Лу Ян нахмурился. О термине «духовный корень» он знал только от сказителя и понятия не имел, каким духовным корнем обладает.

— Не знаю. А у тебя, брат Мэн?

Лицо Мэн Цзинчжоу заметно озадачилось. Он покачал головой.

— Однажды в клане мне проверяли духовный корень, но лица старейшин были исписаны тревогой. Результаты они сказать отказались, только заявили, что мой талант поразительно исключителен. Уверяли, что с поступлением в любую из Пяти великих сект проблем не будет, и добавили, что в будущем, став учеником, я сам всё узнаю. Я тайком спросил родителей, но они отреагировали ещё сильнее старейшин.

Лу Ян рассудил:

— Может, твой духовный корень настолько не от мира сего, что способен навлечь беду на семью Мэн? И защитить тебя может только такая громадная организация, как Секта Ищущих Дао.

— Вот и я так думаю! — Мэн Цзинчжоу хлопнул Лу Яна по плечу, словно встретил родственную душу. Чем дольше он смотрел на Лу Яна, тем сильнее ощущал: Лу Ян, как и он сам, с рождения одарённый человек, предназначенный для культивации.

Снаружи шум ливня становился только сильнее, и Лу Ян был благодарен Мэн Цзинчжоу за место в повозке.

— Стой! — вдруг крикнул Мэн Цзинчжоу.

Старый конь сделал ещё несколько шагов и постепенно остановился. Повозка была магическим сокровищем, и Мэн Цзинчжоу сумел заметить женщину, идущую под дождём снаружи, почти как недавно шёл Лу Ян.

— Здравствуйте, госпожа! Судя по направлению, вы тоже идёте в Секту Ищущих Дао участвовать в отборочных испытаниях? Раз уж идёт дождь, не хотите ли присоединиться к нам в повозке?

Женщина, похоже, немного удивилась предложению Мэн Цзинчжоу, но, недолго подумав, согласилась. Однако стоило ей подняться в повозку, как Мэн Цзинчжоу и Лу Ян застыли в изумлении.

Мэн Цзинчжоу гордился своим богатым жизненным опытом, но даже он счёл женщину перед собой самой красивой из всех, кого когда-либо видел. Что уж говорить о Лу Яне: самой привлекательной женщиной, которую он встречал, была молодая вдова по соседству, торговавшая тофу.

Разумеется, Лу Ян был благовоспитанным господином и никаких непристойных мыслей о ней не имел.

Среди грязи и дождя стройная женщина в белом расцвела, как пленительный и при этом незапятнанный цветок лотоса. Сияющие глаза и жемчужные зубы источали силу, почти способную увлечь человека в иной мир, а правое запястье украшал браслет с нанизанными золотыми колокольчиками.

— Благодарю вас обоих. Меня зовут Юнь Чжи. — Её мягкий голос струился, как родник.

Вдруг Лу Ян заметил неладное и прошептал:

— Брат Мэн, почему она сухая? Может, она на самом деле демон?!

В историях сказителей часто встречались случаи, когда демоны превращались в красавиц, чтобы заманивать молодых крепких мужчин вроде них.

В отличие от промокшего и жалкого Лу Яна, на Юнь Чжи не было ни единой капли воды, хотя от человека, только что прошедшего под дождём, такого никак не ожидали.

Мэн Цзинчжоу отмахнулся и быстро нашёл объяснение:

— Возможно, при ней есть магическое сокровище, отталкивающее дождь. В древних кланах такие довольно обычны.

Версия, что Юнь Чжи может быть демоном или чудовищем, в список тревог Мэн Цзинчжоу не входила. В конце концов, это территория Секты Ищущих Дао; какой демон настолько не в себе, чтобы устраивать здесь переполох?

— Госпожа Юнь Чжи, вы пришли участвовать в отборочных испытаниях Секты Ищущих Дао?

— Верно.

Мэн Цзинчжоу с воодушевлением продолжил:

— Так уж вышло, что у меня есть содержание экзамена Секты Ищущих Дао. Я купил его у старейшины Секты Ищущих Дао за баснословную цену. Госпожа Юнь Чжи, хотите послушать?

Поражённый Лу Ян уставился на Мэн Цзинчжоу. А мне ты почему не сказал?

Юнь Чжи была ошеломлена ещё сильнее.

— Это жульничество. Если Секта Ищущих Дао узнает...

Переполненный уверенностью, Мэн Цзинчжоу махнул рукой.

— Эта моя повозка — магическое сокровище. Даже те грозные культиваторы и старые чудаки, что живут уединённо, не смогут обнаружить это место своим духовным сознанием.

— Понимаю. Тогда, господин Мэн, поделитесь подробностями экзамена.

Лу Ян навострил уши.

Мэн Цзинчжоу прочистил горло и начал:

— Всего в испытаниях Секты Ищущих Дао три раунда. Первый — проверка духовного корня. Он крайне негибкий и исключает всякую возможность срезать путь. Во втором и третьем раундах уже есть пространство для манёвра.

— Второй раунд проверяет характер. Повозка потеряла управление и мчится прямо на пятерых человек, лежащих у дороги. Если произойдёт столкновение, эти пятеро наверняка погибнут. Однако рядом лежит ещё один человек. Мы, как сторонние наблюдатели, можем управлять направлением повозки. Можно не вмешиваться и обречь пятерых, а можно изменить направление и убить того одного. Что бы ты сделал?

Лу Ян не задумался ни на миг.

— Убил бы того одного.

Мэн Цзинчжоу был чрезвычайно поражён. С тех пор как он узнал тему второго раунда, он так и не смог придумать решение. Как Лу Ян мгновенно определился?

Если не вмешаться, придётся смотреть, как погибают пятеро. Это препятствие, которое должна преодолеть совесть. С другой стороны, если изменить направление и врезаться в того одного, не только ему не повезёт — его смерть ещё и станет результатом наших собственных действий.

Когда Мэн Цзинчжоу высказал свои сомнения, Лу Ян объяснил:

— Откуда у тебя столько времени философствовать? Пока придёшь к выводу, тех пятерых уже давно раздавит. Думаю, цель Секты Ищущих Дао не в том, чтобы заставить нас выбирать между спасением пятерых и спасением одного, а в том, чтобы посмотреть, способны ли мы быстро принять решение.

— Я слышал от сказителей, что в битвах между культиваторами даже ничтожнейшее отклонение может решить вопрос жизни и смерти. Второй раунд оценивает наш характер: нерешительны мы или твёрды. Принять решение за кратчайшее время — ключевое качество для культиватора.

Мэн Цзинчжоу почувствовал, будто прозрел.

— Третий раунд проверяет честность. В Секте Ищущих Дао есть зеркало, способное определить, правдивы твои слова или ложны. Если оно обнаружит, что ты лжёшь, тебя немедленно исключат.

Лу Ян немного подумал.

— Этот раунд простой. Без предварительного напоминания легко было бы попасться в ловушку и соврать, чтобы прикрыть себя. Теперь, когда нас предупредили, надо всего лишь говорить правду.

Мэн Цзинчжоу согласно кивнул. Двое ещё какое-то время горячо обсуждали всё это, выдвигая разные предположения и соответствующие меры противодействия. В конце концов они пришли к выводу, что их общий план безупречен.

Госпожа Юнь Чжи едва заметно улыбнулась, словно признавая, что план двух юношей великолепен.

— Большое спасибо, что поделились, молодой герой Лу.

Лу Ян высунул голову в окно.

— О, дождь закончился?

Шум дождя исчез. Там, откуда они только что приехали, всё ещё лило как из ведра, но здесь сияло солнце и после дождя проступила радуга. Казалось, несравненная мечная ци чисто рассекла мир на две вечные половины.

Подняв голову, Лу Ян увидел множество мистических зверей и бессмертных магических устройств, направлявшихся прямо к высокой горе, будто пронзавшей небо. Величественная гора была покрыта слоем золотого солнечного света. На неё, словно изящные декоративные узоры, ложилась защитная оболочка, не подпускавшая ливень.

Это были горные врата Секты Ищущих Дао, а над ними возвышалась непроницаемая Великая защитная формация секты.

Из уважения к Секте Ищущих Дао будущие культиваторы под руководством старших из своих семей приземлялись у подножия горы и ждали начала испытаний.

Старый конь был довольно редким необычным демоническим зверем, но всё равно мерк на фоне великолепных зверей, останавливавшихся у подножия горы.

Мэн Цзинчжоу нервно потёр ладони.

— Чёрт, это куда величественнее, чем поместье нашей семьи Мэн.

И всё же одной мысли о том, что он скоро пройдёт экзамены и станет членом Секты Ищущих Дао, хватало, чтобы кровь быстрее побежала по жилам.

Лу Ян ничего не сказал. Гору было видно из его дома, но он особо о ней не думал: слишком уж далеко она находилась. Теперь, стоя у самого подножия, он наконец осознал её истинный масштаб.

Ему стало немного тревожно. Пусть у него были идеи насчёт второго и третьего раундов, о своём духовном корне он по-прежнему ничего не знал. А что, если я даже первый раунд не пройду?

Десятки культиваторов стояли в воздухе, охраняя гору, и от них расходились мощные волны ауры. Лу Ян подозревал: выпусти они свою ауру в полную силу, мало кто останется стоять. Культиваторы не произносили ни слова, и оттого их присутствие лишь всё сильнее давило на собравшихся.

Лу Ян услышал, как старший член одного клана кратко объясняет младшему из того же клана:

— По стилю даосских одежд видно, что это основные ученики — те, кто находится под наставничеством разных старейшин, а также ваши будущие старшие и младшие братья и сёстры.

— Нервничать не нужно. Они не пытаются специально вас запугать. Похоже, они ждут человека, который будет вести этот экзамен. Испытания начнутся, когда прибудет ведущий.

Лу Ян обернулся, желая проверить, взволнована Юнь Чжи или тревожится. Не может же ей быть всё равно?

— Госпожа Юнь Чжи, вы...

Лу Ян не успел договорить: Юнь Чжи уже неторопливо ушла. С каждым её шагом по воздуху под ногами появлялся белый лотос, подчёркивая её изящную фигуру.

Среди толпы поднялся шум, и старшие из кланов поспешили зашикать на своих младших, а на их лбах выступили капли холодного пота.

Зависшая в воздухе дорожка из белых лотосов закончилась прямо среди основных учеников Секты Ищущих Дао. Те почтительно поклонились Юнь Чжи. Повернувшись к толпе, Юнь Чжи улыбнулась.

— Прошу прощения за долгое ожидание. Я — Старшая сестра Секты Ищущих Дао, ведущая сегодняшних отборочных испытаний. Настоящим объявляю: испытания начинаются.

Юнь Чжи не забыла украдкой послать понимающую улыбку разинувшим рты Лу Яну и Мэн Цзинчжоу.

Я действительно пришла участвовать в отборочных испытаниях Секты Ищущих Дао, но никогда не говорила, что я кандидат.

Я экзаменатор.

---

[1] Плащ или накидка, сплетённая из соломы или пальмового волокна. В древнем Китае крестьяне часто носили такие, чтобы защититься от дождя. В source note было указано, что прилагалась иллюстрация для справки.

[Второй день лунного февраля, хороший день для путешествий.]

Дождь хлестал по земле, разбрызгивая еë аромат. Озеро не жаловалось на рябь от капель, в то время как пешеход бормотал проклятия в адрес дождя.

— Чертовски хорошо для путешествий, да? Дождь начался, как только я вышел, — пожаловался Лу Ян, жалея, что оставил соломенный плащ и шляпу дома.

Не имея опыта, во время первого долгого путешествия дождь намочил его. Ему казалось, что земля злобно пытается поглотить его — приходилось вытаскивать ноги из грязи.

Эхо копыт сзади привлекло внимание Лу Яна.

Когда он обернулся, к нему приблизилась карета. Кучера не было, а старая лошадь, казалось, сама знала дорогу.

— Какая чудесная лошадь! — восхитился Лу Ян. На лбу у старой лошади была змеиная чешуя. Очевидно, это был какой-то мутировавший демонический зверь.

Хотя он не знал, сколько она стоит, он понимал, что лошадь должна быть очень ценной.

По крайней мере, сейчас он не мог себе еë позволить.

— Похоже, этому господину нравится прогуливаться под дождем, не хотите ли посидеть в карете?

Изнутри кареты донесся веселый мужской смех. Лу Ян принял любезность мужчины, вытащил ноги из грязи и быстро сел в карету.

— Простите. Я Лу Ян, — Лу Ян осторожно сел внутрь, опасаясь, что дождь и грязь на его теле испачкают еë.

— Мэн Цзинчжоу, — Хозяин кареты, как и следовало ожидать по его голосу, был глубоко расслабленным молодым человеком. Очевидно, оптимист, способный завязать разговор с кем угодно.

— Брат Лу, ты здесь, чтобы присоединиться к отбору в Секту Искателей Дао?

— Просто испытываю удачу.

Мэн Цзинчжоу от души рассмеялся: «Брат Лу, честность — это хорошая черта, верно? Если бы ты действительно просто испытывал удачу, то не стал бы идти к Секте Искателей Дао под дождем».

Лу Ян немного смутился: «Действительно, трудно найти человека без интереса к Секте Искателей Дао...»

Секта Искателей Дао, одна из Пяти Великих Бессмертных Сект Центрального Континента, имела бесчисленное количество мастеров культивации и была чрезвычайно могущественной. Секта начала отбор учеников, который притягивал к себе многочисленные взгляды.

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу не стали исключением.

Став сиротой в раннем возрасте, Лу Ян жил на Центральном Континенте. Он выживал за счет небольшого наследства родителей и пожертвований соседей.

За годы жизни в городе он услышал от рассказчика множество историй. Бессмертный, летящий к небесным вратам на своем мече, речной демон, вызвавший наводнение на пятьсот миль, ученик Секты Бессмертных, истребляющий демонов своим летающим мечом. Дряхлый даосский мошенник, левитирующий на публике, вырвавшийся из тюрьмы, только для того, чтобы снова быть схваченным левитирующими мастерами правосудия.

В этот момент он понял, что это не тот мир, с которым он был знаком, не та эпоха, которую он знал. Это был мир культивации, где личная сила могла достичь удивительных высот.

Он хотел обрести бессмертие и научиться методу культивации бессмертных.

Секта Искателей Дао стала его первой остановкой для исполнения этого желания.

Причина, по которой он выбрал Секту Искателей Дао, была проста: поблизости от его дома не было других сект, только Секта Искателей Дао.

С появлением здесь Секты Искателей Дао другие секты не были настолько глупы, чтобы пытаться основать свою секту поблизости.

Во время их разговора Лу Ян узнал, что Мэн Цзинчжоу происходил из влиятельной семьи культиваторов, и его знания о культивации намного превосходили знания Лу Яна.

— Секта Искателей Дао принимает только учеников в возрасте до шестнадцати лет. Это требование не только для Секты Искателей Дао, но и для большинства других сект.

— Путь культивирования долог и труден. Стадии Утончения Ци, Заложения Основания, Золотого Ядра, Зарождения Души, Трансформации Духа, Утончения Пустоты, Объединения и Прохождения Скорби — все они представляют собой прорыв в культивировании. Бесчисленное множество людей застряло на каждом из этих этапов.

— Существует множество факторов, определяющих успех в культивировании, таких как удача, мудрость, Духовный Корень... Кстати, брат Лу, ты знаешь, какой у тебя Духовный Корень?

— Хотя Секта Искателей Дао не предъявляет высоких требований к Духовному Корню, она не примет слишком слабого.

Лу Ян нахмурился: он слышал о термине "Духовный Корень" от рассказчика, но не знал, какой у него Духовный Корень.

— Я не знаю, а как насчет тебя, брат Мэн?

Мэн Цзинчжоу озадаченно покачал головой: «Я проверял свой Духовный Корень в семье, но старейшины не сказали мне о результатах с обеспокоенным выражением лица. Они просто сказали, что мой талант необычен и что для меня не составит труда присоединиться к одной из пяти Великих Бессмертных Сект, и что я узнаю о своëм Духовном Корне, когда я это сделаю. Я попытался тайно расспросить родителей, но они ещë больше забеспокоились и ничего мне не сказали».

Лу Ян предположил: «Возможно, твой Духовный Корень настолько необычен, что может принести неприятности семье Мэн. Только такая гигантская секта, как Секта Искателей Дао, может защитить тебя».

— Я тоже так думаю, — Мэн Цзинчжоу похлопал Лу Яна по плечу. Теперь он считал Лу Яна таким же талантливым, как и он сам — вот это пара одаренных культиваторов!

Лу Ян прислушивался к усиливающемуся шуму дождя снаружи и радовался, что Мэн Цзинчжоу пригласил его в карету.

— Стоять! — неожиданно крикнул Мэн Цзинчжоу. Старая лошадь замедлила ход и остановилась.

Карета была редким сокровищем, и Мэн Цзинчжоу мог видеть мир снаружи, находясь в ней.

Мэн Цзинчжоу заметил молодую женщину, идущую под дождем, и, похоже, была в той же ситуации, что и Лу Ян недавно.

— Леди, раз вы идëте в этом направлении, значит, вы направляетесь в Секту Искателей Дао, чтобы принять участие в экзамене. Дождь очень сильный, почему бы вам не отдохнуть в карете?

Женщина немного удивилась предложению Мэн Цзинчжоу, но, поразмыслив, решила принять его.

Как только женщина села в карету, Мэн Цзинчжоу и Лу Ян были ошеломлены.

Мэн Цзинчжоу, считавший себя мирским человеком, никогда не видел такой красивой женщины, как она, а о Лу Яне и говорить не стоит: самой красивой женщиной, которую он когда-либо видел, была молодая вдова, которая жила по соседству и продавала тофу.

Конечно, Лу Ян был благородным человеком и не имел никаких непристойных мыслей о молодой вдове.

Женщина была похожа на очаровательный, но не показной лотос. Одетая в белый халат, она была высокой и хрупкой, с яркими глазами и белыми зубами, от неë исходила некая трансцендентная аура.

Также на правом запястье она носила золотой браслет.

— Спасибо вам обоим.

Голос женщины был успокаивающим, как чистый ручеëк.

Лу Ян заметил что-то странное и прошептал: «Брат Мэн, она не промокла под проливным дождем. Может, она чудовище?»

В сказаниях чудовища часто превращались в прекрасных женщин, чтобы соблазнить молодых и сильных мужчин, подобных им.

Лу Ян был вымокшим и выглядел растрёпанным, а Юнь Чжи была совершенно сухой. Она не выглядела так, словно только что попала под дождь.

Мэн Цзинчжоу не стал сильно задумываться об этом: «Возможно, у неë есть редкое сокровище, которое отталкивает дождь. Это не редкость в престижных семьях».

Мэн Цзинчжоу не беспокоился о том, что Юнь Чжи была монстром, ведь они находились на территории Секты Искателей Дао. Любое чудовище, рискующее своей жизнью, чтобы доставить неприятности, было бы уничтожено.

— Госпожа Юнь Чжи, вы пришли, чтобы принять участие в экзамене Секты Искателей Дао?

— Верно.

Мэн Цзинчжоу тепло улыбнулся: « У меня есть инсайдерская информация об экзамене Секты Искателей Дао, полученная за большие деньги от одного старейшины. Не хотите ли послушать?»

Лу Ян удивлённо посмотрел на Мэн Цзинчжоу. Почему он не рассказал ему об этом?

Юнь Чжи выглядела ещë более удивлëнной: «Это нарушает правила. Если Секта Искателей Дао узнает...»

Мэн Цзинчжоу взмахнул рукой, излучая уверенность: «Эта карета — магическое сокровище. Даже самые могущественные отшельники, культиваторы и древние существа не смогут проникнуть в неё своим Духовным Чувством».

— Я поняла. Пожалуйста, расскажите мне о содержании экзамена.

Лу Ян тоже внимательно слушал.

Мэн Цзинчжоу прочистил горло: «Экзамен Секты Искателей Дао состоит из трëх частей. В первой части проверяется Духовный Корень — это непреложное требование, не допускающее никаких уловок и недомолвок. Вторая и третья части — это те, для которых мы можем выработать стратегию».

— Вторая часть проверяет ваш моральный облик. Карета вышла из-под контроля и направляется к пяти людям, лежащим на обочине. Если их сбить, они, несомненно, погибнут. Неподалеку лежит ещë один человек. Как сторонние наблюдатели, мы можем управлять направлением движения кареты. Проигнорируем ли мы еë и позволим убить пятерых человек или изменим курс и убьëм другого человека?

Не раздумывая, Лу Ян ответил: «Убьëм другого человека».

Это озадачило Мэн Цзинчжоу. С тех пор как он узнал о содержании второй части, он не мог найти решение. Как Лу Ян мог так быстро принять решение?

Если бы они проигнорировали ситуацию, то стали бы свидетелями пяти смертей — поступок, возможно, оправданный, но эмоционально невыносимый. А если бы они решили сменить направление и убить другого человека, то ему, несомненно, не поздоровилось. Это также означало бы, что они причастны к смерти.

Мэн Цзинчжоу высказал свои сомнения, на что Лу Ян пояснил: «Времени на раздумья не хватит. К тому времени, как вы придëте к решению, пятеро человек уже будут убиты. Я полагаю, что Секта Искателей Дао хочет проверить, спасëте ли вы пятерых или одного человека, а скорее, сможете ли вы быстро принимать решения».

— Я слышал от одного из учëных, что в битве между культиваторами малейшее колебание может привести к смерти. Во второй части проверяется не ваш моральный облик, а то, насколько вы решительны. Принять решение в кратчайшие сроки — вот ключ к успеху.

Мэн Цзинчжоу внезапно всë понял.

— Третья часть проверяет вашу честность. В Секте Искателей Дао есть зеркало, которое может определить, лжëте ли вы, и если вас поймают на лжи, то вы сразу же будете дисквалифицированы.

Лу Ян задумался: «Этот этап очень прост. Не зная заранее, очень соблазнительно солгать, чтобы скрыть свои недостатки. Но теперь, когда мы знаем всë заранее, нужно просто говорить правду».

Мэн Цзинчжоу кивнул в знак согласия с его мыслями.

Пара еще некоторое время рассуждала, обдумывая возможные сюрпризы и стратегии. В конце концов они решили, что у них всë схвачено.

Госпожа Юнь Чжи улыбнулась, похоже, еë позабавили их тщательные планы.

— Спасибо, что поделился, молодой герой Лу.

— Хм, дождь прекратился? — Лу Ян заметил, что снаружи кареты не слышно шума дождя. Заинтригованный, он высунулся, чтобы проверить.

По дороге, по которой они ехали, по-прежнему лил проливной дождь, в то время как их нынешнее местоположение было залито солнечным светом, оживлено пением птиц и ароматом цветов. Словно непревзойдëнная Ци Меча разделила мир на две половины — инь и ян, которые никогда не пересекутся.

Взглянув вверх, Лу Ян увидел множество экзотических зверей и магических артефактов, устремившихся к колоссальной горе, уходящей в небо.

Возвышающаяся гора была залита солнечным светом и окрашивалась в тускло-золотистый цвет. От горы расходился великолепный узор, закрывая небо и препятствуя дождю.

Это был вход в Секту Искателей Дао, защищенный несокрушимой формацией.

Из уважения к Секте Искателей Дао вундеркинды под руководством старших приземлялись у подножия горы, чтобы дождаться начала экзамена.

Старый конь уже был необычным демоном-мутантом. Но по сравнению с теми экзотическими зверями, что отдыхали у подножия горы, он всë же несколько уступал.

— Ах, это намного больше, чем поместье семьи Мэн, — Мэн Цзинчжоу потирал руки, чувствуя легкое беспокойство. При мысли о том, что скоро он станет членом Секты Искателей Дао, он скорее радовался, чем нервничал.

Лу Ян молчал. Он видел эту гору ещё из дома. Издалека она не казалась значительной, но, стоя у еë подножия, он осознавал еë коллоссальность.

Он тоже нервничал. Они могли бы разобраться со второй и третьей частями, но он ещё не знал, что такое Духовный Корень. Возможно, ему не удастся преодолеть даже первое испытание.

Около дюжины культиваторов левитировали впереди, от всех исходила сильная аура. Лу Ян подозревал, что если они полностью выпустят свою ауру, то мало кто сможет устоять в их присутствии.

Культиваторы не произносили ни слова, оказывая психологическое давление одним своим присутствием.

Лу Ян услышал, как один из глав кланов представил молодое поколение: « Судя по их одеяниям, это основные ученики Секты Искателей Дао, ученики различных старейшин, ваши будущие старшие».

— Не нервничайте. Они не намеренно давят на вас. Похоже, они ждут человека, который будет проводить экзамен. Как только экзаменующий будет здесь, экзамен начнется.

Лу Ян повернул голову, желая увидеть реакцию Юнь Чжи — взволнована она или встревожена.

Не могла же она остаться равнодушной?

— Госпожа Юнь Чжи, вы...

Как раз в тот момент, когда Лу Ян собирался что-то сказать, Юнь Чжи начала шагать вперед. Перед каждым шагом на землю поднимался белый лотос, поддерживая её стройную фигуру.

— Простите, что заставила вас ждать. Я — Старейшая Старшая Сестра Секты Искателей Дао и экзаменующая этого экзамена.

— Объявляю экзамен открытым!

С этими словами Юнь Чжи с веселой улыбкой посмотрела на ошеломлëнных Лу Яна и Мэн Цзинчжоу.

Действительно, она пришла участвовать в экзамене Секты Искателей Дао, но не в качестве проходящего, а в качестве проводящего.

Единственной мыслью Лу Яна и Мэн Цзинчжоу было, что они действительно обсуждали, как сжульничать перед экзаменатором.

Старшая сестра Юнь Чжи, словно не зная, что они тогда планировали, бросила на них один взгляд, а затем начала организовывать экзамен, не удосужившись посмотреть на них во второй раз.

Было очевидно, что Юнь Чжи пользовалась большим уважением среди учеников Секты Искателей Дао, и еë приказам беспрекословно подчинялись.

Ученики Секты Искателей Дао, каждый из которых был влиятельной фигурой во внешнем мире, почитались и восхищались другими, воспринимались как вундеркинды. О том, как почитали Юнь Чжи, можно было судить по тому, что все следовали еë указаниям без колебаний и промедления.

— Духовный Корень — это первое препятствие на пути к Бессмертию. Без него, сколько бы ресурсов вам ни дали, вы не сможете культивировать. Первая часть этого экзамена проверит ваш Духовный Корень. Каждый из вас будет выходить вперёд по очереди. Если вы не уверены в своем Духовном Корне, вы можете уйти.

Никто не ушел.

Те, кто присутствовал на экзамене Секты Искателей Дао, прекрасно понимали, что такое Духовный Корень. Таких, как Лу Ян, было очень мало, которые решились попытать счастья в Секте Искателей Дао только потому, что она находилась недалеко от их дома.

Обычно Духовный Камень используется для проверки Духовного Корня. Но эти камни очень большие и заметные, а поскольку в поле зрения не было ни одного, Секта Искателей Дао, похоже, не собиралась использовать этот метод.

Ученик Секты Искателей Дао по имени Дай Буфан сидел в передней части пространства. Его метод культивирования был очень уникальным: позволяя Духовной Энергии циркулировать по телу человека, он мог определить его Духовный Корень, технику культивирования, жизненные врата*..., что давало ему заметное преимущество в бою.

*Жизненные врата расположены между L2 и L3 позвонками, важны для поддержания и коррекции функций органов, также это важное место для движения ци.

Положив два пальца на запястье, подобно старому китайскому врачу, проверяющему пульс, Дай Буфан мог точно определить Духовный Корень человека.

— Тройной Духовный Корень — металла, воды и огня? Не так уж плохо. Дальше.

— Двойной Духовный Корень воды и огня. Хорошо.

— Двойной Духовный Корень воды и дерева. Ваша основа была однажды повреждена, вероятно, в результате серьëзной травмы, которую вы получили в двенадцать лет. В обычных условиях это должно было оставить последствия, но, к счастью, вам повезло, и вы встретили благодетельного эксперта, который умело исцелил вас и восстановил вашу основу.

Мужчина опешил, удивленный точностью Дай Буфана. «Когда мне было двенадцать лет, моя мать заболела и умерла. Мачеха взяла власть в свои руки и, опасаясь, что я буду угрожать положению еë сына, устроила против меня интригу. Я впал в кому, а когда очнулся, был невредим. Отец сказал мне, что мимо проходил благодетельный эксперт и спас меня, но он не оставил своего имени при уходе».

Как только мужчина ушел, другой ученик Секты Искателей Дао поздравил Дай Буфана с повышением уровня культивации: «Ты вывел все детали, словно был очевидцем событий из первых рук. Старший брат Дай, ваша культивация достойна восхищения».

Дай Буфан бесстрастно ответил: «Ох? Это ерунда. Этим "благодетельным экспертом" был я. Я тогда торопился и забыл оставить своë имя после того, как спас его».

«...»

Говоря это, Дай Буфан пренебрежительно махнул рукой в сторону следующего экзаменуемого. « Вам 18 лет, вы превысили возрастной лимит. Вы можете уйти».

Щекастый молодой монах под руководством старшего монаха искренне поприветствовал Дай Буфана.

Дай Буфан взглянул на него и вернул молодого монаха пожилому: « Что здесь делает начинающий монах из Храма Отстранения? В твоëм теле есть клеймо, оставленное настоятелем храма. Иди, иди, иди, возвращайся в свой Храм Отстранения».

— Разве Храм Отстранения не входит в число Пяти Великих Бессмертных Сект? — негромко спросил Лу Ян у Мэн Цзинчжоу.

Мэн Цзинчжоу серьезно кивнул: « У Храма Отстранения меньше всего учеников среди пяти Великих Бессмертных Сект. В наименьшей степени это настоятель и один ученик, а в наибольшей — не более десяти. Этот маленький монах ещё не начал культивировать, но он уже является учеником Храма Отстранения, что означает, что у него глубокие буддийские корни».

Он с тяжелым выражением лица наблюдал за тем, как старший монах Храма Отстранения уводит маленького монаха: « Я думал, что в будущем буду доминировать в мире культивации, но оказалось, что у меня есть достойные соперники».

Лу Ян не знал, откуда Мэн Цзинчжоу черпает свою уверенность. « Ты даже не беспокоишься, что сестра Юнь Чжи выгонит нас?»

— А чего тут волноваться? Разве ты не видел, как это происходит в романах? Главные секты слепы, они клевещут и подставляют молодого гения, выгоняя его из секты. Восприняв это как оскорбление, молодой парень преисполняется мотивации стремиться к успеху, переживает череду приключений, пока в конце концов не взмывает высоко в небо, становясь существом, на которое даже Главная Секта могла бы смотреть только сверху!... эм, нет, снизу.

После некоторого молчания Лу Ян напомнил ему: « Но сестре Юнь Чжи, похоже, не нужно нас подставлять».

— Верно.

Мэн Цзинчжоу тоже запаниковал.

— Дыхание в вашем теле течёт непрерывно. Судя по вашему одеянию, вы не принадлежите к влиятельной семье. Может быть, вы случайно съели Бессмертный Фрукт Зеленого Леса в детстве? Дальше.

— Хм, в вашем телосложении есть кое-что интересное, — Дай Буфань указал пальцем на мускулистого мужчину с бронзовой кожей, его глаза загорелись: « Родословная племени древних варваров, давненько я еë не видел».

Мускулистый мужчина был высоким и крепким, его голова блестела, а кожа отражала солнечный свет. Судя по внешнему виду, ему было около двадцати лет, но Дай Буфань не задавался вопросом о его возрасте, указывая на то, что ему ещë нет шестнадцати.

Лу Ян смог лишь сказать: « Действительно, хорошо развит».

Толпа слегка зашевелилась. Древнее племя варваров обладало огромной силой, способной сдвинуть горы, поглотить солнце и луну, господствуя над своей эпохой, прежде чем исчезнуть в реке Суйюэ.

Прошло много времени с тех пор, как Родословная племени древних варваров появилась на Центральном континенте. Все думали, что эта древняя родословная исчезла, но теперь она появилась во время экзамена в Секте Искателей Дао.

Дай Буфан, проверив половину людей, зевнул. Однако он не обнаружил ни одного Одинокого Духовного Корня. Неужели их всех забрали другие секты?

Мэн Цзинчжоу уверенно шагнул вперед, и Дай Буфан не питал особых надежд. Но когда его указательный и средний пальцы коснулись запястья Мэн Цзинчжоу, его глаза мгновенно расширились, и он вскочил на ноги: « Это Один...»

Услышав слова Дай Буфана, внизу раздался ропот. Это Одинокий Духовный Корень!

Что означал Одинокий Духовный Корень? Для них узкое место в каждом царстве гораздо слабее, чем для других, им суждено стать великими культиваторами Дао, которые могут занять высокое положение при дворе или стать достаточно сильными, чтобы с ними считались!

Все взгляды были прикованы к Мэн Цзинчжоу, их интерес явно разгорелся. С таким человеком всегда выгодно завязывать ранние связи!

Старейшины поспешили призвать молодое поколение завязать хорошие отношения с Мэн Цзинчжоу, как только они войдут в Секту Искателей Дао.

Из семьи Мэн, с Одиноким Духовным Корнем и ученик Секты Искателей Дао. Эти три качества в совокупности гарантировали им положение силы в будущем устройстве Секты Искателей Дао, а их имя останется в истории как Великого Культиватора!

— Духовный Корень Одинокого Тела — Дай Буфань произнëс полное название Духовного Корня Мэн Цзинчжоу, и на сцене воцарилась тишина.

Мэн Цзинчжоу был крайне рассержен. Что такое "Духовный Корень Одинокого Тела"? Значит ли это, что ему придется всю жизнь оставаться холостяком?

— Я многого не знаю, не надо меня дурачить! — Мэн Цзинчжоу вспыхнул и в ярости ударил по столу.

— Младший брат Дай, не смейся над другими, — раздался голос. Из туманного облака появилась Юнь Чжи и уставилась на Дай Буфана, который покорно опустил шею.

Мэн Цзинчжоу наконец немного успокоился. Он понял, что Дай Буфан, должно быть, издевался над ним.

Затем Юнь Чжи обратилась к Мэн Цзинчжоу: «Но младший брат Дай не обманул тебя. У тебя действительно есть Духовный Корень Одинокого Тела; это академический термин. Но в Мире Культивации люди больше привыкли к его разговорному названию — Духовный Корень Чистого Ян».

Мэн Цзинчжоу: «...»

Он наконец понял, почему старый ветеран и его родители в клане не рассказали ему о его Духовном Корне.

Они сказали, что он узнает о нëм, когда присоединится к одной из Пяти Великих Бессмертных Сект, потому что стеснялись сказать ему об этом!

Неудивительно, что родители спросили его, хочет ли он младшего брата или сестру, после того как он закончил испытывать свой Духовный Корень.

Мутировавший Одинокий Духовный Корень, также известный как Духовный Корень Чистого Ян, наполнен чрезвычайной Ян-сущностью, заклятым врагом всех призраков и духов.

Сохранение Тела Чистого Ян значительно ускоряло прогресс культивирования, но если Чистый Ян был утрачен*2, то уровень культивирования стремительно падал.

*2 Утрата Чистого Ян случается при вхождении тычинки в пестик.

— ...Почему сленговое название звучит более официально, чем научное? — Лу Ян тихо пробормотал сзади.

— Потому что первый старейшина с Духовным Корнем Чистого Ян назвал свой Духовный Корень "Духовный Корень Одинокого Тела"! — Уровень культивации Юнь Чжи был непостижим. Слова Лу Яна были понятны ей так же ясно, как если бы он говорил прямо ей в ухо.

Юнь Чжи сделала паузу, а затем продолжила: «В Мире Культивации есть обычай уважать старых старейшин с одиноким телом».

Похоже, что повторение этого факта лишь подкрепило еë мысль.

Мэн Цзинчжоу с легкостью прошëл первый раунд, а за ним последовал Лу Ян.

— Хм?! Еще один Одинокий Духовный Корень?! — Зрачки Дай Буфана слегка сузились. Всего несколько минут назад он жаловался, что не встретил ни одного, а теперь нашëл сразу два.

— Я — Одинокий Духовный Корень? — Лу Ян указал на себя, чувствуя, как заколотилось сердце. Он поверил, что ему послышалось, и уголки его губ непроизвольно скривились в улыбке.

— Да, у тебя Мутировавший Одинокий Духовный Корень, Духовный Корень Меча, — Дай Буфан утвердительно кивнул. Он никогда не ошибался в определении Духовных Корней.

Духовный Корень Меча, наполненный энергией меча, непобедимый и самый агрессивный!

Старшая сестра Юнь Чжи с легким удивлением посмотрела на Лу Яна. Она по воле случая согласилась поехать в карете, не ожидая, что в еë компании окажутся два таланта высшего уровня.

Глаза зрителей загорелись еще больше, они стали прикидывать, кто из девушек подойдёт Лу Яну. Они хотели похитить его и женить на себе, как на перспективном зяте.

В отличие от Мэн Цзинчжоу, который пользовался поддержкой семьи Мэн, Лу Ян, очевидно, был простолюдином, не имеющим никакой поддержки.

Чрезвычайно одарëнный и не имеющий никаких влиятельных сторон, он был просто идеальным кандидатом для политического брака.

Самое главное, что он мог жениться и иметь детей!

Чувствуя на себе пристальные взгляды, Лу Ян быстро прошëл ко второму этапу.

За спиной Дай Буфана находился бамбуковый лес, где и проходило второе испытание.

— Итак, какой у тебя Духовный Корень? — Мэн Цзинчжоу, быстро оправившись от шока, вызванного наличием Духовного Корня Одинокого Тела, с нетерпением спросил Лу Яна.

«Духовный Корень Одинокого Тела не имел значения, путь к Бессмертию усеян сухими костями, а женщины — лишь соблазнительные скелеты, ему не нужна была фея* рядом!»

* В Китае феи:

а) В даосском учении — это образы бессмертных хозяек стихий.

б) В поэтическом языке — это необыкновенные красавицы.

В данном случае б).

Напротив, Лу Ян, хотя и смог пройти первый раунд и предполагал, что будет только один культивационный талант, как он, талант был максимум на уровне Двойного Духовного Корня.

Будучи вундеркиндом с Одиноким Духовным Корнем, он чувствовал необходимость проявлять заботу о средних талантах.

— Духовный Корень Меча.

— Проклятье.

— Хм? — Лу Ян был в полном замешательстве.

Прошло еще полдня, и те, кто выстроился в хвосте, постепенно перешли во второй тур. Дай Буфан отсеял тех, у кого не хватало качеств Духовного Корня.

Густой туман медленно поднимался, как дым, как волны, как вода, казалось, скрывая всë внутри бамбукового леса.

Толпа инстинктивно пыталась бороться, но безуспешно, они чувствовали себя бессильными, и их сознание постепенно потухало.

Это была Иллюзорная Бамбуковая Роща, интегрированная в Великий Защитный Массив секты, она была вне их сопротивления.

Юнь Чжи легко нарисовала круг, рассеивая туман и создавая пространство. Ученики Секты Искателей Дао стояли позади неë.

Дай Буфан усмехнулся: «Оказавшись в ловушке Иллюзорной Бамбуковой Рощи, они забудут о своих личностях, забудут об испытаниях, забудут обо всëм и покажут свои истинные реакции. Интересно, сколько человек смогут пройти второй тур?»

— Я надеюсь, что большинство из них смогут пройти, в этой партии есть несколько многообещающих талантов. Будет жаль, если они провалятся во втором туре.

Юнь Чжи всё ещё не исключила Мэн Цзинчжоу и Лу Яна из теста, но это было связано с тем, что вопрос теста Мэн Цзинчжоу был не из этого года, а из двадцатилетней давности.

«Интересно, кто из старейшин ответственен за его продажу?»

— Младший брат Дай, как ты думаешь, кто пройдёт второй этап?

— Естественно, тот самый Древний Варвар. Древние варвары славятся своей простотой и искренностью, в этом нет сомнений.

— Эти парни с Духовным Корнем Одинокого Тела и Духовным Корнем Меча тоже выглядят неплохо, они похожи на честных людей.

Юнь Чжи вспомнила сцену в карете, где Лу Ян и Мэн Цзинчжоу обсуждали, как сжульничать. Она не могла не почувствовать, что они выглядят довольно нечестными.

...

— Где я? — Крепкий мужчина из племени древних варваров, известный как Мэн Гу, растерянно огляделся по сторонам, забыв о том, что только что произошло.

Он сжимал в руках старый топор, стоя у реки с мерцающими, изысканными световыми волнами.

Рука Мэн Гу соскользнула, и старый топор упал в реку. Когда Мэн Гу уже собирался достать его, он увидел, как из реки появляются пузырьки. По мере того как пузырьки становились всё больше и больше, они превратились в фонтан, из которого появилась сказочная фигура, окруженная тремя разными топорами.

— Молодой человек, я — Речной Дух. Ты бросил старый топор, Духовный Топор Раскалывающий Гору или Бессмертный Топор Раскалывающий Небо?

Духовный Топор Раскалывающий Гору и Бессмертный Топор Раскалывающий Небо были чрезвычайно известны на Центральном Континенте. Даже бездарный смертный, владея одним из этих топоров, мог достичь огромного могущества и известности в мире.

Мэн Гу пробормотал: «Старый топор».

Речной Дух улыбнулся: «Ты действительно честный юноша. Поэтому все три топора достанутся тебе».

Мэн Гу прошëл второй тур.

— Видите, я же говорил, что Мэн Гу обязательно пройдет второй тур. Посмотрим, что выберут Духовный Корень Одинокого Тела и Духовный Корень Меча, — Дай Буфан с нетерпением продолжал наблюдать.

Второй тур был проверкой на честность. Критерием прохождения было получение всех трëх топоров.

Речной Дух не был иллюзией. Он был рождëн из реки, огибающей бамбуковый лес, и являлся духовным существом.

Он совершил бесчисленное количество воплощений, входил в иллюзии и испытывал людей.

Речной дух любил честных людей. Единственный способ пройти второй тур — честно ответить на вопрос Речного Духа и получить в дар три топора.

...

— Хм? Как топор упал в реку? — Лу Ян был немного озадачен. Ему казалось, что какая-то неведомая сила заставила его выронить топор.

Речной Дух появился вновь и любезно осведомился: «Молодой человек, я — Речной дух. Ты бросил старый топор, Духовный Топор Раскалывающий Гору или Бессмертный Топор Раскалывающий Небо?»

Лу Ян присел на корточки и стал переводить взгляд с одного топора на другой: «Два из этих топоров принадлежат тебе, а ты даже не знаешь, какие именно, и спрашиваешь меня об этом?»

Улыбка Речного Духа померкла, он не знал, что сказать. Он был вынужден согласиться с Лу Яном: «Действительно, я не знаю, какие два топора мои».

Лу Ян недоверчиво посмотрел на него: «Если я выберу топор, тебе лучше не вспоминать вдруг, какие два топора твои».

— Ни в коем случае, — поклялся Речной Дух.

— Покажи мне все три топора.

Речной Дух протянул все три топора Лу Яну.

Лу Ян тут же бросил их обратно в реку: «Можешь задать свой вопрос еще раз?»

Речной Дух, как будто подневольный, спросил: « Ты бросил старый топор, Духовный Топор Раскалывающий Гору или Бессмертный Топор Раскалывающий Небо?»

Лу Ян улыбнулся: «Я бросил все».

Речной Дух: «...»

Речной Дух скрипнул зубами: «Ты действительно честный молодой человек, все три топора твои».

— Мой топор! — крикнул Мэн Цзинчжоу в иллюзии, желая спуститься вниз и достать свой топор.

Речной Дух поднял три топора, появившихся на поверхности реки.

— Молодой человек, ты...

Всплеск.

Не успел Дух Реки договорить, как Мэн Цзинчжоу с разбегу бросился в реку, пуская пузыри, которые были даже больше его самого.

Что происходит?

Речной Дух был в замешательстве. Он впервые столкнулся с подобной ситуацией.

Пузырьков постепенно становилось всë меньше, пока они не исчезли, а поверхность реки не стала ужасающе спокойной, и только рябь, посылаемая аурой Речного Духа, нарушала тишину.

— Почему так тихо, он что, утонул? — пробормотал Речной Дух. Он не слишком беспокоился о том, что Мэн Цзинчжоу действительно утонул, ведь это была иллюзия, и люди здесь не могли умереть.

Прежде чем Речной Дух успел понять, что делает Мэн Цзинчжоу, снова произошло внезапное изменение!

Рябь на поверхности реки стала более частой. Речной Дух нахмурил брови. Он хорошо контролировал свою силу, и это не должно было быть вызвано его собственной аурой.

Затем он понял: «Это тот ребенок, который только что бросился в реку!»

Среди течения реки виднелись нити золотой ауры. От тумана на поверхности реки исходил аромат бессмертия, как будто под рекой зарождалось что-то ужасное!

Неведомый ужас будоражил сердце!

На поверхности реки возникли три фонтана, каждая струя становилась всë выше и выше, разбрызгивая бледно-золотистый водяной туман, покрывавший всю поверхность реки, отчего Речной Дух на время потерял представление о происходящем.

Неизвестный ветер развеял бледно-золотистый туман.

Появились три силуэта, все они были похожи на Мэн Цзинчжоу. Однако их аура заметно отличалась от прежней, можно сказать, что она полностью изменилась.

Речной Дух задрожал, это была инстинктивная реакция из глубины его души!

Обычный Мэн Цзинчжоу, Культиватор Великой Силы Мэн Цзинчжоу и... Бессмертный Мэн Цзинчжоу!

Это было основополагающее правило иллюзии: всë, что бросается в реку, претерпевает три превращения: обычное, духовное и бессмертное.

— Отдай его! — Три Мэн Цзинчжоу заговорили одновременно, каждый взял принадлежащий ему топор.

В присутствии Бессмертного Мэн Цзинчжоу Речной Дух был бессилен и позволил командовать собой.

Бессмертный Мэн Цзинчжоу взял Бессмертный Топор Рассказывающий Небо, Культиватор Великой Силы Мэн Цзинчжоу взял Магический Топор Рассказывающий Гору, а Обычный Мэн Цзинчжоу, воспользовавшись моментом шока Речного Духа, взял старый топор.

С тремя топорами в руках иллюзия разрушилась, и Мэн Цзинчжоу покинул сцену.

Те, кто прошëл второй тур, впадали во временное бессознательное состояние — механизм самозащиты организма.

...

Члены Секты Искателей Дао смотрели на Лу Яна и Мэн Цзинчжоу, прошедших второй этап, и долго молчали.

Что случилось с обещанной честностью?

Юнь Чжи молчала, предчувствуя, что после принятия этих двоих в секту Искателей Дао она больше никогда не будет знать покоя.

Оставалось надеяться, что еë предчувствие было ошибочным.

Появился Речной Дух, держа в руках золотой и серебряный топоры, и угрожающе надвинулся на Лу Яна и Мэн Цзинчжоу.

Как дух-хранитель Секты Искателей Дао, он ещё никогда не терпел такого унижения.

— Не останавливайте меня, сегодня я должен проучить этих двух придурков, сломать им руки и ноги, а потом собрать их обратно!

Видя, как разворачивается ситуация, ученики Секты Искателей Дао поспешили остановить разгневанного Речного Духа.

— Уважаемый Речной Дух, вы не можете их резать!

— Уважаемый Речной Дух, успокойтесь.

— Если с участниками что-то случится, если об этом станет известно, репутация нашей Секты Искателей Дао будет испорчена!

Наконец Дай Буфан вышел вперед и остановил разбушевавшегося Речного Духа.

— Уважаемый Речной Дух, будьте уверены. Третье испытание было разработано лично мной, Дай Буфанем. Я обязательно преподам урок этим двоим.

Удовлетворенный торжественным заверением Дай Буфана, Речной Дух наконец успокоился.

Третье испытание считалось грандиозным финалом и имело две версии: одна, предложенная Юнь Чжи, была относительно мягкой, а другая, предложенная Дай Буфанем, была несколько жестокой. Оба варианта были проверкой фэнсина (характера человека), и после голосования было принято единогласное решение принять версию Юнь Чжи.

Однако версия Юнь Чжи была слишком мягкой, даже если бы они не смогли еë пройти, наказания не последовало бы. Чтобы утихомирить гнев Речного Духа, им ничего не оставалось, кроме как принять версию Дай Буфана.

Юнь Чжи не возражала против этого.

Это была хорошая идея — дать этим двум молодым людям возможность испытать трудности.

Во втором этапе выбыло большое количество людей. Столкнувшись с искушением трëх топоров, многие поддались внутренним желаниям и обманули Речного Духа, заявив, что Топор Рассказывающий Гору и/или Топор Раскалывающий Небо принадлежат им.

Те, кто был исключен, покидали иллюзию, жалуясь на то, что второй этап Секты Искателей Дао оказался слишком сложным.

Однако не все жаловались на сложность второго этапа. Например, те, кто прошëл второй этап, не жаловались.

— Второй этап был довольно простым. — Мэн Гу заметил: «Надо было просто сказать правду».

Те, кто ждал третьего испытания, кивнули, соглашаясь со словами Мэн Гу.

— Погодите, мы же должны были прыгать в реку и выхватывать топоры у Речного духа? — воскликнул Мэн Цзинчжоу. Почему подход остальных отличался от его?

Лу Ян бросил на Мэн Цзинчжоу раздраженный взгляд, посчитав его идиотом: «Если бы Речной Дух был не иллюзией, а реальной сущностью, разве бы ты не спровоцировал его?»

— Ты должен был поступить как я, попросить у Речного Духа топоры и бросить их в реку. Тогда все три топора будут считаться нашими.

Мэн Цзинчжоу всë понял: «Значит, ты умным(способом)».

Собравшиеся молча наблюдали за тем, как Лу Ян и Мэн Цзинчжоу обобщают свой опыт, и начали сомневаться в том, что их собственные методы прохождения испытания были верными.

Мэн Гу осторожно кивнул, вспомнив, как отец напоминал ему, что племя древних варваров едва не погибло из-за их высокомерия. Как потомок, он должен преодолеть этот недостаток и смиренно учиться у других.

Мэн Гу почувствовал, что нашел себе пример для подражания.

Как раз в то время, когда все обсуждали, как правильно проходить, появились Юнь Чжи, Дай Буфан и их товарищи, ученики Секты Искателей Дао.

На губах Дай Буфана заиграла ухмылка. Он повернул ладонь, и на ней появилась небольшая гора. В мгновение ока гора выросла до ста футов в высоту.

Толпа удивленно вскрикнула: такое зрелище было редкостью даже для культиваторов.

Гора была покрыта густым лесом и ничем не отличалась от настоящей горы. С одной стороны горы находилась длинная лестница, ведущая на вершину.

— Этот предмет называется гора Вэньсинь, это уникальный предмет, который я попросил сделать старейшину. На горе Вэньсинь бессмертные равны смертным существам. Ваша задача — подняться на гору Вэньсинь. Чем выше вы подниметесь, тем сильнее ваша воля.

— Поднимитесь на пятидесятую ступеньку, и вы сможете пройти раунд.

Кто-то спросил: «Разве это не даст Мэн Гу преимущество?»

Пятнадцатилетний Мэн Гу имел телосложение мужчины лет двадцати пяти и был на голову выше остальных. При подъëме в гору у него действительно было преимущество: благодаря большой силе он мог сделать преодолеть две ступени за один шаг.

Дай Буфан рассмеялся: «Не о чем беспокоиться. Гора Вэньсинь уравняет физические возможности каждого. Независимо от того, кто на моей Горе Вэньсинь, все станут обычными людьми».

— А есть ли ограничение по времени? — спросил другой человек.

— Нет.

Толпа ликовала. Без ограничения по времени они могли бесконечно продолжать попытки. Как они могли провалить третий раунд?

Может быть, третий раунд был просто для показухи?

— Можно ли нам использовать магические артефакты? — У них были артефакты, дарованные их кланами, которые не требовали духовной энергии для использования, что давало им огромное преимущество.

Дай Буфан ухмыльнулся с оттенком злорадства:

— Можно.

Если, конечно, магические артефакты ещё можно будет активировать.

Когда группа прибыла на гору Вэньсинь, они не почувствовали ничего необычного, кроме Мэн Гу, который ощутил, что его сила заметно уменьшилась, приблизив его к уровню остальных.

Кипящая кровь Родословной Древних Варваров внутри него успокоилась, больше не давая ему постоянного притока сил.

Все посмотрели друг на друга, а затем перевели взгляд на самого сильного из них, Мэн Гу.

— Я пойду первым, — Видя, что все смотрят на него, Мэн Гу без колебаний вызвался и смело шагнул первым.

Первый шаг, второй шаг, третий шаг... десятый шаг.

Первые десять ступенек Мэн Гу преодолел с легкостью, но с одиннадцатой ступеньки давление стало нарастать. Каждый шаг казался ему каменной плитой на спине, которая становилась все тяжелее, чем выше он поднимался.

Но это все еще было в пределах допустимого.

Он продолжал подниматься.

Мэн Гу сделал несколько тяжелых вдохов, чтобы выровнять дыхание, и перешёл на двадцатую ступень.

Достигнув двадцатой ступени, Мэн Гу стало всë труднее двигаться. Его шаг замедлился, а каждое отталкивание от ступени становилось всë более напряженным.

К двадцать девятой ступени Мэн Гу покрылся потом, который пропитал его одежду. Он совсем обессилел и вынужден был остановиться, тяжело дыша и присев на ступеньки, чтобы отдохнуть.

— Даже сидя я чувствую давление, — пробормотал про себя Мэн Гу, слишком уставший, чтобы говорить. Переход из положения стоя в положение сидя мало способствовал восстановлению сил, так как истощение энергии брало свое.

Видя, как Мэн Гу борется, все поняли, что гору не так-то просто преодолеть, и в их сердцах зародилось чувство ужаса.

Кто-то мрачно сказал: «Помнится, наш старейшина рассказывал о похожем месте. Эта гора Вэньсинь проверяет искренность тех, кто ищет Дао. Чем яснее сердце человека и сильнее его воля, тем чище его ищущий дух. Мэн Гу, принадлежащему к племени древних варваров и известному своей прямотой, тяжело подниматься, а значит, нам будет ещё сложнее

— Может, Мантра Успокоения Сердца поможет успокоить наш разум? — предложил кто-то другой.

В третьем испытании требовалось лишь добраться до пятидесятой ступени, и не оговаривалось, что только первые несколько человек, добравшиеся до неë, пройдут задание. На данный момент они не соревновались.

Все кивнули в знак согласия, решив, что это хорошая идея. Многих из них учили подобным фразам дома, чтобы помочь им воспитать свой характер.

Лу Ян безмолвно открыл рот, он не знал ни одной Мантры Успокоения Сердца.

— Хочешь, я научу тебя Мантре Успокоения Сердца? — спросил Мэн Цзинчжоу.

Лу Ян покачал головой: «Не сейчас, я думаю о других методах».

Видя это, Мэн Цзинчжоу не стал навязываться Лу Яну.

...

Мэн Цзинчжоу вышел из медитативного состояния, ощутив чувство покоя, которого никогда не испытывал раньше.

Мантра Успокоения Сердца работает!

Медитативное состояние Мэн Цзинчжоу длилось дольше, чем у других. К тому времени, когда он очнулся, остальные уже с трудом преодолевали расстояние между двадцатью и тридцатью ступенями, обливаясь потом. Им требовалась любая сила воли, чтобы сделать следующий шаг.

По их лицам стекали крупные капли пота, и у них не было сил даже вытереть их.

Кто-то попробовал другой подход, решив, что давление есть только на ступеньках. Они попытались подняться с боков горы, чтобы достичь пятидесятой ступени, но вскоре обнаружили, что давление остаётся прежним, а вся гора Вэньсинь оказывает всë большее давление, чем выше человек поднимается.

Другие пытались использовать свои магические артефакты, но, несмотря на их необычность, оказывались бессильны. Не в силах активировать их, магические артефакты становились просто обычным металлом.

Неудивительно, что Дай Буфан не беспокоился о том, что они используют магические артефакты.

Лу Ян был самым заметным, так как сильно отставал от остальных.

Он стоял босиком на десятой ступеньке, погрузившись в раздумья и держа в руке ботинок. Было непонятно, что он изучал.

— Что ты делаешь? Все остальные поднялись уже довольно далеко, — с любопытством спросил Мэн Цзинчжоу.

Лу Ян молчал, держа в руке ботинок.

Лу Ян бросил его на одиннадцатую ступеньку: «Попробуй поднять его».

Мэн Цзинчжоу не понял намерений Лу Яна, но последовал его указаниям и вскоре понял, что ботинок тяжелее, чем обычно. Как будто что-то тянуло его вниз.

К Мэн Цзинчжоу пришло понимание. Он бросил его на двенадцатую ступеньку и обнаружил, что скорость его падения была такой же, как и на одиннадцатой, но поднять его оказалось ещё тяжелее.

— Ты заметил закономерность?

Мэн Цзинчжоу нахмурил брови: «Если предмет не соприкасается с землёй, он не чувствует давления. Только когда предмет соприкасается с поверхностью, он испытывает дополнительное давление?»

— Именно, — Лу Ян ударил кулаком по ладони, чувствуя необычайное удовлетворение от того, что нашëл кого-то с похожими мыслями.

Мэн Цзинчжоу тщательно всë обдумал, его ум быстро работал в успокоенном состоянии: «Ступени наклонены, и здесь так много деревьев. Мы можем построить лестницу в форме "7". Один конец лестницы можно зарыть в землю, а другой достать до пятидесятой ступеньки».

Лу Ян с уверенностью ответил: «Да, это третье испытание должно быть проверкой нашей мудрости. Это стандартное решение!»

Поняв мысли Лу Яна, Мэн Цзинчжоу быстро задал другой вопрос: «Как мы будем рубить деревья?»

У них не было ни топоров, ни пил. Как же они будут рубить деревья и делать лестницу?

— У тебя есть какие-нибудь острые магические артефакты? — Лу Ян ожидал этого вопроса.

Он уже подумывал о том, чтобы объединиться, но, к сожалению, остальные не смогли понять его идею.

Мэн Цзинчжоу достал кинжал: «Это мне дал старейшина клана для самообороны. Им можно управлять мысленно, и он быстр, как человек на стадии Золотого Ядра, но здесь, на горе Вэньсинь, он не может летать».

— Ничего страшного. Лишь бы он был острым, — Лу Ян улыбнулся. Магический артефакт, выкованный семьей Мэн, был сделан великолепно; даже если он потерял свою силу здесь, его острота всë равно превосходила любой обычный топор или пилу.

Идеально подходит для рубки деревьев.

— Пока ты медитировал, я сделал чертёж.

Лу Ян привел Мэн Цзинчжоу к мягкой песчаной площадке, где был нарисован чертёж Лу Яна — лестница в форме "7".

После короткого обсуждения они приступили к работе.

Как и ожидалось, кинжал семьи Мэн оказался острым. Большие деревья были как бумага перед ним, и они быстро превратились в доски странной формы.

Деревья, которые могли расти на горе Вэньсинь, где культиваторы обладали той же силой, что и обычные люди, были, естественно, самыми обычными.

Вскоре Мэн Цзинчжоу обнаружил ещё одну проблему.

— Как соединить эти две доски? Ведь у нас нет гвоздей, а если бы и были, то мы не смогли бы соединить такие толстые доски.

— Ты слышал о шиповом соединении?

— Нет.

Лу Ян беспомощно принял кинжал от Мэн Цзинчжоу и принялся распиливать доски, объясняя ему премудрости обыденного мира.

— Эта выступающая часть называется шип, а эта углублëнная часть — паз. В совокупности они образуют шиповое соединение. Самая главная особенность шипового соединения заключается в том, что даже без использования гвоздей оно получается очень прочным.

Мэн Цзинчжоу внимательно слушал. Семья Мэн использовала духовную энергию для усовершенствования своих артефактов, что позволяло обойтись без шиповых соединений.

Группа скалолазов на лестнице обливалась потом, задыхаясь — всë ради того, чтобы добраться до пятидесятой ступени и первым пройти испытание.

Они предполагали, что если пройдут первыми, то получат признание и особое внимание со стороны Секты Искателей Дао.

Все также начали понимать, почему не было ограничения по времени. Восхождение значительно истощало их физические силы. Если бы они оставались здесь слишком долго, то были бы слишком уставшие, чтобы стоять, не говоря уже о том, чтобы подниматься.

Тем временем пара, работавшая у подножия лестницы, тоже обливалась потом и сильно пыхтела. Приложив немало усилий, срубив бесчисленное количество деревьев и совершив множество проб и ошибок, они наконец закончили работу над лестницей.

Лестница имела странную форму: толще внизу и тоньше вверху, к тому же она была изогнута на углу. Она больше походила на гигантскую цифру "7", чем на лестницу.

Вокруг было голо, как будто огромный кабан откусил кусок.

Ученики из Секты Искателей Дао бросили скрытый взгляд на Дай Буфана. Они помнили, как их старший брат Дай Буфан любил хвастаться своей пышной горой Вэньсинь.

Лицо Дай Буфана дернулось, а кулак неосознанно сжался.

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу, присев на землю, кинжалами вырыли яму, закопав в неë нижнюю часть лестницы. Затем они засыпали землю, чтобы укрепить её.

Лу Ян пнул лестницу, но она осталась неподвижной, а правая нога онемела.

— Хорошо, она прочная. Я полезу первым, и если у меня получится, ты последуешь за мной.

— Без проблем, — Мэн Цзинчжоу кивнул.

Лу Ян потëр руки, делая один шаг для двух ступенек, и плавно поднялся по лестнице. Достигнув угла лестницы, параллельного пятидесятой ступени, он пробормотал проклятие.

Лу Ян заставил себя смотреть прямо перед собой, не опуская глаз, и двинулся вперед, как гусеница.

Толпа на ступенях подняла глаза и увидела, как Лу Ян постепенно приближается к пятидесятой ступени, их глаза были широко раскрыты от удивления.

Они увидели гигантскую лестницу, врытую в землю и изгибающуюся под углом девяносто градусов на своëм конце, целью которой была пятидесятая ступень.

Люди видели, как Лу Ян и Мэн Цзинчжоу делали лестницу, но не придали этому особого значения.

Они боролись за сороковую ступень, они не могли беспокоиться о том, что задумали эти двое: если это окажется ерундой, то у них не хватит сил вернуться на сороковую ступень. Тогда они полностью провалят это испытание.

Мэн Гу продвигался быстрее всех и достиг сорок девятой ступени. Но пятидесятая ступень была непреодолимой, как пропасть, ему казалось, что он несет на спине тяжелую гору, готовую его раздавить.

Затем он широко раскрытыми глазами наблюдал за тем, как Лу Ян пробирается мимо него и достигает пятидесятой ступени.

Лу Ян без труда преодолел еë, успешно пройдя испытание.

Мэн Цзинчжоу последовал за ним и тоже добился успеха.

Появились первое и второе места.

В то же время за пределами горы Вэньсинь ученики Секты Искателей Дао устраивали хаос.

— Не останавливайте меня, я должен преподать этим двоим урок сегодня, обещаю, я не буду избивать их до смерти! — Дай Буфан был так зол, что его мышцы вздулись, как у медведя, у которого украли мëд.

Младшие братья и сестры бросились уговаривать:

— Старший брат Дай, ты не должен драться!

— Старший брат Дай, тебе нужно успокоиться.

— Если с теми, кто участвует в испытании, что-то случится, это испортит репутацию нашей Секты Искателей Дао!

— Издевательства над слабыми разрушат твою репутацию, старший брат Дай!

— Старший брат Дай, не забывайте, что третье испытание — это тест на поиск сердца Дао, вы не должны импульсивно злиться!

Услышав последнее предложение, Дай Буфань успокоился.

Да, третье испытание — это испытание на поиск сердца Дао. Такой вспыльчивый характер не способствовал дальнейшей культивации.

— ... Подождите, третье испытание для них, а не для меня!

В рядах учеников Секты Искателей Дао снова воцарился хаос.

Увидев это, Дух Реки почувствовал некоторое облегчение и вернулся к реке, больше не ища проблем с этими двумя.

...

Возможно, успешное сотрудничество и пример Лу Яна и Мэн Цзинчжоу вдохновили других. Ученики закричали и, наконец, устремились к пятидесятой ступени.

Первым был Мэн Гу, за ним последовали люди, которых Лу Ян не узнал. Все они стояли позади Лу Яна. Лу Ян не знал, каковы их физические характеристики, и, наконец, Двойной Духовный Корень, которого Лу Ян видел раньше.

Те, кто остался, упорно пытались, но не могли сделать ни шагу вперëд. Они хотели спуститься с горы и подняться на пятидесятую ступень по лестнице, сделанной Лу Яном и Мэн Цзинчжоу. К сожалению, чтобы спуститься с горы, им нужно выдержать огромное давление. Их тела уже не могли подняться или спуститься ни на шаг.

— Третье испытание окончено. Те, кто остался на горе, дисквалифицированы, — Юнь Чжи холодно объявила, приказав Дай Буфану спустить людей вниз.

Гора Вэньсинь удерживала людей на уровне возможностей обычных смертных, даже Дай Буфань был неспособен противостоять. Чтобы подняться на гору за людьми, нужно было выдержать давление горы Вэньсинь и подниматься шаг за шагом.

Дай Буфан свирепо посмотрел на Лу Яна, прежде чем начать подниматься на гору Вэньсинь.

Он выглядел спокойным, последовательно поднимаясь на пятидесятую ступень.

Те, кто только что прошëл третье испытание, наблюдали за тем, как Дай Буфан легко прошëл их путь, а затем задумались о своих собственных попытках достичь пятидесятой ступени, ощущая огромное несоответствие.

— Здесь нет ничего сложного для понимания. Вам всего четырнадцать или пятнадцать лет. Несмотря на то, что ваши семьи поддержали вас, чтобы вы рано начали заниматься культивированием, вы — тени на воде, цветы в зеркале, не имеющие настоящего опыта. Вы не можете понять, что такое Дао, что такое бессмертие.

— Культивирование требует осознанности. Когда вы завершите культивацию, восхождение на гору Вэньсинь не составит труда.

В конце Юнь Чжи, словно вспомнив что-то, добавила: «Поздравляю вас с тем, что вы стали учениками Секты Искателей Дао».

Юнь Чжи взмахнула рукой, еë браслет зазвенел, а туман поднялся и образовал облако, поддерживающее всех.

Лу Ян стоял на облаке и смотрел, как увеличивается расстояние до земли. Он сглотнул слюну, сердце застучало в горле.

«Чëрт. Культивация — это действительно захватывающее занятие.»

Юнь Чжи стояла на облаке и обращалась к младшим братьям и сестрам, которые убирались внизу: «Вы сегодня хорошо потрудились. После уборки вы можете вернуться к своим делам».

Младшие братья и сестры в унисон ответили «да», затем сосчитали раз, два, три, разбирая и перенося лестницу, сделанную Лу Яном и Мэн Цзинчжоу.

«В чем смысл установки лестницы на горе Вэньсинь?»

Лу Ян на облаке не решался открыть глаза. Однако он услышал, как другие взволнованно переговариваются, восхваляя пейзаж. Не в силах побороть любопытство, он тоже открыл глаза и был ошеломлен открывшимся перед ним зрелищем.

В центре хребта возвышалась гора, высокая и прямая, достигающая облаков. С четырех сторон от неë отвесные и вертикальные скалы напоминали бессмертный меч. Восемь гор окутывала таинственная атмосфера, защищающая центральную гору, а слои горных хребтов окружали девять гор.

Слои гор были похожи на цветущий лотос, от которых захватывало дух!

Мистический туман, окружающий девять гор, добавлял ощущение таинственности.

Юнь Чжи спокойно сказала: «Ядро Секты Искателей Дао имеет девять вершин. Самый центральный пик, где находится глава секты, называется Гора Небесных Врат, а остальные восемь пиков принадлежат Восьми Старейшинам. У каждого из них своя специализация, в результате чего эти восемь гор имеют разное предназначение».

— Кроме этих гор, некоторые являются испытательными площадками секты, некоторые — продолжением гор Старейшин, некоторые — местами культивации для учеников Секты Искателей Дао, а некоторые — опасными зонами, где недостаточная культивация может означать смерть... Это невозможно полностью объяснить в нескольких словах, вы можете исследовать это постепенно позже.

— Культивация ищет судьбу. В течение следующего месяца ты можешь свободно перемещаться по секте Искателей Дао, посещать горы, ходить в Павильон Писаний, советоваться со Старшими Братьями и Старейшинами.

— Через месяц ты должен будешь выбрать старейшину, который станет твоим мастером, конечно, обязательным условием будет то, что старейшина согласится взять тебя в ученики.

Мэн Гу спросил, не задумываясь: «Мы можем выбрать только старейшин? А лидера секты можно выбрать?»

— Да, но глава секты обычно не любит обучать учеников, поэтому шансы на успех невелики.

Услышав слова Юнь Чжи, многие всë же захотели попытатся стать учениками лидера Секты.

Секта Искателей Дао — одна из пяти великих бессмертных сект Центрального континента. Еë глава Секты превосходит всех остальных и, несомненно, обладает огромной силой, а его соперников в Мире Культивации очень мало. Ученичество у такого высокопоставленного человека даëт бесчисленные преимущества, как явные, так и скрытые.

— Позже кто-нибудь направит вас в ваши дома.

— Лу Ян, Мэн Цзинчжоу, вы двое останетесь.

После того как все ушли, двое нервно смотрели себе под ноги, опасаясь, что Юнь Чжи станет расспрашивать их о попытке жульничества.

Через некоторое время Юнь Чжи наконец медленно произнесла.

— Неожиданно вы оба прошли тест и стали учениками моей Секты Искателей Дао.

— Вы оба заняли высокие места в трëх тестах, особенно в третьем, где один из вас занял первое место, а другой — второе. В целом, ваши результаты были лучшими.

— Однако это не значит, что вы двое лучшие в этой партии. Например, Мэн Гу из племени древних варваров, с которым вы встречались, Тао Яое с Бессмертным Телом Трансформации Пера, которая была позади вас, и Ли Хаоран с Огненным Духовным Корнем — все они гении, не менее исключительные, чем вы.

Мэн Цзинчжоу выглядел очень довольным собой и подмигнул Лу Яну: «Бессмертное Тело Трансформации Пера встречается гораздо реже, чем Одинокий Духовный Корень. Однако наша старейшая старшая сестра оценила еë как "была позади нас", что говорит о еë высоком уважении к нам».

Лу Ян смирительно обьяснил: «Вероятно, старейшая старшая сестра имела в виду, что человек с Бессмертным Телом Трансформации Пера стоял позади нас в очереди во время первого испытания».

— Несмотря на то, что вы хорошо выступили, нельзя быть самодовольными и высокомерными. Когда вы начнёте своë истинное культивирование, вы должны оставаться скромными и усердными.

Услышав строгий тон старейшей старшей сестры, двое поспешно пообещали быть усердными и настойчивыми в своëм будущем культивировании, поклявшись не халтурить.

Видя, что они не просто слышат, но и слушают, Юнь Чжи немного смягчилась: «Раз уж вы двое мне помогли, я дам вам возможность»

— Мэн Цзинчжоу, у тебя Духовный Корень Чистого Ян, богатые Ци и Кровь, и ты — бич призраков и духов. Из восьми старейшин только третий старейшина находится в глубокой гармонии с этим путëм, тебе следует взять его в наставники.

Мэн Цзинчжоу, обрадованный, быстро поблагодарил еë: «Спасибо, старейшая старшая сестра».

— Лу Ян, у тебя есть Духовный Корень Меча, а значит, ты прирождëнный мастер меча. Лучшим в нашей секте по фехтованию является наш мастер, который также является главой секты. Тебе желательно взять его в наставники.

— Но, сестра, ты только что сказала, что глава секты не любит наставлять учеников... — тихо сказал Лу Ян.

Он заметил разницу в акцентах: если Мэн Цзинчжоу она посоветовала "взять его в наставники", то Лу Яну — "желательно взять его в наставники". Подтекст был разным.

— Небеспокойся, вопрос о признании мастера может быть решëн за него, — непринуждённый тон Юнь Чжи застал Лу Яна врасплох, как будто даже если глава секты не соглашался, он должен был согласиться.

— Я просто делаю предложение. Как и у всех остальных учеников, у тебя есть месяц на адаптацию. По истечении месяца ты сможешь решить, какого хозяина ты хочешь признать.

Сказав это, Юнь Чжи полетела в сторону горы Небесные Врата, где проживал глава секты.

Гора Небесных Врат, зал совета.

В воздухе висело сверкающее Зеркало Воды. Под действием магического заклинания весь процесс трëх испытаний был хорошо виден с любой стороны.

Восемь человек в зале по-разному оценивали учеников, прошедших испытания. Они кивали или качали головой, хвалили или ругали. Споры стали настолько жаркими, что казалось, они вот-вот перейдут в драку.

Подобные случаи случались и раньше. Среди восьми фигур несколько обладали сильным характером и прибегали к магии, когда слова их подводили. То, что должно было стать простой оценкой молодого поколения, превратилось в серьёзное испытание на прочность, ставшее открытием для всей Секты Искателей Дао.

Учитывая это, восемь присутствующих не были в своих истинных формах, поэтому даже если бы они были на грани, драки не последовало бы.

— Этот юноша, Мэн Гу, неплох: у него чистая родословная племени древних варваров и беспрецедентная грубая сила. Он также прямолинеен и подходит на роль моего преемника.

— Как жаль, что он слишком прямолинеен. Племя Древних Варваров было уничтожено по той же причине. Если есть шанс в будущем, его нужно выращивать с особым вниманием.

— Что значит "подходит на роль моего преемника"? Прошло много времени с тех пор, как я нашëл подходящего преемника для своего искусства Рафинирования*. Мэн Гу сосредоточен на своей работе. Будет правильно, если он станет моим учеником!

*Рафинирование — очистка чего-либо от ненужных примесей.

Два старейшины были настолько увлечены своим спором, что... условно стучали по столу.

Остальные старейшины не обращали внимания на этих двух глупых стариков. Они продолжили своë оценивание: «Бессмертное Тело Трансформации Пера, невосприимчивое ко всем Дхармам. Непорочное и непревзойденное. Вознесение к бессмертию через Трансформацию Пера — прошло столько времени с тех пор, как мы видели его в последний раз. Если посчитать время, то последнее Бессмертное Тело Трансформации Пера появилось, когда мы только вошли в Секту Искателей Дао».

— Как жаль, что последний обладатель Бессмертного Тела Трансформации Пера практиковался слишком поспешно. Он погиб, так и не сделав себе имя на Центральном континенте, поскольку слишком стремился достичь совершенного воплощения своего Бессмертного тела.

— Шестой старейшина, среди нас ты лучше всех знаком с Бессмертным телом, возможно, этой девочке суждено стать вашей ученицей.

— Ли Хаоран, обладающий Огненным Духовным Корнем и идеально подходящий для совершенствования пилюль, — многообещающий талант, но его темперамент слишком вспыльчив, и он не может успокоиться. На третьем этапе он в самом начале приложил все свои силы, стремясь превзойти Мэн Гу. Он преждевременно исчерпал силы, в результате чего отстал и в итоге выполнил задание последним.

— Что касается этого юноши из семьи Мэн и Лу Яна, то у одного из них есть Духовный Корень Чистого Ян, а у другого — Духовный Корень Меча. Каждый из них уникален в своëм роде, а их способы пройти испытание изобретательны и впечатляющи. Такие хорошие таланты... Старший брат, почему бы тебе не взять их к себе?

— Конечно, конечно. У тебя есть только один ученик, Дай Буфан, который уже завершил своё обучение. Нет необходимости в дальнейшем обучении. Если взять еще двух талантов сейчас, разве это не станет великолепной историей, когда они добьются успеха в будущем?

— Заткнись, ты всегда избегаешь главного: с тем, как эти двое прошли тест, у меня не будет спокойной жизни, когда я возьму их к себе. Я просто хочу спокойно уйти на покой и быть старейшиной, так что не создавай мне проблем!

— Второй старейшина, почему бы тебе не принять их?

— Хочешь, чтобы я сначала принялся за тебя первым?

Ни один из восьми старейшин не проявил ни малейшего интереса к тому, чтобы взять к себе двух гениев с Одиноким Духовным Корнем.

«Проклятье, у того, кто примет этих двоих, не будет спокойной второй половины жизни».

— Эх, смотрите, что Юнь Чжи предлагает этим двоим. Один из них должен быть принят лидером секты, а другой — третьим старейшиной?!

Все внимание было приковано к Третьему старейшине, который вздохнул, словно смирившись со своей участью. Предложение Юнь Чжи не было ошибочным, он больше всего подходил для культивирования Духовного Корня Чистого Ян.

Среди восьми фигур Третий старейшина был самым внушительным: тело, полное упругих мышц и переполненное жизненной силой, он выглядел как пылающий факел в темноте, типичный культиватор тела.

Говорили, что в молодости его жизненная сила была настолько переполнена, что он не мог еë контролировать. Он часто бегал на Духовное Поле и прогонял демонов-коров, сам вспахивая поля.

— Кстати говоря, разве Глава Секты не находится в уединении уже девять лет?

— Похоже на то.

Все вспомнили, что у них действительно есть место руководителя секты. Казалось, нет особой разницы, есть оно или нет.

— Так как же тот, у кого есть Духовный Корень Меча, должен признать своего учителя?

Пока они разговаривали, на облаке пролетела красивая фигура. Когда облако рассеялось, из него показалась фигура Старейшей Старшей Сестры.

— Юнь Чжи выражает почтение всем своим дядям.

Все быстро встали, чтобы ответить на приветствие. Поскольку нынешний Глава Секты находился в уединении, Юнь Чжи действовала от его имени, контролируя всю секту, еë статус был выше Восьми Старейшин.

— Юнь Чжи понимает, что у всех дядей есть свои любимые ученики. Однако признание мастера — это вопрос великой Причины и Следствия, и их нельзя заставлять. Я надеюсь, что вы не будете слишком вмешиваться, когда они будут выбирать своих мастеров.

Старейшины, естественно, поняли эту концепцию и рассмеялись: «Конечно, конечно. Однако решение о том, что тот, у кого Духовный Корень Меча, будет принят под руководство секты, принимается главой секты или вами...»

Говоря о Главе Секты, Юнь Чжи слегка нахмурилась, она выглядела немного недовольной и холодно ответила: «Разве это имеет значение?»

Восемь старейшин замолчали. Действительно, разницы не было.

«Шутки в сторону, неужели глава секты посмеет возражать против любых еë решений?»

После ухода Юнь Чжи Лу Ян и Мэн Цзинчжоу, как и остальные ученики, отправились осматривать свои жилища.

Перед этим Лу Ян вместе с Мэн Цзинчжоу проводили Старого Коня в секту Искателей Дао.

За пределами Секты Искателей Дао Лу Ян увидел нескольких новых учеников, которые радостно сообщали своим семьям о принятии. Будь то представители небольших кланов или влиятельных культивирующих семей, принятие в Секту Искателей Дао было делом, достойным записи в семейной истории.

— Почему никто из твоей семьи не пришëл? — спросил Лу Ян, понимая из слов Мэн Цзинчжоу, что семья Мэн — это устоявшийся род культивации.

Мэн Цзинчжоу ответил с некоторой гордостью: «Я сбежал из дома!»

Лу Ян: «...»

Чем тут гордиться?

После того как Мэн Цзинчжоу отвëл Старого Коня в свою обитель, Лу Ян вернулся к себе.

Он достал нефритовый кулон — подарок старшего брата, с которым он только что познакомился. Это был членский жетон Секты Искателей Дао, который мог подтвердить его личность и открыть доступ в его обитель.

Нефритовый кулон, изготовленный из сущности духовного камня с надписью "Лу Ян", обладал функциями, которые можно было использовать только после того, как Лу Ян официально станет культиватором.

Лу Ян поднëс нефритовый кулон к каменной стене у входа в свою обитель. Излучая слабый голубой свет, кулон вставился в углубление у входа. После того как кулон дважды вспыхнул, каменная стена разошлась, открыв взору роскошную обитель.

Как только он переступил порог обители, то почувствовал приятное тепло, разливающееся по телу, как будто какая-то чудесная энергия питала его.

— Это и есть так называемая духовная энергия?

Осознав это, Лу Ян удивился. Плотность духовной энергии в обители была настолько высока, что даже обычный человек, вроде него, мог еë почувствовать, и это было очень необычно.

В обители было мало мебели: только деревянный стол, кушетка и соломенная циновка. Несмотря на просторную обитель, она казалась довольно пустой, что заставило его задуматься, поощряет ли Секта Искателей Дао учеников жить скромно или позволяет им украшать дом в соответствии со своими предпочтениями.

На столе лежала бумага с написанными на обеих сторонах словами.

На лицевой стороне было написано, что ученики, не знакомые с культивированием, должны сначала отправиться на Обучающий Пик, чтобы изучить основы, или отправиться в Павильон Писаний, чтобы учиться самостоятельно.

На обратной стороне была изображена упрощëнная карта Секты Искателей Дао, которая занимала сотню тысяч миль, что было поистине поразительно и не поддавалось воображению Лу Яна.

На лицевой стороне было указано направление движения Лу Яна на следующий месяц.

Зевнув, Лу Ян решил немного поспать.

События этого дня вымотали его до предела: он вышел под дождь, прошел три испытания, используя искренность и мудрость, удостоился внимания старейшей старшей сестры Юнь Чжи и второго старшего брата Дай Буфана и наконец стал учеником Секты Искателей Дао. Он так хотел спать, что едва мог держать глаза открытыми.

— Секта Искателей Дао даже не предоставляет подушку... — пробормотал Лу Ян, поддавшись усталости дня и быстро заснув, несмотря на уровень дискомфорта.

...

На следующее утро он поднялся рано. В его планы входило сначала посетить Павильон Писаний и узнать больше о Центральном континенте.

— Ты здесь новенький? — Старший брат у входа в Павильон Писаний посмотрел на Лу Яна.

— Да.

— Поскольку ты новичок, я расскажу тебе о правилах Павильона Писаний. Они просты, есть только три правила.

— Во-первых, с твоим нынешним статусом ты можешь получить доступ к книгам только на первом этаже. Не стесняйся просматривать всë, что там есть. Во-вторых, ты можешь временно взять только одну книгу. И последнее: пожалуйста, береги книги и не пачкайте их. В противном случае ты должен возместить первоначальную стоимость испорченной книги.

— Я запомню — Кивнув, старший брат без лишних слов разрешил Лу Яну войти.

Внутри Павильона Писаний ученики были поглощены чтением, не обращая внимания на проходящего мимо Лу Яна.

По большому павильону разносились лишь звуки шагов и шелест страниц.

Здесь было огромное количество книг, начиная от элементарных сценариев комедий и заканчивая тайными мантрами культиваторов, а также сведениями о совершенствовании Ци и создании фундамента. Здесь было всë.

Ошеломленный, Лу Ян не знал, с чего начать.

— Что это за книга?

Наткнувшись на покрытую пылью книгу, спрятанную в расщелине полки, Лу Ян смахнул слой пыли и увидел название — "Изменения дракона и феникса".

— Какое необычное название!

Едва сдерживая волнение, Лу Ян почувствовал подавляющую ауру уже от самого названия!

В этот момент он услышал крики дракона и феникса и увидел, как перед его глазами возникли их призраки. Затем они трансформировались, повторив сцену появления дракона и феникса.

Придя в себя, Лу Ян огляделся. Звуки и призраки исчезли.

— Неужели это была иллюзия?

Озадаченный и в то же время несколько взволнованный, Лу Ян осторожно открыл первую страницу.

Возможно, это шанс всей его жизни!

Неожиданно острая бумага порезала ему палец, и несколько капель крови упали на страницу.

Казалось, в ответ на это древняя книга начала излучать золотистое сияние, словно что-то внутри пыталось вырваться на свободу!

Сердце заколотилось в груди: разворачивающиеся события застали его врасплох и были ему неподвластны. Было непонятно, благословение это, или проклятие.

Ему даже показалось, что за ним наблюдает некая могущественная сущность, заставляя его застыть на месте!

Ощущение становилось всë более явным, что означало приближение могущественного существа.

В итоге могущественное существо стояло позади Лу Яна и молча наблюдало за ним. От его присутствия он покрылся холодным потом.

— Ты... — В конце концов могущественная сущность заговорила.

— Да! — Лу Ян задрожал.

— Ты испачкал книгу.

Могущественная сущность нахмурила брови. Обернувшись, Лу Ян увидел, что это старший брат, стоявший у входа в Павильон Писаний.

Старший брат с неодобрением смотрел на пятно крови на книге: он только что напомнил Лу Яну не пачкать книги, а тот уже пролил кровь на одну из них.

Павильон Писаний был защищен методом массива. Если книга была повреждена, она излучала золотое свечение, сигнализируя об этом защитнику.

— Что это за книга? Я никогда не видел еë раньше.

Старший брат с любопытством взял книгу в руки и пролистал еë, его лицо стало серьезным: «Это... Это действительно та самая запретная книга из легенд!»

Лу Ян почувствовал прилив радости: он не ожидал найти легендарную запретную книгу во время своего первого визита в Павильон Писаний. Теперь ему досмерти хотелось узнать, какие секреты содержатся внутри.

— Старший брат, есть ли какие-то проблемы с этой книгой? — с любопытством спросил Лу Ян.

Старший брат раздумывал, стоит ли сообщать новичку столь важную информацию. Подумав немного, он решил рассказать ему правду.

— В этой книге очень подробно описывается процесс спаривания драконов и фениксов. Из-за этого на неë пожаловались племена Драконов и Фениксов, и она была классифицирована как запрещенная книга. Я думал, что все копии были уничтожены, и не знал, что одна из них всё ещё находится у нас, и неизвестно, кто её спрятал!

Другими словами, это была книга для взрослых.

Лу Ян: «...»

К чëрту союз дракона и феникса!

Он вспомнил, что старший брат говорил, что если книга повреждена, то еë нужно компенсировать.

— Должен ли я заплатить компенсацию? — Лу Ян нервно спросил, ведь самым ценным, что у него было, это его мозг.

— Компенсация? — Старший брат посмотрел на книгу в своей руке, а затем на Лу Яна, уголки его глаз яростно дернулись.

Согласно правилам, Духовные Камни действительно должны быть компенсированы, но проблема в том, что если эта книга выйдет наружу, Племена Драконов и Фениксов объединятся и пройдут маршем от Территории Демонов до Центрального Континента, дойдя до Секты Искателей Дао.

И хотя Секта Искателей Дао не боится Племëн Драконов и Фениксов, а печень дракона и костный мозг феникса очень вкусны и служат источником питания для Инь и Ян... Но они всë-таки были авторитетной сектой, и наличие в Павильоне Писаний такой запрещенной книги, как "Изменения Дракона и Феникса", в конечном итоге подпортило бы их репутацию.

Подумав об этом, старший брат незаметно спрятал книгу в рукав, сохраняя спокойное выражение лица.

— Компенсация? Какую книгу ты повредил? Я ничего не видел.

Уничтожение книги в Павильоне Писаний слишком бросается в глаза и может привести к срабатыванию метода массива. Лучше уничтожить её снаружи.

Лу Ян сразу же понял, в чëм дело: старший брат хотел оставить еë себе.

Поэтому сейчас ничего не произошло.

Их взгляды встретились, и в уголках их ртов появилась улыбка, как будто они действительно понимали намерения друг друга.

Запрещенная книга была незначительным инцидентом; Лу Ян не забыл о цели своего прихода в Павильон Писаний.

После долгих поисков он наконец нашёл нужную ему книгу, рассказывающую о Центральном континенте, — "Рассуждения о топографии континента".

Лу Ян возбужденно потер руки и принялся внимательно читать.

«В мире существуют люди, демоны, призраки и другие расы. Центральный Континент — место сбора человеческой расы. Величайшая сила на континенте — Великая Династия Ся, единственная страна на Центральном континенте. Она олицетворяет собой ортодоксальную человеческую расу».

«Итак, хотя мой дом и находится рядом с Сектой Искателей Дао, он всë равно относится к территории Великой Династии Ся».

«К востоку от Континента раскинулся огромный океан с разбросанными по нему островами. Время от времени там появляются древние демонические звери, такие как Кун Пэн и первобытный Чэнь».

«На западе Континента находится Королевство Золотого Будды — бескрайняя чистая земля, наполненная множеством храмов».

«На юге Континента находится территория демонов, принадлежащая расе демонов. На территории демонов господствуют племена Драконов и Фениксов. Демоны жестоки и кровожадны. Великая Династия Ся часто конфликтует с демонической территорией, а демоны, скрытые внутри Великой Династии Ся, представляют угрозу для человеческой расы».

«К северу от Континента находится Северный полюс, где не тают льды и ничего не растëт. Там мало человеческих следов, а другие существа редко проявляют себя, там живут только очень могущественные расы».

«Центральный Континент — самое густонаселенное место для людей, и там же больше всего культиваторов. Некоторые культиваторы предпочитают стать чиновниками, другие — основать свою секту или вступить в неë. Секты есть по всему Центральному Континенту, и самые сильные среди них — это Пять Великих Бессмертных Сект, включая Секту Искателей Дао, которые являются лидерами Праведного Пути».

«В книге также говорится, что среди Пяти Великих Бессмертных Сект должна быть Великая Сила на стадии Трибуляции Трансцендентности или средство, позволяющее соперничать с культиватором на этой стадии... Может ли быть так, что Глава Секты — Великая Сила на стадии Трибуляции Трансцендентности? Или у нас есть Старейшина в Секте Искателей Дао, который остаëтся скрытым от мира?»

Осознав, что ему посчастливилось оказаться под руководством Великой Силы на стадии Трибуляции Трансцендентности, Лу Ян почувствовал легкое волнение. Он встал, принес чашку с водой и сделал глоток, чтобы подавить волнение, после чего сел и продолжил читать.

«Культиваторы Демонического Пути кровожадны и используют жизни духовных существ, чтобы повысить свой собственный уровень культивации. Они ещё вреднее, чем представители расы демонов. Культиваторы Демонического Пути в конечном итоге не соответствуют стандартам и прячутся в темных углах под совместным подавлением Великой Династии Ся и Пяти Великих Бессмертных Сект. Они могут действовать только тайно и не смеют показываться на глаза».

Помимо Культиваторов Демонического Пути, в книге также было упоминание нечто под названием Злой Демон, которое было очень расплывчатым. В нëм говорилось, что Злые Демоны рождаются без совести, они — тень человеческой расы, не поддающаяся здравому смыслу, их следует избегать при встрече... Всё это было очень глубокомысленно, и Лу Ян не мог понять, что такое Злой Демон.

«Обычные люди используют золото, серебро и медь в качестве валюты, в то время как культиваторы используют Духовные Камни низшего, среднего и высшего ранга в качестве валюты».

Далее Лу Ян начал изучать базовые знания о Мире Культивации, такие как стандарты разделения различных сфер, какие навыки входят в культивацию, виды демонических зверей, уровни техник культивации, история Центрального Континента и т.д...

Судя по тому, что Лу Ян услышал от рассказчика в чайном домике, этого было недостаточно, чтобы устоять в Мире Культивации.

Просматривая строчку за строчкой мистические знания, Лу Ян не мог не заблудиться в них и блуждал в море знаний до самого вечера, когда, почувствовав голод в желудке, понял, что не ел весь день.

К этому времени старшего брата у входа в Павильон Писаний сменила старшая сестра.

Лу Ян почтительно спросил: «Простите, старшая сестра, я только вчера прибыл и ещё не знаком с Сектой Искателей Дао. Есть ли в нашей секте место, где можно поесть?»

Старшая сестра была поражена появлением Лу Яна, она слегка дрожала и избегала смотреть в глаза. Она очень боялась разговаривать с людьми.

Как правило, все соблюдали правила Павильона Писаний, поэтому не было необходимости напоминать им об этом, а еë характер вполне подходил для этого места.

Она не осмелилась посмотреть Лу Яну в глаза и сказала низким, шепелявым голосом: «Итак, ты новый младший брат. В Секте Искателей Дао есть столовая, но я, как старший ученик, не рекомендую тебе там питаться».

Лу Ян был озадачен: «Почему это? У вас какие-то проблемы с обеденным залом?»

— Она находится на пике Пятого Старейшины, пике Сотни Усовершенствований.

Лу Ян был ошеломлен: это название не походило на место для приготовления пищи: «Что это за пик Сотни Усовершенствований...»

— Пятый старейшина хорош в рафинировании, поэтому, конечно же, Пик Сотни Усовершенствований предназначен для рафинирования. Обеденный зал находится на Пике Сотни Усовершенствований, и все повара там — первоклассные рафинëры, их булочки могут пронзить горы, рисовые зерна можно использовать как скрытое оружие, а палочки из жареного теста могут сломать даже стальные кости.

Лу Ян не знал, с чего начать: «....Почему повар может быть рафинëром?»

Старшая сестра робко объяснила: «Подумай, младший брат, для повара важнее всего температура и время, а рафинëр лучше всего контролирует это. Отношения между этими двумя профессиями теснее, чем ты думаешь».

Лу Ян серьезно кивнул: «Это действительно ближе, чем я себе представлял».

Старшая сестра посмотрела на простой наряд Лу Яна и на мгновение засомневалась: «К тому же, чтобы купить оружие..., ой, я имела в виду еду в столовой, нужны камни духа, а ты не кажешься... богатым».

Одежда обычного культиватора не была слишком роскошной, но, по крайней мере, она была сделана из таких материалов, как нить небесного шелкопряда и другие обычные духовные материалы, которые были непроницаемы для воды и огня.

Одежда Лу Яна была простой, местами заштопанной, с многочисленными заплатками, что с первого взгляда давало понять, что он обычного происхождения.

Смутившись, Лу Ян криво улыбнулся. У него действительно не было Камней Духа.

— Не стоит смущаться. В Секте Искателей Дао много учеников обычного происхождения. — Старшая сестра утешительно прошептала.

— Есть способ добыть еду... Ты можешь пойти на Пик Эликсирного Котла и посмотреть, нет ли там выброшенных постных эликсиров. Можно попросить у них немного.

— Пик Эликсирного Котла имеет высокие стандарты для эликсиров, и когда они говорят "выброшенные", это означает, что их качество недостаточно высокое. Не стоит беспокоиться о том, что он ядовит.

— Но на Пике Эликсирного Котла ты должен быть осторожен с Седьмым Старейшиной, старейшиной пика, а также со старшим братом Ву Мингом, старшим братом Вэнь Да, старшей сестрой Цинконг, младшим братом Лонг Яном... Короче говоря, будь осторожен.

Лу Ян отбросил своë недоумение, соединил ладони в знак уважения и поклонился приветствуя: «Меня зовут Лу Ян, спасибо, старшая сестра. Могу я узнать ваше имя?»

— Меня зовут Чжоу ЛуЛу.

Лу Ян попрощался с Чжоу Лулу и прибыл на Пик Эликсирного Котла. Как только он достиг подножия горы, он почувствовал сильный аромат лекарств.

— Как и ожидалось от Пика Эликсирного Котла, даже воздух здесь наполнен сладким ароматом. По слухам, острова Пещерного Неба и Бессмертной Горы не могут быть более ароматными.

Лу Ян не смог удержаться и сделал ещё несколько глубоких вдохов, чувствуя, как его тело словно парит, как будто он собирается вознестись к бессмертию.

— Младший брат, не вдыхай это!

Раздался голос с небольшого расстояния, увидев, что Лу Ян делает ещё несколько глубоких вдохов, человек забеспокоился ещё больше.

— Младший брат, быстро выполни технику Черепашьего Дыхания. Эх, похоже, ты смертный, тогда быстро закрой нос. Этот запах — от ядовитого газа, который я случайно выпустил, когда перерабатывал лекарство.

Это было последнее слово, которое услышал Лу Ян, прежде чем упасть без сознания.

— Что за проклятое место, даже аромат ядовитый, — пробормотал Лу Ян, чувствуя себя неустойчиво, как будто весь мир начал вращаться, затем мир потемнел, и он упал на землю.

Факты доказали, что приятный запах никак не связан с тем, ядовит ли он.

Когда Лу Ян пришëл в себя, он увидел перед собой большое лицо и от неожиданности проснулся.

Лицо неловко хихикнуло: «Младший брат Лу, ты очнулся, тебе всë ещё больно?»

Личность Лу Яна была написана на нефритовом кулоне.

Лу Ян моргнул глазами и почувствовал боль по всему телу, как будто его скатали в шар, а потом расплющили скалкой.

Это была комната для приготовления пилюль. Здесь сильно пахло лекарствами, а температура была намного выше, чем снаружи. В центре комнаты стояла большая печь для рафинирования, окруженная полками, заставленными пучками трав и белыми фарфоровыми бутылками, в которых, предположительно, находились успешно рафинированные эликсиры.

На полу лежали кипы рисунков с изображением методов рафинирования эликсиров и мыши в клетках — незнакомому человеку было бы трудно сориентироваться, куда ступить.

В комнате для рафинирования была только одна кровать, на которой лежал Лу Ян.

— Меня зовут Ву Минг. Прости, младший брат. Я заблудился в своих мыслях во время рафинирования пилюли и потерял контроль над пламенем, превратив эликсир в яд.

— Но тебе не стоит беспокоиться. Хотя я часто случайно превращаю эликсиры в яд, я ещë никогда никого не отравлял до смерти, — с гордостью сказал Ву Минг.

«Чем больше ты говоришь, тем больше я волнуюсь».

Лу Ян с трудом сел, немного пошевелил ягодицами, опираясь на стык кровати и стены. Так было немного лучше.

Лу Ян почувствовал зуд на голове, потрогал затылок, помолчал немного и спросил: «Раз я вдыхал только ядовитый газ, то почему у меня на затылке повязка?»

Ву Минг неловко объяснил: «Я нëс тебя и отвлекся, в результате чего ты ударился головой о землю. Но тебе не стоит так волноваться, любого живого можно вылечить на моём Пике Эликсирного Котла!»

— Все эликсиры, которые есть у меня под рукой, слишком сильны и не подходят для тебя. Пока ты был без сознания, я специально приготовил эликсиры, которые могут принимать даже смертные, — Ву Минг с гордостью вручил Лу Яну две пилюли.

Эликсиры были золотистого цвета, на них было три кольца. Лу Ян знал, что это узоры эликсира, указывающие на то, что очищенный эликсир достиг почти идеального качества.

Лу Ян всё ещё не решался их съесть.

Он просто хотел прийти на Пик Эликсирного Котла, чтобы попросить несколько постных эликсиров, но в итоге оказался в постели с перевязанной головой, не успев даже начать.

Если бы он осмелился съесть что-нибудь сейчас, даже Яма, наверное, похвалил бы его за безрассудство.

— Они не ядовиты, правда, — Ву Минг снова и снова повторял свои слова.

Видя, что Лу Ян ему не верит, Ву Минг продемонстрировал это на мыши.

Мыш, казалось, знал, что его конец близок, и непрерывно пищал, когда Ву Минг взял его на руки, как бы прощаясь с женой и детьми.

Мыш проглотил эликсир и упал безжизненно. Его жена и дети, увидев это, горестно заплакали, словно перед ними открылось их будущее.

Лу Ян: «...»

Ву Минг: «...»

— Это был несчастный случай, всё это случайность. Мышь маленькая и может умереть от небольшого количества яда. С людьми всё обстоит иначе. Я знаю, где оно пошло не так, пожалуйста, подожди, и я сделаю для тебя другую партию.

Лу Ян поспешил отвлечь внимание Ву Минга: «Старший брат, ты говорил, что постоянно теряешься в мыслях, что приводит к рассеянности. О какой проблеме ты думаешь?»

Ву Минг действительно отвлекся и начал суммировать свои мысли: «Эликсир, эликсир, акцент на слове "лекарство". Естественно, эликсиры способны лечить болезни и спасать людей. Но постные эликсиры не предназначены для приёма больными людьми, так почему же они тоже считаются эликсирами?»

— Если вы говорите, что постные эликсиры относятся к эликсирам, тогда эликсиры предназначены не только для лечения болезней и спасения людей, но и для еды.

— Если вы говорите, что постные эликсиры не относятся к эликсирам, то к чему тогда относятся постные эликсиры?

Лу Ян чувствовал, что, если он не вытащит свой мозг и не будет жарить его в печи для пилюль три дня и три ночи, решить подобную проблему будет невозможно.

— Если говорить о постных эликсирах, то единственное, что я могу дать смертным здесь, — это вкусовую добавку. У меня есть клубничный, яблочный и арбузный вкусы. Не хочешь попробовать? Они не ядовиты, — Ву Минг протянул горсть разноцветных бобов.

Лу Ян, помня о нетерпении Ямы, не принял подарок Ву Минга. На пике Эликсирного Котла несколько человек занимались изготовлением эликсиров, и независимо от того, кто их изготавливал, они были бы безопаснее тех, что сделал Ву Минг.

— Младший брат, если тебе что-то понадобится, не забудь позвать меня. Это бесплатно, — Ву Минг с энтузиазмом попрощался с Лу Яном, когда тот уже уходил.

Лу Ян быстро зашагал прочь.

На следующий день седьмой старейшина из Пика Эликсирного Котла узнал о трагическом опыте Лу Яна и прислал ему настоящий целебный эликсир для смертных и тыкву-горлянку с постными эликсирами.

Лу Ян выздоровел.

...

Весь следующий месяц Лу Ян жил полной жизнью, чередуя Павильон Писаний, Пик Обучения и Обитель. Лу Ян жадно впитывал знания о культивации, с которыми раньше не сталкивался, словно путник в пустыне, увидевший источник и жаждущий испить его.

Месяц спустя все исполнили свои желания и стали учениками разных старейшин. Мэн Цзинчжоу стал учеником третьего старейшины, Мэн Гу — четвертого, Ли Хаоран с Огненным Духовным Корнем — пятого, а Тао Яое с Бессмертным Телом Трансформации Пера — шестого.

Это удивило Лу Яна. Он думал, что Мэн Гу станет учеником Третьего старейшины, как Мэн Цзинчжоу. Третий Старейшина был известным культиватором тела в Мире Культивации, с которым никто не смел тягаться. Как представитель родословной Древнего Варварского племени, Мэн Гу больше всего подходил для обучения у Третьего старейшины.

Четвертый старейшина, напротив, был конфуцианским культиватором, учëным и не отличался силой. Непонятно, почему Мэн Гу выбрал своим учителем именно четвертого старейшину.

Пятый старейшина был искусен в рафинировании инструментов, поэтому он подходил Ли Хаорану с его Корнем Огненного Духа.

Лу Ян никогда не встречался с Шестой старейшиной, но слышал, что она была потрясающе красивой женщиной с Бессмертным телом, похожим на тело Тао Яое.

То, что Мэн Гу стал учеником Четвертого старейшины, было не самым примечательным. Самым примечательным был сам Лу Ян, ставший учеником таинственного главы секты.

Поговаривали, что глава секты уже более ста лет не принимал учеников и вëл беззаботную жизнь. Ученики переговаривались, недоумевая, почему глава секты, до сих пор пребывавший в уединении, принял Лу Яна в ученики.

Под всеобщими завистливыми взглядами Лу Яна привела к Горе Небесных Врат, где жил глава секты, его Старейшая Старшая Сестра Юнь Чжи.

На вершине горы Небесных Врат, внутри Первозданного Дворца, Лу Ян стоял прямо, почтительно ожидая прибытия своего мастера.

Внутри Первозданного Дворца было холодно и тихо, не было пыли, а клубы поднимающегося дыма успокаивали дух.

Лу Ян заметил, что в зале были закреплены три дощечки, принадлежащие Даосу Сяньтяню, Небесному Мастеру Гуйюаню и Даосскому Владыке Обширного Моря.

Эти трое были хорошо знакомы Лу Яну, они имели особое значение в Секте Искателей Дао:

Двенадцать сотен тысяч лет назад Даос Сяньтянь, вышедший из даосского храма, основал Секту Искателей Дао. В то время он был обычным культиватором. Таких, как он, на Центральном Континенте были тысячи. Поэтому Секта Искателей Дао изначально существовала лишь как незначительная секта.

Сто тысяч лет назад, во времена великого хаоса, Секта Искателей Дао породила необыкновенного гения. Хотя он не входил в число пятидесяти лучших по природному таланту к культивации, он был умëн, умел заводить друзей и обладал огромной дозой Праведности. Кроме того, ему сопутствовала удача. Он возвысился в Эпоху Хаоса, следуя веяниям времени и стоя на переднем крае эпохи, не имея себе равных в блеске и культивировании. Он был известен как Небесный Мастер Гуйюань.

Секта Искателей Дао процветала при Небесном Мастере Гуйюане и стала одной из ведущих сект того времени. По случаю празднования двадцатитысячелетнего юбилея Секты Искателей Дао многие близкие друзья пришли поздравить его. Вместе с четырьмя другими высшими культиваторами того времени он воспользовался этой возможностью, чтобы подтвердить звание "Пяти Великих Бессмертных Сект" и получить всемирное признание.

Однако ничто в этом мире не вечно и не постоянно славно. Спустя пятьдесят тысяч лет Секта Искателей Дао пришла в упадок. Старейшие члены либо приближались к концу своей жизни, либо скоропостижно скончались. Немногие могли поддержать ситуацию, и никто из учеников не подавал надежд. По иронии судьбы они оказались в неловкой ситуации, когда, по слухам, их изгнали из Пяти Великих Бессмертных Сект.

Возможно, Секта Искателей Дао действительно обладала удачей. Однажды Старейшина Секты Искателей Дао уничтожал демона снаружи и спас из руин ребенка. Они принесли ребенка в секту и с удивлением обнаружили, что это редкий гений культивирования. В соответствии с ожиданиями, ребенок быстро продвинулся в культивировании и стал самым могущественным культиватором стадии Трибуляции Трансцендентности.

За несколько лет он стал самым могущественным культиватором.

Этот ребенок был известен как Даосский Владыка Обширного Моря, впоследствии названный потомками возродителем Секты Искателей Дао. Он продлил славу Секты Искателей Дао на пятьдесят тысяч лет, которые продлились до сегодняшнего дня.

— Старейшая Старшая Сестра, где наш мастер? — Лу Ян обернулся. Он ждал в зале уже довольно долго, но никто, кроме Старейшей Старшей Сестры, не появлялся.

— Мастер сейчас находится в уединении, культивация в критическом периоде, и поэтому он не может появиться. Я выступаю от его имени, чтобы принять тебя в ученики и обучить культивированию.

— Прежде чем приступить к официальному культивированию, я кратко расскажу тебе о нашей секте. Наш мастер установил очень мало правил. Пока ты не заходишь слишком далеко от морали и этических норм или не причиняешь вреда небу и земле, он не будет вмешиваться.

— Однако моя цель выше, чем его. С тем, с чем не справится он, справлюсь я.

— У мастера четыре ученика, включая тебя и меня. Над тобой есть один старший брат и одна старшая сестра. Один из них обычно живет в Западной Стране Будды, другой — в Южном Царстве Демонов. Они почти никогда не возвращаются в секту, поэтому встретиться с ними непросто.

— Возможно, у тебя появится возможность увидеться с ними, когда твоя культивация достигнет значительного прогресса и у тебя будет возможность путешествовать. А пока... — Юнь Чжи сделала небольшую паузу и достала три свитка с портретами, разложив их рядом. На них были изображены ещё не встретившийся мастер Лу Яна, второй старший брат и третья старшая сестра.

Все трое, изображенные на портретах, лучезарно улыбались.

Мастер с белыми волосами и ясными глазами, не казавшиеся такими мутными, как у других стариков. Он выглядел свободным и не скованным человеком, которому нравятся игры и мирская жизнь.

Второй старший брат мягко улыбался, а черты его стремительного лица сверкали и были элегантны.

Третья старшая сестра была очаровательна в бесчисленных отношениях, это была необычайно красивая женщина, способная навлечь беду на весь народ.

— Мастер специально проинструктировал меня, что всего в секте нас пятеро, включая тебя. Поскольку на церемонии посвящения присутствуют только двое из нас, мастер подготовил эти портреты, чтобы представить их присутствие.

Лу Ян посмотрел на Старшую Старшую Сестру, а затем на яркие чëрно-белые портреты вокруг него, которые, казалось, наблюдали за ним. Он почувствовал, как по позвоночнику пробежал холодок.

Казалось, что вся секта была уничтожена, остались только он и старшая сестра.

Перед Лу Яном появились три палочки благовоний. Юнь Чжи протянул их ему: «Это Палочки Благовоний Послания. Они могут передавать ваши мысли. Поднося три палочки мастеру, вы выражаете свою благодарность и уважение».

Три палочки были зажжены и вставлены в маленькую горелку перед портретом мастера: «Под свидетельством Предков и с Мастером над головой, примите приветствие от ученика».

Сейчас это казалось как никогда уместным.

Закончив церемонию посвящения в ученики, Лу Ян с сомнением спросил:

— Старейшая Старшая Сестра, я знаю, что это немного неуважительно спрашивать, но наш мастер действительно ещё жив, верно?

Лу Ян боялся, что Юнь Чжи усмехнëтся и скажет что-то вроде: «Мастер пал, и высшее руководство держит это в тайне. Я не могу держать тебя в живых, раз ты знаешь этот секрет».

Юнь Чжи была в полном замешательстве, не понимая, почему Лу Ян задал такой вопрос.

— Очевидно, он жив.

— Я просмотрела твои экзаменационные оценки с Учебного Пика. Ты довольно точно запомнил расположение акупунктурных точек и меридианов человеческого тела, а также можешь произнести и написать основные сердечные методы. Это весьма примечательно. Твой энтузиазм к обучению заслуживает похвалы.

— Теперь давайте начнем с официальную культивацию.

Услышав это, на лице Лу Яна появилось выражение настоящего восторга, и он стал слушать более внимательно.

Наконец-то он мог приступить к культивации.

Когда началась официальная культивация, Старейшая Старшая Сестра начала: «Я впервые обучаю ученика, а ты впервые становишься учеником. Давай поддержим друг друга».

— Но не волнуйся, я уже достаточно подготовилась к сегодняшнему дню.

Юнь Чжи аккуратно выстроила в ряд несколько маленьких баночек с лекарствами, на каждой из которых было написано название эликсира. Лу Ян слышал о некоторых из них:

Пилюля Белой Кости, способная вернуть человека с грани жизни и смерти.

Семиуровневая пилюля Будды — один из предметов, созданных в Стране Будды для накопления заслуг. Каждый, кто принимал Семиуровневою пилюлю Будды, получал часть заслуг Страны Будды.

Пилюля Реинкарнации Девяти Революций. В мире культивации существует сказание, что с помощью этой пилюли можно обменять девять смертей на новую жизнь.

С этими эликсирами Лу Яну было бы сложно умереть, даже если бы он захотел.

— В культивации утончение тела идет раньше утончения Ци. Так как ты никогда не тренировал тело, мы начнем с нуля.

Юнь Чжи небрежно раздвинула пространство и достала из своего хранилища две большие бочки с водой. Услышав глухой звук, с которым емкости с водой ударились о землю, сердце Лу Яна опустилось, предчувствуя недоброе.

— В культивировании меча особое внимание уделяется намерению и силе рук. Поэтому первым шагом в совершенствовании тела будет тренировка силы рук. Я продемонстрирую только один раз, а ты внимательно наблюдай.

Юнь Чжи наступила на край бочки с водой, как будто это была ровная площадка. Затем она ухватилась одной рукой за край другого резервуара и слегка приподняла его. Она отпустила его, пока он не приземлился, и повторила процесс другой рукой. Она повторяла всё плавно, делая процесс тренировки приятным для глаз.

Если не принимать во внимание ощущения рук, этот метод действительно может тренировать силу рук.

— Будет достаточно, если ты достигнешь этого уровня.

Опустив бочку с водой, Юнь Чжи негромко произнесла.

Лу Ян испуганно сглотнул. Даже не поднимая его, было видно, что бочка с водой вдвое ниже его роста. Если бы он поместился в бочку, было бы достаточно места, чтобы засыпать его песком и землей.

Такую гигантскую ëмкость нужно было бросать и переворачивать? Это было похоже на желание умереть.

Лу Ян мужественно ухватился одной рукой, затаив дыхание, и сделал всë движения за один раз.

Он не мог еë поднять.

Он приложил силу обеими руками, и лишь тогда, приложив все усилия, бак с водой неохотно покачнулся, как бы признавая усилия Лу Яна.

Одна только эта бочка с водой весит не менее 440 фунтов! Как бы ему, Лу Яну, ни нравилось в детстве играть в горах, лазить по деревьям и нырять в реки, охотиться на птиц и ловить рыбу, он не смог бы поднять такую тяжесть.

Небрежным взмахом руки Юнь Чжи начертила на бочке талисман, и он стал намного легче, достаточно для того, чтобы Лу Ян смог поднять его одной рукой.

Она достала марионетку, чтобы наблюдать за Лу Яном.

— Посмотрим, что будет после дня носки.

Юнь Чжи бросила эти безразличные слова и исчезла в тумане. Лу Ян и марионетка посмотрели друг на друга, после чего он вздохнул, завязал рубашку на талии и приступил к мучительной работе по переноске бочки.

Марионетка контролировала его тренировку, заставляя продолжать нести бочку после каждого короткого отдыха, используя каждую унцию его силы.

Когда руки уставали настолько, что не могли пошевелиться, марионетка скармливала ему две пилюли Великого Восстановления. Когда боль в руках становилась невыносимой, марионетка давала ему две пилюли. Когда Лу Ян слишком уставал и хотел спать, марионетка снова скармливала ему ещë две пилюли.

К концу дня Лу Ян дрожал, его руки затекли, он уже совершенно не чувствовал своих рук. Когда он отклонялся влево, то левая рука качалась как маятник, если вправо — то правая, в итоге он с грохотом рухнул на пол.

Как обычно, марионетка скормила ему две пилюли Великого Восстановления. Увидев, что Лу Ян никак не реагирует, марионетка закончила дневную тренировку и отправила его в тележке обратно, накрыв его соломенной циновкой.

От восхитительного аромата еды у Лу Яна потекли слюнки, а сознание постепенно возвращалось.

Наконец-то он мог поесть, Лу Ян вздохнул с облегчением. Если бы он не мог поесть, то считал бы себя не учеником секты культивации, а преступником, чьи тяжкие преступления не могут быть прощены, и за что был заключён в темницу.

Как ученику лидера секты, ему не нужно было беспокоиться о еде. Вместо того чтобы каждый день принимать постные пилюли, Юнь Чжи готовила различные блюда из редких ингредиентов, которые он не знал, постепенно совершенствуя своë тело.

Лу Ян всё ещё не мог поднять руки, и поэтому марионетка кормит его.

После ужина Юнь Чжи приготовила для Лу Яна большую ванну с очищающим тело отваром, чтобы тот мог в ней искупаться. От запаха духовных трав в воздухе Лу Ян чуть не потерял сознание.

— Возьми это, — Юнь Чжи протянула Лу Яну полый тростник.

— Что это?

— Тебе нужно погрузить всë тело в очищающий отвар, когда будешь принимать ванну. Ты смертный, твоя голова, очевидно, будет торчать, чтобы ты мог дышать, поэтому, когда будешь готов, окуни еë и дыши через этот тростник.

Лу Ян почувствовал, что действительно, как Старейшая Старшая Сестра, она обо всем подумала. Хотя она и мучила его, это было для его же блага.

После ухода Юнь Чжи Лу Ян разделся догола, укусил тростник и с плеском прыгнул в ванну, издав при этом крик, похожий на крик зарезанного поросенка.

— Старейшая Старшая Сестра, ты что, купаешься в кипятке?

...

Юнь Чжи вышла во двор, где дул прохладный ветерок, разгоняя запах лечебной ванны, оставшийся на ней. Она начала размышлять о том, о чëм ещё не подумала.

Она выросла в Небесной Пещере, где жили культиваторы, а затем присоединилась к Секте Искателей Дао, чтобы сосредоточиться на культивации, и редко общалась с обычными людьми, поэтому мало что о них знала.

Чтобы учить Лу Яна, она специально нашла множество книг, описывающих жизнь обычных людей. Пока Лу Ян изучал культивацию, она изучала жизнь обычных людей.

Однако было очевидно, что в книгах, описывающих обычных людей, не указывалась температура воды в их ванне.

Услышав хриплые крики Лу Яна, Юнь Чжи на мгновение задумалась. Охлаждать воду было уже поздно, поэтому оставалось только одно.

Юнь Чжи достала из рукава флакон с мазью от ожогов и поставила его у двери, затем постучала в дверь.

— Младший брат, я оставила мазь от ожогов у двери, не забудь воспользоваться ею.

...

Через некоторое время, благодаря неустанным тренировкам, специальным лечебным ваннам и поеданию мяса духовных зверей, Лу Ян превратился из обычного человека в выдающегося мастера, умеющего жонглировать бочками.

Лу Ян жонглировал тремя бочками, каждый из которых весил 440 фунтов, так легко, словно это были мешки с песком, образуя в воздухе дугу.

В то же время он мог обходить обод бочки шагами по Восемь триграмм так же легко, как если бы он шёл по ровной земле.

Даже когда он опрокинул бочку и стоял на катящейся бочке, он был устойчив, как гора, и у него оставалось достаточно сил, чтобы жонглировать ещë тремя бочками!

Одним только этим умением он мог привлечь к себе всë внимание на любой улице!

— Неплохо, прогресс в совершенствовании твоего тела быстрее, чем я ожидала. — Юнь Чжи слегка похлопала в ладоши, что значительно повысило уверенность Лу Яна.

Хотя Юнь Чжи нечасто можно было увидеть, она следила за успехами Лу Яна.

— Могу ли я начать культивировать сейчас? — Лу Ян поставил чан и, затаив дыхание, ждал результата.

В период совершенствования тела к нему приходил Мэн Цзинчжоу, но марионетка прогнала его после нескольких слов.

Он слышал, что Мэн Цзинчжоу и Мэн Гу из его партии уже начали направлять ци в свои тела, стали настоящими культиваторами и медитировали каждый день, отрешившись от мира, а он всё ещё застрял в тяжелом процессе совершенствования тела. Это вызывало у него тревогу: он чувствовал, что сильно отстает, и психологическая пропасть была огромной.

Юнь Чжи ничего не ответила, доставая из своего хранилища тофу. Тофу был очень мягким и дрожал в руке Юнь Чжи, словно наполненный водой воздушный шарик.

— Переверни его ладонью вниз и возьми.

Лу Ян не думал, что это должно быть трудно, и послушно последовал ее указанию, схватив тофу. Однако его палец слегка дрогнул, и тофу развалился, упав на землю.

Юнь Чжи дала Лу Яну еще один кусок тофу, давая понять, что нужно продолжать.

Лу Ян не хотел смиряться с неудачей, считая, что первый раз был случайностью и что во второй раз он не должен повторить ту же ошибку.

Однако тофу снова развалилось, и его невозможно было удержать.

Потерпев неудачу в третий раз, Лу Ян понял, в чем дело: его сила была слишком велика и, естественно, трудно контролируема. Все предметы вокруг были инструментами для культиваторов, и если заменить их обычными, то придется есть очень осторожно, чтобы случайно не разбить палочки или миску.

Кроме того, его сила росла слишком быстро, и разум не успевал догнать тело. Об этом свидетельствовали и пальцы, которые время от времени сводило судорогой.

В таких условиях удержать что-то мягкое, как тофу, было почти невозможно.

Юнь Чжи не стала давать Лу Яну тофу. Вместо этого она сама взяла тофу ладонью вниз и небрежно потрясла его. Тофу задрожал, но не распался.

Вдруг Юнь Чжи выпустила руку, и, когда тофу почти упал, быстро схватила его снова!

Глаза Лу Яна расширились. Поймать падающий тофу? Как это может быть легко?

Под контролем Старейшей Старшей Сестры мягкий тофу был одновременно крепок, как железо, и легко поддавался манипуляциям.

— Ты научился поднимать поднимать тяжёлое, как будто лëгкое, но тебе ещё далеко до того, чтобы поднимать лёгкое, как будто тяжëлое.

Лу Ян замолчал, понимая, что ему еще предстоит пройти долгий путь совершенствования своего тела. Процесс культивации нельзя торопить. Мэн Цзинчжоу и остальные были обучены с детства, что позволило им сразу приступить к культивации.

«Догнать их будет непросто».

В детстве его никто не тренировал, но теперь, под личным руководством Старейшей Старшей Сестры и при поддержке лучших ресурсов, он добился потрясающих успехов. У него не было причин быть недовольным.

Лу Ян помнил, что говорила ему Старейшая Старшая Сестра: культивация — это процесс всей жизни, и временные преимущества или недостатки не имеют значения. Важнее всего было то, кто сможет упорствовать до конца.

Лу Ян глубоко вздохнул, понимая, что его прежний образ мыслей был неправильным. Он перестроил своё мышление и перестал зацикливаться только на своих успехах в культивации.

Затем он увидел, как Старейшая Старшая Сестра велит марионетке перетащить тележку, полную тофу.

В отличие от предыдущей тренировки, где можно было съесть мясо духовного зверя, чтобы увеличить свою силу, или принять целебную ванну, чтобы восстановить тело, при тренировке контроля приходилось полагаться только на себя.

Этот процесс требовал особой сосредоточенности и внимательности. Как сказала Старейшая Старшая Сестра: «Найди правильное ощущение. Используй своё тело для контроля силы, а не только разум(Линьтай)».

Лу Ян должен был естественно хватать тофу, не прилагая сознательных усилий.

В конце дня Лу Ян пропитался запахом тофу, его глаза выпуклись, как будто он собирался ими выстрелить из глазниц, из-за того, что он слишком долго смотрел на тофу.

К счастью, марионетка знала, что делать, и после пары пощечин глаза Лу Яна пришли в норму.

Когда пришло время трапезы, Лу Ян молча смотрел на стол, заставленный блюдами из тофу.

Жареный тофу, тофу во фритюре, тофу на пару, пудинг из тофу, тофу, сваренный в соевом молоке...

Все ингредиенты состояли из тофу, который Лу Ян мял руками в течение дня. Пудинг из тофу и тофу, сваренный в соевом молоке, как он слышал, были любезно предоставлены одним из местных магазинов.

Лу Ян молча поблагодарил своих предков.

Лу Ян знал, что пока он не сможет полностью контролировать свою силу, он не сможет изменить свой рацион.

Иными словами: Выживет либо он, либо тофу.

Тофу сам по себе не является обычной пищей. Его длительное употребление может помочь культиваторам сбалансировать пять элементов в организме, продлить выносливость во время сражений и дать бесчисленное множество других преимуществ.

Но никто не может вынести есть тофу изо дня в день.

Не имея другого выхода, Лу Ян зарылся головой в еду, размышляя о том, как лучше контролировать свои силы на следующий день.

...

Спящий Лу Ян почувствовал, как на его лицо падает яркий белый свет, отчего его веки сжались, а лицо исказилось. Медленно привыкая к сильному свету, он попытался открыть глаза.

Это было безупречное пространство, окруженное густым туманом, только небольшая область вокруг Лу Яна была хорошо видна, и он не мог найти источник света.

— Где это? — Лу Ян был в некоторой панике. Он спал в Секте Искателей Дао в окружении бесчисленных мастеров, а рядом с ним находилась его старейшая старшая сестра. Кто мог незаметно перенести его в это таинственное место?

Из тумана раздался величественный голос, подобный древнему эху, проносящемуся по реке времени.

— Молодой человек, это временно созданное мной пространство. Никто не может его воспринять, — сказал голос.

Лу Ян вздрогнул. Обладатель голоса обладал немыслимым мастерством, поэтому ему оставалось лишь надеяться, что он не питает к нему злого умысла.

— Я был свидетелем бесчисленных эпох, видел множество Великих Сил, господствовавших над миром благодаря своим Стадиям Культивирования. Но в конце концов никто не может избежать эрозии времени. Страстные амбиции, сражающиеся с небом и землей, в конце концов растворяются во вздохах на смертном одре.

— Независимо от их выдающихся талантов, я веду свободную и лёгкую жизнь, вечно существуя, — Голос носил следы усталости, звучал древне и хрипло, в нем слышался слабый намек на опустошение бесчисленных лет.

Существование этого великого существа было больше, чем Лу Ян мог постичь.

— Сегодня у меня была прихоть, и гадание показало, что мы с тобой связаны судьбой. Поэтому я призвал твою душу в это временное пространство наследования.

— В этом пространстве есть все необходимые тебе ресурсы, начиная со стадии Утончения Ци и заканчивая стадией Трансцендентности — техники, эликсиры, секретные книги, опыт культивации... называй что хочешь, у меня оно есть. С каждой достигнутой ступенью ты сможешь открыть часть моего наследия.

Лу Ян вздохнул с облегчением: похоже, говоривший был благосклонен. Он почтительно спросил: «Кто вы, старший?»

Старший издал три искренних смешка и вышел из густого тумана.

У старшего было чистое лицо и светлый цвет кожи, а голова его была квадратной — это был блок тофу.

Старший тофу подошёл к Лу Яну и заговорил быстрее: «Я — Небесный Владыка Тофу. То, что ты сейчас видишь, — это итог моих многолетних знаний. Чем больше тофу ты ешь, тем быстрее продвигается твой уровень Культивации. Твой фундамент станет непревзойдённым, и ты сможешь бросать вызов тем, кто выше тебя по уровню, получать обожание налево и направо и достичь вершины континента...»

Лу Ян проснулся, обливаясь холодным потом. Он поднялся с кровати и огляделся в кромешной тьме, которую нарушала лишь жуткая тишина. В этот момент он облегченно вздохнул.

— Это был всего лишь сон, к счастью, это был сон.

Лу Ян заметил, как по позвоночнику пробежал холодок, и задрожал, всë ещё испытывая тревогу.

...

Юнь Чжи медленно открыла глаза: голубой луч из комнаты Лу Яна вернулся к кончику еë пальца.

— Это должно побудить его к более усердным тренировкам, — пробормотала Юнь Чжи.

Когда-то Мастер объяснил ей, что давление, если его правильно применить, может стать движущей силой и заставить человека прилагать больше усилий.

Юнь Чжи сама была тому примером. Поэтому она поверила в слова своего учителя и использовала навык магии сновидений, чтобы слегка надавить на Лу Яна.

«Должна признать, что некоторые реплики Восьмого старейшины были довольно неловкими, удивительно, как он умудрялся их произносить».

Юнь Чжи всегда, если требовалось, обращалась за советом к другим, все шаги и реплики во сне были написаны Восьмым Старейшиной, который гарантировал, что это обязательно сработает.

...

Прошло некоторое время, и Юнь Чжи увидела, как Лу Ян легко схватил тофу, подбросил его в воздух и с лëгкостью поймал. Он стал использовать тофу как мешок с фасолью, подбрасывая его туда-сюда вместе с марионеткой.

Мягкий тофу ощущался как часть его тела, управляемая по желанию.

— Ты хорошо справился, поднимая лëгкое, как будто тяжëлое. Ты закончил этот этап, — объявила она.

Лу Ян улыбнулся. Он больше не был тем, кем был раньше. По мере того как он постоянно практиковался в захвате тофу, его беспокойное сердце тоже начало успокаиваться.

Он смог достичь этого без всяких мантр и заклинаний.

— Что мне тренировать дальше?

Лу Яна больше не волновало, что он будет развиваться в том же темпе, что и остальные. Он верил, что у Старейшей Старшей Сестры есть цель для его нынешнего плана тренировок.

Юнь Чжи позволила себе редкую улыбку на лице: «Закрепить твою культивацию на стадии Утончения Ци».

Лу Ян указал на себя, ошеломленный: «Стадия Утончения Ци? Я?»

Он понятия не имел, когда перешел на стадию Утончения Ци. Разве в книгах не говорилось, что для того, чтобы направить Ци в тело, необходимо иметь руководство? Руководство по культивированию, отключению пяти чувств и плавному движению меридианов должно было способствовать успеху?

Если не хватало природных способностей, в качестве вспомогательных средств использовались эликсиры.

Ни одно из этих условий до сих пор не было выполнено.

Мастер никогда не учил его, как направлять Ци в свое тело, и не передавал никаких эзотерических техник культивирования. Он не "закрыл" свои пять чувств и не обратился к мистическому шестому чувству, а что касается меридианов, то он едва ли мог вспомнить их расположение.

Членам Секты Искателей Дао не нужно было полагаться на эликсиры, чтобы направить Ци в свое тело — все они были талантами один на тысячу. Если бы им требовались эликсиры даже для того, чтобы войти в стадию совершенствования Ци, они могли бы покинуть Секту Искателей Дао.

Лу Ян считал, что ему тоже не понадобятся эликсиры, но вопрос был в том, как он прорвался в стадию Утончения Ци?

— Три утра назад, — намекнула старейшая старшая сестра.

Лу Ян вспомнил то утро три дня назад.

В тот день он проснулся рано, встретил утреннее солнце и с закрытыми глазами размышлял о том, как именно нужно хватать тофу.

По мере того как он углублялся в свои мысли, он постепенно переставал воспринимать окружающий мир. Ему казалось, что он превратился в восходящую очищенную Ци, блуждающую между небом и землей. Когда он снова погрузился в сознание и вернулся в свое тело, в его голове словно зажглась лампочка, а по Даньтяню потек теплый ток.

Именно тогда ему впервые удалось схватить кусок тофу.

Хотя он помнил, что Старейшая Старшая Сестра не присутствовала при его тренировке, теперь он понял, что она наблюдала за ним все это время из неизвестного ему места.

— Значит, это ощущение, скорее всего, было направлением Ци в тело, — пробормотал про себя Лу Ян, погрузившись в размышления.

Это ощущение было поистине уникальным — словно находишься среди облаков, окутанный теплом, настолько комфортным, что не хотелось открывать глаза.

Не успел он опомниться, как исполнил своё маленькое желание, направил Ци в свое тело и стал Культиватором Утончения Ци.

В Мире Культивации 99 процентов культиваторов находятся на стадии Утончения Ци, поэтому среди культиваторов принято делить стадию Утончения Ци на девять уровней, и только после этого в царствах появляются три подуровня.

Однако в Секте Искателей Дао всё иначе. Утончение Ци — это просто порог для вступления, так зачем его подразделять?

В Секте Искателей Дао есть только стадия Утончения Ци, без каких-либо подуровней.

— А другие люди тоже культивируют таким образом, направляя Ци в тело?

Лу Яну стало любопытно. Если все остальные культивируют таким образом, то почему его прогресс был самым медленным?

Юнь Чжи покачала головой: «То, что ты практикуешь, — это самый примитивный способ культивирования древних предков. Они входили в резонанс с природой, объединяли Небо и человека, направляли Духовную энергию в свои тела и мгновенно становились культиваторами».

Для начального культивирования не требовалось ни руководства предшественников, ни наличия техник культивирования. Требовалось лишь постоянное просветление, пробы и ошибки самого тела.

— Что касается меридианов, то во время принятия лечебной ванны твои меридианы полностью открылись, позволяя Духовной энергии течь беспрепятственно. В состоянии единства Неба и человека Духовная энергия движется в соответствии с твоими ощущениями. Этот путь — лучший для тебя, он превосходит любой уровень техники культивирования.

В Мире Культивации принято разделять техники культивации на пять уровней: Жёлтый, Мистический, Земной, Небесный и Бессмертный. Но для Юнь Чжи существовало только два вида техник культивации — те, что подходили ей, и те, что не подходили.

— Любая техника культивирования не была специально разработана для тебя, когда её только создали. Существует множество техник, подходящих для обладателей Духовного Корня Меча, у меня даже есть целая коробка с ними, но ни одна из них не подходит для тебя лично.

— С сегодняшнего дня я поручаю тебе долгосрочное задание: создать свою собственную технику культивирования.

Когда Юнь Чжи сказала, что нужно создать технику культивирования, она, естественно, не имела в виду, что Лу Ян будет делать еë самостоятельно. Она будет направлять его, но даже в этом случае можно представить, насколько сложной будет эта задача.

Создать технику культивации было под силу только старым ветеранам Мира Культивации.

Лу Ян скривил рот от досады: «Создать технику культивации? Эти старые ветераны имеют высокий статус и досконально разбираются во всех сферах. Они квалифицированы для создания техник культивации. Мне же, только начавшему направлять Ци в свое тело, создать технику культивирования немного...»

Юнь Чжи прервала жалобу Лу Яна: «Создать технику культивирования не так сложно, как ты думаешь».

— Знаешь ли ты, что в Секте Искателей Дао есть кое-какое правило? После этапа Заложения Основания каждый ученик должен выполнить задания, выданные Залом Заданий, чтобы исполнить свои обязанности на Праведном Пути.

Лу Ян кивнул, он слышал об этом.

В других сектах тоже есть подобные механизмы, требующие от учеников выполнения заданий, потому что секты не терпят безделья. Чтобы доказать свою значимость, нужно внести свой вклад в развитие секты.

Однако в Пяти Великих Бессмертных Сектах всë было иначе: они просили своих учеников выполнять задания не для того, чтобы внести свой вклад в развитие секты, а для того, чтобы внести вклад в Праведный Путь.

То, что Пять Великих Бессмертных Сект ведут по Праведному Пути, было не просто пустыми разговорами.

— Обычно задания требуют спуститься с горы, чтобы уничтожить демонов и изгнать призраков, а также многое другое. Мне не нравятся мирские хлопоты, поэтому я выбрала другой способ выполнения заданий.

— Какой?

— У Зала Заданий есть постоянное задание: сдать метод культивации, который ранее не был записан Сектой Искателей Дао. Это также считается выполнением задания.

— Тогда, Старейшая Старшая Сестра, вы... — Лу Яну пришла в голову смелая и немного нелепая идея.

— Итак, чтобы... выполнить задание, я создала множество техник культивации и обманом заставила их думать, что нашла их в Пещере Благословлëнной Реликвиями.

— К сожалению, позже меня вычислили.

— Как тебя вычислили? — спросил Лу Ян.

— Потому что, судя по заданиям, которые я докладывала, я побывала во всех Пещерах Благословлëнных Реликвиями, и я не знала, какое из них выбрать следующим.

— Как видишь, создать технику культивирования не так уж и сложно.

Юнь Чжи привела свой собственный опыт в качестве примера, убедив Лу Яна.

Лу Ян открыл рот, желая сказать: «Старейшая Старшая Сестра, я думал, что ты честная, но не ожидал, что ты будешь лгать», «Старейшая Старшая Сестра, твой интеллект не соответствует моему» и «То, что ты называешь созданием техники культивации, можно назвать случайной выдумкой с моей стороны».

