Спёртый подвальный воздух отдавал сыростью. Подземелье давно заброшенного замка с искрошившимися железными решётками давно пришло в негодность. Однако здесь находился кое-кто очень ценный.

- Вот я и снова в подвале...

- Разумеется. А что, есть жалобы? - тут же ответил капитан, стряхивая со лба мокрую чёлку.

Разведчики проводили тренировку, когда внезапно разразился ливень, за которым пришёл густой туман, поглотивший даже дымовые сигналы. Тогда командир отряда приказал сворачивать тренировку и поскорее укрыться в ближайшем здании.

- Никак нет. Я всё понимаю.

- Будь тут только мой отряд, мне было бы всё равно, но на тренировке весь Разведкорпус… Понимаешь что к чему?

Эрен сидел на полу, обхватив колени руками в одной из бывших подземных камер, и пялился в пол.

- Я не должен беспокоить остальных, тех, кто не доверяет моей силе титана...

Рассуждал он правильно. Леви, держащий в руке фонарь, повернулся. Эрен, напоминающий брошенного щенка, был в плаще. С волос его капала вода, а выражение лица стало ещё более хмурым, чем обычно.

Да ладно тебе... Ты похож на оборванца из Подземного города, решил Леви, и тут же напомнил себе, что парень, которого прозвали "надеждой человечества", таким образом возложив на его плечи огромную ответственность, многое потерял и теперь просто плыл по течению. Вздохнув, он отдал приказ.

- Сними плащ и давай его сюда. Пойду просушу.

- Да, сэр... - Эрен вяло расстегнул верхнюю одежду, выжал из неё воду и отдал Леви. Его холодные мокрые руки при этом дрожали. Леви тут же окликнул солдат, базирующихся наверху.

Нельзя позволять ему впадать в отчаяние...

- Петра! Иди сюда вместе с Оруо, приглядите за Эреном.

- Так точно, сэр!

Петра, спустившаяся по лестнице, наткнулась на унылого Эрена и Леви, который понятия не имел, что с ним делать.

- Кстати, сэр... А мы будем держать его тут, пока дождь не кончится? Это как-то...

- Это временно. Ханджи обещала проверить достаточно ли прочен замок, чтобы выдержать его превращение в титана... Как только получу результаты её проверки, сразу же выпустим Эрена.

- Хорошие новости. Надеюсь, скоро ты получишь заслуженную свободу. Твои товарищи где-то рядом. Хочешь их проведать?

- Ребята? Хочу. Но не знаю, стоит ли...

- Они будут рады тебе! Вы ведь давно не виделись. Всё тренируетесь, да тренируетесь.

Леви двинулся сушить плащ. Услышав, как Петра подбадривает Эрена, он ещё раз порадовался тому, что взял её в свой отряд.

- Хватит уже хандрить. Погодка и так мрачная.

- П-простите.

Обернувшись, Леви заметил, что выражение лица Эрена стало менее хмурым.

Место, где Разведкорпус решил укрыться от дождя, находилось в старом замке. Дождь, забивающий в окна, громко шумел, эхом отскакивая от стен.

- Ого... Сколько сокровищ!! Древние письмена... Здорово было бы их почитать. Вот что за невезуха?! Никак не могу их расшифровать! - человеком, который с энтузиазмом копался в старых записях, оказалась Ханджи.

- Эй, Четырёхглазая. Чего твои солдаты слоняются по замку?

- А, Леви, это ты? Моблит за ними следит. Он очень ценный кадр, скажи, а? - даже не оглянувшись, Ханджи продолжила рыться в бумагах - книгах, документах, свитках с картинками. Похоже, комната где они сейчас находились, когда-то была библиотекой. Попытавшись вытащить книгу из огромной кучи, Ханджи едва не опрокинула её на себя.

- Оооой!!

- Вот чёрт!

Леви едва успел схватить её за куртку, оттаскивая подальше от книжной лавины.

- Ооо… Леви, ты меня спас. Вот упали бы эти книжки на меня, и головы как не бывало.

- Не беспокойся. У тебя её и так нет. Будь повнимательнее.

Ханджи поправила очки и смахнула пыль с книги, которую всё-таки успела схватить.

- Ты глянь... В этом замке куча таких. Я здесь ни единого слова не понимаю. И подобных манускриптов полно в разных населённых пунктах. Не напоминает вымершую цивилизацию, а?

- Не болтай глупости. Ты остроумная, спору нет, и именно поэтому важно, чтобы ты выжила. Если бы я здесь не оказался, ты бы уже шею свернула.

- Какой ты добрый.

Леви был раздражён: лицо его скривилось, явно показывая настроение. Не добрый он, вовсе нет.

- Ты нарочно? Знаешь же, что мне не нравится.

- Ха-ха! Ты меня насквозь видишь! - Ханджи тут же приземлилась задницей на пол и подняла книгу на уровень глаз. - А зачем ты вообще пришёл?

- А. Насчёт Эрена. Он хочет погулять по замку, и я намерен выдать ему разрешение.

- Ага, это безопасно. Тут такие толстые стены, что ничего страшного не случится, если Эрен вдруг превратится в титана. Плюсом если он проломит крышу, тут просто рай для солдат с УПМ... Эх, вот бы мне всё-таки разобраться в чём же смысл этих картинок... - вернулась Ханджи к своему занятию.

- Ясно. Отлично... И ещё кое-что...

- А?

- Прежде чем выйдешь отсюда, обсохни. Неприлично, когда рубашка такая мокрая, она же вся просвечивает, - Леви указал на огонь, который, скорее всего, разжёг Моблит, беспокоящийся о своём промокшем командире, и смерил Ханджи таким взглядом, будто бы она была камешком, забившимся в сапог.

- Ясненько. Пойду тогда рядом с огнём почитаю.

Леви вздохнул, сверля взглядом спину Ханджи, пересевшей ближе к источнику тепла, и вышел из комнаты.