Лу Ян посмотрел в равнодушные глаза Юнь Чжи, и все его слова свелись к одному предложению.

— Старейшая Старшая Сестра права.

— Хотя ты и стал культиватором, тебе еще далеко до квалифицированного культиватора меча. Вот тебе книга.

Старейшая старшая сестра протянула древнюю книгу, сделанную из шкуры неизвестного демонического зверя. Она была большой, толстой и тяжелой.

— Хроники Полевых Монстров? — Лу Ян открыл древнюю книгу, почувствовав внезапный холод. Со страниц посыпались изображения различных демонических зверей, и он даже услышал слабый рык демонических зверей.

Эта книга, должно быть, бесценна!

Лу Ян размышлял, перелистывая страницы. Для фехтования необходимо намерение меча. Он только что начал Утончать Ци, так как же он мог культивировать намерение меча?

Он слышал, что древние фехтовальщики обретали своë первоначальное намерение в кровавых битвах с демоническими зверями, в борьбе между жизнью и смертью, непосредственно справляясь со свирепым намерением демонических зверей.

Таким образом, ответ казался очевидным: он должен был увидеть образы демонических зверей, постичь их свирепость, взять суть и отбросить недостатки, и, соединив тысячи намерений демонических зверей в одну точку, он получит своë уникальное намерение меча.

Хотя эта методика была сложной, она идеально подходила для тех, кто обладал Духовном Корнем Меча, как он сам.

Он также мог видеть, что Старейшая Старшая Сестра возлагает на него большие надежды.

— Я понимаю, — сказал Лу Ян, понимая, к чему клонит Старейшая Старшая Сестра.

Юнь Чжи посмотрела на Лу Яна, не понимая, что он понял. Она сделала жест, и марионетка принесла ещё одну тележку с тофу.

— Чтобы стать культиватором меча, нужна точность. Возьми этот Меч Зеленого Пика. Следующее, что тебе нужно сделать, — это с помощью кончика меча вырезать из тофу форму демонического зверя. Формы демонических зверей описаны в книге.

Юнь Чжи достала из своего хранилища острый меч, лезвие которого холодно сверкнуло. На рукояти было выгравировано слово "Зеленый Пик".

Лу Ян: «...»

Опять тофу?

Может быть, тот кошмар, который ему приснился, на самом деле был предчувствием, намекающим на его будущее звание Небесного Тофу?

Проклятье, он не мог позволить себе думать об этом.

Лу Ян быстро прогнал эту страшную мысль из головы.

Взяв в руки Меч Зеленого Пика, он почувствовал, что тот очень легкий.

На самом деле меч был не то чтобы был слишком легким, скорее наоборот. Меч Зеленого Пика определенно не был предназначен для культиваторов первых трëх уровней Утончения Ци. Меч был слишком тяжелым, и они не смогли бы его поднять.

Но Лу Ян был совсем другим. После тренировок он развил такую силу, что даже сам не представлял, насколько он силен. Если говорить прямо, то он, как и сейчас, мог легко вырубить любого культиватора первых трёх уровней Утончения Ци одним ударом, без всякой техники.

...

Возможно, потому, что он перешел на стадию Утончения Ци и его врождённый талант к фехтованию начал проявляться, в сочетании с контролем, полученным в результате тщательных тренировок, Лу Ян с легкостью управлялся с Мечом Зеленого Пика.

Всего за десять дней Лу Ян смог вырезать из тофу формы различных демонических зверей, себя и старейшей старшей сестры, и даже подобие девяти лотосовидных пиков Секты Искателей Дао.

Следуя по пути народного артиста, Лу Ян осваивал новые навыки и прославился на кухне.

Ему пришлось ускориться, потому что он не мог больше есть тофу.

После того как Лу Ян завершил этот этап, появилась Старейшая Старшая Сестра. После некоторой похвалы она достала кунжутное семя.

— Культивирование меча также требует тренировки наблюдательности. Сейчас я брошу это кунжутное семечко в тофу, и ты должен найти его в кратчайшие сроки.

Лу Ян упал на колени: "Старейшая Старшая Сестра, мы можем найти другой способ?"

Старейшая старшая сестра спокойно смотрела на умоляющего Лу Яна, в еë глазах не было ни капли волнения.

— О...

С тех пор жизнь Лу Яна была наполнена до краёв. Ранним утром он сидел на вершине горы с помощью Пяти Центров, Устремленных к Небу, и купался в утреннем свете. В полдень он тренировался в фехтовании и лелеял свой меч всем сердцем. Около полудня он немного отдыхал под деревом. После обеда он с новыми силами вышел на поединок с марионетками и был побежден. После ужина он читал при свечах, выполняя задания, которые давала ему Старейшая Старшая Сестра.

После года такой жизни уровень культивирования Лу Яна неуклонно рос.

...

— Смотрите, это же четвертый ученик главы секты, Лу Ян с Духовным Корнем Меча?

В Зале Заданий Лу Ян появился в белом кимоно, с живыми глазами и пристегнутым к поясу мечом с красной кисточкой, притягивающим взгляд.

Любой, кто смотрел на него, неизбежно делал комплимент такому многообещающему молодому герою.

Ученики Секты Искателей Дао в основном знали друг друга, особенно в таком месте, как Зал Заданий. Когда они видели кого-то необычного, то любили обсуждать его за новизну.

Став первым на вступительном экзамене с Духовным Корнем Меча, Лу Ян познакомился с дружелюбными Речным Духом и Дай Буфанем, был учеником Главы Секты и получал личные наставления от Старейшей Старшей Сестры. Сочетая все эти факторы, он ярко выделялся среди учеников-новичков и завоевал значительную популярность, даже превзойдя Тао Яое, обладавшую небесной красотой.

— Неужели это Лу Ян, которого лично тренировала Старейшая Старшая Сестра? Да, это он.

— Я слышал, что он только что стал культиватором Заложения Основания после года пребывания в секте.

— Он вошёл в стадию Заложения Основания, неудивительно, что он находится в Зале Заданий. Похоже, он готовится к выполнению заданий, чтобы закалить себя.

Что касается любопытных взглядов вокруг, Лу Ян уже привык к ним.

Ученики оказались правы в своих предположениях. Семь дней назад Лу Ян успешно вошёл в стадию Заложения Основания, ещё семь дней ушло на его стабилизацию, а затем он официально появился на свет. Следуя указаниям старшей сестры, он отправился на разведку.

В Зале заданий Лу Ян увидел множество заданий, которые привели его в изумление. От обезглавливания крупного демона в море трупов до помощи в поиске потерявшейся кошки или собаки — все они были самыми разнообразными.

Например, задание, которое Лу Ян рассматривал в данный момент, заключалось в поиске законной Техники Двойной Культивации.

Техники Двойной Культивации делились на две категории: законные и неприличные. Законные Техники Двойной Культивации не нуждаются в подробном описании: в основном они связаны с взаимопомощью между полами и балансом Инь и Ян.

Неприличные Техники Двойной Культивации точно не нуждались в описании.

Задание разместила зарегистрированная в Секте Искателей Дао демон-лиса.

Хотя одной из обязанностей Секты Искателей Дао было уничтожение монстров, она не убивала их без разбора. Если у монстра была явная личность и он не собирался причинять вред другим, Секта Искателей Дао не стала бы его покорять. Напротив, они регистрировали таких монстров и давали им легальную личность.

Демон-лиса была тому примером.

Эта лиса по имени Су Янь была обычной маленькой лисой, живущей в глубоких горах и старых лесах. Однажды она попала в ловушку охотника. К счастью, один из членов влиятельной семьи, игравший на горе, спас её, и дневные усилия охотника оказались напрасными.

Позже Су Янь съела в скрытой пещере Преображающий фрукт, который активировал скрытую линию крови в еë теле и превратил её в демона-лису.

Будучи благодарным существом, Су Янь перевоплотилась в человеческую форму, чтобы отплатить благодетелю.

К тому времени благодетель стал главой семьи, и хотя он видел много женщин, ни одна не была так прекрасна, как Су Янь.

Естественно, они поженились.

Но тут возникла проблема.

Демон-лиса родилась с Телом Манящего Очарования, неконтролируемо поглощающим Ян Ци. Во время половой связи муж терял Ян Ци.

К счастью, Ян Ци можно было восполнить, и это было не смертельно, но это просто уменьшило бы частоту их половых контактов.

Быть молодожëнами и при этом ограничивать свою сексуальную активность — далеко не идеальный вариант. К тому же, когда они стали чаще встречаться, муж начал выглядеть изможденным, что могло вызвать слухи.

Поэтому Су Янь надеялась применить законную Техники Двойной Культивации, чтобы контролировать своë Тело Манящего Очарования.

Это задание было размещено уже давно, но никто не соглашался.

Дело было не в том, что законных Техник Двойной Культивации было мало, а в том, что любой, кто выполнит задание, станет известен как обладатель такой техники. Как только становилось известно, что у него есть законная техника, люди начнут гадать, нет ли у него и неприличной Техники Двойной Культивации.

Если кто-то из учеников попросит у вас неприличную Технику Двойной Культивации, признаетесь ли вы, что она у вас есть? И отдадите ли вы её?

Как на тебя посмотрят Старшие Сестры?

— Это хорошее задание. Я возьмусь за него.

Позади Лу Яна кто-то сказал, судя по голосу, это был Мэн Цзинчжоу.

Мэн Цзинчжоу больше всего подходил для этого задания. Учитывая статус семьи Мэн, у них точно не было недостатка в Техниках Двойной Культивации. А благодаря Духовному Корню Чистого Ян у него не было никаких неприличных Техник Двойной Культивации.

Даже если у Мэн Цзинчжоу и были неприличные Техники Двойной Культивации, он мог только беспомощно смотреть.

Мэн Цзинчжоу создал свой фундамент раньше Лу Яна, и это было его третье задание.

— Ты тоже достиг стадии создания фундамента? — Мэн Цзинчжоу улыбнулся. Оба они обладали Мутировавшим Одиночким Духовным Корнем, их способности к культивации были примерно одинаковыми. Для Лу Яна создание фундамента так поздно стало неожиданностью.

Вспомнив о мучениях, которые он испытывал под руководством Старейшей Старшей Сестры в прошлом году, Лу Ян вздохнул: «Наконец-то я создал свой фундамент».

— Как только ты выполнишь задание, давай соберëмся вместе и хорошо поедим. Я угощаю, — Мэн Цзинчжоу великодушно взял на себя ответственность. У него было много камней духа.

После ухода Мэн Цзинчжоу Лу Ян продолжил просматривать задания, вывешенные на стене.

«На севере предположительно обнаружены следы ритуалов Демонического Пути. Рекомендуется провести расследование культиваторам уровня Золотого Ядра и выше. Награда — 400 очков вклада. Если будет найдена дополнительная информация, будет выдано дополнительное вознаграждение».

«Даос Ли Хун с перевала Шанхай потерял своего питомца, и ему нужен кто-то для поиска».

Лу Ян сделал паузу, сочтя это задание вполне подходящим — поиск котёнка или щенка не представлял никакой опасности. Затем он прочитал дальше.

«Потерянное животное: двукрылый свирепый тигр с зарождающейся душой средней стадии. Если животное будет найдено, награда за задание составит 5 000 очков вклада».

Лу Ян сжал шею. Демон-зверь стадии Зарождающейся Души, особенно двукрылый свирепый тигр с древней кровью, откуда и пошло выражение "добавить тигру крылья", — он даже не мог претендовать на роль зубочистки для этого существа. Далее, далее.

«Странные колебания Духовной Энергии ощущаются на горе Кунву на стыке дня и ночи, предположительно это неоткрытое Пещерное Небо. Культиваторам уровня Зарождающейся Души поздней стадии и выше предлагается провести исследование. Награда за задание — 8 000 очков вклада. Если Пещерное Небо окажется ценным, будут дополнительные награды».

Еще одно задание, не связанное с Лу Яном.

Если бы дело происходило во внешнем мире, то экспертом считался бы тот, кто смог бы преодолеть реки и озёра на стадии Утончения Ци. На стадии Заложения Основания можно было прослыть лидером и жить в достатке в течение ста лет в небольших регионах. На стадии Золотого Ядра можно было даже объявить себя истинным человеком и основать собственную секту.

Но в Секте Искателей Дао случайный прохожий находился как минимум на стадии Золотого Ядра. Брошенный кирпич мог попасть в кучу таких людей... а со средним уровнем культивации учеников они могли бросить кирпич обратно.

Ученики Секты Искателей Дао были элитой, отобранной из тысяч. До привлечения новых учеников, таких как Лу Ян, в Секте Искателей Дао не было учеников даже на стадии Утончения Ци или Заложения Основания. Самый низкий уровень культивации учеников находился на стадии Золотого Ядра.

Независимо от того, насколько известным ты был за пределами страны, вернувшись в Секту Искателей Дао, ты должен был вести себя скромно.

Поэтому заданий, подходящих для культиваторов стадии Заложения Основания, было не так много. Лу Ян просмотрел несколько подряд, и все они требовали уровня культивации Золотого Ядра или Зарождающейся Души.

Он также заметил специальное долгосрочное задание.

«Долгосрочное задание: Соберите техники культивации, которые ещё не вошли в коллекцию Секты Искателей Дао. Награда зависит от содержания техники».

«Примечание: Старшая Сестра Юнь Чжи, пожалуйста, не беритесь за это задание. В Павильоне Писаний уже создана зона Юнь Чжи. Юнь Чжи может поместить свои завершённые техники культивации прямо в эту зону».

Один из старших братьев, стоявший рядом с Лу Яном, тоже заметил это задание и усмехнулся: «Каждый раз, когда я вижу это долгосрочное задание, я всегда вспоминаю о великих достижениях Старейшей Старшей Сестры».

К нему присоединился еще один: «Когда выяснилось, что Старейшая Старшая Сестра написала свои собственные техники и ложно утверждала, что получила их из Пещеры Благословенной Реликвиями, это вызвало большой переполох».

— Я слышал от своего мастера, что в Линьнане есть древняя благословенная пещера, известная как Небесная пещера Сишуй. Самое ценное сокровище в ней — техника культивации под названием "Техника Пробуждения Хаоса", оставленная хозяином пещерного рая при жизни.

— Старшая сестра однажды ложно заявила, что нашла "Технику Пробуждения Хаоса" в пещерном раю Сишуй, утверждая, что те, кто доработает ее до конца, смогут выйти за пределы хаоса и познать все истины мира.

— Но вскоре после того, как ложь старшей сестры была разоблачена, кто-то наткнулся на самую глубокую часть Пещерных Небес Сишуй и нашёл истинную «Технику Пробуждения Хаоса».

— Результат оказался весьма удивительным. Когда секта сравнила их, то обнаружила, что техника, созданная Старейшей Старшей Сестрой, была проще в практике, чем оригинал, а конечные результаты между ними были совершенно разными.

— Впоследствии в Пещере Благословенной Реликвиями было найдено ещё несколько руководств подобного ранга, но ни одно из них не было столь же мощным, как техника, созданная Старейшей Старшей Сестрой. Услышав обо всём этом, старейшины замолчали на несколько дней.

Лу Ян никогда не видел Юнь Чжи из Павильона Писаний. Вероятно, потому, что техники, созданные Старшей Сестрой, были слишком запредельными, все они хранились в высшем слое Павильона Писаний, и никому без особого разрешения не разрешалось читать их или практиковать.

Одним словом, они были под запретом.

— Старшая сестра обладает необыкновенным талантом и редким умом, глубоко понимая мир. Говорят, это хорошо, что она занимает должность исполняющего обязанности главы секты, пока глава секты находится в уединении.

— Также ходят слухи, что Старейшая Старшая Сестра узурпировала трон, что она заперла лидера секты и хочет стать настоящим лидером секты. Она одерживает верх над восемью великими старейшинами, и никто не смеет ей противостоять. Некоторые люди даже утверждали, что слышали крики боли с горы Небесных Врат по ночам — говорят, что это звуки, издаваемые Главой секты в подземелье!

— Ха-ха-ха, это определенно чушь. Этого просто не может быть.

Лу Ян не обратил на них внимания. Он не слышал подобных звуков на Горе Небесных Врат, поэтому продолжил искать задание.

Наконец он нашёл подходящее.

«По сообщениям жителей деревни Тайпин уезда Кухэ, появился птицеподобный зверь-демон. Он может говорить на человеческом языке, но его вид неизвестен. До сих пор не было никаких сведений о том, что он причиняет вред людям или использует какие-либо демонические силы. Просим Секту Искателей Дао решить этот вопрос».

Лу Ян немного подумал и решил взяться за это задание.

По его мнению, это был либо какой-то демонический зверь, по ошибке забредший на человеческую территорию, либо зверь, случайно ставший просветлённым. Такие существа, как правило, не имели уровня культивирования выше стадии Заложения Основания, не были особенно агрессивными и обычно дружелюбно относились к людям — идеальный вариант для новичка вроде него.

Более того, награды, предлагаемые Залом Заданий, подтверждали это.

Награда: 30 очков вклада.

Награда за задание определялась специалистами Секты Искателей Дао и перепроверялась ещё одним человеком, чтобы исключить ошибки.

Чем меньше награда, тем проще задание.

Лу Ян подошел к стойке: «Старший брат, я возьму это задание, чтобы решить проблему птицеподобного зверя-демона».

— Я возьму это задание, чтобы решить проблему птицеподобного зверя-демона.

Обладательницей голоса была молодая девушка в бледно-розовом платье. У неё был чистый цвет лица, и её сияющая красота была особенно очаровательна.

С таким милым лицом и уровнем развития, схожим с Лу Яном, личность девушки была очевидна.

— Младшая сестра Тао Яое, какое совпадение! Лу Ян улыбнулся. Он познакомился с Тао Яое только во время поступления. Он провел год на Горе Небесных Врат и редко встречал посторонних.

Лу Ян занял первое место на вступительных экзаменах, и пока не были установлены новые рейтинги, он занимал должность старшего брата.

Правда в том, что Тао Яое выбрала это задание неслучайно. Заданий, подходящих для людей на стадии Заложения Основания, было мало. Для этого партии было всего несколько заданий, которые они могли выполнить.

— Итак, это старший брат Лу. Поздравляю с Заложением Основания. Заданий для тех, кто находится на стадии Заложения Основания, не так много, так почему бы нам не выполнить их вместе и не разделить награду?Тао Яое предложила с милой улыбкой. Её любопытство вызвал Лу Ян, который редко показывался.

Задание не было связано с наградой, их больше интересовало получение опыта.

— Уезд Кухэ находится довольно далеко отсюда, может, мы возьмем летающую лодку?

...

— Знаете, младшая сестра Тао, мы, люди, довольно противоречивый вид. Часто мы боимся того, чем восхищаемся.

— В древние времена демоны и бедствия свирепствовали. Человеческая раса, будучи слабой, боролась за выживание.

— Великие демоны, опираясь на родословную своих предков, крепкие тела и врожденные божественные способности, разгуливали по бесплодным землям.

— Люди боялись великих демонов, считая их непреодолимыми стихийными бедствиями. В то же время они поклонялись им, надеясь обрести схожий с ними уровень силы.

— Таким образом, древние предки создали свои собственные техники культивирования, изучили божественные способности из родословных демонических зверей, преодолели многочисленные трудности и встали на вершине континента, открыв новый мир для человеческой расы и позволив ей выжить и процветать.

— А ещё есть ветер, дождь, гром и молния. Древние предки, конечно, боялись их, но и жаждали. Они олицетворяют власть и огромную силу природы, которая является непреодолимой естественной волей.

— Люди стремились к ним и хотели обрести огромную силу и власть природы. Древние предки вопрошали небеса и сталкивались с грозами, размышляли среди ветра и дождя и поняли принципы: «Человек следует земле, земля следует небу, небо следует Дао, а Дао следует природе», и открыли ряд законов.

— Вы заметили? Этот противоречивый менталитет — необходимый элемент для того, чтобы люди стали владыками континента.

— А еще есть небо. Люди стремятся к небу, надеясь свободно летать в нём, как птицы, и уважают небо, считая его загадочным и неуловимым. Это чувство благоговения заложено в наших кровных линиях, и оно есть у каждого человека, у кого-то более явно, чем у других.

На летающей лодке Лу Ян был полон энтузиазма. Всякий раз, когда он волновался, он вскакивал, жестикулировал руками и оживленно говорил.

Подумав немного, Тао Яое прервала длинную речь Лу Яна.

— Так вот почему ты боишься высоты?

Они вдвоем сидели в корпусе летающей лодки, парящей среди облаков. На днище летающей лодки были выгравированы балансировочные массивы, изготовленные мастерами по методу массового производства, благодаря чему люди, находящиеся внутри, ничего не почувствовали бы даже в бушующую бурю.

Сейчас стояла ясная погода с ярко-голубым небом. Это была прекрасная возможность позагорать, помедитировать и насладиться видом с палубы. Тао Яое предложила пойти и прогуляться по палубе, но Лу Ян решительно отказался.

Из-за сильного любопытства Тао Яое она продолжала переспрашивать снова и снова. Лу Яну ничего не оставалось, как объяснить, начиная с древней истории о том, почему он боится высоты, ссылаясь на источники и широкие ссылки. Он говорил и говорил, пытаясь доказать, что его боязнь высоты — разумное и древнее психологическое состояние. В широком смысле он считал, что это даже может способствовать развитию человеческой расы.

К счастью, Тао Яое не поверила ни единому слову.

— Старший брат Лу, насколько я помню, ты обладаешь Духовным Корнем Меча? — Тао Яое бросила взгляд на древний меч, висевший на поясе Лу Яна, и мозоли на ладонях, образовавшиеся от сильного взмаха меча. Изменения, произошедшие за короткий год, служили доказательством того, насколько тяжелыми были тренировки Лу Яна с мечом.

Лу Ян кивнул и скромно ответил: «Меня едва ли можно назвать культиватором меча».

В зависимости от специализации культиваторов можно разделить на культиваторов пилюль, культиваторов талисманов, культиваторов массивов. Культиваторы тел, Культиваторы мечей и другие. Среди них культиваторы меча обладают самой сильной атакующей мощью. Никто не хочет столкнуться с культиватором меча в битве одного уровня.

Самым известным аспектом Культиваторов Меча является их способность разрушать тысячи законов одним мечом. Несмотря на ваши глубокие методы Дао, я могу разрушить их одним мечом.

Противоположностью культиваторам меча являются культиваторы Дао, которые разрушают технику меча тысячами способов, независимо от того, насколько глубока ваша техника меча.

Помимо «один меч нарушает тысячи законов», такие техники меча, как «Меч, открывающий небесные врата» и «Летающий меч», являются известными техниками среди культиваторов меча.

Одетый в белое, как снег, одеяние, ступающий на летающий меч, рассекающий ветер и волны, — насколько героична эта поза?

К чему стремятся культиваторы? Во-первых, к силе, во-вторых, привлекательность. Культиваторы меча полностью соответствуют этим стандартам, поэтому бесчисленные культиваторы стремятся стать Культиваторами меча. К сожалению, у них нет природного таланта к Дао Меча, и поэтому они не могут стать Культиваторами Меча.

— Итак, старший брат Лу, что ты будешь делать после того, как научишься летать с мечом?

Тао Яое никогда раньше не слышала, чтобы Культиватор Меча страдал от страха высоты.

Другие культивируют, чтобы свободно путешествовать по небу и земле. Однако старший брат Лу, скорее всего, предпочитает свободно перемещаться по земле.

Лу Ян серьезно ответил: «Бессмертному мечу необязательно летать только в небе, младшая сестра Тао Яое, вы когда-нибудь слышали о Бессмертном мече земли?»

Тао Яое была слегка ошарашена. На фоне серьёзности Лу Яна термин «Бессмертный Меч Земли» показался ей знакомым, поэтому она безропотно кивнула.

— Кто сказал, что все Бессмертные должны быть высоко в небесах? Термин «Бессмертный», в конце концов, содержит иероглиф «人» (человек). Бессмертные существуют между небом и землей, они могут дотянуться до звёзд и луны на небе и войти в девять бездн на земле, и всё это с максимальной свободой».

— Термин «Бессмертный меч земли» означает, что Бессмертные мечи могут не только существовать в небе, но и ходить по земле. Одним взмахом меча они могут обезглавить демонов и монстров с расстояния в тысячу миль!

— Моя цель — стать таким Бессмертным Мечом!

Тао Яое уже собиралась кивнуть в знак согласия, но тут её привычное спокойствие дало ей понять, что что-то не так: «Погодите-ка, я только слышала о Бессмертном Земли. Откуда взялся этот термин — Бессмертный Меч Земли?»

Лу Ян три секунды молча смотрел на Тао Яое, словно заваривая в груди древний секрет, а затем мягко произнес.

— От меня.

«...»

От его искренних слов Тао Яое потеряла дар речи.

Тао Яое не стала углубляться в эту тему. После трёх дней, проведенных вместе, её мнение о старшем брате Лу полностью изменилось.

На первом этапе она видела, как Лу Ян оказался Духовным Корнем Меча. Тогда Лу Ян предстал перед ней в образе праведного и непреклонного меча, молчаливого, но неукротимого.

После окончания второго этапа она услышала, как Лу Ян описывает свой уникальный подход к прохождению этапа. Она подумала, что культиватор меча с таким гибким мышлением может добиться больших успехов в будущем.

На третьем этапе, когда она уже почти не могла смотреть на гору Вэньсинь, считая, что никто не сможет преодолеть пятьдесят ступеней, она увидела, как Лу Ян успешно добрался до пятидесятой ступени и прошёл этап. Успех Лу Яна придал ей сил и решимости продолжить подъём на гору и успешно пройти этап.

Через год она встретила старшего брата Лу, страдавшего акрофобией и отличавшегося особой разговорчивостью.

Она поняла, что значит «разлука заставляет сердце становиться более любящим.».

— Судя по времени, пора высаживаться, — сказал Лу Ян.

Лу Ян расстелил большую карту, на которой были подробно отмечены Секта Искателей Дао, Императорский город Великой династии Ся, знаменитые горы и реки, важные города, Пещеры Небесного и Земного Благословений.

Это была карта одной восьмой части Центрального континента.

На карте была маленькая красная точка, которая медленно двигалась. Если бы вы не были внимательны, то подумали бы, что красная точка неподвижна.

Маленькая красная точка обозначала текущее местоположение двоих.

Это была не обычная карта, а магический артефакт, необходимый для путешествий.

Хотя карта была замысловатой, деревня Тайпин была слишком мала, чтобы быть отмеченной на ней. На карте с трудом можно было различить даже округ Кухэ.

Летающий корабль от Секты Искателей Дао до Императорского города Великой династии Ся преодолел бесчисленное множество миль. Не говоря уже о деревне Тайпин, даже уезд Кухэ на таком расстоянии был ничтожно мал. Карта с трудом удерживала свое название.

Летающий корабль не стал бы останавливаться в таком маленьком месте, как уезд Кухэ. Если бы он останавливался везде, скорость корабля сильно снизилась бы, и его эффективность была бы не намного выше, чем у повозки.

Летучий корабль останавливался только в нескольких крупных транспортных узлах, таких как Секта Искателей Дао, город Цинъюнь, долина Тунтянь, гора Фулун и Императорский город.

Лу Ян слышал от старшей сестры, что для того, чтобы сойти с корабля, нужно просто спрыгнуть.

Уголок глаза Лу Яна дёрнулся при одной мысли об этом.

Летающий корабль был похож на самолёты из его прошлой жизни, быстрый и эффективный. Главное отличие заключалось в том, что в прежней жизни пассажирам приходилось терпеливо ждать, пока самолёт приземлится, прежде чем сойти на землю. В мире Культивации пассажиры могли спрыгнуть, когда им вздумается.

Они подчеркивали свободу и открытость.

Лу Ян впервые сошёл с корабля и был очень взволнован.

Это было заметно по дрожанию его ног.

И это с высоты десяти тысяч метров.

— Старший брат Лу, ты знаешь, как высаживаться? — спросила Тао Яое.

— Конечно, — уверенно ответил Лу Ян, выглядя при этом несколько гордо.

На высоте десяти тысяч метров, если бы он просто упал вниз без всякой сноровки, даже культиватор поздней стадии Заложения Основания разбился бы вдребезги.

Лу Ян спросил у старшей сестры, как высадиться, но она не ответила прямо. Она лишь посоветовала не обращаться к книгам и не спрашивать других, а думать самостоятельно и развивать в себе привычку к самостоятельному мышлению.

Так что Лу Ян успешно придумал, как высадиться и подготовиться к этому.

К высадке готовились не только Лу Ян и Тао Яое, но и семь или восемь незнакомцев.

Лу Ян, Тао Яое и семь или восемь незнакомцев стояли на краю палубы корабля, выстроившись в ряд.

Семь или восемь незнакомцев достали стандартные бумажные зонтики.

Тао Яое достала свой тщательно продуманный красный бумажный зонтик.

Лу Ян достал парашют.

Лу Яну показалось, что он не вписывается в эту группу. Почему их вещи отличались от его?

Как раз в тот момент, когда Лу Ян размышлял, для чего они собираются использовать зонтики, с корабля спрыгнул мужчина средних лет в чёрном, державший в руках зонтик.

Человек в чёрном упал как снаряд, его скорость быстро увеличивалась.

Он спокойно влил Духовную энергию в бумажный зонтик. Легкая Духовная энергия, словно нить, как проворная зелёная змейка, обвилась вокруг каркаса зонтика, начиная с его ручки.

Бумажный зонтик словно ожил, пробудился от зимнего сна и распустился. Скорость человека в чёрном постепенно замедлилась, и он благополучно приземлился, слегка покачиваясь.

Человек в чёрном отпустил зонт, и бумажный зонт закрылся, превратившись в поток света. Он пронёсся сквозь море облаков и вернулся на летающий корабль.

Бумажный зонтик не принадлежал человеку в чёрном, а был временно предоставлен пассажирам летучего корабля.

Семь или восемь незнакомцев и Тао Яое одновременно повернули головы и посмотрели на Лу Яна, даже Тао Яое выглядела озадаченной.

Они держали в руках зонтики, готовясь спрыгнуть с корабля, а Лу Ян нёс сумку. Что же им делать?

Внешне Лу Ян сохранял спокойствие и невозмутимость, его лучезарная улыбка не давала повода для недоумения, словно он не был тем, кто не вписывается в атмосферу.

Однако внутри у него царило смятение, он был полон жалоб и не знал, с чего начать.

Все жалобы можно было свести к одному предложению — Старейшая Старшая Сестра, ты обманула меня!

Лу Ян не был полностью информирован о мире культивации, его знания до вступления в секту Искателей Дао были получены от рассказчика, и в первый год в секте его знания о культивации росли удивительно быстро, но ни в одной из прочитанных им книг не было описания того, как спуститься с летающего корабля.

Кто бы написал такое в своих книгах?

В плане повседневных знаний о мире культивации он всё ещё уступал Тао Яое, выросшей во влиятельной семье культиваторов.

О летающем корабле он знал только то, что он принадлежал Торговой Ассоциации Земных Денег, и что для высадки нужно было спрыгнуть с корабля, но как именно — было неизвестно.

Каждый год летающий корабль приносил огромные деньги, но для Торговой Ассоциации Земных Денег это была лишь незначительная отрасль.

Торговая Ассоциация Земных Денег была крупнейшей торговой ассоциацией на Центральном Континенте, за ней стояла таинственная сила, благодаря которой можно было приобрести бесчисленные редкие сокровища, если у вас было достаточно Духовных Камней, Реликвии Будды, Священные Кости из Территорий Демонов, Плоды Дао Бессмертных, которые существовали только в легендах, никем не видимые, могут быть куплены.

Если кто-то осмеливался задолжать Торговой Ассоциации Земных Денег или вынашивал мысли о краже у Ассоциации, то предупреждением для всего мира было несколько культиваторов, которые бесследно исчезли.

Ходили слухи о культиваторе с огромной силой, известном как Король-Вор, который владел пространственными искусствами, умел забирать чужое хранилище так же легко, как забираться в сумку, для него расстояние было просто бессмысленным набором цифр, он мог перешагнуть через миллионы гор и рек, от крайнего запада Центрального континента до страны глубокой зимы.

Даже вещи культиватора стадии Трансцендентальной Трибуляции были украдены им.

В профессии вора существовало неписаное правило: никогда не красть у Торговой Ассоциации Земных Денег.

Изначально Король Воров придерживался правила воровского учения предков, не имея никаких дел с Торговой Ассоциацией Земных Денег, но по мере того, как его слава росла, бесчисленные известные грандмастера объединили усилия, чтобы выследить его, но не смогли найти даже кусочка его одежды, он постепенно почувствовал, что эти могущественные культиваторы были просто посредственностью, он уже превзошёл воровского предка, поэтому не было необходимости придерживаться жёсткого учения предков.

Он высокомерно заявил, что этой ночью украдёт сокровища Торговой Ассоциации Земных Денег.

Все думали, что либо Король-Вор использует глубину своего космического искусства, чтобы бесшумно украсть сокровища, либо внутри Торговой Ассоциации Земных Денег начнется великая битва между Королем-Вором и стоящими за Ассоциацией силами.

Никто не ожидал, что в ту ночь ничего не произошло, и с тех пор Король-Вор бесследно исчез.

Смущение Лу Яна длилось недолго: когда пришло время спрыгивать с корабля, у незнакомцев не было времени продолжать наблюдать за Лу Яном.

Все взяли в руки бумажные зонтики и спрыгнули вниз, высаживаясь один за другим.

Лу Ян и Тао Яое тоже сделали свой шаг.

С высоты несколько незнакомцев раскрыли свои зонтики, которые вдали казались маленькими, как кунжутное семя, но Лу Ян был совсем другим: он потянул за шнур на спине, и его парашют раскрылся с «хлопком», выглядя необычайно заметным в высоком небе.

Если бы это была обычная ситуация, Лу Ян бы очень нервничал на такой высоте.

Но сейчас ему было не до этого.

К счастью, все разлетелись в разные стороны, и только Лу Ян и Тао Яое направились в деревню Тайпин.

По прибытии в деревню Тайпин их радушно встретил староста деревни, который, похоже, заранее знал об их приезде.

— Наконец-то вы оба, культиваторы, прибыли. То, как вы спустились с летающего корабля, было поистине необычным.

Лу Ян открыл было рот, но в конце концов не стал спрашивать, откуда он узнал об их прибытии.

— Меня зовут Лу Ян, а её — Тао Яое, мы оба ученики Секты Искателей Дао, в задании описание Птицы-Демона не очень подробное, я прошу старосту деревни предоставить больше деталей.

Староста деревни изначально подготовил приветственный пир, на котором они сначала бы выпили по несколько кружек, а после нескольких напитков угостили местными деликатесами и подробно обсудили проблему Птицы-Демона. Обычно так ведут себя люди сверху, когда приходят по делам.

Он не ожидал, что эти двое окажутся столь решительными и эффективными, и втайне радовался, восхищаясь тем, что они — настоящие ученики Бессмертной Секты.

Тао Яое взглянула на старосту деревни: он находился на поздней стадии Уточнения Ци, его фундамент культивирования не был прочным, его духовная сущность содержала много примесей, и у него не было надежды достичь стадии Заложения Основания, он был типичным культиватором и ничем не выделялся.

Когда речь зашла о Птице-Демоне, на лице старосты деревни появилось выражение огорчения. Деревня Тайпин и так редко посещалась посторонними и была довольно изолированной, а теперь новости о Птице-Демоне распространились по окрестностям, и даже странствующие торговцы не желали сюда приезжать.

Он обратился с докладом в округ Кухэ, но в округе не хватало людей, а учитывая, что Птица-демон не причиняла вреда людям, они сказали подождать некоторое время, пока не освободятся люди, которые смогут приехать и разобраться с ситуацией в деревне Тайпин.

Ждать пришлось двадцать дней.

— Это было, наверное, около двадцати дней назад, когда портной Фэн выбежал на улицу с криком, что к ним в дом пришел большой демон, который ест людей, и он очень сильный.

— Соседи были поражены, услышав это, ведь демон-людоед — это не мелочь, в деревне Тайпин было всего около тридцати культиваторов, а я, как староста деревни, обладал самым высоким уровнем культивации, поэтому портной Фэн пришёл искать меня с группой соседей.

— Прежде чем изгонять демона, нужно досконально разобраться в ситуации, поэтому я спросил портного Фэна: «Вы говорите, что великий демон ест людей, но кого он съел?»

Демоны, которые ели людей, и те, которые не ели, представляют совершенно разную опасность. Люди — это духи всего сущего, по своей природе разумные. Стоит демону съесть человека, как он привязывается к этому вкусу и съедает второго, третьего... сея хаос по всей округе.

Фэн Портной ответил: «Я не знаю, кого съел великий демон, но этот демон умеет говорить, должно быть, он съел человека и поэтому может говорить».

Действительно, среди простых людей ходили слухи, что если демон съест человека, то начнет говорить на человеческом языке и превратится в человека, но это были лишь мифы.

Культивация демонической расы не так проста. Чтобы обрести способность говорить, им необходимо усовершенствовать Крестовую кость в горле, а это требует как минимум поздней стадии Утончения Ци.

— Портной Фэн сказал, что демон был разноцветным, и он сначала подумал, что это заблудившаяся птица с гор, а Птица-Демон сидела позади него и смотрела, как он шьёт одежду, не двигаясь, а потом она вдруг заговорила, что напугало портного Фэна, и он тут же выбежал из своей лавки.

— Видя, что портной Фэн не может предоставить никакой полезной информации, я попросил их подождать в отдалении, пока я тайно подойду и увижу Птицу-Демона.

— У Птицы-Демона были яркие, блестящие перья, а вокруг глаз — ярко-красный цвет, явно не обычная птица, какая обычная птица осмелится быть такой яркой?

— Птица-Демон заговорила, спрашивая меня: «Кто ты, где Чжан Гуаньцзя?» — её тон казался весьма настоятельным.

— В душе я был озадачен: Чжан Гуаньцзя был культиватором в нашей деревне, на третьей стадии Утончения Ци, довольно средним, и я не мог понять, как он может быть связан с Демоническим Зверем.

— В то время я изо всех сил старался казаться спокойным, не представляющим угрозы, и вежливо поинтересовался: «Могу ли я узнать, какие дела у Короля Демонов с Чжан Гуаньцзя?»

— Птица-Демон не ответила, она взмахнула крыльями и покинула портновскую лавку.

— С тех пор Птица-Демон летала вокруг деревни Тайпин, ела зерно на полях, говорила на человеческом языке, не ела людей, но кто бы не испугался при виде демона? Поэтому в эти дни все жили в страхе, опасаясь, что Птица-Демон может разбушеваться и сожрать всех.

— Вы сталкивались с Птицей-Демоном, насколько она сильна? — спросил Лу Ян.

Староста деревни покачал головой: «Птица-демон весь день висит в воздухе, таинственно появляется и исчезает, поэтому её трудно отследить».

— Кроме того, я не могу определить уровень культивации Птицы-Демона; по крайней мере, он находится на том же уровне, что и я, — на седьмой стадии совершенствования Ци. Я опасался, что Птица-Демон изначально не собиралась никому вредить, но если я необдуманно вступлю с ней в схватку, это может привести к обратному результату и вызвать её гнев.

Лу Ян кивнул: действия главы деревни действительно были разумными.

Тао Яое спросила: «Поскольку Птица-Демон ищет Чжан Гуаньцзя, вы не пробовали позволить Птице-Демону встретиться с Чжан Гуаньцзя?»

Староста деревни глубоко вздохнул: «Нам нет нужды позволять Птице-Демону встречаться с Чжан Гуаньцзя, несколько дней назад Птица-Демон пришла прямо в дом Чжан Гуаньцзя и с криком «монстр! монстр!» вылетела из окна и направилась к другим домам».

— Мы не знали, что делать, как появились вы оба, бессмертные.

Тао Яое после некоторого раздумья спросила: «Неужели Чжан Гуаньцзя — чудовище? Может, птица-демон предупреждает вас, чтобы вы были осторожны с Чжан Гуаньцзя?»

Среди демонической расы было много доброжелательных существ, которые превращались в людей или открывали свой истинный облик, чтобы предупредить людей о надвигающейся катастрофе.

Например, великий демон Жуйань. Согласно народным преданиям, где бы ни появлялся Чжуян, наступал хаос, поэтому Чжуян считался злополучным демоническим зверем.

Бессмертные секты знали, что на самом деле всё было совсем наоборот. Не Чжуян принёс хаос, а наоборот, Чжуян предсказывал грядущие беспорядки, он пришёл из Территории Демонов на Центральный Континент, чтобы предупредить человеческую расу; у него были только добрые намерения.

Конечно, в том, что Чжуяна не поняли в обществе, была и его вина — он был социально неловким и стеснялся говорить.

Молчаливое существо из расы демонов в сочетании со свирепым лицом не позволяло людям поверить, что это дружелюбный Демон-Зверь.

Возможно, и эта Птица-Демон пришла предупредить жителей деревни Тайпин, что Чжан Гуаньцзя — замаскированный великий демон.

Услышав это, староста деревни оказался в затруднительном положении. Он не хотел противоречить прекрасной фее из Бессмертной секты, но и отрицать правду и говорить, что Чжан Гуаньцзя — демон, тоже не мог.

— Чжан Гуаньцзя с детства рос в деревне Тайпин, старейшины могут подтвердить это. У него есть два младших брата, Чжан Гуаньи и Чжан Гуаньбин. Братья очень дружны между собой. Сейчас он руководит частной школой, обучая детей конфуцианству и практике культивации. Он один из немногих учителей в деревне Тайпин.

— Если вы говорите, что он чудовище, то я боюсь...

Тао Яое не согласилась с мнением главы деревни: «Демоны — долгожители. Многие бессмертные существа часто остаются в определенных местах на десятилетия, старея медленно, как обычные люди. Насмотревшись на это место, они инсценируют свою смерть и, выйдя из могил, переходят на новое место, чтобы начать всё заново».

Староста деревни потерял дар речи. У него не было такого опыта и знаний, как у Тао Яое, поэтому он не знал, что ответить.

Лу Ян осторожно покачал головой, указывая на лазейку в предположениях Тао Яое: «Если Чжан Гуаньцзя — чудовище, то он должен быть замаскированным великим демоном. Как может великий демон терпеть бредни маленькой Птицы-Демона? Боюсь, что Птица-Демон была бы убита Чжан Гуаньцзя еще до того, как она смогла бы заговорить».

Тао Яое не стала возражать, Лу Ян действительно констатировал факты.

Лу Ян встал: «Но нам всё равно нужно встретиться с Чжан Гуаньцзя».

Староста деревни быстро направился следом: «Пожалуйста, следуйте за мной, Бессмертные мастера».

По пути Лу Ян исправил форму обращения главы деревни: «Мы все культиваторы, стремящиеся стать бессмертными. Не говоря уже о том, что мы оба находимся лишь на стадии Заложения Основания, даже Истинные Монархи Объединения, те, кто прошёл через Скорбь, или культиваторы, которые наиболее близки к тому, чтобы стать бессмертными, не имеют квалификации, чтобы называться «Бессмертным Мастером».

— Вы можете называть нас Дао Мастерами.

Глава деревни неловко улыбнулся, не решаясь отнестись к Лу Яну и Тао Яое как к обычным практикам стадии Заложения Основания: лишь малая часть культиваторов может достичь стадии Золотого Ядра, причём обычных культиваторов. Ученики Секты Искателей Дао, несомненно, минимум предназначены для стадии Золотого Ядра; их будущие достижения были за пределами его воображения.

— Неужели никто ещё не стал бессмертным, или о бессмертных просто слагают легенды?

Услышав это, Лу Ян лишь улыбнулся, но ничего не сказал.

Через некоторое время они втроем прибыли в резиденцию Чжан Гуаньцзя.

— Старый Чжан, к нам пришли гости, открой дверь.

Со скрипом открылась деревянная дверь. Чжан Гуаньцзя с удрученным выражением лица стоял за дверью.

— Эти двое — ученики секты Искателей Дао, они пришли, чтобы помочь нам избавиться от Птицы-Демона.

Услышав слова «Секта Искателей Дао», Чжан Гуаньцзя изменился в лице. Он беспомощно сказал: «Я не монстр, вы не можете просто верить всему, что кричит Птица-Демон. Птица-Демон также кричит «дедушка, иди поиграй», почему бы вам не послать несколько дедушек поиграть с Птицей-Демоном?»

Староста деревни неловко улыбнулся: «Мы просто проходили мимо и случайно попали в ваш дом».

Староста был серьёзен и старателен, и любой бы сказал, что он хороший чиновник. Выслушав его подробные объяснения, Чжан Гуаньцзя мог только смириться и пригласить троих в свой дом.

Дом Чжан Гуаньцзя был просторным, двухэтажным, но в нём было пустовато от одного жильца.

Чжан Гуаньцзя было больше сорока лет, и он всё ещё не был женат.

Разговор неизбежно вертелся вокруг Птицы-Демона. Чжан Гуаньцзя, явно раздраженный, сказал: «Я никогда раньше не видел эту Птицу-Демона, и одному Богу известно, почему она всегда зовёт меня по имени».

— Я никогда в жизни не покидал деревню Тайпин, самое дальнее, где я бывал, — это уезд Кухэ. Откуда, черт возьми, я могу знать Птицу-Демона?

— Каждый день ученики спрашивают меня: «Учитель, вы чудовище?» Некоторые ученики даже боятся быть съеденными мной и каждый день вовремя сдают домашние задания!

— Даже мой сосед пришел ко мне и сказал, что у него есть смертельный враг, культиватор Заложения Основания, живущий в округе Цюэ, и спросил, не могу ли я тайно убить этого человека для него по договорной цене! — Чжан Гуаньцзя скрежетал зубами, говоря это, он не хотел бы ничего больше, чем сразиться с Птицей-Демоном и очистить свое имя.

Его, обычного человека, причисляли к расе демонов только потому, что Птица-Демон проболталась об этом, это было просто нелепо!

После, казалось бы, двухчасового разговора они втроем не получили никакой полезной информации, Чжан Гуаньцзя просто пожаловался на то, как сильно Птица-Демон повлияла на его жизнь.

К счастью, Лу Ян и Тао Яое быстро заверили, что истребят демона ради общего блага, уничтожат Птицу-Демона и восстановят репутацию Чжан Гуаньцзя. Только после этого Чжан Гуаньцзя, удовлетворенно, перестал жаловаться.

— Птица-Демон снова здесь! — Кто-то кричал снаружи дома, в страхе убегая от Птицы-Демона.

Услышав шум, Лу Ян и Тао Яое мгновенно отбросили свою непринужденность, снарядили магические артефакты, вышли во двор и приготовились сразиться с Птицей-Демоном.

— Дао Мастера, пожалуйста, будьте осторожны! — Староста деревни велел жителям соблюдать тишину и держаться подальше от места появления Птицы-Демона.

Лу Ян схватился за меч, готовый рассечь Птицу-Демона надвое, как только она проявит хоть малейший признак угрозы для людей.

Тао Яое достала красный бумажный зонтик — своё магическое сокровище, связанное с жизнью, «Зонт Тысячи Иллюзий». Зонтик раскрывался, создавая иллюзию, похожую на сон, в которую погружался враг, быстро погибая.

Лу Ян подал знак, чтобы он разведал обстановку. Тао Яое кивнула в ответ.

Птица-Демон приземлилась на дом мирного жителя. Как кошка, Лу Ян двигался скрытно и бесшумно, постепенно приближаясь к своей добыче.

Лу Ян был в состоянии повышенной готовности, его мышцы напряглись, готовые в любой момент выхватить меч и вступить в бой.

Он оптимистично оценил, что Птица-Демон находится на поздней стадии Утончения Ци, и это был лучший сценарий. В худшем случае, если Птица-Демон находилась на поздней стадии Заложения Основания как Демон-Зверь, с ней было бы нелегко сражаться, не говоря уже о победе.

Наконец он увидел Птицу-Демона, которая вот уже двадцать дней не давала покоя деревне Тайпин.

Её тёмно-зелёные перья были яркими и блестящими, а от уголков глаз до шеи простиралась большая полоса красного цвета — контраст красного и зелёного был просто поразительным.

Лу Ян сразу же узнал Птицу-Демона. Птица-Демон была родом из густых джунглей, питалась инжиром и ягодами и умела подражать человеческой речи.

Это был попугай.

Реальность доказала, что те, кто умел говорить, не обязательно были демоническими зверями. Это мог быть и попугай.

— Что это за демоническая птица!

Лу Ян был в ярости, в его ладони появилась притягивающая сила, и он мгновенно притянул попугая к себе. Попугай даже не успел среагировать, как был схвачен.

Староста деревни мог бы сделать то же самое, но он решил, что это какой-то Зверь-Демон стадии Утончения Ци или Заложения Основания, и не решился на это.

— Демонический зверь! Здесь демонический зверь! — Попугай чирикал без остановки.

Тао Яое, услышав шум, подошла и стала осматривать окрестности, её чувства повторяли чувства Лу Яна.

Выполнение задания — это хорошо, и отсутствие необходимости сражаться — тоже хорошо. Но вот незадача: они проделали весь путь от Секты Искателей Дао и летели три дня только для того, чтобы поймать попугая?

Как им написать отчёт о проделанной работе, чтобы он не показался смешным?

Жители деревни Тайпин не были достаточно сведущи, чтобы распознать вид птицы, обитающей в глубине леса, но Лу Ян и Тао Яое знали, что это такое. Это были базовые знания в Секте Искателей Дао.

— Великий даос действительно впечатляет, он без труда поймал демоническую птицу! — Узнав, что попугай пойман, староста деревни и другие стали нахваливать Лу Яна, говоря, что он обладает глубокой культивацией.

Пара терпеливо объясняла жителям деревни, что это самая обычная птица, просто нечасто встречающаяся в северной части континента.

— Этот попугай... или демоническая птица, как вы его называете, лучше всего имитирует человеческую речь.

— Имитирует человеческую речь, имитирует человеческую речь, — Попугай продолжал пищать в стороне, а Лу Ян держал его клюв, продолжая объяснять жителям деревни.

— Когда он назвал Чжан Гуаньцзя чудовищем, это была не совсем его собственная идея. Он научился называть «чудовище», послушав портного Фэна, и случайно повторило это, когда увидело Чжан Гуаньцзя.

Чжан Гуаньцзя вздохнул с облегчением. Ученик Секты Искателей Дао действительно очистил его имя, как только появился.

— Точно так же, когда он спросил: «Кто ты, где Чжан Гуаньцзя?», оно не поняло смысла этой фразы. Он просто услышал его где-то и повторил без всякого смысла.

— Будь проклята эта проклятая птица, я его зарежу, — Чжан Гуаньцзя кипел от злости на попугая.

Лу Ян поднял руку, чтобы остановить Чжан Гуаньцзя: «Это место находится на расстоянии половины континента от тропического леса, эта птица точно не прилетела сюда сама, её кто-то принёс.

— Если не считать того, кто очень скучает и готов пересечь полконтинента, чтобы привезти этого попугая, который не имеет никакого другого применения, кроме как быть новинкой, только Торговая Ассоциация Земных Денег могла бы сделать такое.

— Есть ли здесь Торговая Ассоциация Земных Денег?

Деревенский староста покачал головой: «Ассоциация не стала бы открывать магазин в нашем маленьком и отдалённом месте. Но она есть в округе Кухэ, в самом оживлённом районе. Возможно, кто-то купил попугая там и случайно потерял его».

Представить, что попугай мог напрямую сбежать из Торговой Ассоциации Земных Денег, было невозможно.

Лу Ян снова спросил: «Эта птица уже двадцать дней кружит вокруг деревни Тайпин, никуда не отлучаясь. Может быть, её хозяин здесь? У вас есть какие-нибудь идеи, староста деревни?»

Староста деревни немного подумал, а потом сказал: «Все в нашей деревне знают о Птице-Демоне. Если кто и может не знать, так это семья Шан с восточной стороны.

— Семья Шан редко покидает свой дом и не любит общаться с другими. Говорят, что глава семьи Шан также является культиватором. В молодости его постигла неудача, и он потерял большую часть своего уровня культивирования. С тех пор он не любит культивацию и живет в уединении.

— Семья Шан также очень богата, они самые богатые люди в округе. Не удивительно, если они купили Птицу-Демона у Торговой Ассоциации Земных Денег.

— Если это так, мы должны пойти и спросить у семьи Шан.

Деревня Тайпин невелика, и трое из них вместе с птицей вскоре добрались до парадной двери семьи Шан.

Вскоре после стука в дверь им открыл мужчина в официальной одежде и с бородой ван Дейка.

*Борода в стиле ван Дейка — это классический стиль, сочетающий заострённую бороду и практически гладкие щёки. Он назван в честь Энтони ван Дейка.

— Это староста деревни, я могу сообщить Хозяину о вашем визите? А кто эти двое? — спросил бородач.

Лу Ян держал попугая за крыло, как будто держал курицу, которую собирались зарезать во время новогоднего праздника: «Мы наткнулись на этого попугая, когда проходили мимо. После некоторых расспросов мы решили, что он может принадлежать семье Шан, и пришли сюда, чтобы спросить».

Бородатый мужчина сначала посмотрел на Тао Яое и был поражен. Он никогда раньше не видел такой красивой женщины, как Тао Яое.

Затем он взглянул на зелёного попугая и расплылся в счастливой улыбке: «Понятно, спасибо вам обоим. Это, должно быть, попугай нашей госпожи. С тех пор как попугай пропал, наша госпожа впала в депрессию. Это очень беспокоит нас, слуг».

— Наша госпожа будет очень рада услышать, что попугай нашёлся.

Староста деревни прошептал: «Это дворецкий семьи Шан, мистер Чжан. Он всегда открывает дверь, когда я прихожу».

Мистер Чжан поспешил доложить и быстро получил ответ.

— Хозяин приглашает вас троих войти.

Пройдя через входную ширму, через передний двор, из второй двери в коридор и, наконец, в главный зал, они встретились с главой семьи Шан.

Хозяин семьи Шан был крепкого телосложения, его лицо, полное мрачности, держало людей на расстоянии, не желая заводить слишком много разговоров. Но было видно, что он очень рад видеть старосту деревни.

— Брат Хуанг, давно не виделись.

Фамилия старосты деревни была Хуанг.

Они поклонились друг другу.

Глава семьи Шан на мгновение уставился на попугая, а затем кивнул: «Хм, всё верно. Эту птицу моя дочь купила у Торговой Ассоциации Земных Денег в округе. В то время я думал, что эта проклятая птица не стоит больших денег. Ассоциация запрашивала непомерную цену. Но моя дочь не слушала, она настаивала на покупке, и мне пришлось подчиниться».

— Мистер Чжан, отведите этих двух юных героев на встречу с Сяо Юанем.

Мистер Чжан жестом велел им следовать за ним и дал знак служанке приготовить чай для хозяина семьи Шан и старосты деревни Хуанг.

По дороге Тао Яое небрежно спросила: «Как давно мистер Чжан работает в семье Шан?»

Мистер Чжан почтительно ответил: «Господин спас меня на пути к изоляции. С тех пор я служу рядом с господином. Прошло уже двадцать лет с тех пор. Госпожа тогда ещё не родилась».

— Значит, у вас с госпожой Шан должны быть довольно хорошие отношения.

— Не буду скрывать, я наблюдал за тем, как росла госпожа. У меня нет своих детей, и я отношусь к госпоже как к родной дочери. В последнее время мисс часто впадает в депрессию, и у меня, как у дворецкого, от этого сердце разрывается».

Лу Ян вдруг спросил: «Вы были там, когда потерялся попугай?»

Мистер Чжан вздохнул, в его тоне чувствовалась вина: «Я был рассеян и не заметил, как попугай улетел. Если бы я был внимательнее, мисс не была бы так расстроена. Это была моя небрежность».

Лу Ян только кивнул и больше ничего не сказал.

Мистер Чжан осторожно постучал три раза и спокойно сказал: «Госпожа, ваш потерянный попугай нашёлся. Два молодых героя, путешествующих по окрестностям, принесли его».

Голос внутри комнаты произнес: «Впусти их».

Лу Ян и Тао Яое открыли дверь. Госпожа Шан, прислонившись к окну, спокойно читала книгу. Вечерние солнечные лучи освещали её волосы, словно время остановилось. Это был прекрасный момент безмятежности.

Многие юноши в деревне Тайпин были неравнодушны к госпоже Шан.

Лу Ян любезно предупредил: «Чтение при солнечном свете вредно для глаз, особенно на закате. Иди включи лампу, не похоже, что у твоего отца мало денег».

Глаз госпожи Шан дёрнулся, она отложила книгу и поприветствовала двух гостей, её голос был холодным: «Спасибо, что вернули Сяо Лу. Я Шань Юань».

Увидев Шань Юань, попугай, казалось, нашёл своего спасителя. Он попытался убежать от Лу Яна. Лу Ян отпустил попугая и позволил ему летать по комнате. «В следующий раз будьте осторожнее. К счастью, этот попугай кружил вокруг деревни Тайпин. Иначе, если бы он полетел в другое место, вы бы не смогли его найти», — с улыбкой предупредил Лу Ян.

Шань Юань посмотрела на двух хорошо одетых людей, которые явно выглядели как галантные молодые герои, долгое время странствовавшие по миру боевых искусств.

Лу Ян и Тао Яое были одеты точно так же, как и секта Искателей Дао рекомендовала в зале заданий, — они изображали молодых героев, которые долгое время странствовали по боевому миру, демонстрируя рыцарское достоинство.

Шань Юань выглядела несколько отстранённой. Непонятно, было ли это связано с её характером или с чем-то еще: «Сяо Лу вернулся. Вы двое можете идти». Тао Яое слегка нахмурилась, ей не нравилось поведение госпожи Шан.

Сделав вид, что не услышал её пренебрежительных слов, Лу Ян весело сказал: «Давайте немного поболтаем. Семья Шан приняла нас радушно, возможно, они даже позволят нам остаться на ночь».

Шань Юань насмехалась: «То, что семья Шан приветствует тебя, не означает, что это делаю я. Вам лучше уйти, и будет лучше, если вы покинете деревню Тайпин».

— В деревне Тайпин нет ни демонов, ни монстров, так почему мы должны уходить? Ты уже давно не покидала семью Шан, разве ты не хочешь узнать о внешнем мире? — спросил Лу Ян.

Удивленный словами Лу Яна, Шань Юань смягчила тон: «Откуда вы двое? Я уже почти месяц не выходила из дома, не могли бы вы поделиться со мной тем, что видели и слышали в мире боевых искусств?»

— Мы из секты Искателей Дао, одной из Пяти Великих Бессмертных Сект. Мы оба находимся на стадии Заложения Основания. Мы пришли в деревню Тайпин, потому что услышали, что демоническая птица причиняет беспокойство.

Лу Ян говорил медленно и четко. Его тон был мягким, что делало его хорошим рассказчиком.

Узнав, что они находятся на стадии Заложения Основания, в глазах Шань Юань промелькнул намёк на радость.

Поболтав некоторое время, Шань Юань была очарована описанной Лу Яном приключенческой жизнью культиватора и тоже захотела исследовать огромный, величественный и таинственный мир.

— Я хочу культивировать, но мой отец не согласен. Он говорит, что культивирование слишком опасно. Если бы не его удача при исследовании древней гробницы, он бы там умер.

— Я столько раз спрашивала его о его приключениях, но он отказывается рассказывать, — Шань Юань сердито ответила: её интересовали странные и необычные истории, но её собственный отец, несмотря на свой богатый личный опыт, отказывался делиться с ней.

Лу Ян внутренне вздохнул: «Похоже, глава семьи Шан тоже был человеком с историей».

— Каков уровень культивирования главы семьи Шан?

Вспомнив самодовольное лицо отца, Шань Юань закатила глаза: «Он утверждает, что в прошлом достиг девятого уровня Утончения Ци, но после того, как пережил большую катастрофу, его уровень культивирования значительно снизился, до где-то четвёртого или пятого уровня».

Тао Яое сказала: «Это не так уж плохо, в деревне Тайпин не так много культиваторов, а самый сильный из них, староста деревни Хуан, находится лишь на седьмом уровне Утончения Ци. На четвёртом или пятом уровне можно жить безбедно, не говоря уже о главе семьи Шан, у которого есть кое-какие ресурсы».

Шань Юань вздохнула: «Но я не хочу навсегда ограничиваться графством Кхэ, я хочу путешествовать по Миру Культивации и увидеть огромную и необычную вселенную. Мы с тобой одного возраста, но ты уже на стадии Заложения Основания, а я ещё даже не начала Утончение ци».

Как раз в тот момент, когда Тао Яое собиралась убедить её, в дверь постучал мистер Чжан, дворецкий: «Госпожа, пора ужинать. И два молодых героя, хозяин специально попросил вас остаться на ночь после ужина, учитывая, что уже поздно. Хозяин и староста деревни Хуанг ждут вас».

— Хорошо, мы идем, — ответил Лу Ян.

Тао Яое хотела отказаться, но Лу Ян остановил её: «Послушай, я говорил, что люди из семьи Шан очень сердечные. Они разрешили нам остаться на ночь. Раз уж они так добры, почему бы не принять приглашение?»

За обеденным столом глава семьи Шан сидел во главе, оживленно беседуя с деревенским старостой Хуаном. Все остальные тоже наслаждались едой. Хотя она и не могла сравниться с пищей секты Искателей Дао, но всё равно была очень вкусной.

Мистер Чжан и служанки почтительно стояли в сторонке, прислуживая всем. После сытного ужина староста деревни Хуан отправился домой, а Лу Ян и Тао Яое остались в восточном крыле дома, где их комнаты разделяла лишь стена.

Тао Яое не очень-то хотелось спать здесь. Она была очень придирчива к своей кровати. Если не считать кровати в её обители в секте Искателей Дао, на которой она засыпала сразу же, то в любом другом месте ей требовалось много времени, чтобы уснуть.

Тао Яое знала, что это не очень хорошая привычка. Как культиватору, ей было свойственно спать в разных местах. Она пыталась перестроиться, но пока не получалось.

— Похоже, старший брат Лу может спать где угодно, — пробормотала про себя Тао Яое. По какой-то причине она тихонько хихикнула, а затем зевнула.

«Сегодня я лягу пораньше. Я должна хорошо выспаться.

Тао Яое внезапно отреагировала: «Нет! Кто-то отравил меня?!»

Она повернулась, чтобы поднять Зонт Тысячи Иллюзий, чтобы установить барьер, но обнаружила, что духовная сущность в её теле работает с трудом.

Она была потрясена, обнаружив, что кто-то незаметно для неё ввел яд. Кто бы это мог быть?

Этот яд предназначен для культиваторов. Тот, кто это сделал, зная, что она культиватор, наверняка тоже культиватор.

Кроме главы семьи Шан, она не чувствовала других культиваторов в семье.

«Был ли это глава семьи Шан?» «Или, может быть, культиватор, чей уровень культивации был слишком высок, чтобы она могла его определить?» «А как же старший брат Лу на другой стороне?» Вопросы кружились в голове Тао Яое, не оставляя ей времени на раздумья.

Снаружи комнаты послышались легкие шаги.

Открыв дверь, дворецкий Чжан вошёл в комнату на негнущихся ногах с восторженной и жестокой улыбкой на лице.

— Это ты! — Глаза Тао Яое расширились в недоумении. Внезапное осознание того, что это был дворецкий Чжан, повергло её в уныние.

Тот факт, что дворецкий Чжан был культиватором, а она этого не заметила, подтверждал, что его уровень культивации был выше, чем у неё.

Дворецкий Чжан держал в руке тесак для снятия кожи. С расстояния в пять шагов Тао Яое ощущала сильную обиду, связанную с этим ножом. Бесчисленное множество людей погибло под его лезвием, и эта обида была непреодолимой.

Лунный свет падал на лезвие, оно ярко сверкало, поражая своей яркостью.

Дворецкий Чжан облизнул губы, глядя на сопротивляющуюся Тао Яое так, словно она была свирепой добычей, попавшей в ловушку.

— Какая прекрасная кожа. Я никогда в жизни не видел такой светлой кожи с прекрасными контурами.

— Я знаю, что ты из секты Искателей Дао. Убийство тебя будет сопряжено со многими сложностями. Влияние секты Искателей Дао затмевает всё. Как такой ничтожный человек, как я, осмелится провоцировать секту Искателей Дао?

Пока он говорил, у дворецкого Чжана потекли слюни, он вытер их и продолжил: «Но ваша кожа притягательна. Она побуждает меня рискнуть. Раз уж ты по доброй воле осталась на ужин в семье Шан, это отличный шанс отравить тебя. Если я не воспользуюсь этой возможностью, то буду просто невеждой».

«В ужине был яд!»

Видя, что Тао Яое всё ещё борется, дворецкий Чжан посоветовал: «Не борись. Даже без яда ты мне не подходишь. Ты только-только вступила на стадию Заложения Основания, а я уже на поздней стадии».

Тем не менее, дворецкий Чжан был осторожен. Он не мог относиться к культиватору секты Искателей Дао, находящемуся на стадии Заложения Основания, как к обычному!

Он говорил так только для того, чтобы отбить у Тао Яое желание сопротивляться.

Чем больше она сопротивлялась, тем плотнее сцеплялись кожа и плоть, и тем труднее было её расчленить. Это было опытное суждение.

— Расслабься, будет только немного больно, и через мгновение ты перестанешь бояться.

Он облизал нож для снятия шкур и приблизился к Тао Яое.

Внезапно Тао Яое вскочила на ноги, её духовная сущность потекла свободным потоком. Взяв в руки зонт Тысячи Иллюзий, она со всей силы ударила им по лицу дворецкого Чжана.

Дворецкий Чжан был уверен в своей победе, поэтому атака застала его врасплох.

— Почему ты не отравлена?!

Получив удар по лицу, дворецкий Чжан крутанулся на месте, чтобы отразить атаку, но так ничего и не понял. Яд, который он дал Тао Яое, был одним из самых гордых его рецептов; от него умерло много культиваторов. Как он мог потерпеть неудачу?

Тао Яое не ответила. Убедившись, что попугай действительно принадлежит госпоже Шан, она ещё больше насторожилась.

Все в деревне знали о летающей по округе говорящей демонической птице. Если бы семья Шан просто послала кого-нибудь на поиски, попугая бы нашли, и ничего бы не случилось.

Действия семьи Шан были явно подозрительными!

К этому добавлялось ещё и отстранённое отношение мисс Шан. Вместо того чтобы отмахнуться от них, она как будто предупреждала их об опасности, грозящей семье Шан, и призывала немедленно уходить.

Сзади раздался непринуждённый голос Тао Яое: «Обязательный курс для новобранцев Секты Искателей Дао „Тысяча восемьсот видов ядов и их противоядий“, не хотите ли взглянуть?»

Яд, которым гордился господин Чжан, в глазах Секты Искателей Дао был шуткой. Как бы вы ни умели варить яд, разве он может быть сильнее яда, приготовленного на Пике Эликсирного Котла?

Резко обернувшись, господин Чжан увидел Лу Яна, прислонившегося к дверной раме с древним мечом в руках и улыбающегося ему.

Мистер Чжан понял, что добычей был не Тао Яое, а он сам.

Он спросил глубоким голосом: «Как ты меня обнаружил?»

Он не верил, что выдал себя. Все члены семьи Шан были под его контролем, и никто не выдал ни одного секрета.

Когда Шан Юань и Лу Ян разговаривали в комнате, он начал подслушивать, не используя своё духовное чувство, опасаясь быть обнаруженным. Так он узнал, что эти двое — ученики Секты Искателей Дао.

Но даже тогда Шан Юань не назвала его личность.

Слух у дворецкого Чжана был очень хороший, даже письмо и рисование не могли ускользнуть от его слуха.

Лу Ян рассмеялся и спросил: «Ты знаешь, что сказал попугай в деревне?»

— Что?

— Он сказал: «Кто ты, где Чжан Гуаньцзя?».

— Сначала мы подумали, что попугай ищет Чжан Гуаньцзя, но потом обнаружили, что он просто бездумно повторяет эту фразу. Тогда-то я и задумался. Чжан Гуаньцзя не странник, откуда попугай это услышал?

— Что, если попугай имел в виду не «Кто ты, где Чжан Гуаньцзя?», а «Кто ты, где дворецкий Чжан?»?*

*Кому нужно объяснение:

你是谁,张观甲在哪里? [nǐ shì shéi,zhāngguānjiǎ zài nǎlǐ?] 张观甲 — фамилия и имя: (Чжан Гуаньцзя)

你是谁,章管家在哪里? [nǐ shì shéi,zhāng guǎnjiā zài nǎlǐ?] 章管家 — имя и должность: (Чжан дворецкий)

Лу Ян представил себе сценарий:

Двадцать дней назад госпожа Шан случайно узнала, что дворецкого Чжана заменили другим человеком. В ужасе она воскликнула: «Кто вы, где дворецкий Чжан?». Затем она опрокинула птичью клетку, в результате чего попугай улетел. Это была последняя фраза, которую услышал попугай. И впоследствии, столкнувшись с деревенским старостой Хуаном в портновской мастерской, попугай повторил эту фразу.

Возможно, произношение попугая было нестандартным, а возможно, первой реакцией старейшины Хуанга было обращение к Чжан Гуаньцзя, с которым он общался больше всего, но в любом случае слова попугая стали «Кто ты, где Чжан Гуаньцзя?

Дворецкий Чжан был в ярости, Он никак не ожидал, что именно эта глупая птица, способная лишь повторять слова, разрушила его план.

Если бы он знал, то убил бы его с самого начала!

Господин Чжан не был новичком в вопросах выживания в мире культивации. Окруженный ими, он громко рассмеялся: «Я нахожусь на поздней стадии Заложения Основания. Если я захочу сбежать, сможете ли вы меня остановить?

Тао Яое была несколько встревожена. Если дворецкому Чжану удастся сбежать, то единственным выходом будет сообщить в Секту, чтобы старшие братья и сёстры разобрались в ситуации. Шансы на то, что его удастся выследить, были невелики.

Это заставило Тао Яое почувствовать себя немного неловко. Она успешно выполнила два задания, но на третьем произошло непредвиденное.

Лу Ян же оставался невозмутимым, и это зрелище нервировало дворецкого Чжана: «Ты когда-нибудь думал об этом: если ты можешь отравить нас, то и мы не можем отравить тебя?»

Услышав это, господин Чжан расслабился и презрительно сказал: «Я думал, это что-то более серьезное. Яд, что он может сделать против меня?» Пока он говорил, кожа господина Чжана начала обвисать, отделяясь от плоти, подобно змее, сбрасывающей кожу. Сброшенная кожа приобрела законченный человеческий облик и встала посреди комнаты. Его впалые черты лица уставились на Тао Яое, отчего по коже побежали мурашки. Лишенное кожи тело с грохотом рухнуло на пол.

Снимающий Кожу Призрак.

Тао Яое посерьёзнела и поняла, почему дворецкий Чжан сказал, что яд против него бесполезен.

Яд обычно действует на тело — точнее, на внутренние органы, мышцы и меридианы. Господин Чжан же был призраком, который облекался в кожу, и его истинной формой была только кожа. Кому придет в голову отравлять кожу?

И кто вообще слышал о яде, предназначенном специально для кожи? По крайней мере, дворецкий Чжан никогда не слышал.

А вот Лу Ян слышал.

Как раз в тот момент, когда господин Чжан готовился похвастаться своими способностями, он с ужасом обнаружил, что на его ногах выросли язвы размером с зеленую фасоль. Кожа начала отслаиваться слоями, а язвы разбухли и безумно чесались. Если их почесать, они лопались. Стоило лишь несколько раз прикоснуться ногами к земле, как из них начала сочиться густая желтая жидкость.

— Что... что происходит?! — воскликнул дворецкий Чжан, в его голосе слышалось изумление.

Дворецкий Чжан никогда не сталкивался с подобным. Когда его успели отравить?

— Грипп ноги.

— Что? — Господин Чжан подумал, что ослышался.

— Ты думал, что я просто вёл с тобой светскую беседу? Нет, я ждал, когда болезнь начнет действовать.

— Я знал, что ты придёшь за Тао Яое, поэтому заранее оставил в этой комнате яд, который вызовет грипп!

Лицо дворецкого Чжана побледнело.

Лицо Тао Яое потемнело.

Лу Ян усмехнулся и начал шаг за шагом приближаться к господину Чжану, отчего тот отступил и упал на спину.

— Как... как вы узнали, что я Снимающий Кожу Призрак?! — «Только если бы они заранее знали его истинную сущность, то смогли бы так специально отравить его!»

Главное, что дворецкий Чжан никогда не слышал, чтобы Снимающий Кожу Призрак заболел грибком!

Теперь его ноги чесались до безумия, заставляя его подумывать об их ампутации. Болезнь заставила его потратить значительное количество энергии и магической силы, чтобы подавить яд, и он не смог выбраться.

Внезапно его зрение затуманилось, и Лу Ян исчез из виду.

— Невозможно! — Дворецкий Чжан пылал от ярости. Лу Ян находился лишь на ранней стадии Заложения Основания. Даже если бы его ловкость была исключительной, он не смог бы укрыться от зоркого взгляда господина Чжана.

— Это иллюзия! — Он среагировал и быстро откатился в сторону, чтобы спастись.

К сожалению, было уже слишком поздно. Холодный свет вспыхнул быстро, как молния. От лба дворецкого Чжана до его таза пролегла тонкая линия. Лу Ян убрал меч в ножны, и дворецкий Чжан развалился на две части, а его разбитые внутренности стали плоскими, как зеркала.

— Неплохо, — Лу Ян похлопал Тао Яое по плечу.

Ранее Тао Яое использовала Зонт Тысячи Иллюзий, погрузив Чжана в иллюзорное состояние. Иллюзия не была идеальной, но Чжан, имевший богатый опыт, смог разглядеть её без малейших колебаний.

Лу Яну нужен был именно этот мимолетный миг колебаний. Он выхватил меч, нанес вертикальный удар и одним движением убрал меч в ножны. Снимающие Кожу Призраки были известны своими странностями, а не защитой.

Когда ему противостоял культиватор меча с сильнейшей атакующей силой, к тому же нерешительный и не готовый к защите, исход поединка решался одним движением, без малейшего промедления!

Преимущество призрака исчезло, как только Лу Ян узнал его.

Призрак в недоумении уставился на Лу Яна. Его рот то открывался, то закрывался, казалось, что он спрашивает: «Как ты узнал мою истинную форму?»

Тао Яое посмотрела на Лу Яна, ей тоже хотелось узнать ответ.

Лу Ян ничего не ответил. Он ещё раз взмахнул мечом и разрубил призрака на четыре части. Он облил их спиртовым вином, разжег костер и под жалобные крики сжёг в пепел.

Кто знал, какие хитрости может придумать это призрачное создание? Лучше было сначала убить его, а потом объяснять.

— Как ты узнал, что он был Снимающим Кожу Призраком? — Тао Яое задала вопрос, на который так и не получил ответа покойный дворецкий Чжан.

Лу Ян прибирался после битвы, сметая пепел Снимающего Кожу Призрака в небольшую кучку, которую Тао Яое помогла собрать в совок.

— Все очень просто, я вспомнил, что сказал попугай. «Кто ты, где дворецкий Чжан?»

— После того как мы познакомились с Шан Юань, она намеренно прогнала нас, держа подальше от семьи Шан.

— Это говорит о том, что нынешний дворецкий Чжан уже не тот человек, которого знала госпожа Шан, и он был очень опасен.

— Есть три варианта замены личности дворецкого Чжана: «В первом, дворецкий Чжан был одержим. Но зачем такому призраку задерживаться в семье Шан так долго? Лично я, если бы в меня вселился кто-то, первым делом покинул бы деревню Тайпин и отправился на поиски сокровищницы Фэн-шуй, чтобы продолжить культивацию. К тому же талант дворецкого Чжана не так уж и велик, и кто бы ни овладел им, лучше было бы овладеть главой семьи Шан», — объяснил Лу Ян, поставив себя на место призрака.

— Во втором, кто-то замаскировался под дворецкого Чжана. Но это тоже не имеет смысла, у семьи Шан не так много ценных активов. Зачем кому-то понадобилось выдавать себя за дворецкого? У него что, фетиш на служение людям? Даже если бы у семьи Шан были ценные активы, почему бы ему не ограбить их напрямую? С его уровнем культивации поздней стадии Заложения Основания он мог делать в деревне Тайпин все, что ему заблагорассудится.

— Третий вариант — это Снимающий Кожу Призрак. Эти существа любят собирать человеческую кожу, маскироваться под людей и жить среди них — Снимающие Кожу Призраки когда-то были людьми, но после смерти превращались в призраков; это одна из разновидностей культиваторов-призраков. Большинство культиваторов-призраков страдают от тех или иных психологических расстройств. Например, Снимающие Кожу Призраки не любят, когда их раскрывают. Они стараются убедить себя в том, что они люди, говорят и ведут себя как люди. Когда им надоедает один образ, они переходят в другой, повторяя этот цикл, — Лу Ян рассуждал здраво и убедительно, Тао Яое была впечатлена и восхищалась его ясным умом — он был совсем не похож на нервного старшего брата Лу, которого она видела на летающей лодке.

Несмотря на то, что Тао Яое обладала теми же знаниями, что и Лу Ян, она не могла так же глубоко мыслить, как он, за столь короткое время. Это была разница когнитивных способностей.

— Собери пепел, это доказательство того, что мы выполнили задание, — сказал Лу Ян, доставая небольшую белую фарфоровую бутылочку в две ладони.

Встреча с Снимающим Кожу Призраком была продолжением основного задания, и его убийство принесёт большую награду, чем поиск попугая. Снаружи послышался звук шагов, приближающихся к воротам и резко останавливающихся, словно несколько человек только что проснулись от страшного сна и не решаются войти в комнату.

О том, кто был снаружи, догадаться было несложно. Лу Ян от души рассмеялся: «Глава семьи Шан, вы можете войти. Я расправился с призраком. Здесь безопасно».

Глава семьи Шан с громким скрипом распахнул дверь. За ним стояли его жена и дочь, а также служанки и слуги — всего двенадцать человек, и все они выражали облегчение после нелегкого побега.

— Большое спасибо вам, Мастера Даосы, за то, что вы уничтожили Снимающего Кожу Призрака и спасли жизни двенадцати членов семьи Шан! — Глава семьи Шан опустился на колени, остальные последовали его примеру.

Непредсказуемый Снимающий Кожу Призрак мог убить их всех, как только устанет от своей личины дворецкого!

— Вы слишком добры, глава семьи Шан. Как ученики Секты Искателей Дао, мы обязаны истреблять демонов и поддерживать праведность, — ответил Лу Ян, слегка опешив от такого драматического зрелища, и быстро помог всем подняться на ноги.

— Прошу простить нас, уважаемые Мастера Дао, за неуловимую природу призрака и его непредсказуемые действия. Мы понятия не имели, откуда он взялся. С тех пор как призрак начал выдавать себя за дворецкого Чжана, он не позволял нам покидать семью Шан. Никому не разрешалось раскрывать его секрет, а любого, кто осмелится это сделать, ждала гибель!

В этот момент Шан Юань, стоявшая поодаль, не могла скрыть своего чувства вины. Как благородная дама из престижной семьи, все её бессердечные действия в комнате были направлены лишь на то, чтобы уберечь Лу Яна и Тао Яое от опасности.

Глава семьи Шан Чжунтянь искренне продолжил: «Увы, я всего лишь старик, живущий в сельской местности, всё моё богатство культиватора превратилось в золото и драгоценные камни, которые не пригодятся вам в качестве награды. Если вам что-то понадобится, даже если мне придется продать всё имущество семьи, я сделаю всё возможное, чтобы это выполнить, — Это была не простая вежливость, а искреннее предложение выразить свою благодарность за их спасительную помощь.

В глазах учеников Секты Искателей Дао его богатство почти ничего не стоило.

Однако у Лу Яна было что спросить.

— Я слышал, что во время набега на гробницу вы пережили ужас, угрожающий жизни, из-за которого вам пришлось умыть руки в Мире Культивации. Могу ли я узнать, что именно тогда произошло?

Тао Яое с интересом посмотрела на Шан Чжунтяня. Набег на гробницу, жизнь и смерть, великий ужас, отрыв от мира — всё это звучало как интригующая история, возможно, даже таящая в себе большие возможности. Ей всегда нравилось исследовать неизвестные и таинственные места.

Хотя Лу Ян не был так увлечён исследованием неизведанного, как Тао Яое, ему было интересно послушать истории о странных событиях.

Глаза главы семьи Шан непроизвольно дёрнулись. Честно говоря, у него не было желания вспоминать то страшное прошлое, однако он не мог отказаться отвечать на их вопросы, ведь они спасли ему жизнь.

Он разогнал толпу, особенно Шан Юань, которая старалась держаться скрытно, оставив только Лу Яна и Тао Яое.

— Не говорите о том, что я собираюсь рассказать вам сейчас.

Лу Ян и Тао Яое кивнули в знак согласия.

Подтвердив их ответ, глава семьи Шан начал рассказывать о том, что произошло двадцать лет назад.

— Тридцать лет назад я, Шан Чжунтянь, был довольно известен как расхититель гробниц на стадии Утончения Ци, если не сказать, что печально известен, до такой степени, что люди ненавидели меня, — горделивым тоном глава семьи Шан скрестил руки, вспоминая своё золотое прошлое.

Лу Ян и Тао Яое были несколько озадачены, не понимая, почему Шан Чжунтянь так доволен своей дурной славой.

Они не знали, что между расхитителями гробниц существует жёсткая конкуренция. Известность означала наличие исключительных навыков.

— Когда я расхищал гробницы, я всегда был осторожен. Я никогда не трогал большие или древние гробницы. Все мы знаем поговорку о том, что в больших гробницах водятся призраки, а в древних — бессмертные.

Призраки, о которых здесь шла речь, были не просто Снимающим Кожу Призраком на стадии Заложения Основания, а более могущественными сущностями среди призраков.

— Культиваторы Утончения Ци бедны. Их ценное имущество переходит к следующему поколению. Поэтому в их могилах нет ничего, что стоило бы разграбить. Культиваторы стадии Заложения Основания и Золотого Ядра обладают значительным имуществом. После смерти они обычно оставляют часть своего богатства потомкам, а остальное используют в качестве погребального имущества . Одна только эта небольшая часть может принести мне целое состояние. К сожалению, кто может всегда оставаться сухим, если часто гуляет у реки? Однажды я раскапывал гробницу Золотого ядра и, к своему удивлению, обнаружил, что это была могила внутри могилы. Могила Золотого ядра была дополнением к основной могиле, которая принадлежала культиватору стадии Зарождающейся души!

— Согласно правилам нашей профессии, нельзя копать могилы культиваторов, значительно превышающих их собственный уровень. Однако в тот момент я был так взволнован. Я находился на пике Утончения Ци и даже считал, что если буду бежать, то буду таким же быстрым, как культиватор Заложения Основания. Поскольку расхищение гробниц не предполагало сражений, я мог причислять себя к культиваторам стадии Заложения Основания, поэтому я решил, что нет ничего опасного в том, чтобы раскапывать могилу стадии Зарождающейся души, которая только что попала мне в руки.

— Итак, вознеся благовония нашим предкам за их благословение, я начал раскапывать могилу стадии зарождения души.

Шань Чжунтянь негромко сказал: «Я осторожно шёл по холодному и сухому туннелю, освещенному с обеих сторон Ночными жемчужинами размером с кулак, которые светились уже неизвестно сколько лет. Их тусклый голубой свет освещал только фигуры, не показывая никаких черт лица. Меня не покидало ощущение, что за мной наблюдают, и от этого волосы вставали дыбом. Но когда я обернулся, там ничего не было. Я просто подумал, что это иллюзия».

— Я последовал за светом через неровный проход к главной гробнице.

— Размеры главной гробницы захватывали дух. На мгновение я забыл, что это темная и страшная гробница.

Шань Чжунтянь сделал паузу, закрыв глаза, словно перечисляя мельчайшие подробности увиденной сцены. Закончив вспоминать, он медленно начал: «Я никогда раньше не видел гробницы такого размера. Потолок был настолько высок, что напоминал купол неба. Под куполом многочисленные глиняные солдаты с острыми медными копьями верно охраняли гробницу. Впечатляющие надгробные предметы были выстроены в форме Восьми Триграмм. Все они таинственным образом воплощали в себе общие законы природы».

— Древний труп, который был мертв уже несколько веков, все еще испускал из гроба ужасающие волны энергии, от которых у меня заколотилось сердце. Как будто старый фрик стадии Зарождения Души не умер, а просто спал, находясь на грани пробуждения.

— То, что произошло потом, было чем-то ужасным, чего я никогда не испытывал за годы своей профессиональной деятельности.

В этот момент Лу Ян и Тао Яое наклонились вперед, желая услышать продолжение истории.

Шан Чжунтянь изобразил на лице выражение крайнего страдания, его голос дрожал: «Я столкнулся с потомками того фрика, которые пришли поклониться своему предку!»

— Что? — Лу Ян и Тао Яое ясно слышали, но не поняли.

— Эти люди принесли подношения и магические артефакты, чтобы поклониться своим предкам. Они молились о долголетии своей семьи, постоянном рождении талантливых людей и успешной карьере в жизни. По пути они заметили моё присутствие в гробнице и схватили меня. В тот момент это было настолько ужасно, что даже воспоминания об этом сейчас вызывают у меня холодный пот на лбу.

— Я думаю, их реакция была вполне нормальной, — сказал правду Лу Ян, — учитывая, что вас не убили на месте, значит, они проявили хорошую сдержанность.

— Так это и есть ваш так называемый Великий Ужас? — спросила Тао Яое.

Шан Чжунтянь почесал голову, не понимая её реакции: «Точно, встретить потомков владельца гробницы во время ограбления гробницы — разве может быть что-то страшнее этого?»

— А потом?

— Потом меня хорошенько избили, из-за чего мой уровень культивирования упал с Пика Утончения Ци до Средней Стадии Утончения Ци. Меня бросили в тюрьму и заставили меня компенсировать все украденные вещи. Проведя в тюрьме десять лет, я решил начать новую жизнь вдали от всех этих проблем.

— Если честно, я больше не могу показываться в своём поле.

Искренность Шан Чжунтяня заставила Лу Яна и Тао Яое растеряться.

После того как Шан Чжунтянь лично организовал погребение безжизненного тела господина Чжана, он пригласил Лу Яна и Тао Яое остаться ещё на одну ночь перед отъездом. Но Тао Яое отказалась.

Если бы не план Снимающего Кожу Призрака, Тао Яое никогда бы не решилась остаться на ночь. Ночные путешествия не представляли проблемы для двух людей, находящихся на Стадии Заложения Основания.

Прежде чем уйти, Лу Ян вернулся к Шан Юаню и нежно погладил попугая по голове.

Если бы жители деревни Тайпин не приняли попугая за демонического зверя, он не смог бы справиться с Снимающим Кожу Призраком в доме семьи Шан.

— Этот попугай неплох, он действительно может быть демоническим зверем, тебе следует хорошо его вырастить.

Шан Юань был поражен и быстро поинтересовался причиной.

— Сила демонического зверя ранней стадии весьма неопределённа, его нелегко отличить от дикого зверя — я ничего не могу сказать.

— Но Сяо Лу не ушёл далеко после того, как покинул ваш дом. Вместо этого он продолжал летать вокруг деревни Тайпин. Он знал, что ваш дом в опасности, но не приближался к нему. Это может быть совпадением, а может быть предвестником развития его интеллекта. Сложно сказать.

Лу Ян лишь улыбнулся и больше ничего не сказал.

Шань Чжунтянь почувствовал, что был не очень хорошим главой. В конце концов, они спасли двенадцать жизней семьи Шан. Но всё, что он мог предложить взамен, — это историю о своей отставке.

— Это мой опыт разграбления гробниц. Если вы не против, можете взять его себе. Когда-нибудь он может пригодиться, — Шань Чжунтянь достал из сундука синюю книгу и протянул её Лу Яну.

Лу Ян вежливо принял её. После этого они попрощались.

На обратном пути Лу Ян спросил: «Тебе нужна эта книга об опыте разграбления гробниц?»

Тао Яое покачала головой: она не интересуется расхищением гробниц, поэтому такая книга ей не нужна.

Лу Ян тоже считал её бесполезной, но всё равно оставил у себя.

— Почему ты не сказал мне, когда отравил мою комнату? — Тао Яое всё ещё злилась из-за этого вопроса.

К счастью для неё, её тело, как Бессмертной Трансформации Пера, было очень устойчиво ко всем ядам, иначе разве она не заболела бы гриппом, как господин Чжан?

Разве можно красивой девушке болеть грибком?

Лу Ян пожал плечами. Конечно, он выпустил яд, убедившись, что тот не причинит вреда Тао Яое: «Я же говорил тебе».

— Когда?

— Во время ужина, глядя тебе в глаза.

— О, так ты не просил меня передать тебе блюдо глазами?

— Я не настолько поверхностен.

Они вдвоем успешно вернулись в Секту Искателей Дао, и по случайному совпадению Мэн Цзинчжоу только что закончил своё задание и жаловался старшему брату, который его поручил.

— Младший брат Мэн Цзинчжоу, ваше задание было довольно простым, но как оно закончилось тем, что Демон Лиса пожаловалась на ваше отношение и нежелание сотрудничать? — Старший брат был несколько озадачен. Они просто предложили книгу по двойным техникам культивации, какие могут быть проблемы с отношением?

— Старший брат, я говорю тебе, что в этой Демоне-Лисе есть что-то подозрительное. Я просто пришёл туда, чтобы доставить технику двойного культивирования, но она потребовала «осмотреть товар» и настояла на том, чтобы мы вместе попрактиковали технику двойного культивирования, чтобы проверить её подлинность.

Разгневанный Мэн Цзинчжоу сказал: «Если бы у меня не было Тела Чистого Ян и я не мог бы нарушить свою чистоту, я бы практиковал технику двойной культивации вместе с ней!»

Было непонятно, злится ли он на то, что его Тело Чистого Ян лишило его необычной встречи, или на то, что Демон-лиса подорвала его приверженность пути культивации.

Увидев беспомощное выражение лица старшего брата, Лу Ян шагнул вперед, чтобы помочь: «Старший брат, мы выполнили задачу по решению проблемы с демоническим зверем».

— Успешное выполнение задания с первой попытки впечатляет, — Старший брат посмотрел на Лу Яна с вновь обретенным уважением. Когда он поручал это задание, то думал, что оно будет довольно простым, и не ожидал дополнительных сложностей.

Когда он услышал, как тактически грамотно Лу Ян использовал яд и как быстро справился с Снимающим Кожу Призраком, его восхищение возросло до предела. Если бы призрак не был отравлен, справиться с ним было бы непросто, и он мог бы даже сбежать.

Более того, этот младший брат нес с собой яд, способный заразить человека гриппом. Старший брат, подумав об этом, незаметно отодвинулся подальше.

— Вы оба превысили требования задания, поэтому ваши первоначальные баллы за вклад будут увеличены в четыре раза. Вы получите 120 очков заслуг, а младшая сестра Тао Яое, которая играла роль второго плана, получит 90 очков заслуг.

Тао Яое не возражала. В этом задании Лу Ян играл важную роль, а она была лишь приманкой.

Очки вклада — это своеобразная валюта, обращающаяся в Секте Искателей Дао. На них можно покупать товары в секте, поесть в столовой и совершать сделки между учениками.

Кроме того, для получения особых наград, доступных в Зале Заданий, также требовались очки вклада.

Например, очень желанный, но недоступный «Однодневный опыт Главы Секты Искателей Дао». Как следует из названия, выкупив эту награду, вы сможете на один день стать главой секты, проводить встречи со старейшинами, заниматься делами секты, быть признанным главой секты, пользоваться уважением и авторитетом, а также привилегиями высшего руководства Пятой Великой Бессмертной Секты.

Преимуществ много, но, к сожалению, требуемые очки вклада слишком высоки, и пока никто не смог его выкупить.

Говорят, что несколько старших братьев хотели объединить свои ресурсы, чтобы обменять их на эту награду, но они вступили в спор о том, кто должен быть главой секты, и в итоге сильно поссорились. В итоге их всех отвезли на лечение в Пик Эликсирного Котла, что привлекло внимание толпы.

Сейчас эти старшие братья занимаются долгосрочной работой за пределами секты и уже долгое время не возвращаются в Секту Искателей Дао.

Возьмем, к примеру, Жидкость Духа Короля Медицины. В описании сказано, что это драгоценный эликсир, специально очищенный высокопоставленными членами Секты Искателей Дао, и он уникален. Его можно принимать внутрь или применять наружно. Он укрепляет тело, увеличивает жизненную энергию, укрепляет божественную душу и укрепляет культивацию. Несмотря на высокую стоимость в очках вклада, этот продукт пользуется популярностью среди старших братьев и сестер благодаря своим преимуществам.

Глоток во время боя обеспечивает восстановление энергии и магической силы, а также ускоряет заживление ран. Те, кто пользовался этим напитком, очень хвалили его.

Например, «Страховка от несчастного случая на летающем корабле», которую можно приобрести всего за одно очко вклада.

— Минуточку, а зачем нужна страховка от несчастного случая на летающем корабле? — Лу Яну показалось, что этот термин был несколько зловещим.

Старший брат, отвечающий за распределение заданий, ответил: «Это вполне нормально. Нет такого средства передвижения, которое было бы на 100% безопасным. Даже с летающими кораблями, которыми управляет Торговая Ассоциация Земных Денег, могут происходить несчастные случаи: столкновение с огромной силой, поломка шасси, забастовка капитана, требующего повышения зарплаты. Всё это обычные происшествия. К счастью, ни одно из них не привело к гибели людей, так что в этом нет ничего необычного».

— Когда председатель Торговой Ассоциации Земных Денег узнал, что на летающих кораблях часто происходят несчастные случаи, он решил, что это довольно рискованно. Поэтому он предложил, чтобы пассажиры платили небольшую сумму денег, которую можно было бы объединить. В случае аварии ассоциация брала бы из этого пула большую сумму денег, чтобы выплатить пассажирам компенсацию.

— Таким образом, если с кораблем ничего не случится, пассажиры заплатят лишь небольшую, незначительную сумму денег. Если же произойдет авария и нарушит планы пассажиров, они получат компенсацию.

— Председатель назвал эту модель «Покрытие рисков», а по-простому — «Страхование», и активно продвигал её в других компаниях.

— Однако вам не стоит беспокоиться. Наша Секта Искателей Дао всегда будет заботиться о своих учениках. На самом деле, мы уже приобрели для вас различные виды страховок, когда вы присоединились к секте, включая страховку от несчастных случаев для летающих кораблей. Страховка, продаваемая в графе «Награды», служит для увеличения суммы компенсации.

С видом: «Наша секта — это праведный путь, в отличие от сект демонического пути, которые живут изо дня в день, мы позаботимся о предоставлении всех необходимых страховок», старший брат казался вполне надежным.

«Мир культивации действительно быстро развивается, и у нас даже есть такие вещи, как страховка».

Рот Лу Яна дёрнулся. На его памяти в прошлом мире страховка была продуктом морского транспорта. Он не ожидал, что в Мире Культивации страховка будет распространяться на летающие корабли.

Он считал, что это неудачно, и лучше купить другие вещи.

В Мире Культивации нужно быть немного суеверным.

Словно прислушиваясь к внутреннему голосу Лу Яна, старший брат продолжил: «Однако одна великая сила, изучающая причинно-следственные связи, предположила, что покупка страховки может установить причинно-следственную связь с рисками, тем самым увеличивая шансы на риск».

— Ассоциация» решительно отрицала такую возможность. Обе стороны долго спорили, но официального заключения так и не было достигнуто.

— Этот вопрос очень достоин исследования в мире культивации. Если в результате исследования будет сделан вывод о наличии причинно-следственной связи, то вы получите благосклонность великой силы, предложившей это исследование. Если же будет сделан вывод об отсутствии причинно-следственной связи, то вы получите благосклонность Торговой Ассоциации Земных Денег. Это беспроигрышная» ситуация.

Лу Ян подумал, что если его исследование покажет наличие причинно-следственной связи, то Торговая Ассоциация Земных Денег наверняка захочет его зарезать. «Одно очко вклада можно обменять на сто низкосортных духовных камней, а сто двадцать низкосортных духовных камней можно обменять на одно очко вклада».

— Пьющий кровь летающий меч — две тысячи очков вклада. Чем дольше он пропитывается кровью, тем больше его сила. Судя по описанию, он не похож на оружие праведного пути, не так ли?

Старший брат пояснил: «Оно не обязательно должно быть пропитано человеческой кровью. Подойдет и свиная, и коровья, и утиная кровь. Несколько дней назад я слышал, что владельцы лавок, где продают сычуаньские горячие горшки, пришли на гору жаловаться. Они спрашивали: «Какой негодяй тайно вымочил их пьющий кровь летающий меч в утиной крови? После нескольких расследований виновный был найден». Хозяин лавки горячих горшков наказал его, заставив выпить горшок красного жирного супа. Думаю, в этой жизни он больше не захочет есть горячие горшки». Старший брат издал несколько щёлкающих звуков, выражение его лица было довольно тонким, намекая на то, что он мог увидеть.

Лу Ян продолжил просматривать: «Один флакон постной пилюли с любым вкусом, одно очко вклада».

«Рецепт барбекю «Секрет предков», сто очков вклада».

««Плавающий массив меча-сокровища», двадцать пять очков вклада. Этот массив можно нанести на оружие, повесить на спину и использовать в любое время из-за отсутствия ограничений на ножны. Он также включает в себя защитные массивы, способные защитить меч от стихий».

Поразмыслив, Лу Ян решил, что этот набор массивов весьма удобен. Он решил купить его.

Этот массив был полускрытым массивом, нарисованным в воздухе. Когда он падал на древний меч, то испарялся, как капля воды в воздухе, и полностью исчезал. Древний меч просто бесшумно парил позади Лу Яна, что было очень здорово.

Когда Лу Ян повернулся, древний меч двинулся за ним без каких-либо задержек.

— Какой хороший предмет!

«Пилюля Силы Десяти Быков? Сто очков вклада, тысяча очков вклада, десять тысяч очков вклада? Шедевр мастера-рафинёра Ву Мина. Приняв эту пилюлю, можно обрести силу десяти быков, способную победить тысячи войск. Её можно использовать от стадии Заложения Основания до стадии Зарождения Души».

Лу Ян подумал, что без «Прирождённого Специалиста По Ядам» Ву Мина цена была бы выше.

Однако, судя по описанию, эта пилюля, несомненно, была сокровищем. Она была чрезвычайно эффективна в бою и стоила того, чтобы её попробовать.

— Младшая сестра Тао, прости за беспокойство, но ты использовала очки вклада для покупки вещей? Я бы хотел одолжить пять очков вклада. Я верну их после выполнения следующего задания.

Очки вклада можно передавать между членами секты.

Младшей сестре Тао требовалось много очков вклада, чтобы покупать вещи, поэтому одолжить пять очков больше или меньше для неё не имело большого значения.

— Конечно.

Лу Ян быстро купил Пилюлю Силы Десяти Быков.

Старший брат, дающий задание, протянул Лу Яну маленькую фарфоровую бутылочку. Внутри бутылочки находилась пилюля золотистого цвета, которая слегка поблескивала под солнечными лучами, сигнализируя об очевидном качестве.

— Я обещал, что мы как следует отпразднуем твоё вхождение в Стадию Заложения Основания. Я заказал столик в Здании Сотни Ароматов. Пойдём ужинать. Я гарантирую, что всё будет в твоем вкусе», — рассмеялся Мэн Цзинчжоу, с также энтузиазмом приглашая младшую сестру Тао. — Младшая сестра Тао, не хочешь присоединиться к нам?

Так как Мэн Цзинчжоу был второй в очереди, когда они вступили в секту, он был старшим братом для младшей сестры Тао.

Несмотря на то, что Лу Ян страдает акрофобией, является серийным лжецом и даже подложил яд в её комнату, не предупредив её, младшая сестра Тао всё равно считала его другом из-за его отличной помощи в выполнении и даже перевыполнении совместного задания.

— Хорошо, я пойду.

Секта Искателей Дао содержала множество предприятий, предоставлявших культиваторам различные развлекательные услуги. Культивирование не практиковалось в уединении до самой смерти, а неинтересная жизнь не приведёт к бессмертию, поэтому развлекательные предприятия были жизненно необходимы.

Например, упомянутый выше “Сычуаньский горячий горшок” и “Здание Сотни ароматов”, куда направлялась троица.

Лу Ян слышал, что в прошлом Секта Искателей Дао так не работала. Раньше культивирование было культивированием, и потакание подобным вещам могло помешать преданности Поиску Дао.

Но после того как старый глава секты и старейшины ушли на покой, а новый глава секты и восемь его старейшин взяли власть в свои руки, Секта Искателей Дао обрела совершенно новую жизнь, поощряя своих членов находить баланс между культивированием и отдыхом.

По их словам, если эти вещи могут повлиять на преданность Поиску Дао, то они не подходят для того, чтобы стать бессмертными.

Лу Ян считал, что нынешняя Секта Искателей Дао утратила должную дисциплину. Когда он станет высокопоставленным членом секты, он обязательно её реформирует.

В “Здание Сотни ароматов” было много посетителей: многие ученики Секты Искателей Дао любили собираться здесь, чтобы поесть и поделиться впечатлениями и откровениями от заданий или тренировок.

По крайней мере, еда здесь была вкуснее, чем в столовой.

— Официант, я заказал столик номер девять, три набора мисок и палочек для еды.

— Хорошо, пожалуйста, присаживайтесь.

Они сидели на втором этаже, от других столов доносился аппетитный аромат, возбуждая аппетит и вызывая слюноотделение.

Лу Ян долго не сводил глаз с официанта, пока тот не исчез на лестнице. Он понял, что не может разглядеть уровень культивации официанта.

Лу Ян и Тао Яое с любопытством оглядывались по сторонам.

Лу Ян обычно ел на Горе Небесных Врат, а Тао Яое умела готовить, поэтому им не было нужды приходить сюда.

Мэн Цзинчжоу, который был знаком с такими местами, сказал: «Вы никогда не были здесь раньше, верно? Позвольте мне сказать вам, что здесь есть много вкусных блюд, которые вы даже не можете себе представить. Просто взгляните на меню».

Лу Ян открыл меню, и первая страница сразу же привлекла его внимание.

На первой странице не было ни одного блюда, но была четкая надпись: «Мы подаём только готовые блюда, сырые ингредиенты не продаём. Пожалуйста, поймите».

На второй странице начиналось собственно меню, где все блюда имели ценники в “очках вклада” и “Духовных Камнях”.

«Приготовленная на пару жидкость молнии, оставшаяся после прохождения культиватора через молнию. Она очень полезна для понимания Дао Молнии».

«Мамонт ледяной бездны на пару — Мамонт Ледяной Бездны, обитающий на крайнем севере, является там доминирующим видом. Взрослый Мамонт Ледяной Бездны может одним топотом сокрушить ледники и столкнуться с лавиной, не упав».

«Яичница с помидорами. Мы предлагаем различные виды яиц, в том числе обычные куриные яйца, куриные яйца “Восемь сокровищ” и яйца “Золотокрылый Рок”.

Взглянув на цены, Лу Ян не мог не вздохнуть. Очевидно, что эти блюда не предназначались для культиваторов стадии Заложения Основания, таких как он, которые не могли себе их позволить.

Однако были и такие блюда, которые он мог себе позволить, например, жареные постные пилюли и так далее.

Увидев нахмуренные брови Лу Яна, Тао Яое предположила, что он беспокоится о ценах, и не могла не спросить: «Что случилось? У тебя проблемы?»

— Послушай, пост означает потребление духовной энергии неба и земли вместо пищи*. Принятие постных таблеток позволит вам поститься.

*Слово "пост" имеет несколько иной смысл, однако наиболее близок по значению.

— Верно, — Тао Яое кивнула.

— Ну, а если съесть жареные постные пилюли, это будет считаться едой или постом?

Тао Яое и Мэн Цзинчжоу сразу же растерялись. Сначала вопрос показался им абсурдным, но, поразмыслив, они сочли его глубоко интригующим.

Они подозвали официанта и спросили его, но даже тот, кто работал здесь уже долгое время, оказался в тупике и не смог ответить.

Может быть, дело в том, что еду приносили медленно и им было скучно?

— Цены здесь довольно высокие. У вас достаточно очков вклада? — Лу Ян не стал зацикливаться на вопросе о постных пилюлях, его волновало, хватит ли у них денег, чтобы заплатить за еду.

Мэн Цзинчжоу выполнил в общей сложности всего три задания, так что много очков он бы не набрал.

Пригласить Лу Яна и Тао Яое в ресторан и заставить их всех мыть посуду — в духе Мэн Цзинчжоу.

— Зачем очки вклада? Конечно, мы используем Духовные Камни — Мэн Цзинчжоу ответил голосом, полным высокомерия.

Тао Яое удивленно посмотрела на Лу Яна, не понимая, почему он беспокоится о том, что у кого-то из семьи Мэн нет денег. «Разве ты не слышал о семье Мэн?» — спросила она.

Лу Ян был озадачен: «Семья Мэн из Цзинчжоу очень известна?»

Центральный Континент был огромен, и здесь было много семей с фамилией Мэн. Лу Ян никак не мог понять, к какой семье Мэн принадлежал Мэн Цзинчжоу.

Несмотря на то, что он давно знал Мэн Цзинчжоу, Мэн Цзинчжоу никогда не рассказывал о своей семье.

Когда Мэн Цзинчжоу пришёл в Секту Искателей Дао, чтобы принять участие в испытании, он не привел с собой никого из пожилых родственников. Лу Ян считал, что его семья пришла в упадок, и рассчитывал, что Мэн Цзинчжоу, обладающий Одиноким Духовным Корнем, сможет возродить семью.

— Самая известная.

Лу Ян был ошеломлен, когда понял, из какой семьи Мэн был Мэн Цзинчжоу.

Семей Мэн было много, но если бы нужно было сказать, какая из них самая известная, то это, безусловно, была бы семья Мэн Имперского Города.

— Это... Это семья Мэн Имперского Города, которая сражалась бок о бок с предками Императора Ся, чтобы основать Великую Династию Ся?

Эта новость потрясла Лу Яна. Семья Мэн из Имперского Города имела важное происхождение. Сто тысяч лет назад в мире царил хаос, и часто говорили, что в такие времена появляются герои. Предки семьи Мэн и императора Ся приняли вызов и сражались по всей земле. Их подвиги породили легендарную историю, которая широко известна и по сей день.

Эту историю можно услышать от рассказчиков в чайных домиках и увидеть на сцене, и её популярность никогда не ослабевала.

Сто тысяч лет назад предыдущая династия страдала от внутренних раздоров и внешних угроз, что в конечном итоге привело к её распаду и началу хаотической эпохи. Демонические варвары и морские звери покинули свои территории, чтобы разделить щедрый центральный континент.

Предки семьи Мэн поднялись со своей родины на востоке. Они отправились в военные походы на восток и запад, сражаясь на протяжении бесчисленных миль, заставив демонов-варваров бежать обратно в Территорию Демонов, а морских зверей — отступить в Восточное море. Герои и злодеи всех поясов склонили головы в знак покорности.

Другим владыкой был предок императора Ся, который также завоевал вторую половину.

Как и предок семьи Мэн, предок императора Ся изгнал демонов-варваров и морских зверей, положил конец хаотическому миру и правил половиной центрального континента. Трудно было определить, чьё достижение больше.

В то время все считали, что эти два владыки будут либо контролировать по половине Центрального континента, либо начнут грандиозную битву за контроль над всем континентом.

Всевозможные стратеги начали строить догадки, анализируя, у кого преимущество и как слабый аутсайдер сможет переломить ситуацию.

Неожиданно оказалось, что предки семьи Мэн и императора Ся считали, что на континенте уже тысячу лет царит хаос, приводящий к бесчисленным страданиям и кровопролитию, напоминающий пейзаж подземного мира. Если война продолжится, то неизвестно, сколько еще лет хаоса и смерти последует за ней.

Они сражались на всем континенте, чтобы восстановить мир, а не за императорский трон.

Поэтому предки семьи Мэн и императора Ся отказались от своих армий и сражались как культиваторы в бескрайнем звездном небе. Эта битва расколола небо и землю, заслонила свет солнца и луны, заставила падать звезды, и в итоге победил предок императора Ся, который был более искусен.

Предок семьи Мэн проиграл битву и грациозно удалился.

Тогда предок императора Ся во всеуслышание заявил, что пока Великий Ся существует хоть один день, семья Мэн никогда не погибнет.

Так и случилось. После основания Великой Ся семья Мэн поселилась в Императорском городе и не испытывала никаких притеснений и неудобств.

Королевская семья и семья Мэн поддерживают тесные отношения, часто связанные браком.

Гении из семьи Мэн постоянно появляются на свет. Именно тогда, когда мир считает, что фундамент семьи Мэн исчерпан, а её потомкам не хватает сил поддерживать репутацию семьи, появляется гений, который снимает с семьи Мэн тяжелую ответственность и продолжает её бессмертную легенду.

Поэтому ходят слухи, что судьба семьи Мэн связана с судьбой Великой династии Ся. Пока существует Великая династия Ся, семья Мэн не погибнет.

— Всё не так уж и преувеличено, — Мэн Цзинчжоу от души рассмеялся и скромно сказал: «Я не ожидал, что вы догадаетесь, что я восходящий гений семьи Мэн».

— Нет, мы не считаем тебя гением, — То, что сказал Лу Ян, было правдой. Если бы такой капризный человек, как Мэн Цзинчжоу, взвалил на себя бремя семьи Мэн, легендам семьи, скорее всего, пришёл бы конец.

Если говорить о гениях, то Лу Ян, будущий лидер Секты Искателей Дао, гораздо больше заслуживает этого звания.

Они нахваливали и принижали друг друга, совершенно забыв о Тао Яое, обладающей Бессмертным Телом Трансформации Пера, талантом, превосходившим и Одинокий Духовный Корень, и Духовный Корень Меча.

Если бы Здание Сотни Ароматов не было таким прочным, то этой энергетической волны хватило бы, чтобы сравнять с землей целый ряд домов!

Лу Яну и его спутникам показалось, будто по их головам ударили тяжелым молотом. В голове помутилось, а внутренние органы словно сжала огромная рука. Дискомфорт был невыносимым.

Уровень культивации окружающих их людей был выше, чем у Лу Яна и его двух друзей. Некоторые из них даже находились на стадии Золотого Ядра, поэтому им было немного легче, но ненамного.

— Это... кто-то прорвался на уровень Зарождающейся Души? — Старшая сестра на уровне Зарождающейся Души не осталась равнодушной. Она издала небольшой возглас удивления, когда почувствовала след необузданной энергии в энергетической волне.

Блюда в Здании Сотни Ароматов не просто вкусные. Простое блюдо может повысить уровень культивации или стимулировать естественную циркуляцию техник на несколько циклов. Если блюда правильно смешать, они могут усилить эффект друг друга и привести к еще большим результатам.

— Я слышал, что во время еды в Здании Сотни Ароматов можно прорваться в великое измерение. Я думал, что это просто слухи, но, похоже, это правда!

— Интересно, кому из младших братьев или сестер повезло прорваться здесь?

Обычно, когда люди прорываются, они изолируются и защищают свой закон. Они ищут спокойствия, а шумная атмосфера Здания Сотни Ароматов, полная отвлекающих факторов, не способствует прорыву.

Прорыв в такой обстановке показывает, насколько сильно еда в Здании Сотни Ароматов может помочь вам повысить уровень культивации!

Официант мягко оттолкнул их, и давление уровня Зарождающейся души тут же исчезло. Люди глубоко вздохнули и удивленно посмотрели на официанта.

На их взгляд, официант был всего лишь на уровне Золотого Ядра, но способности, которые он только что продемонстрировал, явно выходили за рамки уровня Золотого Ядра.

Состояние культивации официанта было маскировкой.

Кто-то шепнул своему спутнику: «Кстати, я слышал от одного старейшины, что он был здесь официантом, когда тысячу лет назад открылось Здание Сотни Ароматов. Прошла тысяча лет, а он всё ещё работает здесь официантом, и его внешность ничуть не изменилась».

Это нормально, когда внешность культиватора не меняется, но очень редко, когда она остается неизменной на протяжении тысячи лет.

Официант, казалось, не слышал перешептываний и извинился с соответствующим выражением лица: «Извините, но, возможно, один из клиентов слишком разволновался во время прорыва и забыл контролировать импульс. Пожалуйста, поймите меня».

Старший брат, только что вступивший на стадию Золотого ядра, вдохнул оставшийся после прорыва воздух и просиял: «В этом дыхании прослеживается свирепость. Как будто древняя раса драконов снова появилась. Я уверен, что это был старший брат, который культивировал своё тело и прорвался. Нам следует поторопиться и постичь это дыхание, ведь оно может очень помочь в совершенствовании наших физических тел!».

— Конечно, эта редкая возможность — благословение для нас. Мы должны воспользоваться ею, — Его спутники согласились и начали медитировать вместе.

Пять человек сидели в позе «Пять центров к небу». Они не произносили ни слова и чувствовали себя очень комфортно в прохладном воздухе, поступающем со всех сторон.

Даже если они не были культиваторами тела, культиваторы всё равно высоко ценили физическое тело. Если магическая сила достаточна, но тело не справляется, можно легко подвергнуться нападению и погибнуть от одного удара или же мгновенно лишиться шанса запутаться в путах и перьях в ближнем бою.

Поэтому Секта Искателей Дао уделяет большое внимание физической подготовке своих учеников.

В ряду демонических зверей древняя раса драконов была известна тем, что управляла ветром и дождем благодаря своим глубоким божественным способностям и несравненной физической силе. Они были одним из главных кланов, правящих в царстве демонов. Если бы можно было постичь хоть немного ауры древнего дракона, это принесло бы огромную пользу физическому телу, а если бы можно было постичь некоторые божественные способности расы драконов и использовать их как свои собственные, это была бы чрезвычайно желанная возможность!

Это было необычное зрелище, когда пять культиваторов Золотого Ядра сидели вокруг горячих блюд и медитировали, вместо того чтобы есть.

Это ощущение возможности очень впечатлило Лу Яна.

— Может, нам тоже попробовать постичь? — предложила Тао Яое.

Лу Ян удивился: «Ты можешь почувствовать ауру древнего дракона, о которой говорят наши старшие братья?»

«Попытка не повредит».

В тот момент, когда Лу Ян и его друзья раздумывали, стоит ли медитировать и постигать ауру Древнего Дракона, с лестницы донесся звук торопливого подъема.

Появился зеленокожий кабан с клыками, его глаза были полны паники и ярости, излучая сильное чувство опасности.

Какая злобная и ужасающая раса демонов! Его царство превосходило большинство присутствующих людей!

Кроме того, дыхание кабана было неровным, как будто он только что прорвался!

Официант нахмурился, в его руке образовался небольшой вихрь. Как раз в тот момент, когда он собирался сделать шаг, появился сияющий свет ножа. Острый свет ножа был похож на шелковую нить и нес в себе интенсивную ауру. Одним ударом кабан был обезглавлен, а его голова отлетела далеко в сторону и упала к ногам Лу Яна.

Голова кабана смотрела на Лу Яна, а глаза не хотели закрываться.

На сцене, которая должна была быть кровавой, не было ни капли крови. Невероятно горячая аура ножа мгновенно сварила обезглавленную часть кабана, испустив дразнящий аромат жареной плоти.

Только после этого на сцене появился владелец ножа — повар, которого можно было увидеть где угодно. Одетый в высокий колпак и специально сконструированный фартук, он держал в руке мясницкий нож, а его лицо было испещрено морщинами. Когда он смеялся, то был похож на безжалостного бандита, собирающегося украсть билет.

— Прошу прощения, что напугал всех. Я собирался зарезать этого кабана, потомка дракона. Вероятно, из-за моего сильного убийственного намерения существо почувствовало кризис жизни и смерти и активировало след древней драконьей крови внутри себя, прорвавшись на стадию Зарождающейся души.

— Это вина нашего ресторана, в следующий раз такого не повторится. Пожалуйста, простите нас!

С улыбкой на лице шеф-повар искренне держал свой мясницкий нож. Всем оставалось только простить его, даже если бы они этого не хотели.

Повар подхватил голову кабана с ног Лу Яна и оттащил тело в сторону, снимая напряжение.

Пятеро младших братьев на стадии Золотого ядра чувствовали себя несколько неуютно. Они не знали, стоит ли им продолжать медитацию и попытки постижения.

Один из них хлопнул рукой по столу: «Проклятье, дайте нам кастрюлю с блюдом из свежеубитого кабана, приготовленным из этого кабана!

Цена свинины стадии Зарождения Души просто запредельная, не говоря уже о кабане с родословной древней расы драконов. Поедание этого блюда может обойтись им так дорого, что они заслуживают побоев, когда проснутся.

Но даже если они заслуживают побоев, они должны это съесть. Сегодня они полны решимости. Если они не съедят этого кабана стадии зарождения души, то не смогут контролировать свои порывы и даже получат внутренние повреждения, подавляя свой гнев.

Официант положил полотенце на плечо, улыбнулся и крикнул: «Есть! Ещё пять блюд из свежеубитого кабана для наших клиентов!»

Лу Ян и двое других тихонько отвели взгляды, стараясь не привлекать к себе внимания.

Видя убийственное выражение лиц пяти старших братьев, казалось, что они готовы убить, лишь бы замять дело.

— Кстати, не хотите ли угадать, какие угощения я для вас заказал? Готов поспорить, что все они — ваши любимые, — тихо сказал Мэн Цзинчжоу, боясь привлечь внимание пяти старших братьев, которые поглощали свою еду.

Лу Ян был в полном замешательстве. Откуда Мэн Цзинчжоу могла знать, что он любит есть?

— Откуда ты знаешь, что любит есть старший брат Лу, — спросила Тао Яое ещё более тихим голосом.

Мэн Цзинчжоу показал большой палец вверх, ослепительно улыбнувшись восемью зубами: «Я специально спросил у Старейшей Старшей Сестры».

У Лу Яна сразу же возникло плохое предчувствие.

— А вот и тофу на пару!

— Свежеприготовленный пудинг из тофу!

— Тофу на пару с нарезанным луком.

— Мапо тофу.

Официант объявлял блюда и приносил их, выкладывая целый банкет блюд из тофу, который завораживал Лу Яна. Даже Тао Яое, которая не особо любила тофу, почувствовав его аромат, соблазнилась на полноценную трапезу.

С каждым названным блюдом лицо Лу Яна становилось всё бледнее.

Мэн Цзинчжоу была весьма доволен собой: «Старейшая Старшая Сестра сказала, что ты уже давно не ешь ничего, кроме тофу, и что тебе даже снятся сны о “Небесном Владыке Тофу”».

— И я решил, что ты, должно быть, безумно любишь тофу.

— Не будь слишком тронут. Моя семья говорила мне, что, когда приглашаешь кого-то на ужин, нужно узнать, что ему нравится. Это показывает искренность. Я не всегда соглашаюсь с мнением семьи, но в это я верю.

— Я пришёл в Здание Сотни Ароматов, чтобы заказать это блюдо из тофу специально для тебя. Не стоит недооценивать эти блюда. Они выглядят обыденно, но все они приготовлены из лучших соевых бобов, к ним добавлены высококлассные духовные травы, которые выдерживались годами. Даже вода используется чистая, талая, из сущности ледяных северных земель...

Лицо Лу Яна вдруг стало бледнее самого тофу.

«Что(!), черт возьми, ты узнал о моих предпочтениях?»

После того как гости покинули здание Сотни ароматов с сытыми животами, официант быстро убрал со столов и стульев и расставил всё по своим местам. И тут он вспомнил о вопросе Лу Яна.

Если вы приняли постную пилюлю, считается ли это едой или постом?

Этот, казалось бы, простой вопрос на самом деле был философской головоломкой. Чем больше он размышлял над ним, тем более глубоким он казался.

Новые ученики, которые будут набраны в этом году, похоже, обладают высоким уровнем понимания. Уверен, в будущем они добьются больших успехов!

— Хэй, повар, у меня к тебе вопрос, — официант вошёл на кухню и предложил вопрос мяснику.

Кухня раскалилась добела, и по ней прокатились волны жара. Для человека, находящегося на стадии утончения ци, даже незначительный несчастный случай мог привести к сильным ожогам или даже к трупу, от которого останется лишь скелет.

Чтобы приготовить духовные растения и небесные деликатесы, обычного огня недостаточно; как минимум требуется пламя, очищенное культиватором поздней стадии Золотого ядра, а такое пламя, естественно, ужасающе мощное.

Однако официант не обратил внимания на ужасающую жару на кухне. Он небрежно обмахнул себя полотенцем, лежащим на плече, и высокая температура мгновенно исчезла, сменившись ощущением прохлады.

— Как дела? Хочешь научиться забивать свиней?

Официант оскалился: «Зачем этому учиться? Я придумал философский вопрос о кулинарии. Посмотрим, как ты на него ответишь».

Повар, который был занят чисткой плиты, рассмеялся, отбросил щётку в сторону и скрестил руки: «Давай, спрашивай».

— Если ты принимаешь постную пилюлю, это считается едой или постом? — Повар усмехнулся, собираясь ответить не задумываясь, но тут же потерял дар речи.

«Верно, это считается едой или постом?»

Повар недоверчиво посмотрел на официанта: «Это не похоже на правду, твой интеллект хорошо известен. Как ты мог задать такой вопрос с твоим IQ?»

Официант сердито крикнул: «Следи за языком, мясник!»

— Так это была твоя идея?

— Нет.

Обсудив его, оба согласились, что использовать свои мозги для обдумывания этого вопроса преждевременно, и решили задать его хозяйке дома. Аромат чая витал в воздухе, складываясь в ряды загадочных иероглифов, глубоких и таинственных. Хозяйка налила и подогрела чай... Её движения были грациозными и плавными, приятными глазу.

Хозяйка была благородной и элегантной дамой с бледным и моложавым цветом лица и слабым рисунком звезды на лбу.

Она беспомощно посмотрела на официанта и повара, подумав, что у них явно слишком мало работы, если они успевают думать о таких пустяках.

— Не позволяйте названию «постная таблетка» обмануть вас. Её действие заключается не в голодании, а в медленном растворении в желудке рафинированной пищи. Так она обеспечивает питание в течение длительного времени.

— Постная пилюля — это, по сути, еда.

— Понимаете?

Повар задумался: «Понятно. Значит, мастера пилюль, которые готовят постные пилюли, на самом деле мои коллеги».

Официант усмехнулся и сказал: «Не льсти себе. В лучшем случае ты равен тем, кто разжигает огонь».

Шеф-повар пришёл в ярость, схватил свой мясницкий нож и бросился на официанта. Но официант был тоже был не из сахара . Он смахнул с плеча полотенце, которое зазвенело со звоном металла, а затем мгновенно превратилось в большой белый железный прут.

В руках у одного из них был нож, а у другого — палка, и эти двое начали бороться, как бандиты в уличной драке. Видя это, хозяйка дома не могла не вздохнуть. Если бы эти двое не были такими дешёвками, они бы вообще здесь не работали.

Хозяйка дома просто выдохнула аромат чая, который охватил их обоих, заставив на мгновение лишиться чувств. Когда они пришли в себя, то обнаружили, что находятся на первом этаже.

В ушах раздался голос хозяйки, звучавший слегка раздраженно: «Вы можете сражаться внизу. Если вы что-нибудь повредите, это будет вычтено из вашей зарплаты».

Лу Ян не знал, что произошло в Здании Сотни Ароматов после их ухода. Когда он вернулся на Гору Небесных Врат после празднования Заложения Основания, его лицо было бледным, как будто он пролежал три дня.

Старейшая Старшая Сестра, одетая в платье цвета индиго, с простым даосским украшением в волосах, сидела, скрестив ноги, в трёх футах от земли, погрузившись в медитацию. Она была похожа на трансцендентную фею, не тронутую тяготами человеческого мира.

Когда Юнь Чжи медленно открыла глаза, ей показалось, что в них сверкает тысяча миров, как в ночном небе. Лу Ян счёл это галлюцинацией и протёр глаза. Юнь Чжи смотрела на него со спокойным выражением лица, и ослепительного зрелища в её глазах нигде не было видно.

«Иллюзия?»

— Почему у тебя такое бледное лицо? — спросила она.

Лу Ян неохотно ответил: «Ты прекрасно знаешь, почему! Мэн Цзинчжоу использовал тот факт, что вы однажды сказали ему, что я некоторое время жил за счёт тофу, как предлог, чтобы пригласить меня на банкет в честь моего заложения основания, — Лу Ян подозревал, что его дорогая Старейшая Старшая Сестра замешана в этой проделке.

— Когда Мэн Цзинчжоу спросил меня, что ты обычно ешь больше всего, я вспомнила, что ты съел несколько банок тофу, когда тренировался. Я просто сказала ему правду. Разве с этим есть проблемы?

— А как же “Небесный Владыка...

Не успел Лу Ян закончить фразу, как Юнь Чжи обратилась к нему своим обычным монотонным голосом: «Ты выкрикнул “Небесный Владыка Тофу”, мечтая получить наследство. Я просто сообщила об этом».

Лу Ян молча вгляделся в глаза Юнь Чжи, “которые были лишены бренности смертных желаний, в особенности от желания мучить и причинять боль своему младшему брату по секте Лу Яну” и казались невинными. Он неохотно признал своё поражение.

Он всегда подозревал, что его Старейшая Старшая Сестра издевается над ним, но у него не было никаких доказательств.

— Я просмотрела отчёт о вашей миссии. Ты использовал свою мудрость, чтобы уничтожить Снимающего Кожу Призрака.

Лу Ян был в восторге от столь редкой похвалы Старейшей Старшей Сестры. Его поездка в деревню Тайпин действительно была достойной.

После краткого комментария лицо Юнь Чжи стало мрачным из-за последствий появления Снимающего Кожу Призрака.

— В прошлом веке, с наступлением Великой Эпохи, различные дремлющие силы проявляют признаки действия, а фантомы бродят по миру. Великая династия Ся может казаться спокойной, но она неосознанно таит в себе бесчисленные бедствия. Династия слишком горда, чтобы просить помощи у Пяти Бессмертных Сект, — со вздохом сказала Юнь Чжи, её слова не предназначались Лу Яну.

— Сто лет назад Верховный старейшина Секты Небесной Стратегии восстал из мёртвых, пролил свою кровь на чистую реку и пророчествовал о чём-то неизвестном.

— Секта Небесной Стратегии хвасталась своей способностью всё просчитывать, всё понимать и соблюдением естественной справедливости и причинно-следственной связи. Именно они поставили под сомнение страховой полис Торговой Ассоциации Земных Денег.

— Затем Верховный старейшина публично объявил, что наступила Великая Эпоха, которая восстановит славный пик древнего культивирования. Обычно пять Великих Бессмертных сект считают хорошим урожаем, если им удаётся завербовать хоть одного Духовного Корня в партии. Но в вашей партии есть член племени Древних Варваров, три Духовных Корня и Бессмертное Тело, которое встречается ещё реже, чем Духовный Корень. Я слышал, что и другие бессмертные секты в прошлом веке набирали гениев, сравнимых с Духовными Корнями. Это взгляд на славную Великую Эпоху.

Юнь Чжи редко улыбалась, но на её губах заиграла слабая улыбка, казавшаяся язвительной: «Так называемая Славная Великая Эпоха на самом деле была неспокойной до невозможности. Хаотичная эпоха — это неспокойная эпоха, в которой переплетаются различные силы и интересы, а демоны устраивают заговоры друг против друга. Бесчисленное количество невинных жизней погибло, прежде чем появилась великая культивационная сила. Сегодняшние мир и стабильность меркнут по сравнению с этим».

Лу Яну показалось, что смех Старейшей Старшей Сестры был холодным.

Лу Ян читал о Великой Эпохе в книгах. Во времена Великой Эпохи сила была превыше всего, и только победитель имел право последнего слова. Человечество было лишь одной из многочисленных фракций, а не доминирующей силой, как сегодня.

По миру бродили демоны и сражались титаны. Гении проносились по миру, закрепляя своё наследие в крови и костях. Происходили решающие убийства, и бесчисленные великие культиваторы становились легендами и мишенями для других культиваторов. Заманчиво было пожелать родиться в ту эпоху, чтобы продемонстрировать свой талант.

Только в такие смутные времена у героев и выдающихся личностей была возможность восстать и показать свою силу.

Однако, увидев выражение лица Старейшей Старшей Сестры, Лу Ян понял, что если для гениев Великая Эпоха была благословением, то для обычных людей она была сущим кошмаром.

Смерть была непредсказуемой, а выживание — неопределенным. Мелкие стычки между дворянами могли привести к тому, что их люди становились рабами и пленниками, их порабощали и убивали, не обеспечивая ни безопасности, ни покоя.

Великая эпоха, описанная в книгах, была наполнена эпическими потрясениями, потому что авторы сами были высокоуровневыми культиваторами и жаждали такой сцены.

Если посмотреть на Великую Эпоху с точки зрения обычного человека, то картина будет совершенно иной.

Лу Ян понял, что, став культиватором, он словно забыл о своём смертном прошлом.

Но так быть не должно.

Юнь Чжи не стала останавливаться на этой теме, так как для Лу Яна было ещё слишком рано: «У тебя есть ещё вопросы?»

— Старейшая Старшая Сестра, у вас есть какие-нибудь заклинания быстрого перемещения?

— Конечно, есть. Но для чего тебе нужны эти заклинания?

Секта Искателей Дао и Торговая Ассоциация Земных Денег заключили соглашение о том, что все расходы на путешествия учеников Искателей Дао будут возложены на секту, поэтому Лу Ян смог путешествовать на дирижабле, не потратив ни одного камня духа. Зачем ему ещё нужны заклинания?

Почесав голову, Лу Ян робко ответил: «Не так уж много, я просто хочу выучить их и сэкономить деньги для нашей секты».

Юнь Чжи не стала сомневаться: «Раз уж ты такой внимательный, я, как твоя старшая сестра, не стану портить твой энтузиазм. Ты сейчас только на начальной стадии, так что заклинаний, которые ты можешь использовать, не так много».

Лу Ян усмехнулся и потёр руки: «Даже нескольких будет достаточно».

— Я следила за твоим развитием в течение последнего года, и ты оправдал название своего Духовного Корня. Я могу научить тебя заклинанию летающего меча, которое позволит тебе оседлать летающий меч и путешествовать куда угодно.

— У меня также есть заклинание перемещения, которое обострит твоё Духовное чувство и позволит тебе перемещать своё тело куда угодно. Хотя это заклинание не такое быстрое, как заклинание летающего меча, оно не расходует так много энергии, а улучшение вашего Духовного чувства поможет тебе в будущих сражениях.

— Также есть искусство превращения. Овладев им, ты сможешь превращаться в птицу и свободно летать в небе.

— Младший брат, что ты выберешь? — Юнь Чжи вскользь упомянула несколько заклинаний, из которых Лу Ян мог выбирать.

— А есть ли заклинания, которые не связаны с полетами?

Заинтригованная Юнь Чжи посмотрела на покрасневшее лицо Лу Яна: «О, почему ты хочешь выучить заклинания, которые не связаны с полетами?»

Лу Ян запнулся и не смог ответить.

Юнь Чжи не стала продолжать: «Действительно, есть заклинания, не связанные с полетами, но они требуют высокого понимания Дао и определенного уровня магической силы. Возможно, ты начнешь немного раньше».

— Ничего страшного, я попробую. Если не получится, пусть будет так.

— Это заклинание называется “Сокращение земли до сантиметров”, его очень сложно культивировать. Вот заклинание для культивации. После того как ты его выучишь, я официально обучу тебя.

Юнь Чжи подняла руку и создала пространственный разлом, из которого достала золотой лист бумаги, аккуратно исписанный изящным почерком.

Лу Ян осторожно взял золотую бумагу, которая явно была ценной. Если бы он случайно порвал её, это было бы очень серьезно.

После ухода Лу Яна Юнь Чжи закрыла глаза и продолжила культивацию. В её ушах звучал древний и обиженный голос. Он был таким же холодным, как падение в ледяную яму.

— Мой дорогой ученик, как долго ты ещё собираешься держать здесь своего мастера?

Голос, казалось, исходил из Девяти Пустошей, леденящий и ужасающий!

— Твой мастер не так часто наставлял тебя, но ты достигла своего нынешнего уровня культивирования. Твой учитель гордится твоими достижениями.

— Есть старая поговорка, что если ты учитель на день, то отец на всю жизнь. Ты не можешь просто игнорировать учения своего мастера и заточить его здесь.

— У Секты Искателей Дао уже десять лет не было лидера. Раз уж ты пользуешься полномочиями главы секты от имени своего господина, не боишься, что сплетни отразятся на твоем блестящем имидже Старейшей Старшей Сестры?

— Ты приняла ученика от имени своего мастера, даже если он вундеркинд боевых искусств, твой мастер не станет тебя за это наказывать.

— Но, по крайней мере, освободи своего мастера, чтобы он мог лично встретиться со своим учеником. Здесь есть настоящие люди, а он поклоняется только картине вашего мастера, разве не будет смешно, если об этом станет известно?

В этом голосе было какое-то очарование, которое трогало струны сердца, заставляя подсознательно хотеть поверить в него, сломать печать и освободить обладателя голоса.

Юнь Чжи продолжала размышлять, полностью игнорируя его.

Увидев, что Юнь Чжи не реагирует, старый голос превратился в протяжный вздох и исчез, словно его и не было.

Юнь Чжи сидела в позе Пяти Центров Устремленных к Небу, всё было как прежде.

Три дня спустя.

Одетый в облегающую одежду Лу Ян стоял прямо, на его лице играла довольная ухмылка, а в глазах читалась гордость за то, что он выучил золотой свиток.

— Прочти его для меня.

— Тысяча миль в существовании, присутствующая перед глазами, освобожденная и расслабленная... — Лу Ян начал читать плавно, без малейших перерывов и запинок, что говорило о том, что он выучил содержание наизусть.

Юнь Чжи кивнула в знак согласия. Мантра была довольно глубокой и сводилась к основному смыслу слово в слово. Её чтение требовало огромных душевных сил, и тот факт, что Лу Ян смог запомнить её до такой степени, свидетельствовал об упорной работе, которую он проделал.

— Эта мантра — вступление. Произноси её в своем сердце, когда ты ещё только начинаешь осваивать заклинание. Она поможет тебе успешно применять заклинание. Когда ты освоишь “Сжатие земли в дюйм” на более поздней стадии, эта мантра будет бесполезна.

— “Сжатие земли в дюймы” — это заклинание пространства, и ты находишься на ранней стадии его освоения. Однако, поскольку ты ученик моего наставника, а он выучил это заклинание на твоём уровне развития, ты тоже сможешь это сделать.

— Самое важное в культивировании пространства — это безопасность. Если ты совершишь ошибку, то в итоге твоё тело будет отделено от головы или разделено по талии. Поэтому в мире культивации существует неписаное правило: когда ты культивируешь пространственные заклинания, тебя должен направлять старейшина, который разбирается в пространстве.

Юнь Чжи стала необычайно серьезной, и Лу Ян, увидев её в таком состоянии, с полным вниманием слушал лекцию Юнь Чжи.

— Принцип заклинания “Сжатие земли в дюймы” заключается в том, что земля уменьшается до размера квадратного дюйма. Заклинатель легко перешагивает через неё, преодолевает бесконечные расстояния и попадает в другое место. Чем твоё мастерство, тем больше площадь, которую ты можешь уменьшить, и тем большее расстояние ты можешь преодолеть. Когда ты достигнешь больших успехов, даже огромный центральный континент не сможет удержать твой темп.

— Обрати внимание на то, что практика заклинания требует просветления. Ты никогда не прикасался к космическим заклинаниям, поэтому должен быть морально готов как к успеху, так и неудаче.

— Не стоит слишком радоваться или разочаровываться в своём культивировании.

Юнь Чжи передала Лу Яну свой опыт в культивации своими словами и делами.

Лу Ян кивнул. Он чувствовал, что Старейшая Старшая Сестра была наиболее квалифицированной, чтобы сказать эти слова, так как он видел, как она испытывала сильные эмоциональные колебания раньше.

Он чувствовал себя несколько обделённым в этом отношении.

Когда Лу Ян увидел, что у Старейшей Старшей Сестры только одно выражение лица, он решил, что она безэмоциональна. Проведя с ней некоторое время, он понял, что у неё действительно есть эмоциональные колебания, но они слишком банальны.

Теперь Лу Ян мог с определенной долей вероятности определить, что чувствует Старейшая Старшая Сестра, по едва заметным изменениям её лица.

А сейчас... Ну, он не мог сказать.

— Сейчас я тебе покажу.

Юнь Чжи, не зная, о чём думает Лу Ян, бросила красный флаг на холм напротив них. Не успел Лу Ян толком рассмотреть его, как она легко шагнула вперёд. Вдруг она исчезла и появилась вновь с красным флагом в руке.

— Как только у тебя получится, потренируйся несколько раз, и ты станешь таким же хорош, как я.

Лу Ян застыл на месте, моргнув раз и другой.

«Что только что произошло?»

Лу Яну показалось, что Юнь Чжи бросила красный флаг, а затем без труда подняла его. Он даже не был уверен, что флаг приземлился на гору, так как не видел никаких признаков использования ею магии.

Как ни странно, Юнь Чжи слегка нахмурилась. Когда учитель учил её, он показывал всё точно так же, и она выучила всё за один раз.

Опасаясь, что Лу Ян не поймёт, Юнь Чжи продемонстрировала всё ещё раз.

Так, бросая флаг, убегая и возвращаясь, всё прошло гладко и без непоняток.

Бывает, что даже на Старейшую Старшую Сестру нельзя положиться: обучение — это действительно то, что нужно делать самостоятельно.

Лу Ян встретил взгляд Старейшей Старшей Сестры, понимая её эмоциональное состояние.

Она ждала от него успеха.

«Но Старейшая Старшая Сестра, вы должны понимать, что с вашим уровнем преподавания никто не сможет учиться».

Лу Ян тайно вздохнул. Он не мог больше полагаться на Старейшую Старшую Сестру; ему пришлось выполнять заклинание, основываясь на собственном понимании “Сжатия земли в дюйм”.

— Тысяча миль в существовании, присутствующая перед глазами, освобожденная и расслабленная... — Лу Ян закрыл глаза, произнося заклинание, и произнёс нараспев.

— “Сжатия земли в дюйм”! — Лу Ян зарычал, и его тело мгновенно исчезло. Окружающий пейзаж изменился и погрузился во тьму, как будто он попал в другое пространство.

Лу Ян ликовал. С первой попытки у него всё получилось.

Он действительно был гением!

Лу Ян вспомнил слова старейшей сестры. Принцип “Сжатия земли в дюйм” заключается в том, чтобы искривлять и сворачивать пространство. Маги перемещаются в альтернативном пространстве, которое представляет собой прямую линию, и могут добраться до места назначения за минимальное время.

Лу Ян уже собирался от души рассмеяться, когда обнаружил, что чёрная субстанция вокруг него вливается ему в рот, сковывая тело и лишая возможности двигаться. Более того, казалось, что в альтернативном измерении нет воздуха, и ему было очень трудно дышать.

После недолгого, но спокойного размышления он осознал один факт:

Он уменьшался в размерах.

Теперь у Лу Яна были и хорошие, и плохие новости.

Хорошая заключалась в том, что он выучил половину навыка “Сжатия земли в дюйм” — сжимать землю.

Плохая новость заключалась в том, что он выучил только половину.

Юнь Чжи стояла на земле и не знала, что сказать. Она смотрела, как Лу Ян произносит заклинание, а затем сжимается в землю, овладевая навыком Бегство Земли. Почему заклинание пространства превратилось в заклинание стихии?

Как старейшая старшая сестра Секты Искателей Дао и старшая ученица главы секты, Юнь Чжи по уровню культивации и таланту к культивации занимала первое место среди всех учеников Секты Искателей Дао. Она с лёгкостью создавала формулы, с первого взгляда овладевала заклинаниями, обладала редким для древних времён пониманием, и все остальные гении меркли по сравнению с ней. Она была поистине ужасающей.

Однако даже она не могла понять принцип заклинания Лу Яна.

Это были явно два несвязанных заклинания.

С приглушённым звуком Лу Ян снова произнёс заклинание “Сжатия земли в дюйм”, его голова торчала из земли, как крот. Это вызвало желание вбить его в землю или наступить на него.

Лу Ян прочистил горло, чтобы снять неловкость.

Каким бы толстокожим ни был Лу Ян, он не мог смириться с такой неловкой ситуацией.

Юнь Чжи с чувством вытащила Лу Яна из-под земли, отряхнув с него кучу грязи.

Это было похоже на вытаскивание редиски.

— Это был несчастный случай. Давай я попробую ещё раз.

Лу Ян почувствовал, что уже близок к разгадке трюка.

— Тысяча миль в существовании, присутствующая перед глазами, освобожденная и расслабленная... — Лу Ян снова начал настраивать заклинание, напевая ещё быстрее, чем раньше.

— “Сжатия земли в дюйм”! — крикнул Лу Ян, и произошло ещё одно изменение.

Юнь Чжи была высокой, но всё ещё на полголовы ниже Лу Яна. Раньше Лу Ян мог видеть макушку головы Старейшей Старшей Сестры, но теперь всё изменилось.

Тело Юнь Чжи постепенно становилось всё выше, и Лу Ян стал смотреть не вниз, а прямо перед собой, поднял голову и, наконец, повернул шею, чтобы посмотреть вверх.

Под таким углом Лу Ян не мог даже разглядеть лицо Старейшей Старшей Сестры.

Юнь Чжи превратилась в гиганта, держащегося небо: голова её касалась неба, а ноги ступали по земле.

— Нет, я стал меньше!

Лу Ян ростом в три дюйма прыгал по земле, и даже голос его стал намного мягче, чем прежде.

Он выучил новое заклинание — “Сжатие в дюйм”.

Талант Лу Яна к заклинаниям тоже был ужасающим. Такие гении, как Юнь Чжи, могли выучить только “Сжатие земли в дюйм”, а Лу Ян выучил и “Сжатие земли”, и “Сжатие в дюйм”!

Юнь Чжи присела, чтобы посмотреть на Лу Яна, её брови слегка нахмурились, не понимая, что пошло не так.

Юнь Чжи ущипнула Лу Яна за воротник двумя пальцами и потрясла им перед глазами, но так и не смогла понять принцип, поэтому отпустила его.

Лу Ян тоже был в замешательстве. Он следовал заклинаниям и методам, которым его научила Старейшая Старшая Сестра, но почему магия, которую он произносил, была совершенно другой?

— Это не имеет смысла.

— Я покажу тебе это ещё раз, — Юнь Чжи была очень ответственным учителем. Хотя её навыки преподавания были весьма посредственными, она была терпелива.

Юнь Чжи достала песочные часы, поставила их вверх дном на землю, затем взяла Лу Яна за плечо, и они вместе инициировали пространственную телепортацию.

Лу Ян почувствовал лишь мерцание перед глазами и оказался в странном пространстве с разноцветными перетекающими огнями по обе стороны.

В порыве Лу Ян хотел дотронуться до огней, но Юнь Чжи остановила его.

— Это причудливые видения, сформированные искривленным пространством. Не говоря уже о тебе, даже культиватор на стадии Трансформации Божественности был бы разорван на куски, а его душа разлетелась бы на части.

Лу Ян в страхе отдернул руку.

Выйдя из комнаты, они увидели огромного белого змея, который обвился вокруг гор, проглотил солнце и луну и переработал сущность неба и земли. Глаза змеи были яркими, и оба они случайно попали в пасть питона и скользнули в его желудок.

В тот момент, когда желудочный сок уже готов был вылиться наружу, Юнь Чжи сделала ещё один шаг и вернулась в альтернативное пространство.

Следуя за Юнь Чжи, Лу Ян увидел множество странных и причудливых мест: море из магмы, культиватора, проходящего через Трибуляцию Грома, молчаливого мечника с тяжелым широким клинком.

Это были места и вещи, о которых Лу Ян никогда не видел и не слышал. Ему было трудно представить, что в мире существуют такие странные люди и сцены.

В конце концов, они вернулись в исходную точку, а Лу Ян был измотан и всё ещё находился в шоке.

— Все места, куда я тебя только что отвела, находятся в Секте Искателей Дао. В будущем у вас будет возможность исследовать их самостоятельно.

Секта Искателей Дао была очень обширна, и места за пределами гор Девяти Ядер были ещё неизвестны Лу Яну.

— Может, попробуешь наложить заклинания еще раз?

Юнь Чжи подумала, что теперь это может иметь значение.

Встретив нетерпеливый взгляд Юнь Чжи, Лу Ян смело попытался повторить заклинание.

После целого дня тренировок с Юнь Чжи Лу Ян наконец научился воспринимать подземную среду и избегать наступания на ноги после уменьшения.

У него не получилось сжать землю в дюйма даже один раз, но каждый раз он мог сжиматься и корректировать дюймы, и с каждым разом это получалось все лучше и лучше.

В конце концов, ему уже не нужны были песнопения, достаточно было одной мысли, чтобы произнести заклинание, как будто он погружался в этот путь несколько месяцев или лет.

Изначально Лу Ян хотел изучить заклинание «Сжатие земли в дюйм», чтобы использовать его для путешествий. Теперь, когда он освоил «Сжатие земли» и «Сжатие в дюйм», всё было именно так, как он и задумывал.

Просто то, как он это делал, было трудно объяснить, и скорость была немного ниже.

Видя, как Лу Ян по своему желанию меняет размер, копается в земле и с удовольствием играет, Юнь Чжи небрежно поинтересовалась: «Младший брат, я слышала, что у тебя проблемы с выполнением заданий в Зале Заданий?»

— Да, большинство заданий могут выполнять только те, кто находится на стадии Золотого Ядра или выше. Есть очень мало заданий, которые подходят для меня, — Лу Ян подумал о том, чтобы провести несколько дней в Зале Заданий, чтобы узнать, сможет ли он получить подходящее задание.

— Это просто совпадение. Несколько дней назад на встрече со старейшинами кто-то упомянул, что с травяным садом возникли проблемы. Они вывесили задание в зале заданий, но никто не взялся за него. Я думаю, ты мог бы подойти. Возможно, ты захочешь проверить травяной сад.

Лу Ян знал, что с тех пор, как его глава удалился, Старейшая Старшая Сестра вела собрания от его имени.

— Что за миссия? — Лу Яну стало любопытно. Его особые навыки не были выдающимися в Секте Искателей Дао, так что какое задание могло бы ему подойти, не говоря уже о том, что он ничего не знал о саде лекарственных трав?

Он даже не до конца научился определять лекарственные травы.

— Узнаешь, когда придёшь туда, — Юнь Чжи ничего не ответила.

...

По мнению Лу Яна, Секта Искателей Дао была похожа на Мир Культивации в миниатюре. Не выходя из дома, можно было найти кого-нибудь, кто помог бы рафинировать пилюли, оружие и установить формации. По большей части она была самодостаточной.

Для изготовления пилюль нужны духовные травы. Секта Искателей Дао испытывает большую потребность в пилюлях и не всегда может полагаться на закупки извне.

Чтобы решить проблему духовных трав, Секта Искателей Дао создала большой травяной сад для выращивания лекарственных трав, а в Зале Заданий были опубликованы задания по выращиванию лекарственных трав.

Возвращаясь к выращиванию трав. Оно требует профессиональных знаний, о которых Лу Ян ничего не знал, он даже не мог отличить травы, которые он ест каждый день, от тех, что едят звери-духи, не говоря уже о том, чтобы выращивать их.

Лу Ян издалека почувствовал аромат травяного сада. В отличие от ядовитого аромата с пика Эликсирного Котла, этот аромат был чисто лекарственным. После длительного воздействия этого аромата смертные могли продлить свою жизнь и избежать бедствий и болезней.

У входа в травяной сад лежал старик. На его лице лежал соломенный веер, а сам он удобно расположился на кресле-качалке.

— Господин, это и есть травяной сад?

Старик лениво приоткрыл веки и посмотрел на Лу Яна: «Кто ты?»

— Лу Ян.

— Я не спрашивал твоего имени, я спрашивал твой статус.

— Я четвёртый ученик главы секты, младший брат Юнь Чжи.

Когда старик услышал первую часть, он не придал этому значения, так как глава секты исчез более десяти лет назад, что подрывало его значимость. Однако, услышав, что он младший брат Юнь Чжи, старик сразу же протрезвел.

Быть учеником главы секты означало быть младшим братом Юнь Чжи!

Старик резко встал, выглядя более проворным, чем Лу Ян.

Разумно, что в мире культивации нельзя судить о способностях и возрасте человека по его внешнему виду. Когда старые и молодые люди стоят вместе, трудно определить, кто есть кто.

Никто в мире культивации не выступает за то, чтобы уважать старых или любить молодых. Ведь не исключено, что старики и молодые более грозны, чем вы.

— Так ты и есть референт Юнь Чжи, почему ты не сказал об этом раньше? — по-братски положил руку на плечо Лу Яну.

— Можешь звать меня Старый Ба. Я отвечаю за этот акр земли в лекарственном саду.

Лу Ян подозревал, что старик-даос использует его в своих интересах, но доказательств не было.

— Почему Юнь Чжи послала тебя сюда собирать травы? Какая многолетняя трава тебе нужна, тысячелетняя или двухтысячелетняя?

Видя поведение Старого Ба, Лу Ян вспомнил о еде, которую готовила для него Старейшая Старшая Сестра. Неужели она взяла травы возрастом в тысячу или две тысячи лет из этого сада?

Тысячелетняя трава не была обычной капустой. Даже для Секты Искателей Дао она была весьма ценной.

Нет, не может быть. Старейшая Старшая Сестра — очень экономный человек, она не станет тратить драгоценные травы на свои блюда.

Лу Ян вежливо спросил: «Старейшая Старшая Сестра сказала, что несколько дней назад в травяном саду было опубликовано задание, но никто его не выполнил. Что это за задание?»

Старый Ба понял: «Так это то самое задание. Ты умеешь выращивать травы?»

— Понятия не имею, — признался Лу Ян.

— Позволь мне вкратце объяснить тебе. Выращивать травы довольно сложно. Один из этапов — разрыхление почвы. Это поможет корням трав впитать духовную энергию из почвы и завершить взаимодействие с духовной энергией воздуха.

— Аэрацией почвы всегда занималась пара королевских червей Серебряного кольца.

— Недавно в их доме возникли проблемы, и никто не работал, поэтому я поставил перед ними задачу разрыхлить почву в травяном саду. Для этого нужна одна из техник Пяти стихий — техника земли. Есть довольно много людей, которые знают о Побеге Земли, но все они считают его неудобным и не хотят им заниматься. Так получилось, что Юнь Чжи отправила тебя сюда.

— Так что мне нужно сделать.

— Поступи как земляной червь, заройся в землю и разрыхли почву в саду трав.

Лу Ян: «...»

Лу Ян подозревал, что его Старейшая Старшая Сестра издевается над ним, но доказательств у него не было.

Объективно говоря, работа в травяном саду — это действительно хорошая стратегия. Практикуя магический навык “Сжатие земли”, ты также сможешь узнать о травах и восполнить недостаток знаний в этой области. Это беспроигрышная ситуация.

Старейшая Старшая Сестра просто заботится обо мне и моих интересах.

Старейшая Старшая Сестра просто заботится обо мне и моих интересах.

Старейшая Старшая Сестра просто заботится обо мне и моих интересах.

Лу Ян загипнотизировал себя и согласился занять место земляных червей, зарывающихся в землю. По мере того как он размышлял об этом, ему в голову пришла одна мысль: земляные черви должны быть неопределенного пола.

— Почему у земляного червя мужской пол?

Старый Ба объяснил: «Земляные черви в мире смертных не различают самцов и самок, но это потому, что они низшие существа. Не обижайся. У разумных земляных червей, способных трансформироваться, есть разные полы. В частности, Король-червь Серебряного кольца — король земляных червей и глубоко подавляет всех остальных в родстве.

— Понятно. Пожалуйста, продолжайте.

Старый Ба продолжил: «С парой червей Серебряного кольца рыхление почвы не представляло проблемы. Но из-за неосторожного замечания, которое я однажды сделал... Я спросил Королеву Червей: «Люди говорят, что земляной червь может выжить, если его разделить пополам, так что, если она сама разделится пополам? Не могла бы она чередовать рабочие дни со своей второй половиной?

— Она была тронута моими словами и тут же разрезала себя пополам, создав два отдельных существа.

— Каждая из них была идентична другой, как сёстры-близнецы, нет, скорее, как техника клонирования. Я наблюдал, как одно существо превращается в два, и не мог определить, кто из них оригинал.

— К счастью, они могли различать друг друга.

— Но когда муж вернулся и увидел двух женщин, он был совершенно ошеломлен. Тогда обе жены спросили его, кого он предпочитает.

— Муж был очень откровенен, не пытался скрыть своих слов и прямо сказал, что ему нравятся обе.

— Затем разразилась бытовая ссора, и их треугольник породил серию любовно-ненавистнических разборок. До сих пор они не могут работать из-за этого, — Старый Ба, казалось, очень раскаивался.

Лу Ян: «Черт, они сумасшедшие».

— Так что же мне делать? Вздохнув, Лу Ян быстро успокоился и постепенно перестроился на менталитет культиватора.

Это всё пустяки.

Старый Ба погладил свою белую бороду и улыбнулся: «Ты пойдёшь туда, и кто-то будет тебя направлять. Но позвольте напомнить, что тебе разрешено входить в травяной сад только для того, чтобы рыхлить почву. Если ты посмеешь украсть хоть одну траву, Дисциплинарный Пик привлечёт тебя к ответственности!»

Пик Дисциплины — это горный массив, которым управляет великий старейшина. Он известен своей строгой беспристрастностью и не делает исключений.

Лу Ян поблагодарил Старого Ба и вошёл в лекарственный сад.

Войдя, Лу Ян почувствовал аромат, который был в несколько десятков раз сильнее, чем раньше.

Запах не мог так сильно различаться на таком коротком расстоянии.

Лу Ян сразу же понял, что лекарственный сад находится под защитой не только Старым Ба, но и полного массива, не позволяющего посторонним проникнуть внутрь.

Этот метод блокировал ауру лекарственного сада, но из-за сильного аромата трав невозможно было полностью избежать утечки.

Даже этот слабый аромат мог значительно увеличить продолжительность жизни смертного, так что можно только представить, насколько необычайно полезен аромат в лекарственном саду!

Помимо травяного аромата, самым важным было наличие густой духовной энергии. Лу Ян подозревал, что роса на поверхности лекарственных листьев была не водой, а капельками сгущенной духовной энергии, каждая из которых могла сравниться с духовным камнем низкого качества!

Куда бы Лу Ян ни посмотрел, перед ним расстилались разнообразные цветы и травы, которых он никогда не видел и о которых никогда не слышал.

Растения, аккуратно распределенные по видам в отдельных зонах, создавали ослепительный ассортимент, который привёл Лу Яна в недоумение.

Он не решался сделать шаг, боясь наступить на ценное растение.

Лу Ян наклонился и осмотрел несколько лекарственных растений. Наконец он нашёл одно, которое было ему знакомо. Это было растение с тремя листьями, на которых виднелись прозрачные прожилки, как будто они были сделаны из конденсированного льда, от которых исходил лёгкий холодок.

«Ледяная трава души — помнится, эта трава помогает культивировать магические способности, связанные со льдом, увеличивая скорость поглощения духовной энергии».

Каждый стебель травы Ледяной Души стоял на большом расстоянии от другого, вероятно, чтобы излучаемый ими холод не замораживал всё вокруг. Лу Ян вспомнил свою встречу с марионеткой. Марионетка основательно избила его, а затем приложила к ранам траву Ледяной Души. Это воспоминание всё ещё было свежо в его памяти.

Других растений он не узнал.

— Эй, кто ты? — раздался не слишком вежливый голос, и Лу Ян рефлекторно повернул голову.

Он повернул голову, но никого не увидел.

— Кто это говорит?

— Посмотри вниз! — напомнил голос.

Лу Ян посмотрел вниз и увидел трёхдюймового Маленького Женьшеня, прыгающего вокруг его ног. Похоже, он был недоволен тем, что Лу Ян слишком долго не замечал его, и ему пришлось повысить голос, чтобы привлечь его внимание.

— Ты такой глупый, почему не посмотрел вниз? Почему я должен напоминать тебе об этом?

Маленький Женьшень бегал вокруг Лу Яна на крепких ножках и был пухленьким. Два его корня служили руками, раскачиваясь вверх-вниз при ходьбе. Его тело было покрыто узорами, а лицо было таким же выразительным, как у человека.

— Молодой человек, кто ты? — спросил Маленький Женьшень с видом старика.

Женьшень с утончённым духом, несомненно, очень стар. Поэтому Лу Ян не посмел грубить и почтительно ответил: «Ваш покорный слуга, Лу Ян, к вашим услугам, моя обязанность — рыхлить почву в лекарственном саду».

— Значит, ты здесь только для того, чтобы рыхлить почву, — Маленький Женьшень вздохнул с облегчением, опасаясь, что ещё один ненавистный человек пришёл за ним.

Все травы в саду были его протеже.

— С тех пор как тебя одобрил Маленький Ба, я, кажется, уже несколько дней не видел никого, кроме Маленького Ба и той женщины-демона.

Для Маленького Женьшеня даже Старый Ба был всего лишь юным юнцом.

Что толку от высокого уровня культивирования? Травы выигрывают в плане долголетия.

Он смотрел на всех в Секте Искателей Дао свысока.

Лу Ян знал, что в травяном саду есть свои правила. Травы в саду были очень ценными. Если кто-то хотел взять траву, он должен был попросить охранника собрать её. Никому, кроме охранника, не разрешалось входить в сад.

Если бы у Лу Яна не было этой работы, он не смог бы войти в сад.

Лу Ян не знал, кто эта женщина-демон, о которой говорил Маленький Женьшень. Может, это был другой садовник?

Маленький Женьшень положил корни на бедро и пожаловался: «Почему вы, люди, такие высокие?»

Лу Ян также почувствовал, что разговаривать с кем-то, согнувшись, утомительно, поэтому он немедленно использовал навык магии “Сжатие в дюйм”, чтобы уменьшиться до того же трёхдюймового роста, что и Маленький Женьшень.

— Эй, а ведь ты имеешь задатки хорошего культиватора, гораздо лучше, чем Малыш Ба, — Маленький Женьшень сначала удивился, а потом обрадовался. Он редко видел людей одного с ним роста, и всегда чувствовал себя неловко, глядя на людей снизу.

У Маленького Женьшеня не было шеи, его голова и тело были единым целым.

— Отныне ты можешь оставаться со мной в этом саду! — великодушно сказал Маленький Женьшень и похлопал Лу Яна по плечу своими корнями в знак согласия.

— У меня есть кое-какая работа. Ты можешь следовать за мной. Когда я закончу, я познакомлю тебя с другими Лекарственными Королями.

Травы, превратившиеся в духов, называются Лекарственными Королями, самыми ценными травами.

Даже в очень могущественной секте может не оказаться ни одной. Когда Лекарственный Король получен, его можно закрепить, как предка.

Если послушать Маленького Женьшеня, то можно было подумать, что в травяном саду было ещё много таких же.

Лу Ян втайне поражался тому, насколько ужасающим было основание Секты Искателей Дао.

Лу Ян внимательно следил за Маленьким Женьшенем, с любопытством разглядывая окружающие их пышные травы.

Солнечный свет проникал сквозь просветы в листьях, бросая блики на тело Лу Яна.

Из-за его маленького роста травы казались Лу Яну деревьями, загораживающими солнечный свет и возвышающимися над ним.

Вскоре Лу Ян и Маленький Женьшень наткнулись на стремительный ручей. В нём текла естественная питательная духовная вода, которая орошала травы. Травы, в свою очередь, очищали часть воды, и она стекала обратно в ручей, создавая взаимную пользу.

— Это река, которую охраняет Речной Дух, — пояснил Маленький Женьшень.

Вокруг Секты Искателей Дао протекала река, которая иногда текла быстро, а иногда медленно. Её источником был бесконечный, вечный источник.

У этого источника была долгая история, ещё до основания Секты Искателей Дао. Он был благословлен Небом и Землёй и обрёл прикосновение духовного света.

Для неодушевленных предметов величайшей удачей является обретение духовности, и этот намёк на духовный свет был чрезвычайно важен.

Если бы человек смог превратить духовный свет в свой собственный, он стал бы любимцем Неба и Земли.

Если же духовный свет рассеивался во вселенной, то могло пройти бесчисленное множество суй юэ(лет), прежде чем намёк на духовный свет мог появиться вновь.

Неодушевленные предметы менялись под воздействием окружающей среды и могли распасться на части, раствориться в битвах культиваторов, уничтожив всякую надежду на обретение духовности.

Вероятность того, что духовный свет рассеется, была гораздо выше, чем вероятность того, что он станет собственным.

К счастью, предшественники Секты Искателей Дао обнаружили это явление, когда проходили мимо этой области. Они использовали магический навык, чтобы запереть этот намёк на духовный свет внутри источника и дать ему возможность обрести истинную духовность.

Дух источника, благодарный за милость, оказанную предшественниками Секты Искателей Дао, добровольно решил защищать секту.

Этот поток вливался и выливался из различных частей Секты, защищая её окраины и служа источником жизни внутри.

Дух Весны также называли Духом Реки.

С точки зрения обычного человека, ручей перед Лу Яном и Маленьким Женьшенем был едва ли двухметровой ширины с пологим течением. Назвать его ручьём было преувеличением.

После сужения ручей казался чрезвычайно волнующим.

Через ручей был перекинут мост из кусков дерева. Судя по всему, мост был построён культиваторами, когда они проходили мимо.

Когда Лу Ян пересекал ручей, у него возникло странное ощущение, что скорость потока увеличилась, как будто... Он был рад его видеть?

Лу Ян не был уверен.

Неподалеку он увидел величественную стену, сложенную из серых кирпичей, каждый из которых был больше его собственного тела.

При ближайшем рассмотрении он понял, что это стена лекарственного сада.

Маленький Женьшень несколько раз копнул у основания стены и обнаружил несколько прозрачных камней. Казалось, что из них что-то вытащили, оставив пустые прозрачные куски стекла.

Маленький Женьшень вытянул свои корни как щупальца и гибко соединил эти прозрачные куски.

— Что это... — Лу Ян нахмурил брови, почувствовав, что эти кусочки ему знакомы.

— Помнится, в вашей расе эти вещи называются Духовными Камнями.

Лу Ян прозрел. Не удивительно, что они показались ему знакомыми — это были Духовные Камни с высохшей духовной сущностью. Просто раньше он никогда не встречал камней такого хорошего качества.

— Тебе нравятся такие вещи? Маленький Ба часто закапывает эти камни у основания стены, а когда они пустеют, поручает мне собрать их и сразу же унести все.

Лу Ян понимал, что посадка трав требует огромного количества духовной энергии. Духовная энергия лекарственного сада была не бесконечной, поэтому Секта Искателей Дао закопала в саду Духовные Камни, чтобы обеспечить его утончённой духовной энергией.

Неудивительно, что, войдя в лекарственный сад, он почувствовал, что духовная энергия настолько плотная. Оказалось, что она была “выращена” с помощью Духовных Камней.

Духовные Камни, использовавшиеся в лекарственном саду, должны быть высококлассными, возможно, даже очень редкими Духовными Камнями высшего класса.

Маленький Женьшень привязал Духовные Камни к своим корням и пошёл по дороге. Лу Ян следовал за ним шаг за шагом.

Маленький Женьшень болтал с Лу Яном, пока они шли.

— Под нашими ногами находится большое образование под названием Вечнозелёная формация, которая покрывает лекарственный сад. Она помогает нашим травам расти здоровыми, а эти прозрачные камни — часть метода массива.

Лу Ян слышал о Вечнозелёной Формации. Это была формация высшего уровня, которая использовалась для выращивания духовных трав. Она была дорогой и требовала огромного количества духовных камней в год.

— Кстати, я слышал, как Маленький Ба сказал, что наша Секта Искателей Дао очень бедна. У них не хватает средств, чтобы прокормить нас. Он упоминал об игре в мяч, где куча людей жестоко сражалась, чтобы получить мяч. Это правда?

Лу Ян не решился ответить. Старый Ба мог показаться добродушным, но когда дело доходило до обмана Короля Медицины, его совесть была совершенно непоколебима.

— Это Бессмертное дерево разрушения иллюзий. Оно способно разрушать иллюзии и проникать в реальность. Это действительно враг иллюзий. Если ты попал в иллюзию, крепко держи это дерево, и оно развеет иллюзию.

Проследив за взглядом Маленького Женьшеня, Лу Ян увидел кактус.

— Это Цветок Бушующего Солнца, один из основных материалов для культивирования тела Дхармы Яростного Солнца. Помимо роли в культивировании тела Дхармы, его добавление в любой эликсир огненного атрибута может усилить намёк на истинное намерение Яростного Солнца, что очень полезно для культиваторов с огненным атрибутом Корня Разума.

— Высший уровень Цветка Бушующего Солнца — девять циклов. Девятицикличный Цветок Бушующего Солнца может быть полезен даже тем, кто находится на стадии Преодоления Скорби. Все цветы здесь имеют шесть, семь или восемь циклов.

— Вон там находится Лес Просветления. Листья, заваренные в воде, дают силу просветления. Древесина часто используется для изготовления прекрасных магических артефактов. Я слышал, что оно пользуется большим спросом во внешнем мире и стоит очень дорого. Каждую осень Маленький Ба собирает большое количество Листьев Просветления, чтобы вы могли их употреблять.

Лу Ян много читал о Древе Просветления в книгах, и его часто описывали в причудливых выражениях, как небесное семя и божественное дерево. Считалось, что стремительное развитие человеческой расы в древние времена было тесно связано с Древом Просветления.

Однако он впервые увидел настоящее Древо Просветления.

Для Лу Яна, рост которого сейчас составлял три дюйма, Древо Просветления высотой в десятки метров было подобно легендарному Небесному Древу, которое, как говорили, достигало небес. Когда он смотрел на него, у него кружилась голова, словно Дао эхом отдавалось в его ушах.

— Я слышал, как Маленький Ба говорил, что культиваторы низкого уровня должны избегать листьев просветления. Сердце Дао и фундамент культиватора низкого уровня несколько неполноценны. Преждевременный прием листьев, подобно вырыванию растения, чтобы стимулировать его рост, не принесёт пользы для будущего культивирования и просветления.

— Это похоже на принцип, согласно которому мы, травы, не можем получать слишком много удобрений в детстве.

— Чем старше дерево, тем лучше сила просветления в его листьях. Самое старое дерево в Лесу Просветления даже старше меня. Оно также является Лекарственным Королём, и ты увидишь его позже.

— Это трава акации, один из основных ингредиентов для изготовления Лунных пилюль акации. Во время полнолуния, если два человека, находящиеся в разных местах, одновременно примут пилюлю «Лунная акация», их сердца и умы могут соединиться, позволяя разговору выйти за пределы времени и пространства.

— Легенда гласит, что в древние времена жила пара влюбленных. Юноша происходил из великого клана и был сыном главы клана, а девушка родилась в скромных условиях, в семье рабов. Юноша встретил девушку на охоте. Это была любовь с первого взгляда, и они поклялись в вечной любви.

— К сожалению, как сын вождя большого клана, он не имел привилегии выбирать себе супругу, тем более жениться на рабыне. По принуждению, обусловленному ожиданиями клана, он был вынужден жениться на дочери другого вождя клана. Брак был равным по социальному статусу и укрепил отношения между двумя великими кланами.

— Но тот взбунтовался и в день свадьбы тайно покинул свой клан, чтобы сбежать с любимой девушкой.

— Когда старые ветераны клана узнали об этом, они были в ярости. Они послали экспертов, чтобы те выследили её. Девушку убили, и она умерла на руках у юноши. Мужчина, охваченный горем и негодованием, покончил с собой, и их кровь слилась с дикой травой. Трава, даже её корни, стала красной и превратилась в траву акации.

Лу Ян, увлекшись рассказом, подсознательно спросил: «Как трогательно, неужели такое несчатье действительно произошло?»

— Нет, кто-то сфабриковал её, чтобы поднять цену на траву акации. Я был рядом, когда они придумывали эту историю.

— Когда я впервые путешествовал по центральному континенту, я сделал себе имя. Если бы кто-то не рассказал о моём бодрящем эффекте ян и не заставил меня искать убежище в Секте Искателей Дао, я бы до сих пор путешествовал.

— Человек, который путешествовал со мной, заработал значительную репутацию среди вашей человеческой расы, и его зовут Мастер Старой Луны. Когда он привел меня в Секту Искателей Дао, то сказал, что упомянет меня в своей книге, чтобы весь мир помнил обо мне.

Мастер Старой Луны был известным путешественником Центрального континента. Он любил путешествовать и исследовать, оставив свои следы на Центральном Континенте, Территории Демонов, Земле Будды... Легенды о нём разбросаны повсюду.

Легенда гласит, что он служил историком во времена Великой Династии Ся, тщательно записывая романтические приключения императора Ся среди простого народа и его многочисленных незаконнорожденных детей.

Похищенный принцессой клана Лонг на Территории Демонов, он сумел сбежать во время принудительного брака и был преследуем до самой Земли Будды.

В Стране Будды он выдавал себя за монаха и использовал фразу «Будда сказал, что это неописуемо» всякий раз, когда сталкивался с логическим изъяном или вопросом, на который невозможно ответить. Впоследствии эта фраза стала широко использоваться в Стране Будды.

Мастер Старой Луны писал о своем опыте в книгах, которые были очень популярны в мире культивации.

Хотя в книгах нет точных сведений об уровне культивирования Мастера Старой Луны, Лу Ян считал, что он должен быть высоким — если бы он был низким, его бы уже давно убили.

Маленький Женьшень — великий учитель. Многие истории, которые он рассказывал, были из его собственного опыта. Некоторые травы в саду были открыты во время его путешествий с Ученым Шуй юэ. Лу Ян слушал с большим интересом.

Юноша и Женьшень подошли к крошечной хижине, построенной из растительности. Чем ближе они подходили к хижине, тем сильнее ощущали внутри почти осязаемую жизненную силу, и это испугало Лу Яна.

«Что-то не так!» — Лу Ян схватился за сердце, его тело неконтролируемо задрожало.

Стук, стук, стук... Сердце Лу Яна билось всё быстрее и быстрее, словно рядом с его ухом жужжали бесчисленные насекомые.

Когда он прислушался, по позвоночнику Лу Яна пробежала дрожь. Это были вовсе не звуки насекомых, а бесчисленные голоса, говорившие внутри него!

Голоса кричали о том, что они заперты в его теле, что они жаждут вырваться, сбежать...

Маленький Женьшень первым заметил, что с Лу Яном что-то не так, и громко закричал: «Эй-эй-эй, здесь гость! Будьте осторожны и быстро заберите часть своей жизненной силы!»

Лу Ян использовал свой навык культивации, чтобы подавить бурлящую кровь внутри себя, и голоса постепенно исчезли.

Лу Ян стоял на коленях на земле, задыхаясь: «Все прежние воспоминания не были иллюзией, что-то действительно было внутри моего тела, но что именно?!»

Маленький Женьшень положил Духовный Камень и бросился к Лу Яну, его голос был полон сожаления.

— Прости, я не знал, что ты ещё не достиг уровня Зарождения Души.

В отличие от людей, прогресс маленьких лекарственных королей королей определялся не уровнем культивирования, а возрастом. Маленький Женьшень не мог судить о стадии культивации Лу Яна, но он находил его достаточным.

— Что это было? — спросил ошеломленный Лу Ян, чувствуя себя так, словно только что прогулялся по подземному миру Девяти Пустот.

— Уровни культивирования Малыша Ба и Великого Демона среди вашей человеческой расы слишком высоки. Поэтому я не подумал о том, как наша жизненная энергия повлияет на тебя.

— Наша жизненная энергия слишком мощная. Она достаточно сильна, чтобы наделить каждый из ваших органов собственной волей и стать новой сущностью. Только когда ты достигнешь стадии зарождения души, когда твои акупунктурные точки будут полностью открыты, а тело не будет иметь утечек, наша жизненная энергия перестанет влиять на тебя.

Услышав шум Маленького Женьшеня, вокруг Лу Яна запрыгали бесчисленные трёхдюймовые лекарственные травы.

— Король Женьшень, он что, человек? Почему он такой маленький?

— Что значит «маленький»? Он явно такого же роста, как и мы, ты хочешь сказать, что ты тоже крошечный!

— Это должно быть магическое умение! Человеческие способности удивительны, в превращении из большого в маленького нет ничего странного. Я видел способности, которые могут превращать мужчин в женщин, а людей — в демонов.

— Его уровень культивации не кажется очень высоким, он еще не достиг стадии беременности?

— Какой стадии беременности, Король Кирин, твоя память тебя подводит. Это называется стадия зарождения души!

*元婴(Зарождение Души) также означает 元婴(Новорождённый)

— Кажется, он не может стоять на ногах. Давайте отнесём его внутрь.

Маленькие лекарственные короли тихо ходили вокруг, неловко жужжа.

Они подняли Лу Яна над головой и понесли его в хижину из растений.

Король Просветляющее Дерево стоял снаружи и почесывал свой ствол. Его листья шелестели, но он был слишком велик, чтобы войти в маленькую хижину.

Оказавшись внутри, Лу Ян понял, что хижина сделана не из растений, а из древнего дерева. Под влиянием жизненной силы Малых Лекарственных Королей дерево расцвело свежими листьями и цветами, скрыв свой первоначальный вид.

Лу Ян почувствовал себя намного лучше. Он медленно встал и посмотрел, что это за Лекарственные Короли.

Как ни странно, он не узнал ни одного из них.

— Человек, как тебя зовут? — спросила маленькая трава с тремя изящными листьями. Она была полностью серебристой, а на поверхности её листьев была рассыпана звездная пыль, напоминающая миниатюрную вселенную.

— Младшее поколение зовут Лу Ян, могу ли я узнать, кто старший...? — вежливо спросил Лу Ян. По возрасту Маленькие Лекарственные Короли были не только его старейшинами, но и старейшинами всех в Секте Искателей Дао.

— Это Звездная Трава Трифолиата. Мы все называем её Звёздным Королём, — Быстро проговорил другой маленький лекарственный король. Это был семицветный цветок, лепестки которого соответствовали пяти цветам пяти стихий. Центр цветка был разделен на чёрную и белую части. Внутри чёрной части была белая, а внутри белой — чёрная, что создавало образ, похожий на символ Тайцзи. Он был похож на акварельную картину, очень красивую, и в ней невозможно было не заблудиться.

— Я — Цветок Окончания Времени, вы можете называть меня Королём Конца. Все говорят, что я самый красивый цветок. Я думаю, что люди просто завидуют моему очарованию и хотят мне польстить. Как скромный Король Лекарств, я думаю, что я всего лишь второй по красоте цветок в мире... — Цветок Окончания Времени болтал без умолку.

Лу Ян две секунды смотрел на Цветок Окончания Времени. Его зрачки постепенно расширялись, он не мог поверить своим глазам. Хотя он не знал, как выглядит Цветок Окончания Времени, он слышал о его печально известном имени.

— Цветка Окончания Времени — это тот самый цветок, который, по слухам, расцветает в самом прекрасном виде только тогда, когда наступает конец света и все существа умирают, заставляя время остановиться?

Неудивительно, что Лу Ян был так потрясен. Согласно древним записям, цветение Цветка Окончания Времени означало конец света, по сути, реорганизацию всего мира.

Однако, насколько можно судить по истории, такого события, изменившего мир, никогда не происходило!

Цветок Окончания Времени почесал свой нектар с раздраженным выражением лица: «Некоторые люди так говорят, но я помню, что я мирно расцвела, и все были счастливы. Никаких катастроф не было, так что история о моем цветении — это, скорее всего, слухи».

Как раз в тот момент, когда Лу Ян собирался спросить что-то ещё, заговорил другой Маленький Король Лекарств.

— Лу Ян, что привело тебя в лекарственный сад? Маленький Ба велел тебе собрать травы? — спросил маленький зелёный Кирин, изысканный, как нефритовая скульптура, и, конечно, потусторонний.

Лу Ян подпрыгнул от удивления: «Кирин?!»

Кирин — это таинственное, легендарное существо. Возможно, во всем мире не найдется и одного-двух таких существ, что делает их ещё более редкими, чем те, кто находится на уровне Трибуляции Трансцендентности. Лишь краткие упоминания в древних книгах могли намекнуть на их существование. Неужели в Секте Искателей Дао действительно было такое существо?

Глубины Секты Искателей Дао были далеко за пределами воображения Лу Яна.

Маленький Женьшень объяснил: «Это Бессмертное Лекарство Кирин. Его нынешняя форма — это его магическое воплощение. Твой уровень культивирования ещё недостаточно высок. Когда ты достигнешь стадии божественной трансформации и культивируешь Небесное Око, ты сможешь увидеть его истинную форму».

Бессмертное Лекарство Кирин. Как только Лу Ян услышал эти пять слов, его мгновенно затрясло. Поскольку Кирин больше не существует, Бессмертные Лекарства Кирин почти вымерли. С древних времен и до наших дней их осталось очень мало, крайне мало. На протяжении всей истории было очень мало записей о Бессмертных Лекарствах Кирин. Некоторые люди даже говорят, что в мире существует только одно Бессмертное Лекарство Кирин.

Бессмертное Лекарство Кирин имеет свойство перевоплощаться.

Один древний мудрец однажды предположил, что никакого Кирина в мире не существует, и что Кирин — всего лишь плод воображения людей. Он считал, что зафиксированные в истории встречи с Кирином — это встречи с Бессмертным Лекарством Кирин.

Не открыв Небесные Глаза, люди могли легко принять Бессмертное Лекарство Кирин за Кирина, как это делал сейчас Лу Ян.

— Старый Ба послал меня сюда, чтобы я разрыхлил почву, — сказал Лу Ян.

— О, так ты здесь, чтобы аэрировать почву. Можешь ли ты использовать магию пяти элементов? — Маленькие Лекарственные Короли, казалось, были рады услышать это.

«Наконец-то кто-то пришёл работать».

Лу Ян выглядел обеспокоенным: «Не могу сказать, что я действительно хорош в этом, я научился этому случайно. Не уверен, что это считается навыком Пятиэлементной магии, но разрыхлять я точно умею».

Лу Ян чувствовал, что то, что он демонстрировал, было навыком магии пространства. Просто его проявление было похоже на магические навыки пяти стихий.

— Неважно, относится ли это к пятиэлементной магии, важно лишь то, что ты умеешь аэрировать почву, — бесстрастно сказал Цветок Окончания Времени.

С тех пор как пара земляных червей отправилась в отпуск, они часто слышали жалобы от травянистых растений на то, что почва слишком тяжела для роста и не пропускает воздух. Они жалели, что не могут выдернуть свои корни, чтобы подышать свежим воздухом и солнечным светом. Это ставило маленьких травяных королей в затруднительное положение.

Но теперь эта проблема может быть решена.

Мало кто знает о существовании Лекарственных королей. Даже сам Лу Ян не знал о них раньше. Сила Лекарственных королей противоречит воле Небес. Если бы они появились во внешнем мире, то наверняка свели бы с ума великие силы культивации.

Нет, если подумать, одного он узнает.

Лу Ян узнал подсолнух, который держал в руках Непреходящий цветок: его лепестки раскрывались и закрывались, черная оболочка опадала, а нефритово-белое семечко становилось пищей для Лекарственного короля.

А шелуху он разбросал по земле.

Он подумал, не является ли это формой каннибализма.

— О, это подсолнух, — сказал Цветок Окончания Времени, заметив взгляд Лу Яна.

Лу Ян подумал: «Я знаю».

Лекарственные короли были не очень большими. Вместо того чтобы есть семена, они, казалось, грызли их, держа в руках. Было видно, что Цветку Окончания Времени это нравится.

— Король Конца, ты опять мусоришь. Сколько раз я тебе говорил, что мы растения, а не люди? Мы не должны есть семена подсолнуха, как они. Даже шелуха съедобна! — Бессмертное Лекарство Кирин гневно зарычал, ругая Цветок Окончания Времени за безрассудное подражание человеческой расе.

Цветок Окончания Времени, оставаясь невозмутимым, ответил: «Я вырастил эти подсолнухи. Я могу есть их, когда захочу. А тебе-то что? Пфф».

Это, несомненно, вызвало гнев Бессмертного Лекарства Кирин, который в негодовании бросился на Цветок Окончания Времени. Два Маленьких Короля Медицины начали сражаться, не обмениваясь словами. Один на другого, но ни один из них не причинил никакого вреда.

Женьшеневый король и Трёхлистная звездная трава не были чужды их странному поведению, поэтому они позвали Лу Яна, чтобы тот показал, как прокладывает туннель в земле.

— Не обращай на них внимания, когда они устанут, то перестанут драться, — сказали они.

Выйдя из деревянной хижины, Лу Ян увидел огромное дерево. Его крепкие корни казались толстыми, как ноги, и это не могло не радовать. Густые листья шелестели на ветру.

«Дерево Просветления?» — удивился Лу Ян. Даже если бы Дерево Просветления вернулось к своему обычному размеру, оно все равно могло бы считаться возвышающимся над небом, слишком большим для нескольких десятков человек, чтобы обнять вместе, не говоря уже о его нынешней высоте в три дюйма.

Вокруг Дерева Просветления струились ритмы Дао. Шелест его листьев напоминал звуки Дао. Словно величайшее Дао вселенной воплотилось в теле этого дерева, придав ему силу. Дерево Просветления было таинственным и торжественным, его нельзя было нарушать легкомысленно.

— Это Дерево Просветления, о котором я тебе рассказывал. Мы называем его Королем Деревьев. Его талант в искусствах Дао не имеет себе равных, — объявил он.

Насколько талантливым могло бы быть Дерево Просветления, если бы оно стало разумным, учитывая, что одни его листья могли помочь людям достичь просветления? Лу Ян с трудом мог себе это представить.

Лекарственные короли казались хрупкими, но каждый из них обладал божественными способностями, и к ним нельзя было относиться легкомысленно.

Без всяких хитростей выживания они не дожили бы до сегодняшнего дня, полагаясь только на милость человеческой расы.

Гигантское дерево рассмеялось и поддразнило: «Король Женьшень, негодяй, ты снова закидываешь меня комплиментами. Если я — высший талант, то кем же будет эта женщина-демон?»

— Кто эта женщина-демон? — Судя по тону Маленького Лекарственного Короля, она не казалась приятным человеком.

— Кроме Малыша Ба, только женщина-демон может приходить в лекарственный сад. Женщина-демон очень сильна. Никто из нас не может ей противостоять. Она берёт всё, что хочет, и ни одна трава не может ей помешать!

— Она отломила несколько моих старых корней женьшеня. Я несколько дней лежал в постели, приходя в себя от боли, — гневно осуждал безрассудные действия демона Король Женьшень.

— Она даже сорвала несколько звезд с поверхности моих листьев. Посмотри, разве эти несколько звёзд не тусклее остальных? Не знаю, сколько времени понадобится, чтобы они снова выросли!

Вокруг маленьких лекарственных королей зверства женщины-демона были слишком многочисленны, чтобы их перечислять, и они взывали к мести.

— Ещё больше меня злит то, что она сказала, что собирается использовать эти штуки для принятия ванны. Представляете, она принимает ванну с частями наших тел. Как же это извращённо!

— Я также слышал от Малыша Ба, что эта женщина-демон занимает высокое положение в вашей Секте Искателей Дао. Её зовут Юнь Чжи, — сказал один из них.

Лу Ян молчал...

Его ничуть не удивило это откровение. Это была проблема Старейшей Старшей Сестры или проблема его самого?

Лу Ян неловко рассмеялся, не зная, что сказать: «Эм, насчет этого, я думаю, что Старшая Сестра, о которой вы упомянули... Кажется, я её знаю. Она моя Старейшая Старшая Сестра».

Король Просветленного Дерева расхохотался, но не принял это близко к сердцу: «Ничего страшного. Разве не все ученики Секты Искателей Дао называют её старейшей старшей сестрой? Неужели ты думаешь, что если скажешь, что ты её младший брат, мы на тебя рассердимся? Ты недооцениваешь нас, Королей Лекарств. Мы выживали бесчисленное количество лет, как мы можем заботиться о крошечном представителе человеческой расы?»

Увидев разумный ответ Короля Просветленного Дерева, Лу Ян почувствовал облегчение: «Это здорово. Похоже, неважно, что я её младший брат, ведь мы оба ученики одного мастера».

Смех Короля Просветленного Дерева внезапно прекратился, даже ветерок, обдувавший его лицо, утих, а шелест листьев затих.

Король Женьшень размахивал своими корнями, добытыми с таким трудом, а на его спокойном лице застыла угрожающая улыбка.

Звёзды на поверхности Трёхлистной Звёздной Травы закрутились и стали похожи на извергающийся вулкан, готовый отомстить.

Воздух сразу же наполнился убийственными намерениями.

Лу Ян спокойно сказал: «Подождите, не спешите! Вы думаете, что только потому, что я младший брат Юнь Чжи, я автоматически становлюсь на её сторону?»

Король Женьшень недоверчиво посмотрел на Лу Яна и замедлил движение корней: «Разве это не так?»

Король Просветленного Дерева и Трёхлистная Звездная Трава тоже на время придержали свои атаки.

— Вы совершенно неправы! — твёрдо заявил Лу Ян, его руки крепко сжались в кулаки, а на лице появилось чрезвычайно жалкое и болезненное выражение, словно он вспоминал какие-то невыносимые события из прошлого.

— Мысль о жестоком поведении этой женщины-демона... Нет, просто мысль о ней приводит меня в ярость! Не говоря уже о тех непростительных страданиях, которые вам пришлось пережить из-за неё. Я также стал жертвой её тирании!

— На первый взгляд, моё будущее кажется безграничным, светлым и многообещающим, но... С кем я могу поделиться своей болью?*

*Я неуверен... жанр точно не трагедия?

— Старейшая Старшая Сестра внешне выглядит спокойной, но её настроение меняется непредсказуемо. Единственное, она не показывает этого на лице. Есть такая поговорка: «Общаться с королем — всё равно что общаться с тигром». Так вот, сопровождать её — всё равно что укрощать старого тигра!

— Она действительно редкостная красавица, возможно, самая красивая женщина, которую я когда-либо видел. Но, как говорится, можно узнать человека по лицу, но не по сердцу. Представляете, она заставляет меня каждый раз есть в больших количествах конечности зверей и трупы духовных трав. А ночью она даже заставляет меня отмокать в воде, наполненной трупами трав, утверждая, что это укрепит моё тело!

— Однажды я хотел выучить божественную способность, связанную с пространством, для удобства в будущих путешествиях, но она научила меня уменьшаться, держа меня на ладони и забавляясь со мной между своими аплодисментами!

Лу Ян проницательно рассказывает о различных злоупотреблениях Юнь Чжи, быстро завоевывая симпатии Маленьких Лекарственных Королей.

Маленький Женьшень не удержался и предложил: «Раз так, давайте сотрудничать. Ты будешь работать изнутри, мы будем помогать снаружи, и мы сможем восстать против этого демона прямо сейчас!»

Лу Ян был поражен и поспешил отговорить их: «Ни в коем случае! Мы должны планировать всё на перспективу. Старшая сестра — лучший ученик Секты Искателей Дао, её уровень культивирования непостижим. Если мы будем полагаться только на себя, то она может оказаться сильнее».

Он спокойно проанализировал ситуацию: «Для осторожности давайте подождём, пока я дорасту до стадии Трибуляции Трансцендентности, тогда наши шансы на успех будут выше. Тогда мы сможем действовать вместе, чтобы контратаковать Старейшую Старшую Сестру и добиться успеха одним махом!»

— Тогда вы сможете отомстить за все свои обиды, разве это не здорово?

Маленькие Лекарственные Короли чувствовали, что, как и полагается человеку, он всё тщательно обдумывает: «Изначально я думал, что твой интеллект немного уступает нашему. Я не ожидал, что ты разработаешь такой подробный план. Похоже, твой интеллект соответствует моему!»

Имея общего врага, Лу Ян и Маленькие Лекарственные Короли быстро сплотились, выкрикивая и выкрикивая свои планы нападения на демонессу.

С появлением Лу Яна у Маленьких Лекарственных Королей будто выросли крылья, и победа казалась на расстоянии вытянутой руки!

...

У входа в лекарственный сад Старый Ба глубоко вздыхал, наблюдая за тем, как вдохновляющие планы Лу Яна разворачивались перед ним через водное зеркало.

Юнь Чжи дополнительно напомнила ему, чтобы он следил за передвижениями Лу Яна и не допускал никаких происшествий в лекарственном саду. Если случится что-то непредвиденное, он должен немедленно сообщить ей.

«А что, учитывая нынешнюю ситуацию, можно считать происшествием?»

Если он сейчас расскажет Юнь Чжи, то даже если это не будет несчастным случаем, то может стать.

— Почему в наше время молодые люди не могут быть более спокойными?

...

— За всеми этими разговорами я так и не показал вам свои магические способности, — Лу Ян разогрел своё тело и применил магический навык «Сжатие земли». Он принял позу ныряльщика и прыгнул прямо в землю. Король Просветлённого Дерева и Юнь Чжи отреагировали одинаково, они были поражены. Дерево жило так долго, но никогда раньше не встречалось с подобными магическими навыками.

На первый взгляд, это связанный с пространством магический навык, вроде «Сжатия земли в дюйм», но если говорить о практической стороне дела, то это, похоже, элементальный магический навык.

Если в столь юном возрасте Лу Ян способен выполнять невиданные ранее магические умения, то он действительно гений в магическом мастерстве.

Теперь Лу Ян мастерски выполняет «Сжатие земли». Он умеет плавать вольным стилем, брассом, баттерфляем и на спине. Глядя на то, как он периодически выныривает из земли и плавно ныряет обратно, очень легко прийти к ошибочному мнению, что земля — это вода.

Бессмертное Лекарство Кирин и Цветок Окончания Времени закончили свою борьбу. Маленький Женьшень и Трёхлистная звездная трава рассказали о трагической встрече Лу Яна с когтями демоницы, и это вызвало в них отклик, взбудоражив их.

— Наконец-то мы, Лекарственные Короли, получили своего агента в человеческой расе! — Маленькие Лекарственные Короли сидели на стволе Короля-Древа Просветления и аплодировали один за другим, думая, что Лу Ян очень силен.

Лу Ян издал странный крик, высоко подпрыгнул на ногах, раскинул руки крестообразно, повернулся в воздухе на 360 градусов и с грохотом опустился лицом в землю — в воздухе у него закружилась голова.

Ему не удалось сохранить хладнокровие.

Маленькие Лекарственные Короли поспешно бросились поднимать Лу Яна.

Для культиватора на стадии Заложения Основания такая травма — всего лишь поверхностная рана, которая скоро заживет.

Увидев, как Лу Ян выполняет магический навык «Сжатие земли», они достают карту лекарственного сада и позволяют Лу Яну копать в соответствии с последовательностью.

— Корни этих трав находятся очень глубоко, они могут достигать трёх метров в слое почвы, поэтому нужно быть осторожным, чтобы не задеть их корни, чтобы мы не поняли тебя неправильно. Я советую аэрировать почву на глубине от трёх до пяти метров, эта зона безопасна.

— Корни трав в других местах находятся в диапазоне от полуметра до двух метров, поэтому можно аэрировать ниже двух метров.

Лу Яну стало любопытно: «А что будет, если дотронуться до корней?»

Маленький Женьшень серьезно сказал: «Мы подумаем, что у тебя фетиш на ноги».

«???»

Цветок Окончания Времени прервался: «В вашей человеческой расе есть много извращенцев, которые любят чистить и есть «ноги» наших растений, запивая их алкоголем, говоря, что это вкусно и является отличным сопровождением к алкоголю, поэтому они даже выращивают их в больших масштабах».

— Какое растение вы имеете в виду?

— Арахис.

Лу Ян не мог понять, о чём думают маленькие Лекарственные Короли. К счастью, он не стал слишком задумываться над этим вопросом и начал копать, следуя маршруту, указанному Маленьким Женьшенем.

Маленькому Женьшеню было забавно наблюдать за тем, как копает человек, поэтому он подбежал к спине Лу Яна и стал внимательно следить за ним.

Маленькие Лекарственные Короли, конечно, умеют прокладывать туннели под землей, но их способ слияния с землей сильно отличается от способа Лу Яна протискиваться сквозь землю.

Земля в том месте, где проходит Лу Ян, рыхлая, что как раз подходило для маленьких Лекарственных Королей.

Наблюдая за тем, как маленькие Лекарственные Короли развлекаются, Король Просветлённого Дерева вздохнул.

Король деревьев вздохнул. Деревья не могут прокладывать туннели под землей.

Он снова посмотрел на солнце в небе, почувствовал раздражение от сильной жары и снова вздохнул: «Почему я вырос таким высоким? У меня даже нет тени».

Король Просветлённого дерева почувствовал, что мир полон злобы по отношению к нему.

После целого дня игры за спиной Лу Яна маленькие Лекарственные Короли резвились на обратном пути и смеялись: «Давайте приготовим горячую воду для ванны!»

Король Просветлённого Дерева уже приготовил деревянную бочку, полную воды, набранной из ручья, которым поливали травы.

Из живота Бессмертного Лекарства Кирин вырвался луч света, медленно поднялся вверх и, наконец, переместился в рот, откуда выплеснулся Истинный Огонь Кирин.

Бессмертное Лекарство Кирин выглядело как настоящий кирин; неудивительно, что древние люди утверждали, что видели кирина, когда видели его.

Благодаря чрезвычайно высокой температуре Истинного Огня Кирин вода в мгновение ока закипела и забурлила.

Маленькие Лекарственные Короли один за другим прыгали в ванну, закрывали глаза и плавая по поверхности воды.

Лу Яну эта сцена показалась знакомой, как будто он видел подобное зрелище где-то на кухне.

Теперь он вспомнил, что это называется «Лекарственная пища».

Но он впервые видел, как ингредиенты добровольно прыгают в кастрюлю.

Через некоторое время воздух наполнился запахом трав, Лу Ян глубоко вздохнул, мгновенно почувствовав прилив сил, а его уровень культивирования словно бы начал расти.

«Они действительно достойны называться Королями Лекарств, лечебная сила невероятно сильна».

Лу Ян посмотрел на резвящихся в воде маленьких Лекарственных Королей и криво улыбнулся.

Он вспомнил слова Старейшей Старшей Сестры: «Бессмертие — это яд, боль, которую нелюди не могут вынести, только люди с выдающимся характером могут вынести боль вечной жизни».

Маленькие Лекарственные Короли были свидетелями бесчисленных исторических событий, происходивших на протяжении бесконечного количества времени. Все эти знаменитые исторические личности и события исчезли, и только маленькие Лекарственные Короли всё ещё живы.

Возможно, только благодаря детскому характеру маленькие Лекарственные Короли способны жить так долго, не разрушаясь.

Их слишком легко обмануть.

Под ослепительным ночным небом величественная форма Короля Просветляющего Дерева заслоняла лунный свет. Маленькие Лекарственные Короли радостно играли в воде, даже Лу Ян присоединился к ним, все отлично ладили, как будто время остановилось.

После того как Маленькие Лекарственные Короли закончили принимать освежающую ванну, они разлеглись на земле, на вершине деревянной хижины, и крепко уснули.

Король Просветлённого Дерева не сидел сложа руки: пока Маленькие Лекарственные Короли спали, он собрал деревянную ванну и воду, чем привел в недоумение Лу Яна.

— Что ты делаешь?

— О, это то, что хотел Маленький Ба. Он сказал, что вода в ванне очень ценная, и ученики Секты Искателей Дао любят ею пользоваться, — небрежно пояснил Король Просветлённого Дерева.

Король Просветлённого Дерева пошевелил ветвями, как бы пожимая плечами, что свидетельствовало о его легкой беспомощности по отношению к поведению людей.

Как растению, ему было трудно понять некоторые странности в поведении людей. Например, растение знало, что люди очень любят использовать его волосы, которые на самом деле являются листьями, для приготовления чайного настоя, или использовать его кожу, кору, для приготовления пищи, утверждая, что она усиливает и улучшает вкус.

— Малыш Ба даже дал воде для ванны красивое название, назвав её «Духовная Жидкость Лекарственного Короля». Похоже, вы, люди, такие культурные; ваши способности к наименованиям намного превосходят наши.

— Духовная Жидкость Лекарственного Короля?

Лу Ян подсознательно повторил это название; ему показалось, что он уже где-то слышал это имя. Затем он быстро вспомнил, где встречал этот термин.

Не та ли это самая востребованная Духовная Жидкость Лекарственного Короля, указанная на доске Заданий!

Духовная Жидкость Лекарственного Короля, указанная на доске, была представлена как драгоценная жидкость, специально очищенная высокопоставленными лидерами Секты Искателей Дао, так что именно так она и была очищена!

Лу Ян начал расспрашивать обо всех странных и диковинных предметах, перечисленных на доске. По описанию они казались нормальными, но это не означало, что с ними не было проблем!

В последующие дни Лу Ян усердно аэрировал землю и слушал, как Маленькие Лекарственные Короли без умолку болтают о травах. Жизнь была насыщенной.

— Я помню, что впереди есть поле Лотоса Восьми Сокровищ. Они нежные и розовые, очень красивые. Не хочешь ли прокопать и посмотреть? — сказал Маленький Женьшень, стоя за спиной Лу Яна.

— ... Разве лотосы не должны расти в пруду?

— Да, — Маленький Женьшень безразлично кивнул.

— Значит, если я буду прокапывать там, то попаду прямо в водоём?

Маленький Женьшень, казалось, сразу понял: «Ага. Ты правильно заметил».

...

Следуя указаниям Маленького Женьшеня, Лу Ян выбрался из-под земли, а неподалеку от него находился великолепный Лотос Восьми Сокровищ. Утренняя роса цеплялась за кончики его лепестков, падала и ударялась о водную гладь, создавая рябь.

Лотос Восьми Сокровищ обладает такими полезными свойствами, как охлаждение тела, удаление сырости, детоксикация и питание сердца, и часто используется для очищения пилюль.

— Я просто очень хочу знать, почему он называется «Лотос Восьми Сокровищ», — сказал Лу Ян, вспоминая информацию, которую он вычитал из книги.

Среди мастеров пилюль это была неразгаданная тайна. Многие мастера пилюль писали книги, цитировали священные писания и доктрины, предлагая различные теории.

Например, согласно одной из теорий, поскольку Лотос Восьми Сокровищ обладает восемью эффектами, он и получил название Восьми Сокровищ. По другой — название произошло от Восьми Высших Диаграмм, по третьей — Восемь Сокровищ относятся к восьми меридианам человеческого тела, и употребление большего количества Лотоса Восьми Сокровищ может разблокировать все восемь меридианов... Существует множество различных теорий.

Лу Ян был более склонен верить первой, что существует восемь эффектов, независимо от других утверждений, первая казалась более разумной, по крайней мере.

— А, ты спрашиваешь об этом? Я знаю, — проговорил Маленький Женьшень.

— Ты знаешь?

Маленький Женьшень обхватил свою талию корнями и уверенно произнёс: «Да, Лотос Восьми Сокровищ был обнаружен Мастером Старой Луны. В то время мы оба случайно наткнулись на тайное и неизведанное царство. К счастью, наши уровни культивирования были глубокими, и тайное царство не представляло для нас опасности».

— Мы наслаждались жизнью в тайном царстве, когда уставали, то отдыхали на месте, ели и спали, просто так.

— Во время трапезы мастер Старой Луны заметил россыпь розовых лотосов, которых он никогда раньше не видел. Я спросил, как бы он хотел назвать эти лотосы. Он посмотрел на кашу Восьми Сокровищ в своей руке и небрежно предложил назвать её «Лотос Восьми Сокровищ».

— Позже он взял несколько растений лотоса, размножил их во внешнем мире и создал тот масштаб, который мы видим сегодня.

Лу Ян: «...»

Он уже не в первый раз слышал историю о Мастере Старой Луны, и каждый раз она заканчивалась неожиданными последствиями.

Другие Маленькие Лекарственные Короли побывали во многих горах и реках и пережили много всего, но ни одно из них не было таким захватывающим, как приключения Маленького Женьшеня.

Благодаря общению с Маленькими Лекарственными Королями они постепенно приняли Лу Яна. Даже когда Лу Ян вернулся в свою первоначальную форму, Маленькие Лекарственные Короли не отвергли его. Наоборот, они сочли его более крупную форму интересной.

Незаметно прошёл месяц, в течение которого Старый Ба забрал пустые камни духов и воду для купания Маленьких Лекарственных Королей, а также принёс большое количество камней духов высшего класса, чтобы Маленькие Лекарственные Короли закопали их на прежнем месте.

Старый Ба время от времени собирал большое количество трав для снабжения Пика Эликсирного Котла.

— Изначально мастер Старой Луны не был известен как мастер Старой Луны, его фамилия была Ху, что означает «каракули», поэтому он называл себя Каракулем. Почерк у него был не очень хороший, и однажды он написал своё имя небрежно, и люди прочитали его как Старая Луна, а не Ху. Ему это было совершенно безразлично, и он так и остался Старой Луной, — Маленький Женьшень, как обычно, лепетал на ухо Лу Яну о позорном прошлом мастера Старой Луны.

В этот момент Старый Ба послал Лу Яну сообщение.

— Лу Ян, выйди ненадолго.

Когда он подошёл к входу в лекарственное поле, то увидел влюблённую пару. Муж был уверен в себе и сиял, а жена была скромна и мила. Однако их одежда, на взгляд Лу Яна, была нетрадиционной.

Они носили одежду, похожую на надувной круг, невероятно громоздкую, словно в ней можно было плавать, даже если упасть в море.

Так одевались представители их расы.

— Кто эти двое?

— Позволь мне их представить: эти двое — твои старшие, Королевские черви Серебряного кольца, — пояснил Старый Ба.

Лу Ян наконец понял. Похоже, пара уже уладила свои разногласия и воссоединилась, поэтому ему не нужно было продолжать свои раскопки.

Им удалось разрешить свой эмоциональный спор всего за месяц, довольно быстро. Он думал, что на это уйдёт не меньше сорока-пятидесяти серий драмы, где в конце главная героиня теряет память, а главный герой помогает ей восстановить её, что приводит к долгой и счастливой жизни.

— Его зовут Лу Ян, вы, должно быть, слышали о нём, это четвёртый ученик лидера секты, лично воспитанный Юнь Чжи.

— Приятно познакомиться, старшие, — Лу Ян отдал официальное приветствие, чем немало удивил Червей Серебряного Кольца. Они быстро помогли Лу Яну подняться, отказавшись принять его приветствие.

— Ты — младший брат под руководством Юнь Чжи. Можешь называть меня Ли Инь или Маленький Ли, это моя жена, Маленькая Ли.

Младший брат женщины-демона, кто посмеет считать его младшим? Лу Ян не знал, какой образ его старейшей старшей сестры сложился в умах других людей.

— Как вам удалось разрешить конфликт?

— Какие могут быть сложности? — раздался голос из-под земли.

Из-под земли появилась пара; они выглядели идентично Королю-червю Серебряного Кольца.

— Раз моя жена может разделить себя на две части и стать близнецами, то и я, естественно, могу сделать то же самое и создать брата, — с гордостью заявил Маленький Ли.

Вторая пара Маленького Ли тоже была очень ласковой.

Старый Ба удовлетворённо кивнул: эта идея принадлежала ему.

Он был человеком ответственным. Если возникала проблема, он мог её решить.

Лу Ян долго размышлял над этим, совершенно не понимая, как оценивать этот метод, бросающий вызов моральной этике и здравому образу мыслей.

— Хорошо, что дело разрешилось.

Это всё, что он смог вымолвить после долгих раздумий.

Старый Ба тоже считал, что разрешение ситуации — это хорошо, не говоря уже о том, что этот метод был его собственной идеей.

Старый Ба похлопал Лу Яна по плечу: «Маленькие Лекарственные Короли -- они все очень озорные. Тебе пришлось нелегко в эти дни, покажи мне свой нефритовый кулон».

Лу Ян выполнил просьбу, и Старый Ба постучал по его нефритовому кулону: «Триста очков за выполнение задания теперь в твоем кулоне».

Усилия приносят плоды, и тяжелый труд не был напрасным. Триста очков вклада были для Лу Яна целым состоянием.

Лу Ян подумал, что триста очков взноса -- это, конечно, много, но, похоже, он не мог за них позволить себе даже ванну для ног Маленьких Лекарственных Королей.

В обменном списке было чётко указано, что Духовная Жидкость Лекарственного Короля выпускается как в обычном, так и в элитном вариантах.

По мнению Лу Яна, обычная версия -- это вода для ножных ванн Маленьких Лекарственных Королей, а элитная -- вода для обычных ванн.

— Попрощайся с Маленькими Лекарственными Королями. Шансы попасть в лекарственный сад выпадают нечасто, скорее всего, в будущем у тебя не будет возможности вернуться...

Слова Старого Ба оборвались на полуслове, так как он вдруг вспомнил, что раз Юнь Чжи разрешила Лу Яну прийти, то он должен был послушно пропустить его, не смея преграждать ему путь.

— Кхм, как бы то ни было, иди прощайся.

Лу Ян ответил лишь «ох», чувствуя, что Старый Ба оставил что-то недосказанным.

Зная, что Лу Ян уходит, Маленькие Лекарственные Короли с некоторой неохотой отпустили его.

— Мы все здесь друзья, я не могу тебе дать мои старые корни женьшеня, они слишком ценные, я не могу с ними расстаться.

— Что касается моей старой женьшеневой кожи... она слишком болезненна, неважно. У меня здесь нет ничего ценного, так что я просто попрощаюсь с тобой устно, — Маленький Женьшень попрощался с Лу Яном.

Он также не дал ничего, когда прощался с Мастером Старой Луны.

— Мы все культиваторы. Месяц -- не такой уж большой срок, так что не стоит устраивать скандал по поводу отъезда, верно? — Трёхлистная Звездная Трава тонко выразила своё нежелание словами.

— В моём теле и листьях слишком много жизненной силы, если ты возьмешь их, твоё тело может мутировать. Будет безопаснее, если я не дам их тебе, — За время их совместной жизни Лу Ян узнал, что корнем Бессмертного Лекарства Кирин была зеленая лоза.

В течение этого месяца Малые Лекарственные Короли подавляли свою жизненную силу, боясь, что Лу Ян случайно получит её.

Если бы они отдали часть своего тела Лу Яну, им неизбежно пришлось бы наложить десятки печатей. Лу Ян побоялся бы использовать её, даже если бы получил.

— После прощания ты не собираешься сделать нам подарки? — Цветок Окончания Времени, наоборот, попросил у Лу Яна подарок.

У Лу Яна от такой атмосферы на глазах навернулись горячие слезы: «Видя как вам одиноко и тоскливо... Через некоторое время я обязательно попрошу Старейшую Старшую Сестру навестить всех!»

Маленькие Лекарственные Короли быстро выпроводили Лу Яна.

Сцена прощания была очень напряжённой.

Если не сравнивать с Жидкостью Духа Короля Медицины, эти триста очков взноса были огромной суммой для Лу Яна, который находился только на стадии Заложения Основания.

Он жаждал использовать их в Зале Заданий для покупки хороших вещей.

Не всегда же полагаться на Старшую Сестру, он хотел сам зарабатывать деньги тяжёлым трудом.

— О, я просто сказал, что хочу пойти на гору Небесных Врат, чтобы найти тебя, но я не ожидал встретить тебя здесь, — Мэн Цзинчжоу был немного удивлен, увидев Лу Яна, выходящего из лекарственного сада, но он быстро сообразил, что Юнь Чжи -- его любимая старшая сестра, так что ничего удивительного в этом не было.

Рядом с Мэн Цзинчжоу стоял человек в учёной мантии, крепкая фигура с утончённой и элегантной манерой поведения.

Учёный в мантии поклонился: «Брат Лу, давно не виделись, похоже, это наша первая официальная встреча».

— Мэн Гу, когда тебя выбрали учеником Четвёртого старейшины, это превзошло все ожидания.

Лу Ян улыбнулся: «Ты пришёл сюда, чтобы найти меня для чего-то?»

— Разве я не могу найти тебя, если мне нечего делать? — Мэн Цзинчжоу притворно рассердился.

— Пойдемте, выпьем чаю и хорошенько поболтаем, — Мэн Цзинчжоу повёл Мэн Гу и Лу Яна в чайный домик.

Согласно правилам семьи Мэн, обсуждать дела лучше всего за едой. Таким образом, если обсуждение проходило успешно, семья Мэн угощала, а если нет -- все делили счёт.

— Господа, что бы вы хотели выпить? У нас в чайной есть все виды чая, — ловко спросил официант.

Лу Ян не смог определить уровень культивации официанта.

Лу Ян тихо спросил: «Брат Мэн Гу, ты можешь сказать, какой уровень культивации у официанта?»

Мэн Гу тихо ответил: «Насколько я знаю, мы, новобранцы, самые слабые во всей секте, даже куры на горе имеют более высокий уровень культивации, чем мы».

Мэн Цзинчжоу заказал очень известный чай. «Пожалуйста, чай с молоком».

Официант на секунду заподозрил, что Мэн Цзинчжоу специально создает проблемы*.

*В чайных в Китае чай готовится посредством чайной церемонии. В каждой провинции Китая есть свои особенности проведения церемонии, поэтому набор посуды и принадлежностей могут немного отличаться. Но у всех положено использовать только наиболее чистую воду (например из горных источников), а чай только сорта улуна. Не должно быть ароматических добавок. Исключением является использование улуна с естественной ароматизацией лепестками розы или крошкой женьшеня, а также молочного улуна, который имеет натуральный сливочно-молочный аромат. Любые другие жидкости помимо воды, строго запрещены. Мэн Цзинчжоу имел в виду молочный улун, в котором нет и грамма молока, и в его приготовлении его тоже не было. Молочный улун назван молочным из-за молочного ароматизатора.

— Упс, я оговорился, я имел в виду пиалу солёного молочного чая, я помню, что он является фирменным блюдом крайнего севера, — увидев недовольное выражение лица официанта, Мэн Цзинчжоу быстро сделал жест, давая понять, что у него нет плохих намерений.

Только тогда официант понял, что Мэн Цзинчжоу хочет свежеприготовленный солёный молочный чай.

В мгновение ока официант принёс дымящийся железный тазик, наполненный жареным рисом, маслом, вяленой говядиной и плёнкой с молоком, а вскоре после этого и горшочек с молочным чаем.

Лу Ян и Мэн Гу в недоумении смотрели друг на друга, не зная, что делать, и предоставили всё Мэн Цзинчжоу.

Мэн Цзинчжоу сначала медленно обжаривал содержимое кастрюли, пока жареный рис не пожелтел и не стал хрустящим. Затем он вылил весь молочный чай из кастрюли в пиалу со звуком «кап, кап, кап».

Когда молочный чай попал в раскаленный железный котелок, раздался шипящий звук, и аромат молочного чая распространился, задерживаясь в ноздрях.

Лу Ян сделал глоток и закусил губу: чай был солёный, вкус очень своеобразный, но очень вкусный.

Мэн Гу тоже сделал глоток, а затем выпил целую чашу.

— Есть ли у вас сейчас какие-нибудь задания? — спросил Мэн Цзинчжоу.

Лу Ян покачал головой. Он только что выполнил задание Старого Ба по созданию лекарственного сада и ещё не нашел следующего задания.

— Для нас не так много подходящих заданий. Заданий в Зале заданий недостаточно для нас. Странно, если их недостаточно для нас, то достаточно ли их было для предыдущих старших братьев и сестер?

— Поэтому я спросил об этом старших братьев и сестер и узнал всю подноготную истории.

— И что они сказали?

— Не только выполнение заданий, вывешенных в Зале заданий, считается выполнением задания, но и если ты сам найдешь и выполнишь задание, то сможешь заработать очки вклада. Тебе просто нужно сообщить о результатах выполненного задания в секту, и после того, как секта проверит и удостоверится в результатах, они выдадут тебе соответствующую награду.

— Вы знаете, откуда берутся задания в Зале заданий?

— Откуда они берутся?

— Есть три случая. Один из них основан на «Соглашении о праведной взаимопомощи» между Пятью Великими Бессмертными Сектами и Великой Династией Ся. Великая династия Ся, выполняя задания, требующие культиваторов, но не имеющие достаточной рабочей силы, обращалась за помощью к нам. Однако такое случается редко.

— Хотя все мы принадлежим к человеческой расе на Пути Праведности, достойной Династии ста тысяч лет просить помощи у секты несколько неловко.

— Второй случай -- это когда кто-то просит помощи у Пяти Великих Бессмертных Сект, надеясь, что мы сможем восстановить справедливость для них. Однако в этом случае Великая династия Ся не вмешивается, как, например, в твоём задании по ловле попугая.

— Третий случай -- это когда Секта Искателей Дао находит подсказки во время наших путешествий за пределами страны. Затем они размещаются в Зале заданий, и секта готовит соответствующие награды.

— Третий случай -- это наша надежда.

— Конечно, не всё можно считать заданием, для этих трёх типов заданий есть необходимое условие -- защита Праведного Пути.

— По совпадению, брат Мэн Гу нашёл подходящее для нас задание. Оно было слишком сложным для него, чтобы справиться с ним в одиночку, поэтому он позвал нас на помощь.

Не говоря ни слова, Мэн Гу кивнул в знак признательности, демонстрируя смирение истинного джентльмена.

— Когда мы отправимся? — спросил Лу Ян.

— Может, завтра рано утром? — предложил Мэн Цзинчжоу.

Это было как раз то, чего хотел Лу Ян. Перед отъездом он планировал зайти в Зал заданий, чтобы обменять несколько предметов. С кучей очков вклада в руках ему всегда было неспокойно.

...

«Охлаждённая тыква, вода внутри которой быстро остывает, что делает её невероятно освежающей. Это отличный выбор для тех, кто предпочитает холодную воду. Три очка вклада».

«Многофункциональный карманный нож, включающий в себя палочку для ушей, кусачки для ногтей, маркерную ручку, компас и другие функции. Необходим для вылазок на природу. Десять очков вклада».

«Сабля из крови дракона Пагоды, бывший магический артефакт культиватора Пути Демона. Активируется кровью дракона, чтобы стимулировать его кровожадную природу, но его свирепость подавлена буддийским учением. Он рассекает плоть и кости, словно мешки с мукой. Аура Пути Демона этой сабли была полностью уничтожена, а свирепость полностью подавлена, но её острота лишь немного снизилась. Триста очков вклада».

«Фрагмент «Метода разума Мокши», метода культивации, оставленного монахом после самосожжения. Предполагается, что это его оригинальное творение, подлинность оригинальной версии не проверяется. Этот фрагмент способен успокоить беспокойное сердце, способствуя быстрой концентрации. Тысяча пятьсот очков вклада».

Лу Ян посмотрел несколько предметов подряд, но ни один из них его не привлёк, поэтому он обратился к старшему брату.

— Старший брат, завтра мне нужно отправиться на тренировку, и я хочу купить несколько защитных инструментов. Можете ли вы дать какие-нибудь рекомендации?

Старший брат был высоким и крепким, с суровым видом, способным одним взглядом остановить плачь ребёнка. Он выглядел как типичный объект уничтожения для рыцарского героя.

Присмотревшись к Лу Яну, старший брат, осознав, что тот -- новобранец, наконец-то увидел в нем старшего брата, что несколько смягчило его поведение.

После стольких лет он наконец-то перестал быть в самом низу учеников.

— Сколько ты планируешь потратить очков вклада и духовных камней?

— Триста очков вклада. Без духовных камней.

— Можешь называть меня старшим братом Ли Данем. Ты находишься на ранней стадии Заложения Основания, поэтому вещи, которые ты можешь использовать, не очень высокого класса и поэтому не потребуют слишком много очков вклада.

С виду свирепый, Ли Дань на самом деле был весьма радушен.

Старший брат Ли Дань ловко прокрутил список обмена, представляя различные защитные инструменты: «Защитное зеркало Сердца Сотни Войн, носится на груди. Оно может выдержать атаку культиватора пиковой стадии Заложения Основания. Требуется всего двести очков вклада».

Как раз в тот момент, когда Лу Ян раздумывал, стоит ли покупать его для самосохранения, он услышал робкий голос: «Лу... Младший брат Лу, на самом деле, тебе не нужно покупать Зеркало Защиты Сердца здесь. Пирожки с кунжутом из Столовой тоже могут выдержать атаку культиватора пиковой стадии Заложения Основания, и они даже дешевле».

Голос постепенно затихал, становясь почти таким же тихим, как жужжание комара. Если бы Лу Ян ещё не достиг стадии Заложения Основания, то с его обостренными пятью чувствами он не смог бы расслышать его.

— Старшая сестра Чжоу ЛуЛу? — Лу Ян был удивлен. Он не ожидал увидеть здесь старшую сестру Чжоу ЛуЛу.

Когда он только вступил в Секту Искателей Дао, он провёл месяц в Павильоне Писаний. Когда у него возникали сомнения, он спрашивал старшую сестру Чжоу ЛуЛу. Однако он не видел её с тех пор, как год назад Юнь Чжи поместила его в тюрьму для культивации на горе Небесных Врат.

— Старшая сестра, — Ли Дань, будучи всего на один цикл старше Лу Яна, должен был называть Чжоу Лулу старшей сестрой.

— Да... это я, Чжоу ЛуЛу говорила нервно. Она только что выполнила задание и пришла обменять вознаграждение, как вдруг случайно столкнулась с Лу Яном.

— Ты... продолжай искать. Я... я просто хотела дать небольшое предложение. Я не имела в виду ничего другого, — Встретившись с ними взглядом, Чжоу Лулу отступила в сторону, чтобы не привлекать к себе внимания. Она обменяет свои награды после того, как Лу Ян закончит свои обмены.

Они оба перестали обращать внимания на Чжоу Лулу.

— Это Горный Ударный Молот. При ударе он создает отвлекающую вибрацию, нарушая ритм рисования массива или талисмана противника. Он обладает определённым противодействующим эффектом как против культиваторов массивов, так и против культиваторов талисманов. Однако культиваторы, владеющие методами работы с массивами и талисманами, обычно обладают твёрдой решимостью и могут сохранять спокойствие в кризисной ситуации, подстраивая свой ритм при возникновении помех. Поэтому воздействие Горного Ударного Молота будет значительно снижено. Стоимость -- двести семьдесят очков вклада.

Лу Ян кивнул. Это тоже было неплохо. Он мог встретить в качестве противников культиваторов Массива и культиваторов Талисмана.

За исключением тех, кто десятилетиями погружался в этот метод массива и талисман, Горный Ударный Молот будет эффективен.

Старшая сестра Чжоу ЛуЛу тихо пробормотала: «Палочки из жареного теста из Столовой дают ещё лучший эффект».

Оба притворились, что не услышали.

— Старший брат Ли, есть ли у нас здесь какие-нибудь маленькие инструменты для подлых атак?

Ли Дань торжественно ответил: «Младший брат, ты знаешь, что Секта Искателей Дао -- известная Праведная Секта?»

— И что?

— Тебе стоит задавать подобного рода вопросы более сдержанно.

Лу Ян ответил «О».

Ли Дань взял в руки список обмена и провёл по нему пальцем. На экране быстро появились описания различных товаров. Найдя подходящий момент, он нажал на список и продолжил объяснять: «Это Игла Нефритового Фрагмента. Она тонкая, как шерсть крупного рогатого скота, а когда наполняется Духовной энергией, становится несравненно острее. Она способна пробить Барьерную дверь, но пользоваться ею непросто, требуется много практики, да и цена её высока».

— Это Таинственный Космический Гвоздь. Перед лицом сильного врага, когда он застигнут врасплох, ты можешь схватить горсть и бросить их в семь отверстий противника, добившись неожиданных результатов. С ним легко обращаться, да и цена подходящая.

Лу Ян кивнул. Эта вещь действительно не стоила дорого и даже могла быть названа чрезвычайно экономичной.

— Рис из Столовой эффективнее, — не смогла удержаться от напоминания старшая сестра Чжоу ЛуЛу.

Брат Ли Дань больше не мог терпеть ворчание старшей сестры Чжоу ЛуЛу. Он резко повернулся, напугав Чжоу ЛуЛу.

Чжоу ЛуЛу опустила голову и не смела смотреть прямо на Ли Даня, лицо которого было испещрено грубыми шрамами. Она не хотела доставлять неприятности, но еда из Столовой была действительно вкусной. Она хотела напрямую порекомендовать её Лу Яну, но постеснялась.

Увидев Чжоу ЛуЛу в таком состоянии, Ли Дань понял, что она не хотела причинить вреда, и его тон невольно смягчился: «Старшая сестра Чжоу, я понимаю, что ты из Пика Сотни Усовершенствований, но ты не можешь просто привлекать бизнес для Пика Сотни Усовершенствований и вводить в заблуждение нашего нового младшего брата!»

— Также, младший брат Лу, подумай, кроме того, что они вкусные, экономичные, прочные, многофункциональные(могут быть использованы как оружие и еда), какие ещё преимущества предлагает кухня Столовой?

Лу Ян: «...»

Разве этих преимуществ не достаточно?

Поразмыслив, Ли Дань понял, что, кроме непригодности для боя из-за своей формы, у еды Столовой действительно нет недостатков.

— Почему бы вам, старшая сестра Чжоу, не провести экскурсию по Столовой для младшего брата Лу?

Глаза Чжоу ЛуЛу загорелись, и она тут же потянула Лу Яна в Столовую.

Лу Ян обнаружил, что старшая сестра Чжоу была ужасающе сильной. Он не мог вырваться из её хватки, а также не знал, в какой сфере находится старшая сестра Чжоу.

— Старшая сестра Чжоу, вы из Пика Сотни Усовершенствований?

Пик Сотни Усовершенствований, находящийся под контролем Пятого Старейшины, выполнял обязанности и рафинатора, и повара, которые в большинстве случаев были одним и тем же.

Чжоу ЛуЛу ответила: «Да, я ученица Пика Сотни Усовершенствований».

— Но я часто вижу, как ты читаешь книги в Павильоне Писаний, и ни одна из них, кажется, не посвящена рафинированию?

Лу Ян был несколько озадачен. Разве ученики Пика Сотни Усовершенствований не должны изучать рафинирование?

(П. Я изменил Кафетерий на Столовую)

Чжоу ЛуЛу сокрушалась: «Я люблю читать и хочу учиться у Четвертого Старейшины, который специализируется на конфуцианской культивации, но мой отец настаивает, чтобы я выбрала Пик Сотни Усовершенствований. Он говорит, что Четвертый Старейшина стал глупым от слишком большого чтения, и он не хочет, чтобы я училась у него».

— Твой отец это…?

— Пятый Старейшина, Чжоу Синь.

Мгновенно Лу Ян закрыл рот. Пик Сотни Усовершенствований был её семейным местом, конечно, её отец хотел, чтобы она выбрала дом.

Главный пик Сотни Усовершенствований был высокой красной вершиной, вздымающейся, как вулкан, освещая небо.

Возможно, из-за активной деятельности по усовершенствованию или просто из-за природных особенностей, температура на Пике Сотни Усовершенствований была немного выше, чем в других местах.

Сейчас была ранняя весна, но на Пике Сотни Усовершенствований ощущалось больше как лето.

Лу Ян почувствовал покалывание на коже, как будто что-то пыталось проникнуть в его тело. Самопроизвольно он запустил циркуляцию энергии, создав тонкий защитный слой, похожий на крыло цикады, вокруг своего тела.

Чжоу ЛуЛу тихо объяснила: «Младший брат, то, что ты почувствовал, это аура Земли и Металла. Пик Сотни Усовершенствований создаёт бесчисленные магические артефакты, аура пронизывает воздух, но не вредит культиваторам. Ты привыкнешь».

— Хотя, младший брат, твоя реакция довольно быстрая, редко кто так быстро реагирует.

Лу Ян рассмеялся и сказал: «Моя техника культивации очень полезна».

Лу Ян услышал звон молотов, бьющих по железу, представляя в уме старшего брата, который куёт кусок очищенного железа огромным молотом, искры летят, и сталь формируется.

Посмотрев в направлении звука, он понял, что он доносится из столовой.

— Хм…

Лу Ян подумал, что это не так уж плохо.

Он мог привыкнуть.

Вход в столовую был оживлённым, люди приходили и уходили, смеялись и хвастались своей едой, как будто демонстрировали свои мечи, ведя себя как рыцари.

Они выглядели как студенты, забирающие еду из столовой после занятий, но в то же время напоминали мечников, только что вышедших из оружейной лавки.

— Ли Хаоран здесь? — Лу Ян вспомнил, что Ли Хаоран, обладатель корня духа огня, стал учеником Пятого Старейшины. Теоретически, его уровень культивации не должен сильно отличаться от его собственного. Он задавался вопросом, насколько далеко продвинулся Ли Хаоран.

Чжоу ЛуЛу покачала головой и сказала: «Младший брат Ли всё ещё в затворничестве. Он ещё не имеет права продавать еду в столовой. Мой отец считает, что у младшего брата Ли хорошая основа, и предложил ему подольше побыть в лаве для лучшего роста».

— Говорят, что младший брат Ли кричал в первый день, когда его бросили в лаву. Но после этого шума не было, так что он, должно быть, привык.

— … А есть шанс, что он не привык, а просто сварился?

— А?

Лу Ян понял, что, хотя он считал купание в горячей воде невыносимым, у других дела обстоят ещё хуже. Старшая сестра, на самом деле, была очень добра к нему.

Было немного жаль, что он не смог встретиться с Ли Хаоран, иначе они могли бы поделиться своими впечатлениями о купании.

Чжоу ЛуЛу подошла к оживлённой столовой. Её энтузиазм растаял в воздухе, и она явно потеряла смелость. Она сделала два тихих шага назад и поспешно сказала: «Младший брат Лу, в столовой подают качественную и недорогую еду, купи себе сам».

С этими словами Чжоу ЛуЛу исчезла в мгновение ока, не оставив и следа. Лу Ян остался в недоумении от её внезапного исчезновения.

Лу Ян вздохнул, понимая, что ему придётся позаботиться о себе самому.

— Тушёные рыбьи кости! Свежеприготовленные тушёные рыбьи кости! Отличный выбор для рубки деревьев или врагов, настоятельно рекомендую!

— Кунжутные лепёшки! Свежеиспечённые мясные кунжутные лепёшки! Попробуйте ударить или пнуть эту лепёшку, и вы не сможете её повредить!

— Внимание всем! Вы должны увидеть нашу лапшу, которая твёрже стали! Отлично подходит для связывания, как только завяжешь, сбежать невозможно! Купите сейчас и получите бесплатный урок по завязыванию узлов!

Столовая больше напоминала шумный рынок, где продавцы с энтузиазмом расхваливали свои продукты. Единственное отличие было в том, что этот рынок был ещё громче — продавцы были культиваторами, они могли повышать голос до невероятных высот.

Лу Ян увидел старшего брата, держащего тушёную рыбью кость. Рыбьи кости были острыми, как лезвия, лёгкий удар — и ощущение, будто тебя укусила свирепая акула, рана будет глубокой.

Продавец, продававший тушёные рыбьи кости, с энтузиазмом рекомендовал: «Младший брат, хочешь рыбью кость? Это был демонический карп из Бирюзового Пруда. При жизни он обладал силой пика Заложения Основания. Его кости теперь чрезвычайно твёрдые. Мне пришлось долго очищать их, чтобы получить столько костей. Их можно использовать как оружие в бою или съесть, когда проголодаешься».

С этими словами он с хрустом откусил рыбью кость, чтобы продемонстрировать её съедобность.

Лу Ян задался вопросом, как у него развились такие зубы.

Посмотрев на очень полезную рыбью кость, Лу Ян взглянул на цену.

Ну, он не мог себе это позволить.

Почувствовав извиняющуюся улыбку Лу Яна, продавец не стал настаивать и перешёл к продвижению товара другим.

Затем Лу Ян увидел, как другой старший брат достал жареную палочку теста прямо из котла с кипящим маслом, стряхнув излишки масла.

— Младший брат, хочешь одну? У нас есть палочки для стадии Заложения Основания, а также для стадии Золотого Ядра. Палочка для стадии Заложения Основания стоит всего 150 очков вклада.

Действительно, по сравнению с Горным Трясущим Молотом на доске обмена, который стоит 270 очков вклада, жареная палочка теста, стоящая всего 150 очков, почти вдвое дешевле.

— У этой жареной палочки теста есть не только преимущество в твёрдости. Она содержит тройную скрытую силу. Когда ты ударяешь ею, силы объединяются и взрываются, создавая ошеломляющую мощь, которая может застать врага врасплох.

— А если ты проголодаешься и захочешь её съесть, у неё довольно долгий срок хранения.

После этого старший брат, продававший жареную палочку теста, откусил кусок. Тройная скрытая сила взорвалась у него во рту, заставив его щёки надуться, но ничего больше не произошло.

— Старший брат, я новичок здесь, и есть некоторые вещи, которые мне непонятны. Почему эта жареная палочка теста может использоваться как оружие и как еда? И её действительно можно кусать?

Почувствовав, что Лу Ян находится на стадии Заложения Основания, старший брат понял, что Лу Ян новичок, и для него нормально задавать вопросы.

— Её поедание — это способ тренировки и доказательства результатов твоего Очищения Тела.

— Настоящее Очищение Тела включает в себя очищение внутренних органов, мышц и костей, а также внешнее очищение кожи и отверстий. Только тогда ты можешь считаться настоящим Культиватором Тела. Более того, это должно включать очищение зубов.

— Я слышал, что некоторые Культиваторы Тела специализируются на очищении кожи и мышц. Когда они выпускают свою агрессивную силу, даже горы дрожат. Поэтому другие люди придумали способ бороться с этими непробиваемыми Культиваторами Тела.

— Какой способ?

— Они используют магические навыки, такие как Большой и Малый Руи, чтобы уменьшить свои тела для внутренних атак. Эти Культиваторы Тела не очищали свои внутренние органы, поэтому они очень уязвимы для таких атак.

— Этих людей нельзя считать настоящими Культиваторами Тела, их можно назвать любителями.

Зубы старшего брата стучали друг о друга, издавая звук ударяющегося металла.

Поскольку они много очищали, они были наполовину Культиваторами Тела. Их тела не могли сравниться с телами настоящих Культиваторов Тела, но, по крайней мере, они прошли процесс очищения как внутри, так и снаружи.

— Обычные культиваторы используют магические артефакты как оружие, но тело Культиватора Тела само по себе является самым сильным оружием. Так что есть такие вещи, как жареные палочки теста, — это ничего особенного.

Лу Ян тогда понял, что еда в столовой имеет высокую функциональность, служа двум целям. Её можно продавать как оружие для не-Культиваторов Тела, таких как он сам, или как еду для Культиваторов Тела.

— Мэн Цзинчжоу — послушник Третьего Старейшины, настоящий Культиватор Тела. Он должен быть способен её разжевать.

Думая об этом, Лу Ян купил жареную палочку теста. Он немного помахал ею, и она имела приятный вес.

Лу Ян снова оказался у лотка с кунжутными лепёшками.

Продавщица, готовившая кунжутные лепёшки, была старшей сестрой, мастером техник очищения. От замешивания теста, его раскатывания, формирования до придания формы — её навыки были доведены до совершенства.

Она тщательно скатала тесто в множество маленьких шариков и, используя силу пальцев, запястий, рук и всего тела, сформировала их в круглые лепёшки.

Её точные движения следовали какому-то внутреннему принципу. Это было больше, чем просто замешивание; это напоминало упражнение для координации движений тела.

Положив сырую основу для лепёшки на наковальню, она ударила по ней тяжёлым железным молотом. Громкие звонкие удары переплетались с искрами, летящими на землю и оставляющими небольшие отверстия на её поверхности.

Основа для лепёшки подвергалась экстремальному нагреву, после чего резко охлаждалась в воде, которая бурно кипела, а затем превращалась в восхитительную кунжутную лепёшку.

Наблюдая за всем процессом, Лу Ян был впечатлён. Действительно, Пик Сотни Усовершенствований искусно сочетал кулинарию с искусством очищения.

— Я возьму одну кунжутную лепёшку, — сказал он.

Столовая действительно предлагала товары по выгодным ценам. Он присмотрел несколько предметов, которые были настоящими произведениями искусства. Будь у него больше очков вклада, он бы купил их все.

…

На следующее утро, как и договорились, Лу Ян встретился с остальными у ворот секты Искателей Дао.

— Мы тебя ждали, — помахал рукой Мэн Цзинчжоу, заметив Лу Яна. За ним стояла конная повозка, та самая, что привезла их в секту Искателей Дао. С ними также была та же старая лошадь.

Единственное отличие было в том, что вместо Старейшей Старшей Сестры Юнь Чжи их сопровождал Мэн Гу.

Мэн Гу, увлечённый ученик, учился, пока ждал. Он был закутан в объёмную учёную мантию, которая скрывала его мускулистое телосложение, придавая ему вид крепкого учёного.

— Мы не будем использовать летающие лодки? — Лу Ян приготовился подняться на борт одной из них. Хотя его техника «Сжатия Земли в Дюймы» была надёжной, он знал, что она не сравнится по скорости с летающей лодкой.

Он отложил изучение «Сжатия Земли в Дюймы», сосредоточившись исключительно на освоении «Сжатия Земли» и «Дюймов».

Мэн Цзинчжоу с гордостью похлопал повозку рядом с собой: «Эта повозка — редкое сокровище. Она окружена Методом Формирования Массивов, и хотя нам будет казаться, что повозка движется с обычной скоростью, внешние наблюдатели увидят, что мы движемся так же быстро, как летающая лодка».

Объяснение Мэн Цзинчжоу имело смысл. Учитывая, что дом его семьи находился в Императорском Городе, было бы невозможно добраться до секты Искателей Дао шаг за шагом на лошади, что могло занять больше года.

Повозка, должно быть, использовала Метод Формирования Массивов для ускорения в начале пути. Она, вероятно, замедлилась только при приближении к секте Искателей Дао в знак уважения.

Повозка, которую Лу Ян видел вначале, уже двигалась с уменьшенной скоростью.

Когда троица поднялась в повозку, внутри было так же просторно, как и всегда. Только сегодня Лу Ян начал понимать истинную ценность этой повозки.

— Так, куда мы направляемся и в чём именно заключается наша миссия? — с любопытством спросил Лу Ян.

— О, я тебе не говорил? Мы направляемся в место под названием Цинхуайский Уезд. Лучше, если Мэн Гу объяснит тебе подробнее, ведь именно он нашёл эту миссию.

Мэн Гу вставил закладку, закрыл книгу и начал объяснять в своём неторопливом стиле.

— Я услышал об этом во время одного из своих предыдущих заданий, от пассажира на летающей лодке. Он был главой торгового каравана, который знал много вещей, неизвестных обычным людям. Он рассказал историю, которая ходила среди торговцев. Она кажется вполне правдоподобной.

— Район между Цинхуайским Уездом и Яньцзянским Уездом окружён обширными горными хребтами. Торговцам, которые хотели пересечь их, требовались проводники из местных охотников.

— В этих лесах появилось ужасное существо, которое заставило охотников бросить свои промыслы…

…

Когда ночь окутала их, начался сильный дождь. Густые деревья блокировали лунный свет, раскаты грома эхом разносились в ушах, а на земле образовывались лужи грязи, не оставляя устойчивой поверхности для шага.

Группа из семи или восьми человек, с верёвками, обвязанными вокруг талий, была связана в одну линию, чтобы никто случайно не сорвался с горного склона.

Яростный ливень безжалостно обрушивался на них. Даже если кто-то падал и кричал о помощи, его едва можно было услышать.

Одетые в плащи, с посохами в руках и корзинами за спиной, они осторожно шагали, опасаясь провалов на неустойчивой почве.

Ледяной дождь оставил их лица грязными и мокрыми. Когда они поднимали глаза, плотная завеса падающего дождя заслоняла им обзор. Единственным вариантом было следовать за самым опытным охотником.

— Будьте осторожны с шагами — дождь делает горную тропу очень скользкой!

— Не останавливайтесь, даже если устали. Вам нужно продолжать. Мы почти на месте. Если вы остановитесь сейчас, будет трудно снова набрать силы!

— Я… я не могу идти дальше… Помогите! Я скольжу!

Один из них потерял опору, не смог найти точку опоры и начал скользить к краю тропы.

Торговцы почувствовали неладное по напряжению на конце верёвки. Они поняли, что кто-то отстал, и поспешно остановились, отчаянно пытаясь поднять его.

— А Юэ, держись за верёвку крепче. Мы должны тянуть синхронно!

— Я не могу… — А Юэ висел на краю обрыва, верёвка из сизаля была обвязана вокруг его талии, чтобы предотвратить падение.

Он был уставшим и голодным, не в силах подняться обратно даже с помощью верёвки.

Старший охотник, имевший многолетний опыт, спокойно координировал группу, одновременно помогая тянуть верёвку.

— Некоторые из вас держитесь за это большое дерево. Мы должны предотвратить скольжение остальных!

— Остальные обмотайте верёвку вокруг запястий. На счёт три, все тяните разом!

— Раз, два, три, тяните!

— Раз, два, три, тяните!

После мучительной борьбы они наконец подняли А Юэ обратно на тропу. Группа была измотана до предела.

Однако старший охотник не расслабился. Он спокойно осмотрел А Юэ и спросил: «А Юэ, как именно ты соскользнул? Ты чувствовал, что тебя толкнули?»

А Юэ растерянно покачал головой, не понимая, зачем старший охотник задал такой вопрос. Конечно, он соскользнул сам. Неужели кто-то хотел ему навредить?

— Старик Сун, что ты имеешь в виду? — спросил глава торгового каравана, Ци У. Он смутно почувствовал, что что-то не так, из вопросов охотника.

Старик Сун покачал головой и указал вперёд на полуразрушенный храм: «Продолжим путь. Мы поговорим, когда доберёмся до Храма Горного Бога».

В проливной дождь было не время для разговоров. Ци У кивнул и призвал всех двигаться к Храму Горного Бога, чтобы укрыться от дождя.

Когда они добрались до Храма Горного Бога, они не обращали внимания на свой внешний вид, сняли плащи и плюхнулись на землю, тяжело дыша. Они быстро проверили свои корзины, чтобы убедиться, что дождь не повредил их товары. Иначе весь путь был бы напрасным.

— Слава богу. Хорошо, что Ци У догадался завернуть товары в водонепроницаемую ткань.

Храм Горного Бога был невелик, но просторен. Пыльные, потрёпанные временем статуи трёх Горных Богов восседали в центре. Вокруг было полно грязи и помёта, а таблички с именами богов отсутствовали. Дары, принесённые богам, давно были съедены животными. Обе двери храма отсутствовали, а окна были разбиты, позволяя холодному ветру проникать внутрь.

Однако всё это не имело значения для группы; любое укрытие было хорошим укрытием.

Ци У достал из сумки несколько товаров, чтобы поднести их трём Горным Богам в знак благодарности за укрытие от дождя.

Три Горных Бога были вылеплены из глины. Их мастерство не было особенно выдающимся, но каждый имел свои уникальные черты. Центральный бог держал меч джентльмена и излучал ауру справедливости. Тот, что слева, был облачён в учёную мантию, держал книгу и олицетворял литературу. Правый, изображённый в боевой позе, олицетворял чистую мужественность, расположенный систематически.

— Пусть Горные Боги благословят наш путь, — сказал Ци У.

Ци У всегда чувствовал, что три Горных Бога обладают сверхъестественными духами и каким-то образом живы.

После того как Ци У принёс дары горному богу, он поспешно собрался с остальными.

Все были полностью промокшими и дрожали от холода.

— Если так продолжится, мы заболеем.

Старый охотник подошёл к углу, вытащил охапку дров и широко улыбнулся: «Мы, охотники, иногда укрываемся здесь от дождя, так что я заранее оставил немного дров на такой случай».

Ци У был вне себя от радости: «Большое спасибо!»

Старый охотник лишь пожал плечами: «Пустяки, в горах мы помогаем друг другу. Когда завтра дождь закончится, мы просто соберём ещё дров, чтобы восполнить запас».

Все быстро сложили дрова на обгоревшем следе на земле. Ци У достал огненный талисман, зажёг палку, поднёс её к дровам, подул и раздул огонь. Дрова медленно разгорались.

Все взгляды были прикованы к постепенно разгорающемуся пламени, чувствуя его тепло, кто-то облегчённо вздохнул.

— Наконец-то мы спасены.

— Брат Ци, хочешь жёлтый рисовый пирог или белый?

— По одному каждого?

Один из них начал раздавать сухой паёк. Когда все получили свою порцию, они стали поджаривать еду у огня.

Как только еда начала пахнуть, А Юэ достал банку солений, предложив всем намазать их на хлеб и насладиться солёным и ароматным вкусом.

— А Юэ, у тебя отличные навыки приготовления солений. Я бы сказал, тебе стоит открыть лавку с соленьями вместо того, чтобы ходить с нами, торговцами.

А Юэ лишь улыбнулся, ничего не сказав.

Вспомнив предыдущий инцидент, Ци У спросил: «Старик Сун, почему ты спросил, толкнул ли кто-то А Юэ?»

Это был первый раз, когда Ци У и его группа поднимались в горы. Они хотели пересечь горный хребет, чтобы продать товары на другой стороне Цинхуайского уезда. После долгих поисков они наконец нашли местного старого охотника, чтобы тот стал их проводником.

Старый охотник выглядел серьёзно: «Вы слышали о гулях?»

Ци У и остальные насторожились. Они много путешествовали и, естественно, кое-что знали о гулях. Один из них даже воскликнул: «Ты говоришь о гуле, который служит тигровому демону?»

Старый охотник кивнул и тихо сказал: «Эти горы называются Горы Сун. Около десяти лет назад охотник, пришедший сюда на охоту, исчез, оставив только один ботинок. Люди тогда начали говорить, что в горах появился тигровый демон и съел того охотника».

— Сначала никто не хотел в это верить. Они думали, что жили здесь поколениями, как тут мог появиться тигровый демон?

— Но со временем кто-то сказал, что видел разноцветного тигра во время охоты, и он был длиной не менее четырёх метров. Тигр одним прыжком набросился на охотничью собаку. Охотник, увидев это, бросился бежать. К счастью, тигр не стал его преследовать!

— Люди стали замечать, что время от времени кто-то пропадает, поэтому они сообщили об этом в управление Цинхуайского уезда. Там сказали, что раз Горы Сун находятся близко к Яньцзянскому уезду, и мы продаём свою добычу только в Яньцзян, то они должны быть ответственны.

— Когда дело дошло до Яньцзянского уезда, чиновники сказали, что Горы Сун принадлежат Цинхуайскому уезду, и они должны разбираться.

— После нескольких таких кругов каждая сторона отправила по два культиватора для поисков тигрового демона на Горах Сун. После десяти дней поисков они не нашли ни одного тигрового волоса. Культиваторы подумали, что мы их обманули и зря потратили их время. Мы пытались объяснить, что, возможно, тигровый демон специально скрывался от них, но двое культиваторов не стали слушать и ушли.

— Мы снова пошли в управление, но нас проигнорировали.

— У нас не было выхода, поэтому большинство людей покинули Горы Сун, чтобы найти новые средства к существованию. Остались только несколько стариков вроде меня, мы больше ничего не умеем, кроме охоты.

— Позже мы обнаружили, что во время охоты мы иногда встречаем тех пропавших путешественников. Они появляются и исчезают внезапно, иногда толкая тебя.

— Иногда, когда я веду людей в горы, эти путешественники притворяются, что случайно натыкаются на нас, и просят присоединиться. Как я могу согласиться? Я поспешно увожу группу прочь.

— Старшее поколение говорило, что в этом мире есть что-то под названием гуль. Когда тигровый демон убивает человека, тот становится гулем, помогая тигровому демону находить добычу и заманивать людей в ловушку, чтобы превратить их в новых гулей.

— Но справиться с гулями не так уж сложно, достаточно просто отказать их просьбам, и они не причинят вреда.

Всё это вдруг обрело смысл для Ци У. Он давно задавался вопросом, почему в таком большом лесу так мало охотников. Теперь он понял, почему ему понадобилось так много времени, чтобы найти лишь несколько групп охотников, живущих вместе.

Всё из-за тигрового демона.

Видя, что А Юэ всё ещё выглядит встревоженным, Ци У спросил: «А Юэ, спрашивай, что хочешь».

А Юэ чувствовал, что его вопрос может быть неловким, но раз босс разрешил, он решил не сдерживаться.

— У меня только один вопрос: есть ли среди этих гулей женские призраки? Они красивые? Они соблазняют мужчин? Они высасывают мужскую Янскую энергию? Возможна ли между нами запретная любовь, скрываясь от тигрового демона, путешествуя вместе?

С каждым вопросом А Юэ над головами всех, включая старого охотника, появлялся вопросительный знак.

Видя реакцию остальных, А Юэ смущённо почесал голову: «Я читал в книжках, что так бывает: красивые женские призраки, неразделённая любовь между людьми и призраками и всё такое».

Ци У на мгновение замолчал, затем похлопал А Юэ по плечу: «Тебе стоит меньше читать таких книг».

Затем Ци У спросил: «Тогда почему вы не сообщили об этом Пяти Великим Бессмертным Сектам? Пять Великих Бессмертных Сект защищают Путь Праведности, они никогда не останутся в стороне».

— Пять Великих Бессмертных Сект? — Старый охотник выглядел растерянным, никогда не слышав этого термина.

— Это Секта Искателей Дао, Храм Подвешенного Неба и ещё три Праведные Секты. Они самые могущественные секты на всём континенте.

— Кажется, я слышал о них. — Старый охотник сказал неуверенно, не помня, где именно он слышал это — может, в чайной у подножия горы, или от какого-то путешественника, или когда был моложе, или старше.

Он не мог вспомнить точно.

На самом деле, обычные люди знают очень мало о культиваторах; они слушают такие истории просто из любопытства.

Более того, истории, передаваемые из уст в уста, часто искажаются, становясь далёкими от истины, а потому ненадёжными.

Например, Ци У слышал, что Секта Искателей Дао получила своё название потому, что путь к бессмертию обширен и неизведан, поэтому «дао» (путь) использовалось для обозначения поиска своего пути. Культивировать — значит культивировать сердце. Нужно постоянно спрашивать себя, какой путь ты ищешь, будь то Путь Праведности или Путь Демона, и не терять своей изначальной цели.

Однажды Ци У встретил ученика Секты Искателей Дао по имени Дай Буфань. Он спросил его, почему их секта так названа. Он до сих пор чётко помнит ответ Дай Буфана.

— О, ты спрашиваешь об этом? Позволь рассказать о нашем основателе, Даосе Сяньтяне из Секты Искателей Дао. Он потратил огромные деньги, чтобы попросить кого-то из Небесной Стратегической Секты рассчитать идеальное место. Они нашли землю бессмертия, которая объединила Фэн-Шуй из восьми направлений. Они сказали, что если секта хочет процветать, её нужно основать в определённое время и в определённом месте.

— Но оказалось, что наш основатель был совершенно не ориентирован в пространстве. Даже имея все указания, он всё равно заблудился. Ему пришлось спрашивать дорогу у старого фермера, и только тогда он смог найти место для секты вовремя.

— В благодарность старому фермеру основатель назвал секту Сектой Искателей Дао.

— Значит, эта Секта Ищущих Дао-ров очень сильная? — спросил старый охотник.

— Нет, Секта Ищущих Дао, — поправил его произношение Ци У. — Когда завтра доберёмся до округа Цинхуай, напишем письмо Пяти великим бессмертным сектам и попросим помощи.

О порядке действий Ци У спросил ещё во время встречи с Дай Буфанем.

Тогда он только сокрушался, что местные чиновники почти без культивации держатся высокомерно и считают себя выше других. Он не ожидал, что ученики бессмертных сект, оторванные от мира смертных, окажутся куда приветливее. Правда, Ци У не знал положения Дай Буфаня в секте и думал, что тот обычный ученик. Знай он истинную личность и культивацию Дай Буфаня, наверное, не отделался бы простыми вздохами.

Старый охотник чрезвычайно обрадовался и поспешно поблагодарил Ци У и остальных. Он даже предложил отменить им плату за провод, если они действительно смогут раз и навсегда разобраться с тигром-демоном, но Ци У быстро отказался. Не то чтобы они не хотели сэкономить; просто они не были уверены, старик говорит из вежливости или всерьёз.

— Простите, меня застал дождь. Можно мне переночевать здесь?

Из завесы дождя вышла изящная фигура. На девушке было голубовато-зелёное платье, а в бровях лежала тень печали, из-за которой люди невольно хотели согласиться на её просьбу.

Все повернулись к А-Юэ. Стоило помянуть черта — и женщина-призрак правда явилась! Ты что, накаркал?!

— Нет! — Ци У сразу отказал девушке. Мы в глуши, вокруг ни деревни, ни лавки. И вдруг в горном лесу появляется красивая женщина. Вспомнив слова старого охотника, он не мог не насторожиться.

Главное — эта женщина сухая! Снаружи такой ливень, как она может быть сухой?

Девушка в голубовато-зелёном слегка рассердилась. Хотя группа выглядела образованной, она сочла их слова невоспитанными.

— Вы совершенно неразумны. Не говоря уже о том, что у этого храма Горного бога нет хозяина, а вы сами просто укрываетесь здесь от дождя, снаружи ещё и ливень. Вы правда собираетесь заставить такую девушку, как я, всю ночь поддерживать технику, чтобы защищаться от дождя?

— Технику? Ты культиватор? — осторожно спросил Ци У. Большинство культиваторов дружелюбны к смертным, но кто знает, что сделает другая сторона, если её разозлить.

Он начал колебаться.

А вот старый охотник держался твёрдо. Многолетний опыт жизни в горном лесу подсказывал ему, что с девушкой определённо что-то не так, но тон он сделал куда мягче.

— Уважаемая культиватор, вы культиватор, но ещё и девушка. Если останетесь в храме с восемью мужчинами, это плохо скажется на вашей репутации.

— Давайте так: к северу есть горная тропа, а на полпути стоит временная деревянная хижина, которую построили мы, охотники. Для такого мастера, как вы, это не больше нескольких шагов.

Старый охотник говорил правду. Деревянная хижина действительно была, но она не могла вместить так много людей, поэтому он и привёл группу укрыться в храм Горного бога.

Девушка в зелёном немного подумала и решила, что слова старого охотника разумны. Как женщина, хотя я и не цепляюсь к мелочам, странствуя по цзянху, но если есть вариант лучше, зачем оставаться в этом полуразрушенном храме?

После её ухода все с облегчением выдохнули. Они боялись, что девушка превратится в свирепого тигра и сожрёт их.

— Ладно, спать. Восстановим силы. Завтра ещё рано вставать и продолжать путь. Очень не хочу второй раз приходить в это проклятое место, — Ци У зевал, глаза слипались.

Сначала он хотел лечь головой внутрь, но тогда оказался бы лицом к статуе Горного бога. Его никак не покидало ощущение, что со статуей что-то не так. Не решаясь подходить слишком близко, он велел всем спать головой к двери.

Распределив пары для ночного дозора, остальные уснули. Когда они погрузились в сон, глаза статуи Горного бога повернулись вниз и уставились на людей.

Но никто этого не заметил.

---

А-Юэ зевнул, глаза у него были мутные, будто он мог снова уснуть в любой момент. Он входил в первую пару дозорных.

— Так спать хочется. Как бы я хотел поспать.

— Потерпи немного. Уже ведь сказали, что на этой горе небезопасно…

— Точно, нельзя спать. Я ещё жду, когда женщина-призрак ночью нападёт на меня.

— У тебя обычная внешность. Разве ты не читал в книгах, что женщины-призраки любят красивых? Это скорее на меня нападут.

— Женщины-призраки любят учёных. Ты учился всего несколько дней. Им нравятся начитанные люди вроде меня.

Спор двоих о несуществующей женщине-призраке становился всё жарче, и они постепенно проснулись.

Внезапно раздался низкий рык. Даже завеса дождя и гром не смогли его заглушить. Оба мгновенно вздрогнули.

Они ещё гадали, не послышалось ли им, когда в воздухе раздался второй рык. И на этот раз он был ближе.

— Это тигр-демон!

Они переглянулись и увидели страх в глазах друг друга.

— Все вставайте! Демон!

А-Юэ поспешно закричал.

Остальные рывком проснулись. Крепко сжимая оружие, они неотрывно смотрели за пределы храма. Холодный пот каплями катился по их лбам, ноги перестали слушаться и дрожали.

Рык исчез, зато вместо него послышалось тяжёлое дыхание. По одному звуку легко было представить, насколько огромен его владелец.

В дождю показалась тёмная фигура, становясь всё больше. У всех сердца висели на волоске, их трясло.

Гигантская голова тигра прошла сквозь дождь и протянулась к храму Горного бога. Ци У мог даже сосчитать отдельные волоски на тигриной голове.

Тигр-демон вошёл в храм, и одежда у всех промокла уже не от дождя, а от пота. Это же четырёхметровый тигр! Оттолкнувшись задними лапами, тигр-демон мог стоять прямо.

— Старый Сунь, что нам делать? — тихо спросил Ци У. С деревянными палками в руках мы точно не справимся с этим тигром-демоном.

К удивлению всех, старый охотник подошёл к тигру-демону и поклонился.

— Господин Тигр, прошу, наслаждайтесь трапезой.

— Мм, хорошо сработал, — сказал тигр-демон. Было непонятно, на какой стадии культивации он находится.

Глаза Ци У расширились от ярости; он хотел разорвать старого охотника на куски. Девушка в голубовато-зелёном не была призраком-пособником тигра.

Им всё это время был старый охотник рядом с нами!

Тигр-демон улыбнулся почти по-человечески и насмешливо сказал:

— Изначально я не хотел вас есть. Вас слишком много. Если все умрёте, это привлечёт внимание внешнего мира. Но вы не оставили мне выбора. Подумать только, вы хотели донести на меня Пяти великим бессмертным сектам. Тогда я не могу оставить вас в живых!

Тигр-демон прижал старого охотника лапой.

— А ты! Всё никак не можешь перестать болтать, обязательно надо было рассказывать какие-то истории. Теперь мне ещё самому приходится приходить и убирать твой бардак. Хочешь, чтобы я убил тебя ещё раз?

Старый охотник взмолился о прощении и клялся, что больше так не будет.

Тигр-демон фыркнул.

— То, что ты увёл ту культиваторшу, считается заслугой. Заслуги и проступки взаимно погашаются, на этот раз я тебя не накажу.

Тигр-демон не имел привычки играть с добычей. Он нагнулся, оценивая Ци У, и издал звук, словно у него в горле застряла мокрота.

— Ты здесь самый умный. Если готов служить мне, я могу превратить тебя в призрака-пособника тигра: ты не будешь ни живым, ни мёртвым.

К этому моменту Ци У уже перестал бояться. Он указал на старого охотника и усмехнулся:

— Если мне придётся, как ему, вредить людям, я лучше умру! Тьфу!

— Не знаешь, что для тебя хорошо! Я дал тебе лёгкий путь, а ты выбрал трудный!

Никогда ещё его так не оскорбляли, и тигр-демон пришёл в ярость. Звуковые волны разошлись в стороны, крыша храма завибрировала, будто вот-вот рухнет.

Тигр-демон отказался уговаривать их сдаться. Он раскрыл огромную окровавленную пасть и бросился на людей. Ци У закрыл глаза, ожидая смерти.

И в этот миг между тигром-демоном и Ци У появился меч благородного мужа. Лучи меча ослепительно засияли, словно солнце на рассвете, и рассекли морду тигра-демона.

— Кто это?! — в ярости взревел тигр-демон.

— Твой дедушка Горный бог!

Ци У с недоверием смотрел на разворачивающуюся перед ним сцену. Глиняная статуя Горного бога ожила! И держит меч, чтобы рубить демонов!

— Горный бог ответил на наши молитвы, — ошеломлённо сказал А-Юэ.

Ци У отреагировал быстрее всех:

— Нет, не так. Кто-то прятался в статуе Горного бога!

Он попал в точку. Во время боя с тигром-демоном куски глины осыпались с «Горного бога», открывая настоящий облик человека.

Это был не кто иной, как Лу Ян.

— Собачий сын! Я ждал тебя целых пять дней! Не зря притворялся статуей. Попробуй мой меч!

Лу Ян злобно крикнул и нанёс удар ногой.

Такой сообразительный человек, как я, просто не может сидеть на месте. Чтобы тигр-демон меня не обнаружил, пришлось спрятаться внутри статуи и пять дней не двигаться ни на цунь. Это было по-настоящему невыносимо.

Прежде чем остальные успели до конца понять, что происходит, две другие статуи — гражданского и военного горных богов — тоже ожили.

— Лу Ян, мы тебе поможем!

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу вырвались из глины и продемонстрировали собственные умения, уничтожая тигра-демона.

---

Пять дней назад в храм Горного бога прибыли трое незваных гостей. Приняв Пилюли воздержания от пищи, они выдолбили статуи горных богов и спрятались внутри. Поскольку статуи были намного больше обычного человека, сидеть внутри оказалось несложно.

— Ты уверен, что этот способ сработает? — Мэн Цзинчжоу и Ман Гу сомнительно посмотрели на Лу Яна.

— По сведениям брата Ман Гу, мы можем только играть в ожидание и ждать, когда тигр-демон придёт на трапезу… Сначала залезем внутрь.

Ман Гу задумался. Вот что в книгах называют «благородный муж прячет оружие при себе», ожидая лишь идеального момента для удара?

— Верно, верно, должно быть, именно это и имеется в виду. Как говорится, мало прочитать десять тысяч книг — нужно ещё пройти десять тысяч ли.

Ман Гу обрадовался. Когда он впервые наткнулся на эту фразу, не смог понять её смысл. Но стоило ему выйти на первое поручение с Лу Яном и Мэн Цзинчжоу, как он уже обрёл такие прозрения.

Шифу прав. Если я хочу хорошо учиться, сначала надо найти хороший пример для учёбы!

Выбрав себе статуи богов, трое вошли внутрь и сохранили те же позы, оставив снаружи только глаза.

— Эй, эй, слышите меня? — Лу Ян использовал Технику божественной мысли как телепатию.

Технику божественной мысли они втроём только что освоили по дороге. На близком расстоянии она не требовала духовной силы: достаточно было мысленной силы для общения. Училась она легко и применялась после небольшой практики с мысленной силой.

— Слышим, — ответили Мэн Цзинчжоу и Ман Гу.

— С повозкой всё хорошо? — Мэн Цзинчжоу беспокоился о повозке и старом коне.

Чтобы тигр-демон их не обнаружил, они поручили повозку постоялому двору в округе Яньцзян.

— У нас слишком мало сведений о тигре-демоне, но сейчас можно быть уверенными вот в чём: его культивация между начальной Закладкой фундамента и начальным Золотым ядром. Он хитёр и боится привлечь неприятности, вредя культиваторам, поэтому ест только смертных. Если культиваторы ищут его в горах, он прячется там, где никто не найдёт.

— Иначе говоря, он по возможности будет избегать прямого столкновения с культиваторами.

То, что тигр-демон так долго обитал на Сосновой горе и не был обнаружен культиваторами, имело причину: ключ был в избегании конфликтов.

— Поэтому нам нужно спрятаться заранее. Когда тигр-демон позже придёт, мы уничтожим его одним ударом!

— Тигры-демоны очень чувствительны к духовной энергии, поэтому пока ждём, нельзя использовать духовную энергию.

Именно поэтому они решили активировать Технику божественной мысли.

Пять дней спустя.

— Брат, после стольких дней ожидания наконец-то кто-то пришёл.

— Похоже на странствующих торговцев?

— Постой, почему там старый охотник? Разве не говорили, что из-за тигра-демона все охотники покинули Сосновую гору?

Призрак-пособник тигра!

Трое мысленно обменялись словами и мгновенно пришли к одному выводу. Это был не старый охотник-проводник — это призрак-пособник, ведущий жертв на смерть.

Сначала они ещё сомневались в деле с тигром-демоном, но теперь, увидев призрака-пособника тигра, убедились: в горе действительно есть тигр-демон.

— Вы слышали, что сказал старый охотник? Он и ещё несколько охотников жили вместе, именно там его нашёл глава торговцев. Похоже, он не врал. Возможно, те охотники тоже призраки-пособники тигра. Они притворяются обычными людьми и вместе обманывают прохожих, чтобы выглядеть убедительнее и не дать заподозрить, что они призраки-пособники! Может, уберём его сейчас? — Мэн Цзинчжоу рвался в бой.

Лу Ян удержал его.

— Не вспугивай их. Разве ты не слышал, как этот Ци У говорил, что попросит помощи у Пяти великих бессмертных сект? С осторожным характером тигра-демона он точно придёт устранить их. Подождём спокойно. Как только тигр-демон появится, я атакую. Вы двое прикроете меня и дадите торговцам эвакуироваться.

— Понял.

— Хм, вы слышите шаги за храмом? Наверное, это не тигр-демон.

Услышав, что Ци У и старый охотник хотят прогнать девушку в голубовато-зелёном, Ман Гу не удержался и пробормотал:

— Они правда глупые. Пока эта культиваторша здесь, тигр-демон не придёт их убивать, потому что боится, что его существование раскроется. Если он убьёт культиваторшу, её секта может явиться мстить; если не убьёт, культиваторша приведёт товарищей по секте. В любом случае тупик. Единственное решение — отвести культиваторшу в сторону.

— Смотрите, я угадал. Призрак-пособник тигра отвёл её.

Лу Ян был спокойнее.

— Но если посмотреть с другой стороны, пока культиваторша здесь, тигр-демон не появится. Сколько ещё нам тогда ждать?

Мэн Цзинчжоу тихо воскликнул:

— Вы заметили нефритовую табличку у девушки на поясе?

— С табличкой что-то не так? — Лу Ян и Ман Гу знали, что нефритовые таблички часто обозначают личность владельца, но подробностей не понимали.

— Она из Бессмертного дворца Лунного лавра.

Бессмертный дворец Лунного лавра.

Одна из Пяти великих бессмертных сект.

Между Центральным континентом и Крайним Севером тянулась непрерывная цепь снежных гор. Снег там шёл круглый год, и эти горы считались самыми высокими вершинами Центрального континента, ближайшими к луне.

Над снежными горами стоял живописный бессмертный дворец — Бессмертный дворец Лунного лавра.

— Вероятно, она на стадии Закладки фундамента. Когда позже будем драться с тигром-демоном, постараемся шуметь как можно сильнее, чтобы она заметила. Посмотрим, согласится ли помочь.

Они могли сделать вывод, что она не на стадии Золотого ядра: культиваторы такого уровня увидели бы маскировку старого охотника, а не дали бы себя так легко обмануть и увести.

Ещё некоторое время трое смотрели, как Ци У и остальные спят без задних ног.

Ман Гу цитировал изречения мудрецов и силой воли прогонял сонливость.

— Один мудрец сказал: «Каждый день я трижды размышляю о себе…»¹ Ты устал? Я не устал? Ты устал? Я не устал? Ты устал? Я не устал…

— Перестань читать! От тебя меня самого клонит в сон, — Мэн Цзинчжоу велел Ман Гу читать про себя и не смог сдержать зевок.

— Но я сейчас и читаю про себя, — ответил Ман Гу Техникой божественной мысли.

— Прислушайтесь! — Лу Ян не обращал внимания на их глупый разговор. Он всё это время заставлял себя сосредоточиться и постоянно следил за любым движением снаружи.

— Что-то наступает на сухую траву… тигр-демон пришёл!

После напоминания Лу Яна Мэн Цзинчжоу и Ман Гу перестали препираться и приготовились к бою.

— Достаточно мы ждали эту тварь!

Лу Ян больше не подавлял колебания своей ауры. Его тело дрогнуло, и он разбил статую Горного бога. В руке у него был меч Цинфэн; сияние меча осветило весь храм.

### Примечание

1. Изречение Цзэн-цзы, ученика Конфуция.

С одной рукой на мече Лу Ян другой схватил Ци У за шею и отбросил назад.

— Беги! Сзади есть дверь!

В мгновение ока Ци У уже отлетел на три-четыре метра. Он едва не врезался в землю, но снизу возникла невидимая сила, подхватила его и мягко поставила на пол.

— Спасибо за спасение, бессмертные мастера!

Поблагодарив, он тут же без колебаний убежал наружу вместе с А-Юэ и остальными.

Хотя они не знали уровня культивации Лу Яна и тигра-демона, им было достаточно понять одно: когда культиваторы сражаются, окружающие неизбежно страдают, каким бы ни был исход. Для смертных даже миг зрительства имел высокую цену — либо лежать в постели всю жизнь, либо лежать под землёй.

Шерсть тигра-демона встала дыбом, а знак «王» на его лбу слабо засиял. Решив разорвать Лу Яна на куски, он стал атаковать ещё яростнее.

— Я помогу!

Голоса донеслись из двух других статуй Горного бога. Один человек держал книгу и выглядел утончённым учёным, а другой сиял с головы до ног, словно просветлённый монах, выковавший тело из чистого золота.

Ман Гу поднял книгу, но она показалась ему слишком лёгкой. Он убрал её и достал из-за пазухи два экземпляра Словаря Великой Ся.

— Вот теперь в самый раз.

С детства Ман Гу учили, что Варварское племя — раса воинов. Оружие может принимать любую форму, всё может стать оружием: надо пользоваться тем, что ложится в руку.

Сейчас лучше всего в руку ложились книги.

— Знание — сила!

С двумя словарями в руках он обрушил их на голову тигра-демона, будто держал два кирпича. Даже тигр-демон ошеломлённо застыл: такого оружия он ещё не видел.

Мэн Цзинчжоу оружие не требовалось: его тело и было сильнейшим оружием. Превратившись в золотую фигуру, он бросился на тигра-демона. Призрак-пособник тигра, стоявший за демоном, издал душераздирающий вопль, а его тело зашипело, испуская дым.

Духовный корень чистого ян имел исключительный эффект против призраков и нечисти.

Призрак-пособник перепугался до смерти, перестал слушаться приказов тигра-демона, бросился из храма и исчез в дожде.

Тигр-демон ещё никогда не был так взбешён.

Он не хотел вступать в конфликты с культиваторами, но это не означало, что он их боялся. Эти сопляки не знают своего места. Я легко разорву их на куски и сбегу в другое место. Посмотрим, кто тогда меня найдёт.

Хотя жаль будет оставлять Сосновую гору. Место благоприятное, с хорошим фэншуй.

С этой мыслью тигр перестал сдерживаться. Его хвост со свистом хлестнул в сторону Лу Яна. Продолжи Лу Ян атаку — его ждали бы тяжёлые раны. Быстро приняв решение, он убрал меч и отступил. Хвост ударил по земле, и весь храм содрогнулся.

Лица троих стали серьёзными.

— У него уже появился фантом Золотого ядра!

Когда культиватор формирует золотое ядро, оно обычно сначала проявляется как тень. Лишь после того, как золотое ядро уплотняется, культиватор официально вступает в стадию Золотого ядра.

Тигр-демон перед ними явно находился в процессе формирования Золотого ядра, и сила его была значительной.

— Я могущественное существо на Полушаге к Золотому ядру, а какие-то сопляки Закладки фундамента смеют ранить меня!

— Полушаг к Золотому ядру? — Лу Ян посмотрел на Мэн Цзинчжоу. Старшая сестра мне о таком не говорила.

Обычный Мэн Цзинчжоу объяснил:

— Это когда человек ещё не сформировал Золотое ядро, но считает себя слишком потрясающим, чтобы его ставили в один ряд с другими на Закладке фундамента. Он силой подпихивает себя к Золотому ядру, но настоящие Золотые ядра на него даже толком не смотрят, так что он довольно жалок.

Добрый Ман Гу добавил:

— Брату Лу нормально этого не знать. Старшие ученики нашей секты презирают это понятие. Зачем нужен переходный этап для уплотнения? Только простолюдины так делают. Все старшие ученики сразу формируют золотое ядро.

Честный Лу Ян с жалостью посмотрел на тигра-демона.

— Действительно жалко.

Тигр-демон всё больше злился, глаза налились кровью. Стадию культивации, которой я так горжусь, эти трое унизили до ничего. И самое ужасное — они правда так думают!

Могли бы хотя бы притвориться!

Тигр-демон выпустил давящее давление, первым делом пытаясь подавить троих.