Получив разрешение Леви, Эрен отправился к старой часовне, где грелась большая часть разведчиков. Да, за ним по-прежнему следили старшие, но увидев знакомые лица, он бы успокоился и заодно убедился, что с ними всё в порядке.

- Чего, и ты, Жан здесь?

- Чё? Микаса и Армин в другой комнате. Остальные тоже... - с этими словами Жан оглянулся на солдат, отдыхающих неподалёку. В основном здесь были старшие, ровесников Жана и Эрена можно было по пальцам пересчитать. - Ничего, что ты из подвала высунулся? Если снова будешь носиться, как чокнутый... ты ведь на Микасу напал.

- А, насчёт этого. Ханджи... Ханджи сказала, что ничего страшного не случится, если я вдруг превращусь в титана. Поэтому мне разрешили выйти.

Жан отвернулся от собеседника и протянул руку к окну, залитому дождём. Эрен зачем-то повторил за ним - стекло оказалось холоднее, чем он ожидал.

- Ну... У нас особо нет выбора. Придётся надеяться на тебя. Ладно, буду продолжать оскорблять тебя, хотя изменить у меня всё равно ничего не получится.

- Что случилось, Жан? Ты стал совсем другим.

- А? Я всегда таким был.

- Нет. Раньше ты думал только о себе... делал только то, что было выгодно тебе...

- Ты меня сейчас хвалишь или критикуешь?

- Ну... хвалю, наверное... А там чёрт его знает.

А что я сам, подумал Эрен. Жан добровольно выбрал Разведкорпус, решился пожертвовать собой во имя победы человечества. А я... Я всегда хотел... уничтожить всех титанов до единого... так я, по крайней мере, говорил, когда стал разведчиком.

Пальцы, касающиеся стекла, по которому барабанил дождь, дрогнули. Эрен посчитал это упрёком, намекающим на то, что в этих самых руках сосредоточена слишком большая власть, нагружающая его ответственностью перед остальными, и убрал ладонь, уставившись в потолок.

- Похоже на церковь. Но не культа стен, а какой-то другой религии.

- На потолке фрески...

- Это Рай и Ад, наверное, куда люди попадают после смерти.

Жан и Эрен подняли глаза. Местами изображения выцвели, но можно было разглядеть, что Рай - это цветущая земля под ярким небом, а Ад - пугающее место, где грешников жгут на огне.

- Я уверен... он сейчас там...

- Марко...?

Жан резко отвернулся, будто не хотел, чтобы Эрен видел его лицо.

- Неважно.

- Уверен, он на небесах.

- Сказал же, неважно, - его взгляд, метнувшийся на Эрена, стал сердитым. - Я пока к нему не собираюсь. Пока не стану тем, кем он будет гордиться... Ну, или пока не сделаю достаточно, чтобы он во мне не разочаровался.

- Правда, что ли?

Эрен внезапно заметил устремлённые на них взгляды. Бойцы из отряда Жана и другие солдаты увлечённо наблюдали за ним. Не из любопытства, а с чувством какого-то благоговения перед неизведанной силой.

- Ну, ладно, я пошёл. Ещё увидимся, Жан.

- А, если ищешь отряд Микасы, они, кажется, отправились в гостиную.

- Ясно...

Эрен в одиночестве покинул часовню.

А Жан, ещё раз взглянув на Рай, тихонько вздохнул.

В прошлом роскошно разодетые богачи наверняка устраивали в этой комнате пирушки, независимо от того, шёл дождь или нет, так ведь? Теперь рваный красный ковёр был истоптан солдатскими сапогами, стулья и столы стали вешалками для мокрых плащей, а под искусно выделанными подсвечниками, в которых догорали свечи, сидели уставшие солдаты.

- Эрен! Кто это с тобой?

- А, это старшие товарищи по отряду. Они меня сопровождают.

Микаса, едва заметив Эрена, тут же подошла к нему, и сердито взглянув на Петру с Оруо, поинтересовалась так, чтобы они не слышали:

- Подчинённые того коротышки?

- Ты про капитана? Не беспокойся, ничего, вроде того, что было на суде, со мной не делали, и эксперименты никакие на мне не ставили.

Микаса, разглядывая бойцов, излучала страшную ауру, словно скалящий клыки кровожадный зверь, но стоило Эрену дотронуться до её плеча, как она тут же успокоилась, и пугающая аура рассеялась.

- Микаса, с твоим отрядом всё нормально? Мы слышали гром, никто не попал под удар?

- Всё нормально. Мы добрались без происшествий.

Камин в гостиной был настолько большим, что тепло было даже им двоим, стоявшим чуть поодаль от остальных. Да, в воздухе всё ещё витали затхлые запахи сохнущих плащей, но всё равно в замке было куда комфортнее, чем на промозглой улице.

- Микаса, а что шарф? Не будешь его сушить?

- Ах, да...

Микаса, коснувшись мокрого шарфа, опустила глаза. Наверняка он холодный и тяжёлый, но ей всё ещё кажется тёплым. Не обращая внимания на её протесты, Эрен сорвал шарф с шеи Микасы.

- Ну, вот, точно. Он же весь мокрый. Суши давай.

- Ладно. Раз ты так говоришь, высушу.

Отряд Микасы ошеломлённо воззрился на девушку, которую уже час никто не мог уговорить расстаться с шарфом. Поставив стул поближе к камину, Эрен повесил шарф на его спинку. Микаса невольно чихнула, наблюдая за этим.

- Что, холодно стало, когда перестала кутаться?

- Нет... Не холодно. Здесь... тепло.

- Ага, нам повезло с этим замком.

Микаса кивнула и подошла к Эрену. Тот, не придав этому особого значения, ещё раз огляделся.

- А где Армин?

- На крыше, наверное? В плащах все одинаковые.

- А, его отряд дежурит? Пойду проверю.