Неожиданно это на них совсем не подействовало. Лу Ян и Мэн Цзинчжоу даже усмехнулись:

— Мы уже испытывали давление великого демона стадии Зарождающейся души с кровью Древнего дракона. Как ты можешь на нас подействовать?

О Ман Гу и говорить было нечего. В его жилах текла кровь Древнего варварского племени, и никакого давления он не боялся. В древности Древнее варварское племя было необузданным именно потому, что не боялось ничего.

Главное слово — «варварское».

Тигр-демон перестал подражать человеческой стойке. Он опустил передние лапы, прижался так низко, что челюсть почти коснулась земли, и пристально уставился на троих.

Бум!

Оттолкнувшись задними лапами, тигр-демон вылетел к ним, как пушечное ядро. Лу Ян поставил меч Цинфэн перед грудью и едва отбил острые когти. Только развернувшись и отступив, он сумел погасить силу атаки.

Это отличалось от столкновения с призраком Расписной Кожи. Сила того была в хитрости, а не в нападении. Стоило раскрыть его личность — победа была близка. Но тигр-демон был другим.

Раса демонов славилась физической мощью и живучими телами, не говоря уже о том, что культивация тигра-демона почти на одну большую стадию превосходила их троих. Уже то, что Лу Ян остался невредим после удара, было непросто.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу зашли с флангов. Но в крови тигра-демона вспыхнули рунические знаки, превратились в порыв ветра, пронеслись над ними и нанесли мощный удар.

Облака следуют за драконами, ветры следуют за тиграми. Врождённая способность управлять ветровыми техниками исходила из его крови.

В воздухе Мэн Цзинчжоу не нашёл опоры и лоб в лоб встретил тигриную лапу. Ман Гу прикрыл грудь словарями, и половина их была изорвана когтями.

Лу Ян воспользовался моментом, выхватил меч и упорно нанёс выпад. Меч был словно молния и в мгновение ока достиг тигра-демона. Но сколько бы Лу Ян ни колол, кожа демона была слишком толстой, чтобы пробить её.

Тигр-демон уже хотел расхохотаться и высмеять Лу Яна за самонадеянность, ведь тот даже его защиту пробить не мог, как вдруг изнутри тела демона вырвалось несколько потоков мечной ци. Кровь хлынула наружу.

Они прорвались именно в тех местах, куда колол Лу Ян: скрытая мечная ци! Лу Яну даже не нужно было пробивать врага насквозь. Достаточно было ввести мечную ци в тело противника. Вот в чём демоны уступали культиваторам телесного пути: их прочность была только снаружи, внутренние органы и сосуды оставались крайне хрупкими.

Тигр-демон отступил, не желая напрямую сталкиваться с мечом Лу Яна. Но Лу Ян не дал ему передышки. Когда демон уклонился от меча в правой руке, левая рука Лу Яна внезапно вытащила южтяо и хлопнула им прямо по голове тигра-демона.

Изначально тигр-демон мог увернуться, но, увидев, что противник достал всего лишь южтяо, ослабил бдительность и мысленно высмеял Лу Яна: мол, ребёнок в отчаянии хватает любую игрушку.

А потом его оглушило.

Что это вообще за южтяо?!

За несколько секунд, пока тигр-демон пребывал в ступоре, Мэн Цзинчжоу превратился в гору и врезался ему в поясницу. Тигр-демон казался хитрым и опытным, но был полон слабых мест. Глубоко веря в принцип избегать драк, он при любой возможности бежал бы. С тех пор как начал культивировать, он почти ни с кем не обменивался ударами.

От удара тигр-демон пошатнулся назад, а Ман Гу ударил по его глазам. Демон поспешно отвернул голову и получил в щёку. Даже кусок кожи слетел.

Тигр-демон инстинктивно хлестнул хвостом по Ман Гу. Тот, следуя движению, наступил на хвост и почти не пострадал. Лу Ян мгновенно несколько раз ударил мечом и даже добавил пару ударов южтяо, заставляя тигра-демона отступать.

В этом обмене трое неожиданно получили преимущество. Тигр-демон понял: хотя его противники молоды и культивация у них низкая, потенциал они демонстрируют страшный. Значит, за ними стоит мощная опора. Тигр-демон начал думать об отступлении.

Но трое не собирались дать ему сбежать. Если отпустить тигра обратно в горы¹, кто знает, сколько ещё людей станут его жертвами?

— Не перегибайте с издевательством! — яростно взревел тигр-демон.

Трое увидели, что он готов биться насмерть, и втайне насторожились.

Глаза тигра-демона расширились. Запустив запасной план, он зарычал так, что снаружи тоже услышали:

— Жёнушка, меня хотят убить!

### Примечание

1. Здесь выражение можно понимать и буквально, и как идиому «отпустить тигра обратно в горы».

Прежде чем трое успели отреагировать, сквозь дождь донёсся звук валящихся деревьев, будто что-то неслось к ним через ливень.

Бум!

Огромное существо даже не сбавило ход: оно напрямую снесло одну из стен храма Горного бога, и храм оказался на грани обрушения.

Перед тигром-демоном встала пёстрая тигрица, на размер меньше него. Хотя она была меньше, выглядела ещё свирепее.

На этой горе было два тигра: самец и самка.

Этого никто не ожидал. Сведений о демонических зверях Сосновой горы было слишком мало. Раньше даже не было уверенности, что здесь прячется демон, не говоря уже о двух.

— Жёнушка, сразимся с ними вместе, — предложил тигр-демон самец. Способности тигрицы были лишь немного слабее, её культивация находилась на продвинутой стадии Закладки фундамента. Вдвоём они были уверены, что победят троих людей.

— Бесполезный, — тихо выругалась тигрица, заставив самца смутиться.

Два демона атаковали одновременно, и трое сразу почувствовали куда большее давление.

Самец взревел:

— Атакуй того с мечом. Он самый трудный.

Мэн Цзинчжоу возмутился и бросился вперёд, усиливая своё присутствие.

— Что ты имеешь в виду? Говоришь, он сильнее меня?

— Я сперва думал, что ты хотя бы умеешь нормально судить, но не ожидал, что ты не только подкаблучник, но ещё и силу врагов различить не можешь. Ты настоящий позор всех демонов. С таким уровнем ты ещё посмел назвать себя царём горы? Посмотри на моё золотое тело. Оно твёрдое до самой сердцевины, защита непобедима среди культиваторов того же уровня. Не говори мне, что ты сможешь пробить…

Тигр-демон немного помолчал.

— Атакуй того, кто светится золотым. Он самый болтливый.

Два демона ударили вместе и отправили Мэн Цзинчжоу прямо в стену, где тот распластался всеми конечностями.

Тигры-демоны нахмурились: когда они ударили противника, ощущение было странным.

На груди Мэн Цзинчжоу был расколотый шаобин. Если собрать куски вместе, оказалось бы, что четверти не хватает — ту часть Мэн Цзинчжоу съел.

Честно говоря, вкус неплохой.

Как раз когда Мэн Цзинчжоу собирался ответить, в храм ворвалась изящная голубовато-зелёная фигура. Она сжала старого охотника за шею и быстро прочла Реквием перерождения, отчего старый охотник, на чьих руках была кровь бесчисленных людей, погиб.

Это была та самая девушка, которая раньше хотела укрыться от дождя.

Девушка в голубовато-зелёном увидела столкнувшиеся стороны и слегка удивилась, заметив Мэн Цзинчжоу, всё ещё вмурованного в стену.

Услышав шум, она поспешила проверить, что происходит, и как раз наткнулась на то, как старый охотник показал истинное лицо. Она, не думая, схватила его и прибежала сюда, не ожидая, что здесь так оживлённо.

Призрак-пособник тигра — соучастник злодеяний тигра-демона, именно как в идиоме: быть пособником тигра.¹

Увидев тигра-демона и призрака-пособника, она легко поняла, что произошло.

— Лу Ян из Секты Ищущих Дао, — быстро представился Лу Ян.

— Лань Тин из Бессмертного дворца Лунного лавра, — девушка в зелёном назвала своё имя после обмена взглядами с Лу Яном. Она поправила стойку, готовясь к бою.

Как члены Пяти великих бессмертных сект, мы должны помогать друг другу.

Лань Тин сложила ручную печать, и белые шёлковые ленты обвили её руки, плывя за спиной. Её движения были изящны, как танец феи в лунном дворце, — зрелище завораживало.

— Красиво, но пусто! — тигрица презирала техники Лань Тин и бросилась прямо вперёд. Разорву эту лицемерную человечку на куски.

Лань Тин не ответила. Легко коснувшись земли носками, она соединила два пальца и указала на тигрицу. Белые шёлковые ленты стянулись в меч и устремились прямо к её лбу.

Получив тяжёлый удар в самом начале, тигрица осталась невозмутимой и даже насмешливо сказала:

— Всего лишь начальная Закладка фундамента.

Тем не менее тигрица не смела быть беспечной. В бою с культиваторами крупных сект один неверный шаг мог привести к смерти.

Хотя Лань Тин не могла победить тигрицу, она могла её сдерживать и тянуть время.

Тем временем трое из Секты Ищущих Дао снова погрузились в бой с самцом.

Мечевые техники Лу Яна были крайне коварны, защищаться от них было трудно.

Одновременно Ман Гу вытащил Мэн Цзинчжоу из стены и стал использовать его как удобное оружие, снова и снова оттесняя тигра-демона.

Что до Мэн Цзинчжоу… как оружие, он особых мыслей не имел.

Знак «王» на лбу тигра-демона засиял ярче, и кровь свирепого зверя Цюнци² внутри него была пробуждена. Острые клыки и когти удлинились, аура стала ещё более дикой.

— Что это за удача такая? Подумать только, у него есть кровь Цюнци, — Лу Ян не знал, что сказать. Почему у этого демона столько козырей спрятано в шерсти?!

Это нам так не везёт, или все демоны настолько способные?

Лу Ян невольно вспомнил слова Юнь Чжи о скором приходе Великой эпохи. Когда она настанет, всевозможные демоны и чудовища выйдут на свет и будут бороться за власть над Центральным континентом.

Хотя силы тигра-демона явно недостаточно, чтобы участвовать в борьбе Великой эпохи, его появление, вероятно, было малым признаком её приближения.

Пробудив кровь Цюнци, тигр-демон полностью потерял разум и сражался на чистом инстинкте. Глаза налились кровью, он обезумел, но его боевые приёмы, напротив, стали заметно лучше.

Кровь Варварского племени в Ман Гу, похоже, тоже была стимулирована и начала пробуждаться. Он размахивал своим оружием — Мэн Цзинчжоу — с ещё большей силой.

— Нельзя затягивать, — пробормотал Лу Ян. А вдруг у этого тигра-демона есть ещё козырь? Нужно закончить как можно скорее.

Перевернув ладонь, Лу Ян достал золотую пилюлю. Это была пилюля, которую он обменял в Главном зале поручений после задания с призраком Расписной Кожи, — Пилюля силы десяти буйволов.

Приняв её, можно получить силу десяти буйволов.

Хотя люди с Пика Котла Пилюль варили и яды, и пилюли и были довольно ненадёжны, сила их лекарственных пилюль никогда не подводила.

Эта пилюля точно занимает первое место среди взрывных пилюль!

С моей культивацией мечевого культиватора и силой десяти буйволов, не говоря уже о тигре с каплей крови Цюнци, я даже с чистокровным Цюнци посмею сразиться!

Пока Ман Гу и Мэн Цзинчжоу вместе сдерживали самца, Лу Ян без колебаний проглотил пилюлю.

Жарко! Жжёт!

Проглотить пилюлю было всё равно что проглотить огненный шар, который обжигал желудок.

Лу Ян закрыл глаза, чувствуя жар в даньтяне. Сила непрерывно вырывалась изнутри и образовывала линии на коже.

Ман Гу заметил перемену в Лу Яне. Сейчас тот был покрыт красными линиями, почти совпадающими с обликом воинов Варварского племени, которые в прочитанных Ман Гу книгах не боялись даже небес.

— Такая мощь! — даже такой прямолинейный человек, как Ман Гу, почувствовал силу, хлынувшую из Лу Яна.

Эта сила точно была непобедима среди культиваторов Закладки фундамента. Самец хотел остановить превращение Лу Яна, но Ман Гу и Мэн Цзинчжоу не дали ему это сделать.

Лу Ян открыл глаза, и в них промелькнуло недоумение. Сила действительно хлынула наружу, но, кажется, большая её часть оказалась снаружи, а внутри тела почти ничего не осталось.

Красные линии протянулись от Лу Яна к земле и образовали странный круговой узор. С земли повалил густой дым, заслоняя обзор. Но дым быстро рассеялся, открыв перед всеми десять водяных буйволов.

И все десять водяных буйволов внушительно находились на стадии Закладки фундамента.

Над головой Лу Яна появился вопросительный знак.

Ещё один вопросительный знак появился над головой тигра-демона.

Все остолбенели от внезапного поворота.

— Да к чёрту твою Пилюлю силы десяти буйволов! Это не пилюля для усиления собственной силы, а пилюля с призывной формацией внутри!

Десять водяных буйволов, казалось, понимали, зачем Лу Ян их призвал. Они заскребли копытами по земле, фыркнули красными глазами и бездумно понеслись на тигров-демонов.

### Примечания

1. В оригинале используется настоящая китайская идиома, а игра строится вокруг слова «пособник» в выражении «призрак-пособник тигра».

2. Цюнци — один из Четырёх свирепых зверей китайской мифологии.

~Пик Котла Пилюль~

— Самое важное для нас, мастеров пилюль, — научиться мыслить нестандартно. Пилюли не обязательно должны усиливать того, кто их проглотил. Один пример — моя версия Пилюли силы десяти буйволов, — уверенно говорил У Мин в учебном зале Пика Котла Пилюль, давая сложную, но доступную лекцию о принципах варки пилюль.

Ученики за партами бешено записывали, думая: Во внешнем мире такие драгоценные принципы варки пилюль услышать трудно. Мастера пилюль во внешнем мире чрезвычайно ценили передачу наследия. Как говорится, «хорошо обучишь ученика — шифу будет голодать». Поэтому постичь принципы варки пилюль снаружи было делом полным трудностей.

С Пиком Котла Пилюль всё было иначе. Они были готовы передать все знания и учили младших учеников собственным идеям, не заботясь ни о чём другом.

Мастера пилюль во внешнем мире придерживались традиции и считали, что пути предков нельзя менять. Поэтому внешнему миру было трудно понять принципы варки пилюль на Пике Котла Пилюль.

Видя, как младшие ученики слушают урок с полным вниманием, У Мин внутренне радовался.

Новый набор Секты Ищущих Дао состоял не только из Лу Яна, Мэн Цзинчжоу, Ман Гу, Тао Яоя и Ли Хаожаня. Просто их таланты были слишком заметными, и они оказались в центре внимания секты, отчего остальных новобранцев подсознательно упускали из виду.

Помимо этих пятерых, было немало учеников с двойным духовным корнем, тройным духовным корнем или уникальными умениями. В будущем они станут костяком Секты Ищущих Дао.

На занятии присутствовали ученики, выбравшие Пик Котла Пилюль. Они учились уже больше года, но всё ещё лишь нащупывали путь варки пилюль.

— Многие культиваторы имеют привычку в разгар боя принимать пилюли, чтобы высвободить силу, в несколько раз превосходящую собственную. Внезапный всплеск мощи может застать противника врасплох и принести победу.

— Победа сама по себе хороша, но такой метод заставляет усиленную силу хлынуть по меридианам. А меридианы имеют ограниченную ширину, и внезапный поток через них может нанести серьёзный вред; в тяжёлых случаях он даже может повредить культивации.

— Как мастера пилюль, мы отвечаем за лечение болезней и спасение жизней, поэтому должны изо всех сил предотвращать подобные ситуации. Ради этого я усердно исследовал вопрос и посетил хорошего друга, специализирующегося на призывных формациях. В конце концов я изобрёл эту версию Пилюли силы десяти буйволов.

— В пилюле содержится миниатюрная призывная формация. После того как человек её проглотит, она использует его тело как посредник и призовёт десять водяных буйволов, чтобы помочь в бою.

Милая младшая сестра, внимательно слушавшая лекцию, спросила:

— Старший брат У, откуда приходят водяные буйволы?

У Мин улыбнулся:

— Их призывают с духовных полей.

Еду для обеденных залов и ресторанов в основном выращивали на собственных духовных полях Секты Ищущих Дао. Чтобы получить такие качественные продукты, к почве, удобрениям и способам обработки предъявлялись строгие требования.

Синеглазые водяные буйволы усердно вспахивали духовные поля. Это была невероятно сильная раса, среди них были существа от Тренировки ци до Зарождающейся души. Имелся даже старый царь буйволов на стадии Божественного преображения — по-настоящему страшная сила.

Когда Третий старейшина был молод, он однажды увлёкся порывом и оттолкнул буйволов с духовных полей, сам вспахав поле за ночь. Это были именно буйволы расы Синеглазых водяных буйволов.

Синеглазые водяные буйволы любили бодаться друг с другом, поэтому У Мин связался с ними и спросил, готовы ли они быть призванными во время боя. Они охотно согласились.

— Как мастера пилюль, вы должны, как я, ставить себя на место тех, кто принимает пилюли. Думайте, зачем им нужна пилюля, есть ли побочные эффекты и можно ли найти лучшее решение.

У Мин написал статью о результатах варки Пилюли силы десяти буйволов и отправил черновик в ведущий журнал Огонь пилюль. Ответственный был ошеломлён его нестандартными идеями и переслал статью в ведущий журнал в области призыва.

И её успешно опубликовали.

У Мин понимал, насколько его идеи опередили время, и что культиваторам нужно дать время привыкнуть, поэтому поставил очень низкую цену на Пилюлю силы десяти буйволов для Закладки фундамента — всего сто очков вклада.

Для сравнения: даже южтяо в обеденном зале стоило сто пятьдесят очков.

У Мин также продумал описание. В списке обмена он указал эффект пилюли: приём дарует силу десяти буйволов.

---

Лу Ян погрузился в глубокие размышления.

Если сказать, что пилюля фальшивая, она ведь действительно даёт принявшему силу десяти буйволов. Описание и эффект полностью совпадают.

Но если сказать, что пилюля настоящая, что-то всё равно не так.

Что именно пошло не так?

Не могу понять.

Десять буйволов Закладки фундамента были сильными и крепкими. Стройно и мощно они понеслись на тигра-демона.

Перед этими свирепыми буйволами, будь тигр-демон хоть на стадии Золотого ядра, он всё равно не осмелился бы принять удар стада. Как бы ни выросла его сила, с демонами-буйволами ему было не сравниться.

Лу Ян снова невольно вспомнил поговорку. Хотя Пик Котла Пилюль ненадёжен, сила их пилюль никогда не подводила. Десять призванных буйволов точно победят тигра-демона.

Ман Гу и Мэн Цзинчжоу подсознательно расслабились.

Исход уже был решён; тигр-демон не мог переломить ситуацию.

С широко раскрытыми глазами и вздыбленной шерстью тигр-демон, похоже, тоже понял, что не победит десять водяных буйволов.

Раз так, заберу кого-нибудь с собой!

В этот момент в воздухе прогремел громкий треск. Храм Горного бога рухнул. Он и так был на грани обрушения, а стадо из десяти буйволов снесло его одним ударом.

На время дым и ливень смешались, закрыв обзор.

Тигр-демон воспользовался этим шансом: высоко подпрыгнул, уклонился от атаки буйволов и молнией бросился прямо к Лу Яну.

Этот человек должен умереть!

Водяные буйволы были тяжеловесны и не сильны в прыжках, они не успели среагировать.

Ман Гу и Мэн Цзинчжоу в ужасе вскрикнули. Они ослабили бдительность и не успевали спасти Лу Яна.

Все, кроме Лу Яна, запаниковали. Он оставался спокоен, потому что давно предположил, что тигр-демон будет биться насмерть и попытается забрать его с собой.

Ведь загнанный зверь опаснее всего!

Лу Ян не уклонился. Вместо этого он применил технику «До цуня», уменьшив себя и меч.

Тигр-демон промахнулся, а Лу Ян появился прямо под ним. Он вернулся к обычному размеру, и голубовато-зелёная духовная энергия в мече сосредоточилась на острие.

— Разрушь!

Лу Ян высвободил Мантру разрушающего слова. Острый меч Цинфэн стал неудержим, прорезал густую шерсть тигра-демона и с влажным звуком вошёл ему в живот. Острие, покрытое кровью, вышло с другой стороны.

Эту мечевую технику он выучил на Пике Небесных Врат. Среди всех мечевых техник она обладала самой сильной атакой. Один удар истощил половину его духовной энергии, поэтому применять её следовало осторожно.

Во время предыдущего боя Лу Ян уже определил слабое место тигра-демона: самая слабая защита была только в центре живота.

Высвобожденная лазурная мечная ци, тонкая, как шерсть буйвола, расцвела внутри тела тигра-демона, словно бесчисленные длинные иглы, пронзающие его изнутри. В теле демона раздались трескучие звуки, похожие на фейерверк, они прошли вдоль позвоночника и устремились к макушке.

Кровь потекла из семи отверстий тигра-демона, и он рухнул на землю.

Измученный и тяжело дышащий Лу Ян прислонился к стене и жестом велел Ман Гу и Мэн Цзинчжоу помочь Лань Тин добить оставшегося демона.

Увидев смерть мужа, тигрица стала ещё свирепее и решила биться до конца. Лань Тин едва сдерживала загнанного зверя.

Но до того как Ман Гу и Мэн Цзинчжоу успели вступить в новый бой, водяные буйволы развернулись и рванули на тигрицу. Та не успела увернуться и была затоптана в кровавое месиво.

Бой закончился.

У Лань Тин отвисла челюсть. Она вспомнила странные слухи, которые старшие сёстры рассказывали о Секте Ищущих Дао. Сначала она сомневалась, но теперь поверила в них на семь десятых.

Увидев, что бой окончен и поручение выполнено, десять водяных буйволов исчезли в воздухе, возвращаясь на духовные поля.

— Как ты? Стоять можешь? — с беспокойством спросил Ман Гу.

Он был по-настоящему впечатлён решающим голубым ударом меча Лу Яна. Хотя он и Мэн Цзинчжоу сыграли роль поддержки и ранили тигра-демона, Ман Гу подозревал, что даже без их помощи один только меч Лу Яна всё равно мог бы убить демона.

Лу Ян проглотил пакетик Порошка восстановления ци, и дыхание вскоре выровнялось, хотя скорость восстановления явно превосходила то, на что были способны несколько доз порошка.

— Надо было купить Пилюли восстановления ци. Этот Порошок восстановления ци такой сухой, — тихо проворчал Лу Ян. Активировав Мантру сгущения воды, он создал на кончиках пальцев маленький шарик воды, вытянул его в поток шириной в два пальца и направил в рот.

— Ты только что использовал «Размер по желанию»? — Мэн Цзинчжоу заметил, как Лу Ян внезапно стал маленьким, а затем снова большим. Эта техника очень напоминала «Размер по желанию», которую показывал один из его дядьёв.

Но, насколько он знал, выполнить эту технику чрезвычайно трудно, и порог входа высок. Нужно как минимум достичь стадии Золотого ядра, чтобы овладеть ею.

— Что-то примерно похожее. Я использовал заклинание «До цуня».

— «До цуня»? — голова Мэн Цзинчжоу заполнилась вопросительными знаками. Как член семьи Мэн, он слышал почти обо всех заклинаниях, но с таким был совершенно незнаком.

Может, это эксклюзивное заклинание, созданное старшей сестрой Юнь Чжи?

Тогда понятно.

— Приветствую, товарищи-даосы, я Лань Тин, — Лань Тин изящно подошла к ним.

— Мы все трое ученики Секты Ищущих Дао. Это Мэн Цзинчжоу, а это Ман Гу, — из-за срочности Лу Ян раньше успел представиться только сам.

— Рада знакомству, товарищ даос Мэн, товарищ даос Ман.

Было видно, что Лань Тин хорошо воспитана и вежлива со всеми. Даже столкнувшись с Ци У и остальными, она не стала выгонять их из храма только ради того, чтобы самой укрыться от дождя.

— Большое спасибо за помощь, товарищ даос Лань Тин. Когда два тигра-демона атаковали вместе, с ними было тяжело справиться, мы даже могли провалить поручение, — поблагодарил Лу Ян.

Это были слова из вежливости. На самом деле у троих всё ещё был козырь.

— Значит, это было ваше поручение, — Лань Тин не стала говорить больше.

Она тоже спустилась с горы выполнить тайное поручение. Но местность ей была незнакома. Днём она не покинула гору, а ночью попала под дождь. Ища место для ночлега, она наткнулась на всё это.

— Я немного разбираюсь в техниках талисманных рун. Шкуры этих двух тигров-демонов выглядят неплохо. Вы не против уступить их мне?

— Конечно, — улыбнулся Лу Ян. — Если вам нужно что-то ещё, товарищ даос Лань Тин, можете забрать.

Тигриные шкуры действительно стоили немалых денег, но всё равно не могли сравниться с помощью Лань Тин.

Лань Тин покачала головой и больше ничего не попросила.

Ман Гу вырос в дикой местности с родителями и был не чужд снятию шкур. Соединив два пальца, он сделал их острее мясницкого ножа и несколькими движениями снял обе тигриные шкуры целиком.

Приняв шкуры, Лань Тин попрощалась с троицей и исчезла в горном лесу. Старшие сёстры советовали ей до укрепления психики осторожнее сближаться с людьми из Секты Ищущих Дао, чтобы не попасть под их влияние.

— Цзинчжоу, тебе нужны тигриные кости и тигриный хлыст¹?

Мэн Цзинчжоу опешил.

— Что мне с ними делать?

Лу Ян хитро ухмыльнулся.

— Ян усилить, конечно.

— Катись!

С моим духовным корнем чистого ян мне ещё ян усиливать? Моё тело такое вообще выдержит?

— Позаботьтесь об этих двух тиграх-демонах. Это важное доказательство выполнения поручения.

Лу Ян достал нефритовую подвеску, провёл по ней большим пальцем, и тела демонов втянуло внутрь.

Нефритовая подвеска могла работать примерно как кольцо хранения.

— Идём. Когда тигрица прибежала, она наделала много шума и снесла несколько деревьев. Пойдём по следам в обратную сторону — должны найти их логово.

Раз тигр-демон много лет занимал Сосновую гору, у него точно было логово.

Ливень им не мешал: любая мантра защиты от дождя делала своё дело. Трое неторопливо пошли вдоль поваленных деревьев и разбитых валунов и вскоре нашли логово тигров-демонов.

Пещера была три метра высотой, внутри — полная темнота.

— У кого-нибудь есть факел? — спросил Ман Гу. Внутри ничего не видно. Кто знает, нет ли там ловушек?

В книгах он читал, что таинственные и зловещие пещеры идеально подходят для ловушек и механизмов. Случайно наступишь на кирпич — и стрелы из обеих стен превратят тебя в дикобраза. Ещё мог внезапно вырваться ядовитый газ и убить. А если нет, то катящиеся валуны раздавят насмерть.

— Кто будет ставить столько ловушек и механизмов у себя дома? Они что, боятся, что домой слишком удобно возвращаться? — Лу Ян не знал, как ещё ответить. Ему казалось, что мысли Ман Гу часто уходят в странные стороны.

Тем не менее факел был нужен ради атмосферы приключения. Только представьте: снаружи по пещере стучит дождь, а трое людей внутри с факелами находят сокровища. Уже от одной мысли атмосфера так волнует!

— Кто без причины носит с собой факел? — высмеял его Мэн Цзинчжоу. Зачем факелы, когда есть техники управления огнём?

— Мыслите нестандартно.

Лу Ян вытащил южтяо и поджёг искрой. Весь южтяо загорелся.

Похоже, факел из южтяо мог гореть довольно долго.

Лу Ян держал пылающий южтяо и не боялся обжечься. Он даже был доволен собой. Вещи из обеденного зала правда полезные. Их можно есть, ими можно драться, и даже как факел использовать.

Ман Гу прозрел. Так я и думал: следуя за братом Лу, можно узнать новое.

Лу Ян шёл впереди, высоко подняв факел-*южтяо*, Ман Гу и Мэн Цзинчжоу следовали за ним.

Никаких ловушек из воображения Ман Гу не оказалось.

Было лишь логово дикого зверя.

И редкие сокровища странствующих торговцев, классические тексты учёных, секретные руководства по боевым искусствам… Это не нужно было сдавать секте; всё считалось их боевыми трофеями.

— Драгоценности и антиквариат… — поскольку Мэн Цзинчжоу был самым сведущим, задачу определить происхождение вещей поручили ему.

— Чайные чашки столетней давности. Особой цены не имеют.

Для культиваторов сто лет — лишь миг. Любая случайная вещь у него дома могла быть старше ста лет. В мире культивации антиквариат почти ничего не стоил. Им дорожили только смертные.

— Ржавый металлический нож. Зачем тигры-демоны его держали? Зубы точить? — Мэн Цзинчжоу покачал головой.

Лу Ян подумал: Не недооценивай ржавый нож. Веришь или нет, один порез — и можно получить столбняк.

— Кулак звериных форм? Разве это не народное боевое искусство, подражающее животным?

Мэн Цзинчжоу пролистал несколько страниц, не заинтересовался и бросил книгу Лу Яну.

Тот немного заинтересовался и решил потренироваться, когда будет время.

— Слова мудрецов… — Мэн Цзинчжоу фыркнул. — Какой смысл двум зверям хранить эту книгу? Они всё равно остались зверями.

Слова мудрецов были вводной книгой для конфуцианских культиваторов и записывали искренние наставления мудрецов. Ман Гу знал содержание наизусть и глубоко понимал его. Он убрал книгу не потому, что она была особенно ценной, а из-за её особого статуса.

Нужно хранить её как следует, чтобы проявить уважение к мудрецам.

— Хм? Здесь письмо. Оно адресовано тиграм-демонам?

### Примечание

1. Тигриный хлыст, то есть тигриный пенис, в традиционных представлениях считается обладающим лечебными свойствами.

— Кто стал бы писать письмо тиграм-демонам? Разве они не прятались от культиваторов так, что никто не знал их местонахождения?

Трое не могли понять. С осторожностью тигров-демонов снаружи горы не должно было быть никого, кто знал бы об их существовании.

— Может, прочитаешь, что там написано?

Мэн Цзинчжоу прочистил горло и громко, с заразительной интонацией начал читать:

— Брат Тигр, давно не виделись. Как поживаешь? Ты осторожен, не желаешь показываться и нападаешь только на смертных, чтобы культиваторы праведного пути не узнали о твоём существовании. Твоя осторожность достойна восхищения, но так культивировать в конечном счёте слишком медленно. Великая эпоха близится, фракции начинают появляться и бороться за господство, разные стороны присматриваются к Центральному континенту. Разве ты не воспользовался этой возможностью, чтобы покинуть старый дом в Демоническом регионе, вырваться из линии Цюнци и проникнуть на Сосновую гору?

— Быть осторожным… не толкайтесь. Я уже читаю! — Лу Ян и Ман Гу прижали Мэн Цзинчжоу с двух сторон, чтобы самим видеть письмо.

— Ты слишком медленно читаешь.

— Буду быстрее. Вы двое отойдите.

Мэн Цзинчжоу оттолкнул их и продолжил:

— Быть осторожным само по себе, возможно, не большая проблема, но в этом восстанавливающемся мире нужно быть смелым, чтобы ухватить счастливые возможности. Сделай решительный шаг, очисти кровь и превратись в чистокровного Цюнци. Только тогда у тебя будет место в Великой эпохе.

— Позволь мне смело предложить тебе и твоей жене присоединиться ко мне в филиале Яньцзян. Мы будем охотиться на культиваторов как на добычу и вместе замышлять великие дела! В этом конверте лежит мой жетон. Можешь прийти в филиал Яньцзян, воспользоваться жетоном и найти меня. Я могу прямо порекомендовать тебя на должность управляющего.

— С почтением, Цинь Юаньхао.

Письмо было недлинным, но раскрывала много важной информации.

Лу Ян проанализировал:

— В письме сказано, что тигры-демоны не хотели дать культиваторам праведного пути узнать о себе, но это не похоже на то, как обычно говорят люди. Большинство не станет прямо говорить «культиваторы праведного пути», если только пишущий не стоит на противоположной стороне. Может, этот Цинь Юаньхао — культиватор демонического пути?

Это также объясняло, почему были культиваторы, знавшие о тиграх-демонах, но не сообщившие об этом.

На Центральном континенте праведный путь имел абсолютное преимущество, поэтому демоны, дьяволы и призраки были естественными союзниками. Как в случае с тиграми-демонами: они не нападали напрямую, а заставляли призраков-пособников заманивать людей.

Самец не только обладал кровью Цюнци, но и был на стадии Золотого ядра. Для культиваторов демонического пути было вполне логично попытаться перетянуть его к себе.

— Если так, филиал Яньцзян — база какого-то Демонического культа?

Мэн Цзинчжоу кивнул.

— Демонические культы любят называть базы по месту расположения. Просто мы не знаем, какому именно Демоническому культу принадлежит филиал Яньцзян.

Подобно тому как у культиваторов праведного пути есть Пять великих бессмертных сект, у культиваторов демонического пути есть Четыре великих демонических культа.

Демонические культы — именно культы, а не секты. Главное различие в том, поклоняются ли они могущественной сущности. Четыре великих демонических культа придерживались разных верований. Одни утверждали, что их веры представляют четырёх бессмертных, другие говорили, что это просто четыре разные инкарнации одного бессмертного. Единого мнения не было.

Демонические культы почти ничего не раскрывали внешнему миру, их следы были неуловимы. Династия Великая Ся и Пять великих бессмертных сект неоднократно сотрудничали, но всё равно не смогли найти главные штабы демонических культов. Каждый раз, когда праведные культиваторы вычищали большую область их баз, члены культов снова появлялись, словно бамбуковые побеги после дождя. Убивать их можно было бесконечно.

Хотя о демонических культах говорили как о таинственных, использующих странные и жестокие методы и внушающих страх, в конечном счёте причина была в том, что праведный путь слишком силён. Поэтому демонические культы не смели показываться и вынуждены были играть в хитрости, действуя из тени.

Любой, кто сумел бы найти главное логово демонических культов, мог даже не просить вмешательства Пяти великих бессмертных сект. Династии Великая Ся достаточно было бы отправить солдат, и за пять дней они перевернули бы культы вверх дном, а за месяц уничтожили все их базы.

Такова была уверенность праведного пути.

Демонические культы всё ещё были неприглядны и не дотягивали до уровня.

Лу Ян встряхнул конверт, и из него выпала костяная табличка. На ней ещё оставалась особая истинная ци, оставленная членом демонического культа, Цинь Юаньхао. Посторонний не смог бы её подделать.

Ман Гу задумался:

— Мы можем использовать эту табличку, чтобы вступить в демонический культ?

Найти базу демонического культа — крупная заслуга, куда ценнее уничтожения двух тигров-демонов.

Лу Ян покачал головой.

— Нет. Если мы используем эту табличку, чтобы вступить в филиал Яньцзян, Цинь Юаньхао точно узнает. К тому же мы не знаем, где филиал Яньцзян. Как мы туда вступим?

— Тогда что делать? — спросил Ман Гу.

— Раз он называется филиалом Яньцзян, значит, должен быть в округе Яньцзян. Мы можем отправиться туда и разузнать, есть ли человек по имени Цинь Юаньхао. Проследим за ним и найдём филиал Яньцзян. Раз он обращался к тигру-демону с таким смирением, его культивация не должна быть выше тигриной. Устраним его, и тогда сможем напрямую использовать табличку и сказать, что мы старые друзья Цинь Юаньхао; пришли искать его, не ожидая, что он уже умер.

— Хорошая идея, — глаза Мэн Цзинчжоу и Ман Гу загорелись.

— Обыщите ещё раз, вдруг найдём что-нибудь хорошее, — Лу Ян с воодушевлением велел Мэн Цзинчжоу взяться за дело.

Мэн Цзинчжоу нашёл кроваво-красную траву размером с ладонь, на вид немного демоническую.

— Почему у Синей кровяной травы красные прожилки? — озадачился он. Главное применение Синей кровяной травы — детоксикация, её прожилки голубовато-зелёные и похожи на текущие реки. Почему у этой красные?

Лу Ян присел и осмотрел траву.

— Забыл? Для людей главное применение Синей кровяной травы — ключевой ингредиент пилюль детоксикации, но для демонов всё иначе. Поскольку Синяя кровяная трава очищает кровь, тигр-демон, вероятно, долго использовал на ней свою кровь, чтобы она созрела и привыкла к линии Цюнци. Судя по виду, ей нужно ещё несколько месяцев до полного созревания. После того как тигр-демон съел бы её, его кровь Цюнци стала бы чище, и он воспользовался бы этим шансом, чтобы сформировать Золотое ядро.

Именно так в её названии появилось слово «кровяная». О Синей кровяной траве Лу Ян узнал от маленьких королей трав. Он продолжил:

— Теперь эту Синюю кровяную траву уже нельзя использовать для пилюль детоксикации. Если демон её съест, она только поможет очистить кровь.

— Тогда можешь убрать её и продать на рыночном собрании секты пятнадцатого числа каждого месяца. Должна уйти за хорошую цену, — Мэн Цзинчжоу передал траву Лу Яну и Ман Гу.

Поскольку в секте немало людей выращивали демонических зверей, травы, способные улучшать их кровь, пользовались спросом.

Лу Ян и Ман Гу стали вежливо уступать Синюю кровяную траву друг другу. В конце концов Ман Гу не смог превзойти Лу Яна в учтивости и принял траву.

Мэн Цзинчжоу напомнил:

— Не ешь Синюю кровяную траву. Древнее варварское племя — ветвь людей. На твою кровь трава не подействует.

— О, — с сожалением отозвался Ман Гу.

Легенда гласила, что Древнее варварское племя возникло из романтичного предложения руки и сердца. В древности люди ещё жили разрозненными племенами. Самого сильного человека в племени называли воином.

Однажды встретились два племени. Воину-мужчине из одного племени понравилась воительница из другого, и он сделал ей предложение:

— Эй, девчонка, улыбнись мне. Если порадуешь меня, я на тебе женюсь.

Воительница лукаво рассмеялась, подняла камень и замахнулась. Двое сцепились в драке. В конце концов воительница победила и утащила мужчину в комнату.

Ночь была бессонной.

Через десять месяцев родился первый боец Варварского племени.

Мэн Цзинчжоу нашёл старую тигриную шкуру, которой, похоже, было лет сто. Однако она хорошо сохранилась, и мелкие плотные знаки на её поверхности всё ещё были отчётливо видны. Лу Ян и Ман Гу с любопытством вытянули шеи, но знаков не узнали.

— Это демоническое письмо, письменность демонических племён, — объяснил Мэн Цзинчжоу.

Племя лис от природы распутно, и это отражалось даже в письме. Они часто писали нездоровые книги. Если кто-то совершал с такими книгами неописуемые действия, автор мог получить след янской энергии. Поэтому большинство нездоровых книг, ходящих по Центральному континенту, написано Племенем лис.

В детстве Мэн Цзинчжоу был одержим такими книгами. Правда, тогда он не знал, что такое неописуемые вещи, и просто находил книги увлекательными. Чтобы читать их в оригинале, он специально выучил демоническое письмо.

— Ты настолько любишь учиться? — удивились Лу Ян и Ман Гу.

Культивация могла улучшить память, так что выучить язык заняло бы не слишком много времени. Но дело в том, что Мэн Цзинчжоу выучил демоническое письмо ещё до начала культивации. Это было по-настоящему впечатляюще.

Мэн Цзинчжоу не хотел объяснять глубокую причину и лишь сказал, что интересовался демонической культурой.

Ман Гу подумал: Как и ожидалось от брата Мэна. Он усердно трудится, но не хвастается. Его скромность и благородный характер достойны подражания.

— Что написано на тигриной шкуре?

— Дай посмотрю… призрачные существа, с инь и без ян… это метод управления призрачными слугами.

Мэн Цзинчжоу быстро пробежал текст глазами, мысленно подсчитал и вскоре вывел назначение.

— Старый охотник, вероятно, был создан именно так. Для создания призрачных существ тоже есть требования. Культивация должна отличаться на две большие стадии, но смертные — исключение. После достижения седьмого уровня Тренировки ци можно использовать души смертных.

Техника управления призрачными слугами была крайне непрактичной. Можно было очистить только того, кто на две стадии ниже тебя. Даже если создать призрачного слугу, в бою он вряд ли будет полезен.

Взять недавний бой с тиграми-демонами: появись там призрачный слуга — пользы от него было бы меньше, чем от пушечного мяса.

— Нужно перевести всё? Похоже, эта вещь не ограничена расой. Люди тоже могут её культивировать, но у тигров-демонов результат лучше.

Ман Гу уже собирался спросить, какая польза от этой техники, когда Лу Ян проанализировал:

— Если мы вступим в демонический культ, нам не избежать демонических методов. Эта техника управления призрачными слугами лучше всего подходит, чтобы создать видимость. У старого охотника уже есть готовые призраки-пособники тигра. Переведи технику на шкуре, чтобы мы втроём могли её выучить.

Изначально Лу Ян собирался уничтожить призраков-пособников тигра. Теперь ситуация изменилась: можно сначала воспользоваться ими, а затем рассеять их души. Судя по словам тигра-демона, после смерти эти призраки добровольно стали слугами и вредили путникам.

Они заслуживают смерти.

— Хорошо, — согласился Мэн Цзинчжоу. Он разложил бумагу, растёр тушь и быстрыми движениями кисти вскоре записал технику управления призрачными слугами.

— Я культивировать не буду. У меня духовный корень чистого ян. Для призраков я как солнце для снега. Такое чисто иньское заклинание мне не подходит.

Лу Ян и Ман Гу больше не говорили и начали культивировать вместе. Вскоре в пещеру залетел холодный ветер, за ним послышались слабые стенания призраков, от которых холод проникал в кости.

Лу Ян почувствовал, что его тело стало легче. Ноги оторвались от земли, и он, словно призрак, поплыл в воздухе. Ещё никогда он не чувствовал себя таким бодрым. Чувства обострились, улавливая малейшие детали вокруг. Ему даже казалось, что Мэн Цзинчжоу — пылающий огненный шар.

— Хм? Что происходит?

Лу Ян удивился. Опустив голову, он понял, что всё ещё сидит на прежнем месте со скрещёнными ногами.

— Стоп. Это не я летаю. Это моя душа вышла из тела!

Мэн Цзинчжоу почувствовал, что с Лу Яном что-то не так, и тревожно крикнул:

— Только на стадии Зарождающейся души душа может покидать тело и странствовать на расстоянии. Как ты сейчас это сделал?

— Быстро вернись! Ты всего лишь на Закладке фундамента и ещё не культивировал душу. Душу легко повредить, а если повредишь, восстановить будет трудно!

Лу Ян тоже осознал серьёзность ситуации. Он применил мантру управления призрачными слугами, и душа вернулась в норму.

— Как ты это сделал? — Мэн Цзинчжоу никогда не слышал, чтобы кто-то на Закладке фундамента осмеливался выводить душу из тела.

Такой техники вообще не существовало.

Лу Ян тоже был озадачен.

— Я просто культивировал по тому, что ты написал. Мне показалось, что я всё понял и проблем не вижу, вот и решил попробовать, как оно будет. А потом получилось вот так.

Мэн Цзинчжоу странно посмотрел на Лу Яна.

— Может быть, ты воспринял собственную душу как призрачного слугу и приказал самому себе?

Я не слышал о таком способе практики, но по нынешней ситуации это, похоже, единственное объяснение.

Лу Ян подумал ещё немного, но других возможностей тоже не нашёл. Он велел Мэн Цзинчжоу отойти подальше и попробовал ещё несколько раз. Результат был тем же: душа Лу Яна выходила из тела.

— Что не так с моим талантом к заклинаниям?

Не имея вариантов, они могли только ждать, пока проснётся Ман Гу, чтобы спросить, похожа ли его ситуация на ситуацию Лу Яна.

Когда Ман Гу проснулся, он увидел, как Лу Ян и Мэн Цзинчжоу выжидающе на него смотрят, и совершенно растерялся.

— Ты выучил технику управления призрачными слугами?

— Немного выучил. Должен суметь командовать восемью душами смертных.

— Можешь командовать собой и заставить душу выйти из тела? — Лу Ян с надеждой смотрел на Ман Гу, желая, чтобы тот сказал «да», и тем доказал, что он не практиковал неправильно.

Ман Гу стал ещё более озадачен.

— Как такое возможно? Это техника управления призрачными слугами. Неужели мы можем считать собственную душу призрачным слугой и ей командовать?

Мэн Цзинчжоу взглянул на Лу Яна и пересказал, как тот учился, чем привёл Ман Гу в восхищение. Брат Лу сообразителен и обладает несравненным талантом к изучению заклинаний, а брат Мэн блестяще образован и начитан.

За это путешествие он узнал очень многое, будто это были слова, произнесённые мудрецами.

Что там снова сказали мудрецы?

Ах да! Один мудрец сказал: «В компании из трёх каждый мне учитель».¹

— Пойдём искать призраков-пособников тигра, — Мэн Цзинчжоу жестом позвал спутников выходить. В пещере больше почти ничего не оставалось.

— Вы двое идите первыми. Мне нужно немного кое-что уладить, я догоню, — сказал Лу Ян Мэн Цзинчжоу и Ман Гу.

Те не придали этому значения и вышли из тигриного логова. Убедившись, что они ушли, Лу Ян перестал улыбаться, и лицо его снова стало спокойным. Он прошёл в глубину пещеры и увидел небольшую гору костей. Лёгко вздохнул.

— Значит, они и правда здесь.

Когда Лу Ян увидел разные вещи, он уже догадался: с осторожным характером тигра-демона тот точно не стал бы выбрасывать кости наружу после еды. Так он слишком легко выдал бы себя. Самым безопасным было оставить останки в пещере.

Реальность подтвердила его догадку.

Эти несчастные люди были обмануты и съедены, проходя через Сосновую гору. Они пришли из разных мест и по разным причинам, но все их последние пристанища оказались в этой маленькой пещере.

Лу Ян больше ничего не сказал. Меч Цинфэн без усилий срезал со скалы огромный камень. Выровняв его, Лу Ян молча прочёл Реквием перерождения и поставил этим несчастным людям надгробие.

Он замолчал и на мгновение погрузился в мысли, затем развернулся и ушёл.

— Спасибо, что подождали. Пойдём, — Лу Ян окликнул спутников, готовый покинуть это мрачное место.

### Примечание

1. Отсылка к изречению: «В компании из трёх непременно найдётся тот, кто может быть мне учителем».

Когда Ци У впервые нашёл старого охотника, неподалёку было ещё несколько дворов. С виду они ничем не отличались от обычных, но на самом деле все оказались переодетыми призраками-пособниками тигра.

После того как тигров-демонов привели к возмездию, призраки-пособники растерялись. Одни предлагали уйти с горы, другие — продолжить скрываться в горах, но к единому мнению они так и не пришли.

И как раз когда они вот-вот должны были переругаться, появилась троица Лу Яна и всех схватила. Мэн Цзинчжоу выпустил тонкую струйку энергии чистого ян, и призраки-пособники тигра, извиваясь на земле, взвыли от боли.

— Не обязательно оставлять столько живыми. Двух хватит, чтобы выдать их за демонических культиваторов, — холодно сказал Лу Ян. Не стоит сочувствовать этим призракам-пособникам тигра. Они помогали тиграм-демонам творить зло. Призраками-пособниками они стали лишь потому, что согласились на предложение тигра-демона.

Они заслуживают смерти.

Лу Ян попробовал несколько раз, но всё равно не смог принять призрачного слугу, так что ему оставалось только выводить душу из тела.

— Ман Гу, рассчитываем на тебя.

Ман Гу ничего не сказал. Он оставил только двух призраков-пособников, которые при жизни были путниками, а остальных быстро уничтожил.

Если использовать призраков-пособников, сделанных из охотников, Демонический культ мог бы что-то заподозрить и догадаться, что их получили после убийства тигра-демона. С путниками риск был гораздо меньше.

— Вернитесь.

Ман Гу втянул в тело двух призраков-путников — мужчину и женщину.

Это тоже было частью техники управления призраками: впитать призрака в тело, а в бою снова призвать.

Когда они втроём направились в округ Яньцзян, по пути наткнулись на Ци У и остальных. Те всё ещё кружили по горному лесу. Дождь не прекращался, дороги они не знали, так что, естественно, не могли найти спуск с горы.

— Благодетели! — Ци У и остальные обрадовались так, будто увидели спасительную соломинку.

— Благодетели, мы никогда не забудем вашу великую милость!

— Горный бог явил силу!

— Мы навеки перед вами в долгу!

Все наперебой благодарили троицу с предельной искренностью.

Глядя на спасённых людей и слыша их слова от всего сердца, Лу Ян почувствовал, как мрачная пелена в его душе постепенно рассеивается. Он перестал думать о костях и трупах в пещерах.

— Мы культиваторы и должны идти праведным путём. Не нужно благодарить, — торжественно заявил Мэн Цзинчжоу. Спасать людей — естественно. Я же не ради благодарности это делаю.

Ман Гу посмотрел на праведный облик Мэн Цзинчжоу. Как и ожидалось от моего образца для подражания. В любой ситуации держится спокойно и невозмутимо. Мне до такого далеко.

Лу Ян даже не глядя на Мэн Цзинчжоу понимал, что тот притворяется. Сейчас у него в сердце от радости, наверное, цветок распустился.

А почему Лу Ян это знал? Потому что сам он тоже носил праведное выражение лица.

Когда они проводили странствующих торговцев до округа Яньцзян, небо уже начинало светлеть. Буря, бушевавшая всю ночь, наконец утихла, и над горизонтом повисла бледная радуга.

— Кстати, мы ничего не забыли? — Мэн Цзинчжоу никак не мог отделаться от чувства, что что-то упустил.

— Наверное, нет? — Лу Ян пересчитал людей. Три человека, три головы. Ничего не забыли.

— Просто всё кажется, будто чего-то не хватает… ладно, не буду больше думать.

---

В округе Цинхуай, на заднем дворе постоялого двора, стояла повозка. Старый конь медленно жевал корм, оставленный Мэн Цзинчжоу.

Почему этот мальчишка из семьи Мэн до сих пор не забрал меня? Корма хватит всего на несколько дней. Разве он не говорил, что закончит поручение за пять-шесть дней?!

Как необычная демоническая зверь, старый конь, естественно, не мог есть обычный корм, как простые лошади. Он всегда ел дорогой корм, который покупал Мэн Цзинчжоу: тщательно приготовленный и насыщенный духовной энергией.

Старый конь фыркнул, надул губы и заскучал. И тут вдруг заметил в соседнем дворе белоснежную кобылу.

---

Войдя в город, троица наугад выбрала чайную, заказала чайник чая и несколько тарелок сладостей и стала обсуждать дальнейшие действия.

— Округ Яньцзян такой большой. Как нам найти этого Цинь Юаньхао? Попросим местные власти помочь? — Ман Гу нахмурился.

Яньцзян не был крупным центром культивации. По населению он тоже занимал среди округов нижние места, на карте был неприметен, а на картах попроще его и вовсе не отмечали. Но всё же это был округ с населением в два миллиона человек. Найти одного человека — всё равно что искать иголку в стоге сена.

Лу Ян махнул рукой.

— Не лучшая идея. Мы не знаем, как долго Демонический культ скрывается здесь, и за ним наверняка тянется сложная сеть сил. Возможно, туда входят и местные власти.

Ман Гу не понял, к чему клонит Лу Ян.

— Разве все не хотят уничтожить демонические культы? Почему власти стали бы им помогать?

Лу Яну даже не пришлось отвечать: в таких вещах Мэн Цзинчжоу разбирался лучше всех.

— Именно потому, что все хотят их уничтожить, династия Великая Ся ввела важный показатель эффективности: число убитых демонов. Проще говоря, чем больше демонов ты уничтожил, тем выше твоя культивация и тем лучше твоя политическая заслуга.

— Подумай сам: демонические культы могут просто заключить сделку с губернатором округа. Они регулярно предоставляют ему демонов, а губернатор соглашается не раскрывать местонахождение культа.

То, что рассказал Мэн Цзинчжоу, было не просто историей. Это были факты, которые он лично слышал от старших родственников-чиновников. Император Ся казнил таких людей партия за партией, но всё равно находились те, кто проскальзывал сквозь сеть.

При дворе предлагали убрать этот показатель, но премьер-министр остановил предложение. Пока показатель существовал, большинство чиновников усердно уничтожали людей демонического пути, хотя меньшинство и вступало в сговор с демоническими культами. Если же убрать показатель, было бы трудно сказать, сколько чиновников вообще захотят вкладывать силы в поиски следов демонических культов.

В целом пользы от этого критерия было больше, чем вреда.

Ман Гу почувствовал, что слова Мэн Цзинчжоу полностью перевернули его представление о мире. Раньше он о таком даже не задумывался.

Лу Ян добавил:

— Вероятность, что губернатор округа в сговоре с Демоническим культом, невелика, но к худшему нужно готовиться. Если они правда заодно, а мы раскроем цель нашего приезда, губернатор сдаст Цинь Юаньхао, чтобы отвести подозрения. Но если весь филиал Яньцзян услышит об этом, они залягут на дно, и мы упустим шанс проникнуть в Демонический культ. Это будет мелкая выгода ценой большого проигрыша. Совсем не годится.

— Сейчас лучше всего скрыть личности и сначала найти Цинь Юаньхао. Если найти его правда не получится, тогда ещё не поздно просить помощи у властей.

Ман Гу кивнул: оба говорили разумно.

— А как нам его выманить? — В голове Ман Гу мелькнуло множество идей, но в каждой он быстро находил очевидные изъяны.

Расклеивать листовки или объявления точно не выйдет. Слишком заметно.

Расспрашивать на чёрном рынке? Если Цинь Юаньхао узнает, что кто-то им интересуется, он спрячется. Кто знает, не приведёт ли он членов Демонического культа устроить нам засаду. Тогда мы окажемся у них в руках. Не годится.

Интересно, какие гениальные идеи есть у брата Лу и брата Мэна?

Лу Ян уже придумал план ещё по дороге с горы. Он хитро рассмеялся.

— Знаешь, эти люди, которые бродят по цзянху, в отличие от нас, праведных сект, больше всего дорожат лицом. Особенно люди из демонических культов. Для них лицо — это статус. Если кто-то ударит по их репутации, это для них невыносимее смерти.

— Поэтому нам нужно широко распустить слух: Цинь Юаньхао — добрый человек, который не работает, зато совершает добрые дела. Когда это разнесётся по всему округу Яньцзян, члены Демонического культа решат, что Цинь Юаньхао — хороший человек. Цинь Юаньхао почувствует, что потерял лицо, и точно не сможет удержаться, чтобы не выйти!

— И тогда наступит наш шанс!

Мэн Цзинчжоу коротко подвёл итог:

— Проще говоря, будем выдумывать и распространять слухи.

Так уж совпало, что Мэн Цзинчжоу был в этом прирождённым талантом.

Ман Гу внезапно прозрел. Это и правда хорошая идея! Если мы не можем найти Цинь Юаньхао, просто вынудим его выйти.

Но что он имел в виду словами «в отличие от нас, праведных сект»?

В маленьком трактире один из посетителей говорил громким голосом, привлекая внимание окружающих.

— Слышали? В нашем округе появился праведный герой. Его зовут Цинь Юаньхао, и даже люди из Пяти великих бессмертных сект восхищаются его поступками! — уголки глаз Лу Яна поднялись вверх. Он выглядел особенно воодушевлённым, будто собирался поделиться со всеми чем-то очень интересным.

— Правда? Почему я о нём не слышал?

— Имя вроде знакомое, но он, кажется, не очень хороший человек.

— Хватит спорить, дайте этому брату рассказать, что там с Цинь Юаньхао!

Лу Ян сделал короткую паузу и продолжил:

— Этот герой по имени Цинь Юаньхао обладает немалой культивацией и находится на стадии Закладки фундамента. Он вступается за справедливость и имеет широкую сеть друзей. Все, кто его знает, охотно зовут его «старшим братом».

Услышав, что Цинь Юаньхао находится на Закладке фундамента, посетители оживились. Для них это точно была новость.

Раньше они часто слышали слухи о цзянху: какие невероятные первоклассные мастера улинь, какие захватывающие у них приключения. Пока слушаешь — звучит и впечатляюще, и увлекательно, но, успокоившись, все понимали: первоклассные мастера улинь на самом деле не так уж сильны.

Общее мнение было таким: вершина улинь примерно соответствует восьмому-девятому уровню Тренировки ци. Это их предел.

А теперь пошёл слух о мастере Закладки фундамента. Естественно, всем хотелось послушать подробнее: потом будет чем похвастать.

— Расскажу вам об одном дне, когда Цинь Юаньхао вместе с близким другом пошёл на аукцион. Другу приглянулось сокровище, и он попросил Цинь Юаньхао одолжить несколько тысяч низкосортных духовных камней.

Цинь Юаньхао громко рассмеялся и сказал: «С нашими отношениями говорить о деньгах слишком пошло. Просто возьми эти восемь тысяч низкосортных духовных камней. Возвращать не нужно».

— Его близкий друг был чрезвычайно тронут.

— Восемь тысяч низкосортных духовных камней? — воскликнул проходивший мимо человек по имени Мэн Цзинчжоу. — Духовные камни — валюта мира культивации. На восемь тысяч низкосортных духовных камней можно купить большой особняк в центре округа и прекрасных служанок на всю жизнь!

Только благодаря объяснению Мэн Цзинчжоу посетители поняли цену восьми тысяч духовных камней. Этот Цинь Юаньхао такой щедрый! Просто так отдать столько духовных камней!

— После того как его близкий друг выиграл торг за это сокровище, на него нацелился другой участник аукциона — демонический культиватор. Тот успешно устроил засаду Цинь Юаньхао и его другу. Друг не желал расставаться с сокровищем и отчаянно сопротивлялся, но демонический культиватор убил его и забрал сокровище. Когда Цинь Юаньхао хотел пуститься в погоню, к несчастью, демонический культиватор уже сбежал.

Лу Ян остановился и указал на горло. Посетители поняли намёк и поднесли ему выпить. Он сделал глоток зернового вина и продолжил:

— Перед смертью друг доверил Цинь Юаньхао свою жену и дочь. Со слезами на глазах Цинь Юаньхао пообещал как следует о них заботиться.

— Мать и дочь были редкими красавицами. Мать — с нестареющей внешностью и изящной фигурой, дочь — жизнерадостная, милая и шаловливая. Но даже перед такой парой красавиц сердце Цинь Юаньхао не дрогнуло.

— Потеряв опору, мать и дочь решили, что Цинь Юаньхао — человек, которому можно доверить всю жизнь, и попытались его соблазнить. Но Цинь Юаньхао прямо сказал им, что культивирует Кунгфу девственного отрока¹ и не может лишиться целомудрия.

— Выполняя обещание, Цинь Юаньхао заботился о них обеих и не переходил границ. Наконец он нашёл подходящего мужчину и доверил мать и дочь ему.

Мэн Цзинчжоу заметил:

— Подумать только, в мире есть такой честный герой: богатый, но не алчный; перед красавицами не поколебался.

Его слова нашли отклик у окружающих.

— Цинь Юаньхао и правда великий человек.

— Жаль, что я не знаю Цинь Юаньхао, иначе точно одолжил бы у него духовных камней!

— Кто сказал, что даже у героев есть слабость к красавицам? Разве Цинь Юаньхао не доказал обратное?!

В углу Ман Гу смотрел, как Лу Ян развлекает толпу, а Мэн Цзинчжоу горячо его поддерживает, и считал их невероятными. Им не нужен был никакой текст: они прямо на месте сочиняли историю.

Когда же у меня появится такой талант?

Пьяницы любили хвастаться тем, чего другие не знали. Слушая рассказ Лу Яна, они изрядно выпили, так что некоторые детали расплылись. Осознали они это уже тогда, когда снова выпивали и хвастались. Но рассказ был начат, и признаться, что вторую половину забыли, означало потерять лицо. Поэтому они додумывали остальное сами.

Забытые части у всех были разными, значит, и придуманные продолжения различались. Так вокруг Цинь Юаньхао возникли самые разные слухи.

---

— Слышал о великом благотворителе Цинь Юаньхао?

— Это тот, который тайно нашёл шахту духовных камней, за ночь стал богачом среди местных культиваторов и одалживал деньги без возврата?

— Кажется, да, но я слышал другое: что Цинь Юаньхао держится подальше от женщин и интересуется мужчинами.

— Да-да, я слышал, что Цинь Юаньхао культивирует Кунгфу девственного отрока и больше всего любит мальчишек!

— Серьёзно? Так что ли практикуют Кунгфу девственного отрока? Разве не говорили, что те, кто его культивирует, должны есть «цыплёнка-отрока»?²

— Вы все ошибаетесь. Я слышал, что Цинь Юаньхао случайно получил легендарный бессмертный артефакт — Книгу заслуг. Капнул на неё кровью и был признан её истинным владельцем. Чем больше добрых дел он совершает, тем больше заслуг накапливает. Эти заслуги можно обменивать на награды, вплоть до духовных сокровищ, бессмертных артефактов и культивации!

— А я слышал, что он предназначенный владыка Девяти Подземий, управляющий жизнью, смертью и заслугами всех людей. Не смотрите, что сейчас он слаб: он просто копит силы и тайно растёт. Как только появится шанс, он превратится в дракона, взмоет к Девяти Небесам и вознесётся в бессмертные!

— Он терпел унижения и вынудил себя вступить в Демонический культ только потому, что хотел проникнуть в верхушку и одним ударом уничтожить их всех, чтобы они тоже стали его заслугами!

— Он уже считает Демонический культ своей собственностью. Какая мощь и отвага!

---

В округе Яньцзян Демонический культ проводил очередное собрание.

Последователи почтительно выстроились в два ряда, а глава филиала сидел на кресле, вырезанном из цельного куска тёмно-красного агата. Подлокотники были украшены головами дракона и тигра, подчёркивая его власть.

Это кресло было подношением Цинь Юаньхао.

Сам Цинь Юаньхао пребывал в крайне скверном настроении. Лоб его потемнел, уголки рта время от времени дёргались, обнажая звериные зубы.

Соратники не обращали на него внимания. Раз у них были схожие культивация и статус, его ярость им ничем не грозила. Так уж устроены демонические культы: какое мне дело до жизни и смерти другого? Не я же неудачник.

Но Цинь Юаньхао можно было понять. Ещё до начала собрания у него уже спрашивали:

— Одолжишь мне духовных камней? У тебя ведь есть шахта духовных камней.

— Знаешь каких-нибудь красивых сестёр или пару мать-дочь? Посоветуй мне.

— Прости, не стоило вести тебя в бордель слушать музыку. Тебе, должно быть, было очень больно ходить в такое место, да?

— Старший брат Цинь, с этого дня я пойду за тобой. Книга заслуг не так важна, главное для меня — ты как человек.

— Прямой, праведный, щедрый на деньги, не интересуется женщинами… Цинь Юаньхао, ты настоящий позор для наших демонических культов. Только не говори, что ты шпион праведного пути?

Цинь Юаньхао сжал кулаки, поклявшись найти того, кто оклеветал его, изрубить на куски и скормить собакам.

Я уважающий себя плохой человек. Как я вдруг стал хорошим?!

Кого ты хорошим человеком обозвал?!

### Примечания

1. Одна из шаолиньских практик, которую нужно начинать с очень юного возраста. Дословно — «детское кунгфу» или «кунгфу мальчика».

2. Игра на китайском названии молодого цыплёнка / spring chicken / poussin, которое буквально можно прочитать как «мальчик-цыплёнок».

В кромешной темноте светились с десяток пар глаз, таинственно и холодно, будто это были ядовитые змеи, затаившиеся в пещере. Все эти жуткие глаза были устремлены на главу филиала и молча ждали, когда он заговорит.

Наконец лениво сидевший глава филиала заговорил хриплым голосом, словно не произносил ни слова несколько десятилетий. Каждое его слово имело вес.

— Почему не зажжены лампы?

Один управляющий почтительно ответил:

— Глава филиала, вы забыли? На прошлом собрании вы высоко оценили атмосферу собраний у вышестоящих. Вы ещё сказали, что в нашем филиале Яньцзян нет атмосферы демонического культа.

— Я подумал и понял, что так оно и есть. Возможно, именно поэтому филиал Яньцзян занимает последнее место среди филиалов. И я задумался: разве в историях не часто говорится, что мы, демонические культы, любим строить коварные планы в тёмных местах? Поэтому я специально не велел слугам зажигать лампы.

— Знаете, если не зажигать лампы, действительно появляется ощущение, что мы творим злые дела.

Было видно: этот управляющий прекрасно понимал, чем занимается. Он сознавал, что демонические культы — не место для добрых дел.

Глава филиала долго молчал. Он намекает, что хочет уйти из культа? Или намекает, что филиалу Яньцзян давно не повышали бюджет? Или намекает, что нам следует купить страховку для членов?

Уходить из культа он, скорее всего, не собирается.

Он усерден в злодеяниях и не различает своих и чужих. Не только снаружи творит зло, но и своих в Демоническом культе подставляет. Несомненно, мерзавец.

Дело и не в повышении бюджета.

Бюджет Демонического культа связан с местной казной и уже огромен — в три раза больше бюджета местных чиновников. Яньцзян — отдалённый маленький округ, его бюджет не может быть на уровне штаба.

Страховку он тем более вряд ли просит. У большинства членов демонических культов даже наследников нет. Кому выплачивать деньги? К тому же Торговая гильдия Луоди не позволит демоническим культам покупать страховку. Если продавать им страховку жизни или от несчастных случаев, демонические культы обязательно заставят гильдию выплатить всё до последней монеты, так что у неё и на штаны денег не останется.

— Сначала зажгите лампы.

— Понял.

Управляющий дунул, и искры пламени упали на лампы, поджигая фитили. В одно мгновение весь зал осветился.

Глава филиала заговорил снова:

— Все, вероятно, в той или иной степени слышали слухи о маленьком Цине. Прекратите их распространять и не давайте другим смеяться над нами. Мы все знаем характер маленького Циня. Он испорчен до мозга костей, нет такого зла, которого он не совершил бы. Если его поймают власти, даже обезглавливание будет для него лёгким наказанием. Этого достаточно, чтобы доказать: характер маленького Циня прекрасно подходит доктрине нашего культа.

— Что касается разговоров, будто маленький Цинь — человек праведного пути, это полная чушь. Все, кто вступает в наш культ, прошли испытания главы культа. Оценка главы культа для него была: «демоническая природа до костей». Суждение главы культа точно не ошибочно.

Цинь Юаньхао поклонился.

— Глава филиала мудр.

Ему стало немного легче. Вернусь — обязательно вырежу тех, кто распускает слухи!

Глава филиала больше не упоминал дело Цинь Юаньхао. Он сказал эти несколько фраз лишь из-за кресла, которое тот подарил.

— Я собрал всех сегодня потому, что штаб поручил нам задачу. — Он ненадолго остановился. — Они требуют, чтобы филиалы повсюду набрали новых учеников.

Цинь Юаньхао и остальные были поражены. Демонический культ не проводил масштабного набора уже тридцать лет. Все новые члены за последние тридцать лет вступали только по рекомендациям. Например, Цинь Юаньхао пытался завербовать тигра-демона, но тот упрямо хотел оставаться на Сосновой горе.

— Думаю, все здесь знают новости о Великой эпохе. Гении эпохи поднимутся, прославленные мастера могут пасть от руки безымянного юнца, бесчисленные неоткрытые древние пещерные руины снова проявятся. Это эпоха удач и испытаний.

— Пять великих бессмертных сект, секты класса S и первоклассные секты полны гениев. Духовные корни двойного типа, прежде редкие, теперь встречаются повсюду. Если позволить этим гениям по-настоящему вырасти, нам нечего и думать о соперничестве в Великой эпохе.

— Если мы хотим бороться, то время — сейчас!

— Если ухватимся за удачу, сможем встретить дождь и превратиться в драконов, взмыть к Девяти Небесам и стать свободными бессмертными! Но удачу не так просто удержать. Проклятая династия Великая Ся и Пять великих бессмертных сект усилили давление на нас, и многие наши соратники пали.

— Чтобы занять место в Великой эпохе, мы должны расширить Демонический культ и получить больше последователей. Четыре великих демонических культа уже достигли согласия. Ваша задача — через свои каналы распространить новость о наборе. Постарайтесь собрать всех демонических культиваторов округа Яньцзян и соседних округов, а также тех, кто заинтересован вступить в наш культ.

Кто-то высказал опасение:

— Если мы набираем так широко, разве это не даст праведному пути шанс внедриться в демонические культы?

Такой вопрос был не у него одного. Демонические культы всегда выживали за счёт осторожности. Если несколько тайных агентов праведного пути пролезут внутрь, положение станет опасным.

Глава филиала покачал головой.

— Этим набором руководит глава культа своими безграничными силами. Люди праведного пути никогда не смогут пройти установленные им испытания.

Все сомнения исчезли, сменившись бескрайним пылом. Глава культа был в Демоническом культе всемогущей фигурой. Они верили, что он — путеводная звезда, которая приведёт их Культ Вечности к славе.

---

После окончания собрания Цинь Юаньхао немедленно задействовал связи, чтобы выяснить, кто пытается его подставить. Разными способами он наконец вышел на маленький трактир.

— Тот посетитель был восемь чи ростом, восемь чи шириной, всё лицо в оспинах. Здоровенный тип, на вид мог за раз съесть троих детей, — владелец трактира оживлённо жестикулировал. Лу Ян произвёл на него яркое впечатление.

По описаниям Цинь Юаньхао вскоре нарисовал портрет, совершенно не похожий на настоящего Лу Яна.

Ведь Лу Ян и остальные перед входом в трактир изменили внешность.

Глаза Цинь Юаньхао похолодели. Осмелился распускать слухи с такой приметной внешностью? Решил, что я мягкая хурма?

Была уже глубокая ночь, но в династии Великая Ся комендантского часа не было. Цинь Юаньхао со своей шайкой подручных ел уличный шашлык: свиные шпажки, говяжьи, жареные бараньи ноги, куриные лапки, свиную шкурку, говяжьи жилы, коровьи копыта, речных креветок, нежно обжаренные почки, жареный лук-джусай, картофель, помидоры, тофу…

Шпажки были нежные и хорошо приправленные, вкус бил в полную силу. Их смазывали тёмным маслянистым секретным соусом, и над углями они шипели, источая аромат.

Свинину нанизывали на длинные бамбуковые палочки и жарили над большим жаровнем. Жирные части были насыщенными, но не приторными, а постные обладали мощным мясным вкусом.

Бараньи ноги ставили в тандыры и запекали. Благодаря сочетанию томления и жарки тепло распределялось ровно, и мясо получалось как раз хрустящим снаружи, нежным внутри и полным свежего аромата.

Куриные лапки сначала тушили в соусе лу, а потом жарили. Жилы, кожа и хрящи давали богатую текстуру, и жевать их было сплошным удовольствием.

Куриные ножки жарили сырыми. Тут требовалось точно управлять огнём, чтобы не потерять слишком много влаги и масла и добиться равновесия между вкусом кожи, мяса, жил и костей.

Картофель заворачивали, жарили, коптили и затем добавляли секретный соус. Снаружи он был хрустким, внутри нежным, а тонкая текстура радовала рот.

Все ели так, что губы блестели от масла. Насытившись, Цинь Юаньхао высокомерно приказал подручным:

— Вы, обыщите весь город и найдите этих людей. Не возвращайтесь, пока не найдёте!

— Есть, старший брат! — хором ответили подручные и разошлись.

После шашлыка Цинь Юаньхао был доволен и временно отложил мысли о надоедливых распространителях слухов. При этом он не заметил Лу Яна, скрывавшегося под землёй.

Мало кто обращает внимание на то, что у него под ногами.

И Цинь Юаньхао не был исключением.

Определив местонахождение цели, Лу Ян снова встретился с двумя спутниками и стал анализировать:

— По походке и частоте дыхания Цинь Юаньхао должен быть на продвинутой стадии Закладки фундамента.

— Он живёт в обычной усадьбе, не слишком большой. Слуги или другие люди там тоже не просматриваются. Понаблюдаем за ним поблизости ещё какое-то время. Во-первых, изучим его привычки. Когда после вступления люди Демонического культа начнут расспрашивать, нельзя быть совсем неосведомлёнными. Во-вторых, проследим за ним и посмотрим, удастся ли найти базу филиала Яньцзян.

Ман Гу не понял:

— У Цинь Юаньхао так много подручных. Почему не проследить за ними и не найти филиал Яньцзян?

Мэн Цзинчжоу, который немного лучше разбирался в демонических культах, отверг эту мысль:

— У этих людей нет культивации. Да, они подручные Цинь Юаньхао, но они не члены Демонического культа. Вступить в Демонический культ не так просто, как ты думаешь. К тому же мы даже не уверены, знают ли эти люди, что Цинь Юаньхао принадлежит к Демоническому культу.

— В любом случае, где нам спрятаться, чтобы за ним наблюдать? Поблизости нет постоялых дворов. Только несколько чайных и трактиров. Утром мы можем пить чай, а ночью что?

Демонические культы любят действовать ночью.

Лу Ян тоже слегка озадачился. И тут краем глаза увидел чайную с вывеской «сдаётся».

— Расположение этой чайной идеально! Со второго этажа можно наблюдать за Цинь Юаньхао. Давайте арендуем чайную и под видом лавки будем за ним следить!

Мэн Цзинчжоу кивнул и тут же спросил:

— А какую лавку откроем?

— Хоть лавка и прикрытие, притворство должно быть убедительным. Заваривать чай я не умею, так что продолжать чайную не выйдет. В моей семье есть старший, хорошо разбирающийся в языковых заклинаниях; я немного учился четырём основам сяншэна — говорить, подражать, дразнить и петь, — Мэн Цзинчжоу отнёсся к делу очень серьёзно. — Предлагаю открыть дом сяншэна. Я буду выступать с сольным сяншэном.

Лу Ян восхитился многосторонним Мэн Цзинчжоу.

— Но сяншэн оживлён только днём; ночью почти никого не останется. Лучшее решение — найти дело, работающее ночью. Например, увеселительное заведение, чтобы там было шумно, люди пили и веселились. Пока все развлекаются, мы сможем наблюдать за Цинь Юаньхао со второго этажа, и он нас не заметит.

Мэн Цзинчжоу покраснел. Он немного колебался, но в основном был взволнован.

— Ночное дело… только не говори, что ты хочешь открыть…

Лу Ян кивнул.

— Именно. Я говорю о шашлычной.

Мэн Цзинчжоу кивнул.

— Именно. Я тоже об этом подумал.

Лу Ян всё продумал. Шашлык легко освоить, и даже если у них нет опыта, после десятка сожжённых порций они, наверное, научатся.

— Шашлык оставьте мне, — уверенно улыбнулся Ман Гу. Чтобы доказать компетентность, он даже вытащил лист бумаги с надписью: «Наследственный секретный рецепт шашлыка».

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу нашли этот секретный рецепт очень знакомым. Разве это не тот самый наследственный секретный рецепт шашлыка на доске наград, который можно обменять за сто очков вклада?!

Ман Гу смущённо улыбнулся.

— Дома я часто сам жарил диких зверей: чёрных медведей, кабанов, маленьких кроликов. Я заметил, что в Секте Ищущих Дао много еды, но шашлычных очень мало, поэтому и выставил свой семейный секретный рецепт.

Лу Ян тогда уже был в недоумении. Кто вообще выставляет секретный рецепт шашлыка на доску наград? Так это был ты!

Мэн Цзинчжоу с любопытством спросил:

— Кто-нибудь купил?

Ман Гу честно ответил:

— Один старший брат сказал, что после покупки рецепта пошёл на поручение в глушь с одной младшей сестрой и своим шашлыком завоевал её сердце.

Мэн Цзинчжоу не знал, что сказать. Лучше бы я не спрашивал.

На лице Ман Гу появилась слабая улыбка.

— У открытия шашлычной есть ещё одна польза.

— Какая?

Ман Гу призвал двух призраков-пособников тигра.

— Мне не нужно самому работать. Можно заставить этих двух призраков жарить на задней кухне, и им даже платить не придётся. Очень удобно. Так мы даже официанта нанимать не будем. И деньги сэкономим, и тайну сохраним. По-настоящему продуманно.

После стольких дней учёбы у Лу Яна и Мэн Цзинчжоу Ман Гу кое-чему научился. Однако Лу Ян решительно отказался признавать, что Ман Гу чему-то научился именно у него.

Ман Гу всю ночь изучал секретный рецепт. Его родной дом был в глуши, поэтому исходная версия рецепта включала множество ингредиентов, встречавшихся только в диких землях. Ему пришлось думать, чем их заменить.

Вдруг он спросил:

— Кстати, вы едите жареных жуков и жареные коровьи глаза?

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу покачали головами, убеждая Ман Гу держаться того, что находится в зоне комфорта широкой публики.

Ман Гу просто ответил:

— О.

Он немного подумал. Во-первых, я нормальный человек. Во-вторых, я могу это принять. Значит, то, что принимаю я, нормальные люди тоже могут принять.

Вывод сделан.

Ман Гу оставил жареных жуков, жареные коровьи глаза и прочие шашлычные ингредиенты с особыми региональными чертами, надеясь, что людям округа Яньцзян они понравятся.

Рано утром Мэн Цзинчжоу продемонстрировал своё необыкновенное богатство и купил всю чайную.

— Постой, разве мы не говорили арендовать? — Лу Ян ошеломлённо уставился на Мэн Цзинчжоу.

Мэн Цзинчжоу действовал слишком быстро. Лу Ян ещё не успел отреагировать, а чайная уже была записана на них. Мы всего лишь выполняем поручение на несколько месяцев. Ты что, собираешься вести это дело всю жизнь?

Мэн Цзинчжоу уверенно оправдался:

— Я всегда пользуюсь только собственными вещами. Если могу купить — никогда не арендую! В худшем случае после поручения снова продам.

Увидев, как быстро Мэн Цзинчжоу передал деньги, прежний владелец чайной стремительно собрался и ушёл. После его ухода перед ними встала очень серьёзная проблема.

Как назвать шашлычную?

Мэн Цзинчжоу предложил:

— Предлагаю «Шашлычная официанта Мэна».

Лу Ян бросил на него взгляд и пренебрежительно сказал:

— Слишком пошло. Я предлагаю «Шашлычная “Только три чаши”».¹

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу покачали головами: совершенно неподходяще.

Ман Гу редко высказывал другое мнение.

— «Только три чаши» слишком длинно. Почему бы нам не взять стиль нашего племени и назвать её «Шашлычная Ха-ха-ха» или «Шашлычная Хи-хи-хи»?

Лу Ян слышал о традициях именования Варварского племени в диких землях. Эти методы считались передовыми даже в довольно передовой Секте Ищущих Дао. Там были «Оружейная Хе-хе-хе», «Трактир Р-р-р», «Бордель Оу-оу-оу» и многое другое.

— А если «Шашлычная Пересечения Бедствий»?

— Тогда уж «Шашлычная Вознесения в бессмертные».

— По-моему, «Шашлычная Лёгкой лодки» звучит неплохо.

— Кто даёт шашлычной такое изящное имя?

Они обсуждали ещё какое-то время, но в итоге были вынуждены признать удручающий факт: никто из них не умел придумывать названия.

— Ладно, каждый из нас напишет название на бумаге и скомкает. Потрясём и вытянем случайно, — Лу Ян предложил решение, и двое других согласились.

Учитывая, что Лу Ян и Мэн Цзинчжоу не славились чистым сердцем, они решили: безопаснее будет, если бумажки потрясёт Ман Гу. Сложив ладони, Ман Гу обхватил три маленьких бумажных шарика. Он покачал их вверх-вниз, сдвинул большой палец — и два шарика вылетели.

Развернув один, он увидел написанные слова: Ещё раз.²

Ман Гу в растерянности раскрыл другую бумажку. Там было написано: Спасибо за покупку.

В голове Ман Гу безумно всплывали вопросительные знаки. Понадобилось время, чтобы он осознал происходящее.

Мы ведь просто выбираем название лавки, а не участвуем в лотерее… верно?

### Примечания

1. Отсылка к одной из ранних и успешных китайских реклам: она продвигала алкоголь и утверждала, что три чаши — как раз нужное количество.

2. Может означать и «ещё раз», и «приходите снова».

Он посмотрел на Лу Яна, потом на Мэн Цзинчжоу и медленно спросил:

— Это вы придумали такие названия?

Лу Ян кивнул.

— Я придумал «Шашлычная “Ещё раз”».

Мэн Цзинчжоу тоже кивнул.

— А я — «Шашлычная “Спасибо за покупку”».

В сравнении с их идеями Ман Гу почувствовал, что название «Шашлычная “Барашек-барашек-барашек”» слишком обычное.

Первой бумажкой, которую развернул Ман Гу, была бумажка Лу Яна, поэтому по их правилам шашлычная получила название «Ещё раз».

— Кстати, у вас есть способ скрывать колебания ауры? — спросил Лу Ян.

На улицах он заметил, что дыхательные методы многих людей по-разному резонируют с духовной энергией, и по этому можно определить, что они культиваторы. Но когда он сканировал их духовным сознанием, не мог различить культивацию.

Если бы один-два человека оказались сильнее него, это ещё было бы разумно. Но если у всех культивация выше его — это явно невозможно. Это не деревня Тайпин: культиваторов здесь много, но не настолько, чтобы каждый минимум находился на Закладке фундамента.

Подумав, Лу Ян понял причину. Культивация определяет статус культиватора. Если хочешь бродить по цзянху и не быть задираемым, нужно либо обладать выдающейся силой, либо скрывать культивацию, чтобы другие не решались действовать легкомысленно.

А мы, когда выходим, вообще себя не скрываем. Практически говорим всем, что мы зелёные новички. Если хотим проникнуть в Демонический культ, нужно притвориться старыми ветеранами цзянху.

— У меня есть один метод. Мы использовали его дома на охоте, — Ман Гу достал из-за пазухи свиток из овчины. — Дичь в диких землях очень хитрая. При малейшем признаке опасности убегает. Если мы хотели добиться успеха, приходилось заранее скрывать колебания ауры и устраивать засаду.

Варварское племя, к которому принадлежал Ман Гу, имело самую благородную родословную в диких землях. На охоту выходили не только соплеменники на Тренировке ци и Закладке фундамента, но даже члены племени на Золотом ядре, способные обходиться без пищи. Для Варварского племени добыча была не просто едой: она обладала свойствами природных сокровищ.

— Но при использовании этого секретного заклинания двигаться нельзя. Пошевелишься — заклинание нарушится.

Чем больше ограничений, тем сильнее часто эффект заклинания. Только по одному эффекту скрытия свиток из овчины уже мог бы войти в тройку лучших.

— У меня есть обычное заклинание сокрытия, но тот, кто выше тебя на целую большую стадию, сможет определить твою культивацию, — Мэн Цзинчжоу вынул бамбуковый свиток.

Было непонятно, сколько времени он хранился: от него всё ещё исходил слабый аромат бамбука. По качеству самого бамбука тоже можно было понять, что записанное на нём заклинание необычно.

В его нефритовом кулоне хранилось ещё множество других заклинаний и магических предметов из дома. Их было так много, что он даже не успевал всё выучить.

Лу Ян странно посмотрел на Мэн Цзинчжоу.

— Разве ты не ушёл из дома и семьи? Откуда у тебя столько хороших вещей?

— Младшая сестра тайно дала мне.

— Ладно.

Троица начала изучать заклинание сокрытия. Все они были многообещающими талантами, так что выучить маленькое заклинание оказалось для них проще простого. Они освоили его всего за час; оставалась только практика.

Лу Ян сложил кулак в ладонь в знак благодарности.

— Когда я выучу новые заклинания, обязательно научу вас!

На вид Ман Гу и Мэн Цзинчжоу доставали свои методы легко, но Лу Ян понимал: оба типа заклинаний сокрытия редки. Это полностью показывало их доверие к нему.

Мэн Цзинчжоу отмахнулся со смехом, а Ман Гу тоже велел Лу Яну не принимать близко к сердцу.

---

— Хм? Я помню, здесь была чайная, а теперь шашлычная? — под покровом ночи два героя цзянху случайно заметили, что прежняя чайная исчезла, а вместо неё появилась шашлычная с весьма интересным названием.

— Шашлычная «Ещё раз». О, как пахнет.

Два героя цзянху втянули носом воздух. Аромат ударил им в нос и заставил рот наполниться слюной.

— Перекусим?

— Пойдём.

Они мгновенно сошлись во мнении и вошли.

Едва переступив порог, оба остолбенели от бурной атмосферы внутри. Посетители чокались вином, уплетали шпажки, лихо пили алкоголь и ели с блаженством на лицах. Голоса были такими громкими, что почти могли сорвать крышу. Здоровенные мужчины, похожие на официантов, держали шпажки и бегали туда-сюда.

Какой крепкий официант. Это чтобы гости не ели и не сбегали?

— Новая лавка настолько популярна?

Двое оживились. Раз она так успешна, должна быть причина. Нужно попробовать. Им повезло: оставался всего один свободный стол.

Когда они сели, подошёл официант по имени Лу Ян с маленькой книжечкой в руках и стандартной улыбкой работника обслуживания.

— Здравствуйте, что желаете заказать?

— Две бутылки вина, тарелку варёного арахиса, тридцать бараньих шпажек, тридцать говяжьих и две порции жареного картофеля… всё слабой остроты. Мы оба не очень переносим острое.

— Угу, — записал Лу Ян. Затем передал Ман Гу звуковое сообщение: — Можешь поправить рецепт? Твой шашлык слишком вкусный и привлёк слишком много людей. Как нам теперь следить за Цинь Юаньхао?

Лу Ян не ожидал, что секретный рецепт Ман Гу окажется настолько «эффективным». В первую ночь пришло несколько посетителей. Во второй день заняли несколько столов. На третий день зал был полон. Сегодня был четвёртый день, и как только два героя цзянху заняли последний стол, снаружи уже начала выстраиваться очередь.

Лу Ян подозревал, что к пятому дню кто-нибудь начнёт спрашивать о бронировании или подсаживании за общий стол. На тридцатый день они смогут открыть филиал в соседнем округе. Через год появятся двести филиалов на севере Центрального континента. Через три года они прогремят по всему континенту. Ещё через пять лет выйдут на фондовый рынок… если бы здесь существовало понятие фондового рынка.

С рецептом Ман Гу всё в порядке? Он точно не добавил в соус ничего запрещённого?

Это была лишь шутка. Лу Ян и Мэн Цзинчжоу пробовали шашлык Ман Гу и не нашли ничего незаконного. Он действительно был восхитителен, но они не ожидали, что он привлечёт столько клиентов.

Через некоторое время Лу Ян наконец понял причину. Я всё время ем блюда высшего качества на Пике Небесных Врат, так что мой вкус уже избалован. Если даже мне шашлык Ман Гу кажется вкусным, это многое говорит об уникальности его рецепта.

Иными словами, нельзя позволять лавке оставаться такой популярной.

— Внизу, кажется, очень заняты. Может, мне спуститься помочь? — в их ушах прозвучал ленивый голос Мэн Цзинчжоу.

Он один наблюдал за Цинь Юаньхао со второго этажа.

— Сиди на месте и продолжай следить за Цинь Юаньхао. Не спускайся и не устраивай беспорядок! — предупредил Лу Ян.

Если Мэн Цзинчжоу спустится, он точно не просто будет официантом. Насколько Лу Ян его понимал, тот мог выдать сяншэн даже во время подачи блюд.

Мэн Цзинчжоу широко зевнул так, что остальным тоже захотелось спать.

— Но на втором этаже правда скучно. Уже четыре дня, а Цинь Юаньхао и не думает выходить. Он либо медитирует, либо медитирует. У него даже развлечений никаких нет.

— По-моему, нам лучше притвориться артистами цзянху. Я пойду в дом Цинь Юаньхао выступать с сяншэном, а ты будешь поднимать огромные чаны. Пока он отвлечётся, Ман Гу поставит талисман подслушивания или что-нибудь такое.

Лу Ян и Ман Гу полностью проигнорировали Мэн Цзинчжоу. Лучший способ справиться с болтливым человеком — сделать вид, что его не существует.

Заметив, что никто не обращает на него внимания, Мэн Цзинчжоу мог только сменить тему.

— Ман Гу, ты правда не думаешь сделать шпажки хуже?

У Ман Гу были свои твёрдые принципы.

— Наша семья — наследственный род мастеров шашлыка. Все восемнадцать поколений умели жарить. Я не могу испортить репутацию Варварского племени!

Это было правдой. Главный способ готовки в Варварском племени — жарка на огне.

Глаза Ман Гу пылали горячим боевым духом.

Лу Ян не знал, что сказать. Почему твой боевой дух пылает именно здесь? Мы пришли проникнуть в Демонический культ, а не открывать семейную сеть лавок!

Он вздохнул. Раз Ман Гу не желал снижать качество, оставалось только поднять цены.

— Дорогие гости, какое вино желаете?

Два героя цзянху были людьми широкими и без стеснения крикнули:

— Чем крепче, тем лучше! В цзянху меня знают как того, кто не пьянеет и после тысячи чаш!

Второй тоже закричал:

— А меня в цзянху знают как того, кто не пьянеет после десяти тысяч чаш!

Лу Ян подумал: Хватит хвастаться. Вы точно выдержите, если я подам вам две бутылки чистого спирта?

В итоге он подал им две бутылки Лаобайганя¹, надеясь, что их переносимость алкоголя действительно так хороша, как они хвастались.

Стоя у входа и принимая посетителей, Лу Ян выкрикивал:

— Пожалуйста, берите номер очереди и не влезайте без очереди. Мы подготовили для всех бесплатный чай и закуски. Просим немного подождать, скоро освободится стол!

— И ещё: скидок за приведённых новых гостей нет. Перестаньте приводить людей!

Лу Ян не был уверен, сработает ли это, но решил для начала прокричать несколько раз. Нельзя открывать сеть лавок.

Люди в очереди беспокойно засыпали его вопросами.

— Можно бронировать заранее?

— Доставку на дом делаете?

— Можно выкупить весь зал?

Кроме героев здесь были и культиваторы, а они купались в деньгах.

— Бронь возможна.

— Если недалеко, доставку сделать можно, но будет дополнительная плата за обслуживание.

— Выкупить весь зал — без проблем.

Лу Ян очень хотел, чтобы кто-нибудь просто выкупил всё место и дал ему немного покоя.

— Внимание, Цинь Юаньхао покинул усадьбу, — одновременно получили звуковое сообщение Мэн Цзинчжоу Лу Ян и Ман Гу. Первый неожиданно почувствовал облегчение.

— Я прослежу за ним. Ты спускайся и меня подменяй. Ман Гу, присмотри за ним, не дай устроить беспорядок.

Лу Ян освоил два заклинания — «Сжать землю» и «До цуня», — поэтому обладал огромным преимуществом и в бою, и в слежке. Поскольку на людях нельзя было просто нырнуть в землю, он прошёл на задний двор. Там два призрака-пособника тигра, покрытые потом от усталости, были заняты шашлыком. Они мечтали отрастить ещё восемь рук для работы. Двигались они так быстро, что почти превращались в размазанные тени.

При жизни они, наверное, не испытывали такой насыщенной и занятой жизни.

Кроме того, призраки-пособники носили одежду странствующих торговцев, в которой умерли. Чтобы пьяные посетители не забрели на задний двор и случайно не заметили странность их одежды, троица полдня изучала, как можно поменять призракам одежду: от приглашения даоса для ритуала и монахов для чтения сутр до перелистывания древних книг и проверки легенд. К концу поисков два призрака-пособника стали ещё прозрачнее.

К счастью, Лу Ян нашёл самый простой способ — сжечь одежду для призраков.²

Два призрака-пособника были так поглощены работой, что даже не заметили прихода Лу Яна. Тот успешно погрузился в землю и осторожно пошёл по следу Цинь Юаньхао.

Мэн Цзинчжоу быстро переоделся и сменил Лу Яна. Подав несколько бараньих шпажек, он сказал:

— Бараньи шпажки готовы, дорогой гость, приятного аппетита.

— У этих бараньих шпажек, надо сказать, есть своя история. Послушайте не спеша. Однажды на северной степи засиял золотой свет. Родился младенец…

---

Когда Цинь Юаньхао шёл в темноте, его фигура почти сливалась с ночью. Даже прохожие не замечали его присутствия.

Техника, связанная с тенями или с тьмой? — тайно наблюдал Лу Ян, стараясь собрать как можно больше сведений.

Чтобы создать собственные техники, он много читал и знал о множестве видов методов.

Лу Ян продолжал следить. Цинь Юаньхао ступил на грязную дорожку и вошёл в извилистый переулок. Даже скрываясь под землёй, Лу Ян чувствовал вонь.

По ускорившимся шагам Цинь Юаньхао он понял: тот в скверном настроении.

Цинь Юаньхао нахмурился; это место ему не нравилось. С мрачным лицом он пинком распахнул дверь комнаты и напугал подручных, спавших глубоким сном.

— У вас ещё есть настроение спать?!

Подручные поспешно вскочили и дрожали, не понимая, почему босс пришёл в ярость. Мы усердно работали и не смели лениться. После целого дня дел ночью спать — разве это неправильно?!

Наоборот, босс не спит ночью и не встаёт утром. По сравнению с боссом наш распорядок слишком правильный.

Цинь Юаньхао пнул подручного в стену и гневно спросил:

— Почему за эти дни никто не доложил мне? Где люди, которых я велел найти?!

Подручный почувствовал, будто молот ударил ему в сердце, и обиженно сказал:

— Босс, вы сказали, что мы можем вернуться только когда найдём людей.

— Мы не нашли тех, о ком вы говорили, и не смели идти к вам. Почему мы виноваты ещё и за то, что слушались ваших приказов?

Подручному было обидно. Я подчинённый. Что старший брат говорит, то я и делаю. И он всё равно недоволен. Как же ему трудно угодить.

Цинь Юаньхао замолчал. Он даже подумал, что подручный говорит разумно.

Но мне просто хочется его ударить. Что делать?

— Если не приходите ко мне, вы не знаете, как написать письмо?

— Но вы сказали, что важные дела нужно докладывать лично.

Цинь Юаньхао вспыхнул.

— Разве я не говорил, что в особых обстоятельствах нужны особые меры?!

— Говорили, что в особых обстоятельствах нужны особые меры, но ещё вы сказали, что является ли ситуация особой, мы должны сначала обсудить внутри, а потом вы вынесете окончательное решение.

— И вы обсуждали?

— Два дня назад обсудили. Единогласно решили, что на этот раз ситуация особая и требует вашего суждения и решения.

— Тогда почему я не вижу, чтобы вы дали мне решить?!

— Вы сказали, что важные дела нужно докладывать лично. Раз мы всё ещё не нашли человека, который пустил слух, мы не могли прийти к вам.

Цинь Юаньхао потерял дар речи.

Я сегодня умру от этой бесконечной петли?

Он глубоко вдохнул два раза и снова и снова предупреждал себя не убивать. Эти подручные негибкие, но верны мне и строго выполняют все мои приказы без малейшего отклонения.

Если убью подручных, остальные разочаруются. К тому же надёжных людей у меня и так немного. Убью ещё — никого не останется.

— Каков именно прогресс в поисках этого человека? Даже если вы не нашли его, должны быть хоть какие-то зацепки? — Цинь Юаньхао уставился на подручного. Если посмеешь сказать, что зацепок нет, можешь забыть о жизни сегодня!

Ты правда думаешь, я не осмелюсь убить?

Подручный тихо пробормотал:

— Нет.

Почувствовав убийственный взгляд босса, он быстро добавил:

— Старший брат, вы же знаете, какие особенные приметы у людей, которых вы ищете. Если бы они показались на людях, точно привлекли бы внимание. Но прошло четыре дня, а наши братья бегали до мозолей на ногах и ничего не нашли.

— Если отбросить всё остальное, только по признакам «восемь чи ростом и восемь чи шириной» мы обошли всё вокруг и нашли лишь одного подходящего. Но у него либо нет оспин, либо он не ест детей, либо у него вполне приятная внешность.

— Кто это? — Цинь Юаньхао подумал: Неважно, похож или нет. Как убивают курицу, чтобы напугать обезьяну, так сначала убью кого-нибудь со сходной фигурой, чтобы напугать остальных и меня случайно не недооценили те, кто прячется в тени.

— Талисман-талисман лавки тофу на улице Цяньмэнь.

— Я тебя зарежу!

### Примечания

1. Китайская марка крепкого алкоголя.

2. В Китае для умерших сжигают вещи и бумажные деньги как подношение.

Деловая стратегия Торговой гильдии Луоди была довольно прогрессивной. Чтобы расширить узнаваемость бренда, они создали концепцию «бренд-талисмана» и пригласили мастера-художника Сюань-даоцзы. После трёх правок был утверждён первый набросок талисмана.

На нём был пухлый поросёнок, держащий монету.

После того как Торговая гильдия Луоди представила бренд-талисман, её известность действительно значительно выросла. Узнав об этом, многие другие торговцы последовали примеру и создали собственные уникальные талисманы.

Одним из таких мест была лавка тофу на улице Цяньмэнь в округе Яньцзян.

В итоге Цинь Юаньхао не убил подручного. Успокоившись и подумав ещё, он понял: его люди работали приземлённо и никогда не срывали поручений. Если они сказали, что не смогли найти этих людей, значит, действительно не смогли.

Не может же талисман лавки тофу бегать и распускать слухи.

— Такие заметные признаки, но всё равно не найти? Похоже, меня подставляют собратья по Демоническому культу! — усмехнулся Цинь Юаньхао.

Как тут не понять, что кто-то специально меня подставил? Просто я не знаю кто.

В демонических культах такое было не редкостью. Сам Цинь Юаньхао тоже немало вредил собратьям.

Раз за всё это время зацепок так и не появилось, Цинь Юаньхао оставалось только проглотить обиду и медленно обдумывать, кому мстить.

— Раз не нашли, продолжать поиски не нужно.

Цинь Юаньхао достал стопку бумаг и несколько серебряных монет и бросил подручному.

Это тоже была причина не убивать людей. Кто-то должен выполнить поручение главы филиала. Если сейчас убить их, где искать замену?

— Завтра рано утром собери всех наших братьев и отправляйтесь в ближайшие восемь округов. Тайно распространяйте эти бумаги на чёрном рынке. Это серебро — жалованье и дорожные расходы. Понял?

— Да-да, понял, — последний рык Цинь Юаньхао испугал подручного.

— Громче.

— Понял! — Подручный выпрямил спину и выкрикнул так, что шея покраснела.

Женщина средних лет из соседней комнаты гневно крикнула, и её голос прошёл сквозь стену:

— Ты знаешь, который сейчас час? Чего орёшь?

Она кричала ещё громче подручного.

В глазах Цинь Юаньхао мелькнуло убийственное намерение.

— Старший брат, она культиватор Закладки фундамента и живёт здесь в уединении, — быстро объяснил подручный.

Многие культиваторы любили играть в смертном мире. Кто знает, не окажутся ли все продавцы шашлыка на улице культиваторами?

Цинь Юаньхао фыркнул, ничего не сказал и ушёл.

Подручный зевнул. Босс наконец-то ушёл. Затем голова коснулась подушки — и он сразу заснул. Завтра утром ещё работа.

Подручные Цинь Юаньхао часто получали от него случайные и непонятные задания. Ради сохранения тайны он ничего не объяснял, только требовал исполнять приказы.

На этот раз было так же.

Когда подручный крепко уснул, Лу Ян вынырнул из земли. Он утащил три листа бумаги и пошёл следом за Цинь Юаньхао. Тот выходил только разыскать подручных. Раздав указания, он вернулся.

Проходя мимо шашлычной «Ещё раз», Цинь Юаньхао остановился.

— Я всего четыре дня был в уединении, а тут уже открылась новая шашлычная? И такая популярная?

Цинь Юаньхао внезапно захотел поесть. Неважно, сколько людей. Я могу просто пройти без очереди. Уже счастье для вашей маленькой лавки, что культиватор Закладки фундамента вроде меня пришёл поесть и не заставил вас вставать на колени. А вы ещё хотите, чтобы я ждал?

Однако в итоге он отбросил эту мысль. Такие вещи, как шашлык, приятнее есть в компании. Одному не так весело.

— Оставлю на следующий раз.

Цинь Юаньхао вернулся домой.

Лу Ян вернулся в шашлычную помогать. Едва войдя, он увидел, как Мэн Цзинчжоу выступает с сяншэном. Посетители даже аплодировали и требовали продолжения:

— Ещё раз!

Лу Ян глубоко вдохнул. Похоже, вы двое правда хотите сделать эту шашлычную большой и успешной…

Почувствовав режущий взгляд Лу Яна, Мэн Цзинчжоу быстро закрыл рот и послушно вернулся к роли официанта, игнорируя все крики посетителей.

Через некоторое время гости постепенно разошлись, и в шашлычной наконец воцарился покой. Два призрака-пособника тигра прибирали жаровни и утварь, подсчитывали потраченные за день ингредиенты и оценивали, сколько нужно купить завтра. Троица же сидела на втором этаже и обсуждала сегодняшнюю добычу.

— Сколько серебра мы сегодня заработали? — Мэн Цзинчжоу возбуждённо потёр руки. Начать дело с нуля давало ему сильное чувство достижения.

— Кто говорит о такой добыче?! — Лу Ян хлопнул по столу и уставился на него. — Ты забыл, зачем мы пришли?

— Открывать сеть лавок? — Ман Гу всё ещё думал о расширении семейного дела и выводе его на новые высоты.

Лу Ян перестал обращать внимание на двух дураков. Он достал три листа бумаги и пересказал события ночи: как следил за Цинь Юаньхао.

— Белая бумага? — Мэн Цзинчжоу взял лист и осмотрел с обеих сторон, но ничего не понял.

Лу Ян тоже не знал, как проявить содержимое.

— Цинь Юаньхао велел своим людям распространять эти листы на чёрном рынке, значит, на них должна быть информация. Просто мы не знаем, как её определить и расшифровать. Это особый способ связи между демоническими культами?

Мэн Цзинчжоу кивнул, соглашаясь с догадкой Лу Яна.

— Очень возможно. Эти скрытные типы часто любят шифры и тому подобное. Бумага предназначена для всех демонических культиваторов, и все они должны её получить. Если даже мы на Закладке фундамента не видим на ней текста, то культиваторы Тренировки ци тем более не увидят.

— Значит, дело не в шифре, а в бумаге.

Лу Ян немного подумал и стал нагревать бумагу над углями.

— Что ты делаешь? — Ман Гу не понял.

Лу Ян осторожно подогревал лист и попутно объяснял:

— Я читал в книге: если писать на бумаге сахарной водой, после высыхания текст будет невидим. Нужно сильное тепло, чтобы убрать воду из сахара, тогда проявятся коричневые знаки.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу нашли это знание очень интересным.

После пяти минут нагрева на бумаге ничего не появилось, и Лу Ян мог только отказаться от метода. Он призвал в ладони маленький шар воды и внезапно сжал его так, что тот лопнул. Водяная пыль брызнула и осела на белой бумаге.

— А теперь что?

Лу Ян объяснил:

— Особые жидкости, вроде геля для мытья тела или стирального средства, очень хорошо впитывают воду. Если писать ими, после высыхания текст становится невидимым. Нужно сбрызнуть бумагу водой и использовать разницу в скорости впитывания, тогда знаки проявятся.

Центральный континент мог казаться похожим на древние времена, но на самом деле это было не так. Из-за существования заклинаний — намеренно или случайно — здесь было множество вещей, совсем не древних. Гель для мытья тела и стиральное средство, о которых говорил Лу Ян, были такими примерами.

К сожалению, на бумаге всё равно ничего не появилось.

Лу Ян не пал духом. Ещё немного подумав, он придумал новый вариант.

— Раз это способ связи демонического пути, возможно, расшифровывать нужно привычными для них методами?

Лу Ян прикусил большой палец и капнул на бумагу несколько капель крови. Кровь словно ожила и поплыла по поверхности листа.

— Как я и думал, это метод демонического пути для создания бумаги, так что обычными мерками судить нельзя, — Лу Ян облегчённо вздохнул. Наконец получилось.

На белой бумаге будто были невидимые канавки. Куда текла кровь, там она заполняла их и складывалась в знаки.

— В первый день четвёртого месяца филиал Яньцзян Культа Вечности будет набирать новых членов. Точное место объявят за день до набора.

Культ Вечности был одним из Четырёх великих демонических культов.

— Культ Вечности… Помню, они поклоняются Бессмертному Вечности. Они утверждают, что Бессмертный Вечности не умирает и не гибнет, существует вечно. Если стать его преданным последователем, можно избежать трёх бедствий и пяти бед культивации[^1] и продлить себе жизнь, — пересказал Мэн Цзинчжоу известные ему сведения.

Это были самые базовые сведения, которые мог добыть любой, кто немного постарается, но насколько они правдивы — оставалось неизвестным.

— Раз Культ Вечности набирает людей, для нас это как раз хороший шанс. Когда придёт время, там будет смешанная толпа всякого народа, требования к вступлению снизятся, а личности проверять будут не слишком строго, — обрадовался Лу Ян.

Вот это хорошая новость! Я как раз переживал, что мы трое никогда не практиковали настоящих демонических техник культивации и неизвестно, сможем ли мы замаскироваться с помощью Заклинания управления призраками. А Цинь Юаньхао вдруг принёс нам такие отличные вести. Он просто наша счастливая звезда!

— Тогда Цинь Юаньхао всё ещё убивать? — спросил Ман Гу. Похоже, теперь уже и незачем.

— В любом случае он всё равно бедствие. Если сможем убить — убьём, но его костяной жетон использовать не будем, — ответил Лу Ян.

Сумеем мы проникнуть в демонический культ или нет, Цинь Юаньхао всё равно надо убить. Для демонического культиватора дойти до средней или продвинутой стадии Закладки фундамента и не запачкать руки кровью — невозможно.

Не обманывайтесь тем, что Цинь Юаньхао не убил своих подручных. Это не потому, что он мягкосердечен, а потому, что они ещё полезны. Но когда подручный лишится конечности и станет неповоротливым, он потеряет для Цинь Юаньхао ценность. Вот тогда он точно умрёт.

— Почему нельзя использовать костяной жетон?

Лу Ян подозвал двух призраков-чангуй, чтобы те подали шашлык, и, жуя, объяснил:

— Отношения между членами демонических культов не так хороши, как мы думаем. Если мы подставим Цинь Юаньхао, он начнёт расследовать и решит, что кто-то из демонического культа имеет на него зуб.

— Если мы войдём в демонический культ по жетону Цинь Юаньхао, нас сочтут людьми Цинь Юаньхао. Потом нам могут специально усложнять жизнь, а это того не стоит.

Ман Гу осенило.

Лу Ян усмехнулся:

— Но демонический культ и правда осторожен. Чтобы местоположение базы не утекло наружу, они собираются объявить его только в последний момент. Боятся, что праведный путь, узнав их адрес, придёт и вырежет их подчистую?

— Мы продолжим следить за Цинь Юаньхао и посмотрим, сможем ли так найти филиал Яньцзян. Заодно подготовимся.

— Уже поздно. Кто хочет — культивируйте, кто хочет — отдыхайте. На сегодня всё.

---

На следующее утро Лу Ян проснулся, зевнул, оделся и позавтракал вместе с остальными. Ман Гу приготовил суп из говяжьих потрохов[^2].

Он уже успел вернуться с рынка и привёз тележку, нагруженную свининой, говядиной и бараниной.

Ман Гу сварил бульон на говяжьей бедренной кости, добавил щепоть соли и другие приправы. Потроха немного побурлили в котле — и горячая миска супа из говяжьих потрохов была готова.

— Добавь ещё рубца! — крикнул Лу Ян.

— Сейчас.

После сытного завтрака каждый занялся своим делом.

Сегодня дежурить на наблюдении должен был Ман Гу, поэтому он убежал на второй этаж, собираясь просидеть там весь день.

Мэн Цзинчжоу не умел сидеть на месте. Как взбудораженный кролик, он куда-то умчался — скорее всего, доставлять неприятности другим.

Два призрака-чангуй занимались разделкой мяса, нарезкой овощей и нанизыванием шпажек. За последние четыре дня они уже освоили процесс. Если нанизывать с утра до вечера, как раз успеваешь к открытию лавки и приходу вечерних гостей. Потом они уходили во двор разжигать уголь и всю ночь жарили шашлык.

Работая с утра до ночи, они, можно сказать, проводили время очень насыщенно.

У Лу Яна тоже были свои дела. Он достал Кулак звериных форм и решил посмотреть, сможет ли ухватить основы. Раньше боевые искусства он не практиковал, поэтому в глубине души не был уверен.

— Всё когда-то бывает впервые.

Лу Ян установил простейшую Звукоизолирующую формацию, чтобы звук не проходил ни внутрь, ни наружу. Сев, скрестив ноги, он принялся старательно листать книгу.

— Кулак звериных форм — кулачная техника, имитирующая особые способности и форму разных животных, а также боевые и бытовые состояния людей. В неё входят Кулак тигра, Кулак обезьяны, Орлиный коготь, Кулак змеи и прочее. В этой книге содержится только Кулак тигра.

— Кулак тигра делает упор на подражание форме тигра, заимствование его приёмов, осмысление их и слияние в кулачное намерение.

— Связка Кулака тигра короткая, ясная и плотная; стойки и шаги в ней сравнительно малы, с упором на стойку “три-семь”.

— В освоении Кулака тигра самый опасный шаг — наблюдение за тигром. Лучше всего иметь опыт боя с тигром. Только тогда можно глубоко понять боевую стойку тигра и лучше ей подражать.

Самый трудный шаг для Лу Яна, наоборот, оказался самым простым: с тигром он уже сражался и победил.

Он медленно закрыл глаза.

Рёв, прыжки и рвущие движения тигра во время их боя снова ярко всплыли в сознании Лу Яна. Хотя тигр-демон был им убит, Лу Ян не мог не признать, что тот был сильным противником, и у него было чему поучиться.

Конечно, звать жену на помощь мне учиться не нужно. Да я сейчас и не смогу.

Образ тигра-демона постепенно наложился на его собственный, слился с ним, и человеческая форма Лу Яна словно обрела навыки тигра.

В сознании Лу Ян снова и снова проигрывал движения Кулака тигра. Изначально неловкие движения становились всё плавнее, будто тигр вселился в его тело и рычал у него в голове. Такое было возможно только после достижения Закладки фундамента и предъявляло высокие требования к духовному сознанию. Обычные смертные мастера боевых искусств на такое не были способны.

Лу Ян открыл глаза. В них мелькнул свирепый блеск, будто внутри прятался лютый тигр. Он подпрыгнул, устойчиво приземлился и принял стойку. Голос и дыхание наполнились силой. Энергия хлынула по телу, он с мощью топнул по земле, излучая яростную и плотную ауру.

Услышав звуки его кулачной техники, два призрака-чангуй, нанизывавшие мясо внутри, вздрогнули. Они сперва подумали, что тигр-демон воскрес, и осторожно выглянули из-за двери. Только убедившись, что это не тигр-демон, они с облегчением вернулись к шпажкам.

Закончив один комплекс, Лу Ян почувствовал, что всё тело полно энергии, словно в нём скопилась неисчерпаемая сила, которую надо выплеснуть. Пользуясь случаем, он отработал ещё несколько комплексов; каждый следующий был плавнее предыдущего, каждое движение — твёрдым и мощным.

Насколько это можно было применить в настоящем бою — отдельный вопрос, но прямо сейчас даже мастер Кулака тигра не нашёл бы у Лу Яна изъяна.

— Нет, ещё есть куда улучшать.

Движения Лу Яна становились всё быстрее, но сердце оставалось спокойным, как тихое озеро и зеркало. Он вошёл в чудесное состояние: каждое движение раскрывала его понимание кулачной техники. Чем больше он бил кулаками и ногами, тем глубже становилось это понимание, а за его спиной смутно возник призрачный образ тигра-демона.

— Р-р-р!

Когда понимание Лу Яна достигло вершины, всё оно вылилось в один чрезвычайно удовлетворённый тигриный рык.

— М-м? Почему я лежу на земле? — Лу Ян пришёл в себя и обнаружил, что находится в необъяснимо странной позе. Когда он захотел встать, ноги стали ватными; он несколько раз пошатался и споткнулся, но так и не смог подняться.

— Что происходит?

Как вообще могла случиться неполадка из-за одной только тренировки кулака? У меня ведь талант к кулачным техникам довольно высокий, откуда тут взяться проблеме?

Лу Яна охватило тревожное предчувствие. Перебирая руками и ногами, он подполз к бадье с водой.

И наконец увидел свой нынешний вид.

Он превратился в тигра.

Я успешно освоил Кулак тигра. Какая радость.

— Лу Ян, угадай, что я видел на улице? Там была лавка тофу с очень интересным талисманом бренда, — Мэн Цзинчжоу только что вернулся с прогулки. Услышав, что Лу Ян тренирует кулачную технику во дворе, он захотел посмотреть, как у того дела.

А потом увидел тигра, который сидел у бадьи с водой и будто смотрелся в зеркало.

— Да чтоб меня, демон!

[^1]: Три бедствия, вероятно, относятся к огню, воде и ветру.

[^2]: Пример нючжа-тан, супа из говяжьих потрохов.

— Да чтоб меня, демон! — взвизгнул Мэн Цзинчжоу, замахав руками и уже собираясь ударить.

Его реакцию трудно было назвать необоснованной. Во дворе, где Лу Ян должен был тренировать кулачную технику, самого Лу Яна не было, а вместо него появился тигр. Нетрудно было предположить, что тигр-демон воскрес и сожрал Лу Яна.

«Тигр-демон» заговорил человеческим голосом, в точности как Лу Ян:

— Демон тебе дедушка! Это я!

— У него даже голос как у Лу Яна! — ужаснулся Мэн Цзинчжоу.

Человек и тигр одновременно подпрыгнули. Мэн Цзинчжоу, ошеломлённый голосом «тигра-демона», не успел среагировать и был сбит на землю лапой Лу Яна.

Лу Ян холодно фыркнул. Во дворе даже следов борьбы нет. Как меня мог сожрать тигр-демон? Этот паршивец явно меня узнал и нарочно валяет дурака.

Мэн Цзинчжоу цокнул языком. Лу Ян сейчас по-настоящему его не ударил. К тому же кожа у него была достаточно грубой и толстой, так что боли почти не было.

Он поднялся, отряхнулся и подозрительно посмотрел на Лу Яна.

— Что, собственно, происходит? Ты же постигал Кулак звериных форм. Почему вместо этого выучил технику превращения?

— Подожди немного, дай разобраться, как вернуться обратно. — «Тигр-демон» Лу Ян попытался почесать затылок, но понял, что лапой не достаёт. Пришлось сесть и почесаться задней лапой… Ладно, не буду чесаться. Слишком вредит образу.

Лу Ян оскалил зубы. Он правда не ожидал, что от тренировки кулака может возникнуть столько странных неприятностей.

Если подумать, только моя техника меча считается нормальной.

Сказать ли, что я оправдываю ожидания мечевого духовного корня?

Мэн Цзинчжоу взбежал наверх и позвал Ман Гу вниз.

— Что такое? Я сейчас слежу за Цинь Юаньхао.

— У меня есть кое-что забавное показать.

Мэн Цзинчжоу притащил растерянного Ман Гу во двор, где они увидели знакомого «тигра-демона».

— Демон, верни жизнь брату Лу! — взревел Ман Гу и без колебаний бросился на Лу Яна. Он ещё не до конца понял, что происходит, и потому не сдерживался.

Увидев, что дело вышло из-под контроля, Мэн Цзинчжоу быстро обхватил огромного парня из Варварского племени за пояс и принялся умолять его успокоиться.

— Не бей, не бей его! Это Лу Ян!

Два призрака-чангуй, нанизывавшие мясо, услышали шум во дворе. Из любопытства они тайком подбежали посмотреть, что случилось, и перепугались до потери чувств.

На этот раз тигр-демон правда воскрес!

«Тигр-демон» Лу Ян закатил глаза и не стал обращать внимания на эту компанию. Вместо этого он сосредоточился на том, как вернуться обратно. Закрыв глаза, он трижды про себя повторил: «Вернуться в норму».

Когда Лу Ян снова открыл глаза, он уже восстановил свой прежний облик.

После всей этой суматохи троица наконец смогла сесть и обдумать, что только что произошло.

Два призрака-чангуй тоже с облегчением выдохнули и вернулись к шпажкам. Сегодня вечером дела точно пойдут лучше, чем вчера. Надо подготовить больше шашлыка.

— В общем, дело было так: я только что практиковал Кулак звериных форм… — Лу Ян начал медленно объяснять.

Когда Ман Гу услышал, что Лу Ян практиковал Кулак звериных форм, у него будто рухнула картина мира. Он не удержался:

— Это Кулак звериных форм или Кулак звериных превращений?[^1]

Мудрецы были правы: прочитать десять тысяч книг недостаточно, надо ещё пройти тысячу ли. Где в книге увидишь такое? В путешествиях мне стоит держаться ближе к брату Лу и Мэн Цзинчжоу.

Я по-настоящему расширил кругозор.

Реакция Мэн Цзинчжоу была ненамного лучше. Он странно смотрел на Лу Яна.

Я думал, ты практиковал заклинание, а ты говоришь, что только что тренировал кулак? Кто вообще способен получить такой результат от боевого искусства?

Мэн Цзинчжоу уже считал странным, что техника управления призраками у Лу Яна закончилась выходом души из тела. Но он не ожидал, что может случиться нечто ещё более нелепое.

Лу Ян уверенно делился своими уникальными прозрениями о Кулаке звериных форм:

— Подумайте сами: разве сущность Кулака звериных форм не в подражании животным? Кулак тигра, Кулак обезьяны, Кулак журавля и так далее — все они ведь подражают тиграм, обезьянам и журавлям?

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу кивнули.

Лу Ян продолжил:

— Именно! Значит, чем лучше подражание, тем лучше эффект и тем сильнее мощь, верно?

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу снова кивнули.

— Я только что близко обменялся приёмами с тигром-демоном, поэтому с Кулаком тигра знаком лучше всех. Естественно, я освоил его быстрее всех и лучше всех, верно?

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу продолжали кивать.

Лу Ян продолжал:

— Исходя из этого, я практиковал кулак, а когда увлёкся практикой, вдруг превратился в тигра. Это же совершенно логично, верно?

Мэн Цзинчжоу уже собирался кивнуть, но вовремя спохватился:

— Какая ещё логика?! Между ними пропасть!

Ман Гу всё ещё тупо кивал.

Лу Ян бессильно развёл руками. Больше всех беспомощен тут я. Я ведь просто практиковал по руководству, добавив к нему капельку собственного понимания.

— Почему бы вам двоим тоже не попробовать? Кто знает, вдруг так можно выучить технику превращения?

В глазах Мэн Цзинчжоу и Ман Гу загорелось воодушевление. Если через тренировку кулака можно выучить технику превращения, это же потрясающе. Хотя говорят, что технику превращения используют всякие сомнительные культиваторы, лишний навык точно не повредит. Кто знает, когда он пригодится?

Под руководством Лу Яна, мастера кулачной техники, они двое быстро освоили Кулак тигра; движения у них были грозными, как у тигра[^2].

Вот только самый ключевой момент — превращение — никак не давался.

Пока эти двое тренировались, Лу Ян тоже не сидел без дела. Наблюдая за их движениями, он вдруг почувствовал, как в сердце прорастает новая идея.

Кулак звериных форм — это техника подражания. Тогда почему ограничиваться животными? Почему нельзя подражать людям?

Эта неудержимая мысль понеслась, как сорвавшаяся с привязи дикая лошадь.

Предпосылка Кулака звериных форм — хорошо знать объект подражания. Глаза Лу Яна загорелись, когда он увидел двоих, занятых тренировкой.

Разве они не лучшие примеры? Я уже освоил главные принципы Кулака звериных форм. Пора новаторствовать.

— Только отбросив старое и породив новое, можно продвигаться вперёд; чтобы идти дальше, нужно изобретать!

Лу Ян тут же начал действовать. Он снова закрыл глаза, вспомнил движения Ман Гу, и его тело пришло в движение.

Посреди практики Ман Гу заметил движения Лу Яна. Они казались ему до странности знакомыми, но он никак не мог понять почему.

— Это разве не… я? — Ман Гу быстро сообразил, но не понял, что Лу Ян задумал.

Сам же виновник снова погрузился в чудесное понимание. Его тело постепенно изменилось — и он действительно превратился в Ман Гу.

— Ха-ха, получилось! Я знал, что моя теория верна! — Лу Ян громко рассмеялся лицом Ман Гу, что выглядело крайне странно и противоречиво.

У Ман Гу в голове словно посыпались восклицательные знаки. Что сейчас произошло? Как он в мгновение ока превратился в меня? Почему это отличается от Кулака звериных форм, который я знаю? Кулаком звериных форм можно подражать ещё и людям?

— Брат Ман Гу, не знал, что ты умеешь так смеяться… Да чтоб меня, два Ман Гу? — Мэн Цзинчжоу как раз тренировался, когда услышал какой-то другой смех. Инстинктивно почувствовав неладное, он обернулся.

Чёрт, один настоящий Ман Гу и один поддельный?!

— Подожди, новый Ман Гу — это на самом деле Лу Ян!

Мэн Цзинчжоу оглядел Лу Яна. С виду он действительно похож на Ман Гу, но выражение и манера совершенно другие.

С первого взгляда понятно, что Ман Гу — прямой и честный человек. А версия Лу Яна выглядит как плохой тип с кучей мерзких идей в голове.

Он уже отказался от мысли изучать Кулак звериных форм. Даже если изначально он хотел выучить его ради превращения, увидев такого Лу Яна, Мэн Цзинчжоу понял: он точно это не освоит.

Это уже вообще не имеет отношения к Кулаку звериных форм.

Освоив технику, Лу Ян довольно плавно сменил облик с Ман Гу на Мэн Цзинчжоу.

— Это правда техника превращения, да?

— Это Кулак звериных форм в стиле Лу. — Лу Ян заложил руки за спину, поднял взгляд к небу под углом в сорок пять градусов и выглядел как настоящий мастер кулачной техники.

(Не спрашивайте, почему после превращения из тигра-демона обратно в человека на Лу Яне осталась одежда. Это приличный роман.)

[^1]: В оригинале названия двух техник отличаются всего одним словом. Здесь для эффекта использовано «Кулак звериных превращений», но дальше речь пойдёт просто о превращении.

[^2]: В оригинале обыгрывается китайская идиома, в которой есть иероглиф «тигр».

— Мой Кулак звериных форм в стиле Лу обширен и глубок. Такому духовному корню одиночки, как ты, его не понять.

— Как говорится, небеса имеют девять слоёв, земля имеет девять глубин; стиль Лу тоже делится на девять уровней.

— Сейчас я достиг только первого уровня. Когда доберусь до более высоких, смогу получать силу объекта превращения, его заклинания и даже культивацию. Если в будущем достигну девятого уровня, стать экспертом Пересечения Бедствий будет делом одной мысли, а подавить Старшую сестру — проще простого!

Лу Ян так собой гордился, что Ман Гу почти поверил. Он тайком спросил Мэн Цзинчжоу:

— Брат Лу говорит правду?

Мэн Цзинчжоу закатил глаза.

— Правду тебе в задницу. Очевидно же, что он всё выдумал. Если хочешь слушать, я тебе восемь разных версий сочиню.

— А-а, — протянул Ман Гу. Его поразила способность Лу Яна и Мэн Цзинчжоу сочинять ложь на месте.

---

Прошло несколько дней с тех пор, как Лу Ян придал Кулаку звериных форм новое значение. Посетителей становилось всё больше, некоторые так хорошо проводили время, что даже оставляли духовные камни в качестве чаевых.

— Мы же подняли цены? Почему людей всё равно так много? — Лу Ян скрипнул зубами. Вчера крупнейший ресторан округа Яньцзян даже предложил выкупить наш рецепт.

Впрочем, зубами скрипел только он. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу были вполне довольны.

Сегодня дежурить и следить за Цинь Юаньхао наверху должен был Ман Гу, а Лу Ян и Мэн Цзинчжоу работали официантами внизу.

Сдерживая желание начать выступать с сяншэном, Мэн Цзинчжоу передал голосом:

— Я слышал, несколько дней назад тут сидел стол культиваторов. После еды они нас расхваливали и говорили, что у нас вкуснее, чем у любых духовных поваров, которых они знали.

— Вот так из одного пошло к десяти, из десяти к сотне, и теперь многие культиваторы знают наш ресторан.

Хотя в Секте Ищущих Дао было полно духовных поваров, в действительности духовный повар был очень редким типом культиватора. В округе Яньцзян их можно было пересчитать по пальцам одной руки, и большинство находилось на стадии Тренировки ци; на Закладке фундамента был только один.

Духовные повара особенно ценили взаимное порождение Пяти элементов. Их блюда были не только вкусными, но и могли улучшать культивацию, достигая единства еды и практики.

Шашлык Ман Гу, конечно, не мог повысить культивацию, зато превосходил всех вкусом. Культиваторы округа Яньцзян рассуждали так: раз уж поесть пищу духовного повара ради улучшения культивации не получается, можно хотя бы есть шашлык, который вкуснее блюд духовных поваров.

Даже если шашлык стоил в десять раз дороже, в глазах культиваторов это всё равно было выгодно.

— Мы уже немного прославились среди средних и верхних кругов округа Яньцзян. Многие простолюдины, у которых с деньгами не туго, тоже следуют моде и приходят поесть. Думаю, они ещё и хвастаются этим. Мы уже недалеко от того, чтобы расширить дело на весь континент. Волнуешься?

— Волнуется твой молот, — Лу Ян закатил глаза и быстро пошёл встречать новую партию гостей.

— Хозяин, первый этаж уже полон. А на второй нельзя? — Один посетитель заметил, что наверху горит свет, и решил, что там хорошее место.

— На втором этаже сейчас ремонт, он не открыт для гостей. Просим отнестись с пониманием. — Даже не собираясь развивать шашлычную, Лу Ян всё равно усердно исполнял роль официанта и не проявлял ни малейшего намерения лениться.

Посетителям оставалось только смириться и встать в очередь.

— Ха-ха, наконец-то наша очередь! Хозяин, я снова привёл братьев! — Несколько приставов в чёрной простой одежде пришли в шашлычную. На поясах у них висели жетоны с личностью и длинные сабли, от них исходила внушительная сила.

Люди, стоявшие за ними в очереди, инстинктивно отступили подальше, в сердцах их сжала тревога.

— Капитан Вэй, вы пришли, — улыбнулся Лу Ян, будто был хорошо знаком с этими людьми.

Это были стражники округа Яньцзян. Их капитан по фамилии Вэй носил густую бороду и говорил властно. Люди прозвали его Железноликим капитаном. Его культивация была на стадии Закладки фундамента; не только хулиганы, но даже члены демонических культов не хотели с ним связываться, боясь стать целью и получить бесконечные неприятности.

Несколько стражников за его спиной тоже были не простыми: самый слабый находился на шестом уровне Тренировки ци. В мире сянься без культивации стражником не станешь.

Капитан Вэй приходил сюда уже в четвёртый раз, так что Лу Ян был с ним немного знаком.

Сначала находились люди, считавшие свою культивацию выше остальных и хотевшие пролезть без очереди, но едва они узнавали, что капитан Вэй часто приходит сюда на ночной ужин, как вставали обратно.

— Мы только что закончили дежурство и сменились, вот я и привёл братьев к вам за шашлыком. Надо сказать, ваш шашлык правда нечто. Раз попробуешь — забыть невозможно, — капитан Вэй причмокнул, почти пустив слюну от одной мысли о шашлыке.

— Быть стражником тоже нелегко, да? Через день ночная смена, — вздохнул Лу Ян, провожая их в отдельную комнату.

Войдя внутрь, стражники сняли верхнюю одежду.

— Эх, раз уж заговорили, последнее время сплошная досада. Неизвестно почему, в округ Яньцзян хлынуло много культиваторов, и на хороших людей они не похожи. Из-за этого на общественный порядок давит немалое напряжение.

— Начальник округа уже несколько раз приказывал проследить, чтобы ничего не случилось. Пришлось чаще патрулировать с братьями. После патруля я и привожу их сюда наградить.

Увидев, что Лу Ян занят, капитан Вэй не стал развивать тему и начал делать заказ.

— Как обычно? — спросил Лу Ян. В прошлые три раза капитан Вэй заказывал один и тот же набор шашлыка.

— На этот раз попробуем что-нибудь новое. Я ещё в прошлый раз хотел, но братья остановили. Дайте десять шпажек жареных глаз, десять шпажек жареных куколок шелкопряда и десять шпажек сороконожки. — Капитан Вэй торопливо сделал заказ, не дав братьям времени среагировать.

Те застонали от отчаяния. Это даже звучит несъедобно.

— Посмотрите на себя, избалованные какие. В один прекрасный день я возьму вас в глушь на полмесяца с поручением, без Пилюль воздержания от пищи. Посмотрим, что вы тогда будете есть!

Когда шашлык и вино принесли, стражники принялись за еду, наслаждаясь каждым ароматным куском. За едой несколько стражников начали изливать душу и ругаться на свои несчастья.

— Проклятье, эти воры в последнее время такие скользкие. Вообще никаких следов не оставляют.

— Наверняка работа культиваторов. Иначе даже старый вор не был бы настолько ловок.

— Думаю, это те приезжие культиваторы.

— Когда поймаем этих ублюдков, я точно высеку их сто восемьдесят раз, а потом брошу в водяную тюрьму!

Воры в последнее время буйствовали, но поймать их всё не удавалось, и это плохо отражалось на стражниках. Капитан Вэй пожаловался:

— Начальник округа ещё приказал раскрыть дело за месяц. Раз он такой способный, почему сам этим не займётся?! Сегодня эти воры даже обокрали влиятельные семьи Ли и Люй. Семья Ли ещё и родственники начальника округа. Завтра он точно снова будет давить на меня.

В соседней отдельной комнате посетитель, похожий на главаря банды, выложил дневную добычу на стол.

— Сегодня улов стоил того. Старое правило: я беру четыре десятых, остальное братья делят поровну.

Люди ухмылялись от уха до уха; сегодня добыча была большой.

— Перед тем как прийти, я слышал, какой страшный капитан стражи Вэй, ещё и прозвище у него Железноликий капитан. А по мне — ничего особенного. Он даже запаха нашего пердежа уловить не может!

— Слишком грубо. Запах-то он хотя бы уловить может.

— Семьи Ли и Люй правда богаты, особенно этот тип по фамилии Ма. Культивация у него невысокая, зато хороших вещей полно.

— Давайте-давайте, пьём и едим вволю. Сегодня я угощаю! Никому не разрешаю оставаться трезвым. Сегодня не остановимся, пока не напьёмся!

Воры от души пили. Один вышел в уборную, но случайно ошибся дверью и вошёл в отдельную комнату капитана Вэя.

— Э-э… Большие братья, почему вы все выглядите иначе… и ещё уродливее?

— Откуда взялся этот пьяница? Выметайся! — рявкнул один стражник. Они и так переживали, где бы арестовать воров, а тут ещё какой-то пьяный шумит.

Вор разозлился и попытался начать драку, но разве мог он сравниться с группой стражников? Очень скоро его вышвырнули наружу.

Хотя стражники заметили, что у задира есть немного культивации, они не придали этому значения и вернулись к вину и жалобам.

А вор почувствовал себя обиженным и вернулся жаловаться главарю.

Группа воров уже была пьяна. Услышав, что их брата обидели, они сразу вскипели. Их главарь ещё сильнее распалился желанием заступиться за подчинённого. Он хлопнул по столу и надменно объявил:

— Проклятье, посмели задеть меня? Иди скажи тем из соседней комнаты: если кишка не тонка, пусть идут к нам! Кто не придёт — тот трусливый внук!

— Кто посмел обидеть моего брата?! — громогласно взревел главарь воров и велел подручным позвать другую сторону. Если я как босс не верну лицо и не заступлюсь за подчинённых, когда их обидели, как мне потом утверждать власть?

С поддержкой главаря вор сразу выпрямился как шест. Он пинком распахнул дверь соседней комнаты и высокомерно завопил:

— Мой босс сказал: раз вы меня обидели, мы это так не оставим! Он хочет с вами поговорить. Кто не пойдёт — тот трусливый внук!

Стражники остолбенели. За более чем десять лет службы они ещё не встречали никого настолько наглого, чтобы открыто бросать им вызов.

Капитан Вэй покачал головой и усмехнулся. С его богатым опытом он видел всякое. Всего лишь провокация кучки глупых щенков, не знающих своего места. Такие мелкие дела, которые сами приходят в руки, в карьере стражника обязательно случаются несколько раз.

— Кто кого испугался? Пойдём!

Воры размяли пальцы и засучили рукава, готовые к драке и жаждущие преподать другой стороне урок. Они недавно пришли в эти места и рассудили, что прежде чем вступать в демонический культ, нельзя полагаться только на воровство, чтобы сделать себе имя. Пора нам эффектно выйти на сцену!

И вдруг воры увидели, как в комнату ворвалась группа стражников с обнажёнными саблями и удостоверяющими жетонами на поясах.

Стражники с изумлением посмотрели на столы, заваленные золотом, серебром, редкими лекарственными травами и духовными камнями. Почему эти вещи кажутся такими знакомыми? Кажется, кто-то только что заявил об их пропаже?

Стражники: «…»

Капитан Вэй: «…»

Воры: «…»

— Вы поверите, если я скажу, что мы нашли это на дороге?

Даже капитан Вэй никогда не сталкивался с такой ситуацией. Он впервые видел преступников, которые добровольно доставили себя прямо ему в руки.

Тем временем воры всё ещё не понимали, что происходит, и продолжали шуметь, требуя, чтобы босс показал силу.

— Босс, покажи им, кто тут главный!

Тот самый вор ещё и начал хвастаться:

— Видите, как у моего босса редеют волосы? Каждый раз, когда он убивает человека, он вырывает у себя волосок! В цзянху он известен как Бич призраков!

— Видите того с повязкой на глазу? Это мой второй брат. Он потерял глаз в бою с экспертом продвинутой Закладки фундамента. Тот эксперт тоже плохо отделался: мой второй брат выбил ему оба глаза и получил в цзянху прозвище Бесстрашный второй брат!