Эрен, подойдя к членам отряда Леви, расспросил их и убедился, что отряд Армина действительно на дежурстве.

- Я пойду. А то вечно сидеть на месте скучно.

- Я тоже...

- Нам запрещено передвигаться в одиночку. Лучше останься.

Микаса недовольно поджала губы, но спорить не стала, вместо этого принявшись поглаживать стремительно сохнущий шарф.

- Ладно. Если ты так говоришь, лучше останусь, - Эрен, уже не обративший внимания на её слова и оживлённо переговаривающийся со своими товарищами, покинул гостиную.

Отверстие в каменной стене, которой был обнесён замок, служило своеобразным входом. На первом его этаже есть обветшалые, но довольно крепкие деревянные ворота. К ним примыкают площадки, ведущие на крышу и стены, по которым, с помощью УПМ, взбираются наверх. Значит, в прошлом, ещё когда люди облачались в рыцарские доспехи, здесь наверняка проходило много боёв.

- На что смотришь? - раздался за спиной Эрвина знакомый голос.

- А, Леви. Как там Эрен?

- Я оставил его с отрядом. Ханджи дала разрешение на это.

- Тогда ладно, - голубые глаза Эрвина ни на секунду не отрываются от замка.

- Там... тропинка в город, да?

- Да. Если соберёмся сражаться с действующим строем, эта точка станет отличным опорным пунктом.

- Ха... Смешная шутка, - пожимает плечами Леви, продолжая смотреть на дыру, на которую устремлён взгляд Эрвина.

- Эрен привлечёт внимание центра. Мы не в том положении, чтобы отвергать такую возможность. Если ты что-то попросишь, никто не откажет.

- Ты говоришь, что хочешь...

Для Леви Эрвин всё ещё загадка... И всё же, раз уж его планы всегда помогают победить, у него нет ни единой причины не доверять ему. Он... если это пойдёт на пользу человечеству, он даже против короля готов пойти. Вот уж. Размышляя об этом, Леви бросает на Эрвина косой взгляд. Он с удовольствием отдаст своё сердце за свободу человечества, но не за короля и уж точно не за правительство.

- Интересный ты. Родился в не самой бедной семье, а всё равно бросаешься прямо в пасть к титанам, лишь бы помочь людям.

- Не только бедняки недовольны ситуацией в стране, не думаешь? Для меня жизнь в стенах - всё равно что клетка.

- Ты говоришь прямо, как этот пацан.

- Ты про Эрена? Если судить по отчётам со времён падения стены Мария, он утверждал, что люди живут, как скот в загоне.

- Ну, да... - вздохнул Леви. - Он похож на зверя... На зверя, затаившегося перед нападением. А напасть он собирается на титанов. Его глаза горят яростью из-за того, как всё сложилось, из-за того, что ему запрещают выходить за стены, и разочарованием из-за собственного бессилия.

- И я на него похож?

- Иногда.

- Хочешь сказать, я выгляжу молодо, раз уж у меня и у новобранца одинаковый огонь в глазах? - засмеялся Эрвин. Когда он смеялся, лицо его становилось моложе. Леви нахмурился.

- Это не комплимент!

- Знаю.

Он всё равно будет следовать за ним.

Эрвин внезапно отвёл взгляд от замка и взглянул на Леви. Тот поднял голову, глядя на высокого командующего.

- Скоро этот унылый дождь кончится. Ветерок подул...

Вот так, вместе, два великих разведчика ждут, когда же кончится дождь. Крылья свободы на их спинах, промокшие и тяжёлые, сияют ещё ярче.

Отряд Леви использовал в качестве штаба замок, что когда-то уже был базой разведки.

"Источник: бюджет Разведкорпуса...

Куплено: лопасти для устройств пространственного маневрирования...

Постельное бельё...

Питание: подробности в приложении...

Посуда..."

Эрен, слоняющийся в одиночестве в ожидании отчётов Ханджи, наткнулся на мученика за столом.

- Это Ваша работа, Элд?..

- Да. Я занимаюсь перечислением статей расхода и дохода бюджета, для дальнейшего составления накладных.

Остальные члены отряда этой поздней ночью уже видели десятый сон.

*****

- Вы не спите так поздно, несмотря на сегодняшнюю тренировку...?

- Служи я в Гарнизоне или Военной полиции, мог бы доверить эту работу кому угодно. Но в разведке постоянно не хватает рук, - криво усмехнулся Элд, продолжая вписывать мелкие циферки и буковки в тетрадь.

- Разве подобной работой должны заниматься не новобранцы, вроде меня?..

Солдат покачал головой.

- Так делается в Военной полиции. Но расходы и доходы бюджета – это очень секретно.

Любая информация, например, о типе и количестве оружия или о том, сколько провизии было куплено, могла бы быть использована врагом для анализа их стратегии.

- Возьми хоть отряд Ханджи. Финансами занимается её помощник, ведь у отряда много секретов благодаря экспериментам над титанами, которые они проводят.

Эрен, после объяснений Элда, понял, почему подобную работу всегда доверяли кому-то одному.

Многое требовалось записать в самых мельчайших деталях, поскольку в качестве штаба отрядом использовался замок и проводились эксперименты совместно с другими отрядами. Элду потребовалось время, чтобы выяснить сколько средств за этим стояло.

"Куплено: метла из бамбука, 7...

Мусорные баки...

Чай..."

Многие товары приобретались только отрядом Леви.

- Я могу чем-нибудь помочь? – поинтересовался Эрен. Элд однако не проявлял желания отдавать работу младшему в отряде. Это было своего рода уважением.

- Ты, наверное, устал после экспериментов? Иди отдохни, если капитан не давал тебе никаких приказов...

- Как насчёт того, чтобы он приготовил тебе чай? – послышался знакомый голос и скрип открывающейся двери.

- Капитан Леви. Что-то Вы припозднились.