— Видите ногу моего третьего брата? Во время ограбления императорского дворца его окружила сотня стражей; он сбежал ценой ноги! Люди зовут его Паритель степей!

Большой босс, второй босс и третий босс одновременно пнули подчинённого. Слишком много болтаешь.

Капитан Вэй зловеще улыбнулся.

— Разве вы не сказали, что кто не придёт — тот внук? — Вот из-за таких, как вы, мне и приходится работать несколько ночных смен подряд.

— Я внук, я внук, — дрожа, сказал главарь воров.

Воры больше не смели нападать. Увидев, что дверь перекрыта стражниками, они проломили стены и бросились бежать. Шумная толпа выбежала в главный зал.

Их сила была в скорости, а прямой бой давался средне; к тому же они даже не достигли Закладки фундамента, а их большой босс находился всего лишь на девятом уровне Тренировки ци.

Главарь воров, убегая, приказал людям разделиться:

— Вы — через переднюю дверь, остальные — за мной через заднюю!

Лу Ян заметил шум и быстро разобрался в ситуации. Это показалось ему довольно смешным.

— Воров и стражников разделяла всего одна стена, а воры ещё посмели провоцировать стражников?

— Подождите, если они сбегут через задний двор, что если стражники обнаружат призраков-чангуй?

Лу Ян быстро понял ключевую проблему. Если призраков-чангуй уничтожат, кто будет жарить шашлык? Как нам продолжать держать шашлычную? Как следить за Цинь Юаньхао?

Главарь воров оторопел, увидев, что Лу Ян перекрыл дверь, и протянул руку, собираясь отшвырнуть его. Лу Ян держал таз супа с клёцками[^1]. Увидев, как главарь воров свирепо несётся на него, он дрогнул рукой и расплескал весь суп.

Главарь не ожидал такого поворота. Он создал слой духовной энергии как барьер, чтобы заблокировать суп. Из-за этой короткой задержки капитан Вэй достал железную цепь, похожую на змею, и обвил ею главаря воров.

— Идите, поймайте остальных и приведите обратно. Эта еда стоила того. — Капитан Вэй почувствовал себя обновлённым, будто туман в голове развеялся. Хлопотную банду воров, мучившую нас несколько дней, наконец-то задержали. Вот благословение.

Капитан Вэй похлопал Лу Яна по плечу и громко рассмеялся.

— Если бы ты не перекрыл путь, этот мальчишка правда сбежал бы. Ты герой, вставший за справедливость. Жди, завтра я вручу тебе шёлковый вымпел!

Лу Ян поспешно замахал рукой и сказал, что не нужно, но изменить решение капитана Вэя не смог. Тот был так рад, что непременно хотел вручить Лу Яну вымпел.

Схватка стражников и воров подняла немалый шум, повредила стены и превратила главный зал в хаотичное облако пыли и дыма, так что посетителям оставалось уйти раньше времени. Но они всё равно считали, что оно того стоило: им удалось увидеть стражников в действии.

— Шашлычная «Ещё разок» правда отличное место. Стражники могут ловить людей, даже сидя здесь.

— Стоило прийти. Такое хорошее представление в другом месте и за деньги не увидишь.

— Это, должно быть, место, где скапливается удача. Их дело так быстро процветает. Даже если еда вкусная, такой поток людей всё равно чрезмерен; тут точно есть доля удачи.

— То, что стражники сегодня успешно арестовали этих людей, как раз это доказывает.

— Похоже, мне надо приходить сюда чаще, чтобы удача передалась и мне.

— Разумно. В следующий раз придём вместе.

Слушая, как обсуждения удаляются, Лу Ян с пессимизмом посмотрел на будущее шашлычной.

Ей суждено стать большим делом.

— Когда завтра принесу вымпел, заодно принесу деньги на ремонт стен! — капитан стражи Вэй помахал Лу Яну, прежде чем увести неудачливых воров.

Лу Ян стоял у входа и вздыхал. Вдруг он заметил, что Цинь Юаньхао снова покинул своё поместье.

— Брат Лу, Цинь Юаньхао снова вышел из поместья, — передал с второго этажа Ман Гу. Он относился к задаче очень добросовестно: не обращал внимания ни на что происходящее внизу и сосредоточенно следил за действиями Цинь Юаньхао.

— Я видел. Вы с Цзинчжоу почините повреждённую стену. Я прослежу за Цинь Юаньхао.

— Понял.

Лу Ян снова применил Сжать землю и последовал за Цинь Юаньхао.

Мэн Цзинчжоу заметил у него за спиной:

— Талант Лу Яна к заклинаниям правда силён. Я полдня пытался учиться у него и ничему не научился. К тому же мне всё кажется, что мантра, которой он меня учил, имеет отношение к пространственным заклинаниям. Мне это просто мерещится?

Мэн Цзинчжоу не стал углубляться в эту тему. Талант Лу Яна к заклинаниям можно описать только словом “возмутительный”. Надеяться выучить у него заклинание — это слишком тяжёлое испытание для меня.

[^1]: Тесто, отщипанное или набросанное в суп маленькими кусочками.

Через десять минут Цинь Юаньхао и высокий худой мужчина вышли из борделя с лицами, на которых не осталось прежнего возбуждения.

Лу Ян почесал висок. Они так быстро вышли?

У входа матушка вручила Цинь Юаньхао и мужчине по листку бумаги. Те развернули их, быстро пробежали глазами содержание и тут же уничтожили.

— Брат Цинь, глава филиала поручил мне дело и велел пройти к нему. Тогда я первым откланяюсь.

— Угу, глава филиала тоже поручил мне одно дело. Разойдёмся здесь. Не забудь помочь распространить слух о том, что я ходил в бордель.

— Без проблем.

Когда они разошлись перед борделем, Лу Яну вдруг пришла мысль последовать за высоким худым мужчиной. Культивация того была на одном уровне с Цинь Юаньхао, поэтому он не заметил Лу Яна, скрывавшегося под землёй.

Чем дальше они шли, тем меньше становилось людей и домов. В конце концов они будто вышли в пустошь, где не было ни души. Мужчина, похоже, хорошо знал это место и легко шёл по извилистой горной тропе. Примерно через четверть часа он остановился перед каменной стеной.

Эта местность находилась на границе округа Яньцзян и другого округа. Технически она считалась частью округа Яньцзян, но по историческим причинам обе стороны имели основания претендовать на юрисдикцию.

Именно поэтому обе стороны предпочитали не брать на себя ответственность. В конце концов, ничего ценного здесь не было, так что спорить из-за этого не стоило.

Мужчина постучал по стене: три длинных удара и один короткий, а затем что-то произнёс. Стена стала похожа на воду.

Шагнув в стену, мужчина исчез.

Лу Ян расслышал, как тот произнёс: «Бессмертный Вечности, восстань из мёртвых, разгони облака ради солнца, вечно пребывай в мире».

— Это пещерные владения? — глаза Лу Яна сузились, в них мелькнуло изумление.

Пещерные владения были отдельным пространством, созданным культиваторами, искусными в пространственных заклинаниях. Чем выше культивация, тем более завершённое пространство они могли создать. Обычно культиватор стадии Божественного преображения уже мог создать собственное пространство. Некоторые культиваторы любили использовать такие пещерные владения для уединения, а некоторые — как гробницы и тоже для уединения.

За всю историю существовало бесчисленное множество культиваторов Божественного преображения, не говоря уже о трёх главных стадиях: Очищение пустоты, Слияние и Пересечение Бедствий. Даже после смерти культиватора его пещерные владения оставались, и в результате по Центральному континенту разбросаны бесчисленные древние пещерные руины. Однако большинство культиваторов при жизни не раскрывали ни местоположение своих владений, ни способ входа, поэтому людям оставалось полагаться только на удачу, чтобы найти такие реликвии.

Никто не знал, сколько пещерных владений всё ещё не обнаружено.

Старшая сестра говорила: по мере приближения Великой Эры будет открываться всё больше пещерных владений, и многие люди получат счастливые возможности взмыть ввысь. Эти пещерные владения, вероятно, оставил какой-то предшественник. Демонический культ нашёл их и занял под свои нужды.

Лу Ян не стал опрометчиво идти за мужчиной. Он решил тихо оставаться под землёй и ждать, пока тот выйдет обратно. Но Лу Ян всё равно чувствовал себя небезопасно. Это ведь был филиал Яньцзян, база демонического культа. Он не знал, сколько экспертов внутри. Просто прятаться под землёй — кажется, недостаточно.

Подумав об этом, Лу Ян переместился подальше, но так, чтобы всё ещё видеть вход на базу. Он применил «до цуня», чтобы уменьшиться, и укрылся техникой сокрытия Варварского племени, которую дал ему Ман Гу.

Примерно через два часа из каменной стены вышел человек в маске, а высокий худой мужчина следовал за ним. По виду человек в маске занимал более высокое положение.

— М-м? — человек в маске почувствовал что-то неладное и выпустил духовное сознание, сканируя окрестности, включая землю под ногами.

— Выходи, я тебя нашёл. Не думай, что спрятался хорошо. Если выйдешь сам, я сохраню тебе жизнь! — холодно сказал человек в маске.

— Всё ещё не выходишь? Не думай, что я, глава филиала, милосерден и мягкосердечен. Я досчитаю до трёх. Если всё ещё не выйдешь, не вини меня, что я не дал тебе шанса!

— Три!

— Два!

— Один!

— Умри!

Глава филиала сгустил силу в ладони и ударил в одну сторону, породив громовой грохот.

— Глава филиала, что случилось? — почтительно спросил высокий худой мужчина.

Глава филиала покачал головой.

— У меня было чувство, что кто-то за мной следит, вот я и попробовал обманом выманить его. Может, мне просто показалось.

На лбу Лу Яна выступили капли холодного пота. На миг он даже подумал вырваться из земли и обменяться с главой филиала ударами, решив, что это, возможно, единственный шанс выжить. К счастью, сила воли у него была крепкой, и он подавил этот порыв.

Он верил, что техника сокрытия Варварского племени его не выдаст. Лу Ян почувствовал, как духовное сознание главы филиала просканировало его, но глава филиала, вероятно, принял его за камень и не обратил внимания. Если бы глава филиала действительно обнаружил его, он не стал бы устраивать отсчёт — логичнее было бы сразу атаковать.

К счастью, техника сокрытия Варварского племени превосходна. Пока я не двигаюсь, меня не обнаружат. Этот глава филиала, скорее всего, на стадии Золотого ядра.

— Как продвигается подготовка к отборочным испытаниям? Они через десять дней.

— Всё готово. Осталось только дождаться, пока через десять дней прибудут товарищи одного пути, пройдут отбор и присоединятся к нам.

— Отлично. Надеюсь, на этот раз мы сможем набрать больше демонических талантов. Тогда штаб станет больше ценить филиал Яньцзян.

Двое обсуждали это, пока шли, и вскоре исчезли из поля зрения Лу Яна. Лу Ян оставался неподвижен, боясь выдать себя.

— Культиваторы Золотого ядра и правда нечто.

Лу Ян подождал ещё час, опасаясь, что глава филиала окажется чрезмерно подозрительным и внезапно вернётся.

Прошёл час, но глава филиала не появился.

Пора уходить. Лу Ян проложил путь под землёй и ушёл.

На этот раз он получил немало сведений. Он не только узнал местоположение филиала Яньцзян, но и подтвердил, что именно там будут проводиться отборочные испытания.

---

— Скажи-ка, Бич призраков, что у тебя с волосами? Я слышал, ты вырываешь по волоску каждый раз, когда убиваешь человека? — допрашивал капитан Вэй, сидя нога на ногу. Воры сидели напротив него в ряд и дрожали.

— Н-нет… ничего такого. Быть большим боссом тяжело, команду трудно держать в руках, подчинённые вечно создают проблемы, вот от стресса и волосы выпали.

— А ты, Бесстрашный второй брат? Я слышал, ты дрался с культиватором Закладки фундамента. Он выбил тебе один глаз, а ты ему оба?

— М-мои глаза в порядке. Повязка просто делает меня внушительнее. Когда вращаешься в цзянху, надо же иметь чем похвастаться.

— А ты, Паритель степей? Я слышал, ты воровал в императорском дворце. В лёгком случае получишь пожизненное заключение, в тяжёлом — линчи, смерть от тысячи порезов.

Третий вор обиженно закричал:

— Это недоразумение, ваша милость! Я просто не вернул долг. Кредитор сломал мне ногу, а потом списал долг.

Капитан Вэй зевнул. Я думал, у каждого из них серьёзные преступления, а оказалось — вот это?

— Брат-стражник, я сознаюсь, всё сознаюсь. Я обокрал шестнадцать домов…

Капитан Вэй махнул рукой.

— С этим не спеши. Сначала скажи, зачем ваша группа так безрассудно явилась в округ Яньцзян.

— Ну… — главарь воров немного замялся, взвешивая, выгоднее говорить или молчать.

Капитан Вэй указал на камеру пыток у себя за спиной.

— Видишь эти орудия пыток? Если не заговоришь сам, я с их помощью помогу тебе заговорить.

На инструментах пыток всё ещё оставались следы потемневшей крови, и выглядели они особенно жутко. Воры сглотнули и наперебой бросились признаваться.

— Я скажу… — воры едва произнесли два слова и вдруг замолчали.

Если бы кто-то зашёл им за спины, то увидел бы: в их шеях торчат иглы тоньше коровьего волоса. Иглы были смазаны смертельным ядом.

— Убийцы!

Капитан Вэй действительно был опытным стражником. Он мгновенно среагировал и бросился наружу искать убийцу.

Но снаружи никого не было.

В комнате допроса тень будто ожила, издала тихий смешок и исчезла.

— Капитан Вэй, вы так рано? В этот час шашлыка нет, — пошутил Лу Ян у входа.

Капитан Вэй с двумя стражниками и шёлковым вымпелом пришёл к шашлычной ещё утром.

— Вот, это вымпел, который я вчера обещал. — Капитан Вэй развернул шёлковый вымпел прямо на улице, словно хотел его показать. На нём было написано: «Герой мужества, защитник справедливости».

Этим действием он действительно привлёк немалую толпу. Два стражника повесили вымпел на стену напротив главного зала, так что он стал особенно заметным.

Два призрака-чангуй изначально нанизывали мясо в зале, но Лу Ян заранее отправил их во двор, чтобы их не увидели.

Лу Ян принёс три чашки чая и как бы между делом спросил:

— А те вчерашние глупые воры что-нибудь рассказали? Откуда взялись эти чужаки? Они даже осмелились задеть знаменитого Железноликого капитана.

— Хай, не напоминай. Ничего мы из них не выбили, — вздохнул капитан Вэй и залпом выпил горячий чай.

Горло культиватора Закладки фундамента не боялось кипятка.

— Почему?

— Эта шайка глупых воров была слабовольной. Чуть припугнули — и они уже собирались всё выложить. Но как только они подошли к тому, чтобы объяснить, зачем группа культиваторов явилась в округ Яньцзян, их заставил замолчать неизвестный убийца. Девять ядовитых игл толщиной с коровий волос в шеях — и смерть на месте. Комната была запечатана, так что мы понятия не имеем, как убийца вошёл.

— Тогда я инстинктивно выбежал наружу искать убийцу, но ничего не нашёл. Позже понял: убийца, должно быть, использовал заклинание, связанное с тенями, и заранее спрятался в тени. Как только мы начали допрашивать воров, он убил их и сбежал через тени, пока я искал его снаружи.

— Если бы я перекрыл дверь, убийца бы не ушёл. Винить могу только себя: меня так захлестнула ярость, что я не подумал о такой возможности! — Капитан Вэй в гневе выпил чай, предназначавшийся двум другим стражникам.

Два стражника уставились на капитана Вэя в оцепенении. Мы ещё даже не пили.

С улыбкой Лу Ян проводил разъярённого капитана Вэя и неудачливых стражников, которые так и не сделали ни глотка воды.

Мэн Цзинчжоу передал голосом:

— Убиваем Цинь Юаньхао по вчерашнему плану?

Когда Лу Ян вернулся прошлой ночью, он рассказал, что видел. Теперь, когда они знали местоположение филиала Яньцзян, оставлять Цинь Юаньхао в живых было уже незачем.

После этого троица всю ночь придумывала план засады на Цинь Юаньхао. Точнее, обсуждали Лу Ян и Мэн Цзинчжоу, а Ман Гу слушал рядом.

— Не спеши. У меня появилась новая идея. Подготовимся ещё немного.

---

Фигура в чёрной мантии легко постучала в дверь поместья Цинь Юаньхао, но долго никто не отвечал.

Фигура продолжала ждать.

Наконец дверь открылась, но за ней никого не было — будто она распахнулась сама. Дверь стояла открытой, как пасть чудовища, готового проглотить беспечного.

Фигура в чёрной мантии спокойно вошла в поместье. Едва он переступил порог, дверь с грохотом закрылась, и засов сам скользнул на место, фактически заперев его внутри.

Фигура достала костяной жетон и звонко объявила:

— Старший Цинь Юаньхао здесь? Я специально пришёл с визитом по приказу моего господина.

— Я-то думал, кто это. Оказывается, ты один из призраков-чангуй брата Тигра. — Цинь Юаньхао внезапно появился за спиной призрака-чангуй. Тот даже не понял, с какой стороны пришёл Цинь Юаньхао, словно он возник из воздуха.

— Зачем ты меня ищешь?

— Мой господин сказал: после долгих размышлений он решил, что вы правы. Под большим деревом легче искать тень. Он желает присоединиться к филиалу Яньцзян, но у него есть некоторые опасения, поэтому он хотел бы пригласить вас на Сосновую гору обсудить детали.

Цинь Юаньхао с интересом посмотрел на призрака-чангуй.

— О? Брат Тигр не ответил на моё письмо, и я уж решил, что у него нет намерения присоединяться.

Призрак-чангуй кротко улыбнулся:

— Мой господин долго размышляет.

Выражение Цинь Юаньхао внезапно изменилось. Он схватил призрака-чангуй за шею.

— Посмел водить меня за нос? Говори, кто тебя прислал? С характером брата Тигра, как он мог сам захотеть вступить в филиал Яньцзян?

Краска сошла с лица призрака-чангуй, и он снова и снова твердил, что его никто не присылал.

Цинь Юаньхао сжал хватку. Только когда призрак-чангуй стал заметно бледнее и прозрачнее, он сказал правду.

— Несколько дней назад несколько неразумных культиваторов вошли на Сосновую гору и случайно обнаружили следы моего господина. Господин убил их, а когда разбирал их вещи, понял, что они из престижной секты, где есть старшие на стадии Золотого ядра.

— Испугавшись, что культиваторы Золотого ядра могут прийти к нему с разборками, он внезапно вспомнил ваше приглашение. Убедив госпожу, он решил присоединиться к округу Яньцзян, поэтому и послал меня пригласить вас, чтобы обсудить подробности.

Услышав ответ, на который надеялся, Цинь Юаньхао отбросил призрака-чангуй в сторону.

— Вот это уже похоже на правду.

Больше не подозревая призрака-чангуй, Цинь Юаньхао последовал за ним на Сосновую гору.

— Старший Цинь, мой господин ждёт прямо впереди, — почтительно сказал призрак-чангуй. — Господин не любит, когда его подслушивают, поэтому, пожалуйста, пройдите дальше.

Цинь Юаньхао не стал обращать внимания на призрака-чангуй и пошёл вперёд один.

Лес был густым и тихим, будто людей здесь давно не бывало. Далёкие крики птиц добавляли этой чащобе немного спокойствия.

Перед ним сидел четырёхметровый тигр-демон. На каменном столе стояли две чашки чая, создавая гостеприимную атмосферу. Цинь Юаньхао подсознательно ослабил настороженность и ускорил шаг.

Внезапно его техника культивации сработала сама. Вокруг него возник тонкий защитный слой, заблокировавший неизвестную атаку; на шее остался лишь неглубокий порез.

— Засада! — Благодаря богатому опыту Цинь Юаньхао ловко отпрыгнул назад. Он увидел почти невидимую тонкую линию, протянутую в воздухе на высоте его шеи.

— Эта лапша довольно полезная. Чуть не срезала ему голову, — злорадно раздался голос с дерева справа от Цинь Юаньхао. Это был Мэн Цзинчжоу.

То, что видел Цинь Юаньхао, было не тонкой нитью, а лапшой «драконьи усы»[^1], которую Лу Ян купил в столовой. По словам старшего брата, продававшего лапшу, этот вид лапши мог убивать без следа и лучше всего подходил для засад. Если бы не особая техника культивации Цинь Юаньхао с автоматической защитой, его голова уже отделилась бы от тела.

— Как вы посмели строить против меня козни! — Цинь Юаньхао свирепо уставился на тигра-демона. Он вовсе не пригласил меня обсудить вступление в филиал Яньцзян. Это с самого начала была ловушка!

Но тигр-демон неожиданно исчез. Земля под ногами Цинь Юаньхао стала мягкой, а меч Цинфэн ударил точно ему в пах.

К счастью, Цинь Юаньхао среагировал быстро. Его правое колено столкнулось с мечом Цинфэн и отклонило его, успешно защитив семейные драгоценности.

Почувствовав, что ситуация не в его пользу, он развернулся и побежал. Я совершенно не подготовлен, а другая сторона подготовилась полностью. Как мне вообще сражаться?

— Это точно собратья-демонические культиваторы! — Цинь Юаньхао был уверен в своей догадке. Атака этого меча была слишком подлой. Разве праведный культиватор стал бы так сражаться?

Ман Гу уже давно ждал у него за спиной. Он махнул деревом по Цинь Юаньхао и отправил его далеко в полёт.

— М-м, почему будто ничего не почувствовал? — Ман Гу озадачился. Я явно попал, но ощущение было, будто ударил по листу бумаги.

Несмотря на то что его отбросило далеко, Цинь Юаньхао остался невредим, а боевой дух не ослаб.

— Осторожнее с его техникой культивации, она очень странная! — громко напомнил Ман Гу.

— Всего лишь несколько младших, и вы думаете справиться со мной? Вам ещё на сто лет рано! — Цинь Юаньхао громко рассмеялся. Пока они не поймут истинное назначение моей техники культивации, никто меня не поймает.

Лу Ян спокойно подпрыгнул в воздух и направил на Цинь Юаньхао нефритовый жетон личности.

— Захват!

Цинь Юаньхао на миг застыл, ещё не понимая, что происходит. Этот нефритовый жетон похож на альтернативное кольцо-хранилище, но кольцо-хранилище не может захватить меня.

Затем он заметил странные взгляды троицы. Медленно опустив глаза, Цинь Юаньхао понял, что он голый и не знает, когда его одежда таинственно исчезла.

Одежда Цинь Юаньхао была втянута в нефритовый жетон, и он остался дрожать на виду в одном нижнем белье.

— Бл*дь, странные здесь вы!

[^1]: Пример блюда с лапшой «драконьи усы».

Из совести Лу Ян не забрал всю одежду Цинь Юаньхао, оставив ему нижнее бельё, чтобы сохранить хоть немного приличия.

---

Кольцо-хранилище было широко известным магическим сокровищем среди культиваторов.

Торговая гильдия Луоди несколько раз проводила опросы на тему «Самые популярные магические сокровища», и кольцо-хранилище постоянно занимало первое место с наибольшим числом голосов. Не важно, путешествуешь ли ты, странствуешь по континенту, прячешь сокровища или тайную заначку, — это было незаменимое домашнее магическое сокровище.

К тому же кольца-хранилища были очень дешёвыми; их могли позволить себе даже культиваторы Тренировки ци, пусть пространство внутри и было куда меньше. Каждый год множество культиваторов Тренировки ци покупали кольца-хранилища, и Торговая гильдия Луоди получала огромную прибыль, сделав их одним из главных источников дохода. Гильдия Луоди даже каждый год выпускала улучшенные версии колец-хранилищ, хотя улучшения в основном касались внешней красоты, а внутреннее пространство оставалось прежним.

Для большинства культиваторов первым магическим сокровищем в жизни было именно кольцо-хранилище, поэтому оно имело большую эмоциональную ценность. И праведные, и демонические культиваторы пользовались кольцами-хранилищами, и Цинь Юаньхао, естественно, не был исключением.

Всё вышесказанное было представлением Цинь Юаньхао о кольцах-хранилищах.

За несколько десятков лет жизни он ни разу не слышал, чтобы кто-то с помощью кольца-хранилища забирал у врага одежду!

Это вообще разумно?!

На самом деле — совершенно разумно. Кольца-хранилища не могли хранить предметы, обладающие духовной природой: живых существ, призраков и духовные сокровища. Одежда Цинь Юаньхао явно к этим категориям не относилась.

К счастью, как гордый культиватор демонического пути, Цинь Юаньхао давно развеял чувство стыда по ветру. Даже в одном нижнем белье это не мешало ему сражаться.

А затем он увидел, как Мэн Цзинчжоу достаёт записывающую сферу.

— Что за хрень?! Из какого вы культа? Какая у вас со мной глубокая ненависть?! — Цинь Юаньхао был твёрдо уверен, что Лу Ян и остальные — люди из трёх других демонических культов.

Даже если бы они сейчас заявили, что принадлежат к праведному пути, убедить Цинь Юаньхао всё равно было бы невозможно.

Он просто не понимал почему. Враги у него, конечно, были, но он всегда осторожно следил за тем, чтобы не доводить вражду до уровня кровной клятвы.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу тоже странно смотрели на Лу Яна, словно не ожидали, что тот придумает настолько своеобразный метод атаки.

— С демоническими негодяями нечего говорить о правилах цзянху! Все вместе! — Лу Ян махнул двум другим.

Когда все трое атаковали вместе, даже тигр-демон на Полушаге к Золотому ядру погиб, что уж говорить о Цинь Юаньхао, который был всего лишь на продвинутой стадии Закладки фундамента.

Они даже думали сразиться с Цинь Юаньхао один на один. Такова была уверенность гениев, способных биться с противником выше их уровня. Однако, чтобы не рисковать, они решили, что лучше действовать втроём.

Отбросив смущение, Цинь Юаньхао вступил в бой с троицей. Меч был наполнен героической аурой, текучей как вода и свободной как тушь. Цинь Юаньхао снова и снова отступал, не смея встречать его лоб в лоб.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу одновременно обрушили кулаки, словно падающие горы, и били Цинь Юаньхао в грудь, пока тот непрерывно кашлял кровью.

Цинь Юаньхао перевернул ладонь, и на кончиках его пальцев появились три ядовитые иглы толщиной с коровий волос. Он вонзил их всем троим в грудь.

К его удивлению, троица будто вообще не пострадала. Меч и кулаки не ослабли ни на миг; напротив, они сражались ещё яростнее. Лу Ян заранее предположил, что враг может использовать яд, поэтому они заранее приняли Пилюли обезвреживания яда.

Строго говоря, точнее было бы назвать Пилюлю обезвреживания яда Пилюлей удаления яда. Принцип таких пилюль состоял в том, чтобы обволочь яд до того, как он начнёт действовать, и вывести его из тела через пот. Но если яд с самого начала не успел подействовать, как это можно называть «обезвреживанием»?

Цинь Юаньхао вполголоса выругался. Его противники были подготовлены слишком основательно. Он не мог раскрыть свои жестокие методы. А даже если бы смог, по жестокости эти методы всё равно уступали противникам.

Мышцы Мэн Цзинчжоу вздулись, жилы забились. С точки зрения Цинь Юаньхао, кулаки увеличивались так быстро, что он едва успевал реагировать.

И снова произошло странное. Под тяжёлой и мощной силой кулаков Мэн Цзинчжоу культиватор продвинутой Закладки фундамента в лучшем случае остался бы калекой, а в худшем умер бы, но Цинь Юаньхао не пострадал.

Цинь Юаньхао зловеще рассмеялся. Я же сказал, они мне не ровня!

После обмена ударами Лу Ян наконец раскрыл истину техники культивации Цинь Юаньхао. Он взмахнул мечом, отражённые лучи света заплясали вокруг, мечная ци стала как радуга — неудержимая.

Этот меч ударил прямо по тени Цинь Юаньхао.

— Проклятье! — Цинь Юаньхао взвыл от боли.

— Так я и думал. Это ты вчера убил банду воров. Твоя слабость — тень!

Лу Ян вспомнил, как видел Цинь Юаньхао, выходящего из борделя и получающего приказ от главы филиала. Скорее всего, именно его послали убить тех воров.

Когда его главная опора была раскрыта, Цинь Юаньхао больше не хотел сражаться. Его тело исчезло из виду, а тень быстро двинулась по земле. Даже если я не могу их победить, в способности сбежать я уверен полностью. Как бы ни был остр твой меч, разве он может убить тень?

— Я запомнил вас троих, младшие! Готовьтесь страдать от моей бесконечной мести, ха-ха-ха… — Почувствовав победу, Цинь Юаньхао не удержался от смеха.

Вдруг на тень упал луч света. Цинь Юаньхао мгновенно издал душераздирающий крик, будто от его тела силой оторвали кусок плоти.

Светособирающая формация была простой формацией, которая впитывала и испускала свет. Её легко было освоить, но пользы от неё обычно считалось мало. Однако именно в этой ситуации её эффект оказался выдающимся.

У Цинь Юаньхао не осталось выбора: его тело вышло из тени, чтобы перекрыть белый свет, и разрыв в тени тоже исчез.

Его раны зажили.

— Похоже, вы подготовились, но что с того? Вы правда наивно думали, что сможете ранить меня одной Светособирающей формацией? — Цинь Юаньхао фыркнул. — Разве вы не знаете: чем ярче свет, тем сильнее тень?

Лу Ян оставался невозмутим. Он бросил ещё несколько Светособирающих формаций и насмешливо спросил:

— А о бестеневой лампе слышал?

Цинь Юаньхао на мгновение замешкался. Он не знал, что такое бестеневая лампа, но, услышав это от Лу Яна, почувствовал, как со дна живота поднимается дурное предчувствие.

В разгар боя у Лу Яна не было времени объяснять противнику теорию. Десятки белых лучей ударили по Цинь Юаньхао, и его тень зашипела. Как бы Цинь Юаньхао ни проявлял тело, чтобы перекрывать лучи, и как бы ни втягивался обратно в тень, остановить этот процесс ему не удавалось.

Тень становилась всё бледнее, пока не стала почти неразличима невооружённым глазом.

Принцип бестеневой лампы не в том, чтобы заставить тень исчезнуть, а в том, чтобы сделать её настолько слабой, что её почти невозможно заметить.

Цинь Юаньхао взревел и выскочил из почти невидимой тени; его физическое тело больше не могло прятаться внутри неё.

Лучи мечевого света спустились с неба, словно радуга из-за горизонта. Удар был таким внезапным, что Цинь Юаньхао оказался застигнут врасплох, и меч прошёл прямо сквозь его тело.

Именно этого момента Лу Ян и ждал.

— Вот это было близко, чуть не дали ему сбежать. — Мэн Цзинчжоу испытал облегчение, увидев, что Цинь Юаньхао мёртв. Если бы тот ушёл, их приготовления последних дней пропали бы зря. Он считал, что они уже подготовились очень хорошо и у Цинь Юаньхао не будет шанса на побег, даже вырасти у него крылья.

Кто бы подумал, что его техника культивации связана с тенями и поймать его будет так трудно? Мэн Цзинчжоу ухмыльнулся и толкнул Лу Яна плечом. — Хорошо, что перед выходом ты предложил сделать Светособирающие формации.

— Просто повезло. Я подозревал, что его техника связана с тенями, но твёрдых доказательств не было. В любом случае радоваться рано. Отпраздновать успеем после того, как уничтожим тело и зачистим следы.

По предложению Лу Яна троица сожгла тело Цинь Юаньхао до неузнаваемости, бросила его в логово тигра-демона, а затем взрывом разрушила вход. Так никто не найдёт это место, если только специально не станет обыскивать гору.

Лу Ян держал кольцо-хранилище Цинь Юаньхао. После нескольких неудачных попыток он с сожалением покачал головой.

— Какая жалость. Это кольцо-хранилище может открыть только сам Цинь Юаньхао. Даже если оно у нас в руках, толку нет. Если вскрывать силой, внутреннее пространство рассеется, и достать оттуда что-либо станет невозможной задачей. Пойдём посмотрим его дом. Может, найдём что-нибудь там.

Лу Ян поманил двух остальных за собой.

Призрак тигриного прислужника, который обманул Цинь Юаньхао, поплёлся следом. Ман Гу решил, что тот хорошо справился, и захотел наградить его двумя шашлычками из баранины. Теоретически, если обуглить шашлык так, чтобы он стал похож на подношение, призрак тигриного прислужника сможет его съесть. А вот почувствует ли он вкус нормальной версии или обугленной, придётся проверять на практике.

Когда они пришли в усадьбу Цинь Юаньхао, оказалось, что внутри почти пусто и почти нет украшений. Если жить здесь одному, место, пожалуй, казалось бы совсем безжизненным.

Троица вошла в тренировочную комнату. Помимо нефритовой статуи, там стояли лишь две книжные полки, плотно забитые разными секретными руководствами по техникам культивации. Лицо статуи было расплывчатым, а длинная роба скрывала фигуру, так что пол определить было невозможно.

— Это, должно быть, объект поклонения Культа Вечности, Бессмертный Вечности, — Мэн Цзинчжоу дважды обошёл статую. Материал у неё был куда лучше, чем у обычных статуй, но мастерство оставляло желать лучшего. Кто же не хочет, чтобы его статуя выглядела как живая?

— Мантра отталкивания воды, Введение в формации, Противодействие мечевым приёмам… всё довольно обычные техники культивации. Такие можно найти даже на первом этаже нашей библиотеки писаний.

Пальцы Лу Яна скользили по корешкам книг; ему нравилось ощущать их неровную поверхность.

— Обычные способы угодить начальству, Человеческая природа, Интриги и заговоры… что это вообще за ерунда?

Лу Ян наугад вытащил книгу, и это как раз оказались Обычные способы угодить начальству. У неё даже углы были стёрты; видно было, как часто Цинь Юаньхао её читал.

Способ первый: стать родственником начальника. В зависимости от возраста и способностей можно нацелиться на самого начальника или на его детей.

[Заметка Цинь Юаньхао:

Глава филиала никогда не снимает маску. Личность неизвестна. Пол неизвестен. Подступиться невозможно. Брак невозможен.]

*

Способ второй: преподносить сокровища. Чересчур броские подарки выставляют дарителя слишком показным и неприятным. Рекомендуется дарить начальнику неброские, но дорогие подарки.

[Заметка Цинь Юаньхао:

Взял заём, чтобы купить главе филиала нефритовый стул. Надеюсь, сработает.]

*

Способ третий: развивать общие интересы. Обращайте внимание на увлечения начальника и воспитывайте у себя такие же.

[Заметка Цинь Юаньхао:

Увлечение главы филиала — рыбалка. Я составил ему компанию у реки. Поймал больше рыбы, чем он. Надеюсь, он не станет завидовать моему таланту.]

— Способ четвёртый…

— Способ пятый…

Цинь Юаньхао вложил немало сил в то, чтобы угодить главе филиала, но результат вышел так себе.

— Похоже, в демоническом культе тоже нелегко жить, — с весёлой улыбкой заметил Лу Ян.

Однако благодаря заметкам Цинь Юаньхао Лу Ян получил базовое представление о главе филиала и разных управляющих.

— В Яньцзянском филиале снизу вверх идут обычные члены, управляющие, а затем глава филиала. Обычных членов много, они варьируются от Тренировки ци до Закладки фундамента, но им трудно получить доступ к тайнам Культа Вечности.

— Только пройдя экзамен, культиватор Закладки фундамента может стать управляющим. Всего в Яньцзянском филиале двенадцать управляющих. Теперь, когда Цинь Юаньхао мёртв, осталось одиннадцать.

— Личность главы филиала — загадка. Точная культивация неизвестна, но он на стадии Золотого ядра и любит рыбачить.

Кроме этого, троица нашла немного разбросанных духовных камней и несколько книг заклинаний, которые явно не выглядели предназначенными для людей праведного пути. Например, там были техники гипноза и техники спальни. Ничего особо стоящего упоминания.

— Пойдём. Нужно подготовиться к отбору демонического культа через девять дней.

---

На границе округа Яньцзян бесчисленные молчаливые культиваторы шли сквозь густой лес. Пятна света ложились на их бесстрастные лица, придавая им жуткий вид. Каждый культиватор держался на расстоянии от остальных, настороженный и готовый ударить. Стоило им заметить, что кто-то расслабился, они тут же нападали, стараясь как можно сильнее уменьшить число соперников.

Все они были людьми демонического пути. Узнав разными способами место экзамена, они спешили вступить в Яньцзянский филиал.

Под давлением праведного пути пространство для их выживания становилось всё меньше. Если они хотели получить больше ресурсов, им нужно было опереться на крупную организацию, и Яньцзянский филиал стал их главной целью.

В прошлом вступить в демонический культ можно было только по рекомендации управляющего. А для этого непременно приходилось подкупать управляющих. Но в этот раз всё было иначе — шанс был у каждого. Это была лучшая возможность за тридцать лет вступить в демонический культ.

За два часа до начала испытания большинство бродячих демонических культиваторов уже прибыло.

— Смотрите! Разве это не Чи Сюйлун, тот самый, что за одну ночь вырезал целую семью, не оставив в живых даже крысы, а потом ловко ушёл прямо у всех под носом?

Крепкий мужчина держал кость ноги неизвестного демонического зверя и выглядел как дикарь. Его кожа была бронзовой, мышцы вздувались, руки покрывали шрамы, а когда он ухмылялся, зубы напоминали торчащие волчьи клыки.

Среди бродячих демонических культиваторов Чи Сюйлун был чрезвычайно известен. Надменный и необузданный, он пережил бесчисленные смертельные бедствия и даже повышал уровень прямо в бою. Можно было сказать, что чем больше он сражался, тем храбрее становился — поистине непобедимая сила!

— Чи Сюйлун, не ожидал увидеть тебя здесь, — поддразнил его бледнолицый учёный, обмахиваясь бумажным веером.

Чи Сюйлун фыркнул.

— Хе, да это же Шэнь Цзиньи. Ты вроде учитель, так почему не учишь в школе? Зачем пришёл сюда? Здесь никому не нужны твои уроки!

— Что? Это Шэнь Цзиньи, тот самый, который специально открывает школы и учит людей убивать?

Кто-то ахнул и, услышав, как Чи Сюйлун обратился к бледному учёному, отодвинулся подальше.

Шэнь Цзиньи и правда был учителем, но преподавал не конфуцианскую классику, а самые эффективные и скрытные способы убийства. Никто не знал, сколько убийц он обучил, и среди бродячих демонических культиваторов он тоже был пугающей фигурой. Не стоило обманываться улыбкой и слабым видом Шэнь Цзиньи. Если оскорбить его, даже не поймёшь, как умер.

— Убийцы? Просто кучка трусов, которые не смеют показать лицо, — усмехнулся мечник с широким саблей высотой с человека за спиной. Он невысоко ценил таких убийц, как Шэнь Цзиньи.

Шэнь Цзиньи уже собирался возразить, но, увидев лицо мечника, силой проглотил слова и выдавил сквозь зубы лишь несколько:

— Красный на один чжан!

— Ты зачем зовёшь своего дедушку? — не обращая внимания на убийственный взгляд Шэнь Цзиньи, Красный на один чжан даже презрительно сплюнул.

У некоторых бродячих демонических культиваторов глаза расширились: среди пришедших всё чаще попадались громкие имена.

— Не может быть, это Красный на один чжан? Тот, кто известен тем, что проливает кровь в пределах одного чжана? Говорят, в ближнем бою ему нет равных, и даже эксперты на Полушаге к Золотому ядру не хотят с ним сталкиваться!

Помимо этих троих прибыло ещё много печально известных преступников. Они числились в розыскных списках властей, за их головы назначали огромные награды, но никто не смел их провоцировать, опасаясь вместо этого погибнуть самому.

Когда такая группа знаменитых злодеев собралась вместе, остальные признали, что культивацией им не сравниться, и встали подальше, не решаясь даже говорить громко.

Внезапно появление трёх человек привлекло всеобщее внимание. Тот, кто шёл посередине, нёс за спиной меч. Слева от него был, кажется, конфуцианский культиватор с Изречениями мудрецов, а человек слева сиял улыбкой и походил на безумца. Троица шла молча, с ощутимой аурой; их взгляды были устремлены вперёд, и они полностью игнорировали бродячих демонических культиваторов.

— Кто они? Вы их знаете?

— Не знаю, но выглядят важными людьми.

Трое прошли сквозь толпу до самого переднего края. Бормоча что-то про «Бессмертного Вечности», они открыли каменную стену и сделали вид, будто вытаскивают столы и скамьи с другой стороны, хотя на самом деле достали их из нефритовых подвесок.

Чи Сюйлун и остальные подумали: Раз они могут открыть каменную стену, вероятно, они из демонического культа.

Сев, человек с мечом дважды кашлянул, привлекая всеобщее внимание. Все услышали, как он громко объявил:

— Я Лу Ян, а это Мэн Цзинчжоу и Ман Гу. Мы трое — экзаменаторы этого отбора. Отборочные испытания Культа Вечности начинаются. Вставайте в очередь и докладывайте личные сведения.

После того как «экзаменаторы» отдали приказ, будь ты Чи Сюйлун или какой-нибудь другой «лун», оставалось лишь послушно встать в очередь.

Если разозлить экзаменаторов, можно ли вообще думать о вступлении в демонический культ? Как бы хорошо они ни процветали снаружи, разве могли они сравниться с мощью демонических культов?

У демонических культов есть непостижимый глава культа и множество сильных членов. А что есть у нас? Только мы сами, и высшая культивация среди нас — всего лишь продвинутая стадия Закладки фундамента.

Ни один из кандидатов не узнавал троих экзаменаторов, но это было понятно. В конце концов, демонические культы были куда более загадочным существованием, чем бродячие демонические культиваторы; они редко показывались на людях, так что ничего удивительного в том, что их никто раньше не видел. Хотя отбор начался на два часа раньше объявленного времени, никто не стал задавать вопросов.

Наверное, это часть испытания: пришедшие заранее показывают свою преданность демоническому культу, а те, кто придёт ровно вовремя, будут признаны недостойными вступления.

Лу Ян сидел, закинув ногу на ногу. Он достал кисть и бумагу, указал на первого человека.

— Говори, почему ты хочешь вступить в демонический культ? Какую ценность можешь нам принести? Каковы твои личные цели и планы? Какие у тебя ожидания по содержанию?

— А? — первый человек остолбенел от внезапного шквала вопросов. Это вопросы экзамена для вступления в демонический культ? Разве они не должны спрашивать о моей культивации, техниках культивации и о том, какие злые дела я совершил?

Не получив ответа, Лу Ян нетерпеливо махнул рукой.

— Что значит «а»? Если ты от одних наших вопросов язык проглотил, то, когда власти схватят тебя в будущем, ты что, выложишь им всё о демоническом культе?

— Ты не прошёл. Возвращайся.

Второй кандидат был главарём небольшой банды. За те несколько раз, что он попадал в тюрьму, его банду и жену несколько раз забирали подчинённые, и ему несколько раз приходилось возвращать их обратно. Это делало его довольно опытным главарём.

— Я Ню Ман, глава банды Цинлун. Я хочу вступить в демонический культ из-за лучших перспектив. Мои идеалы и философия демонического пути очень близки философии вашего демонического культа, и я уверен, что отлично впишусь в культ. Если мне дадут возможность вступить в ваш демонический культ, я непременно буду усердно творить зло и помогать культу становиться сильнее. Я вижу будущее, где мы вместе достигнем новых высот!

— Мой личный план прост: что бы демоническому культу ни понадобилось от меня, я сделаю это без жалоб. В конце концов, только когда демонический культ силён, я тоже могу быть сильным!

— Демонический культ уже даст мне место, где я смогу закрепиться, так как же я могу ещё просить содержание? Это я должен подносить дань культу!

Добравшись до кульминации, Ню Ман даже взмахнул кулаками, выражая решимость преодолеть все препятствия и встретить светлое будущее.

Звучал он очень подготовленно; в конце концов, именно так он учил банду Цинлун.

— Ты не прошёл. Возвращайся.

— Почему? — Ню Ман был возмущён; он считал свой ответ почти идеальным.

Лу Ян сурово отчитал его, чувствуя, что Ню Ман подвёл людей демонического пути.

— Что такое демонический путь? Это эгоизм, а ты так рвёшься служить демоническому культу, ничего не ожидая взамен. Как такой человек может быть демоническим культиватором? Как член демонического культа ты обязан всё время замышлять мятеж и свержение начальства! Можно ли вообще назвать демонический культ демоническим, если внутри нет междоусобиц?

— К тому же ты ведь сказал, что сделаешь всё, что нужно демоническому культу? Так вот сейчас демоническому культу нужно тебя отсеять. Проваливай!

Ню Ман ушёл подавленным, а те, кто стоял за ним, ощутили, будто их кругозор расширился. Такова, значит, философия демонического культа. Как и ожидалось от экзаменаторов: у них глубокое понимание демонического пути.

— Следующий, — позвал Мэн Цзинчжоу.

— Я Чи Сюйлун. Моя культивация — стадия Закладки фундамента.

Чи Сюйлун специально подчеркнул культивацию, надеясь, что экзаменаторы воспримут его всерьёз.

— Расскажи, какие злодеяния ты совершил.

На эту тему Чи Сюйлуну было что сказать.

— В детстве меня утащили волки и вырастили среди себя. Когда мне было десять, я убил этих волков костяным ножом и спустился с гор, а потом грабил всё, что хотел. Я сохранил эту привычку даже после того, как попал в город. Стоило мне чего-то не хватать — я крал. Констебли гнались за мной, но я был слишком быстр, чтобы кто-то мог меня поймать, и продолжал красть прямо во время бегства. Когда крал, я ещё и брал заложников, а всех, кто вставал у меня на пути, убивал.

Чи Сюйлун гордился своими поступками. После всего зла, что я совершил, как я могу не подойти демоническому культу?

Мэн Цзинчжоу покачал головой.

— Сейчас праведный путь занимает верх, поэтому нам, демоническому пути, приходится держаться в тени. Твои действия слишком броские и рано или поздно обернутся против тебя. Посмотри на себя: сколько людей знают, кто ты? А теперь посмотри на нас троих — кто-нибудь нас узнаёт? Видишь, вот в чём разница!

— Это не трусость. Это заранее продуманное сокрытие. Это мудрость прятаться на виду!

Ман Гу с любопытством взглянул на Лу Яна и Мэн Цзинчжоу. Почему мне кажется, что брат Лу и брат Мэн так хорошо знакомы с демоническим путём?

Чи Сюйлун был глубоко вдохновлён. Он понял, что недооценивал сложность демонического пути, и ушёл по собственной воле.

— Меня зовут Шэнь Цзиньи, — с улыбкой представился бледнолицый учёный. Услышав предыдущие вопросы и ответы, он решил, что понял подход экзаменаторов.

Ман Гу окинул его учёный вид взглядом. Он, наверное, тоже конфуцианский культиватор!

Был один вопрос, который давно его мучил и на который даже Четвёртый старейшина не смог ответить. Ман Гу воодушевлённо спросил:

— Если слова «нян» и «ма» звучат похоже и оба относятся к женщине, можно ли называть «гунян» «гума»?¹

Вопрос застал Шэнь Цзиньи совершенно врасплох. Несмотря на сорок лет жизненного опыта, он впал в оцепенение. Пока Ман Гу молчал, Шэнь Цзиньи думал, что этот экзаменатор слева выглядит простодушным и обычным. Он не ожидал, что Ман Гу с ходу бросит такой неожиданный мяч.

Однако Шэнь Цзиньи не стал прямо признавать, что не знает ответа.

— Я убийца, а не конфуцианский культиватор.

— Убийца? Ты изучал уголовное право? — с интересом спросил Лу Ян.

— Немного изучал, — скромно ответил Шэнь Цзиньи. На самом деле он изучал уголовное право очень подробно, особенно потому, что убийце нужно понимать, как избегать закона.

— Тогда я спрошу тебя кое о чём. Уголовное право определяет убийство так: «умышленное лишение жизни образует состав этого преступления».

— Значит, самоубийство образует состав умышленного убийства?

Шэнь Цзиньи получил второй неожиданный мяч.

Увидев, что Шэнь Цзиньи не может ответить, Лу Ян разочарованно махнул рукой.

— Ты даже на вопросы из собственной области не смог ответить. Возвращайся.

Всего за пять минут Шэнь Цзиньи пережил величайшее поражение в своей жизни. Разве нормальный человек способен придумать такие вопросы? Неужели в демонический культ могут вступить только таланты, у которых мозги устроены иначе, чем у обычных людей?

---

Поскольку отборочные испытания были важным делом, глава филиала мог быть спокоен только если лично за ними присмотрит. Ради этого он специально планировал прибыть на час раньше, чтобы подготовиться.

По дороге к месту проведения глава филиала увидел, как один за другим уходят люди с яростным видом, бормоча что-то вроде: «Собеседование и правда тяжёлое», «В демонический культ вступить непросто», «Так вот она, истинная суть демонического пути», «Через тридцать лет приду попробовать снова», — словно они достигли просветления.

Глава филиала погрузился в размышления. Я ведь ещё даже не прибыл. Так кто, чёрт возьми, проводит отбор?

А затем он увидел, как троица Лу Яна вершит суд с всевластным авторитетом.

### Примечание

1. В оригинальном тексте «нян» — старинный ласковый способ обратиться к матери — значит примерно то же, что и более современное «ма». Вопрос строится на том, можно ли «гунян» — молодую девушку — назвать «гума» — тётушкой: «гу» взято из «гунян» и соединено с «ма», получается «гума».

Культивация главы филиала была самой высокой во всём филиале; кроме того, он прошёл систематическое обучение в главной ставке и изучал истинную суть демонического пути. Он считал, что повидал уже всякие ситуации.

Но с таким? С таким я ещё правда не сталкивался.

Если бы ему сказали, что распорядители с пониманием отнеслись к их тяжёлому труду и всё подготовили заранее, это ещё можно было бы понять; он даже почувствовал бы облегчение. Но что с этими тремя? Из какой норы они вообще вылезли?

Глава филиала быстро понял, что происходит; его ледяной взгляд почти мог убивать. Эти трое выдают себя за экзаменаторов и заранее вычищают конкурентов!

— Какой хитрый ход! — процедил глава филиала сквозь зубы.

Троица всё ещё играла роль экзаменаторов. Лу Ян положил ноги на стол.

— Думаешь, сможешь пройти, не подкупив нас? Следующий!

Следующий кандидат почтительно преподнёс трём экзаменаторам духовные камни. Мэн Цзинчжоу кивнул, но счёл подношение недостаточным.

— Есть опыт вступления в демонический культ?

— Нет.

— О, тогда прости. Людей без опыта мы не берём. Возвращайся.

Тот потерял дар речи. Этим экзаменаторам осталось только написать у себя на лицах: «Мы никого не набираем».

Глава филиала появился за спинами троих, словно призрак. От его стиснутых зубов будто веяло морозом; он полностью выпустил ауру Золотого ядра и одним ударом ладони впечатал троицу в стену. Приди я ещё чуть позже — здесь никого бы не осталось!

Лу Ян выбрался из стены и поспешно взмолился:

— Ваше Превосходительство, мы невиновны! Мы всей душой думали о пользе демонического культа!

Глава филиала был в ярости, но всё же нашёл это забавным.

— Тогда объясни, как именно вы заботились о демоническом культе.

— Ваше Превосходительство, подумайте сами. Как демонические культиваторы, мы должны быть подозрительными, всё подвергать сомнению и не доверять другим так легко. Но посмотрите на этих людей: стоило нам троим здесь сесть, как они поверили, что мы экзаменаторы. Ни один человек не задал вопроса. Если их так легко обмануть, разве другие не смогут обмануть их так же просто? Если на праведном пути найдутся умные люди, они смогут облапошить их всех до единого.

— К тому же только культиваторы праведного пути верят всему, что им говорят. Я даже подозревал, что среди этих людей могут быть шпионы праведного пути. Ваше Превосходительство, вы обязательно должны тщательно проверить их личности. Нельзя позволить праведным культиваторам проникнуть в культ!

Лу Ян даже подозрительно покосился на толпу кандидатов с выражением, которое говорило: «Среди вас точно есть шпионы». Его искренняя речь будто доказывала, что он всем сердцем печётся об интересах главы филиала.

Выражение главы филиала немного смягчилось.

Мэн Цзинчжоу был ещё искреннее Лу Яна, словно напрямую переводил свои мысли в слова.

— Кроме того, демонические культиваторы эгоистичны и думают только о себе. Раз столько людей пришло на отбор, нам, естественно, нужно было придумать способ уменьшить число конкурентов! Если они недостаточно умелы и попались на обман, кого им винить? Только самих себя — за то, что у них мало опыта в обмане!

Брови главы филиала разгладились. Похоже, это и правда их настоящие мысли.

Они правы. Демонические культиваторы должны быть своевольны, не считаться с законом, действовать беспринципно и любыми средствами. Когда я вступал в демонический культ, я тоже пустил в ход все возможные уловки, чем и заслужил благосклонность вышестоящих, а уже так добрался до нынешнего положения.

Методы этих троих даже лучше, чем мои в те годы. Вот что называют ученик превзошёл учителя?

Ман Гу был самым прямолинейным и заявил:

— Мы правда хотим вступить в демонический культ и гарантируем, что не совершим ни одного доброго дела!

Глава филиала кивнул. Может, эти трое тоже смогут получить благосклонность начальства и улучшить оценку филиала Яньцзян.

Толпа свирепо смотрела на троицу. Все мы здесь — печально известные головорезы, мерзавцы и мошенники, но даже среди нас нет никого настолько бесстыдного, чтобы так жестоко всех обмануть! Ублюдки!

Если бы главы филиала не было рядом, они бы уже бросились на троих и разорвали их на куски.

Главу филиала мнение людей внизу не заботило. Посредственности. Как они могут сравниться с ценностью этих троих?

— Вы трое, какая у вас культивация?

Лу Ян почтительно ответил:

— Мы все на начальной стадии Закладки фундамента. Мы три брата не из этих мест. Месяц назад пришли в округ Яньцзян и случайно услышали, что демонический культ набирает людей, вот и решили попробовать. Когда увидели, что конкурентов слишком много, придумали этот план.

— Хорошо сработано.

Чем дольше глава филиала смотрел на троицу, тем больше они ему нравились. Какие хорошие ростки. Всё это — мои достижения.

От того случайного взмаха руки обычные культиваторы начальной стадии Закладки фундамента получили бы травмы. А эти трое остались целы. Значит, даже среди людей своего уровня они — сливки сливок.

Если на испытаниях они покажут себя достойно, их вполне можно будет продвинуть в распорядители.

Те, кого «отсеяли», постепенно вернулись. Глава филиала позвал их обратно сразу после своего прибытия. Эти люди затаили на троицу ещё большую обиду. Лу Яну казалось, что если их сейчас убить, они, скорее всего, превратятся в мстительных духов.

Глава филиала открыл каменную стену и сказал всем:

— Все внутрь.

За каменной стеной было огромное, но тусклое пространство. В воздухе парили гигантские валуны, соединённые цепями, и зрелище было довольно величественным.

Догадка Лу Яна оказалась верной: филиал Яньцзян располагался в пещерных владениях.

К троице глава филиала относился заметно иначе, чем к остальным.

— Идея у вас была хорошая, и с устранением конкурентов вы справились неплохо, но с самого начала выбрали неправильное направление. Даже если вы устраните этих людей или в испытаниях останетесь только вы трое, это не значит, что вы пройдёте.

— Что вы имеете в виду? — Лу Ян и двое остальных растерялись.

Глава филиала улыбнулся под маской. Ступая по парящим камням, он повёл всех к самому массивному валуну.

Это была платформа, поверхность которой покрывали сложные и изящные узоры. По четырём сторонам света стояли древние каменные столбы, а по краям платформы располагались одиннадцать распорядителей в чёрных одеждах.

— Рассредоточьтесь, садитесь и расслабьте сознание.

Все последовали его указаниям. Глава филиала подошёл к центру платформы, где в воздухе висел тёмно-зелёный камень. На камне были выгравированы густые, таинственные символы.

Когда глава филиала влил в камень духовную ци, формация под ним активировалась. Она расширялась, вращалась и множилась, в одно мгновение накрыв всю платформу. Платформа напоминала древнего исполинского зверя, пробуждавшегося и древней таинственной силой отправлявшего всех в неизвестное пространство.

В безупречно белом пространстве стояли смутные фигуры с пустыми лицами, не понимая, что случилось. Когда Лу Ян увидел белизну вокруг, он всё представлял, что из толпы вдруг выйдет Небесный Владыка Тофу. Он также заметил, что рядом нет ни Мэн Цзинчжоу, ни Ман Гу; его окружали одни незнакомцы.

— Брат, ты откуда? — Лу Ян попытался дружелюбно завязать разговор, но собеседнику явно было неловко от такого энтузиазма.

Однако он тоже счёл невежливым молчать и ответил:

— Из города Хуанъюэ.

Лу Ян поспрашивал ещё нескольких человек. Они прибыли из разных баз демонического культа, но всех перенесла сюда огромная формация. Он примерно понял намерения главы филиала. Этот отбор проводится не каждой базой отдельно, а главной ставкой; все бродячие демонические культиваторы участвуют одновременно.

— Похоже на выход души из тела, но и не совсем, — пробормотал Лу Ян. Он думал, что платформа перенесла не их физические тела, а нечто вроде сознания. — Довольно интересно. Интересно, может ли Старшая сестра...

Лу Ян оборвал мысль. Если я сейчас в форме сознания, возможно, Культ Вечности может обнаружить, о чём я думаю.

Лучше быть осторожнее.

Внезапно всё пространство потемнело. В воздухе появилась фигура, испускавшая белое сияние, и без особых эмоций объявила:

— Я заместитель главы Культа Вечности. Я назначил для вас три раунда испытаний. Те, кто пройдёт все три, смогут вступить в наш культ.

Толпа заволновалась. Никто не ожидал, что Культ Вечности отнесётся к этому отбору настолько серьёзно: явился даже заместитель главы культа.

Заместители глав Четырёх великих демонических культов были одними из самых заметных фигур Центрального континента. Увидеть одного из них считалось роскошью.

Лу Ян, напротив, отнёсся к этому равнодушно. Всего-то уровень старейшин Секты Ищущих Дао. Не то чтобы я таких людей раньше не видел.

— Сейчас вы пребываете в форме сознания; ваши настоящие тела остались там, где были. После официального начала испытаний ваша культивация и память будут стёрты, чтобы все оказались на одной стартовой линии.

Глава культа придавал этому отбору огромное значение. В битве Великой эпохи важнее всего таланты и гении! Если мы найдём одиночные духовные корни, врождённые небесные тела и врождённых демонических зародышей, у нас появятся ресурсы и рычаги, чтобы соперничать с праведным путём!

Ради этого они специально поручили заместителю главы культа разработать три раунда испытаний, чтобы отобрать настоящих гениев. А чтобы никто не жульничал, они собирались использовать тайную магию культа и стереть кандидатам культивацию и память. Тогда проявятся их истинные способности.

Заместитель главы культа объявил:

— Первый раунд официально начинается. Условие прохождения — победить армию царства Лян.

Всем вдруг показалось, будто мир закружился вокруг; они перестали различать стороны света. К тому моменту, когда они пришли в себя, они уже ничего не помнили.

---

— Где я? — Ман Гу всё ещё чувствовал головокружение, когда очнулся.

Волосы его растрепались, меч в руке был сломан, а доспехи покрыты кровью и грязью.

Он сделал два шага вперёд, пошатнулся и едва не упал. Личный страж поспешно поддержал его.

— Генерал, скорее на коня! Сейчас не время сохранять праведность и гордость. Армия царства Лян уже близко!

Пока Ман Гу спасался верхом, подробности испытания постепенно вливались ему в сознание.

«Есть два царства: Лян и Цзинь. Между ними глубокая вражда, и каждое желает победить другое. Царство Цзинь слабее царства Лян. Я — генерал царства Цзинь и командую всей армией.

В этот раз я проявил неосторожность и попал в ловушку врага. Я должен собраться, вернуться и победить царство Лян!»

Ман Гу забыл, что это испытание. Он помнил только то, что он — победоносный генерал царства Цзинь, а его задача — одолеть царство Лян и защитить своё царство.

Помимо памяти о положении дел, в его сознание хлынул боевой и военный опыт. Теперь Ман Гу полностью стал победоносным генералом царства Цзинь.

К сожалению, опытным был не только Ман Гу, но и генерал царства Лян. В столкновениях сторон Ман Гу терпел поражение за поражением.

В армии он был почтенной фигурой, и солдаты очень ему доверяли. Они верили, что неудачи временны и что их генерал Ман Гу в конце концов приведёт их к победе.

Ман Гу снова проиграл. По характеру он был честным; хотя у него имелся военный опыт, на практике он не мог применять его как следует и часто попадался на ловушки генерала царства Лян.

— Ху, ху, ху...

Ман Гу в жалком виде бежал в горную пещеру. На этот раз он потерпел сокрушительное поражение и лишился доспехов. Это был позор всей его жизни.

За пещерой жалобно выл ветер и лил дождь, и это тревожило его сердце, усиливая безысходность всего происходящего.

Он думал о доверии солдат. Думал о череде поражений. Опустил взгляд на меч в руке: он был весь в выбоинах и зазубринах. Ман Гу хотелось прямо сейчас оборвать им свою жизнь.

Со смертью всё разрешится. Поражение? Царство Цзинь? Всё это уже не будет иметь ко мне отношения!

Внезапно его внимание привлёк паук. Вид у него был странный; Ман Гу никогда раньше таких не видел.

Паук плёл сеть, но ветер и дождь снаружи пещеры снова и снова задували внутрь и рвали её. Каждый раз, когда сеть разрушалась, паук начинал заново и не унывал. Глядя, как паук терпит неудачу за неудачей и всё равно снова и снова пытается, Ман Гу увидел в нём поразительное сходство со своим положением.

— У тебя получится! — Ман Гу пристально смотрел на паука, и в его глазах постепенно снова разгоралась надежда. Если даже паук способен так упорствовать, разве я, человек, могу уступать пауку силой воли?

Наконец, после бесчисленных неудач, паук успешно сплёл сеть.

Ман Гу вскочил на ноги, и в нём загорелся боевой дух. *Паук смог, значит, и я смогу!* Я должен снова собрать войска и ударить по царству Лян!

— Хм?

Ман Гу посмотрел на паука, желая поблагодарить его за воодушевление, но не ожидал, что вдруг появится богомол и убьёт паука.

Охваченный яростью, Ман Гу сначала хотел растоптать богомола насмерть, но вспомнил, насколько положение паука было похоже на его собственное. Он возгордился после успеха и забыл об опасностях, что таятся во тьме.

Он задумался.

— Верно! Решимость важна, но стратегия тоже важна. Ударить, когда враг расслабился, — значит застать его врасплох и добиться неожиданного результата!

В итоге Ман Гу несколько раз позволил царству Лян ощутить вкус маленьких побед, усыпил их бдительность, а потом приказал своим войскам лечь в засаду. Одним решительным ударом они прорвали главные силы царства Лян и одержали подавляющую победу.

Ман Гу прошёл.

---

В главной ставке Культа Вечности спокойная водная гладь показывала образы всех участников первого раунда. Заместитель главы культа наблюдал за их выступлением и давал оценку.

— Ну как? Есть перспективные таланты? — пространство исказилось, и появился глава культа. — Твой первый раунд непрост. Перед лицом непрерывных неудач нужно не только научиться у паука упорству, но и понять по богомолу принцип удара в тот момент, когда противник меньше всего этого ждёт.

Заместитель главы культа покачал головой.

— Это необходимо. Праведные секты давят на нас, демонические культы терпят поражение за поражением, и в культе уже есть люди, которые думают об отступлении. Наш опыт так похож на опыт царства Цзинь. Через это испытание я хочу найти будущих членов с сильной волей и вырастить их, чтобы они сражались против праведного пути! Для этого нужна не только решимость, но и техника. Если они не научатся методам паука и богомола, как смогут добиться победы?

Глава культа кивнул.

— Хорошо сказано. Именно поэтому я и выбрал тебя организовать этот отбор. Мы должны сосредоточиться на их подготовке; все они станут нашими резервными силами в сопротивлении праведному пути!

Заместитель главы культа указал на одну из сцен.

— На этого Ман Гу я возлагаю большие надежды. Его способ прохождения полностью соответствует моему замыслу. У этого ребёнка большое будущее!

Глава культа посмотрел на Ман Гу и тоже остался вполне доволен.

— Тогда посмотрим, как проявят себя остальные.

Глава культа и его заместитель вместе наблюдали некоторое время, когда глава культа вдруг спросил:

— Скажи, как думаешь, возможно ли пройти испытание другими способами?

Заместитель главы культа без малейшего колебания твёрдо отверг эту мысль:

— Абсолютно невозможно!

— Первый раунд — это фрагмент, который я извлёк из истории. Царства Лян и Цзинь были одним уголком мирового хаоса сто тысяч лет назад. Тогда культиваторов было меньше, а в этих двух царствах — тем более. Я использовал это как основу для адаптации, чтобы обеспечить высочайшую степень достоверности.

Ради извлечения исторического фрагмента Культ Вечности вложил немало ресурсов, так что у заместителя главы культа от одной мысли об этом болело сердце.

— В истории генерал царства Цзинь обрёл просветление в горной пещере и победил армию царства Лян! Это уже было чудом. Я отказываюсь верить, что существуют другие способы!

Глава культа кивнул; он думал так же. Раньше он спросил просто потому, что молчание показалось неловким и он захотел начать разговор.

А потом они увидели, как прошли Мэн Цзинчжоу и Лу Ян.

После того как армия царства Цзинь слишком много раз потерпела поражение, даже Мэн Цзинчжоу впал в уныние, решив, что победа — просто несбыточная мечта.

— Смогу ли я правда победить? — спросил себя Мэн Цзинчжоу в горной пещере, но ответ в сердце был слишком горек, чтобы произносить его вслух.

— Хм, паук?

Мэн Цзинчжоу заметил паука, плетущего сеть.

Вид того, как паук снова и снова терпит неудачу, но не прекращает попыток, глубоко потряс его.

— Паук поднимается после каждой неудачи. Я ведь не хуже паука, верно?

Боевой дух Мэн Цзинчжоу поднялся, и он решил снова собрать войска и ещё раз сразиться с царством Лян.

— Армия царства Лян сильнее нашей, но между нами нет непреодолимой пропасти. К тому же разве я могу сдаться из-за нескольких поражений? Если я сдамся, что делать царству Цзинь за моей спиной? Я верю, что с подходящей стратегией в этот раз у нас есть шанс на победу!

Мэн Цзинчжоу сжал кулаки; в его голове уже сложился план.

После нескольких провалов он уже хорошо знал тактику генерала царства Лян.

Раз он много раз побеждал, его самомнение наверняка раздулось. Я могу использовать это настроение. Сначала притворюсь разбитым и жалко сбегу, потом заманю армию царства Лян в ущелье, переверну ситуацию и окружу их. В этот раз мы точно ударим неожиданно и не подведём ожиданий старших!

— Спасибо за наставление.

Мэн Цзинчжоу сложил кулаки перед пауком.

*Если бы не просветление от паука, я бы так и оставался подавленным и не смог бы подняться снова.* Тогда победа действительно была бы потеряна.

В пещере было много комаров и насекомых. Чтобы выразить благодарность, Мэн Цзинчжоу поймал одно насекомое и положил его рядом с пауком. Однако паук, похоже, не понял действий Мэн Цзинчжоу. Он воспринял его как врага и укусил.

— Это ядовитый паук...

Мэн Цзинчжоу потерял сознание.

Неизвестно, сколько прошло времени: может, несколько минут, а может, больше десяти. В любом случае недолго. Мэн Цзинчжоу очнулся и обнаружил, что полон сил.

— Что со мной произошло?

Он чувствовал, что его тело изменилось. Зрение, слух и ощущения усилились; тело стало гибким и ловким, как никогда прежде, будто он родился заново. Внезапно его правая рука сама собой дрогнула, средний и безымянный пальцы согнулись, и наружу брызнула белая нить.

— Что это, чёрт возьми?!!!

Белая нить прилипла к стене. Мэн Цзинчжоу с силой потянул её и обнаружил, что она необычайно прочная.

— Почему она похожа на паутину?

Мэн Цзинчжоу прижал обе руки к стене и с потрясением понял, что они тоже липнут. Теперь скакать по крышам и взбираться по стенам будет проще простого.

— Я помню, что меня укусил паук... стоп, а где паук?

Когда Мэн Цзинчжоу нашёл паука, тот уже был убит богомолом. Он растоптал богомола насмерть, отомстив за паука. Унаследовав последнюю волю и наследие паука, он вновь собрал армию и снова вступил в бой с войсками царства Лян.

В ночь перед решающей битвой, облачённый в ночную одежду и полагаясь на новообретённые способности, он в одиночку провёл обезглавливающую операцию и прямо отрубил голову генералу царства Лян. Хотя у генерала были телохранители-культиваторы, они не были так проворны, как Мэн Цзинчжоу, и он успешно убил генерала.

Перед смертью генерал царства Лян был ошеломлён. Мы же генералы; разве наши армии не должны встретиться на поле боя с оружием в руках и провести некое финальное сражение? А ты взял и перепрыгнул все шаги, заставив генерала убить другого генерала?

Генерал царства Лян был редким военным гением. После его смерти армия осталась без предводителя и погрузилась в хаос. Некому было подняться и взять командование, поэтому Мэн Цзинчжоу повёл армию царства Цзинь и разгромил армию царства Лян.

Мэн Цзинчжоу прошёл.

---

В главной ставке Культа Вечности глава культа и его заместитель долго молчали после того, как увидели способ прохождения Мэн Цзинчжоу.

Второй способ прохождения действительно появился.

Глава культа помассировал переносицу.

— Что с этим пауком? Почему от одного укуса он мог дать человеку способности паука? Не говори только, что если я укушу паука, он сможет принять человеческий облик?

Заместитель главы культа тоже остолбенел. Подумав немного, он словно получил откровение, достал из кольца-хранилища древнюю книгу и указал на один отрывок.

— Нашёл. Смотри: в древних текстах записано, что когда-то на Центральном континенте существовал особый вид пауков. По силе они были такими же, как обычные пауки, и никогда не кусали людей, но любой, кого они кусали, подвергался мутации.

— Этот вид пауков вымер десятки тысяч лет назад, — рассудил заместитель главы культа. — События царств Цзинь и Лян происходили сто тысяч лет назад. Раз мы идеально воссоздали сцены того времени, с теоретической точки зрения появление такого паука в пещере возможно.

Глава культа кивнул.

— Похоже, у этого Мэн Цзинчжоу есть не только решимость и живой ум, но и хорошая удача.

Однако тема удачи была неуловимой. Возможно, по-настоящему оценить судьбу человека могла лишь легендарная Техника наблюдения ци. И всё же удача могла проявляться в других аспектах. Мэн Цзинчжоу был одним таким примером. Среди множества людей, проходивших испытание, только его укусил паук, и только он мутировал. Это показывало, насколько исключительна его удача, не такая, как у остальных.

Человек с большой удачей идёт по пути культивации как по ровной дороге, и будущие достижения у него будут весьма впечатляющими.

— Продолжим смотреть остальных. Я отказываюсь верить, что существует третий способ прохождения.

---

Лу Ян смотрел, как паук непрерывно плетёт сеть и всё время терпит неудачу, и погрузился в глубокие размышления.

— Если паутина может ловить добычу, почему ожидание зайца у дерева провалилось?[1] Разве это не одно и то же — ждать, пока добыча сама придёт к тебе? В чём разница?

— Может, потому что насекомые не умны и потому глупо влетают в сеть? А заяц, наоборот, умнее и знает, что дерево надо обходить? Если насекомые не умны, значит, и пауки не умны. Паук снова и снова терпит неудачу, но не прекращает плести сеть — это сильная решимость или упорство дурака? Даже заяц знает, что не надо врезаться в дерево, так почему всё ещё есть люди, которые упрямо бьются о стену?

Мысли Лу Яна унеслись далеко. Хотя он переживал неудачи, он не падал духом. Он просто укрылся от дождя в пещере и заодно придумывал способы победить врага. Теперь, увидев паука, плетущего сеть, он подумал о множестве вопросов, которые казались глубокими, но на деле были бесполезны.

Внезапно появился богомол и, застав паука врасплох, напал на него. Паук отчаянно сопротивлялся паутиной, но богомол был ловок и стремителен. После нескольких обменов он убил паука.

Увидев весь процесс, Лу Ян глубоко задумался. Он встал и вспомнил движения богомола. Движения рук он перенял из того, как богомол умело пользовался гибкими передними конечностями, а движения ног — из того, как тот ловко прыгал во все стороны.

— Представить себя богомолом... — пробормотал Лу Ян. Ему казалось, будто он уже изучал что-то подобное и был в этой области чрезвычайно талантлив.

Лу Ян был словно богомол в человеческом облике: смелый, стремительный, соединяющий жёсткость и мягкость. Любой противник падал под его кулачной техникой.

В истории генерал царства Цзинь находился на средней стадии Тренировки ци, и Лу Ян унаследовал именно это.

К концу тренировки он превратился в огромного богомола. Один стремительный удар его передней конечностью обрушил пещеру.

Лу Ян восхитился:

— Так это и есть легендарный Кулак Богомола в улине? Сила грозная, но есть проблема: обычные люди такому не научатся.

Лу Ян упростил Кулак Богомола, чтобы его можно было легко освоить. Он широко распространил его в армии царства Цзинь, позволив военной мощи царства превзойти царство Лян. Никаких хитростей уже не требовалось. Они просто двинулись вперёд и с лёгкостью смели вражеские ряды.

Лу Ян прошёл.

---

— Кто вообще так проходит?! — в ярости взревел заместитель главы культа.

---

1. Идиома о зайце, которого ждали у дерева, — классическая история о том, что нельзя просто сидеть сложа руки и полагаться на случай: нужно действовать самому.

— Кто практикует Кулак Богомола вот так?! — глаза заместителя главы культа расширились. Он слышал о Кулаке Богомола: это была кулачная техника, подражающая движениям богомола.

Она должна подражать богомолу, а не превращать человека в него!

Чтобы испытания отбора соответствовали ожиданиям, он многократно их моделировал и даже просил нескольких сообразительных высокопоставленных членов проверить их. Так он убедился, что кроме задуманного им решения невозможно вывести второе. Даже если только что появились два неожиданных решения, я не могу это принять!

Глава культа не слишком зациклился на этом и воспринял всё спокойнее.

— Если посмотреть с другой стороны, ему хватило нескольких взглядов на богомола, чтобы постичь Кулак Богомола. Исторический генерал царства Цзинь тоже не отличался талантом в боевом Дао, и это тем более означает, что человек по имени Лу Ян обладает чрезвычайно высокой одарённостью! В конце концов он даже через боевые искусства постиг Дао, достигнув высокого уровня превращения боевых техник в магические техники. Мы наткнулись на редкого гения!

Заместитель главы культа на мгновение остолбенел, потом серьёзно посмотрел на главу культа.

— Ты серьёзно?

Глава культа подумал: Конечно, я это выдумал. На самом деле я тоже не понял, как он превратился из человека в богомола. Но как глава культа я не могу показывать невежество перед подчинёнными.

Затем глава культа кивнул.

— Разумеется, серьёзно.

Настроение заместителя главы культа после слов главы слегка улучшилось. Раз он редкий гений, которого трудно встретить, то и случайно найти необычный способ переломить ситуацию для него не так уж странно.

Заставлю себя это принять.

— Все, кто мог пройти, уже прошли. На этом первый раунд завершаем, — сказал заместитель главы культа.

На водной глади отображались сотни тысяч сцен, каждая записывала выступление отдельного кандидата. Лишь немногие смогли постичь упорство по пауку, и ещё меньше — стратегию по богомолу. Большинство не поднялось после поражений и стало дезертирами. Их убили солдаты царства Лян в хаосе войны, и они погибли безымянной смертью. Солдаты царства Лян даже не знали, что убитый ими человек когда-то был полон духа и амбиций.

— Начинается второй раунд.

---

«Второй раунд проверяет, сможете ли вы сделать так, чтобы экзаменатор искренне захотел оставить вас».

Эта фраза вдруг всплыла в сознании каждого. Всё остальное они забыли и помнили только, что должны найти способ пройти второй раунд.

Янь Вансун чувствовал лёгкое головокружение. Он не помнил, что происходило раньше, кроме смутного воспоминания о разговорчивом человеке, который спросил, откуда он, а он ответил: «из города Хуанъюэ».

«Я Янь Вансун. Сейчас я прохожу собеседование на должность в торговой гильдии Лоди. Правило собеседования запрещает делиться вопросами с другими». Янь Вансун упорядочил имеющуюся информацию. Даже если бы такого требования не было, я всё равно не стал бы рассказывать другим вопросы собеседования. Помогать другим в этом случае не приносит мне никакой выгоды.

Затем он заметил, что сидит первым в очереди, а рядом с ним — здоровяк в конфуцианских одеждах.

— Я Ман Гу. А ты?

Янь Вансун не ответил, потому что в этот момент экзаменатор как раз назвал его имя.

Войдя в комнату, Янь Вансун заметил на полу комок бумаги. Он небрежно бросил его в мусорную корзину и приготовился к собеседованию.

Экзаменатор был толстым; одежда едва сходилась на нём, а на лице постоянно держалась улыбка.

— Ты Янь Вансун, верно? Сходи сейчас на рынок и посмотри, продаёт ли кто-нибудь картофель.

Янь Вансун послушно отправился на рынок и обошёл его. Картофель продавала только одна лавка. Он вернулся и ответил:

— Да.

Толстый экзаменатор задал ещё один вопрос:

— Сколько картофеля?

Янь Вансуну ничего не оставалось, кроме как снова выбежать. Вернувшись, он ответил:

— Восемьдесят цзиней картофеля.[1]

— А цена?

Янь Вансун выругался про себя: Почему ты не сказал сразу, жирдяй? Он выбежал в третий раз и вернулся с ценой.

— Три медные монеты за один цзинь.

— Какое у картофеля качество? Соответствует ли оно цене?

Сдерживая кипящую ярость, Янь Вансун выбежал в четвёртый раз, проверил качество картофеля и вернулся с ответом.

— Качество у картофеля среднее, выглядит примерно на три-четыре медные монеты, так что цена не слишком высокая.

Толстый экзаменатор улыбнулся.

— Ты не прошёл.

— На каком основании?! — Янь Вансун был в ярости. Он чувствовал себя собакой на поводке, которую толстый экзаменатор заставил четыре раза выгулять. Каждый раз я выбегал и возвращался, а после всех этих трудов ты говоришь, что я провалился?!

Ты издеваешься надо мной?!

Толстый экзаменатор развёл руками.

— Ты четыре раза выходил из-за такого пустяка, как ответы на вопросы о картофеле. Как я могу доверить тебе работу?

— Тогда ты мог задать все вопросы сразу!

Толстый экзаменатор покачал головой.

— Ты был недостаточно внимателен и основателен в работе, так как же можешь винить меня за то, что я не спросил всё сразу? Молодой человек, на рабочем месте нужно предугадывать намерения начальства.

— Пф, намерения начальства? Ты что, император?

Толстый экзаменатор не обиделся.

— Хотя ты провалился, ты всё равно можешь остаться.

Янь Вансун подозрительно посмотрел на толстого экзаменатора, опасаясь, что его снова разыгрывают.

— Правда?

— Помнишь комок бумаги, который ты поднял, едва вошёл? Я нарочно бросил его на пол, чтобы посмотреть, кто его поднимет.

Янь Вансун обрадовался. Это проверка чувства ответственности и наблюдательности?

— У нас как раз не хватает уборщика. Можешь остаться и отвечать за чистоту и санитарное состояние.

Янь Вансун: «...»

Ему очень хотелось сорваться на него, но ни одно слово не вышло. В любом случае, возможность остаться означает, что я прошёл испытание, а это хорошо.

— Следующий, — позвал толстый экзаменатор.

Ман Гу вошёл в комнату. Увидев честный вид Ман Гу, Янь Вансун ощутил некоторое презрение. Этого человека экзаменатор точно будет вертеть как меня.

— Сходи и посмотри, продаёт ли кто-нибудь картофель на рынке, — толстый экзаменатор задал тот же вопрос.

Ман Гу просто ответил согласием и вышел. На возвращение у него ушло больше десяти минут.

— На рынке есть старик, который толкает тележку с картофелем. Картофеля восемьдесят цзиней, один цзинь стоит три медные монеты. Цена соответствует качеству, и старик ещё сказал, что если покупать много, он может снизить цену ещё на десять процентов...

Ответ Ман Гу был чрезвычайно подробным и охватил даже вопросы, о которых толстый экзаменатор ещё не подумал. Сбоку Янь Вансун совершенно остолбенел.

Хотя по здоровенному виду Ман Гу этого и не скажешь, внутри он был внимательным человеком. Он хорошо умел скромно учиться у других, особенно у Лу Яна и Мэн Цзинчжоу, хотя, если судить по нынешним успехам в этой области, до выпуска ему было ещё очень далеко.

— Поздравляю, можешь остаться.

---

— Видишь? Я же говорил, что Ман Гу — перспективный талант, — заместитель главы культа обрадовался, увидев, что Ман Гу снова прошёл. Это доказывает, что мой ход мысли при разработке вопросов верен.

Среди остальных кандидатов нашлись те, кто за два выхода отвечал на четыре вопроса экзаменатора, что позволило им едва пройти.

Только Ман Гу полностью соответствует моим ожиданиям.

Глава культа кивнул.

— Похоже, второй раунд проверяет, насколько человек основателен и способен учитывать точку зрения начальства.

Демонический путь должен быть осторожным и не оставлять улик, чтобы праведный путь не ухватился за них. Кроме того, умение учитывать точку зрения начальства показывало, что у человека есть потенциал для продвижения, и побуждало вышестоящих продвигать его.

Именно исходя из таких соображений заместитель главы культа и придумал второе испытание.

Заместитель главы культа самодовольно улыбнулся.

— На этот раз других способов быть не должно.

Глава культа ничего не сказал, лишь перевёл взгляд на двух людей, прекрасно проявивших себя в первом раунде.

Интуиция подсказывала ему, что другие способы, возможно, всё же найдутся.

---

1. Один цзинь — 500 граммов. В данном случае это 40 килограммов.

— Второе испытание — сделать так, чтобы экзаменатор искренне захотел меня оставить? — Мэн Цзинчжоу ещё раз перечитал условие прохождения.

— Странный какой-то тест. Звучит несложно. Кстати, где я? — Мэн Цзинчжоу сидел на скамье: посередине очереди, четверо перед ним и пятеро позади.

— А, я прохожу собеседование в торговую гильдию. — Личность и обстановка, назначенные Культом Вечности, всплыли у него в памяти.

Глядя на безупречно белую стену перед собой, Мэн Цзинчжоу невольно пошевелил рукой; средний и безымянный пальцы согнулись.

Ничего не брызнуло.

— Хм? Зачем я сделал такое странное движение? — Мэн Цзинчжоу озадаченно нахмурился. Он не помнил за собой такой привычки. — Ладно, сосредоточусь на собеседовании.

Он заметил, как первый человек вошёл в экзаменационную комнату, затем торопливо выбежал, снова бросился внутрь — и повторил это раза три-четыре.

Мэн Цзинчжоу с жаром окликнул его:

— Эй, брат, чего ты бегаешь? Экзаменатор проверяет скорость? Если так, советую сменить обувь. Хорошая пара обуви серьёзно повышает скорость. Стартовая поза тоже важна: нужно присесть, выгнуть спину и опереться руками о землю. Так побежишь намного быстрее. Поверь, у меня большой опыт…

Тот посмотрел на Мэн Цзинчжоу как на идиота. Проигнорировав его, он выбежал проверять качество картофеля.

В правилах было ясно сказано, что кандидатам запрещено раскрывать вопросы другим кандидатам.

Со вторым, третьим и четвёртым человеком происходило то же самое: все очень усердно бегали, но тоже не проходили. Впрочем, прошёл человек или нет, после собеседования он сразу исчезал. Благодаря этому стоящие в очереди позади не могли понять, большее или меньшее число выходов было ключом к прохождению.

— Следующий, Мэн Цзинчжоу! — крикнул изнутри толстый экзаменатор.

— Иду. — Мэн Цзинчжоу, полный бодрости, неспешно зашёл внутрь.

Толстый экзаменатор, как обычно, улыбался.

— Мэн Цзинчжоу, сходи на рынок и посмотри, продаёт ли кто-нибудь картофель.

Мэн Цзинчжоу не двинулся.

Толстый экзаменатор решил, что недостаточно ясно передал поручение, и повторил вопрос, выговаривая каждое слово.

На этот раз Мэн Цзинчжоу заговорил:

— Почему?

— Что значит «почему»? — толстый экзаменатор не поспевал за ходом мыслей Мэн Цзинчжоу.

— Я спрашиваю, почему я должен идти на рынок и смотреть, продаёт ли кто-нибудь картофель. Ты понимаешь, чем мы сейчас занимаемся?

— Собеседованием, — как само собой разумеющееся ответил толстый экзаменатор.

— Вот именно, сам сказал: это собеседование, а не время посылать людей выполнять твои поручения. Кстати, ты четырём людям передо мной задал тот же вопрос? Тебе четырёх раз мало, и ты хочешь спросить в пятый?!

Толстый экзаменатор терпеливо объяснил:

— Это экзаменационный вопрос.

Мэн Цзинчжоу коротко сказал «о» и послушно сходил на рынок.

— Картофель продают, — ответил Мэн Цзинчжоу, когда вернулся.

— Сколько там цзиней картофеля?

Мэн Цзинчжоу ответа не знал, поэтому встал и пошёл к двери.

На лице толстого экзаменатора мелькнула усмешка. Мальчишка, ты болтаешь больше всех. Вернёшься ещё раз — и я объявлю, что ты провалился.

К его удивлению, когда Мэн Цзинчжоу открыл дверь, снаружи стоял старик.

Мэн Цзинчжоу спросил старика:

— Сколько картофеля у вас на тележке?

— Восемьдесят цзиней, — ответил старик.

Мэн Цзинчжоу повернул голову обратно.

— Он сказал, там восемьдесят цзиней картофеля. Хочешь ещё спросить, сколько стоит один цзинь?

Толстый экзаменатор открыл рот, но так и не смог выдавить: «Сколько стоит один цзинь картофеля?» Даже если бы спросил вслух, старик у двери немедленно ответил бы.

И какой теперь смысл спрашивать?!

Толстый экзаменатор в ярости спросил:

— Зачем ты привёл сюда продавца картофеля? — Как мне теперь проверять оставшихся кандидатов?

Мэн Цзинчжоу пожал плечами.

— Я спросил его, приходили ли к нему несколько человек спрашивать про картофель, а он пожаловался: эти люди прибегали, смотрели на картофель, возвращались, потом снова прибегали, спрашивали общий вес, возвращались, потом опять прибегали узнать цену за цзинь. Но все только спрашивали и ничего не покупали.

— Тогда я спросил, хочет ли он увидеть главного виновника всего этого. Он сказал, что хочет, вот я и привёл его сюда.

Толстый экзаменатор: «…»

И что мне делать с остальными испытаниями? Никто не говорил, что я столкнусь с такой ситуацией…

Вспомнив непочтительность Мэн Цзинчжоу, толстый экзаменатор собрался с духом и крикнул:

— Ты не сумел предугадать замысел начальства и отстраняешься…

Он не успел договорить: Мэн Цзинчжоу пнул его.

— К чёрту замысел начальства! Кто ты такой, чтобы это говорить? Я и так был с тобой слишком почтителен! — Мэн Цзинчжоу выбежал наружу.

Толстый экзаменатор разбил стол на щепки.

— Стоять!

Поскольку экзаменатор искренне захотел оставить Мэн Цзинчжоу, Мэн Цзинчжоу прошёл.

---

Заместитель главы культа помассировал нахмуренный лоб. Что это за странный способ прохождения? Я поставил условие, что экзаменатор должен искренне захотеть оставить собеседуемого, потому что боялся, как бы кто-нибудь не пошёл коротким путём и не подкупил экзаменатора. Думал, что продумал всё достаточно тщательно, а оказалось, всё равно есть другой способ пройти.

Как вообще устроены мозги этого юнца? Или это у меня мозги как-то не так устроены?

— О бессмертный и неуничтожимый Бессмертный Вечности, дай мне ответ, — пробормотал заместитель главы культа молитву Бессмертному Вечности, надеясь получить отклик.

Глава культа прервал его молитву:

— Если бы только Бессмертный Вечности мог услышать твои слова.

Заместитель главы культа не счёл слова главы кощунством. Он знал, что глава культа — самый набожный последователь во всём Культе Вечности. Он вздохнул.

— Сколько раз мы уже пытались? И всё проваливались. Мы до сих пор не можем воскресить Бессмертного Вечности. Если бы смогли, ни династия Великая Ся, ни праведный путь не были бы противниками Бессмертного Вечности!

— Только кровавой жертвой можно воскресить Бессмертного Вечности.

Они не стали задерживаться на этой теме, и заместитель главы культа вскоре сменил разговор:

— Что думаешь о Мэн Цзинчжоу?

Глава культа цокнул языком, выражая восхищение.

— Человек, который идёт непроторённой дорогой. Настоящий талант. — К счастью, я не согласился с заместителем, что других способов пройти не будет. Иначе моя репутация главы культа пошла бы прахом!

— Ты уверен, что этого юнца тоже можно считать талантом?

— Разумеется. Я чувствую, что нашему Культу Вечности нужны именно такие таланты с нестандартным мышлением. Посмотри на Секту Ищущих Дао из праведного пути. Почему они продержались так долго? Я подвёл несколько причин, и самая важная — у них есть мудрость, выходящая за пределы понимания людей этого мира.

Уголок рта заместителя главы культа дёрнулся. Как и ожидалось от главы: даже безумие он описывает так изысканно.

Глава культа продолжил:

— Кто знает, может, этот Мэн Цзинчжоу станет опорой нашего Культа Вечности?! Кстати о Мэн Цзинчжоу: в первом раунде был ещё один юнец, который оставил у меня глубокое впечатление. Если я правильно помню, его, кажется, зовут Лу Ян. Как он справился?

---

— Сделать так, чтобы экзаменатор искренне захотел меня оставить?

Лу Ян поразмыслил. И что тут сложного? Просто пнуть экзаменатора. Лучше ещё плюнуть на него. Уверен, он разозлится так, что захочет оставить не только меня — может, захочет оставить при себе и мою жизнь.

Но этот способ был слишком варварским. Такое применил бы только грубый человек вроде Мэн Цзинчжоу. Лу Ян не мог быть таким; он был человеком цивилизованным.

Лу Ян стоял шестым в очереди из десяти собеседуемых. Он тоже заметил, что люди перед ним, едва входя в комнату экзаменатора, выбегали наружу со скоростью стометровки, затем снова возвращались и повторяли это несколько раз.

— Что это за странный вопрос на собеседовании?

Лу Ян не был человеком, способным спокойно сидеть на месте. Хотя правила запрещали спрашивать других собеседуемых о содержании собеседования, в них не было правила, запрещающего выйти наружу и посмотреть.

Он спросил сидевшего рядом бродячего демонического культиватора, который отдыхал с закрытыми глазами:

— Хочешь выйти посмотреть?

Бродячий демонический культиватор презрительно взглянул на Лу Яна и ничего не сказал. Как могут демонические культиваторы действовать группой? Этот парень наверняка пытается меня обмануть. Ни за что. Не пойду.

Не получив ответа, Лу Ян проникся сочувствием. Красивый, но жаль, что глухой. Что он будет делать, если потом на собеседовании не услышит слов экзаменатора?

Увидев, что никто не обращает на него внимания, Лу Ян вышел наружу. Его встретил шумный рынок. Здесь были торговцы фруктами, яйцами, свининой и всеми обычными продуктами. Разносчики ставили лавки или катили небольшие тележки, расхваливая свой товар.

— Одно яблоко. — Лу Ян купил яблоко, потёр его и начал есть. Жуя яблоко, он наблюдал за действиями собеседуемых.

Третий как раз выбежал посмотреть, продаёт ли кто-нибудь картофель. Заметив продавца картофеля, он тут же вернулся докладывать экзаменатору.

Меньше чем через три минуты этот человек снова выбежал. Он спросил у старика, продававшего картофель, сколько всего цзиней картофеля и сколько стоит один цзинь.

Прошло ещё три минуты. Это был всё тот же человек: он выбежал проверять качество картофеля.

Потом пришёл четвёртый. Его процесс был почти таким же, как у третьего. Разница лишь в том, что он сделал четыре выхода, потому что был не так догадлив, как третий.

Лу Ян продолжал жевать яблоко, глубоко задумавшись.

---

— Следующий, Фан Хао, — позвал толстый экзаменатор.

Фан Хао был тем самым человеком, которого Лу Ян раньше приглашал выйти вместе.

— Здесь! — К удивлению Лу Яна, Фан Хао всё-таки не был глухим.

— Сходи на рынок и посмотри, продаёт ли кто-нибудь картофель. — Толстый экзаменатор снова применил старый трюк.

Фан Хао поспешно выбежал. Возвращался он довольно долго, и это озадачило толстого экзаменатора.

Когда толстый экзаменатор уже начал терять терпение, Фан Хао вернулся.

— На рынке никто не продаёт картофель.

— Сколько там цзиней картофеля… стой, что ты сказал? Никто не продаёт картофель?

Фан Хао не понял, почему у толстого экзаменатора такая бурная реакция, но всё равно кивнул.

— Верно. Я дважды обежал рынок, чтобы убедиться: картофель там никто не продаёт.

— Невозможно! — Толстый экзаменатор решил, что Фан Хао ему лжёт. Он поспешно выбежал наружу, а Фан Хао последовал за ним.

Едва толстый экзаменатор вышел, как увидел Лу Яна, который катил тележку с картофелем. На тележке было написано: «Картофель не продаётся».

Тем временем старик, который должен был продавать картофель, радостно пересчитывал серебро.

Увидев толстого экзаменатора, Лу Ян вместе с тележкой пустился бежать.

Толстый экзаменатор пришёл в ярость. И что мне делать с оставшимися собеседованиями, если картофель пропал?

— Стоять!!

Лу Ян прошёл.

---

— Возмутительно! — заместитель главы культа пришёл в бешенство; от него хлынули дикие и пугающие волны ауры. Весь зал задрожал, по поверхности воды пошла рябь, скрывая сцены прямой трансляции.

Мой тщательно разработанный экзамен перед этими двумя бедствиями весь в дырах! Полный позор!

Глава культа спокойно вмешался и подавил волны ауры заместителя. Нам было нелегко найти место для строительства этого зала. Если из-за такой мелочи нас обнаружит праведный путь, это станет настоящей шуткой.

Глава культа увещевал:

— Не злись так легко. Сейчас они забыли всё, кроме задачи найти способ пройти испытания. Как демонический культ, мы делаем упор на убийство людей ради воскрешения Бессмертного Вечности. Разве можно убивать из-за такой ерунды? Кроме того, эти двое — редкие таланты, способные проложить новый путь. С самого основания Культа Вечности у нас не было крупных прорывов. Я чувствую, что эти двое — наша надежда.

Заместитель главы культа подумал: Значит, у Культа Вечности надежды уже не осталось.

Глава культа с лёгким возбуждением сказал:

— Кстати говоря, Ман Гу, а также Мэн Цзинчжоу и Лу Ян — все ведь из округа Яньцзян? Не ожидал, что в таком маленьком месте, как округ Яньцзян, появятся три таланта. Не будет преувеличением назвать их Тремя героями Демонического культа. С этими Тремя героями наш культ станет сильнее прежнего — словно тигр, которому выросли крылья!

Заместитель главы культа тихо пробормотал:

— Тигр, которому выросли крылья? Разве это не Цюнци?[1] Даже Цюнци не победит праведную секту.

Глава культа свирепо посмотрел на него.

— Заткнись. Незачем хвастаться образованностью.

Заместитель главы культа послушно закрыл рот.

---

В округе Яньцзян одиннадцать управляющих изо всех сил поддерживали великую формацию. Почти сотня бродячих демонических культиваторов стояла на месте как вкопанная; их глаза были пусты, а лица — оцепеневшие. Их сознание проходило испытания вместо физического тела.

Поддерживать великую формацию было слишком скучно, поэтому управляющие начали болтать, попутно глотая Пилюли восстановления ци.

— Цинь Юаньхао пропал так давно, что, наверное, уже мёртв.

— Точно мёртв. Просто мы не знаем, как он умер. Я давно говорил: этот тип постоянно строил планы и думал, будто всё под его контролем. Рано или поздно он должен был задеть какого-нибудь врага, а тот выбрал бы тёмную ветреную ночь и избавился от него.

— Тело Цинь Юаньхао тоже не нашли.

— Его убил кто-то из врагов?

— А кто ещё? Не благодетель же его предал и убил? У людей нашей профессии не бывает благодетелей.

— А почему я слышал, что в ночь смерти Цинь Юаньхао он вместе с Большеротым Ваном отправился веселиться в бордель?

Управляющие захихикали.

Как и желал Цинь Юаньхао, Большеротый Ван повсюду распустил слухи о том, как они с Цинь Юаньхао были силой, с которой нельзя не считаться, и всю ночь без пощады сражались в борделе.

А потом Цинь Юаньхао умер.

Поэтому в округе Яньцзян распространился слух, что Цинь Юаньхао умер от истощения сил. Узнай Цинь Юаньхао об этом в подземном мире, он, пожалуй, смог бы упокоиться с миром.

— Интересно, сколько человек из этой партии пройдут испытания.

Хотя участников церемонии посвящения было много, сколько из них действительно пройдёт испытания и успешно вступит в культ — совсем другой вопрос. Если проходил один из десяти, это уже считалось неплохим результатом.

Чтобы стать управляющими, все они проходили похожие испытания и потому понимали, насколько это трудно.

Раз на этот раз всё лично организует заместитель главы культа, уровень сложности точно войдёт в историю!

— Результаты знает только глава филиала. — Одиннадцать человек повернулись к главе филиала, который пребывал в медитативном состоянии.

Глава филиала воспользовался великой формацией, построенной Культом Вечности, и вошёл в таинственное пространство. Все главы филиалов могли наблюдать за выступлением собственного филиала.

Поскольку Лу Ян и двое других показывали выдающиеся результаты, глава филиала был так взволнован, что его лицо словно расцвело хризантемой. Однако на нём была маска, поэтому никто не видел, насколько он ликует.

Он возбуждённо бормотал:

— Если эти трое успешно пройдут и получат высокую оценку от начальства, годовой результат Яньцзянского филиала точно окажется среди лучших! Если ещё немного поднажать и повысить культивацию, может, меня переведут главой филиала в более богатое место, а то и сразу повысят до Главы зала!

После завершения трёх раундов испытаний заместитель главы культа и глава культа оценивали новых членов, проявивших выдающиеся качества. Например, оценка Цинь Юаньхао была: «демоническая природа до мозга костей».

Глава филиала считал, что Лу Ян и двое других получат куда более высокую оценку, чем Цинь Юаньхао.

С первого взгляда видно: эти трое — совсем не хорошие яйца!

---

1. На всякий случай напомню: Цюнци — один из Четырёх свирепых зверей. Пожалуй, он и правда чем-то похож на тигра с крыльями. О тигре-демоне из предыдущих глав говорилось, что в нём есть кровь Цюнци.

— Мм? Мы снова здесь? — Лу Ян открыл глаза и обнаружил, что опять оказался в загадочном белом пространстве.

Вокруг было немало знакомых людей: Мэн Цзинчжоу, Ман Гу, Чи Сюйлун, Шэнь Цзиньи.

Из филиала Яньцзян первые два раунда успешно прошли только десять человек. Половину из них Лу Ян узнавал. Что до другой половины, пока он притворялся экзаменатором, у него не было случая выманить у них личные сведения.

Воспоминания о первых двух раундах постепенно вливались в его разум. Кулак богомола в первом раунде. Тележка с картофелем во втором…

— Похоже, испытания Культа Вечности не такие уж сложные. — Лу Ян считал, что выступил средне. Любой, у кого есть мозги, справился бы.

— Я тоже так думаю, — согласился Мэн Цзинчжоу. — В первом раунде надо было просто дать пауку себя укусить, а во втором — отвесить удар тому толстяку.

Лу Ян слегка изумлённо посмотрел на Мэн Цзинчжоу.

— Мм? Почему наши способы прохождения отличаются?

Мэн Цзинчжоу уверенно махнул рукой.

— Разве тут надо спрашивать? Мой ответ точно правильный. Твой — просто удачное совпадение.

Лу Ян фыркнул на его уверенность.

— Смешно! В первом раунде моё постижение Кулака богомола показывает мою глубину в боевом Дао. А что показывает твоё выступление в первом раунде? Удачу? Разве для члена Культа Вечности важна удача? Очевидно, что мой ответ правильный!

— Советую тебе взглянуть правде в глаза.

Ман Гу стоял рядом, наблюдая за их ожесточённым спором, и молча вспоминал, как прошёл сам. В первом раунде я научился у паука настойчивости, а потом у богомола — действовать по стратегии. Во втором раунде я тренировался вставать на чужую точку зрения и следил, чтобы работа была выполнена тщательно.

— Теперь, когда я об этом думаю, мой способ прохождения и правда кажется слишком обычным. Похоже, брат Лу и брат Мэн правы. Только я не знаю, чей способ самый правильный, — пробормотал Ман Гу. Он почувствовал, что снова узнал что-то новое.

Спор Лу Яна и Мэн Цзинчжоу всё никак не приходил к выводу. Ман Гу, как трезвый сторонний наблюдатель, вмешался, чтобы остановить их.

— Может быть, оба ваших способа правильные? Демонический культ делает упор на беспринципность и на то, чтобы человек поступал как хочет. Возможно, правильного ответа нет, а возможно, любой метод, который сработал, и есть правильный ответ.

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу поражённо уставились на Ман Гу. Они почувствовали, что в его словах много смысла.

Лу Ян восхитился:

— Не ожидал, что испытания Демонического культа настолько открыты по стилю.

Мэн Цзинчжоу кивнул.

— Кстати, мы ведь прошли только два раунда. Почему мы снова здесь? А где третий раунд? — Троица внезапно вспомнила, что у них есть серьёзное дело.

В небе снова появилась фигура заместителя главы культа. В руке он держал шар размером с ладонь, с тонкой щелью посередине. Он сделал шаг в воздухе, и загадочное белое пространство тут же изменилось. От него как от центра волнами начали возникать здания: городские стены, дворцы, дворы, маленькие павильоны, высокие горы, реки, пересекающие весь город, спешащие пешеходы, разносчики, культиваторы, двигающие горы и моря… Всё это выглядело как огромный город культивации.

Заместитель главы культа снова разделил всех по филиалам. Десять человек из филиала Яньцзян сидели в маленьком павильоне, откуда могли видеть наружный пейзаж.

Бесстрастный голос заместителя главы культа прозвучал у всех в ушах:

— Поздравляю с прохождением первых двух раундов испытаний. Теперь мы переходим к третьему.

— Это город, созданный мной в симуляции. Через некоторое время я выпущу вашу истинную природу. Она заставит вас поверить, что это настоящий мир, и позволит совершать те злые дела, которые вы действительно хотите совершить. Чем больше разрушений вы принесёте, тем выше будет наша оценка. Ограничение по времени — один день и одна ночь.

Заместитель главы культа поднял шар в руке. Щель на шаре расширилась, открыв чёрный зрачок.

Это был не шар, а гигантский глаз!

Когда глаз открылся, странные лучи фиолетового света окутали весь город.

---

Когда сознание заместителя главы культа вернулось в штаб, он всё ещё держал гигантский глаз.

— Как и ожидалось от Бессмертного ока, созданного Бессмертным Вечности. Человеческая природа сложнее всего. Только бессмертное сокровище способно выпустить наружу истинную природу людей и вытащить их самую глубокую, самую тёмную сторону.

Заместитель главы культа неохотно вернул Бессмертное око главе культа. Возможностей использовать сокровище бессмертного не так уж много.

Теоретически у него не было полномочий пользоваться Бессмертным оком. Однако ради запуска третьего раунда глава культа временно одолжил его ему.

Глава культа подчеркнул:

— Третий раунд испытаний чрезвычайно важен. Он касается того, проникли ли в демонический путь шпионы праведного пути. Раз Бессмертное око может выпустить истинную природу человека, то при доброте культиваторов праведного пути они не причинят большого разрушения. Под светом Бессмертного ока у этих праведных культиваторов не будет возможности пойти против своей истинной природы и совершить убийства и поджоги! Более того, если праведные культиваторы увидят несправедливость, они даже протянут руку помощи. Так мы сможем отсеять праведных культиваторов, которые пытались проникнуть в наши ряды!

Чтобы стать членом Культа Вечности, первое требование — не быть шпионом праведного пути.

Заместитель главы культа улыбнулся:

— К тому же Бессмертное око умеет автоматически оценивать уровень разрушения с учётом культивации человека. Пока Бессмертное око здесь, нам с вами остаётся лишь ждать результатов.

---

Хлюп!

Пешеходу пронзили сердце мечом. Другие прохожие с криками ужаса бросились бежать. За ними шёл бродячий демонический культиватор: он громко хохотал и рубил людей вокруг, заставляя головы катиться по земле. Повсюду лежали тела.

— Освежающе! Как же приятно! — Бродячий демонический культиватор был в восторге от того, что его истинная природа сорвалась с цепи. Раньше у него никогда не было возможности убивать в своё удовольствие. — Сегодня я использую ваши трупы, чтобы закрепиться в Культе Вечности!

Я воспользуюсь этой возможностью и убью сколько захочу!

— Стой! — Внезапно появился большой копьё, отбившее меч бродячего демонического культиватора.

Бродячий демонический культиватор слегка опешил, увидев вошедшего.

— А я-то думал, кто это. Разве это не Фан Хао? Обычно ты строишь такую холодную мину, что я считал тебя настоящим злым культиватором демонического пути. А выходит, ты из праведного пути.

Фан Хао изо всех сил сохранял спокойствие, напоминая себе, что момент критический и он не должен раскрыть свою личность культиватора праведного пути. Иначе все мои прежние усилия пропадут даром!

К несчастью, под сиянием фиолетового света Бессмертного ока любая маскировка была бесполезна.

Я не могу смотреть, как этот бродячий демонический культиватор без удержу убивает людей! Я хочу сделать всё, чтобы остановить его!

Это был порыв из глубины сердца, который невозможно было сдержать.

Фан Хао сцепился с бродячим демоническим культиватором, меч и копьё скрестились. Пока было неясно, кто возьмёт верх.

---

— Как я и думал, кто-то из праведного пути попытался к нам проникнуть! — гневно воскликнул заместитель главы культа. Если бы не третий раунд, этот Фан Хао вступил бы в Культ Вечности!

Взгляд главы культа стал ледяным.

— Ты и без моих слов должен знать, что делать.

Заместитель главы культа кивнул.

— Сейчас же велю главе филиала Хуанъюэ убить его!

— Да убить его, как же! Быстро сообщи главе филиала Хуанъюэ, что местоположение их базы раскрыто и им нужно срочно бежать!

— А? — Заместитель главы культа не поспевал за мыслью.

Глава культа с разочарованием посмотрел на него и объяснил:

— Что «а»? Раз Фан Хао смог пробраться на испытания, значит, праведный путь уже знает местоположение филиала Хуанъюэ. Разве им не пора собирать вещи и немедленно бежать?

— А что насчёт Фан Хао?

— Его нельзя убивать. У праведного пути наверняка есть лампа души Фан Хао. Стоит Фан Хао погибнуть, и праведный путь узнает, что его личность шпиона раскрыта; тогда они без раздумий бросятся прямо к филиалу Хуанъюэ. И как тогда филиал успеет сбежать?

— О.

— Это немного хлопотно. — Лу Ян цокнул языком, почувствовав, что дело нечисто.

Остальные люди из филиала Яньцзян уже поспешно разошлись совершать злые дела, оставив только их троих. Если бы они трое действовали без ограничений, они могли бы перевернуть весь летающий бессмертный город вверх дном. Однако истинная природа не позволяла им так поступить. Они пришли сюда, чтобы проникнуть в демонический культ, а вокруг было множество настоящих демонических культиваторов.

— Неудивительно, что я никогда не слышал, чтобы кто-то проникал в Культ Вечности шпионом. Оказывается, у них есть такое испытание, — Мэн Цзинчжоу тоже счёл ситуацию очень неприятной.

— Какое самое дурное дело вам хочется совершить? — спросил Лу Ян.

После долгих раздумий Мэн Цзинчжоу неуверенно ответил:

— Поход в публичный дом считается?

С детства клан запрещал ему ходить в места вроде публичных домов. Дяди, которые посещали публичные дома, все говорили ему, что это страшные места, совсем не для детей.

Когда Мэн Цзинчжоу видел жалкое состояние этих дядей, которые после возвращения домой стояли на коленях на стиральных досках, он верил: публичные дома и правда страшные места.

А теперь у меня духовный корень одиночки… нет, погодите, духовный корень чистого ян, тем более нельзя идти.

Для Мэн Цзинчжоу такой бунтарский поступок, как посещение публичного дома, был самым дурным делом.

Ман Гу вообще ничего не мог придумать.

— Ладно, у нас всё равно целый день. Сначала пойдём в публичный дом расслабиться, — предложил Лу Ян. Шутите, что ли! У меня уже есть идея. Думаете, такие правила меня ограничат?

Раз время ещё есть, не обязательно делать это прямо сейчас. Такая возможность редко выпадает, можно заодно исполнить желание Мэн Цзинчжоу.

Глаза Мэн Цзинчжоу загорелись. Точно! Мы ведь здесь не в настоящих телах. Один раз сходить — ничего страшного.

— Идём, идём, — поторопил Мэн Цзинчжоу, утаскивая двух остальных за собой.

Одному идти в такое место слишком совестно.

Публичный дом стоял на видном месте, и троица легко его нашла.

У входа стояли ослепительно наряженные женщины и размахивали платочками, привлекая клиентов. Стоило им поманить тонкими ручками, и души прохожих легко утягивало внутрь.

Подойдя ко входу, Ман Гу начал отступать и сделал несколько неровных шагов назад.

— Я учёный. Это не место, куда должен ходить учёный. Мудрецы говорили: «Красавицы — скелеты, роковые женщины — кости»; какой бы прекрасной ни была женщина, в конце концов она всё равно станет лишь грудой белых костей. Я не должен совершать неправильный поступок.

Двое других истратили все слова, убеждая Ман Гу, но без результата, и им пришлось сдаться.

Лу Ян решил проявить верность друзьям.

— Раз ты не хочешь идти в публичный дом, я пойду вместо тебя.

Ман Гу облегчённо выдохнул. Брат Лу всё-таки самый надёжный.

А потом он увидел, как Лу Ян применил Кулак звериных форм и прямо у него на глазах превратился в Ман Гу.

В сердце Ман Гу завопил.

Лу Ян ободряюще похлопал оцепеневшего Ман Гу.

— Я пошёл.

Ман Гу поспешно схватил «другого себя».

— Нельзя! Даже если ты пойдёшь, ты не можешь идти в моём облике!

— Я из доброты иду вместо тебя. Жаль, что ты сам не идёшь. — Тон Лу Яна звучал очень искренне.

Ман Гу твёрдо отказался.

— Не стесняйся, — подбодрил его Лу Ян.

На самом деле Лу Ян тоже очень нервничал. Я никогда не бывал в таком месте. А если опозорюсь? Разве Мэн Цзинчжоу потом не будет смеяться надо мной всю жизнь?

Если я превращусь в Ман Гу, даже если случится что-то постыдное, стыдно будет не мне.

Но вслух такое точно говорить нельзя.

Когда троица уже собиралась переругаться, из публичного дома послышался грохот, за ним — пронзительный женский крик и дикое мужское хохотанье.

Все трое тут же обернулись и увидели, как десятки культиваторов бесчинствуют в публичном доме. В руках они держали схваченных невинных женщин. Эти культиваторы даже не пытались скрывать свою культивацию. Все они были на стадии Закладки фундамента, а у двоих или троих волны ауры были не слабее, чем у тигра-демона!

Все они были культиваторами, участвующими в испытаниях.

— Ублюдки! — В сердцах троицы вспыхнул гнев, им захотелось остановить этих людей.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу уже собирались вмешаться, когда Лу Ян их остановил.

— Не будем действовать опрометчиво. Нас здесь только трое. Мы не сможем их победить.

— И что тогда делать? — тревожно спросил Мэн Цзинчжоу.

Лу Ян махнул рукой.

— У меня есть способ временно повысить боевую силу. Подождите меня.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу заинтересовались. У нас ведь нет Пилюль силы десяти буйволов. Неужели Лу Ян выучил тайный приём, который временно поднимает культивацию?

И тут они увидели, как Лу Ян глубоко вдохнул. Его движения стали мягче, живой взгляд сделался холодным, лицо лишилось выражения, а аура стала отстранённой и ледяной.

Мэн Цзинчжоу прищурился, а потом широко раскрыл глаза.

Эти движения почти как у Старшей сестры Юнь Чжи!

Лу Ян с помощью Кулака звериных форм в стиле Лу превращался в Юнь Чжи.

Раньше он в шутку говорил, что у его Кулака звериных форм в стиле Лу девять слоёв. Достигнув девятого слоя, можно одной мыслью превратиться в эксперта Пересечения Бедствий. Он сказал так потому, что заметил: когда превращался в Ман Гу, его физическое тело становилось сильнее собственного.

Тогда он понял, что Кулак звериных форм в стиле Лу позволяет получить часть силы объекта превращения! У этой силы, конечно, были пределы; нельзя было становиться сильнее бесконечно. Но и это уже было грозно.

Лу Ян хотел превратиться в Юнь Чжи и проверить, сколько силы сможет получить и сумеет ли победить этих людей!

Прости, Старшая сестра.

Появилась женщина ослепительной красоты. Её взгляд был живым и сияющим, а между бровей лежал вечный мороз.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу при виде этой красавицы невольно задержали дыхание, ноги у них задрожали.

Лу Ян успешно превратился в Старшую сестру!

Лу Ян почувствовал, как сверху спустился поток могучей энергии и хлынул в его тело.

---

В Секте Ищущих Дао, на Пике Небесных Врат, Юнь Чжи сидела со скрещёнными ногами на вершине. Она смотрела в небо, словно видела за ним бескрайнее море звёзд. Она сдержала свою ауру до предела, настолько, что любой увидевший её счёл бы её смертной. Но смертный не парил бы над горной вершиной, и в глазах смертного не было бы галактики звёзд.

— Мм? Кто позаимствовал мою силу? — Юнь Чжи отвела взгляд, почувствовав, что крупица её силы отделилась и улетела вдаль. — Посмотрим, у кого такая смелость! Никогда ещё не встречала такого дерзкого вора!

Сняв с себя смертное состояние, она выпустила волны ауры, похожие на свирепые боевые алебарды, пронзающие облака; в полной мере проявился её облик Старшей сестры Секты Ищущих Дао. Её душа покинула тело, превратившись в полосу света, и последовала за крупицей силы, отделившейся от её тела.

---

— Кха! — Лу Ян не выдержал даже малой доли силы Юнь Чжи и вернулся в изначальный облик.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу тоже облегчённо выдохнули. Давление Лу Яна в облике Юнь Чжи было слишком подавляющим.

Треск! Сверху донёсся чистый звук.

И бродячие демонические культиваторы, творившие бесчинства и всевозможные злодеяния, и героическая троица, готовившаяся вступиться за справедливость, — все замерли, уставившись вверх с широко раскрытыми глазами и ртами.

В бесконечно огромном пространстве появилась трещина, словно во что-то врезались.

Скрип, скрип, скрип…

Трещина, как высохшее речное русло, всё ширилась. Грохот! Будто в небесном своде образовалась зияющая дыра.

В проёме появилась ослепительная фигура; её брови слегка нахмурились.

— Эта аура… демонический культ?

В штабе Культа Вечности древний бронзовый котёл струился белым туманом. Сознания бродячих демонических культиваторов находились именно в этом котле. Когда Бессмертное око открылось, оно спроецировало световой экран с рейтингом.

Глава культа и заместитель главы культа следили за теми, кто занимал верхние места.

— Смотри, этот из города Куньлунь неплох. Перед убийством читает Реквием перерождения. Очень ритуально. Я слышал, раньше он был монахом в храме. Он придерживался мнения, что убийство — средство к просветлению, и тайно убил многих людей. Когда настоятель узнал, то хотел забить его до смерти доской. Поняв, что его раскрыли, этот человек разбил статую Будды и заранее сбежал. Он пришёл в наш Культ Вечности, потому что хотел узнать, поддержит ли Бессмертный Вечности его мнение.

— Тот юнец из округа Цюйхэ тоже с идеями. Ему нравится, когда члены семьи убивают друг друга. Он заставил ребёнка убить отца, а внука — деда. После смерти он превращал их в марионеток.

— О, этот интересный. Разбил несущую стену, из-за чего здание рухнуло и задавило многих людей.

Они с жаром комментировали культиваторов на верхних позициях. Раз уж те достигли таких результатов, они наверняка были безжалостными личностями и в будущем с высокой вероятностью могли подняться в верхние ряды.

— А что с теми тремя выдающимися юнцами из первых двух раундов?

Двое долго прокручивали экран, прежде чем нашли их имена, и обнаружили, что троица обсуждает, стоит ли идти в публичный дом.

Заместитель главы культа был очень недоволен их низким местом.

— Они так далеко внизу. Может, они шпионы праведного пути и не умеют совершать злодеяния?

Глава культа опытно покачал головой.

— Не следует думать так. Насколько я вижу, этот Лу Ян — человек с множеством идей. Наверняка у него большой план, чтобы одним достижением внезапно всех поразить. Ты должен понимать: совершать злодеяния не обязательно означает торопиться прямо сейчас; долгосрочное планирование — куда более высокий уровень.

Поскольку у Лу Яна пока не было большого прогресса, они переключили экран обратно наверх и посмотрели, какие злые дела совершил тот, кто занимал первое место.

— Первый использует яд. Он отравил колодец и убил целую улицу. Ещё он отравил коров, чтобы они обезумели на улицах и затоптали многих людей. Отлично, вот как нужно использовать яд.

— Что это за странный метод? Скупить множество лавок, а потом уволить всех работников?

— Следующий под ним похож. После покупки лавок они заставили работников трудиться сверхурочно без оплаты? Это тоже считается злодеянием?

Заместитель главы культа почувствовал, что не поспевает за временем.

Внезапно с неба спустилась невероятно мощная душа. Она прорвала многочисленные формации, установленные в штабе, и устремилась прямо к древнему бронзовому котлу, окутанному волнами ауры первозданного хаоса.

Древний бронзовый котёл, казалось, не выдержал такого яростного удара, и на его поверхности появилась тонкая трещина.

— О нет, мой котёл! — вскрикнул глава культа.

Древний бронзовый котёл назывался Котёл Гор и Рек. Он мог вмещать всё сущее. Глава культа посвятил половину своей жизни тому, чтобы очистить это жизненно связанное магическое сокровище, и до бессмертного сокровища ему оставался всего один шаг.

— Эксперт праведного пути обнаружил это место! — Глава культа не мог в это поверить.

Что вообще произошло? Почему эксперт праведного пути нашёл нас в мгновение ока?!

— Эти волны ауры… это Юнь Чжи из Секты Ищущих Дао?! — Почувствовав знакомые волны ауры, глава культа ощутил холод вдоль позвоночника и вспомнил какие-то ужасающие события прошлого.

Лицо заместителя главы культа исказилось яростью. Он достал оружие, собираясь убить пришедшего.

— Юнь Чжи? Разве она не просто ученица Секты Ищущих Дао? В любом случае она одна. Нужно лишь собрать всех и напасть на неё вместе. Разве мы не сможем её взять?

Поскольку Юнь Чжи редко действовала, она не была широко известна на Центральном континенте. Глава Секты Ищущих Дао, восемь старейшин и даже Дай Буфань были известнее её. Однако тихая известность не означала слабость. Любой, кто видел её в деле, полностью переворачивал своё понимание культивации.

Главе культа как раз довелось увидеть, как Юнь Чжи действует. Она срывала звёзды, хватала луну, обращала инь и ян вспять и легко подавляла сильных врагов. У меня правда ощущение, будто три тысячи лет моей культивации ушли псу под хвост.

Глава культа одним пинком отправил заместителя главы культа кувыркаться по земле. Сейчас время сражаться, ставя жизнь на кон?

— Это потому, что ты не видел её в деле. Ты не знаешь, насколько она страшна. Слушай меня: беги сейчас же! Если замешкаешься, даже Бессмертный Вечности тебя не спасёт!

Он смог стать главой Культа Вечности не только потому, что был самым преданным Бессмертному Вечности и обладал самой высокой культивацией. Самой важной причиной была его осторожность. Он знал, когда сражаться, ставя жизнь на кон, когда бежать, спасая жизнь, а когда смириться с судьбой.[1]

Идти против Юнь Чжи лоб в лоб — это не сражаться, ставя жизнь на кон; это называется смириться с судьбой!

Глава культа один за другим накладывал на Котёл Гор и Рек древние таинственные печати, чтобы не дать Юнь Чжи тут же прорваться внутрь.

Заместитель главы культа впервые видел, как глава культа настолько теряет самообладание. Он тоже осознал серьёзность ситуации и передал всем остальным верхушкам звуковое сообщение, издав приказ высшего приоритета: немедленно бежать в запасной штаб.

На случай засады праведного пути Культ Вечности разработал подробные процедуры и маршруты побега, даже много раз проводил учения по эвакуации, так что верхушка была хорошо знакома с порядком действий.

В мгновение ока верхушка Культа Вечности словно растворилась в воздухе.

Глава культа применил великую способность «Три головы, шесть рук»: двумя руками он накладывал печати и продолжал усиливать запечатывание Котла Гор и Рек, а четырьмя руками возвращал сознания людей из котла в их исходные тела.

Трещин на Котле Гор и Рек становилось только больше. Скорость запечатывания не поспевала за скоростью, с которой появлялись трещины.

Увидев, что все успешно сбежали, глава культа с облегчением выдохнул и разорвал связь с Котлом Гор и Рек. Он выплюнул полный рот эссенциальной крови — это был откат от его жизненно связанного магического сокровища. Волны его ауры быстро ослабли, а лицо стало бледным, как бумага.

Но сейчас ему было не до этого. Он развернулся и немедленно бросился бежать.

Бум!

Котёл Гор и Рек раскололся; взрыв заставил весь штаб яростно содрогнуться.

Юнь Чжи бесстрастно вышла из котла, как боевая богиня из легенд, священная и неприкосновенная. Она наклонилась, кончиками пальцев коснулась эссенциальной крови, оставленной главой культа. Щёлкнув пальцем, она уже провела гадание; в её глазах блеснул холод.

— В том направлении.

В её руке собрался ослепительно-белый свет, подобный великолепной небесной молнии, искореняющей всё зло.

Белая небесная молния устремилась к главе культа. Он не ожидал, что Юнь Чжи всё ещё сможет найти его, несмотря на всё, что он сделал. Он хотел уклониться, но было поздно. Из плеча брызнула кровь.

— Золотая цикада сбрасывает панцирь! — У главы культа было несколько спасительных приёмов.

К тому моменту, когда Юнь Чжи его настигла, от него осталось лишь остаточное тело.

---

Глава культа шатаясь вернулся в запасной штаб. Он закидывал в рот пилюли продления жизни так, будто они ничего не стоили. После того как он силой оборвал связь с Котлом Гор и Рек и применил тайную технику «Золотая цикада сбрасывает панцирь», ему понадобилось бы не меньше нескольких сотен лет спокойной культивации, чтобы восстановиться.

Это ещё терпимо. Самый тяжёлый удар — Котёл Гор и Рек! Этот драгоценный котёл был выкован силой всего культа, а потраченных на него сокровищ хватило бы сравниться с десятью годами налоговых доходов династии Великая Ся!

И это бесценное сокровище вот так попало в руки Секты Ищущих Дао!

— Как ты себя чувствуешь? — с тревогой спросил заместитель главы культа. Только что увидев Юнь Чжи в деле, он всё ещё был охвачен страхом. Будь это я, моё тело давно бы остыло. Он жив только потому, что глава культа так способен.

— Не умру. — Глава культа всё ещё был потрясён. — К счастью, мы заранее подготовили запасные планы и убежище. Разорвав причинную связь, мы не дадим Юнь Чжи нас найти. Иначе Четыре великих демонических культа стали бы Тремя великими демоническими культами.

— Раз Котёл Гор и Рек раскололся, третий раунд испытаний на этом заканчиваем. Посмотрим, кто сейчас на первом месте.

Бессмертное око спроецировало световой экран, и на самом верху отчётливо светилось имя.

Первое место: Лу Ян.

— Мм?

---

Примечания

1. Здесь, по примечанию переводчика английского слоя, у автора игра слов. Первое выражение означает «сражаться, поставив всё на кон», а последнее — «смириться с судьбой».

— Кто вообще позаимствовал мою силу? — Юнь Чжи была озадачена. Все люди Культа Вечности сбежали, оставив только Котёл Гор и Рек, за который можно было купить целую первоклассную секту.

Теперь я не могу найти виновника.

Существовал тип заклинаний под названием Техника нисхождения божества, позволявшая с разрешения другого человека заимствовать его силу. Однако это заклинание было не только чрезвычайно трудным в освоении, но и почти утрачено через поколения. Юнь Чжи уже давно не встречала таких заклинаний.

К тому же кто может позаимствовать мою силу без моего разрешения? Юнь Чжи не почувствовала от другой стороны злого намерения, поэтому инстинктивно не помешала своей силе вытечь наружу.

Я примерно догадываюсь, кто это был.

— Но где он выучил Технику нисхождения божества? — Юнь Чжи не помнила, чтобы учила Лу Яна таким заклинаниям.

---

Первое место: Лу Ян.

— Мм? Кто-то другой занял первое место? — Заместитель главы культа был сбит с толку.

Пока они были заняты бегством, у них не было возможности обратить внимание на то, что сделал Лу Ян. А поскольку Котёл Гор и Рек тоже раскололся, посмотреть запись они не могли.

— Бессмертное око никогда не ошибается. Эти трое людей точно причинили самые большие разрушения! — твёрдо заявил глава культа, хотя сам тоже не мог догадаться, что сделал Лу Ян.

Предыдущий первый за короткое время убил несколько сотен человек и пагубно повлиял на жизнь ещё нескольких тысяч. А Лу Ян смог обойти его за такое короткое время! Это невероятно выдающийся результат!

Мне даже не нужно строить догадки. Бессмертное око — драгоценное сокровище бессмертного и стоит уровнем выше Котла Гор и Рек; оно точно не ошибётся.

Действительно: Лу Ян призвал Юнь Чжи, что привело к уничтожению Котла Гор и Рек и штаба Культа Вечности. Разрушения, которые он принёс культу, вполне могли войти в тройку крупнейших в истории.

Одного лишь ущерба, нанесённого главе культа, хватало, чтобы получить первое место.

Глава культа так гордился, что забыл о боли.

— Видишь, я же говорил. Этот Лу Ян обладает великой мудростью. Даже если он отстаёт, стоит тебе не обращать внимания, и он в любой момент может выдать крупный ход. Смотри, теперь он поднялся на первое место.

— Не обманывайся средним выступлением Мэн Цзинчжоу и Ман Гу, которого ты ценишь. Просто у них не было времени. Дай им достаточно времени, и я гарантирую: они займут второе и третье места.

Заместитель главы культа великодушно признал поражение. Как и ожидалось от главы культа! Он не только осторожен, но и взгляд у него острый. Неудивительно, что я всего лишь заместитель, а он — законный глава культа.

— Какова ваша оценка Лу Яна?

Поразмыслив немного, глава культа медленно сказал:

— В первом раунде Лу Ян пошёл нестандартным путём, проявив талант в боевом Дао и редкий пример вхождения в Дао через боевые искусства. Во втором раунде внимательным наблюдением он вывел закономерность и использовал её, чтобы купить картофель, тем самым не позволив следующим участникам участвовать в испытании. Это доказывает, насколько он разрушителен, и особенно ярко проявилось в третьем раунде. Нисколько не будет преувеличением назвать его Врождённым демоническим зародышем.

Заместитель главы культа был поражён. Я знаю главу культа так давно, но никогда не слышал, чтобы он давал кому-то такую высокую оценку.

— А что насчёт Мэн Цзинчжоу?

— В первом раунде он получил силу после укуса паука — проявление его удачи. Вероятно, он Зародыш Дао, чьё рождение предопределили небеса. Во втором раунде он тщательно изучил вопрос и проанализировал его с разных сторон. Он мог казаться надменным и властным, но на самом деле каждый его шаг был просчитан. Своей стратегией он в конце концов пробил психологическую оборону экзаменатора и успешно прошёл. К сожалению, в третьем раунде он не успел показать свои сильные стороны до его окончания и немного уступил Лу Яну. Полагаю, его можно считать Демоном нисшедшего Дао.

Оценка «Демон нисшедшего Дао» тоже была чрезвычайно редкой. В молодом поколении почти никто не удостаивался от главы культа столь высокой похвалы. Похоже, у этого Мэн Цзинчжоу яркое будущее.

— А что насчёт Ман Гу?

— В первом раунде он проявил способность к постижению, настойчивость и стратегическое мышление. Во втором раунде он тщательно продумал вопрос. Просто в третьем раунде у него не было особенно выраженного мнения. В прежних испытаниях его выступление считалось бы выдающимся, но, к несчастью, рядом с ослепительными жемчужинами перед ним я могу оценить его только как «Демонизм в сердце».

Демонизм в сердце… судя по прошлому опыту, если такие люди не погибали, все они могли войти в верхние ряды Культа Вечности.

— Перевести их в штаб для воспитания? — спросил заместитель главы культа.

Глава культа покачал головой и, опираясь на опыт, объяснил:

— Не спеши. Пусть начнут снизу, чтобы у них было хотя бы два года базового опыта. Поверь мне, опыт на низовом уровне принесёт им пользу в долгосрочной перспективе. Я сам так поднялся.

— Кроме того, у меня есть другой план. Лу Ян обладает воображением, действует раскованно и несёт большую разрушительную силу. Когда он созреет, посмотрим, сможет ли он проникнуть в праведную секту вроде Секты Ищущих Дао.

Заместитель главы культа не удержался от смеха. Глава культа слишком высоко о них думает. Если речь о других праведных сектах, шанс ещё есть, но Секта Ищущих Дао — слишком огромный вызов. Одно только поспевание за ходом мыслей их учеников уже почти для любого препятствие. Если они правда проникнут в эту секту, очень скоро их раскроют за то, что они не вписываются.

Проникнуть в Секту Ищущих Дао легче сказать, чем сделать.

— Пойду займусь ранами. — Глава культа отправился в тайную комнату, чтобы войти в уединение и восстановиться.

До сих пор заместитель главы культа никогда не вынашивал мыслей о захвате власти. Сегодня был яркий пример почему. Да, убив главу культа, я смогу подняться на ступень выше, но что будет после? А если праведный путь снова нападёт на нас? Смогу ли я тогда принимать правильные решения?

Стоит мне ошибиться в суждении, и я точно погибну от атак праведного пути. Тогда сожалеть о захвате власти будет уже поздно.

---

В филиале Яньцзян глава филиала только что получил весть от посланника, отправленного главой культа.

— Всего десять человек прошли испытания, и трое из них получили оценки «Врождённый демонический зародыш», «Демон нисшедшего Дао» и «Демонизм в сердце»?! — Глава филиала был на седьмом небе, брови его радостно взлетели. Результаты даже лучше, чем я ожидал! Моя возможность повышения прямо перед глазами!

Что до бродячих демонических культиваторов, не прошедших первый и второй раунды, одиннадцать распорядителей разделятся и выбросят их в разных местах, пока те ещё без сознания. Проснувшись, они забудут местоположение филиала Яньцзян и решат, что всё это было лишь сном.

Самым надёжным способом было бы убить их, чтобы гарантировать, что они не выдадут местоположение филиала Яньцзян. Однако ради общей картины Культ Вечности этого не сделал. Если эти бродячие демонические культиваторы будут сеять хаос на своих территориях, они смогут привлечь внимание праведного пути. Среди беспорядка праведный путь не сможет различить, какие дела совершили бродячие демонические культиваторы, а какие — демонические культы, тем самым будет достигнут эффект запутывания праведного пути.

Лу Ян и двое остальных медленно очнулись, их мысли были мутными после множества только что произошедших событий.

Что я видел перед тем, как потерять сознание… Старшая сестра спустилась с неба?!

Лу Яна прошиб холодный пот. Старшая сестра ведь не видела, как я превращался в неё, верно? Если видела, она точно сдерёт с меня кожу.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу тоже вспомнили, что произошло. Кулак звериных форм Лу Яна призвал настоящую Старшую сестру.

Лу Ян взглядом предупредил их двоих держать это в тайне, и оба понятливо кивнули.

Глава филиала подавил радость в сердце и изо всех сил постарался говорить нейтральным тоном:

— С сегодняшнего дня вы десятеро станете частью Культа Вечности.

— Обычно мы сначала должны провести церемонию вступления, но сегодняшние три раунда испытаний уже измотали всех, включая меня. В таком состоянии посещать Бессмертного Вечности было бы неуважительно. Завтра мы снова соберёмся здесь и официально проведём церемонию вступления.

Лу Ян заметил: когда упоминался Бессмертный Вечности, тон главы филиала, как и выражения одиннадцати распорядителей, менялись. Это значит, что они действительно верят в существование Бессмертного Вечности.

Неудивительно, что они называют себя культом.

Затем он услышал, как глава филиала сказал:

— Однако раз сегодня к нам вступают новые члены, совсем не отпраздновать тоже было бы неправильно. Так вот: пойдём поедим. Я слышал, в округе открылся новый шашлычный ресторан. Называется «Ещё раз». Вкус неплохой, отзывов много и все хорошие. Скоро соберёмся там; угощаю я.

Лу Ян: «…»

Мэн Цзинчжоу: «…»

Ман Гу: «…»

Отдохнуть нам не дадут, да?

— Я так устал, что вообще ничего не хочется делать. — Троица зевала; веки у них едва держались открытыми.

И зачем главе филиала понадобилось предлагать эту тухлую идею — идти сюда есть?

Сейчас они направлялись к шашлычной. После целого дня битвы ума и храбрости они наконец внедрились к врагу. Теперь им хотелось только плотно поесть и как следует выспаться.

Поскольку Культ Вечности собрал сознания всех людей внутри Котла Гор и Рек, это приводило к сильной усталости.

— К счастью, я заранее попросил призраков-пособников тигра подготовить шампуры. Сможем сразу открыться, — с облегчением сказал Ман Гу.

Когда они дошли до входа в шашлычную, Лу Ян заметил знакомого человека.

— Капитан Вэй? Что вы здесь делаете? Что-то случилось?

Капитан Вэй уже какое-то время стучал в дверь шашлычной, но никто не открывал, и он решил, что внутри никого нет.

Он был прав: людей внутри не было. Зато там были два призрака-пособника тигра, занятые нанизыванием мяса. Услышав стук, они едва не перепугались до смерти и открыть дверь не решились.

И как раз когда капитан Вэй уже собирался уходить, пришли Лу Ян и его компания.

Брови капитана Вэя радостно взлетели.

— Управляющий Лу, вы наконец вернулись.

Лу Ян кивнул и небрежно наплёл:

— Утром я увидел, что погода неплохая, и мы втроём решили: хороший день для прогулки. Только что вернулись.

— Вы сегодня ещё будете открываться?

Лу Ян немного подумал. Глава филиала и остальные придут; это человек двадцать. Наверное, это можно считать открытием.

— Да, открываемся.

Капитан стражников Вэй заговорил самым мягким тоном, на какой был способен:

— Управляющий Лу, дело такое. Ваша шашлычная в округе довольно известна, так что я часто привожу сюда нескольких братьев поесть. Я знаю, что вам просто нравится держать шашлычную и вы не собираетесь расширяться или просить кого-то рекламировать вас.

Лу Ян кивнул.

Капитан Вэй продолжил с виноватым видом:

— Эти мои братья не умеют держать язык за зубами. Поели, вернулись и начали рассказывать, какая здесь вкусная еда. Остальные, естественно, тоже стали слюной исходить, и они договорились после сегодняшней смены прийти сюда вместе. Братья из ночной смены в ямэне даже попросили после еды принести им что-нибудь с собой.

Судя по выражению капитана Вэя, этим занимались не только его братья. Ты тоже всем растрезвонил, да?

— И?

— В округе Яньцзян стражников немало. Мы, пожалуй, займём все ваши столы. Главный стражник тоже придёт, поэтому я хотел спросить, можно ли сегодня вечером выкупить весь зал.

Поняв, чего тот добивается, Лу Ян быстро принял затруднённый вид.

— Но у меня сегодня вечером тоже придут несколько хороших друзей, боюсь…

Капитан Вэй поспешно сказал:

— Это совсем не проблема! Несколько человек ничего не изменят. Все вместе поедим. Чем больше народу, тем оживлённее. — Перед приходом он уверенно бил себя в грудь и обещал сослуживцам, что сегодня они точно смогут поесть. Если не получится, это будет удар по моей репутации.

Лу Ян согласился:

— Хорошо. Мы всё подготовим и откроемся через час.

Получив утвердительный ответ, капитан Вэй довольный ушёл.

---

Когда почти настало время встречи, назначенной главой филиала, люди с разных сторон стали собираться перед шашлычной. Среди них были глава филиала, одиннадцать распорядителей и семь новых членов.

Чи Сюйлун и Шэнь Цзиньи даже проявили внимательность и несли несколько кувшинов вина.

— Мы побоялись, что в маленькой лавке вино будет недостаточно крепким, так что специально принесли несколько кувшинов тридцатилетнего духовного вина «Нюйэрхун».[1]

Такое духовное вино было чрезвычайно крепким; даже культиватор Закладки фундамента не мог нейтрализовать его действие.

У остальных пятерых новых членов тоже была мысль преподнести вино из уважения, но все они были на стадии Тренировки ци и ничего приличного предложить не могли.

Ради этой трапезы глава филиала даже сменил маску на такую, у которой была открыта нижняя половина лица.

Лу Ян и двое остальных вышли из шашлычной и пригласили всех внутрь.

— Проходите, всё готово! На сегодня зал вообще-то был выкуплен целиком, но после долгих уговоров нам удалось убедить другую сторону оставить нам один стол.

Глава филиала кивнул. Сначала он беспокоился, что с этой троицей будет трудно иметь дело и они не станут слушаться приказов; он даже хотел показать свой авторитет и поставить их на место. А теперь выходит, что эти трое хорошо соображают. Заранее знают, как зарезервировать стол.

— Не стойте, заходите, — подозвал всех глава филиала.

Поскольку шашлычная была пуста, глава филиала совершенно естественно сел за центральный стол. Этот стол самый большой и стоит лучше всех — как раз соответствует моему положению.

Лу Ян негромко напомнил:

— Глава филиала, этот стол уже зарезервирован.

Прежде чем глава филиала успел что-либо сказать, вмешался Чи Сюйлун:

— Пусть пересядут в сторону! Они кто такие? Ещё смеют отнимать наши места?

Видя, что глава филиала не возражает, он больше ничего не сказал.

Когда все расселись, Ман Гу достал меню.

— Что будем есть?

Шэнь Цзиньи передал меню главе филиала.

— Глава филиала, пожалуйста, выбирайте вы.

Глава филиала махнул рукой.

— Заказывайте что хотите.

— Угощаете вы, значит, выбирать положено вам.

— Не нужно, просто закажите сами.

Они перебрасывали меню туда-сюда, пока оно снова не оказалось в руках Ман Гу. У него дёрнулся уголок рта. Ну и хлопотная же компания. Даже чтобы заказать шашлыки, надо так долго уступать друг другу.

У Ман Гу не было привычки из вежливости отказываться. Закончив заказ, он отнёс меню на задний двор и велел двум призракам-пособникам тигра начинать жарить.

Вскоре Ман Гу принёс тарелки с аппетитными шашлыками. Одного аромата хватало, чтобы все поняли: еда не разочарует.

— Давайте, давайте, шашлыки готовы! Разливайте вино! — улыбнулся глава филиала и дал знак всем наливать.

Мэн Цзинчжоу с улыбкой сказал:

— Я обойдусь без вина. Не люблю его, привык пить чай.

Глава филиала усмехнулся:

— Маленький Мэн, как можно не пить, странствуя по цзянху? В будущем будет множество случаев, когда придётся пить. Начни привыкать — выпей сперва три чаши.

Мэн Цзинчжоу всё равно отказался.

Глава филиала счёл это оскорблением своего авторитета, и брови у него слегка сошлись.

Чи Сюйлун воспользовался случаем и отчитал его:

— Что с тобой? Глава филиала велел тебе пить, а ты отказываешься? Ты что, не уважаешь авторитет главы филиала?

У Мэн Цзинчжоу дёрнулся уголок рта.

— Это всего лишь вино. Как ты связал это с уважением? Значит, если глава филиала настаивает, чтобы я пил, он не уважает меня?

Чи Сюйлун уже хотел возразить: «Ты на себя-то посмотри, кто ты такой, чтобы говорить об уважении перед главой филиала?» — но не успел произнести это вслух: глава филиала остановил его.

Глава филиала знал, что у Мэн Цзинчжоу впереди яркое будущее, и не хотел вступать с ним в конфликт. Только глава филиала знал, какую оценку глава культа дал этой троице.

— На приветственной трапезе не стоит быть такими придирчивыми. Сначала представлюсь я. Моя фамилия Чу, можете звать меня главой филиала Чу.

Следующим после главы филиала был высокий долговязый мужчина, который ходил с Цинь Юаньхао в бордель.

— Я Ван Хэ. Знакомые любят называть меня Большеротым Ваном.

— Бай Цзыфан.

— Пэн Шо.

Один за другим одиннадцать распорядителей представились, хотя «представились» было не самым точным словом: они просто назвали имена, уровень культивации, увлечения — и ничего действительно важного.

В демонических культах доверие встречалось редко. Если можно было скрыть сведения о себе, их скрывали.

Все ели, и картина выглядела гармоничной, словно никакого спора и не случалось.

— Эти шашлыки правда очень вкусные. — Чи Сюйлун, съев несколько шампуров, был чрезвычайно удивлён. Это лучшие шашлыки, какие я ел в жизни.

В сердце у него выросла жадность, и он тихо спросил главу филиала:

— Может, заставим хозяина отдать рецепт? Даже если назначить цену в духовных камнях, на такие шашлыки всё равно найдётся рынок. Мы сможем озолотиться!

Глава филиала поддался искушению. Я уже много раз убивал, грабил, обманывал и вымогал. Одним разом больше — какая разница.

Лу Ян сбоку спросил:

— А если хозяин не отдаст рецепт?

В глазах Чи Сюйлун блеснул холод, и он зловеще улыбнулся.

— Тогда посмотрим, что он хочет сохранить: жизнь или рецепт! — Он ударил по столу, готовясь устроить скандал, и сердито заорал: — Где хозяин? Пусть выходит! Шашлыки уже все поданы, а он до сих пор не показался. Он что, правил не знает?!

Сразу после этого снаружи донёсся голос капитана Вэя:

— Ха-ха, где хозяин? Я привёл братьев.

Толпа стражников хлынула внутрь, включая главного стражника стадии Золотого ядра, и окружила стол главы филиала и остальных.

---

[1] Традиционное китайское вино из Шаосина, провинция Чжэцзян. Часто встречается в уся и сянься-романах.

Стражники расселись по залу. Капитан Вэй не преувеличивал, когда говорил, что они могут занять все столы.

Стол главы филиала стоял в центре, окружённый стражниками. Картина вышла гармоничная: праведный и демонический пути сошлись как «одна семья».

Чи Сюйлун так испугался, что поспешно опустил голову. Не стоило обманываться слухами о его высокомерии: это был всего лишь образ, который он себе создал. Когда он совершал дурные дела, то либо переодевался, либо закрывал лицо. Если же встречал кого-то из властей, прятался как можно дальше.

Теперь спрятаться было негде, и ему оставалось только опустить голову и притвориться страусом.

— Капитан Вэй, я здесь. — Лу Ян с улыбкой встал и поприветствовал капитана Вэя.

Чи Сюйлун широко распахнул глаза и в неверии уставился на Лу Яна. Так это ты хозяин лавки!

— Вы уже начали есть, — немного смущённо сказал капитан Вэй.

— Ничего страшного. Что вы будете?

Капитан Вэй махнул рукой.

— Народу слишком много, чтобы заказывать по отдельности. Подавайте всё, что есть.

— Хорошо, — согласился Лу Ян, заранее предугадав его ответ.

Стражники втягивали носом восхитительный аромат от стола главы филиала и невольно сглатывали. Сейчас как раз было время еды, они уже проголодались, а запах только усиливал голод.

К счастью, Лу Ян подготовился заранее: ещё до прихода стражников он заставил призраков-пособников тигра работать на полную силу. Часть порций они должны были обжарить первыми, чтобы подать еду сразу, как только стражники войдут.

Вскоре Мэн Цзинчжоу и Ман Гу вынесли тарелки с шашлыками, чтобы стражники пока утолили голод.

Капитан Вэй вслух ничего не сказал, но был очень благодарен Лу Яну за то, что тот спас его от жалоб сослуживцев.

— Позвольте представить: это наш главный стражник, Фан Цинъюнь!

Фан Цинъюнь вежливо пожал Лу Яну руку. Будучи культиватором стадии Золотого ядра, он мог определить, что Лу Ян тоже культиватор. И не только Лу Ян: он также видел, что за столом главы филиала сидят одни культиваторы.

Он никак это не прокомментировал — многие культиваторы держали дела. Пока они не нарушают закон, какое мне до этого дело? Держать шашлычную ведь не запрещено.

И что, если стол занят? Как главный стражник я не могу злоупотреблять властью и давить на людей. Если пойдут слухи, это плохо скажется на моей репутации.

После того как Лу Ян с улыбкой сел обратно, Чи Сюйлун про себя выругался и пожаловался так, чтобы глава филиала услышал:

— Ты, мерзавец, явно задумал недоброе! Почему ты заранее не сказал, что придут стражники?!

Лу Ян притворился обиженным.

— Потому что я хотел, чтобы вы наладили хорошие отношения со стражниками. Вам стоит ухватиться за эту возможность. — Лу Ян указал на шёлковое знамя на стене. — Видите? Это знамя мне подарил капитан Вэй.

Он сходу придумал объяснение:

— Ещё до вступления в культ я специально нашёл базу, чтобы заложить основу для связей с властями. Так, что бы я ни делал, власти меня не заподозрят. Когда они приходят сюда пить, я даже могу подслушивать их сведения.

Глава филиала кивнул. В словах Лу Яна много смысла. Он достоин оценки главы культа. Глава культа говорил, что хотя эти трое на вид будто просто самовольно дурачатся, в их действиях на самом деле есть более глубокий слой. Нельзя судить о них только по поверхности.

Уже одно то, что они сами наладили связи с властями, показывает: их смелость и идеи превосходят большинство людей в культе!

— Давайте, пейте.

Съев несколько шашлыков и временно утолив голод, стражники начали пить. Чем больше шашлыков они съедали, тем свободнее пили; чаши сменяли чаши, тосты шли один за другим, и атмосфера стала шумной и оживлённой.

В резком контрасте с гулом вокруг люди за центральным столом главы филиала пили очень осторожно, боясь случайно проболтаться, если выпьют лишнего.

Под конец они и вовсе перестали пить вино и перешли на чай.

Капитан Вэй заметил, что за столом главы филиала настроение недостаточно оживлённое, и решил, что виновато его присутствие. Испытывая вину, он взял чашу вина и подошёл.

— Давайте, давайте, не обращайте на нас внимания. После службы мы обычные люди. Раз уж пришли в шашлычную, надо есть и пить как следует!

— Давай, выпьем! — обратился капитан Вэй к Чи Сюйлуну.

Чи Сюйлун осторожно поднял чашку чая. Капитан Вэй помрачнел, лицо у него стало суровым.

— Что это за чай? Ты меня не уважаешь? Наливай вино!

Чи Сюйлуну ничего не оставалось, кроме как собраться с духом и опрокинуть принесённое им тридцатилетнее духовное вино.

Капитан Вэй, напившись, уже ходил кругами, а остальные стражники явно тоже были пьяны. Они последовали за ним и начали пить за столом главы филиала, веселясь от души.

К Лу Яну и двум остальным пить никто не приставал. Все негласно сошлись на том, что хозяина лавки нельзя напоить допьяна.

Крепость тридцатилетнего духовного вина была не тем, что мог выдержать культиватор Закладки фундамента. Чи Сюйлун и остальные опьянели. Увидев, что они уже наелись, глава филиала нашёл предлог и ушёл.

Когда начальник ушёл, под влиянием алкоголя люди постепенно стали менее сдержанными. Чи Сюйлун и Шэнь Цзиньи обнялись за плечи, твёрдо решив объединиться и прославиться в Культе Вечности.

— Чи Сюйлун, твоя самая большая слабость — нетерпение и показная дерзость. Тебе стоит немного умерить пыл! — посоветовал Шэнь Цзиньи.

Но Чи Сюйлуну это не понравилось. Он был свободной душой и не желал принимать критику.

— Ой, да ладно. Это я, значит, показной? Мне тогда быть трусом вроде тебя? Сам действовать не смеешь, учишь кучу учеников работать за тебя? Вечно прячешься за другими, как девчонка!

Шэнь Цзиньи вспыхнул:

— Чи Сюйлун, не принимай мою доброту за слабость! Я о тебе забочусь, а ты ещё кусаешься?

Чи Сюйлун разозлился ещё сильнее.

— Это кого ты назвал собакой?!

Он ударил Шэнь Цзиньи кулаком прямо в лицо.

Разве Шэнь Цзиньи мог молча проглотить такое? Если сейчас стерплю, с характером Чи Сюйлун он точно начнёт наглеть ещё больше. Он схватил чашу вина и плеснул в Чи Сюйлуна. Тот, хотя и был пьян, всё ещё обладал достаточно быстрыми реакциями, чтобы увернуться. Вино выплеснулось на Бай Цзыфана, который просто смотрел на драку со стороны.

Бай Цзыфан тоже не был тем, с кем можно шутить. Он решил обязательно отплатить за то, что его втянули в дело, к которому он не имел отношения, и окатил Шэнь Цзиньи вином, чтобы тот сам почувствовал то же самое. Этого ему было мало: он ещё и разбил тарелку прямо о лицо Шэнь Цзиньи.

Трое сцепились в драке. Тех, кто пытался вмешаться, случайно задели в процессе, и это только подлило масла в огонь.

Я из добрых побуждений хотел помочь вам не опозориться, а вы так мне отплатили? Ладно бы не оценили, но вы ещё смеете меня бить?!

Я был слишком добр!

Духовное вино было таким крепким, что помутило всем разум. Они уже не обращали внимания на то, что вокруг сидят стражники, и устроили настоящую потасовку.

Грохот!

Кто-то опрокинул стол, и вещи полетели на соседние столы.

Стражники впервые видели таких наглецов и впервые наблюдали, как культиваторы дерутся в общественном месте.

К тому же — прямо при них. Если бы нас здесь не было, кто знает, насколько хуже всё могло бы стать!

Публичная драка между культиваторами могла нечаянно убить невинных прохожих. Это крайне злонамеренно и должно быть наказано!

Главный стражник Фан Цинъюнь выпустил давящее давление и подавил членов демонического культа.

— Увести их. Пусть протрезвеют в тюрьме!

Члены культа мгновенно протрезвели. Осознав, что произошло, они покрылись холодным потом.

В этот раз людей пришло слишком много; два призрака-пособника тигра были так перегружены, что стали ещё бледнее. Ман Гу сам включился в работу. Лу Ян и Мэн Цзинчжоу беспрерывно сновали между задним двором и главным залом. Подготовленные шашлыки убывали с невероятной скоростью.

Лу Ян приподнял занавеску и извинился:

— Простите, все, шашлыки закончились… Что здесь происходит?

Лу Ян увидел, как высокомерные и властные члены демонического культа послушно сидят в главном зале, а стражники смотрят на них с насмешливыми улыбками.

Капитан Вэй шёпотом сказал:

— Извините, управляющий Лу, ваши друзья устроили публичную драку. Главный стражник больше всего ненавидит, когда культиваторы так себя ведут. Они подняли такой шум, что даже прохожие снаружи заметили. Не наказать их было бы неправильно.

Лу Ян не знал, что на это ответить. Честно говоря, я действительно хотел немного с ними поиграть, посадив членов культа и стражников вместе. Но я правда не ожидал, что эта компания окажется настолько дерзкой и начнёт драться прямо перед стражниками.

У Мэн Цзинчжоу дёрнулся уголок рта.

— Я же говорил: не пейте вино. От вина никогда ничего хорошего не бывает.

---

В день приветственной вечеринки Чи Сюйлун и его компания были задержаны на десять дней за публичную драку.

Когда глава филиала Чу узнал об этом, ему понадобилось довольно много времени, чтобы осознать произошедшее.

К счастью для Чи Сюйлун и остальных, они были прожжёнными хитрецами и не стали раскрывать тайны демонического культа только потому, что их заперли. Иначе глава филиала Чу уже задумался бы о том, чтобы заставить их замолчать.

Глава филиала Чу передал Лу Яну и двум остальным, чтобы они пришли в филиал Яньцзян на церемонию вступления.

А что до той кучки тупых болванов, пусть десять дней посидят в тюрьме и остынут.

Глава филиала Чу лениво сидел на нефритовом кресле. Подняв взгляд на трёх человек перед собой, он похвалил:

— Идея открыть шашлычную неплоха. Продолжайте. Это канал, через который мы можем налаживать связи с властями.

Глава филиала Чу отослал слуг. Они были членами культа начального уровня и не проходили испытаний, так что не имели права знать тайны демонического культа.

— Идём, я отведу вас поклониться Бессмертному Вечности.

Глава филиала Чу привёл их в другое место с парящим камнем. На нём стояли постройки неизвестной эпохи. Разъеденные течением времени, они давно обрушились. Окружающий свет делал всё давящим и душным. Идти через руины было тяжело, будто ступаешь по самой истории.

Даже эрудированный Мэн Цзинчжоу не мог определить, в какую эпоху были построены эти здания. Они точно не относятся к этим ста тысячам лет, когда правила династия Великая Ся! Мэн Цзинчжоу втайне поразился. Неужели это эпоха династии Великая Юй?

Исторические книги записывали, что последний император династии Великая Юй вёл распутную жизнь. Двор развалился, а Поднебесная погрузилась в хаос. Тогда предок семьи Мэн и предок императора Великой Ся подняли восстание и начали борьбу за власть над Центральными равнинами.

Секта Ищущих Дао была основана сто двадцать тысяч лет назад, во времена династии Великая Юй, но тогда эта династия находилась на вершине, и её положение было непоколебимо.

В конце построек стояла статуя около четырёх метров высотой. Она была похожа на ту, что стояла в доме Цинь Юаньхао. Лицо её было размыто, а длинные одежды скрывали пол.

Это был не кто иной, как Бессмертный Вечности.

Глава филиала Чу поднял три зажжённые палочки благовоний и поклонился Бессмертному Вечности. Затем он повернулся к троице и сказал:

— Сядьте в медитацию на час и отбросьте все нечистые мысли.

Эти три палочки благовоний не были обычным товаром. Вдохнув их аромат, трое неожиданно почувствовали, как беспокойные сердца успокаиваются.

Отбрасывать нечистые мысли для них троих было делом простым. Увидев, как быстро они успокоили сердца, глава филиала Чу слегка кивнул.

Даже с помощью драгоценных благовоний их скорость всё равно поражает. Большинство демонических культиваторов нетерпеливы и раздражительны: они культивируют только тело, но не сердце. Эти трое действительно редкость. Вероятно, когда-то они встретили счастливую возможность.

Будь это раньше, глава филиала Чу не остановился бы ни перед чем, чтобы заполучить их счастливую возможность. Однако эти трое были другими. Они вызывали особый интерес у главы культа. У него не хватало смелости действовать против них.

Через час трое проснулись и по указанию главы филиала Чу поклонились Бессмертному Вечности. После завершения сложных процедур они официально стали последователями Культа Вечности.

Заложив руки за спину, глава филиала Чу сказал:

— До вступления в наш культ вы, возможно, знали только, что мы, Культ Вечности, поклоняемся Бессмертному Вечности, а став последователями, можно продлить жизнь. Но о самом Бессмертном Вечности вы, вероятно, знаете мало.

Трое кивнули. О Бессмертном Вечности они не имели ни малейшего представления; по сути, это был единственный бессмертный, о котором они когда-либо слышали.

Глава филиала Чу почтительно начал подробно рассказывать:

— Существование Бессмертного Вечности — табу. Он прожил века вместе с небом и землёй, наблюдая взлёты и падения этого мира. Даже если его физическое тело погибнет, бессмертная душа истлеет и в мирской пыли останется лишь крупица духовного света, пока хоть кто-то помнит его, он сможет вернуться к жизни, вечный во веки веков!

Сердца троих будто ударил гром. Они не знали, сколько правды в словах главы филиала Чу.

Пока кто-то помнит Бессмертного Вечности, он не умрёт и не исчезнет? Такого не было даже в легендах! Обладать такими божественными чудесами — он и правда достоин титула «бессмертного».

Глава филиала Чу продолжил:

— Он достиг просветления и стал бессмертным в древности. Он знает древние тайны всех эпох, а сила, которой он обладает, далеко превосходит всё, чему мы, простые смертные, способны противиться.

— Сейчас наступает Великая эпоха, старые чудовища, похороненные в глуши, выползают из гробов. Если мы хотим выжить в эту Великую эпоху, нам остаётся только воскресить Бессмертного Вечности, чтобы он защитил нас!

Лу Ян немного помедлил и спросил:

— И как же мы воскресим Бессмертного Вечности?

— Бессмертный Вечности достиг просветления в битвах и стал бессмертным через убийства; это приносит ему радость. Мы должны разжечь войну в этом мире и порадовать его смертью миллионов. Это лишь первый шаг. Последующие шаги — не то, к чему люди вашего положения могут получить доступ.

— Миллионы смертей?! — Мэн Цзинчжоу был ошеломлён. Сколько же это жизней? Тут даже “трупы устилают землю” не опишет бойню!

— Разве это много? Вовсе нет. — Глава филиала Чу покачал головой. Большинство людей, услышав это число, реагировали так же, но, успокоившись, меняли мнение. Центральный континент был обширен и безграничен; миллионы людей могли казаться большим числом, но если распределить их, окажется, что это всего одна смерть на несколько тысяч человек.

— Знаете ли вы, сколько людей каждый год умирает от истощения? Сколько людей кончает с собой, доведённые до безысходности? Сколько умирает от болезней? Сколько погибает из-за лечения шарлатанов? Сколько безымянных трупов династия Великая Ся обнаруживает каждый год?

Глава филиала Чу усмехнулся:

— Знаете? Конечно нет! Потому что династия Великая Ся не смеет объявлять настоящие цифры!

— Если мы не воскресим Бессмертного Вечности, кто защитит огромный Центральный континент? Когда старые чудовища культивации будут пробуждаться одно за другим, число погибших не ограничится этим.

— Древняя Великая эпоха правда настолько страшна? — холодок пробрал Лу Яна до глубины сердца.

Глава филиала Чу не ответил, а лишь дал троим знак следовать за ним. Он обошёл статую Бессмертного Вечности и прошёл через участок руин, по дороге объясняя:

— Эти руины относятся к древности. Под разъедающим действием времени они разрушились и обветшали.

— Десять тысяч лет назад основатель культа случайно обнаружил это место и узнал о существовании Бессмертного Вечности. Эпоха Бессмертного Вечности настолько далека, что люди забыли о бессмертном, некогда защищавшем мир. Именно основатель культа снова вернул Бессмертного Вечности в этот мир! Основатель культа воспроизвёл руины и сохранил их на разных базах. Это одна из них. С тех пор прошло уже десять тысяч лет.

Мэн Цзинчжоу подумал: Неудивительно, что я не смог определить. Оказывается, это копия древних руин. До наших дней дошли только легенды о древности; настоящих вещей сохранилось совсем мало.

Глава филиала Чу остановился у каменной стены.

— Вот здесь. Это сцена жертвенного ритуала древних времён.

Первым, что они увидели на каменной стене, был Бессмертный Вечности с широко раскрытыми руками. У него на груди находились бесчисленные сферы самых разных размеров. У некоторых даже были кольцеобразные предметы вокруг, но их назначение оставалось неизвестным. На каждой сфере стояла на коленях маленькая фигурка и поднимала дары, принося их Бессмертному Вечности.

— Что это за сферы? И почему люди стоят на них? — Мэн Цзинчжоу и Ман Гу были в недоумении.

Зрачки Лу Яна расширились, когда он увидел фреску. Эти сферы похожи на небесные тела из прошлой эпохи, а кольцеобразные предметы должны быть метеорной пылью.

Глава филиала Чу медленно объяснил:

— Они называются планетами. В древности Центрального континента не существовало. Все расы жили на планетах.

— В конце древней эпохи некое непостижимое существо переплавило все планеты в нынешний Центральный континент!

Его слова потрясли троих!

Слова главы филиала Чу ошеломили всех троих, особенно Лу Яна, у которого сразу возникло множество ассоциаций.

Когда я вступал в Секту Ищущих Дао, мне выдали примерную карту секты, и там говорилось, что Секта Ищущих Дао простирается на миллион ли. Что такое миллион ли? Это даже больше, чем развернуть рядом десять Земель!

Но если подумать об экспертах Очищения пустоты и Слияния, описанных в книгах, это кажется разумным. Только такое огромное место позволяет им без ограничений проявлять свои чудесные способности.

В секте много запретных зон, и большинство из них используются для сражений между экспертами культивации. Даже приблизиться к периферии может быть смертельно для тех, у кого низкая культивация.

Когда я вступал в секту, Старшая сестра сказала: “Всё о секте в двух словах не объяснить. Постепенно будешь сам исследовать и узнавать”. Не потому, что ей было лень знакомить меня с сектой, а потому, что Секта Ищущих Дао настолько огромна, что её действительно надо медленно изучать.

Теперь, если подумать, Секта Ищущих Дао могла быть образована из планет! Но земля, которую она занимает, — лишь уголок Центрального континента. Трудно представить, насколько огромен сам Центральный континент!

Глава филиала Чу продолжил:

— В древности существовали десятки тысяч живых звёзд, а возможно, и больше. Точное число уже невозможно проверить.

— Культиваторам не нужно было полагаться на магические сокровища, чтобы достичь стадии Божественного преображения, и они могли перелетать с одной звезды на другую. Тогда во вселенной повсюду можно было увидеть повреждённые звёзды — следы битв между культиваторами!

— Великолепие древности поистине завораживает. Рождались бесчисленные легенды, появлялись многие грозные культиваторы. В те времена, когда эксперты культивации сравнивали силу, они смотрели, сколько звёзд человек мог уничтожить одним ударом. Когда сравнивали влияние, смотрели, сколькими живыми звёздами он управлял.

— На пике процветания некое существо начало действовать. Оно переплавило вселенную звёзд в один гигантский континент. Была ли звезда живой или нет — ни одна не смогла вырваться из его хватки.

— Причина, по которой жизнь на Центральном континенте такая бурная, в том, что прежде это было живое небесное тело, место, лучше всего подходящее для культивации! К востоку от Центрального континента лежит бескрайний океан — когда-то это было небесное тело, покрытое морской водой. К западу от Центрального континента Золотое буддийское царство когда-то было унылым и непригодным для жизни небесным телом. То же самое относится к Демоническому региону на юге и Крайнему Северу.

Глава филиала Чу, без сомнения, перевернул представление троих о мире. Они никогда не думали, что земля под ногами когда-то была переплавленной звездой!

— Кто именно переплавил звёзды? — спросил Лу Ян.

Глава филиала Чу покачал головой — не потому, что положение Лу Яна было недостаточно высоким, а потому, что он и правда не знал ответа.

— Истинную личность невозможно проверить, но одно несомненно: То Существо точно было бессмертным!

Такая невероятная сила — не то, на что способен культиватор Пересечения Бедствий!

— Зачем То Существо захотело переплавить звёзды в континент и какие методы использовало, остаётся тайной. Однако в одном мы можем быть уверены: методы Того Существа в переплавке звёзд были чрезвычайно жестоки и лишены милосердия. Когда оно распоряжалось звёздами, сколько живших на них могли выжить? Даже обычным культиваторам было трудно остаться в живых. Те, кому удалось выжить, выжили не благодаря высокой культивации, а лишь благодаря чистой удаче!

— Когда гордые гении и грозные фигуры поднялись на сопротивление, их всех разбили в кровавый туман и вынудили войти в цикл перерождения. К счастью, вмешался Бессмертный Вечности и спас большую часть человеческой расы, не дав человечеству исчезнуть.

— Расцветающая Великая эпоха, достигшая самой вершины, была уничтожена и рассыпалась. Долгое-долгое время не появлялось ни одного таланта.

— Невозможно узнать, где сейчас находится То Существо, но оно точно не мертво. Кто знает, не появится ли оно внезапно? Если тогда оно устроит настоящую бойню, кто сможет его остановить?

— Только Бессмертный Вечности!

— Поэтому и ради общего, и ради личного мы должны воскресить Бессмертного Вечности! Воскрешение Бессмертного Вечности приведёт лишь к смерти малого числа людей, но если мы не воскресим Бессмертного Вечности, возможно, будет истреблена вся человеческая раса!

— Эти ненавистные люди праведного пути считают, что они на стороне справедливости, но они не знают, что именно Культ Вечности жертвует собой ради человеческой расы! — Голос главы филиала Чу был твёрд, глаза сверкали решимостью.

С точки зрения великого блага мы убиваем людей, чтобы спасти всех остальных. С личной точки зрения у нас есть оправданная причина убивать, так что мы можем убивать без сомнений. Именно поэтому Культ Вечности набирает только людей демонического пути: эта философия лучше всего откликается в мышлении демонических культиваторов.

Лу Ян был поражён. Просто слушая то, что сказал глава филиала Чу, человек действительно может безумно поверить в Бессмертного Вечности и начать молиться о спасении от бессмертного.

Но сказанное им может быть неправдой — или, возможно, только частью правды. Лу Ян не верил, что Секта Ищущих Дао совершенно ничего не знает о делах древности, и также не верил, что Юнь Чжи совсем не подготовлена.

Мэн Цзинчжоу спросил:

— Если всё так, почему бы не сотрудничать с праведным путём? Разве не проще добиться успеха, если все будут действовать вместе?

Глава филиала Чу усмехнулся:

— Кто может гарантировать, что существо, переплавившее звёзды, не прячется внутри праведного пути? После серии расследований основатель культа считает, что То Существо находится в праведном пути — либо среди Пяти великих бессмертных сект, либо в династии Великая Ся.

— Почему праведный путь ратует за порядок? Разве не для того, чтобы больше людей могли культивировать и Центральный континент снова процветал? Но что следует за процветанием? Не забывайте болезненную историю конца древней эпохи. Возможно, Тому Существу нравится собирать урожай жизней, и оно ждёт, пока жизнь снова расцветёт, чтобы сделать новый ход! — Глава филиала Чу высказал основной взгляд Культа Вечности.

Он добавил:

— Звёзды над нами кажутся подвешенными в небе, но если достичь определённой культивации и слетать во вселенную посмотреть, вы обнаружите, что они всего лишь остаточные тени древности. Теоретически должны быть звёзды, ускользнувшие из сети, но их наверняка крайне мало.

Глава филиала Чу рассказал так много потому, что хотел, чтобы трое искренне поверили в Бессмертного Вечности.

Судя по тому, как они потрясены, проблем быть не должно.

— Ладно, я понимаю, что этой информации слишком много. Возвращайтесь и переварите её.

— Кроме того, в трёх раундах испытаний вы выступили хорошо. Филиалу сейчас нужны люди. Вы достигли стадии Закладки фундамента и соответствуете требованиям для распорядителя. После некоторых раздумий я решил повысить вас до распорядителей.

Глава филиала Чу выдал каждому табличку, означающую статус распорядителя.

На самом деле глава филиала Чу с самого начала собирался сделать троих распорядителями. Только распорядители имели право узнать то, чем он поделился с ними ранее. Он посоветовал:

— Если будет время, можете навестить своих товарищей в тюрьме. Я слышал, что в тюрьме еда плохая. Принесёте им еды — это поможет наладить отношения.

Демонический путь заботится только о собственной выгоде, но при этом чётко различает милости и обиды. Если подчинённые слишком увязнут во внутренних распрях и интригах, мне как главе филиала будет нелегко.

Однако глава филиала Чу беспокоился не о том, что подчинённые будут строить козни против троицы, а о том, что эта троица замучает их до смерти.

Лицо Лу Яна расплылось в улыбке.

— Мы все братья из одного культа. Мы обязательно объединимся как один и будем работать вместе, чтобы воскресить Бессмертного Вечности. Будьте спокойны, глава филиала.

По какой-то причине после этих слов главе филиала Чу стало ещё тревожнее.

— Кстати, глава филиала, за прошлую трапезу вы ушли, не заплатив. Вы хотите отложить оплату или рассчитаться сейчас? — спросил Ман Гу перед самым уходом.

Лу Ян поспешно перебил Ман Гу:

— Тише! Как людям демонического пути, нам вполне естественно поесть и сбежать, не заплатив. Разве глава филиала может быть таким хорошим человеком, который платит за еду?!

Мэн Цзинчжоу поддержал:

— Именно! Глава филиала сказал, что угощает нас, а не что оплатит счёт. Как ты можешь не различать такие простые вещи?!

Глава филиала Чу: «…»

Должен признать: когда речь заходит о язвительных уколах, мне с этими тремя не сравниться.

Стиснув зубы и подавляя желание ударить их, он бросил Ман Гу золотой слиток.

— Сдачу оставь себе. А вы трое — немедленно убирайтесь отсюда!

Ман Гу был в полном недоумении. Я просто спросил деньги, как обычный человек, так почему брат Лу и брат Мэн говорят так странно? Кажется, они одновременно говорят и за меня, и за главу филиала.

Когда троица ушла, была уже глубокая ночь. Лу Ян поднял взгляд к сияющему звёздному небу и заметил:

— Кто бы мог подумать, что звёзды в небе все фальшивые? Совершенно неожиданно, правда неожиданно.

Мэн Цзинчжоу почесал голову.

— Да не так уж это неожиданно, верно? С детства дед говорил мне, что достанет всё, что я захочу, хоть звёзды с неба. Мне было лет семь-восемь, когда я указал на звезду и сказал, что хочу её. Тогда дед отправился во вселенную. Вернувшись, он положил мне в ладони светящееся пятнышко размером с ноготь и сказал, что это звезда. Так совпало, что в небе стало на одну звезду меньше. Я показал деду, что звёзды ведь должны быть очень большими, даже больше нашего двора. Он только загадочно улыбнулся и заявил, что звёзды действительно такие маленькие.

— А дальше? — Лу Ян заинтересовался.

— Дальше? Потом пришёл кто-то, кажется, высокопоставленный чиновник из Министерства наказаний. Они сказали, что мой дед виновен в краже природных ресурсов, и потребовали вернуть звезду. Дед вернул то светящееся пятнышко, и в ночном небе снова появилась звезда.

— Тогда я уже чувствовал, что здесь что-то не так, но не мог понять, что именно. Со временем забыл. Услышав всё это сегодня, я понял: то, что я держал в руке, и правда было звездой.

— Как и ожидалось от человека из семьи Мэн. Твой детский опыт уже сильно отличается от нашего. — Лу Ян покачал головой, пытаясь вспомнить, чем занимался в собственном детстве.

О, вспомнил. В детстве я вспоминал свою жизнь до перемещения и классические стихи, которые приходилось учить наизусть, вроде: «Стоит высокая башня, сто чи высотой; протяну руку — достану звёзды. Не смею говорить громко, чтобы не потревожить небожителей».[1]

Я мог срывать звёзды только в стихах, а Мэн Цзинчжоу мог срывать звёзды в реальности. Вот что значит разница между людьми.

В последнее время Лу Ян размышлял, не написать ли ему роман вроде Блуждающей Земли, но в контексте этого мира, вероятно, двигать Землю будут не планеты, а грозный культиватор.

Трое больше не стали задерживаться на вопросах звёзд и континента. Такие вещи были слишком далеки от них. С их нынешней культивацией им даже огромные камни поднимать было трудно, не говоря уже о перемещении звёзд.

— Отдыхайте пораньше. Завтра навестим наших товарищей по культу в тюрьме.

Трое зевнули. На стадии Закладки фундамента можно было заменить сон сидячей медитацией. Хотя эффект был тем же, трое всё равно предпочитали спать.

Сидячая медитация? Оставим её для стадии Золотого ядра.

---

Рано утром следующего дня Лу Ян нашёл капитана стражников Вэя, и тот охотно одобрил его просьбу посетить тюрьму и выдал ему бумажку.

Как только Лу Ян вошёл внутрь, он почувствовал, будто духовная энергия оказалась скована: он не мог ей управлять. Даже тело стало вялым.

— Это Формация подавления духовной энергии? — Лу Ян удивился. Он не ожидал, что Формация подавления духовной энергии окажется такой мощной, как описывал капитан Вэй.

Когда капитан Вэй одобрил визит Лу Яна в тюрьму, он предупредил его быть осторожным с тюремной Формацией подавления духовной энергии. Она была специально разработана с расчётом на культиваторов. В пределах формации культивация культиваторов замораживалась, не позволяя использовать заклинания. Это должно было предотвращать побеги.

Поскольку Формация подавления духовной энергии была высокого уровня, она ограничивала даже культиваторов Золотого ядра. Исключений не было.

Лу Ян пришёл как раз тогда, когда тюремщики менялись сменами. Тюремщики дневной смены зевали до слёз, глаза у них были мутные, будто они ещё не проснулись. А тюремщики ночной смены, собиравшиеся уходить, были бодры и поддразнивали:

— Старый Чжоу, разве ты обычно не самый энергичный? Почему сегодня такой уставший? Не занимался ночью чем-нибудь постыдным и тайным?

Старый Чжоу широко раскрыл рот, заканчивая зевок, и сказал:

— Не знаю, что в последнее время происходит. Никак не могу проснуться. Утром тяжело вставать. И не только мне — у моей жены то же самое. Перед выходом я даже лицо умыл, но всё равно хочу спать.

Тюремщик ночной смены улыбнулся:

— Значит, ты ночью занимался чем-то, из-за чего плохо спал. Смотри на меня: я не устал.

У старого Чжоу дёрнулся уголок рта.

— Ты культиватор, ты другой.

Тюремщик ночной смены небрежно махнул рукой:

— Я всего лишь на первом уровне Тренировки ци. Достигну ли вообще второго уровня — ещё неизвестно. Я не настоящий культиватор.

Правило тюрьмы состояло в том, что на дневную смену ставили смертных, а на ночную — культиваторов первого уровня Тренировки ци, поскольку последние могли ночью не спать и оставаться настороже.

Культиваторы не желали, чтобы их подавляла Формация подавления духовной энергии и они ничем не отличались от смертных. Однако полагаться только на тюремщиков первого уровня Тренировки ци было явно недостаточно, поэтому снаружи были скрытые дозорные — культиваторы, наблюдавшие за тюрьмой.

После смены караула Лу Ян воспользовался бумажкой и нашёл старого Чжоу. Тот взглянул на Лу Яна, обыскал его и, увидев, что кроме коробки с едой тот ничего не принёс, пропустил.

---

Чи Сюйлун среди бродячих демонических культиваторов соседних округов славился своей жестокостью. Он думал, что, вступив в демонический культ, сможет реализовать великие замыслы, отхватить собственную территорию и стать местным тираном. Даже тюрьма не могла изменить его стремления.

Раз я в тюрьме, сначала стану тюремным тираном!

Первое препятствие — я не могу никого запугать.

Сейчас Чи Сюйлун был заперт в клетке, из которой не мог вырваться даже культиватор Закладки фундамента. Под рукой у него не было даже оружия. Люди в соседних камерах без конца ругали или высмеивали его. Чи Сюйлун мог только скрежетать зубами от злости.

В этот момент его сокамерник Шэнь Цзиньи придумал способ. Он зажал во рту маленький камешек и выплюнул его. Камень вылетел как пуля с потрясающей силой. Можно было представить, каким будет удар, если он попадёт в человека. Будучи убийцей, Шэнь Цзиньи прекрасно умел использовать разные предметы как скрытое оружие.

— Как братья, попавшие в одну беду, мы тем более должны искренне сотрудничать и вместе проложить путь наружу! — сказал Шэнь Цзиньи с братским пафосом. — Когда научишься у меня этой технике, в тюрьме тебе не будет равных. Завоюем тюрьму вместе!

Сильно вдохновлённый его словами, Чи Сюйлун начал рано вставать и поздно ложиться, усердно учась стрелять каменными скрытыми оружиями изо рта.

К сожалению, таланта у Чи Сюйлун не было. Несмотря на грубую силу, он никак не мог освоить эту технику.

— Делать надо вот так. Набери воздух в рот, потом выплюнь. Главное — скорость! — Шэнь Цзиньи показывал, стараясь научить Чи Сюйлун.

— Знаю, просто выплюнуть. — Чи Сюйлун начал терять терпение.

— Нет-нет, неправильно, губы надо сильнее вытянуть. Вот так.

— Вот так?

Лу Ян стоял снаружи и смотрел, как Чи Сюйлун и Шэнь Цзиньи оба вытягивают губы. Он задумался, не стоит ли напомнить им, что такую сцену легко неправильно понять.

Сначала запишу это записывающей сферой.

---

[1] Это знаменитое стихотворение Ли Бо «Ночлег в горном храме». В оригинале каждая строка состоит из пяти иероглифов; в английской версии переводчик передал строки восьмисловными.

— Давно не виделись, я принёс тебе еды. — Отношение Лу Яна было приветливым: результат тренировки в шашлычной.

Больше чем за месяц практики фальшивая улыбка Лу Яна стала настолько убедительной, что Мэн Цзинчжоу похвалил её за такую же искренность, как у него самого.

Чи Сюйлун как раз вытягивал губы, когда услышал голос Лу Яна. Он резко повернул голову, и глаза его были полны злобы. Если бы не ты, позвавший стражников есть, разве я оказался бы в таком положении?

— Почему ты здесь? — Голос Чи Сюйлун был резким. Когда я впервые увидел этого типа, он обманул меня, притворившись экзаменатором. За трапезой несколько дней назад он ещё и подставил меня. Он полон дурных идей. А теперь лицемерит и приносит еду? Он точно задумал что-то плохое!

По сравнению с таким безжалостным убийцей, как он сам, Чи Сюйлун считал Лу Яна ещё более презренным и бесстыдным!

Лу Ян не собирался играть с Чи Сюйлун в тюрьме. В будущем нам всем ещё придётся помогать друг другу. Нет смысла портить отношения. К тому же это желание главы филиала.

Однако слух у Лу Яна, возможно, был не самым лучшим, и он ослышался, решив, что Чи Сюйлун спрашивает, стал ли он распорядителем.

— Что? Откуда ты узнал, что меня повысили до распорядителя? Но не волнуйся так. Если будешь хорошо себя вести, тоже сможешь стать распорядителем.

Не ожидал, что Чи Сюйлун даже в тюрьме так хорошо осведомлён.

Лу Ян даже достал поясную табличку, чтобы похвастаться. Иероглифы «распорядитель» на ней были чрезвычайно броскими. Чи Сюйлун едва не испустил дым из головы.

— Небеса, должно быть, ослепли!

Лу Ян попытался его утешить:

— Не сердись. Глава филиала тоже передал тебе сообщение через меня.

Услышав, что глава филиала Чу передал ему сообщение, Чи Сюйлун немного успокоился. Глава филиала всё ещё высоко меня ценит, раз лично передал сообщение.

— Что он сказал?

— Он сказал, что тебе лучше постараться наладить со мной отношения.

Чи Сюйлун пришёл в ярость. Глава филиала правда так высоко оценивает этого типа.

— Я лучше умру, чем буду с тобой ладить!

Увидев, как Чи Сюйлун открыто не подчиняется указанию главы филиала, Лу Ян вздохнул, оставил еду и ушёл.

Заключённые, почувствовав аромат еды, стали пускать слюни. В тюрьме им такой вкусной еды не достать.

К остальным Лу Ян был намного добрее: он поощрял их хорошо исправляться в тюрьме и стремиться после освобождения начать новую жизнь, чтобы приносить пользу Центральному континенту. В его словах было столько заботы, что люди могли неправильно понять и решить, будто заключённым предстоит провести в тюрьме как минимум десять лет.

Покинув тюрьму, Лу Ян честно доложил главе филиала Чу о выполненной работе:

— Я принёс еду и навестил Чи Сюйлун в тюрьме. Сказал, что между нами были некоторые недоразумения. Мы все товарищи, в будущем будем работать вместе, и если наладить отношения, дела пойдут удобнее. Я подчеркнул, что это ваше указание, а ещё упомянул, что, если он будет хорошо себя вести, он тоже сможет стать распорядителем, как я.

— Не ожидал, что Чи Сюйлун придёт в ярость и начнёт ругаться, заявляя, что причина, по которой я стал распорядителем, в том, что кто-то ослеп. Он объявил, что лучше умрёт, чем будет со мной ладить. Точные слова я не запомнил, но общий смысл был таким.

Взгляд главы филиала Чу мгновенно стал ледяным.

— Кого это он назвал слепым?!

Лу Ян поспешно поклонился. Он осторожно поднял голову, посмотрел на главу филиала Чу и с трепетом ответил:

— Положение этого человека слишком высоко. Сказать будет слишком неуважительно. Я не смею.

В сердце главы филиала Чу уже сложился ответ.

— Хорошо, я понял. Можешь возвращаться.

Лу Ян вздохнул. У Чи Сюйлун правда нет фильтра.

— Глава филиала, пожалуйста, не говорите, что услышали это от меня. Возможно, я неправильно запомнил.

Глава филиала Чу нетерпеливо махнул рукой. Само собой.

После ухода Лу Яна глава филиала Чу постучал по нефритовому креслу и холодно фыркнул:

— Чи Сюйлун, как ты смеешь говорить, что я слепой!

---

В тот день всё шло как обычно. Мэн Цзинчжоу гулял по улицам. Ман Гу тренировался и закалял тело на заднем дворе. Призраки-пособники тигра нанизывали мясо в главном зале. Лу Ян стирал.

Поскольку одежда Лу Яна была обычной, она не могла оставаться безупречно чистой.

— Проклятье, почему я никак не могу освоить Заклинание очищения одежды? — ворчал Лу Ян, оттирая одежду. Из троих только ему приходилось стирать. — Когда у меня будут деньги, обязательно куплю комплект одежды, который не нужно стирать.

Некоторое время назад он обращался к Мэн Цзинчжоу, чтобы научиться Заклинанию очищения одежды. Сам Мэн Цзинчжоу этого заклинания не знал, но у него была книга под названием Малые заклинания для повседневной жизни. Перед отъездом младшая сестра тайком подсунула её ему.

В этой книге было записано заклинание под названием «Заклинание очищения одежды». Как и следовало из названия, это было заклинание, способное сделать одежду чистой. Простое и лёгкое в освоении.

Трое собрались вместе, чтобы выучить его. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу первыми освоили заклинание. Сверху опустился освежающий поток духовной энергии, и их грязная одежда мгновенно стала чистой, словно новая.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу очень обрадовались. Работая в шашлычной, легко было испачкать одежду, а это приносило немало хлопот. Учитывая богатство Мэн Цзинчжоу, у него, естественно, был комплект специально очищенной одежды — магический артефакт, который сам оставался чистым и не нуждался в стирке. Однако качество этой одежды было слишком высоким и выдало бы его происхождение, а это было бы невыгодно для скрытного пребывания в демоническом культе.

Высокий талант Лу Яна к заклинаниям был широко признан. Он действительно выучил заклинание, но результат оказался несколько неожиданным.

После применения Заклинания очищения одежды пространство исказилось, и из ниоткуда появился совершенно новый комплект одежды.

Когда это случилось, Лу Ян долго молчал. Он хотел выругаться, но не знал, с чего начать.

С точки зрения последовательности это было первое пространственное заклинание, которое выучил Лу Ян, и оно имело для него большое значение.

С точки зрения новаторства это было новое преобразование Заклинания очищения одежды, равносильное созданию нового пространственного заклинания.

С точки зрения логики — логики не было.

Лу Ян уставился на воротник с биркой «для такого-то» и понял, что эта одежда, вероятно, была сшитым на заказ комплектом из ателье. До того как покупатель успел забрать одежду, он призвал её своим пространственным заклинанием.

— Почему Заклинание очищения одежды, когда я его применяю, призывает совершенно новый комплект одежды?! А что случится, если я применю Заклинание очищения тела?! — Лу Ян был в ярости и думал, что небеса, вероятно, сочли его слишком блестящим и специально ограничили его талант к заклинаниям.

Разумеется, носить эту одежду он не мог, ведь она принадлежала кому-то другому. Однако Лу Ян не знал, кто владелец, так что и вернуть её не мог, даже если хотел.

Мэн Цзинчжоу даже доброжелательно предложил применить настоящее Заклинание очищения одежды, чтобы помочь Лу Яну постирать его вещи. После нескольких попыток всё закончилось неудачей.

Заклинание очищения одежды можно было использовать только на одежде, которую носишь сам. Лу Ян не мог же снять одежду, дать Мэн Цзинчжоу надеть её, позволить ему очистить одежду, затем снова снять и вернуть ему.

Ладно, остаётся стирать вручную самому.

Когда Лу Ян закончил стирку, он хотел вывесить одежду за окно, но случайно уронил жердь для белья, и та полетела прямо в прохожего.

— Осторожно!

Неожиданно у прохожего оказались отличные рефлексы, и он шагнул в сторону, увернувшись от жерди.

Лу Ян поспешил вниз и понял, что прохожий — его новая знакомая. Это была Лань Тин, ученица Бессмертного дворца Лунного лавра, которая помогала им сражаться с тигром-демоном на Сосновой горе.

Лу Ян озадачился. Прошло уже больше месяца. Почему она всё ещё здесь?

Лань Тин опустила голову и молча уставилась на лежащую на земле жердь для белья. Брови её слегка нахмурились, словно она размышляла над какой-то проблемой.

Лу Ян с любопытством спросил:

— О чём ты думаешь?

Лань Тин выпалила:

— Я задумалась, почему жердь для белья падает вниз, на землю, а не вверх, к небу. Может ли быть невидимая сила, которая притягивает всё в мире?

Лу Ян: «…»

Лу Ян пожаловался сбоку:

— Раз уж эта невидимая сила заставляет всё и повсюду тянуться к ней, почему бы не назвать её гравитацией?[1]

Голос показался Лань Тин знакомым. Она подняла голову, посмотрела на Лу Яна и сказала:

— А, это ты.

— Зайдём внутрь и поговорим. — Лу Ян опасался, что Лань Тин раскроет их настоящие личности.

Лань Тин была чрезвычайно красива; когда она стояла у входа, её очаровательная манера держаться слишком бросалась в глаза. Человеку с дурными намерениями было бы нетрудно подслушать разговор у дверей.

Едва Лань Тин вошла, она увидела усердно работающих призраков-тигриных прислужников и поняла, что это именно те, кого оставил после себя тигриный демон.

Заметив, что Лу Ян и Лань Тин вошли вместе, два призрака-тигриных прислужника молча взяли миску с мясом и шпажками и продолжили нанизывать мясо за столом в углу. Их движения были настолько отработанными, что Лань Тин подумала: наверное, они занимались этим ещё при жизни.

Ман Гу тренировался на заднем дворе. Услышав шум, он сделал паузу и вышел в главный зал.

Мэн Цзинчжоу как раз закончил целый день прогулок. Едва войдя, он уже кричал:

— Слышали? В уезде Яньцзян есть собственный праздник — Праздник весеннего урожая. Он будет через полмесяца. Люди весной выходят гулять и любоваться видами, а ночью устраивают поэтическое собрание: читают стихи, играют музыку, будет очень оживлённо. Приедут люди из соседних уездов, а местные жители Яньцзяна получают три дня отдыха.

— Я даже выяснил, что бордели каждый год в эти дни поднимают цены и зарабатывают кучу денег. Может, и нам воспользоваться случаем и устроить большую акцию? Что-нибудь вроде распродажи в честь двухмесячной годовщины открытия нашей лавки?

Мэн Цзинчжоу доказал, что выходил не просто развлекаться, но и собирать сведения, хотя эта информация троим ничем не помогала.

Глаза Ман Гу загорелись. Он уже собирался что-то сказать, но заметил бесстрастный взгляд Лу Яна и молча закрыл рот.

Мэн Цзинчжоу удивился, увидев Лань Тин.

— Я тебя помню. Ты Лань Тин из Бессмертного дворца Лунного лавра?

Ради открытия шашлычной… нет, то есть ради проникновения в демонический культ, мы торчим здесь больше месяца. Но почему здесь Лань Тин?

— Верно, — мягко ответила Лань Тин.

Эта троица показалась Лань Тин интересной. Она больше месяца жила в уезде Яньцзян и, естественно, слышала о славе шашлычной «Ещё разок». Но она любила тишину и покой, поэтому не заходила в шумную лавку. Лишь сегодня, случайно проходя мимо, она поняла, что шашлычной заведует её знакомый — да ещё и ученики бессмертной секты.

Похоже, эти трое своим трудом действительно добились в уезде Яньцзян больших успехов. Неужели задания Секты Ищущих Дао включают не только изгнание демонов и нечисти, но и ведение бизнеса ради заработка?

Если вспомнить репутацию Секты Ищущих Дао, такое тоже возможно.

Лань Тин слышала от старших сестёр, что в Секте Ищущих Дао за очки вклада можно обменять награду «однодневный опыт главы секты». В остальных четырёх бессмертных сектах такого нет.

— Ты всё ещё в уезде Яньцзян. Ты на задании? Если нужна помощь, смело говори. У нас есть связи со стражниками и людьми в тюрьме, — доброжелательно предложил Лу Ян. Мы все из Пяти великих бессмертных сект, надо помогать друг другу.

Без преувеличения можно было сказать, что троица Лу Яна обладала такой силой, что почти могла одной рукой закрыть небо. На поверхности они были горячими сердцем простыми жителями, которые помогали начальнику Вэю ловить преступников, и стражники часто заходили к ним поесть. Под столом они были перспективными демоническими зародышами, которых ценил глава яньцзянского филиала. А их истинные личности — ключевые ученики Секты Ищущих Дао.

Кто мог сравниться с ними по покровителям?

Лань Тин замолчала. Она прибыла сюда с секретной миссией и не должна была контактировать с посторонними. Иначе после помощи в победе над тигриным демоном она не попросила бы формально две тигриные шкуры и не ушла бы сразу.

Прошло больше месяца, а продвижения всё ещё не было. Она начала тревожиться.

Эти трое передо мной — мой шанс! Может, они смогут мне помочь!

Она дважды глубоко вдохнула, успокоила дыхание и торжественно сказала троим:

— Я выполняю секретную миссию. То, что я сейчас скажу, должно остаться тайной. Это касается моей безопасности! Услышав, не пугайтесь!

Увидев, насколько серьёзна Лань Тин, все трое выпрямили спины.

— Я собираюсь внедриться в Культ Вечности как шпион!

Трое моргнули, решив, что ослышались.

Лань Тин продолжила:

— Это надёжная информация, полученная Бессмертным дворцом Лунного лавра особыми способами. Недавно четыре великих демонических культа начали масштабный набор последователей. Культ Лучезарного Солнца уже закончил набор, остальные три демонических культа всё ещё принимают людей.

— В уезде Яньцзян есть филиал Культа Вечности — яньцзянский филиал. Глава филиала загадочен: неизвестна даже его фамилия. Среди всех филиалов Культа Вечности яньцзянский стоит ближе к низу, и культивация его членов тоже невысока, поэтому культиватору Закладки фундамента вроде меня удобнее всего проникнуть именно туда. При должном плане можно даже попасть в верхушку.

— Культивация моих старших сестёр слишком высока и заметна. К тому же они слишком известны во внешнем мире, так что им не подходит внедряться. После обсуждения миссия досталась мне.

Когда Лань Тин сказала, что её старшие сёстры «очень известны», она имела в виду, что они настолько красивы, что раньше появлялись в некоторых запретных книгах, удовлетворяя фантазии некоторых мужчин.

Лань Тин вздохнула:

— Но я пробыла в уезде Яньцзян больше месяца и всё ещё не нашла местонахождение яньцзянского филиала. Даже не знаю, закончились ли уже отборочные испытания. Надеюсь только, что ещё не опоздала!

Лань Тин с надеждой посмотрела на троих, особенно на Лу Яна, который казался ей особенно надёжным. Ей хотелось, чтобы они смогли чем-то помочь.

Троица молча достала поясные таблички, полученные от главы филиала. Иероглифы «распорядитель» на них были чрезвычайно броскими.

— Прости, мы уже члены Культа Вечности.

Над головой Лань Тин словно выскочили восклицательные знаки.

— О, не пугайся. Мы хотели сказать, что уже успешно внедрились в Культ Вечности, — добавил Лу Ян.

Лань Тин расслабилась. Я думала, эти трое нас предали, а оказалось, они просто шпионы… Постойте, это тоже звучит неправильно.

— Как вы проникли в Культ Вечности?!

Лу Ян оказался в затруднении. Как это объяснить? Мы просто участвовали в отборочных испытаниях и успешно прошли.

Мэн Цзинчжоу гордо сказал:

— На отборочных испытаниях мы выступили блестяще. Культ Вечности решил, что мы очень подходим для вступления в демонический культ, и выбрал нас.

Ман Гу не понял, чем Мэн Цзинчжоу гордится.

Лу Ян попытался простыми словами объяснить, что они нашли письмо Цинь Юаньхао в логове тигриного демона, вышли по нему на Цинь Юаньхао и узнали о наборе демонического культа и местонахождении яньцзянского филиала.

Лань Тин терзалась сожалением. Знала бы — присоединилась бы к Лу Яну и остальным. Мало того что я зря потратила больше месяца, я до сих пор не нашла вход в яньцзянский филиал, а они уже стали верхушкой филиала.

— Вы можете, как Цинь Юаньхао, набирать обычных членов культа? Можете провести меня внутрь?

Лу Ян покачал головой.

— Обычные последователи не имеют доступа к тайнам Культа Вечности. Чтобы получить доступ, нужно пройти испытания от штаб-квартиры. Честно говоря, не думаю, что ты сможешь пройти. Скорее всего, раскроешь свою личность.

Лань Тин разочарованно опустила глаза.

Лу Ян продолжил:

— Но мы можем придумать тебе ложную личность. Скажем, ты моя дальняя родственница, пришла искать у меня убежища, и оставим тебя у нас. На поверхности будешь работать в шашлычной, а во время наших действий сможешь поддерживать нас. Так это тоже будет считаться частичным выполнением твоей миссии.

— Правда можно? — Лань Тин не ожидала таких хороших новостей.

Ман Гу тоже не ожидал, что шашлычная наконец наймёт нового работника.

Лу Ян кивнул.

— Конечно. Как культиватор Закладки фундамента, ты сможешь нам серьёзно помочь. Только ты слишком выделяешься, так что придётся замаскироваться. Кстати, ты знаешь техники изменения облика? Если нет, я могу научить.

---

[1] Китайский термин для гравитации буквально можно передать как нечто вроде «сила, тянущая всё».

Увидев весь процесс, как Лу Ян применяет Кулак звериных форм и превращается в Ман Гу, Лань Тин молча достала жёлтый талисман.

Пожалуй, мне лучше самой нарисовать Талисман изменения облика.

Не зря бессмертная секта славится причудливой фантазией и заклинаниями: они замаскировали Технику изменения облика под кулачную технику. Такое возможно только при глубоком понимании заклинаний. Даосский друг Лу Ян, должно быть, достиг уровня, где его понимание заклинаний превосходит сами заклинания и восходит к их истокам.

Лань Тин считала, что талант Лу Яна в заклинаниях не имеет равных среди культиваторов того же уровня.

Лу Ян вспомнил, что раньше Лань Тин тоже просила тигриную шкуру для создания талисманов. Похоже, у неё немалый талант к талисманам.

Лань Тин указала на свои глаза.

— В моих глазах заключено божественное чудо, делающее их чувствительными к узорам. Я могу различать основную суть рун и ключевые точки формаций, поэтому от природы хороша в создании талисманов и начертании формаций. Но мои силы ограничены, так что большую часть энергии я направила на талисманы; в формациях мои знания пока очень поверхностны.

Несмотря на скромность Лань Тин, её дар был выдающимся — таким, которому завидовали многие мастера талисманов и формаций. Её таланту было суждено далеко привести её в области талисманов и формаций.

Вскоре Лань Тин закончила рисовать Талисман изменения облика и наклеила его на себя. Было удивительно смотреть, как её прекрасные черты прямо на глазах меняются на самые обычные.

Так в шашлычной появился новый работник.

---

После того как Лань Тин два дня проработала в шашлычной, нагрузка на троицу сильно уменьшилась, хотя лавка по-прежнему была занята.

Подавая блюда, Лу Ян заметил, что Ман Гу выглядит немного угрюмым, и через духовное сознание спросил:

— Что-то случилось? Ты выглядишь не очень довольным.

Ман Гу кивнул.

— Не знаю, заметил ли ты, брат Лу, но клиентов стало меньше. Я посчитал выручку за последние дни и убедился, что это правда.

Лу Ян удивился: на такую деталь он внимания не обращал.

— Из-за Лань Тин? Но разве с появлением работницы бизнес не должен идти лучше?

— Нет, их стало меньше ещё до того, как пришла Лань Тин. Я пока не понял, в чём проблема.

Лу Ян не придал этому значения. Он как раз хотел, чтобы в шашлычной было меньше дел.

— Тогда пока подумай. Я пойду доставлю заказ.

Месяц назад, по предложению Мэн Цзинчжоу, шашлычная ввела доставку. Днём у входа ставили ящик, и те, кто хотел заказать еду на дом, бросали туда бумажку с нужными шашлыками, временем доставки и адресом. Ночью один из троих занимался доставкой.

Сегодня была очередь Лу Яна.

Лу Ян уже несколько ночей не выходил и заметил, что на улицах стало заметно меньше прохожих. Возможно, из-за этого в шашлычной и стало меньше клиентов.

— Посмотрим, куда доставлять… тофуная лавка на улице Цяньмэнь?

---

Вэнь Сянъюй давно слышала о недавно открывшейся популярной шашлычной. Ей было любопытно попробовать, правда ли там так вкусно, как говорят. Но с тех пор как умер её муж и она взяла на себя его тофуную лавку, она почти не выходила по ночам.

Она не хвасталась, но при её красоте неизвестно сколько людей жаждало её, так что одной выходить было очень опасно. Потом она услышала, что шашлычная делает доставку, написала, что хочет съесть, на бумажке и бросила её в ящик у лавки.

Последние несколько дней её сильно клонило в сон, а сегодня стало ещё хуже. Шашлыки ещё не успели прийти, а она уже поддалась сонливости и легла на кровать.

Работник шашлычной, наверное, сможет меня разбудить.

---

Лу Чжи был вором, который последнее время доставлял стражникам головную боль. Он пробирался по ночам в чужие дома, крал ценности, пока хозяева спали, а затем быстро уходил, почти не оставляя следов. Когда стражники опрашивали соседей, ответы всегда были примерно одинаковыми: те спали слишком крепко и ничего снаружи не заметили.

На этот раз Лу Чжи наметил тофуную лавку на улице Цяньмэнь. Хозяйка была известной красавицей-вдовой, а слава её тофу разошлась далеко. За последние годы она заработала столько денег, что у соседних владельцев лавок глаза краснели от зависти.

Лу Чжи был ловок, как обезьяна. Он незаметно забрался на крышу, извернулся и открыл окно второго этажа.

— Она уже должна спать.

Он был чрезвычайно уверен в себе: ему случайно попался жёлтый талисман, способный погружать людей в глубокий сон. Он наклеил его снаружи дома, и все в радиусе пятидесяти метров должны были спать как убитые. Этот трюк ещё ни разу его не подводил.

Затаив дыхание и осторожно прокравшись внутрь, Лу Чжи увидел красавицу, лежащую на кровати. На его лице появилась коварная победная ухмылка. Затем он повернулся и начал рыться в шкафах в поисках ценностей. По моему опыту, женщины любят хранить вещи здесь.

— Ничего? — Лу Чжи нахмурился и перевёл взгляд туда, где лежала хозяйка тофуной лавки.

Раз здесь ничего нет, значит, вещи должны быть под кроватью.

Он осторожно присел и заглянул под кровать. В этот миг у него сердце едва не остановилось.

Под кроватью человеческое лицо!

— А-а-а, призрак!

---

Чжэн Шоухэ был насильником, который последнее время доставлял стражникам головную боль. Он часто заранее прятался под кроватями одиноких женщин, дожидаясь, пока они заснут, а потом вылезал, чтобы надругаться над ними. Впрочем, бывало, что он сталкивался с женщинами прямо посреди тайной связи. В таких случаях ему оставалось только терпеливо ждать под кроватью.

На этот раз он наметил тофуную лавку на улице Цяньмэнь. Хозяйка была известной красавицей-вдовой, и неизвестно сколько душ она успела пленить.

Как обычно, Чжэн Шоухэ заранее спрятался под кроватью и ждал наступления ночи, чтобы совершить задуманное.

— Как же хочется спать. — Чжэн Шоухэ никогда не чувствовал такой сонливости. Раньше, чем дольше он ждал, тем сильнее возбуждался. Но сегодня почему-то сонливость накатывала снова и снова. Веки боролись друг с другом. Несколько раз попытавшись открыть глаза, он всё же поддался сну.

Пронзительный крик разбудил его. Кажется, кто-то орёт «призрак» или что-то такое.

Чжэн Шоухэ внезапно открыл глаза и увидел, как Лу Чжи испуганно смотрит на него из-под кровати. Чжэн Шоухэ тут же зажал Лу Чжи рот рукой и выскочил из-под кровати. Другой рукой он вынул из-за пояса кинжал и приставил его к шее Лу Чжи.

Затем Чжэн Шоухэ увидел Вэнь Сянъюй, свернувшуюся на кровати и дрожащую от страха. Очевидно, её тоже разбудил вопль Лу Чжи.

— Ты тоже вставай! Вот же неудачный день! — громко выругался Чжэн Шоухэ. Он нашёл верёвки и связал Лу Чжи, намереваясь после надругательства убить и Лу Чжи, и Вэнь Сянъюй.

И тут снизу раздался стук.

— Есть кто-нибудь? Я доставку принёс.

Чжэн Шоухэ цокнул языком. Сегодня мне просто ужасно не везёт! Связав Лу Чжи, он заставил Вэнь Сянъюй спуститься вместе с ним.

Угрожая Вэнь Сянъюй ножом, Чжэн Шоухэ низко рыкнул:

— Скажи тому, кто снаружи, чтобы уходил!

Все в уезде Яньцзян знали, что красавица-вдова живёт одна. Если он сам велит человеку снаружи уйти, тот услышит мужской голос и заподозрит неладное.

— Оставьте у двери. Я потом выйду и заберу, — тихо сказала Вэнь Сянъюй.

— Так не пойдёт. Вы ещё не заплатили, — ответил человек за дверью.

Лицо Чжэн Шоухэ исказилось злобой. Раз сам ищешь смерти, никого не вини!

— Открой ему дверь! — Чжэн Шоухэ крепче сжал кинжал и прижал его к спине Вэнь Сянъюй.

Вэнь Сянъюй ничего не оставалось, кроме как открыть дверь.

Дверь распахнулась, и за ней оказался человек с изящной внешностью. Это был не кто иной, как Лу Ян.

Вэнь Сянъюй изо всех сил подавала Лу Яну глазами знаки, убеждая его немедленно бежать, но Лу Ян, казалось, ничего не заметил. На его лице появилась профессиональная фальшивая улыбка.

— Ваши шашлыки.

Чжэн Шоухэ тоже изобразил профессиональную фальшивую улыбку. Сразу видно, этот человек глупо-честный. Заманить его внутрь будет слишком легко.

— Молодой человек, почему бы тебе не зайти и не присесть? Я сейчас принесу деньги.

Лу Ян будто поверил и вошёл. Увидев, что в доме кромешная темнота, он улыбнулся.

— Даже лампы не зажжены. Рано вы спите.

Глядя, как Лу Ян по-глупому входит внутрь, Вэнь Сянъюй охватила паника. Она собралась с духом, намереваясь вытолкнуть Лу Яна наружу. Но разве Чжэн Шоухэ мог не заметить её намерение?

Поздно. Чжэн Шоухэ усмехнулся, отбросил Вэнь Сянъюй за спину и в темноте ударил кинжалом в сторону Лу Яна.

Проведя долгое время в темноте, глаза Чжэн Шоухэ уже привыкли. Этот парень вошёл с улицы, ему точно нужно время, чтобы привыкнуть к темноте. Вот мой шанс!

Похоже, сегодняшней ночи суждено стать кровавой!

Одним ударом ноги Лу Ян отправил Чжэн Шоухэ в полёт на четыре-пять метров.

Бесполезно говорить о науке с культиватором.

Чжэн Шоухэ не ожидал, что удар Лу Яна окажется таким мощным и тяжёлым, словно ему на грудь обрушилась скала. Перед глазами поплыли звёзды, несколько рёбер сломались, и он выплюнул большое количество крови.

Он понял, что нарвался на крепкого противника. Если хочу жить, нужно взять заложницу!

Силой воли подавив боль в груди, Чжэн Шоухэ перекатился и схватил Вэнь Сянъюй за запястье.

— Если посмеешь двинуться, я убью её! — злобно пригрозил он.

Человек в руках Чжэн Шоухэ усмехнулся:

— Кого ты там собрался убить?

Чжэн Шоухэ опустил голову. К своему ужасу, он держал не Вэнь Сянъюй, а Лу Яна!

Одной рукой Лу Ян упёрся в подбородок Чжэн Шоухэ, другой выхватил кинжал и легко вывел из строя все четыре его конечности.

— Надо же, какая у меня удача. Даже когда я просто разношу еду, всё равно нахожу столько проблем. — Лу Ян выдохнул. Он зажёг свечу, и комнату наполнил тусклый свет.

Вэнь Сянъюй не ожидала, что всё так быстро перевернётся. Работник шашлычной словно божество, сошедшее с небес, в мгновение ока усмирил безжалостного злодея.

— Вы в порядке? — Лу Ян помог ошеломлённой Вэнь Сянъюй подняться с пола.

— Я… я в порядке.

— Вот и хорошо. Тогда можете отдать мне деньги за шашлыки, — вежливо сказал Лу Ян.

— А? О… о. — Только тогда Вэнь Сянъюй вспомнила, что Лу Ян пришёл доставить еду и спас её попутно.

Даже отдав Лу Яну деньги, Вэнь Сянъюй ещё не оправилась от пережитого, поэтому попыталась сказать что-нибудь, чтобы развеять оставшийся в сердце страх.

— Вы… вы культиватор?

— Верно.

— Культиваторы тоже открывают лавки?

— Как-то же надо зарабатывать на жизнь.

Чжэн Шоухэ лежал на полу и выл от боли, захлёбываясь сожалением. Ну и удача! Просто вышел на дело — и столкнулся с культиватором. Неужели культиваторы уже дошли до того, что им приходится доставлять еду, чтобы сводить концы с концами?

Заметив, что Вэнь Сянъюй всё ещё растеряна после того, как едва избежала смерти, Лу Ян усмехнулся и покачал головой.

— Я провожу вас в ямэнь, чтобы сообщить о деле.

— Спасибо. — Вэнь Сянъюй вспомнила о воре наверху. — Ах да, наверху ещё один человек. Наверное, его сообщник.

Когда Вэнь Сянъюй впервые проснулась, она увидела Чжэн Шоухэ и Лу Чжи вместе и решила, что они сообщники, просто поссорились из-за её красоты.

Лу Ян поднялся наверх, увидел крепко связанного Лу Чжи и тоже решил, что Лу Чжи — сообщник Чжэн Шоухэ.

— Групповое преступление?

Лу Чжи возмущённо закричал:

— Не говори так! Я с ним не заодно! Он похититель, а я всего лишь вор. Наказания совершенно разные!

Лу Ян развеселился.

— Закон ты знаешь неплохо.

— В нашей профессии перед преступлением всегда смотрят закон, чтобы проверить, сколько лет дадут, — ловко объяснил Лу Чжи.

— Тогда пойдём в ямэнь. Посмотрим, сколько лет тебе дадут.

Стоило Лу Чжи услышать слово «ямэнь», как он перепугался и взмолился:

— Нет, нет, пожалуйста, брат, не надо! Мы можем мирно обсудить. Все мы просто пытаемся выжить в цзянху, зачем доводить до крайности? Давай так: я дам тебе хорошую вещь, а ты отпустишь меня?

Лу Ян окинул Лу Чжи взглядом и определил, что тот всего лишь смертный.

— Что за хорошая вещь?

— Жёлтая бумага, от которой люди засыпают. С такой бумагой можно заставить кого угодно заснуть и делать с ней всё, что захочешь!

Связав это со странными событиями последних дней, Лу Ян нахмурился и понял, что всё не так просто. Он холодно спросил:

— Где эта вещь?

Лу Чжи подумал: Я что, дурак? С чего бы мне отвечать, если ты просто спросил?

— Сначала пообещай, что отпустишь меня!

Лу Ян торжественно поклялся:

— Я, Чи Сюйлун, клянусь небесам: если я не отпущу тебя, пусть Чи Сюйлуна поразят пять молний!

Лу Чжи обрадовался.

— Жёлтая бумага на углу внешней стены первого этажа.

Очевидно, Лу Чжи тоже не отличался особым умом.

Лу Ян спрыгнул со второго этажа, обошёл первый и обнаружил лист жёлтой бумаги. На нём был нарисован непонятный знак, похожий на какой-то талисман.

Он убрал талисман и вернулся на второй этаж.

— Где ты взял эту штуку?

— Под Большим каменным мостом. Однажды я убегал на лодке и, подняв голову, случайно увидел жёлтую бумагу, приклеенную к нижней стороне Большого каменного моста.

Лу Ян кивнул. Он спустился вниз, соединил Чжэн Шоухэ ноги и отправил обоих в ямэнь, а Вэнь Сянъюй следовала за ними вплотную.

— Эй-эй-эй, ты нарушил слово! — завопил Лу Чжи.

Лу Ян фыркнул. Молния поразит Чи Сюйлуна. При чём тут я, Лу Ян?

Этой ночью как раз дежурил начальник Вэй. Увидев, что Лу Ян привёл в ямэнь двух преступников, он ощутил знакомое чувство: «опять ты».

Выслушав обстоятельства с двумя преступниками, он уже не мог шутить. Чжэн Шоухэ разыскивается за убийство и считается крупным преступником. Лу Ян совершил заслугу.

Лу Ян передал жёлтую бумагу начальнику Вэю.

— Это та самая жёлтая бумага, о которой говорил Лу Чжи.

Он уже запомнил символ, нарисованный на ней.

Начальник Вэй взял жёлтую бумагу и тоже осознал серьёзность вопроса. Я слышал от подчинённых, что по утрам их клонит в сон. Раз я сам ничего не чувствовал, не придал значения. Но теперь похоже, что кто-то намеренно создаёт проблемы!

И мы даже не знаем, сколько таких жёлтых бумаг в уезде Яньцзян!

Однако начальник Вэй тоже не знал, что означает символ на жёлтой бумаге. Утром спрошу главного констебля, когда он выйдет на службу.

— Спасибо. Завтра пришлю тебе ещё одно шёлковое знамя.

Записав показания Лу Яна и Вэнь Сянъюй, начальник Вэй попрощался.

Перед уходом Лу Ян зашёл в тюрьму и нашёл Чи Сюйлуна.

— У меня есть брат по имени Чжэн Шоухэ. Он скоро ненадолго сюда попадёт. Пожалуйста, позаботься о нём.

Чи Сюйлун усмехнулся. Вот и тебе пришлось просить меня о помощи. Позаботиться о нём? Я уже освоил божественное искусство плевания камнями. Смотри, как я его проучу!

Проводив Вэнь Сянъюй обратно в тофуную лавку, Лу Ян решительно отказался от предложенного ею тофу.

После всего произошедшего, когда Лу Ян вернулся, шашлычная уже закрылась. Два призрака-тигриных прислужника мыли посуду.

Лу Ян передал Лань Тин рисунок символа с жёлтой бумаги.

— Посмотри на этот знак. Может ли его эффект заставлять людей засыпать?

Осмотрев его, Лань Тин побледнела от потрясения.

— Где ты это нашёл? Это Талисман обращения долголетия. Он поглощает долголетие людей. Внешние признаки — слабость и чрезмерная сонливость. Такой знак действует только на смертных, а на культиваторов вообще не влияет.

— Сейчас у многих людей проявляются признаки чрезмерной сонливости. Неужели Талисман обращения долголетия уже поглощает долголетие обычных людей?

Лань Тин покачала головой.

— Не так. Долголетие — корень жизни, его не так легко затронуть. По твоему описанию, люди только недавно начали проявлять сонливость. Это лишь прелюдия. До настоящего поглощения долголетия пройдёт как минимум полмесяца.

— Сам процесс поглощения долголетия чрезвычайно медленный и трудноуловимый. Но есть способ принудительно активировать его.

— Какой способ?! — тут же спросил Лу Ян.

Лань Тин серьёзно ответила:

— Использовать Талисманы обращения долголетия как узлы, выстроить Формацию обращения долголетия и взять человеческую кровь в качестве катализатора. Так можно активировать формацию, не дожидаясь полумесяца, и использовать долголетие смертных для усиления собственной культивации!

На самом деле сведения о Талисмане обращения долголетия и Формации обращения долголетия были не из доступных. Они лишь упоминались в нескольких книгах. Более того, поскольку Талисман обращения долголетия был по-настоящему порочным, книги с записями о нём стали запретными. Даже эрудированные мастера формаций могли только слышать о Талисмане обращения долголетия, но не знать его рисунок.

Лань Тин имела право читать такие запретные книги лишь потому, что происходила из Бессмертного дворца Лунного лавра. Хотя она утверждала, что её знания формаций поверхностны, только что продемонстрированное далеко превосходило то, что можно назвать поверхностным.

Лань Тин продолжила:

— Однако человек, нарисовавший Талисман обращения долголетия, скорее всего, не знает, как выстроить Формацию обращения долголетия. До активации формация должна быть ещё более скрытной, без предупреждающих признаков сонливости. Впрочем, нельзя исключать, что виновник всё ещё устанавливает формацию.

Слушавшие сбоку Мэн Цзинчжоу и Ман Гу тоже осознали серьёзность ситуации. Если сонливость испытывают все в уезде Яньцзян, значит, Талисманы обращения долголетия спрятаны в разных местах по всему уезду! Тот, кто стоит за этим, замышляет что-то большое!

— После активации Формации обращения долголетия до какой степени она может поднять культивацию заклинателя?

Лань Тин покачала головой.

— Сложно сказать. Это зависит от того, сколько долголетия поглотит формация. Пока я не могу определить.

— Пойдёмте к Большому каменному мосту и посмотрим. Может, там есть ещё! — Лу Ян позвал троих следовать за ним.

К западу от уезда Яньцзян протекала большая река под названием Скрытый Дракон. Участок, проходивший через уезд Яньцзян, тёк медленнее, поэтому стал популярным местом для прогулок. Отсюда и произошло название «Яньцзян» — «замедленная река».

«Большой каменный мост», о котором говорил неудачливый вор Лу Чжи, находился именно здесь.

Сейчас была глубокая ночь. У реки Скрытого Дракона не было ни души. Четверо тщательно обыскали весь Большой каменный мост в поисках Талисманов обращения долголетия, но ничего не нашли.

— Как и ожидалось, другая сторона не глупа. Они не стали бы ставить два Талисмана обращения долголетия в одном месте.

---

На следующее утро начальник Вэй отправился к главному констеблю Фан Цинъюню.

— Маленький Вэй, что привело тебя сюда?

— Шифу, вы заметили, что жители уезда Яньцзян стали рано ложиться и с трудом просыпаться утром?

Фан Цинъюнь кивнул.

— Такое действительно есть. Думаю, возможная причина — рост стоимости жизни при неизменных доходах в уезде Яньцзян. Люди тревожатся о пропитании и вынуждены усердно работать днём, чтобы заработать деньги.

Начальник Вэй потёр лоб с досадой и осторожно подбирал слова.

— Шифу, я знаю, что вы стремитесь к повышению и недавно читаете книги по социально-экономическому развитию, чтобы заложить прочную основу. Но вы не думали, что, возможно, развитие — не ваша область?

— Не ходи вокруг да около: есть что сказать — говори, есть что выпустить — выпускай!

— …Дело вот в чём. Прошлой ночью один горячий сердцем житель поймал вора с поличным. По признанию вора, тот наткнулся на талисман, который заставляет людей засыпать, и в радиусе пятидесяти метров от него все становятся сонными.

Начальник Вэй достал из коробки талисман; снаружи была наклеена бумажная полоска-печать.[1]

Бумажная полоска-печать имела подавляющий эффект печати. Он понял, что хотя талисман сонливости на него не действует, на обычных людей он действует чрезвычайно хорошо: все товарищи по ночной смене уснули. Поэтому он мог только запереть талисман в коробке.

— Узнаёте эту вещь?

Фан Цинъюнь некоторое время рассматривал талисман, затем покачал головой, показывая, что тоже его не узнаёт.

— Губернатор уезда Ли очень сведущ. Возможно, он знает.

Когда они нашли губернатора Ли, тот был погружён в рабочие дела. Оба они очень уважали губернатора Ли. Он был культиватором Золотого ядра и двадцать лет служил в уезде Яньцзян; за эти годы уезд Яньцзян нисколько не изменился. Однако всякий раз, когда начальство приезжало в Яньцзян с проверкой или губернатор Ли ехал докладывать наверх, уезд неизменно показывали с лучшей стороны, словно за эти двадцать лет он претерпел грандиозные перемены.

— Губернатор Ли, у меня доклад! — позвал Фан Цинъюнь.

Губернатор Ли отложил кисть и жестом предложил ему сесть.

Начальник Вэй честно доложил о вчерашнем происшествии и достал талисман, чтобы губернатор Ли посмотрел.

Губернатор Ли прищурился, слегка удивлённый. Казалось, он что-то вспомнил. Несколько минут он размышлял, а затем сказал:

— Если память мне не изменяет, это Талисман обращения долголетия? Тридцать лет назад я отвечал за подавление демонического пути в уезде Поян. Во время обмена с коллегами из других уездов кто-то упоминал этот талисман и называл его Талисманом обращения долголетия. Говорят, он способен поглощать долголетие людей и превращать его в собственную культивацию. Это, без сомнения, метод демонического пути.

Он продолжил торжественным тоном:

— Праздник весеннего урожая уже близко. В уезд хлынет много людей из других уездов, и среди них будут как простые люди, так и культиваторы. Праздник весеннего урожая — лицо уезда Яньцзян. Ничего не должно пойти не так. До начала праздника вы обязаны схватить этих демонических преступников, расклеивающих талисманы! Эти демонические последователи беззаконны и не ставят императорский двор ни во что!

— Главный констебль Фан, удели этому делу особое внимание. Если Талисман обращения долголетия полностью сформируется, последствия будут ужасны!

Затем он внезапно сменил тон:

— Конечно, если тебе удастся поймать главного виновника, это будет большая заслуга, и я доложу об этом наверх. По возможности постарайся также прорваться в культивации. Тогда повышение будет у тебя в кармане.

— Понял!

— У меня всё. Можете идти. Позже у меня ещё одно совещание.

---

На следующий день Лу Ян и остальные хотели пойти по следам и поискать местоположения Талисманов обращения долголетия. Однако не успели они выйти, как глава филиала Чу прислал человека, чтобы позвать Лу Яна.

Лу Ян не понимал, почему глава филиала Чу позвал только его. Он молча насторожился, находя это странным.

Глава филиала Чу сидел на нефритовом кресле, подпирая голову руками. Из-за маски донёсся его хриплый голос:

— Я слышал, что прошлой ночью ты поймал вора и даже нашёл жёлтый талисман, способный заставлять людей засыпать?

Лу Ян почтительно ответил:

— Да. Я подозреваю, что жёлтый талисман — один из методов нашего демонического пути, поэтому хотел найти человека, который его нарисовал, убить его и овладеть искусством рисования таких талисманов!

Глава филиала Чу махнул рукой.

— Поддерживать связи с властями на поверхности важно, но на этот раз всё иначе. Власти отнесутся к делу серьёзно и вложат силы в расследование. Даже культиватор Золотого ядра будет задействован. Истина скоро вскроется. Не вмешивайся дальше, иначе раскроешь свою личность и сам окажешься втянут.

— Это всего лишь талисман, заставляющий людей спать. Он не стоит риска.

Сердце Лу Яна дрогнуло. Ещё только утро, а глава филиала Чу уже знает о вчерашнем деле. Он даже знает, что будет задействован культиватор Золотого ядра. Я сам этого не знал.

Это может означать только одно: яньцзянский филиал внедрил шпиона среди властей!

---

[1] Бумажная полоска, показывающая, что предмет опечатан или оцеплен. В китайских дорамах такие часто наклеивают на двери или на коробки, конфискованные властями.

Когда троица впервые прибыла в уезд Яньцзян, Ман Гу предлагал сообщить местным властям о яньцзянском филиале, чтобы вместе искать Цинь Юаньхао. Однако Лу Ян и Мэн Цзинчжоу отвергли его идею, объяснив, что властям нельзя доверять.

И теперь казалось, что оба тогда правильно проявили осторожность.

Яньцзянский филиал внедрил шпиона среди властей, причём кого-то на высокой должности!

Глава филиала Чу неторопливо сказал:

— Лу Ян, среди верхушки яньцзянского филиала я больше всего надеюсь на тебя. После Праздника весеннего урожая высшие пришлют кого-то оценить яньцзянский филиал. Эта проверка будет иной. Теперь у нас есть ты, Мэн Цзинчжоу и Ман Гу — три демонических зародыша. Оценка высших в мой адрес значительно улучшится.

— Вероятность моего повышения чрезвычайно высока. Если это произойдёт, место главы филиала освободится. Обычно нового главу выбирают из верхушки того же филиала. Пусть тебе не хватает опыта, но с учётом оценки, которую дал тебе глава культа, высшие вполне могут назначить новым главой филиала именно тебя. Твои соперники всё ещё сидят в тюрьме и выйдут только через три дня. Из-за их глупого поведения высшие не станут смотреть на них благосклонно.

— Праздник весеннего урожая — важный праздник соседних уездов и имеет большое влияние. Если во время такого праздника ты устроишь заметную шумиху, высшие ещё выше тебя оценят, — тонко намекнул глава филиала Чу.

---

Лу Ян пересказал остальным слова главы филиала Чу. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу обрадовались, что тогда решили распустить слухи о Цинь Юаньхао, а не обращаться за помощью к властям.

Иначе у нас бы сейчас не было такого процветающего шашлычного бизнеса.

Лу Ян почему-то почувствовал, что их внимание сосредоточено не на том.

— Мы только не знаем, кто шпион главы филиала Чу. — Четверо оказались в затруднении. Они не знали, кто среди властей был достаточно высоко поставлен, чтобы знать о деле жёлтого талисмана.

— Бояться нечего. Когда станешь главой филиала, узнаешь, кто шпион. Глава филиала Чу так тебя ценит, что обязательно расскажет перед уходом! — Мэн Цзинчжоу громко рассмеялся.

Не ожидал, что Лу Ян так быстро пойдёт на повышение. Если Лу Ян получит повышение, мы с Ман Гу сможем свободно устраивать в уезде Яньцзян любые беспорядки.

Вот оно, счастье — иметь человека, который прикрывает спину.

Пока четверо оживлённо обсуждали, в дверь постучал начальник Вэй.

— Хозяин Лу, я принёс вам ещё одно шёлковое знамя.

Лу Ян открыл дверь, и приветливый начальник Вэй вошёл внутрь.

— О, как у вас оживлённо. Все здесь, — небрежно заметил начальник Вэй.

— Мы обсуждали вчерашнее дело.

Начальник Вэй строго предупредил:

— Хозяин Лу, вы должны держать вчерашнее дело в тайне. Никому больше не рассказывайте. Я знаю, что все вы необычные люди, а культиваторы, пришедшие испытать жизнь, и временами храбро встаёте на сторону справедливости.

— Но на этот раз всё иначе. Тут замешаны безжалостные демонические культиваторы. Один неверный шаг — и можно лишиться жизни. Ни в коем случае не ищите владельца талисмана.

Лу Ян не удержался от усмешки. Демонический путь предупреждает меня не вмешиваться, и теперь праведный путь тоже предупреждает меня о том же.

— Не смейтесь! Это чрезвычайно серьёзное дело! — Начальник Вэй решил, что Лу Ян не принимает вопрос близко к сердцу.

Лу Ян сделал серьёзное лицо и пообещал, что не станет вмешиваться. Лишь тогда начальник Вэй успокоился и собрался уходить.

— Выпейте чаю перед уходом.

Начальник Вэй махнул рукой.

— Откажусь. Начальник торопит меня. Ещё нужно собрать людей и искать остальные талисманы.

Проводив начальника Вэя, четверо забеспокоились, что у ямэня не хватит людей и они не смогут поймать виновника, действующего из тени. Если что-то пойдёт не так, бесчисленные люди незаметно лишатся долголетия.

Лу Ян задумчиво опустил голову.

— Мы уже научились скрывать дыхание, но полагаться только на это не обязательно безопасно.

Он поднял голову и посмотрел на Лань Тин, которая училась нанизывать мясо у призраков-тигриных прислужников.

В его голове вспыхнула идея.

— Даосская подруга Лань Тин, у меня есть просьба.

Лань Тин улыбнулась.

— Все мы ученики бессмертных сект, вместе искореняем зло. К тому же теперь я твоя подчинённая. Не церемонься со мной. Зови просто Лань Тин.

Лу Ян без промедления последовал её словам:

— Лань Тин, можешь научить нас Талисману невидимости?

Лань Тин сразу поняла, к чему клонит Лу Ян.

— Ты хочешь использовать Талисман невидимости, чтобы скрыться и тайно помочь начальнику Вэю?

Лу Ян кивнул.

— Конечно, не проблема. Талисман невидимости не требует сложных рун. Любой, кому не совсем не хватает таланта, сможет освоить его за полдня.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу обрадовались: они снова смогут выучить что-то новое, причём не у Лу Яна.

— Вы трое раньше изучали искусство талисманов?

Трое покачали головами.

Лань Тин не удивилась.

— Тогда начну с самого начала.

Лань Тин тоже была очень взволнована. Это был её первый опыт обучения других. В Бессмертном дворце Лунного лавра меня всегда учили старшие сёстры, а теперь наконец моя очередь быть учителем.

— Изначальная суть талисманов — материализовать заклинания с помощью символов на бумаге. Поскольку вы трое из Секты Ищущих Дао и талантливы в заклинаниях, вам будет очень легко учиться.

— …Желчь талисмана — душа талисмана. Сможет ли талисман проявить силу в полную меру, во многом зависит от того, стоит ли в его центре на страже Желчь талисмана…

— …Самый распространённый символ в талисманах — Облачная печать. Это узор, подражающий постоянно меняющимся формам облаков в небе, взятый из природы…

— Что касается Талисмана невидимости, в качестве Желчи талисмана он использует иероглиф «ган» — «буря», а в качестве рисунка — бесплотную Облачную печать.

Лань Тин обмакнула кончик пальца в воду. Несколькими быстрыми движениями она начертила на столе Талисман невидимости. Затем рукой втянула Талисман невидимости со стола в ладонь и хлопнула им по себе. После этого трое увидели, как Лань Тин исчезла прямо у них на глазах.

Через несколько мгновений Лань Тин снова появилась с лёгкой улыбкой.

— Это самый базовый Талисман невидимости. Он может скрыть от зрения только тело. Вы всё равно сможете обнаружить моё присутствие и положение по таким деталям, как дыхание и сердцебиение.

Трое кивнули. Даже так это уже впечатляет.

— Попробуйте.

После полудня занятий трое получили первоначальное понимание талисманов. Они достали набор для письма.[1] Однако они всё ещё не могли, как Лань Тин, использовать воду в качестве среды для рисования талисманов.

Мэн Цзинчжоу много лет практиковал каллиграфию, поэтому почерк у него был превосходный, а рука с кистью — устойчивая. Духовная энергия потекла к кончику кисти, и вскоре он нарисовал Талисман невидимости. Он был на восемь десятых похож на вариант Лань Тин. После ещё нескольких попыток рисунок стал почти идентичным.

Мэн Цзинчжоу радостно наклеил его на себя. Как и ожидалось, он исчез.

Ман Гу был в этом немного менее талантлив. Его контроль духовной энергии был недостаточно точным. Ему понадобились десятки попыток, чтобы один раз преуспеть. Но с каждой попыткой его шанс успеха рос.

Лань Тин внутренне восхитилась. Не зря они ученики Секты Ищущих Дао. У них врождённый талант к талисманам.

А что насчёт Лу Яна? Лань Тин повернулась в сторону Лу Яна.

Лу Ян тоже очень быстро закончил рисовать Талисман невидимости, да ещё и с первой попытки, показав поистине устрашающий талант.

Он наклеил Талисман невидимости на себя и полностью исчез.

Однако исчезло только его тело — одежда осталась видимой. Это было похоже на сцену с привидением.

— Что за чёрт?! — В странном повороте событий говорить умела даже одежда.

Лу Ян подумал, что раз он сейчас невидим, можно просто снять одежду. К отчаянию, он понял, что Талисман невидимости тоже остаётся видимым.

Невидимость, чтоб её!

От досады он почти захотел сорвать талисман. К счастью, разум ещё работал и остановил его.

---

[1] «Четыре сокровища кабинета» — кисть, тушь, бумага и тушечница.

Лань Тин погрузилась в сомнения относительно своих способностей преподавателя. Она слышала, что Лу Ян занял первое место среди новых учеников Секты Ищущих Дао, а это означало, что его талант в заклинаниях должен быть исключительным. Кулак звериных форм, который я видела раньше, доказывал его превосходный талант в заклинаниях, способный творить чудеса.

Но почему, как только за дело взялась я, всё превратилось в это?

Я учила его неправильно?

Не должно быть. Меня старшие сёстры учили именно так. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу я учила тем же способом, и проблем не было. Может, я недооценила талант Лу Яна в заклинаниях? Возможно, чрезвычайному гению нужны чрезвычайные методы обучения?

В процессе сомнений она даже почувствовала вину.

А Лу Ян тем временем был в своём мире и изучал собственный талисман, совершенно не подозревая, что из-за него сердце гения талисманов терзают сомнения.

— Скажите, есть ли талисман, который может сделать другие талисманы невидимыми? Тогда мой Талисман невидимости тоже станет невидимым.

Мэн Цзинчжоу довольно долго размышлял, прежде чем ответить:

— Не могу представить, зачем кому-то изобретать такой талисман.

Голова Лу Яна поникла от уныния. Он снова надел одежду и продолжил упражняться в рисовании Талисмана невидимости. Однако результат был тем же: тело исчезало как положено, а одежда не сотрудничала.

Напротив, Ман Гу с каждой попыткой продвигался всё дальше, и это давало Лань Тин чувство достижения.

Мэн Цзинчжоу злорадствовал:

— Ха-ха, сдавайся! Ты никогда не нарисуешь нормальный Талисман невидимости.

Лу Ян раздражённо зажал Талисман невидимости двумя пальцами и наклеил его на лоб Мэн Цзинчжоу.

— Ха! Демон, вкусишь мой талисман!

Мэн Цзинчжоу исчез, но одежда осталась.

Не желая признавать поражение, Мэн Цзинчжоу тоже выудил свой Талисман невидимости и шлёпнул его на лоб Лу Яна.

— Даос, не только ты умеешь рисовать талисманы!

И Лу Ян, и его одежда исчезли.

Оба продолжили шквал атак талисманами, хотя никакой атакующей силы в них не было.

Зажатый между ними Ман Гу просто сосредоточенно рисовал свой талисман.

— Я закончил. — Ман Гу был доволен, доставая стопку успешно нарисованных Талисманов невидимости. Благодаря постоянной практике его шанс успеха уже приближался к ста процентам.

И так Мэн Цзинчжоу и Ман Гу закончили обучение.

И Лу Ян тоже закончил. Забрав Талисман невидимости у Лань Тин.

— Кстати, Лань Тин, ты знаешь, как устроена Формация обращения долголетия? — спросил Лу Ян. Ему было интересно, действительно ли закулисный виновник использует Талисманы обращения долголетия для выстраивания Формации обращения долголетия, просто ещё не закончил.

Если это правда, то после нахождения десятка с лишним Талисманов обращения долголетия будет очень легко, сверившись с их положением, вывести местоположение остальных.

Лань Тин кивнула. Она духовной энергией начертила в воздухе чрезвычайно сложную формацию с более чем тысячей узлов.

— Масштаб Формации обращения долголетия огромен, узлов множество. Если за кулисами всего несколько виновников, с учётом времени, которое нужно на тайное размещение талисманов, они не смогут завершить всё за короткий срок.

— Понятно. Тогда, пожалуйста, присмотри за лавкой. Мы трое выйдем и посмотрим, можем ли чем-то помочь, — сказал Лу Ян.

— А? Я? Присмотреть за лавкой? — Лань Тин немного растерялась. В Бессмертном дворце Лунного лавра я всегда слушала распоряжения старших сестёр и почти не имела собственного мнения. Теперь, когда ей внезапно пришлось одной присматривать за такой большой лавкой, ей невольно не хватало уверенности.

— Не волнуйся, ничего не случится. Если что-то всё-таки произойдёт, просто решай сама. — Лу Ян не видел в этом ничего неправильного и сразу ушёл.

После ухода троицы Лань Тин не могла усидеть на месте: до неё дошло, что временно управлять огромной лавкой придётся ей одной.

— Сначала поставлю Формацию сбора духовной энергии, — пробормотала Лань Тин, пытаясь занять себя делом.

Формация сбора духовной энергии была базовой формацией для культиваторов. Она поняла, что в шашлычной такой нет, и удивилась, как эти трое вообще культивировали без неё.

— Раз все живут на втором этаже, поставлю её там.

Поскольку Формация сбора духовной энергии была основой, Лань Тин установила её с лёгкостью. Она достала духовные камни из своей нефритовой таблички и разложила их точно так, как её учили на занятиях.

— Ещё поставлю Формацию сосредоточения мысли, чтобы можно было быстро входить в состояние, подходящее для культивации.

— И Звукоизолирующую формацию тоже. Так будет тише.

Лань Тин работала тщательно. Учитывая, что Формация сбора духовной энергии может оказаться слишком эффективной и привлечь внимание других культиваторов, Лань Тин поставила ещё одну формацию, блокирующую колебания духовной энергии.

— Теперь всё должно быть безупречно, — Лань Тин осталась довольна вниманием к деталям.

— Здравствуйте, есть кто-нибудь? — Снизу донёсся голос, заставивший Лань Тин вздрогнуть. Судя по звуку, это была женщина.

Лань Тин спустилась и увидела у входа светлокожую женщину, которая колебалась, стоит ли заходить.

— Здравствуйте, могу спросить, кто вы?..

— Я Вэнь Сянъюй. Держу тофуную лавку на улице Цяньмэнь. Хозяин Лу здесь? — Голос Вэнь Сянъюй был таким нежным, что у слушателя по коже пробегали мурашки.

— Он вышел. Что-то случилось? — Лань Тин вспомнила, что Лу Ян кратко упоминал её, рассказывая, как обнаружил Талисман обращения долголетия.

— Ах, дело вот в чём. Праздник весеннего урожая уже близко, и я подумала, что можно провести совместную акцию с вашей шашлычной.

Лань Тин пригласила Вэнь Сянъюй внутрь и налила чай.

— Что за акция?

— Я не хвастаюсь, но в моей тофуной лавке много клиентов, и во время Праздника весеннего урожая их станет только больше. Поэтому я подумала, что мы можем провести совместное продвижение: те, кто покупает у меня тофу, получают десятипроцентную скидку в вашей шашлычной, и наоборот.

— Ещё можно добавить колесо удачи и маски.

— Маски?

Вэнь Сянъюй достала несколько масок. Они были квадратными, мягкими и белыми на вид — как куски тофу.

— Это маски, созданные по талисману моей тофуной лавки. Они хорошо продаются.

Лань Тин немного подумала и решила, что идея Вэнь Сянъюй хорошая. К тому же шашлычная могла только выиграть. Вспомнив, как Лу Ян полностью оставил шашлычную на неё на это время, она согласилась с предложением Вэнь Сянъюй.

Вэнь Сянъюй обрадовалась, что Лань Тин приняла её идею. Так две женщины начали обсуждать всё: от мельчайших деталей акции до наград для колеса удачи, а затем и до понятия гравитации.

— В этом мире есть невидимая сила, которая тянет всё. Лу Ян тоже согласен с моей точкой зрения и назвал эту силу «гравитацией»… Но Лу Ян считает, что такая невидимая сила — природное явление, а я думаю, что кто-то поставил колоссальную формацию, которая тянет нас.

— Ах да, ты не знакома с формациями. Позволь рассказать. Формации очень интересны. Эта книга, Истинный трактат о формациях, умеет брать сложный предмет и объяснять его понятно…

Когда Вэнь Сянъюй пришла, её сердце было полно благодарности к Лу Яну, а когда ушла, голова была полна понятий о формациях.

Проводив Вэнь Сянъюй, Лань Тин заметила, как в углу призраки-тигриные прислужники нанизывают мясо, и в её голове вспыхнула искра.

Раз идеи Лу Яна настолько смелые и фантастические, если я хочу хорошо его учить, может, мне стоит научиться думать как он? Например, взять Формацию левитации и Формацию сбора огня за основу и спроектировать Автоматическую шашлычную формацию?

Хм, звучит очень неплохо.

Тем временем Лу Ян ещё не знал, что Лань Тин успешно заключила крупную деловую сделку. Сейчас он использовал Талисман невидимости и Технику сокрытия, чтобы следить за ямэньскими служителями и искать Талисманы обращения долголетия.

Троица разделилась, чтобы охватить как можно больше мест и найти Талисманы обращения долголетия. По тому, что власти мобилизовали почти всех людей, словно собирались перевернуть уезд Яньцзян вверх дном, было видно, что они относятся к делу очень серьёзно.

Сначала власти обобщили сведения о районах, где простые жители легко уставали или испытывали сонливость, а затем начали поиск по этим разграниченным зонам.

Фан Цинъюнь даже проявил двух своих клонов. Он сам и два клона развернули духовное сознание и повели отряды искать талисманы.

Поскольку культивация Фан Цинъюня была слишком высока, троица не решалась следовать за ним напрямую.

Вскоре один служитель нашёл Талисман обращения долголетия. Прячась в тени, Лу Ян молча отметил местоположение.

К вечеру Лу Ян встретился с остальными двумя и достал карту уезда Яньцзян, на которой отметил места, где нашли Талисманы обращения долголетия.

— Один у Большого каменного моста, один в разбойничьей лавке на улице Цяньмэнь, один в ломбарде… Вот места шести Талисманов обращения долголетия, которые мы нашли.

— Одних этих незначительных сведений недостаточно, чтобы установить, действительно ли они расположены по Формации обращения долголетия. Завтра посмотрим ещё.

Вернувшись в шашлычную, трое увидели, как Лань Тин усердно улучшает Автоматическую шашлычную формацию, надев маску тофу.

Шашлыки парили над столом и жарились под высокой температурой.

Два призрака-тигриных прислужника стояли на коленях; слёзы и сопли текли по их лицам, пока они благодарили Лань Тин за великую милость, спасшую их из бесконечного ада жарки шашлыков.

Над головой Лу Яна словно появились вопросительные знаки. Мы отсутствовали всего один день. Что именно произошло?

— Откуда у тебя эта маска?

Лань Тин переполнилась гордостью.

— О, это от хозяйки тофуной лавки, которую ты спас прошлой ночью. Она ещё сказала, что хочет устроить совместную акцию во время Праздника весеннего урожая. Вот план мероприятия, который мы вместе обсудили.

— Когда я вчера работала, я поняла, что эффективность слишком низкая, если трудятся только два призрака-тигриных прислужника. Некоторые клиенты начинают терять терпение из-за ожидания. Поэтому я спроектировала Автоматическую шашлычную формацию, чтобы значительно повысить эффективность.

— Автоматическую шашлычную формацию можно считать инновацией. Когда я вернусь в Бессмертный дворец, я даже смогу обменять её на очки вклада.

— Эта формация к тому же простая. Кто знает, может, в будущем я смогу продвигать её в более широком масштабе?

Бессмертный дворец Лунного лавра в этом был похож на Секту Ищущих Дао: у них тоже были долгосрочные задания.

Лу Ян: «…»

Похоже, стремительный рост шашлычной не остановить.

Мэн Цзинчжоу радостно взял маску тофу.

— Эта маска тофу выглядит неплохо. Давайте каждому по одной. Лу Ян, смотри, как тебе подходит эта маска тофу. Вы практически одинаковые.

Лу Ян уставился на квадратную маску тофу, закатил глаза и принял её. Не буду опускаться до уровня идиота.

Лань Тин продолжила:

— Ещё я поставила на втором этаже Формацию сбора духовной энергии, Звукоизолирующую формацию и другие формации для помощи в культивации.

Это была единственная хорошая новость, которую Лу Ян услышал с момента входа в лавку.

— Это слишком дорого. На установку формаций нужно много духовных камней, верно? Посчитай, сколько потратила, мы втроём оплатим.

Лань Тин махнула рукой.

— Это всё просто карманные деньги.

Мэн Цзинчжоу внезапно поднял голову и настороженно посмотрел на Лань Тин. Впервые он встретил соперника в области демонстрации богатства.

С появлением Лань Тин жизнь троицы стала намного легче, и днём они могли сосредоточиться на поисках талисманов.

За следующие десять дней троице удалось определить местоположение более двухсот талисманов, и они располагались точно в точках, соответствующих узлам Формации обращения долголетия.

Определив закономерность, они отправились к другим позициям узлов и действительно нашли там ещё Талисманы обращения долголетия.

— Что делать? Сообщим начальнику Вэю? — спросил Мэн Цзинчжоу.

Лу Ян оказался в затруднении.

Если мы сообщим начальнику Вэю местоположение талисманов, его начальство точно поймёт, что кто-то тайно помогает. А когда глава филиала Чу узнает, он может заподозрить нас.

Но если мы не скажем и оставим талисманы разбросанными по уезду Яньцзян, они останутся угрозой.

— Эй, официант! Двести бараньих шашлыков и двести говяжьих! — раздался необузданный голос. Его услышали даже призраки-тигриные прислужники на заднем дворе.

Обычно такая информация в голосе напугала бы их до смерти. Однако с появлением Автоматической шашлычной формации их нагрузка заметно снизилась. Двести бараньих и двести говяжьих? Даже если добавить ещё двести свиных, мы не боимся!

— И ещё двести свиных! — продолжил кричать бодрый голос. Кто бы это ни был, звучал он богато.

Лу Ян прищурился: хозяин голоса показался ему несколько знакомым.

— Это Чжан Красный-на-Чжан. Он участвовал в отборе культа. Двое за ним тоже на стадии Закладки фундамента, как и он.

Эти трое не прошли отбор.

— Они нас узнают? — спросил Ман Гу. Мы втроём тогда притворялись экзаменаторами и обманули Чжан Красного-на-Чжан.

Лу Ян покачал головой.

— Не узнают. Глава филиала говорил, что ради сохранения тайны филиалов тем, кто не прошёл, стирают память. Они уже не помнят, что произошло на отборе.

Никто долго не подходил, и Чжан Красный-на-Чжан грубым голосом заорал:

— Где все? Вы что, оглохли?!

— Иду-иду! Чего желает почтенный гость? — Лу Ян поспешил к нему.

Отношение Чжан Красного-на-Чжан было невыносимым.

— По двести свиных, говяжьих и бараньих. Остальное на ваше усмотрение. Я слышал от деда, что у вас самая вкусная еда. Если будет невкусно, я разнесу вашу лавку!

Очевидно, он не узнал Лу Яна. Если бы узнал, то сразу разнёс бы именно лавку Лу Яна.

Лу Ян приветливо улыбнулся и поклонился.

— Будьте спокойны, наши шашлыки будут настолько вкусными, что вам захочется есть их всю жизнь.

Чжан Красный-на-Чжан фыркнул и не стал обращать на Лу Яна внимания. Двое его спутников тоже закрыли глаза и не снизошли до разговора.

Лу Ян передал Мэн Цзинчжоу звуковое сообщение:

— Сообщи начальнику Вэю, что здесь три бродячих демонических культиватора на стадии Закладки фундамента. Пусть собирает людей и арестовывает их.

Эти бродячие демонические культиваторы убивают людей как мух. По закону они уже умерли бы бесчисленное количество раз. Лу Ян не собирался проявлять к ним милосердие.

Покажу вам силу метода демонического пути — доноса!

Мэн Цзинчжоу опешил.

— У нас же нет доказательств? Как мы определим, что они бродячие демонические культиваторы и ещё на стадии Закладки фундамента? Начальник Вэй поверит?

Лу Ян усмехнулся.

— Почему бы ему не поверить? Просто скажи, что мы заметили: похоже, у него при себе талисманы, вызывающие сонливость.

Мэн Цзинчжоу понял намёк Лу Яна. У них в руках было несколько Талисманов обращения долголетия — идеальный материал, чтобы кого-нибудь подставить.

— Хорошо, я быстро.

Мэн Цзинчжоу сорвался с места.

---

Услышав новость, начальник Вэй был потрясён: появились три демонических культиватора Закладки фундамента, и при них, похоже, есть Талисманы обращения долголетия. Это не мелочь!

Он поспешил доложить Фан Цинъюню.

Узнав новость, Фан Цинъюнь немедленно повёл большой отряд, чтобы окружить и схватить троих демонических культиваторов. Неважно, были ли у них Талисманы обращения долголетия: уже сами три демонических культиватора Закладки фундамента требовали масштабной операции.

Прибыв в шашлычную, Фан Цинъюнь выпустил давящую ауру культиватора Золотого ядра, заставив Чжан Красного-на-Чжан и его компанию замереть. Взмахнув рукой, он сурово приказал:

— Взять их! Обыскать!

Не успели Чжан Красный-на-Чжан и его товарищи понять, что происходит, как несколько начальников стражников Закладки фундамента уже повалили их на землю.

Что вообще происходит? В уезде Яньцзян незаконно есть шашлыки?

Затем начальник Вэй нашёл при Чжан Красном-на-Чжан огромное количество Талисманов обращения долголетия — гораздо больше тех нескольких, которые Лу Ян подкинул, чтобы их подставить.

— Значит, это действительно вы расклеивали Талисманы обращения долголетия! — Фан Цинъюнь уставился на Чжан Красного-на-Чжан. Это всё из-за него я несколько дней не мог отдохнуть.

Лу Ян: «…»

Мэн Цзинчжоу: «…»

Надо же, настолько сотрудничать было обязательно?

Чжан Красный-на-Чжан и его спутники ещё больше растерялись. Мы действовали безупречно и не оставили никаких следов. Почему стражники пришли нас арестовывать?

Где именно всё пошло не так?!

— Имя?

— Чжан Красный-на-Чжан.

— Говори честно, я спрашиваю настоящее имя!

— Чжан Маленький Красный.[1]

Масляная лампа мерцала в мрачной комнате для допросов. Фан Цинъюнь скрестил руки и холодно усмехался, глядя на только что схваченного подозреваемого. Начальник Вэй пристально смотрел на Чжан Красного-на-Чжан и задавал вопрос за вопросом, а молодой стражник за столом сбоку старательно записывал детали допроса.

— Пол?

— Мужской.

— Культивация?

— Великая завершённость вершины поздней стадии Закладки фундамента.

Начальник Вэй фыркнул.

— Запиши «поздняя стадия Закладки фундамента», всё до этого пропусти. Чжан Маленький Красный, я сейчас скажу: если считаешь, что мы не можем вести дело беспристрастно, ты можешь заявить отвод, другими словами — попросить, чтобы его передали другому. Хочешь заявить отвод?

— Заявляю…

Начальник Вэй протянул «м-м-м», повышая голос.

Чжан Маленький Красный поспешно исправился:

— Нет-нет-нет, не заявляю.

— Тогда рассказывай, за что попал сюда?

— За то, что не заплатил за шашлыки?

Фан Цинъюнь разозлился.

— Хватит его допрашивать, казним на месте. Скажем, что он ожесточённо сопротивлялся при аресте и предпочёл умереть, но не сдаться, покончив с собой ядом.

Фан Цинъюнь определённо был способен на такое.

Всё ещё в кандалах, Чжан Красный-на-Чжан поспешно выпалил:

— Признаюсь, признаюсь! Примерно десять дней назад я очнулся у подножия обрыва. Наверное, случайно поскользнулся, когда проходил мимо горы к западу от уезда Яньцзян. Когда я пришёл в себя, то понял, что нахожусь в горной пещере — вероятно, в жилище какого-то культиватора. Похоже, там очень давно никого не было. Я осторожно вошёл, но, кроме книги, ничего ценного не нашёл.

— Собственно, это та самая книга, которую вы изъяли у меня при обыске. В книге были записаны некоторые редкие талисманы и дополняющие их формации. Например, Талисман обращения долголетия и Формация обращения долголетия. Согласно описанию, Талисман обращения долголетия может превращать долголетие в мою собственную культивацию. Я как раз застрял на узком месте и надеялся одним рывком прорваться к стадии Золотого ядра. Тогда мне будет вольготно. Кроме того, такой способ прорыва ещё и позволяет продлить жизнь. Искушение было слишком велико.

Фан Цинъюнь вспылил:

— Я советовался с губернатором уезда. Судя по масштабу твоей расстановки, прорваться от Закладки фундамента к Золотому ядру — это пустяк; этого более чем достаточно, чтобы прорваться от Золотого ядра к Зарождающейся душе!

Чжан Красный-на-Чжан внутренне проворчал: Я тоже знаю, что это расточительно, но других способов я не знал.

Разумеется, вслух он такого сказать не мог. Чжан Красный-на-Чжан сделал вид, что не слышит выговора Фан Цинъюня.

— Я сам культиватор талисманов, поэтому быстро освоил Талисман обращения долголетия. Выстроить Формацию обращения долголетия тоже несложно. Нужно лишь расположить талисманы по форме формации.

— Поскольку действие талисмана на культиваторов не обнаруживается, а у смертных вызывает только сонливость, его легко не заметить. Более того, когда формация полностью собрана, даже признаков сонливости не будет.

— Однако формации нужно слишком много талисманов, поэтому расклеить их за короткое время невозможно. К счастью, я встретил двух товарищей. Это двое других людей, которых вы арестовали.

— Кстати, есть одна странность. Эти двое не из уезда Яньцзян, но почему-то оказались здесь и не могли вспомнить, зачем пришли. В общем, мы сразу нашли общий язык и решили вместе прорваться на стадии Закладки фундамента.

— Мы действовали осторожно, не оставляя следов, и затаились, когда вы подняли шум и начали искать Талисманы обращения долголетия. Мы почувствовали, что это место становится опасным, и хотели покинуть уезд Яньцзян. Но перед уходом услышали, что здесь есть очень знаменитая шашлычная, и решили попробовать. Вы явились ещё до того, как нам успели подать шашлыки.

Лицо Чжан Красного-на-Чжан исказилось от недоумения. Он никак не мог понять, где они ошиблись.

Начальник Вэй, естественно, не стал говорить ему, что на них донёс горячий сердцем хозяин лавки.

После окончания допроса начальник Вэй велел ему поставить имя и отпечаток пальца.

— Внизу каждой страницы напиши своё имя. На последней странице напиши: «Я ознакомился с приведёнными выше показаниями, и они соответствуют сказанному мной». После этого ставь отпечаток пальца везде, где подписываешься.

---

На следующий день, как обычно, начальник Вэй принёс шёлковое знамя. Он даже задумался, не стоит ли устроить кабинет прямо в шашлычной и жить там. Эффективность ловли преступников здесь куда выше, чем от патрулирования целыми днями! Если так пойдёт дальше, должность главного констебля будет в пределах досягаемости.

— Хозяин Лу, у вашей шашлычной хороший фэншуй, выдающиеся люди и отличное место.

Лу Ян скромно улыбнулся.

— Место — дело второстепенное. Главное, что люди выдающиеся.

— В ямэне последнее время слишком много дел. Когда станет посвободнее, посмотрю, можно ли подать заявку, чтобы наградить вас деревянной табличкой «Превосходное заведение».

— Это было бы замечательно. Вот, я только что вскипятил воду, выпейте, пока горячая. — Лу Ян с энтузиазмом налил чашку воды. — Почему вы всё ещё так заняты? Разве виновников не поймали?

— Ну, преступников мы арестовали и нашли место, о котором признался один из них. Это заброшенная горная пещера. Возможно, раньше там прятались какие-то разыскиваемые преступники демонического пути. Когда Талисманы обращения долголетия снимут со всех мест, дело можно считать закрытым.

— Проблема в приближающемся Празднике весеннего урожая. Судя по всему, людей будет на двадцать процентов больше, чем в прошлом году. Я хотел взять отгул, но главный констебль не одобрил. Сказал, что в праздничный период мне нужно больше патрулировать.

— Если устанете патрулировать, заходите к нам отдохнуть. Наша лавка будет работать как обычно во время праздника.

Проводив начальника Вэя, Мэн Цзинчжоу длинно выдохнул.

— Наконец-то закончилось. Последние дни мы каждый день ходили как на иголках, охотясь за Талисманами обращения долголетия. Может, Чжан Красный-на-Чжан увидел, как нам тяжело, и пришёл сдаться сам.

Ман Гу замер. Не думаю, что Чжан Красный-на-Чжан именно это имел в виду.

Лу Ян заметил, что Лань Тин уже какое-то время делает какие-то жесты, и с любопытством спросил:

— Что ты делаешь?

Лань Тин даже головы не подняла.

— Экспериментирую с новой автоматической формацией нанизывания, чтобы бамбуковые шпажки сами нанизывали мясо.

Лу Ян двумя пальцами поднял бамбуковую шпажку и задумчиво посмотрел на неё. Внезапно он подбросил в воздух несколько кусков мяса, а затем метнул бамбуковую шпажку. К сожалению, шпажка лишь прошла рядом с мясом и ничего не нанизала.

Ман Гу не понял, что пытается сделать Лу Ян, и решил, что тот играет в какую-то новую игру.

А глаза Мэн Цзинчжоу загорелись.

— Ты хочешь тренировать техники скрытого оружия, нанизывая мясо бамбуковыми шпажками?

Лу Ян улыбнулся, молчаливо подтверждая догадку Мэн Цзинчжоу.

Вскоре Мэн Цзинчжоу присоединился к тренировке и начал экспериментировать, как нужно точно прикладывать силу, чтобы шпажка нанизывала движущиеся куски мяса в воздухе.

Ман Гу нерешительно спросил:

— Это… ведь не то, чем занимается праведный путь?

Лу Ян ответил с серьёзным видом:

— Не совсем так. Разве ты не слышал строки: «Бамбук цепляется за зелёные горы и не сдаётся, корни его крепко сидят в трещинах скал. Он стоит несгибаемо после тысяч испытаний, не страшась ветров с четырёх сторон?»

— Бамбук стоек и изящен — это знак скромного благородного мужа. Разве использование бамбука как оружия может считаться скрытым оружием? Это оружие, которым пользуется только благородный муж.

Ман Гу почувствовал, словно прозрел.

— Так вот как оно. Дай и мне попробовать.

Лань Тин сосредоточилась на эксперименте с формацией. Несколько бамбуковых шпажек зависли в воздухе. Вжух! Шпажки вонзились прямо в стену, их концы всё ещё вибрировали.

Если бы целью был человек, он бы умер.

— Сила немного слишком большая. — Лань Тин с досадой почесала голову. Я уже изо всех сил пыталась уменьшить мощность.

— Если я не могу сделать автоматическую формацию нанизывания, тогда, пожалуй, просто выкручу мощность на максимум.

Два призрака-тигриных прислужника, глядя на сцену «бесы пляшут безумно», дрожали без остановки.

---

[1] Настоящее имя — «Чжан Сяохун». Совпадает только иероглиф «красный», то есть хун.

До того как Лань Тин поставила Формацию сбора духовной энергии, троица тренировалась по отдельности, стараясь повысить свою культивацию Закладки фундамента. Теперь, когда на втором этаже появилась Формация сбора духовной энергии, четверо культивировали вместе. А в свободные промежутки они ещё и обменивались опытом, порой доходя до глубоких прозрений в культивации.

Например, Лу Ян узнал, что Ман Гу не может декламировать Слова мудрецов, стоя в стойке всадника, но может стоять в стойке всадника, декламируя Слова мудрецов; по мнению Ман Гу, первый вариант был неуважением к мудрецам.

Например, Ман Гу узнал, что Мэн Цзинчжоу часто ходит днём в бордель и ничего там не делает, кроме как слушает песни, чтобы укреплять духовную силу. Ман Гу счёл это достойным восхищения.

Например, Мэн Цзинчжоу узнал, что, когда у Лу Яна между зубами застревает еда, тот выковыривает её мечной ци толщиной с коровий волос. Мэн Цзинчжоу счёл это совершенно новым способом культивации.

Например, Лань Тин узнала, что Центральный континент когда-то был выплавлен из звёзд.

— Никогда бы не подумала, что возможно нечто такое. — Лань Тин была ошеломлена, но эта новая информация заодно помогла снять часть её сомнений. Она немного поразмыслила и решила, что этим можно поделиться. — Как вы все знаете, в названии нашего Бессмертного дворца Лунного лавра есть два слоя смысла. Первый связан с деревьями лунного лавра, которые растут по всему дворцу. Второй — с убеждением дворца, что луна имеет особое значение.

Бессмертный дворец Лунного лавра был построен на вершине снежной горы, чтобы находиться как можно ближе к луне; этого уже хватало, чтобы понять, насколько важна луна для дворца.

— Когда я вступила в Бессмертный дворец Лунного лавра, я спросила у своей шифу: «Почему луна имеет особое значение? А солнце и другие звёзды? Можем ли мы черпать силу из таких звёзд, как Большой Ковш?»

— Шифу ответила, что луна и солнце — одно. А насчёт остальных звёзд она только многозначительно улыбнулась и больше ничего не сказала. Правда, она всегда так улыбается, когда сама в чём-то не уверена, поэтому я не придала этому большого значения. Но если связать это с тем, что вы только что рассказали, думаю, она, вероятно, знала правду о звёздах.

Лу Ян нахмурился.

— Луна и солнце — одно?

Лань Тин кивнула.

— Сначала я не понимала, что это значит, пока однажды после занятия не услышала, как две мои старшие сёстры разговаривали и упомянули: «Когда солнце гаснет, это луна».

— Когда солнце гаснет, это луна? — Лу Ян удивился. Он никогда не слышал о таком представлении.

Может, звёзды, рассыпанные по небу, — всего лишь нереальные тени, а солнце и луна существуют по-настоящему и являются двумя сторонами одной сущности? Днём, когда она пылает, это солнце, а ночью, когда гаснет, — луна?

Энергия солнца крайне ужасающа. Есть теория, что солнце — источник всех живых существ. Даже сейчас есть люди, которые используют силу солнца для культивации, визуализации или постижения.

Если солнце — это луна, что происходит со всей этой энергией после того, как оно гаснет? Это должна быть огромная сила! Солнце забирает её обратно в себя и ночью превращается в луну?

— Кстати, почему Древний Безымянный выплавил все звёзды, кроме солнца? — пробормотал Лу Ян. Если солнце исчезнет, мир погрузится во тьму, а бесчисленные существа зачахнут. По словам главы филиала Чу, Древний Безымянный не считался с жизнями, так что вряд ли он по доброте душевной пощадил солнце.

Мэн Цзинчжоу вдруг спросил:

— Вы слышали о Культе Сияющего Солнца?

— Это один из Четырёх великих демонических культов? — Лу Ян почти ничего о них не знал.

— Он самый. Культ Сияющего Солнца поклоняется солнцу и считает, что в нём заключена некая божественная и чудесная сила. Когда солнце пробудится вновь, всё сущее погибнет, а они призывают до этого уничтожить себя, чтобы отправиться в Царство блаженства. — Мэн Цзинчжоу добавил: — Я не хочу проявить неуважение к Бессмертному дворцу Лунного лавра, но если солнце и луна — одно, то между взглядами Культа Сияющего Солнца и дворца можно найти сходство. И те и другие считают, что солнце и луна соответственно имеют особое значение и обладают ужасающей силой.

Лань Тин покачала головой, не обидевшись на слова Мэн Цзинчжоу. Внутри Бессмертного дворца Лунного лавра существовали похожие мнения, в том числе и более радикальные.

Мэн Цзинчжоу высказал догадку:

— Возможно, Древний Безымянный прячется прямо в солнце. С незапамятных времён солнце висит в небе, и никто не задаётся вопросами. Слепая зона.

Лу Ян предложил другую версию:

— Или в солнце заключена такая огромная сила, что даже Древний Безымянный не захотел его трогать.

Как бы там ни было, солнце и луна определённо не так мирны, как кажутся.

— Ладно, не будем больше об этом думать. Всё-таки Праздник весеннего урожая, пойдём развлечёмся. — Мэн Цзинчжоу перестал обдумывать этот вопрос и стал подбивать всех отдохнуть. Чем сейчас ломать голову, лучше вернусь домой и спрошу старейших. Уж они наверняка знают больше меня. Так же как они знали, что у меня духовный корень одиночки, но молчали как рыбы, ещё и говорили: «Когда попадёшь в Секту Ищущих Дао, сам узнаешь».

По мере приближения Праздника весеннего урожая праздничное настроение становилось всё сильнее. Разные лавки устраивали собственные акции, готовясь встретить поток покупателей. Шашлычная тоже находилась на этапе подготовки: к каждой покупке шпажек бесплатно выдавали маски тофу, что пользовалось огромным успехом у детей. Всю улицу украсили маленькими разноцветными флажками — это была традиция уезда Яньцзян, которую финансировали и организовывали власти. Флажки должны были символизировать краски весны и встречать сезон.

Говорили, что губернатор уезда Ли специально распорядился развесить флажки как можно быстрее, чтобы не мешать повседневной жизни простых людей, и задействовал для этого много рабочей силы. На самом деле обычному распорядку жителей это никак бы не помешало. Губернатор Ли просто устраивал показательное действо для народа.

Мэн Цзинчжоу улыбнулся.

— Эти маленькие флажки и правда добавляют праздничного настроения.

Даже у входа в шашлычную был воткнут маленький красный флажок.

— Подходите, посмотрите! Все книги редкие! — на улице зазывал старик с жёлтыми зубами, привлекая внимание четвёрки.

— Какие у вас книги?

— Секретные руководства по боевым искусствам, ограниченные издания техник культивации — всё есть. — Старик оскалился.

Мэн Цзинчжоу небрежно пролистал товар. Вдруг его глаза загорелись: он нашёл тайное руководство по боевым искусствам.

— Лу Ян, смотри! Эта книга идеально тебе подходит. Если согласишься её культивировать, гарантирую, достигнешь высшего уровня.

Лу Ян посмотрел на обложку.

Кунфу в стиле жабы.

— Проваливай!

Вскоре Лу Ян тоже нашёл тайное руководство и посоветовал его Мэн Цзинчжоу.

— Это руководство будто специально для тебя написано. Если согласишься культивировать его, в будущем, возможно, станешь Боевым Бессмертным!

Мэн Цзинчжоу посмотрел на обложку.

Руководство Подсолнечника.[1]

Они переглянулись и хмыкнули, «добродушно» купив друг для друга эти тайные руководства.

Ман Гу увидел, что на первой странице Руководства Подсолнечника написано: «Желающий практиковать это кунфу должен сначала оскопить себя». Он невольно задумался: Разве женщины не могут практиковать это боевое искусство?

Лань Тин, с другой стороны, не замечала перебранки Лу Яна и Мэн Цзинчжоу: она с головой ушла в классический роман в жанре чжанхуэйти.[2]

История была о знаменитой куртизанке, которая стремилась к истинной любви и доверила свою жизнь учёному, чтобы выкупить свободу и оставить ремесло. Однако учёный был слаб и эгоистичен. Хотя он любил куртизанку, ему было стыдно жениться на ней. Под влиянием друзей он в конце концов предал её, и трагедия завершилась тем, что куртизанка бросилась в реку.

Слёзы текли по щекам Лань Тин: судьба куртизанки казалась ей очень жалкой.

Заметив, как глубоко Лань Тин погрузилась в историю, Лу Ян вытянул шею и тоже заглянул в книгу. История и ему показалась живой и трогательной.

Он склонил голову и посмотрел на название.

Сон в Зелёном тереме.[3]

Лу Ян: «…»

Название показалось ему особенно забавным.

---

[1] Написано евнухом для евнухов.

[2] Чжанхуэйти — форма длинного классического романа. Знаменитые примеры — Четыре классических романа Китая.

[3] Здесь две шутки. Во-первых, это отсылка к одному из Четырёх классических романов, Сну в красном тереме. Во-вторых, «зелёный терем» здесь буквально означает ещё и бордель.

Четверо купили книги, которые им приглянулись. Ман Гу из интереса к истории приобрёл экземпляр Дикой неофициальной истории Великой Ся; там было записано множество историй, которые даже осведомлённому Мэн Цзинчжоу показались дикими. Так или иначе, все четверо остались довольны своим выбором.

Продолжая неспешно гулять, они начали замечать, что в толпе культиваторов становится всё больше по сравнению со смертными, будто некая таинственная сила разделила эти две группы.

Лань Тин передала звук прямо трём остальным:

— Поблизости поставлена формация изгнания. На культиваторов она не действует, а смертные невольно будут держаться подальше.

Мэн Цзинчжоу тут же связал это с новостями, которые слышал во время обычных прогулок.

— Это ежемесячный базар! Наверное, его открыли раньше из-за приближающегося Праздника весеннего урожая.

Праздник весеннего урожая привлекал и смертных, и культиваторов.

Сейчас они находились на настоящем базаре, а не на чёрном рынке, где убийства и грабёж были обычным делом; они даже видели патрулирующих констеблей. Правда, некоторые всё равно закрывали лица и надевали чёрные мантии, скрывая личность.

В этом не было ничего странного. Некоторые культиваторы прятались среди смертных. Если они покажут здесь лицо, разве это не будет всё равно что раскрыть себя?

Лу Ян с компанией были как раз такими примерами.

Все четверо скрыли личности разными способами.

Мэн Цзинчжоу и Ман Гу выбрали чёрные мантии, потому что считали их крутыми; Мэн Цзинчжоу даже зловеще хохотал, чтобы добавить атмосферы.

Лань Тин сняла Талисман изменения облика и раскрыла своё изначальное, непревзойдённое лицо — именно в таком виде она обычно искала в уезде Яньцзян следы демонических культов.

Лу Ян попытался уговорить Мэн Цзинчжоу:

— Может, я использую Кулак звериных форм и превращусь в тебя?

В ответ Мэн Цзинчжоу шлёпнул Лу Яну на лицо маску тофу.

Так Лу Ян надел маску тофу.

Внутри базара царила настоящая атмосфера мира культиваторов, совершенно отличная от внешнего мира. Огромный защитный барьер окутывал весь базар, испуская мягкое сияние. Культиваторы, давно не видевшиеся друг с другом, останавливались у придорожных трактиров, чтобы выпить и свободно обменяться новостями о недавних приключениях. Торговцы и культиваторы спорили о ценах, каждый торговался, пытаясь выжать у другой стороны ещё несколько духовных камней. Власти даже поставили арену, где культиваторы могли вдоволь сразиться.

— Подходите, смотрите! Пилюли сверхсилы, изготовленные по наследственной тайной технике! Одна пилюля — и бесконечная сила!

Лу Ян заинтересовался. Он пошёл на голос и оказался у лечебной лавки. Похоже, эту лавку держат культиваторы. Интересно, зазывает ученик или мастер алхимии?