- Я же был на экспериментах, а потом отчитывался за него перед начальством... Эй, принеси чаю. Мне до смерти надоело слушать Четырёхглазую...

- Да, сэр!

Получив задание, Эрен отдал честь и побежал на кухню.

*****

- Да уж, он ещё ребёнок, - пробормотал Элд, наблюдая за Эреном. Ему была поручена работа, но он выглядел счастливым.

Это забывалось из-за наличия у него особенной силы, но будь Элд на месте Эрена, он бы тоже не смог уснуть, зная, что старший по званию ещё работает.

- Я был бы не прочь заварить чай... Или это ради Эрена?

- Кто знает, - Леви пожал плечами, уклоняясь от вопроса Элда.

Капитан был не только умелым солдатом, но и тонко чувствовал других людей. Возможно, именно поэтому ему вручили особый отряд.

- ...Да, если не брать в расчёт «силу титана», то быть особенным для него наверняка тяжкое бремя. Может, лучше стоит относиться к нему, как к самому обычному новобранцу? – спросил Элд, отдавая бухгалтерскую книгу Леви.

- Конечно... Делай, что хочешь. Ты справишься, - Леви взглянул на вернувшегося Эрена и принялся листать страницы книги.

Элд кивнул, показывая, что понял слова капитана. Леви всегда доверял своим людям.

"Сомневаюсь, что этот черновик будет опубликован. Вместе него напечатают другой. Но..."

В редакции «Новостей Берга», одной из газетных компаний, работающих в стенах, за столом сидел молодой журналист. В руках у него была готовая статья.

"Ещё одно замечательное достижение Военной полиции!

Разоблачён торговец, уклоняющийся от уплаты налогов. Он вернул народу все средства, которые украл. Всё это – результат долгого тайного расследования, проведённого доблестными полицейскими."

Журналист, Пьер, глядя на статью, вздохнул.

*****

В законченной рукописи, которая могла бы стать главной темой следующего вечернего выпуска, не осталось ни одного слова от Пьера. Красными чернилами его начальник пометил всё то, что писать было нельзя, и переписал всю статью заново. Как всегда, слова его превозносили Военную полицию и королевское правительство, вызывая к ним уважение.

"Военная полиция, скорее всего, сделает публичное заявление после опубликования этой статьи. Оно должно полностью соответствовать её содержанию. Солдаты заставили нас подделать каждое слово, которое потом их отдел по связям с общественностью произнёс бы. У прессы больше нет никакой свободы..."

Ручка двигалась чертовски быстро.

"Я журналист, а не писатель. Я считаю своим долгом писать правду, до которой сам докопался."

К счастью, его начальник, Рой, препятствовавший желанию Пьера нести в мир правду, уже был дома с семьёй.

*****

"Полицейские, с которыми я беседовал, называли свои весьма неочевидные отношения с этим коррупционером «тайным расследованием». Однако, проследив за ними, я обнаружил кое-что интересное. Будем называть это разоблачением сторон А и Б."

Он узнал имена торговцев, когда искал материал для репортажа, но решил не включать их в эту статью, вместо этого поместив на отдельной странице. Пьер понимал, что вероятность уничтожения этой рукописи чертовски высока. Торговец, которого он раскрыл, был одним из тех, кто поддерживал жизнедеятельность их газеты. Даже Роя бы уволили, раскрой он нечто подобное.

Тем не менее, начальник прочитал статью. И заставил переписать её, чтобы каждое слово угодило правительству. Вот только его собственная страсть к правде не осталась незамеченной. Должно быть, когда-то Рой был таким же пылким журналистом. Ему и сейчас казалось нелепым скрывать что-то настолько сенсационное.

*****

"Вот она, правда. Полицейский, который якобы работал под прикрытием, на самом деле был подкуплен. Он помогал коррупционеру А, однако коррупционер Б дал ему взятку гораздо больше. Его условие состояло в том, что необходимо было устранить коррупционера А, результатом чего стало сфабрикованное обвинение в «уклонении от уплаты налогов». А сумма, которая не была учтена в этом уклонении, отправилась прямиком в карман полицейских, которых теперь превозносят, как героев..."

Пьер быстро пробежался глазами по статье и поднял голову, ожидая, пока высохнут чернила. И тут ему в голову пришли слова, абсолютно неуместные в газете. Он вытащил блокнот и нацарапал их на обратной стороне обложки.

"Я с детства был слаб и никогда не держал в руках УПМ. Однако я могу писать. И когда-нибудь, когда написанные мной слова прочитают, мир изменится. Я здесь потому, что мечтаю писать подобные статьи. Я здесь с верой в то... что однажды они изменят мир."

Собрав страницы рукописи, он положил их на стол начальника. Пьеру оставалось лишь молиться, чтобы статью просто спрятали в долгий ящик, а не разорвали в клочья. Выходя из редакции, он выключил свет.

Как новому главе компании Ривз, Флигелю Ривзу многое нужно было сделать. В свободное время он занимался написанием заметок о делах компании.

"Четвёртый отряд Разведкорпуса – материалы доставлены

Сиротский приют королевы – еда доставлена"

- Мистер Флигель... Вернее, босс Флигель, кто-нибудь другой может написать всё это за Вас, - предложил один из его подчинённых.

- Когда мой отец был боссом, он сам записывал все наши продажи, да? Теперь боссом стал я, и я буду продолжать его традицию. Дай знать, если я делаю что-то не так.

- ...Понял.

Подчинённый подумал, что Флигель хочет быть честным и идти по стопам отца.

*****

"Разведкорпус: командующий – Эрвин Смит. Контактное лицо – отряды..."

- ...Так, в этой бухгалтерской книге указывается основная информация о клиенте, его адрес и руководство. Если информация обновилась, зачеркните предыдущую двумя линиями и запишите новую.

Процесс обучения был относительно простым. Единственная проблема заключалась в том, что изменять контактное лицо надо было очень подробно.