— Сколько духовных камней за одну пилюлю?

Ученик мастера-алхимика ответил:

— Десять духовных камней за штуку. Купите три — четвёртая бесплатно; купите пять — ещё две бесплатно.

Раз цена была доступной, целевой аудиторией пилюли явно были культиваторы Тренировки ци, а не культиваторы Закладки фундамента вроде Лу Яна. Тем не менее Лу Ян хотел купить пару пилюль на память: он впервые видел, как пилюли изготавливает кто-то не из Секты Ищущих Дао.

— А эффект?

— На короткое время усиливает физическую силу, но после окончания действия вы полдня будете слабы.

Лу Ян купил одну пилюлю. Он уже собирался уйти, когда увидел входящего констебля — и узнал его. У констебля была фамилия Сунь, он был помощником начальника Вэя.

— Нам поступило донесение, что ваши Пилюли сверхсилы связаны с недобросовестной рекламой.

Ученик алхимика застыл. Недобросовестная реклама?

Констебль Сунь серьёзно объяснил:

— Согласно закону, при рекламе товаров нельзя использовать такие слова, как «предельный» и «самый». По итогам проверки мы установили, что ваши Пилюли сверхсилы подходят только культиваторам третьего уровня Тренировки ци и ниже; эффекта «бесконечной силы» не обнаружено. После этого предупреждения просим внести соответствующие исправления.

Ученик алхимика послушно кивнул. После того как Лу Ян ушёл, из лечебной лавки снова донёсся голос:

— Подходите, смотрите! Пилюли сверхсилы, изготовленные по наследственной тайной технике! Одна пилюля — и конечная сила!

Лу Ян вдруг подумал: Пилюли силы десяти буйволов старшего брата У Мина и правда безупречны. У них даже такой распространённой проблемы, как недобросовестная реклама, нет.

Что до Мэн Цзинчжоу, он был не только хорошо осведомлён, но и дома у него имелись вполне настоящие мастера-алхимики, поэтому обычные вещи его не очень интересовали.

— Это что? — Мэн Цзинчжоу поднял с прилавка маленький предмет: две деревянные палочки, склеенные вместе. — Для цзяньбин-гоцзы?[1] Даже такое продают на базаре?

Хозяином прилавка был средних лет мужчина с густой бородой, спокойным и строгим лицом. Он сидел с закрытыми глазами, отдыхая. Услышав Мэн Цзинчжоу, он нехотя открыл глаза, источая ауру великого мастера артефактов.

— Этот предмет называется Жезл Летящей апсары.[2] Положите его на макушку, активируйте духовной энергией, и он, вращаясь, поднимет вас в небо. Достаточно седьмого уровня Тренировки ци.

Мэн Цзинчжоу был поражён. Этот маленький базар и правда полон затаившихся драконов и притаившихся тигров, раз здесь прячутся такие драгоценности, как великий мастер артефактов.

Без особых средств культиватору нужно быть как минимум на стадии Золотого ядра, чтобы летать высоко в небе. Если учитывать особые средства, Лу Ян уже на стадии Закладки фундамента может летать на мече, а может использовать Кулак звериных форм и превратиться в бессмертного журавля — это тоже позволит летать. В любом случае, если отбросить особые обстоятельства, остаётся факт: минимальное требование для полёта культиватора — стадия Закладки фундамента.

Я никогда не слышал, чтобы культиватор седьмого уровня Тренировки ци мог летать. На этой стадии силы ещё скудны, управлять летающими зачарованными сокровищами трудно.

— Похоже, вы не верите. Ничего, я покажу один раз. — Бородатый мужчина уверенно достал деревянную куклу. Он привязал к ней Жезл Летящей апсары и выпустил с кончика пальца тонкую струйку духовной энергии в жезл.

Словно только что пробудившись ото сна, Жезл Летящей апсары начал медленно вращаться. Затем он ускорился, пока не превратился в размытое пятно. Вместе с деревянной куклой он полетел вверх.

На первый взгляд, проблем не было.

Если уж придираться, проблема была в том, что, когда Жезл Летящей апсары вращался, деревянная кукла тоже вращалась, причём голова была осью, а тело крутилось с той же бешеной скоростью, что и жезл!

Будь под Жезлом Летящей апсары человек, его мозги, наверное, взбились бы в однородную смесь.

— Видите, я же говорил: моя кукла высочайшего качества. Она не разваливается даже при таком быстром вращении. Не хочу хвастаться, но эта моя кукла способна выдержать бой даже с культиватором Закладки фундамента. Цена тоже выгодная. Только сегодня уступлю всего за восемьсот!

— Отдай это своему деду! — Мэн Цзинчжоу наконец понял приём собеседника. Он просто рекламирует свою куклу под вывеской Жезла Летящей апсары!

Очевидно, базар был полон хитростей и схем. Честные люди вроде Лу Яна и Мэн Цзинчжоу в наши дни становились редкостью.

Лу Ян и остальные трое решили отправиться в район под управлением Торговой гильдии Лоди. Там, по идее, порядок был строже, и они надеялись больше не встретить подобных мошенников.

— Уважаемые гости, не хотите погадать?

Лу Ян обернулся и увидел гадателя, который их окликнул. За спиной у него стоял флаг с багуа. На флаге было написано: «Гадаю не о небе и земле, а о людях». Дела, похоже, шли плохо: перед ним не было ни одного клиента.

Заметив, что привлёк внимание группы Лу Яна, он добавил:

— Если неточно — платить не нужно. Хотите попробовать?

Лу Ян внимательно осмотрел всё, что лежало на столе: компас багуа, кости, Четыре сокровища кабинета[3], девять медных монет, хрустальный шар…

Выложено всё, что хоть чуть-чуть связано с гаданием.

Это надёжно?

И почему здесь хрустальный шар?!

---

[1] Цзяньбин-гоцзы — китайская уличная еда; примерно можно представить как обжаренную лепёшку, свёрнутую рулетом с начинкой. Снаружи она мягче, внутри частично хрустящая.

[2] Апсара — небесное существо, способное летать, в буддийской традиции.

[3] Четыре сокровища кабинета — кисть, тушь, бумага и тушечница.

Гадатель был культиватором примерно одного возраста с Лу Яном. Заметив взгляд Лу Яна, он с досадой объяснил:

— Ничего не поделаешь. Люди нынче не очень-то верят в гадание. Всё твердят что-то вроде «судьба в моих руках, а не у небес»[1] и «я сам хозяин своей судьбы». Честно говоря, жить трудно.

— Кто-то предпочитает гадать по компасу багуа, так что я приготовил один.

— Кто-то хочет предсказать удачу в азартных играх, так что я приготовил кости.

— Кто-то считает гадание по иероглифам точным, так что я приготовил Четыре сокровища кабинета.

— Кто-то думает, что бросать медные монеты эффективнее всего, так что я приготовил девять медных монет.

— А этот хрустальный шар? Такая мода в последние годы появилась в Восточном море. Раз людям нравится гадать на хрустальных шарах, я даже специально съездил в Восточное море, чтобы кое-чему научиться. Кроме того, этот шар не только гадает, но ещё и тайком показывает короткие видео. Один инструмент — два дохода.

— Ну как? Хотите выбрать что-нибудь и попробовать? Если не сработает — платить не нужно, — горячо рекламировал свои услуги гадатель.

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу с подозрением посмотрели на гадателя и насторожились. Им невольно показалось, что он не так прост, как выглядит. Будто он что-то в них увидел.

Ман Гу впервые столкнулся с гадателем, и ему было очень интересно.

— Можешь погадать мне?

Уголки губ гадателя поднялись в улыбке.

— Конечно. Какой способ гадания предпочитаете и о чём хотите спросить?

Ман Гу немного подумал, учитывая, что он был конфуцианским культиватором.

— Тогда давай гадание по иероглифам. Я напишу иероглиф, а ты разберёшь, смогу ли я стать великим конфуцианским учёным.

— Прошу писать. — Гадатель ловко разложил принадлежности для каллиграфии и пригласил Ман Гу начать.

Ман Гу уверенно написал иероглиф, кисть быстро скользнула по бумаге.

Гадатель постучал по нему и протяжно втянул воздух.

— Ваш иероглиф…

— Что с ним? — тревожно спросил Ман Гу.

— У вас такой ужасный почерк. Что это за иероглиф?

— «Жу», конфуцианец.

Гадатель на миг потерял дар речи, но всё же собрался и начал разбор:

— Конфуцианец воплощает мягкость; его часто называют искусным знатоком. Иероглиф включает радикал «человек», а «сюй» указывает произношение.[2]

— У вас крепкое тело и вид неразрушимый, но на самом деле сердце мягкое. Вы колеблетесь, принимаете всё за чистую монету и подражаете всему, чему учитесь.

— Посмотрите на иероглиф «сюй», означающий «нужду». Сверху в нём «дождь», снизу — «воля». Как говорится: «Облака собираются в небе; когда возникает нужда, воля приводит дождь вовремя». Это означает, что в будущем вы будете нужны другим.

— Обратите внимание: радикал «человек» стоит сбоку. Это говорит, что вы не только можете стать великим конфуцианским учёным, но даже станете великим конфуцианским учёным нового типа.

Ман Гу был вне себя от радости, услышав, что может стать великим конфуцианским учёным. Его уровень конфуцианства был одним из самых низких среди учеников Четвёртого старейшины. Однако Четвёртый старейшина не возражал и твёрдо поддерживал принцип «обучения без различий», заявляя, что Ман Гу просто ещё не прозрел. Как только Ман Гу достигнет просветления, Четвёртый старейшина был уверен: тот одним рывком постигнет Дао конфуцианства, и его будущее будет безграничным.

Но несмотря на это, Ман Гу всё равно постепенно терял уверенность. Услышав анализ гадателя, который утверждал, что он может стать великим учёным, Ман Гу снова обрёл уверенность.

У меня и правда огромный потенциал!

— О, есть ещё кое-что.

— Что?

— Вернувшись, больше упражняйтесь в письме.

— А.

— Вам нужна пропись? У меня как раз есть. Возьмите одну. Это необходимая трата на пути к тому, чтобы стать великим конфуцианским учёным.

Ман Гу счёл, что в его словах много смысла, и купил пропись.

Увидев, что Ман Гу закончил, Лань Тин тоже заинтересовалась гаданием и села.

— Я хочу узнать, в чём у меня будут большие достижения — в формациях или талисманах. Давай хрустальный шар.

В последнее время она не уделяла формациям особого внимания, но интерес к формациям, похоже, превзошёл интерес к талисманам. Поэтому она задумалась, не сменить ли специализацию.

Гадатель поднял хрустальный шар перед Лань Тин и стал тереть его обеими руками, приговаривая:

— Небесные духи, земные духи, хрустальный шар, явись! Небесные духи, земные духи, хрустальный шар, явись![3]

Увидев результат, показанный хрустальным шаром, он совершенно остолбенел.

— Э-э… в будущем вы будете писать формации на талисманах, объединяя формации и талисманы в одно?

Он странно посмотрел на Лань Тин. Что это за нестандартный ход мыслей? Эта культиваторша несравненно красива, но почему её идеи так отличаются от идей нормальных людей?

Лань Тин склонила голову, решила, что слова гадателя не лишены смысла, и охотно заплатила.

Теперь настала очередь Мэн Цзинчжоу. Он приподнял бровь.

— Ты ученик Секты Небесной Стратегии?

Секта Небесной Стратегии была первой сектой гадателей на Центральном континенте. Когда-то они предсказали время возвращения Великой древней эпохи. Поскольку эта секта придавала огромное значение карме, обычные методы сокрытия личности перед ними почти не действовали. Ученикам Секты Небесной Стратегии хватало одного взгляда, чтобы распознать происхождение другой стороны.

Возможно, этот гадатель сумел определить, что мы из Секты Ищущих Дао и Бессмертного дворца Лунного лавра.

— Ха-ха, младший брат, вы, должно быть, ошиблись. Я всего лишь свободный праздный человек. Как я мог бы быть учеником Секты Небесной Стратегии?

Мэн Цзинчжоу немного помолчал. Затем он достал из нефритового жетона личности свиток кровавого договора.

— Триста лет назад великий старейшина Секты Небесной Стратегии занял у семьи Мэн большую сумму духовных камней высшего качества. Вернуть не смог и спрятался в пещерной обители, заявив, что ушёл в абсолютное затворничество.

— Когда мы пришли в Секту Небесной Стратегии взыскивать долг, ваш глава секты подписал кровавый договор, обещая выплатить его. Более того, если любой прямой потомок семьи Мэн встретит ученика Секты Небесной Стратегии, он может потребовать уплаты долга с этим кровавым договором.

— Хочешь испытать силу договора?

Лу Ян слышал, что семья Мэн — кредитор всего мира. Похоже, этот слух возник не на пустом месте.

Гадатель с глухим стуком плюхнулся на землю, обхватил ногу Мэн Цзинчжоу и разрыдался:

— Брат Мэн, умоляю, прояви хоть каплю милосердия; вдруг нам ещё предстоит встретиться в будущем!

— Наша секта настолько бедна, что ученикам приходится спускаться с горы и самим зарабатывать на жизнь. Если бы у меня, Ло Бу, были деньги, я бы не докатился до того, чтобы здесь обманывать людей! И хуже всего: за место на рынке нужно платить, а я даже это себе позволить не могу! — Ло Бу жалобно рассказывал о своей бедности. — Посмотри на эту магуа, что на мне![4] Я её столько лет штопаю и перешиваю. Даже на новую денег нет!

Мэн Цзинчжоу закатил глаза. Да очевидно же, что эта магуа была очищена как артефакт и стоит баснословно дорого.

— Я не собираюсь требовать с тебя долг, так что сначала встань. — Мэн Цзинчжоу силой вытащил ногу. — Погадай нам двоим бесплатно, и я закрою на это глаза. Запомни: не ври!

— Ха-ха-ха, это нетрудно.

— Давай-давай! Какая у меня судьба и будущие достижения? — Лу Ян развёл руками, позволяя Ло Бу прочитать ладонь.

Ло Бу громко рассмеялся, как обычно уверенный в своей области.

— Обычный вопрос. Дай-ка посмотрю.

К их удивлению, глаза Ло Бу расширились, и он подпрыгнул на месте. Неверие исказило его лицо; он отступил на несколько шагов, пока не ударился о стену.

— Ты… ты… что с твоей судьбой? Всё в тумане. В будущем ты окажешься связан кармическими узами с несколькими бессмертными!

Несмотря на все эти кармические сплетения, он всё ещё может свободно двигаться, будто они на него не влияют!

И это ещё не самое страшное.

Самое страшное — этот парень станет бедствием для мира культивации, распространяя нравы Секты Ищущих Дао по всему сообществу культиваторов! Нравы Секты Ищущих Дао и так уже возмутительны; если весь мир культивации промоют ими мозги, как людям вообще выживать?!

Ни в коем случае нельзя ввязываться в кармические связи с таким человеком!

Ло Бу внутренне заскулил. Я увидел, что все четверо из Пяти великих бессмертных сект, отличные овцы на заклание. Думал, смогу обманом вытянуть немного денег, но совсем не ожидал, что среди них окажется такой парень, которого точно нельзя трогать!

Подожди, по чтению ладони этот парень не единственный, кто будет распространять ядовитое влияние на весь мир культивации; есть ещё один сообщник.

Этот другой человек —…

Ло Бу посмотрел на главного кредитора, Мэн Цзинчжоу.

Лучше бежать прямо сейчас!

Не колеблясь ни мгновения, Ло Бу активировал технику бегства и даже не стал собирать вещи со стола.

— Я… я… я вас сегодня не видел!

Он боялся, что останься ещё хоть на миг — и это будет стоить ему жизни.

Прежде чем четверо успели понять, что происходит, Ло Бу уже исчез без следа.

Лу Ян обвинил Мэн Цзинчжоу:

— Это ты его своим взысканием долга спугнул!

---

[1] Очень распространённая фраза в китайских романах и сериалах.

[2] Эта фраза взята из объяснения слова «учёный» или «конфуцианец» в книге Шовэнь цзецзы, китайском словаре, составленном Сюй Шэнем во времена династии Хань примерно во II веке. Ещё один момент связан со строением китайских иероглифов: для простоты можно понимать их как сложные знаки, содержащие радикал, который задаёт «смысл», и фонетический компонент, который подсказывает, как произносится весь иероглиф.

[3] До слов про хрустальный шар это обычная используемая заклинательная формула.

[4] Магуа — фасон мужской застёгивающейся куртки времён династии Цин.

Мэн Цзинчжоу был отлично знаком с умением Лу Яна подставлять людей и переваливать вину на других, поэтому презрительно возразил:

— Что значит «я его спугнул»? Ты разве не слышал, как он сказал, что в будущем у тебя будут кармические связи с бессмертными? Готов поспорить, ты натворишь что-то такое, что вызовешь гнев бессмертных, и они все объединятся против тебя!

Лу Ян отмахнулся.

— Невозможно. Я себя знаю: до такой степени я бы не перегнул. Наверняка Ло Бу это выдумал как отговорку.

Они продолжали перекидывать вину друг на друга, твёрдо не желая признавать за собой ни малейшей ошибки.

Ман Гу попытался открыть рот. Может, проблема в вас обоих? Но в конце концов всё же проглотил эти слова.

За несколько дней общения Лань Тин уже постепенно привыкла к манере речи Лу Яна и Мэн Цзинчжоу, поэтому воспринимала их спор просто как фоновый шум.

— Смотрите, это торговая гильдия Луоди. Давайте я проведу вам экскурсию!

У входа в торговую гильдию Луоди стоял маленький пухлый поросёнок с монетой. Эта фигура была не чем иным, как классическим талисманом гильдии.

Лу Ян давно слышал громкую славу торговой гильдии Луоди и сам хотел осмотреться.

Внутри гильдия была отделана со вкусом и сдержанностью; от неё веяло приятным изяществом, совсем не похожим на убранство других торговых домов, где богатство старались выставить напоказ всеми возможными вычурными украшениями.

Торговой гильдии Луоди не нужно было хвастаться: одно её имя говорило само за себя. Все на Центральном континенте знали, что это торговая гильдия номер один.

Разнообразие выставленных товаров ослепило Ман Гу. Там были пилюли, тщательно изготовленные мастерами; духовные сокровища, кропотливо выкованные ремесленниками; природные материалы и редкости, добытые бесстрашными людьми в опасных местах; а ещё всевозможные талисманы и формации — от простых до сложных…

Увидев ценники, Ман Гу почувствовал себя нищим. То, что Мэн Цзинчжоу и Лань Тин спокойно прохаживались и не беспокоились о ценах, он ещё как-то мог принять. Но его потрясло, что брат Лу, которого он считал примерно таким же бедным, как он сам, тоже оставался к ценам равнодушен.

Ман Гу тихо спросил:

— Брат Лу, здесь всё такое дорогое. Я ничего не могу себе позволить.

Разумеется, это было преувеличением: он не мог позволить себе те внушительно выглядящие вещи, что подходили культиваторам Закладки фундамента.

Лу Ян с изумлением посмотрел на Ман Гу.

— А зачем тебе покупать что-то здесь? Посмотри на все эти пилюли и магические сокровища: на вид они роскошные и дорогие, а на деле просто для красоты. Если говорить о практичности, разве хоть что-то из этого сравнится с тем, что производит наша секта?

Ман Гу кивнул. И правда. Южтяо нашей секты дешёвые, крепкие и упругие. Прошло больше месяца, а брат Мэн до сих пор не доел южтяо, которые дал ему брат Лу: половина ещё осталась.

— Кроме того, если у нас нет денег, разве мы не можем попробовать заработать? С нашим статусом можно продать что угодно и получить деньги. Смотри, я покажу.

Лу Ян подошёл к служителю, который тихо стоял в стороне.

— Простите, вы принимаете техники?

Служитель уважительно ответил:

— Приветствую. Да, мы принимаем техники. Однако только те, которых ещё нет в нашей торговой гильдии. Все обычные методы культивации у нас уже имеются. Позвольте спросить, вы хотите продать метод культивации?

Лу Ян кивнул.

— У меня есть техника изменения облика. Можно менять облик и одновременно атаковать. Семейная тайна.

Служитель остолбенел. Я работаю здесь десять лет, но ни разу не слышал о такой технике изменения облика.

— Прошу, идите за мной. Сегодня у нас аукцион, и им заведует мастер-оценщик Ян Сюаньлин. Попросим его определить ценность вашей техники.

Четверых привели в комнату. Пожилой мужчина в очках сидел, уткнувшись в книгу, и выглядел человеком опытным и сведущим.

Служитель что-то шепнул Ян Сюаньлину на ухо.

— О? Есть такая техника? Понял. Можешь идти.

— Слушаюсь. — Служитель почтительно вышел из комнаты.

— Я слышал, у вас четверых есть техника изменения облика, которая позволяет одновременно менять облик и атаковать? — спросил Ян Сюаньлин.

— Именно. — Лу Ян достал экземпляр своего Кулака звериных форм в стиле Лу.

Ян Сюаньлин на мгновение замолчал.

— …Если только моё зрение не испортилось до такой степени, что я неправильно читаю, на книге вроде бы написано «Кулак звериных форм»?

Лу Ян шагнул вперёд, зачеркнул слова «Кулак звериных форм» и заменил их на «Техника изменения облика».

— Теперь это техника изменения облика.

Ян Сюаньлин впервые видел человека, который так небрежно давал вещам названия. Если работаешь достаточно долго, и правда встретишь кого угодно.

Ян Сюаньлин медленно перелистнул страницу и стал разбирать каждое слово. Вскоре он пришёл в ярость:

— Да это же просто Кулак звериных форм!

— Как такое возможно? — Лу Ян растерялся. — Это совершенно точно техника изменения облика. Я вам сейчас покажу!

Лу Ян на месте исполнил комплекс Кулака звериных форм: то превращался в Ман Гу, то в Мэн Цзинчжоу, то в тигриного демона. Его удары были внушительными и словно излучали огромную мощь.

Ян Сюаньлин широко раскрытыми глазами долго смотрел на него, совершенно не понимая, как Лу Ян изменил облик. Он действительно использует Кулак звериных форм. Процесс полностью совпадает с тем, что написано в книге. И никаких других техник он тайно не применял.

Во сколько это оценивать?!

Ян Сюаньлин погладил бороду, будто наконец всё понял.

— Ваша техника изменения облика действительно интересна. Было бы расточительством продавать её как обычный товар на витрине. Почему бы нам не выставить эту книгу техники изменения облика на аукцион? Он скоро начнётся.

— Подходит.

На площадке аукциона Лу Ян заметил старого знакомого.

Это был не кто иной, как Чи Сюлун, овладевший своей чудесной техникой выплёвывания камней.

Чи Сюлун не скрывал лица. В соответствии с тем, как он представился раньше, он был человеком ярким и ненавидел притворство. При его заметной культивации во всём Яньцзянском округе неудивительно, что он не видел нужды маскироваться.

Рядом с Чи Сюлуном сидел человек в чёрном халате; Лу Ян предположил, что это убийца Шэнь Цзиньи.

Лу Ян решил сесть рядом с Чи Сюлуном. Увидев детскую маску-тофу, тот презрительно фыркнул. Почему-то от одного вида этого человека в нём поднялась волна злости.

Хорошо одетый аукционист поднялся на сцену. По его чистому и звучному голосу, не опиравшемуся на культивацию, было ясно, что он прошёл профессиональную подготовку.

— Добрый день, уважаемые гости. Благодарю, что пришли поддержать нас. Не будем тратить время и начнём.

— Первый лот сегодняшнего аукциона — три Пилюли Закладки фундамента.

Едва прозвучали эти слова, весь зал зашевелился: никто не ожидал, что аукцион начнётся с такого важного товара.

Многие из пришедших на аукцион находились на средней или продвинутой стадии Тренировки ци; культиваторы начальной стадии Тренировки ци понимали ограниченность своих средств и на аукцион не приходили. Даже культиваторы Закладки фундамента почувствовали искушение: в чьей семье не найдётся младшего на стадии Тренировки ци?

Лу Ян, впрочем, к ним явно не относился. Немного подумав, он понял, что среди всех его знакомых именно его культивация была самой низкой.

Когда древние предки проложили новый путь культивации, они, естественно, не полагались на внешние предметы. Однако самостоятельный прорыв к стадии Закладки фундамента был связан с огромным риском; бесчисленное множество людей погибло в процессе. Позже кто-то создал Пилюли Закладки фундамента: они не только повышали эффективность прорыва, но и гарантировали, что неудача не оставит скрытой опасности и не приведёт к откату культивации. Даже Лань Тин принимала Пилюлю Закладки фундамента, когда пыталась прорваться на эту стадию.

Она передала голосом:

— Вы все использовали Пилюли Закладки фундамента?

Лу Ян покачал головой.

— У нас довольно передовая философия приёма пилюль. Когда человек пытается прорваться к Закладке фундамента, он напрямую проглатывает сырьё для Пилюли Закладки фундамента, используя собственное тело как пилюльную печь, чтобы переработать сырьё и полностью впитать лекарственный эффект в меридианы.

— Наши исследования показали, что у этого способа самая высокая эффективность усвоения. Когда Седьмой старейшина Пика Котла Пилюль был молод, он сто раз пытался прорваться к Закладке фундамента, чтобы прийти к этому выводу, так что данные абсолютно надёжны. Тогда Седьмому старейшине даже присвоили титул «Сильнейший культиватор Закладки фундамента». Правда, из-за слишком прочного фундамента позже, при формировании Золотого ядра, он испытывал мучительную боль, будто у него были камни в желчном пузыре.

Лань Тин: — …

Пока они разговаривали, три Пилюли Закладки фундамента уже ушли с молотка.

— Следующий лот — техника изменения облика. — Аукционист представил книгу, которую только что передал Лу Ян.

Лу Ян негромко вскрикнул и пробормотал себе под нос ровно так, чтобы Чи Сюлун услышал:

— Неужели это та легендарная книга, в которой скрыто…

Чи Сюлун, изначально не проявлявший к книге никакого интереса, в этот миг насторожился.

По залу прокатилась волна вздохов. Хотя техники изменения облика были трудны в освоении, сами по себе они встречались очень часто и никакой аукционной ценности не имели.

Несколько человек не вздохнули. Одним из них был Лу Ян. Другим — Чи Сюлун.

Аукционист продолжил представлять лот:

— Это не книга обычной техники изменения облика. В процессе превращения можно также атаковать. Если использовать эту технику изменения облика в бою, полагаю, она может дать неожиданный эффект.

Только тогда публика немного заинтересовалась, хотя и не слишком. В конце концов, кто станет применять технику изменения облика прямо посреди сражения?

Аукционист напомнил:

— Стоит отметить, что эту технику изменения облика крайне трудно освоить. Даже мастер-оценщик Ян Сюаньлин сказал: хотя с виду эта книга ничем не примечательна, она куда сложнее, чем кажется на первый взгляд!

Лу Ян продолжал бормотать себе под нос, ровно настолько громко, чтобы Чи Сюлун услышал:

— Как я и думал, эта книга слишком похожа на ту легендарную книгу.

Мэн Цзинчжоу сидел рядом, услышал его бормотание и поспешно прошептал:

— Заткнись! Такие вещи нельзя произносить вслух! Когда ты уже избавишься от привычки бормотать себе под нос?!

Лу Ян будто заметно испугался: тут же закрыл рот и уставился на книгу техники изменения облика на сцене.

Чи Сюлун краем глаза наблюдал за Лу Яном, всё больше убеждаясь в своих подозрениях.

— Начальная ставка — сто духовных камней! — Цена была намного ниже, чем у обычной техники изменения облика; похоже, даже сама торговая гильдия не была уверена в ценности Кулака звериных форм.

— Сто десять! — быстро сделал ставку кто-то из зала. Для него такая горстка духовных камней, вероятно, ничего не значила: купить диковинку ради новизны было не жалко.

— Сто двадцать, — лениво произнёс Чи Сюлун.

— Сто сорок!

— Сто восемьдесят!

— Двести!

Цена Кулака звериных форм стремительно росла.

— Восемьсот! — крикнул Лу Ян.

Мэн Цзинчжоу поспешно прижал его руку.

— Зачем ты так резко поднимаешь цену? Боишься, что на тебя никто не обратит внимания?!

— Я… я просто боялся, что её заберёт кто-нибудь другой.

Восемьсот духовных камней для культиватора Закладки фундамента могли быть не такой уж большой суммой, но для культиваторов Тренировки ци всё было иначе.

— Тысяча! — раздался голос рядом с Лу Яном.

Лу Ян потрясённо уставился на Чи Сюлуна, будто никак не мог понять, почему тот соперничает с ним за книгу техники превращения.

Это же просто техника, которая выглядит немного особенной! Неужели другая сторона тоже что-то распознала? Но как он догадался? Лу Ян мысленно корил себя. Может, он услышал моё бормотание?

Лу Ян тихо сказал Чи Сюлуну:

— Собрат-даос, эта книга, похоже, давно потеряна моей семьёй. Не могли бы вы уступить её мне? После аукциона я обязательно щедро вас отблагодарю!

Чи Сюлун усмехнулся. Давно потеряна? Призраки тебе поверят! В этой книге точно скрыты древние тайны!

Шэнь Цзиньи хотел что-то сказать, чтобы отговорить его, но, увидев твёрдость Чи Сюлуна, всё же промолчал.

Поскольку переговоры, похоже, не сработали, Лу Ян решил поднять ставку:

— Тысяча двести низкосортных духовных камней!

— Две тысячи. — Чи Сюлун даже глазом не моргнул. Раз он так робко торгуется, он точно не на стадии Закладки фундамента.

Лу Ян пошёл ва-банк:

— Две тысячи триста низкосортных духовных камней!

— Три тысячи. — Чи Сюлун оставался всё таким же небрежным.

Лу Ян повернулся к Мэн Цзинчжоу.

— Одолжи мне тысячу духовных камней. Обещаю, в следующем году верну!

— Ладно, — охотно согласился Мэн Цзинчжоу.

— Три тысячи триста низкосортных духовных камней!

— Четыре тысячи!

Лу Ян продолжал занимать деньги, но перед богатством Чи Сюлуна все его усилия были бесполезны.

В конце концов Чи Сюлун выиграл книгу техники изменения облика за поразительные восемь тысяч духовных камней, а Лу Ян втайне проливал слёзы радости, заработав восемь тысяч духовных камней. Для обеих сторон это была победа; все остались довольны.

После окончания аукциона Лу Ян и остальные едва добрались до подножия пустынной горы, как их остановили Чи Сюлун и Шэнь Цзиньи.

— Ч-что… что вы хотите сделать?!

Уголки губ Чи Сюлуна исказились в жестокой улыбке.

— А как ты думаешь? Не строй из себя дурака, мальчишка. Меня ещё никто не обманывал!

Чи Сюлун достал экземпляр Техники изменения облика в стиле Лу и выпустил волны ауры культиватора Закладки фундамента.

— Говори, какая древняя тайна скрыта в этой книге! Скажешь правду — я сохраню вам жизнь. Осмелишься солгать — не вини меня за беспощадность!

При этом отпускать их четверых Чи Сюлун вовсе не собирался. Чем меньше людей знают об этом, тем лучше. К тому же эта девушка красивая; перед смертью можно над ней надругаться.

Раз эти четверо даже несколько тысяч духовных камней выложить не могут, они наверняка на стадии Тренировки ци. А культиваторы Тренировки ци против меня не имеют ни единого шанса!

Лу Ян вздохнул. Помнится, глава филиала Чу велел мне устроить побольше неприятностей во время Праздника весеннего урожая. Неужели глава филиала Чу уже предвидел сегодняшнюю ситуацию и намекал, что мне следует убить Чи Сюлуна и Шэнь Цзиньи?

Ничто не ускользает от искусных расчётов главы филиала Чу!

Лу Ян снял маску, открыв своё настоящее лицо.

— Чи Сюлун, нам ведь не обязательно доводить отношения до такой напряжённости, верно?

После этого он незаметно достал записывающую жемчужину.

— Лу Ян! Умри! — Чи Сюлун взорвался яростью, мгновенно поняв, что Лу Ян всё это время водил его за нос. Всё, что происходило на аукционе, было спектаклем, поставленным для меня!

— Между нами наверняка есть недоразумение. Должно быть, какой-то низкий человек пытается посеять рознь. Давайте так: пойдём к главе филиала Чу и всё проясним. Даже если ты не веришь мне, ты ведь должен доверять главе филиала Чу, верно?

При упоминании главы филиала Чу гнев Чи Сюлуна только усилился.

— Ты ещё смеешь упоминать главу филиала Чу? У тебя нет на это права! Это ты, должно быть, заморочил ему голову, чтобы стать управляющим. Какой ещё низкий человек? Ты и есть низкий человек!

— Я — низкий человек? Не говори ерунды! — Лу Ян отчаянно попытался защититься.

Чи Сюлун холодно усмехнулся.

— Не думай, что я не знаю обо всех грязных делишках, которые ты, ублюдок, провернул! Перед главой филиала Чу ты строишь из себя хорошего мальчика и послушного поддакивалу, но с тех пор как ты вступил в культ, всё, что ты делал, было направлено на то, чтобы нам вредить. Я подозреваю, что ты шпион, посланный праведным путём!

Разумеется, Чи Сюлун произнёс это в порыве гнева. Если бы он действительно считал Лу Яна шпионом праведного пути, то давно бы тайно следил за ним и искал доказательства.

Лу Ян тяжело вздохнул и убрал записывающую жемчужину. Вытащив меч Цинфэн, он с сожалением сказал:

— В таком случае, похоже, у нас остаётся только один выход — сражаться.

Чи Сюлун и Шэнь Цзиньи презрительно скривили губы и приготовили оружие.

Мэн Цзинчжоу, Ман Гу и Лань Тин сделали то же самое.

Бой начался.

---

Лу Ян принёс главе филиала Чу новость о смерти Чи Сюлуна и Шэнь Цзиньи.

Какими бы сильными ни были Чи Сюлун и Шэнь Цзиньи, против четырёх учеников бессмертных сект они выжить не могли. Это было одностороннее подавление. Эти двое умерли настолько ужасно, что у Лань Тин пропал аппетит.

Предъявив записывающую жемчужину, Лу Ян объяснил главе филиала Чу:

— Вы знаете характер Чи Сюлуна: он убивает при малейшем несогласии. Я боялся, что случится нечто подобное, поэтому заранее подготовил записывающую жемчужину, чтобы он потом не пришёл к вам жаловаться на обиды и на то, что я дурно с ним обращаюсь.

— Но, похоже, теперь он уже не сможет этого сделать.

— Не знаю, что пошло не так с записывающей жемчужиной: запись получилась прерывистой. К счастью, она всё равно примерно отражает тогдашнюю ситуацию. Прошу, взгляните.

Сидя в нефритовом кресле, глава филиала Чу взял записывающую жемчужину и стал смотреть разворачивающиеся сцены.

— Чи Сюлун, нам ведь не обязательно доводить отношения до такой напряжённости, верно? — Лу Ян изо всех сил пытался спасти отношения между ними.

— Лу Ян! Умри! — очевидно, Чи Сюлун не оценил этот жест.

— Между нами наверняка есть недоразумение. Должно быть, какой-то низкий человек пытается посеять рознь. Давайте так: пойдём к главе филиала Чу и всё проясним. Даже если ты не веришь мне, ты ведь должен доверять главе филиала Чу, верно?

— Глава филиала Чу… позволил тебе стать управляющим… низкий человек!

— …низкий человек? Не говори ерунды! — Лу Ян пытался убедить его доводами.

— Не думай, что я не знаю… ублюдок… грязные делишки!

— …глава филиала Чу… строишь из себя хорошего мальчика и послушного поддакивалу… вступил в культ, всё было направлено на то, чтобы нам вредить… подозреваю… шпион, посланный праведным путём!

На этом запись оборвалась, оставив главу филиала Чу скрежетать зубами.

Лу Ян возмущённо заговорил:

— Глава филиала, пусть мы и люди демонического пути, пусть между нами есть соперничество и вспышки гнева, но я умею отвечать добром на добро. Вы хорошо ко мне относились, и когда я увидел, как Чи Сюлун клевещет на вас, а Шэнь Цзиньи даже не пытается его остановить, во мне поднялась ярость. Охваченный гневом, я позвал Мэн Цзинчжоу и остальных, и мы вместе его убили! Во время боя было неудобно записывать, поэтому я убрал записывающую жемчужину.

Лу Ян, разумеется, не собирался давать главе филиала Чу увидеть их боевые стили.

Глава филиала Чу громко похвалил его; в голосе звучала ярость на Чи Сюлуна:

— Правильно, что убили! Эти два ублюдка заслуживали смерти!

Глава филиала Чу знал о недовольстве Чи Сюлуна, но, учитывая его талант, всё же позвал его и дал наставление. Тогда Чи Сюлун даже клялся в верности и утверждал, что справится лучше Лу Яна. Но теперь, похоже, он всё ещё затаил обиду. Подумать только, он даже произносил такую нелепость, будто я — шпион праведного пути.

Как в Культе Вечности может быть шпион праведного пути?!

— Лу Ян, уничтожив две крупные угрозы, ты оказал мне большую услугу! Когда прибудет проверяющий, я обязательно замолвлю за тебя слово!

— Я получил сообщение от проверяющего. Он сказал, что давно слышал о Празднике весеннего урожая, поэтому сдвинул свой график и прибудет в уезд Яньцзян как раз во время праздника. Будь морально готов: перед проверяющим не робей.

— Понял.

Когда Лу Ян выходил из яньцзянского филиала, он увидел, как ему навстречу идут другие управляющие — Ван Хэ, Бай Цзыфан и прочие. Они слегка кивнули ему в знак приветствия. Этот Лу Ян, недавно повышенный до управляющего, — любимчик главы филиала Чу. Его нельзя обижать.

Ван Хэ и остальные проработали в филиале несколько десятков лет и потому были посвящены в некоторые дела. Они предположили, что глава филиала Чу назначил Лу Яна и двух других напрямую из-за их впечатляющего выступления на отборочных испытаниях. Особенно Лу Яна: возможно, среди всех троих именно он получил высшую оценку.

Ван Хэ пробормотал:

— Глава филиала всегда человек практичный: если выгоды нет, он и рано не встанет. Очень возможно, что он знает: в будущем Лу Ян поднимется высоко, поэтому хочет наладить с ним хорошие отношения ещё до того, как тот прославится, чтобы потом увеличить свои шансы на повышение.

Они знали, что самое большое честолюбивое желание главы филиала — подняться по службе и стать главой филиала в экономически процветающем регионе. Поэтому предстоящему визиту проверяющего он придавал особое значение.

— Может, нас в этот раз как раз из-за проверяющего и позвали.

— Кстати, главе филиала всё ещё не хватает одного критерия для повышения, верно? Он уже достиг стадии Зарождающейся души?

Для повышения в Культе Вечности важным показателем была не только вера в Бессмертного Вечности: там также смотрели на культивацию.

— Кто знает. Может, он давно достиг этой стадии, просто нам не сказал. Он никогда не объясняет, что делает, а мы тоже не знаем, какие намерения стоят за его поступками.

Стиль главы филиала Чу отражал стиль всего демонического культа: он был пропитан недоверием. Хотя глава филиала Чу, казалось, доверял Лу Яну, на самом деле он ни разу не открыл ему никакой информации о себе.

Лу Ян почти ничего не знал о главе филиала Чу.

---

Наступил Праздник весеннего урожая, и поток клиентов в шашлычной достиг пика. Многие приезжие торговцы уже почуяли в шашлычной деловую возможность и предлагали Лу Яну открыть филиалы: Лу Ян даст рецепт, а они вложат деньги.

Всех без исключения Лу Ян прогонял с мрачным лицом.

Были и культиваторы, которые хотели поесть и сбежать не заплатив, но стоило им увидеть три шёлковых знамени на стене, как они проглатывали свои нереалистичные мысли и послушно платили.

С помощью Автоматической шашлычной формации у двух призраков тигриных прислужников оставалось больше времени на нанизывание. Поэтому, даже принимая больше гостей, чем обычно, шашлычная работала гладко.

— Шашлычная «Ещё разок»... да, это она! Тётя сказала, что здесь особенно вкусно и что, если я приеду в уезд Яньцзян, обязательно должен хотя бы раз попробовать!

— Смотри, у них ещё и акция.

При покупке в нашей лавке вы можете получить купон и воспользоваться скидкой десять процентов в тофу-лавке на улице Цяньмэнь. Потратьте один серебряный, чтобы один раз поучаствовать в колесе удачи; попытки можно накапливать без верхнего предела. Количество призов ограничено, выдаются в порядке очереди.

— Пойдём попробуем.

Двое встали в конец извилистой очереди, не зная, сколько им придётся ждать.

У входа в шашлычную Мэн Цзинчжоу был чрезвычайно занят колесом удачи. На счастливом колесе были надписи: «Ещё разок», «Приз третьей степени», «Приз второй степени», «Приз первой степени» и «Особый приз».

— Поздравляем этого гостя с призом второй степени! На текущий счёт вы получаете скидку шестьдесят процентов! Давайте ему поаплодируем! — Мэн Цзинчжоу хлопал с воодушевлением, выглядя даже радостнее победителя.

— Появился приз первой степени! Весь счёт этого гостя оплачивает заведение!

— Особый приз! Кто-то действительно выиграл особый приз!

Гость удивился, что выиграл особый приз, и радостно спросил:

— А что такое особый приз?

Мэн Цзинчжоу схватил гостя за руку и горячо сказал:

— Поздравляю, вы выиграли возможность побыть официантом в нашей лавке! Другим приходится платить за опыт и радость работы официантом у нас, а вам невероятно повезло: вы получите этот опыт бесплатно!

— Учитывая, что задымлённый и жаркий задний двор может оказаться для вас неприятной средой, наши профессиональные сотрудники будут выносить шампуры к входу во двор, чтобы вам даже не пришлось туда заходить! — На лице Мэн Цзинчжоу было написано: «Не благодарите нас за заботу».

Гость спросил:

— ...Можно обменять это на приз первой степени?

— Нет.

Гость отказался от особого приза.

До сих пор Мэн Цзинчжоу так и не удалось успешно обманом заставить кого-нибудь принять особый приз, но сам процесс попыток доставлял ему удовольствие.

Внутри шашлычной Лу Ян носил поднос, лавируя между гостями. Шаги его были лёгкими, движения — проворными. Нижняя часть тела держалась устойчиво, и поднос с шашлыками стоял ровно, ни разу не задев посетителей; он словно мог пройти через сад цветов, не коснувшись ни одного листка. После более чем месяца тренировки официантом его работа ног заметно улучшилась.

— Советник Ма, регистратор Чи, как еда? — Лу Ян с улыбкой поздоровался с двумя гостями. Эти двое были чиновниками уезда и часто приходили сюда выпить и съесть пару шашлыков.

— Всё так же вкусно! Хозяин Лу, если хотите знать моё мнение, ваши умения здесь пропадают зря. Вам надо открывать лавки в уездах покрупнее. Гарантирую, заработаете больше нынешнего!

— Эй, хватит нести чепуху. Ты не слышал? Хозяин Лу даже филиал открывать не хочет. Очевидно же, что он открыл лавку из интереса, а не ради денег.

Лу Ян мог только виновато улыбнуться:

— Желаю вам обоим приятно провести Праздник весеннего урожая.

Оба уже явно были навеселе, щёки у них раскраснелись. Советник Ма начал изливать все обиды:

— Стоит только заговорить о Празднике весеннего урожая, как я злюсь. Изначально было семь дней отдыха — наконец-то длинные выходные! Но не знаю, чья блестящая идея была сократить их до трёх дней.

— Что вообще можно сделать за три дня? И у них ещё хватает наглости сгладить это словами «короткие длинные выходные». Вы только послушайте! В этом есть смысл? Если перед «длинными выходными» добавить «короткие», это всё ещё считается длинными выходными?

— Желаю тому, кто придумал этот термин, «короткого долголетия»!

Регистратор Чи поспешно закрыл Советнику Ма рот.

— Такое нельзя говорить как попало! Ты пришёл поздно, так что понятно, почему не знаешь, но это была идея губернатора уезда Ли!

Советник Ма фыркнул.

— Значит, он. Способностей немного, зато идей навалом.

Регистратор Чи был осведомлённее и поделился:

— Тише! Сейчас нельзя плохо говорить о губернаторе Ли. Я слышал, что он нашёл себе путь: схватил в уезде трёх злобных демонических культиваторов. С такой большой заслугой он наверняка скоро пойдёт на повышение. А главный констебль Фан Цинъюнь займёт его должность!

Губы Советника Ма дёрнулись от презрения к губернатору Ли. В любом случае губернатор Ли не станет обращать внимание на такого мелкого человека, как я.

— Несколько дней назад коллега жаловался мне: губернатор Ли внезапно приказал ямэньским стражникам работать сверхурочно среди ночи, велел за одну ночь расставить все маленькие флажки и не ошибиться ни в одной позиции. Он ещё и устроил представление — лично надзирал за ними. Ему как культиватору Золотого ядра спать не нужно, но другим-то нужно! Многие стражники засыпали прямо во время работы!

Лу Ян налил обоим вина.

— Я пойду займусь другими делами.

— Иди, хозяин Лу, о нас не беспокойся.

В первую ночь Праздника весеннего урожая четверо людей и два призрака были совершенно выжаты.

Перед сном Ман Гу кое-что вспомнил:

— Если я не ошибаюсь, призракам ведь не нужно спать. Может, назначим им работу ещё и на ночь?

Лань Тин изначально привыкла ночами сидеть в медитации вместо сна, но с тех пор, как присоединилась к шашлычной, у неё появилась хорошая привычка спать ночью.

Когда четверо проснулись, они чувствовали себя бодрыми. Отчасти это было благодаря формации, которую поставила Лань Тин.

— Пойдём! Я ещё не наигрался! — Мэн Цзинчжоу был самым энергичным и пытался разбудить Лу Яна так, словно гнал свинью.

Лу Ян пнул Мэн Цзинчжоу и лишь после этого неохотно поднялся с постели.

Ман Гу встал раньше всех и уже успел сходить на рынок за припасами. Он приготовил котёл супа с клёцками, разбил туда четыре яйца и добавил несколько капель кунжутного масла; аромат наполнил весь зал.

Лу Ян любил уксус, поэтому добавил в свою миску маленькую ложку. После еды четверо отправились наружу, чувствуя прилив сил.

Было ещё довольно рано, но улицы уже заполнили туристы. Лу Ян слышал, что постоялые дворы давно полностью заняты, и многие предпочли останавливаться в гостевых домах. На лицах людей сияли весёлые улыбки; дети носили тофу-маски, похожие на маску Лу Яна, держали большие вертушки и прыгали вокруг, а родители крепко держали их за руки, опасаясь, что те потеряются.

— Живо, как на храмовой ярмарке.

— Слышал? Кто-то привёз с юга огромное существо. Оно прямо у реки! Пойдём посмотрим! — взволнованно поделился кто-то со спутником.

Услышав их разговор, Мэн Цзинчжоу не смог сдержать любопытства и повёл троих к берегу посмотреть на огромное существо.

Четверо снова пришли к знакомому Большому Каменному мосту; только на этот раз они стояли на нём. По обеим сторонам моста были воткнуты маленькие флажки.

Увидев огромное существо, Мэн Цзинчжоу разочаровался:

— Я думал, там что-то необыкновенное. А это всего лишь слон.

Каждый год берега реки Скрытый Дракон становились местом сбора туристов. Теперь, когда кто-то выставил слона для привлечения внимания, любопытных зевак стало ещё больше.

Лу Ян, конечно, видел слонов. Мэн Цзинчжоу и Лань Тин происходили из аристократических семей и видели больше странностей, чем Лу Ян вообще слышал. А Ман Гу жил в дикой местности и даже охотился на слонов.

Но у большинства людей такого опыта не было. Огромные существа вроде слона вызывали у них невероятный интерес.

Один турист восхитился:

— Это демонический зверь? Такой огромный, ещё и нос такой длинный, и зубы?

Владелец слона, культиватор Закладки фундамента, объяснил:

— Это действительно демонический зверь, но уровень культивации демонических зверей трудно определить. Примерно шестой уровень Тренировки ци. Однако его размер никак не связан с тем, что он демонический зверь. Такой вид живых существ называется слонами; все они вырастают такими большими, когда становятся взрослыми.

Турист продолжил спрашивать:

— А сколько весит такое огромное существо?

Владелец слона невольно рассмеялся. Кто знает? Не существует же весов, достаточно больших, чтобы его взвесить.

Другой турист предложил:

— Раз мы как раз рядом с рекой, можно поставить слона на большую лодку и отметить место, до которого поднимется вода. Потом нагрузим лодку камнями. Когда отметка снова коснётся воды, взвесим камни — и узнаем, сколько весит слон.

Владелец слона тоже хотел знать, сколько весит его духовный питомец, и охотно согласился.

По приказу владельца слона загнали на лодку. Но для мелководья он оказался слишком тяжёлым, поэтому владелец погнал лодку к середине реки, достал маленький нож и сделал зарубку в месте, где борт касался поверхности воды.

Как раз когда владелец собирался грести обратно, слон вдруг поднял голову, заметил Ман Гу и мгновенно перепугался.

Демонические звери были чрезвычайно чувствительны к колебаниям ауры. Древнее варварское племя часто охотилось на слонов в дикой местности, и в их крови текла свирепая убийственная воля. Хотя слон не понимал глубинной причины, холод сам собой пополз у него по сердцу — это исходило от подавления родословной.

В панике слон с плеском свалился в воду и ушёл прямо ко дну.

Люди на берегах ахнули в растерянности и стали торопить владельца слона скорее его спасать. К их удивлению, владелец слона спокойно отметил место, где тот упал.

— Вот здесь слон упал в воду.

Толпа ничего не понимала, но владелец слона не стал объяснять. Когда он почти добрался до берега, он указал на зарубку и крикнул:

— Мой слон упал отсюда, значит, он всё ещё прямо здесь!

Все расхохотались, решив, что он шутит.

Вдруг река забурлила, появился водоворот. Из-под самой отметки вылетел слон, хлопая огромными ушами.

Это был вид, обитающий только в южном регионе, — гигантский летающий слон.

Увидев всю сцену своими глазами, Ман Гу нахмурился, а потом хлопнул ладонью по кулаку, словно понял.

— Вспомнил! Мы на занятиях учили эту идиому. Это называется «сделать зарубку на лодке, чтобы найти слона!»[1]

Теперь я глубоко понял эту идиому.

Лу Ян: «...»

Чему вас вообще учили на занятиях?

Мэн Цзинчжоу рассмеялся:

— Помню, когда мы впервые нашли первый Талисман обращения долголетия под мостом, я был очень потрясён, что такая штука вообще существует. К счастью, мы уже доложили.

Лу Ян уже собирался подхватить шутку Мэн Цзинчжоу, но маленький флажок перед ним вдруг привлёк его внимание. Улыбка исчезла с его лица, словно он что-то вспомнил. Он выдернул флажок и, нахмурившись, стал рассматривать его на солнце. Увидев, как маленький флажок выглядит под солнечным светом, он ощутил холод в сердце.

— Что такое? — Мэн Цзинчжоу заметил, что с Лу Яном что-то не так: тот уже долго не отвечал на его поддёвку.

Лицо Лу Яна стало серьёзным. Он указал на едва различимый узор на маленьком флажке.

— Посмотрите на этот узор. Что он вам напоминает?

— Талисман обращения долголетия?! — первой отреагировала Лань Тин: с этим узором она была знакома лучше всех.

Мэн Цзинчжоу расширил глаза. Узор на маленьком флажке был почти незаметен; без прямого солнечного света его едва можно было различить. Даже если кто-то увидел бы его, туристы, скорее всего, решили бы, что это особенность Праздника весеннего урожая. Сколько людей вообще знает, как выглядит символ Талисмана обращения долголетия?

— Не паникуйте! Может, Формация обращения долголетия ещё не полностью расставлена! — Мэн Цзинчжоу уговаривал себя сохранять спокойствие.

Лу Ян хладнокровно проанализировал:

— Это невозможно. Не забывайте: таких маленьких флажков не один и не два. Ими утыкан весь уезд Яньцзян!

Кто бы мог подумать, что маленькие флажки с рисунком Талисмана обращения долголетия спрятаны среди обычных флажков?!

Лу Ян продолжил:

— Иными словами, Формация обращения долголетия уже завершена и нагло выставлена перед всеми, просто её пока никто не заметил!

— Тогда почему формация ещё не активирована? — Мэн Цзинчжоу вспомнил: чтобы, помимо расстановки Талисманов обращения долголетия, образовать Формацию обращения долголетия, нужно ещё одно условие — кровавое жертвоприношение. Для виновника убить нескольких людей проще простого; раз он осмелился расставить формацию, чего он ждёт?

Лу Ян холодно сказал:

— Он ждёт людей. Сейчас на Празднике весеннего урожая ещё недостаточно людей; бесчисленное множество всё ещё направляется в уезд Яньцзян! — Формация обращения долголетия похищает долголетие смертных и превращает его в культивацию того, кто поставил формацию. Чем больше смертных она ограбит, тем сильнее вырастет культивация!

Мэн Цзинчжоу тоже связал всё воедино:

— По традиции во вторую ночь Праздника весеннего урожая люди собираются на улицах петь, устраивают пиры у реки и выступления!

Сегодня был второй день Праздника весеннего урожая.

[1] Оригинальная идиома — «сделать зарубку на лодке, чтобы найти меч»; она означает негибкость перед изменениями или цепляние за устаревший подход.

На Большом Каменном мосту собиралось всё больше людей, и Лу Ян предложил сначала уйти отсюда и найти более уединённое место.

Когда четверо пришли в глухой горный лес, Лу Ян достал карту уезда Яньцзян, на которой были отмечены узлы Формации обращения долголетия, выведенные ими ранее.

— Узлы Формации обращения долголетия должны всё ещё находиться в тех же местах. Прежде чем действовать, я хочу кое-что уточнить. Лань Тин, когда ты говорила «кровавое жертвоприношение», ты имела в виду убийство людей у узлов или принесение в жертву эссенциальной крови культиваторов для активации формации?

Лань Тин смутилась от вопроса Лу Яна.

— Оба метода возможны, но обычно выбирают первый: нужно всего лишь убить смертных. Если использовать слишком много эссенциальной крови культиватора, это повлияет на его культивацию и навредит будущим тренировкам.

Лу Ян немного подумал.

— Тогда человек, поставивший формацию, скорее всего, воспользуется вторым методом.

Остальные трое были озадачены. Они считали, что человек, поставивший формацию, может быть только демоническим культиватором. А демоническому культиватору, естественно, куда удобнее убивать людей, чем использовать эссенциальную кровь.

Лу Ян возразил:

— Как вы думаете, у кого есть такая влиятельная власть, чтобы спрятать Талисманы обращения долголетия среди маленьких флажков и намеренно заставить всё расставить за одну ночь, пользуясь темнотой? Даже если кто-то задремал бы, это не вызвало бы подозрений.

В голове Мэн Цзинчжоу тут же щёлкнул ответ:

— У кого-то из властей. Причём на высокой должности!

Лу Ян кивнул.

— Верно. Если точнее — у губернатора уезда.

— Что?!

Ман Гу и Лань Тин побледнели, а Мэн Цзинчжоу не слишком удивился: он уже делал похожие предположения. Когда они только вошли в уезд Яньцзян, Мэн Цзинчжоу уже говорил, что сговор властей и демонического пути не такая уж редкость.

— Вчера ночью я случайно услышал, как люди из властей говорили: губернатор Ли лично надзирал за расстановкой маленьких флажков и требовал, чтобы в их расположении не было ни единой ошибки.

— Разве такое дело действительно требует личного надзора губернатора уезда? Даже оправдание, будто он дотошен и предан народу, слишком натянуто!

— Это может означать только одно: губернатор Ли воспользовался этими маленькими флажками, чтобы поставить Формацию обращения долголетия, покрывающую весь уезд!

Ман Гу вдруг осознал, насколько тёмен этот мир.

— То есть шпион, которого яньцзянский филиал внедрил в уезд Яньцзян, — это губернатор Ли. С его культивацией и положением отношения между ними скорее надо назвать не внедрением, а сотрудничеством, верно?

Лу Ян покачал головой.

— Он не шпион и не партнёр по сотрудничеству. Я подозреваю, что губернатор Ли и глава филиала Чу — один и тот же человек. Прямых доказательств у меня нет, но есть два подозрительных момента.

— Во-первых, глава филиала Чу всегда вызывает нас ночью. Я проверил у других управляющих: в остальных филиалах такого нет.

— Во-вторых, и глава филиала Чу, и губернатор Ли вот-вот получат повышение, причём сроки почти совпадают.

Ман Гу втянул холодный воздух. Мир оказался ещё темнее, чем я думал. Если глава филиала Чу и губернатор Ли — один и тот же человек, значит, он пользуется и праведным, и демоническим путём?!

— Конечно, они всё ещё могут оказаться двумя разными людьми. В конце концов, это лишь догадка. Но какая бы возможность ни оказалась верной, способ активации Формации обращения долголетия точно не будет убийством смертных!

Ман Гу всё ещё не до конца понимал, поэтому Мэн Цзинчжоу объяснил:

— Губернатор Ли ждёт повышения. Если во время Праздника весеннего урожая начнётся массовая резня, думаешь, он всё ещё получит это повышение? Даже если у него есть связи наверху, его всё равно не смогут так откровенно продвинуть при таких обстоятельствах. К тому же, с его положением губернатора уезда, разве ему трудно достать эссенциальную кровь культиваторов? Он легко может выбрать нескольких культиваторов из тюрьмы.

У Лань Тин всё ещё оставались вопросы:

— А то, что губернатор Ли и Чжан Красный-на-Чжан оба ставят Формацию обращения долголетия, — совпадение или между ними есть связь?

— Думаю, связь самая прямая, — предположил Лу Ян. Разобравшись в отношениях между главой филиала Чу и губернатором Ли, он взглянул на многие вещи по-новому.

— В одиночку поймать трёх демонических культиваторов Закладки фундамента — для губернатора Ли, очевидно, огромная политическая заслуга. Если бы здесь не было демонического филиала, в маленьком уезде не нашлось бы столько демонических культиваторов Закладки фундамента. По сути, это почти равносильно уничтожению руководителей демонических культиваторов в одном уезде.

— После активации Формации обращения долголетия на поверхности всё может быть незаметно, но со временем люди точно почувствуют неладное.

— Если бы Чжан Красный-на-Чжан не действовал первым, власти непременно приложили бы все силы к поиску виновника. Тогда яньцзянский филиал и губернатор Ли оказались бы под угрозой разоблачения.

— Губернатор Ли достаточно хитёр, чтобы заранее устроить роль Чжана Красного-на-Чжан. Раз Чжан Красный-на-Чжан первым оказался связан с установкой Формации обращения долголетия, даже если губернатор Ли активирует формацию и сократит долголетие смертных, власти будут смотреть только на Чжана Красного-на-Чжан.

Ман Гу поразился:

— Но Чжан Красный-на-Чжан не преуспел.

Лу Ян усмехнулся:

— То, что он не преуспел, — только версия Чжана Красного-на-Чжан. Может быть, формацию активировали, но из-за неправильного обращения с его стороны она только сократила долголетие и не увеличила культивацию. В конце концов, формация ему незнакома, всякое могло случиться.

Ман Гу всё ещё не мог ухватить всю ситуацию.

— Но двое спутников Чжана Красного-на-Чжан тоже могли проверить, успешно ли всё расставлено.

Лу Ян возразил:

— Спутников? С каких пор у демонических культиваторов есть спутники? Они просто взаимно используют друг друга. Совершенно разумно, что Чжан Красный-на-Чжан не сказал тем двоим правду.

— Когда есть такой очевидный подозреваемый, кого ещё будут подозревать? К тому же, если посмотреть на длинный список преступлений Чжана Красного-на-Чжан, смертная казнь неизбежна. К моменту, когда власти поймут, что Формация обращения долголетия уже была активирована, Чжана Красного-на-Чжан, возможно, уже приговорят к смерти. Кто станет подозревать губернатора Ли, когда есть такой козёл отпущения?

Мэн Цзинчжоу и Лань Тин снова и снова кивали, признавая точку зрения Лу Яна.

Лу Ян снова спросил:

— Кроме того, для кровавого жертвоприношения нужны семь узлов?

Лань Тин изумлённо посмотрела на Лу Яна и кивнула. Откуда Лу Ян это знает? Разве он не говорил, что не разбирается в формациях?

— Вчера, когда я уходил, встретил семь управляющих. Глава филиала Чу срочно их вызвал, вероятно, для какого-то задания. Думаю, он поручил им доставить эссенциальную кровь к узлам и ждать подходящего момента.

— Расскажи нам подробнее о Формации обращения долголетия.

Лань Тин не стала медлить и обвела на карте уезда Яньцзян семь точек.

— Эти семь мест — ключевые узлы активации. Они расположены рядом с живописными местами уезда Яньцзян. А фокус формации находится... на полпути к вершине Сосновой горы!

Чтобы прорваться с помощью Формации обращения долголетия, естественно, требовалось безлюдное место.

— Сначала уберём часть Талисманов обращения долголетия, чтобы формация не смогла активироваться. Но так мы, скорее всего, привлечём внимание главы филиала Чу. Вместо того чтобы ждать, пока он сам придёт за нами, лучше заранее устроить засаду и застать его врасплох, — предложил Лу Ян.

Именно потому, что Лу Ян опасался возможной схватки с главой филиала Чу, он специально не оставил записи их боевых стилей в записывающей сфере.

Остальным троим стало не по себе. Глава филиала Чу был на стадии Золотого ядра; когда придёт время, это будет бой не на жизнь, а на смерть.

— Мы можем доложить властям? Сообщить Фан Цинъюню? — спросил Ман Гу.

Лу Ян покачал головой.

— Как только Фан Цинъюнь узнает о формациях на маленьких флажках, он непременно свяжет это с губернатором Ли. А если губернатора Ли схватят, наши личности членов демонического культа тоже раскроются.

Лань Тин нерешительно сказала:

— Но если только четверо из нас выступят против культиватора Золотого ядра, боюсь, победить будет трудно.

Лу Ян, напротив, был весьма уверен:

— Не волнуйся. Просто подготовимся по максимуму. Если случится худший вариант, у меня всё ещё есть запасной план.

— Какой?

— Кулак звериных форм Старшей сестры!

Услышав это, Мэн Цзинчжоу и Ман Гу резко изменились в лице. Лань Тин не поняла их бурной реакции.

— Что такое Кулак звериных форм Старшей сестры?

Лу Ян гордо ответил:

— Это предельная техника Кулака звериных форм в стиле Лу!

Лань Тин кивнула, хотя на самом деле ничего не поняла.

Фан Цинъюнь зевнул от чистой скуки. До главного празднества Праздника весеннего урожая оставалось меньше часа. К счастью, они тщательно подготовились, включая разные запасные планы, и пока никаких неожиданных происшествий не случилось.

Когда Фан Цинъюнь услышал, что слон упал в воду, а потом снова вылетел наружу, он отправил человека вынести предупреждение: без разрешения летать в уезде нельзя, это слишком опасно. Кроме того, демонические звери, входящие в уезд, должны быть поставлены на учёт, так что владелец слона обязан был отвести слона на регистрацию.

Такие мелочи заняли у Фан Цинъюня весь день.

— Надеюсь, сегодня ночью ничего не случится. Надеюсь, никто не разведёт костёр и не устроит лесной пожар. Надеюсь, во время представлений не будет давки. Надеюсь, никто не приревнует и не начнёт драку на улице... — бормотал Фан Цинъюнь, перечисляя все случаи, происходившие в прошлые годы.

— Цинъюнь, я сначала уйду, — сообщил губернатор Ли перед уходом.

— Берегите себя, — ответил Фан Цинъюнь уважительнее обычного: он слышал, что на этот раз никаких новых начальников из ниоткуда не появится. Всё благодаря добрым словам губернатора Ли я смогу занять его место. Эту услугу нужно помнить.

Губернатор Ли не был обязан присутствовать на Празднике весеннего урожая, но всё равно пришёл: так можно было показать усердие и оставить о себе похвальную репутацию. Хороший образ он всегда очень ценил. Он обнаружил, что продвигаться по службе легче, когда говоришь приятные слова, чем когда действительно работаешь. При повышении также были требования к культивации; это было негласным правилом чиновничьих кругов.

Скоро! Сегодня я поднимусь до стадии Зарождающейся души, и изменятся оба моих положения — и губернатора уезда, и главы филиала. От этих мыслей шаги губернатора Ли стали легче.

Он вошёл в узкий переулок, сначала изменил лицо, а затем надел маску. Так, даже если кто-то снимет маску, он решит, что под ней и есть настоящая внешность, и не заподозрит его личность губернатора Ли.

Осторожность незаменима, когда ходишь и по праведному, и по демоническому пути.

С его талантом он не достиг бы продвинутой стадии Золотого ядра. Однако благодаря связям и с праведным, и с демоническим путём у него был доступ к ресурсам, которые обычные люди даже представить не могли; именно это привело его к нынешним достижениям. В последние десять лет он понял, что упёрся в бутылочное горлышко и обычными средствами не сможет продвинуться до стадии Зарождающейся души. Чтобы подняться и в положении, и в культивации, он придумал Формацию обращения долголетия.

— Странно. Проверяющий должен был прибыть в уезд Яньцзян ещё до полудня. Почему он до сих пор не появился?

Губернатор Ли, а точнее глава филиала Чу, надев маску, был немного недоволен опозданием проверяющего. Он специально велел проверяющему прибыть до полудня сегодня, потому что приготовил для него сюрприз. Так называемый сюрприз заключался в том, чтобы пригласить проверяющего вместе активировать Формацию обращения долголетия и одновременно усилить культивацию.

— Что-то случилось? Я ведь специально дождался оптимального момента, когда людей больше всего, чтобы активировать формацию. Ладно, раз он не приходит, повышу собственную культивацию сам.

Сосновая гора была удалённым местом: деревья тянулись во все стороны, а горные тропы образовались из следов путников. Люди, пришедшие насладиться Праздником весеннего урожая, не стали бы от скуки забираться сюда.

Глава филиала Чу скрыл колебания ауры и направился к Сосновой горе. Чем дальше он шёл, тем меньше туристов видел. К тому времени, когда он добрался до подножия, вокруг уже не было ни одного человека. Наконец он остановился на ровном участке. На окружающих ветвях висели талисманы, слегка отличавшиеся от обычных Талисманов обращения долголетия; они должны были служить фокусом формации.

Он сел, скрестив ноги, и стал настраивать своё состояние, ожидая момента активации формации. Он уже отправил шестерых управляющих выполнить задачи, связанные с кровавым жертвоприношением. Если посчитать время, подходящий момент наступал прямо сейчас!

— Формация обращения долголетия, активируйся! — глава филиала Чу поднял руки.

С ним в центре бесшумная и невидимая сила распространилась из формации наружу. Но, достигнув определённой точки, она резко остановилась.

— Кто-то выдернул флажки! — глава филиала Чу на мгновение оцепенел, но быстро пришёл в себя и понял, что произошло.

Это не обычный случай, когда случайно выдернули несколько флажков. Другая сторона определённо знает Формацию обращения долголетия, иначе не смогла бы действовать так точно!

— Кто это?! Кто-то из властей? Не похоже. От моего внимания во властях ничего не ускользает. Какой-то неизвестный мне странник? Или... Лу Ян?! Он видел Формацию обращения долголетия!

Лу Ян — человек своеобразный. Он вполне способен на такое! Взгляд главы филиала Чу похолодел. Это всё равно что отсечь мой дальнейший путь; больнее, чем убить меня!

— Хм? Так вы меня видите, глава филиала Чу? — неподалёку раздался ленивый голос Лу Яна.

— Лу Ян! — Увидев Лу Яна, глава филиала Чу вспыхнул яростью. — Не думай, что, раз глава культа высоко тебя ценит, я не могу тебя убить. Для демонических культиваторов смерть от несчастного случая — обычное дело. Ты как раз дал мне идеальную причину!

Лу Ян немного подумал и серьёзно ответил:

— Разве вы не велели мне устроить неприятности во время Праздника весеннего урожая? Я подумал, что самая большая неприятность — избавиться от губернатора уезда. И посмотрите, какое совпадение: я несколько дней следил за губернатором и в итоге выяснил, что губернатор — это вы. Я решил, что дело надо довести до конца, так что заодно избавлюсь и от вас. Разве это не наша традиция демонического культа — не уважать начальство? — весело сказал Лу Ян.

— Ты ищешь смерти!

Ярость главы филиала Чу взорвалась.

— Как такое может быть? Я всё ещё хочу жить вечно.

— Ты всего лишь культиватор Закладки фундамента, а смеешь говорить такие дерзости? Умри! — глава филиала Чу ударил ладонью. Сила была настолько ужасающей, что деревья, которых она коснулась, рассыпались в порошок.

Лу Ян стремительно ушёл на расстояние с помощью «Сжать землю». Глава филиала Чу вдруг топнул правой ногой по земле, и по ней прокатились вибрации, словно землетрясение. Почва перевернулась, и Лу Яна тоже выбросило вместе с ней.

Сердце Лу Яна сжало от потрясения. Вот она, сила культиватора продвинутой стадии Золотого ядра. Одним пинком выбросил меня наружу.

— Цк, с ним трудно справиться.

Глава филиала Чу двигался как молния и ловко приблизился к Лу Яну. Его рука сложилась в кулачную печать; сила кулачного ветра была такой, будто он собирался забить Лу Яна насмерть.

Лу Ян вертикально поднял перед собой меч Цинфэн. Стоило главе филиала Чу ударить, и меч Цинфэн рассёк бы ему костяшки!

Глава филиала Чу немедленно отдёрнул кулак и вместо этого ударил ногой. Лу Ян, предвидев это, ответил своим ударом. Когда две ноги столкнулись, Лу Ян отлетел, используя инерцию!

Глава филиала Чу хотел продолжить атаку, но обнаружил, что вообще не может задействовать духовную энергию, словно та оказалась скована.

— Это похоже на Формацию подавления духовной энергии из тюрьмы! Как я и думал, ты разбираешься в формациях! — Глава филиала Чу свирепо уставился на Лу Яна. Хотя он не мог управлять духовной энергией, одной защиты физического тела уже хватало, чтобы Лу Яну было крайне трудно его ранить.

Формацию подавления духовной энергии временно установила Лань Тин, а намерение Лу Яна состояло в том, чтобы заманить сюда главу филиала Чу. Лу Ян ухмыльнулся и помахал главе филиала Чу на прощание.

Глава филиала Чу осмотрелся, но не нашёл ничего необычного. Вдруг он поднял голову и увидел летучее судно, зависшее над ним.

Это было летучее судно, которое Мэн Цзинчжоу только что купил в торговой гильдии.

Сейчас была ночь; на Сосновой горе стояла такая тьма, что даже тени едва различались. Иначе глава филиала Чу давно заметил бы тень, в которой стоял.

Пространство над Формацией подавления духовной энергии тоже запрещало использование духовной энергии, и летучее судно потеряло силу. Пока оно стремительно падало, Мэн Цзинчжоу спрыгнул вниз с парашютом.

Поскольку глава филиала Чу не мог использовать духовную энергию, скорость его была ограничена, и уклониться от летучего судна он бы не смог. Лу Ян, напротив, заранее рассчитал подходящее расстояние и спрятался далеко.

Летучее судно падало с небольшой высоты, как метеор, прямо на главу филиала Чу!

Бум!

Оно врезалось в землю, подняв повсюду пыль и издав оглушительный грохот; вся Сосновая гора словно содрогнулась. Внутри летучего судна, похоже, были ещё и взрывчатые вещества, которые сдетонировали при ударе. Столбы пламени взмыли в небо с оглушительным взрывом.

Лу Ян поднял Мэн Цзинчжоу большой палец.

— Хорошо быть богатым: захотел — и купил летучее судно!

Мэн Цзинчжоу тоже поднял ему большой палец.

— Если бы у них было не одно летучее судно, я купил бы ещё несколько!

Любое сокровище из торговой гильдии не могло сравниться с силой летучего судна, которое падает прямо сверху.

Как раз когда Фан Цинъюнь с чувством вспоминал спокойствие уходящего времени, он увидел, как летучее судно рухнуло на землю, и чуть не схватился за сердце от испуга.

— Вы издеваетесь?!

На месте падения летучего судна воздух был полон дыма и пыли. Маска главы филиала Чу разбилась, и он уже не мог поддерживать технику изменения облика, открыв истинную внешность — это был не кто иной, как губернатор уезда Ли! Левая рука его капала кровью и бесконтрольно дрожала; очевидно, она уже была бесполезна.

Мэн Цзинчжоу приземлился и остался недоволен результатом.

— Вот бы у нас было ещё одно летучее судно.

Глава филиала Чу глубоко вдохнул, собираясь сказать несколько уместных слов, но вдруг яростно закашлялся, и к уголкам его глаз потянулись тонкие струйки крови.

— Этот дым ядовит! — Он поспешно задержал дыхание, а сердце распухло от ярости.

Вот она, настоящая совместная работа Врождённого демонического зародыша и Нисшедшего демонического Дао. Сначала поймали меня Формацией подавления духовной энергии, потом уронили на меня летучее судно, набитое взрывчаткой, которой хватило бы, чтобы вскрыть шахту, и даже дым после взрыва оказался ядовитым! Вы двое как старые свиноматки в лифчиках — схема на схеме![1]

Изначально глава филиала Чу подозревал, что Лу Ян — шпион праведного пути, присланный уничтожить Формацию обращения долголетия, потому что та вредила другим ради собственной выгоды; он решил, что глава культа ошибся в Лу Яне. Но теперь, когда я вижу такую сложную цепочку расчётов, я не поверю, даже если Лу Ян сам заявит, что он шпион праведного пути!

Поскольку летучее судно повредило Формацию подавления духовной энергии, глава филиала Чу вновь обрёл духовную энергию. Однако теперь ему приходилось направлять часть духовной энергии на подавление яда, просачивающегося в тело. При обычных обстоятельствах он мог бы изгнать токсины за несколько вдохов, но Лу Ян и Мэн Цзинчжоу точно не собирались давать ему такой шанс.

Мэн Цзинчжоу активировал свою технику культивации: его тело стало бронзового цвета, а сам он превратился в свирепого тигра, чей рёв прокатился по лесу.

— Шесть форм, потрясающих небеса!

Это было уникальное искусство Третьего старейшины, хотя Мэн Цзинчжоу лишь едва коснулся его поверхности.

Его ци и кровь вздымались, и каждый удар кулаком был полон взрывной силы. Каждый выпад бесшовно следовал за предыдущим, волны мощи грохотали одна за другой, и все они обрушивались на лицо главы филиала Чу.

Несмотря на раны, глава филиала Чу всё-таки был культиватором продвинутой стадии Золотого ядра. Одной рукой он заблокировал оба кулака Мэн Цзинчжоу.

С другой стороны, Лу Ян, держа меч Цинфэн, двигался как убийца и бесшумно появился за спиной главы филиала Чу. Однако реакция главы филиала Чу была невероятно острой: он ловко ударил правой ногой и снова отправил Лу Яна в полёт.

Ман Гу появился в направлении, куда отбросило Лу Яна, схватил его за ноги, раскрутился на месте и швырнул обратно. Лу Ян, словно острый меч, рассёк воздух мечом Цинфэн и ударил в шею главы филиала Чу.

Глава филиала Чу одним ударом ладони отшвырнул Мэн Цзинчжоу, гибко развернулся и зажал неудержимый меч Цинфэн локтем и коленом.

След Древней варварской родословной в Ман Гу был пробуждён, и его тело выросло на целый размер. Мышцы и кости трещали от силы, плоть стала грубой. Он ринулся вперёд, словно дикий слон, готовый опрокинуть горы и перевернуть моря.

Глава филиала Чу усмехнулся. Каким бы сильным ты ни был, неужели ты правда думаешь превзойти меня, культиватора продвинутой стадии Золотого ядра?

К его удивлению, когда Ман Гу уже должен был столкнуться с ним, тот перевернул ладонь, выпустив несколько острых бамбуковых шпажек в глаза главы филиала Чу. Глава филиала Чу немедленно закрыл глаза и увернулся от шпажек.

Когда за его спиной появилась ещё одна группа бамбуковых шпажек, глава филиала Чу услышал их. Он направил силу Золотого ядра и образовал на поверхности тела золотую плёнку, блокируя засаду бамбуковых шпажек. Обернувшись, он увидел: шпажки бросил не человек — их автоматически выстрелила формация.

Это была не что иное, как автоматическая формация нанизывания, изобретённая Лань Тин и выкрученная на максимальную мощность. Лу Ян заранее велел Лань Тин помогать из тени, чтобы оказывать на главу филиала Чу и психологическое, и физическое давление.

— Все вы умрёте! — Глава филиала Чу достал из кольца хранения большой алый флаг. Казалось, его вымочили в свежей крови; от него исходила зловещая аура. Как только кроваво-красный флаг появился, температура вокруг упала на несколько градусов.

Глава филиала Чу выплюнул полный рот свежей крови. Кроваво-красный флаг впитал кровь хозяина и стал ещё жутче. Четверо смутно услышали плач призраков.

— Ты хоть раз можешь пользоваться нормальным оружием? Почему у тебя всё время какие-то странные и жуткие вещи?! — Лу Ян сплюнул смесь крови и мокроты. Свет его меча прыгнул, словно дракон возвращался в море; он пронёсся сквозь землю с помощью «Сжать землю» и внезапно вынырнул из-под главы филиала Чу!

Глава филиала Чу отступил на шаг. Большой флаг и острый меч столкнулись, издав звонкий металлический звук. Лу Ян танцевал с мечом, выпуская череду движений, похожих на узор цветка, меняя скорость в завораживающем ритме.

Снова появились «Шесть форм, потрясающих небеса»: Мэн Цзинчжоу бросился на помощь. Его кулачные печати гремели; серия ударов обрушилась на древко флага, почти выбив главу филиала Чу из равновесия.

Сверху опустилось огромное дерево. Ман Гу с яростным рёвом обрушил гигантский ствол на главу филиала Чу.

— Талисман огненного дракона! — из леса раздался голос: Лань Тин быстро использовала свою кровь как чернила, чтобы нарисовать талисман.

Багровый огненный дракон взревел и угрожающе взмахнул когтями; его огненное присутствие обжигало воздух и рассеивало мрачную атмосферу, принесённую кроваво-красным флагом.

— Есть четвёртый человек! — глаза главы филиала Чу выпучились от ярости, зубы скрежетнули. Предатель Лу Ян! Он и правда подготовился основательно.

— Волна управления ветром! — Глава филиала Чу крепко сжал древко флага и с криком внезапно вонзил его в землю. Ударные волны звука и энергии прокатились вперёд, сбили троих с ног и рассеяли огненного дракона.

Глава филиала Чу обезумел, глаза налились кровью. Если бы меня не ударило летучее судно в самом начале и если бы мне не пришлось выделять часть духовной энергии на подавление яда, как я мог бы оказаться в таком невыгодном положении?!

Он вдруг прыгнул и ткнул древком флага в Ман Гу, лежавшего на земле. Ман Гу поспешно попытался увернуться, но было поздно. Он успел сместить лишь половину тела, когда древко флага пронзило ему лопатку.

Кровь потекла между зубами Ман Гу, но он не издал ни единого крика боли. Древнее варварское племя не боится боли и смерти!

Глава филиала Чу был беспощаден: он хотел добавить ещё один удар ногой и растоптать мозг Ман Гу в кашу. Однако Мэн Цзинчжоу, разъярённо крикнув, воспользовался моментом и бросил магический артефакт. Артефакт взорвался, выбив главу филиала Чу из равновесия и отбросив его. А Ман Гу, поскольку был пригвождён к земле, не пострадал.

У Мэн Цзинчжоу было много сокровищ, но их ранг был слишком высок: он не мог ни активировать их, ни заставить самоликвидироваться.

Глава филиала Чу пнул валун, разбив его на куски, и, используя силу отдачи, вернулся обратно. По пути он забрал флаг, собираясь ударить им по Мэн Цзинчжоу. Но не успел: меч Цинфэн появился прямо перед ним и отклонил большой флаг. Лу Ян снова вступил с главой филиала Чу в ожесточённый бой.

Лу Ян уже довёл заклинание «До цуня» до совершенства. Каждый раз, когда удары главы филиала Чу вот-вот должны были настичь его, он уменьшал себя и уклонялся, зля главу филиала Чу так, что тот скрежетал зубами.

Тем временем Мэн Цзинчжоу и Ман Гу оправились от неудач и снова начали атаку. В то же время Лань Тин рисовала талисманы обеими руками. Один водяной и один огненный дракон взмыли в небо, переплетаясь, и набросились на главу филиала Чу.

Насытившись таким унижением, глава филиала Чу вонзил древко флага в землю. Флаг хлопал на ветру, словно волны в море. Изнутри доносились вой и завывания призраков, нарушая рассудок тех, кто находился рядом.

— Смущение разума призраками!

Голоса призраков, казалось, обладали неописуемой зачарованной силой, которая застыла четверых на месте. Все они почувствовали, будто призраки обвились вокруг их тел и не дают сдвинуться ни на цунь.

Сердце Мэн Цзинчжоу сжалось. Он хотел закричать и предупредить всех, что это лишь иллюзия, но не только не мог двигаться — он даже говорить не мог.

Глава филиала Чу безумно рассмеялся. Это был его козырь. Изначально он не хотел использовать его, потому что считал ниже своего достоинства. Эти четверо сопляков слишком меня довели! Не буду больше заботиться о том, чтобы приберечь козырь. Я должен убить их всех и смыть унижение!

— Разрушь.

Меч Цинфэн спустился с неба, быстрый как молния. Прежде чем глава филиала Чу успел среагировать, он уже пронзил ему голову.

Глава филиала Чу в неверии уставился на Лу Яна. Он увидел ясные глаза Лу Яна и насмешливую улыбку, тронувшую его губы. На него совершенно не действует иллюзия!

— Почему ты всё ещё можешь двигаться... Как это возможно... — глава филиала Чу рухнул навзничь, кровь потекла из семи отверстий.

Лу Ян вонзил меч в даньтянь главы филиала Чу и раздробил его Золотое ядро. Только после этого он мог быть уверен, что глава филиала Чу действительно мёртв.

Мне неинтересно рассказывать мертвецу, что под руководством Старшей сестры я создал собственную технику — Мантру ясного сердца и истинной природы. Она позволяет оставаться верным себе и видеть сущность вещей.

Он только начал её культивировать и ещё не мог различать сущность вещей, но сопротивляться эффектам иллюзорных областей и сновидческих миров от культиваторов на уровень выше было вполне посильно.

Тем временем проверяющего задержали разные дела, и он только что прибыл из соседнего уезда. Он вспомнил, как глава филиала Чу говорил, что приготовил для него сюрприз, а новый рекрут Лу Ян — редкий талант, который непременно блеснёт во время Праздника весеннего урожая.

— ...И это тот сюрприз, о котором говорил младший Чу?

За сто лет жизни проверяющий впервые столкнулся с таким сюрпризом.

[1] У свиноматок много сосков, поэтому теоретически они могут носить несколько комплектов лифчиков. Это мем, основанный на созвучной ассоциации «несколько комплектов лифчиков» с «несколькими комплектами схем».

|| Тан Юньшэн, мужчина, 102 года, стадия Зарождающейся души, нынешний проверяющий Культа Вечности.

Получив сообщение от главы филиала Чу с просьбой приехать пораньше, он подправил расписание и сперва прибыл в округ Цинхуай, который отделяла от округа Яньцзян всего одна гора.

— Перевалю через эту гору — и окажусь там, где говорил младший Чу. — Внезапно Тан Юньшэн ощутил странное колебание ауры. — Хм? Что это за волна ауры?

Идя за ощущением, он оказался у конюшни почтовой станции. В стойле старая лошадь с драконьей чешуёй на лбу прижималась к маленькой бурой кобыле; всё выглядело так, будто между ними царила глубокая привязанность.

Конюшенный мальчишка принёс охапку тщательно отобранной травяной кормёжки и положил её в ясли. Старая лошадь презрительно покосилась на корм и даже не снизошла до того, чтобы его съесть.

Мальчишка пробормотал себе под нос:

— Уже с новой лошадью поладил? Белая-то кобылка только ушла.

Словно поняв его слова, старая лошадь сердито на него уставилась. Опасаясь разозлить аномального зверя, мальчишка поспешно удрал.

Качественный травяной корм, который оставил хозяин старой лошади, давно закончился. Корм кончился, а от хозяина всё ещё не было вестей. Смотритель станции гадал, не случилось ли с ним чего, а то и не умер ли он. В конце концов, хозяин лошади направлялся к Сосновой горе.

Когда дорогой корм закончился, смотритель велел мальчишке кормить лошадь обычным фуражом. Если хозяин так и не вернётся, он продаст старую лошадь, чтобы покрыть расходы на корм. Однако старая лошадь презирала станционный фураж, не желала съесть ни единого кусочка, и с тех пор прошёл уже целый месяц.

Смотрителю становилось всё страшнее. Это не просто аномальный зверь с чешуёй на лбу, а крайне высокоуровневый демонический зверь, дошедший до состояния воздержания от пищи!

Аномальные звери находились где-то между демоническими и дикими зверями. В них текла кровь демонических зверей, но настолько разбавленная, что они не могли её пробудить. Во внешности у них проявлялись отдельные атавистические признаки — чешуя, перья, рога. Они были сильнее обычных диких зверей, но их сила оставалась ограниченной.

Когда Тан Юньшэн увидел старую лошадь, он пришёл в полный восторг. Это же на самом деле крайне редкая драконья лошадь! Только не знаю, насколько чиста её родословная.

— Если бы мне однажды не довелось побывать у обширного Восточного моря, я бы её не узнал. — Тан Юньшэн был взволнован такой неожиданной находкой.

Драконьи лошади так редки, а одна стоит в конюшне такого глухого маленького округа! Должно быть, хозяин не сумел распознать сокровище, а поскольку драконья лошадь ещё не пробудилась, её оставили в этой глуши, словно жемчужину, покрытую пылью.

— Я, эксперт Зарождающейся души, всё это время не мог найти подходящего скакуна. Это определённо дар Бессмертного Вечности за мою преданность!

Тан Юньшэн немного помолился Бессмертному Вечности, а затем прыгнул в стойло.

Старая лошадь повернула голову и взглянула на Тан Юньшэна, но не обратила на него внимания и продолжила нежно тереться мордой о бурую кобылу.

— Бедная драконья лошадь, ты не ведаешь о своём благородном происхождении и влюбилась в смертную лошадь. Пойдём со мной, я покажу тебе, насколько ты на самом деле сильна!

Тан Юньшэн протянул золотую руку, собираясь увести старую лошадь, но та ударила копытами назад и сломала ему кисть. В груди у Тан Юньшэна стало душно, он выплюнул большой глоток крови, и дыхание его тут же ослабло.

Он в ужасе уставился на старую лошадь; прежнее возбуждение полностью сменилось бесконечным страхом. Потом он развернулся и побежал.

Здесь наверняка остановился грозный мастер, способный относиться к жизни как к игре, а драконью лошадь он держит в стойле как обычную! Мои действия точно не могли скрыться от взгляда этого могущественного эксперта. Нужно бежать как можно быстрее и надеяться, что он отпустит меня по неведению!

Старая лошадь заржала, красуясь перед бурой кобылой своей силой.

Тан Юньшэн бежал какое-то время. Не заметив, чтобы могучая фигура его преследовала, он понял, что та, вероятно, не стала принимать случившееся близко к сердцу.

— Ух! — Он выплюнул ещё один глоток крови. Найдя первое попавшееся укромное место, он сел в медитации и проглотил пилюлю, чтобы залечить раны. Удар лошадиных копыт серьёзно повредил его жизненную силу.

Когда он снова открыл глаза, с другой стороны горы донёсся грохот, будто на землю рухнуло нечто громадное.

— Уже ночь? — Тан Юньшэн удивился, увидев, что небо потемнело; он не ожидал, что восстановление займёт столько времени.

Вернув достаточно сил, чтобы защитить себя, он перевалил через Сосновую гору и прибыл к месту падения летучего судна. Там он увидел, как глава филиала Чу был пронзён мечом Лу Яна, а его жизненная сила угасла.

— ...И это тот сюрприз, о котором говорил младший Чу?

Не знаю, можно ли назвать это сюрпризом, но потрясён я точно.

Перед поездкой высшие чины Культа Вечности велели ему обратить внимание на Лу Яна, Мэн Цзинчжоу и Ман Гу, даже предоставили их портреты. Теперь, хотел он того или нет, выбора обратить внимание у него уже не оставалось.

— Кто ты такой?! — Лу Ян настороженно поднял меч и уставился на Тан Юньшэна.

Тан Юньшэн посмотрел на Лу Яна с неоднозначной улыбкой.

— Лу Ян, ты смеешь направлять на меня меч? Я Тан Юньшэн, проверяющий Культа Вечности.

Услышав, кто такой Тан Юньшэн, Лу Ян за спиной подал Лань Тин знак поскорее уходить: её присутствие Тан Юньшэну было бы трудно объяснить.

— А, проверяющий Тан. — Тон Лу Яна стал вежливее, но он всё ещё подозрительно смотрел на Тан Юньшэна, явно не до конца доверяя его личности.

Тан Юньшэну было лень что-либо ещё объяснять Лу Яну, поэтому он спросил:

— Почему вы убили Ли Шоуи?

Ли Шоуи был губернатором округа Яньцзян и настоящим именем главы филиала Чу. Тан Юньшэн привык называть его «младший Чу».

Лу Ян серьёзно ответил:

— Потому что он едва не раскрыл свою принадлежность к Культу Вечности!

— О? — Тан Юньшэн посмотрел на Лу Яна, заинтересованный тем, какое объяснение тот сможет дать.

Вдруг у подножия горы поднялась суматоха. Фан Цинъюнь вёл большую группу людей расследовать падение летучего судна. Среди них были и врачи, отвечавшие за спасение пострадавших.

— Сначала уйдём! — Тан Юньшэн всё ещё был серьёзно ранен и не хотел сталкиваться с властями. Взмахнув рукавом, он обернул Лу Яна и двух других и унёсся в дальнее место.

Тан Юньшэн сноровисто привёл троицу в филиал Яньцзян — самое безопасное место во всём округе Яньцзян.

— Теперь можешь говорить. Ли Шоуи всегда был осторожен. Как он раскрыл свою личность?

Лу Ян рассказал всё о Формации обращения долголетия, а затем добавил:

— План главы филиала Чу... подождите, то есть губернатора Ли, можно было назвать безупречным. Сначала он сделал Чжан Красного-на-Чжан козлом отпущения, затем тайно установил Формацию обращения долголетия. Если бы потом он уничтожил маленькие флажки, никаких следов не осталось бы.

Тан Юньшэн кивнул. Ли Шоуи всегда был осторожен, да ещё и использовал крайне малоизвестную Формацию обращения долголетия. На этот раз план был безупречен.

— Но всё равно произошла случайность. Мы втроём открыли здесь шашлычную, потому что такое место лучше всего подходит для сбора местных сведений. Мы заметили, как мимо проходила ученица Бессмертного дворца Лунного лавра, и она, похоже, разбиралась в формациях и увидела Талисманы обращения долголетия на маленьких флажках!

— Мы не можем поднимать руку на учеников Пяти великих бессмертных сект. Опасаясь, что губернатора Ли разоблачат и он втянет в это весь культ, мы убеждали его поскорее затаиться. Но он настаивал, что сейчас критический момент. Ему нужно было использовать Формацию обращения долголетия, чтобы продвинуться до стадии Зарождающейся души, и он никак не мог спрятаться. Не имея другого выхода, мы могли лишь попытаться убить его до того, как династия Великая Ся схватит его, чтобы заранее пресечь любые возможные осложнения!

— Вы ведь тоже заметили людей властей? Ими руководил главный констебль Фан Цинъюнь. Зачем ещё ему было приводить столько людей? Разумеется, они пришли остановить активацию Формации обращения долголетия и арестовать губернатора Ли!

Тан Юньшэн кивнул, соглашаясь с действиями троицы. Дело с ученицей Бессмертного дворца Лунного лавра легко проверить, так что лгать они не могут. Ли Шоуи действительно был одержим продвижением до стадии Зарождающейся души.

Обычно главы филиалов находились на стадии Зарождающейся души. Лишь потому, что округ Яньцзян был мал, сюда поставили главу филиала на стадии Золотого ядра. Если Ли Шоуи хотел стать главой филиала в процветающем регионе, ему нужно было сейчас продвинуться до стадии Зарождающейся души. То же относилось и к его личности чиновника. Без достаточного уровня культивации путь к повышению был бы полон препятствий.

Ман Гу изумлённо смотрел на Лу Яна. Встретить Тан Юньшэна после убийства главы филиала Чу совершенно не входило в план. Я даже не думал о причине, по которой мы его убили. Как брат Лу сумел придумать всё на ходу?

Мэн Цзинчжоу мысленно поднял Лу Яну большой палец. Причина, которую выдумал Лу Ян, очень похожа на ту, что я только что состряпал на лету.

— Раз Ли Шоуи уже мёртв, о его повышении забудем. Учитывая его личность, власти могут заподозрить, что где-то поблизости находится демонический культ. Всем здесь придётся на время залечь на дно. — Тан Юньшэн быстро принял решение; сказывались опыт, полученный на пути наверх, и решительный стиль ведения дел. — Что до вас троих, доставайте костяные таблички.

Троица передала ему костяные таблички, на которых были вырезаны иероглифы «Управляющий». Тан Юньшэн остановился перед статуей Бессмертного Вечности и трижды поклонился; его руки засияли золотым светом, а сам он быстро забормотал что-то себе под нос.

Одним движением руки он изменил иероглифы «Управляющий» на «Глава филиала».

Будучи проверяющим, Тан Юньшэн имел полномочия менять ранги членов от главы филиала и ниже. Повысить троицу до глав филиалов решил не Тан Юньшэн, а высшие чины. Что это были за высшие чины, он точно не знал. Однако слышал, что приказ пришёл с уровня заместителя главы культа или даже выше. Я всего лишь исполняю приказ.

— В какой округ вы хотите отправить нас главами филиалов? — Мэн Цзинчжоу горел желанием проявить весь свой потенциал.

Тан Юньшэн покачал головой.

— О чём ты думаешь? Вы только на начальной стадии Закладки фундамента. Как вы собираетесь вызывать уважение и убеждать подчинённых? Даже в таком месте, как филиал Яньцзян, это невозможно. В округ Яньцзян пришлют главу филиала сверху. Это уже не ваша забота.

— Тогда наш статус глав филиалов...

— Сделать вас главами филиалов — не моя идея, а решение высших чинов. Вас повысили до глав филиалов без официальных обязанностей, чтобы вы могли пользоваться множеством льгот и полномочий, положенных главе филиала, фактически уменьшив ограничения. Вам поручили тайную миссию. Кроме нас четверых, никому об этом говорить нельзя!

Троица вытянулась по стойке смирно, готовясь услышать, что будет дальше.

Тан Юньшэн прошептал:

— Высшие чины дали вам год, чтобы найти способ внедриться в Секту Ищущих Дао, а я буду вашим куратором!

Зрачки троицы сузились: миссия их потрясла.

Тан Юньшэн махнул рукой.

— Я знаю, что эта миссия крайне трудна. Среди Пяти великих бессмертных сект в Висячем монастыре слишком мало людей, поэтому подослать туда кого-то сложно, а Секта Ищущих Дао слишком непредсказуема в мышлении, отчего внедриться туда ещё труднее. Даже если вы попадёте внутрь, вас раскроют из-за неспособности вписаться. Однако у вас троих очень высокая совместимость с Сектой Ищущих Дао. Возможно, именно вы станете прорывом в успешном внедрении.

— Я не обязательно требую, чтобы вы стали учениками Секты Ищущих Дао. Согласно анализу нашей разведки, в Секте Ищущих Дао процветает индустрия развлечений и отдыха, и каждый год туда набирают людей. Можете воспользоваться этой возможностью и проникнуть в Секту Ищущих Дао!

— Разумеется, это лишь один из способов, который я предлагаю. Культ вмешиваться не будет, так что вы вольны искать и другие варианты. Срок — один год. Если к тому времени вы не выполните миссию, высшие чины поручат вам новую!

Увидев, как на лицах троицы засияла уверенность, Тан Юньшэн не удержался, покачал головой и усмехнулся. Они ещё не знают, какое это препятствие — внедриться в Секту Ищущих Дао. Уже не помню, сколько людей пытались и оставили там свои жизни.

Он передал им три талисмана.

— Это Талисманы дальнего бегства. Секта Ищущих Дао полна опасностей. Если миссия провалится, немедленно используйте их, чтобы сбежать!

Эти трое — редкие таланты для Культа Вечности, особенно Лу Ян и Мэн Цзинчжоу. Глава культа, естественно, должен обеспечить им достаточную защиту.

Мэн Цзинчжоу подумал про себя: Секта Ищущих Дао полна опасностей? Когда я возвращаюсь в Секту Ищущих Дао, это всё равно что вернуться домой. О каких опасностях ты говоришь? Если опасность там и есть, то это Старшая сестра.

— Ещё одно. Младший Чу сказал вам, как воскресить Бессмертного Вечности?

Лу Ян покачал головой.

— Глава филиала Чу сообщил нам только первый шаг: убивать, чтобы угодить Бессмертному Вечности. Что касается второго, он сказал, что наши ранги слишком низки, и правила запрещают ему рассказывать.

Тан Юньшэн сказал:

— Теперь вы главы филиалов, а значит, имеете право узнать, как воскресить Бессмертного Вечности. Это обязанность каждого главы филиала. Подойдите, я один раз покажу.

Тан Юньшэн опустился на колени перед статуей Бессмертного Вечности, поднял обе руки и громко воззвал:

— Бессмертный Вечности Мяо Мужэнь, что над нами, ваши самые преданные последователи искренне взывают к вам. Прошу, даруйте нам свои бессмертные следы и благословите человечество!

Он ещё трижды поклонился и поднялся.

Ритуал был завершён.

Над головами троицы будто всплыли вопросительные знаки. И всё?

Ман Гу задумался: Почему имя Бессмертного Вечности звучит как имя из Древнего варварского племени?

Тан Юньшэн подчеркнул:

— Вы должны строго следовать всем шагам, которые я сделал, призывая Бессмертного Вечности, но нельзя говорить «Мяо Мужэнь».

— Почему?

— Потому что Мяо Мужэнь — не настоящее имя Бессмертного Вечности.

Троица ещё сильнее растерялась. Какой смысл произносить его, если это даже не настоящее имя?

Тан Юньшэн объяснил:

— Чтобы воскресить Бессмертного Вечности, нужно назвать его титул и бессмертное имя. Первый шаг — убивать, чтобы угодить Бессмертному Вечности, — нужен потому, что, когда Бессмертный Вечности будет доволен, он каким-то образом направит нас к произнесению своего бессмертного имени.

— По руинам мы уже выяснили, что его титул — «Бессмертный Вечности», но его имя в руинах не записано. Пока Бессмертный Вечности не дарует бессмертный след, мы в Культе Вечности можем только продолжать пробовать.

— Из уважения к Бессмертному Вечности между произнесением его бессмертных имён должен быть месячный интервал!

Тан Юньшэн достал потрёпанный Словарь Великой Ся.

— Большинство имён уже опробовано. Недавно я заподозрил, что Бессмертный Вечности был из Варварского племени, поэтому пробую имена Варварского племени. — Древнее варварское племя когда-то было ключевой силой, защищавшей людей, так что это соответствует личности Бессмертного Вечности.

Тан Юньшэн вытащил три толстые тетради с заголовком Уже названные бессмертные имена (версия 120) и передал их троице. Обилие записанных бессмертных имён заставило Лу Яна заподозрить, что Культ Вечности уже перепробовал все мыслимые варианты.

— Каждые несколько десятилетий мы заново сводим бессмертные имена воедино, чтобы избежать повторов. Это последняя редакция. Посмотрите и попробуйте назвать имя, которого нет в тетради.

Лу Ян громко воззвал:

— Бессмертный Вечности Архимед, что над нами, ваши самые преданные последователи искренне взывают к вам. Прошу, даруйте нам свои бессмертные следы и благословите человечество!

Мэн Цзинчжоу громко воззвал:

— Бессмертный Вечности Ли Собачье Яйцо[1], что над нами...

Ман Гу громко воззвал:

— Бессмертный Вечности Елюй Саладэ[2], что над нами...

Очевидно, вариантов имени Бессмертного Вечности осталось очень мало.

После их попыток Бессмертный Вечности не снизошёл и не проявил никаких бессмертных следов.

— Достаточно. Я уже передал вам миссию, назначенную высшими чинами. Собирайте вещи и сами ищите путь в Секту Ищущих Дао.

— Поняли.

Когда они вернулись в шашлычную, Лань Тин уже ждала троих. Лу Ян и Лань Тин сверили показания, и он кратко рассказал ей, что произошло потом, включая миссию, о которой сообщил Тан Юньшэн.

Лань Тин посмотрела на троицу странным взглядом. Культ Вечности рано или поздно погибнет.

— Раз вы уходите, мне тоже следует вернуться в бессмертный дворец и отчитаться о миссии. Мне было приятно провести с вами эти десять дней. Большое спасибо за помощь. Хотя я и не вступила в демонический культ, помощь в убийстве главы филиала — это крупная заслуга. За неё я смогу получить несколько очков вклада, — мягко сказала Лань Тин, неохотно прощаясь.

Судьба действительно удивительна. Сначала я помогла Лу Яну убить тигриного демона из долга перед товарищем из бессмертной секты. Я тоже была на миссии по внедрению в демонический культ. Кто бы мог подумать, что человек с такой миссией в культ не вступит, а троица, которая поначалу даже не знала о демоническом культе, в итоге в него попадёт?

Поскольку Тан Юньшэн всё ещё был в округе, при долгом контакте он мог их обнаружить, что создало бы лишние проблемы.

— Путь по цзянху труден. Да встретимся мы вновь, если позволит судьба!

— До свидания!

— Береги себя!

Попрощавшись с Лань Тин, троица начала собирать вещи, когда Мэн Цзинчжоу вдруг вспомнил:

— А где наша лошадь?

[1] В древнем Китае, особенно среди бедных крестьян, иногда существовал обычай давать детям грубые имена: считалось, что это отгоняет злых чудовищ и духов.

[2] Елюй Саладэ был вождём племени Дела из киданьского рода во времена династии Тан.

Старой лошади очень повезло: её нашли до того, как она успела дать маленькой бурой кобыле обещание на всю жизнь. Мэн Цзинчжоу заплатил деньги и забрал старую лошадь вместе с экипажем.

— Нет-нет-нет, стойло столько не стоит, — отказался конюшенный мальчишка.

— А деньги за корм? Их тебе не нужно? — Мэн Цзинчжоу удивился. Старая лошадь давно доела лучший фураж, так что я думал, ей от голода пришлось есть обычный.

Мальчишка покачал головой.

— Ваша лошадь ничего не ела.

— Хм? — Мэн Цзинчжоу озадачился. Он погладил гриву старой лошади и спросил: — Ты смогла воздерживаться от пищи?

Старая лошадь громко фыркнула, но не ответила. В конце концов, как лошадь может говорить?

Мэн Цзинчжоу призвал всю свою внутреннюю свирепость, чтобы пригрозить ей:

— Если не ответишь, больше не получишь фуража!

Человек и лошадь долго смотрели друг на друга. Старая лошадь так и не ответила, и Мэн Цзинчжоу в итоге признал поражение, постепенно сложив некоторые вещи воедино.

Неудивительно, что тогда я беспрепятственно ушёл из дома. Даже младшая сестра знала, что я ухожу, значит, остальные дома тоже должны были знать, но никто меня не остановил и не беспокоился о моей безопасности. Если исключить возможность, что я им не родной ребёнок, остаётся только одно объяснение: они знали, что со мной всё будет в порядке.

Теперь ответ очевиден — лошадь, тянущая экипаж, и есть главная гарантия. Интересно, каков уровень культивации старой лошади. Должен быть очень высоким, раз она способна меня защитить.

Мэн Цзинчжоу проворчал:

— Если ты такая сильная, почему тогда не остановила Старшую сестру, когда она садилась в экипаж?

Мэн Цзинчжоу всё ещё помнил, как по глупости принял Юнь Чжи за кандидатку, пригласил её в экипаж и раскрыл, что добыл экзаменационные вопросы для поступления в Секту Ищущих Дао.

Это было настолько позорно, что мне хотелось бежать прятаться хоть до бабушкиного дома. Если бы старая лошадь не пустила Старшую сестру внутрь, ничего этого бы не случилось!

Старая лошадь покосилась на Мэн Цзинчжоу так, будто тот был дураком.

---

Перед отъездом Лу Ян навестил капитана констеблей Вэя, которого не удивило, что троица уходит. Какой культиватор и правда будет всю жизнь держать шашлычную? Это был всего лишь опыт. Когда новизна пройдёт, они закроют лавку.

Капитан Вэй вздохнул:

— Жаль, больше не удастся есть такой вкусный шашлык. Я даже надеялся ловить преступников в вашей шашлычной, пока не дослужусь до главного констебля.

Капитан Вэй прикинул, что если арестует ещё трёх демонических культиваторов, то наконец сможет получить повышение до главного констебля.

— Впрочем, неплохо, что вы уходите. В округе Яньцзян, похоже, какое-то время будет неспокойно.

— Что вы имеете в виду?

Капитан Вэй понизил голос:

— Только никому не рассказывай.

— Знаю.

Капитан Вэй верил в характер Лу Яна.

— Ты ведь знаешь губернатора Ли? Сейчас ходят слухи, что он вступил в сговор с демоническими культиваторами ради повышения. Был ли это бродячий демонический культиватор или кто-то из демонического культа — пока неизвестно, но уровень культивации другой стороны точно был достаточно высоким, чтобы сотрудничать с губернатором Ли.

— Тело губернатора Ли нашли на Сосновой горе. Главный констебль Фан подозревает, что между демоническими культиваторами и губернатором Ли возник конфликт интересов, из-за чего он и погиб, а демонические культиваторы до сих пор на свободе. Это означает, что их культивация выше, чем у губернатора Ли. Губернатору Ли оставался всего один шаг до стадии Зарождающейся души. Сам подумай, насколько высока должна быть культивация этих демонических культиваторов!

Лу Ян слегка отшатнулся.

— Какие жестокие демонические культиваторы!

— Потому я и говорю, что вам неплохо уйти. Округ Яньцзян кажется мирным, но кто знает, где прячутся демонические культиваторы. Может, они прямо рядом с нами!

Лу Ян полностью с ним согласился.

— Именно.

---

Ман Гу с неохотой простился с шашлычной. В итоге великолепие шашлыка семьи Ман не сможет в моём поколении подняться на новую высоту.

Два тигриных призрака-помощника плясали от радости, празднуя свободу от необходимости жарить шашлык днём и ночью.

---

Перед их отъездом Тан Юньшэн пришёл проводить троицу и напомнил, что внедрение в Секту Ищущих Дао будет полно препятствий, а им нужно быть осторожными.

Лу Ян заверил его:

— Не волнуйтесь, мы не собираемся разочаровывать культ. Мы непременно внедримся в Секту Ищущих Дао, выкрадем её тайны и принесём славу Культу Вечности.

---

Старая лошадь неспешно тянула экипаж; казалось, она движется прогулочным шагом, но на самом деле преодолевала огромное расстояние. В этом скрывалось глубокое знание пространства.

В экипаже троица обсуждала Бессмертного Вечности.

— Смотрите, в тетради даже наши имена есть: Бессмертный Вечности Лу Ян, Бессмертный Вечности Мэн Цзинчжоу, Бессмертный Вечности Мангу. — Лу Ян рассмеялся. Видеть своё имя в тетради демонического культа было довольно забавно.

В тетради он мог найти имена всех знакомых ему людей; это показывало, насколько усердно демонический культ занимался воскрешением Бессмертного Вечности.

— Слушайте, как думаете, какое настоящее имя у Бессмертного Вечности? Менделеев? Сократ?

Мэн Цзинчжоу хихикнул.

— Может, какое-нибудь грубое имя вроде Собачьего Яйца или Собачьего чего-нибудь? Ему было стыдно произносить его вслух, вот он и скрыл его, пользуясь только почётным титулом.

— Может быть и имя из нашего Варварского племени.

Троица совершенно не питала благоговения к Бессмертному Вечности. Указание Тан Юньшэна о месячном интервале между догадками они отбросили куда-то на задворки сознания и небрежно перебирали варианты.

— Ребята, потише. А вдруг мы и правда угадаем имя? — предупредил Лу Ян. До сих пор не ясно, друг Бессмертный Вечности или враг. Односторонним заявлениям Культа Вечности о том, что Бессмертный Вечности защищал человечество, тоже нельзя полностью доверять.

— Давайте так. С этого момента будем называть «Бессмертного Вечности» «Бессмертной феей Вечности». Тогда, даже если угадаем имя, Бессмертный Вечности не воскреснет, — предложил Лу Ян.

— Согласен, в словах Лу Яна есть смысл. — Мэн Цзинчжоу поднял руку в знак одобрения.

Ман Гу подумал: Надо признать, брат Лу всё продумал досконально.

После того как экипаж проехал какое-то время, троица проголодалась. Они сошли в роще и решили поесть.

Роща защищала от раздражающего солнца. Атмосфера была тихой, издалека доносились слабые птичьи трели, настраивая на отдых.

Мэн Цзинчжоу расстелил походную ткань, Лу Ян достал котлы, миски, утварь и талисманы для разведения огня, а Ман Гу призвал тигриных призраков-помощников.

Два тигриных призрака-помощника не успели пробыть безработными и полдня, как Ман Гу снова их призвал. Они вернулись к старому ремеслу и сноровисто принялись жарить мясо.

Мэн Цзинчжоу вытащил поваренную книгу и кучу бутылочек с баночками, сдвинув всё это к двум тигриным призракам.

— Больше не жарьте шашлык. Сменим вкус. Давайте, готовьте по этой книге.

Лу Ян и Ман Гу покосились на него. Зачем ты вообще носишь с собой поваренную книгу?

Два тигриных призрака-помощника могли лишь начать учиться с нуля и решили начать с самого простого — яичницы-болтуньи. При жизни они не слишком-то старались, зато после смерти им пришлось прилежно учиться.

У троих совершенно не было намерения принимать Пилюли воздержания от пищи. Если можно наслаждаться вкусной едой, зачем полагаться на что-то вроде Пилюль воздержания от пищи?

Лу Ян спросил:

— Тан Юньшэн предположил, что Бессмертная фея Вечности была из Варварского племени. Есть ли в Древнем варварском племени связанные легенды?

Ман Гу покачал головой.

— Я слышал от старейшин о том, как Древнее варварское племя сражалось с небом и землёй и могло биться с бессмертными, но никогда не слышал, чтобы в нашем племени родился бессмертный.

— Руины тоже очень странные. Если там записано величие Бессмертной феи Вечности, почему вместе с ним не указали её имя?

Мэн Цзинчжоу логично проанализировал:

— Подумайте сами. В древние времена у всех были величественные титулы и имена, и перед битвой они объявляли себя. Если бы Бессмертная фея Вечности вышла и представилась: «Я Бессмертный Вечности Ли Собачье Яйцо, подождите, то есть Бессмертная фея Вечности Ли Собачье Яйцо», она бы проиграла по внушительности ещё до начала боя! Бессмертная фея Вечности определённо захотела бы стереть такое постыдное пятно из прошлого!

Лу Ян рассмеялся.

— А может, имя было слишком милым и совсем не устрашающим, что-нибудь вроде «Бессмертная фея Вечности Хуан Доудоу».[1]

Слова «Бессмертная фея Вечности Хуан Доудоу» будто затронули космическую тайну, и ткань неба и земли сдвинулась. Над троицей закружилась непостижимая сила и сформировала силуэт.

Старая лошадь мгновенно насторожилась, встала перед Мэн Цзинчжоу, защищая его, и пристально уставилась на силу в воздухе.

Трое нервно сглотнули.

Ох. Похоже, дело вышло из-под контроля.

[1] Хуан Доудоу буквально значит «жёлтый боб-боб». Имена с повторяющимися иероглифами также обычно звучат милее.

— Что происходит?! — Трое уставились друг на друга, не зная, что делать.

— Культ Вечности вообще надёжен? Разве не должно быть «Бессмертный Вечности»? Почему появился отклик, когда я сказал «Бессмертная фея Вечности»?! — Лу Ян возмущался ненадёжностью Культа Вечности. Вы даже не уверены, кому поклоняетесь — Бессмертному Вечности или Бессмертной фее Вечности. Что это вообще за культ?!

— Хватит нести чушь, бежим! — крикнул Мэн Цзинчжоу. Сейчас не время жаловаться.

Сгущающаяся в небе фигура походила на иллюзорный пузырь; её существование было крайне нестабильным. Она ощутила кармическую связь с Лу Яном и поняла, что именно он назвал её настоящее имя. Превратившись в луч света, она вошла в тело Лу Яна.

— Только недавно достиг стадии Закладки фундамента? Какое слабое существо.

Фигура прибыла в пространство сознания Лу Яна, которое пока представляло собой лишь небольшой участок: сам Лу Ян ещё не успел его раскрыть. Когда фигура появилась в пространстве сознания, Лу Ян тоже оказался там.

Пространство сознания было окутано тьмой, будто окружено невидимыми стенами, и лишь крошечный участок в центре был освещён. Там стояли Лу Ян и фигура.

Лу Ян настороженно смотрел на фигуру.

— Кто ты такая?!

Фигура тихо рассмеялась, с интересом наблюдая за реакцией Лу Яна. Её голос должен был звучать мелодично, но для Лу Яна он казался приговором из глубин ада.

— Хе, ты уже назвал моё имя, но не знаешь, кто я?

Лу Ян, до этого цеплявшийся за последнюю надежду, почувствовал, как сердце провалилось. Случился худший вариант. Не ожидал, что другая сторона и правда окажется объектом веры Культа Вечности.

Она настоящий бессмертный, да ещё воскресший из мёртвых! Достаточно произнести её имя — и она воскресает. Воистину ужасающая сущность!

— Чего ты хочешь?

Фигура не снизошла до ответа Лу Яну и вместо этого спросила:

— Какой сейчас год? И кто управляет вселенной?

— Сейчас династия Великая Ся, верховный правитель людей — император Ся. Сто тысяч лет назад была династия Великая Юй. О династиях до неё я не знаю.

— Император Ся? Великая Ся? Великая Юй? Никогда не слышала ни об одной из этих династий. — Фигура покачала головой и продолжила спрашивать: — Как долго я была мертва?

Этот вопрос выходил за пределы знаний Лу Яна.

— Насколько мне известно, вы бессмертная из древних времён. Вы защищали людей, когда Безымянный превратил звёзды в Центральный континент.

Лу Ян попытался намекнуть ей, что когда-то она совершала героические подвиги, защищая человечество, а значит, была праведной бессмертной и не должна делать ничего ниже своего статуса по отношению к младшему вроде него.

— Безымянный? Превратил звёзды в Центральный континент? Защищала людей? Что это за чушь? — Фигура была совершенно сбита с толку.

Лу Ян едва не выругался вслух. Я знал, что Культу Вечности нельзя доверять. В их разведданных вообще есть хоть крупица правды? Почему другая сторона ничего об этом не знает?

Фигура осознала, что её эпоха давно миновала, причём настолько давно, что люди полностью забыли о ней. Если бы нашёлся хотя бы один человек, который назвал бы мой титул и бессмертное имя, я бы воскресла давным-давно и не пребывала бы в полном неведении о династиях Великая Юй и Великая Ся.

Ну и ладно. Раз мир забыл моё имя, я использую тело этого юноши, чтобы моё имя, Бессмертная фея Вечности Хуан Доудоу, снова прозвучало между небом и землёй.

Бессмертная фея Вечности перевела взгляд на Лу Яна; в её глазах мелькнули одобрение и веселье.

Лу Яна обвило зловещее чувство, а в ушах раздался холодный смех Бессмертной феи Вечности.

— Вижу, твоя культивация низка, и ты только что прорвался на стадию Закладки фундамента. Однако духовный корень у тебя превосходный, и основа тоже хороша. Тогда позволь мне занять твоё тело и повести тебя вперёд, чтобы открыть этот великолепный мир!

Захват тела! Всё шаг за шагом развивалось в том направлении, которого Лу Ян меньше всего хотел. Однако он не собирался так легко позволять захватить своё тело. Он принял стойку, готовясь сразиться с Бессмертной феей Вечности, а затем выполнил комплекс кулачной техники, напоминавший женский.

— Не думай, что ты такая уж особенная только потому, что бессмертная!

Бессмертная фея Вечности фыркнула. Что могут сделать такие слабые удары? Она уже осмотрелась вокруг: два тигриных призрака-помощника, два культиватора Закладки фундамента и одна драконья лошадь. Никто не сможет помешать мне захватить тело!

Будь здесь Мэн Цзинчжоу и Ман Гу, они бы наверняка узнали, что Лу Ян выполняет предельную технику Кулака звериных форм — Кулак звериных форм Старшей сестры.

---

В Секте Ищущих Дао Юнь Чжи сейчас находилась в Зале обсуждений и обсуждала с восемью старейшинами различные дела секты.

— Я считаю, что нашему Пику Котла Пилюль следует выделить больше духовных камней. Мы вот-вот совершим крупный прорыв в Дао Пилюль! Нам нужно лишь немного духовных камней, чтобы это произошло. Это исторический момент. Любое количество вложенных духовных камней того стоит!

— Тогда уж духовные камни лучше отдать нашему травяному саду. Мы можем заменить нижние формации, чтобы травы росли сильнее!

Старейшины высказывали мнения о распределении духовных камней и ни на цунь не желали уступать. Когда Юнь Чжи собиралась заговорить, восемь старейшин замолчали.

Вдруг Юнь Чжи остановилась. Это ощущение снова появилось. Лу Ян заимствует мою силу? На кончике её пальца материализовалась крупица силы. Дать ему?

В прошлый раз Лу Ян легко заимствовал силу Юнь Чжи, потому что она не была настороже, но теперь, когда она была готова, она не позволила просочиться даже ниточке силы. Немного подумав, Юнь Чжи решила забрать силу и лично посмотреть, что задумал Лу Ян.

— Старейшины, пожалуйста, продолжайте обсуждение. Я скоро вернусь.

Душа Юнь Чжи покинула тело и взмыла в небо, оставив старейшин обмениваться растерянными взглядами. Рванув вперёд с непостижимой скоростью, её душа нашла цель и вошла в тело Лу Яна.

Едва прибыв, она услышала, как Бессмертная фея Вечности насмехается:

— Сдавайся послушно и позволь мне занять твоё тело.

С одного взгляда Юнь Чжи поняла, что Бессмертная фея Вечности — бессмертная душа. Слабая, но полноценная.

— Ты смеешь трогать моего маленького младшего брата?

Юнь Чжи протянула изящную руку и ударила ладонью по Бессмертной фее Вечности.

— Кто это?! — Бессмертная фея Вечности была поражена. Я вообще не заметила, как другая сторона появилась. Пусть отчасти это из-за того, что моя бессмертная душа после воскрешения слаба, но всё равно впечатляет.

Она даже немного обрадовалась. За долгий период моей смерти человечество и правда породило такого гения.

— Секта Ищущих Дао. Юнь Чжи.

Бессмертная фея Вечности захотела заблокировать руку Юнь Чжи, но хотя удар казался слабым, на самом деле он заключал в себе суть вселенной, непередаваемое великолепие и искусность, будто все принципы заклинаний были исчерпаны внутри него, делая сопротивление невозможным.

— Подожди, возможно, между нами недоразумение! Я просто пошутила с младшим! — Выражение Бессмертной феи Вечности резко изменилось, и она пустила в ход все возможные способы, чтобы отвести удар ладони. Сила другой стороны далеко превзошла самые смелые ожидания.

Юнь Чжи не видела причин слушать, что говорит Бессмертная фея Вечности. Без колебаний её ладонь опустилась и подавила Бессмертную фею Вечности.

Бессмертная фея Вечности пришла в ярость и яростно забилась.

— Девчонка, ты слишком далеко заходишь. Не думай, что я тебя боюсь! Бессмертных нельзя унижать!

Увидев, что Бессмертная фея Вечности не отказалась от сопротивления, Юнь Чжи нахмурилась и выбросила Лу Яна из пространства сознания. Пока Лу Ян здесь, мне неудобно применять свои методы.

Фьюх! Лу Ян наконец покинул пространство сознания и вернулся в реальность. Он длинно выдохнул, испытал облегчение после опасного спасения.

Когда Мэн Цзинчжоу и Ман Гу увидели, что Лу Ян пришёл в себя, они быстро подбежали проверить, как он. Только что глаза Лу Яна внезапно опустели. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу запаниковали и не знали, что делать. После этого они увидели, как в тело Лу Яна вошла душа, похожая на душу Юнь Чжи.

Лу Ян покачал головой.

— Не знаю. — Не то чтобы я не верил в Старшую сестру, но другая сторона всё-таки бессмертная, да ещё из древней эпохи. Старшая сестра говорила, что в мире нет бессмертных, значит, сама она бессмертной быть не может.

Лу Ян не знал, кто победит.

— Если здесь Старшая сестра, проблем быть не должно, — неуверенно сказал Мэн Цзинчжоу. Я знаю, что Старшая сестра сильна, но не знаю, насколько именно.

— Ладно, входи.

Вскоре Лу Ян услышал внутри себя голос Юнь Чжи — как всегда прохладный и ясный.

Лу Ян снова вернулся в пространство сознания и увидел, что некогда всемогущая Бессмертная фея Вечности оказалась в жалком состоянии и изо всех сил объясняет Юнь Чжи, что она хороший человек.

— Мне было нелегко воскреснуть, и я просто хотела безобидно пошутить с младшим. Я женщина, как я могла бы захватить мужское тело? У меня, Хуан Доудоу, тоже есть гордость. Я не сделаю ничего настолько постыдного.

— Кроме того, я всего лишь бессмертная душа. Тело культиватора Закладки фундамента не выдержало бы моей силы.

Юнь Чжи тихо смотрела на Бессмертную фею Вечности, словно целую вечность, и наконец ответила:

— О.

В каком-то смысле это можно было считать тем, что она поверила словам Бессмертной феи Вечности.

— Тебя правда зовут Хуан Доудоу?[1] — скептически спросил Лу Ян.

Лицо Бессмертной феи Вечности застыло.

— Малец, как смертный может называть бессмертное имя этой почтенной? Ты должен обращаться к этой почтенной как к Бессмертной фее Вечности!

— Значит, Бессмертная фея Вечности, тебя правда зовут Хуан Доудоу?

Лицо Бессмертной феи Вечности вытянулось.

— Родители дали мне это имя. Я же не могу его поменять.

Юнь Чжи прервала их бессмысленный разговор:

— Расскажи, чем ты занимался. Тебя не было всего два месяца, а ты уже связался с бессмертной.

Бессмертная фея Вечности поправила Юнь Чжи:

— Следи за словами. Это не я к нему привязалась. В твоей формулировке я выгляжу какой-то безнадёжно влюблённой дурочкой!

Юнь Чжи ответила лишь холодным взглядом.

Бессмертная фея Вечности немного подумала. Я только что воскресла, моя бессмертная душа слаба, и я ничего не знаю о внешнем мире. Не стоит наживать врага.

Однако я всё-таки достойная бессмертная, которая в древние времена повелевала ветрами и облаками. Нужно сохранить гордость и быть настойчивее, чтобы предупредить их: мной не стоит пренебрегать.

— Как пожелаете.

Лу Ян посмотрел на послушную Бессмертную фею Вечности, затем на холодный взгляд Юнь Чжи и покорно пересказал всё, что произошло за последние два месяца.

— Ничего особенного я не делал. Мэн Цзинчжоу и Ман Гу нашли меня и сказали, что в округе Яньцзян творит бесчинства тигриный демон, а за его убийство дадут очки вклада. Мы трое решили, что миссия заведомо выигрышная, и отправились.

— С убийством тигриного демона всё прошло гладко. Когда мы разбирали добычу, выяснилось, что тигриный демон связан с демоническими культами, и мы пошли по следу, чтобы найти демонический культ и, если получится, убить нескольких последователей, избавив людей от вреда.

— Позже мы услышали, что демонические культы набирают людей, и воспользовались возможностью, чтобы проскользнуть внутрь и разведать обстановку. Неожиданно нам повезло, и мы прошли.

— После вступления местный лидер демонического культа высоко нас оценил и сделал управляющими.

— Хотя физически мы были на демоническом пути, наши сердца оставались с праведным путём. Во время пребывания в демоническом культе мы проследили разные зацепки и выяснили, что местный лидер тайно установил Формацию обращения долголетия, чтобы прорваться на стадию Зарождающейся души. После ряда доблестных сражений и хитрых расчётов мы успешно убили его.

— В то же время проверяющий, присланный высшими чинами демонического культа, решил, что у нас крепкая основа и быстрый ум, поэтому повысил нас до глав филиалов, а ещё отправил обратно в Секту Ищущих Дао шпионами.

Бессмертная фея Вечности слушала с весельем.

— Какой глупый демонический культ — отправлять вас троих назад шпионами. Как называется этот демонический культ? Если когда-нибудь встречу, обязательно высмею их с головы до пят.

— Культ Вечности. Они поклоняются тебе, — ответил Лу Ян.

Улыбка на лице Бессмертной феи Вечности застыла.

Лу Ян продолжил:

— Люди Культа Вечности сказали нам, что, когда Древний Безымянный превратил звёзды в Центральный континент, Бессмертный Вечности спас человеческий род. Если назвать титул «Бессмертный Вечности» вместе с его бессмертным именем, можно воскресить бессмертного и снова спасти человечество.

— На обратном пути нам стало скучно, и мы начали угадывать, каким может быть имя Бессмертного Вечности, но при этом боялись последствий, если случайно воскресим бессмертного. Поэтому мы заменили «Бессмертного Вечности» на «Бессмертную фею Вечности». Итог, Старшая сестра, ты сама видела. Я воскресил её.

Юнь Чжи кивнула.

— У вас троих действительно богатый опыт: вы успешно внедрились в Культ Вечности и даже поднялись до ранга глав филиалов. Это и правда большая заслуга. В их отборочном процессе много тонкостей, позволяющих отличать настоящих демонов. То, что вы вошли в Культ Вечности, действительно нелегко.

— Я также слышала об их попытках воскресить Бессмертного Вечности, хотя не знала подробностей. Никогда бы не подумала, что вы случайно преуспеете.

Юнь Чжи перевела взгляд на Бессмертную фею Вечности, которая хмурилась, погружённая в раздумья.

— А тебе есть что сказать?

Бессмертная фея Вечности покачала головой.

— Я никогда не слышала ни о каком Культе Вечности и ничего не знаю о том, что Древний Безымянный превратил звёзды. Я также не помню, чтобы спасала человеческий род.

— Эпоха, из которой я родом, называлась Золотой эпохой Небесного Мандата: это означало, что небеса милосердны и благосклонны, а судьба человека находится в его собственных руках. Я родилась человеком и в эту процветающую эпоху обрела бессмертный Плод Дао, став бессмертной. Благодаря особой способности Плода Дао меня назвали Бессмертной феей Вечности.

Юнь Чжи спокойно сказала:

— Золотая эпоха Небесного Мандата — это то, что мы обычно называем древней эпохой.

Бессмертная фея Вечности продолжила:

— Кроме меня, бессмертными стали ещё четыре человека. Позже кто-то устроил на меня засаду и полностью убил меня.

— Как и говорит Культ Вечности, если кто-то назовёт мой титул и бессмертное имя, я смогу воскреснуть. Но я не знаю, почему моё имя ошибочно распространилось как «Бессмертный Вечности», из-за чего я воскресла только сейчас. И даже теперь я всё ещё не знаю, как долго была мертва.

Бессмертная фея Вечности была полна обид. Я только что воскресла и хотела немного покрасоваться перед младшим, чтобы запугать его до послушания. А он взял и напрямую позвал Старшую сестру. И будто этого мало, эта его Старшая сестра оказалась настолько нелепо сильной, что сразу меня подавила.

Кому мне жаловаться?

Почему я должна была столкнуться с такой сильной личностью сразу после воскресения?

Юнь Чжи проанализировала:

— Возможно, это не было ошибкой распространения. Возможно, кто-то хотел воскресить тебя, но не хотел связываться с тобой кармическими узами, поэтому использовал Культ Вечности, чтобы те назвали твой титул и бессмертное имя, намеренно изменив титул на «Бессмертный Вечности». Когда Культ Вечности перепробует все имена и поймёт, что ничего не работает, они могут предположить, что неверен титул. Так, если Культ Вечности воскресит тебя, именно они окажутся связаны с тобой кармой, а не тот, кто стоит за этим.

Чем выше была культивация, тем больше ценили карму, веря, что она управляет невидимыми нитями судьбы.

Юнь Чжи слегка нахмурилась. Теперь кармические переплетения с Бессмертной феей Вечности возникли не у Культа Вечности, а у Лу Яна, случайно взвалившего на себя это огромное кармическое бремя.

— Что до того, как долго ты была мертва... — Юнь Чжи сделала паузу и спросила: — Ты не знаешь, кто превратил звёзды?

Её тон всё ещё был лёгким, но Лу Ян уловил в нём след серьёзности: Юнь Чжи придавала этому вопросу большое значение.

Бессмертная фея Вечности покачала головой; лицо её выражало растерянность.

— Не знаю. Что сейчас происходит? Когда я была жива, все жили на звёздах. Кто-то превратил звёзды в континент?

Юнь Чжи кивнула.

— До династии Великая Ся была династия Великая Юй, а до неё — династия Великая Цянь. Только до этого была Золотая эпоха Небесного Мандата, о которой ты говоришь, и которую мы называем древней эпохой.

— Династии Великая Цянь и Великая Юй просуществовали по сто тысяч лет, прежде чем были сменены. Династия Великая Ся тоже существует уже сто тысяч лет. Некоторые говорят, что это проклятие древних времён: каждая династия может существовать лишь сто тысяч лет, после чего неизбежно рушится, и из руин поднимается новая.

— В конце древней эпохи один бессмертный превратил звёзды в континент, полностью изменив весь мир в нынешний Центральный континент.

— Иными словами, ты была мертва по меньшей мере триста тысяч лет.

Бессмертная фея Вечности была ошеломлена.

— Так долго?! Знала бы — положила бы духовные камни в банк. Представляете, сколько процентов успело бы набежать!

Лу Ян: «...»

Бессмертная фея, ты уверена, что сосредоточилась на правильной вещи?

[1] Хуан Доудоу буквально значит «жёлтый боб-боб». Имена с повторяющимися иероглифами также обычно звучат милее.

— Как ты использовал мою силу? — Юнь Чжи смотрела на Лу Яна, слегка озадаченная. Судя по описанию Лу Яна, он не был квалифицирован получить доступ к столь глубокой и сложной технике, как Техника божественного призыва.

— Э-э... Я просто случайно получил комплект Кулака звериных форм. Когда я практиковал, то подумал: раз Кулак звериных форм — это кулачная техника, подражающая цели, почему я должен ограничиваться подражанием животным? Людям тоже можно подражать. Из всех, кого я знаю, вы, Старшая сестра, самая сильная, поэтому я решил скопировать вас. Так я и получил вашу силу.

Юнь Чжи: «...»

Она с детства превосходно владела заклинаниями и техниками и считалась гением. Она не только могла выучить любое заклинание с одного взгляда, но и исправляла его изъяны, делая его ещё безупречнее. Она даже вывела множество давно утраченных заклинаний, таких как Техника божественного призыва.

Но с такой ситуацией, как у Лу Яна, я действительно никогда не сталкивалась.

— Даже если я поделюсь с тобой крупицей силы, нынешний ты не сможешь её вынести. Не используй подобные кулачные техники без веской причины.

Лу Ян уловил скрытый смысл в словах Юнь Чжи: решай свои проблемы сам; не зови меня без необходимости.

— А ты, покинь тело Лу Яна.

Позиция Бессмертной феи Вечности стала твёрдой — редкое для неё явление. Она покачала головой и отказалась:

— Я не могу его покинуть.

— Хм? — голос Юнь Чжи поднялся на два тона.

Бессмертная фея Вечности поспешно объяснила:

— Я только что воскресла, и моя бессмертная душа слаба. Мне нужно тело, в котором я смогу пребывать. Поскольку Лу Ян назвал моё имя и воскресил меня, между нами возникла особая кармическая связь, вынуждающая меня жить внутри него. Только когда эта особая кармическая связь исчезнет и моя бессмертная душа окрепнет, я смогу покинуть его пространство сознания.

Лу Ян задумался:

— Это что-то вроде десятимесячного срока беременности?

Бессмертная фея Вечности сердито отчитала его:

— Не можешь привести более подходящий пример?!

Лу Ян пожал плечами. Мне не хватает воображения, и лучшего примера я придумать не могу.

— Или я могу напрямую раздробить твою бессмертную душу, а затем воскресить тебя сама. — Взгляд Юнь Чжи упал на Бессмертную фею Вечности, и та ощутила его как огромное давление, придавившее её.

— Так не пойдёт. Как ты узнала моё имя? От Лу Яна. Это значит, что по сути меня всё равно воскресил Лу Ян. Твой способ не сработает.

Юнь Чжи на мгновение замолчала, затем одной рукой сложила печать и создала золотой знак, который отпечатался в пространстве сознания Лу Яна. Потом знак побледнел и в конце концов исчез.

— Это...

— Это метка души, которую я поставила в Лу Яне. Как только ты попытаешься действовать против него, метка активируется и раздробит твою бессмертную душу. Если такое случится, тебе останется надеяться, что через триста тысяч лет какой-нибудь другой дурак снова правильно назовёт твоё имя, — в тоне Юнь Чжи звучало густое предупреждение.

Бессмертная фея Вечности вздрогнула.

— Вообще-то, тебе не нужно так меня остерегаться. Когда моя бессмертная душа восстановится, я смогу напрямую воссоздать бессмертное тело, и тогда мне не понадобится захватывать чужое. Кроме того, мне нужно спать, чтобы восстановить силы, и я не знаю, когда проснусь. — Она зевнула на ходу.

— Бессмертные тоже хотят спать? — удивился Лу Ян.

Бессмертная фея Вечности продолжала зевать.