- Знаете... лидеры разведки менялись так часто.

Флигель случайно открыл книгу на странице, посвящённой Разведкорпусу, и теперь смотрел на имена командующих. Фамилия одного из них была изменена несколькими годами ранее, а командиры и прочие чины всего несколькими месяцами ранее.

- О да... Если не хватает места, можно вшить дополнительную страницу.

- А эта колонка для записи товаров, купленных клиентом?

- Да. Надо указать дату и краткое описание. Детали надо заносить уже в другую книгу.

Слова в этой бухгалтерской книге были написаны быстро, но так, чтобы их мог разобрать любой желающий. Мысли Флигеля снова обратились к отцу.

- Мой отец... был довольно старательным человеком.

Пролистав список клиентов, флигель просмотрел кто в нём есть, прежде чем его рука замерла над последней страницей.

- Эй, а можно кое о чём спросить?

"Общество «Единорог»: лидер...

Общество флористов: лидер..."

- Кто это? Организаций с такими названиями в городе нет, но, кажется, деньги от них шли немалые.

Его сотрудница, кажется, растерялась, но тут же поняла, что нет смысла держать это в секрете.

- Это... военные. Их прозвища для маскировки грязных денег.

- ...Ясно. Значит, у отца были сделки с Военной полицией?

Он заметил крошечные буковки в конце списка клиентов на следующей странице. Они точно принадлежали его отцу, Димо Ривзу.

"Рынок бесплатных крыльев: лидер...

*Примечание: особый договор. Этому клиенту можно доверять."

Флигель знал, что означает это прозвище: в то время их компания объединилась с теми, с кем никогда раньше не работала – с Разведкорпусом... Это была запись ещё времён революции, в которой они сыграли немалую роль.

- ...Вот. Последние слова, которые оставил мой отец.

Люди, в которых верил его отец, изменили мир. Благодаря ним Флигель мог продолжать вести бизнес. Он взял в руки ручку, и, поддавшись сердцу, сделал ещё одну запись рядом с другими ложными компаниями.

"Расторгнуто. Больше никаких сделок."

- Это всё? – поинтересовался сотрудник, спрашивая будут ли они ещё проводить сделки с этими военными.

- Мы больше не воспользуемся грязными деньгами. Теперь можно вести бизнес чисто благодаря Разведкорпусу и королеве. Ну, за исключением всего, что связано с проклятыми титанами. Уверен, эти сделки нам будут нужны.

Флигель закрыл бухгалтерскую книгу, ещё раз взглянув на слова покойного отца. Один из сотрудников крикнул:

- Босс! Ещё один запрос от Разведкорпуса!

- Сейчас буду.

Флигель с вновь обретённой решимостью принялся за выполнение своих обязанностей.

Кто-то однажды сказал, будто сны - это отражение нашей души. Так что же они такое на самом деле: прекрасный мир, позволяющий забыть о жестокости реальности или ещё более суровая бездна...

Она должна была принять свою роль следующего командующего. В Разведкорпусе никогда не угадаешь, когда и кто умрёт. Несколько месяцев назад на Трост напали титаны и началась страшная резня. И Ханджи, прекрасно знающая, что гибнут и начальники, и подчинённые, была готова к ответственности, которая в любой момент могла бы лечь на её плечи. И всё же осознавала ли она, что придётся отринуть всё привычное, даже если его не так уж и много?

Пока королева была занята внутренней политикой, Ханджи с лёгким прищуром смотрела на вечернее солнце, изучая документы.

Тепло улицы проникало в кабинет вместе с лучами через широкое окно наверняка сделанное таким для того, чтобы экономить свет.

Она уже дремала, и слова на бумаге плыли. Наверное, сильно устала за последнее время.

- Эрвин... всем этим в одиночку занимался... Только не говорите, что он мне специально корпус перепоручил, - слова, которые должны были быть шуткой, прозвучали горько. Ханджи вдруг показалось, что её кто-то встряхнул за плечи.

Рядом точно кто-то стоял.

Тихая фигура записывала всё, что она говорит и делает.

- Знаю... Вы отлично справляетесь.

Ханджи попыталась взглянуть на фигуру, но не смогла даже голову повернуть. Может, она и не спит вовсе? Как же хочется проснуться.

- Я не зря Вас спас...

Бывший помощник быстро сообразил, как расставлены приоритеты в Разведкорпусе, принял самое важное своё решение и без колебаний его исполнил. Не будь так, Ханджи бы здесь не сидела. Она не успела поблагодарить помощника, фигура быстро исчезла в лучах солнца.

Увидеть сон с его участием значило сбежать от реальности в тот желанный мир, где он жив.

- Прошлое снится, да? Молодняк так не умеет, - обратилась к Ханджи новая фигура.

- Командир.

Фигур становилось всё больше и больше, и каждая была погибшим разведчиком.

- ...щий. Командующий!

- А?! Я не сплю!

Когда Ханджи подняла голову, в комнате обнаружился вошедший без разрешения гость с улыбкой до ушей.

- Командующий Пиксис…

- Вас вызывает королева. Она вызвала на аудиенцию Гарнизон, но разведчикам тоже неплохо поприсутствовать. Я отправлял гонца, но ответа не получил, поэтому решил, что быстрее будет достучаться до тебя самому.

Ханджи встала, глубоко вдыхая.

- Похоже, Вы злоупотребляете властью.

- Я уже ухожу... Ещё кто-нибудь пойдёт?

- Я отправил посыльного к Леви.

Окончательно проснувшись, Ханджи прячет документы под мышку и кивает.

- Ты... выбрала помощника и подчинённых? Пора реформировать корпус.

- Я всё сделаю... Но это потом, после совещания, когда определимся с нашими целями.

Надев очки, она выходит из комнаты. За спиной снова мелькает фигура, но Ханджи не оглядывается. Оглянуться можно только во сне. Вспоминать их можно только там же.

Выпрямившись по струнке, командующий Ханджи Зоэ делает шаг в новую реальность.

После революции задачи Разведкорпуса сильно поменялись.

Готовясь к операции по возвращению стены Мария, они дни и ночи проводили за сбором необходимых материалов, разработкой стратегий и созданием нового оружия. А ещё проводили разнообразные рекламные кампании, которыми когда-то занимались полицейские, приближённые к королевскому двору.

Четвёртый отряд, имевший свои связи с газетчиками и торговыми гильдиями, казался особенно занятым.

- А... Ханджи ищешь?

Однажды дождливым днём Армин отправился на поиски Ханджи, и, в конце концов, оказался под карнизом городского паба.

- Командир отряда всё ещё на переговорах с компанией Ривза... И, похоже, надолго, так что лучше спрячься от дождя.

Лицо помощника Ханджи было привычно стоическим, но при этом обеспокоенным. Он проводил Армина к месту у окна рядом со входом в паб, откуда можно было ненавязчиво следить сразу за всеми.

*****

Армину казалось странным, что Моблит, который всегда помогал Ханджи и был рядом с ней, держался на некотором расстоянии, словно опасаясь своей начальницы.

- Сэр, а Вы почему здесь? Неужели Вам не нужно быть на переговорах?

- С ней кто-то из Гарнизона. Так что мне идти не обязательно.

Услышав это объяснение, Армин вспомнил, что между нынешними военными не так уж и много различий. Да, каждый по-прежнему выполнял свои обязанности, но при этом все работали сообща.

Ханджи поддерживала дружеские отношения с компанией Ривза, но их переговоры всё ещё находились под юрисдикцией Гарнизона, более тесно связанного с земельными делами.

Короче говоря, работа Моблита заключалась в другом.

- Если вдруг ты станешь следующим... Я пусть и служу в разведке, но... не уверен, что смогу быть с ней рядом вечно.

Армин заметил внезапный проблеск эмоций, который испарился также быстро, как и проявился, когда Моблит опустил глаза в блокнот, который лежал у него под рукой.

- Кстати, Армин. Тебе так далеко пришлось идти, мог бы подождать в казарме.

Как долго шёл дождь? Кажется, он становился то сильнее, то слабее, но полностью так и не прекратился. И когда Армин, наконец, понял, что дождь, вероятно, продлится до ночи, в паб заявилась Ханджи.

- Я подумал, так будет быстрее.

- Дождь кошмарный. Мне вызвать экипаж? – поинтересовался Моблит.

- Нет. Флигель сказал, предоставит нам его, когда понадобится, так что давайте поболтаем. Хотите перекусить? Сомневаюсь, что здесь есть что-нибудь невероятного вкуса, но, полагаю, компания Ривза оплатит все наши счета.

- Думаю, Вам, командир, стоит поесть. Вы ведь пропустили обед из-за переговоров.

Ханджи кивнула, отпуская хозяина с их заказом.

Армин молча наблюдал за их разговором, гадая, кто же станет следующим командующим, если с Эрвином что-то случится.

*****

Ханджи, как и обычно, хотела расспросить Армина об операции, в ходе которой они обсуждали несколько идей, выдвигали разные теории и в итоге создали новые стратегии.

- ...Кстати, насчёт того плана с окаменением. Я тут подумала, и кое-что набросала... Так, а куда я положила тот листок? Он у тебя, Моблит?

- Полагаю, Вы всё записали в свой блокнот.

- Точно, - вспомнила Ханджи, открывая записную книжку и находя рисунок. – Вот чем мы занимались в последнее время.

Сэр, Вы...?

Моблит был полон той же решимости, что и Армин, приступавший к операции.

- ...Да, но что насчёт нагрузки на солдат?

- Поэтому и важно построение! Армин, мы отправляемся в Сигансину, поэтому...

Пока они разговаривали, Армин всё поглядывал на Моблита. Его глаза, практически пустые, были направлены куда-то за окно, за которым лил дождь.

Он... готов стать одной из жертв нашей операции.

Та же слабость была и у Армина. Желание отдать свою жизнь за жизни других. Если и выбирать кого-то для смерти, то точно себя. Так же и Моблит не отказался бы пожертвовать собой, решил Армин.

Не капитан ли Леви как-то сказал, что Разведкорпус лучше всех остальных понимает, какие жизни ценнее всего?

Армин постарался стряхнуть с себя ощущение, что истинная реальность скрывается там, в каплях дождя, на которые был устремлён взгляд Моблита, и постарался сосредоточиться на текущей задаче.

В лесу, далёком от любопытных глаз, в поместье знати, что глубоко за стенами, воздух вдруг прорезал свист тросов устройства пространственного маневрирования.

- Не дождь, а кошмар.

С шумом ливня мешались шипение газа и редкие выстрелы.

- Видимость плохая, а значит и попасть в цель довольно трудно. Надо бы как-то решить этот вопрос.

- ...Поняла, капитан.

УПМ особого отряда было спроектировано с целью битв с людьми, а не с титанами, и это было заметно. Кенни, главарь подразделения, отдал приказ своей подчинённой дать отмашку остальным членам отряда, чтобы заканчивали.

*****

Они были элитой даже среди войск первостепенной значимости, непосредственно отвечавших за охрану королевского двора. И тайно тренироваться особому отряду приходилось именно из-за особенностей своего оборудования.

Теперь, под сводами бревенчатой крыши хижины, ставшей их штабом, Кенни глядел на непрекращающийся дождь.

- Я развесила дождевики. Вот вяленое мясо и тёплые напитки... Но если хотите согреться, есть алкоголь.

Их положение позволяло особому отряду быть единственными солдатами, которые могли легально выпивать на службе.

Кенни взял маленькую бутылочку и опустошил её одним глотком.

- Немного поздно спрашивать, но военная полиция ведь считается элитой стен? Сюда дозволено попасть только маленькой горстке избранных ребят, а мы просто удачно поднялись по карьерной лестнице?