— Это всё из-за недавней драки, которая истощила большую часть моей силы... — Её веки опустились, и она начала клевать носом. — Спокойной ночи, не будите меня до конца света.

Юнь Чжи убедилась, что Бессмертная фея Вечности действительно уснула, и только потом покинула пространство сознания, проявившись в реальном мире в состоянии души.

— Спасибо за хлопоты, Старшая сестра! — Мэн Цзинчжоу поприветствовал Юнь Чжи с почтительностью, о существовании которой в себе прежде даже не подозревал.

— Здравствуйте, Старшая сестра, — Ман Гу, как всегда, был честен. Хотя я никогда не делал ничего плохого, не знаю, почему при виде Старшей сестры не могу не бояться.

— Никому не рассказывайте о воскрешении Бессмертной феи Вечности.

— Да! — хором ответили двое и старая лошадь.

— И ещё, не мешкайте и не предавайтесь развлечениям в дороге. Скорее возвращайтесь в Секту Ищущих Дао!

С этими словами душа Юнь Чжи превратилась в полосу света и вернулась в Секту Ищущих Дао, чтобы продолжить совещание.

Троица отбросила мысли о развлечениях, села в экипаж и поспешно уехала.

— Хм? Почему мы движемся так быстро? — Через окно экипажа Мэн Цзинчжоу видел, что пейзаж снаружи меняется в десять раз быстрее, чем раньше!

Старая лошадь полностью отбросила прежний ленивый темп и помчалась со скоростью молнии, используя пространственные заклинания, чтобы пересекать пространство. Её скорость была настолько велика, что она почти летела. Путь, на который обычно ушло бы несколько дней, теперь занял меньше половины дня, и они прибыли в Секту Ищущих Дао.

Старая лошадь понимала: последняя фраза Юнь Чжи о скором возвращении в Секту Ищущих Дао была обращена не к троице, а к ней.

— Ха-ха, Секта Ищущих Дао, я вернулся! — Мэн Цзинчжоу раскинул руки и расхохотался, чувствуя себя отчасти учёным, вернувшимся в родные края в роскошных одеждах после успеха.

Мы трое терпели унижения и надрывались в демоническом культе, усердно притворяясь плохими людьми. Ради чего? Ради очков вклада и возможности показать, какие мы потрясающие!

Поэтому первым делом после возвращения в Секту Ищущих Дао троица направилась в Главный зал поручений, чтобы обменять заслуги на очки вклада. Они вошли, задрав головы и выпятив грудь, не обращая ни на кого внимания, словно три больших краба, только что выбравшихся на берег.

Внутри Главного зала поручений на стенах висело множество поручений, собранных из разных мест, а ученики искали подходящие задания.

Лу Ян заметил, что поручение найти крылатого тигра всё ещё висит на стене. Похоже, даос Ли Хун с заставы Шаньхай ещё не нашёл своего любимого маленького питомца. А вот поручения о предполагаемом обнаружении пещерных владений на горе Куньу больше не вижу — вероятно, разведка завершилась.

Появились и новые поручения: например, сообщения о демонических культиваторах стадии Зарождающейся души, которых нужно устранить; находки древних руин, для исследования которых требовалось сформировать команды; и брачные споры между экспертами, где просили выступить посредниками.

Старший ученик мужского пола, дежуривший у стойки, заметил их забавную походку и поддразнил:

— Три младших брата мир спасли, что ли?

Лу Ян постарался ответить скромно:

— В общем-то, почти. Мы только что выполнили секретную миссию и должны доложить Первому старейшине.

Выражение старшего ученика стало серьёзным. Завершение секретной миссии — дело огромной важности, и не мне его принимать. Никто не посмеет шутить о подобном.

— Первый старейшина сейчас на совещании в Зале обсуждений. За него Главный зал поручений курирует старший брат Дай. Может, доложите ему?

Совещание в Зале обсуждений продолжалось уже больше половины дня, и признаков завершения пока не было. Главный зал поручений находился на Пике Наград и Наказаний, которым управлял Первый старейшина. Когда Первого старейшины не было, его заменял Дай Буфань.

— Тогда побеспокоим вас, сообщите ему.

Когда Дай Буфань получил сообщение от младшего брата, он был весьма озадачен. Не помню, чтобы поручал Лу Яну и остальным какие-то секретные миссии. Может, это устроил шифу? Но и это не сходится. Шифу всегда сообщает мне о таких вещах.

Подавив замешательство, он сказал:

— Пусть войдут.

— Да.

Троицу пригласили во внутреннюю зону Главного зала поручений. Дай Буфань полулежал в кресле и листал документы, где были сведены разведданные из разных мест; некоторые из них могли стать местом для поручения.

Дай Буфань положил документы и взял чашку свежезаваренного чая Удао.[1]

— Ладно, рассказывайте, что вы натворили?

Ман Гу, стараясь звучать культурно, выразился кратко:

— Мы переметнулись в демонический культ.

— Пф-ф! — Мэн Цзинчжоу метнул в Ман Гу взгляд и уточнил: — Не слушайте Ман Гу. Мы не переметнулись в демонический культ; мы в него вступили.

[1] Чай Удао можно буквально передать как «чай постижения Дао».

В конце концов вперёд всё-таки вышел Лу Ян и кратко объяснил, что к чему. Если бы он не заговорил достаточно быстро, Дай Буфань устроил бы в секте чистку. Я давно хотел вышвырнуть этих двух паршивых овец из Секты Ищущих Дао! Посмотрите, каким честным был Ман Гу. Во что он превратился, пообщавшись с вами двумя?! Первое, что он говорит: он из демонических культов.

— Значит, вы вступили в Культ Вечности? И даже поднялись до ранга глав филиала? — Дай Буфань посмотрел на них по-новому. Глава филиала — должность среднего уровня. У них есть право получить доступ ко многим тайнам, вплоть до конкретных подробностей процесса воскрешения Бессмертного Вечности.

Четыре великих демонических культа превосходно умели хранить секреты. Дай Буфань давно хотел выяснить, как именно можно воскресить Бессмертного Вечности.

Лу Ян подумал: Я не просто знаю процесс. Бессмертная фея Вечности прямо сейчас спит в моём пространстве сознания. Кстати, раз Бессмертная фея Вечности живёт во мне, зачем мне довольствоваться должностью главы филиала? Я должен быть главой культа!

— Отлично, вы справились очень хорошо! — Дай Буфань хлопнул себя по бёдрам.

Следы демонических культов было трудно отследить: те во всём остерегались праведного пути. Дай Буфань с трудом добывал сведения из первых рук и хотел внедрить внутрь своих людей, но все попытки заканчивались провалом.

Он никак не ожидал, что Лу Ян и двое остальных принесут ему такой приятный сюрприз.

— Этот Тан Юньшэн хочет, чтобы вы стали тайными агентами Культа Вечности и проникли в Секту Ищущих Дао, верно? Тогда поступим по его желанию. Через полмесяца Секта Ищущих Дао будет набирать новую партию обслуживающего персонала и расширять внутреннюю индустрию развлечений. Я включу ваши трое имён в список отобранных. — Дай Буфань быстро принял решение. — Что касается филиала Яньцзян... у вас есть список его членов?

— Есть. — Лу Ян достал заранее подготовленный список имён и передал Дай Буфаню.

Дай Буфань многозначительно посмотрел на Лу Яна. Хотя этот паршивец скользкий, соображает он быстро. Он понял, что мне понадобится, и заранее всё подготовил.

— Когда снова выйдете на связь с Тан Юньшэном, убедительно держите маску и постарайтесь получить как можно больше сведений о Культе Вечности. Быть шпионами Культа Вечности — само по себе миссия, так что ежегодное требование трёх миссий, как у остальных, вам выполнять не нужно.

— Что касается очков вклада, самая высокая возможная награда за миссию уровня Закладки фундамента — тысяча. Вы уничтожили двух тигриных демонов, четырёх членов демонического культа, среди них одного на продвинутой стадии Золотого ядра, и успешно предотвратили активацию Формации обращения долголетия. Ваш вклад огромен.

— Два тигриных демона Закладки фундамента и три члена демонического культа Закладки фундамента будут засчитаны как семьсот пятьдесят очков.

— Убийство главы филиала Чу и остановка Формации обращения долголетия будут засчитаны как тысяча очков вклада.

— Проникновение в демонический культ и получение должности главы филиала тоже будет засчитано как тысяча очков вклада.

— Мэн Цзинчжоу и Ман Гу, у вас получится в общей сложности две тысячи семьсот пятьдесят очков вклада. Лу Ян, ты на протяжении всей миссии проявил себя отлично. Поверх этих двух тысяч семисот пятидесяти я дополнительно выдам тебе двести пятьдесят очков, всего ровно три тысячи.

Брови у троицы радостно взлетели; такой огромный объём очков вклада их просто оглушил. Теперь мы сможем купить на доске наград много того, чего хотели. Хватит, чтобы какое-то время разгуляться.

— Если добудете новые сведения о Культе Вечности, вам тоже будут начислены очки вклада.

Закончив объяснять им вопросы секретности, Дай Буфань отпустил троих.

Покинув его, Лу Ян в Главном зале поручений столкнулся со знакомым лицом — старшим братом Ли Данем, который раньше советовал ему оружие. Рядом с грозным на вид Ли Данем стояла миниатюрная старшая ученица.

— Старший брат Ли Дань, — поприветствовали его Лу Ян и Ман Гу.

Лу Ян и Ман Гу удивлённо переглянулись: каждый не ожидал, что другой тоже знает Ли Даня.

Ман Гу представил:

— Это старший брат Ли Дань. Он потратил сто очков вклада и купил у меня рецепт шашлыка.

Лу Ян и Мэн Цзинчжоу тут же связали всё воедино. Ман Гу раньше говорил, что один старший брат купил у него рецепт шашлыка и благодаря этому завоевал сердце старшей сестры.

— Здравствуйте, — Ли Дань поздоровался с улыбкой, которая становилась всё более зловещей.

Внезапно Дай Буфань духовным сознанием позвал Ли Даня:

— Младший брат Ли Дань, младшая сестра Дин Сян, зайдите на минуту. У меня есть миссия, которая вам подойдёт.

— Нам нужно идти. Старший брат Дай зовёт, — Ли Дань и Дин Сян поспешно удалились.

---

Дай Буфань передал им список Культа Вечности.

— Это список членов Культа Вечности, который я получил особыми средствами. Но конкретные адреса в нём не указаны. Мне нужно, чтобы вы оба съездили в округ Яньцзян, нашли всех из списка и постарались уничтожить их одним ударом.

— Да! — двое обрадовались. Миссия Дай Буфаня пришлась как раз вовремя: им больше не нужно было мучительно выбирать, какое поручение взять.

— Подготовьтесь и отправляйтесь.

— Поняли!

— Подождите, ещё одно, — Дай Буфань окликнул их перед уходом. — Когда будете под прикрытием в округе Яньцзян, не открывайте шашлычную.

— А? Ох.

---

Лу Ян спросил Ман Гу:

— Что хочешь купить?

— Хочу купить оружие, подходящее конфуцианскому культиватору. Не могу же я каждый раз в бою использовать брата Мэна как оружие.

Мэн Цзинчжоу почувствовал себя слегка оскорблённым.

Лу Ян заметил любопытное оружие.

— Что думаешь об этом веере? На нём написаны стихи. Если мягко им обмахнуться, можно выпустить лезвие ветра, а внутри спрятаны Иглы, сокрушающие душу, которые тоже можно тайно выстрелить вместе с лезвиями ветра.

— Слишком утончённо. Есть что-нибудь с ощущением большей мощи?

— Как насчёт этого Железного молота Тёмного песка? Он выкован из железа Тёмного песка, весит две тысячи цзиней, а внутрь встроена Формация увеличения веса. Когда опускаешь молот, вес увеличивается, а когда поднимаешь — усиление исчезает. Мощным ударом можно раздробить холмы, и ни один культиватор Закладки фундамента не осмелится принять такой удар на себя. Стоит семьсот восемьдесят очков вклада.

Ман Гу немного заинтересовался: это оружие было похоже на его стиль боя. Но всё равно отказался:

— Тоже не подходит. Мне нужно оружие для конфуцианского культиватора.

Лу Ян не пал духом. Он пролистал доску наград до самого конца и нашёл кое-что хорошее.

— Талисман сна. В нём записан полный текст Речений мудрецов для чтения вслух, и он помогает уснуть. Стоит одно очко вклада.

— Наклеим этот талисман на железный молот, и во время боя молот будет автоматически воспроизводить содержание Речений мудрецов. Разве после этого железный молот не станет идеальным оружием для конфуцианского культиватора?

Глаза Ман Гу загорелись. Брат Лу действительно умеет мыслить нестандартно. Почему я сам не додумался до такой хорошей идеи?

— Покупаю! — Ман Гу потратил семьсот восемьдесят одно очко и приобрёл любимое оружие.

Размахивая огромным железным молотом с изречениями мудрецов на рукояти, Ман Гу чувствовал, что с первого взгляда очевидно: он конфуцианский культиватор.

Поскольку Мэн Цзинчжоу никакое оружие покупать не требовалось, он купил несколько телег отборного корма, чтобы вознаградить свою старую лошадь.

Лу Ян купил несколько вещей, которые могли пригодиться в бою.

Пилюля регенерации плоти и костей Белых Костей — если в бою срежут кусок плоти, после приёма пилюли он мгновенно отрастёт, а силы восстановятся.

Заклинание золотого света — создаёт защитное золотое сияние и выдерживает несколько атак, защищая всё тело. Его эффект был лучше, чем у шаобина из столовой.

Лу Ян счёл Заклинание золотого света хорошей вещью и сразу купил десять штук.

Самоочищающаяся одежда — одежда, которая остаётся безупречно чистой даже без Заклинания очищения одежды. Необходимая вещь для поедания сычуаньского хотпота.

К тому же эта одежда считается переработанной, так что не возникнет проблемы, что враг заберёт её кольцом хранения.

Лу Ян всё продумал заранее: он боялся, что его противники окажутся такими же изобретательными, как он сам.

Вернувшись на Пик Небесных Врат, Лу Ян по-прежнему не увидел Юнь Чжи. Место охраняла только марионетка.

— Почему это собрание в этот раз так затянулось? Наверное, дело в распределении духовных камней?

По впечатлениям Лу Яна, только такая ситуация могла потребовать настолько долгого совещания. У старейшин всегда полно странных идей, но все они ограничены количеством духовных камней. Как только появляется шанс получить духовные камни, они непременно будут биться до конца, приводя всевозможные доводы.

В этот момент он увидел, как из Зала обсуждений вылетели восемь лучей света: восемь старейшин разошлись. Юнь Чжи, когда собрание закончилось, неторопливо вышла из Большого зала.

— Уже вернулся?

— Только что.

Юнь Чжи духовным сознанием просканировала Лу Яна и убедилась, что Хуан Доудоу всё ещё спит в его пространстве сознания.

— Вокруг Бессмертной феи Вечности остаётся много сомнительных моментов. Возможно, даже она сама не знает ответов на эти вопросы. Я выйду и навещу нескольких друзей, посмотрю, удастся ли что-нибудь выяснить. А ты усердно культивируй на Пике Небесных Врат и постарайся как можно быстрее достичь средней стадии Закладки фундамента.

— Понял.

Юнь Чжи больше ничего не сказала и взмыла в небо; её фигура стала размытой, и Лу Ян так и не понял, куда она направилась.

После ухода Юнь Чжи Лу Ян повернулся к марионетке, которая когда-то сопровождала его в тренировках, и захотел с ней поспарринговаться. Но вскоре его избили до синяков и шишек.

Я даже марионетку победить не могу. Охваченный чувством поражения, Лу Ян решил честно сесть в медитативную позу и культивировать. Старшая сестра занята и бегает ради моих дел; я не могу лениться.

— Это мой ученик? Мой ученик вернулся?

В уши Лу Яна просочился призрачный шёпот. Он инстинктивно закрыл уши, но понял, что это никак не помогает. В голосе была непостижимая сила.

— Кто здесь?! — Лу Ян настороженно осмотрелся. Не помню, чтобы у меня был какой-то шифу. Всё это время меня наставляла Старшая сестра.

Подождите, кажется, шифу у меня всё-таки есть.

— Лу Ян, ты вернулся. Я твой шифу, Молчаливый даосский жрец.

Это был нынешний глава Секты Ищущих Дао, Молчаливый даосский жрец, пропавший на десять лет. Несмотря на его отсутствие, Секта Ищущих Дао работала гладко и даже набрала новую партию учеников, словно между наличием главы секты и его отсутствием почти не было разницы.

— Шифу?! — Лу Ян был потрясён. Даже став учеником Молчаливого даосского жреца уже год назад, он ни разу не видел своего наставника. Старшая сестра всегда говорила, что шифу в затворничестве и у него нет времени встретиться со мной. Неужели он наконец закончил затворничество?

— Это я. Хотя ты никогда меня не видел, я всё время наблюдал за тобой. Я очень рад, что ты смог ввести ци в тело и успешно прорвался к стадии Закладки фундамента. — Голос был полон пережитых лет и звучал как голос доброго старого дедушки.

— Шифу, где вы? Вы в затворничестве и не можете выйти ко мне? — Лу Ян почувствовал, что что-то не так. Если шифу может видеть меня и говорить со мной, почему за этот год от него не было никаких вестей?

Голос глубоко вздохнул, словно нёс в себе невыразимую горечь.

— Это долгая история. Я всё это время был на Пике Небесных Врат, но временно не могу покинуть своё нынешнее место. Некоторые вещи в двух словах не объяснишь. Просто следуй пути, который я сейчас укажу, и ты сможешь увидеть меня.

Хотя у Лу Яна были сомнения, он решил, что опасности быть не должно. В конце концов, это Пик Небесных Врат, а он мой шифу. И самое главное — Старшая сестра никогда не предупреждала меня о подобных вещах. Если бы здесь была опасность, Старшая сестра давно бы сказала.

— Сначала найди сосновый лес на середине горы. Там есть древняя сосна высотой триста метров, самая большая во всей роще.

Лу Ян быстро нашёл древнюю сосну, о которой говорил Молчаливый даосский жрец. Он помнил, что марионетка раньше собирала здесь кедровые орешки и готовила для него кукурузу с орешками — очень вкусную.

— Легонько постучи по древней сосне три раза, подожди три секунды, а потом постучи ещё три раза.

Лу Ян выполнил указания и увидел, как к востоку от древней сосны исказилось пространство, будто сняли кусок маскировочной ткани и открыли скрытую истину. Огромный участок сосен исчез, а на его месте появилась тёмная пещерная обитель. У входа был приклеен сияющий золотом талисман; не заметить его было трудно. Голос Молчаливого даосского жреца доносился именно из этой пещерной обители.

Лу Ян осторожно позвал:

— Шифу?

— Ах, хороший ученик. Мы наконец встретились. — Из пещерной обители вышел старец с бессмертной осанкой и фучэнем[1] на руке, словно бессмертный, сошедший с небес. Увидев Лу Яна, он явно разволновался. Так вот он какой, мой младший ученик?

Молчаливый даосский жрец остановился у входа и не сделал дальше ни шага.

— Шифу, что случилось? Вы здесь заперты? Когда Старшая сестра вернётся, я попрошу её вас спасти! — встревоженно сказал Лу Ян.

— Нет-нет-нет, — Молчаливый даосский жрец немедленно остановил Лу Яна. Если бы Юнь Чжи не покинула Пик Небесных Врат, я бы не посмел позвать Лу Яна.

— Не говори своей Старшей сестре, что ты меня видел.

— Почему?

Молчаливый даосский жрец поднял взгляд к потолку пещеры; выражение его лица стало сложным.

— Человек живёт не ради чего иного, как ради славы и выгоды. Как глава одной из Пяти великих бессмертных сект, я обладаю огромной властью, и естественно, это привлекло внимание многих людей, желавших занять моё место. Это я понимаю. В своё время мне тоже пришлось пройти через жестокие сражения, прежде чем я победил среди старших и младших братьев.

— Я изначально думал, что после того, как стану главой секты, всё разрешится, но не ожидал, что меня предадут самые близкие. — На лице Молчаливого даосского жреца появилась мучительная гримаса, будто он не хотел вспоминать прошлое, но был вынужден заново переживать эти воспоминания. — Твоя Старшая сестра исключительно одарённа. Когда я отступлю от дел, должность главы секты определённо перейдёт к ней, но она не смогла дождаться этого дня: нарушила наш уговор, заточила меня здесь, а сама стала исполняющей обязанности главы секты и взяла на себя все дела секты.

— Как секта жила эти десять лет? Твоя Старшая сестра следовала планам, которые я наметил?

Лу Ян был поражён. Я слышал от нескольких старших братьев и сестёр, что за эти десять лет секта с каждым днём процветала всё сильнее, и большая часть заслуг принадлежит Старшей сестре. Неужели всё это основывалось на планах шифу?

Лу Ян честно пересказал положение дел. В голосе Молчаливого даосского жреца появилась нотка утешения:

— Маленькая Юнь справилась хорошо. Даже без меня она может гладко управлять сектой. Жаль только...

— Что жаль?

— Жаль только, что сектой управляю не я лично. Будь это я, у меня были бы более удачные стратегии управления.

— Тогда вы можете выйти?

Молчаливый даосский жрец горько улыбнулся и попытался выйти из пещерной обители. Стоило ему сделать шаг, как у входа вспыхнули бесчисленные фиолетовые молнии, окутывая его. Он тут же в испуге отступил и фучэнем погасил огонь на своём теле.

— Видел? Я не могу выйти.

— Тогда как мне вас спасти?

— У входа в пещерную обитель есть золотой талисман, написанный Маленькой Юнь. Тебе нужно только снять его, и я смогу выйти.

Лу Ян подозрительно посмотрел на Молчаливого даосского жреца.

— Всё так просто?

— Всё так просто. Маленькая Юнь сказала: если кто-нибудь снимет талисман, значит, мне не суждено быть заточённым здесь, и меня, естественно, придётся выпустить, чтобы следовать воле Неба.

Лу Ян наклонился и присмотрелся. На талисмане не было странных узоров, которые обычно встречаются на талисманах. Там было только семь огромных слов, оставленных Юнь Чжи:

Посмотрим, кто осмелится снять это.

---

[1] Фучэнь — даосская метёлка-венчик, буквально «хвостовой веник».

Лу Ян молча отступил на несколько шагов, пытаясь доказать, что у него совершенно нет намерения снимать талисман. Даже если Старшая сестра внезапно снизойдёт с небес, я тоже смогу отмежеваться от этой ситуации. Наверное, это и называется: «благородный муж не стоит под опасной стеной».

Хотя на талисмане Юнь Чжи не ощущалось ни следа духовной энергии, а его снятие вроде бы не выглядело опасным, Лу Ян всё равно не решался его трогать.

Я сниму этот талисман только если окончательно откажусь жить. Шифу, дело не в том, что ваш ученик непочтителен. Просто жизнь у меня одна. К тому же в моём пространстве сознания сидит бессмертная. Если Старшая сестра забьёт меня до смерти, получится сразу две смерти. Не стоит оно того.

Молчаливый даосский жрец, увидев колебания Лу Яна, естественно понял, чего тот опасается. Он не удивился: Лу Ян был не первым, кто так реагировал. Молчаливый даосский жрец усмехнулся.

— Понятно, что ты меня не понимаешь. Можешь расспросить обо мне других старейшин, чтобы получить более полное представление. Тогда узнаешь, что я не говорю неправды.

— Только не рассказывай им, что Маленькая Юнь заточила меня здесь. Маленькая Юнь управляет сектой уже десять лет, и некоторые старейшины не обязательно будут на моей стороне.

Лу Ян подумал, что в этих словах есть смысл. Я знаю только, что мой шифу — Молчаливый даосский жрец, но никогда всерьёз не задумывался, что он за человек. Может, это хороший случай. С этой мыслью он покинул сосновый лес.

Когда Лу Ян ушёл, Молчаливый даосский жрец почесал голову. Я уже просил нескольких человек снять талисман, но никто не согласился.

— На талисмане что-то такое написано, что они так пугаются? — пробормотал Молчаливый даосский жрец и вытянул шею, пытаясь рассмотреть талисман, но ничего не вышло.

---

Лу Ян снова вернулся в Главный зал поручений, но ему сказали, что Первый старейшина ушёл по делам. Поэтому он мог только отправиться на Пик Передачи Учения, где находился Второй старейшина.

Пик Передачи Учения отвечал за преподавание базовых знаний о культивации. Когда Лу Ян только вступил в Секту Ищущих Дао, он месяц там усиленно наверстывал материал, но Второго старейшину ни разу не видел.

— Старший брат, могу спросить, здесь ли Второй старейшина? — спросил Лу Ян у дежурного ученика на Пике Передачи Учения.

Старший ученик странно посмотрел на Лу Яна.

— Ты ищешь Второго старейшину? Тогда тебе в травяной сад. Он лежит у входа.

Лу Ян опешил. Он никак не ожидал, что Дедушка Ба, заставивший его копать землю в травяном саду, и есть Второй старейшина.

Он поблагодарил старшего ученика и пришёл в травяной сад. Дедушка Ба действительно здесь.

— Хм? Вернулся ещё копать? — радостно спросил Дедушка Ба.

— Нет, я просто хотел спросить о своём шифу.

— О Старом Девятом? Конечно, знаю. — Дедушка Ба тут же оживился.

— Старом Девятом?

— Верно. Начиная с Первого старейшины и до Восьмого, а потом и твой наставник, Молчаливый даосский жрец, — всех нас учил один шифу. Твой наставник самый младший и вступил в секту позже всех, поэтому он девятый по порядку.

— Старый Девятый — болтун, вечно тараторит без остановки. Ты видел на первом этаже библиотеки писаний Введение в искусство сяншэна? Это Старый Девятый пожертвовал.

Лу Ян кивнул. Он отлично помнил, как тогда долго стоял в оцепенении перед этой книгой и думал, не ошибся ли местом.

— Позже наш шифу уже совсем не хотел слушать, как Старый Девятый говорит, поэтому дал ему титул «Молчаливый даосский жрец» — в надежде, что тот будет меньше разговаривать.

Лу Ян спросил:

— Помогло?

— Нет, не помогло. Старый Девятый сказал: «Конфуций молчит о сверхъестественном; пока я молчу и не говорю о сверхъестественном, всё в порядке». А потом его рот продолжил болтать без умолку. Ему, по-хорошему, надо рот зашить.

— Но талант к культивации у Старого Девятого среди нас девяти был сильнейший. Хотя, конечно, с Юнь Чжи он сравниться не может. Думаю, талант Юнь Чжи редкость даже за всю историю.

— Когда наш шифу ушёл в уединение, мы девятеро обсудили, кто должен стать главой секты, и единогласно решили: Старый Девятый. С его подвешенным языком он точно справился бы хорошо. Но Старый Девятый решительно отказался, поэтому мы предложили действовать по правилам цзянху: кто сильнее, тот и решает. Старый Девятый согласился.

— Потом мы восьмером навалились на него и избили, вынудив стать главой секты.

Лу Ян вспомнил «жестокие сражения», о которых рассказывал его наставник. Нельзя сказать, что это совсем неточно.

— Наше суждение действительно оказалось верным. У Старого Девятого был талант к управлению: он навёл в секте порядок и смёл прежнюю мрачную атмосферу. Возможно, это тоже было связано с его характером.

— А потом, не знаю уж, что случилось, но десять лет назад Юнь Чжи внезапно пришла к нам и сказала, что отныне сектой будет управлять она. Мы подумали, что время молодого поколения всё равно когда-нибудь наступит, и если оно возьмёт бразды правления пораньше, это не обязательно плохо. Так что раз она хотела заниматься делами секты, мы просто позволили ей.

— А куда делся Старый Девятый, мы особо не следили. В конце концов, ему почти две тысячи лет, а ум у него даже проворнее, чем у молодых. Кто знает, может, где-то живёт себе припеваючи? Не мог же он заблудиться, верно?

Для такого сильного культиватора, как Дедушка Ба, понятие времени отличалось от обычного. Десять лет для них не были долгим сроком.

Попрощавшись с Дедушкой Ба, Лу Ян отправился на Пик Очищения Тела искать Третьего старейшину. Поскольку там был Мэн Цзинчжоу, с его помощью Лу Ян быстро нашёл Третьего старейшину.

Третий старейшина как раз играл в шахматы на краю полей со старым предком клана Синеглазых водяных буйволов. Его невысокий рост мешал бы связать его с первоклассным культиватором тела, если бы Лу Ян встретил его где-нибудь ещё. Но Лу Ян знал, что в теле Третьего старейшины скрыта ужасающая сила, способная передвигать горы и засыпать моря одним движением пальца. Созданные им «Шесть форм, потрясающих небеса» высоко ценились среди культиваторов тела; все хотели изучить хотя бы их малую часть. Бесчисленные люди мечтали стать учениками Третьего старейшины, но не могли.

Лу Ян тоже попытался найти в полях тех десять буйволов, которых когда-то призвал, но обнаружил, что все буйволы выглядят для него одинаково.

— Спрашиваешь о Старом Девятом? Ха-ха, ты пришёл к нужному человеку! Это я его подобрал и вырастил на моче и кале! — У Третьего старейшины было выражение лица, будто он говорил: «Повезло тебе, что встретил меня».

Мэн Цзинчжоу тихо напомнил сбоку:

— Шифу, не «на», а «через» — вырастил, проходя через мочу и кал.

Третий старейшина нетерпеливо махнул рукой.

— Да какая разница. Не придирайся к словам, как Старый Четвёртый.

— Старый Девятый всегда славился сообразительностью. Он первым среди нас выучил заклинание «Размер по желанию». Как следует из названия, оно позволяет становиться больше или меньше. Старый Девятый задумался: можно ли изменить его так, чтобы действие распространялось только на отдельную часть тела? Сильно увеличивать не нужно, одного-двух цуней хватит. Так будет и удобно, и проще использовать, и силы меньше тратится, а уж популярность между мужчинами и женщинами точно будет огромной. Мужчины смогут использовать его снизу, женщины — сверху.

— И, следуя этой мысли, он действительно успешно его разработал. — Третий старейшина хлопнул себя по бедру, восхищаясь гениальной идеей Молчаливого даосского жреца.

— Позже он написал книгу о новом заклинании под названием Размер по желанию (локальная версия). Стоило ей выйти, и люди сошли с ума. Тогда мы заработали немало духовных камней. Когда шли есть, могли заказывать самые дорогие блюда в меню, а случайно уроненные духовные камни даже не подбирали.

— К несчастью, хорошее долго не длится. Вскоре династия Великая Ся выступила и запретила продажу этого заклинания.

— Почему?

— Сказали, что оно относится к непристойным материалам.

Лу Ян пробормотал:

— ...Нельзя сказать, что они совсем неправы.

Было очевидно, что Третий старейшина полон похвалы и восхищения к Молчаливому даосскому жрецу. Возможно, потому что Третий старейшина относился к тем, кто завидует другим именно в том, чего ему самому не хватает.

Попрощавшись с Третьим старейшиной, Лу Ян прибыл на Пик Благородного Мужа.

Пик Благородного Мужа был территорией Четвёртого старейшины. На горе было свежо и прохладно, словно в изящной картине; куда ни пойди, всюду встречались павильоны и ручьи, а изумрудный бамбук стоял ровно и прямо. С первого взгляда было ясно: это место любят учёные и литераторы, которые задерживаются здесь, сочиняя стихи. Даже если бы бамбук вдруг начал декламировать пару строк мудрецов, Лу Ян ничуть не удивился бы.

После всех странностей, которые он видел в Секте Ищущих Дао, психологическая устойчивость Лу Яна достигла невиданной высоты.

Он даже увидел чёрно-белых Железоядных зверей[^1], кувыркающихся в горах. Старшие ученики тем временем пили вино, веселились, свободно водили кистью и позволяли туши течь по бумаге, оживляя полотно. Затем они сами ныряли в картины и беззаботно резвились с людьми внутри, ничем не стеснённые.

Один Железоядный зверь даже толкнул Лу Яна так, что тот чуть не упал. Зверь хотел поиграть с ним, но у Лу Яна были дела, и он мог только изо всех сил рассуждать с ним по-хорошему, пока тот наконец не отпустил его, ещё и подарив на прощание наполовину съеденный кусок бамбука.

— Здравствуйте, старший брат. Могу спросить, где Четвёртый старейшина? — почтительно спросил Лу Ян, всё ещё держа в руках надкушенный бамбук.

Этот старший ученик обладал совершенно пугающим мастерством в Дао живописи: его работы почти невозможно было отличить от реальности.

Услышав Лу Яна, старший ученик высунул из картины половину тела.

— Ты кто?

— Я Лу Ян.

Стоило ему услышать имя Лу Яна, как всё встало на свои места.

— А, знаю тебя. Новичок Лу Ян, ученик Юнь Чжи.

— ...Старшая сестра приняла меня в ученики от имени моего шифу. Я ученик Молчаливого даосского жреца, — серьёзно поправил его Лу Ян.

— Я Цзи Хунвэнь. Я вступил в Секту Ищущих Дао в одном наборе со Старшей сестрой. Я первый ученик Четвёртого старейшины.

Цзи Хунвэнь не задирал нос перед Лу Яном и не судил его за низкий уровень культивации.

— Рад знакомству, старший брат Цзи.

Лу Ян удивился, услышав, что Цзи Хунвэнь был из одного набора с Юнь Чжи. Он знал только, что Дай Буфань вступил вместе с Юнь Чжи и был самым старшим среди учеников, пользовался большим уважением, а его культивация почти не уступала старейшинам. Первый старейшина тоже очень доверял ему в делах.

Лу Ян не ожидал встретить ещё одного человека из того же набора. Значит, культивация старшего брата Цзи, скорее всего, тоже не низкая.

Внешний мир не мог увидеть таких больших фигур, а в Секте Ищущих Дао они встречались повсюду.

— Хочешь увидеть шифу? Пойдём. Он, наверное, сейчас учит учеников. — Цзи Хунвэнь выплыл из картины. Он щёлкнул пальцем, и в картине появился ещё один человек.

Только тогда Лу Ян заметил, что Цзи Хунвэнь был в картине не один: там находилась ещё и пленительно красивая женщина. Она словно вышла прямо из водных городков Цзяннани[^2]. Мягкая, изящная, с лёгким румянцем на щеках; на улыбающемся лице играли ямочки, будто распустился цветок, а взгляд, казалось, нёс в себе целую реку чувств. Она была не только несравненно красива — её одежда была ещё и смелой, открытой, отчего даже такой невинный юноша, как Лу Ян, покраснел.

— Ха-ха, красива? Я её нарисовал. Хочешь, я и для тебя такую нарисую? Она даже сможет ночью спать рядом с тобой, — поддразнил Цзи Хунвэнь.

Лу Ян поспешно замотал головой. Надо беречь жизненную силу почек.

Красавица прильнула к руке Цзи Хунвэня и смотрела на него с глубокой нежностью.

Лу Ян не знал, что желающих изучить этот навык Цзи Хунвэня было больше, чем желающих изучить «Шесть форм, потрясающих небеса» Третьего старейшины.

Следуя за Цзи Хунвэнем, Лу Ян оказался в глубине бамбукового леса, где неожиданно находилась частная школа. Внутри был образцовый наставник Четвёртый старейшина, Ман Гу, полностью воплощавший выражение «гнилое дерево не вырезать», и кучка случайных людей, старательно слушавших урок.

Четвёртый старейшина объяснял смысл древних текстов:

— ...Если смотреть к юго-западу от ручья, он извивается, словно Ковш, и вьётся, словно змея; то светлые, то видимые участки. Берега выступают, как собачьи зубы, а источник всё время скрыт во мраке[^3]. Ну-ка, Ман Гу, переведи эту часть. Что означает: «Берега выступают, как собачьи зубы, а источник всё время скрыт во мраке»?

Ман Гу опустил голову, тщательно задумался и с полной уверенностью ответил:

— У берега дерутся две собаки, и никто не знает почему.

Четвёртый старейшина молча закрыл древнюю книгу, засучил рукава и вынул линейку. Он уже собирался ударить Ман Гу по тыльной стороне ладони, но вспомнил искренние наставления мудрецов: учить всех без различия и наставлять сообразно способностям. Я видел, как Ман Гу прилежно занимается. Он хороший ребёнок. То, что сейчас случилось, должно быть случайностью. Спрошу у него вопрос попроще. Если ответит правильно, мне не придётся его бить, и это сохранит ему лицо.

— «Те, кто у власти, князья и вельможи, разве они от рождения выше остальных?»[^4] Что это значит?

Согласно историческим записям, когда сто тысяч лет назад рухнула династия Великая Юй, князья и аристократы выступили вперёд, подняли свои знамёна и попытались вновь объединить мир, восстановив власть Великой Юй. Народ твёрдо верил в родословные и считал, что кровь династии Великая Юй от рождения благородна, поэтому заявления аристократов успешно привлекли множество последователей.

Но предок императора Великой Ся знал, насколько прогнили эти аристократы внутри: он сам немало от них пострадал. Эти люди считали себя выше остальных, утопали в роскоши и удовольствиях, совершенно не понимая ни страданий простого народа, ни трудностей культивации. С рождения их осыпали бесчисленными редкими природными сокровищами, их культивация легко взлетала вверх, и они сами уже почти становились редкими природными сокровищами. Даже если бы эти люди смогли восстановить династию Великая Юй, она очень быстро сгнила бы снова.

Будучи человеком дальновидным и мудрым, предок императора Великой Ся поднял руку и воскликнул: «Те, кто у власти, князья и вельможи, разве они от рождения выше остальных?» Эта фраза стала бессмертной и прошла сквозь века.

Даже Ман Гу, представитель Варварского племени, слышал эту фразу и глубоко восхищался доблестью предков императора Великой Ся.

— Эта фраза значит: «Те, кто у власти, князья и вельможи, у вас что, от рождения яиц больше?»

Вся аудитория разразилась смехом.

У Четвёртого старейшины исчезли последние признаки колебаний: он ударил Ман Гу линейкой по руке, отчего тот скривился от боли.

Но Ман Гу всё ещё недоумевал, что сделал не так. Предок императора Великой Ся осмелился открыто бросить вызов аристократам. Какая же огромная смелость для этого нужна! Разве не это пытается сказать фраза?

Лу Ян, всё это время стоявший у входа, почтил Ман Гу тремя секундами молчания.

Цзи Хунвэнь не удержался, покачал головой и рассмеялся.

— Я правда не понимаю, что думает младший брат Ман Гу. Он из Древнего варварского племени, но вместо того чтобы учиться у Третьего старейшины, решил стать учеником нашего шифу. За этот год ему досталась изрядная доля побоев. Правда, я заметил, что после возвращения с миссии его голова будто стала работать острее. Знаешь почему?

Лу Ян покачал головой. Откуда мне знать?

Столкнувшись с подозрительным взглядом Цзи Хунвэня, Лу Ян поспешно сменил тему.

— Кстати, мне кажется или в том, как Четвёртый старейшина бьёт по тыльной стороне ладони, есть скрытый ритм?

Цзи Хунвэнь посмотрел на Лу Яна с лёгким удивлением.

— Тебе не показалось. На самом деле это метод стимуляции кровной линии, просто для большинства боль слишком невыносима. Шифу использует этот способ, чтобы стимулировать Древнюю варварскую кровную линию младшего брата Ман Гу. Кстати, не говори об этом младшему брату Ман Гу.

Лу Ян кивнул.

— Когда шифу закончит урок, тогда и можешь к нему обратиться. — Цзи Хунвэнь взял красавицу за руку и ушёл.

Занятия всегда будто тянулись вечность. Лу Ян продолжал слушать у входа, и хотя Четвёртый старейшина преподавал всего четверть часа, Лу Яну казалось, что прошло несколько часов. Наконец Четвёртый старейшина завершил урок, и тогда столкнулся с любознательным Лу Яном.

— Спрашиваешь, что за человек Старый Девятый — тот, кто полон озорства, вечно не делает ничего хорошего и переполнен коварными идеями?

Лу Ян: «...»

Спасибо, кажется, я уже довольно хорошо понимаю, что за человек мой шифу.

---

[^1]: «Железоядный зверь» — древнее название панды.

[^2]: Цзяннань славится учёной и утончённой атмосферой.

[^3]: Строки из стихотворения Лю Цзунъюаня.

[^4]: Это довольно известная фраза; её смысл уже объяснён в тексте.

Одежда Четвёртого старейшины была типичной для конфуцианского культиватора: незапятнанные белые одежды и бумажный веер в руке. Его шаг был неторопливым, а в общении с людьми он держался мягко, дела решал основательно и относился к ученикам справедливо.

Он посоветовал Лу Яну:

— Тебе лучше держаться от Старого Девятого подальше. К счастью, в последнее время он пропал, и ты увернулся от стрелы. Цени возможность учиться у Юнь Чжи. Учиться у Старого Девятого — никакого будущего.

— Мудрецы говорят, что у благородного мужа пять добродетелей: человеколюбие, праведность, ритуал, мудрость и верность. К Старому Девятому это не имеет никакого отношения. Нет такого дурного дела, которым он не занимался бы. Я уже не помню, сколько раз вытаскивал его из тюрьмы. Знаешь, какое уникальное искусство в Дао меча у твоего наставника?

Лу Ян ответил:

— Я слышал от Старшей сестры, что это «Один меч в десять тысяч мечей». Если раскрыть его полностью, один меч порождает десятки тысяч мечей, словно тёмные тучи нависают над городом, заслоняя небо и глядя вниз на всё сущее. После того как враги будут перебиты, десять тысяч мечей возвращаются в один, не оставив на себе ни капли крови.

Когда Лу Ян слушал описание Юнь Чжи, он с нетерпением ждал возможности увидеть это искусство, думая, что это и есть квинтэссенция вольности мечевого культиватора.

Четвёртый старейшина кивнул.

— Верно. Один меч в десять тысяч мечей. Как обладатель Мечевого духовного корня, Старый Девятый действительно был редким гением в Дао меча. Сейчас мало кто из мечевых культиваторов способен достичь его уровня.

Лу Ян смутился. Мне всё кажется, что в тоне Четвёртого старейшины есть что-то неописуемое... смесь скрежета зубов от злости, стыда за связь с ним и досады на то, что он не оправдал ожиданий?

Похоже на правду.

Четвёртый старейшина продолжил:

— Однажды Старый Девятый применил свою технику меча и превратил один меч в десять тысяч мечей, а потом продал их Торговой гильдии Луоди. Получив плату, он вернул десять тысяч мечей обратно в один. Если бы я не вмешался и не уладил дело с ответственным лицом, твой шифу до сих пор гнил бы в тюрьме!

Лу Ян потерял дар речи. Шифу ведь прямо сейчас заперт, так что, можно сказать, пожинает то, что посеял.

— А ещё ты слышал о заклинании Размер по желанию (локальная версия)? — спросил Четвёртый старейшина.

— Только что слышал от Третьего старейшины.

— Не распространяй сведения об этом заклинании. Многие молодые ученики сейчас даже не знают о его существовании. Если бы это было сто лет назад, новые ученики дрались бы за право стать учеником Старого Девятого, лишь бы изучить это заклинание. К счастью, младшая племянница Юнь Чжи обладала дальновидностью и уничтожила книгу. Оригинал хранится на верхних этажах библиотеки писаний, а благодаря намеренному сокрытию у нас больше нет учеников, которые шумно требуют изучить такое заклинание.

На лице Четвёртого старейшины появилось скорбное выражение.

— Нравы падают с каждым днём.

Лу Яну было неловко признаться Четвёртому старейшине, что сам он тоже хотел бы изучить это заклинание.

Прошу прощения, я поразмышляю над собой.

Тон Четвёртого старейшины слегка смягчился.

— Впрочем, нельзя сказать, что у Старого Девятого нет достоинств. Как минимум после того, как он стал главой секты, наша секта в целом стала сильнее. Конечно, это не только его заслуга. Мы все восьмеро тоже внесли достойный вклад.

На мгновение Лу Ян не понял, хвалит Четвёртый старейшина Молчаливого даосского жреца или самого себя.

— Кстати, почему ты вдруг заинтересовался Старым Девятым?

Лу Ян усмехнулся, скрывая неловкость.

— Да ничего особенного. Просто с тех пор, как я стал учеником шифу, я ни разу его не видел, вот и стало любопытно.

Расспросив трёх человек, Лу Ян примерно понял, что за человек его наставник.

И он ещё рассчитывает, что его выпустят?

---

Секта Небесной Стратегии располагалась на восточной стороне континента и занимала огромную территорию. Если смотреть сверху, можно было заметить, что Секта Небесной Стратегии напоминает перевёрнутый компас багуа, образуя живописное зрелище.

В Секте Небесной Стратегии было тихо и малолюдно, словно это скрытая секта, спрятанная глубоко в горах. На самом деле там стояла такая тишина, что она казалась зловещей. Но главная причина безлюдья заключалась в том, что секта отправила учеников наружу выплачивать долги, и в гигантской секте почти никого не осталось. Так они и закаляли сердца учеников в мирской суете, и сокращали расходы — убивали двух зайцев одним ударом.

Крик разорвал тишину Секты Небесной Стратегии.

— Шифу, шифу, я вернулся! — Ло Бу вбежал в секту и сразу помчался искать наставника.

Глава Секты Небесной Стратегии услышал, как ученик зовёт его, и вышел из своей пещерной обители.

— Хороший ученик, почему ты вернулся так быстро? Уже придумал, как выплатить все долги?

Ло Бу всё ещё задыхался.

— Е-ещё нет. Во время путешествия я гадал людям и столкнулся с проблемной фигурой. Я хотел вернуться и уведомить секту, чтобы мы были настороже.

— Садись и рассказывай не спеша.

Ло Бу перевёл дыхание и начал подробно объяснять:

— Когда я путешествовал в Яньцзянском округе, у меня не было денег. Я подумал, что наугад погадаю людям и обману нескольких несчастных на деньги. Именно тогда я случайно встретил трёх учеников Секты Ищущих Дао и одну ученицу Бессмертного дворца Лунного лавра — лёгких овечек на заклание.

— Изначально я не собирался гадать всерьёз и думал дать им кое-какое чтение для вида, но не ожидал, что один из них окажется совсем не прост. Его зовут Лу Ян. Хотя его культивация низка и он только начал культивировать, его будущее чрезвычайно пугающее.

У главы Секты Небесной Стратегии сердце дрогнуло.

— Ты предлагаешь вложиться в него заранее, чтобы, когда он разбогатеет, он помог нам выплатить долги?

Ло Бу немедленно погасил страшную мысль своего шифу.

— Нет-нет-нет! Я увидел, что в будущем Лу Яна предопределены кармические связи с несколькими бессмертными.

— Кармические связи с несколькими бессмертными?! — глава секты ахнул. Обычно кармической связи всего с одним бессмертным уже достаточно, чтобы умереть, а этот человек по имени Лу Ян будет глубоко вплетён в карму нескольких бессмертных и всё равно не умрёт? Больше всего Секта Небесной Стратегии боится пересекаться с людьми, несущими тяжёлую карму: это вредно для преодоления. Чем тяжелее карма, тем труднее культивация, а попытки вырваться лишь углубляют кармические связи.

— И это ещё не всё! Я также обнаружил, что Лу Ян распространит дурные нравы Секты Ищущих Дао по всему миру культивации.

Глава секты резко втянул холодный воздух. Почему ты не сказал такую важную вещь раньше? По сравнению с этим какие там кармические связи с бессмертными? Кармические связи с бессмертными означают, что в будущем он совершит великие дела, а распространение дурных нравов Секты Ищущих Дао означает, что с его мозгами что-то не так!

— В любом случае мы должны изо всех сил избегать контактов с Сектой Ищущих Дао, особенно с тем, кого зовут Лу Ян. Чем дальше будем от них держаться, тем лучше!

Внезапно выражение лица главы секты заметно изменилось.

— Шифу, что случилось?

— К Секте Небесной Стратегии приближается чрезвычайно грубая и агрессивная волна ауры. Полагаю, гость пришёл не с добрыми намерениями! Быстро активируй Великую защитную формацию секты!

Глава секты мгновенно принял решение активировать Великую защитную формацию секты.

Узлы формации вспыхнули, словно звёзды в ночном небе, складываясь в форму компаса багуа. Огромный компас багуа накрыл Секту Небесной Стратегии, создавая неприступную и сложную защиту во всех восьми направлениях, из которой было трудно найти выход. Если кто-то попадал внутрь формации, он мог потратить всю жизнь и всё равно не разгадать её. Бесчисленные эксперты Слияния возвращались ни с чем, а те, кто приходил со злым умыслом, оставались в ловушке до смерти. Всё это свидетельствовало о мощи Великой защитной формации Секты Небесной Стратегии.

Однако гость, увидев Секту Небесной Стратегии, не проявил ни малейшего намерения остановиться; он излучал властную, надменную ауру. Столкнувшись со сложной великой формацией, гость одной рукой разбил её вдребезги.

Только тогда глава Секты Небесной Стратегии разглядел облик пришедшей: изящная, подобная бессмертной и неприкосновенная.

— Юнь Чжи из Секты Ищущих Дао пришла выразить почтение великому старейшине Секты Небесной Стратегии. Могу ли я получить аудиенцию?

Лицо главы Секты Небесной Стратегии побледнело. Стоило заговорить о Секте Ищущих Дао — и они явились.

Помимо статуса одной из Пяти великих бессмертных сект, Секта Ищущих Дао обладала в мире культивации ещё и громкой репутацией — примерно как родители увещевают детей не играть с плохими детьми, так старшие часто предупреждали своих учеников не водиться с людьми из Секты Ищущих Дао.

Однако всегда находились ученики, которые не верили предупреждениям и общались с Сектой Ищущих Дао, принося окружающим огромные страдания.

Один пример — Лань Тин.

К счастью, верхушка мира культивации знала, что Секта Ищущих Дао не безнадёжна. С тех пор как предыдущий глава Секты Ищущих Дао исчез, а новая глава секты, Юнь Чжи, сменила его, нравы Секты Ищущих Дао заметно улучшились. Главным образом это проявлялось в том, что Секта Ищущих Дао больше не вредила другим, а целилась только в своих. Если рассматривать Секту Ищущих Дао как лечебницу для душевнобольных, Юнь Чжи была бы её директором — одним из редких здравомыслящих людей.

В любом случае лучше, что пришла Юнь Чжи, а не кто-то другой.

Снизу Секты Небесной Стратегии донёсся ясный голос. В мгновение ока перед Юнь Чжи появилась фигура старца.

— Мудрец Расширения Дао, — поприветствовала Юнь Чжи, сложив руки.

Мудрец Расширения Дао был великим старейшиной Секты Небесной Стратегии, древностью мира культивации: мало кто жил дольше него. Он держался скромно и никогда не раскрывал своей истинной культивации.

— Даосская подруга, зачем вы пришли? — Мудрец Расширения Дао обращался к Юнь Чжи как к равной и не смел относиться к ней пренебрежительно.

— У меня есть несколько вопросов о бессмертных, — ответила Юнь Чжи.

— Прошу следовать за мной.

— Прошу вести.

Мудрец Расширения Дао пригласил Юнь Чжи в тайную комнату внутри секты и налил ей чаю.

— О какой стороне бессмертных вы хотели бы спросить? — спросил Мудрец Расширения Дао.

— Сколько вы знаете о Бессмертном Вечности?

На лице Мудреца Расширения Дао появилось затруднённое выражение; он горько улыбнулся.

— Бессмертный Вечности? Даосская подруга, вы задали хороший вопрос. Среди Древних пяти бессмертных Бессмертный Вечности был самой загадочной сущностью. Если бы Культ Вечности уверенно не заявлял, что обнаружил древние руины с записями о Бессмертном Вечности, даже я не знал бы о его существовании.

— Однако даже древние реликвии не обязательно подлинны. Я всё ещё сомневаюсь в существовании Бессмертного Вечности.

— Можете объяснить подробнее? — спросила Юнь Чжи.

— Реликвии старше десяти тысяч лет для нас сейчас уже считаются древними, но разве древность означает подлинность? Я слышал, что те древние руины относятся к династии Великая Цянь. И что с того? Мы уже в новой эпохе, а древняя эпоха была несколько сотен тысяч лет назад.

— Люди с собственными целями вполне могли создать непонятные древние руины во времена династии Великая Цянь. Через сто-двести тысяч лет кто-нибудь случайно наткнётся на них, увидит, что это древние руины, ахнет от восхищения и решит, что записи внутри правдивы.

— Если Бессмертный Вечности действительно существовал, почему кроме этих древних руин нет никаких других подтверждений? Было раскопано множество пещерных владений династии Великая Цянь, но почему мы не видели никаких записей о Бессмертном Вечности?

Юнь Чжи кивнула: рассуждения Мудреца Расширения Дао действительно имели смысл.

— Думаю, вы знаете, что недавно я обнаружила штаб Культа Вечности. К сожалению, они сбежали слишком быстро, и я не смогла поймать ни одного человека. Тем не менее из оставленных ими материалов мне удалось получить кое-какую информацию.

На самом деле Юнь Чжи не получила из штаба никаких сведений, но ради безопасности Лу Яна она не упомянула его участия.

— Хотел бы услышать подробности, — сказал Мудрец Расширения Дао.

— Согласно Культу Вечности, особое свойство Плода Дао Бессмертного Вечности можно назвать «нетленным». Пока кто-нибудь произносит титул и бессмертное имя Бессмертного Вечности, Бессмертный Вечности может воскреснуть, — изложила Юнь Чжи.

Зрачки Мудреца Расширения Дао сузились, на лице проступил шок. Невероятное свойство! Такой не умрёт, даже если захочет.

— У Плода Дао каждого бессмертного есть уникальная особенность. Значит ли это, что всё правда? — вздохнул Мудрец Расширения Дао, а затем продолжил: — Однако в конечном счёте это лишь одностороннее заявление Культа Вечности. Я остаюсь при своём мнении: это попытка создать бессмертного.

— Используемый метод похож на случай, когда удача династии Великая Ся ведёт к вознесению в бессмертные. Некто за кулисами выдумывает несуществующего бессмертного и использует веру Культа Вечности. По мере накопления веры Бессмертный Вечности постепенно материализуется. Когда сила веры достигнет определённого порога, Бессмертный Вечности проявится из пустоты.

Юнь Чжи не стала возражать и спокойно выслушала его теорию. Бессмертный Вечности уже возродился, значит, они точно не создают бессмертного. Но теория создания бессмертных не лишена смысла. Возможно, остальные три демонических культа создают бессмертных.

Юнь Чжи поблагодарила Мудреца Расширения Дао и изящно ушла.

Глава Секты Небесной Стратегии подошёл к Мудрецу Расширения Дао, всё ещё потрясённый сценой, как Юнь Чжи голыми руками разорвала защитную формацию.

— Основатель, насколько же сильна Юнь Чжи? Она стала бессмертной?

— Не спрашивай, я ничего не знаю.

---

Юнь Чжи навестила многих людей, и Мудрец Расширения Дао был последним. Когда дело было закончено, она сразу вернулась в секту.

Тем временем Лу Ян вернулся на Пик Небесных Врат и снова попытался найти своего наставника.

— Ну как? Что сказали мои старшие братья? Они говорили, что при моём руководстве Секта Ищущих Дао стала процветать ещё сильнее? — Молчаливый даосский жрец раздулся от гордости. Я внёс в Секту Ищущих Дао неизгладимый вклад.

Лу Ян посмотрел на наставника сложным взглядом.

— Ваш вклад действительно значителен, но все предпочли бы, чтобы сектой управляла Старшая сестра.

Голова Молчаливого даосского жреца уныло поникла, словно сердце его превратилось в пепел от потери всякой надежды.

— Так оно и есть? Ну что ж, пусть она занимает должность главы секты. Новое поколение сменяет старое — это разумно.

— Однако если наружу просочится, что ученица заточила собственного наставника, чтобы узурпировать власть, это в конце концов запятнает репутацию Секты Ищущих Дао. Почему бы тебе не выпустить меня? Я убегу далеко-далеко, больше не буду поднимать вопрос о должности главы секты и никогда не вернусь в Секту Ищущих Дао. Как тебе такой вариант? — Молчаливый даосский жрец попытался договориться с Лу Яном.

Лу Ян заколебался: ему показалось, что в словах Молчаливого даосского жреца есть доля правды. Шифу не похож на человека, который стал бы бороться за власть.

Как раз когда он раздумывал, выпускать ли наставника, сверху прозвучал холодный голос:

— Шифу, вам так сильно хочется выйти?

Выражение лица Молчаливого даосского жреца резко изменилось, будто события повернулись самым драматичным образом.

Лу Ян поднял голову и с удивлением увидел, что Юнь Чжи вернулась.

— Старшая сестра!

Юнь Чжи тихо отозвалась и мягко приземлилась, не запятнавшись ни пылинкой.

— Шифу, вы обманывали маленького младшего брата, чтобы выбраться? — В голосе Юнь Чжи не было ни капли тепла, но для Молчаливого даосского жреца он звучал как ужасающий вулкан перед извержением.

Обманывал? Сердце Лу Яна забилось быстрее. Неужели всё, что сказал мне шифу, было ложью? Тогда какова правда?

Шестерёнки в голове Лу Яна стремительно закрутились, и вскоре он пришёл к возможному выводу — на вид крайне правдоподобному.

Шифу впал в безумное отклонение ци, поэтому Старшая сестра поставила праведность выше родства и подавила шифу здесь. Считая, что грязное бельё не стоит выносить из избы, она не раскрыла старейшинам факт безумного отклонения ци у шифу. А шифу воспользовался отсутствием Старшей сестры, передал мне звуковое сообщение и сладкими речами уговорил снять талисман, чтобы потом устроить хаос в мире.

Вот это было опасно. К счастью, Старшая сестра пришла вовремя.

Юнь Чжи продолжила:

— Посмотрите на других глав сект: все усердно культивируют. А теперь посмотрите на себя — целыми днями бездельничаете. Вы закончили ежедневное домашнее задание по культивации, которое я вам назначила? Добились прорыва в своём царстве культивации? — упрекнула она. — Вы не выполнили ни одного пункта, и всё равно хотите выйти поиграть?

Молчаливый даосский жрец заикался и не мог вымолвить ни слова.

Лу Ян: «...»

Что я вообще сейчас себе надумал? Как такое мелодраматичное событие могло произойти в Секте Ищущих Дао?!

— Н-нельзя же так говорить. Культивация подчёркивает сочетание труда и отдыха. Как говорится, предельная неподвижность рождает беспокойство. Когда слишком долго сидишь на одном месте, невольно хочется выйти и посмотреть вокруг.

— Маленькая Юнь, подумай сама. Разве культивация не ради бессмертия и вольной беззаботности? Если всё время проводить в затворе и сидеть в медитации, разве культивация не станет тюремным сроком? Это же ставить телегу впереди лошади, — Молчаливый даосский жрец увещевал её со всей искренностью.

Как частый гость тюрьмы, я имею право голоса в вопросах заключения.

— К тому же разве культиваторы не делятся на мирских и затворников? Я — типичный мирской культиватор. Только вращаясь среди смертного мира, я могу постичь Бессмертное Дао и прорваться!

Лу Ян уже слышал такую точку зрения. Например, культиваторов, которые поступали на службу чиновниками при императорском дворе династии Великая Ся, называли мирскими культиваторами, тогда как культиваторы Пяти великих бессмертных сект чаще считались затворниками, хотя чистых затворников вроде Юнь Чжи среди них было немного.

Как бы красиво ни говорил Молчаливый даосский жрец, Юнь Чжи оставалась невозмутимой и даже век не подняла.

— Шифу, когда вы учили меня, вы говорили: только под давлением появляется движение. В культивации нужна усердность: дневной план должен охватывать утро, день и ночь, а годовой — весну, лето, осень и зиму.

Именно так Юнь Чжи и поступала. Она прилежно культивировала с утра до ночи. Она и без того была редким гением, а в сочетании с таким трудолюбием её культивация продвигалась с ужасающей скоростью. К моменту Турнира бессмертных сект Юнь Чжи сразу вырвалась вперёд и без труда заняла первое место.

По обычаю главы Пяти великих бессмертных сект должны были указать победителю на недостатки; некоторые главы сект, опасаясь, что победитель зазнается, ещё и выходили на арену сразиться с ним.

Именно тогда пять глав сект потерпели сокрушительное поражение от Юнь Чжи.

К следующему Турниру бессмертных сект, пока ученики бессмертных сект с трудом пробивались через бои, Юнь Чжи уже сидела на месте главы секты в качестве судьи. Более того, она сидела ровно посередине.

Молчаливый даосский жрец ворчал про себя: Да это же потому, что я хотел, чтобы ты усердно культивировала, быстро подняла культивацию и заняла моё место главы секты, а я смог бы тайком сбежать развлекаться!

Разумеется, вслух Молчаливый даосский жрец никогда бы такого не сказал — если только ему не надоела жизнь.

Юнь Чжи не испытывала отвращения к культивации. Наоборот, ей нравился сам процесс. Когда она культивировала, она ощущала невиданное прежде спокойствие, словно сливалась с небом и землёй в одно целое и отчётливо чувствовала, как непрерывно становится сильнее. После тренировки мысли прояснялись, дух становился бодрым, и потому она не видела ничего плохого в том, чтобы продолжать культивировать.

— Ладно. Раз уж вы хотите выйти, тогда выходите… — спокойно сказала Юнь Чжи, будто уступая.

Молчаливый даосский жрец обрадовался. Мои старания и слюни потрачены не зря. Неужели Маленькая Юнь наконец готова меня выпустить?

— Своими силами, — закончила Юнь Чжи вторую половину фразы и развернулась, чтобы уйти.

Молчаливый даосский жрец застыл с раскрытым ртом. Если бы я мог выйти своими силами, я давно бы вышел!

— Лу Ян, ты… — Он хотел попросить Лу Яна замолвить за него слово, но на лице Лу Яна было написано: «Шифу, вы сами по себе, удачи». Затем Лу Ян поспешно засеменил вслед за Юнь Чжи.

С одной стороны — всемогущая Старшая сестра, властвующая над Сектой Ищущих Дао. С другой — мой шифу, над которым уже властвуют. Выбор очень простой.

— Маленький ученик, не уходи! Сними талисман, и я научу тебя технике «Один меч превращается в десять тысяч мечей». Представь: десятки тысяч мечей висят в воздухе, острые блестящие кончики направлены вниз. От одного такого напора ты получишь преимущество ещё до начала боя!

— Она победит Старшую сестру? — Лу Ян тут же подбежал обратно. Какой мечевой культиватор не хотел бы выучить одну-две крутые и эффектные техники меча? Что такое сила по сравнению со стилем!

Молчаливый даосский жрец покачал головой, и Лу Ян снова собрался уходить.

Тот быстро остановил его:

— Я могу научить тебя «Истинному трактату о Дао меча». Он углубит твоё понимание Дао меча, и когда твоё искусство меча достигнет вершины, ты одним мечом сможешь разбивать любые заклинания. Никто не осмелится принять удар твоего меча! Среди равных по рангу ты будешь непобедим!

— Он победит Старшую сестру?

Молчаливый даосский жрец покачал головой, и Лу Ян снова собрался уходить.

Он опять поспешно остановил Лу Яна:

— Ещё я могу научить тебя «Верховной формации четырёх мечей». Стоит развернуть формацию, и её мощь хлынет, словно разъярённый бык. Отсекая все шансы на жизнь и заставляя всё увядать, ты сметёшь всех врагов на пути!

— Она победит Старшую сестру?

Молчаливый даосский жрец наконец вспылил:

— Мятежный ученик, если бы я мог её победить, разве сидел бы здесь взаперти?!

Лу Ян решил, что слова наставника вполне разумны, и встал на сторону Юнь Чжи.

---

— Старшая сестра, во время этой миссии я обнаружил ещё одну проблему.

— Какую?

— Я понял, что Пять великих бессмертных сект недостаточно известны. Многие люди не знают, что при проблемах с демонами и чудовищами можно обратиться к нам, и потому могут рассчитывать только на власти. Если власти не занимаются делом, этим людям остаётся беспомощно ждать.

Династии Великая Ся не хватало людей, но из-за гордости ей было неудобно просить помощи у Пяти великих бессмертных сект. В итоге страдали невезучие простые жители.

Эту проблему Лу Ян заметил ещё на Сосновой горе. Хотя старый охотник и духи-приспешники тигра всё время играли роли, их незнание Секты Ищущих Дао было настоящим. Точно так же в округе Яньцзян Лу Ян случайно расспросил местных и понял, что простолюдины очень мало знают о верхушке общества и почти ничего не ведают о Пяти великих бессмертных сектах.

Юнь Чжи была несколько удивлена. Я и правда раньше не замечала этой проблемы. Или, возможно, её не замечал никто из Пяти великих бессмертных сект. Хотя я каждый год посещаю Собрание бессмертных сект, я ни разу не слышала, чтобы кто-нибудь об этом говорил.

— Это действительно проблема. Может, собрать деяния Секты Ищущих Дао в книгу и распространить её среди народа?

Лу Ян предложил своё решение так, будто преподносил сокровище:

— Написать книгу — конечно, хороший способ повысить узнаваемость, но, насколько я знаю, уровень грамотности среди простолюдинов низкий, и почти никто не может позволить себе книги. Может, собрать деяния Секты Ищущих Дао в формате пиншу^[Пиншу — традиционное народное искусство устного рассказа: сказитель повествует истории, используя складной веер и деревянный молоточек.] — чтобы сказитель рассказывал эти истории?

— Пиншу? — Юнь Чжи была совсем не знатоком этой области. Зато Молчаливый даосский жрец был в ней экспертом. В конце концов, именно он когда-то пожертвовал книгу «Введение в комедийный сяншэн».

— Именно, формат пиншу. До того как я вступил в Секту Ищущих Дао, большую часть знаний о культивации я получал от сказителя. Но сейчас содержание и качество рыночных пиншу неровные, часто противоречат друг другу, а записей о культивации мало и они поверхностны, поэтому люди легко неправильно понимают саму концепцию культивации. Если мы соберём деяния Секты Ищущих Дао в формат устного рассказа, это определённо станет хитом среди народа! — возбуждённо воскликнул Лу Ян, сжав кулаки.

Юнь Чжи всё ещё сомневалась.

— В Секте Ищущих Дао не происходит ничего необычного или примечательного. Неужели это привлечёт слушателей?

Лу Ян мысленно ответил: Если даже дела Секты Ищущих Дао не необычные и не примечательные, тогда насколько же безумным должен быть мир культивации?! Старшая сестра, вы так преданы культивации, что у вас хромает знание обычного здравого смысла. Вы, наверное, не знаете, какая у Секты Ищущих Дао репутация во внешнем мире.

С культивацией Старшей сестры люди из других бессмертных сект, скорее всего, не станут сами искать себе неприятности и говорить ей в лицо, что у Секты Ищущих Дао не всё в порядке с головой.

— Абсолютно никаких проблем! — с уверенностью заявил Лу Ян.

Бровь Юнь Чжи слегка нахмурилась, когда она задумалась.

— Но кто в секте лучше всего подходит для составления пиншу и продвижения его наружу?

— Я могу порекомендовать человека, который точно справится!

— Кого?

— Шифу.

Когда Молчаливый даосский жрец узнал, что у него появился шанс выйти, он до того захотел стать учеником Лу Яна, что испугал Лу Яна и заставил того поспешно отказаться.

После того как Лу Ян поделился с Молчаливым даосским жрецом своей идеей, тот тоже решил, что в словах Лу Яна много смысла.

— Верно, мы упустили важность продвижения. Смертные слишком мало знают о культивации, о Пяти великих бессмертных сектах и о других сектах. — Молчаливый даосский жрец погладил бороду. — Составить пиншу о Секте Ищущих Дао будет непросто. Дайте мне время всё обдумать.

— У Секты Ищущих Дао история в сто двадцать тысяч лет, и её можно разделить на три этапа: основание секты Врождённым даосским жрецом, признание секты одной из Пяти великих бессмертных сект Изначальным Небесным Владыкой и появление нашего Предка Возрождения, известного как Даосский владыка Обширного Моря. О каждом этапе можно рассказать множество историй. Уже начало, где Врождённый даосский жрец спрашивает дорогу у вселенной, полно подробностей.

Лу Ян мысленно отметил: Как и ожидалось от шифу. Он может выкрутить то, что Врождённый даосский жрец заблудился, в величественную историю о «спросить дорогу у вселенной». Одному этому мастерству мне ещё долго учиться.

— Конечно, нельзя забывать и о нынешних делах, именно на них нужно сделать упор. Например, я не могу сказать, что меня подобрал Старый Третий. Это нужно изменить на «человек, взращённый небом и землёй и обречённый подняться в подходящий момент, рождённый с коротким мечом, на рукояти которого был начертан иероглиф “убить”… кхм, я шучу. Разумеется, так я говорить не стану.

Встретившись с ледяным взглядом Юнь Чжи, Молчаливый даосский жрец тут же признал поражение.

— Я обязательно всё опишу честно! — Он попытался договориться: — Дорогая ученица, может, сначала выпустишь меня? В делах, где Секта Ищущих Дао уничтожала демонов и поддерживала праведность, участвовали твои восемь старших дядьёв. Чтобы составить пиншу, мне нужно расспросить их о подробностях, тогда будет пространство для развития и творческой обработки.

На этот раз Юнь Чжи сочла его доводы отчасти приемлемыми и решила выпустить наставника.

Затем она развернулась, чтобы уйти.

Молчаливый даосский жрец запаниковал и крикнул ей вслед:

— Дорогая ученица, ты меня ещё не освободила!

Юнь Чжи ответила, не оглядываясь:

— Вам нужно лишь просидеть в медитации в пещерной обители три дня, и барьер исчезнет сам.

Лу Ян внутренне воскликнул: Небеса! Так шифу десять лет сидит взаперти потому, что ни разу не просидел в медитации три дня подряд. Неудивительно, что Старшая сестра не хотела его выпускать.

Лу Ян бросился догонять Юнь Чжи и с жаром сказал:

— Старшая сестра, я хочу выучить заклинание, которое можно выпускать одним ртом.

— Почему?

— В боях я обнаружил: ноги могут уклоняться и атаковать, руки могут держать меч и выпускать скрытое оружие, и только рот никогда не используется. Подумайте: когда я схожусь с противником в тупик и наше оружие занято, если я внезапно выпущу заклинание ртом, это застигнет его врасплох и гарантирует мне победу!

Юнь Чжи не поняла, что Лу Ян имел в виду под «сойтись с противником в тупик», потому что все её бои всегда представляли собой одностороннее вытирание пола противником. Но если Лу Ян хотел учиться, у неё не было причин его останавливать.

— Есть одна техника: можно выплюнуть золотую ци, способную разрезать волос. Она требует духовный корень золота, а твой мечевой духовный корень едва подходит. Однако тебе понадобится несколько мгновений на накопление силы, и в это время ты не сможешь выполнять другие движения.

Лу Ян покачал головой.

— Ограничения слишком велики. Для засады сгодится, но в прямом бою возможностей мало.

— Тогда как насчёт Истинного огня трёх эссенций?^[Здесь имеется в виду огонь самадхи; выбранная в переводе форма нужна из-за дальнейшей игры слов.] Накопив энергию в животе, можно извергнуть верхний, средний и нижний истинный огонь. Потушить его может только вода без источника. Единственная проблема — сложность освоения. Возможно, тебе понадобится несколько месяцев. Ты никогда раньше не изучал стихийные заклинания, поэтому я не уверена, каков у тебя талант в этой области. — Юнь Чжи вдруг замолчала, вспомнив, что первой техникой, которую Лу Ян освоил, было «Сжать землю до цуня».

Лу Ян обрадовался. Это же знаменитый Истинный огонь трёх эссенций! Надо выучить его при первой возможности. Даже если я не освою, по крайней мере не буду жалеть, что не попробовал.

— Я хочу изучить Истинный огонь трёх эссенций.

Увидев, что Лу Ян сделал выбор, Юнь Чжи не стала отговаривать его и просто отвела туда, где он когда-то впервые начал тренироваться. Именно здесь Лу Ян поднимал чаны и хватал тофу, успешно вводя ци в тело, поэтому это место имело для него особое памятное значение.

Юнь Чжи спокойно объяснила:

— Так называемый Истинный огонь трёх эссенций относится к трём видам огня: божественному, эссенциальному и смертному. Его классификация похожа на топоры Речного духа. Сердце соответствует «огню владыки», также называемому «божественным огнём», его название — «верхняя эссенция». Почки соответствуют «огню подданного», также называемому «огнём эссенции», его название — «средняя эссенция». Мочевой пузырь, море ци под пупком, называется «огнём простолюдина», его название — «нижняя эссенция».^[Подобные «ранги» и «титулы», присваиваемые органам, встречаются в традиционной китайской медицине.]

— Когда выпускаешь Истинный огонь трёх эссенций, нужно обращать внимание на три положения: сердце, почки и мочевой пузырь. Я уже говорила тебе, что нужно постоянно поддерживать достаток почечной воды, и причина именно в этом. Поскольку человеческое тело воплощает пять элементов, стихийные заклинания часто опираются на соответствующие пять органов, а потому почечная вода крайне важна.

— Я покажу один раз. Смотри внимательно.

Юнь Чжи направила рот на большое дерево и выплюнула струю Истинного огня трёх эссенций. Огромное дерево рассыпалось в пепел раньше, чем Лу Ян успел среагировать. И это при том, что Юнь Чжи изо всех сил сдерживала мощь. Выпусти она его в полную силу — осталось бы ли от Пика Небесных Врат хоть что-то, сказать было трудно.

— Выучил?

Лу Ян замешкался. Методы обучения Старшей сестры всегда загадочны, так что ключ — в моём собственном понимании.

— Дайте мне попробовать.

Он создал «Мантру ясного сердца и истинной природы», чтобы видеть сущность всех вещей, но была и другая причина: он хотел изучать заклинания и техники, которым учила его Юнь Чжи.

Пора показать силу моей самосозданной техники культивации!

Лу Ян собрал энергию внутри себя, сосредоточил её в сердце, почках и мочевом пузыре и одним дыханием выплюнул.

Его слюна улетела на три чжана.

— Истинный огонь трёх эссенций! — снова крикнул Лу Ян, не желая мириться с результатом.

Его слюна снова улетела на три чжана.

— Тьфу!

— Тьфу!

Лу Ян продолжал пытаться сотворить заклинание. В конце концов он наплевался до сухости во рту.

Истинный огонь трёх эссенций и правда трудно изучить.

Заметив старания Лу Яна, Юнь Чжи протянула ему тыквенную флягу. Лу Ян сделал глоток и обнаружил, что вода необычайно сладкая, словно прекрасное нефритовое вино.

— Что это за вода? Такая сладкая!

— Сахарная вода.

…*Разумеется, я знаю, что сахарная вода сладкая.*

Своим упорством Лу Ян продолжал практиковаться снова и снова, от полудня до вечера, пока наконец не начал улавливать суть.

— В этот раз я точно справлюсь! Истинный огонь трёх эссенций, выплюнуть!

Лу Ян собрал силу и духовную энергию, прокрутил их через даньтянь и резко плюнул. Из его рта вырвалось пылающее пламя и подожгло большое дерево, заставив его трещать.

— Получилось! — На лице Лу Яна расплылась яркая улыбка. У меня всё-таки есть талант к заклинаниям. То, на что понадобилось бы несколько месяцев, я освоил за один день.

Юнь Чжи наблюдала со стороны и никак не могла отделаться от чувства, что с пламенем что-то не так. Не боясь жара, она подошла, ущипнула крошечный язычок пламени, растёрла между пальцами и лизнула кончик пальца.

— Сладкое?

Почему у огня есть вкус?

— Выпусти ещё раз.

Хотя Лу Ян был озадачен, он снова выплюнул истинный огонь, и Юнь Чжи попробовала его ещё раз.

— Солёное?

— Ещё раз.

Юнь Чжи снова попробовала.

— Острое?

Пробуя снова и снова, Юнь Чжи обнаружила: огонь Лу Яна не только силён, но ещё и обладает весьма особыми вкусами — сладким, солёным или острым.

Лу Ян с воодушевлением подбежал к ней.

— Старшая сестра, у меня получилось?

Юнь Чжи странно посмотрела на Лу Яна.

— Да, получилось. Но то, что ты выучил, — Истинный огонь трёх вкусов.^[Изначальное заклинание — «сань мэй чжэнь хуо», а новая техника — «сань вэй чжэнь хуо». Иероглифы «мэй» (昧) и «вэй» (味) похожи внешне и звучат похоже.]

— Истинный огонь трёх вкусов?

— Истинный огонь трёх вкусов? — Лу Ян никак не мог понять, что происходит. Названия похожи, но Старшая сестра не может же не отличить «эссенцию» от «вкуса»?^[Иероглифы действительно похожи, но произносятся по-разному. Судя по всему, так было в оригинале, однако в переводе это не вполне работает, поэтому формулировка слегка адаптирована.]

Но тут Лу Ян вспомнил, что уровень образования Юнь Чжи, вероятно, всё-таки выше этого.

Он сделал вид, что спокоен, и рассмеялся.

— Ха-ха-ха, Старшая сестра, вы правда умеете шутить. Вы учили меня Истинному огню трёх эссенций, как я мог выучить Истинный огонь трёх вкусов?

— Не может быть. Точно не может. Это невозможно.

Юнь Чжи не стала объяснять и просто позвала марионетку, велев ей принести из кухни кусок мяса демонического зверя. Затем она каким-то образом заставила мясо зависнуть и вращаться в воздухе.

— Прожарь его своим истинным огнём.

Лу Ян выплюнул истинный огонь. Мясо демонического зверя зашипело, из него выступило масло. Вскоре по воздуху поплыл насыщенный аромат, и Лу Ян сглотнул. Хотя истинный огонь Лу Яна был не так силён, как у Юнь Чжи, он всё равно превосходил обычное пламя и быстро прожарил мясо полностью.

— Попробуй сам, — сказала Юнь Чжи.

Лу Ян использовал палец как меч, отрезал маленький кусочек и отправил в рот. Вкус взорвался так ярко, что едва не выбил ему зубы. Хотя в мясо не добавляли никаких приправ, оно было будто посолено для остроты вкуса, подслащено для свежести и приправлено специями для дополнительного удара.

Это действительно Истинный огонь трёх вкусов.

Лу Ян серьёзно проанализировал:

— Где-то что-то пошло не так. — Я шаг за шагом следовал методу Старшей сестры и даже лично смотрел её демонстрацию. Не могло же оно пойти не так!

— Дайте мне попробовать ещё раз. В этот раз я точно добьюсь успеха!

Юнь Чжи кивнула.

— Хорошо, что у тебя есть решимость. Тогда сегодняшний ужин я оставлю тебе. Это заодно поможет закрепить то, что ты сегодня выучил.

Сказав это, Юнь Чжи вернулась в свою пещерную обитель культивировать и ждать ужина Лу Яна.

— Подождите, нет, я не это имел в виду… — Лу Ян почувствовал, что Юнь Чжи неправильно поняла его решимость, но было слишком поздно. Юнь Чжи уже исчезла из виду, оставив ему в компанию только марионетку.

Лу Ян вздохнул и позвал марионетку с собой на кухню.

Он впервые оказался на кухне Пика Небесных Врат. Раньше еду всегда готовила марионетка. Я и так каждый день выматываюсь от тренировок, откуда бы у меня взялись силы готовить?

Как и ожидалось от личной кухни Старшей сестры: она даже больше спортзала из моей прошлой жизни.

Весь набор ингредиентов был разложен аккуратно, и повсюду виднелись туши демонических зверей высотой в несколько метров. Демонические звери даже после смерти выглядели устрашающе — свидетельство того, насколько сильны они были при жизни. К несчастью для этих демонических зверей, при жизни они не знали своего места, бесчинствовали по Центральному континенту и причиняли бедствия. Когда они встречали Юнь Чжи, она убивала их одним ударом прежде, чем они успевали что-либо понять.

У Лу Яна были базовые кулинарные навыки, но только с обычными продуктами. Из того, что лежало перед ним, он не узнавал ни одного ингредиента.

— Что приготовить? Что Старшая сестра любит есть? Кажется, она всегда ест понемногу всего. Я ни разу не видел, чтобы ей что-то особенно нравилось.

— Хозяйка больше всего любит шашлык, — внезапный голос заставил Лу Яна вздрогнуть.

Он повернул голову, удивлённый тем, что марионетка заговорила.

Марионетка была сделана из дерева и напоминала женщину, хотя черты лица на ней не были вырезаны. Она находилась рядом с Лу Яном с первого дня его тренировок в культивации. Почему я ни разу не знал, что она умеет говорить?!

— Чего смотришь на меня? — снова сказала марионетка, подтвердив Лу Яну, что ему не послышалось.

— Ты умеешь говорить? Тогда почему я ни разу не слышал, чтобы ты разговаривала?

— А зачем мне разговаривать с идиотом?

— Ты… — Лу Ян лишился слов. Если бы у меня были способности, клянусь, я бы разобрал эту мерзкую марионетку.

— Ты сказала, что Старшая сестра любит шашлык? Почему я ни разу не видел, чтобы она его ела? — Лу Ян подозрительно посмотрел на марионетку.

Он знал, что существует искусство марионеток, а тех, кто им владеет, называют мастерами марионеток. Среди первоклассных сект была даже Секта мастеров марионеток, полностью состоявшая из таких мастеров.

Но я не знаю, где пределы искусства марионеток. Неужели марионетки правда могут обладать таким высоким разумом? Или это ожидаемо от марионетки, созданной Старшей сестрой?

— Хозяйка не имеет привычки раскрывать личные предпочтения посторонним, — так же пренебрежительно ответила марионетка. — Видишь быка куй справа?^[Куй — мифологический зверь.] Отруби бедро. Хозяйка больше всего любит эту часть.

— На этот раз поверю тебе. — Лу Ян решил, что у марионетки нет причин его обманывать.

Он вытащил меч Цинфэн и ударил по бедру быка куй. Но бык куй засветился и отбросил Лу Яна, отправив его прямо в кучу муки. Кхе, кхе. Лу Яна с головы до ног засыпало белым.

— На каком уровне был этот бык при жизни? — Лу Ян был уверен, что при жизни культивация быка была абсурдно высокой, настолько, что даже после смерти он не мог его повредить.

Марионетка не ответила. Она просто одним ударом разбила золотой свет, защищавший быка куй.

— Попробуй ещё раз.

— Руби!

Лу Ян применил Мантру рубящего слова, оставив на коже быка куй неглубокий порез.

Хотя Мантра рубящего слова была не так сильна, как Мантра разрушающего слова, её преимуществом были широкий охват и множество применений.

— Руби!

— Руби!

Лу Ян трижды подряд выпустил Мантру рубящего слова и исчерпал духовную энергию. Тогда марионетка в подходящий момент скормила ему Пилюлю великого восстановления.

— Руби!

— Руби!

— Руби!

Пилюля великого восстановления.

Вот так, после бесчисленных циклов «руби-руби-руби и Пилюля великого восстановления», он наконец нарезал достаточно мяса на один приём пищи. Закончив подготовку ингредиентов, Лу Ян уже тяжело дышал и лежал на полу пластом, а марионетка продолжала кормить его Пилюлями великого восстановления.

Эта сцена показалась Лу Яну до странности знакомой.

Справедливости ради, Пилюли великого восстановления действительно действовали. Проглотив их, Лу Ян снова стал бодрым и продолжил готовить.

— Используй мечную ци, чтобы измельчить сухожилия, — наставляла марионетка сбоку.

Острие меча Цинфэн пронзило мясо быка куй и выпустило мечную ци. Однако Лу Ян почувствовал, будто мечная ци камнем ушла в море, не подняв даже ряби.

— Цзяю^[«Цзяю» — китайская фраза поддержки, примерно «давай», «держись», «вперёд».], продолжай, ты лучший, — марионетка подбадривала Лу Яна, но её тон был таким плоским, что Лу Ян не почувствовал ни капли воодушевления.

Лу Ян сердито крикнул:

— Можешь добавить хоть немного эмоций?!

Марионетка быстро подчинилась:

— Лу Ян, хотя твоя культивация очень низкая, ты всё изучаешь неправильно и даже меня победить не можешь, ты уже очень старался. Цзяю!

На лбу Лу Яна вздулись вены, и он стал выпускать всё больше мечной ци. Наконец мечная ци проникла в быка куй, понемногу разрезая сухожилия.

Когда все этапы были завершены, Лу Ян устал настолько, что у него не осталось сил спорить с марионеткой.

Когда пришло время жарить мясо, Лу Ян запихивал в себя Пилюли великого восстановления и одновременно использовал Истинный огонь трёх вкусов. Вскоре аромат жареного мяса поплыл из кухни.

— Как пахнет! Что это такое вкусное? — Дедушка Ба вошёл на кухню, выслеживая источник запаха. И тут он увидел, что Лу Ян жарит шашлык.

— Дедушка Ба, что привело вас сюда? — удивился Лу Ян.

Дедушка Ба ухмыльнулся и достал банку чайных листьев.

— Чай Удао только что приготовили, я собирался отнести немного Юнь Чжи, а тут уловил этот аромат и заинтересовался, что жарят. Оказывается, мясо быка куй. С твоей культивацией тебе, должно быть, пришлось попотеть, да?

Лу Ян смущённо улыбнулся.

— Кстати, раньше ты спрашивал о Старом Девятом. Это потому, что знаешь, где он?

Лу Ян решил: раз наставника вот-вот выпустят, ничего страшного, если он расскажет Дедушке Ба. Поэтому он поведал всю историю о том, что наставник находится в затворе в сосновом лесу.

Глаза Дедушки Ба загорелись. На злодея найдётся другой злодей, который его замучает. Этот проклятый Старый Девятый оказался заперт Юнь Чжи!

Он поставил чай Удао и ушёл.

— У меня есть дело, я пойду первым.

Надо быстро рассказать об этом всем младшим братьям, чтобы мы собрались кружком и вместе посмотрели на Старого Девятого!

Лу Ян полностью отдался жарке быка куй. Это было состязание мудрости, настойчивости и удачи; здесь нельзя было проявить ни малейшей небрежности. Разумеется, он не заметил злорадного выражения Дедушки Ба.

Когда бык куй наконец был готов, он источал аппетитный аромат, который мог держаться на кухне три дня. У Истинного огня трёх вкусов действительно были достоинства — как и следовало ожидать от уникального творения Лу Яна. Во всём мире существовало всего сто восемь видов истинного огня, а Лу Ян своим талантом насильно добавил к их числу ещё один. Такой огонь непременно должен быть необыкновенным!

Стоило Лу Яну захотеть — он легко мог бы открыть сеть шашлычных по всему континенту! Возможно, даже создать шашлычную секту было бы не за пределами возможного. На самом деле Ман Гу мог только мечтать о такой возможности!

Однако Лу Ян не был человеком, гонящимся за славой и выгодой, поэтому не планировал развиваться в этом направлении.

Лу Ян положил быка куй на блюдо, украсил жареным картофелем, жареной морковью и жареной цветной капустой и приготовился нести еду к столу. Марионетка удивлённо посмотрела на Лу Яна, не ожидая от него такой тщательности.

Но, уже собираясь выйти из кухни, Лу Ян заметил, что из быка куй исчез большой кусок мяса, обнажив мертвенно-белые кости.

Лу Ян вспомнил Пилюлю восстановления плоти на белых костях, которую только что обменял.

— Что будет, если дать быку куй Пилюлю восстановления плоти на белых костях? Мясо на месте отрастёт? — Если получится, это будет огромная деловая возможность!

Он немедленно действовал по своим идеям: разжал пасть быку куй и силой скормил ему пилюлю.

Развернулась чудесная сцена: из раны на туше быка куй заструилось слабое сияние. Жареный бык куй медленно воспарил и снова стал сырым, а раны затянулись под золотым светом.

Лу Ян: «…»

Это вообще научно? Я столько сил потратил, чтобы тебя прожарить, а ты вот так взял и снова стал сырым мясом?!

Марионетка не удержалась и тихонько хихикнула.

Лу Яну ничего не оставалось, кроме как начать сначала.

К счастью, с опытом первой попытки он справился гораздо быстрее. Одновременно он понял, что его мастерство в Мантре рубящего слова, мечной ци и Истинном огне трёх вкусов выросло.

Он задумался. Может, это и было намерением Старшей сестры — позволить мне расти через процесс готовки?

Точно! Есть же тип культиваторов, известный как духовные повара. Они именно этим и занимаются — культивируют через готовку. Наши методы культивации разные, но ведут к одному результату.

— Старшая сестра правда заботится обо мне! — Лу Ян был глубоко тронут.

---

Юнь Чжи сидела перед обеденным столом. Пока она культивировала, вокруг неё являлись бесчисленные мистические феномены: великие звёзды падали, всё сущее оживало, молниевые бедствия материализовались — словно все чудеса мира сошлись прямо здесь.

Заметив приближение Лу Яна, она медленно открыла глаза, и бесчисленные феномены мгновенно втянулись обратно в её тело, будто всё происходившее прежде было лишь иллюзией.

— Жареный бык куй? — Юнь Чжи взглянула на ужин, который Лу Ян старательно приготовил. Больше она ничего не сказала и жестом велела Лу Яну есть вместе с ней.

Лу Ян сел за стол прямо, напряжённо ожидая, когда Юнь Чжи первой попробует.

Юнь Чжи отрезала кусочек и оценила его.

— Неплохо.

Только тогда напряжение, сжавшее сердце Лу Яна, отпустило.

Юнь Чжи открыла своё пространство хранения и достала бутылочку пилюль, передав её Лу Яну. Тот увидел на этикетке слова: «Пилюли для укрепления желудка и помощи пищеварению».

— Это классическая пилюля Пика Котла Пилюль. Она способствует перевариванию и усвоению пищи. Духовная энергия, содержащаяся в быке куй, далеко превосходит твою вместимость. Тебе нужно есть медленнее и с помощью пилюль постепенно усваивать её.

Пик Котла Пилюль существовал с самого основания Секты Ищущих Дао, и он до сих пор крепко стоял не без причины: пилюли, которые там изготавливали, иногда действительно были очень эффективными.

Лу Ян взял маленький кусок и осторожно прожевал. Мясо быка куй было словно желе: оно скользнуло в желудок. Обильная духовная энергия всколыхнулась в животе и ударила прямо к макушке, в одно мгновение смыв всю усталость от жарки быка куй. Он почувствовал себя полностью обновлённым.

Глаза Лу Яна загорелись. Он быстро проглотил пилюлю, затем сел в медитативную позу и начал культивировать, ощущая, как волны духовной ци текут внутри него.

Демонический зверь, достойный того, чтобы Юнь Чжи лично с ним разобралась, естественно, обладал исключительно высокой культивацией.

С другой стороны, Юнь Чжи изящно смаковала шашлык, медленно откусывая и оценивая вкус. Сейчас осталось очень мало вещей, способных усилить мою культивацию.

---

Семь старейшин собрались в сосновом лесу Пика Небесных Врат. Кроме Первого старейшины и Юнь Чжи, здесь присутствовала вся верхушка Секты Ищущих Дао.

Даже неуловимый глава секты был здесь.

— Вот ведь, Старый Девятый только что был в полном порядке, а беда всегда приходит внезапно.

— Жизнь непредсказуема. Кто может предвидеть будущее?

Семь старейшин оживлённо обсуждали, а Молчаливый даосский жрец сидел в медитации и так злился, что ему хотелось выхватить меч и сразиться.

— Нельзя злиться, нельзя злиться. Я должен спокойно просидеть здесь три дня и не выходить из медитативного состояния, — Молчаливый даосский жрец снова и снова убеждал себя не терять самообладание.

Семь старейшин наслаждались его бедой. Старый Девятый постоянно нас разыгрывал, а сегодня наконец у нас есть шанс посмеяться над ним. Надо воспользоваться такой редкой возможностью!

— Надо сказать, Старый Девятый слишком мелочный. Очень талантливый ученик — это же хорошо. С чего бы ему злиться до тромбоза мозга?

— Глупости! Какой ещё тромбоз мозга? Он явно в вегетативном состоянии!

Молчаливый даосский жрец больше не смог сдерживаться и взревел от ярости:

— Не перегибайте с издевательствами!

Кто, в конце концов, раскрыл моё положение?!

Маленькая Юнь? Нет, я не могу её победить.

Значит, это точно Лу Ян!

— Так тебе и надо, Старый Девятый! Даже ты получил по заслугам! — Дедушка Ба хохотал, наслаждаясь чужим несчастьем.

Дедушка Ба с юности любил растения. Тогда Молчаливый даосский жрец сказал ему, что существует метод растительной культивации: нужно закопать себя в землю, оставив снаружи только голову, и телом постигать духовную ци земли, тем самым усиливая культивацию.

До сих пор Дедушка Ба отказывался вспоминать своё глупое прошлое!

Позор всей жизни!

— Ха! Получи мой меч! — Молчаливый даосский жрец выпустил Верховную формацию четырёх мечей против семи старейшин, и те немедленно приняли защитные стойки. Однако у входа внезапно вспыхнула молния, блокируя атаку формации мечей.

Семь старейшин облегчённо выдохнули. Защита Юнь Чжи и правда надёжна.

— Ха-ха, Старый Девятый, твоя техника меча деградировала! Она даже из маленькой пещеры выйти не может. На моём месте я давно бы прорвался наружу! — Дедушка Ба смеялся без всяких ограничений.

Молчаливый даосский жрец усмехнулся:

— Раз вы все такие способные, попробуйте пробить вход в пещеру!

— Хм! Всего лишь отверстие пещеры. Что там трудного пробить! — Дедушка Ба ударил могучей ладонью по входу в пещеру, но атака точно так же была раздроблена молнией.

— Это была случайность, попробую ещё раз! — Дедушка Ба не хотел признавать поражение. Он попробовал снова, но его атака снова была нейтрализована молнией.

По его лбу скатилась капля холодного пота.

— Я уже рассчитал положение фокальной точки формации, но мои атакующие методы ограничены. Прошу всех вас помочь мне!

Шесть старейшин охотно согласились.

Семь старейшин одновременно выпустили силы, атакуя фокальную точку формации, на которую указал Дедушка Ба. В одно мгновение молнии сверкали, гром гремел, и весь сосновый лес погрузился в атмосферу первозданного хаоса и многоцветного сияния.

Печать пещерной обители словно разгневалась, вынашивая силу, способную втянуть в себя всё сущее. Поняв, что ситуация пошла плохо, семь старейшин применили множество методов, чтобы сбежать, но всё было бесполезно: их засосало в пещерную обитель.

Семь старейшин: «…»

Молчаливый даосский жрец был очень тронут. Так вот как выглядит настоящая товарищеская верность между старшими и младшими братьями — вместе и в горе, и в радости?

---

Тем временем Юнь Чжи внезапно перестала есть, почувствовав, что печать, наложенная на наставника, сработала.

Поскольку люди Секты Ищущих Дао были полны фантазии и нетрадиционных идей, Юнь Чжи опасалась, что кто-нибудь попытается силой разрушить печать. Поэтому она устроила её так: если такая попытка произойдёт, печать втянет виновника в пещеру и запечатает его там вместе с наставником.

— Не может же быть такого человека, верно? — неуверенно пробормотала она себе под нос.

Юнь Чжи никак не могла отделаться от ощущения, что случилось именно то, чего она опасалась. В конце концов, это Секта Ищущих Дао: было бы странно, если бы ничего не произошло.

Лу Ян вошёл в глубокое состояние. Он чувствовал, как каждый его проход наполняется духовной ци, а циркуляция внутри меридианов и духовная ци внешнего мира бесшовно сливаются, завершая обмен духовной ци с каждым вдохом и выдохом. Он достиг внутреннего спокойствия, которого никогда прежде не испытывал. Наслаждаясь пользой от переработки быка куй, он отчётливо ощущал, как его тело продолжает укрепляться.

— Лучше проверить, что происходит. — Юнь Чжи взглянула на Лу Яна, погружённого в культивацию, и решила не тревожить его. Она сама направилась к сосновому лесу, а марионетке велела охранять культивацию Лу Яна.

Была уже глубокая ночь. На Пике Небесных Врат царила особая тишина: вокруг были только Юнь Чжи и Лу Ян.

Юнь Чжи шла через гору, словно бессмертная, пересекающая облака. Затем она увидела, что её наставник и старейшины заперты в пещерной обители и поднимают шум. Их было слышно даже издалека.

Юнь Чжи вздохнула. Чему суждено случиться, случится.

Она направилась к пещерной обители, раздумывая, стоит ли их выпускать.

---

Внутри пещерной обители собралась верхушка Секты Ищущих Дао.

— Я знаю, все вы, мои старшие братья и сёстры, люди добрые. Вы не смогли вынести, что я здесь один, и специально вошли составить мне компанию. — Молчаливый даосский жрец выражал глубокую благодарность, хотя уголки его губ никак не переставали подниматься. — Особенно ты, Старый Второй. С виду ты ломал формацию, а на самом деле увидел, что мне здесь одиноко, и втянул всех сюда сопровождать меня!

Дедушка Ба сразу ощутил огромное давление от злых взглядов младших братьев и сестёр. Он сделал вид, что спокоен, и призвал:

— Все, не нервничайте! Это всего лишь печать, поставленная младшей племянницей Юнь Чжи, а не она сама. Пока мы объединим усилия, мы обязательно вместе пройдём через эту трудность и сломаем печать! Вспомните, кем мы были — Девяткой Ищущих Дао, и вспомните ваши почтенные нынешние положения. Какой вызов может нас сокрушить?

Когда они были молоды и прокладывали путь в цзянху, они истребляли демонов и нечисть, оставив на Центральном континенте грозную славу. В то время люди называли их «Девяткой Ищущих Дао».

Теперь Девятка Ищущих Дао снова объединилась — в тесной пещере.

— Так, Старый Девятый, как нам отсюда выбраться? — Дедушка Ба сердито посмотрел на Молчаливого даосского жреца. Я ведь пришёл только посмотреть представление, а теперь сам стал представлением.

Молчаливый даосский жрец внутренне хихикнул. Нелегко было добиться, чтобы все пришли составить мне компанию. Как я могу позволить им так просто уйти?

Он серьёзно ответил:

— Не боюсь, что кто-то посмеётся, но культивация Маленькой Юнь уже превзошла мою. Поэтому цель поставленной ею печати — побудить меня усердно культивировать и преодолеть собственные границы. Иначе говоря, чтобы сломать печать, мы должны выйти за пределы самих себя и превзойти себя!

Все осознали тяжесть ситуации. Превзойти себя было легче сказать, чем сделать.

Молчаливый даосский жрец уже предсказал, как всё будет развиваться. Сначала все выступят вперёд и попробуют сломать печать. После того как их отбросит, они точно приуныют. Вот тогда я скажу, что внезапно обрёл прозрение и собираюсь прорваться, а для этого мне нужно просидеть в медитации три дня. Когда три дня пройдут, я сделаю вид, что сила во мне бурлит, и выпущу эффектную технику меча по входу в пещеру. К тому моменту печать как раз исчезнет сама, и мои старшие братья и сёстры будут поражены моей способностью к пониманию.

Идеальный план!

— Раз так, как второй старший брат, я должен выйти и первым подать пример! — Поскольку Первого старейшины здесь не было, Дедушка Ба был самым старшим из присутствующих и чувствовал, что обязан стать образцом.

Остальные с ожиданием посмотрели на Дедушку Ба.

Понимая, что, скорее всего, потерпит неудачу, Дедушка Ба решил: будет очень стыдно, если все увидят. Поэтому он повернулся к остальным:

— Все отойдите. У меня есть особое умение, которое я предпочёл бы не показывать при других.

Все послушались и отступили в глубину пещеры, откуда входа не было видно.

Когда все отошли, Дедушка Ба глубоко вдохнул и вытряхнул из рукавов несколько семян. Пока Дедушка Ба бормотал заклинания, семена мгновенно превратились в толстые лозы, которые ударили по входу в пещеру, тускло светясь; вспыхнула молния, сотрясая небо и землю.

Это была редкая Лоза пурпурной молнии. По слухам, она родилась, омытая молниевыми бедствиями. С рождения на ней была выгравирована печать неба и земли, и она несла часть грозной силы молниевого бедствия.

После безумной череды взрывов у входа в пещеру ничего не изменилось: печать осталась совершенно нетронутой.

— Хм? — Дедушка Ба нахмурился, увидев в густом дыму изящную фигуру.

Когда дым рассеялся, перед ним предстала фигура Юнь Чжи.

С его огромным опытом Дедушка Ба мгновенно понял, что происходит. *То, что я вижу, должно быть моим сердечным демоном!^[Это похоже на внутренних демонов, но в версии мира культивации.]* Разве Старый Девятый не сказал, что, если мы хотим сломать печать, мы должны превзойти себя? А как превзойти себя, если не победить сердечного демона?

— Я думал, что уже смирился: одно поколение сильнее другого, и молодым хорошо превосходить старых. Не ожидал, что до сих пор этого не отпустил! — Боевой дух Дедушки Ба взмыл вверх.

С этой мыслью он больше не колебался и бросился в полномасштабную атаку на Юнь Чжи.

Юнь Чжи изначально собиралась войти и посмотреть, что старейшины устроили, размышляя, стоит ли их выпускать. К её удивлению, стоило ей подойти к входу в пещеру, как она увидела беспорядочный обстрел Дедушки Ба.

Юнь Чжи ничего не оставалось, кроме как ответить. Она вытянула тонкую руку, колокольчики на её запястье мелодично зазвенели, и одним ударом ладони она отправила Дедушку Ба лететь в глубь пещеры, пока остальные старейшины его не поймали.

— Второй старший брат, что случилось?

Дедушка Ба несколько раз кашлянул, и в его глазах мелькнул ужас. Он поднял дрожащую руку и указал на вход в пещеру.

— Осторожно. Старый Девятый нам не лгал. Младшая племянница Юнь Чжи обладает непревзойдённым талантом и поставила печать сердечного демона. Если мы хотим прорваться и уничтожить печать, сначала должны разрешить своего сердечного демона!

Молчаливый даосский жрец был озадачен. Сердечный демон? Какой сердечный демон?

Третий старейшина не поверил и вышел проверить. А поскольку он изначально был не очень силён в умственных делах, он, естественно, поверил словам Дедушки Ба.

Когда Юнь Чжи победила пятерых глав сект на Турнире бессмертных сект, она однажды стала сердечным демоном старшего поколения, заставив их усомниться, чего они достигли за тысячу лет культивации. Третий старейшина не был исключением.

Увидев Юнь Чжи, Третий старейшина немедленно принял боевую стойку и вступил в бой. Результат оказался тем же, что и у Дедушки Ба: одним ударом ладони его отправило в полёт.

— Какой мощный сердечный демон!

И так Четвёртый старейшина, Пятый старейшина и все вплоть до Восьмого старейшины по очереди попробовали — и все потерпели поражение от Юнь Чжи.

Молчаливый даосский жрец, который никак не мог понять, что происходит, подошёл к входу в пещеру. И всё встало на свои места в тот миг, когда он увидел Юнь Чжи. Какой это сердечный демон? Это же сама Маленькая Юнь!

— Маленькая Юнь? — Молчаливый даосский жрец пробно окликнул её.

Юнь Чжи с бесстрастным лицом ответила:

— Я — сердечный демон.

Не дав наставнику времени среагировать, она одним ударом ладони отправила его в полёт и развернулась, чтобы уйти из пещерной обители.

Вы все приняли меня за сердечного демона и сразу же напали, а теперь ещё хотите выйти? Просто сидите спокойно и медитируйте три полных дня.

---

Лу Ян медленно открыл глаза, ощущая, как по телу течёт тёплое чувство. Теперь он был всего в одном шаге от прорыва.

Юнь Чжи уже вернулась на своё место напротив него. Лу Ян не был уверен, не кажется ли ему, но он почувствовал, что Юнь Чжи будто бы немного довольна.

— Старшая сестра, случилось что-то радостное?

— Нет, — ответила Юнь Чжи своим обычным безразличным тоном.

После ужина Юнь Чжи спросила:

— Дай Буфань выдал тебе очки вклада за задание под прикрытием?

— Да, и немало.

Лу Ян был доволен: среди ровесников своего набора теперь именно у него было больше всего очков вклада.

— Через три дня секта устроит ярмарку. На неё пойдут почти все. Если интересно, сходи посмотри. Вдруг найдёшь что-нибудь по душе.

Лу Ян кивнул. Он давно слышал, что обмен вещами внутри секты проходил именно в форме ярмарки. Раньше Юнь Чжи не позволяла Лу Яну участвовать в подобных событиях, чтобы он сосредоточился на культивации. Теперь же Лу Ян достиг стадии Закладки фундамента и уже продвинулся в практике, так что она не видела нужды вмешиваться так строго.

Секта Ищущих Дао проводила ярмарку раз в три месяца: там можно было обмениваться вещами, покупать за очки вклада, есть, пить и веселиться.

Ученики ради поручений ходили во все уголки мира и часто встречали местные диковинки и разные редкости. Получив их, одни оставляли вещи себе, другие несли на ярмарку и меняли на то, что им было нужно.

Юнь Чжи напомнила:

— И ещё: шифу сейчас сидит в глубокой медитации, так что какое-то время к нему не ходи.

Лу Ян озадачился. Я и не собирался навещать шифу. К тому же через три дня он точно выйдет.

— О.

В любом случае, если слушаться Старшую сестру, ничего плохого не случится.

~~~

Три дня спустя ярмарка началась точно по расписанию.

Для свободных поединков ученикам поставили арену. Её изготовили из особого камня, который невозможно было разрушить, и дополнительно окутали формацией, чтобы бой не выплеснулся наружу и не задел зрителей.

На арене сражались двое старших учеников стадии Золотого ядра. Их золотые ядра были полными, безупречными, словно сама природа придала им совершенную красоту; очевидно, это были высококлассные золотые ядра, о которых мечтал весь мир, но которых почти никто не достигал.

— Разруб Луны!

Один из них крикнул, взмахнув широким серповидным мечом, похожим на полумесяц, и обрушил его вниз с такой грубой силой, что у Лу Яна дёрнулись веки.

Если бы глава филиала Чу был так же силён, как этот старший брат, нам бы пришлось плохо.

Другой старший ученик не собирался уступать. От него разлился золотой свет, покрывший тело тонкой золотой плёнкой.

— Буддийское золотое тело!

Он каким-то образом неплохо освоил буддийское Золотое тело и сумел выдержать удар клинка.

Зрелище техник меча и заклинаний завораживало; двое учеников переходили от одного к другому без малейшего сбоя. Лу Ян смотрел, не отрываясь: возможность увидеть бой двух лучших экспертов стадии Золотого ядра выпадала редко.

Правда, Лу Ян уже видел битву куда более высокого уровня, где грозный культиватор столкнулся с бессмертной. Возможно, ладонная техника Юнь Чжи была слишком свирепа, поэтому только что пробудившаяся Бессмертная фея Вечности не имела ни малейшего шанса. Это можно было назвать односторонним избиением — и Лу Ян вообще ничему не научился.

— Бессмертная фея Вечности ненадёжна, — вздохнул Лу Ян. Если бы я овладел хотя бы половиной приёма Старшей сестры, разве не стал бы непобедимым на своей стадии?

— Постойте, Старшая сестра научила меня «Сжать землю до цуня» и Истинному огню трёх эссенций.

— Мальчишка, советую следить за словами! Что значит «ненадёжна»?! — в сознании Лу Яна раздался женский голос.

— Старшая, вы проснулись? — удивлённо воскликнул Лу Ян. Бессмертная фея Вечности проспала несколько дней и наконец очнулась?

— «Старшая» звучит неплохо, — лениво заметила Бессмертная фея Вечности.

Лу Ян почти мог представить, как она, только проснувшись, потягивается.

— Скажу тебе прямо: сейчас я далека от своей вершины, мне ещё нужно медленно восстанавливаться. Эта Юнь Чжи может победить меня только сейчас. Когда я верну силы, одолею её одной рукой, — яростно заявила Бессмертная фея Вечности. В древности я, Хуан Доудоу, повелевала ветрами и облаками. Как я могла бы проиграть младшей?

Лу Ян немного подумал и решил, что слова Бессмертной феи Вечности звучат разумно.

— Я честно передам это Старшей сестре.

— Подожди-подожди-подожди! Давай всё обсудим, — тон Бессмертной феи Вечности мгновенно сдулся.

Лу Ян спросил:

— ...Старшая, так вы надёжны или нет?

По логике, если во мне живёт душа древней бессмертной, я должен стать неудержимым, сокрушать всех противников, встречать бесконечные счастливые возможности, повышать уровень так же легко, как пить воду, стать непобедимым среди ровесников и убивать врагов выше себя по стадии. Всё это должно даваться без малейших усилий.

Но от Бессмертной феи Вечности так и веет ненадёжностью. Уж лучше я поскорее ухвачусь за бедро Старшей сестры и буду ей всячески угождать.

— Хмф, кем ты меня считаешь? Я Бессмертная фея Вечности, Хуан Доудоу!

— А мне почему-то помнится, что вы называли себя «сие достопочтенное существо», — Лу Ян ещё помнил, какой надменной была Бессмертная фея Вечности прежде.

Бессмертная Вечности на миг замолчала, потом повторила:

— Сие достопочтенное существо есть Бессмертная фея Вечности, Хуан Доудоу... Нет, слишком неловко.

Она попыталась объяснить:

— Главное, я слышала от других, что если называть себя «сие достопочтенное существо», будешь звучать очень внушительно. Когда я только проснулась, мозги работали плохо, вот я и решила попробовать. Но сейчас понимаю, что это слишком странно. Буду говорить просто «я».

Любопытство Лу Яна пробудилось.

— От кого вы это слышали?

— От культиваторов Пересечения Бедствий, бессмертных — кого угодно. Дойти до высшей сферы нелегко, поэтому все старались по возможности не драться. Но как тогда понять, кто сильнее, а кто слабее? Вот кто-то и ввёл моду говорить крайне высокомерно, чтобы запугивать остальных.

— Потом все решили, что такой способ речи неплох, и начали часто произносить что-нибудь вроде: «Сие достопочтенное существо рождено по велению Неба», «Восставшие против этого бессмертного будут убиты», «Как смеют смертные противиться бессмертным», «Сие достопочтенное существо несёт великую силу, не вынуждайте сие достопочтенное существо снять печать».

— Дай подумать, кто это начал... Точно, Бессмертный Небесного мандата!

— Тогда мне показалось, что говорят они очень интересно, и я записала всё, что они произносили, а потом собрала в книжечку под названием Цитаты бессмертных. Не знаю, куда она теперь делась.

Лу Ян: «...»

Кажется, я нашёл причину, почему Бессмертную фею Вечности ударили в спину.

— Я покажу тебе, на что способен бессмертный, чтобы ты не думал, будто я дошла до этого места одной удачей.

Бессмертная фея Вечности сочла необходимым продемонстрировать часть своей истинной силы, чтобы заслужить восхищение и уважение Лу Яна.

— Давай, передай мне управление телом. Я дам тебе почувствовать, каково это — сражаться выше своей стадии.

Они находились на территории Секты Ищущих Дао, поэтому Лу Ян не боялся, что Бессмертная фея Вечности воспользуется шансом и захватит его тело. Он охотно уступил управление.

В тот момент на арене никого не было. Управляя телом Лу Яна, Бессмертная Вечности вышла на помост, сложила кулаки и обратилась к толпе:

— Уважаемые старшие и доблестные друзья, сегодня я кое-что постиг в культивации. Не найдётся ли старшего брата или старшей сестры начальной стадии Золотого ядра, кто поднялся бы сюда и наставил меня?

Затем она объяснила Лу Яну:

— Древние гении поступали именно так: бросали вызов толпе, кулаками завоёвывали громкую славу и закладывали основание пути к непобедимости. Сегодня я покажу тебе один раз. Учись как следует!

— Я!

На сцену запрыгнул лысый старший ученик; с головы до ног от него исходил золотой свет заслуг.[1]

Бессмертная фея Вечности втянула холодный воздух. Золотое ядро высшего сорта, укреплённое заслугами, воплощение Архата,[2] да ещё начальное овладение Безмерным золотым телом. Как мне с ним драться? Головой?

— К-кто-нибудь другой, пожалуйста.

Лысый ученик не обиделся, лишь рассмеялся и спрыгнул со сцены, а на помост поднялся ученик-конфуцианец. Он был в сером халате, держал бамбуковую книгу и невозмутимо улыбался.

Бессмертная фея Вечности снова окаменела. Прирождённый конфуцианский культиватор, благословлённый великими существами, говорит словами, наделёнными законом, и держит в руках высшие сокровища. Как мне с ним драться?

— Кто-нибудь другой, пожалуйста! — сквозь зубы сказала Бессмертная фея Вечности.

— Я попробую.

Когда ученик-конфуцианец покинул арену, на помост поднялся приземистый, крепкий старший ученик с простым видом.

С одного взгляда Бессмертная фея Вечности поняла, что его ядро содержит пять ци и считается первоклассным высокосортным ядром. Мало того, он был наделён удачей и защищён своей родословной; его метод культивации тоже был высшего уровня. Ни одного изъяна, который она могла бы различить.

И только тогда Бессмертная фея Вечности осознала, что не сможет победить ни одного присутствующего культиватора стадии Золотого ядра.

### Примечания

1. В буддийской традиции заслуги получают за добрые деяния. ☜

2. Другое имя основателя буддизма. ☜

Изначально Бессмертная фея Вечности всё прекрасно рассчитала. Лу Яна лично обучала Юнь Чжи, а его телосложение и талант даже в древние времена сделали бы его редким гением. Сражаться выше своей стадии для него не должно было быть трудно, и она могла воспользоваться случаем, чтобы блеснуть на арене.

Теперь же она убедилась: в древности Лу Ян действительно мог бы сражаться выше своей стадии. Но это вовсе не значило, что он способен делать то же самое в Секте Ищущих Дао. Бессмертная фея Вечности не знала, что хотя Секта Ищущих Дао и входила в число Пяти великих бессмертных сект, её репутация держалась не на выдающихся заклинаниях и техниках. Её сильной стороной было бесподобное воображение.

Секта Ищущих Дао выдержала испытание временем и просуществовала сто двадцать тысяч лет не только благодаря удаче, но и благодаря возможностям. В поколении Девятки Ищущих Дао у каждого из девяти были свои методы, позволявшие поднять секту на новую высоту.

Например, Седьмой старейшина, управлявший Пиком Котла Пилюль. В молодости он пережил сотню попыток прорваться к стадии Закладки фундамента и тем самым заложил прочную основу для будущих учеников, включая Лу Яна. На великом совершенстве Закладки фундамента Седьмой старейшина выдвинул мысль: в мире ведь не сказано, что у человека может быть только одно золотое ядро. Почему бы не иметь два, а то и три?

Он начал выводить конфигурации для двух и трёх золотых ядер. С двумя всё ещё было терпимо: оба притягивали друг друга и вращались вокруг друг друга по различимому закону. Но когда речь зашла о трёх золотых ядрах, Седьмой старейшина начал мучиться; их траектории вращения были непредсказуемы, как туман первозданного хаоса.

Седьмой старейшина с невероятным упорством выписал восемнадцать уравнений формулы Небесной элементной математики, тяньюань-шу,[1] и позаимствовал духовное сознание своего наставника, чтобы вычислить результаты. Однако объём расчётов для вращения трёх золотых ядер оказался чудовищным, а три золотых ядра превышали предел того, что мог вынести культиватор стадии Золотого ядра. Идею трёх золотых ядер пришлось отбросить.

Хотя всё закончилось неудачей, новые методы вычислений, полученные в процессе решения задачи, сильно помогли Седьмому старейшине. После поколений исследований Секта Ищущих Дао уже глубоко понимала формирование золотого ядра. Стоя на плечах гигантов, можно было без труда сформировать высокосортное золотое ядро, если следовать процедурам.

Любого случайного ученика Секты Ищущих Дао во внешнем мире сочли бы гением. Они не могли гарантировать, что будут непобедимы среди ровесников, но победить девяносто девять процентов людей той же стадии для них не составляло бы проблемы.

В ментальном пространстве Лу Ян молча смотрел на Бессмертную фею Вечности.

Я понимаю все причины, но почему стыдно именно мне, когда бесполезна Бессмертная фея Вечности?

Бессмертная фея Вечности провалилась с треском ещё до начала, как полководец, погибший до отправки войск.

— Верните мне тело! — Лу Ян уже пожалел, что позволил Бессмертной фее Вечности управлять собой.

Бессмертная фея Вечности решила воспитать младшего:

— Юнец, культивация — это не только насилие. Разве сила представляет собой всё? Конечно нет! Культивация воплощает знания и проверяет суждение. На ярмарке Секты Ищущих Дао много хороших вещей. Я покажу тебе, каково суждение древнего бессмертного!

Лу Ян решил поверить ей ещё раз.

— Подходите, смотрите! Глазурованная сине-белая ваза люли, добыта в древних пещерных руинах, редкое магическое сокровище!

— Нефритовая подушка «Затаившийся дракон»![2] Позволяет культивировать во сне. Особый товар южных земель, точно хорошая вещь!

— Пилюля малого кругооборота! Десять очков вклада за штуку, купи три — получи одну бесплатно! Чем больше покупаешь, тем больше получаешь! Купишь сто пилюль — формулу пилюли отдадим в подарок!

— Человек в аренду, сдаюсь в аренду! Культиватор стадии Золотого ядра, могу сопровождать вас на заданиях снаружи, терплю трудности и готов работать. Сто двадцать очков в день!

На ярмарке Секты Ищущих Дао было всё, что только могло понадобиться: от пещерных сокровищ до людей на продажу.

Управляя телом Лу Яна, Бессмертная Вечности присела на корточки и по привычке провела рукой за собой, но тут поняла, что Лу Ян не носит юбку.

Лу Ян про себя заворчал: Серьёзно? Я мужчина. С чего бы мне носить юбку?

— Сколько стоит эта глазурованная сине-белая ваза люли?

Ваза привлекла внимание Бессмертной феи Вечности. Внутри стоял засохший цветок, вид которого было не разобрать; сколько он уже был мёртв, тоже оставалось неясным.

— Восемьсот восемьдесят восемь очков вклада.

— Так дорого?!

— Младший брат, не отпугивайся цены. Эту глазурованную сине-белую вазу люли я нашёл в пещере культиватора Божественного преображения. Посмотри, какая тонкая работа, посмотри, какой прочный материал. Отличная сделка.

— Кроме прочности, у неё есть другие достоинства? Не может же быть, что единственная сильная сторона магического сокровища — прочность.

Ученик немного смутился. Ваза была у него давно, и он так и не нашёл ей применения, поэтому единственное, что он мог продвигать как достоинство, — её прочность.

— Сто очков вклада. Куплю как украшение.

— Младший брат, ты слишком сильно сбросил цену. Семьсот, ниже никак.

Бессмертная фея Вечности развернулась и пошла прочь.

— Подожди, не уходи так быстро! Четыреста! Ниже точно нельзя!

— Двести.

Ученик стиснул зубы. Эта ваза стоит здесь очень давно, и никто ей не интересовался. Нелегко встретить потенциального покупателя. Нельзя упускать такую возможность!

— По рукам!

Бессмертная фея Вечности похвасталась перед Лу Яном:

— Видел? Вот оно, моё зоркое суждение!

Лу Ян заинтересовался:

— В этой вазе скрыт какой-то секрет?

Бессмертная фея Вечности загадочно покачала головой.

— Единственное свойство этой вазы — прочность. Но секрет не в вазе, а в этом засохшем цветке! В нём спрятан метод культивации. Сейчас я всё тебе разберу!

Бессмертная фея Вечности отошла в угол ярмарки и начала негромко читать что-то похожее на древний канон. Стоило словам сорваться с её губ, как засохший цветок начал оживать и превратился в бутон, готовый распуститься. Когда цветок расцвёл полностью, из него выплыл поток иероглифов.

Выражение Бессмертной феи будто говорило, что всё идёт именно так, как она ожидала. Она прилежно перевела текст и вскоре получила результат.

— Это Искусство костей люли, метод культивации, которым можно практиковать до стадии Очищения пустоты. Он делится на три уровня: Непреображённая кость, Ваджрная кость и Кость люли. Однако перед нами неполная версия, в ней есть только уровень Непреображённой кости — часть от Тренировки ци до Золотого ядра. Если когда-нибудь нам выпадет шанс войти в древние руины, может, мы даже найдём вторую половину метода!

Бессмертная фея Вечности была самодовольна. Это неполная версия метода культивации Божественного преображения. В древности им можно было легко уничтожить средние и малые племена. Бесчисленные люди дрались бы за право его культивировать не на жизнь, а на смерть.

Лу Ян немного помолчал, потом тихо прочёл отрывок.

Бессмертная фея Вечности остолбенела. Это последняя часть «Искусства преображения костей люли»!

— Я ведь даже не перевела её тебе. Откуда ты знаешь? Ты понимаешь смысл этих иероглифов?

Лу Ян вздохнул и объяснил:

— Секта Ищущих Дао давным-давно достала полную версию этого метода культивации из древних руин. Я читал его как справочный материал, когда изучал методы культивации.

— Старшая сестра даже исправила несколько изъянов и развила его дальше. Она вывела, что после уровня Кости люли идёт Нетленная кость, так что теперь Искусство преображения костей люли можно культивировать до самой вершины стадии Слияния.

— Если вам интересно, я могу отвести вас посмотреть. Он лежит на первом этаже библиотеки писаний. Бесплатно, можно читать когда угодно.

Бессмертная фея Вечности: «...»

Почему ваша секта положила такой драгоценный метод культивации на первый этаж библиотеки писаний?

У Лу Яна тоже был вопрос. А мои двести очков вклада можно вернуть?

### Примечания

1. Тяньюань-шу — нечто вроде древнекитайской алгебры. Вместо 𝒙 для неизвестной величины использовался иероглиф 元 (*юань*). ☜

2. «Затаившийся дракон» — прозвище Чжугэ Ляна; также так называют гения, который ещё не проявил себя миру. ☜

Справедливости ради, Бессмертная фея Вечности действительно обладала зорким суждением. На этот раз просто вышло исключение. Будь это другое сокровище, оно вполне могло бы оказаться счастливой встречей.

Но сама Бессмертная фея Вечности так не считала. Это позор из позоров. Я бессмертная, а дважды опозорилась перед младшим. Как я, Хуан Доудоу, могу потерять лицо?!

— Бессмертная фея, если больше ничего нет, можете вернуться спать, — предложил Лу Ян.

— Мальчишка, не думай, будто это хоть что-то говорит о моих способностях! — Бессмертная фея Вечности не смирилась и всё ещё изо всех сил пыталась доказать свою ценность. — В древности я была одной из сильнейших фигур и за жизнь обладала бесчисленными сокровищами. Например, я зарыла огромное множество сокровищ на Полярной звезде, включая множество бессмертных сокровищ. Я до сих пор помню точные места. Если ты их найдёшь и создашь собственную секту, монополизировать власть и попирать людей будет проще простого!

— Но разве Древний Безымянный не переплавил все звёзды? Как мне найти Полярную звезду?

Бессмертная фея Вечности на миг замолчала, а затем продолжила:

— Ещё я могу направлять тебя в культивации, помочь достигать результатов вдвое быстрее при половинных усилиях, обойти ровесников и при этом обеспечить прочное основание без изъянов!

— Спасибо, меня может направлять Старшая сестра.

— Как эта маленькая девчонка сравнится с моей обширной ученостью? Мои наставления точно будут полнее. Она не может охватить все стороны, и в её учении обязательно останутся пробелы. Возьмём твою Закладку фундамента: твоя Закладка... довольно безупречна.

Лу Ян лишился дара речи.

Бессмертной фее Вечности пришлось признать: как бы придирчиво она ни оценивала, Закладку фундамента Лу Яна можно было назвать безукоризненной.

— И... и как женщина я внимательна к деталям, так что могу помочь тебе добиться понравившейся девушки!

Лу Ян понял, что у Бессмертной феи Вечности заканчиваются идеи и она уже дошла до отказа от своей личности бессмертной.

— Не нужно. Старшая сестра сказала мне, что для культивации лучше всего беречь почки.

— Поверхностно! — Бессмертная фея Вечности фыркнула на это мнение. — Разве ты не слышал, как в древние времена один мужчина каждую ночь предавался женщинам и имел гарем больше чем из сотни? Он культивировал технику Радостного Союза,[1] и его культивация росла семимильными шагами!

— Хочешь изучить такой метод культивации? У меня есть несколько книг, которые тебе подойдут.

Лу Ян спокойно спросил:

— Для начала расскажите, что стало с тем мужчиной, который завёл гарем?

— Женщины из гарема напали на него все вместе и зверски убили, разорвав тело на части... но не это главное! Самое важное — как быстро росла его культивация!

— И жизнь у него тоже закончилась быстро.

— Я также видела много заклинаний и техник, так что могу научить тебя способам с ними справляться. Например, есть могучая способность «Закон следует словам», когда всё сказанное тобой становится истиной. Она показывает вершину кармических заклинаний! Когда я ещё была на стадии Пересечения Бедствий, мне встретился сильный враг, владевший «Законом, следующим словам». Тогда это было по-настоящему страшно! Он практически был любимым сыном неба и земли. Всё, что он произносил, могло стать реальностью, и сказать, что он всемогущ, было бы не преувеличением.

— Но каким бы сильным он ни был, в итоге он всё равно не смог меня победить!

Лу Ян поразился. «Закон следует словам» звучит как заклинание, которому крайне трудно противостоять, но Бессмертная фея Вечности действительно победила такого человека. Очень впечатляет. Хотя Бессмертная фея Вечности не слишком надёжна, древность была эпохой ужасающего хаоса, когда гении боролись за первенство, а эксперты сражались насмерть, пока в конце не осталось лишь пятеро, ставших бессмертными. То, что Бессмертная фея Вечности сумела победить в таких обстоятельствах, свидетельствует о её таланте.

— Как вы его победили?

— Устроила засаду. «Закон следует словам», вероятно, так хорошо защищал его, что он почти не знал побоев. Он крикнул: «Я умираю от боли!» — и умер.

Лу Ян: «...»

Что это за бесполезный человек?

— К сожалению, наследие «Закона, следующего словам» умерло вместе с ним.

Увидев, что Лу Ян потрясён, Бессмертная фея Вечности почувствовала прилив уверенности.

— Кроме противодействия заклинаниям, я могу научить тебя и другим заклинаниям и техникам. Слышал о могучей способности «Сжать землю до цуня»? Это редкое пространственное заклинание. В древние времена культиваторы стадии Золотого ядра едва могли его освоить, но под моим руководством ты изучишь его сразу.

— «Сжать землю до цуня»? — Лу Ян тайно обрадовался. Старшая сестра слишком многое пропустила в процессе обучения. На этот раз меня учит Бессмертная фея Вечности, значит проблем точно не будет.

Заметив интерес Лу Яна, Бессмертная фея Вечности терпеливо стала его учить, объясняя каждый шаг. Лу Ян достал маленькую записную книжку и кивал, делая пометки, словно образцовый ученик.

Через некоторое время глаза Бессмертной феи Вечности потускнели: она смотрела, как Лу Ян роется в земле, меняя размер на всевозможные варианты. Она глубоко усомнилась в собственных преподавательских способностях.

Есть ли вообще что-то, чего я, Бессмертная фея Вечности, не видела?

Но такого я правда никогда не видела.

Хорошая новость заключалась в том, что владение Лу Яна и «Сжать землю», и «До цуня» улучшилось. Теперь он мог уменьшаться до одного цуня, а не трёх, и скорость применения заклинания тоже заметно выросла.

— Я знаю не только это пространственное заклинание! — Бессмертная фея Вечности во всей полноте продемонстрировала собрание заклинаний, которым должен обладать бессмертный.

— Что ещё вы знаете?

— Оно стоит на одном уровне со «Сжать землю до цуня» и называется «Близкий горизонт с утёса»![2]

— Когда овладеешь «Близким горизонтом с утёса», любое расстояние будет казаться прямо перед глазами. Достаточно одного шага, чтобы прибыть в место назначения!

«Близкий горизонт с утёса» было сложнее постичь, чем «Сжать землю до цуня». Бессмертная фея Вечности боялась, что Лу Ян не сможет его выучить и потеряет уверенность, поэтому изначально не собиралась его обучать.

Теперь я желаю лишь одного: чтобы Лу Ян не выучил его неправильно!

— «Близкий горизонт с утёса» предъявляет очень высокие требования к пониманию. Если у тебя нет основы в других пространственных заклинаниях, освоить его будет трудно. Уверен в себе?

Лу Ян немного поразмыслил. Я изучил заклинание очищения одежды и мог призывать чистую одежду. Это типичный пример пространственного заклинания.

Поэтому Лу Ян кивнул, и Бессмертная фея Вечности начала учить.

— Изучение «Близкого горизонта с утёса» по сути похоже на изучение «Сжать землю до цуня». Сначала нужно запомнить и прочитать заклинание. Слушай внимательно...

Бессмертная фея Вечности прочитала отрывок на тёмном древнем языке, который было крайне трудно выучить наизусть.

Но Лу Ян уже открыл ментальное пространство. С его сильным духовным сознанием он вскоре запомнил древний текст. Бессмертная фея Вечности видела: у Лу Яна есть талант к изучению заклинаний.

— Затем тебе нужно создать в уме образ карты и представить себя в определённом месте. Пока представляешь, читай древнее заклинание. Когда ци, эссенция и сознание придут в гармонию, ты сможешь одной мыслью перенестись к месту назначения.

Бессмертная фея Вечности напомнила:

— Но будь осторожен. Дистанция переноса связана с культивацией. Поскольку это первая попытка, не выбирай слишком большое расстояние.

Лу Ян последовал её указаниям и осторожно попробовал. Одновременно читая заклинание и представляя в уме Пик Небесных Врат, он крикнул:

— Близкий горизонт с утёса!

Ничего не произошло.

Бессмертная фея Вечности продолжила:

— Сделай шаг вперёд. Смысл «Близкого горизонта с утёса» в том, что место назначения близко и находится всего в шаге, поэтому нужно шагнуть вперёд!

Только шагнув вперёд, я пойму, удалось ли мне.

Когда Лу Ян сделал шаг, пейзаж под ногами изменился. И он, и Бессмертная фея Вечности обрадовались.

Успех!

— Постой, посмотри вниз! — закричала Бессмертная фея Вечности.

Лу Ян опустил голову, и его обдало холодным потом. Под ним была бездонная пропасть! Он обернулся и понял, что позади нависший утёс.

Так вот функция «Близкого горизонта с утёса» — поставить меня на край утёса?

Лу Яну было не до жалоб: под ногами ничего не было, и он висел в воздухе.

Он успел дважды замахать ногами, прежде чем рухнуть в пропасть.

### Примечания

1. Секты с таким названием почти обязательны для уся-романов. Как следует из названия, речь о повышении уровня через интимные методы. ☜

2. Название основано на настоящей идиоме: что-то кажется совсем близким, хотя на деле далеко, как горизонт. ☜

«Близкий горизонт с утёса» был широко известным пространственным заклинанием, но почти никто не мог его освоить. Оно затрагивало изначальную сущность пространственных заклинаний, поэтому овладеть им могли лишь те, кто обладал великим пониманием и счастливой возможностью. А когда овладевали, весь мир становился открытой дорогой.

— Значит, место, о котором ты подумал, было краем утёса. Какое неповторимое место! — восхищённо воскликнула Бессмертная фея Вечности. Этот младший и правда впечатляет! Он так быстро освоил настолько трудное заклинание, как «Близкий горизонт с утёса».

— Какое ещё неповторимое! Я думал о Пике Небесных Врат. Что это за место?! — закричал Лу Ян, как и любой человек, который потерял бы самообладание, внезапно оказавшись над утёсом.

Хуже всего то, что я падаю! Если я разобьюсь о твёрдую землю, лучшим исходом будет превратиться в кучу мясной каши.

Выражение Бессмертной феи Вечности мгновенно изменилось. Если с Лу Яном что-нибудь случится, эта маленькая девчонка точно заставит меня заплатить цену рассеянной душой!

— Быстро, дай мне управлять твоим телом. Я спасу тебя!

В такой критический миг Лу Ян ни за что не стал бы возлагать надежды на вечно ненадёжную Бессмертную фею Вечности. Скорость падения только росла; нужно было найти способ безопасно приземлиться.

Глубоко вдохнув, Лу Ян заставил себя сохранять спокойствие. Внизу было кромешно темно, он ничего не видел, поэтому боязнь высоты не мешала.

— Близкий горизонт с утёса!

Лу Ян молился, чтобы недавно выученное заклинание перенесло его обратно. Это был бы лучший исход.

Падающий Лу Ян мгновенно исчез и вновь появился над утёсом.

Лу Ян: «...»

Похоже, назад я пока не вернусь. Ничего, у меня есть запасной план.

— До цуня!

Лу Ян уменьшил себя, сохранив одежду прежнего размера. Он отчаянно схватил края одежды и сделал из неё импровизированный парашют, наконец замедлив падение.

— Фух...

Лу Ян выдохнул с облегчением.

Он неустойчиво парил между отвесными стенами ущелья и с тревогой думал о судьбе, которая ждала впереди.

— Смотри, вон там на стене есть выступ, будто платформа. Приземляйся туда! — крикнула Бессмертная фея Вечности.

— Где? Почему я его не вижу? — нахмурился Лу Ян.

— Слева, прямо слева! Моё духовное сознание простирается дальше твоего, поэтому я вижу раньше!

Лу Ян последовал указаниям Бессмертной феи Вечности и сумел приземлиться на платформу. Только когда ноги коснулись земли, Лу Ян наконец расслабился. Вот это меня напугало до смерти.

Бессмертная фея Вечности подозрительно посмотрела на Лу Яна.

— Ты правда только что использовал «Близкий горизонт с утёса»? Я применяла его много раз, но ни разу не сталкивалась с такой ситуацией.

— Кажется, да... — Лу Ян тоже не был уверен. Теперь он лучше понимал свой талант к заклинаниям и знал, что Юнь Чжи нельзя полностью винить в том, что он уходит в сторону.

Я тоже частично виноват.

— По крайней мере, это нормальная пространственная техника, и она действительно перенесла меня в другое место, — утешил себя Лу Ян.

Более того, в том, что Лу Ян освоил «Близкий горизонт с утёса», было ещё одно преимущество. Главный страх культиваторов, практикующих пространственные заклинания, — встретить врагов с такой же специализацией: те могут предсказать место переноса и преследовать без остановки.