- Да, - коротко ответила Траут, ожидающая пока Кенни покончит со своей порцией.

- Траут, ты, кажется, всегда всё понимала, но ведь бывали и серьёзные проблемы? ...Я присмотрелся к каждому, когда выбирал себе отряд, но есть ли хоть кто-то, кто не станет совершать ничего безрассудного, окажись у него в руках оружие?

- Полагаю, выбор солдат – это полностью ваше решение.

- Ну, не мне судить на что похожа их жизнь. Я хотел бы услышать твоё мнение, так, для интереса.

Траут на мгновение задумалась, задержавшись взглядом на своих товарищах.

Ни один из них не растерялся, получив в руки оружие. Да, им потребовалось бы гораздо больше тренироваться, чтобы управиться с живой движущейся мишенью, но никто бы и не подумал делать то, о чём говорил Кенни. Траут заметила это, и Кенни усмехнулся.

- Аресты головорезов, хулиганов и прочей нечисти могут пригодиться.

- При отборе всегда первыми отсеивают тех, у кого есть реальный опыт борьбы с ними. В Военной полиции чем выше чин, тем меньше работы.

Военная полиция и правда стремительно превращалась в организацию, стоящую на бюрократических столпах. Чтобы добиться в ней успеха, необходимо было хорошо понимать негласные правила, которых придерживался каждый полицейский, и чётко следовать им. Всё дело было в человеческой жажде власти.

Такова была организация, в которую Траут, девушка с неплохими физическими способностями, вступила.

*****

- У тебя всегда такое каменное лицо?

Подчинённая Кенни всегда выглядела бесстрастной и смотрела на мир довольно хладнокровно. Наверное, она выглядела бы симпатично, если бы почаще улыбалась. Но она и не собиралась, напротив, используя внешность, чтобы подняться по карьерной лестнице. Кенни, казалось, издевался над ней из-за этого.

- Не знаю, какой я кажусь другим, но я терпела всю работу, которую мне навязывали. Уже на втором году службы я научилась перекладывать порученные мне обязанности на других и получать за это награды. Я находила аристократов, торговцев, которым нравилась, и так поднималась по карьерной лестнице.

- Значит, ты искала в стенах величайшую радость... Как трогательно. И всё же, ты будто злишься. Животик болит?

Траут возмущённо посмотрела на Кенни. Она не злилась. По правде говоря, она даже не взглянула на него, когда они впервые встретились, но открыла своё сердце по-своему.

- Да, мной двигало желание быть счастливой. Однако... всё это лишено смысла.

Осознав это, она поняла, что всё, что ей осталось – это с честью выполнять свою работу.

- Нет, это не лишено смысла, - оборвал её Кенни. Неужели я умею проявлять сострадание к своим людям? Ему хотелось стереть эти мысли из головы.

- Как я и говорил, у меня есть мечта. Я ничего не ожидаю так, как её исполнения.

Дождь начал прекращаться.

Когда Траут отправилась к своим товарищам, чтобы сообщить, что тренировки продолжаются, выражение её лица было привычно непроницаемым. Но в словах звучало что-то тёплое.

Приняв запросы на перевод от солдат из других войск, Разведкорпус усиленно готовился к предстоящей операции. Они планировали использовать способность Эрена окаменевать, чтобы заделать дыру в воротах Сигансины, и потому тренировались близ хижины.

Однако теперь эта хижина служила укрытием от дождя.

- Сообщение для отряда Леви. Возвращайтесь в город, дождитесь пока закончится дождь, а потом помогите королеве Хистории в приюте.

Марло, новобранец, перешедший в Разведкорпус из Военной полиции, слово в слово передал сообщение своего начальника остальным членам отряда Леви.

*****

Когда он добавил, что тренироваться они продолжат только когда закончится дождь, члены отряда Леви поблагодарили Марло и, наконец, позволили себе расслабиться.

Эрен сидел отдельно ото всех, с расстроенным видом. Марло подошёл к нему, чтобы поговорить.

- В чём дело? Устал разрабатывать оружие и тренироваться? Командир, должно быть, беспокоится о тебе.

- Опять обращаются со мной как со стариком...

- Может, лучше сказать «как с особенным»?

- Особенным, - услышав это, Эрен вздохнул и шагнул дальше в хижину.

Там, где в укрытии разведчиков была дыра в потолке, похожая на расщелину, расселись солдаты, о чём-то беседуя.

*****

- Да... Ты ведь особенный. Ты можешь стать титаном, научился окаменевать... даже против прогнившей системы выступил. Именно такие люди, как ты, должны однажды встать у истоков власти, - честно высказался Марло, но Эрен лишь покачал головой.

- ...Я просто глупец, который убедил себя в том, что он особенный. Я выжил лишь благодаря другим людям – Армину, капитану, Ханджи... благодаря всем моим товарищам, которые старались ради меня.

- Значит, ты заслужил их доверие. А это тоже важно.

Марло не совсем понимал, что имел в виду Эрен. По его мнению, Разведкорпус перевернул систему с ног на голову, превратив его мечты в реальность. То время, когда он ещё был полицейским (хотя это было всего несколько недель назад), казалось ему далёким прошлым...

Таких, как ты, называют особенными, - вдруг промелькнули в его голове знакомые слова.

- Как только власть берёт в свои руки хороший человек... всё заканчивается?

- Что?

- Да вспомнил тут кое-что... Я так не думаю, правда. Это... Энни так говорила.

Марло мысленно вернулся в тот разговор со своей бывшей сослуживицей Энни, ныне ставшей их врагом.

*****

Энни называла людей, которые просто плывут по течению, нормальными.

- Эрен, ты поступаешь правильно. Думаю, все в Разведкорпусе с этим согласны. Ты говоришь, что не особенный, но... Не потому ли это, что организация, которая состоит только из особенных людей, которые никогда не смогут понять слабости других, обречена на провал...?

Марло, кажется, понял, о чём она говорила, хотя для него это было не совсем очевидно. А вот Эрен, товарищ Энни по кадетскому училищу, легко воспринял её слова, порывшись в воспоминаниях.

- Знаешь, однажды она сказала, что всё происходящее в стенах – сплошной фарс, потому что такова человеческая природа...

- Ясно... Но это были слова врага. Возможно, она пыталась посеять в вас смуту.

- Она не была настолько умной... Поверить не могу, что она, обладая такой невероятной силой... не называла себя особенной.

- Может, такой она хотела себя видеть?

Не было никакого способа узнать наверняка. Марло, уже не без удовольствия, продолжил:

- Но что бы там не говорили, я буду бороться за праведное до самого конца.

- До самого конца, да... Думаю, такие, как ты, иногда могут позволить себе дать волю чувствам.

- Может, я и не особенный, но у меня всё же есть гордость. Ладно, ты заставишь ребят волноваться. Возвращайся и передохни.

Эрен, казалось, всё ещё о чём-то размышлял, но Марло подтолкнул его в сторону товарищей и пошёл следом. Пока на него падали мелкие капли заканчивающегося дождя, он ощущал, как сердце переполняется каким-то чувством правильности.

Эрвин родился и вырос в самом обыкновенном городе. Его отец был учителем, и потому начальное образование ему посчастливилось получить в местной школе.

И именно поэтому лошадей он видел только тогда, когда наблюдал за тем, как солдаты садятся в экипаж.

Решив стать военным и поступив на учёбу в кадетку, Эрвин быстро проявил себя благодаря выдающимся физическим и умственным способностям. И только в верховой езде он всегда отставал от своих товарищей, которые росли в сельской местности и были отлично знакомы с лошадьми.

Пока он учился, никто не стремился записаться в Разведкорпус и отправиться за стены. Однако, поскольку передвигались все в основном на лошадях даже в Гарнизоне и Военной полиции, пришлось учиться. Инструктор, учитывавший откуда кто приехал, к счастью, взялся обучать его с нуля.

- Отлично, поводья зажимай мизинцем и безымянным пальцем. Так укажешь лошади, куда идти. Чтобы она начала двигаться, натяни поводья, а чтобы её остановить, отдай команду.

Всё звучало так просто...

Однако Эрвин имел дело с животным, которое отлично понимало, что всадник - ещё хрупкий ребёнок, и потому смотрело на него свысока.

Ещё больше усложняло задачу то, что вместе с поводьями, солдаты должны были держать в руках мечи и зажимать спусковой крючок УПМ, если понадобится. При этом нужно было, чтобы руки были сильными, поскольку задействованы были все пальцы. Для двенадцатилетки всё это вкупе было ужасно тяжело.

- Ну, что, Эрвин, попробуешь раздавить? - Найл, товарищ по училищу, обожал над ним подшучивать. Эрвин с хмурой миной поймал брошенное ему яблоко. Кадеты во все времена были наивными детьми. Руки Эрвина по сравнению с остальными были слабыми. Яблоко раздавить так и не получилось.

Но с практикой ездить верхом получалось всё лучше и лучше. Вскоре тело Эрвина стало достаточно сильным, чтобы одновременно и держать поводья, и орудовать мечами. Ладони стали грубее.

Однажды во время тренировки им дали задание преодолеть препятствия - камни и ручьи.

- Ааа…?!

Эрвин ехал впереди, и услышал, как кто-то из товарищей свалился с лошади. Наверное, животное что-то напугало. Да, лошади были специально обучены для военной службы, но когда ими управляли неопытные юнцы, даже самые послушные могли взбунтоваться.

- Пойдём! - убедившись, что со свалившимся кадетом всё в норме, Эрвин бросился за его лошадью. К тому времени, как он вернул её обратно, товарищу уже оказали медицинскую помощь.

- Ты... лошадь поставил выше человека? - так его и обвинили в безжалостности. Будь он человечным, то точно предпочёл бы спасать товарища, а не лошадь. Однако юный Эрвин нашёл, что на это возразить.

- Если человек будет ранен, мы ещё сможем вернуться верхом на лошадях. Но если будет ранена лошадь, мы никуда не денемся от титанов, - товарищи-кадеты были ошеломлены таким глубоким анализом, уместившимся в два предложения.

Гораздо позже Эрвин стал командующим Разведкорпуса. К тому времени он без труда мог управиться с любой лошадью. Придумав трюк с пушками, он научился натягивать поводья так, чтобы лошадь не пугалась и научил этому всех остальных. Даже после потери руки в одном из последних боёв, он всё равно умело управлялся с лошадью и УПМ, научившись даже взбираться на свой живой транспорт после падения.

Однажды, когда все готовились к решающей битве, Найл оказался с Эрвином на собрании и заметил фрукты, сваленные на стол. Взяв яблоко, он повертел его в руках.

- Детям такие нравятся. Когда вернусь, опять будут канючить, чтобы я почистил картошку.

- Ты хороший отец, да? - улыбнулся Эрвин, включившийся в эту светскую беседу.

- Скажи мне кто-нибудь такое сейчас, я бы не поверил, но... ребёнком ты совсем не умел ездить верхом.

- Ха... Давно это было.

Найлу вспомнился тот случай, когда Эрвин предпочёл лошадь упавшему товарищу.

- Ты тогда был прав. Лошадь нам нужна, чтобы вернуться целыми и невредимыми. Благодаря одной такой ты и вернулся.

- В следующий раз может быть и иначе.

- Вот всегда ты такой хладнокровный, - Найл смущённо улыбнулся.

- Ты меня перехвалил.

Эрвин всегда хотел вступить в Разведкорпус по желанию, а не из благородных причин, но Найл в это не верил.

Опустив взгляд, он уставился на ладонь уцелевшей руки.